Ходжаев Файзулла

К истории революции в Бухаре и национального размежевания Средней Азии [2 издание]

К истории революции в Бухаре и национального размежевания Средней Азии

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ КО ВТОРОМУ ИЗДАНИЮ

Настоящее, 2-е издание брошюры "К истории революции в Бухаре" включает в себя две брошюры того же названия. В целом эта брошюра кратко охватывает важнейшие революционные события, имевшие место в Бухаре на протяжении больше, чем двух десятилетий. Здесь указаны важнейшие этапы развития джадидизма 1[1], освещены события, имевшие место в 1917-1918 годах и, наконец, сентябрьская революция 1920 г. Включена сюда краткая характеристика периода четырехлетнего существования Бухарской Народной Советской Республики вплоть до национального территориального размежевания Советской Средней Азии.

Кроме того, это издание значительно отличается от предыдущего тем, что сюда внесены исправления некоторых разделов брошюры, изданной в 1926 г., так, на- /71/ пример, изменена первая часть брошюры, где говорилось о "социальной структуре Бухары", о "деятельности джадидов до Февральской революции 1917 г.", внесены некоторые дополнения в той части брошюры, где говорилось о Февральской революции 1917 г., о бегстве джадидов из Старой Бухары в Новую Бухару и, наконец, в заключительной части брошюры, где говорилось об итогах джадидизма. Эти изменения и дополнения, не говоря о целом ряде мелких поправок, вносят существенные изменения против первоначального текста и, таким образом, исправляют допущенные в свое время автором ошибки.

Настоящее, 2-е, издание дополнено также материалами национально-территориального размежевания Бухары и Советской Средней Азии периода 1924-1925 гг.

Эта брошюра, как я уже указывал, впервые была издана в 1926 г. на узбекском и русском языках и полностью разошлась в первые годы. Это показывает, что со стороны читателей по отношению к брошюре был проявлен соответствующий интерес.

Необходимо указать, что отдельные положения, выдвинутые мной в этой брошюре, подверглись критике со стороны ряда товарищей (тов. Туркестанский 2[2] и др.).

В ходе этой критики, как очень часто бывает, наряду с целым рядом положительных указаний и вскрытием отдельных ошибок, допущенных мною в формулировках некоторых положений, со стороны ряда товарищей были сделаны попытки искажения действительного положения вещей - тенденциозное изложение отдельных фактов.

Само собой разумеется, что мною были приняты все меры, чтобы использовать положительные указания для действительного исправления ошибок, которые были допущены мною. Вместе с тем, конечно, я не мог оставить без ответа тех, кто хотел неправильно использовать столь могущественное орудие, которым является наша пролетарская самокритика.

В этой связи я хотел бы отметить два факта, относящиеся как к первому, так и ко второму случаю.

Я уже говорил о целом ряде положительных указаний товарищей, отозвавшихся на мою брошюру. Среди них я должен отметить, прежде всего, статью тов. Туркестанского ("Коммунистическая мысль", 1926 г., № 2).  /72/

Если отвлечься от чрезмерной полемической формы, в которой были изложены возражения тов. Туркестанского, если оставить в стороне ошибочность его утверждений о том, что джадиды являлись представителями промышленного капитала, и всю его аргументацию в пользу этого тезиса, несомненно, что в своей критике моих формулировок по вопросам: а) социальной дифференциации Бухары; б) оценки социального состава джадидской организации в Бухаре и в) заключительной части моей брошюры, где дана оценка итогов деятельности джадидов, тов. Туркестанский был совершенно прав.

Теперь уже совершенно ясно, что дело не только в том, что отдельные места брошюры были искажены не по вине автора, как, например, - "создание коммунистической партии" вместо "вхождение" (как это было на самом деле), и что в брошюре мною была дана правильная оценка социальной сущности джадидов как представителей торговой буржуазии, на чем я строил свое возражение тов. Туркестанскому в статье, напечатанной в том же журнале "Коммунистическая мысль" № 3 того же года, а в том, что недостаточно четкая формулировка в разделе социальной структуры эмирской Бухары, социального состава джадидской организации и итогов джадидизма невольно искажала фактическое положение вещей, что могло давать повод враждебным пролетариату и нашей партии группировкам использовать это в своих целях.

Что это была невольная ошибка, указывает хотя бы следующее место из предисловия, которое было написано мною для первого издания брошюры "К истории революции в Бухаре". Вот что я писал по вопросу о социальной сущности джадидизма.

"Книжка Айни 3[3] содержит очень ценные материалы, освещающие отдельные этапы движения джадидизма, она особенно интересна с психологической стороны, давая прекрасное описание переживаний отдельных руководителей джадидизма, в том числе самого Айни. Однако как материал к истории революции в Бухаре эта ценная работа, к сожалению, имеет целый ряд крупнейших недостатков, которые подчас искажают не только отдельные факты исторического характера, но и дают не- /73/ правильную, слишком отвлеченную оценку джадидизма как общественно-революционного движения, не исчерпавшего себя и по сей день. Интересней всего выходит у Айни попытка трактовать джадидизм и большевизм как единое, неразрывное, связанное целое".

Совершенно ясно, хотя бы из этой цитаты, что у меня как у автора брошюры "К истории революции в Бухаре" не было и мысли о каком-нибудь отождествлении джадидизма с большевизмом, а между тем типографская опечатка, упомянутая мною выше, и неправильная формулировка некоторых положений давали повод товарищам критиковать меня как раз с этой стороны.

Я должен еще сказать, что в свое время Средазбюро ЦК ВКП(б) и ЦК КП(б)Уз в своем решении также указали на ошибочность формулировок вышеуказанных мною разделов, и на основании этих указаний я уже тогда исправил допущенные ошибки, во-первых, выступлением на 3-м курултае Коммунистической партии Узбекистана 4[4], где я не только признал ошибочность этого положения, но с помощью партии вскрыл и исправил их и, во-вторых, выпуском второй части той же брошюры под тем же названием "К истории революции в Бухаре", где в положительной форме я исправил ошибочные формулировки, допущенные в первой брошюре.

Второй факт относится к выступлению товарища, который подписал свою статью инициалами К.К. и который, неизвестно из каких соображений, попытался с помощью не совсем добросовестных аргументов опровергнуть чрезвычайно важный факт, относящийся к взаимоотношениям младобухарцев 5[5] и коммунистической группы младобухарцев. Речь идет об известном решении Туркбюро ЦК РКП(б) от августа 1920 г. Тов. К.К. утверждал в своем выступлении, что приведенные мною факты, освещающие историю вхождения группы младобухарцев в Коммунистическую партию, были неправильны. К счастью, в архиве Средазбюро ЦК партии нашлись соответствующие документы, подтверждающие факты, которые были изложены в моей брошюре, и Ист. парт. Средазбюро 6[6] на страницах печати опроверг утверждение т. К.К.

Говоря о брошюре "К истории революции в Бухаре", я не могу не упомянуть о выступлении тов. Баумана на /74/ Ташкентской общегородской партийной конференции 7[7], который в своем докладе, посвященном задачам социалистического строительства в Средней Азии, коснулся также вопросов борьбы на идеологическом фронте и указал, между прочим, на мои ошибки, заключавшиеся в некоторой идеализации джадидов 8[8].

Оценку, данную тов. Бауманом в этом выступлении, само собой разумеется, я считаю абсолютно правильной и хочу лишь отметить, что указания тов. Баумана мною положены в основу исправления ошибок в настоящем издании моей брошюры.  /75/

Часть первая

"Думать, что мыслима социальная революция без восстаний маленьких наций в колониях и в Европе, без революционных взрывов части мелкой буржуазии со всеми ее предрассудками, без движения несознательных пролетарских н полупролетарских масс против помещичьего, церковного, монархического, национального и т.п. гнета, - думать так значит отрекаться от социальной революции" 9[9].

В. И. Л е н и н

ДЖАДИДИЗМ

Уже с русско-японской войны и революции 1905 года стало заметно оживление движения прогрессивных элементов в наиболее развитых и образованных кругах коренного населения Бухары и Туркестана, получившего позже название джадидизма.

Русская революция 1905 года оказала непосредственное влияние на общественное движение среди отсталых народов самой Европейской России, в том числе в среде турко-татарских племен, способствуя возникновению массовых революционных и националистических партий и групп, и она же, по мере углубления и расширения революционного процесса, оказывала давление на ход развития событий и в таких отдаленных окраинах, как Туркестан, или в таких полусамостоятельных "независимых" государствах, как Бухара и Хорезм. /76/

В результате это революционное движение крепко связывало Среднюю Азию, незаметно для нее самой, со всем ходом общественно-политического развития России. Так, например, в течение многих лет татары центральной России, Крыма и Кавказа влияли на весь ход политического и культурного развития народов Средней Азии.

Газеты "Тарджиман" 10[10], "Вакт" 11[11], а в последние годы также сатирические журналы муллы Насретдина сыграли крупную роль в развитии прогрессивных и национально-освободительных идей у народов Средней Азии. Само название, под которым объединились прогрессивные силы в Средней Азии, заимствовано так же, как и "Кадыми", под которым понимались все силы реакции, от татар, хотя слова эти собственно арабского происхождения: "джадид"-новое и "кадымим"-старое. Так постепенно из отдельных групп свободомыслящих и прогрессивных людей сначала в виде нескольких культурно-просветительных обществ в Бухаре, Ташкенте, Фергане и Самарканде и сложилась джадидская организация.

Эти общества, ведшие сначала пропаганду за реформу существующих школ, вставшие затем на путь необходимости светской системы образования и потребовавшие небольших реформ, в дальнейшем своем развитии, как известно, превратились в Туркестане в легальное движение культурно-просветительного характера, присоединившее впоследствии к своим культурно-просветительным домогательствам еще требования мелких административных реформ, а после революции 1917 г. прошедшее под знаменем автономии Туркестана. В Бухаре движение пошло другим путем. Начав с разговоров об облегчении налоговых тягот дехканства и мелких торговцев и о необходимости общего упорядочения налогового дела, бухарский джадидизм постепенно сложился в настоящее тайное общество с многочисленными членами, филиалами и массой сочувствующих среди самых разнообразных слоев бухарского населения.

Иначе и не могло быть. Разница в путях национально-освободительного движения в Туркестане и Бухаре вытекала из разницы хозяйственных и политических от- /77/ ношений, сложившихся к тому времени в русском Туркестане и в полунезависимой Бухаре.

В Туркестане, с его более высоким в сравнении с Бухарой хозяйственным укладом, с наличием больших кадров русских рабочих и значительным развитием деятельности русских политических партий, обстановка для развития прогрессивных идей была куда благоприятнее, чем в находившейся под двойным царско-капиталистическим гнетом деспотической средневековой Бухаре.

Возможность легальной работы толкнула Туркестанских джадидов на легальный путь; тяжесть эмирского деспотизма заставила бухарских джадидов организовать тайное общество.

Таким образом, джадидизм (и туркестанский и бухарский), имевший одно и то же начало, а именно, русскую революцию 1905 года, в дальнейшем разделился, вернее получил в Туркестане и в Бухаре различное организационное оформление, определившее пути политического развития.

Несомненно, что идеи, проповедуемые джадидами в Бухаре, разделялись и в Туркестане и наоборот, но уже и тогда не было единства цели и средств между туркестанской и бухарской джадидскими организациями.

Отдельные джадиды Туркестана и тогда понимали эту разницу и всеми силами старались содействовать достижению общего благоприятного результата, несмотря на всю разницу приемов и средств в джадидских организациях Бухары и Туркестана.

В этом отношении нельзя не упомянуть имени Махмуд Хаджа Бехбуди 12[12]. Едва ли кто из туркестанских джадидов того времени может сравниться с ним по политической, общественной деятельности и разнообразию знаний.

Что касается джадидов в Бухаре, то о них надо сказать, что они, представляемые отдельными прогрессивными элементами, недовольные средневековым деспотизмом эмиров и той ужасной беспросветной политической обстановкой, которая была в Бухаре, вначале не имели никакого твердого организационно-партийного оформления и в значительной мере представляли собой не политическую партию, а просто кучку фрондирующих интеллигентов. Все же именно эта кучка явилась тем зародышем, из которого развилось впоследствии /78/ сильное национально-прогрессивное движение, известное под именем джадидизма.

Джадидское движение приобрело организационный характер только с 1910 года, когда под влиянием турецкой 13[13] и персидской 14[14] революций весь мусульманский Восток был охвачен ярким национально-революционным возбуждением. /79/

ЭМИРСКАЯ БУХАРА

Каковы же были цели, состав и средства джадидской, впоследствии младобухарской организации? В какой обстановке приходилось ей действовать?

В отличие от Айни, у которого выходит, что все началось внезапно, как по мановению волшебной палочки, от того, что идея джадидизма взбрела в голову Ахмада-Кала 15[15], мы считаем необходимым начать именно с той обстановки, с тех экономических, культурных и политических предпосылок, на фоне которых и благодаря которым развился джадидизм.

Эта работа, конечно, не ученое исследование, мы не претендуем на исчерпывающий анализ эмирской Бухары, но набросать хотя бы легкий силуэт общественных взаимоотношений и противоречий между отдельными слоями и группами бухарского населения, нам думается, совершенно необходимо, ибо вне взаимодействия этих сил, вне связи с той борьбой, которая развертывалась в дореволюционной Бухаре, непонятным и случайным явится само джадидское движение.

Бухара того времени представляла собой, даже при сопоставлении ее с отставшей политически и хозяйственно от Запада на сотни лет царской Россией, - странный и уродливый анахронизм. Географическое положение в самой глубине Средней Азии, вдали от столбовых дорог современной культуры, но в самом центре мировых путей древности; забитое безграмотное население и в то же время на каждом шагу следы высокой арабско-персидской культуры, ставшей для нашего времени тоже, конечно, анахронизмом; тяжкий деспотизм эмира и весь строй древней деспотии, искусственно консервируемый и охраняемый из политических видов русскими штыками, - такова была эмирская Бухара. /79/

Никакого законодательного органа, кроме религиозных законов шариата, никаких гарантий личной и имущественной неприкосновенности не было у населения Бухары.

В каждый данный момент любой подданный мог быть схвачен по приказанию эмира и имущество его конфисковано. Никаких выборных органов не знала Бухара. Управление осуществлялось неконтролируемыми населением чиновниками, директивы которым давались в тиши дворцовых канцелярий. Естественно, при такой системе пышным цветом расцветали взяточничество и произвол. Население, с которого эмирские чиновники собирали тяжелые налоги, лишено было даже утешительного права знать, куда идут собранные с него денежки.

Разграничение государственных доходов и расходов от личного хозяйства эмира не принадлежало к числу эмирских добродетелей. Управление огромной страной велось как управление домашним хозяйством эмира. Оно именно так и было: эмиры рассматривали Бухару как свою вотчину, как свое домашнее имущество.

Все это совершенно обычно для ранних феодальных эпох, так это было и во время европейского средневековья, когда государственно-правовая и частноправовая области еще не разграничивались ни в сознании управляемых, ни в сознании правителей.

В кишлаках господствовало полунатуральное хозяйство, местами (Восточная Бухара) носившее даже чисто натуральный характер. Все же было бы грубой, хотя и часто встречающейся, ошибкой считать хозяйство Бухары в целом натуральным.

Под влиянием растущих экономических связей с Россией все большую и большую роль в хозяйстве Бухары стали играть так называемые технические культуры, главным образом хлопок, что, конечно, несовместимо с натуральностью и указывает на ярко выраженную товарность дехканского хозяйства.

Вот на этой-то растущей товарности мы должны остановиться подробнее.

Русский капитализм, занявшись вплотную Средней Азией, покрыв ее целой сетью своих банков, торговых контор, скупая усиленно дехканское сырье и поставляя в Среднюю Азию свою мануфактуру и другие фабрикаты, этот русский капитализм, в своем наступательном /80/ шествии, вносит глубокие изменения в экономику и, следовательно, в социальную структуру Туркестана и Бухары.

Европейская капиталистическая цивилизация с цивилизацией дехканского хозяйства, растущим расслоением дехканства, выделением на обоих его полюсах бедноты и кулачества, ростом торгового капитала и разложением старых феодальных и родовых связей и т.д. совершенно преобразила за последние десятилетия лицо Туркестана.

В Бухаре существовали те же явления, то же внедрение русского капитализма в патриархальную, средневековую жизнь, но там они были гораздо слабее.

Основным тормозом для капиталистического развития служил феодализм и продукт этого строя - эмирская власть и все, вытекающие из существования этой власти и этого строя следствия.

Отсутствие правовых гарантий не давало местному капитализму возможности нормально развиваться; старые докапиталистические порядки с "кормлением" чиновников, со ставкой на родовых феодальных вождей на окраинах и на духовенство по всей стране, усиленно поддерживаемые эмирским правительством, явились солидным препятствием на пути прогрессивного развития Бухары,

Я уже указывал на то, что старая арабско-персидская культура свила себе прочное гнездо в Бухаре. Бесчисленное количество школ, медресе, философы, писатели и отдельные выдающиеся толкователи корана в свое время превратили Бухару в светоч арабско-персидской культуры.

Духовное влияние Бухары во всей Средней Азии, вообще среди всех мусульман суннитского толка 16[16] было огромно.

Бухарские эмиры считались вторыми после турецких халифов государями в мусульманском мире. Десятки тысяч людей из коренных национальностей, представлявшие главным образом мелкобуржуазную массу городов Туркестана и России, до самой революции учились в духовных школах Бухары. Духовенство Бухары обращает на себя внимание, прежде всего, своей численностью: около одного процента всего населения эмирской Бухары - духовные лица. При этом необходимо иметь в виду их организованность - переплетение свет- /81/ ской и духовной власти в Бухаре, воплощенной в эмирском строе, огромная материальная помощь государственной власти мусульманскому духовенству, все это необычайно укрепляло экономические позиции духовенства Бухары и делало его организованной силой. Это особенное положение Бухары как духовного центра ислама в Средней Азии делает всякие реформы в ней одновременно и очень важными и очень трудными.

Это вышколенная, грамотная (большое преимущество в безграмотной стране) армия, хорошо организованная, дисциплинированная и обладающая, кроме того, большими материальными ресурсами, так называемыми вакуфными землями, пожертвованными в пользу медресе, доходами которых распоряжается духовенство.

Духовенство являлось также основным кадром, поставщиком чиновничества. В руках мулл находился суд: каждый мулла маленькой мечети мог быть, по крайней мере рассчитывал быть, казием 17[17]. Духовенство имело организованный, связанный с государством, политический центр из 12 муфтиев 18[18], ахуна 19[19] и главного казия.

Единение этих двух сил: феодалов и духовенства - образовывало нерушимую, казалось, силу бухарского правительства, сановную верхушку Бухары. Эта сановная верхушка монополизировала, держала в своих руках все дело управления, суда и образования. Давать населению возможность светского образования, это значило - готовить себе противников, вбивать клин в единую и окостенелую систему средневековой традиции, на основании которой управлялась Бухара, и, конечно, правительство на это не шло. Всемерно поощряя старометодные школы, медресе, духовное образование, заключающееся в изучении священных книг, правительство Бухары как огня боялось европейских методов образования. Оно инстинктивно чувствовало, что арифметика и естествознание - верные слуги надвигавшейся капиталистической цивилизации, уничтожат живой анахронизм - эмирскую Бухару. С другой стороны, идеологи демократии и торгового капитала - джадиды выставляли первоначально на своем знамени именно требования новометодных школ, европейского образования и хотя бы ограниченной свободы печати. Они правильно полагали, что лишь при наличии этих необходимых культурных предпосылок возможна освободительная борьба. /82/

СОЦИАЛЬНАЯ СТРУКТУРА ЭМИРСКОЙ БУХАРЫ

Как складывались общественные взаимоотношения, та социальная среда, внутри которой приходилось работать в Бухаре?

Какова была социальная и политическая физиономия отдельных групп бухарского населения?

Начнем с верхнего конца социальной пирамиды. Наверху были высшие (сановники и духовенство. Как уже указывалось, они были тесно связаны между собой, настолько тесно, что одни и те же лица занимали и высшие светские и высшие духовные должности, например, сам эмир - главный казий.

В их руках, в результате систематического грабежа народных масс, скопились значительные богатства, что позволяло этой группе населения выступить в качестве представителей ростовщического капитала. Ссуды сановников торговцам, финансирование ими торговли, которая, таким образом, становилась зависимой от взаимодавцев, были обычным явлением.

Чиновничество, духовенство, финансовая аристократия не были дифференцированы и представляли собой, как это обычно бывает в ранние эпохи торгового капитализма, одну сплошную компанию, золоченую верхушку эмирской Бухары.

Конечно, на какое бы то ни было развитие прогрессивных идей у этой части населения трудно было рассчитывать. Она была, безусловно, предана эмиру и являлась самым надежным оплотом всяческого мракобесия.

Дальше идет слой бухарского купечества. Многие европейцы считают, что именно бухарское купечество служило главной опорой и резервуаром джадидского движения.

Это верно, но только отчасти.

Дело в том, что крупное самостоятельное купечество в Бухаре насчитывалось лишь единицами, вся же остальная масса состояла из посредников и маклеров русских торговых фирм и банков. Они служили проводниками русской капиталистической эксплуатации, роль их сводилась к служению русскому капитализму. Это была не самостоятельная торговая деятельность, а ра- /83/ бота на хозяина. Все они находились в постоянном и тягостном долгу у банков.

Зависимость бухарского купечества от русского капитала увеличивалась еще финансовой неустойчивостью, слабой платежеспособностью, вызываемой и поощряемой действовавшими законами о долгах.

Не было почти ни одного бухарского купца, который бы не обанкротился. А такие банкротства отражались, прежде всего, на местном же купечестве, так как взыскания, производимые из имущества банкротов, в первую очередь удовлетворяли иски банков и только остатки шли на удовлетворение купечества.

Купеческая масса была в значительной своей части аморфно-реакционной. Она очень мало отличалась от прочего населения и была также темна и малограмотна, а финансовая зависимость от русского капитала и собственной ростовщическо-чиновной верхушки связала эту массу с существовавшим строем, делала из нее серных холопов эмирата. Падкость купечества на медали и халаты только увеличивала эту зависимость.

Очевидно, не здесь, не в этой текучей и неустойчивой торговой толпе должны мы искать истоки джадидизма.

Конечно, джадидизм выражал интересы торгового капитала, но непосредственно он строился не руками торгового класса.

Следующим за торговцами по экономической мощности классом являлись в Бухаре сельские кулаки.

Они гораздо более независимы и самостоятельны; существуя в значительной мере натуральным хозяйством, они сравнительно слабо подвержены сторонним влияниям и обладают благодаря своим родовым связям и экономической силе значительным авторитетом среди окружающего населения.

Именно они, в основном вместе с духовенством, являлись наиболее опасными и упорными врагами всяких реформ, наиболее верными защитниками старого порядка.

Почему?

Их земельные владения не очень значительны - 20-30 десятин в среднем, так что помещиками и назвать их трудно, но они все же не простые кулаки в нашем современном смысле слова, т.е. не просто богатые кресть- /84/ яне, а начинающий складываться тип фермерского хозяйства с применением наемной рабочей силы.

Дело в том, что их земли самые лучшие по качеству, так называемые "мульк" 20[20] и "мульк-хур" 21[21] в части поливной, и "танхо" 22[22] в части богарной, где владения одного лица доходят до 100-150 десятин. Земель "танхо" особенно много в Средней и Восточной Бухаре.

И "мульк-хур" и "танхо" - все это пожалованные эмиром земли, своего рода восточные бенефиции, с какими хорошо была знакома средневековая Европа.

Глава государства дарит такие земли своим чиновникам за службу, но фактически они службы не несут, а живут у себя на земельных участках, как настоящие маленькие феодалы. Сами они землю не возделывают: за них ее возделывают чайрикеры 23[23], которые берут за свою работу 1/4 урожая. Особенно много таких кулаков в Восточной Бухаре. В другой части 40% урожая этих земель, обычно идущие в пользу государства, передаются в пользование чиновнику, которому эти земли подарены; эта уступка государственных 40% и называется "танхо".

Эмиры знали, что делали. Они этими подарками создавали на окраинах из вождей племен и родов верных вассалов и через них управляли беспокойным населением окраин.

Дальше шла основная масса мелких товаропроизводителей - дехканство. Именно дехканство выносило на своей спине роскошь и разврат эмирского двора и духовенства, именно оно своим тяжким трудом создавало местные капиталы и прибыли русских капиталистов, именно за счет дехканства, за счет взяток и поборов с него существовало многочисленное жадное чиновничество.

Однако, несмотря на все свое бесправие, несмотря на все падающие на него экономические тяготы, дехканство в целом не было в то время настроено революционно.

Оно было слишком темно, забито и безграмотно, слишком сильно находилось в цепких лапах духовных лиц, чтобы создать или поддержать какую бы то ни было революционную организацию, хотя стихийные крестьянские волнения, по тому или иному поводу, в Средней и Восточной Бухаре были обычным явлением до и /85/ после завоевания Туркестана царским правительством. Эти волнения каждый раз жестоко усмирялись силами бухарских эмиров. Конечно, дехканство, с другой стороны, не было и оплотом реакции.

Пролетариата, в точном смысле этого слова, т.е., фабрично-заводских рабочих в Бухаре почти не было, если не считать рабочих хлопкозаводов и др.

Политика русского царского правительства всячески препятствовала созданию в колониальных окраинах местной национальной промышленности. Окраины должны были быть резервуарами сырья для центра, не больше.

Несколько хлопкоочистительных заводов, конечно, не могли создать в Бухаре пролетариата. Это отсутствие местного национального пролетариата накладывало определенный отпечаток на все развитие революционного движения. Малочисленность рабочего класса выдвигала на арену борьбы с эмиратом главным образом мелкобуржуазные элементы городов (кустари, ремесленники, мелкие торговцы и т.д.).

Джадиды, являясь представителями этих мелкобуржуазных элементов, именно в силу этого, не были до конца революционными. Джадидам, так же как и олицетворяемой ими мелкой буржуазии, были присущи частые колебания и неустойчивость. В осуществлении своих непосредственных задач - защиты интересов развития капитализма в Бухаре, джадиды, как таковые, на определенном этапе развития Бухары сыграли революционную роль, но именно в силу своей социальной природы, джадидизм не мог быть до конца революционным, поэтому не случайным является выпячивание вперед не только национальных лозунгов, что, естественно, не могло быть у джадидов, но и лозунгов панисламизма, - джадиды как во всем теоретическом построении, так и в своей практической работе, затушевывали социальные противоречия.

Джадиды, в силу своей социальной сущности, с одной стороны, и недооценки значения пролетарских (рабочие хлопкозаводов, машкабы 24[24], возчики и пр.) и полупролетарских (батраки, чайрикеры, беднейшая часть кустарей и т.д.) элементов, с другой, не сумели вовлечь эту несомненно революционно настроенную по своей социальной природе часть населения в движение джа- /86/ дидизма, не сумели выдвинуть ни одного, сколько-нибудь значительного лозунга, отражающего непосредственные интересы этой среды, если не считать некоторых требований по части налогов, реформы суда и т.д., которые, естественно, были общенародными лозунгами.

Возчиков, водоносов, сапожников, мастеровых и кустарей разных специальностей всех вместе насчитывалось десятки тысяч человек, и эти люди, не связанные экономически с господствующими кругами, сановниками эмира и духовенством, но выносящие на своей шкуре тяжелые налоги и эмирский деспотизм, достаточно развитые и подвижные благодаря городской жизни, могли бы служить хорошим революционным материалом, будь у них какой-либо организованный руководящий центр. Но такого центра, к сожалению, не было.

СОСТАВ И ЦЕЛИ ДЖАДИДСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ

Кто же все-таки были джадиды? Из кого преимущественно состояла джадидская организация?

В основном джадиды были выразителями интересов города, в деревне же почти не было элементов, которые могли бы их поддержать. Из городского же населения прогрессивно была настроена его служилая часть (конечно, это не относится к служилым верхам - сановникам).

Большинство джадидов принадлежало к материально средне и плохо обеспеченной интеллигенции или мелкой буржуазии: студенты духовных школ, мелкие лавочники, мелкие чиновники. Были и крупные купцы, но, во-первых, их было мало, они составляли исключение, а во-вторых, они не столько сами работали в организации, сколько поддерживали ее материально, назовем из них хотя бы Мансурова и Якубова. Были даже крупные духовные лица, например, мулла Икрам*[25], но в основном, джадидская организация формировалась из городской мелкой буржуазии. /87/

Укажу здесь имена и социальное положение некоторых первых ее организаторов. Вот несколько из них: Айни Садриддин - студент духовной школы, дехканин Абду Вахид Бурханов - писарь, впоследствии мелкий чиновник; Фитрат 25[26] - студент, поэт, сын небольшого городского торговца; Усман Ходжаев 26[27] - сын мулы и небольшого торговца; Джурабайин - дехканин из Вабкента, первый открывший у себя новометодную школу.

Рабочих и крестьян в первое время в организации почти не было. Позже, после Февральской, и особенно после Октябрьской революции, дело изменилось: революционное движение захватило дехкан и солдат; но это уже не относится к периоду джадидизма.

Об агитации в армии поговорим после, пока же, выяснив состав джадидской организации, постараемся вкратце наметить ее требования, ее платформу (настоящей программы не было) и ее тактику, чтобы иметь перед собой ясный облик джадидской организации, какой она сложилась в предвоенные и военные годы.

Этому среднегородскому и интеллигентскому составу вполне соответствовала и платформа и тактика джадидов.

Основными требованиями и задачами джадидов были: борьба с религиозным фанатизмом путем распространения новейшей религиозно-светской литературы турко-татарского издания, введение светских новометодных, европейского образца школ взамен старых, чисто религиозных, схоластических, общая перемена всей средневековой, схоластической системы народного образования на светскую, отвечающую требованиям современности, и ослабление цензурного гнета, с хотя бы частичной свободой печати, - это в области идеологии; в области же экономики и администрации джадиды требовали: снижения налогов, но это не было ясно сформулировано, а главное - их упорядочения и точной фиксации, изгнания из этой области произвола беков, которые разными путями доводили налоговое обложение до 30% и больше валового дохода дехкан, что приводило к полному народному обнищанию; в области законодательной - введения хотя бы каких-нибудь правовых гарантий, необходимых для правильного функционирования современной, уже приобретшей оттенок капиталистической цивилизации, народнохозяйственной жизни Бухары. /88/

Здесь джадиды также до конца своей деятельности ясно не выразили того, чего хотели...

Венцом всех джадидских требований, сладкой мечтой джадидизма, его программой максимум, правда, разделявшейся только отдельными, наиболее передовыми представителями джадидов, так и не получившей признания у сколько-нибудь значительной части организации, - в последние предреволюционные годы было введение в Бухаре конституции по младотурецкому образцу.

Таким образом, мы видим, что пропаганда джадидизма в общем ориентировалась на развитие и процветание капитализма.

Уничтожить средневековую деспотию, заменить ее современным буржуазно-демократическим строем - таков был идеал младобухарцев позже, в первые дни Февральской революции.

Здесь мы присутствуем при очень частом в истории буржуазных революций явлении, когда интеллигенция является застрельщиком и проводником революционных идей, еще спящих у буржуазии. /89/

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ДЖАДИДОВ ДО ФЕВРАЛЬСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ 1917 ГОДА

Тактика джадидизма сводилась в дореволюционное время в значительной степени к культурничеству. Для революционного действия, как они считали, не было тогда объективных условий.

Однако даже легальная проповедь джадидов наталкивалась на преследование со стороны правительства, реакционной части буржуазии и духовенства, которым нередко, в тех или иных районах государства, удавалось восстановить против джадидов и более широкие массы.

В этом отношении характерны события, которые произошли по поводу новометодных школ Абду Вахид Бурханова и Низаметдина.

Еще в 1908 г., после годичного существования, в школах Абду Вахид Бурханова было решено организовать для своих учеников торжественные экзамены в присутствии родителей, духовенства и городской знати. Туда /89/ же были приглашены представители всех других слоев населения Бухары.

И вот во время экзаменов произошел между собравшимися крупный спор. Все общество раскололось на два враждебных лагеря. Предметами спора явились: 1) оценка новых школ, 2) предметы преподавания.

Одна группа знатных людей с муллой Икрамом во главе считала новые школы как по форме, так и по существу, весьма полезными для развития народа и процветания страны и не находила в них ничего антирелигиозного или антигосударственного. Поэтому она высказалась за реформу, согласно взглядам джадидизма всей системы народного образования, вплоть до медресе, т.е. высших мусульманских школ.

Другая часть во главе с муллой Абдуразык признавала новометодные школы вредными - антирелигиозными и антигосударственными и высказалась за необходимость общественной и государственной борьбы с ними.

Реакционеры приводили два основных аргумента против новометодных школ:

1) форма обучения в школах не мусульманская, она приближается к русскому или европейскому типу (дети сидят за партами, одновременно пишут и читают и т.д.);

2) новометодные школы не отвечают принципам ислама и по существу, ибо, хотя в них и преподается религия, но она извращена, а, кроме того, в новых школах преподается целый ряд предметов, как-то: арифметика, география, в особенности естествознание, которое совершенно противоречит мусульманскому мировоззрению.

Этот спор, где столкнулись старые взгляды с новыми, занесенными из Европы и Ближнего Востока, конечно, не мог замкнуться в стенах школ, не исчерпал себя препирательством на экзаменах; он должен был выйти и вышел наружу, в широкие круги бухарского общества.

Это было крупное столкновение джадидизма с кадымизмом, нового со старым.

Почти все бухарское общество приняло участие в этом споре и раскололось на две группы: джадидов и /90/ кадымов, т.е. прогрессистов и реакционеров. Во главе сторонников джадидизма стоял мулла Икрам; во главе кадымов - мулла Абдуразык, известный реакционер.

Эта борьба привела, естественно, к поражению еще не окрепшего джадидизма. Школы были закрыты, дети разогнаны по домам, с родителей правительством была взята подписка не обучать своих детей в будущем по джадидскому методу. Имя "джадид" стало синонимом безверия и всяких других преступлений. Не только джадиды были поставлены в положение бесправных людей, людей, лишенных всякого уважения, но и их сторонники, даже из весьма крупных и "почетных" людей страны. Этой участи не избежал и популярный Домулла Икрам. Этими событиями начинается период небольшой спячки внутри страны. Но работа не останавливается, центр тяжести работы переносится на подготовку кадров вне страны. Начинается полоса вербовки молодых способных людей из сочувствующей джадидам среды для посылки на учебу в культурные мусульманские центры России (Оренбург, Казань) и Турции (Константинополь). Начиная с этого времени джадиды переходят к методу печатной пропаганды своих идей.

Джадидам пришлось перевести на полулегальное положение всю свою деятельность, и, как часто бывает, полулегальные кружки стали работать активнее легальных. Таких пропагандистских, тайных организаций насчитывалось в Бухаре во время войны до десяти. Самыми сильными и активными были: Бухарская, Керкинская и Шахаршаузская.

Так шло развитие джадидизма в Бухаре. Джадидизм, возникший здесь позже, чем в других частях Туркестана, нашел здесь более благоприятную почву. Невыносимо тяжкая атмосфера бухарской общественной жизни, двойной царско-эмирский гнет повернули его с пути культурничества на путь политический, что видно хотя бы из литературной деятельности бухарских джадидов, которая в те времена имела значительные размеры.

Как раз в это время (с 1909 по 1915 г.) появился целый ряд упомянутых нами книг, содержавших жесточайшую критику существовавшего строя, безжалостно вскрывавшую все его многочисленные недостатки, разоблачавшую гнилую систему эмирата. /91/

Сюда надо отнести, прежде всего, произведения Фитрата "Саяхи-Хинди" (Индийский путешественник) "Сайха", сборник стихов, "Айила" и несколько пьес, например, "Веки-Чан".

Большую роль в освободительной литературе играли также издававшиеся в 1912 г. газеты "Туран" и "Бухара и Шариф".

Затем опять наступает период легальной работы (1912, 1914 гг.). Нелегальная литературная деятельность приносит свои плоды. Несмотря на всяческие запреты книжки Фитрата распространяются очень хорошо, их читают с большим интересом во всех слоях общества, вокруг них ведутся споры.

Я не могу не отметить здесь особенно выдающегося значения таких брошюр Фитрата, как "Саяхи-Хинды", на которую реагировали не только в Бухаре, но и за пределами ее. Эта книжка появилась позже в переводе и на русском языке. "Сайха" - сборник патриотических стихов, чтение которых преследовалось не только бухарским, но и русским правительством, поскольку в этих стихах впервые в очень яркой форме была выставлена идея бухарской независимости, и значительные сторонники джадидизма в обществе, не исключая и правительственных сфер, дают возможность восстановить кое-что из потерянного.

С этого момента и начищается второй период культурно-просветительной работы джадидов, уже легальной.

Деятельность их по-прежнему началась в Бухаре, но скоро распространилась на Шахрисябз и Керки.

Новометодные школы были открыты следующими видными джадидами: Абду Бахил Бурхановым, Усман Ходжаевым, Мукамил Бурхановым 27[28] и др.

Основной работой джадидов являлась в это время именно организация новометодных школ, подробное описание которых мы находим у Айни.

Однако Айни совершенно умалчивает о значении этих школ в деле подготовки политической борьбы с эмиром, в деле организации антиправительственных элементов и прямой агитации втянутых в работу школ родителей. Это, возможно, происходит оттого, что Айни принадлежал к группе старых джадидов, не сочувствовавшей активной борьбе с эмиратом и сводившей тактику исключительно к культурничеству. /92/

Я лично весьма хорошо помню, как в школах Усман Ходжаева, Бурханова и др. неоднократно собирались наши товарищи, собирали родителей, детей и начинали под тем или иным соусом, сначала весьма робко, а затем открыто агитацию против эмира лично и его правительства. Главными аргументами, конечно, являлись порабощение Бухары царской Россией, отсталость, некультурность, невежество духовенства, разврат и роскошь эмирского двора, произвол властей, тяжесть налогового бремени и многое другое.

Когда в 1913 г. и начале 1914 г. эмир закрыл новометодные школы, Фитрат, Ата Ходжаев 28[29] и многие другие покинули Бухару и в весьма короткое время сумели организовать сеть таких же школ по разным городам. Население встречало их с большим сочувствием. Несмотря на приказание эмирского правительства, местные власти не могли закрыть новометодные школы в таких городах, как Керки и Шахрисябз, - так велика была поддержка этих школ со стороны населения. Вокруг них объединилось все, что было живого в эмирской Бухаре. Они служили той кузницей, в которой выковывалась значительная часть работников Бухарской революции 1918-20 гг.

Так вокруг новометодных школ и тайных кружков медленно накапливались силы прогрессивной оппозиции. Эти силы были еще не велики: подлинные широкие массы почти еще не были затронуты джадидской пропагандой, но штаб джадидизма, его головка, складывались и оформлялись в этой работе.

Медленно, благодаря своеобразию окружающих условий, с большим трудом, но все же росли и крепли будущие партийные кадры младобухарцев.

Это была кропотливая, тягостная и малозаметная работа и борьба.

Жестокие преследования власти, отсутствие мощной поддержки, сильнейшие религиозные предрассудки, давившие, как стопудовая гиря, на сознание народа, - все это, конечно, препятствовало джадидскому движению извне.

Некультурность, зараженность предрассудками, феодально-патриархальный уклад семейной жизни, деловые заботы службы и торговли, вообще заботы о личном /93/ благосостоянии у самих джадидов ослабляли и разлагали движение изнутри.

Джадидизм переживал своего рода кризис в 1914-1915 гг., когда под давлением двойной цензуры были закрыты издававшиеся газеты и усилились придирки эмирской администрации к легальным обществам, в том числе к издательству и книжному магазину "Маарифат".

Этому, конечно, способствовал другой момент, о котором мы не можем не упомянуть и который внес в ряды деятелей джадидизма некоторые разногласия.

Этот момент заключается в том, что по возвращении своем с учебы - из Константинополя и Оренбурга - многие ученики уже не были согласны со своими прежними учителями - старыми деятелями джадидизма - ни в смысле целей, ни в смысле методов работы. Их уже более не удовлетворяла прежняя мечтательность джадидов, не выходящая из рамок узкого культурничества, замкнутая внутри стен Бухары. Они требовали выдвижения политического момента, точной формулировки политических задач.

В их новых требованиях уже ясно звучали мотивы народничества. Они предлагали бороться за снижение налогов, за облегчение тяжкой доли дехканства. Они критиковали деятельность чиновников и требовали вмешательства джадидов, в целях ограничения чиновничьего произвола.

Эти новые требования возвратившихся с учебы молодых джадидов нашли горячий отклик у сочувствующей джадидизму молодежи из самых разнообразных слоев населения тогдашней Бухары, и они же вызвали первую дифференциацию джадидизма, первое расслоение его рядов на джадидов старого толка и левое крыло, состоящее в основном из молодежи.

Во главе джадидов старого толка встал Абду Вахид Бурханов, во главе левых - Фитрат.

В своем месте мы укажем на те серьезные последствия, которые вызывали эти разногласия для последующих событий в Бухаре.

Однако преследования эмирской администрации, с одной стороны, и русского политического агентства и царской полиции, с другой, вели организацию к замкнутости и содействовали в то же время ее сплочению. /94/

ФЕВРАЛЬСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ И ПЕРВЫЙ КРИЗИС ДЖАДИДИЗМА

Февральская революция для Бухары и ее общества явилась неожиданно. Вдали от крупных промышленных центров России Бухара не знала о надвигавшейся революционной буре; информируемая официальными газетами, она не предполагала такой близости революции. Не случайно туркестанскому генерал-губернатору удалось скрыть факт свержения царя на несколько дней от населения всего края. Но ликование было всеобщим, не исключая русского населения бухарского эмирата. Все население края вышло с манифестациями на улицы, как только стал известен факт свержения Николая II.

Манифестация, многочисленные речи о свободе, равенстве и братстве заполняли первые дни Февральской революции. Бухарское население не могло остаться безучастным, - население г. Старой Бухары с огромным интересом наблюдало за развертыванием событий и принимало живейшее участие в обсуждении проблем и перспектив революции. Запрет эмирского правительства подданным эмира принимать участие в действиях русского населения в поселках не помогал; людям не разрешали ехать в Новую Бухару посмотреть, что делается у русских, свергших своего царя. Но люди шли, смотрели и сами принимали участие.

Джадиды, конечно, целиком были на стороне русской революции и активными ее союзниками в Бухаре. Февральская революция, как казалось тогда большинству джадидов, принесла свободу и им. Джадиды приступили к более активной работе. Начали создаваться все новые и новые кружки, началась массовая вербовка новых членов в тайные комитеты. Тайные комитеты из 12 охватили город со всех сторон; джадиды всячески форсировали события и очень сильно рассчитывали на поддержку совершивших революцию рабочих России.

Однако разношерстность состава джадидской организации и уже наметившиеся политические расхождения, временно не выявившиеся из-за преследований эмира, не замедлили обнаружиться, как только условия работы облегчились: немедленно после Февральской революции /95/ в России они обнаружились с большой силой и не дали спокойно проработать даже два месяца.

Вначале после революции главным моментом разногласий были вопросы отношения к русской Февральской революции, организационные и тактические выводы из этого факта.

Старые руководители джадидов держались того мнения, что под влиянием русской революции эмир пойдет на значительные реформы, вплоть до реорганизации системы управления, учреждения народного представительства, могущего контролировать если не эмира, то, по крайней мере, чиновников  и т.д. и даже ответственности этих последних и кушбеги 29[30] перед народным представительством.

Они отсюда делали вывод о ненужности нелегальной работы, о том, что она только извратит движение и отпугнет эмира.

Другие полагали, что эмир вследствие пассивности народа сможет добиться длительного соглашения с временным правительством и что реформы, если и будут, то будут незначительными, поэтому делать организационные выводы и переходить на полную легализацию нельзя, ибо тогда появится опасность полного разгрома организации эмиром.

Эти споры велись, пока не организовался объединяющий все легальные и нелегальные группы центр. Но улеглись они только на время, пока Абду Бахил Бурханов шел на соглашения с меньшинством, и начались снова, как только при разрешении целого ряда острых вопросов возникли новые разногласия Абду Вахида Бурханова и его ближайших друзей с меньшинством, возглавляемым Фитратом. Образовался новый центр.

Участвуя очень недолго в новом центре со всеми руководящими деятелями джадидизма, я был убежден в неизбежности дальнейшего расхождения путей.

Основными спорными вопросами в руководящей группе из 12 человек были:

1) отношение к предполагаемому манифесту эмира;

2) вопросы агитации и демонстрации в связи с манифестом эмира.

Мы дальше укажем, в какой плоскости обсуждались эти вопросы и какие решения были приняты нами. Важно, что в этом споре изжила себя и перестала сущест- /96/ вовать руководящая группа джадидов из 12 лиц, и с нею вместе перестал существовать джадидизм как единое целое. Я хочу сказать, что именно здесь берет свое формальное начало организация, получившая позже название младобухарской революционной партии.

Этот в высшей степени важный факт является одним из положительных достижений джадидизма в Бухаре для тех времен.

Февральская революция окрылила джадидов, к этому времени уже создавших из своих перестроенных кадров новую младобухарскую организацию.

Она открыла перед ними широчайшие перспективы народовластия. Когда младобухарцы увидели во главе своего могучего северного соседа, России, не царскую камарилью, а казавшееся тогда джадидам очень либеральным Временное правительство, они решили начать действовать активно и добиться у эмира, при помощи новой русской власти, так давно желаемой, но смутно представляемой, конституционной монархии, а также и европейской системы образования.

Однако организация была еще не готова к массовой революционной работе: Февральская революция в России застала ее врасплох.

Все же удалось наладить тесную связь с некоторыми и весьма важными провинциальными центрами: с Корками, Чарджуем и Шахрисябзом.

С 1917 года усиленно вербуются новые члены, и организация расширяется за счет трудящихся и интеллигенции.

Для руководства этой новой, более активной работой на основах, нами выше указанных, организация избирает Центральный Комитет.

В новый Центральный Комитет вошли: Абду Вахид Бурханов (председатель), Фитрат (секретарь), Усман Ходжаев (казначей) и члены: Мухитдин Рафаат, Муса Санджанов, Ата Ходжаев, Ахмеджан Абдул Саидов, я и Хамид Хаджа.

Центральный Комитет, чтобы иметь возможность быстро и тайно расширять организацию, предохраняя ее от провокаторов эмира, создал систему "дюжин". Каждый член Центрального Комитета имел под своим руководством 12 человек, каждый из этой "дюжины" организовывал новую дюжину и т.д. Этой мерой до- /97/ стигались столь важные при нелегальной работе тайна и крепкая спаянность.

Этим путем организация значительно расширялась. Подобных организаций в одной Бухаре создалось до 50.

Вместе с тем, перед организацией появились новые задачи.

Революция в России, замена царского правительства правительством либеральной буржуазии совершенно изменили обстановку, в которой действовала младобухарская организация: появилась возможность требовать реформы, опираясь на русскую демократию и правительство.

Было бы вполне логично и целесообразно, если бы Россия, уничтожившая у себя самодержавие, пришла на помощь бухарским прогрессистам и реформировала деспотический строй эмирской Бухары, своего вассала.

Однако империалистическое Временное правительство, как и следовало ожидать при правильной, а не джадидской его оценке, не только не обратилось к эмиру с призывом реформировать его средневековый режим, но даже и оставило в неприкосновенности в Бухаре прежний царский дипломатический аппарат.

Русский царский резидент Миллер и его ответственные сотрудники, всею душою преданные старому режиму, остались на своих местах. Иллюзии джадидов с каждым днем все больше и больше рушились.

Как мы увидим дальше, это обстоятельство сильно затрудняло развитие младобухарского движения, так как русское резидентство, долженствующее по общей политической ситуации быть горячим союзником хотя бы джадидских прогрессистов, на деле занимало чрезвычайно двусмысленную, если не сказать больше, позицию.

Как бы там ни было, Февральская революция открыла перед младобухарской организацией новые методы и новые пути работы в смысле сотрудничества со сбросившей цепи деспотизма Россией.

Эти пути джадиды, конечно, постарались использовать.

На специальном совещании активных младобухарцев (я на этом совещании не присутствовал и поэтому точного его состава не знаю) был выработан текст те- /98/ леграфного обращения к Временному правительству и Петроградскому Совету рабочих н солдатских депутатов, в котором младобухарцы поздравляли освобожденный русский народ в лице его правительства, указывали на историческую связь русского и бухарского народов и просили Временное правительство оказать давление на эмира в смысле побуждения его к реформам.

Ответ не замедлил прийти: русский резидент Миллер и эмир получили из Петрограда телеграмму с пожеланием скорейших реформ и с указанием, что при новом строе в России не может и не должно существовать близкого и соседнего бесправного народа. Но реформы не последовало.

После долгих ожиданий Центральный Комитет организации отправил в Петроград новую телеграмму с просьбой воздействовать на эмира.

Эту телеграмму составил я, и за подписью Фитрата и Санджанова она была отправлена в Самарканд для передачи оттуда по телеграфу в Петроград.

Эта уловка, подача телеграммы через Самарканд, нужна была потому, что телеграммы, отправляемые из Бухары, прочитывались русским резидентом, а так как дружеские отношения с эмиром русского резидента Миллера, старого реакционера, были слишком хорошо известны, то существовала уверенность, что эмир будет тотчас же осведомлен о тексте телеграммы.

Не довольствуясь только письменными сношениями с Петроградом, организация решила отправить туда делегацию с целью информировать Временное правительство о положении Бухары, а также всюду, где возможно, агитировать за дело джадидизма среди российских мусульман.

Делегация в составе Фитрата и Усман Ходжаева выехала в Петроград, но доехала только до Оренбурга, так как получила известие о выезде в Бухару для урегулирования спора между джадидами и эмиром специальной комиссии. Младобухарская делегация предпочла быть на месте.

Из всего сказанного ясно, какое огромное значение придавал джадидизм в целом помощи извне, из революционной России.

Без этой помощи, при самостоятельной работе нужны были бы долгие годы напряженной ежедневной под- /99/ готовки, чтобы провести в Бухаре хотя бы частичные административно-правовые реформы и реформировать дело народного просвещения, не говоря уже о свержении эмира, что и тогда ставилось как революционная задача.

В это время Миллер, несмотря на все свои нежелания, принужден был начать осуществлять директивы под давлением рабочих Новой Бухары и Советов рабочих депутатов Туркестана; он стал ежедневно бывать у эмира, иногда по целым дням оставался в Бухаре, где вел переговоры с различными слоями населения, стараясь узнать отношение народа к джадидизму и подсчитать силы прогрессивной и реакционной партий.

Наконец, он пригласил на частное совещание некоторых старых джадидов: Усман Ходжаева, Абду Бахил Бурханова и других. Их все хорошо знали как джадидов.

Миллер на аудиенции спросил их, каковы требования джадидов? Чем бы они могли быть удовлетворены?

Абду Бахил и другие, приняв все предосторожности и сохранив партийную конспирацию, каждый персонально изложили точку зрения джадидов.

Требования младобухарцев, поскольку они остались у меня в памяти, сводились к следующему:

1) народное представительство, центральное при эмире и местное при беках, улучшение администрации и контроль народных представителей над нею;

2) отмена налогов, кроме установленных законами шариата;

3) свобода школ и печати и, наконец,

4) смена некоторых наиболее фанатичных и реакционных сановников эмира.

Миллер ответил, что требования джадидов он считает слишком большими и утопическими, ибо реальной силы у джадидов нет, они малочисленны, и принудить эмира все равно не сумеют.

Между прочим, Миллер показал собравшимся большую книжку, в которой была записана масса имен членов организации.

Откровенность реакционера сразу открыла нам глаза: Миллер не мог иметь этих сведений без измены внутри организации. /100/

Несмотря на все наши старания, эта измена обнаружена не была.

Все же наши усилия и директивы русского правительства не остались совсем безрезультатными. /101/

МАНИФЕСТ ЭМИРА И МАНИФЕСТАЦИЯ

17 марта был объявлен эмиром долгожданный манифест. Он оказался, однако, до смешного ничтожным по существу и не смог удовлетворить младобухарцев; с другой стороны и реакционеры были им раздражены и повели усиленную агитацию через духовенство против манифеста и отступников ислама - джадидов.

Приведу здесь полностью текст манифеста, этого все же весьма ценного в истории освободительного движения Бухары документа.

Манифест

Он, к которому обращаются за милостью.

В непрестанных заботах Наших о благе и счастии всех верноподданных Наших решили Мы приступить к возможно широкому улучшению всех отраслей Нашего управления, искоренению всех злоупотреблений и неправильностей оного на выборных началах, согласно желанию народа.

Напоминая всем верноподданным Нашим, что единственной основой всех улучшений и полезных изменений может быть лишь священный шариат, призываем всех помочь Нам в исполнении принятого на себя твердого решения осветить Бухару светом прогресса и знаний, полезных для бухарского народа.

Прежде всего, Нами будут положены незыблемые основания справедливого отправления правосудия и взимания хераджа 30[31], зякета 31[32] и других налогов и обращено особое внимание на развитие в ханстве промышленности и торговли, в особенности с могущественной Россией. Чиновничеству и всем служащим лицам, над которыми будет установлен контроль, будет определено содержание с воспрещением каких-либо вознаграждений за служебные действия. Нами будут, затем приняты все меры к развитию и поощрению в стране полезных знаний науки, в точном согласии с повелениями шариата.

В заботах о здравии, о благоденствии подданных Наших, проживающих в столице Нашей, решили Мы предоставить населению избрать совет достойных уважаемых народом людей, каковые и озаботятся оздоровлением и благоустройством столицы Нашего ханства.

Считаем также отныне необходимым учредить государственное казначейство и установить бюджет Нашего ханства с точным исчислением приходов и расходов на государственные надобности 32[33].

Полагая, что все верноподданные Наши должны быть точно н своевременно осведомлены о всех начинаниях и распоряжениях /101/ Наших на благо н счастие Бухарского государства, признали Мы устроить в столице Нашей - Бухаре - типографию, первой задачей коей будет издание особых, по мере надобности, известий для общего пользования и для приобретения бухарцами полезных сведений.

Для блага народа Нашего Мы приложим заботы к дальнейшему развитию в Бухарском ханстве самоуправления по мере того, как надобность в этом будет выясняться.

В ознаменование торжественного сего события, в тесном единении с великой покровительницей Нашей, Россией, повелеваем отпустить на свободу с согласия и одобрения народа заключенных в тюрьмах.

Пятница, 28 Джемадиуссани 33[34], 1335 года Ходжары 34[35].

В столице Бухары благородной.

Большая печать Сеида Алима эмира бухарского.

Опубликование манифеста сопровождалось известным церемониалом, принятым в эмирской Бухаре.

Я, благодаря моему сановному дяде Латиф Ходжаеву, попал на эту церемонию. Нелишне будет здесь коротко описать ее. Во дворец к эмиру были приглашены все видные духовные лица вплоть до муфтиев и шейх-уль-ислама 35[36], все придворные, сановники и выбранные от купечества до 15 человек. Всего набралось около 200 человек. Тут же присутствовали: русский резидент Миллер, его помощник Шульга - сочинитель манифеста, чиновник резидентства Введенский, некоторые члены Совета рабочих и солдатских депутатов русского города Кагана, представители Самаркандского Совета рабочих и солдатских депутатов и из прогрессистов - Махмуд Хаджа и еще одно духовное лицо.

Эмир сидел посредине комнаты: сзади него находились главный судья Кази Калян и администратор Шарифджан Максум, вновь назначенный, как сторонник реформы, вместо реакционера Бурханитдина.

Шарифджан Максум по поручению эмира прочел манифест, который присутствовавшие встретили одобрением.

Махмуд Хаджа поздравил всех и эмира с реформой. Тут же были розданы присутствующим копии манифеста, после чего все разошлись.

Наряду с назначением Шарифджана Максума был назначен также новый Раис 36[37] из сторонников прогрессистов. /102/

В тот же день, часа в три, младобухарцы устроили в доме Ахмед Наима собрание, чтобы обсудить создавшееся после манифеста новое положение. На этом собрании, кроме видных членов организации, присутствовала делегация от Самаркандского Совета рабочих и солдатских депутатов.

Все были рады событиям и рассматривали манифест эмира как крупную победу, как первый шаг на пути к полному освобождению бухарского народа от векового бесправия.

Перед организацией стал вопрос, чем ознаменовать эти исторические дни. Этот вопрос, в свою очередь, распадался на две части:

1) как организовать торжество для придания ему народного характера?

2) можно ли и нужно ли устраивать специальную революционную манифестацию не только для ознакомления с эмирским манифестом?

По первому вопросу разногласий не было: все отмечали необходимость митингов, агитации, широкого разъяснительного распространения манифеста.

По второму вопросу - нужна ли манифестация - мнения разошлись. В основе спора лежало глубокое и серьезное расхождение, которое, как мы говорили раньше, все время скрыто существовало в младобухарской организации и сейчас только обнаружилось.

Еще за две недели до манифеста, когда в Бухаре были Фитрат и Усман Ходжаев, ставили этот вопрос, и тогда он вызвал те же самые разногласия, что проявлялись в данный момент в доме Ахмед Наима. В организации, несомненно, существовало два течения.

Одно было за постепенный, медленный реформизм без всяких революционных, тем более кровавых потрясений.

Назовем сторонников этого течения джадидами старого толка. Именно к этой группе джадидов старого толка относилось большинство старых джадидов и сам председатель Центрального Комитета Абду Вахид Бурханов.

В вопросе о манифестации они были против ее устройства. Они указывали, что революционная манифестация раздражит реакционеров, сплотит их вокруг эмира и может вызвать даже кровопролитие, поскольку мы /103/ выставили на ней действительные требования без прикрытия. Надо заниматься не манифестациями, а укреплением себя, своей организации. Само время заставит эмира сохранить силу манифеста и может даже расширить его.

Такого мнения держались Абду Бахил Бурханов, Мухитдин Рафаат и Муса Санджанов - в Центральном Комитете, а вне его Айни и Ахмеджан Максум.

Другое течение, активное и революционное, не боящееся даже вооруженного восстания, было за манифестацию. Необходимость и желательность манифестации аргументировалась следующим образом:

Ссоры с эмиром нам все равно не избежать, какими бы овечками мы ни прикидывались: эмир знает и помнит своих врагов. Под предлогом борьбы с разрушением религии джадидами, он натравит на нас при помощи духовенства темные, фанатичные массы. К услугам эмира многотысячная организация духовенства, армия, деньги и государственный аппарат. Стоит ему захотеть, а он, вероятно, захочет, и мы будем все переловлены поодиночке. Таким образом, нам выбирать не приходится; столкновение с эмиром неизбежно. Своей же пассивностью мы только охладим собственных сторонников, вызвав среди них безразличное отношение к делу революции.

Если же мы устроим манифестацию, то даже в случае ее неудачного исхода, мы добьемся следующих весьма ценных результатов:

1) мы испытаем и подсчитаем свои силы;

2) проведем широкую агитацию в массах, впервые открыто выбросим им свои лозунги;

3) в случае контрманифестации и побоища, от нас само собой отпадут все провокаторские и вообще ненадежные элементы организации, организация очистится и укрепится.

- Манифестация, - говорили ее сторонники, - вызовет к жизни энергию членов организации. Каждый должен будет выступить как революционер в открытой борьбе. Это не то, что вести между делом, службой или торговлей повседневную агитационную работу. В открытой революционной борьбе придется рискнуть благосостоянием и пренебречь семейными тенденциями. /104/

Все левое крыло младобухарцев было за манифестацию.

Ввиду того, что мнения по поводу манифестации в доме Ахмед Найма разделились почти пополам и ни одно решительно не возобладало, по настоянию председательствующего в самаркандской делегации решено было запросить по этому вопросу мнение русского резидента Миллера. К Миллеру была направлена делегация в составе: Махмуд Ходжаева, Махшулла Хана, Мирза Гуляма 37[38], Мирза Изатулла Гиясходжаева и меня; одновременно делегации было поручено выяснить отношение к джадидам русского правительства.

Миллер кратко ответил делегатам, что он не советует манифестировать, но этот ответ Миллера, конечно, вопроса не разрешил, так как меньшинство и раньше было уверено, что другого ответа не будет. Поэтому вопрос оставался спорным. Мне не стоило большого труда уговорить товарищей известить по районам членов организации о месте сбора и порядке шествия.

Все же дело было сделано: сбор назначен к 8 часам утра, около магазина "Ширкат-Баракат" под куполом пассажа.

Фазмитдин Максум 38[39], Мухитдин Рафаат, Мирза Шах, Мирза Изатулла, Лини, Хамид Хаджа и целый ряд других оставались до конца противниками манифестации, но так как большая часть организации к тому времени высказалась за наше предложение, манифестация состоялась.

Утром следующего дня, явившись в назначенное время в магазин "Ширкат-Баракат", обычное место явки главарей и активных работников, я застал там около 150 человек и среди них покойного Фазмитдина Максума и Абду Вахид Бурханова.

Эти двое, противники манифестации, под клятвою спросили меня, правда ли, что Миллер согласился на манифестацию. Я дал уклончивый ответ. Они оставили меня в покое.

Тем временем все прибывающие и прибывающие члены организации стали требовать начать шествие. Главарям ничего не оставалось делать, как согласиться.

Шествие началось в 8-9 часов утра. /105/

В нем приняли участие национальные меньшинства: персы, евреи, лезгины, которым манифест эмира даровал равноправие.

Это-то присутствие национальных меньшинств в манифестации особенно раздражало правоверных - фанатичных сторонников ислама. Они никак не могли примириться с мыслью, что какой-нибудь еврей равен правоверному мусульманину.

Вначале в шествии принимало участие около 1000 человек, но по дороге к нам примыкали все новые и новые толпы сочувствующих, и скоро количество манифестантов дошло до 5-7 тысяч человек.

Над толпою реяли красные знамена с надписями на узбекском и еврейском языках. Типичный лозунг был такой: "Да здравствует свобода, конституция, свобода печати и независимая школа". Был даже, не помню какой группой, выставлен и такой лозунг: "Да здравствует эмир-освободитель".

Манифестанты прошли по главному ситцевому базару через коммерческую улицу, дошли до Гаукушана 39[40], и тут несколько человек младобухарцев и толпа кинулись к дому Кази-Каляна, прося его приветствовать манифестацию и высказать отношение к реформе. А манифестация все увеличивалась и шла дальше по направлению Хиябана 40[41].

На самом Хиябане манифестацию встретили представители шиитов (персы) с цветами.

Здесь был большой митинг.

Затем манифестация двинулась к Регистану 41[42]. Тут к нам подошло несколько товарищей, которые сообщили, что организована контрманифестация черносотенцев; на Регистане собралась крайне возбужденная толпа в 7-8 тысяч человек, организованная мулами; кроме того, там находятся пешие и конные части эмирской армии (пеший отряд в 200 человек и конный 300), цель прибытия которых неизвестна. Есть опасность, что войска будут двинуты против нас.

Наша манифестация остановилась, и видные представители организации, обсудив создавшееся положение, решили добровольно разойтись по домам, ибо никто, конечно, не думал о вооруженной схватке.

Решение разойтись объявил толпе Абду Вахид, и манифестанты с некоторой тревогой разошлись. /106/

Во избежание неприятностей, для того чтобы предупредить министерство кушбеги о мирном характере манифестации, были посланы к кушбеги: Ата Ходжаев, Мирбаба 42[43] и Юсуп Заде (Абдураим Мударис) 43[44]. /107/

ТОРЖЕСТВО РЕАКЦИИ

Однако мирные намерения младобухарцев не помогли им. Эмир решил жестоко расправиться со своими неугомонными врагами. Вынужденный, благодаря целому ряду обстоятельств, а главное благодаря давлению масс, дать манифест, он знать не хотел ни о каких других уступках, ни даже о проведении в жизнь самого манифеста.

Наступившее тотчас же вслед за манифестацией торжество реакции и жестокие преследования младобухарцев открыли всем, кто еще сомневался, истинное лицо "эмира-освободителя".

В тот же день манифестации пробравшиеся сквозь толпу к кушбеги наши посланцы: Ата Ходжаев, Мирбаба и Юсуп Заде были арестованы в Арке.

Пошли дальнейшие аресты. Эмирская полиция ловила видных джадидов - участников манифестации.

Всего было арестовано 30 человек. В том числе: Айни, Мирза Насрулла, Мирза Сахбабей и другие. Арестованных эмир, по азиатскому старому обычаю, приказал бить палками. Мирбаба и Айни дали по 75 палок, а Мирза Насрулла - 150 по голой спине.

Необходимо было в этот ответственный момент предупредить об опасности остальных членов организации и собрать где-либо ее распыленные силы. Сделать это в Старой Бухаре не было никакой возможности, ибо многочисленные фанатики все равно помогли бы эмиру переловить джадидов. Оставался Каган - Новая Бухара - городок с русским населением, местопребывание русского резидента. Абду Вахид послал своих людей в Каган, чтобы узнать, можем ли мы рассчитывать там на приют и безопасность, мне лично пришлось выехать в Новую Бухару, не дожидаясь ответа.

Дело было так. /107/

Когда манифестация разошлась по домам, я тоже пошел домой, туда же пришла делегация еврейских поселян обсуждать положение.

Я успокоил делегацию, посоветовав представителям евреев на худой конец отправить своих видных деятелей в Новую Бухару.

Сам я хотел остаться в Старой Бухаре, чтобы быть поближе к событиям и информировать о них товарищей.

Но мне это не удалось.

Час спустя ко мне пришло много друзей, принадлежащих к разнообразным кругам Бухары, в том числе немало русских. Они просили меня немедленно скрыться, говоря, что эмирское правительство придает мне большое значение и намерено арестовать меня.

Я не считал это важным, и уехать отказался. Один из них ушел, обещая держать со мной связь по телефону. Я же тем временем послал двух своих друзей на Регистан, чтобы выяснить настроение. Через полчаса - обещанный звонок. Мой знакомый сказал мне, что пробраться во второй раз не решается, но очень просит тотчас же прийти к нему.

Переулками я пробрался в назначенное место. Там были только мой знакомый и еще один неизвестный мне русский. Мой знакомый объяснил мне, что им получены сведения о готовящемся нападении толпы и даже войск на мой дом, так как толпа требует этого. Он настойчиво уговаривал меня скрыться. Я долго отказывался, но, наконец, все же согласился поехать в Новую Бухару.

Но легче было согласиться, чем выполнить; вокруг моего убежища уже собралась толпа, узнав, что я здесь.

Все же я вышел в сопровождении одного знакомого лезгина Абида. Оба мы были вооружены маузерами, и через еврейский квартал я прошел к себе. Посланные мною на Регистан люди возвратились и сообщили то же, что и мой знакомый.

Я решил скрыться, вызвав знакомого биржевого извозчика Ахмеда, человека, безусловно, мне преданного. Ахмед подъехал к заднему крыльцу моего дома со стороны еврейского квартала, я пробрался туда по подземному ходу, который ведет из моего дома к еврейскому кварталу и существует, как мне сообщили, до сих пор. /108/

В сопровождении трех вооруженных всадников я через еврейский квартал и ворота Намзгах выехал из Старой Бухары. На вокзале нас хотели задержать, но мы успели убежать. Я добрался до квартиры Левина и вместе с ним и его помощниками мы благополучно прибыли в Новую Бухару.

Туда же пробрались и другие младобухарцы. Нужно было где-нибудь собраться, чтобы решить, что делать.

Единственным подходящим для этого местом был клуб российских мусульман. Многие из членов этого клуба рабочие состояли в русских революционных партиях социал-революционеров и социал-демократов, и мы всегда могли рассчитывать на их сочувствие и поддержку.

Мы не ошиблись в своих расчетах: благодаря активной помощи русского пролетариата, в лице левой социалистической части Каганского Совета рабочих и солдатских депутатов, нам удалось собрать наши разбитые реакцией силы и начать новую борьбу за освобождение бухарского народа.

Все, кто боролись в наших рядах с деспотической властью тирана, никогда не забудут этого.

Лишь только нам удалось собраться, перед нами встал вопрос, как помочь арестованным товарищам. Мы решили вести работу в двух направлениях:

1) повести агитацию в самой Старой Бухаре и организовать там, по возможности, демонстрацию протеста;

2) агитировать среди русских рабочих и вообще русского населения и призвать на помощь туркестанские краевые революционные организации и солдат.

Работа закипела.

Много сделали в осуществлении вышеприведенных постановлений Бурханов в Бухаре, Фитрат, Усман Ходжаев и Абдусаидов в Ташкенте.

Громадную помощь принесло нам выступление керкинской организации.

К этому времени присоединилось к нам одно из крупных лиц, сочувствующих джадидизму, - Мирза Мухитдин Мансуров 44[45], еще ранее бежавший из Бухары.

У него были особые мотивы бегства - личная его конкуренция с главой старобухарского купечества, очень /109/ близким к эмиру человеком, Караванбаши Азизовым, известным всему населению.

Эта коммерческая конкуренция превратилась в политическую борьбу, и Мухитдин Мансурову пришлось бежать, ибо он опасался мести своего конкурента-реакционера.

Таким образом, к каганским беглецам - младобухарцам присоединился еще Мухитднн Мансуров с тремя сыновьями.

Наш призыв к русским революционерам, к русским революционным рабочим в Ташкенте не остался без ответа.

Из Самарканда прибыла комиссия по распоряжению Ташкентского краевого Совета рабочих и солдатских депутатов с эсером Черновым и еще одним солдатом, прекрасным оратором, кажется с.-д., фамилию которого, к сожалению, не помню.

В Новой Бухаре, при большом стечении рабочих и солдат, открылось заседание Совета рабочих и солдатских депутатов совместно с представителями младобухарцев и джадидов. На этом собрании из младобухарцев выступил я, а из сочувствующих нашему делу не членов младобухарской партии - Беки Бердиев и Ариф Каримов *[46].

На этом же собрании было обнародовано перехваченное младобухарцами письмо первого секретаря русского резидента Шульги к Кази Каляну.

Шульга в этом письме предупреждал эмирское правительство, что движение младобухарцев распространяется, охватывая все более и более широкие круги населения; Шульга советовал эмиру беспощадно расправиться с младобухарцами, обещая энергично содействовать Кази Каляну, верным помощником которого будет он, Шульга.

Письмо вызвало огромный скандал; революционные рабочие и солдаты вместе с младобухарцами громко требовали ареста Шульги. В русском резидентстве увидели они тайных изменников и предателей революции. /110/

Буржуазия в лице кадетов: Гальперина и Рабиновича защищала Шульгу.

Наконец, первая победа была одержана: Шульге объявили домашний арест.

Эмирское правительство, видя, что нашлась управа и на русских черносотенцев, почувствовало силу русских революционных организаций, поняло, каких могучих союзников приобрели младобухарцы в лице рабочих масс, и, поняв это, повело политику уступок.

Немедленно были освобождены Ата Ходжаев, Юсуп Заде и многие другие и в сопровождении русской делегации и бухарских чиновников отправлены до станция Старая Бухара, где их встретили товарищи и много народа. Вместе с Ата Ходжаевым и Юсуп Заде также выдали избитых Айни, Мирбаба и Мирза Насрулла. Последний был очень тяжело болен - у него начался гнойный процесс легких. У избитого Айни также были задеты легкие. Всех освобожденных из-под ареста доставили в Новую Бухару, а больных поместили в больницу.

На следующий день Мирза Насрулла умер. Перед смертью он сделал политическое завещание.

Он писал, что любит народ, умирая, надеется, что народ освободится от гнета и рабства. Страшная смерть от руки палача не страшна ему, наоборот, он рад ей, ибо уверен, что своею смертью он помогает освобождению и приближает его час.

Похороны Мирза Насрулла были грандиозными. Несмотря на все угрозы и запрещения, прибыла масса народа. В похоронах приняли участие все революционные организации, младобухарцы, русские рабочие и воинские части, все, что было живого в Новой и Старой Бухаре.

Когда все дела, связанные с похоронами и освобождением арестованных товарищей, были кончены, группа правых джадидской организации созвала общее собрание с целью реорганизации партийных верхов. Создавшаяся обстановка весьма содействовала этому.

Дело в том, что наше бегство из Бухары, разгром нашей организации, выступления эмира очень многие расценивали как начало конца деятельности джадидов и младобухарцев. /111/

Многие эсеры и эсдеки (Новгородский и пр.) считали манифестацию преждевременной, ошибочной, указывали на то, что манифестация при специфических бухарских условиях является провокацией и усиливает реакцию.

Они считали невозможным какое бы то ни было вмешательство в борьбу младобухарцев русских рабочих и солдат, которые с большой охотой и энтузиазмом помогали нам.

Наступала вторично полоса реакции, вчерашние друзья сделались врагами.

Многие умники, рассуждая о специфических особенностях Бухары, не понимали такой простой вещи, что нам не оставалось ничего другого, кроме активных действий; они не сознавали, что пассивность в этот момент окончательно убила бы все наше движение на очень долгое время и вдесятеро увеличила бы жертвы.

Вот именно это обстоятельство привело недовольных к мысли о реорганизации руководства организации.

Инициаторами этой реорганизации были: Бурханов, Фазмитдин Максум и Мухитдин Рафаат. Воспользовавшись печальными событиями, последовавшими за манифестацией, они - наши "старые джадиды" - повели решительное наступление против левого крыла организации, обвиняя нас во всех случившихся бедах. На собрание пригласили семейство Мухитдиновых. Сыновья пришли, но сам Мухитдин Мансуров и его сын Абдукадыр прийти отказались.

Собрание открылось вступительным словом Бурханова.

После краткого доклада о последних событиях он заявил, что перед организацией стоят большие задачи: надо вести переговоры с эмиром, правительством и резидентом России и поэтому надо создать авторитетный, способный выполнить эти задачи Центральный Комитет партии, тем более что видные члены старого Центрального Комитета, как Фитрат и Усман Ходжаев отсутствуют.

На роль руководителя организации Бурханов предложил Мухитдина Мансурова, указав, что Мухитдин Мансуров умный достойный человек и пользуется большим авторитетом среди русских; действительно, Мансу- /112/ ров имел большие личные связи с русской буржуазией и был вхож в русское резидентство.

Момент для атаки на старый Центральный Комитет был избран удачно, и Бурханову удалось провести реорганизацию.

В новый Центральный Комитет вошли: Мухитдин Мансуров - председатель, Абду Кадыр Мухитдинов 45[47], Мухитдин Рафаат, Абду Вахид Бурханов, Усман Ходжаев, Ариф Каримов, Мирза Исам Мухитдинов, Муса Саиджанов, Мухтар Саиджанов 46[48], я и еще два-три человека, фамилии которых не помню, и которые после первых заседаний не работали и были исключены.

Позднее в Центральный Комитет вошли еще двое: Фитрат и Ата Ходжаев, члены старого Центрального Комитета. Но суть реорганизации заключалась, конечно, в выборе Мухитдина Мансурова председателем и во включении его сыновей в состав Центрального Комитета.

Можно было бы, конечно, протестовать, так как формально эти выборы не были законны: в выборном собрании участвовали далеко не все младобухарские партийные организации и, кроме того, многие наличные члены были против нового состава Центрального Комитета. Но ни мне, ни другим не хотелось начинать внутрипартийную борьбу. Положение было очень запутанным: партии в целом грозили преследования эмира, я сам все еще жил нелегально в Новой Бухаре, то в одном доме, то в другом (долго скрывался на заводе Левина и в квартире агента Российского страхового общества Мухамедова). Мы ошибочно полагали, что вызвать раскол в организации в такой момент значило бы погубить все наше дело. /113/

НЕУДАЧНЫЕ ПЕРЕГОВОРЫ С ЭМИРОМ. НАШ АРЕСТ. КОНЕЦ МАНСУРОВСКОГО КОМИТЕТА

Первое заседание нового Центрального Комитета состоялось в номере у Мансурова. Вслед за тем мы почти ежедневно собирались у него и обсуждали волнующие организацию вопросы.

На этих заседаниях предлагались два пути дальнейшей работы: 1) добиться у эмира через Временное правительство амнистии, прекращения преследований, во- /113/ обще условий для спокойной легальной работы, 2) наряду с использованием легальных давлений на эмирское правительство подготовлять вооруженное восстание, путем тайного вооружения и организации партизанских выступлений в вилаетах 47[49].

Второе предложение исходило не помню от кого, но выражало оно мнение левого крыла. Что касается Мансурова, то он с самого начала заявил себя противником каких бы то ни было вооруженных выступлений и насильственных мер. Он соглашался только на первый путь - путь легальности, уговоров эмира и сановников при помощи русского резидентства.

Большинство нового Центрального Комитета, отнюдь не страдая избытком революционной энергии, с удовольствием поддержало Мансурова.

Вооруженные выступления были отвергнуты, путь уговоров принят и, в подкрепление точки зрения на уговаривание властей, решено было отправить в провинцию агитаторские тройки, которые организовали бы митинги, разъясняли бы населению причины последних событий, знакомили бы население с платформой организации, требовали бы немедленного проведения в жизнь начал, объявленных в эмирском манифесте. Из этой задачи ничего не вышло: агитаторских групп не создавалось, кроме одной, состоявшей из Фатхуллы Хаджа и Юсуп Заде, отправившихся в Чарджуй.

Вся работа организации сосредоточилась на переговорах с эмиром и русским резидентством. Во главе всех мероприятий по переговорам стоял сам Мансуров.

После долгих единоличных совещаний с Миллером Мансуров совершенно неожиданно объявил нам о необходимости начать переговоры с эмиром при посредничестве Миллера.

Я высказал по этому поводу некоторые свои опасения, но никто не хотел их слушать, и на этом же заседании была выбрана комиссия для ведения переговоров. В нее вошли: Мухитдин Мансуров, Абду Кадыр Мухитдинов и сам Мухитдинов, Муса Санджанов, Абду Вахид Бурханов, Ата Ходжаев, Хаджа Абду Саттар, Мухтар Санджанов и я.

Словесная директива Центрального Комитета была следующая: "Добиться соглашения с эмиром на основе /114/ неприкосновенности джадидов и легальной работы организации в духе манифеста эмира".

С помощью такой умеренной политики многие надеялись обеспечить за организацией возможности хотя какой-нибудь легальной работы. Предварительно Мансурову, Бурханову и мне предложили переговорить с Миллером.

Мы поехали; Миллер нас принял; переговоры вел Мансуров. Миллер сказал, что он не ручается за успех, но постарается помочь нам и что, конечно, переговоры с эмиром - единственный путь, так как других средств воздействия нет.

Итак, согласовав этот вопрос с Миллером, на другой день мы отправились к эмиру. К нам присоединились Миллер, Введенский и несколько членов Совета рабочих и солдатских депутатов. От прибывших из Самарканда воинских частей никого не было. Они остались на вокзале Ст. Бухары и не нашлось никого, кто бы позаботился договориться с ними. Утром в пятницу мы сели в пассажирский поезд и отправились на вокзал Ст. Бухары. Там нас встретило несколько чиновников с экипажами. Нас всех посадили попарно и отправили в сопровождении чиновников. Я очутился рядом с Мансуровым. Нас всех повезли по базару, как раз тогда, когда правоверные выходили из многочисленных мечетей.

В самом Регистане нас ждала толпа около 5000 человек.

Во время проезда из толпы нас осыпали бранью и камнями. Все это не сулило впереди ничего доброго.

Наконец, нас привезли в посольский отдел кушбеги (где обычно премьер-министр принимает гостей); ждать нам пришлось недолго: часа через два нас всех пригласили в тронный зал эмира. Мы все попарно, в сопровождении русских властей, отправились туда, не спросив даже, зачем нас ведут.

В зале мы застали всю правящую Бухару: блестящие ряды сановников и главарей мулл.

При нашем появлении поднялся шум и крики; нас осыпали ругательствами. Поместили нас позади эмира, вместе с русскими. Первое слово было предоставлено Мансурову. /115/

Он начал, примерно, так: "Мы, любящие родину и существующий строй граждане Бухары, и, хотя мы критиковали некоторые недостатки манифеста его высочества, не совпадавшие с нашими целями, но сейчас мы протягиваем к вам руки, высокие люди государства. Да осуществится воля эмира!"

Едва Мансуров начал говорить, как все повскакали с мест, начали махать руками, ругать нас изменниками, предателями, неверными, а кое-кого и бить.

В это время эмир поднялся с места, обратился к Мансурову и сановникам и сказал: "И вы, и вы - мои подданные, между вами недоразумение, все пройдет, успокойтесь. Как было, так и будет". С этими словами он быстро вышел. Мы услыхали рев и гул многочисленной толпы у самых стен дворца, требовавшей выдачи делегации на суд и растерзание народа. Только тогда делегация поняла цель эмира и Миллера, этих двух друзей. Все же мы не были выданы толпе; нас продержали некоторое время в коридоре, а затем, под шум и крик оттесненной толпы, провели на прежнее место.

Так мы сидели весь день, слушая крики возбужденной толпы, требовавшей нашей выдачи.

Тут предательская роль представителей Временного правительства обнаружилась вполне. Миллер и Введенский из всех сил старались казаться честными маклерами в затеянной ими, совместно с эмиром, нечестной игре. Они то приходили к нам, то уходили к эмиру; выходили к толпе якобы затем, чтобы ее успокоить, а на деле вожделенно ждали нашей крови, ибо их аппетиты еще не были удовлетворены резней революционеров в Персии.

И вот тут отчетливо наметился тот союз, который впоследствии освободил Бухару и вывел ее на широкую дорогу социалистического строительства - союз национально-революционных элементов Востока с русскими рабочими и крестьянами, сбросившими иго царизма.

Буржуазные болтуны и предатели - Миллер и его коллеги, скрывавшие под маской внешнего либерализма свою реакционную сущность, хотели нас выдать на растерзание толпе, но нашлась сила, которая этого не допустила.

То были революционные русские войска и рабочие Новой Бухары. Они не дали осуществиться адскому /116/ плану эмира и его русских приспешников. Первыми явились к нам рабочие Новой Бухары, с которыми младобухарская организация держала теснейшею связь, а затем революционные войска, расположенные в Новой Бухаре и на вокзале Старой Бухары.

Мы, делегаты, за все время своего пребывания во дворце, ничего не знали о том, что у нас нашлись защитники, и ждали смерти от руки палача или готовой к самосуду толпы.

Эмир и его сановники прибегли еще к одному подлому маневру. Вновь явились к нам Насрулла Кушбеги и Урганджи, они пришли к нам с заявлением, которое мы должны были подписать, чтобы помириться с правительством, и, чтобы, как они говорили, успокоить толпу.

Заявление это коротко гласило следующее: "Нижеподписавшиеся представители джадидов клятвенно подтверждают, что они правоверные мусульмане, что они не отказываются от порядков, установленных в стране, они не против всех священных тенденций. Свободу и реформу они передают воле эмира как единственному верховному блюстителю законов святого шариата и хозяину страны. Они отказываются от джадидских школ и не будут агитировать за них".

Это неожиданное требование поставило нас в тупик. Нужно было выбирать одно из двух: физическую или политическую смерть. Мы попросили дать нам время посоветоваться между собой. Наше совещание продолжалось недолго. Все единогласно отказались подписать документ. Нужно отдать справедливость Мансурову, который в этот момент проявил достаточную твердость.

Спустя некоторое время случилось еще нечто более неожиданное.

Нас вновь посетили Насрулла Кушбеги и Урганджи. Оба в один голос объявили, что эмир сожалеет обо всем случившемся и негодует на фанатичность народа, который окружал дворец в количестве до 10000 человек и вот уже в течение 12 часов требует казни делегации или выдачи ему. Однако этого не будет, так как эмир желает кончить все миром. Затем Урганджи добавил, что к утру нас можно будет отпустить.

Очевидно, посещение рабочих и революционных солдат возымело свое действие на высокую особу эмира и его сановников. /117/

Урганджи сказал, что члены Совета Новой Бухары очень устали и должны уехать. Мы энергично запротестовали против отъезда единственных наших надежных защитников, и они, конечно, согласились остаться с нами.

Миллер, увидя энергичную защиту делегации со стороны членов Совета и просто рабочих, струсил, стал хлопотать о нашем освобождении.

К 12 часам ночи мы были освобождены и выехали обратно в Новую Бухару, встречаемые огромными толпами железнодорожников и рабочих хлопкоочистительных заводов.

Зато это путешествие принесло конец и Центральному Комитету и его председателю Мансурову.

Всего через какие-нибудь две недели общее собрание наличных членов организации составило новый Центр, который и покончил окончательно со многим из наследства джадидизма, в том числе с его тактикой узкого культурничества и шатания в политике.

Началась новая работа над созданием, вместо джадидской, новой младобухарской партии, над выработкой ее программы. Одновременно усилилась и агитационно-организационная деятельность в кишлаках и провинции.

В осуществление одного из первых и важнейших решений нового Центрального Комитета началась работа среди солдат эмира и работа над революционизированием и объединением сочувствующих младобухарцам групп кустарей и возчиков Старой Бухары. /118/

ПЕРЕГРУППИРОВКА СОЦИАЛЬНЫХ СИЛ

Февральская революция в России и последовавшие за ней события в Бухаре (образование тайного центра джадидов, манифест эмира, манифестации и эмирские репрессии), как мы указывали выше, ускорили и углубили уже давно наметившиеся расхождения между джадидами старого толка, сторонниками постепенных преобразований, медленного реформизма, и группы левых джадидов, которая все больше и больше революционизировалась.

Страстные обсуждения и споры по целому ряду вопросов (отношение к нелегальной работе, к манифесту эмира) обострились до крайности. /118/

Новая тактика бухарских революционеров, вызывала резкую критику джадидов старого толка, еще долго занимала умы широких кругов бухарского прогрессивного общества.

Вплоть до так называемых "колесовских событий" 48[50] и эмиграции велась ожесточенная борьба мнений в недрах младобухарской организации и в ее прогрессивной периферии.

В момент торжества эмирской реакции и разгрома младобухарцев наступление правого крыла на левую часть организации усилилось, что является вполне закономерным и обычным в период отступлений, в период спада революционной войны.

Айни и другие джадиды старого толка обвиняли сторонников радикальной, по тому времени, тактики в том, что благодаря их неосмотрительности и неправильному пониманию обстановки была разгромлена джадидская организация.

Поэтому казалось, что после неудачных переговоров старого Центрального Комитета, возглавляемого Мансуровым, с эмирским правительством и после перехода руководства движения в руки левых дальнейшее единство организации невозможно; казалось, что она расколется на два враждебных друг другу лагеря. Однако этого не случилось.

Новый Центральный Комитет, состоящий из Абду Вахидова - председателя и членов: Рахмат Рафика 49[51], Фатхулла Хаджа, Фитрата, Файзулла Ходжаева, Тагиееа, Фазмидин Максума. Муса Санджанова, Агдарова 50[52], Усман Ходжаева, Ата Ходжаева, Хаджи Мирбаба (месяца через три вместо Фатхулла Хаджа был введен Myинджан Аминов 51[53]), великолепно учитывая момент, исходя из того, что организационное единство является залогом всех будущих успехов, сделал все возможное, чтобы не допустить раскола.

ЦК, чтобы не отпугнуть джадидов старого толка, не пошел, несмотря на настояние некоторой части членов ЦК, даже на немедленное переименование джадидской организации в младобухарскую и долгое время сохранял виднейшего джадида старого толка Абду Вахид Бурханова в качестве председателя.

Новый Центральный Комитет сохранял организационную связь со всеми разнообразными, в идейном и такти- /119/ ческом отношении, группировками джадидов. Лишь группа Мансурова и Мухитдин Рафаата являлась абсолютно для него неприемлемой и отошла от организации.

Все же следует заметить, что идейная разношерстность и мозаичность младобухарской организации принесла много вреда делу революции в Бухаре, что особенно ярко сказалось во время так называемых "колесовских событий".

Период после манифестации был крайне тяжел и труден для ведения революционной работы в Бухаре.

Обстановка после манифестации, вопреки воле отдельных руководителей, недовольных даже самим фактом манифестации, превратилась в открытую демонстрацию революционных сил, направленную непосредственно против эмирского правительства.

В результате обострения борьбы и эмирских репрессий отошли от движения некоторые весьма влиятельные круги бухарского купечества.

Склонные к оппозиции существующему в Бухаре строю (не давшему развернуться вполне торговому капиталу, все растущая мощь которого требовала, для дальнейшего развития, европеизации Бухары и установления в ней хотя каких-либо правовых норм, необходимых для процветания капитализма), эти купеческие круги, однако, совершенно не были склонны к открытой революционной борьбе с эмиратом, в которой они могли больше потерять, чем приобрести. Массовое движение, без которого нет успешной революции, их пугало. Общенародное восстание, всегда так или иначе затрагивающее интересы капитала, не могло входить в их программу. Им нужны были частичные реформы, но не революция, и поэтому они на новом пути революционного движения в Бухаре не захотели, да и не смогли работать.

Отошли от движения, конечно, еще более далекие от подлинной революционности, даже подлинного либерализма, круги, связанные с духовенством, с муллой Икрамовым во главе. В их реформаторские планы совершенно не входила открытая борьба вплоть до свержения эмира.

От него стали отходить имущие. Центр тяжести переместился влево, ибо после этого дальнейшее расширение организации пошло уже за счет неимущих слоев населения. /120/

Таким образом, социальная база джадидской - вернее младобухарской - организации должна была постепенно измениться. Те джадиды и младобухарцы, которые хотели продолжать борьбу за интересы народа, должны были ближе подойти к его основным массам - дехканству, кустарям и городской бедноте, найти пути подхода к этим массам. На это требовалось соответствующее время. Эта полоса перехода от прежних общеджадидских установок к требованиям, которые отражали бы определенные политические установки и экономические интересы дехканской массы, привели к уходу от работы части джадидов, всех несогласных с этой линией. Важно отметить то, что дехканство, на дружественный нейтралитет, а позже и на активную помощь которого рассчитывал ЦК, в этот период под влиянием недавних событий стало еще более, чем даже раньше, глухим к джадидской пропаганде. И в этом были повинны сами джадиды, допустившие ряд ошибок и не сумевшие поднять широкие массы на борьбу с эмиратом.

Все расчеты на организацию крестьянских партизанских отрядов и, в случае удачи плана борьбы с эмиратом, на вооруженное восстание, опирающееся на часть крестьянства и помощь новой России, отпали, ибо в этот момент крестьянство было совершенно равнодушно к реформам. Новый Центральный Комитет ясно видел, что нельзя рассчитывать даже на его сочувствие.

Обстановка осложнялась и ухудшалась еще тем обстоятельством, что представители Временного правительства, краевых туркестанских органов и Советов рабочих и солдатских депутатов, видя пассивность крестьянских масс Бухары, стали на путь соглашения с эмирским правительством, одновременно оказывая давление на разные круги джадидов и на Центральный Комитет с целью не допустить организацию перейти к широкой массовой революционной работе.

Надо было, главное, сохранить организацию до лучших времен, постепенно расширяя ее социальную базу.

Тем временем эмирское правительство, пользуясь плодами своей победы, принимало все меры к тому, чтобы уничтожить окончательно джадидизм. Будучи прекрасно осведомлено своими агентами о настроениях официальной России, оно решило, что теперь Россия не вмешается в защиту джадидов и усилило репрессии по /121/ отношению к ним, не допуская малейшей агитации, и при случае убивая из-за угла видных представителей джадидизма.

Так был убит Хусейн Ходжаев, организатор революционной группы в Терском казачьем полку и в личной охране эмира; так был задушен у себя дома Халильбек Абдулжалилов, тоже руководитель партии среди солдат, убито много других, менее видных, представителей джадидизма. Как видно из этого, эмирское правительство правильно считало агитацию в рядах армии наиболее опасной и вредной.

Не довольствуясь одними репрессиями, эмирское правительство старалось создать нужное ему отношение к джадидизму среди общества. Многочисленный и прекрасно организованный аппарат заработал вовсю, всячески стараясь очернить джадидов в глазах населения, обвиняя их в попытке разрушить основы религии ислама и в предательстве родины русским.

Духовенству всемерно помогало испугавшееся революционных потрясений бухарское купечество.

Все эти группы обвиняли джадидов во всех смертных грехах.

И отсюда - терпимость нового Центрального Комитета, объединившего весьма разнообразные прогрессивные группировки.

Джадидская организация, не имевшая под собой прочной и однородной классовой базы, искавшая и имевшая союзников и сочувствующих в самых разнообразных слоях населения, сформировавшаяся из среды городской мелкой буржуазии и отражавшая неосознанные ею интересы, конечно, фатально обречена была на мозаичность группировки. Разногласия должны были быть в ней постоянным явлением, особенно обострявшимся в периоды реакции. /122/

ВЫРАБОТКА ПРОГРАММЫ

Все же продуктивно продолжать работу было возможно при условии договоренности по главнейшим вопросам, выработав общую программу и общие методы работы.

Исходя из этого положения, ЦК решил не торопиться с переименованием организации, а поработать над следующими двумя задачами: 1) выработать практиче- /122/ скую программу революции; 2) активизация работы среди населения с целью наибольшего привлечения в организацию рабочих, кустарей, солдат, и по возможности, крестьян.

Первый вопрос - выработка программы был наиболее трудным и спорным, ввиду только что указанной социальной, и следовательно, идеологической мозаичности джадидской организации.

Программа должна была отразить самые разнообразные точки зрения, удовлетворить так или иначе интересы самых разнообразных социальных групп, объединенных в джадидскую организацию общим недовольством эмирским правительством.

Вопрос был очень труден и щекотлив. Разрешение его требовало максимальной осторожности, так как от удачи или неудачи этого разрешения зависело главное - целость джадидской организации.

Политические программные требования по необходимости должны были быть очень умеренны, ибо излишний радикализм мог лишить организацию весьма важных в данный момент ее правых членов и попутчиков.

Поэтому после нескольких совещаний и споров вопрос о выработке программы все-таки остался открытым.

Решено было составить предварительно конкретный проект реформ на основе строгого учета происшедшего обмена мнений, удовлетворяя, по возможности, все оттенки политической мысли, имевшие место в джадидской организации.

Работа по составлению проекта реформ была поручена Фитрату. Требования должны были быть минимальными, только такими, которые разделяла вся организация.

Месяца через два, если не изменяет мне память, в конце января 1918 г., Фитрат этот проект представил Центральному Комитету. ЦК принял этот проект с небольшими поправками и постановил опубликовать его.

С этой целью был послан в Самарканд Рахмат Рафик. Так на фитратовском проекте и закончилась выработка программы младобухарцев, и лишь в начале 1920 г., в период эмиграции, нам удалось заново составить эту программу и опубликовать ее от имени Туркестанского бюро младобухарской партии. /123/

Но об этом после. Здесь, же мы считаем необходимым изложить основные пункты выработанного Фитратом и принятого ЦК проекта. /124/

ПРОЕКТ РЕФОРМ, СОСТАВЛЕННЫЙ ФИТРАТОМ И УТВЕРЖДЕННЫЙ КОМИТЕТОМ МЛАДОБУХАРЦЕВ

Проект реформ, выработанный Фитратом и утвержденный Центральным Комитетом, весьма любопытен. Являясь по необходимости программой-минимум, этот проект, не предрешая вопроса о конституции, не изменяя монархической формы правления, преследует две основные цели, к практическому осуществлению которых н сводятся все конкретные предложения.

Эти две цели: введение в Бухаре правовой государственности, замена средневекового восточного деспотизма просвещенной монархией европейского образца и экономическое, политическое и военное укрепление Бухары на базе увеличения благосостояния и культурности трудовых масс бухарского народа.

Будучи очень осторожным в области политической и социальной, проект весьма решителен в области культурных и экономических нововведений.

Очень много места проект уделяет вопросам земледелия и сельского хозяйства, и именно с них, а не с государственного устройства начинается изложение реформ. Все пахотные земли делятся, согласно проекту, на три категории: вакуфные, частновладельческие и государственные.

Земли государственные (амлак) и находящиеся в распоряжении государства, объединяются под общим названием "херадж" (государственные, на особых условиях сдаваемые в аренду).

Земли частновладельческие остаются в полном распоряжении владельцев, кроме хераджских.

Для управления вакуфными землями учреждается особое управление.

Строго регламентируется проектом налоговое обложение, выработан ряд правил взимания налога.

Как видно, эта область, где господствовал страшные произвол и неразбериха, особенно интересовала руководителей джадидов. /124/

Проект предусматривает снижение налоговых ставок для земель, принадлежащих трудящимся и государству.

Согласно проекту снижаются ставки налогового обложения для земель общественной запашки и земель, "мульк херадж" 52[54], с одновременным уничтожением целого ряда косвенных налогов, как-то: "кафсан" 53[55], "атьяти" 54[56] "ускунапули" 55[57], "чуппули" 56[58] и издержек "хашара", так называемых "кутарабаки".

В то же время проект высказывается за значительное увеличение налогового обложения для земель, "мульк" (частновладельческих) и части земель "мульк херадж", т.е. земель, хотя и являющихся собственностью государства, но закрепленных эмиром за частными лицами.

Все эти изменения налогового обложения земли, предполагаемые проектом, являются практическим осуществлением мысли о введении налоговых льгот для трудящихся и прогрессивного обложения земли имущих групп землевладельцев.

Второй, основной целью проекта, в части, касающейся вопросов землевладения и сельского хозяйства, является забота об увеличении сельскохозяйственной продукции, о расширении посевной площади и интенсификации земледелия.

Вот предлагаемые проектом конкретные меры: уравнение налогового обложения земель, засеянных и незасеянных, что, конечно, должно повлечь за собой усиленный засев или отказ от земли, ее продажу хозяйствами, не могущими обрабатывать всю имеющуюся у них землю. Дальше идут ирригационные мероприятия, регулирование Зеравшанской оросительной системы - справедливое распределение воды между Бухарской и Самаркандской областями.

Проект предлагает также использовать для ирригации Аму-Дарью, причем не останавливается даже перед применением для целей ирригации трудовой повинности "хашара", хотя в других случаях, в полном согласии со всем своим прогрессивным либеральным духом, его запрещает.

Как меру поощрения для интенсификации сельского хозяйства проект предлагает сельскохозяйственный кредит и механизацию обработки. В этом отношении про- /125/ ект ставит все точки над "и". Он настолько радикален и практичен, что предполагает создание в Бухаре сельскохозяйственного банка с многочисленными филиалами в областях (что должно освободить бухарское дехканство от цепких лап многочисленных деревенских ростовщиков), а также завоз в Бухару и раздачу дехканам сельскохозяйственных машин и обучение дехкан обращению с ними. Сельскохозяйственные школы, агрономические знания, проводимые в массы, - все это было предусмотрено проектом, обо всем этом должно позаботиться учрежденное для этой цели министерство земледелия.

Очень много места проект уделяет вакуфам. Самый институт вакуфов проект считает весьма ценным, его необходимо сохранить, но совершенно изменив методы использования вакуфов.

Вакуфы, учрежденные специально для поддержки науки, в бухарских владениях очень велики, по сравнению с другими областями. Правильная организация вакуфов, прямое расходование средств вакуфов на просвещение и науку в Бухаре оказывали бы большую поддержку прогрессу.

Но тогдашнее состояние их было ужасно. Больше половины доходов с вакуфных имуществ попадает в карманы арендаторов.

Для управления вакуфами должно быть учреждено министерство вакуфов, куда и должны быть переданы все вакуфные имущества, вплоть до вакуфных лавок, библиотек, столовых и т.д.

Все доходы сосредоточиваются в особой вакуфной казне при министерстве вакуфов.

На прибыли от капиталов этой казны должны быть открыты новые школы, медресе, учреждены публичные библиотеки, приюты для сирот, больницы и столовые для бедных и т.д. По вакуфным расходам и доходам должна быть заведена строгая отчетность, и она должна публиковаться для всеобщего сведения. Земли вакуфные на справедливых арендных началах должны сдаваться дехканам.

Подведя путем рационального использования вакуфов материальную базу под дело народного образования и социального обеспечения и подняв вышеизложен- /126/ ными мерами благосостояние крестьянства Бухары и производительность ее сельского хозяйства, проект переходит к вопросам организации военного дела и финансов, без чего, конечно, не может быть сильного самостоятельного государства, как того желают авторы проекта.

Проект, прежде всего, останавливается на вопросе увеличения численности армии. Армию необходимо увеличить до 12 тысяч человек, как то предусматривается договором Бухары со старым русским правительством, которого эмир, однако, не использовал.

Нужно ввести европейские методы комплектования армий: "воинская повинность должна быть всеобщей".

Подлежащие призыву лица должны быть освидетельствованы врачами, больные и инвалиды освобождаются. Срок отбывания воинской повинности двухгодичный. Призыву подлежат все достигшие 22-летнего возраста.

Дальше идут заботы о содержании и обучении войск. Проект требует постройки обширных казарм, открытия в Бухаре военной школы для командного состава, казенного довольствия и обмундирования для войск, а также, хотя бы минимального, месячного жалования для солдат.

Проект считает совершенно необходимым изгнать из армии произвол и жестокое обращение высших с низшими, широко практиковавшееся в эмирское время.

В качестве офицеров и инструкторов для вновь организуемой по европейскому образцу армии, за отсутствием подготовленных для военного дела бухарцев, должны быть приглашены офицеры мусульмане, служившие и служащие в русской армии.

Все военное дело должно быть централизовано в военном министерстве.

В области финансов, находящихся в Бухаре в совершенно хаотическом состоянии, проект требует: отделения личных средств эмира от общегосударственных, упорядочения и точной фиксации налогов, ежегодного опубликования бюджета и учреждения для заведования реорганизованными финансами министерства финансов.

Во внутренних делах проект требует проведения в Бухаре строгого административного деления, учреждения оплачиваемых правительством местных властей и централизации управления. /127/

Местное самоуправление предусматривается проектом в очень ограниченных размерах: лишь низовая ячейка власти - аксакалы 57[59] - избирается народом.

Органы юстиции работают на основе шариатских законов и остаются в руках духовных лиц. Министр юстиции является в то же время "Кази Каляном". Правосудие, таким образом, остается по-прежнему и лишь его структура упорядочивается.

Для развития в Бухаре путей сообщения учреждается министерство путей сообщения, которое одновременно ведает добывающей и обрабатывающей промышленностью.

Мероприятия правительства в области просвещения приводим дословно:

"Для распространения просвещения среди народа учредить министерство просвещения, на обязанности которого лежит: во всех областях открытие за счет казны народных школ 2-й ступени, высших учебных заведений, назначение преподавателей в эти школы, выработка программ для всех школ всех типов, а также контроль над ними.

Предоставить всем право открытия школ. За исключением школ, находящихся в ведении министерства вакуфов, никаких ограничений в этом вопросе не допускать.

Министр просвещения, при участии экзаменационной комиссии министерства просвещения, окончившим полный курс обучения выдает свидетельство об окончании учебных заведений".

Совет Министров образуется в составе десяти министерств: 1. Министерство земледелия. 2. Министерство вакуфов. 3. Министерство по военным делам. 4. Министерство финансов. 5. Министерство внутренних дел. 6. Министерство юстиции. 7. Министерство милиции. 8. Министерство путей сообщения, обрабатывающей промышленности. 9. Министерство просвещения. 10. Министерство по внешним делам.

У каждого министра имеется советник. /128/

Впредь до подготовки специалистов из среды бухарцев, должности советников замещаются из мусульман, образованных, культурных, приглашенных из России, Турции и Азербайджана.

Внешними делами сношения с Россией и другими иностранными государствами ведает министр, обязанности которого по должности возлагаются на председателя Совета Министров.

Как видно из изложенного, проект все время остается в пределах монархической государственности, не доходя даже до парламентаризма: выборность министров и ответственность их перед народом нигде не оговорена. Поэтому он является, даже при бухарских условиях, неудовлетворительным, что скоро осознали сами джадиды, выработав и опубликовав в 1920 г. программу Туркбюро революционных младобухарцев, которая действительно открывает в Бухаре эру народовластия и представляет собою, по сравнению с этим первым проектом, огромный шаг вперед, как в свою очередь, этот проект - по сравнению с произволом эмирата.

Главный недостаток проекта в том, что Фитрат, опасаясь раздразнить правое крыло, впал в противоположную крайность. Он нигде не формировал ясно даже требование республики, что было, конечно, неоправдываемой слабостью. Даже вождь правых, Абду Бахил Бурханов, поговаривал о необходимости республиканского образа правления.

И несмотря на все это, проект принес большую пользу: он познакомил население с целями, которые ставили себе как организация в целом, так и новый Центральный Комитет.

Кроме того, он снял с младобухарцев обвинение в разрушении религии, что имело огромное значение для отношения к джадидизму всех слоев населения и выбивало из рук духовенства главный козырь контрреволюционной агитации.

По второму вопросу - о расширении организации за счет полупролетарских и бедняцких слоев населения и солдат - больших разногласий не было.

Работа в этом направлении явилась одним из первых шагов нового ЦК и увенчалась большим успехом.

Полупролетарским и бедняцким слоям эмирская реакция ничего не давала, а экономическое положение их, /129/ все время ухудшавшееся, подготовляло почву для революционизирования этих групп населения, поэтому агитация младобухарцев среди них, а также и армии, недовольной тяжелым режимом, имела большой успех.

В очень незначительный срок были организованы две или три ячейки среди эмирских войск, объединивших до ста солдат, под руководством вышеупомянутых убитых эмиром товарищей.

Была организована также ячейка среди возчиков и кустарей Старой Бухары под руководством Юсуп Заде и Ата Ходжаева и одна большая тайная организация среди персов, в которой состояло до 150 человек кустарей, крестьян и прочих, руководимая Хаджи Хасан Ибрагимовым [60]58, Шер Али и Тагиевым. Работа велась и в других городах Бухары. Одновременно с работой по расширению организации за счет трудящихся и выработкой программы, ЦК для большего сплочения организации и в целях наиболее широкого и полного осведомления в вопросах партийной жизни и текущей действительности как членов партии, так и широких кругов сочувствующих, ввел в практику еженедельные собрания легальных членов организации клуба татар "Шура Ислам".

Обычно собиралось 200-300 легальных членов и много членов нелегальных ячеек.

На собраниях обсуждались вместе с вопросами партийной жизни и текущего момента также и злободневные вопросы, велись принципиальные дискуссии, читались лекции и т.д.

Вокруг клуба шла большая организационная и агитационная работа ЦК. Эта новая работа, приобретавшая помалу характер массовой, имела большой успех.

За этот предоктябрьский период младобухарская партия впервые стала, сколько-нибудь значительно, проникать в подлинно трудовые массы: кустарей, солдат, отчасти крестьян, тем самым подготовляя новые кадры борцов против эмирского произвола.

ОКТЯБРЬ И ЕГО ВЛИЯНИЕ НА БУХАРУ

И вот, в это самое время, во второй раз, так же как и после Февральской революции, из России хлынула в Бухару новая мощная революционная волна, открыв- /130/ шая на этот раз угнетенным народам Востока путь к полному и безусловному раскрепощению. Наступили Октябрьские дни.

Сначала наша организация не поняла, что перевернулась страница истории и открылся совсем новый период всемирной борьбы за социальное и национальное освобождение.

Весть о низвержении Временного правительства в первое время привела младобухарцев в большое уныние. Никто толком не знал, что происходило в России. В Новой Бухаре, где не было в это время большевистской организации, шла большая провокационная работа контрреволюционеров среди рабочих железной дороги: большевиков обвиняли в шпионаже в пользу немцев, в предательстве революции и т.д.

Если в нашей организации вначале благодаря неосведомленности произошла некоторая заминка в понимании сущности Октябрьского переворота, то эмир, напротив, ориентировался в положении очень быстро. Он сразу понял, что власть в России перешла к непримиримым и беспощадным врагам всякого деспотизма и угнетения. Он понял, что компромиссы бесполезны, что после Октябрьской революции уже никогда не может быть той трогательной дружбы эмирского правительства с Россией, какая снова начала намечаться после Февральской революции, когда представители официальной России - Миллер, Шульга и Введенский - являлись лучшими друзьями и наиболее ценными советниками эмирского правительства.

Этой ясности понимания у эмирского правительства, кроме всего прочего, очевидно, весьма способствовали только что перечисленные представители дооктябрьской России вместе с другими контрреволюционерами.

Эмирское правительство поняло, что беспощадная борьба с новым правительством России и теснейшая дружба со всей контрреволюцией, вытесняемой в то время из центра на окраины, а также с соседним деспотическим Афганистаном - его единственное спасение.

Ташкент, где власть перешла, так же как и в Москве, в руки большевиков, занятый по горло собственными делами, очутившийся в неспокойном, скоро ставшем прямо враждебным, окружении, очевидно, не мог бро- /131/ сить в Бухару не только вооруженных сил, но даже столь необходимого для правильного понимания прогрессивными элементами Бухары создавшегося положения кадра партийных работников - пропагандистов и организаторов.

Эмир решил воспользоваться временной слабостью Ташкента и развил огромную энергию в борьбе с революцией по двум направлениям.

Во-первых, эмирское правительство решило не признавать Советского правительства и всячески мешать появлению большевистских Советов в русских поселениях Бухары.

Ему легко удалось договориться по этому вопросу с существовавшими органами власти в русских поселениях.

Сидевшие там кадеты, меньшевики, эсеры и просто монархисты были страшно рады эмирской поддержке в борьбе с большевистской опасностью; они ничего другого и не хотели. Отныне пути их политики, и ранее не слишком расходившиеся с политикой эмира, трогательно совпали с ней на все сто процентов.

Честным маклером в этом соглашении эмирского правительства с представителями русских поселений был все тот же небезызвестный нам Введенский.

Обеспечив себе поддержку со стороны буржуазных и всех непролетарских элементов русского населения в Бухаре, эмир начал бешеное гонение на младобухарцев.

Во-вторых, правительство эмира деятельно принялось за создание вооруженной силы, стало лихорадочно организовывать армию и занялось установлением связи со всеми контрреволюционными организациями Туркестана.

Эмир, как и все контрреволюционеры в то время, очевидно, недооценивал силы Советской власти, рассчитывал на скорый конец большевистского правления в России, и потому совершенно открыто готовился к враждебным действиям.

После временной заминки и непонимания истинного значения Октябрьского переворота, происходивших вследствие неосведомленности, члены младобухарской организации быстро сориентировались в событиях и поняли благотворную для развития нашей деятельно- /132/ сти и освобождения Востока сущность Октябрьской революции.

Действия Туркестанского Советского правительства и, в особенности, бешеная злоба к большевикам в стане наших общих врагов скоро открыли глаза младобухарцам: мы ясно увидели, кто наш друг и кто враг.

Этому прояснению сознания и повороту в сторону большевиков младобухарской организации немало содействовали русские революционеры: тт. Преображенский, Уткин и Полторацкий 59[61] - единственные рабочие коммунисты в Новой Бухаре.

С каждым днем положение в Бухаре становилось все более и более напряженным. Эмирская реакция распоясалась. Преследования усилились настолько, что многие видные работники были вынуждены покинуть Старую Бухару и перебраться на постоянное жительство в русские поселения Бухары и в Корки.

Эти новые условия потребовали от партии новых методов работы и строжайшей конспирации всех групп и ячеек в стране.

Сама собой напрашивалась мысль связаться с Советским правительством Туркестана, с большевистской партией, в которой мы начали видеть самого надежного союзника в борьбе против деспотизма эмира. /133/

ПЕРЕГОВОРЫ С КОЛЕСОВЫМ

По совету тов. Преображенского ЦК решил послать своих представителей в Ташкент для переговоров с Советским правительством Туркестана.

Эти переговоры должны были установить единый фронт революционеров Бухары и Советской России против эмирата.

ЦК предложил мне выехать с тов. Преображенским в Ташкент и договориться от имени младобухарцев с тов. Колесовым, председателем Совнаркома Туркестана, по всем интересующим нашу организацию вопросам вплоть до самого главного - совместного вооруженного выступления против эмира.

Для выработки конкретного плана действий, в случае согласия тов. Колесова на совместное выступление состоялось несколько частных совещаний видных членов ЦК, где и был выработан соответствующий план. /133/

Недели через две тот же состав членов ЦК утвердил выработанный план вооруженного выступления, основные моменты которого сводились к следующему:

1. Подготовка к восстанию не должна затягиваться, восстание должно начаться как можно скорее. ЦК организует два единовременных вооруженных выступления - в Старой Бухаре и Керках. Выступление в Старой Бухаре должно начаться внезапно ночью и закончиться в течение одного дня захватом правительственных учреждений, арестом эмира *[62] и министров.

2. Так как силы младобухарцев могли оказаться недостаточными для успешного завершения восстания, решено было договориться с тов. Колесовым о помощи с его стороны отрядами красногвардейцев, которые с этой целью должны были расположиться к моменту восстания по линии железной дороги и вмешаться в борьбу с эмиром на стороне младобухарцев, в случае недостатка собственных сил последних. Сюда же входило и снабжение младобухарцев оружием.

Нам с Преображенским удалось повидаться с Колесовым и изложить ему причину нашей поездки, наши цели и нашу просьбу.

Колесов в принципе согласился со всеми нашими предположениями, но посоветовал не торопиться, вести подготовку несколько медленнее, чем то было предположено нашим планом. Это свое соображение он мотивировал надвигающимися событиями в связи с организацией кокандского автономного правительства, объединившего национальную туркестанскую контрреволюцию под лозунгом независимо-буржуазного Туркестана.

Конечно, кокандское правительство, деятельность которого была направлена непосредственно против советского Ташкента, было для Колосова куда важнее и опаснее, чем контрреволюционное эмирское правительство, прямо Ташкенту не угрожающее.

Поэтому Колесов и посоветовал младобухарцам повременить с выступлением. /134/

Всё же решено было держать постоянную связь между младобухарским ЦК и большевиками в лице Колесова.

Колесов обещал оказывать младобухарцам всемерную поддержку. По его расчетам выходило, что месяца через два, лишь только будет ликвидирована кокандская опасность, можно приступить к решительным действиям в Бухаре.

Колесов рассчитывал правильно. Не успели мы вернуться в Бухару, как уже враждебные Советам действия кокандских автономистов начались. В Ташкенте произошла устроенная контрреволюционерами демонстрация сочувствия кокандскому автономному правительству. Демонстранты резко, враждебно выступали против Советского правительства Туркестана и освободили из тюрьмы арестованных вождей ташкентской контрреволюции: Доррера и других.

По приезде нашем в Бухару специальным совещанием членов ЦК наше соглашение с Колесовым было одобрено, и ЦК и организации в целом с этого момента усиленно занялись подготовкой к восстанию, ожидая обещанного Колесовым оружия и вооруженной помощи. /135/

МАРТОВСКИЕ (КОЛЕСОВСКИЕ) СОБЫТИЯ И ПРИЧИНЫ НЕУДАЧИ

К сожалению, этот смелый шаг ЦК, вся эта затея с восстанием, как выяснилось впоследствии, не увенчались успехом.

Причин тому было несколько.

Первой и главной внешней причиной было то, что Колесов не сумел выполнить соглашения, не доставил младобухарской организации обещанного оружия вовремя и в нужных размерах, следствием чего явилась невозможность вооружить всех членов нашей организации и, следовательно, начать восстание изнутри, как то предполагалось по плану и было, конечно, вполне целесообразным.

Наличные вооруженные силы младобухарцев оказались слишком слабыми для самостоятельного внутреннего вооруженного восстания. Из этой первой причины вытекает как следствие и вторая, особенно повредившая делу младобухарцев. Она заключалась в следую- /135/ щем. Вооруженное выступление началось не изнутри, а извне, не как народное восстание в Бухаре, а как наступление на Бухару небольших смешанных отрядов русских и бухарских красногвардейцев.

То обстоятельство, что среди наступающих на Бухару войск была партийная дружина младобухарцев в количестве 200 человек, конечно, не могло ни в малейшей степени изменить общего неблагоприятного впечатления, вызванного среди населения Бухары появлением русских войск. Население Бухары - реакционеры - истолковали это вооруженное выступление не как внутреннее восстание, а как вторжение иноземцев в "Святую Бухару".

При создавшемся настроении младобухарцы не только не встретили в населении поддержки своих планов, но, наоборот, эмирскому правительству ничего не стоило натравить на них население, вызвать среди населения мощный взрыв национального чувства и религиозного фанатизма и представить младобухарцев как изменников, продающих русским родину, как наглых осквернителей их религии ислама.

Третьей, чисто военной причиной неудачи была недостаточность отрядов Колесова и необеспеченность нашего тыла.

Таковы были внешние обстоятельства. Но и внутри самой младобухарской партии не было настоящего единства, настоящей твердой воли к победе. Партия еще не собрала своих сил, разбитых и разрозненных после мартовских событий 1917 г., в ней не было единства идеи и настроения; ее терзали внутренние противоречия - борьба групп и мнений.

Влияние духовенства в стране было огромно: эмир, как глава духовенства, а не только светский властитель, держал в своих руках все нити руководства духовной жизнью страны.

При такой обстановке беспристрастному наблюдателю было ясно, что выступление осуждено на неудачу, что выступать очень рискованно, если не безумно.

Почему же ЦК все же решился на этот кажущийся неосмотрительным шаг?

ЦК был вынужден выступить под влиянием все усиливающихся репрессий эмира, грозивших окончательным уничтожением всего джадидского движения. /136/

В случае отказа от выступления рисовались долгие годы медленной подготовки общественного мнения, накапливания сил, - все это в невыносимых условиях эмирского гнета и все усиливающихся репрессий. Взвесив все это, ЦК решил выступить. Не надо скрывать, что тут большую роль сыграло некоторое ослепление членов ЦК, излишнее увлечение руководителей движения теми, как мы теперь видим, небольшими успехами, которые сделала младобухарская партия среди кустарей и бедняков Бухары, а также среди армии эмира.

Это сообщало уверенность в успехе; все же вышеотмеченные исключительной важности неблагоприятные моменты не были учтены полностью и своевременно.

Чтобы не подавать повода к недоразумениям, я должен здесь прямо сказать о себе, что я, как один из ответственных работников организации, не менее, даже, может быть, более других ответствен за все происшедшее, за все ошибки, допущенные в колесовских событиях ЦК; я не менее других был увлечен нашими скромными, как теперь вижу, достижениями и также надеялся на успех вооруженного выступления. Это является безусловной тактической ошибкой ЦК. Итак, вооруженное выступление было решено. /137/

ОТ ПЕРЕГОВОРОВ ДО ВООРУЖЕННОГО ВЫСТУПЛЕНИЯ

Местные организации младобухарцев, особенно организации Старой Бухары, приняли это решение с энтузиазмом и стали энергично готовиться к выступлению.

Но по мере приближения срока и все новых отсрочек выдачи оружия, которого ЦК не имел, настроение явно падало.

Колесов, занятый борьбой с кокандскими автономистами, медлил с выполнением взятых им на себя обязательств. Наименее устойчивые члены младобухарской партии, даже разделявшие тактику ЦК, охладевали к борьбе и впадали в уныние. Особенно ярко это обнаружилось накануне предполагаемого выступления, когда ЦК решил официально переименовать партию в младобухарскую.

Накануне столь важных событий невозможно было дольше сохранять неопределенную, нечеткую позицию. /137/ Необходимо было, во всяком случае, поставить все местные организации партии и сочувствующих в известность о целях и задачах партии.

Так вот, это-то решение о переименовании, принятое единогласно всем ЦК, даже лидерами его правого крыла: Абду Бахил Бурхановым и Фазмитдин Максумом, было встречено холодно. Организация устала от ожидания. Единогласному принятию решения о переименовании организации в младобухарскую весьма помогло то обстоятельство, что о конкретной программе, принимая решение о переименовании, - умолчали, - и спорить поэтому фактически было не о чем.

Тем не менее, многие из старых джадидов остались в стороне от событий.

В феврале месяце 1918 г. произошли в Туркестане события, сделавшие задачу борьбы с эмиром для революции первоочередной и насущно необходимой задачей.

Непосредственный враг советского Ташкента - кокандское автономное правительство - было ликвидировано.

Силы эмира, напротив, росли и становились опасными для Советского правительства Туркестана.

Эмирская Бухара стала прибежищем всех контрреволюционных сил: многочисленные белогвардейские офицеры, старорежимные чиновники, бежавшие капиталисты находили у эмира весьма радушный прием.

Число недоразумений эмира с Советским правительством Туркестана росло.

Проходившие через Бухару с кавказского фронта демобилизованные казачьи части начали усиленно снабжать Бухару оружием; помимо этого, эмир закупал оружие где только возможно было. Ему удалось установить связь с русскими контрреволюционерами и при помощи русских офицеров наладить довольно многочисленную по тому времени армию в несколько тысяч человек.

Если к этому прибавить относительную финансовую силу эмирского правительства и его весьма значительные хлебные ресурсы и ту вызывающую позицию, которую он занял по отношению к Советскому Туркестану, то станет понятным, почему обеспокоилось Советское правительство Туркестана, и Колесов не меньше /138/ младобухарцев стал торопиться поскорее покончить с эмиратом.

В эмирской Бухаре, ставшей весьма опасным контрреволюционным центром в Средней Азии, советский Ташкент увидел реальную угрозу и приложил все усилия к скорейшей его ликвидации.

Однако тут Колесов и младобухарцы просчитались, они недооценили силы эмира.

Опьяненный своей кокандской победой, Колесов думал с той же легкостью ликвидировать и эмирскую Бухару, но факты оказались против нас.

Рассчитывая на легкую победу, Колесов не придавал никакого значения восстанию изнутри, он был, очевидно, уверен, что его сил, при небольшой поддержке младобухарцев, будет вполне достаточно для свержения эмирата. /139/

СОЗДАНИЕ МЛАДОБУХАРСКОГО РЕВКОМА И ВООРУЖЕННОЕ ВЫСТУПЛЕНИЕ

О походе Колесова мы узнали за пять дней, когда Колесов на обратном пути из Асхабада в Ташкент принял нашу делегацию, в которой участвовал и я, и сообщил нам, чтобы мы готовились к выступлению.

На наш вопрос об обещанном оружии он ответил, что привезет его с собою, хотя и в небольшом количестве.

Центральному Комитету, который, несмотря на это малоутешительное заявление и другие неблагоприятные обстоятельства, все же твердо решил принять активное участие в событиях, не оставалось ничего другого, как согласиться с таким положением дел. О выступлении ночью в Бухаре и Керках, как и вообще о выполнении плана, конечно, нечего было и думать. Все, что мог сделать ЦК, это организовать дружину из 200-300 человек, вооружив исключительно членов партии и вызвав их для этого в Новую Бухару, где можно было легально и спокойно работать.

Остальным организациям сообщили смысл новых решений ЦК с предложением остаться на местах и ни в коем случае не рисковать выступлением, не имея оружия. С отдельными видными джадидами н младобухарцами была установлена связь, в целях их своевремен- /139/ ной информации и, если понадобится, вызова в Бухару. Для руководства восстанием был избран Революционный Комитет в составе семи товарищей: Фитрата, Ата Ходжаева, Бурханова, Агдарова, Пулатова 60[63], Фазмитдин Максума и меня. Я был назначен председателем Ревкома. Таким образом, вся ответственность и руководство были возложены на перечисленных членов Ревкома.

Наконец, наступил долгожданный день вооруженного выступления. После обеда в Новую Бухару прибыл Колесов с эшелонами, при орудиях и пулеметах. Его появление вызвало массу толков как среди населения Старой, так и Новой Бухары. Эмирское правительство ясно почувствовало смертельную угрозу. Вечером того же дня в Новой Бухаре было роздано оружие наличным членам нашей организации и в вагоне Колесова состоялось совещание младобухарцев с Колесовым. Обсуждению были подвергнуты следующие вопросы:

1) требования младобухарской партии;

2) самая форма обращения к эмиру и

3) стратегический план, в случае необходимости вооруженного наступления на Бухару.

По первому и второму вопросам были приняты следующие решения:

1. Революционный Комитет, совместно с Колесовым, обращается к эмиру с письмом, в котором указываются все реформы, требуемые младобухарцами.

2. Колесов и младобухарский Ревком дают эмиру, в случае его согласия на выставленные требования, гарантии, что он останется эмиром и сам, при помощи соответствующей организации, созданной из членов младобухарского ЦК, будет проводить намеченные реформы; в руках представителей младобухарского ЦК должна быть сосредоточена вся полнота фактической власти.

Эти требования носили ультимативный характер; в случае соглашения эмир должен был в 24 часа прислать в Ревком письменное подтверждение своего согласия на требования младобухарцев за собственной подписью и печатью, а также - чтобы соглашение не могло быть им нарушено - разоружить свою армию.

В конце ультиматума сообщалось, что вся ответственность за могущие произойти последствия будет возло- /140/ жена на эмира и его правительство. На этом совещании был выработан Колесовым самый текст обращения к эмиру и с поправками младобухарского Ревкома, за подписью Колесова и моей подписью как председателя Ревкома, был послан эмиру. Текст ультиматума был таков:

Бухарскому эмиру.

1. Вместе с сим посылаю Вам требование младобухарцев и прошу принять требования эти в течение 24 часов без изменений.

2. Распустить существующее при Вас правительство и назначить на его место Исполнительный Комитет младобухарцев, и вся власть будет находиться в руках Исполкома младобухарцев. Вновь организуемое правительство будет назначаться означенным Исполкомом по соглашению с Вами.

3. Если не желаете кровопролития, тогда, конечно, примете эти требования. Если не примете, то за пролитую кровь ответственны будете Вы. В этом случае всякое действие будет по нашему усмотрению. Ваш ответ должен соответствовать этим нашим требованиям. Если какой-либо ответ Ваш будет противоречить нашим требованиям - будем считать, как за непринятие наших требований.

Председатель Туркестанского Совнаркома Федор Колесов. Председатель Исполнительного Комитета младобухарцев Файзулла Ходжаев

Что касается техники выступления, не говоря о чисто военной стороне дела, у меня осталось в памяти решение Ревкома принять меры к немедленному распространению среди населения воззвания, разъясняющего цели нашей войны с эмиром и наши требования. Это было необходимо, ибо, как уже указывалось, появление русских отрядов в Бухаре вызвало у населения неприязненное отношение к младобухарцам и даже настоящий взрыв национального чувства и религиозного фанатизма.

Если эмир будет упорствовать, решено было с утра начать наступление на Бухару двумя колоннами, - одна по железнодорожной линии Каган-Бухара, другая - по шоссе.

Так начались события, известные впоследствии в Туркестане под названием "колесовских".

Эмир ответил на наше письмо, но ответ его был уклончив. В основном он сводился к тому, что лично он, эмир, не возражает против выдвинутых требований и рад их провести в жизнь, но так как народ темен и фанатичен и, несомненно, будет этим требованиям противиться, то он, эмир, просит не настаивать на немедленном осуще- /141/ ствлении всего изложенного в младобухарском ультиматуме и согласиться с его обещанием постепенно осуществить выдвинутые нами реформы.

Перед наступлением красногвардейцев и младобухарцев на Старую Бухару от эмира была получена вторая бумага.

В этой бумаге эмир принимал ультиматум, но он, со своей стороны, ставил несколько условий:

1) на все пункты посланного ультиматума согласен, но войско не должно войти в город;

2) в городе не должны делаться младобухарцами демонстрации;

3) предлагаемые требования будут проведены не сейчас же, а по мере возможности. Ответ был письменный, но эмиром подписан не был. Неудовлетворенные этим ответом, явно рассчитанным на выигрыш времени, утром следующего дня мы начали наступление. Кроме отрядов Колесова, в этом наступлении приняли участие партийные дружины младобухарцев - около 200 человек - и давнишние союзники, рабочие Новой Бухары, примерно в таком же количестве.

Главные силы были направлены по линии железной дороги, а на шоссе были посланы небольшие конные разъезды и поставлена застава около самой Новой Бухары.

Первая стычка произошла на расстоянии одной версты от стен Бухары, у Фатхабада. Эмирские войска, главным образом конные, очевидно, не очень хотели драться и быстро отступили, потеряв несколько человек ранеными и убитыми. Зато отчаянно дрались фанатичные приверженцы старого - муллы, хотя и плохо вооруженные: ножами, топорами. Я видел лично, как один из них с палкой в руках и ножом во рту шел прямо на наших пулеметчиков и бросился на них. В этом бою был убит командир казачьей сотни Мирза Шамс и еще один из офицеров эмирской армии.

Эмир, увидев свое поражение, немедленно выслал к нам своих представителей с письменным согласием на все наши требования и просил, со своей стороны, прекратить наступление на город, дабы предотвратить напрасные жертвы с обеих сторон.

Мы все были уверены, что на этот раз эмир действительно решил уступить. Поэтому мы охотно согласи- /142/ лись с приказом Колесова: "Бой прекратить и вернуться в Каган",

Я вернулся в вагон Колесова, куда вошли также делегаты эмира: Усман Бек кушбеги, Хаджа Закирья, Азимов и др.

Колесов вступил в переговоры с делегатами эмира, пригласив со стороны младобухарцев меня, Фитрата, Бурханова и Фазмитдин Максума.

Мы, прежде всего, решили удостовериться в правильности утверждения делегатов о согласии эмира, для чего проверили подписи, и, главное, печать эмира.

Манифест эмира состоял в нижеследующем (буквально подписанный им в нашей редакции):

Второй манифест эмира

Именем великого бога объявляем нашему народу, что для нации нет более великого счастья, чем равенство и свобода. Мы отлично знаем, если не дать нашему народу права и свободы и не реформировать государственное управление по духу времени, то мы не достигнем счастья народа и мирной жизни в нашей стране. Мы признаем, что первой причиной такой отсталости нашего народа и нахождения его в темноте и в невежестве являются неорганизованность наших администраторов и рабство нашего народа.

Принимая во внимание эти обстоятельства и желая улучшения жизни нашего народа и нашей страны, нами был издан одиннадцать месяцев тому назад один манифест, но благодаря подстрекательству некоторых сатрапов манифест этот остался не проведенным.

От этого народ Бухары потерпел большое зло. Так как нашей основной задачей является счастье страны и свобода народа, издавая этот второй манифест, мы объявляем всему народу, что наше это решение твердое.

Для счастья народа наши задачи, которые будут проведены в стране, нижеследующие:

Первое. Предоставляя всему нашему народу свободу слова, свободу промысла, свободу обществ, окончательно аннулируем хищничество и тиранию.

Второе. На место существующих советников учреждаем в составе бухарских либералов Исполнительный Комитет и все реформы проводим по программе и указанию этого Комитета.

Третье. Ввиду того что стоящие во главе существующего правительства лица, являясь противниками свободы, подготовляются создать прежние крамолы, отстраняем их, и на место их назначаем лиц, которые будут указаны Исполнительным Комитетом.

Четвертое. Управление страны организуем на основе справедливости и шариата.

Пятое. Исключаем из существующих положений телесное наказание и смертную казнь. /143/

Шестое. Аннулируется существующая и разоряющая дехкан и страну система налога "амляк" 61[64] и в будущем устанавливаем по указанию Исполнительного Комитета какой-либо приемлемый другой налог.

Седьмое. Приносящая вред для торговых дел страны система налога "аминана 62[65] аннулируется.

Весь наш народ должен хорошо знать, что наши эти решения по пути к реформированию дел страны тверды.

Нет в мире таких сил сатрапов, которые могли бы заставить нас отказаться от этих решений.

Если кто-либо или какое-либо общество будет противодействовать этому манифесту, таковые будут подвергнуты нами самому строгому наказанию.

Девятнадцатое джунадиальиввал, год 1336 гиджри, соответствует второе марта, год 1918 миляди.

Печать эмира.

Когда все оказалось правильным, мы, не доверяя эмиру, предложили сначала Колесову, а затем, после того, как он согласился с нашим мнением, делегатам эмира дополнительные условия полного прекращения военных действий. Мы потребовали, чтобы эмир немедленно отдал своим частям приказ о добровольном разоружении. Это свое требование мы мотивируем тем, что теперь, после того, как военные действия фактически начались и начались по вине эмира - мы не можем верить эмиру, если он не даст нам реального доказательства своего миролюбия, разоружив свои войска.

Это дополнительное условие встретило сильный отпор со стороны делегатов эмира. Они долго не соглашались, уверяя нас в прекрасном отношении эмира к реформам и любви к младобухарцам. Они говорили нам, что эмир и рад бы исполнить это требование, но что это фактически невозможно, так как эмирские солдаты и муллы настолько возбуждены, что, по всей вероятности, они не исполнят приказа эмира.

После того, как они увидели, что мы в этом вопросе непреклонны, они решили уступить, торгуясь только о сроках разоружения. Сперва предлагали трое суток, но потом согласились на одни.

Дальше было условлено послать с нашей стороны делегацию в Старую Бухару для контроля на месте исполнения соглашения о разоружении, после чего мы сами должны были в мирном порядке вступить в Бухару.

В делегацию, посланную для контроля над разоружением эмирской армии, были избраны почти все воен- /144/ ные. Имена и фамилии их, за исключением председателя делегации тов. Уткина и Абдурахимова, к сожалению, не сохранились в моей памяти.

Мы, вполне уверенные в успехе нашего предприятия остались в Новой Бухаре и спокойно ждали вестей от нашей делегации.

Эмир же, которому при помощи всей этой затеи (мнимым разоружением надо было только выиграть время) и не думал сдаваться.

Наоборот, он, оказывается, тотчас же арестовал наших представителей, чтобы их казнить, а сам стал лихорадочно готовиться к новому на нас нападению, с целью окончательно раздавить и уничтожить наши немногочисленные отряды.

Подготовка ему удалась самым блестящим образом. Во-первых, он выиграл ровно три дня и за это время сосредоточил все свои части вокруг Бухары.

Во-вторых, он через специальные группы мулл провел против нас бешеную агитацию религиозно-националистического характера среди крестьянства, что ему прекраснейшим образом удалось.

Этим путем эмир бросил против нас до 35000 чем попало вооруженных людей.

В-третьих, он лишил нас связи с Ташкентом и, следовательно, всякой возможности получить подкрепление или даже, в случае неудачи, благополучно отступить, разобрав железнодорожный путь на протяжении ста с лишком верст, от Кермине до Кара Куля, и вырезав телеграфные провода.

Вот какой ценой мы заплатили за нашу доверчивость.

В то время как шли все эти лихорадочные приготовления эмира, долженствующие нас уничтожить, мы, не предпринимая никаких мер, ждали вестей от нашей делегации. Но вестей не было. Тут мы начали догадываться об обмане эмира. Скоро наша догадка подтвердилась. Двоим делегатам удалось, несмотря на все кордоны эмира, бежать, и они нам все рассказали. Ужасная картина казни наших товарищей открылась нашим глазам.

Но было уже поздно, мы скоро убедились в том, что отрезаны и что положение наше безвыходно. /145/

Для всех нас было ясно, что мы с нашими небольшими силами не сможем повести наступление на город, где нас встретила бы вся эмирская армия и несколько десятков тысяч человек из поднятого муллами населения. Не только наступать, но даже защищаться в таких условиях было делом весьма трудным и опасным.

А эмирские войска и разъяренная многотысячная толпа наступали главным образом по шоссе.

Единственным выходом из положения было требовать помощи из Керков и Термеза, где были сильные отряды пограничных войск. Но и это не вышло. Посланные на паровозах в Корки и Термез люди не могли туда пробраться, так как и тут дорога оказалась разобранной.

Единственным нашим преимуществом перед эмирской армией было наличие у нас артиллерии европейского образца. Мы и решили это преимущество использовать и начать обстрел Старой Бухары, заставив этим эмира прекратить наступление, а также подействовать на толпу, создав панику в городе.

Обстрел начался и продолжался на протяжении нескольких часов, но никаких результатов не дал.

Как потом выяснилось, ни один наш снаряд не попал в город.

Этот странный и печальный для нас факт был тотчас же использован муллами как доказательство помощи аллаха и Магомета, не допустивших, чтобы артиллерия неверных и отступников ислама - младобухарцев, разрушила "святую Бухару". Аллах и Магомет, по словам мулл, защитили от снарядов верующих и эмира.

Наконец, иссякли снаряды. Ничего не оставалось больше, как отступить, и Колесов приказал начать отход в сторону Ташкента. /146/

НАШЕ ОТСТУПЛЕНИЕ И РЕЗНЯ В БУХАРЕ

Так печально закончилась первая попытка младобухарцев с оружием в руках сбросить эмира. Но она не прошла бесследно и даром. Совместно с рабочими России пролитая кровь как бы предопределила пути развития революции в Бухаре. Этой кровью навсегда был скреплен уже давно, еще во время мартовских событий 1917 г. наметившийся союз /146/ между трудовым народом Бухары и русским революционным пролетариатом.

В этом смысле и значение, а может быть, и историческое оправдание тактических неудачных колесовских событий.

Победившее эмирское правительство тотчас же начало с ужасающей жестокостью расправляться со всеми своими врагами, и со всеми, кого оно считало за врагов.

Началась форменная резня, поголовное избиение сколько-нибудь инакомыслящих людей.

Опьяненное победой и кровью правительство эмира в течение каких-нибудь двух-трех недель расправилось не только с джадидами и младобухарцами, но также и со всеми, кто получил европейское образование, читал газеты и поэтому казался подозрительным обнаглевшей реакции.

Всего во время этой резни было уничтожено около тысячи пятисот человек младобухарцев и сочувствующих. Вот список наиболее видных из погибших товарищей.

1) Хамит Хаджа, 2) Мирзаша, 3) Кари Гулям, 4) Фатхулла Ходжаев, 5) Гиям-Хаджа, 6) Зубайдулла, 7) Абдурахман (сын муллы Икрама), 8) Абдул-Вакил Максум, 9) Мирза Шариф, 10) Кари Мустаким, 11) Махди Шамсов, 12) Кари Ахмед, 13) Абдулла Бахшулаханов, 14) Измаил-Хаджа, 15) Мирзарахма-Тулла, 16) Сираджидин (брат Айни), 17) Низам (со всей семьей - 13 человек), 18) Мирза Исламкул (Шахрисябз), 19) Джуракуль (Корки), 20) Мирза-Сачак (Корки), 21) Фашахчан (Корки), 22) Мирхан (Корки), 23) Хаджа-Абдусаттар, 24) Бурхаджан (брат Фазлитдина Максума).

Организованная в Старой Бухаре резня скоро распространилась по всему ханству.

Дальше, в серии убитых, идут сочувствующие делу реформ, среди которых было немало чиновников эмира. Вот наиболее видные из них:

1) Мирза-Мустафа, 2) Насруллабек (со всей семьей - 17 человек), 3) Мирза Ахмедбек (с сыном), 4) Хаджи Закирья Азимов, 5) Мирза Сахба, 6) Хаджи Датхо, 7) Исламкул Токсаба, 8) Кази Абдусаттар, 9) Кази Санджан. /147/

Затем шли просто образованные прогрессивные люди, никакого отношения к джадидской или младобухарской партии не имевшие.

Все время разжигаемая муллами, фанатично настроенная толпа не удовлетворялась избиением младобухарцев и сочувствующих. Гнев толпы, руководимой эмирскими чиновниками, обрушился на железнодорожных рабочих и просто иноверцев. Толпа начала громить поселки мелких станций и убивать всех иноверцев, даже десятки лет живших в Бухаре. Число этих жертв, точно не установленное, было очень велико, во всяком случае не меньше 1500-1600 человек. Особенно пострадали татары и лезгины, на которых, ввиду их непосредственного участия в событиях, точило зубы эмирское правительство.

Сведения о резне стали поступать к нам еще до нашего решения отступить в сторону Ташкента, они быстро распространились среди городского населения. Поэтому все те, кто мог опасаться гнева эмира, вся рабочая часть города и много обывателей вместе с женами и детьми присоединились к нашим отрядам, чтобы уйти под нашим прикрытием в Ташкент. Всего этих беглецов из Бухары набралось до 8000 человек, и эта неорганизованная масса сильно затруднила наше отступление.

Мы стали отступать вдоль железной дороги. По всему пути от Новой Бухары до Кермине не было ни одной версты неразрушенного железнодорожного полотна, ни одного неразрушенного здания, включая станционные постройки, заводы, водокачки и т.д.

Нас по пятам преследовали эмирские конные части, время от времени начинавшие обстрел. К нашему счастью, у эмира не было артиллерии европейского образца, иначе нам пришлось бы плохо. Обстрел же из старых пушек был не опасен.

Наше отступление продолжалось пять дней.

На третий день, по прибытии в Кызыл-Тепе, снова начались переговоры с эмиром. Первым делегацию послал Колесов, но на этот раз, помня коварство эмира, назначил в нее не своих людей, а старых чиновников царского правительства: Введенского, Хайдар-Хаджи Мирбадалова. /148/

Делегация была послана Колесовым без всяких совещаний с нами. Предмета переговоров мы так и не узнали, но установили, что эмир согласился прекратить преследование и принять меры к прекращению повсеместной резни, если только Колесов выдаст ему отступающих с ним младобухарцев, или хотя бы только троих из них: Файзулла Ходжаева, Фитрата и Бурханова.

Это предложение встретило решительный отпор со стороны Колесова, но факт, что уходившие из Бухары обыватели были таким решением очень недовольны, они требовали нашей выдачи и вели огромную агитацию среди воинских частей, склоняя их требовать у Колесова согласия на предложение эмира.

И действительно, был момент, когда положение становилось очень опасным, и неизвестно, чем бы все это кончилось, если бы не счастливая случайность, сразу создавшая перелом настроения среди отступавших и нас окончательно спасшая.

Совершенно неожиданно, в самый критический момент, к нам на помощь из Ташкента прибыл Колузаев с отрядом. Он взял Кермине, и его разъезды добились связи с нами.

На этом кончился знаменитый поход красногвардейцев и младобухарцев на Бухару, названный "колесовским".

В дальнейшем руководство перешло в руки военных товарищей и Колесова лично, которые стремились во что бы то ни стало подписать скорейшее соглашение с эмиром.

Я думаю, что стремление Колесова заключить с эмиром во что бы то ни стало мир было вызвано не его военной слабостью в борьбе с эмиратом, а внебухарскими событиями: начавшимся контрреволюционным оживлением в Туркестане и голодом в киргизских районах Туркестана. Эти два события отвлекли внимание Советского правительства Туркестана и лично Колесова от Бухары. Иначе, собравшихся частей было бы вполне достаточно, если не для полной ликвидации эмирата, то, во всяком случае, для разгрома эмирской армии и получения от эмира тех же уступок, которых Ташкентский Совет рабочих и солдатских депутатов добился у эмирского правительства еще непосредствен- /149/ но после Февральской революции и в получении которых сыграл активную и большую роль работавший в то время в Ташкенте тов. Бройдо 63[66]. /150/

ТОРЖЕСТВО ЭМИРСКОЙ РЕАКЦИИ И ЭМИГРАЦИЯ МЛАДОБУХАРЦЕВ

После мартовских событий 1918 г. силы младобухарцев были совершенно разгромлены: наступила жестокая реакция, беспощадно уничтожавшая всякого, кто осмелился сказать слово критики.

Власть фактически перешла в руки кучки бездарных жестоких авантюристов, вроде безграмотного старика Имамкулла, Усманбека и других. Фанатичные представители духовенства и реакционные эмирские чиновники выдвинули для управления Бухарой пятерку, группировавшуюся вокруг бездарного Кази Каляна Буханиддина и хитрого Урганджи *[67].

Урганджи сделался фактическим правителем Бухары.

Напуганные всем происшедшим и ненавидящие Советский Туркестан и Советскую Россию - правители Бухары постарались совершенно отрезать Бухару от всякого общения с русской территорией, отгородили ее от Туркестана китайской стеной религиозного фанатизма и самой черной реакции.

В угоду политической реакции были принесены в жертву реальные интересы народного хозяйства и широкой массы мелких товаропроизводителей Бухары - бухарского дехканства.

Отгородившаяся от России Бухара потеряла единственный удобный рынок для своего сырья. Хозяйство ее, отрезанное от рынков сбыта, от всякого торгового сообщения, кроме торговли с непромышленным Афганистаном, стало приходить в застой и упадок и постепенно натурализировалось.

Эмир искусственно повернул пути общественного и хозяйственного развития Бухары вспять, отодвинул это развитие на несколько десятков лет назад. /150/

Начался период английской ориентации эмирской Бухары, период дружбы ее с Афганистаном, приведшей Бухару в нищенское состояние.

Мартовские события 1918 г. и разразившаяся после них реакция, разорившая и обессилившая Бухару, есть самое кровавое пятно в истории Бухары за последние 60-100 лет, есть величайшее преступление эмира и его правительства, а также духовенства Бухары. Они ответственны за потоки пролитой невинной крови около 3000 людей, за горе разоренных семей, за обеднение крестьянства и вообще за все те бедствия, которые постигли Бухару в период от колесовских событий до революции 1920 г.

И в то же время эта кровавая реакция, эти тяжкие бедствия, выпавшие на долю Бухары, в лице широких масс трудящихся имели, как это часто бывает в истории революций, и положительное значение.

Они всколыхнули еще совершенно не затронутые никакими новыми веяниями основные пласты бухарского крестьянства, они рассеяли тот ореол, которым, несмотря ни на что, еще было окружено имя эмира как духовного главы среди широких кругов населения, они открыли народу истинное лицо эмира и его приспешников, и это лицо поразило всех своим отвратительным лицемерием и нечеловеческой жестокостью.

Колесовские события со всеми их последствиями многому научили и младобухарскую партию. На своих ошибках она училась не допускать подобных ошибок впоследствии.

Все ухудшающееся, вследствие оторванности от России, экономическое состояние Бухары, подрывавшее благосостояние широких кругов крестьянства, ударяя по насущнейшим интересам трудящихся, еще больше содействовало их революционизированию.

Торговля с Афганистаном была выгодна только капиталистической верхушке Бухары, которая зарабатывала на этом ни с чем несообразные проценты, широкие же круги мелких товаропроизводителей вынуждены были за бесценок продавать свое ценное сырье, не могущее попасть в Россию, и втридорога покупать так называемую колониальную продукцию, шедшую в Бухару через Афганистан.

Глухой ропот народа усиливался. /151/

Создавшиеся объективные экономические условия медленно подготовляли благоприятную для новой вспышки революции обстановку в Бухаре.

Разгром младобухарской партии затянул период реакции. Потребовалось целых два года только для того, чтобы восстановить ту силу организации, которая была до мартовских событий.

Уцелевшая от разгрома основная группа младобухарцев-активистов в количестве 150-200 человек эмигрировала в Советский Туркестан, создав там два политических центра: в Самарканде и в Ташкенте.

Вокруг этих центров продолжалась работа по накоплению сил, по расширению организации и выработке новых методов борьбы в соответствии с изменившейся обстановкой.

Не будь этих политических центров, эмигранты, которые вследствие тяжелых условий существования разбрелись бы по разным городам Туркестана в поисках работы, могли бы мало-помалу утерять между собой всякую организационную связь.

Однако этого не случилось. Революционный закал эмигрировавших членов организации, а также руководство Самаркандского и Ташкентского политических центров предохранили эмиграцию от распада.

Во главе Самаркандского центра стояли: Рахмат Рафик и Ата Ходжаев, а во главе Ташкентского - Адгаров, Бурханов, Фитрат и я.

Вначале условия существования обоих центров были таковы, что ни о какой политической работе не могло быть и речи.

Вся наша деятельность была направлена к оказанию материальной поддержки членам организации, к поискам для них работы, собиранию и распределению кое-каких субсидий, без чего сама жизнь товарищей была подвержена риску голодной смерти.

Этот период эмиграций после разгрома, эти 5-6 месяцев, были самым тяжелым, унылым и опасным временем в жизни нашей организации.

Как всегда бывает в таких случаях, вскоре обнаружились неизбежные последствия разгрома. Падавшее настроение вызывало бесконечные раздоры, распри как среди рядовых эмигрантов, так и между руководителями. /152/

Несколько товарищей, неприспособленных к физическому труду (полевые работы или служба в армии), как-то: Мулла Рафаги, Мулла Максум - погибли от голодной смерти. Это произвело на нашу организацию крайне тяжелое впечатление.

Начались обычные в период реакции симптомы разложения партии, выход членов из организации и переход их в другие партии.

Так, под влиянием левоэсеровской организации несколько членов нашей партии, как Пулатов, Ата Ходжаев и Кари Гулям, вышли из младобухарской организации и образовали новую группу, примкнувшую к левым эсерам 64[68].

Переход к левым эсерам этих последних вызвал разброд и неразбериху среди членов младобухарской партии. Многие из них без малейшего повода, без малейшего намека на идейное расхождение выходили из партии, разбивали ее силы и умывали руки от всех бухарских дел.

Объяснялось же это все, конечно, по-иному. Это называлось протестом против ошибок ЦК, приведшего своей ошибочной тактикой организацию к разгрому.

Острота этих обвинений была направлена главным образом против меня как председателя, создавшего во время колесовских событий Ревком.

Наблюдая все усиливающееся разложение среди членов нашей организации, слыша постоянную критику действий ЦК и не видя в данной обстановке путей к укреплению и оздоровлению партии, я был вынужден сложить с себя все полномочия и уйти от всякой работы в Ташкентском центре.

Распадом Ревкома закончился первый период эмиграции непосредственно после колесовских событий 1918 г. /153/

ВТОРОЙ ПЕРИОД ЭМИГРАЦИИ (ОТ СЕРЕДИНЫ 1918 г. ДО 1919 г.). АНГЛИЙСКАЯ ОРИЕНТАЦИЯ БУХАРЫ И РЕВОЛЮЦИОНИЗИРОВАНИЕ ТРУДОВЫХ МАСС БУХАРСКОГО НАРОДА

Период с 1918 г. до начала 1919 г. для младобухарцев прошел тускло и вяло и характеризовался полнейшей их бездеятельностью. /153/

Внутрипартийная жизнь замерла, если не считать за оживление те внутренние дрязги и мелочные раздоры, о которых уже упоминалось и которые неизбежны для всякой молодой, неоформившейся и неокрепшей партии в период реакции, усугублявшейся еще оторванностью от родной среды.

Сам по себе этот период для Средней Азии в целом был одним из самых примечательных и трудных периодов, когда зажатый в огненном кольце фронтов Советский Туркестан, экономически обессиленный вследствие оторванности от России, героически отстаивал свое существование и закладывал в Средней Азии первоначальные основы советского строя.

Рабочий класс, в первую очередь железнодорожники Туркестана, в союзе с передовой частью местной интеллигенции и городской бедноты, вынесли на своих плечах Советскую власть в Средней Азии в эту тяжелую годину нищеты и непрерывных боев с наседавшими со всех сторон на Советский Туркестан контрреволюционерами.

Непоколебимая воля их к победе и нечеловеческая выносливость помогли им удержать в Туркестане завоеванные в Октябре 1917 г. позиции. Это было ужасное для Туркестана время. С запада, из Оренбургских степей, грозил Дутов, отрезавший Туркестан от России и тем самым сразу подорвавший экономическое положение Туркестана. На Востоке угрожало враждебно настроенное семиреченское казачество, на юге подготовлялся англичанами закаспийский фронт. В Фергане свирепствовало басмачество.

Отрезанный от хлебной базы Советский Туркестан, всегда живший, в значительной мере, привозным хлебом, испытывал тяжкие продовольственные затруднения, могущие каждую минуту перейти в настоящий голод.

Туркестанское золото - хлопок - стал не нужен; отрезанный от русской текстильной промышленности, не имевший заграничных рынков, хлопок не мог быть реализован, и это обстоятельство окончательно подорвало экономическую мощь Туркестана.

Трудность положения усугублялась борьбой с внутренней туркестанской контрреволюцией, постоянными заговорами, а также саботажем чиновников и /154/ другими проявлениями пассивной враждебности к советскому строю.

Перечень контрреволюционных сил, угрожающих Советскому Туркестану, был бы не полон, если бы я пропустил Хорезмское ханство и эмирскую Бухару эти два очага среднеазиатской контрреволюции.

Хорезм и Бухара со своим деспотическим средневековым строем, органически противным всякому, даже буржуазному, прогрессу, тем более не могли быть в ладу с народившейся у них под боком Туркестанской Советской Республикой и ждали только случая, чтобы напасть на нее и окончательно задушить ненавидимую ими революцию.

Хорезмское ханство, лежавшее вдалеке от железных дорог и торговых путей, слабое в экономическом и военном отношении, не было страшно Советскому Туркестану.

Совсем иное дело была эмирская Бухара, престиж которой среди реакционеров рос с каждым днем и вырос до необычайных размеров.

Из всех контрреволюционных очагов Средней Азии Бухара была самым значительным, единственным обладающим известной экономической мощью, значительной армией и налаженной государственностью.

Эмиру, ценою величайших народных бедствий и потоков пролитой крови, удалось в то время, когда все кругом кипело, добиться полного спокойствия в своей стране и создать 20000 армию сарбазов 65[69] и наукеров 66[70], вооружив ее оружием европейского образца.

Начавшееся, как нами уже указывалось, после мартовских событий хозяйственное и политическое сближение Бухары с Афганистаном и Персией и через Афганистан с англичанами развивалось вполне успешно.

Конечно, афганские и персидские рынки не могли заменить рынка русского, особенно в отношении реализации хлопка, но все же некоторую отдушину для бухарского сырья они создали, и экономическое положение Бухары, хотя и ухудшившееся с потерей русского рынка, все же несколько укрепилось, во всяком случаев было много благоприятнее, чем в Туркестане, совершенно отрезанном от всяких рынков сбыта. В Бухаре, кроме того, были хлебные ресурсы, которых в Туркестане не было. /155/

Под влиянием изменившихся экономических условий произошла в Бухаре генеральная перегруппировка классовых сил.

Недовольное упадком крестьянского хозяйства, увеличением налоговых тягот (эмирское великодержавие, создание 20000 армии, содержание многочисленных русских контрреволюционеров, белогвардейских офицеров и бежавших чиновников недешево обходилось Бухаре), крестьянство глухо роптало.

Армия тоже была недовольна несвоевременными получками, ничтожным содержанием, носившим характер жалких подачек, палочной дисциплиной, а также ростом болезней, происходивших от отсутствия в эмирской армии всякой санитарии и от невозможных жилищных условий.

Начавшееся сначала робко, под влиянием тяжелых условий существования и полного невнимания эмира к интересам трудящихся недовольство все разрасталось.

Сама бухарская действительность, само создавшееся хозяйственное положение будоражило массы, и для этого не нужно было никакой агитации злосчастных джадидов и младобухарцев.

Солдаты стали с оружием в руках дезертировать из эмирской армии, переходить границу и присоединяться к младобухарцам. Жестокие наказания и возможная казнь не могли устрашить недовольных.

Параллельно с этим несомненным революционизированием масс, которого не видели лишь эмирское правительство и правящая верхушка Бухары, твердо уверенные, что всякая опасность революции в Бухаре ликвидирована, что младобухарская партия разгромлена окончательно и не воскреснет, и не замечавшие того все возрастающего недовольства, которое происходило у них под носом, - параллельно с только что отмеченным накапливанием потенциальных сил революции шло объединение и сплочение вокруг эмира всего, что было реакционного в Бухаре.

Реакционные чиновники, духовенство и русские белогвардейцы нерушимой стеной стояли у эмирского трона.

Новым в положении было то, что фрондирующее и в некоторой своей части склонное к реформам бухарское /156/ купечество после Октябрьской революции и колесовских событий основной своей массой бросилось в объятия самой черной реакции и образовало единый фронт с духовенством.

Купцы и мелкие лавочники, арендаторы и ростовщики - все эти представители молодого торгового капитала, смертельно напуганные действиями Туркестанского Советского правительства, проведшего у себя национализацию недвижимых имуществ, заводов и капиталов, отшатнулись от всяких нововведений, были готовы помириться с любым деспотизмом, лишь бы не лишиться собственности.

Экономическая разруха на них отражалась очень мало. Торговля с Афганистаном, как уже было указано, разорявшая мелких товаропроизводителей, была выгодна купечеству, давая ему возможность наживать огромные прибыли.

Реакционеры Бухары были уверены в скором падении большевиков и с нетерпением ждали прихода, с помощью англичан, нового русского царя и их вчерашних хозяев - русских капиталистов и фабрикантов.

Оценивая в смысле перспектив революции соотношение в Бухаре социальных сил, являющихся истинными двигателями всякой революции, в дооктябрьский период и к началу 1919 г. мы должны отметить, что крестьянство, в своей основной массе бывшее ранее недостаточно активным, стало к этому времени одной из решающих сил революции, купечество, являвшееся до Октябрьской революции одним из факторов в борьбе против эмирата, решительно перешло в лагерь реакции.

Возможно, что именно эта перегруппировка социальных сил, перенесшая центр движущих сил революции социально влево вместе с непосредственным влиянием идеи коммунизма, подготовила путь для радикализации некоторой части членов младобухарской партии, которые в ходе развернувшихся событий, отказавшись от прежних взглядов, составили первоначальную группу коммунистов Бухары 67[71].

Конечно, эта перегруппировка социальных сил отразилась на младобухарской партии, находившейся в изгнании, не сразу и не в полной мере. Младобухарцы к этому времени окончательно обосновались в Турке- /157/ стане, главным образом в Самарканде, Ходженте и Ташкенте.

Скоро ликвидировалась левоэсеровская младобухарская группа Ата Ходжаева и Пулатова. /158/

СОЗДАНИЕ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ГРУППЫ МЛАДОБУХАРЦЕВ

Обстановка Советского Туркестана, активная работа значительной части эмигрантов в армии, краткосрочные курсы, которые прошли многие из младобухарцев, а главное новая масса членов организации из кустарей и бежавших эмирских солдат, создали благоприятную почву для появления коммунистической группы среди младобухарцев.

И поиски нового направления, несомненно диктуемые изменившейся обстановкой, среди младобухарцев не прекратились. Вместо прекратившей существование левоэсеровской группы скоро выделилась новая, примкнувшая к большевикам. Организаторами ее были Мухтар Саиджанов, Якуб Заде, Азимджанов 68[72] и позже к ним присоединившиеся Хусаинов 69[73], Аминов и Акчурин 70[74] с целым рядом других менее видных младобухарцев.

Эта новая группа, несомненно гораздо более жизнеспособная, чем левоэсеровская, скоро развила весьма значительную деятельность. Она обратила особое внимание на воспитание и обучение эмигрантов на многочисленных партийных и советских курсах, открывшихся в то время в Ташкенте и других городах, а также много поработала в деле улучшения материального положения эмигрантов.

Несколько десятков товарищей подошли вплотную к работе РКП(б), вступив добровольцами в Красную Армию, и сражаясь на фронтах Ферганы, Закаспия и Актюбинска бок о бок с русскими коммунистами, в рядах русского революционного пролетариата.

В числе вступивших добровольцами в Красную Армию были Аминов, Саиджанов и др. Эта работа в Красной Армии, как чисто военная, так и политическая, много дала для самовоспитания в духе коммунизма и дисциплинирования членов нашей организации, особенно тех, кто лично вступил в Красную армию. /158/

Коммунистическая часть младобухарцев, втянувшись в настоящую активную партийную работу, впоследствии наладившая связь с Бухарой, принесла много пользы делу революции, когда с ликвидацией Закаспийского фронта живая связь эмира с англичанами была утрачена.

Коммунистической части младобухарцев удалось восстановить действительно живую связь с Бухарой, организовать в городе и в отдельных сельских районах ряд ячеек.

Переходящие на сторону революции, мобилизованные в войска эмира крестьяне и кустари, расширили численность организации в Туркестане. Эмирская власть была встревожена этим переходом вооруженных солдат на сторону коммунистов и младобухарцев и принимала все меры для пресечения нашей работы. Шпионы эмира все время окружали коммунистов и младобухарцев в Кагане и Чарджуе, этих основных пунктах, откуда вели свою революционную работу коммунисты. Была сделана попытка убийства отдельных работников, сыпались требования к представителю Советской власти и местным советским органам русских поселений об изгнании младобухарцев и бухарских коммунистов из районов, соприкасавшихся с Бухарой. Они начали действовать настолько интенсивно, что кое-кого из наиболее ретивых местные товарищи, младобухарцы и коммунисты, должны были убрать с пути путем террористических актов. Это должно было служить, между прочим, и ответом на вновь усилившийся террор эмира. Не обошлась эта работа также без жертв: несколько нелегальных работников, коммунистов были выданы предателями, проникшими также в нелегальные ячейки внутри города Бухары. Так, погиб очень хороший организатор нелегальных коммунистических ячеек тов. Абдулла Максум Тураев 71[75], но все это уже не могло помочь делу эмира. Наоборот, эти репрессии усиливали тягу трудовых масс населения к революции. К тому же огромное количество революционной литературы, которую издавали коммунисты, делало свое дело, несмотря на трудность доставки, она все-таки проникала в страну, и люди, рискуя жизнью, читали ее.

Другая часть эмиграции, не объединившаяся с коммунистической группой и не присоединившаяся к обра- /159/ зовавшейся впоследствии другой младобухарской группе, организовавшейся вокруг газеты "Учкун" 72[76], отошла совсем от всякой политической работы, занявшись личными делами: службой в советских учреждениях, в органах народного образования и т.д.

К числу товарищей, отошедших от всякой политики, принадлежали: Муса Саиджанов, Хаджи Хамра, на известный период Мирза Изатулла, Абду Вахид Бухарнов и др.

Фитрат, хотя формально и не порвал связи с партией и политической работой, но активно в партии не работал, уйдя с головой в культурно-просветительскую работу и одновременно поступив на службу в афганское консульство.

Я лично в это время в Туркестане не был, уехав в Москву после сложения мной моих полномочий. /160/

ВОССОЕДИНЕНИЕ ТУРКЕСТАНА С РОССИЕЙ. ПРИЕЗД ТУРККОМИССИИ

Все в корне изменилось к лучшему после воссоединения Туркестана с центром Советской России.

Два новых факта в корне изменили всю обстановку работы младобухарцев, как и всех вообще революционных сил Средней Азии.

Эти два факта - разгром контрреволюционных сил Колчака и Дутова, начавшееся полное очищение территории Туркестана от белых банд и приезд специальной Туркестанской комиссии ВЦИК РСФСР 73[77] для налаживания работы в Средней Азии в составе тт. Элиава 74[78], Фрунзе, Куйбышева и Рудзутака 75[79].

С приездом Туркестанской комиссии ВЦИК совершенно по-новому пошла работа. Турккомиссия уделила специальное внимание исправлению тех ошибок, которые были допущены в национальном вопросе. Борьба за правильное осуществление ленинской национальной политики, усиленное внимание к вопросам хозяйственного строительства сразу же дали прекрасные результаты; широкие массы трудящихся Туркестана сразу почувствовали всю разницу старого и нового руководства. Можно сказать прямо, что именно приезду Турккомиссии, результатам ее деятельности мы обязаны тем, что все больше и больше трудящиеся массы корен- /160/ ных национальностей Средней Азии начали вовлекаться в советское государственное строительство. Было положено начало широкой коренизации всего советского и хозяйственного аппарата Советского Туркестана.

Интерес, проявленный в это время Советским правительством к строительству национальной советской государственности в Средней Азии, снова выдвинул в порядок дня и бухарский вопрос.

Все это создало новое оживление в младобухарских партийных кругах. Были сделаны новые попытки к установлению политической и хозяйственной связи с Бухарой, хотя и не давшие ожидаемых результатов, ввиду упорства эмира и несговорчивости его правительства, но все же влившие новую струю бодрости и надежды в ряды младобухарцев.

Сравнительное улучшение экономического положения Туркестана, вызванное установлением торговой связи с Россией, а также правильное разрешение национального вопроса, проводимое в жизнь Советским правительством Туркестана по указаниям Турккомиссии, создали коренной перелом настроения в широких кругах туркестанского крестьянства и впервые установили подлинное объединение, как теперь говорят, "смычку" туркестанского крестьянства с пролетариатом России.

Видя, что в Туркестане положение населения значительно улучшилось, что насущные вопросы трудящихся, в первую очередь крестьянства, начали реально удовлетворяться, и невольно сравнивая положение освобожденного Туркестана со своим подневольным и нищенским состоянием, крестьянство с сопредельных деспотий: Бухары и Хорезма, начало волноваться, оно увидело, что Советская власть - рабоче-крестьянская власть, что бы там ни говорили муллы и баи.

Кровавый режим эмира и хана заколебался.

Никакими стенами, никакими кордонами нельзя было отгородить Бухару и Хорезм от революционного советизировавшегося Туркестана.

Хорезм, более слабый, первый почувствовал это.

Революционеры Хорезма, воспользовавшись междоусобной войной хорезмского хана и туркестанских феодальных вождей, образовали несколько смешанных узбеко-туркменских отрядов, которые при помощи Красной Армии в начале 1920 г. сумели ликвидировать /161/ хорезмского хана и объявить Хорезмскую Советскую Республику 76[80].

Эмир, крайне обеспокоенный падением хорезмского хана, с новой энергией принялся за строительство своей армии, за увеличение ее численности, вербуя солдат путем разверстки рекрутов по областям и отдельным племенам и национальностям, населяющим Бухару.

Кроме того, он всеми путями добивался военного союза с новым афганским эмиром - Аманулла Ханом.

Попытка эмира заручиться союзником в лице Афганистана на первых порах имела успех, сводящийся к внешнему проявлению симпатии Афганистана к эмирской Бухаре, к обмену подарками и всевозможными любезностями.

Однако политика Афганистана в этом вопросе была чрезвычайно осторожной: хотя афганское правительство и выступило в защиту "доброго" эмира Бухары против Советского Туркестана, все же всерьез ссориться с Советской Россией афганское правительство опасалось: взаимное признание, которым обменялись в скором времени Афганистан и Советская Россия, является наглядным тому доказательством.

Надо учесть, что это было одно из первых признаний, полученных Советским правительством.

Эмир, сильно струсивший после падания Хорезма, все же долгое время держался вызывающе по отношению к Советскому Туркестану, не делал никаких уступок внутри страны и с прежней жестокостью карал всякое культурное, прогрессивное и, тем более, революционное начинание; младобухарцы им по-прежнему жестоко преследовались.

Все же ни репрессии, ни армия, ни дружба с Афганистаном, на которую так надеялся эмир, не помогли ему.

Широкие круги бухарского населения, особенно пролетарские и полупролетарские массы и интеллигенция, как уже указывалось, неудержимо тяготели к Советской России.

О событиях 1918 г. в Бухаре вспоминали уже с сочувствием, сожалея, что они окончились так неудачно.

Несмотря на все преследования, тайные общества и нелегальные комитеты росли один за другим. /162/

Жестокая казнь, постигшая попавшихся их участников, никого не устрашала. Движение против эмира росло и ширилось.

Уже упомянутое недовольство в армии привело к массовому дезертирству и переходу границ солдатами, которые присоединялись к младобухарцам.

Все эти события, это революционное настроение, охватившее массы, естественно, привели к очень большому оживлению среди эмигрантов, о чем мы говорили не раз. /163/

ТУРКБЮРО РЕВОЛЮЦИОННЫХ МЛАДОБУХАРЦЕВ И ЕГО ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

Сразу после воссоединения Ташкента с Москвой, наряду с образовавшейся ранее коммунистической группой, начала работать другая группа младобухарцев. Она имела влияние не только среди кустарей и солдат, но и среди других слоев населения.

Эта новая группа назвала себя революционной младобухарской партией.

Своего ЦК, как коммунистическая группа, она не имела. Руководящий центр этой группы назывался Центральным Туркестанским бюро революционной младобухарской партии.

Отсутствие ЦК и создание вместо него Центрального Туркестанского бюро революционная младобухарская партия мотивировала нежеланием брать на себя функции ЦК, который фактически распался после неудачи мартовских колесовских событий, и мог быть законным образом вновь оформлен только после партийной конференции и передачи ЦК соответствующих полномочий нелегальными комитетами и отдельными членами бывшего ЦК. Чтобы избежать возможной путаницы и новых расколов, лучше было не создавать самостоятельного ЦК, что революционная младобухарская партия и сделала.

Свое существование параллельно с коммунистической группой революционная младобухарская партия оправдывала необходимостью использовать в борьбе против эмира все имеющиеся в Бухаре революционные силы, в том числе и те, которым было не по дороге с коммунистической партией, как-то: многочисленных /163/ мелких торговцев, ремесленников, среднее и мелкое чиновничество и других, которые, не будучи настроены коммунистически, все же могли принести огромную пользу делу революции в Бухаре.

Революционная младобухарская партия развила кипучую политическую деятельность, выпустив первую газету "Учкун", выработав и опубликовав разрабатываемую с 1917 г. программу младобухарской партии, значительно отличавшуюся от прежних проектов своей радикальностью и практицизмом постановки вопросов, изменившуюся так соответственно новым условиям.

Для наглядности мы приведем несколько страниц из этой программы, а также для образца - воззвания к армии и народу, выпущенные Туркбюро революционных младобухарцев, первое на узбекском, второе на фарсидском языке.

Программа Туркбюро младобухарцев начинается после лозунга "Объединяйтесь против гнета", вступительной частью, в которой излагаются общее положение Бухары и основные цели младобухарцев; вторая часть содержит практические предложения младобухарцев, их план реформ и организации управления.

Во вступлении указывается, прежде всего, на раздоры между многочисленными и разнообразными племенами и нациями, населяющими Бухару: кинягазы, мангиты, узбеки, туркмены и таджики в постоянной междуплеменной борьбе пролили море крови; вместо мирного сожительства между собой, они стремятся к власти друг над другом.

Эмир и беки вместо того, чтобы заботиться о процветании Бухары, о ее экономическом и культурном развитии, думают только о власти и обогащении, всячески разжигая и обостряя существующую между племенами вражду.

Властители обогащаются, народ нищает.

В последнее столетие европейские империалисты, стремясь колонизировать Восток, бросили туда свои войска; бухарские эмиры и беки против европейского капитализма никаких мер не предпринимали. Они даже не поняли, кто на них наступает. Они все еще продолжали свои междоусобицы.

"Когда в конце прошлого столетия русские империалисты приступили к покорению Туркестана, в то /164/ время как население Семиречья (Джетысу), Сыр-Дарьи и Ферганы героически сражалось и продолжало отчаянную борьбу с русскими империалистами, как раз в то время бухарский эмир и беки наступают на Ферганское ханство, тем самым, содействуя русским империалистам в покорении Туркестана.

На многочисленные попытки угнетенного народа к восстанию эмир и беки отвечали жестокими репрессиями, не останавливаясь перед помощью русских казаков.

Бедное население Бухары стонало под двойным гнетом эмирата и русского царизма. Оно было лишено всякой культуры, всех человеческих прав".

"Для борьбы с ужасным режимом эмира в 1908 г. в Старой Бухаре тайно организовался комитет революционно мыслящих людей, который приступил к работе, стремясь:

1. К открытию в Бухаре новометодных школ, изданию газет и журналов, посылке в Европу молодых бухарцев учиться в целях общего поднятия политического, экономического, социального и культурного уровня бухарского народа.

2. К ликвидации существующих до сего времени между отдельными племенами враждебных отношений и к сосредоточению их разрозненных сил в одном центре.

3. К организации в Бухаре власти на основе демократии.

4. К освобождению Бухары от вмешательства иностранцев в ее внутреннюю жизнь".

Для осуществления указанных четырех целей, говорится далее в программе, младобухарцы вели соответствующую культурную работу.

Октябрьская революция превратила Петроград и Москву в центры мировой революции и в корне изменила политику России. Россия встала во главе мировой революции, в первую очередь во главе борьбы за освобождение Востока.

"Перед восточным миром открывается широкая дорога освобождения из-под ига европейского империализма. Пролетарская власть, организованная в Центральной России, не только на словах, но и на деле доказала, что она борется за освобождение Востока" и отсюда "завоевала доверие революционеров Востока". /165/

"Поэтому совместная работа с рабоче-крестьянскими массами всего мира есть основная задача и цель революционных младобухарцев.

Да здравствует свободная и самостоятельная Бухара.

Да здравствует союз угнетенных масс Востока с трудящимися Запада!".

Программа революционных младобухарцев в своей практической части сводится к следующим основным положениям.

В области организации власти младобухарцы требовали: уничтожения эмирата, создания вместо него народной республики с введением в состав правительства представителей населяющих Бухару народностей в количестве, пропорциональном численности населения каждой данной народности, а также введения всеобщего избирательного права, которое, однако, не распространяется на эмира, его родственников, духовенство и их сторонников - контрреволюционеров.

Программа очень много внимания уделяет национальному вопросу и международному объединению трудящихся.

Эту часть программы мы приводим полностью.

"1. Партия признает трудящиеся массы каждой нации в политических правах одинаковыми и не допускает проявления национальной и религиозной вражды между ними. Партия всеми силами стремится к недопущению раздоров между нациями и прилагает все силы к тому, чтобы каждый гражданин в Бухарской Народной Республике в правах был равен со всеми, одинаково пользовался всеми предоставленными ему правами.

2. Партия отказывается от всякого сотрудничества с капиталистами Европы, но будет вести совместную борьбу за освобождение трудящихся с европейскими рабочими и крестьянами.

3. Партия всеми доступными ей силами и средствами будет бороться за освобождение из-под власти европейского империализма.

4. Партия выступает против угнетения одного восточного народа другим, против насилия сильного над слабым". /166/

В области распределения земли и воды, этих двух основ, на которых держится крестьянское хозяйство в Средней Азии, партия предлагала весьма радикальную для джадидов программу, а именно: она обещала конфисковать землю эмира, беков и все земли, несправедливо отобранные у крестьянства угнетателями, и распределить их среди трудящихся; кроме того, в целях развития крестьянского хозяйства и улучшения быта крестьянской бедноты партия обещала издать законоположение о вакуфных землях, облегчение налогов, а также выдавать беднейшему крестьянству беспроцентные правительственные ссуды; она обещала провести на Всеузбекском крестьянском съезде законоположение о размежевании земли. Расширение оросительной сети путем проведения за счет правительства ирригационных работ и издание закона о распределении воды также не были забыты в программе.

Удовлетворяя перечисленными выше мерами насущные интересы крестьянства, партия уделила в программе много внимания и облегчению положения рабочих. К обещанным в этой области мероприятиям относятся: введение 8-часового рабочего дня, строительство профсоюзов с исключением из их рядов нетрудовых элементов, организация кооперации и государственное ее кредитование.

Защита прав и полная свобода и даже в некоторых случаях поддержка правительством забастовок и стачек, государственная охрана труда, запрещение наемного труда всем лицам, не достигшим 18 лет, и, наконец, государственное страхование престарелых и нетрудоспособных рабочих также предусматриваются в программе.

Программа заканчивается мероприятиями в области юстиции:

"1. Партия требует, чтобы суды подчинялись исключительно закону и чтобы они были свободны и ограждены от всякого вмешательства в их работу и влияния на них посторонних лиц.

2. Суды выносят свои приговоры и решения на основании законов, изданных и утвержденных учредительным собранием. /167/

3. Уголовные суды делятся: на суды первой инстанции, судьи которых выбираются населением, и на суды второй инстанции, которые выносят свои определения по делам, рассмотренным судами первой инстанции".

Воззвание к Бухарскому войску *[81]

На протяжении всей истории человечества, ни в одном веке, в особенности за последнее время, ни один народ так не угнетался, как народ бухарский. Бухарский народ угнетался под тираническим режимом бухарских эмиров в течение сотен лет и терпел многочисленные виды репрессий.

Трехмиллионный бухарский народ, состоящий из наших братьев, сестер и матерей, и в настоящее время угнетается доисторическими репрессиями и тиранством.

Десятки лет назад европейцы и более передовые народы других частей Востока сбросили с себя строй гнета и подлости, подобный существующему у нас.

Возьмем, например, соседнюю нам Россию, где все события происходили на наших глазах. Российское государство, которое являлось самым тираническим государством среди европейских государств, так сильно не тиранствовало, как наши бухарские эмиры. Однако, несмотря на это, народы России, т.е. дехканство, войско, рабочие и интеллигенты - все вместе объединились и сбросили правительство Николая.

Другие мусульманские народы, например, народы Турции, Персии и Афганистана, совместно с войсками, сбросили тиранов: государей, беков, и прочих своих властителей и вместо них учредили для контроля над всеми государственными делами и для совместного управления страной народные представительства, а в некоторых странах объявили республику.

Соседний нам русский народ выбрал еще более народную форму правления и всю государственную власть передал в руки Советов рабочих, дехканских и солдатских депутатов, т.е. в руки всей трудящейся массы.

В этой цепи государств страна наша Бухара остается прежней, в ней за исключением 4-5 человек буржуев, пяти муфтиев и нескольких беков весь народ продолжает все еще угнетаться.

Читатели этих строк, возможно, зададут вопрос, кто делал революцию? На этот вопрос мы можем ответить, что все революции делали герои - войска и народ. Потому что войска - это не какая-нибудь вещь, которая падает с неба или растет на земле: войска - такие же люди и они набираются их среды тех же дехкан или ремесленников, той же трудящейся и бедняцкой массы. Они тоже вместе с народом угнетаются, они тоже рабы тиранов.

Государи и эмиры вначале привлекали их к себе на некоторое жалование, затем, говоря им, что он, государь, является тенью бога и обманывая разными другими путями, делали их своими /168/ сторонниками, и затем уже использовали их в качестве орудия для угнетения их же братьев.

Но по истечении некоторого времени и войска понимали сущность дела, и они, для освобождения из-под гнета дехкан, ремесленников, сирот и бедняков, объединялись с народом и достигали в этом больших успехов. Они отбрасывали тиранические правительства и вместо них устанавливали, по своему выбору и желанию, один из тех видов правления, о которых говорилось выше.

Почему против государей и эмиров шли войска, а не только дехкане и ремесленники и другие угнетенные?

Это потому, что у дехкан, ремесленников и других угнетенных нет в руках ни пушки, ни пулемета, ни винтовки, ни револьвера; а с другой стороны, у них нет никакой возможности собраться в одном месте и создать какую-либо крепкую организацию. Это относится особенно к нам, бухарцам.

Что касается войск, то они организованы и, кроме того, они больше осведомлены о том, что делается в мире, чем дехкане или другие угнетенные. Каждый народ или партия, если они не поддадутся обманам кушбеги и прочим, имея в руках пушку, пулемет, винтовку и револьвер, в желаемый момент смогут сбросить плохое правительство и поставить на его место другое - хорошее.

Если по всей земле дело обстоит таким образом и если такова потребность момента, почему бухарские войска являются сторонниками такого тирана - кровопийцы, взяточника и отступника шариата - эмира, а также сторонниками народных кровопийц - беков, и почему они ставят своих братьев в такое угнетенное положение? Такое положение вещей происходит, возможно, потому, что бухарские войска обмануты эмиром, что они веруют в обманные толкования шариата некоторых муфтиев и мулл, или же они не знают меры уничтожения тиранства, которое они видят вокруг себя? Или же они, зная и видя истину, все же идут против правды и истины, и предпочитают угнетать своих же братьев? Нет, даже возможность существования таковой мысли мы никогда не допустим.

Дорогие братья!

Сегодня наступил тот день, когда вы должны показать все свое геройство и проявить все свои силы. Выходите с обнаженными саблями на поле битвы против эмира, т.е. против того, который купил вас, как раба, за 130 руб. бумажных денег и который морит вас голодом.

Сбросьте эмира, беков и казиев, т.е. тех, которые превращали ваших братьев и сестер в "жуаны" и насиловали их ежегодно сотнями, а отцов и матерей их угнетали и проливали у них кровавые слезы. Отдайте места угнетателей подходящим людям и, таким образом, завоюйте у тиранов права для угнетенных.

Наступил тот момент, когда вы должны освободить народ от рабства амлякдаров 77[82], которые закабалили ваших отцов и матерей, братьев и сестер, сирот и бедняков взиманием "амляка", "хераджа", "баджа" 78[83] и других налогов, наступил момент, когда надо брать в руки самого народа его культурно-человеческие пра- /169/ ва и этим самым занять на страницах Бухары и революции славное место для себя.

Пришло время, когда надо отбросить в сторону всех мулл, которые идя против шариата, благословляют обманы тиранов и сатрапов; на их места надо посадить таких бухарских мулл, которые преданы только правде и богу.

Не бойтесь, право и сила на вашей стороне.

Сейчас нет Николая; как в прежнее время, соратники эмира, которые могли бы взять сторону эмира и послать против вас русские войска, давно выброшены из России. Сейчас есть только рабоче-крестьянские красные войска, которые всецело стоят на нашей стороне. Они всегда готовы прийти нам на помощь.

Для достижения ваших целей организуйте в вашей среде в каждой вашей "дести" (роте) из лиц честных и стойких, преданных праведному делу тайные общества. Назначьте в этих обществах 3-5 человек главарей и действуйте по их приказам. Если во время вашей работы кто-либо из вас будет обнаружен эмирским правительством, то такому надо прямо бежать в Каган, а оттуда явиться в город Ташкент. В Ташкенте имеется наш комитет, который обеспечит вас вполне и подготовит вас для дальнейших работ. Этот комитет - Туркестанское бюро революционных младобухарцев.

Будьте внимательны, не поддавайтесь обману хитрых и подлых беков, ваших военачальников и эмира.

Если что вам не ясно, - обращайтесь за советами и разъяснениями в наш каганский комитет.

Да здравствуют бухарские красные войска!

Да здравствует революция и свобода!

Да здравствует союз свободолюбивых русских красногвардейцев с бухарским революционным войском!

Долой тиранство!

Смерть эмиру и бекам!

Туркестанское центральное бюро революционных младобухарцев

Угнетенные народы Бухары! **[84]

Дорогие сородичи!

Если внимательно посмотреть на современное правительство Бухары, на эмира Бухары, на чиновников Бухары, на беков Бухары, на духовенство Бухары, то станет всем вам ясно, что они ведут вас и вашу дорогую родину к погибели.

Правительство Бухары, во время царствования Николая, всю вашу судьбу передало в руки чиновников Николая, а само жило и тратило все ваше имущество для собственного удовольствия и разврата. /170/

По приказанию русского консула, оно налагало аресты на ваши имущества, ограбляло ваши дома по приказанию какого-нибудь банка, служащего какой-либо фирмы (конторы), продавало ваши домашние вещи и вещи ваших жен и детей, а вас самих и ваших детей бросало в "зиндан" (в тюрьму и в темницы).

Ради чего делались эти действия?

Ради того, чтобы угождать Николаю и его чиновникам и под их покровительством самим проводить время для собственного удовольствия в Москве, Петрограде и Ялте.

Бухарское правительство считало себя защитником шариата и якобы действовало всегда по шариату, но если хорошенько разобраться в его действиях, то ясно можно видеть, что ни одно из его действий не соответствовало шариату. Так, например, оно брало у вас недозволенную шариатом подать аминана, против шариата отбирало у вас весь урожай с ваших земель, против шариата брало у вас с вашего имущества несколько раз в год "зекат", взыскивало с вас "зекат" даже за тех баранов, которых у вас никогда не было и которые значились только в книгах сборщиков "зеката"; если между вами было какое-либо спорное дело, то этот спор разбирался до тех пор, пока у вас никакого имущества не оставалось, т.е. пока вы совершенно не разорялись.

Точно так же в их личной жизни шариат никогда не соблюдался. Собирая вокруг себя мусульманских детей, они развращали их, а девиц по шариату они считали своими дочерьми, и создавали из них для себя гаремы.

Визиры (министры) и беки-чиновники также всегда поддерживали противные шариату действия эмира; от имени эмира они также отбирали у вас имущество, незначительную часть отобранного у вас преподносили в виде подарка эмиру, а все остальное обращали в свою личную пользу.

Казии и духовные лица, считающие себя наследниками пророка Магомета, ради карьеры и сохранения своих насиженных мест, совершенно закрывают глаза на противные шариату действия правительства, даже помогают эмиру и его визирам в их грязных делах. Так как казии содержатся за счет выморочных средств населения, то по шариату они обязаны бесплатно обслуживать все нужды населения. Но они стараются получить место казия ради карьеры и наживы, давая при этом эмиру и его чиновникам в форме подарка взятки.

Затем, заделавшись казиями какого-либо вилаета или тюмана 79[85], они возбуждают при помощи аксакалов разные судебные дела и под разными предлогами - за приложение печати, за услугу, за развод берут через этих же аксакалов разную плату и, таким образом, разоряют мирных жителей.

Присвоение имущества малолетних наследников считают они чище молока своих матерей, и не было ни одного случая в практике их, чтобы какой-либо малолетний наследник получил полностью свое наследственное имущество.

Казии и беки, которые больше всех кричат о шариате, собственных своих дочерей сперва представляют эмиру, а затем уже, по разрешению его, выдают их замуж. /171/

Подумайте только, в каком месте земного шара делаются такие бессовестные вещи и все во имя шариата.

Младобухарцы, видя вне Бухары другую культурную жизнь народов, никак не могут примириться с гибелью страны и народа, с таким неслыханным извращением шариата. Они видят, что единственным спасением родины от гибели является развитие просвещения и поэтому они начали сами учиться и учить детей своей родины.

Но правительство Бухары и бухарские муллы, чувствуя и видя, что если дети народа будут учиться и начнут просвещаться, тогда могут раскрыться все их деяния, начали для отвода глаз темного народа, именем шариата, принимать все меры против ученья. Подумайте только, те люди, которые проводят время в разврате с женщинами, присваивают имущество малолетних, грабят население и бедняков, представляют своих дочерей эмиру и его визирам, - именем шариата запрещают ученье.

Конечно, все это - предлоги для грабежа народа, в действительности шариат никогда не запрещал учиться.

Такое положение было и могло быть только во времена царствования Николая и есть сейчас при царствовании эмира.

Когда русская революция сбросила корону и престол Николая в черную яму, то из-за этого больше всего ополчились бухарский эмир и бухарское правительство, так как с гибелью своего покровителя бухарские правители лишились веселой жизни в Ялте и т.д.

Младобухарцы же были рады этим событиям, так как они знали, что с уничтожением власти Николая связано и освобождение Бухары от угнетения.

После русской революции младобухарцы взялись еще энергичнее и серьезнее за дело ученья, за жизнь, за основу подлинных законов шариата, за уничтожение угнетения, дабы этими тремя путями сделать родину цветущей, свободной и культурной.

Хотя эмир вначале согласился объявить свободу, но через 24 часа отменил манифест и начал еще больше терроризировать население, угнетать его во сто раз сильнее, чем раньше.

Советская власть в России дала всем народам свободу национального самоопределения, также и бухарскому народу дала возможность свободного самоопределения.

Но бухарское правительство, вместо того, чтобы дать свободу своему народу, начало еще более беспощадно угнетать свой народ. Все народное достояние бухарский эмир считает, при настоящем положении, своей собственностью, если он пожелает отобрать у кого-либо из граждан имущество и его детей, то отберет, если пожелает кого-либо убить, то может убить и убивает. И все это делается им во имя шариата.

Разве таким должно быть правительство ислама и шариата?

Так ли учит ислам?

Есть такое предание: во время халифа Омара однажды к нему зашел современник Магомета и, увидя у Омара на столе чашку с медом и чашку с салом, хотел возвратиться назад. /172/

На вопрос халифа Омара, почему он так поступает, современник Магомета ответил ему, что с "правителем", который кушает из двух блюд, он сидеть вместе не может.

Тогда халиф разъяснил ему, что мед у него для кушания, а сало для смазки сапог. Так ли по шариату делает эмир? Так ли поступали с народным достоянием правители ислама? Так ли делают бухарские правители?

Они развратничают на народные деньги и после этого считают себя правителями и защитниками шариата.

Между поступками тех и других разница, конечно, громадная.

Помимо угнетения своего народа, расхищения народного достояния и разврата, бухарское правительство находится еще в дружеских отношениях с Англией, т.е. с тем государством, которое считается врагом всего ислама и которое разрушает, бомбардируя Мекку и Медину, желает очистить весь мир от ислама.

Бухарский эмир все это делает ради того, чтобы в случае бегства из Бухары иметь возможность отправить в Лондон все золото, серебро, драгоценности, каракуль, которые принадлежат бухарскому народу.

Дорогие братья, дорогие сородичи!

Откройте ваши глаза и посмотрите на действия бухарских правителей.

Не допускайте этим безбожникам угнетать себя!

Не допускайте больше им расхищать народное достояние!

Никого не бойтесь, вся сила у вас!

Не бойтесь - все пушки, винтовки ваши!

Все солдаты и добровольцы на вашей стороне!

Не верьте муллам: они - сторонники эмира и идут против шариата!

Спросите об учении шариата у тех мулл, которые имеют совесть и верят в чистый шариат.

Идите с нами! Мы, младобухарцы, - ваши дети и мы готовы вам помочь

Мы, младобухарцы, для уничтожения угнетения и проведение в жизнь настоящего шариата и свободы, уже не раз складывали головы и в будущем готовы жертвовать собою.

Мы идем на жертву сознательно, и будем бороться за счастье нашей родины до последней капли крови!

Проснитесь, дорогие братья!

Центральный Комитет революционных младобухарцев /173/

ПОДГОТОВКА БУХАРСКОЙ СЕНТЯБРЬСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ 1920 года

Этот период, от приезда Турккомиссии до бухарской революции 1920 г., был решающим в жизни младобухарской эмиграции, так как он непосредственно был посвящен сентябрьской революции в Бухаре. /173/

Обе группы младобухарских эмигрантов развили энергичную деятельность как вне, так и внутри Бухары.

Группа коммунистов окрепла и численно возросла за счет главным образом некоторой части бежавших из Бухары солдат. Она имела свой печатный орган, газету "Кутулуш" 80[86], вокруг которой сгруппировались, в качестве сотрудников, но не членов партии, перед этим временем отошедшие от работы бывшие правые джадиды: Айни, Абду Вахид Бурханов и Абдусаидов, а также вновь после продолжительного, с самой манифестации 1917 г., отсутствия в младобухарских рядах возвратившийся к политической деятельности и вошедший в коммунистическую партию - Абду Кадыр Мухитдинов.

Параллельно с коммунистической энергично работала и вторая младобухарская группа, объединявшаяся вокруг уже мною упомянутой газеты "Учкун".

В эту группу входили следующие: Пулатов, Усман Ходжаев, Мукамил Бурханов, я, Муинджан Аминов и Изатулла Аминов.

Наша группа так же, как и коммунистическая, имела комитеты во всех пограничных с Бухарой городах Туркестана и была крепко связана с нелегальными организациями внутри бухарского ханства, особенно сильными в Старой Бухаре, Керках, Чарджуе и Шахрисябзе. Она была весьма популярна в Бухаре и имела, кроме членов нелегальных ячеек, еще массу сочувствующих почти из всех слоев населения: из буржуазной и интеллигентской молодежи, мелких торговцев, кустарей, крестьян и солдат.

Нашей группой велась среди населения Бухары большая агитационная и организационная работа от имени младобухарской партии, представительницей которой считала себя ташкентская эмигрантская группа, объединявшаяся под именем Туркестанского бюро революционной младобухарской партии.

Между обеими группами эмиграции существовал целый ряд разногласий, о которых необходимо сказать несколько слов, поскольку они имели весьма серьезное значение как в период подготовки сентябрьской революции, так и в первые дни существования Советской Бухары.

Все же, несмотря на существование разногласий, в основном в главном обе группы были совершенно соли- /174/ дарны: обе считали необходимым вести борьбу с эмиратом до его полной ликвидации и обе сходились на необходимости установления в Бухаре советской формы государственного строя.

Туркестанское бюро революционной младобухарской партии, стремясь к объединению обеих групп младобухарцев, неоднократно указывало как на страницах своей печати, так и в устных заявлениях своих представителей на свою полную готовность объединиться с коммунистической группой младобухарцев при условии выработки соглашения по целому ряду тактических вопросов. Туркестанское бюро предлагало выработать конкретный, приемлемый для обеих групп план работы, который бы дал обеим группам возможность сообща работать, отложив момент формального слияния до победы революции в Бухаре.

Свое желание отсрочить момент формального слияния до победы над эмиратом Туркестанское бюро мотивировало следующими тремя соображениями:

1) объединение обеих групп под коммунистическим знаменем не даст многим эмигрантам возможности работать, поскольку они не разделяют идеи коммунизма, выбросит их из рядов революции и тем самым ослабит ее силы в момент, когда сплочение всех революционеров, ненавидящих эмират, несмотря на разные оттенки политической мысли, совершенно необходимо;

2) формальное объединение с коммунистами под их знаменем сузит нашу социальную базу внутри Бухары, ослабит наши силы, ибо после такого объединения от нас отшатнутся все группы, хотя и революционные и враждебные эмиру, но в то же время совершенно чуждые коммунизму и боящиеся его, и все же такие, которые с восторгом пойдут против эмирата под знаменем революции. Поэтому Туркестанское бюро полагает, что не следует преждевременно выкидывать лозунг коммунизма, чтобы не отпугнуть имущих групп, буржуазную молодежь, мелких торговцев и чуждую коммунизму часть интеллигенции;

3) наконец, последним аргументом против немедленного слияния являлась мысль, что нельзя игнорировать революционного прошлого, нельзя просто зачеркнуть 20-летнюю работу джадидизма, пустившего, несмотря на преследования и неудачи, глубокие корни в прогрес- /175/ сивной части бухарского общества, что, наоборот, все это революционное наследие джадидизма надо всемерно использовать для сплочения всех революционных сил против эмира.

Коммунистическая группа, наоборот, держалась непримиримо. Она, стремясь занять доминирующее положение в бухарском революционном движении, ставила обязательном условием соглашения полную ликвидацию Туркестанского бюро и особого названия нашей группы и немедленное объединение вокруг коммунистического ЦК как туркестанских комитетов, так и нелегальных организаций в Бухаре.

Конечно, Туркестанское бюро, в силу только что приведенных здесь соображений, не могло принять предлагаемые коммунистической группой условия, и соглашения между ними не состоялось.

Обе организации продолжали параллельную работу и даже еще более отдалились друг от друга. И прежде бывшие натянутыми отношения между руководителями обеих групп после несостоявшегося соглашения еще более обострились, и скоро рознь между группами передалась на места.

Взаимные недоразумения и даже столкновения росли, совершенно парализуя все успехи в революционной работе, пока в дело не вмешалось Туркбюро ЦК РКП(б).

По инициативе т. Фрунзе, который, находясь в Туркестане, все время принимал деятельное участие в революционной работе младобухарцев и Совета интернациональной пропаганды 81[87], было созвано для урегулирования взаимоотношений между обеими группами младобухарцев и установления методов дальнейшей революционной работы в Бухаре совещание, на которое были приглашены представители обеих младобухарских групп.

От Туркбюро младобухарцев присутствовали: Муинджан Аминов, Пулатов и я, от коммунистической группы - Мирза Бахрам 82[88] и Арифов 83[89]. Последний был новым работником организации, и до этого заседания я никогда с ним не встречался.

На этом совещании вновь был поставлен вопрос об объединении и, кроме того, Арифов выдвинул еще новый вопрос о программе младобухарской партии. Он /176/ доказывал, что программа, выработанная Туркбюро революционной младобухарской партии, несовместима с идеями коммунизма и является моментом, препятствующим объединению. Он говорил, что вышеупомянутые заявления, сделанные Туркбюро по вопросу об объединении, якобы лицемерны и ложны. Правда, Арифов, критикуя выработанную Туркбюро младобухарцев программу, не смог ничего возразить против ее основных положений и даже соглашался с тем, что она, в качестве программы-минимум, является приемлемой и для представляемой им группы, но это не мешало ему жестко нападать на младобухарскую программу за ее редакцию. Он считал, что слова, с которых начинается объяснение младобухарских требований, а именно: "религия и шариат были противниками эксплуатации бедного люда", являются неустранимым препятствием для объединения, что они не совместимы с требованием реформы и т.д. *[90]

Я, отвечая Арифову, изложил сущность наших условий объединения, рассказал историю создания программы, поскольку Арифов, как и большинство участников совещания, не был знаком с историей развития революционного движения в Бухаре и указал совещанию, что смутившие Арифова слова объясняются своеобразием тактических приемов пропаганды в Бухаре, к сожалению, мало ему знакомых.

Я, в качестве представителя Туркбюро младобухарской партии, огласил его постановление, в котором говорилось о полном принципиальном признании программы коммунистической партии, за которую, как за конечную цель, бюро считало необходимым бороться.

Дальше я привел уже упоминавшиеся соображения о том, что необходимо выработать конкретные условия для возможности дальнейшей совместной работы по подготовке революции в Бухаре.

Я говорил, что сейчас следует сохранить в организации всех, кто так или иначе может быть полезен делу революции, и потому, чтобы не отпугнуть правую /177/ часть младобухарцев, момент объединения в единую коммунистическую организацию следует отложить до победы революции в Бухаре, после чего обеим группам можно и нужно будет, очистившись от временных случайных союзников, имевшихся у обоих групп, слиться воедино под знаменем коммунизма.

Совещание, происходившее под председательством тов. Куйбышева, с участием таких видных работников Туркестана, как тт. Тюракулов 84[91] и Гопнер 85[92], постановило: коммунистическим частям обеих групп, объединиться в единую коммунистическую организацию, но, принимая во внимание соображения, изложенные представителем Туркбюро младобухарцев, согласиться пока на самостоятельное существование Туркбюро, предложив обеим группам тотчас же начать совместную конкретную революционную работу **[93].

С момента принятия этого постановления 86[94] сглаживаются и ликвидируются конфликты практического порядка, возникшие на почве организационных вопросов и увязки действий обеих младобухарских групп внутри Бухары; вопросы же принципиального характера больше не могли быть препятствием для совместной дружной работы, поскольку принципиальное решение вопроса было найдено в постановлении Туркбюро ЦК РКП(б).

Для практического оформления принятого Туркбюро ЦК РКП(б) решения не хватало только революции в Бухаре.

Бухарская революция 1920 г. окончательно подвела итоги возникшему после русской революции 1905 г. джадидскому движению.

Решение Туркбюро ЦК РКП(б) осуществилось на деле: коммунистические части обеих младобухарских групп слились 87[95] и вошли в коммунистическую партию Бухары - часть единой Российской Коммунистической партии.

Другая часть бывших джадидов, не понявшая и не принявшая Октября, совсем отошла от революции.

Так, к моменту сентябрьской революции окончательно оформилось вызванное Октябрем и его последствиями расслоение джадидской организации, генераль- /178/ ное размежевание ее на две части: первую, вошедшую в коммунистическую партию Бухары, слившую свои судьбы с судьбами русской Октябрьской революции, и вторую часть джадидов, оставшуюся на дооктябрьских, а отчасти дофевральских позициях, с неизжитой националистической идеологией.

Эти последние, старые джадиды, остались неизменными, и жизнь, в корне изменившаяся, прошла мимо них.

Они остались вне жизни, ибо ничему не научились из уроков революции и ничего не позабыли из дореволюционного арсенала джадидских идей.

Они и по сей день не желают замечать того мощного революционного движения, которое охватило все страны мира, в том числе и Среднюю Азию.

Великого сдвига, происшедшего в умах трудящихся масс, они не видят. Они все еще считают нашу сегодняшнюю и ежедневную борьбу борьбой за сытую жизнь, за культуру, а социалистическое строительство чем-то временным, несерьезным и чуждым духу народов Средней Азии.

Они по-прежнему мечтают о самостоятельных буржуазных, конституционных государствах, территориально совпадающих с прежними Бухарой, Хивой, Туркестаном, быть может, несоветских.

Старые мечты об объединении народов Средней Азии, но не под знаменем коммунизма, а вернее, пантюркизма или даже панисламизма, все еще занимают их.

Даже гром октябрьских пушек в Ленинграде, Москве и Ташкенте не разбудил этой части джадидов, не заставил их очнуться, призадуматься и по-новому переоценить свои идеалы.

Они своим непониманием всего послереволюционного периода, неприятием всего того нового, что купил ценою тяжких страданий в жестокой революционной борьбе их народ, сами выбросили себя из общественной жизни.

Многих из них не коснулось даже влияние младобухарского движения, которое после Февральской революции, манифестации и мартовских событий в Бухаре определенно перешло на платформу республики, рево- /179/ люционного действия и теснейшего сотрудничества с русской революцией.

Они проморгали даже февраль.

В этой эволюции джадидизма джадиды других частей Туркестана не представляют исключения. Несмотря на разницу в путях развития по сравнению с джадидами бухарскими, о которой говорилось в начале этой работы, туркестанские джадиды пошли по тому же пути расслоения, что и джадиды Бухары, хотя их социальный облик за время революции изменился очень мало.

Русская революция не могла пройти и не прошла для них бесследно.

Они еще в большей мере, чем джадиды Бухары, не сумели и не могли сделаться массовой организацией рабочих и крестьянских масс.

Большая часть туркестанских джадидов не поняла революции и осталась при своей прежней национально-буржуазной идеологии, меньшая - наиболее передовые представители интеллигенции и трудящихся - примкнула к коммунизму.

Разница с бухарскими джадидами здесь только в том, что туркестанские джадиды, непосредственно в революции не участвовавшие и эмирским репрессиям не подвергавшиеся, в большей, чем бухарские джадиды, чистоте сохранили свой первоначальный облик.

Но довольно об этом, перейдем к дальнейшему изложению событий. /180/

ЧАРДЖУЙСКИЙ СЪЕЗД И ПАДЕНИЕ ЭМИРА

Наконец наступил долгожданный час непосредственного революционного действия, наступили величайшие дни в жизни младобухарской партии и трудового народа Бухары: наступил момент, когда благоприятно сложившиеся обстоятельства позволили во второй раз поставить практически вопрос о низвержении эмира вооруженной рукой, с помощью братского пролетариата России и его Красной Армии.

В Чарджуе собрался съезд младобухарцев коммунистов 88[96], на котором, кроме других вопросов, был поставлен вопрос об объединении обеих младобухарских групп, согласно точному смыслу принятого сове- /180/ щанием Туркбюро ЦК РКП(б) постановления, а также вопрос о вооруженной борьбе с эмиратом.

Чарджуй, как место съезда, был выбран неслучайно. Дело в том, что Чарджуй, будучи рабочим районом по линии железной дороги, был оппозиционно настроен к эмирскому правительству, как и весь Чарджуйский район, где малоземельное, бедное крестьянство было совершенно истощено огромными затратами на орошение и непосильными эмирскими налогами; к тому же значительная часть чарджуйского крестьянства - по национальности туркмены - была раздражена притеснениями эмирской администрации, в большинстве состоявшей из узбеков, хотя, вообще говоря, количество туркмен в эмирской администрации было очень значительно, так как эмир систематически проводил политику привлечения к своему управлению и наделения всякими чинами и доходами с земель "танхо" и т.д. всех сколько-нибудь влиятельных родовых и племенных вождей. В начале нашей работы мы уже говорили о подобном явлении, процветавшем в Восточной Бухаре, оно было повсеместно.

Однако для данного Чарджуйского района эмир счел нужным администрацию назначить узбекскую, что еще больше революционизировало и без того недовольное туркменское население.

Итак, местом съезда был выбран Чарджуй.

На съезде были разрешены в положительном смысле два главных вопроса: о слиянии младобухарских групп и о вооруженном восстании.

Было бы неверно думать, что слияние прошло очень гладко. В целях восстановления истины необходимо указать, что наряду со сторонниками слияния коммунистических сил бухарской революционной эмиграции были и такие товарищи, которые относились к этому слиянию отрицательно. Так, например, помимо единичных голосов против слияния, среди младобухарцев довольно сильные возражения выдвигала и небольшая группа товарищей из среды коммунистов - участников Чарджуйского съезда коммунистической партии Бухары.

Если одни искренне считали, что слияние с младобухарской группой повредит делу партии, то некоторые младобухарцы считали необходимым сохранить младо- /181/ бухарскую группу, не сливаясь с коммунистами, потому что не были сами коммунистами. Как выяснилось на самом же съезде, были и такие товарищи, возражения которых не имели никаких принципиальных оснований, причина их возражений, по свидетельству одного из активных участников съезда товарища Акчурина, заключалась в личных беспринципных соображениях.

Вот что пишет по этому поводу в своих воспоминаниях тов. Акчурин:

"Первый вопрос - о взаимоотношении с революционерами. Под революционерами, в первую очередь, подразумевали младобухарцев. Нужно указать, что младобухарская организация к тому времени представляла уже реальную силу. Еще в январе 1920 г. из Москвы вернулся Файзулла Ходжаев и организовал младобухарский комитет. Председателем комитета избран был Ф. Ходжаев, секретарем Саид Ахрари 89[97], членами: Муинджан Аминов, Кари Юлдаш, Ата Ходжаев, Усман Ходжаев.

Как уже было упомянуто выше, вопрос о взаимоотношении с ними на третьем курултае не был решен в окончательной форме и был отложен до 4 курултая. Теперь, перед решающими днями, этот вопрос принял острую форму. Мы ни на минуту не сомневались в социальной сущности джадидизма, а также младобухарцев, хотя это последнее не было одно и то же. В обычных условиях любого капиталистического государства они со своими довольно скромными требованиями реформ являлись бы самой желанной правительственной оппозицией, и все их требования уложились бы в рамки буржуазного парламентаризма. Но в условиях эмирской деспотии, где вся власть находилась в руках реакционного духовенства, представляющего средневековый феодализм, эти невинные реформисты оказались в роли самых опасных революционеров. Эмирское правительство наряду с коммунистами преследовало и беспощадно расправлялось также с ними (носящими общее название "джадидов"), они силой вещей вынуждены были во главу угла своей программы ставить требования политического характера - свержение эмира.

В этих условиях выяснение вопроса о взаимоотношениях с младобухарцами приобретало характер создания единого фронта. Доклад этот был возложен на меня, и я сам был склонен к мысли о создании такого единства.

Однако в рядах нашей организации существовали на этот вопрос противоречивые мнения. Часть наиболее "левых" членов категорически возражала против установления единого фронта.

Еще до открытия курултая эти товарищи, узнав, что докладчиком по данному вопросу являюсь я, начали упрекать меня в примиренчестве.

Товарищ Шейх Хасан Галеев 90[98], Мирза Биграм Ахмедов и Иргаш Дарга 91[99], встретив, начали укорять меня в "измене". /182/

- Нас... коммунистов, соединить с Файзуллой Ходжаевым! Никогда..., - говорил Мирза Биграм, - Никогда мы не станем в одних рядах с Файзуллой!

Когда я взошел на трибуну, чтобы начать свой доклад, со стороны делегатов раздались отдельные возгласы.

- Долой! Нам такого докладчика не надо! - кричал Мирза Гулям Абдураззаков. - Сам ты откуда происхождением?

Начал было ругаться, стуча кулаком по трибуне. Но председатель с трудом остановил его.

В отдельных возгласах и репликах делегатов чувствовалось подозрение в моей личной связи с младобухарцами и личной заинтересованности в этом вопросе. Это стало невыносимо и я заявил:

- Товарищи! Я никаких личных связей с революционерами не имею. Доклад не выдуман мною. Тезисы доклада согласованы с руководством ЦК, и я выполняю волю ЦК. Если вам неугодно слушать... я могу оставить трибуну.

И начал сходить с трибуны.

- Просим, просим!..

Пятнадцатиминутный доклад мой затянулся на три часа. Его много раз прерывали репликами, враждебными возгласами.

Во время своего доклада я заметил в зале среди делегатов следующее явление.

Абду Кадыр Мухитдинов, не будучи делегатом, сидел за корреспондентским столом, как представитель печати (газеты "Кутулуш"). Во время моего доклада он встал со своего места и начал ходить среди делегатов. Чаще всего он подходил к Гулям Кадыру, Шейх Хасан Галееву и Иргаш Дарга, к тем, кто наиболее активно протестовал против моего доклада и устраивал обструкцию. Гулям Кадыр подошел к Сагдулла Абдуллаеву и шепчет ему на ухо о чем-то, тот встает со своего места, подлетает к трибуне и, прервав меня, взмахивая кулаками, начинает ругать Файзуллу Ходжаева. Для меня становится ясной причина столь крутой оппозиции: вдохновителем ее является Мухитдинов, который, будучи в партии, в то же время представляет правое националистическое крыло младобухарцев и находится во вражде с Файзуллой. Тогда я, вынужденный отклониться от основной темы доклада, предлагаю вывести Мухитдинова со съезда.

В ответ на это Гулям Кадыров вносит предложение: дать право голоса Абду Кадыр Мухитдинову. Голосованием принимается мое предложение, и Мухитдинов удаляется с курултая. Вслед за ним демонстративно уходит Гулям Кадыр, Шейх Хасан Галеев и Иргаш Дарга.

Доклад занял целое заседание, и вынесение практических предложений переносится на следующее заседание.

На этом заседании я от имени ЦК вношу предложение: "Признать в принципе необходимым объединение младобухарцев и коммунистов. Съезд полагает возможным начать совместную работу с младобухарцами, а после победы революции оформить это объединение и организационно". /183/

Мое предложение вызывает в зале невообразимый шум. Сразу заговорили все. В шуме нельзя разобрать ни одного слова.

Шейх Хасан Галеев, Мирза Биграм и Абдулла Сагдулаев вносят предложение: расстрелять Файзуллу Ходжаева (он в это время был в Чарджуе).

Это головотяпское предложение значительно помогло разрешению вопроса. Своим предложением оппозиция поставила себя в смешное положение. Авторы предложения были вынуждены под общий смех делегатов сойти с трибуны. Но они на этом не успокоились, перед голосованием предложения ЦК эта тройка опять взобралась на трибуну.

- О, истинные коммунисты! Бухарские большевики! Вот вам.

С этими словами Иргаш Дарги вытащил из-за пазухи револьвер Смита и пачку денег.

- Вот, товарищи! Этот револьвер и деньги мне дал Файзулла. Он велел убить Шейх Хасана и Мирза Гуляма.

Это откровение вызвало в рядах оппозиции сильное возбуждение. Требования о наказании Файзуллы раздавались со всех сторон.

Один из членов президиума заявил:

- Товарищи, благодаря тому, что Файзулла находится в Чарджуе, мы легко можем расследовать это дело. Я предлагаю вызвать его самого сюда и допросить. Если слова Иргаша подтвердятся, мы немедленно накажем Файзуллу. Но если окажется, что Иргаш клевещет, то он сам получит по заслугам.

Это разумное предложение, встреченное со стороны большинства съезда одобрением, не понравилось Иргашу и он поспешно смылся с трибуны.

В это время один из делегатов, кажется, Ахмед Галимов, воскликнул:

- Да здравствует единство! Да здравствует Бухарская революция!

Делегаты встали с мест и, аплодируя, пропели Интернационал.

Предложение об объединении было принято огромным большинством голосов.

По предложению С. Юсупова 92[100], Файзулла Ходжаев был кооптирован в число делегатов съезда.

Несмотря на это решение, Файзулла, по не известным мне причинам, не явился на съезд" *[101].

Съезд тотчас же приступил к соответствующим действиям.

Оба комитета усилили нелегальную работу; в Новый Чарджуй было переброшено значительное количество эмигрантов и перешедших к нам эмирских солдат. Од- /184/ новременно, по приезде тов. Фрунзе, были оттянуты к Бухаре по линии железной дороги части Красной Армии, в состав которых входил и так называемый восточно-мусульманский полк, в котором было много дезертировавших из эмирской армии солдат и эмигрировавших за последнее время бухарских крестьян.

Закончился Чарджуйский съезд.

Работники организации были распределены по местам, после чего руководители обоих комитетов выехали в Ташкент на совещание по координированию действий всех собранных сил.

Огромную роль в подготовке сентябрьского вооруженного выступления против эмира сыграли каганские комитеты обеих младобухарских групп, дружно и активно работавшие в этот последний час эмирского режима.

Особенно активно в этой работе проявили себя в коммунистическом комитете: Мухтар Саиджанов, Ходжи Хасан Ибрагимов, Раджаб Мухамедиев 93[102] и Касым Кариев 94[103], а в младобухарском - Пулатов, Ата Ходжаев, Музафаров 95[104], Саидов и Мулла Туи.

В назначенный день, первого сентября 1920 г., восставшие дехкане и наши вооруженные отряды без боя взяли Чарджуй.

В тот же час было выпущено к населению всего бухарского ханства воззвание - официальное оповещение о целях движения. В этом же воззвании был призыв к правительству, пролетариату и Красной Армии РСФСР помочь трудовому народу Бухары в борьбе его с вооруженными силами эмира.

Красная Армия не заставила себя долго ждать, она пришла тотчас же на помощь и 2-го сентября, после 26-часового боя была занята восставшими Старая Бухара, покинутая эмиром и его правительством, которые бежали в Афганистан.

Не располагая всеми необходимыми материалами, я чувствую большое затруднение в описании хода событий в эти исторические дни 96[105], но думаю, что небезынтересно будет привести здесь некоторые выдержки из недавно опубликованной статьи тов. Омелюстого, непосредственного участника свержения эмирата. В своих воспоминаниях вот как характеризует отдельные этапы борьбы тов. Омелюстый: /185/

"Вплотную к станции Каган Среднеазиатской железной дороги примкнул небольшой городок Новая Бухара. Зеленым оазисом врезался он в окружающую его с трех сторон солончаковую степь. К северу раскинулись поля и кишлаки орошенной культурной полосы. Двенадцать километров отделяют его от некогда шумного, крикливого, многолюдного, пестрого, изрезанного кривыми и узкими улицами города Бухары, бывшей столицы Бухарского ханства.

Два города, в двадцатом году это были два враждебных, противостоящих друг другу лагеря. Новая Бухара с ее значительным, сравнительно рабочим и преимущественно европейским населением концентрировала в себе революционные силы. К ней тянулись нити подпольных бухарских организаций. В ней находили приют осмелившиеся поднимать голос против эмирского деспотизма. В старом городе сосредотачивались осколки туркестанской контрреволюции, туда проникали агенты интервентов, там царил еще в полной силе самовластный, не знавший себе удержа ханский произвол.

Тая тревогу, в смертельной ненависти к подступавшей уже к самым стенам Бухары революции, зорко следил старый город за новым - этим гнездом ненавистных "джадидов".

Десятками рыскали эмирские соглядатаи по новому городу. Каждый поезд, каждый вагон, проходивший через станцию Каган, внимательно осматривали эмирские чиновники и солдаты.

По нескольку раз в день скакали конные всадники в Старую Бухару с запрятанными в чалму донесениями о происходящем в новом городе. Полукольцом опоясали Новую Бухару посты эмирских войск, тщательно наблюдая за каждым выходившим из города, и горе было тем смельчакам, которые пытались проникнуть за линию часовых, - они исчезали бесследно, обвиненные в попытках пронести "большевистскую заразу".

Стоял вечер тридцатого августа.

Погруженные в темноту, опустели и затихли улицы Новой Бухары. Изредка лишь проезжал какой-либо всадник, или быстрым военным шагом проходили красноармейские патрули да из-за окраины города доносились, ставшие уже привычными, голоса перекликавшихся эмирских часовых.

Ничем в этот вечер не нарушалась обычная для того периода картина военного положения, с его наружным спокойствием и внутренней напряженностью.

Ничто в городе не выдавало того возбуждения, которое таилось за опущенными шторами окон в Комитете партии и Военном штабе. А возбуждение это было велико, - только что полученные сообщения говорили о вспыхнувшем в Чарджуе и Каршах восстании против эмирского деспотизма. Восставшим удалось захватить Старый Чарджуй. В Каршах шел бой за овладение Арком. Революционные бухарские отряды в восстании поддерживала городская беднота, слуги обреченного режима оказывали восставшим бешеное сопротивление.

Уже за некоторое время до этого наблюдательный глаз мог заметить симптомы, предвещавшие скорую революционную бурю. Кишлак волновался, забитый, бессловесный до этого, он начал /186/ открыто высказывать свое недовольство эмирским режимом и порядками, открыто начал делать сопоставления с Советами и выражать им свои симпатии, все чаще и резче оказывая неповиновение эмирским чиновникам. Заразительно действовал пример соседней Туркестанской республики. Чаша терпения к режиму произвола подступила к своим краям. И, наконец, она плеснула через край в Чарджуе и Каршах.

Положение создавалось острое и ответственное. Требовало немедленных и решительных мероприятий. Начавшееся восстание надо было поддержать всеми силами. Судьба бухарской революции не могла решиться успехом в Чарджуе и Каршах. Врага надо разить в самое сердце.

Суровые условия революционной борьбы и подполья, выковывая смелые и решительные характеры, приучая к быстроте действия, помогли принять решение, полностью соответствовавшее условиям сложившейся обстановки.

В час времени, не более, были собраны боевые организации Эмирабада, Кагана, Новой Бухары - рабочие красногвардейцы. Изготовились красноармейские части. Не вооруженным еще были выданы винтовки и патроны. К трудящемуся населению Бухары выпущено воззвание с призывом поддержать восставших. К частям Красной армии обращение - помочь делу свержения эмирата и установления власти Советов.

План боевых действий был выбран просто. Революционные бухарские отряды наступают на Старую Бухару двумя колоннами - одна вдоль шоссе от Кагана, другая с 1-й железнодорожной версты, через Каракульские ворота. По пути отряды присоединяют восстающее население кишлаков. Части Красной армии поддерживают оба отряда. Задача - овладеть Бухарой. Начало действий - четыре часа тридцать первого августа. До этого часа - сосредоточение в полной скрытности к исходным для наступления пунктам. Для воспрепятствования возможным попыткам предупреждения врага на всех выходах из города выставляются посты с задачей никого не пропускать в сторону Старой Бухары. Сигнал к действиям - орудийный выстрел.

Ровно в четыре, минута в минуту, грохнул и эхом покатился в воздухе ясного раннего утра первый выстрел полевого орудия. Бухарская революция возвещала свой приход.

Рассекая со свистом воздух, поднялся снаряд, пролетел над городом, снизился и врезался в глинобитную стену двора, на котором размещалась эмирская конница.

Вслед за этим, на северной окраине города, по обе стороны шоссе раздался взрыв рокота пулеметов, треск оружейных выстрелов, и красные отряды двинулись на штурм режима "бесправия и дикого произвола".

Атака началась внезапно, велась она бурно. Наемные эмирские солдаты не выдержали удара и, бросая обозы, теряя оружие и патроны, начали поспешно и беспорядочно отходить на старую Бухару, только кое-где цепляясь за местные предметы, оказывая нестойкое сопротивление. /187/

Несколько пушек, перевернутые зарядные ящики, брошенные арбы, пленные, винтовки, патроны были первыми трофеями.

Быстро были пройдены 12 километров, разделявшие Бухару Новую от Старой. Уже к полудню наши части дрались в прилегающих к самому старому городу предместных кишлаках.

Впереди видны уже были возвышающиеся над окружающими постройками стены эмирской столицы, шесть столетий насчитывали они, почти на пять сажен высились они над землей, толщина их допускала по верху местами движение повозок - через каждый метр в стене просвечивали бойницы, едва заметное углубление делал в стене удар полевого артиллерийского снаряда.

Трудно было взять эти стены. Крепкую защиту давали они противнику. Надо их было взять любой ценой. Окончательная победа могла быть только за этими стенами.

Враг это хорошо понимал. Он готовил здесь решительное сопротивление. Стены города, прилегающие кладбища, дома, улицы - все было приспособлено к обороне.

Русские белогвардейцы, эмирские чиновники, баи, буржуазия - все мобилизовались для отпора.

С коранами в руках, раздирая одежды, исступленными возгласами фанатизировали городскую толпу муллы.

- Смерть джадидам! - доносилось из-за стен.

- Да здравствует революция! - раздавалось в ответ с нашей стороны.

Завязался горячий бой у самых городских стен. Упорен он был до крайности. Кладбище переходило из рук в руки. Несколько раз красные бойцы добирались до самых ворот, но, осыпаемые градом пуль, камнями, вынуждены были с большими потерями отходить назад. Несколько раз безуспешно они бросались на штурм стен. Неоднократно раскрывались городские ворота, и яростные толпы, наэлектризованные и предводимые муллами и чиновниками, поддерживаемые со стен огнем, с криками "Алла" шли на секшие их наши пулеметы. Доходили до них и бросались в рукопашную схватку.

Используя довольно многочисленную конницу, эмир и его генералы внезапными ударами на фланги пытались опрокинуть развернувшийся перед городскими стенами наш боевой порядок.

Два раза левая колонна проникала через Каракульские ворота в старый город, но, встречаемая превосходящими силами, забрасываемая гранатами в узких улицах города, должна была отходить с большими потерями.

Ни ночью, ни на следующий день, ни на минуту не прерывался и не стихал бой. Зарево пожаров, гул артиллерийской стрельбы, трещание пулеметов, крики - все это, смешиваясь, создавало жуткую картину ночи.

Значительно редели ряды бойцов, много товарищей своею кровью или смертью запечатлели преданность революции. На исходе были огнеприпасы. А цитадель контрреволюции упорно держалась. Ярость отчаяния придавала силу врагу.

Наступил третий день - второе сентября. Несколько ослабевший ночью бой возгорелся с новой силой и закипел по всей линии. /188/ Сознание всех сверлила одна мысль - мысль о решающем значении этого дня. Не выдержи здесь, отойди от стен - и вопрос бухарской революции, может быть, будет отсрочен на долгие годы, а восстание будет подавлено с крайней жестокостью.

Начали последний приступ. В бой были брошены все могущие так или иначе нанести врагу вред. Ценою жизни храбрейших товарищей удалось сделать в городской стене небольшой пролом. Подвезенными вплотную пушками были разбиты, наконец, арчевые Каршинские ворота.

С возгласами торжества ворвались в город первые две группы смельчаков. Успех тотчас же был подхвачен остальными. Завязался уличный бой, не менее трудный и тяжелый. Осыпаемые со всех сторон пулями, забрасываемые ручными гранатами, ошпариваемые даже кипятком с крыш, окон, проникая сквозь пламя городских пожаров, пробивались вперед группы революционных бухарских отрядов, красногвардейцев, красноармейцев. Узкие кривые улицы, глинобитные толстые стены дувалов создавали препятствия на каждом шагу. Отвоевывался дом за домом, квартал за кварталом.

В районе Арка было сплошное пожарище.

Однако перелом уже совершился. Сопротивление врага по мере продвижения начало ослабевать. У Арка оно было окончательно сломлено. Здесь соединились обе колонны наступавших. Еще несколько бросков вперед, несколько разрозненных схваток - и красные отряды вышли на северную окраину города. Разбитые остатки бухарской контрреволюции рассеивались по всем направлениям, подготовляя будущее басмачество. Эмир и кучка его приспешников позорно бежали, пробиваясь в пределы Афганистана. Бухара была провозглашена Советской.

История пролетарской революции пополнилась еще одной новой победной страницей" **[106].

Новому правительству, образованному из двух высших государственных установлений - Ревкома и Совнаркома, - удалось арестовать из высших сановников эмира только несколько человек, большинство бежало.

Ревком был образован из председателя тов. Абдусаидова, членов: Аминова, Акчурина, Арифова, Юсупова, Хаджи Хасан Ибрагимова, Файзуллы Ходжаева, Куль Мухамедова 97[107]. Совет народных комиссаров (назиров) в составе: Председатель и наркоминдел - Файзулла Ходжаев. Нарком просвещения - Пулатов. Нарком земледелия - Абд. Мухитдинов. Нарком внудел - Мухтар Саиджанов. Нарком финансов - Усман Ходжаев. /189/ Нарком Госконтроля - Хусаинов. Председатель ЧК - Ибрагимов. Нарком юстиции - Мух. Бурханов. Нарком по военным делам - Шегабутдинов.

Спустя несколько месяцев, был созван в освобожденной Бухаре съезд представителей народов Бухары, который и установил окончательно новые формы бухарской государственности, объявив Бухару Народной Советской Республикой.

На этом съезде от имени правительства РСФСР т. Любимов 98[108] объявил о признании со стороны РСФСР независимости БНСР. /190/

ИТОГИ ДЖАДИДИЗМА

Долгий и трудный путь пришлось пройти трудящимся массам Бухары. Результаты сегодняшнего дня и широкие перспективы ближайших лет достигнуты благодаря упорной борьбе в течение двух десятков лет при самых тяжелых условиях. Свыше двух десятков лет назад джадиды начали свою культурно-просветительскую работу, преодолевая огромные трудности в специфических условиях бухарской действительности. Они постепенно, шаг за шагом, дошли до сознания необходимости соединения чисто культурной работы с задачами политической борьбы. Но, чтобы дойти до этого сознания, самим джадидам, когда-то формировавшимся из наиболее передовых в свое время слоев общества, пришлось преодолевать значительные трудности, связанные не только с той обстановкой, которая существовала, но и с социальной сущностью самой джадидской организации. Мало того, сама организация должна была в своем составе и в своей идеологии претерпеть значительные изменения, которые являлись результатом пролетарской революции.

Быстрый темп развития капиталистических отношений в Бухаре за последние несколько лет до и даже во время мировой войны, несомненно, способствовал и значительному усилению процессов классового расслоения в обществе. Этот ход капиталистического развития и классового расслоения не мог не оказать влияния на формирование организации, на процессы ее расслоения, на формирование ее идеологии. /190/

Переход от узкого культурничества к некоторым политическим, вначале весьма робким, требованиям, а затем борьба против эмирата были, несомненно, крупнейшими событиями в жизни джадидской организации и именно это обстоятельство привело к тому, что часть джадидов поняла, что без политической работы, без борьбы за реформы в бухарском государственном строе, вне наличия правовых форм, без организации самих угнетенных масс на борьбу за свои права невозможна никакая работа в стране, в том числе и культурная.

Революция 1905 года и вызванные ею последствия, - ряд революций в восточных странах - Турции и Персии, - дали толчок всему этому. Эти революции наглядно показали, что путь борьбы с феодализмом, с эмирским абсолютизмом лежит именно в политической работе.

Мировая война и февральская революция 1917 г. вызвали к жизни веками угнетаемые массы народа. Победа русских рабочих и крестьян над белым царем, слугой которого являлся эмир, показала всем, что дело народа непобедимо. Все понимали, что вслед за белым царем должна наступить очередь эмира. Никто больше не опасался повторения, однажды уже имевшего место, спасения эмира и эмирата войсками царя. Все знали, что революционные солдаты, восставшие против царя, не пойдут против освободительного движения бухарского народа, и это сознание, укрепляя волю революционных масс на борьбу, умножало их силы.

Несмотря на ряд отрицательных шагов Временного буржуазного правительства, проявившего чрезмерную уступчивость и корректность в отношении бухарского правительства, как своего союзника, и нерешительность в поддержке революционного движения в Бухаре, все же вера в помощь рабочего класса России не была поколеблена. Эти надежды также оправдались целиком, ибо совершенная под руководством Коммунистической партии и ее гениального вождя Владимира Ильича Ленина рабочим классом Октябрьская революция смела с пути Временное правительство и открыла новую страницу в истории развития русской революции. Наступила эпоха мировой революции. /191/

Много прошло времени с начала джадидского движения в Бухаре. Значительные изменения претерпело это движение, как мы указывали раньше, еще до революции. Но никогда в своих идейных позициях джадидизм не претерпевал такого крушения, как это было после Октябрьской революции. Сначала - раскол по поводу методов борьбы и пределов политических требований. Как следствие этого - образование различных новых течений, к числу которых относится и группа младобухарцев; совместные действия младобухарцев с Советской властью в 1918 г., поражение, следствием которого стала эмиграция в Туркестан; начало расслоения внутри младобухарцев. Еще в те времена отчетливо выяснилось, что судьбу джадидской организации должны будут потерпеть и младобухарцы, что неизбежно и эта организация, неоднородная по своему составу, должна будет распасться; уход в сторону контрреволюции одних, и, наоборот, окончательный переход на позиции рабочего класса других - вот чем должен был закончиться этот процесс расслоения. Мы являемся свидетелями именно такого хода дел у младобухарцев. Участие многих из них, успевших понять и принять Октябрьскую революцию, в гражданской войне на многочисленных фронтах против контрреволюции, образование коммунистического ядра из их среды - все это произошло с чрезвычайной быстротой, в течение каких-нибудь 3-3,5 лет, именно благодаря Октябрьской революции и тем событиям, которые ею были вызваны.

Сама Бухара к тому времени тоже стала неузнаваемой: там хозяйственный и политический кризис обнаружился больше, чем когда бы то ни было, ибо эмирская политика, грабеж его чиновников, рост налогов и поборов перешли всякие пределы и терпение. Трудящиеся начали понимать всю лживость и обман агитации мулл, а события, происшедшие в соседнем Туркестане, ставшем советским, и пример рабочих и крестьян Туркестана вызвали их к действию, к борьбе. Когда-то казавшееся невозможным стало действительностью. Трудящиеся массы в лице мобилизованных в войска солдат десятками и сотнями начали переходить на сторону революции. Наконец, восстали отдельные города, а помощь победоносной Красной Армии и руковод- /192/ ство Коминтерна завершили дело победы революционного народа.

За это время многие из тех, кто считал себя поборником дела народа, "революционером", отстали в пути, не сумели пойти с народом, по пути большинства народа, по пути рабочих и крестьян. Этот путь оказался не их путем, и они совсем не хотели идти именно по этому пути.

По пути рабоче-крестьянской революции, по пути великого Октября, под знаменем Коммунистической партии шли широкие массы народа - рабочие и дехкане Бухары.

Даже многие, лучшие из них, участники борьбы с эмиратом - "младобухарцы", - не справились с этой задачей, не сумели понять новой исторической обстановки. Они остались вне общественной жизни, проглядев всемирное, историческое значение Октябрьской революции, не учтя сдвига, происшедшего за войну и революцию в широких народных массах. Многие из них вдруг с удивлением увидели, что другие люди, частью пришедшие извне, а частью созревшие в самой джадидской, а впоследствии младобухарской организации, хотя медленно и с трудом, в неустанной борьбе, но все же прошли весь революционный путь и после падения эмирата стали строить и укреплять Советскую Бухару.

Случаи предательства и измены были и после революции в самой Бухаре. Для них путь развития Советской Бухары в сторону большего приближения к советским формам, сближения со всеми республиками Союза, установка на борьбу за искоренение путей капиталистического развития, борьба с национальной узостью оказались неприемлемыми.

В дни ожесточенных классовых боев рабочих и дехкан Узбекистана, в период хозяйственного восстановления края и в настоящий период успешного строительства социализма, на всех этих этапах борьбы рабочего класса за социализм джадиды никогда не были союзниками и друзьями рабочих и дехкан.

Отдельные краткие периоды их сотрудничества в отношении отдельных мероприятий Советского правительства были настолько условны, настолько кратковременны, что они никак не могут изменить ни их социальной сущности приказчиков байства, защитников интересов отживших классов, ни их /193/ облик трусливых предателей интересов трудящихся Средней Азии капиталистам, не исключая и английских империалистов.

Подводя итоги деятельности джадидов в Бухаре, суммируя вышесказанное, необходимо указать, что джадиды, бывшие когда-то представителями наиболее передовых слоев населения, выражавшие передовые и прогрессивные идеи того времени против патриархальных и феодальных порядков, полностью сохранившихся в эмирской Бухаре и отчасти Туркестане царского времени и, несомненно, завоевавшие в этот период времени соответствующее доверие, со временем, по мере углубления событий классовой дифференциации начали все больше и больше отступать и после Октябрьской революции окончательно встали на позицию контрреволюционного байства и кулачества.

Именно это обстоятельство привело к тому, что в союзе с духовенством, бывшим заклятым врагом, они идеологически возглавляют все контрреволюционные действия классовых противников рабочих и дехкан.

Пролетариат и все сознательные трудящиеся отдают должное прошлым заслугам джадидизма в их борьбе против феодализма и эмирата, но рабочие и дехкане Узбекистана твердо помнят, что джадиды, как таковые, давно перестали быть революционерами, друзьями народа, что они никогда не переходили на позиции рабочего класса, что они были и останутся наиболее верными слугами капитала. Революционную борьбу рабочего класса и всех трудящихся возглавляет единственная до конца революционная партия - великая ленинская партия большевиков.

Коммунистическая партия большевиков, как организатор Октябрьских побед рабочих и крестьян против царя, капиталистов и помещиков, вождь всех трудящихся и угнетенных масс народов, ведущая рабочий класс нашей страны от победы к победе, на основе ученья Ленина, верная его заветам, поведет рабочий класс и трудящихся нашей страны и всего мира к окончательной победе, к построению бесклассового общества - коммунизма. /194/

Часть вторая

"Мы должны приветствовать образование и упрочение Советских республик - Бухарской, Азербайджанской и Армянской, восстановивших не только свою полную независимость, но и взявших власть в руки рабочих и крестьян. Эти республики являются доказательством и подтверждением того, что идеи и принципы Советской власти доступны и немедленно осуществимы не только в странах, в промышленном отношении развитых, не только с такой социальной опорой, как пролетариат, но и с такой основой, как крестьянство. Идея крестьянских Советов победила. Власть в руках крестьян обеспечена; в их руках земля, средства производства. Дружественные отношения крестьянско-советских республик с Российской социалистической республикой уже закреплены практическими результатами нашей политики" 99[109]

В. И. Л е н и н

ИСТОРИЧЕСКИЙ ЮБИЛЕЙ

I

В сентябре текущего года исполнилось ровно 12 лет с тех пор, как рабочие и передовые массы дехканства Средней Азии, под руководством ВКП(б) и союзного пролетариата, при огромном содействии частей рабоче-крестьянской Красной Армии, нанесли решительный удар твердыням внутренней и международной контрреволюции в Средней Азии.

Это 12-летие приобретает огромнейшее политическое и историческое значение. Это юбилей наших многочисленных революционных побед.

В 1920 г. победоносная Красная Армия ликвидировала остатки дутовской контрреволюции и окончательно восстановила связь Туркестана с Советской Россией. В этом же году славные части Красной Армии, под- /195/ крепленные свежими силами из центра, под руководством испытанного в революционных боях старейшего большевика и лучшего своего командира тов. Фрунзе, завершили борьбу с оккупационными частями англичан, ликвидировали английскую интервенцию в Закаспии, вместе с тем разбили и окончательно выбросили вон из пределов Средней Азии и силы местной контрреволюции (эсеры, местные националисты) и очистили значительную часть территории нынешней Туркменской CCP.

Под влиянием этих побед мы имели новую вспышку революционного движения среди рабочих, дехкан и ремесленников против ханской деспотии в Хорезме, которая, при помощи партизанских отрядов хорезмских революционеров и частей Красной Армии, завершилась Хорезмской революцией.

В 1920 г. завершилась победой долголетняя борьба рабочих и дехкан Бухары. Волна победившей пролетарской революции захлестнула все твердыни и этой наиболее крепкой, опиравшейся на многочисленную армию чиновничества и огромную массу мулл среднеазиатской феодальной реакции, Отрезанное в результате побед Красной Армии в Закаспийских степях от своих союзников англичан, эмирское правительство уже не в силах было продолжать сопротивление против натиска революционного движения внутри и вести ту активную, враждебную политику, которую оно проводило с первых дней Октябрьской революции в отношении Советского Туркестана и Советской России.

C ликвидацией Бухарского эмирата фактически завершилась первая, наиболее трудная стадия вооруженной борьбы революции с многочисленными силами контрреволюции в Средней Азии.

Все эти победы связаны с 1920 годом.

Вот почему 1920 год является одним из героических и знаменательных в летописи революции в Средней Азии. Можно смело сказать, что историческим событием 1920 г. мы в значительной мере обязаны всем нашим последующим достижениям. Эти события, несомненно, подготовили благотворную почву для широкого развертывания социалистической государственной деятельности победившего пролетариата и всех трудящихся масс. Они дали возможность начать работу по восстановле- /196/ нию разрушенного за время империалистической и гражданской войн хозяйства, широко развернуть советское строительство, начать работу среди самых отсталых и забитых масс дехканства по их вовлечению в советскую государственную работу.

Рабочие и основные трудящиеся массы дехканства с полным правом победителей должны подвести итоги этого славного двенадцатилетия и, несмотря на то, что они по горло заняты огромной творческой работой по строительству социализма, оглянуться на пройденный путь, подвести итоги этих побед, чтобы на основе изучения опыта борьбы с еще большей энергией и силой продолжать великое дело строительства социализма в нашей стране.

II

Широким массам рабочих и крестьян Союза, и даже Средней Азии, еще недостаточно освещены все вопросы, связанные с историческими событиями 1920 года. Особенно слабо освещены вопросы революционного движения в Хорезме и Бухаре.

А между тем победа революции в этих двух отдаленных, наиболее отсталых участках Средней Азии, в силу тех особых условий, которые вытекали не только из географического положения Бухары и Хорезма, но и тех исторически сложившихся экономических и политических особенностей, имеет немаловажное значение не только для нас самих, но и для трудящихся масс сопредельных с нами стран, экономические условия жизни и культурный уровень которых очень немногим отличаются от того, что мы имели в дореволюционной Средней Азии.

Поэтому в день двенадцатилетнего юбилея исторического 1920 года мы считаем небесполезным остановиться на некоторых вопросах, касающихся революционных событий в Бухаре.

Революция в Бухаре явилась логическим следствием победы революции на территории всего Союза, но, тем не менее, она имеет в цепи этих событий и свое особое значение.

В чем же заключается это особое значение революции в Бухаре? /197/ Это, прежде всего, то обстоятельство, что на деле и на практике было показано, как сами отсталые массы трудящихся под влиянием пролетарской революции пришли к движению. Веками угнетенный народ, преодолевая все препятствия, мешавшие ему до сих пор, разбив связывавшие его цепи религиозного фанатизма и национальных предрассудков, сумел выйти на широкую дорогу борьбы за свое национальное и социальное освобождение.

На опыте революционного движения рабочих и дехкан Бухары, на этом небольшом участке революционной борьбы, была проверена правильность замечания тов. Ленина, сделанного им на II конгрессе Коминтерна, где, говоря об отсталых колониальных и полуколониальных странах, он сказал:

"...Можем ли мы признать правильным утверждение, что капиталистическая стадия развития народного хозяйства неизбежна для тех отсталых народов, которые теперь освобождаются и в среде которых теперь, после войны, замечается движение по пути прогресса. Мы ответили на этот вопрос отрицательно. Если революционный победоносный пролетариат поведет среди них систематическую пропаганду, а советские правительства придут им на помощь всеми имеющимися в их распоряжении средствами, тогда неправильно полагать, что капиталистическая стадия развития неизбежна для отсталых народностей. Во всех колониях и отсталых странах мы должны не только образовать самостоятельные кадры борцов, партийные организации, не только повести немедленно пропаганду за организацию крестьянских Советов и стремиться приспособить их к докапиталистическим условиям, но Коммунистический Интернационал должен установить и теоретически обосновать то положение, что с помощью пролетариата передовых стран отсталые страны могут перейти к советскому строю и через определенные ступени развития - к коммунизму, минуя капиталистическую стадию развития" 100[110].

И в самом деле, стоит только проследить, как шло, как сложилось движение против эмирата, проанализировать пути дальнейшего развития этого движения до войны, сравнить все это с тем, что произошло после Октябрьской революции, сопоставить это с тем, что мы имеем в Бухаре после того, как произошла советская /198/ революция, чтобы с достаточной убедительностью показать, как гениально правильна была и остается эта мысль тов. Ленина.

Теперь уже ясно каждому, что без Октябрьской революции, без победы рабочего класса в России, без его активной поддержки трудящиеся Бухары не имели бы тех достижений, которые они имеют теперь; мало того, без этой победы рабочего класса в России сомнительна была бы победа даже джадидского движения с его требованием реформ, приспосабливающих феодальную Бухару к нуждам развивающегося торгового капитализма; младобухарского движения с его программой свержения эмирата и стремлением к республике, которое, в конечном счете, сводилось к подготовке почвы для дальнейшего буржуазного развития Бухары, при котором трудящиеся массы не получили бы своего национального и социального освобождения. Наиболее полное осуществление программы джадидских реформ и свержение эмирата оставались бы еще в течение значительного времени недостижимым желанием для тех групп, которые взяли на себя эти задачи, ибо эмирское правительство, опиравшееся не только на свою собственную вооруженную силу, но и на многочисленное духовенство, на наиболее реакционные силы страны, опираясь, кроме того, еще на силы и поддержку императорской России, это эмирское правительство никогда, даже при самых благоприятных условиях для развития внутренних сил революции, не пошло бы на значительные уступки, а тем более не дало бы возможности для осуществления проекта свержения существующего строя.

Только пролетариат, победив в результате Октябрьской революции, установив свою диктатуру на территории бывшей царской России, лишил эмира моральной и материальной поддержки царя и русской буржуазии. Мало того, он самим фактом свержения царско-капиталистического строя заставил призадуматься над своим собственным положением все угнетенные и обездоленные массы человечества.

Октябрьская революция прозвучала как громовой призыв к борьбе за свержение тирании и эксплуатации в ушах всего угнетенного и эксплуатируемого человечества. Жившие в таком близком соседстве с Россией трудящиеся массы Бухары первые почувствовали это вли- /199/ яние Октября, этот призыв творцов Октябрьской революции.

Именно поэтому мы были свидетелями подъема и небывалой волны революционной активности среди рабочих, ремесленников и наиболее передовых слоев дехканства Бухары как раз после Октябрьской революции.

Конечно, эмирская реакция еще была сильнее этих пробудившихся революционных сил, конечно, она сумела преодолеть эти первые симптомы поднимающейся революционной волны и даже опереться на силу своих союзников - российской и международной контрреволюции, которые бросились со всех частей территории нынешнего огромнейшего Союза на революцию.

Были времена, когда казалось, что завершение революции не так близко. В трудные моменты русской революции казалось, что дело освобождения трудящихся масс Бухары снова будет отложено на долгие годы. Но ошиблись те, которые поддавались влиянию временных трудностей, которые не верили в неисчерпаемые возможности русской революции, в творческие силы рабочего класса и в конечную его победу.

Правы были те, кто не рассматривал революцию в Бухаре как изолированное явление и понимал общность интересов освобождения трудящихся масс Средней Азии с вопросами укрепления позиции Октябрьской революции, укреплении диктатуры пролетариата. Наглядно это было показано, когда временный перевес реакционных сил в самой Бухаре был немедленно ликвидирован, как только были уничтожены условия для заботливой опеки русской и иностранной контрреволюции над Бухарой, а это могло быть (так оно и было) только благодаря общей победе пролетарской революции на территории бывшей царской России.

Именно это обстоятельство привело трудящиеся массы Бухары, в том числе и других частей Средней Азии, к убеждению, что прочность их революционных завоеваний, крепость Советской власти целиком зависят от прочности революции в передовых индустриальных рабочих районах Союза.

Они поняли, что только при поддержке этих пролетарских центров будет обеспечена их окончательная победа. /200/

III

Излюбленной темой агитации националистов, контрреволюционеров всех мастей является утверждение, что революция пришла в Среднюю Азию на штыках Красной Армии, что в самой Средней Азии основные массы трудящихся были в стороне от борьбы. Что же касается участия рабочих крупных центров в Средней Азии, - то это, мол, - опять-таки были русские рабочие, которые как тогда, так и сейчас, продолжают-де играть руководящую роль, что с интересами трудящихся местных национальностей Советская власть, мол, не считалась.

Не раз уже в заграничной эмигрантской печати появлялись статьи, которые пытались всеми средствами доказать правильность этого тезиса.

Нет надобности разбирать подробно этот тезис, ибо каждому ясно, для чего понадобилось такое утверждение буржуазии - националистам, продавшимся английским и прочим империалистам. Это утверждение им нужно для того, чтобы прикрыть истинные причины своего изгнания, своей полной изолированности от широких масс рабочих и дехкан, от тех, кто по существу составляет нацию. Это нужно им для отрицания классовой борьбы, для того, чтобы ухватиться хоть за какой-нибудь аргумент в своей бешеной борьбе с революцией.

Ясно, что националисты придумывают все это для того, чтобы ослабить спайку рабочих и дехкан. Они хотят возврата прежнего строя, они хотят восстановления капитализма, они хотят вновь очутиться в роли хозяев положения, лишивших рабочих и крестьян их октябрьских завоеваний, но сказать об этом не решаются. Оправдывая борьбу с Советской властью национальными соображениями, они фактически, на деле, защищают не национальные интересы трудящихся масс, а свои собственные классовые интересы, ибо ясно, что ни царские чиновники, ни генералы, ни бывшие хозяева России - капиталисты - не являются сторонниками свободного национального развития, ибо они были настоящими закабалителями всех мелких народов, населяющих бывшую императорскую Россию. /201/

Трудящиеся массы знают, что те, кто обвиняет партию большевиков и Советскую власть с точки зрения разрешения национального вопроса, очень недавно, как раз в те годы, когда трудящиеся массы вели бешеную вооруженную борьбу за удержание революционных завоеваний, вкупе с Дутовым, с монархистами, в союзе с самой черной реакцией в Средней Азии - муллами - создавали так называемую "Кокандскую автономию 101[111].

Чем же иным могла быть эта "автономия", как не оружием защиты классовых интересов буржуазии и не только местной - узбекской, но и всероссийской? Иными соображениями не могли руководствоваться царские генералы, которые охотно поддерживали эту, с позволения сказать, "национальную автономию". В этом заключается причина их ненависти к революции, к нашей партии и к Советской власти. Конечно, не стоит опровергать всю эту глупость, все эти клеветнические утверждения контрреволюционеров, ибо все это уже опровергнуто самою жизнью.

Рабочие и дехкане Узбекистана свое участие и свою преданность революции доказали не только тем, что в союзе с трудящимися массами нашего Союза сумели очистить страну от врагов, построить свое государство, восстановить хозяйство, развить советскую культуру, но и тем, что наравне и вместе с трудящимися массами всего Союза они ведут неслыханными темпами дело социалистического переустройства страны. Именно этот факт вызывает тем большую озлобленность классовых врагов внутри и вне нашей партии.

Но мы должны сказать и о том, что является верным в утверждении наших врагов.

Прежде всего это то, что действительно главными носителями идей пролетарской революции и первыми борцами за ее осуществление в Средней Азии были русские рабочие. Верно и то, что они играли руководящую роль во всей борьбе трудящихся масс в Средней Азии за свержение капиталистического строя, за установление советской системы, за полное преодоление капиталистических элементов и в борьбе за строительство социалистического общества. Это верно не только в отношении прошлого, но плодотворные результаты этого явления мы ощущаем и в настоящем. Мы не /202/ только боролись в прошлом с попытками спекулировать этим явлением, сыгравшим колоссальную роль в нашей революционной борьбе, но и дальше со всей энергией будем бороться за то, чтобы сохранить и укрепить руководящую роль рабочих, поскольку речь идет об общем укреплении позиции пролетариата, поскольку речь идет об укреплении его диктатуры, усилении позиции октябрьских побед трудящихся и поскольку это дает нам возможность укрепить единство всех советских республик против капиталистического мира.

Трудящиеся массы нашей страны вполне отдают себе отчет в том, каковы были бы результаты, если хотя бы на секунду мы допустили увлечь нас националистической агитацией.

Но верно ли, что Октябрьская революция прошла без участия рабочих и трудящихся городов и кишлаков Средней Азии и в том числе нашей республики?

Конечно, нет, ибо кто не знает о том, что не только в составе того крупного отряда рабочих-железнодорожников, которые боролись за Октябрьскую революцию, были рабочие из коренных национальностей, но почти во всех крупных центрах Средней Азии рабочие узбеки, таджики и прочие национальности в борьбе за Октябрьскую революцию принимали участие по мере своих сил. Огромнейшая организационная и массовая работа, которая была проведена накануне Октябрьской революции возвратившимися с тыловых работ мобилизованными в империалистическую войну рабочими-дехканами из коренных национальностей Узбекистана, сыграла громаднейшую роль в деле развития идей Октябрьской революции в кишлаке, в деле вовлечения дехканских масс в революционную борьбу.

Кто не знает о том, что как раз накануне Октября, во время производства выборов в Учредительное собрание и в местные городские самоуправления рабочие местных коренных национальностей выносили уже самостоятельные списки как рабочие организации, и их деятельность выразилась в борьбе с улемистскими и националистическими организациями?

Известно, что непосредственно после Октябрьской революции эти группы рабочих, получив свое оформление при Советской власти как рабочие организации, приняли немалое участие в гражданской войне, приме- /203/ ром чего может служить не только вооруженное выступление против эмира, происшедшее в марте 1918 г. в Бухаре и известное под именем "колесовских событий", но и то обстоятельство, что это вооруженное выступление бухарцев было поддержано добровольными вооруженными рабочими отрядами самаркандской рабочей организации "Иттифак" и туркменскими фронтовиками из Закаспия.

Таким образом, городские рабочие крупнейших пунктов Узбекистана и других частей Средней Азии не только принимали участие в борьбе на территории всего города, округа и даже республики, но уже тогда чувство классовой солидарности было настолько развито, что когда потребовалась их революционная помощь трудящимся массам Бухары, они не замедлили своим положительным ответом, выразившимся в виде посылки добровольческих вооруженных отрядов.

Все это и последующие события, вплоть до ликвидации басмаческой контрреволюции, проходили при огромнейшем активном участии широких трудящихся масс города, а также беднейших слоев дехканства.

Кто у нас не знает не только о тех беззаветно преданных делу революции вооруженных отрядах, сформированных из среды коренного населения, но и о бесчисленном количестве стихийно создававшихся в процессе борьбы с басмачеством отрядов бедноты, так называемых "палочников", которые действительно почти без оружия, с палками дрались за победу революция, за уничтожение басмачества.

Мы могли бы привести еще множество фактов, которые с большей убедительностью подтвердили бы уже сказанное в этом отношении. Достаточно напомнить читателям хотя бы те документы, которые в свое время были опубликованы в брошюре "К истории революции в Бухаре".

Но самым убедительным из всех фактов будет все-таки сила и жизнеспособность нашей революции, крепость Советской власти и та беззаветная преданность и любовь, которую питают рабочие и бедняцко-середняцкие массы дехканства к нашей партии. Что бы ни говорили наши враги, как бы ни клеветали на нашу партию и Советскую власть, они не в силах поколебать нашу крепость и изменить отношение к ним широких /204/ масс рабочих и крестьян нашей страны - оно остается по-прежнему неизменно враждебным к ним как к классовому врагу.

Критика советской национальной политики, как с точки зрения теоретической, так и практической стороны, была и остается слабым местом наших врагов. Это происходит не потому, что наши враги не изощрялись, не искали изо всех сил аргументов и множества доводов для обоснования своей критики, не пытались использовать отдельные ошибки наших товарищей, плохую и неумелую работу нашего аппарата, ибо, как известно, они пользовались всяким случаем, чтобы выставлять нашу национальную политику в искаженном, искривленном виде. Они слабы не потому, что мало стараются, а потому, что все их изощрения и усилия остаются безрезультатными.

В чем же корень этой слабости наших врагов?

В чем же заключается основа крепости Советской власти и бесконечной преданности широких масс трудящихся нашей ленинской партии.

Она заключается, прежде всего, в том принципиальном, что отличает Советскую власть от власти буржуазии - она заключается в том, что:

"Со времени образования советских республик государства мира раскололись на два лагеря: лагерь капитализма и лагерь социализма.

Там, в лагере капитализма - национальная вражда и неравенство, колониальное рабство и шовинизм, национальное угнетение и погромы, империалистические зверства и войны.

Здесь, в лагере социализма - взаимное доверие и мир, национальная свобода и равенство, мирное сожительство и братское сотрудничество народов.

Попытки капиталистического мира на протяжении десятков лет разрешить вопрос о национальности - путем совмещения свободного развития народов с системой эксплуатации человека человеком оказались бесплодными. Наоборот, клубок национальных противоречий все более запутывается, угрожая самому существованию капитализма. Буржуазия оказалась бессильной наладить сотрудничество народов.

"Только в лагере Советов, только в условиях диктатуры пролетариата, сплотившей вокруг себя большин- /205/ ство населения, оказалось возможным уничтожить в корне национальный гнет, создать обстановку взаимного доверия и заложить основы братского сотрудничества народов" (Конституция СССР) 102[112].

Во-вторых, в том, что у нас нет разницы между тем, что написано в нашей программе, в нашей Конституции, и тем, что происходит на деле; у нас установлено господство рабочего класса без различия рас, цвета кожи и национальных признаков - всякий рабочий, всякий усердный труженик есть хозяин страны, вершитель ее судеб. Он сам собственными руками проводит свою политику. Миллионный коллектив рабочих и крестьян проверяет эту политику и практику ее осуществления. Всякая ошибка на практике, искажение линии в результате уклонов, какими бы они ни явились - будь это уклон в сторону великорусского шовинизма или местного национализма, они быстро и немедленно исправляются коллективом, самим господствующим классом. Наша партия с достаточной решительностью боролась и будет впредь бороться с уклонами в своих рядах, она воспитывает рабочий класс в духе ленинизма. Что это так, достаточно взять хотя бы постановление 16-го съезда ВКП(б) 103[113], речь тов. Сталина на том же съезде 104[114].

Наконец, это происходит потому, что каждый год существования Советской власти, каждый наш шаг в сторону социализма дает все больше фактов для того, чтобы укрепилось это убеждение рабочих и трудящихся масс страны.

По мере того, как растет и крепнет Советская страна, растет наше хозяйство, культурный уровень трудящихся масс, поднимается активность рабочих и основных масс крестьянства, ликвидируются капиталистические элементы, - все больше растет у нас возможность удовлетворить экономические и культурные запросы трудящихся, проводить огромнейшую политическую, хозяйственную и культурную работу среди самых отсталых народов и неуклонно подтягивать их к уровню наиболее культурных, наиболее передовых народов Союза CCP.

Вот почему усилия врагов Советской власти, все их хитросплетения, весь арсенал лжи и клеветы, который пускается ими в ход, ни на йоту не изменяют то чув- /206/ ство классовой и братской солидарности рабочих и крестьян Союза, на основе которого зиждется Союз Советских Социалистических Республик.

Националисты клевещут по адресу Советской власти, когда они говорят, что революция ничего не дала трудящимся.

Они очень часто вздыхают по бухарскому и хорезмскому эмирско-ханскому строю, как формам, в которых, якобы заключалась национальная независимость этих стран. Царские вассалы - эмир и хан - наихудшие душители народной воли, попиратели всякой национальной свободы, приказчики русских фабрикантов, вот кто, оказывается, должен представить нации! Но так как Советская власть прогнала этих душителей народной свободы и передала всю власть рабочим и дехканам, т.е. самой нации, значит не нужно Советской власти, плоха ее политика, - так выходит, если подвести итог рассуждениям националистов.

Но как же обстояло все-таки дело в бывшем Бухарском и Хорезмском ханствах? Как жилось там не только рабочим и дехканам, но другим социальным слоям населения, исключая баев, мулл и чиновников? Что же дала Советская власть рабочим и дехканам Бухары? Мы считаем не лишним остановиться на этих вопросах и осветить фактическое положение дела. /207/

ОБЩЕЕ ПОЛОЖЕНИЕ СТРАНЫ К МОМЕНТУ РЕВОЛЮЦИИ

Советская власть застала Бухару в состоянии полного разорения и хаоса: сельское хозяйство, промышленность давно уже шли по линии все большего и большего своего упадка; торговля сокращалась, огромнейшие налоги на содержание многотысячной армии, полнейшая бесхозяйственность и хищения со стороны эмирской администрации, воровство чиновников, откупная система управления отдельными вилаетами - приводили страну в состояние разорения.

Вот некоторые данные об экономическом состоянии Бухары к моменту революции 1920 года:

Посевные и поливные площади в 1917 г. составляли 669640 десятин, в 1920 г. - 540560 десятин.

Сады и виноградники в 1917 г. составляли 29300 десятин, а в 1920 г. - 21 тыс. десятин. /207/

Богарные посевы в 1917 г. составляли 412 тысяч, в 1920 г. - 200 тысяч десятин.

Заболоченные, засоленные и переложные, земли в 1917 г. составляли 451 тыс. десятин, в 1920 г. - 615 тыс. десятин.

Сельскохозяйственные промышленные культуры составляли: табак - в 1917 г. - 2300 десятин, в 1920 г. - 1000 десятин.

Скотоводство. Поголовье лошадей составляло в 1917 г. 194300, а в 1920 г. - 180000, верблюдов - 51250 в 1917 г., в 1920 г. - 40000, рогатого скота 442700 в 1917 г., в 1920 г. - 350400, ишаков - 153 тыс. в 1917 г. и в 1920г. - 135 тыс., коз 8350 в 1917 г. и в 1920 г. значительно уменьшилось, выход каракуля - довоенный - 700800 шкурок, в 1920 г. 400-450 тыс. шкурок.

Эти данные взяты нами из различных источников учета эмирского правительства. Это одно уже вынуждает нас оговориться на счет всей их условности; у эмира не было правильно поставленной статистики, не в интересах фиска и грабежей чиновников было показать действительное состояние хозяйства. Во всяком случае, они в собственных интересах не могли преувеличивать это состояние падения производительных сил страны. Несомненно, что перерыв в торговых отношениях с Россией в течение более чем трех лет должен был сказаться на хозяйственном состоянии Бухары, иначе не могло быть. Чтобы убедиться в этом, достаточно рассмотреть следующие данные, которые рисуют место России, как в вывозе сельскохозяйственных продуктов, так и в завозе, соответственно, промышленных и прочих товаров, среди всех других стран, с коими эмирская Бухара имела торговлю и хозяйственную связь. Россия в общем торговом обороте занимала чрезвычайно большое место.

Вывоз из Бухары в Россию в 1911 г, составлял 31255 тыс. рублей, Афганистан - 100 тысяч рублей, в Индию - 500 тыс. рублей, в Персию - 200 тыс. рублей, в Хиву - 1035 тыс. рублей и другие страны - 2295 тыс. рублей, Всего, по данным 1911 года, вывоз определялся в размере 35385 тыс. рублей.

Ввоз за тот же период составлял: из России - 35343 тыс. рублей, Китая - 1900 тыс. рублей, Афганистана - 866 тыс. рублей, Индии - 860 тыс. рублей, /208/ Персии - 500 тыс. рублей, Хивы - 100 тыс. рублей и других стран - 100 тыс. рублей.

Всего ввоз составлял 39610 тыс. рублей.

Таким образом, в составе экспорта доля России определялась в 88% и в импорте ровно 90%. Тут всякие комментарии излишни, эти данные говорят сами за себя.

Яркую картину невыгодности торговли Бухары через Афганистан с Индией, Англией и другими европейскими странами показывают хотя бы и следующие данные:

Цены экспортного сырья:

Хлопок гуза

в 1913 г. - 11 руб.,

в 1920 г. 1 р. 80 к.

Каракуль -

7

2

Шерсть - пуд

6

2

Эта справка о ценах еще не дает полной картины того развертывания и состояния нищеты, которые переживала Бухара в последние годы эмирской власти. Мы не имеем точных статистических материалов, которые могли бы характеризовать этот период с достаточной полнотой, но каждый может представить себе положение трудящихся слоев населения и в особенности дехканства в такой стране, как эмирская Бухара, где намечавшийся уже давно упадок производительных сил усугублялся еще полной хозяйственной изолированностью, которая произошла по вине того же эмира, ростом милитаризма, вызывающим рост налогов и всяких поборов и т. д. Единственный путь, к которому могло привести это положение, заключается почти в полной натурализации когда-то высокотоварных форм сельского хозяйства Бухары.

Нищета народных масс, ужасающее разорение страны, конечно, не затрагивали ни эмира, ни его многочисленного двора, ни купечества. Налоги и всякие поборы, а для купцов добавочные прибыли текли в их карманы, несмотря на это состояние страны, и иногда - именно благодаря ему.

Торговля через Персию, Афганистан и Индию с Англией и другими странами давала возможность этим слоям вести пo-прежнему паразитический образ жизни. Эмир был не только главою государства, главой ислама, но и крупным купцом-промышленником, который свое положение абсолютного монарха, в условиях пол- /209/ нейшего бесправия народа широко использовал для самой беспощадной эксплуатации широких народных масс. Министры и крупные сановники также не отставали от эмира в этом отношении.

Огромные, миллионные суммы были вложены эмиром в торговлю, железнодорожные компании, промышленные предприятия русских и заграничных фирм. Эмир никогда не отделял средства государства и казны от личных средств, и все громадные богатства страны всегда считались собственностью эмира. Считалось, что государственная казна - это казна его высочества эмира.

Насколько были велики средства, которыми пользовался эмир в личных целях, показывают не только те миллионы, которые тратились на роскошь, на содержание двора, на подкуп русских чиновников, на подарки царскому дому в России, но и следующие данные, почерпнутые нами из найденного в архивах эмира неполного отчета П. Введенского, чиновника царского правительства при бухарском правительстве. Отчет был составлен по требованию бухарского правительства, как раз за несколько месяцев до падения эмирата в начале 1920 года.

Вот что, согласно этому отчету, было вложено к этому времени в торговые и промышленные предприятия русских капиталистов эмиром (документ передается дословно).

Участие его высочества в русских предприятиях

I. Наличный капитал 1. В Русско-Бухарском акционерном обществе: а) стоимость наличного хлопка 4608800 руб. 2. То же в русско-азиатское акц. о-во 2 500 000 3. То же в Бухарский банк 500 000 4. в бумагопрядильни 30 000 000 5. в Бухарскую железную дорогу 111250 Итого 3 861 250 руб.

II. Капитал в товарах 1. В Русско-Бухарском акционерном обществе: а) стоимость наличного хлопка 46088000 руб. б) шерсти 361 500 в) меши белой 186 000 г) каракуля 635000 /210/ д) сафьяна е) прочих товаров и материалов 184 000 > 80 000 > Итого

Половинная доля участия его высочества 2. В Русско-Азиатском хлоп. о-ве а) наличный хлопок б) сырец в) семена г) линтер д) холст е) мешки ж) проволока з) шпагат и волокно к) семена л) материалы Итого Половинная доля участия его высочества

III. Общая сводка 1. Наличный капитал 2. Половинная доля участия его высочества в двух акционерных о-вах Итого 62007500 3003750 31 180900 руб. 1 144200 3 696 355 245 400 72 190 571 450 237600 106000 15151 100 318820 200000 62295075 3 147 538 38612500 руб. 62 151 288 > 10076788 >

Примечание. Из капитала в товарах Русско-Бухарского акционерного о-ва и Русско-Азиатского хлопкового о-ва не исключены долги банкам по ссудам и другие расходы. Это можно сделать только при окончательном выделении капитала.

Объяснительная записка 1. По капиталу его высочества, вложенному в бухарский банк, должны быть, согласно условию, начислены проценты. 2. По капиталу, вложенному в бумагопрядильни, следует начисление гарантированных 7% или выплата дивиденда не меньше 7 процентов. 3. По капиталу, вложенному в Бухарскую ж.д., следует выплата дивиденда или гарантированных процентов.

Сверх означенных обществ и предприятий капиталы бухарского правительства имеются в резидентстве, в бывшей областной продовольственной управе и в русских банках. 1. При сем представляется список сумм, поступивших в резидентство от бухарского правительства на разные цели за время с 1910 по 1917 г. По многим счетам имеются остатки, каковые подлежат возвращению. /211/ 2. О капиталах, числящихся за бывшей продовольственной управой, при сем прилагается справка. 3. О капиталах бухарского правительства в русских банках, при сем прилагаются ведомости банков.

Примечание. Капиталы и сведения об имуществе Мирза Мустафы Мирахора представлены в 1918 г. По документам Мирза Мустафа, у него имеются вклады в русских банках в Пятигорске и других местах.

О переводе бывшим Кушбегием Мирза Насруллой-беем золотого запаса в Россию я не располагаю никакими сведениями.

При сем прилагаются сведения банков о движении денежных сумм бухарского правительства за время Мирза Насрулла-бея. Эти сведения дают наглядную картину, куда Мирза Насрулла-бей переводил суммы.

26 февраля 1920 г,П. Введенский

Вложение исчисляется, таким образом, больше чем в сотню миллионов. А ведь это еще не все. Мы знаем, например, об огромных средствах, которые в виде товаров, - главным образом хлопка и каракуля, - были в течение 1919 г. и начала 1920 г. направлены в Англию, и о вкладах эмира во французские банки. Сам эмир при своем бегстве увез, по самым скромным подсчетам, не менее 10-15 млн. рублей.

Все это является прекрасной иллюстрацией того, в каких размерах практиковался грабеж народа со стороны государственной власти. Бухара с 2,5-миллионным населением, без промышленности, с неразвитым ремесленным производством, абсолютно отсталыми способами сельскохозяйственного производства должна была прокормить всю эту свору грабителей, так называемую "власть имущих", их родственников и близких, содержать армию в 25-30 тыс. человек, хищнически эксплуатироваться байством, кормить бесчисленное количество мулл и при этих условиях, за какие-нибудь 50-60 лет со времени русско-бухарской войны 1860 г. составить эмиру этот огромный капитал. Поэтому-то и досталась страна Советской власти в состоянии такого полного разорения и нищеты, которые не были бы мыслимы в XX веке ни в одной другой части мира. В Бухаре не были проведены самые элементарные мероприятия по оздоровлению хозяйства, развитию промышленности и торговли. Не приходится говорить о состоянии народного образования, об охране здоровья населения, о проб- /212/ лемах городоустройства, о каких-нибудь культурных способах отдыха и развлечения для народа. Театра Бухара до революции не видела. Кино - также. Имелось одно частное кино на всю страну с 2,5-миллионным населением. Насколько плохо обстояло дело с обслуживанием нужд населения, показывает хотя бы уже то, что из ежегодных доходов страны, определяемых, по официальным данным, в сумме 18000000 рублей, ни одной копейки не затрачивалось на эти нужды, если не считать постройку зданий 2-3 больниц и мощения улиц внутри города Бухары. На ирригацию, на улучшение сельскохозяйственного производства, на дорожное строительство, устройство мостов, на постройку школ и их содержание, на организацию медицинской помощи - на все не тратилось ни одной копейки. Все это было предоставлено заботам самого населения. Все находилось в состоянии полной запущенности.

Огромные средства вакуфов, предназначенные в свое время - еще несколько сот лет тому назад - на содержание школ, развитие "наук", на цели благоустройства, на содержание бедных - все это уже давно было присвоено правительством и отчасти роздано в личное пользование крупному духовенству.

Это состояние полнейшего пренебрежения к нуждам страны, к интересам народа наглядно показывает отношение эмира и его правительства к процессу систематического вымирания населения в самом городе Бухаре и его окрестностях. Бухарская малярия, известная на всю Среднюю Азию и Россию, летом, в разгар сельскохозяйственных работ, сваливала огромное количество народа. Значительное количество людей падало жертвой этой эпидемии. Люди умирали, как мухи, и, несмотря на это, в Бухаре был только один казенный врач, два частных врача, несколько фельдшеров, одна-две аптеки и это - на всю страну. Никогда не принималось никаких мер для радикальной борьбы с этим народным бичом. Что же касается мероприятия по устранению основных причин развития малярии - борьбы с процессом заболачивания почвы, то об этом никогда никто и не думал. При маловодьи бухарских районов, когда засыхали посевы, населению приходилось пить хаузную воду с червями; в то же время целые районы были превращены в болота, где развивались и размножались /213/ из года в год малярийные носители - комары. Это наносило, кроме того, и огромный вред народному хозяйству, ибо сокращало посевные площади, ухудшало качество земли, закешная система, построенная еще при Тимуридах, - бездействовала. Она засыпалась, портилась и никто не думал даже над тем, чтобы хотя просто организовать бесплатную силу населения для прорывки закеши и осушки болота. Все это говорит о бесконечной системе издевательства над населением, полнейшем отсутствии забот об интересах страны, одичании и звериной ненависти к культуре и прогрессу, чем же иначе могло объясняться такое отношение эмира и его правительства к народу и стране, судьбами которых они управляли.

Словом, Советская власть получила в наследство от эмира страну, где буквально все приходилось создавать с самого начала, и, прежде всего, принять ряд решительных и элементарных мер к облегчению тяжелого положения городской и кишлачной бедноты, а затем и всего населения.

Но эмирское правительство и его сторонники перед своим уходом постарались сделать все зависящее от них, чтобы не допустить или, по крайней мере, как можно на более длительный срок отсрочить осуществление положительной программы Советской власти как в области хозяйственного и культурного строительства, так и политического оздоровления состояния страны. Необходимо констатировать, что эмирское правительство в этой работе, по крайней мере, показало себя достаточно способным. Первое, что сделало правительство накануне своего ухода, - это усиленная отправка возможно большего количества ценностей из Бухары в Афганистан и Персию и через эти страны в Англию. В этом деле от эмира не отставало и купечество, отправляли все: золото, серебро, важнейшие товары, купленные у дехканства за бесценок: каракуль, шерсть, хлопок, шелк, кожу и т.д. и т.п. Осведомленные люди в Бухаре этот "вывоз" определяли десятками миллионов рублей. Второе, - эмирское правительство вслед за разрушением в 1918 г. почти всей сети железных дорог Бухары, накануне своего ухода организовало поджог городов. Бухара была взята нами охваченной неслыханной силы пожарами, горели дворцы, важнейшие и /214/ богатейшие базары, крупнейшие склады, погибло громаднейшее количество продовольственных запасов хлеба, сотни тысяч пудов сахара, чая, красок, ковров, шелка и т.д. и т.п. Новому правительству в течение 1-й недели своего существования пришлось тратить все силы почти исключительно на тушение пожаров. Убытки нового Советского государства и населения от этих пожаров должны быть исчислены также в десятки миллионов рублей в одном только городе Бухаре, не говоря о Каршах и других городах. Третье, - эмирское правительство, неплохо изучившее опыт борьбы ферганского басмачества, тактические его приемы, перед своим уходом постаралось заложить начало будущему басмачеству. Уголовные элементы из эмирской армии были распущены с оружием в руках, распределены и посланы в различные районы, там они составили основной кадровый состав басмачества. Надо указать, что басмачество в целом ряде районов, вначале в виде различных мелких грабительских шаек, начало существовать почти с первых же дней. Все эти обстоятельства не могли не помешать успеху Советской власти в осуществлении ее хозяйственной и политической программы, но, несмотря на все это, Советское правительство почти с первого же дня своего существования делало все возможное, чтобы облегчить положение трудящихся масс и организацию их собственных усилий, но благодаря вышеуказанным причинам оно не могло достигнуть тех результатов, которые были бы возможны при других условиях. Все это указывает на то, как трудно пришлось Советскому правительству Бухары, много пришлось поработать КП и Советской власти, чтобы возможно быстрее очистить страну от описанных выше остатков феодализма и удовлетворить хотя бы основные нужды населения. Но, тем не менее, Советская власть должна была начать работать, работать, несмотря ни на что. Народные массы ждали действия, они ждали облегчения своего тяжелого положения. /215/

ПЕРВЫЕ ШАГИ СОВЕТСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА

Поэтому одним из первых мероприятий, которое решила осуществить Советская власть, было полное и абсолютное упразднение всех налогов и податей, кото- /215/ рые существовали при эмире. Все дехканское население Бухары значительное время не платило государству никаких - ни старых, ни новых налогов.

Затем правительство провело конфискацию имущества эмирского дома и всех крупных сановников эмира в пользу государства. Все движимое и недвижимое их имущество, в виде земли и орудий производства, было передано работающим на них трудящимся.

Была проведена национализация хлопкоочистительных и маслобойных заводов, принадлежавших эмиру, крупному чиновничеству и купечеству. Объявлена монополия на торговлю основными видами сельхозсырья, хлопка, каракуля и ряда других товаров и, путем восстановления нормального товарообмена с Советской Россией, было достигнуто значительное увеличение цен на сельхозсырье.

Был объявлен принудительный выкуп у купечества по государственным твердым ценам всех товаров и находящегося у них всех видов вышеуказанного сырья, а также больших партий мануфактуры и шелка.

Были арестованы и преданы суду революционного трибунала все, не успевшие бежать за границу, крупные чины эмирской администрации, наиболее крупное контрреволюционное духовенство и купцы, распущена вся эмирская администрация и началась ее замена ревкомами, в состав коих, кроме представителей правительства и членов партии, входили люди по выбору от населения.

Эти несколько основных мероприятий должны были быть осуществлены немедленно как меры, которые должны были способствовать облегчению положения трудящихся масс Бухары и заложить основу для восстановления хозяйства и начала плодотворной работы Советской власти. Других крупных мероприятий, к сожалению, в это время Советскому правительству осуществить не удалось, ибо долгое время после этого новое правительство вынуждено было, как указано выше, вести работу по борьбе с остатками эмирской армии, разбежавшейся по всей стране и превратившейся в простых грабителей, с попытками духовенства поднять отсталые слои народа против нового строя, с целой системой разрушения и поджогов, которые вели контрре- /216/ волюционные силы в городе Бухаре и разных других частях страны.

Эта работа была настолько сложной, что на нее потребовались долгие месяцы. Партии и правительству в этот период пришлось работать, не имея в своей составе более или менее достаточных для этой огромной работы по строительству республики людских кадров и хороших организаторов. Все условия дореволюционной Бухары исключали возможность роста этих кадров из трудящихся масс. Интеллигенция тоже была незначительна и почти полностью уничтожена эмирским террором.

Несмотря на это, все же сравнительно быстро правительству удалось собрать первый курултай из представителей всех округов и всех народов, населяющих Бухару, для обсуждения наиболее важных и острых вопросов, стоявших перед страной. Этот курултай был проведен - в смысле права участия в нем - без каких-либо ограничений, и лишь крупные чиновники эмира, купцы и самая контрреволюционная часть духовенства были лишены права быть на него избираемыми.

Этот курултай происходил в такой обстановке, что много вопросов там решать не пришлось: были рассмотрены только вопросы, связанные с текущей работой правительства и организацией власти на местах, обсужден вопрос о будущей форме власти и предрешен вопрос о созыве следующего курултая. Между прочим, надо указать, что курултай утвердил почти целиком Всебухарский ревком в том составе, который был назван в первой части этой брошюры, с только что до этого назначенным его председателем в лице Аб. Мухитдинова, а также утвердил изменения в составе Совнаркома, куда вновь вошли Мирза Исам Мухитдинов и Мирза Мухитдин Мансуров.

Но огромное значение этого всенародного курултая как раз заключалось в том, что через собравшихся на этом курултае народных представителей впервые удалось широко поставить и ознакомить широчайшие массы населения с целями и задачами Советской народной власти. До созыва курултая почти повсеместно существовали ревкомы. Переход власти к нормальным на местах органам начал совершаться постепенно лишь после этого курултая. Эмирское административное рай- /217/ онировамие с разделением на 32 бекства (наместничество) никак не могло удовлетворить ни интересам обеспечения лучшего обслуживания населения, ни с точки зрения удобства управления, именно благодаря этому пришлось наcпех произвести новое административное деление республики на вилаеты (округа), тюмени (районы).

Вопросы суда, организации милиции, бухарской Красной Армии 105[115] - все эти вопросы не терпели никакого отлагательства, все они ждали своего разрешения. Но одно было - принять по всем этим вопросам решение, и другое - их выполнить.

Трудностей на пути советского бухарского правительства было очень много, но самое главное заключалось в отсутствии кадров и трудности их срочной подготовки благодаря ужасающей отсталости, отсутствию элементарной грамотности у подавляющего состава населения.

Лишь благодаря громадным усилиям партии и правительства по подготовке необходимых кадров, широкому привлечению всех сочувствующих революции и помощи людьми РСФСР и Советского правительства Туркестанской Советской Республики удалось кое-как, наспех разрешить эти вопросы. В этих условиях на разрешение указанных нами вопросов ушел остаток 1920 г. Попытки организации контрреволюционного выступления со стороны сторонников эмира и его правительства - баев, мулл, старого родового чиновничества не прекращались ни на один день. Советскому правительству приходилось быть все время начеку, быть готовым к подавлению всяких контрреволюционных выступлений.

Тем не менее зимою 1920 г. кое-где местные организации не сумели справиться с задачей и благодаря целому ряду ошибок, допущенных в работе, отсутствию необходимой бдительности с их стороны мы имели ряд серьезных контрреволюционных выступлений.

Одно из таких наиболее серьезных выступлений произошло как раз в Средней Бухаре в б. Шахризябском, Яккобагском, Китабском, Чиракчинском бекствах эмирата 106[116]. Эти 4 бекства фактически составляли один большой замкнутый горный район Средней Бухары /218/ населенный почти сплошь различными узбекскими племенами. Здесь до революции почти в полной силе сохранилось родовое начало. Этим обстоятельством как раз воспользовались эмирские подстрекатели и, используя нашу временную слабость, подняли значительные слои населения. Руководители восстания - муллы и родовые вожди - свой собственный интерес прикрывали религией; так, например, в качестве лозунга они выдвигали требование восстановления шариатского казия, раиса (должность для наблюдения за правильным соблюдением предписания ислама), требование не открывать советские школы и т.д. и т.п.

Несколько таких же случаев, только в меньшем размере, имели место и в Керкинском вилаете. Здесь туркменское население было также использовано муллами и своими родоначальниками. Но все эти выступления Советская власть сумела ликвидировать сравнительно легко, быстро и решительно, без больших жертв, но самый факт этих выступлений требовал гораздо большего внимания, придерживаться бдительности по отношению к враждебным элементам в стране и более вдумчивого подхода к разрешению целого ряда мероприятий, т.к. иначе затрагиваются религиозные и бытовые привычки и навыки населения.

Говоря об общих условиях работы Советского правительства Бухары и тех задачах, которые должны были срочно разрешаться, нельзя не указать еще на одно обстоятельство, которое имело решающее значение для всего хода дальнейших событий. Я имею в виду внутрипартийное положение в коммунистической партии Бухары, которая после бухарской сентябрьской революции включила в себя и некоторое количество из младобухарцев *[117].

Здесь прежде всего необходимо указать на целый ряд неблагоприятных и нездоровых явлений, которые имели место в партии. Это прежде всего групповая борьба. Борьба групп внутри партии была еще и в период эмиграции, но она значительно усилилась в Бухаре. /219/

В партии явно наметились три группы - т.н. "левое" крыло - здесь фигурировали главным образом товарищи, которые составляли основное ядро руководства партии в период эмиграции; второе - "правое" - была незначительная группа товарищей, не имевших в руководстве партии особенного влияния, но в тогдашних условиях имевших определенные влияния в стране. Сюда входили кое-кто из эмигрантов - люди, имевшие правые наклонности еще там, но основное ядро их в партии составляла часть молодых членов партии, вошедших в партию после революции и, в-третьих, группа т.н. "центристов". Эта борьба группировок внутри партии не только значительно усложняла обстановку, но очень вредно отражалась как на состоянии самой партии, так и на разрешении целого ряда важнейших вопросов 107[118].

Кроме того, результатом этой борьбы явилось слабое внимание к руководству вопросами партийного строительства, партийной жизни и роста партийных организаций. Итогом всего этого явилось падение дисциплины среди членов партии, игнорирование решений партии, беззаботность в отношении коммунистического, воспитания масс, новых членов партии и т.д. и т.п. Слабое внимание к вопросу о росте партии привело к тому, что в течение очень короткого времени состав партийных организаций вырос до чрезвычайных размеров. В 1921 г. в КП Бухары насчитывалось 14-15 тыс. членов партии. В партию просачивались неустойчивые и чуждые люди; дело дошло до того, что в целом ряде районов партийные комитеты существовали формально. Многие члены партии существовали только в списках, никакой работы они не несли, с ними не занимались. Все эти обстоятельства вынудили Коминтерн к рассмотрению вопроса о руководстве КП Бухары, так, уже в конце 1920 года была произведена смена "левого" руководства 108[119]. Вторично вопрос о руководстве был подробно рассмотрен на 3-м съезде КП Бухары в 1921 г. 109[120] и лишь с течением времени, очень медленно, началось выправление линии партии, оздоровление состава партии и ее руководства, пока в начале 1923 г. не была проведена основательная работа, которая затронула не только вопрос о руководстве партии, но и закончилась основательной чисткой партийных рядов. /220/

Яркую характеристику этого периода дает следующее место из доклада секретаря ЦК КП Бухары в ЦК РКП, написанного в 1923 году:

"Развитие басмаческого движения в Бухарской республике, проходящего под лозунгом "Долой коммунистов и джадидов", естественно, расшатало партийные организации на местах, кои в некоторых районах, тюменях (уездах) были уничтожены. Комитеты были разогнаны, большинство членов БКП в обеспечение личной жизни разбежалось, и в силу этого об организованной партийной работе не могло быть и речи. В итоге такого положения в ЦК БКП была ясна необходимость проверки состава партии, ввиду личных погрешностей отдельных членов, также и поведения некоторых организаций на местах. Болезненное увеличение БКП до 14000 членов было уже усмотрено ЦК РКП как фактор качественно плохого состава БКП. Во время развития басмачества выяснилась политическая физиономия как отдельных членов, так и некоторых организаций КП, а потому и были посланы проверочные комиссии, которые и уменьшили чисткой и исключением из партии состав ее с 14000 до 6000-3000, и, наконец, в итоге последней чистки в рядах БКП осталось 1000 человек.

ЦК БКП в части этого числа усматривает если не совсем убежденных коммунистов, то во всяком случае элемент, который после некоторого развития и коммунистического воспитания обратится в вполне приемлемых членов партии. Основы требований при чистке членов БКП были составлены применительно к аналогичным требованиям РКП".

Советские и хозяйственные организации республики, особенно советские организации на местах, очень часто не справлялись с огромнейшими задачами, которые выпали на их долю - охрана революционного правопорядка, налаживание хозяйственной жизни, реформа судов и т.д., в ряде мест советские организации оказались засоренными, в их состав проникали явно враждебные элементы, что приводило не только к саботажу мероприятий Советской власти, к провокационным действиям по отношению к населению, но и к случаям открытой измены, переходу на сторону врагов Бухарской революции. Все это, конечно, объяснялось молодостью КПБ, отсутствием опытных кадров советских /221/ строителей, оторванностью от широких масс трудящихся; разумеется, что с каждым годом по мере роста культурно-политического уровня страны, по мере оздоровления и общего улучшения партийных организаций, налаживания партийного воспитания и коммунистического просвещения членов партии изменялись в лучшую сторону указанные отрицательные явления. /222/

ЗАДАЧИ СОВЕТСКОЙ НАРОДНОЙ ВЛАСТИ

Несмотря на ряд дискуссий, происходивших, правда, в узком кругу, которые имели место приблизительно в тот же период - дискуссий, которые должны были выяснить целый ряд важнейших принципиальных вопросов, наметить линию деятельности Советской власти, в частности, определить такие важные и вызывающие большие споры вопросы, как вопрос о характере Бухарской революции - является ли Бухарская революция буржуазной или пролетарской и каковы должны быть формы будущей власти и т.п. - ни к какому результату в это время не пришли. Вопрос о характере революции так и не получил (формально) окончательной оценки 110[121]. Однако форма власти была установлена в виде Советской народной власти. В этом, конечно, сказалась и отличительная черта революции в Бухаре. Что революция в Бухаре не была пролетарской, не вызывало сомнений у подавляющего большинства сознательных членов партии и участников революции, но в то же время никто не утверждал, что эта революция, по своим целям и задачам, была буржуазной. Участников дискуссии смущало то, что Бухарская (по первоначальному своему характеру) "буржуазная" революция произошла не изолированно, а при наличии огромной и активной помощи пролетарской революции в России, что судьба революции в Бухаре была тесно связана с судьбами пролетарской революции и пролетариата, в лице Коммунистического интернационала и компартии Бухары, что руководителем этой революции, в конечном итоге, был российский пролетариат. Едва ли в стране, полагали дискутанты, где произошла буржуазная по своим целям и задачам революция, могли бы иметь место такие факты, как лишение крупной буржуазии пассивных и активных избирательных прав. /222/

В конституции, утвержденной еще в 1921 г. 111[122], было прямо указано, что члены эмирского дома, чиновники эмира, крупные купцы и торговцы лишаются права избирать и быть избранными.

Между тем, руководство революцией со стороны российского пролетариата и установление Советской власти, которая при правильной организации и при наличии необходимой активности бедноты и батрачества, а также пролетарских элементов города фактически должна была превратить эти Советы в органы диктатуры этих социальных групп населения для осуществления революционных задач, - эти обстоятельства, не говоря уже о целом ряде других, как раз и составляли условия перерастания буржуазной демократической революции в Бухаре в революцию социалистическую. Не все, конечно, способствовало тому, чтобы Советская власть в Бухаре стала сразу действительно органом диктатуры пролетарских элементов, но это уже не относится к существу вопроса.

Трудно сейчас найти все документы, относящиеся к этому периоду революции в Бухаре, они, несомненно, имеются, но разбросаны и настолько несистематизированы, что очень много весьма важных вопросов не удается здесь осветить. Но для того, чтобы дать общее представление о конкретных задачах в то время советского строительства в Бухаре, мы считаем небесполезным привести здесь один документ, в котором отражена общая линия и те мероприятия, которые значительная часть руководящих товарищей в партии и правительстве считала необходимым положить в основу деятельности как партии, так и правительства. Этот документ в своей первой части отвечает на вопрос о характере Бухарской революции, в нем же есть указания и на формы тех взаимоотношений, которые должна была установить Советская Бухара с РСФСР и трудящимися всех стран.

Вот содержание этого документа:

1. Революция застала Бухару в состоянии едва лишь намечавшегося капитализма, внедряемого представителями российского капитала, банков и т.д., с другой стороны, экономическая политика российского капитала заключалась в том, чтобы препятствовать развитию производительных сил Бухары и местного туземного промышленного капитала. /223/

Это привело к тому, что в экономическое состояние и общественные группировки за краткий период деятельности российского капитала не было внесено особо существенных изменений. В общем и целом, ввиду этого, Бухара, за исключением некоторых районов, является в экономическом отношении страной натурального хозяйства, с слабо развитым средневековым ремесленничеством и небольшой группой представителей ростовщическо-торгового капитала.

Октябрьская революция смела власть российского капитала, а бухарская - уничтожила бухарский царизм, поддерживающийся российским капиталом.

В настоящее время в Бухаре нет ни крупной промышленной буржуазии, ни значительных кадров пролетариата, в силу чего, при оценке характера Бухарской революции не может быть и речи ни о буржуазной революции (типа французской 1789 г.), ни о пролетарской (типа октябрьской).

Эту революцию надо расценивать как крестьянскую, как революцию мелкого собственника, идущего далеко по революционному пути, ввиду его ненависти к ростовщику-торговцу.

Эти обстоятельства делают из бухарского крестьянина бедняка и середняка надежный оплот как Бухарской революции, так и мировой коммунистической, за которой он вполне способен пойти.

2. Вся политика ввиду этого должна быть направлена:

в международном отношении - на закрепление связи с борющимся против империализма пролетариатом и, следовательно, в первую голову - с РСФСР.

В отношении внутреннем, "бухарском" - на осуществление классовых интересов мелкого крестьянства и бедноты, в соответствии с чем должна быть построена власть и ее экономическая политика.

Ввиду этого необходимо признать следующее:

А. Организация власти. Необходимо принять, что Коммунистическая партия Бухары должна установить в своей программе требования советской народной республики трудящихся и что конституция в основу свою должна положить Советы крестьянских депутатов, отбрасывая ростовщиков, крупных торговцев, контрреволюционеров и др.

Б. Аграрный вопрос. Революция передала земли эмира и его крупных чиновников лицам, фактически ее обрабатывающим. В дальнейшем необходимо завершить экспроприацию земель, где она еще не закончилась и урегулировать земле- и водопользование в интересах малоземельных дехкан.

В связи с аграрным вопросом и организацией власти стоит вопрос об организации хозяйства. В основу всей хозяйственной деятельности необходимо положить улучшение ирригации - каналов и сооружений, требующих громадных коллективных усилий по их расчистке, ремонту и планомерному хозяйственному использованию путем назначения очередей и установления норм трудовой повинности, а также принять ряд других необходимых мер по поднятию производительных сил сельского хозяйства, что должно быть поставлено в центре внимания. /224/

Национализированная промышленность (несколько заводов), производственные артели и кооперативы ремесленников - вот основы работы в области промышленности на ближайшее время.

В. В области национального вопроса. Необходимо фактически включить русское население в Бухаре в общегосударственную систему. Равномерное привлечение туркмен к хозяйственному и государственному строительству должно предотвратить узбекско-туркменскую вражду, которая имела свои основания лишь в старой политике российского царизма.

Г. В области религии. Стоя на точке зрения необходимого отделения церкви от государства и школы, мы считаем невозможным ввиду наличия крепкого религиозного мышления в низах, доходящего до средневекового фанатизма, в настоящий период открывать активную государственную борьбу против религии как таковой, ограничиваясь лишь лишением духовенства его экономических основ и влияния в школе.

Д. По женскому вопросу. Работа должна сосредоточиваться на организации трудящихся женщин в профессиональные союзы (ремесленные, кустарные - прядение и шелководство, домашних хозяек и т.п.) и пропаганде среди них. Надо развить в них сознательное движение против затворничества, что только и может дать правительству впоследствии возможность приступить к соответствующему законодательству.

E. В военном деле. Организация Красной Армии по образцу российской, с командой на узбекском языке и с изменениям в уставах, соответствующими быту и уровню развития населения, и в первую очередь для этого деятельная помощь РСФСР в деле организации школ красных офицеров.

Я считаю необходимым включить этот документ без особого сокращения и изменения в принципиальной части, ибо в нем изложена тогдашняя точка зрения ряда тогдашних работников, участников революции. Документ, как видим, хорошо иллюстрирует, как недалеко шли эти товарищи в постановке вопроса о характере революции и задачах хозяйственного строительства. Поглощенные текущей работой, наличные силы партии не имели возможности вести углубленную теоретическую работу в этом направлении. Необходимо учесть также уровень подготовленности тогдашних бухарских работников.

Несмотря на видимую скромность указанных в документе мероприятий, они, если бы были осуществлены полностью, в значительной мере изменили бы положение Бухары как в хозяйственно-политическом отношении того начального периода революции, так и с точки зрения осуществления целого ряда других более крупных задач в последующие годы. /225/

К сожалению, многое из того, что было указано здесь, не было осуществлено значительное время благодаря целому ряду "объективных" и "субъективных" причин. Так, например, дело обстояло с аграрным вопросом.

Верно, что эмирские земли, земли, принадлежащие его крупным чиновникам, а также контрреволюционному байству, были конфискованы и соответствующими актами правительства переданы фактически обрабатывающим их дехканам, но эта работа была проделана лишь только наполовину, ибо вакуфные земли, переданные вначале беднейшему дехканству, затем, в связи с политическими событиями, возвращены в основном снова духовенству, что же касается вопроса о земельной реформе в смысле перераспределения имеющегося земельного фонда в пользу бедноты, то этот вопрос остался неразрешенным вплоть до национального размежевания Бухары и образования Узбекской CCP.

В области ирригации все мероприятия правительства свелись к вопросам эксплуатации существующих систем, регулированию водопользования. Здесь совершенно ничего не было сделано в смысле коренного улучшения водных систем и вопросов водопользования, если не указать на осушительные работы, которые начали проводиться с 1922 г.

Промышленность была национализирована, торговля значительными видами сельхозсырья была объявлена государственной монополией, но вопросы о поднятии производительности народного хозяйства не могли разрешиться только этими мероприятиями.

Вопросы механизации с.х. (внедрение плуга, трактора, молотилки и т.д.), переоборудования кустарного производства, имеющие большое значение и до сих пор, вопросы нового промышленного строительства - эти вопросы не получили своего разрешения. Решение правительства о завозе сельскохозяйственных машин было осуществлено благодаря огромным усилиям, но распространение их встретило отчаянное сопротивление не только со стороны консервативно настроенной части дехканства, но и довольно широкого круга работников земельных органов. /226/

Вопрос раскрепощения женщин не был поставлен: тогдашние условия Бухары требовали осторожности в разрешении этого вопроса.

Из указанных в вышеприведенном документе следует остановиться еще на 2 вопросах - это вопрос об отношении к нацменьшинствам - туркмены, казахи, таджики и т. д. Несмотря на всю болезненность вопроса для республики и совершенно четкую линию партии в этом вопросе, практическое разрешение его затянулось на очень долгое время. Можно сказать, что до 1922 г. в этом отношении сделана была чрезвычайно незначительная работа.

Лишь в 1922 г. началось осуществление ряда мероприятий по этому вопросу. Укажем хотя бы на целый ряд съездов трудящихся нацменьшинств, которые "были осуществлены летом 1922 г.; так, например, созыв съезда трудящихся казахов и каракалпаков в г. Нур-Ате и образование казахотдела при БухЦИКе; туркменского съезда в г. Керки и образование туркмен-отдела при БухЦИКе, что в значительной мере содействовало уменьшению конфликтов и постановке ряда вопросов, направленных к улучшению хозяйственного и культурного состояния этих национальных районов 112[123].

Что касается второго вопроса - о строительстве молодой бухарской Красной Армии - я должен указать, что, несмотря на ряд недостатков в этой работе и извращения, - все же эта работа в основном была проведена неплохо. Дело в том, что к строительству современной армии Советское правительство Бухары приступило впервые; до Советской власти армия формировалась на совершенно иных началах. Вообще военной службы в Бухаре никогда не было. С 1860 г. эмирская армия, уменьшенная в своем составе, формировалась исключительно из наемных людей различного возраста, в армию вербовались и насильно в виде наказания - например, за воровство, пьянство и т.д. и т.п.

Ясно, что эти традиции составляли значительное препятствие в новом начинании, тем не менее правительству удалось за короткий период времени ввести в стране обязательную военную службу и начать формирование нацчастей Красной Армии.

Говоря об этом периоде времени и о работе Коммунистической партии и правительства в Бухаре, я не /227/ могу не отметить здесь огромную роль представителей правительства РСФСР в Бухаре, в частности громаднейшую работу тов. Куйбышева 113[124], бывшего в самом начале революции в Бухаре, преодолевшего в самом начале, совместно с нами, все трудности первых дней революции, и огромную роль тов. К.К. Юренева 114[125], который, будучи постпредом РСФСР в Бухаре, в период с конца 1920 г. и весь 1921 г., принимая деятельное участие в проработке отдельных вопросов в области советского, государственного строительства Бухары, имея за собой богатый опыт революционной работы и советской деятельности в РСФСР, оказал большую помощь нашей работе, принеся, несомненно, громадную пользу делу укрепления Бухарской революции. /228/

ОСНОВНЫЕ НЕДОСТАТКИ В РАБОТЕ

Основной недочет в работе бухарского правительства и всех активных его деятелей заключался в недостаточной решительности осуществления намеченных мероприятий, слишком большой осторожности в переоценке местных условий, особенностей и прочее, и, главное, в том, что в осуществление этих мер не была в достаточной мере вовлечена сама масса трудящихся дехкан, кустарей и городской бедноты.

Слабой дифференциации бухарского кишлака, большому влиянию религии и духовенства, силе старых обычаев и традиций не были противопоставлены решительные революционные меры и не были проведены в жизнь такие мероприятия, которые способствовали бы активизации бедноты, сплочению ее вокруг партии и Советской власти. Такие мероприятия, как, например, земреформа, в те времена, конечно, не могли быть осуществлены, но постановка как этого вопроса, так и других, подобных ему, работа по организации сил батрачества и бедноты вокруг разрешения этих задач, вовлечение бедняцких, середняцких слоев дехканства в русло советского строительства и тем самым возможное ослабление влияния религии, эмирата и т.п. были возможны.

Именно эти недостатки и привели к тому, что ряд мероприятий, которые сами по себе не вызывали особых трудностей для их осуществления, а также вся про- /228/ грамма хозяйственного и культурного строительства остались в известной мере на бумаге.

Басмаческое движение в Восточной Бухаре, начатое главарями отдельных узбекских племен, преданных эмирскому строю, получило поддержку и в других частях Бухары. Реакционное восстание нескольких племен зимой 1920 г. в Шахризябсе, огромная активность, которую развили реакционные силы во главе с муллами во всех других частях республики, служат показателями этого отрицательного последствия нашей нерешительности.

Молодость Компартии, наличие в рядах Компартии значительного количества людей, не порвавших и не могших порвать с национализмом и джадидизмом, слабая работа по воспитанию огромнейшего количества людей, вступивших в партию после революции, слабость и засоренность советского аппарата, наличие в нем значительного количества людей, ранее работавших у эмира (мы были вынуждены их допустить), недостаточный контроль над их деятельностью, существование значительного количества купцов и капиталистов, имущество которых не было полностью экспроприировано - все это не могло не оказать своего соответствующего влияния на положение дел в Бухаре. /229/

НАЧАЛО РАЗВИТИЯ БАСМАЧЕСТВА В БУХАРЕ

Все эти обстоятельства привели к тому, что вспыхнувшее в Восточной Бухаре басмачество начало раскидываться и по остальным частям страны. Но неумелая борьба в самом начале возникновения, неумение сочетать разные способы борьбы, слабость местных органов власти, предательство изнутри, измена части джадидов, пошедших по пути явной и скрытой поддержки басмачества, националистическая и панисламистская агитация и недостаточно решительная борьба с ними привели к тому, что в конце 1921 г. басмаческое движение приобрело чрезвычайно серьезный характер и приняло огромные размеры: приезд Энвер-паши и переход его на сторону басмачества показал, что движение против революции и Советской власти организовано и руководится людьми, сознательно перешедшими в лагерь империалистов и находящимися на их службе, людьми, во /229/ что бы то ни стало желавшими свержения Советской власти не только в Бухаре, но и во всем Туркестане 115[126].

В течение трех с лишним лет пришлось все силы бросить на эту борьбу. В этих условиях не только не могло быть речи о широких программах хозяйственного и культурного строительства, но с огромным трудом приходилось удерживать то, что было сделано в первый год после революции.

Внутренние раздоры, групповая борьба в партии, как уже было указано, в значительной мере тормозили налаживание партийной и советской работы, способствовали чуждым и враждебным делу революции силам проводить свою линию в работе советских и хозяйственных органов республики: частые измены руководителей Советской власти (Усман Ходжаев, Арифов и ряд других) не проходили без последствий.

Но самой трудной была борьба с правой группой, которая имелась в КП Бухары и которая в борьбе с партией и политикой, проводимой партией и Советским правительством, не гнушалась ничем, вплоть до блока с самыми черносотенными муллами, формирования специальных вооруженных отрядов и т.д.

Эта группа, руководимая видными политическими работниками, приспосабливавшаяся ко всякой новой обстановке и условиям времени, долгое время вводила значительную часть членов партии в заблуждение и поэтому формированию партии и Советской власти - делу революции нанесла значительный удар.

Однако эту группу выдали попавшие в руки, партии некоторые документы, и это обстоятельство вынудило руководителей правой группировки перейти к активным действиям. С этого и началось выступление отрядов Мух. Ходжаева против партии и правительства в 1921 г. *[127] /230/

Война с Польшей, голод, ряд других трудностей в Советском Союзе, окрылявшие надежды врагов революции и приводившие к колебанию неустойчивых друзей, еще более ухудшали положение КП и правительства Бухары. Основная беда заключалась в слабости партийных сил, отсутствии необходимой работы по воспитанию вновь вступившего в партию значительного количества людей, среди которых было большое количество дехкан, рабочих, кустарей. Последние, при правильной постановке дела их воспитания, обучения и подготовки, могли бы служить прекрасной силой, опираясь на которую, можно было бы провести большую работу в деле лучшей организации бедноты, ее активизации, укрепления профсоюзов, союза дехкан, провести более решительную борьбу с элементами, враждебными и чуждыми делу революции, как в низовом, так и в центральном аппарате Советской власти, избавиться от необходимости пользоваться бывшими служащими эмирского строя и поставить на должную высоту вопрос организации борьбы с реакцией, басмачеством и его пособническим аппаратом в стране. Этому вопросу не придавали должного значения, и теперь, убеждаясь на опыте работы, приходится с сожалением констатировать этот факт.

Словом, басмачество к концу 1921 г. приняло такие большие размеры, что руководители басмаческого движения дошли до наглости, до которой не доходили даже самые отъявленные главари басмачества в Фергане и других частях Туркестана. Руководители басмаческого движения дошли до открытых политических требований, их аппетиты выросли по мере выявления нашей слабости. Энвер-паша предъявлял требования об удалении всех красноармейских частей, отдельные руководители басмачества обратились с требованием к представителям Советской власти о переходе на их сторону с угрозами и т.д.

Эмир распространял нелегальные листовки с обещанием о помиловании участников Бухарской революции в случае их перехода на сторону басмачей, если они будут способствовать его делу. Вот образцы некоторых писем от руководителей басмаческого движения в Бухаре. /231/

На правом углу надпись: Саид Энвер, зять Халифа.

"Уполномоченному большевиков в гор. Байсуне **[128].

Мы, уполномоченные населения территории действительной независимой Бухары, заявляем Вам, что мы после перехода через Байсун, с общего согласия, решили продолжать сражение, пока вы не покинете нашу страну. В данное время, избегая напрасного кровопролития, из человеколюбия мы предлагаем оставить нашу страну. Мы тогда с Вами будем друзьями и спасем Вас от голода своей помощью, иначе Вы будете уничтожены подобно Вашим семьям, которые умирают в Вашей Родине с голоду. Сейчас, во избежание создания грехов, мы не желаем лить кровь человечества. Но мы признаем священным долгом сражаться с Вами, ворвавшимися на нашу родину, вопреки желанию нашего народа. Мы очень рады лить свою кровь и быть мучениками на этом пути.

Печати: Мулла Мухамед Ибрагим. Дадхо Абдулла Ходжи. Ходжи Султан Садр, Файзлетдин Газы.

Это письмо Энвер-паши написано за несколько месяцев до его смерти, когда еще он и его друзья, находясь в Байсуне, надеялись на быстрое продвижение вперед, когда они надеялись на то, что к ним присоединятся дехканские массы Средней Бухары (Кашкадарьинский и Сурхандарьинский округа УзССР), что Советской власти в Бухаре не сумеют оказать помощь рабочие и Советское правительство РСФСР; они очень надеялись на силу голода в России.

Энвер всячески использовал малейшие возможности укрепления своего авторитета: рекомендательное письмо бывшего эмира к реакционным главарям полукочевых узбекских племен Восточной Бухары, религиозность населения страны и даже свое родство с турецким султаном. Но все это не помогло ему. Ему удалось собрать вокруг себя только самые реакционные и темные силы. Масса же дехкан даже в Восточной Бухаре не пошла за ним.

В это же, примерно, время, в ответ на наше обращение, мы получили письмо от некоторых главарей басмачества. Первая характерная особенность этого письма заключается в том, что среди авторов ее находится /232/ человек, бывший когда-то джадидом и принимавший далеко не пассивное участие в борьбе с эмиратом.

Вторая особенность этого письма заключается в том, что авторы его пытаются соединить "национальные" буржуазные лозунги с идеями панисламизма. Для них вопросы о независимости, свободе и о сладкой родине служат прикрытием в их борьбе против того пути развития революции в Бухаре, по которому это развитие пошло. Они, видите ли, хотели быть за родину и свободу, только без коммунистов, без таких органов революционной диктатуры, как ЧК, без союзников и защитников Бухарской революции, т.е. без руководства РКП, Коминтерна и т.д.

Этим, конечно, объясняется их злоба против русских рабочих и красноармейцев и против коммунистов-бухарцев.

Они знают, что без помощи пролетариата Союза и Красной Армии революционное правительство Бухары не справилось бы в борьбе с басмачеством, которому активно помогали отдельные авантюристы, как Энвер-паша, панисламистские организации и косвенно, а иногда и непосредственно, некоторые сопредельные с Бухарой страны.

Письмо адресовано на имя А. Аминова и Ф. Ходжаева.

Вот его содержание ***[129].

Примите наш привет, благодаря бога мы пользуемся здоровьем.

Ваше бессмысленное письмо нами получено. Мы крайне удивляемся Вашему к нам странному вниманию. Вы в своем письме пишете: "Вы с начала бухарской революции много работали, но в тот момент, когда предполагалось выдвинуть Вас на весьма важный пост по военным делам, Вы, обманываясь уговорами некоторых бессовестных лиц, расстались с нами, приезжайте. Ваши заблуждения Вам будут прощены". На подобное Ваше к нам внимание мы еще раз удивляемся потому, что Вы с помощью своих братьев русских большевиков, войдя на территорию Бухары, пролили кровь народа (нации) и навсегда уничтожили достояние золота и хлеба, одним словом, все необходимое добро народа, растоптали священные места, как мечети и медресе, у бедного населения отняли посредством ЧК имущество и жизнь, называя его аксакалом, контрреволюционером, баем и буржуем. Взялись за осуществление идеи большевизма и коммунизма.

За кусок хлеба продали проклятым русским свою религию, веру и совесть. Гнет и мучение развертывались русскими больше- /233/ виками. Бухарская независимость была только слышна на словах, а в действительности она не была видна на деле. Поэтому один из старых бухарских революционеров - герой Усман Ходжа, несмотря на то, что он был председателем бухарской республики, объявил против русского консула и Вас честную войну. Он не смог переносить все это иго. Я, как один из сыновей нашей родины, ради благополучия и прогресса страны, героически сражался и буду сражаться с русскими большевиками и изменниками вроде Вас.

Ни один из сыновей Бухары - действительных героев нашей нации, ни в коем случае не может согласиться с Вашей поганой идеей и не продаст свою честь и совесть.

Сегодня мы видим, что население Бухары - в количестве 1,5 миллиона в стенах и на горах, с горячей кровью, держа в руках сабли, сражается с изменниками народа (нации), и мы же, совместно с истинными сыновьями нашей благородной (сладкой) родины, будем бороться против Вас, коммунистов, за независимость и процветание. Мы не басмачи, истинные покорные служители нашей нации, будем отгонять из нашей родины наших врагов русских и навсегда покончим с ними. Наш путь и идея, слава богу, истинны и наша работа час за часом все развертывается без срыва. Для участия в священной войне со всех сторон стягиваются и добровольно собираются мусульмане с оружием в руках, которые совместно с нами, борются за освобождение религии ислама и мусульман. Все за победу ислама, потому мы уверены, что в ближайшее время очистим благородную (сладкую) родину и уничтожим неверных и нечестных.

Затем в своем письме пишете: "Если наше предложение не будет принято Вами во внимание, то будет показана Вам наша сила и отпор". Подобное заявление Ваше мы считаем нашим истинным стремлением, мы всегда готовы идти в бой против Вас, несмотря на пушки и пулеметы ваших товарищей. Победа зависит от бога, он кому даст, тот будет иметь все. Мы никогда и ни за что не будем отступать от битвы, будем идти вперед.

Мы удивляемся тому, что Вы такой герой - главарь изменников нации, все слышите от народа только одно негодование.

Дорогие! Простите нас за совет, пока не поздно вступите и получите от народа (нации) благодарность за заслугу, работайте в рядах воюющих за ислам, чтобы в истории изображалось популярное Ваше имя.

Далее желаем Вам здоровья.

18 рамазан 1340 г. 116[130]

Если хотите быть в союзе с воюющими за ислам, то удалите от благородной (сладкой) родины русских, тогда совместно будем работать ради процветания родины - это единственное наше стремление. С почтением:

Главнокомандующий Газы Бухарский революционер Кары Абдулла. Наркуль Батыр Даниял-Бек Эллик-Баши. /234/

Момент получения этих писем, как я указывал, совпадал со временем наиболее активной деятельности басмачества; расположение сил басмачества к этому времени было следующее.

В Восточной Бухаре действовали следующие басмаческие группировки - Энвер-паша, Давландмаидбей в районах Гиссарской долины вплоть до таджикской части Локайского района.

Ибрагим-бек - весь район Локайской долины, его влияние распространялось на Локайский район Кулябского вилаета.

Группировка Тугай-Сары непосредственно руководилась также Ибрагим-беком.

Фузаил Максум возглавлял 8 остальных группировок Гармского, Каратегинского и других горных вилаетов.

В Средней Бухаре, в Кашкадарьинской и Сурхандарьинской долинах действовали басмаческие шайки под руководством Хурам-бека. В Сурхандарьинском - Турды, Тогсаба - в Кашкадарьинском. Под их влиянием фактически находился целый ряд других мелких шаек.

В Западной Бухаре - Курбаши Кохар, Джура Амин, Агзам Ходжа, их влияние распространялось и на Юго-Западную Бухару.

Всего в это время (начало 1922 г.) во всех этих группировках было свыше 20000 джигитов. Естественно, что только что сколачивающиеся молодые части Бухарской Красной Армии не могли взять на себя целиком эту тяжелую борьбу. Малочисленные, плохо обученные части милиции также были очень слабы.

Несмотря на это, как части Бухарской Красной Армии, так и красной милиции не раз показали образцы прекрасной работы в борьбе с басмачеством, в силу того, что до начала 1922 г. части РККА в Бухаре были очень недостаточны.

В первый период борьбы охрану городов и важнейших пунктов республики несли на себе малочисленные отряды Бухарской Красной Армии и милиции, но они могли справиться лишь с задачами обороны этих важнейших пунктов и только; что же касается активных наступательных действий - с такой задачей эти части не могли /235/ справиться. А положение было очень и очень напряженное.

В конце 1921 г. был такой момент, когда поощренные различными контрреволюционными группировками внутри Бухары, а также видя, что Советское правительство медлит с переходом к активным действиям и, учтя это как показатель слабости Советской власти, западная бухарская группировка басмачества во главе с Кохаром Курбаши и целым рядом других повели наступление на два крупнейших города республики: на столицу республики г. Бухару и на Кермине. Руководящие работники партии и правительства находились в это время по делам в Москве, и это наступление басмаческих шаек создало огромную панику среди населения Бухары 117[131]. /236/

НАЧАЛО УСПЕХОВ В БОРЬБЕ С БАСМАЧЕСТВОМ

Преодоление басмачества, дело организации борьбы с басмачеством в Бухаре было связано с огромными трудностями. Оно было связано с необходимостью проведения большой работы по сплочению членов партии, их мобилизации, проведению решительной борьбы в отношении колебавшихся.

Чистка правительственных органов от пособнических элементов, изгнание из Бухары значительного количества прибывших туда из разных мест авантюристов и преступных элементов, борьба со сторонниками Энвер-паши и т.д. - все это не могло быть сделано только одними силами Коммунистической партии Бухары. Для этого требовалась помощь российского пролетариата и твердое руководство РКП.

Работа по осуществлению всех перечисленных выше мероприятий, которая шла недопустимо слабо ввиду больших трений внутри Коммунистической партии в Бухаре, ввиду ожесточенной борьбы между правыми, левыми и так называемым центром, требовала руководящих указаний Коминтерна и РКП 118[132].

Нужно сказать, что, к счастью, эта помощь Бухаре была оказана немедленно, как только все эти вопросы были поставлены, и только благодаря этому в начале 1922 г, завершилась борьба с правыми. То, что было недоделано в период 2-го партийного и советского /236/ курултая, было полностью осуществлено к началу 1922 года 119[133].

Исключительная настойчивость по осуществлению всех революционных мероприятий дала значительное облегчение нашему делу и с этого периода начинается уже планомерная борьба. Наскоро сколачиваются милицейские части во главе с ревкомами, которые, имея широкие полномочия, начали борьбу с вступившими уже в район самой Бухары басмачами.

Несколько эскадронов из конницы Буденного закрепили первые победы, достигнутые путем нанесения коротких ударов. Вслед за этим организовался Реввоенсовет, который взял в свои руки организацию планомерной военной борьбы 120[134].

Но настоящий перелом в борьбе получился летом 1922 г. к моменту открытия 3-го Всебухарского курултая Советов 121[135], когда мы научились сочетать военные операции с проведением ряда комбинированных мер (военная работа, хозяйственная помощь, борьба с пособничеством), что в итоге принесло полнейшую победу революционных сил, дало возможность разгромить Энвер-пашу и занять советскими войсками значительную часть Восточной Бухары. /237/

ВОПРОСЫ ХОЗЯЙСТВЕННОГО СТРОИТЕЛЬСТВА

Все эти обстоятельства и связанная с трудностями организация борьбы с басмачеством, развитие военных действий, естественно, не давали возможности приступить к планомерной советской и хозяйственной работе. За это время еще больше усугубилось плохое хозяйственное положение страны. Нэп, который был объявлен в РСФСР, не был еще использован в Бухаре 122[136]. Ряд мероприятий, намеченных правительством в этот период времени, был осуществлен лишь частично. Декларация правительства являлась большой уступкой не только в области хозяйственной политики, ибо следствием ее было проведение соответствующих изменений конституции, которая была пересмотрена 3-м Всебухарским курултаем 18 августа 1922 г.

Вот что гласила эта декларация, опубликованная еще в 1921 г.: /237/

Революционное правительство Бухарской Народной Советской Республики, учитывая тяжелое экономическое положение страны и всемерно стремясь найти из него выход, признало необходимым обратиться к народу Бухары с нижеследующими положениями, являющимися программой правительства в области возрождения страны.

Считая, что выход из тяжелого хозяйственного положения страны заключается в увеличении во что бы то ни стало производства материальных благ и продуктов, в повышении производительности труда, в использовании еще нетронутых естественных богатств страны и ее живых сил, правительство БНСР:

1. Торжественно подтверждает право граждан Бухары на полное распоряжение и пользование приобретенным законным путем имуществом. Отныне устраняются всякие стеснения в отношении размеров капиталов, которыми владеют граждане.

2. Объявляет полную свободу торговли в пределах Бухары всеми предметами и продуктами, за исключением особо оговоренных, являющихся собственностью республики, либо изъятых по соображениям государственной важности из обращения.

3. Ставит своей задачей подготовить в ближайшее время переход к упорядоченному денежному обращению на основе денег с твердой ценностью.

Исходя из того положения, что за последнее время народ Бухары сильно обеднел и имеет мало свободных капиталов, революционное правительство БНСР предлагает гражданам, в случае недостатка единоличных средств и сил, объединяться в торговые промышленные товарищества, компании, в потребительские общества для концентрации, таким образом, капиталов и средств и направления их в наиболее важные отрасли народного хозяйства.

Правительство БНСР считает своей первейшей обязанностью оказание всемерного содействия путем организации самого широкого государственного кредита и помощи нужными орудиями и техническим содействием специалистов вновь возникающим коллективным и единоличным предприятиям, ставящим своей целью осуществление нижеуказанных хозяйственных задач:

а) в добывающей промышленности: добыча соли, алебастра, извести, камня и других строительных материалов, добыча твердого и жидкого минерального топлива и масел, добыча металлов, имеющих промышленное значение (железо, свинец, олово и др.);

б) в обрабатывающей промышленности: обработка волокнистых веществ, хлопка, льна, джута; хлопкоочистительные предприятия, ткацкие, прядильные и т.п. заводы и мастерские; гренажные и шелкообрабатывающие заведения: предприятия по обработке продуктов земледельческого хозяйства: мельницы, мукомольни, рисоочистительные предприятия; маслобойные, мыловаренные и свечные дела; кожевенная и сапожная промышленность, шерстомотальное, кошеменное и ковровое производство, выделка металлических изделий и утвари; кирпичное, гончарное и посудное дело, полиграфическое производство и др.; /238/

в) в земледелии: орошение неиспользованных государственных земель, улучшение существующей оросительной сети, устройство лесных и промышленных садовых насаждений, заготовка строительного леса и древесного топлива, сбор дикорастущих лесных плодов, лекарственных и имеющих строительное значение растений (кожевенные дубители и пр.);

г) в скотоводстве: разведение лошадей, крупного и мелкого рогатого скота, верблюдов, как на стойловом содержании, так и используя имеющиеся пастбища;

д) в транспорте: устройство путей сообщения и содержание на них разного рода перевозочных средств: автомобилей, экипажей и т.д.; открытие транспортных контор, пассажирских и товарных станций и складов, постройка и использование речного транспорта (пароходы, барки, каюки и прочее).

Для выработки подсобных правил по получению отдельными лицами и коллективами имущества казны и предприятий на началах аренды, найма и т.п., по установлению порядка связи с государством, контроля и участия со стороны последнего, а также финансирования образуется при народном экономическом назирате специальная комиссия с широкими полномочиями, ведающая всеми делами по оказанию помощи вышеуказанным начинаниям в деле хозяйственного строительства молодой БНСР.

Эта декларация, значительно расширяющая рамки для развития капитализма, предоставляющая инициативу предпринимателям, не дала заметных результатов. Несмотря на обширную программу хозяйственных мероприятий, перечисленных в декларации, дело ограничилось лишь некоторым развитием торговли. В сельское хозяйство и в промышленность частный капитал не шел.

Но тем не менее конец 1922 г. можно назвать началом более или менее систематической хозяйственной работы,

К этому времени относятся такие мероприятия, как правильная организация работы госторгов, усиление вывоза сырья - хлопка, шерсти, каракуля и другой сельхозпродукции на советские рынки, начало налаживания товарообмена между городами и деревней, организация Бухарского государственного банка для финансирования этих операций, организация ряда коммерческих предприятий с участием частного капитала, начало организации налогового аппарата и первые шаги к упорядочению денежной эмиссии и переходу на бюджет.

Здесь мы считаем не излишним привести некоторые, хотя бы краткие, цифровые данные, которые более пол- /239/ но могли бы показать состояние дела в области хозяйственного и культурного строительства Бухары.

Наилучшим показателем постепенного хозяйственного оздоровления такой, как Бухара, страны служит сельское хозяйство и как раз в этой области народного хозяйства мы имеем заметное улучшение, которое выразилось прежде всего в росте поливных площадей, и в особенности хлопковых. Так, по данным правительственного отчета от августа 1923 г., мы видим, что площадь хлопчатника выросла до 25000 десятин.

Ассигнованный на нужды восстановления сельского хозяйства миллион рублей золотом оказывает соответствующее воздействие на постепенный рост поголовья каракульских стад, а также всего животноводства, на поднятие цен на хлопок, каракуль и другие виды продукции с. х., еще более стимулирует эту восстановительную тенденцию в народном хозяйстве. Так, по товарообменным операциям с Советской Россией средние цены на каракуль достигают 6-7 руб. за шкурку и на хлопок 10-11 руб. за пуд, т.е. фактически достигают уровня довоенных цен.

Налаживающаяся работа Бухгосторга, а также и соответствующих трестов РСФСР все более увеличивает количество завозимых в Бухару промышленных товаров, что способствует снижению цен на все промышленные товары, выравнивает существовавший разрыв и дает возможность быстро вытеснить с рынка дорогие и худшие по качеству англо-индийские товары.

Организуется более правильное и планомерное снабжение кустарей сырьем и полуфабрикатами, кустари начинают организовываться в артели, постепенно начинают кооперироваться, увеличивается продукция промышленности и кустарных изделий.

Рост сельского хозяйства, увеличение продукции промышленности кустарных изделий, рост товарооборота показывает и работа банков к этому времени. Кроме Бухарского государственного банка, открывается еще банк для кредитования сырьевых заготовок и коммерческих организаций - это Ср.-Аз. коммерческий банк и С.-Х. банк, которые должны обслуживать специально сельское хозяйство. Общий размер капиталов этих трех банков оценивается кругло в 10 млн. рублей золотом. /240/

Все это приводит к налаживанию бюджета и росту государственных доходов. Так, например, доходные статьи государственного бюджета, которые в 1921 г. составляли совершенно незначительную цифру, в 1922 г. определяются уже в размере свыше 2 миллионов, а в 1923 г. в связи с общим ростом народного хозяйства доходят до 8 миллионов рублей золотом.

Это укрепление финансов находит соответствующее отражение в работе правительства по восстановлению разрушений, произведенных эмиром и басмачеством. К этому периоду, например, относится начало восстановления железной дороги Бухара-Термез, усиление телеграфной и телефонной связи и утверждение программы восстановления имеющихся разрушений в г. Бухаре, Кермине, Карши, Денау и т.д. свыше чем на один миллион золотом.

Особенно усиливается работа в области народного образования и здравоохранения.

Так, средства, ассигнованные на нужды народного образования, составляют, вместе со средствами вакуфов свыше 2 миллионов рублей, или 25% всего государственного бюджета.

Объем работы в области здравоохранения определяется прежде всего значительным расширением сети медицинских учреждений, ростом амбулаторий, аптек, усиленным завозом из Советской России и Германии медикаментов и все увеличивающимся количеством медперсонала. К этому времени в республике мы имеем врачей специалистов - 24, среднего медицинского персонала - 136, низшего - 154 человека. Кроме того, открывается тропический институт, стоимость оборудования которого составляет свыше 150 тысяч рублей золотом. Оборудование было приобретено в Германии.

Мы перечислили здесь только основное и самое важное. Но и в ряде других областей сделано было немало.

Однако все это носило довольно хаотический характер; бессистемность, отсутствие учета, бережливости и контроля над деятельностью частного капитала характеризуют этот период хозяйственной деятельности в Бухаре. Необходимо упомянуть здесь еще об одном крупном факте - это вопрос об экономическом объединении Бухары, Хорезма и Туркестана 123[137]. /241/

Вопрос этот был поднят по инициативе Туркестанской республики и составил весьма значительный шаг вперед в деле правильной организации и налаживания хозяйственной жизни, но был недооценен Бухарой.

Пишущий эти строки из-за этой недооценки общих интересов между этими республиками в значительном ряде вопросов хозяйственного и культурного строительства, в качестве председателя правительства, известное время считал целесообразным не проводить эту меру. Но ход событий, последующие факты и жизненные интересы страны несколько позже показали, насколько необходимо было это мероприятие.

Именно в результате конференции среднеазиатских республик и работы ее исполнительного органа лишь к лету 1923 г. после большой реорганизации всего советского и хозяйственного аппарата, после основательной их чистки и борьбы с некоторым разложением в верхушках нашего аппарата, связанного с ростом капиталистических элементов, и при помощи ряда работников с большим хозяйственным опытом, переброшенных из Туркестана, вся наша работа начала входить в более нормальные рамки.

Несмотря на принесенное басмачеством разорение, сельское хозяйство стало восстанавливаться быстрым темпом. Были начаты работы по восстановлению ирригации, хлопководства, животноводческого хозяйства и т.д. и успешно начала выполняться строительная программа по восстановлению всего разрушенного. Хозяйственное положение в Бухаре в этот период еще не было в блестящем состоянии, но уже не находилось на той стадии больших трудностей, в которой очутилось к моменту разгара борьбы с басмачеством. /242/

ПОЛОЖЕНИЕ В ВОСТОЧНОЙ БУХАРЕ

Все это дало возможность партии и правительству обратить особое внимание и на Восточную Бухару, где все еще продолжало существовать в довольно значительных размерах басмачество и где в силу этого еще имели место невиданных размеров разрушения, которые привели население к полнейшему разорению.

Оторванная отсутствием путей сообщения, находящаяся вдали от крупных центров советских республик и /242/ вблизи границ Афганистана, В. Бухара была объектом действий не только внутренних сил басмачества, но и нападения различных бандитских шаек, которые формировались на той стороне границы. Не случайно здесь начали свои действия Энвер-паша и его последователь бандит Салим и целый ряд других авантюристов.

Народное хозяйство в этом районе приобрело полностью натуральный характер, посевные площади сократились до крайних пределов, население вынуждено было уходить с насиженных мест в горы. Скотоводство, когда-то крупнейшая отрасль хозяйства этого района, совершенно пришло в упадок: от крупнейших конских табунов, от лучших карабаирских пород лошадей не осталось и следа. Все это было уничтожено грабителями, басмачеством, угонялось за границу. Население дошло до такого состояния, что уже не могло прокормить самого себя.

Советского аппарата в этих районах, как правило, не существовало. Ревкомы существовали лишь там, где были воинские части. При этих условиях не приходится, конечно, говорить о какой-либо работе с беднотой, организации самого населения на борьбу с басмачеством, о проведении тех или иных хозяйственных и культурных мероприятий.

Необходимо было покончить с этим положением, разбить басмаческие шайки, уничтожить и изгнать из пределов страны их главарей и сознательную контрреволюционную их часть, создать условия для возвращения к мирному труду всем тем элементам, которые были втянуты в борьбу обманным путем и путем насилия, начать проводить хотя бы элементарные хозяйственные мероприятия по восстановлению района, наладить советскую работу, создать условия улучшения материального положения, поднятия культурного уровня населения, наладить работу с батрацко-бедняцкой частью дехканства и т.д.

Все это требовало усиления В. Бухары силами и средствами, а самое главное - создания таких условий, чтобы чисто военная работа была увязана со всей работой советских органов в целях осуществления возможности проведения одновременно различных мероприятий. Все это партия и правительство поручили особо для этой цели организованному Ревсовету Восточной /243/ Бухары, в состав которого входили членами: командир 13-го стрелкового корпуса тов. Павлов, тов. Мулин и пишущий эти строки - в качество председателя 124[138].

Можно определенно сказать, что с этого момента (июль 1923 г.) началась планомерная систематическая борьба за советизацию Восточной Бухары. Нам за короткое время удалось сделать не очень много, но то, что удалось сделать тогда, составило значительную победу Советской власти.

Наши мероприятия в основном выразились, прежде всего, в нескольких хорошо продуманных военных ударах по наиболее организованному и сохранившему себя басмачеству.

В дальнейшем они были направлены на правильное продовольственное снабжение армии и населения немногочисленных городов, на организацию и вовлечение в различных видах населения на борьбу с басмачеством; на мероприятия по возвращению ушедшего в горы населения к прежнему их постоянному местожительству; на районирование Восточной Бухары на вилаеты, тумены, кенты и организацию там власти в виде ревкомов, в которые входили представители населения данной местности; на организацию массовых съездов общевилаетских, национальных (тадж., узб., киргизск.), племенных (локай и пр.), на которых были обсуждены все наиболее важные вопросы тогдашнего времени и некоторые практические вопросы национальной политики.

Были восстановлены базары, организован впервые после 1918 г. товарооборот, на значительную сумму было вывезено промышленных товаров и начата заготовка всевозможных видов сырья. Были введены упрощенные и минимальные ставки налога и отменены все сохранившиеся незаконные поборы.

В Душанбе были организованы филиалы всех центральных бухарских советских учреждений, на кои была возложена организация всей работы периферии. С этого момента начали функционировать и три советских школы: в Каратаге, в Душанбе и Кулябе.

Прибыли из Бухары товарищи по линии профорганизации союза дехкан, кооперации для налаживания работы с беднотой и батрачеством, для их организации помощи. /244/

Как результат этих мероприятий, мы имели и заметное улучшение дела даже в течение первых трех-четырех месяцев. Отдельные басмаческие шайки начали сдаваться, сдавались и крупные главари, как, например, Барат. Он сдался, имея более 200 вооруженных людей. В результате всех этих и целого ряда потребовавших огромной работы других мероприятий партии и правительства Бухары басмачество в значительной степени ослабело. /245/

СОВЕТСКОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО. НАЦИОНАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА

Вопрос советского строительства также ставится в центре внимания. С улучшением хозяйственного положения страны и постепенным повышением материального благосостояния широких масс дехканства и городской бедноты и с укреплением партийного руководства началась серьезная работа в области советского строительства.

Ранее установленная структура органов Советской власти, хотя и не изменилась, но были внесены значительные изменения в содержание работы Советов.

Военные или ревкомовские методы отживали свои дни, начали нормально функционировать выборные Советы, принимались меры по очистке их от чуждых и примазавшихся элементов.

Более широко стали вовлекаться в советское строительство дехканство и беднота. Из их среды уже значительное количество людей было выдвинуто в центральные органы власти, в наркоматы, вплоть до Президиума Всебухарского ЦИКа. Все это имело большое оздоравливающее значение.

Большая работа была проделана в области проведения национальной политики партии. В это время получило свое завершение начавшееся еще в 1922 г. практическое проведение в жизнь созывом киргизского, казахского и туркменского съездов обслуживание нацменьшинств.

Помимо улучшения хозяйственного и культурного положения масс этих национальностей, были созданы в районах и округах специальные органы Советской власти по работе среди этих национальностей. При Бухарском /245/ ЦИКе, как уже было указано, был создан специальный туркменский отдел, который, кроме вопросов хозяйственного и культурного обслуживания, вел еще большую, чисто административную и правительственную работу.

Существовавшая до этого недооценка национального вопроса, такие заявления, что в Бухаре все национальности едины, вынуждены были уступить место большой плодотворной работе, исходившей из необходимости оказать возможно более широкую помощь ранее угнетенным эмирским правительством национальностям.

Социальная политика и работа в области труда тоже получили начало своего конкретного разрешения в виде целого ряда законодательных актов и формирования не существовавшего ранее специального комиссариата труда и социального обеспечения.

Большое внимание было обращено на формирование национальных красноармейских частей. Впервые в истории Бухары после революции 1920 г. началось формирование воинских частей на основе закона всеобщей воинской повинности, которую, однако, проводили не полностью. Военно-политическая работа, хромавшая ранее ввиду участия людей в борьбе с басмачеством, стала налаживаться, и части получили возможность пройти военно-политическую подготовку. Улучшилось также и материальное положение красноармейцев.

Вопрос о народном образовании 125[139], хотя и не получил (и не мог получить) своего окончательного разрешения, тем не менее, был продвинут значительно вперед. На народное образование Советское правительство тратило значительные суммы.

Линия в этой области заключалась в том, чтобы по возможности скорее всю страну покрыть новыми советскими школами и охватить ими возможно большее количество детей, чтобы избавить их от необходимости в поисках образования поступать в старометодные школы. Здесь очень часто дело доходило до того, что правительство было вынуждено давать целый ряд льгот в пользу родителей учащихся детей - так, например, на протяжении известного периода 1920 г, родители учащихся детей получали различные льготы, если их дети непрерывно учились в советских школах. /246/

Вопросы подготовки педагогических кадров также занимали значительное место в работе НКПроса, ибо было ясно, что расширение сети школ и осуществление задач обучения, хотя бы постепенно, 95-96% неграмотного населения совершенно не могли быть осуществлены без соответствующих педагогических и культурных кадров.

В соответствующих школах и курсах, которые были также организованы правительством, готовились работники советского и хозяйственного аппаратов. Значительное количество людей посылалось для прохождения учебы из различных пунктов Бухары.

То же самое в области здравоохранения. Место табибов 126[140] заняли врачи - они работали не только в центре, но и в округах. Но наиболее значительное мероприятие правительства в этой области относится к 1922 г., когда правительство для борьбы с малярией - этим подлинным бичом населения Бухары, призвало известного специалиста в этой области д-ра Исаева 127[141] и когда по разработанной им программе оно наметило чрезвычайно серьезную работу по этой линии - организацию Тропического института, завоз огромного количества медикаментов, борьбу с табибами, большую работу по осушению болот, расчистке закешей и т.д. В результате эти мероприятия дали возможность в значительной степени избавиться от малярии и целого ряда других болезней.

Из ряда важнейших вопросов два чрезвычайно важных из них остались в Бухаре неразрешенными. Это - земреформа и раскрепощение женщин. В этих вопросах главным образом сказался значительный консерватизм многих наших товарищей. Слов нет, что трудно было в то время осуществить в Бухаре эти мероприятия, но подготовительные работы можно было бы вести более интенсивно, а этого не делалось или делалось в этом отношении очень мало.

Привожу в качестве характерного факта, что в начале революции, когда две женщины открылись, то находившиеся во главе руководства правые элементы решили их арестовать, и единственное место для этих женщин было найдено в тюрьме. Одна из этих женщин тов. Хасият все же до сих пор осталась в качестве активистки и, насколько мне известно, работает по /247/ линии женотдела. Но, несмотря на это, Бухара конца 1923 г. и начала 1924 г. была уже совершенно иной, чем в начале революции.

Все это сказалось прежде всего на состоянии самой Компартии. Положение партии было охарактеризовано секретарем ЦК КП Бухары Позднышевым в его речи на съезде в конце 1923 г. следующим образом:

"Только после 3-го съезда партии ЦК и наша партия могли приступить к широкой организационной работе в различных отраслях партийной жизни. До 2 съезда этой возможности у партии не было. Партия раздиралась борьбой внутрипартийных группировок, не была спаяна единством партийного мнения и, конечно, в такой обстановке не могла вести сколько-нибудь плодотворной работы. Лишь теперь, после более чем годичного периода упорной, систематической работы, после проведения нескольких искусственных операций по очищению организма партии от гнойных наростов (чистка 1921-22-23 гг.), можно говорить, что группировки и течения, которые были внутри партии, если еще не изжиты окончательно, то, во всяком случае, внешне умерщвлены и потеряли внутри партии почву и опору. Наша партия в настоящий момент является более, чем в какой-либо из прошлых периодов своего существования, спаянной. И при условии, если мы в будущем также твердо будем проводить взятый курс на искоренение внутрипартийных группировок, на укрепление наших партийных организаций, то, несомненно, мы добьемся еще больших результатов и сумеем создать крепкую, сильную своим единством Коммунистическую партию Бухары, способную осуществить исторические задачи по отношению к трудящимся массам Востока".

И это верно. /248/

ОДНО ИЗ ОСНОВНЫХ ДОСТИЖЕНИЙ

За это время, под влиянием мероприятий, проводимых Коммунистической партией и Советской властью, гражданской войны (борьба с басмачеством) и тех изменений, которые происходили в области хозяйства и роста культурного уровня, в населении произошли значительные сдвиги. Эти сдвиги прежде всего сказались на процессах классовой дифференциации.

Медленно, постепенно, но неудержимо шел этот процесс: городская беднота, батраки, маломощные дехкане начали все более сознавать свои собственные интересы, усиливалась их организованность, поднималась их политическая активность. В ходе развертывания борьбы с басмачеством эти социальные силы оформлялись в самостоятельную силу. Партия и Совет- /248/ ская власть, опираясь на них, получили возможность уже более решительно поставить ряд таких вопросов, как реформу вакуфного дела - в смысле изменения направления средств, поступавших до сих пор в пользу мечети и медресе, реформу старого казийского суда и т.д.

Этот процесс дифференциации привел, с другой стороны, к тому, что байство и наиболее богатая часть дехканства заняли определенно враждебную по отношению к Советской власти позицию, в то время как беднота и отчасти середняки, все больше активизируясь, переходили к непосредственным действиям, принимали участие в борьбе с басмачеством, создавая особые отряды, вплоть до вооруженных палками.

Байство, муллы и крупные землевладельцы старались всячески сохранить остатки разбитого басмачества. Они доходили до открытых действий против Советской власти и т.п. Но все это уже не могло задержать хода начавшегося процесса усиления революционных позиций, который шел своим чередом. Городские пролетарские элементы и кустари объединялись в профессиональные союзы, беднота и середняки объединялись в Союз дехкан и начали определенным образом влиять на весь ход дальнейших событий, на всю работу правительства и партии. Для характеристики степени организованности этих социальных слоев приведем некоторые данные, начнем с профдвижения. Согласно отчету, представленному к 1-му Всебухарскому съезду профсоюзов в январе 1923 г., всех объединенных в Союзе было около 12000 человек, в число которых входили: строители, пищевики, чернорабочие, медицинские работники, просвещенцы, советские служащие, металлисты, ткачи, работники транспорта и т.д. Сеть профессиональных организаций распространялась в вилаетах Бухарском, Каршинском, в Ширабаде, в Керках, Кермине и так далее.

Несмотря на незначительность промышленного пролетариата, такое значительное количество объединенных в профсоюзы объясняется присутствием кустарей, которые, по тем же данным, составляли свыше 60% всех членов профсоюзов.

У нас, к сожалению, нет данных о количестве дехкан, объединенных Союзом дехкан 128[142], но достаточно /249/ приведенной справки о профдвижении. Достаточно вспомнить, что до 1920 г. в Бухаре вообще профдвижение было неизвестно, чтобы понять, какое огромное политическое и практическое значение имели эти 12000 человек, которые были объединены в профсоюзы, и как они влияли на соотношение сил различных социальных слоев населения.

Все эти обстоятельства привели к тому, что Советская власть могла постепенно начать проводить целый ряд важнейших, еще не проведенных к этому времени, мероприятий и подготовить созыв 5-го Всебухарского курултая.

5-й Всебухарский курултай совпал со значительными достижениями и победами во всех областях работы. Этот курултай подвел итоги пройденного этапа развития Бухары. На 5-м Всебухарском советском курултае Бухара была объявлена социалистической республикой, и на этом курултае было принято решение о национально-территориальном размежевании народов Бухары, Чтобы более наглядно и конкретно показать достижения Советской Бухары за этот период, приведу здесь важнейшие части сохранившегося у меня конспекта доклада правительства 5-му Всебухарскому курултаю 129[143]. /250/

БУХАРА В 1924 ГОДУ

"1. 5-й Всебухарский курултай собирается в этом году, чтобы разрешить целый ряд важнейших вопросов государственного значения. Правительство, отчитываясь перед представителями трудящихся за год своей работы, должно констатировать в первую очередь наступившую полосу мира. Это серьезнейшее из достижений правительству удалось в результате огромнейшего напряжения всех усилий трудящихся, главным образом самодеятельности широких слоев дехканского населения, при развивавшемся их активном участии в борьбе с басмачеством. Мы имеем несравненное с прошлым увеличение сети аппаратов, комплектованных из самих трудящихся, и рост их влияния. За этот год нам удалось пропустить через финансовые, налоговые, советские и юридические курсы сотни молодых работников и оживить ими работу низовых аппаратов, без /250/ коих не могло быть и речи об активном участии населения в строительстве республики. Наконец, нам удалось построить сносную сеть экономических органов в вилаетах и туменах. Укрепление этого положения, стройности и связанности в работе этих органов является нашей очередной задачей.

2. Еще на 4-м Всебухарском курултае главное наше внимание было обращено, в отличие от прежних лет, не на военную сторону борьбы с басмачеством, а главнейшими вопросами, которым было уделено значительное время, были вопросы советского строительства, мероприятия по оздоровлению нашей экономики и, наконец, как самостоятельные, вопросы финансово-бюджетного характера. Отсюда нельзя, конечно, выводить заключения, что басмачество к тому времени было изжито и что с ним не приходилось считаться; басмачество тогда в самом деле существовало, хотя главнейшие его силы были разбиты и оставалось докончить начатую работу по ликвидации его остатков. Вопросы советского, хозяйственного, финансового и пр. характера, наоборот, ставились как самые важные вопросы, ибо тогда еще, на основе прошлых опытов, было ясно, что одних военных мер для ликвидации басмачества недостаточно, что существование басмачества в значительной мере зависит от общего положения и экономического состояния нашей республики, от степени отношения широких масс населения к органам Советской власти и т.д.

3. Поэтому, приступая к очередному отчету правительства, мы обращаем внимание курултая, еще больше, чем когда-либо, главным образом на эти вопросы, на наши ошибки и достижения в этой области и уже в зависимости от них - и на конкретную обстановку в басмачестве. Нам приходится считаться не с организованным и сильным басмачеством, ибо такового не существует, а с его разбитыми остатками, и в связи с этим останавливаться в большей степени на политико-экономических мероприятиях среди населения. В области борьбы с басмачеством наши успехи очевидны, хотя за первую половину отчетного года мы наблюдали его усиление по всей республике. Тому был ряд причин, как-то: наметившееся недовольство на почве налоговых тягот на сельское население, вялость местных советских /251/ органов и частичный отрыв их от населения. В этой области одно время нам пришлось уделить главное внимание вопросам экономического порядка и предпринять ряд комбинированных мероприятий, как снижение налогов, усиление экономической помощи населению и применение амнистий, наряду с усилением военного нажима. В результате работ правительству удалось фактически очистить Западную и Среднюю Бухару от басмачей. В Восточной Бухаре басмачество также изживается и идет на убыль, и его так же, как по Западной Бухаре, не было бы, если бы последние события в Афганистане не оказали некоторую поддержку басмачеству Восточной Бухары.

4. Решительность и гибкость, которые были проявлены центральными и местными нашими органами, доказывают, что фундамент, на котором мы строили и будем строить новую жизнь, достаточно крепок, несмотря на упущения, ошибки, результатом чего явилось неблагоприятное положение первой половины года, Дефекты нашего аппарата в смысле учета условий, с которыми приходилось и приходится считаться при всяком новом шаге, еще существуют и местами настолько значительны, что еще на долгое время Советскому правительству и самим трудящимся массам придется с ними считаться и постепенно, в порядке повседневной практической работы их изживать.

Экономика.

5. Республика в общем и целом оправляется от понесенных ею в результате трехлетней войны жертв и быстрым темпом идет по пути восстановления нормальной хозяйственной жизни, восстановления основных видов народного хозяйства. Мы наблюдаем значительное увеличение экспорта нашего сырья, что является главнейшим стимулом к росту и увеличению производительности труда дехканина, скотовода и кустаря. Наши импортные операции к настоящему времени достигают огромной цифры, что наряду с оживлением и укреплением кооперации в значительной степени вытеснило частного торговца из оптовой экспортно-импортной торговли. Государственный кредит сельскому населению в целях возрождения основных видов нашего сырья, планирование коммерческого кредита наряду с новым, рациональным построением административного деления с учетом характерных особенно- /252/ стей хозяйственного уклада и тяготения каждого отдельного района и, наконец, усиление и углубление хозяйственного строительства на местах обеспечивают нам в дальнейшем успешное проведение намеченных нами мероприятий в этой области.

а) Национальная политика, б) труд, в) культурно-просветительная работа.

6. Наконец, перед правительством в прежней остроте стояли вопросы организации трудящихся масс дехканства и рабочих, с учетом их национальных и культурно-бытовых условий существования, оказания помощи в деле расширения культурно-просветительной работы среди них. Правительством были приняты меры к удовлетворению их нужд, особенно по вопросам просвещения и здравоохранения, и в этой области, за исключением некоторых недочетов в деле постановки народного просвещения, были достигнуты желаемые результаты. Одной из важнейших задач правительства являлось сохранение национального мира среди трудящихся Бухары, предотвращение и искоренение всякого рода шовинизма. В результате работы, проделанной правительством, пробудилось сознание необходимости выделения национальностей в отдельные республики на основе экономического тяготения районов нашей республики в соответствии с этнографическими и бытовыми особенностями. По воле самих трудящихся и отдельных национальных частей нашей республики, правительство поставило вопрос о национально-территориальном размежевании. В этом отношении переговоры нашего правительства с правительствами СССР, РСФСР окончились успешно. С согласия правительств и народов этих республик, вопрос о национально-территориальном размежевании поставлен на практическую почву. Энтузиазм, с которым встретили трудящиеся всех национальностей нашей республики этот вопрос, доказывает, что этот шаг правительства совпал с вековыми чаяниями национальностей, населяющих нашу республику, и /свидетельствует/ о правильном подходе правительства к разрешению национальной проблемы в Бухаре. Создание Узбекской и Туркменской национальных республик - фактор не только огромной внутренней важности, но он имеет также крупное международное значение. /253/

Внешняя политика: а) Афганистан, б) эмиграция.

7. К настоящему отчетному году нам не приходится говорить специально о наших отношениях и недоразумениях с Афганистаном, поскольку общие условия: укрепление нашей республики, рост влияния и могущества Союза Советских Социалистических Республик - определяют его отношение к нам. За этот год нам не приходилось иметь никаких столкновений с последними, если не говорить о том, что северные пограничные области Афганистана, несмотря на всякие заверения о дружбе со стороны афганского правительства, остаются убежищем для врагов трудового народа. Но мы учитываем всю трудность положения афганского правительства при создавшейся внутри его страны обстановке в связи с происками империалистических государств Запада.

Со всем Союзом Советских Республик нам приходилось выражать сочувствие как афганским трудовым массам, так и афганскому правительству. Мы надеемся, что контрреволюционные происки силами афганского народа будут уничтожены и афганское правительство примет все зависящие от него меры для укрепления и усиления этих отношений.

8. Надежда наших эмигрантов-контрреволюционеров и попытки взорвать Советскую власть басмачеством, спекуляция на наших неудачах окончательно провалились. Советская власть на 5-м году существования сильна и крепка, как никогда. Попытки эмира с помощью афганских реакционеров и английского золота помешать нашей работе путем организации заговоров, посылки своих тайных эмиссаров и т.д. успеха не имели и не будут иметь, поскольку широкие массы дехканства осознали сущность Советской власти и о деспотическом эмирате вспоминают с негодованием. Мы наблюдаем новый поток реэмиграции, и наша политика в отношении реэмигрантов неизменна: мы будем всячески облегчать возвращение рядовых дехканских масс, на деле признавших Советскую власть и раскаявшихся в своих деяниях против нашей республики.

Конкретизируя все вышесказанное, Советское правительство считает необходимым обратить внимание курултая на проделанную работу по каждой отрасли государственного и хозяйственного строительства. /254/

Красная Армия.

1. Красная Армия доведена до 2197 штатных единиц. Состав - почти исключительно граждане БНСР. Комсостав тоже. Число курсантов школы комсостава доведено до 287 человек.

2. Пополнение производится по общеобязательному набору. Ведется учет населения. Старослужащие увольняются. Заменяются молодежью.

3. Хорошо поставлена политработа.

4. Усилена учебная работа. Организовано военно-научное общество. Комсостав командируется в высшие школы СССР.

5. БKA усиленно национализируется.

Сельское хозяйство. Плановые задания в области сельского хозяйства в целом не выполнены.

Тем не менее работа проделана значительная, и с. х. Бухары в этом году заметно прогрессировало. Население возвращается к земле. Посевная площадь хлопчатника (культуры наиболее рентабельной) увеличилась на 100%.

Общая площадь посевов в числе отдельных хозяйств увеличилась также. Последние с 380000 возросли до 425000.

Валовая продукция земледелия доведена примерно до 45000000 рублей.

Животноводство дало экспортных товаров не менее как на 7000000 рублей.

Работа в области сельского хозяйства выразилась в следующем:

1) обследование и изучение, 2) поощрение хлопководства кредитами и льготами, 3) поощрение животноводства освобождением племенного материала от налогов, 4) организация опытного дела и агропомощи, 5) организация ветеринарной помощи, 6) развитие сельскохозяйственного кредитования, 7) землеустройство, 8) снижение с.-х. налога.

В приход государственного бюджета сельское хозяйство дало за этот год около 230000 (67% всех налоговых поступлений).

На нужды с. х. истрачено в 1923-1924 г. около 1250000 рублей.

В план работ 1924-1925 г. включено:

1) установление твердой агрокультурной политики и твердое регулирование с. х. вообще, 2) распростране- /255/ ние с.-х. знаний, 3) учет эксплуатации государственных земельных имуществ, 4) машинизация с. х., 5) поднятие урожайности, 6) расширение посевной площади вообще и посевов хлопчатника в частности, 7) землеустройство, 8) развитие опытного дела, 9) широкое изучение и поощрение животноводства, 10) с.-х. кредитование и снабжение с.-х. инвентарем. На нужды НКЗ ассигнуется 342915 рублей, на нужды с.-х. кредитования - 1880000 рублей, не считая операций госхлопка.

Ирригация. Плановые задания в области ирригации выполнены почти на 100%

Орошаемая площадь доведена до 2800000 танапов 130[144] , это составляет 90% довоенной площади.

Наша ирригационная сеть дает возможность немедленного расширения посевной площади и идет поэтому в голове общей революции сельского хозяйства.

На нужды нашей ирригации государством израсходовано около 180000 рублей и натуральной повинности около 2000000.

На 1924-1925 г. предусматриваются: 1) работы по дальнейшему расширению ирригационной сети, 2) съемочно-изыскательные и фиксационные работы, 3) переустройство существующей сети и прочее:

На эти работы ассигновано:

Из средств БНСР 309500 руб.

СССР 1870500 > Всего около 2180000 >>

Торговля. За истекший год наш торговый аппарат значительно ушел вперед по пути систематизации и расширения своих коопераций, вследствие лучшей своей организованности смог почти на 75% выполнить свои годовые задания по экспорту и около 100% по импорту. Всего за 1923-1924 г. ввезено в Бухару импортных товаров на сумму около 7500000 рублей и вывезено на сумму свыше 10500000 рублей, причем одними бухарскими госпредприятиями и комбинатами ввезено на сумму свыше 5000000 рублей и вывезено на 9000000 руб. с лишком.

За истекший год мы расширили наш рынок, открывая новые торгоотделения в отдаленных районах республики, бросили значительное количество товаров в /256/ Восточную Бухару и всюду организовали наши скупные пункты. Для того, чтобы не прибегать более к посредничеству частных купцов в деле розничной продажи, мы способствовали развитию кооперации и надеемся, что в будущем году эта молодая организация разовьется и оправдает возлагаемые на нее надежды.

Мы снизили цены на мануфактуру, сахар и другие импортные товары и повысили цену на сырье; увеличение цен сельскохозяйственной продукции способствует повышению покупательной способности дехканства и тем самым восстановлению и развитию нашего сельского хозяйства.

Оптовая торговля основными важнейшими видами нашего экспорта и импорта сосредоточена в руках государства, и всякая конкуренция со стороны частного капитала в этой области уничтожена. К сожалению, того же нельзя сказать относительно мелкой розничной торговли, которая, вследствие слабого пока развития кооперации, существует и которую в некоторых районах, где не имеется сильного государственного аппарата, нам даже приходится поощрять.

Несмотря на такую сравнительную успешность, в работе нашего торгового аппарата имеется все же значительное количество недостатков, влияющих на его работу: 1) сеть торговых отделений расширена более чем в три раза (в начале года было 25 отделений - теперь же их 82 и предположено открыть в ближайшее время еще 16, но все же связь с ними до сего времени недостаточно налажена; 2) в работе нашего торгового аппарата иногда замечается медлительность, нерешительность, недостаточная организованность выполнения работ. Эти недостатки нам необходимо изжить путем привлечения квалифицированных опытных работников, а также путем установления особо внимательного наблюдения за работой наших предприятий.

Так как в настоящее время наш торговый аппарат сильно развился и окреп, мы, сообразуясь с товарными возможностями и возрастающей потребностью сельского населения в фабрично-заводской продукции, в связи с восстановлением сельского хозяйства и ростом покупательной способности дехканства на будущий 1924-1925 г., полагаем возможным довести экспорт наших предприятий до 20000000 рублей, импорт до 15000000 /257/ рублей при общем внутреннем торговом обороте в 71000000 рублей.

Промышленность. Наша работа в области промышленности весьма не велика и определяется незначительностью количества наших промышленных предприятий. Из работ, произведенных в этом году, следует отметить восстановление хлопковых заводов, с передачей их госхлопку в целях рационального объединения всего хлопкового дела, и организацию двух новых заводов - кишечного и солодкового. Все эти заводы в настоящее время работают и выполняют в значительной степени свои задания. Кроме заводов, имеющихся в Бухаре, нам принадлежит находящаяся в СССР прядильно-ткацкая фабрика "Красный Восток" 131[145], За отчетный год эта фабрика выполнила 100% своего годового задания и выработала пряжи около 100000 пудов и ткани свыше 8000000 аршин, всего на сумму около 11000000 рублей.

Основываясь на сравнительно благополучном состоянии нашей промышленности и на все возрастающей потребности в обработке и переработке сырья, мы предполагаем на 1924-1925 г. увеличить нашу продуктивность как по хлопковым заводам, в связи с увеличением посевной площади, так и по кожевенному, кишечному и солодковому, а в особенности по фабрике "Красный Восток", доведя ее производительность до 150000 пудов пряжи и свыше 20000000 аршин ткани при общей себестоимости всей продукции не дороже 11000000 рублей.

Банки. Произведенная нами работа по торговле и промышленности и по восстановлению и развитию разрушенного войной и басмачеством сельского хозяйства лучше всего иллюстрируется ростом операций нашего банковского капитала, брошенного нами на помощь торговли и промышленности и разоренному дехканству. Кредитные операции бухарского отделения Среднеазиатского банка за последнее полугодие возросли с 400000 руб. почти до 3000000 рублей, и через банк прошло свыше 370000 штук каракуля, свыше 110000 пудов шерсти и т.п. Операции бухарского отделения Сельхозбанка развиваются в таком же темпе, и в настоящее время ссуды, выданные организованным в этом году 79 с.-х. товариществам на восстановление сельско- /258/ го хозяйства, и специальные ссуды под посев хлопка превышают оборотный капитал Сельхозбанка. На восстановление сельского хозяйства открыт кредит в размере до 540000 рублей и фактически выдано свыше 350000 руб. Специальные ссуды под посев хлопка достигают до 300000 рублей.

При кредитовании банковской коммерческой клиентуры принималась во внимание благоприятственность той или иной коммерческой группы, в первую очередь широко кредитовались госпредприятия и по отношению к частным лицам применялись жесткие нормы кредитования. Эту политику мы проводили неуклонно и будем также проводить ее в 1924-1925 г. На будущий год мы предполагаем, в связи с восстановлением сельского хозяйства и ростом торговли и промышленности, расширить нашу банковскую работу по коммерческому и сельскохозяйственному кредитованию, доведя до максимума активные операции бухарского отделения Cp.-Аз. банка и дополнительных капиталов бухарского отделения Сельхозбанка, дав еще 1000000 рублей, из коих 500000 рублей будут назначены на долгосрочные ссуды по восстановлению сельского хозяйства.

Денежная реформа. Рост экономического благополучия СССР и установление в нем единой твердой валюты дали нам возможность провести у нас необходимую денежную реформу. Мы денежную реформу провели и установили основной единицей денежного исчисления обеспеченный специальным золотым фондом червонец. Благоприятные результаты нашей финансовой политики в этой области немедленно выявились и в ликвидации валютной спекуляции, и в удобстве расчета наших госпредприятий за экспортируемый и импортируемый товар, и в отсутствии необходимости производить целый ряд вычислений при переводе падающей бумажной валюты на колеблющийся курс денег и золота, а самое главное в том, что теперь наше дехканство вполне застраховано от понижения курса бумажных денег.

Бюджет. Желание во что бы то ни стало дать республике на 1923-1924 г. бездефицитный бюджет не привело ни к чему. Прошлогодний бюджет, насильно втиснутый в рамки 4250 тыс. руб., в большей своей части был построен на налогах на дехканство, составляю- /259/ щих чуть ли не 70% всех доходных статей бюджета, и его провал явился вполне естественным следствием: 1) неправильного определения соотношений отдельных элементов нашей экономики; 2) отсутствия достаточных данных об объектах обложения и 3) недостаточного учета нашего внутреннего положения.

Кроме того что доходная часть бюджета была недостаточно обоснованной, в нем не были учтены некоторые группы, подлежащие обложению, и не предусмотрены многие расходы.

В процессе нашей работы мы уменьшили ушурналог 132[146] на 1000000 рублей, увеличили дополнительно промысловое обложение на 950000 рублей, ввели косвенные налоги и приняли целый ряд мер к переложению тягот налогового бремени с дехканских масс на городское население, торговлю и промышленность и произвели дополнительные необходимые расходы на народное образование, здравоохранение и т.п. Наш налоговый аппарат был слаб, не было достаточного количества опытных в налоговом деле специалистов и за время до сентября м-ца, по данным налогового управления, поступило налогов на сумму до 3000000 рублей.

Несмотря на принятые правительством меры, бездефицитности в выполнении бюджета, как следовало ожидать, нам достичь не удалось, и хотя СССР и ассигновал дотацию в 650000 рублей, все же предположительный дефицит по окончании года выразится в сумме около 1200000 рублей.

На этом горьком опыте мы видим, что говорить о бездефицитности бюджета несколько рано и поэтому в предположениях наших на будущий год мы были весьма осторожны и наш бюджет на 1924-1925 г., выражаясь в доходе в 11401574 рубля, предусматривает дефицит в 885314 рублей, правда, не превышающий 8% всего бюджета.

Пути и средства сообщения. По гужевому транспорту задания в большей части осуществлены не были: бюджетные нехватки, слабость рабочего аппарата и проч.

По железнодорожному транспорту открыто движение Карши - Гузар.

По водному транспорту в этом году спущено на воду 100 каюков, на что ассигновано 150000 рублей. /260/

По всем видам транспорта фактически будет израсходовано около 800000 рублей.

Шире проведена работа по народной связи:

1. Заново проложено телеграфного провода на 220 верст и на 700 верст капитально переустроено.

2. Организованы почтовые тракты на 600 верст.

3. Поставлена радиостанция в Душанбе и в процессе постройки находятся 2.

Значение в экономическом строительстве путей и средств сообщения побуждало к напряжению всех возможностей и средств.

Сообразно с этим разработаны плановые задания на 1924-1925 год; намечено: 1) восстановление железной дороги Керки-Термез; 2) проведение узкоколейки Термез-Душанбе; 3) развитие грунтовых и водных путей; 4) расширение сети радио- и телеграфных линий. По всем видам связи и транспорта ассигновано на 1924-1925 г. 2800000 рублей.

Просвещение. В такой стране, как наша, где безграмотных 98%, народное просвещение имеет особое значение. В минувшем году в этой области достигнуты значительные результаты:

1) созданы три женские школы - учатся 128 узбечек; 2) создано 40 курсов ликвидации безграмотности, пропустивших около 3000 человек; 3) вся Красная Армия прошла школу грамотности; 4) открыт учительский семинарий в Восточной Бухаре; 5) закуплено учебников 30 тыс. экземпляров и самостоятельно издано 6000.

На просвещение в минувшем году из нашего бюджета было отпущено около 1000000 рублей.

Наши советские школы, наши курсы растут; доверие к ним населения возрастает; наш учительский персонал в прекрасных условиях; обучение постепенно удешевляется; число учащихся возрастает; культурно-просветительная работа внедрилась во все учреждения и постепенно в массы.

На 1924-1925 г. предположено:

1) сельские школы должны охватить кент; 2) в туменах - школы I ступени с пятилетним курсом; 3) школ для национальных меньшинств - 4; 4) советизация старометодных школ; 5) создание новых женских школ; 6) открытие 41 курса ликвидации безграмотности. /261/

Ассигновано на 1924-1925 г. около 2000000 рублей.

Здравоохранение. В области народного здравоохранения проделана крупная работа в смысле развития сети лечебных учреждений и принятия противоэпидемических мер. Сейчас мы имеем 5 больниц, 27 амбулаторных пунктов, 7 фельдшерских пунктов, 6 малярийных станций, 7 аптекарских складов и аптек, наш медицинский персонал доведен до 150 единиц.

Оздоровление жизни в крупных центрах сопутствуется сейчас выходом с работой в глухие пункты, особенно в Восточной Бухаре.

Из бюджета 1923-1924 г. израсходовано на здравоохранение 211000 рублей.

Работа следующего года намечена по линии: 1) расширения лечебных заведений; 2) повышения квалификации медицинского персонала; 3) усиления медицинского снабжения и оборудования; 4) санитарно-просветительных работ; сохранения бесплатной помощи населению; 6) усиления работы по периферии.

Труд. Вопросы заработной платы, охраны труда, социального страхования, профессиональной работы получили в текущем году значительную разработку:

1) общее положение служащих улучшено; 2) установлен минимум зарплаты; 3) тарифная сетка раздвинута внутри; 4) произведен учет служащих, рабочих и безработных; 5) издан социальный кодекс страхования; 6) профдвижение начинает принимать организованные формы, хотя процент объединенных рабочих и служащих равен пока всего 0,25 всех служащих и рабочих.

На 1924-1925 г. в отношении труда ставятся задания: 1) продолжение существующих работ; 2) реорганизация биржи труда, 3) создание артелей из безработных; 4) усиление деятельности соцобеспечения; 5) усиление и регулирование профорганизаций; 6) создание квалифицированных работников из коренных национальностей; 7) вовлечение в профдвижение женщин и молодежи; 8) всестороннее улучшение условий труда.

Вот результаты деятельности правительства.

Проделанной работой, сколько бы значительны ни были ее результаты, удовлетвориться мы не можем. Страна досталась нам ограбленной эмиром; наследие эмирского строя - полнейший развал народного хозяйства, нищенское состояние трудящихся масс, полное /262/ отсутствие учета госаппарата, поголовная неграмотность, отсталость и косность. При этих условиях мы и явились первыми строителями, и этим мы вправе гордиться.

Несмотря на эти усилия и беспрерывную войну, мы сумели выполнить часть возложенных на нас задач, строить, организоваться и победить врага, а главное, с каждым годом увеличивать основы нашего благосостояния, улучшить хозяйство, положение рабочих и дехкан.

Трудящиеся массы под руководством Бухарской коммунистической партии в своей сентябрьской победе не только показали свою силу бывшим угнетателям, но и указали путь миллионам угнетенных народов Востока.

Поэтому трудящиеся массы вправе ставить вопрос о национально-территориальном размежевании и преобразовании всей республики из народной в социалистическую. Наша республика вправе требовать и быть принятой в советскую семью, в Союз социалистических республик".

Приведенный выше документ, несмотря на всю сжатость изложения, неполноту освещения вопросов строительства республики, все же показывает значительные успехи Коммунистической партии и правительства Бухары за этот незначительный отрезок времени во всех областях строительства. Он характеризует то состояние развития Бухарской советской республики, какое мы имели уже в 1924 г.

Одновременно с этим он показывает и усиление позиций бедноты и батрачества, а следовательно, и укрепление Советской власти в Бухаре.

Можно прямо сказать, что к этому времени начался подъем производительных сил страны, произошло значительное улучшение в состоянии сельского хозяйства и промышленности, усилился товарооборот. Мы имели также наличие известных успехов в области выполнения намеченных правительством строительных программ, восстановления тех разрушений в сельском хозяйстве и в хозяйстве городов, которые явились результатом военных действий.

Одновременно с этим мы имеем усиление удельного веса государственного и кооперативного сектора в то- /263/ варообороте, упорядочение бюджетного хозяйства, улучшение налогового обложения и заметное улучшение материального благосостояния широких масс трудящихся, постепенное оздоровление всего хозяйственного организма страны.

Все это, а также рост социально-культурных мероприятий, подъем культурного уровня трудящихся, улучшение санитарного состояния страны, активизация рабочих, бедняцких, середняцких масс дехканства, укрепление их классовой позиции, рост профессионального движения, укрепление классовых организаций бедноты в кишлаке и т.д., являются положительными итогами строительства Советской Бухары в течение 4-х с половиной лет существования советской народной республики.

Чтобы охарактеризовать более полно состояние отдельных отраслей народного хозяйства, степень выполнения поставленных правительством перед собой задач, хотя бы по самым важнейшим участкам работы, потребовалось бы изучение значительного количества дополнительных материалов и эта работа потребовала бы специального исследования работ важнейших организаций республики. Однако сказанного достаточно, чтобы прийти к выводу, что, несмотря на значительные трудности (длительность периода борьбы с басмачеством, отсутствие достаточных кадров, культурная отсталость), в работе Коммунистической партии и правительства Бухары имелся ряд достижений огромного политического и практического значения во всем ходе социалистического строительства как в период времени, о котором идет речь, так и в последующее время.

Но наряду с этими достижениями, даже накануне национально-территориального размежевания, мы имели ряд серьезных недочетов, которые еще не были изжиты и в отношении которых и партии, и Советскому правительству Узбекистана уже несколько позже пришлось обратить чрезвычайно серьезное внимание и потратить значительные силы и средства.

Говоря о недостатках и отрицательных явлениях, имевших место в Бухаре, необходимо указать на следующее: к моменту 4-го курултая Советов мы имели прежде всего остатки еще окончательно недобитого басмачества - некоторые районы Восточной Бухары, Средняя /264/ Бухара (Кашкадарьинский и Сурхандарьинский округа), Северо-Западная Бухара (Нуратинский район) все еще были объектами действия небольших басмаческих шаек и районы эти были местами военных действий.

Басмачество могло действовать в этих районах благодаря слабости массовой работы, слабого вовлечения в борьбу бедняцко-середняцких масс дехканства, наличия значительных кадров бывшей эмирской администрации в советских органах, влияния духовенства, главарей различных племен и родов и слабости и засоренности советского аппарата вообще.

Кроме того, мы имели на всей территории бывшей Бухарской области такое отрицательное явление, как отсутствие низовых органов Советской власти. Советы аксакалов - хотя и были избраны при Советской власти, но на основе старых традиций, где личный авторитет того или иного кандидата имел все еще большое значение, где в условиях слабости сил бедноты влияние антисоветского элемента все еще было значительно, - конечно, не могли заменить сельсоветы, . выбранные всей бедняцко-середняцкой массой дехканства из их же среды.

Отсутствие достаточных кадров, вышедших из низов в советских и хозяйственных аппаратах, и благодаря этому наличие массовых извращений линии партии и Советской власти в вопросах советского, хозяйственного и кооперативного строительства, все еще тяжелое хозяйственное положение страны, слабость плановой работы и, наконец, как результат сохранившихся старых отношений в вопросах землепользования, неразрешение аграрного вопроса и непроведение каких-либо значительных реформ в области сельского хозяйства; наличие все еще сильного класса крупных и мелких капиталистов - все эти отрицательные явления накладывали определенный отпечаток на общее политическое и хозяйственное состояние страны.

Конечно, не приходится отрицать огромнейших заслуг 5-го Всебухарского курултая Советов 133[147], который своими решениями о преобразовании республики в социалистическую и о необходимости проведения национально-территориального размежевания Бухары положил основу для скорейшего разрешения всех еще /265/ неразрешенных вопросов и успешной борьбы с вышеуказанными недочетами.

Особенно необходимо отметить решение, которое было принято по вопросу о национально-территориальном размежевании Бухары.

Все значение этого вопроса (не говоря уже о целом ряде крупнейших политических и хозяйственных его последствий), в отношении внутрибухарском, несомненно, заключалось прежде всего в правильном разрешении национального вопроса. Туркмены, таджики и казахи, сохранившие целый ряд отличительных национальных черт (язык, быт и т.д.), имевшие целостные территории, получали полную государственную самостоятельность.

Несмотря на значительные недочеты советского строительства, трудности, которые стояли перед трудящимися массами Бухары, тяжести почти трехлетней гражданской войны, мы должны констатировать, как вывод из анализа проведенной работы, целый ряд положительных результатов.

Опыт советского строительства в Бухаре не пройдет бесследно. Пути развития революционного движения в Бухаре были своеобразны, но благодаря Октябрьской революции трудящиеся Бухары в своем революционном развитии получили возможность перескочить через целый этап развития; революция против феодальных отношений и порядков, которые в других случаях должны были привести к развязыванию элементов капитализма, укреплению и развитию их, превратилась в революцию как против остатков феодального порядка, так и одновременно против развития капиталистических отношений.

Сентябрьская революция 1920 г. уничтожила бухарский царизм, нанесла сокрушительный удар феодальным порядкам. В дальнейшем же связь со страной Великого Октября и руководство рабочего класса Союза Советских Социалистических Республик и Коминтерна привели к тому, что Бухара в ходе своего развития переключилась в орбиту социалистического развития против капиталистического.

Особые формы советского государственного строительства, которые явились результатом специфических условий Бухары, послужили делу усиления револю- /266/ ционных позиций рабочего класса. В силу этого революция не только не остановилась на той ступени, где кончается ликвидация бухарской феодальной монархии и расчистка путей для развития капитализма, но в своем развитии, подымаясь со ступени на ступень, дошла до ликвидации капитализма и строительства социализма.

Враги рабочих и дехкан, противники советского строя, конечно, подняли вой против этих решений курултая и правительства Бухары. Эти акты они объявляли потерею независимости бухарского государства. Слияние с Союзом Советских республик они рассматривали как удар по национальным интересам народа, они всячески чернили сторонников преобразования республики в социалистическую и решение о национально-территориальном размежевании Бухары.

Разумеется, что у этих "защитников" народа, его "национальных интересов" были совершенно другие мотивы, ничего общего не имеющие с подлинными интересами народа. Они, прикрываясь фразами об интересах народа и нации, фактически хотели защитить свои собственные интересы, интересы небольшой кучки людей, живущих за счет эксплуатации трудящихся.

Конечно, были противники преобразования республики и национального размежевания и в лагере друзей. Эти противники все еще жили иллюзиями возможности изолированно удержать революционные завоевания не только против внутренней контрреволюции, но и ее внешних союзников. Они рассчитывали на то, что собственными средствами в пределах небольшой территории можно провести те мероприятия, которые обеспечивали бы не только достаточное улучшение материального положения трудящихся масс народа, но и разрешение громаднейших задач строительства социализма.

Эти противники преобразования республики и национального размежевания совершенно не понимали того обстоятельства, что без наличия диктатуры пролетариата в Союзе Советов, без активной помощи рабочего класса, захватившего власть на одной шестой части суши, невозможно было бы удержать и развить сентябрьское завоевание трудящихся в Бухаре.

В лучшем случае эти сторонники известной самобытности, сами не сознавая, отражали настроение мел- /267/ кой буржуазии. Победа их точки зрения означала бы движение назад, явилась бы тормозом в развитии революции, задержала бы процесс перехода с буржуазно-демократических этапов на путь социалистического развития.

Но, к счастью, мнение этой незначительной группы не было поддержано ни рабочими и трудящимися массами городов, ни основными массами дехканства. В партии же их сторонники насчитывались единицами. Ввиду этого и решение о преобразовании республики в социалистическую, и последующее решение о национально-территориальном размежевании Бухары были приняты во всей стране при огромном сочувствии основных масс трудящихся.

Но несмотря на это, противники этих мероприятий партии не переставали кричать об ошибочности решений курултая, пытались всеми средствами дискредитировать и самую идею преобразования и национального размежевания среди рабочих и дехкан.

Та же картина наблюдалась, как мы уже говорили, и за пределами нашей страны: изгнанные за свою контрреволюционную работу национал-контрреволюционеры, околачиваясь по различным городам Европы и Азии, вели бешеную травлю нашей партии и Советской власти. Но все эти попытки дискредитации оставались безуспешными, ибо решения курултая о преобразовании республики из народной в социалистическую и о национальном размежевании оправдали себя с первых же дней.

Рабочие и дехкане Узбекистана под руководством союзного пролетариата и ВКП(б) объединенными усилиями взялись за дело социалистического переустройства страны и сумели показать на деле все преимущества избранного ими пути. /268/

НАЦИОНАЛЬНО-ТЕРРИТОРИАЛЬНОЕ РАЗМЕЖЕВАНИЕ *[148]

Поставленный на повестке дня курултая вопрос о национальном размежевании Советской Средней Азии и о размежевании нашей республики на самостоятель- /268/ ные национальные республики имеет огромное политическое, культурное и экономическое значение.

Чтобы представить себе всю значимость, постановки этого вопроса, чтобы уяснить все задачи, которые стоят перед нами в деле дальнейшего развития трудящихся народов Советской Средней Азии, в деле социалистического строительства, прежде всего необходимо хотя бы бегло ознакомиться с историей народов Средней Азии и посмотреть существующее теперь положение вещей у нас.

Прежде всего надо указать на то, что существующие в настоящее время политические границы республик Средней Азии (Туркестан, Бухара и т.д.) искусственны. Эти границы несправедливо разрывают на части каждую из населяющих их народностей. Это разграничение является следствием завоевательной тенденции враждующих между собой феодалов (эмиров и ханов), в своих интересах использующих естественно возникающие на экономической почве, из-за земли и воды, споры. Они являются следствием искусственно созданной ими вражды между народами Средней Азии. Эти границы являются результатом многочисленных столкновений между кочевыми и оседлыми народами. Все прошлое Туркестана характеризуется этими непрерывными внутренними войнами. Эти войны, не говоря уже об имевших место походах различных народов на Туркестан и через Туркестан, привели в свое время к значительным опустошениям нашего края.

Отдельные светлые моменты (хозяйственный и культурный подъем) были настолько кратковременны, что о них серьезно не приходится говорить. Даже период тимуридов, несмотря на оставленные ими величайшие исторические памятники, указывающие на значительную высоту культурного достижения этой эпохи, был заполнен бесчисленными войнами и ужасающими столкновениями.

Все эти обстоятельства и являются одной из самых основных причин нынешней отсталости народов Средней Азии как в хозяйственном, так и в культурном отношении.

Покорение Туркестана Россией не внесло значительного изменения в это положение вещей. Покорив современный Туркестан, царская Россия превратила Бухар- /269/ ское и Хивинское ханства в свои колонии. Видимая независимость этих двух государств была использована для двойного гнета трудящихся, населяющих эти ханства, и самой бесчеловечной эксплуатации трудящихся в пользу российских капиталистов, в пользу правящей клики. Вместе с тем все это использовалось в целях дальнейшего разжигания национальной вражды между народами Средней Азии до самого последнего времени.

Я уже говорил о причинах, способствующих такому состоянию развития народов Средней Азии. Эта темнота, невежество и громадная культурная отсталость были использованы в свое время различными завоевателями; использовали это оружие и ханы, использовало это оружие и царское правительство. Именно этим обстоятельством объясняется тот факт, что даже в 20-м столетии до последнего момента трудящиеся массы нашей страны выносили на своей спине тяжкий гнет азиатского феодализма. Народы Бухары - темные и бесправные - не могли пользоваться результатом своего каторжного труда, не могли досыта утолять свой голод и, создавая богатства для своих угнетателей, должны были вести полуголодную жизнь обездоленных народов.

Эмир с неограниченной властью, которому народ, в полном смысле слова, рабски должен был подчиняться и который был полным властелином над его жизнью и достоянием, был не один. Многочисленная свора чиновников, бесконтрольно использовавших результаты труда народа, вместе с кучкой капиталистов, высасывала народную кровь. До завоевания Туркестана Россией, какие-нибудь 60-70 лет тому назад, Средняя Азия разделялась на 3 ханства: Бухарское, Хивинское и Кокандское, представлявшие собой остатки когда-то обширного государства Тимура. Борьба эмира и различных правителей за первенство и вражда кочевых и полукочевых народов, искусственно создаваемая этими правителями в своих интересах, естественно возникающие споры из-за земли и воды между оседлыми и кочевыми народами, провокации на национальной почве - эти причины экономического и политического характера изо дня в день все более и более обостряли отношения между среднеазиатскими государствами и втягивали /270/ их в беспрерывные войны, ослабляли их внутреннюю и внешнюю мощь и в корне подорвали основы народного благополучия.

Для того чтобы эти противоречия изжить и для того, чтобы окончательно устранить причины всех несчастий, открыть широкие пути к развитию всем народам Средней Азии - для этого требовалась мощная революция трудящихся, удаление эмира со всеми его чиновниками, требовалось свержение царизма и удаление его агентов из Средней Азии, наконец, необходимо было свергнуть весь капиталистический строй. Без этой революции, вне свержения капитализма, конечно, не могло быть и речи о сколько-нибудь значительном изменении положения народов Средней Азии. Эту задачу разрешила русская революция. Рабочий класс и трудящиеся массы России в феврале 1917 г. свергли царизм.

Октябрьская революция завершила эту работу - свержением капитализма и установлением советского строя.

Благодаря Октябрьской революции освободились народы Туркестана. Несколько позднее, чем в центральных частях Туркестана, освободились народы Бухары и Хивы. Они добились также свержения эмирата. Правительство РСФСР дало автономию трудящимся Туркестана, оно признало независимость Бухары и Хивы, уничтожило все кабальные договоры, которые были заключены царским правительством с эмирами и ханами.

Все последующие годы деятельность Советской власти заключалась в том, чтобы в корне изменить условия жизни трудящихся народов Советской Средней Азии, создать предпосылки для их быстрого развития, как в политическом, хозяйственном, так и в культурном отношении. Коммунистическая партия во всех этих республиках организовала рабочих и крестьян - все их усилия на разрешение самых сложных и трудных вопросов.

И немалых успехов достигли народы Средней Азии за эти годы. Мы создали не только свою советскую государственность. Народы Средней Азии не только оформляются в нации, но благодаря тем огромным хозяйственным и культурным мероприятиям, систематическому политическому воспитанию происходит круп- /271/ ный переворот в сознании своих сил и прав у народов Средней Азии, происходит значительная историческая работа по воспитанию классового самосознания рабочих и бедноты Средней Азии.

Но основной недостаток нашего положения в настоящее время заключается в том, что до сих пор сохранились административные и политические границы, которые были созданы в результате указанных нами исторических событий, закрепленных в свое время царизмом. Эти административные и политические границы в настоящее время являются тормозом для нашего великого дела. Нам необходима организация национальных республик на основе национальных, географических, хозяйственных и бытовых условий каждого из народов Средней Азии.

Короче говоря, нам необходимо осуществить национальную политику Коммунистической партии до конца, нам необходимо выявить волю трудящихся всех народов Советской Средней Азии в вопросе об их государственном строительстве, в выборе ими пути их дальнейшего развития.

Единственно правильной формой является организация национальных республик на основе выявления национальных, географических, хозяйственных и прочих условий жизни каждого из народов Средней Азии, что даст широкую возможность к их дальнейшему хозяйственному, политическому и культурному развитию.

Этим объясняется то громадное значение, которое имеет постановка вопроса о национально-территориальном размежевании Советской Средней Азии, который мы обсуждаем на совещании курултая. Совершенно ясно, что путем этого районирования будет наиболее ярко выявлено соотношение отдельных элементов народного хозяйства, ясно определится и ряд других элементов, что даст возможность внести в дело всего среднеазиатского народного хозяйства определенную систему и увязку и тем самым заложит прочный фундамент для дальнейшего интенсивного развития.

Нам, конечно, могут возразить, но мы знаем, что эти возражения идут не со стороны друзей, а со стороны наших врагов. Так, например, панисламисты и пантюркисты скажут: "Вы раздробляете исторически сложившееся государство, вы разделяете вновь объединенные /272/ тюркские народы". Нам опять будут приводить доводы о единстве узбеков, киргизов, туркмен и т.д., но мы знаем, что стоят эти возражения, какая цена этим доводам. Мы считаем не только ошибочной точку зрения панисламистов насчет единства религии, пантюркистов насчет национального единства киргизов, казахов, узбеков и туркмен, потому что они, мол являются единой расой с точки зрения исторической и научной, но мы считаем абсолютно вредной пропаганду этих идей.

Мы считаем вредной деятельностью деятельность панисламистов и пантюркистов, поскольку панисламисты и пантюркисты служат не трудящимся, не в пользу рабочего класса, а имеют в виду интересы различных капиталистических группировок и давно уже приспособились как наиболее верные агенты капитализма.

Мы утверждаем, что при объединении народов необходимо руководствоваться их экономическими запросами, языком, бытовыми условиями, но отнюдь ни в коей мере их племенным происхождением. Многочисленные исторические примеры показывают неосновательность доводов панисламистов и пантюркистов. Если принять во внимание только единство религии и племенное происхождение, чтобы определить нацию и чтобы считать устраненными все факторы противоречий, то тогда чем объяснить не только многочисленные войны между отдельными племенами в самой Средней Азии, но и войны между Тимуром и Баязетом - этими двумя наиболее крупными правителями тюркского племени, одновременно исповедывавшими ислам. Факт остается фактом, что оба были тюрками и враждовали между собой. Тимур не остановился перед походом на Турцию и покорил ее, прошел по ней огнем и мечом и подчинил своей власти.

Очевидно, что тут действовал какой-то другой фактор, также очевидно, что причина войны была не стремление к национальному объединению, а исключительно политические мотивы и экономические выгоды. Чингизы, Османы и Тимуры - все они как будто бы являлись представителями пантюркизма. Но при самом беспристрастном изучении исторических фактов и взаимоотношений тюркского племени мы не видим единства между различными тюркскими племенами. Короче говоря, племенное происхождение еще не объясняет /273/ национального единства. Племя не есть нация. Племена одного и того же народа, живущего в различных географических и экономических условиях, неизбежно ведут различный образ жизни, что неминуемо вносит в их быт характерные для данной местности и для данного вида труда особенности.

Ни один народ не мог бы приобрести в первые же дни своего существования современные национальные черты; формирование нации не зависит от племенного или религиозного единства, а вытекает из совокупности целого ряда важнейших условий, которые характерны для различных эпох.

Поэтому пантюркизм, так же как и панисламизм, ходом истории и самой природой вещей был заранее обречен на неудачу. Формы жизни каждой эпохи зависят от характера труда и условий быта человеческого общества, а поэтому понятие о нации определяется ее историей и экономическим бытом, единством территории и рядом других условий.

"Нация есть исторически сложившаяся устойчивая общность людей, возникшая на базе общности четырех основных признаков, а именно: на базе общности языка, общности территории, общности экономической жизни и общности психического склада, проявляющегося в общности специфических особенностей национальной культуры" 134[149].

Культурные потребности народа с каждым днем возрастают. Язык совершенствуется и отражает в себе характерные психологические особенности данного народа. Способы труда также совершенствуются, культурный уровень поднимается, и народ постепенно переходит к следующей ступени своего развития. Тюркские племена и народы в настоящее время резко отличаются друг от друга не только по своему быту, но и по языку, фактически являющемуся "ключом дела", и они, наконец, отличаются друг от друга по своему мировоззрению и по степени своего исторического развития.

Теперь, когда учение Ленина внесло максимальную ясность, когда стремления и мероприятия Советской власти вытекают исключительно из соображений в пользу трудящихся и исторической последовательности, с нашей точки зрения, пантюркистские идеи могут /274/ быть рассматриваемы как нездоровые, приукрашенные, избитые фразы - утопия. Нельзя объединить народы, основы быта которых глубоко различны. Невозможно установить мир среди отсталых наций с различной психологией, не удовлетворив вытекающих отсюда их жизненных запросов. Жизнь народов в условиях неправильного, противоестественного их размежевания является ненормальной, и это вредно отражается на народном благополучии, тормозит народное развитие и является одной из важнейших причин, порождающих и поддерживающих национальную рознь и вражду.

Ленин еще до революции в своей работе "Социалистическая революция и право наций на самоопределение" писал:

"Победоносный социализм необходимо должен осуществить полную демократию, а следовательно, не только провести полное равноправие наций, но и осуществить право на самоопределение угнетенных наций, т.е. право на свободное политическое отделение. Социалистические партии, которые не докажут всей своей деятельностью и теперь, и во время революций, и после ее победы, что они освободят порабощенные нации и построят отношение к ним на основе свободного союза, - а свободный союз есть лживая фраза без свободы отделения, - такие партии совершили бы измену по отношению к социализму" 135[150].

Указания Ленина после Октябрьской революции полностью осуществлены на деле. В нашей стране мы видим, как в результате осуществления этих указаний Ленина трудящиеся массы, под руководством Коммунистической партии, разрешая сложнейшие вопросы, идут вперед от одной победы к другой. Мы также знаем, что многие социалистические партии Запада, как и предвидел Ленин, изменили в национальном вопросе трудящимся и социальной революции. Российская Коммунистическая партия, борющаяся против национального шовинизма, политики царского правительства и капиталистов, а вслед за ней и другие коммунистические партии последовательно осуществляют указания Ленина и путем неослабного внимания в области политического просвещения, экономической помощи в различных социальных вопросах удовлетворяют интересы /275/ широких масс трудящихся всех национальностей - от мелких до великих.

Как мы уже указывали, наша партия не подразделяет народы по цвету, религии и национальности. Она на деле осуществила право на самоопределение, вплоть до отделения всех наций, освободившихся от гнета русских империалистов, и в 1917 г., когда царскому правительству был нанесен смертельный удар и когда затем в Октябре рабочий класс прогнал правительство капиталистов и власть перешла к трудящимся, наша партия начала проводить в жизнь свои лозунги. На развалинах царского строя наша партия организовала рабочее государство на основе свободного и равноправного объединения национальных республик. Непобедимая революция трудящихся Советской России указала путь к самоопределению наций всего мира, и Союз Советов на живом примере показал этим народам и нациям, как жить и как строить новую жизнь. Власть трудящихся и угнетенных является стержнем мира.

Ленин и Коммунистическая партия всегда твердили трудящимся о необходимости борьбы за лучшую долю угнетенных национальностей. Когда царское правительство и капиталистические державы под разными религиозными и другими соусами сеяли среди национальностей междоусобицы, Коммунистическая партия всегда и неизменно стояла на страже интересов и прав угнетенных, указывая на злодеяния врагов трудящихся, и воспитывала трудящихся в духе борьбы против капиталистического строя. В разрешении национального вопроса Коммунистическая партия, как авангард рабочего класса, всегда занимала исключительное место, неустанно подчеркивая, что мелкие угнетенные нации не представляют собой общенационального классового лагеря. Отсталые нации сами подразделяются на классы: буржуазию и бедноту. Наша партия в деле освобождения национальностей не ставит никаких условий, но как в отношении мелких, так и крупных национальностей считает своей обязанностью проводить:

1. Отделение трудящихся освобожденных наций от их угнетателей - баев и передачу власти в руки самих трудящихся.

2. Воспитание трудящихся в духе интернационализма. /276/

И мы, освобожденные от гнева эмира и баев, освобожденные от царского насилия, узбеки и узбекские коммунисты, должны серьезно относиться к этим задачам и не забывать ничего из наших национальных и революционных обязанностей. Надо действительно и на деле бороться с теми, кто осмелится посягнуть на право отдельных наций, иначе национальный вопрос не разрешится так, как мы этого желаем и как он должен быть разрешен. Мы стоим накануне разрешения вопросов, которые не могли решаться веками и только теперь, под опытным руководством Коммунистической партии, могут быть безболезненно решены. Нужно вспомнить прошлое, вдуматься в настоящее и все возникающие вопросы разрешать в зависимости от конкретных условий и конкретной обстановки.

Необходимо помнить, что залогом нашей победы, является неуклонное проведение в жизнь тех принципов, которые даны Коммунистической партией. Нашей независимостью мы обязаны не эмиру и оставленным им политическим границам вассальной царю Бухары, мы добились не показной, обманной независимости, а настоящей, той, которая передала власть в руки самих трудящихся Бухары, благодаря нашей сентябрьской 1920 г. революции. Мы ничего не забыли из прошлого и все сделаем, чтобы обеспечить лучшее будущее. Это светлое будущее мы завоюем вместе со всеми советскими республиками, укрепляя нашу общую независимость от капитализма, от капиталистического мира. Вот почему разделение Бухары нынешней, выделение из ее состава туркмен и таджиков, воссоединение узбекской части Бухары с узбеками Ферганы, Ташкента и Самарканда является правильным и величайшим делом.

Надо сказать прямо, что разрешение национального вопроса в его полном объеме в Средней Азии несколько запоздало. После Октябрьской революции вопрос размежевания не был сразу разрешен, и земельно-водные раздоры и некоторые национальные разногласия все еще продолжались. Было несколько кровавых столкновений, в результате которых некоторые племена эмигрировали в Афганистан. Бухарская, Хорезмская и Туркестанская коммунистические партии, учитывая такое положение вещей, решили приступить к перестройке национальной жизни и к перекройке карты Средней /277/ Азии на началах действительного самоопределения наций.

По этому вопросу наши партийные и профессиональные организации и беспартийные массы на местах высказали свое мнение: национальное размежевание Средней Азии должно выразиться в создании Узбекской и Туркменской республик, Таджикской и Каракиргизской автономных областей.

Бухара населена четырьмя основными нациями: узбеками, таджиками, туркменами и каракиргизами. Остальные национальности и племена незначительны. И сейчас перед нами стоит вопрос не только о создании национальных республик, но и о предоставлении широких национальных прав различным национальностям, живущим в этих республиках. Трудящиеся массы Бухары выразили свою волю по этому вопросу, и его можно считать уже разрешенным.

Если мы срочно разрешим вопрос о национальном размежевании в положительном смысле, тем самым создадим основу для экономического возрождения нашей страны. Много лет узбеки, туркмены и другие национальности, населяющие неправильно размежеванные области, живут в постоянной вражде, в неестественных границах, которые проводились с целью угнетения одной нации другой. Экономические и социальные различия в жизни народов игнорировались при старом строе: все служило лишь для удовлетворения прихотей и увеличения доходов эмира и его приспешников. Во имя империалистического принципа: "разделяй и властвуй" - было устроено так, чтобы узбеки и таджики жили в одних границах во вражде с полукочевыми туркменами и кочевыми киргизами. И эти кровавые цели были всем хорошо известны, но внешне были прикрыты красивыми словами.

Советское правительство приступает к размежеванию в согласии с решением самих народов, населяющих Среднюю Азию. Теперь каждая нация в результате нового размежевания, произведенного соответственно экономическим, социальным и этнографическим условиям, организует свое государство.

В первые годы революции все наши силы были обращены на уничтожение в стране контрреволюции. Несмо- /278/ тря на большие препятствия, мы все же вышли победителями из этой внутренней борьбы, и теперь наступила пора полностью реализовать обязательства Октябрьской революции. Теперь наши средства не пойдут, как раньше, на прихоти эмиров и разврат, на что бросались ежегодно миллионы золота, а пойдут на культурные нужды страны, на ее процветание и на закрепление мощи Красной Армии. Басмаческие шайки с их жалкой идеологией уничтожены. Разрешив остальные вопросы, мы должны приняться за разрешение жизненных нужд.

Рассматривая новую карту Средней Азии, мы убеждаемся, что нет другого пути к улучшению нашего экономического положения. На этой карте нет более разделения между самаркандскими горными таджиками и таджиками Восточной Бухары. Каждому известно, что мы пьем воду реки Зеравшан и пользуемся ею для орошения наших полей, и только когда узбеки Бухары и Самарканда объединятся, не останется места для столкновений из-за воды. Водный вопрос - этот основной для Средней Азии вопрос - разрешится сам собой. Что же будет, если мы уничтожим наши старые искусственно созданные границы и счеты? Хуже ли будет, если 2 с половиной миллионное бухарское узбекское население объединится с туркестанскими узбеками и организует Узбекскую Советскую Социалистическую Республику с 5-6-миллионным населением? В результате будут уничтожены только старые гредхи и ошибки и мы станем действительными хозяевами правильно и целесообразно размежеванной страны, национальные республики которой сделаются полноправными членами могучего Союза CCP.

Это событие будет иметь в истории грандиозное значение. На Востоке начинается новая эра. Новые национальные республики, добровольно поддерживая друг друга и объединяя свои силы, доведут дело освобождения и возрождения народов Востока до победного конца.

Созданные на основах самоопределения наций советские республики послужат магнитом для привлечения других угнетенных народов в советскую семью.

Восток переворачивает самую важную и значительную страницу своей истории. /279/

СОВЕТСКИЙ УЗБЕКИСТАН *[151]

Октябрьская революция, докатившись до Средней Азии, произвела колоссальный переворот в экономическом и культурном отношении. Правда, широкие массы для закрепления всех завоеваний Октября и упрочения Советской власти должны были выдержать длительнейшую и тяжелую борьбу на фронтах гражданской войны, борьбу с интервенцией, с бухарским эмиром и хивинским ханом, пытавшимися сохранить свое господство над трудящимися и, наконец, басмачеством, остатки которого в отдаленных и малодоступных районах и сейчас еще не могут считаться вполне ликвидированными. Но вместе с тем Октябрьская революция дала такой толчок к развитию производительных и культурных сил, открыла перед широкими трудовыми массами такие перспективы и дала возможность повести развитие хозяйства таким темпом, что недалек уже тот момент, когда мы сможем переступить довоенные размеры.

Когда первый процесс революции закончился, когда бухарский эмир и хивинский хан были окончательно изгнаны и завоевавшая симпатии и доверие широких масс власть Советов покончила с внешними врагами, тогда народы Средней Азии приступили к своему культурному и хозяйственному строительству. Народные массы чрезвычайно скоро дошли до сознания необходимости изменения тех старых государственных границ, которые являлись наследием проклятого прошлого, и организации новых государственных образований с такими границами, которые совпадали бы с этнографическим составом населения и отвечали бы современным политическим, экономическим и культурным требованиям революционных народов.

Это стремление среднеазиатских народностей нашло, конечно, поддержку в Союзе и привело к национально-государственному размежеванию Средней Азии.

Возникшая после нацразмежевания Узбекская Социалистическая Советская Республика среди прочих молодых среднеазиатских республик является полити- /280/ чески и экономически самой крупной единицей. Это превалирующее значение Узбекистана объясняется тем, что в состав его вошли экономически наиболее мощные районы бывших Туркестанской республики, Бухары и Хорезма.

Общее количество населения Узбекской CCP составляет до 5 миллионов человек.

По национальному составу Узбекистан: свыше 70% узбеки, остальные таджики, казахи, киргизы, русские и т.д.

В административном отношении УзССР разделяется на 7 областей: Самаркандскую, Ташкентскую, Ферганскую, Зеравшанскую, Кашкадарьинскую, Сурхандарьинскую и Хорезмскую 136[152].

Основная роль в экономике Средней Азии принадлежит сельскому хозяйству. Ценность валовой продукции Средней Азии в 1924 г. определяется в 536 миллионов рублей, из них приходится на долю сельского хозяйства 455 миллионов рублей. Поскольку наиболее мощные в экономическом отношении сельскохозяйственные районы вошли в состав Узбекистана, поскольку хлопководческие посевы - эта база сельского хозяйства - в подавляющем большинстве находятся на территории Узбекистана, постольку не будет большой ошибкой сказать, что, говоря о Средней Азии, мы преимущественно говорим об Узбекистане, хозяйственная мощь которого равна приблизительно 75% ценности продукции всего среднеазиатского района. Сельское хозяйство Узбекистана носит вполне определенный оседлый характер, в то время как в Туркменистане оно примерно наполовину оседлое и наполовину кочевое, а в киргизских районах определенно преобладает кочевое хозяйство.

Главнейшей отраслью сельского хозяйства УзССР является земледелие. Земледельческих хозяйств в Узбекистане в 1924 г. насчитывалось 676 тысяч. Земледелие ведется преимущественно на поливных, т.е. искусственно орошаемых землях, а неорошаемые, так называемые богарные, земли составляют значительное меньшинство. Это объясняется тем, что поливные земли дают значительно больший урожай и не ставят земледельца в зависимость от атмосферной влаги, выпадающей в жарком климате Средней Азии сравнительно в очень небольшом количестве; но главное преимущество полив- /281/ ных земель заключается в том, что они дают возможность посева высокорентабельных культур, как хлопок и рис. В 1924 г. посевная площадь Узбекистана исчислялась в 1548000 дес., из которых 1179700 дес. приходилось на поливные посевы и 368300 дес. на богарные посевы. Это указывает на то, что полеводческое хозяйство Узбекистана ведется преимущественно на поливных землях, которые составляют 76% посевной площади, и лишь 27% падает на богарное хозяйство. Отсюда без долгих комментариев ясно, какое колоссальное значение имеет ирригация в хозяйственной жизни Узбекистана. На поливных землях из группы продовольственных культур наибольшим распространением пользуются пшеница, джугара, кукуруза и рис, из кормовых - ячмень, из технических - масличные (лен, конопля), из промышленных - хлопок и из кормовых трав - люцерна (клевер). На богаре сеют преимущественно пшеницу и ячмень.

О структуре сельского хозяйства Узбекистана и значении отдельных его отраслей может дать представление нижеследующая таблица распределения валовой доходности сельского хозяйства в 1924 г. по отдельным его видам в процентном отношении:

Полеводство **[153]

-

77,7%

Луговодство

-

0.1

Животноводство

-

8,3

Огородничество

-

2,6

Садоводство

-

2,8

Виноградарство

-

8,2

Птицеводство

-

0,3

100%

В 1925 г., по нашему плану, посевная площадь Узбекистана должна дойти до 1776000 десятин, т.е. увеличится по сравнению с прошлым годом на 14%. По имеющимся данным текущей посевной кампании, этот план будет выполнен, причем расширение посевов идет преимущественно за счет развития хлопководства.

В 1924 г. в Узбекистане было засеяно около 238000 дес., а в текущем году, по данным Узбекского хлопкома, имеется уверенность, что площадь хлопковых посевов дойдет до 420000-430000 десятин, если будут /282/ благоприятные метеорологические условия, что может дать Союзу до 7 миллионов пудов чистого хлопкового волокна.

Переходя к краткой характеристике промышленности Узбекистана, необходимо отметить, что крупной формы заводской промышленности в Узбекистане, как вообще в Средней Азии, до сих пор нет еще, хотя реальные предпосылки к созданию крупных фабрик и заводов по целому ряду отраслей промышленности у нас имеются (например, для текстильной, целлюлозно-бумажной, цементной, переработки пищевых продуктов, добычи и разработки угля, нефти, минералов и т.д.) 137[154].

Так же как и в сельском хозяйстве, необходимо отметить, что как по числу промышленных предприятий и рабочих в них, так и по валовой продукции Узбекистан занимает первое место в ряду национальных республик и автономных областей Средней Азии, что наглядно представляет следующая таблица цензовой фабрично-заводской промышленности Средней Азии в 1923-1924 хозяйственном году:

Название республик

Число действующ. пром. зав.

Рабочих

Валовая в них продукция, в тыс. руб.

Узбекская CCPв абсолютных

158

6992

5599,3

в %%

55,1

68,5

77,2

Туркменская CCPв абсолютных

62

2127

12605,5

в %%

21,6

20,8

17,6

Казахская CCPв абсолютных

42

770

2337,6

в %%

14,6

76

3,3

Каракиргизскаяв абсолютных

25

321

1340,7

в %%

8,7

3,1

1.9

Главенствующая роль в промышленности Узбекистана принадлежит хлопкообрабатывающей промышленности, валовая продукция которой за 1923-1924 г. составляла 58% всей валовой продукции цензовой промышленности. В 1924 г. работали 31 хлопкоочистительный и 4 маслобойных и мыловаренных завода. Помимо промышленных заведений, огромное большин- /283/ ство которых мелкоремесленного и полукустарного типа (всех этих заведений вместе с фабрично-заводскими промышленными предприятиями в 1923-1924 г. на территории городских поселений, отошедших к Узбекистану, насчитываем 14000), в Узбекистане имеется сильно развитая кустарная промышленность.

Отсутствие обследований по кустарной промышленности не позволяет еще сейчас выступать с точным цифровым материалом, но некоторые данные указывают на то, что в довоенное время продукция туркестанской кустарной промышленности составляла около 40 млн. руб. в год и в ней было занято до 100000 человек, причем стоимость этой кустарной промышленности превышала в 4-5 раз стоимость фабрично-заводской продукции, если из последней исключить хлопкообрабатывающую промышленность. Наиболее значительные отрасли кустарной промышленности: текстильная (в частности шелкообрабатывающая и ковровая), металлическая, кожевенная, деревообделочная.

Отсутствие в Туркестане крупного фабрично-заводского производства делает его потребителем фабрикатов союзной промышленности, а экспорт сельскохозяйственной продукции в центральные районы Союза (хлопок, каракуль, шерсть, сухофрукты, шелк, кожсырье и проч.) служит средством регулирования расчетного баланса УзССР. Отсюда ясно, какое огромное значение для экономики Узбекистана играет экспортно-импортная торговля с Союзом и сопредельными странами, налагающая на главную экономическую базу - сельское хозяйство - все более и более отпечаток товарности.

Что касается оптовой торговли Узбекистана, то она по преимуществу сконцентрирована в руках госорганов - общесоюзных и узбекских, распыление же товаров, в особенности в сельских местностях, преимущественно происходит через частный аппарат ввиду недостаточности и слабости государственной и в особенности кооперативной товаропроводящей сети.

Таковы в общих чертах основные моменты хозяйственного положения Узбекистана.

В культурном отношении Узбекистан чрезвычайно отстает от других, в особенности центральных частей Союза (РСФСР, Украина, Кавказ, Белоруссия), так /284/ как колонизаторская политика царского правительства и эмирско-ханский деспотизм искусственно старались держать широкие массы населения в темноте и невежестве, а разжигаемый узким и реакционным духовенством религиозный фанатизм в конечной цели также вел к эксплуатации, порабощению и пребыванию в невежестве трудовых слоев народа. Процент грамотного населения едва достигает 5, больницы и лечебные пункты на громадную территорию в 5 млн. населения насчитываются единицами, школьная сеть чрезвычайно мала и едва вмещает 10% детей школьного возраста, население обрабатывает почву самыми примитивными сельскохозяйственными орудиями и т.п.

Эта культурная отсталость Узбекистана наряду с огромнейшими политическими и хозяйственными перспективами возлагает на всех нас задачу повести развитие экономических и культурных сил Узбекистана более быстрым, скажу даже исключительно быстрым, темпом, который дал бы ему возможность нагнать упущенное время и подойти к среднему экономическому и культурному уровню Союза. В этом отношении национальное размежевание, которое дало возможность узбекскому народу самоопределиться и объединить узбекские территории в одно единое государство, сделало свое дело.

Происходящий съезд и конференция рисуют нам значительное поднятие активности широких масс, пробуждающихся от вековой спячки и невежества. Несмотря на ряд трудностей работы в условиях отсталой, обнищавшей, малокультурной страны, Советской властью проделана за несколько лет огромная организационно-воспитательная, политическая и хозяйственная работа. В жизни всего узбекского народа за эти несколько лет чувствуется сильный сдвиг. Мы являемся свидетелями крупнейшего революционного процесса: растет классовое самосознание бедняцких слоев населения, укрепляется Советская власть. Вместе с тем мы видим, как количество новометодных советских школ, которых не знал старый режим, неуклонно растет из года в год, европейски научно поставленная медицина кое-где начинает из городов проникать в кишлак, конкурирует и вытесняет там туземных табибов (лекарей), ирригация приводится в порядок, начинает восстанавливаться /285/ и к будущему году должна дойти до 90% довоенного времени. Восстановление каракулеводства, шелководства и в особенности хлопководства идет усиленным темпом. Промышленность восстанавливается, переходит стадию дефицитности и намечается открытие новых крупных промышленных предприятий.

Стоит только сравнить торговый оборот республики в 1922 г., составлявший по ввозу и вывозу 44 млн. руб., с оборотом в 1924 г. - 145 млн. руб., чтобы видеть, какие возможности развития хозяйства дает Советская власть трудящимся массам Узбекистана.

Происходивший недавно съезд Советов УзССР констатировал этот хозяйственный сдвиг и рост политической активности трудовых слоев населения и наметил широкое привлечение беспартийного дехканства в советский аппарат, меры к оживлению работы низовых органов, сокращение и удешевление правительственного аппарата, создание волостного бюджета и проч.

Все эти данные несомненно свидетельствуют о том, что при политической и экономической поддержке Союза молодая Узбекская республика, ставшая центром экономической и культурной жизни Средней Азии, быстро окрепнет и, развивая свои хозяйственные силы и возможности, служа опорной базой текстильной союзной промышленности и крупнейшим экспортно-импортным рынком, будет способствовать росту мощи всего нашего Союза. Это политическое и экономическое значение Узбекистана, как крупнейшего советского государства Средней Азии, возлагает вместе с тем на него обязанности еще большего напряжения сил, упорнейшей работы, чтобы сделаться настоящей передовой советской республикой на подступах к огромному Востоку, - сделаться центром притяжения просыпающихся новых сил борющегося трудящегося человечества на Востоке. /286/

УЗБЕКИСТАН К 15-й ГОДОВЩИНЕ ОКТЯБРЬСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

а) Предварительные итоги первой пятилетки.

Истекшие годы показали, что в национальном размежевании Средней Азии и образовании Узбекской /286/ CCP была права наша партия и шедшие за ней трудящиеся массы Бухары. Теперь все знают, каких результатов достигла страна благодаря именно этим мероприятиям партии и Советской власти.

Рабочие и бедняцко-середняцкие массы дехканства за эти годы достигли огромных политических, хозяйственных и социально-культурных успехов. За эти годы неизмеримо укрепилась Советская власть, правильное пролетарское руководство рабочего класса Союза создало все условия для активизации рабочих и бедняцко-середняикнх масс дехканства, для роста культуры и политического самосознания их.

Последние мероприятия партии по орабочиванию и обатрачиванию советского аппарата, очищению советского хозяйственного и кооперативного аппарата от чуждых и примазавшихся элементов дали блестящие результаты, - советский аппарат больше, чем когда бы то ни было, приблизился к основной массе трудящихся; он является теперь действительным выразителем их настроения.

Особенно значительны наши успехи в области хозяйственного строительства, - в минимальный срок был закончен восстановительный период, и рабочий класс взялся за реконструкцию народного хозяйства. Результатом этой реконструкции явился значительный рост народного хозяйства против довоенного уровня. Этот процесс хозяйственного строительства шел в условиях борьбы двух начал - нового, социалистического, со старым, отживающим капиталистическим. В этом великом соревновании между двумя системами неизменно побеждали элементы социализма.

Истекшие годы были годами значительных социальных сдвигов в стране - земельно-водная реформа, проведенная непосредственно после национального размежевания, разрешила земельный вопрос в пользу беднейшего дехканства, развязала производительные силы сельского хозяйства.

Все это привело к возможности приняться за действительное ограничение эксплуататорских возможностей байства и кулачества.

Борьба за раскрепощение женщин-работниц также явилась одним из крупнейших мероприятий партии и Советской власти в деле подъема производительных /287/ сил страны, в деле поднятия культуры. Эта борьба дала уже значительные результаты - наши женщины-работницы являются полноправными участниками социалистического строительства, они все больше и больше принимают участие в области хозяйственного строительства, вовлечение женщин происходит не только в сельское хозяйство, но и в промышленность.

Мы являемся свидетелями исторического явления - осуществления конкретных планов социалистического строительства.

Пятилетний план великих работ изменил полностью облик нашей страны. В результате осуществления этой пятилетки Советский Союз является не только индустриальной страной, страной высокоразвитого сельского хозяйства, с громадным применением новейших сельскохозяйственных орудий, но мы уже достигли в течение этой пятилетки такого размаха культурного строительства, такого движения вперед, какого наша страна не знала в своей истории. В течение этой пятилетки произошли еще большие изменения в социальной структуре нашей страны, связанные с ростом промышленности, ростом рабочего класса, совхозным и колхозным строительством, - все это совершенно изменило облик нашей страны.

Пятилетний план в результате своего осуществления дает нам положительный ответ на вопрос Ленина "кто кого" в нашу пользу.

Трудящиеся массы Узбекистана под руководством рабочего класса Советского Союза также с напряжением всех своих сил работают над осуществлением пятилетнего плана. Пятилетний план развития народного хозяйства Узбекистана имел своей задачей форсированные темпы развития сельского хозяйства, усиление промышленного строительства, значительные сдвиги в области культурного строительства.

Мы не только использовали всю довоенную посевную площадь, но превзошли довоенные размеры этих площадей как на поливных, так, и в особенности, на богаре. Для примера укажем хотя бы только на темпы роста богарных площадей. Довоенная цифра богарных посевов на территории Узбекистана, по всем данным, не превышала 500-550 га. Площади богары уже в /288/ 1930-1931 г. дошли до 1270000 га, что составляет 230% довоенного.

Рост ирригационного строительства виден из следующей таблицы.

Прирост поливных площадей от ирригационного строительства УзССР

Годы

Размер прироста в гектарах

По сравнению с прошлым годом

1927-1928 1928-1929 1929-1930

64175 99700 127600

154,9 128,4

Все вложения как по союзному, так и республиканскому бюджету выражаются в следующем:

Сравнительная таблица затраченных средств на ирригационное строительство УзССР

Источники финансирования

1927-1928 г.

1928-1929 г.

1929-1930 г.

Бюджет СССР Бюджет УзССР Meль фонд Водный сбор Местный бюджет Средства с.-х. банка

3 908,73 1 743 438 199 653 3 457 566 - -

7 794 208 726 289 689 943 5 455 640 - -

12 522 882 9 878 858 2 228 400 4 990 000 420 000 749 000

Итого

9 333 830 100%

14 668 080 157,2%

31 560 040 215,2%

Все это не могло не сказаться на темпах роста хлопка. Вот таблица, которая показывает, как шло это развитие.

Рост хлопковых посевов в УзССР (по данным инструментального обмера)

Годы

Хлопковая площадь

% к предыдущему году

1925-1926 1926-1927 1927-1928 1928-1929 1929-1930

380 300 444 300 529 900 580 700 818 500

117,0 119,0 109,0 141,0

/289/

Из других вопросов, характеризующих состояние с.-х., остановимся еще на шелководстве. Являясь одной из важных отраслей сельского хозяйства, основанной на труде женской части кишлачного населения, эта отрасль сельского хозяйства имеет огромнейшее значение. Вот таблица, которая показывает темпы роста шелководства у нас:

Годы

Реализовано коробок грены

Сбор сырых коконов (в тоннах)

количество

по сравнению с предыдущим годом

количество

% к предыдущему

1926-1927 1927-1928 1928-1929 1929-1930

130 500 207 300 228 500 358 400

158,8 110,1 156,8

3160 5020 5660 6958

150,0 112,5 123.0

Именно этими темпами роста народного хозяйства, насыщением сельского хозяйства Узбекистана современными орудиями производства и тракторами, а главное, успехом нашей партии по организации батрачества и бедноты, укреплением союза с середняками, правильным руководством делом социалистического переустройства, объясняются наши успехи в области коллективизации. Громаднейший размах колхозного движения еще более ускоряет весь процесс социалистической переделки нашего кишлака. Чтобы понять, насколько значительны наши успехи в этом отношении, достаточно указать, что за один 1929-1930 г. колхозы выросли уже на 24%.

Особенно необходимо подчеркнуть рост промышленного строительства в Узбекистане. Помимо восстановления и полного использования всех тех промышленных предприятий, которые нам достались от прежнего строя, у нас теперь заложены основы для гигантского роста таких отраслей промышленности, которых не было в Средней Азии в довоенное время, доказательством чему служат реальные цифры из года в год растущих капиталовложений в промышленность. /290/

Если сравнить капиталовложения за годы существования Узбекистана, мы получим следующую картину, Всего было вложений в нашу промышленность:

Годы

Вся цензовая гос. промышленность, млн. руб.

В том числе BCHX УзССР, млн. руб.

1925-1926 1926-1927 1927-1928 1928-1929 1929-1930

15,8 19,1 21,9 37,2

4,0 8,1 8,0 10,0 20,9

Эти цифры говорят сами за себя. Поэтому нам остается сказать только несколько слов в отношении тех отраслей промышленности, которые получают у нас особенно сильное развитие.

В первую очередь, это промышленность хлопкоочистительная, маслобойная, пищевкусовая и др., которые тесно связаны с первичной обработкой продуктов сельского хозяйства.

Во-вторых, шелковая промышленность. Интенсивный рост шелководческого хозяйства привел к возможности создания этой новой отрасли промышленности в Узбекистане.

Уже теперь мы имеем до четырех шелкомотальных фабрик, в которых работают несколько тысяч трудящихся женщин из коренного населения.

Затем идет текстильная промышленность, основа которой заложена окончанием постройки Ферганской текстильной фабрики и окончанием проектов строительства еще более мощных текстильных фабрик в Ташкенте, Самарканде и Бухаре. Это тоже является новой отраслью промышленности.

Металлическая промышленность раньше, в первые годы революции, была представлена отдельными механическими мастерскими, теперь уже работает Сель-маш - завод сельскохозяйственного машиностроения.

Все это вместе с огромным ростом электрификации страны, началом строительства Чирчикского азотного завода совершенно изменяет промышленное лицо Узбекистана. /291/

Узбекистан из чисто аграрной отсталой страны вслед за индустриализирующимся Союзом превращается в аграрно-индустриальную часть великого Союза Советских Социалистических Республик.

Заслуживает внимания также успех партии и Советского правительства в таких областях хозяйственного строительства, как организация дальнейшего подъема кустарной промышленности, которая в Узбекистане все еще имеет огромнейшее народнохозяйственное значение.

Значительно двинулось вперед как рельсовое, так и безрельсовое дорожное строительство, примером чего служит не только полное восстановление всех действовавших в довоенное время дорог, но и соединение Узбекистана с нынешней столицей Таджикской республики - Душанбе рельсовой дорогой.

Окончание Туркестано-Сибирской железной дороги, которая имеет величайшее значение в деле дальнейшего роста хлопководства, а стало быть и ускорения темпов хозяйственного строительства, начало строительства Чарджуйско-Хорезмской железной дороги, которая свяжет Узбекистан и Союз с этой наиболее отдаленной и оторванной до сих пор частью республики, - также являются примерами, доказывающими наши успехи в этой области.

Незачем говорить о том, какое значение имела эта картина хозяйственного роста в деле улучшения материального положения трудящихся Узбекистана, в деле подъема их культурного уровня. Достаточно указать, что за время со дня оформления Узбекистана зарплата рабочих увеличилась на 141,3%, значительно возросла и покупательная способность кишлака:

Покупательный фонд

1926-1927 г.

Всего 447,7 млн. руб.

- 100,0%

на душу 101,0 руб.

- 100,0%

Покупательный фонд

1929-1930 г.

Всего 633,3 млн. руб.

- 14,5%

на душу 138,6 руб.

- 137,0%

1930-1931 г.

Всего 763,0 млн. руб

- 170,4%

на душу 162,7 руб.

- 161,0%

Укажем на рост вложений в области народного образования и здравоохранения. Вложения как по государственному, так и по местному бюджету в области /292/ народного образования шли следующим образом (в тыс. руб.):

В 1924-1925 г. - 8618,1

1925-1926 г. - 11166,4

1926-1927 г. - 13452,0

1927-1928 г. - 18356,2

1928-1929 г. - 25772,1

1929-1930 г. - 42445,0

На здравоохранение за эти годы было вложено всего 57931 тыс. рублей.

Что же касается 1930-1931 года, то в один этот год вложено в народное образование 86684,6 и на здравоохранение 31591,3 тыс. рублей.

Результаты этих вложений и целого ряда мероприятий правительства выразились в значительном повышении грамотности среди населения Узбекистана. Процент грамотности для 1929-1930 года уже определился цифрой свыше 20-22 против 3-5% до революции.

В школах I ступени в Узбекистане в 1929-1930 году обучалось свыше 150000 человек, пропущено через пункты ликвидации неграмотности только в один год 300000 человек. Принятый правительством закон о введении всеобщего начального обучения начиная с 1930-1931 хозяйственного года даст ощутимые результаты. За 1930 г. охвачены школами первой ступени до 300000 детей в возрасте от 8 до 10 лет как в городах, так и в кишлаках; пропущено через пункты ликбеза не менее 400000 человек,

В средних и высших учебных заведениях обучаются несколько десятков тысяч человек. Как продукт деятельности Советской власти мы уже имеем немалое количество врачей, инженеров, агрономов, техников и других работников высшей квалификации из среды коренных национальностей - узбеков, таджиков, казахов и т.д.

На рост культурного уровня трудящихся масс Узбекистана указывает рост наших газет; в одном Узбекистане уже в 1930 г. издается около 20 периодических и непериодических газет и журналов.

Растет массовая литература. Положены основы для быстрого роста новой революционно-художественной литературы.

Узбекские драматические и музыкально-этнографические театры достигли огромнейших успехов. /293/

В Бухаре нет ни одной закрытой женщины. Это ли не успех Советской власти?

Все, что касается Узбекистана в целом, не могло не отразиться также и на территориях, ранее входивших в состав бывшей Бухары.

Тем не менее для сопоставления того, что было в Бухаре до 1924 г., и в настоящее время, мы считаем не лишним специально остановиться, хотя бы в самых кратких чертах, на том, что было сделано за эти годы в отношении этой части нашей республики.

Не говоря о других центрах бывшей Бухары, как Чарджуй, Сталинабад (бывший Душанбе), входящих - первый в состав Туркменской CCP, второй - в состав Таджикской CCP в качестве ее столицы, которые растут не по дням, а по часам, перечислим только некоторые мероприятия, которые были за эти годы проведены в самой Бухаре.

Бухара уже является не тем, чем она была в дореволюционное время - центром торговли, с множеством купцов, ареной эксплуатации рабочих, городской бедноты и дехканского населения. Нет всего этого теперь в Бухаре. Нет там также и бесчисленного количества медресе, где воспитывались муллы, эта наиболее крепкая и реакционная опора эмирского правительства. Нет там и хаузов в городе и бесчисленного количества болот - этих очагов для поголовного заражения всякими болезнями всего населения бывшей столицы эмира.

Вместо всего этого Бухара уже теперь становится центром огромнейшей политической и культурной работы Советской власти. В Бухаре заложены все основы для быстрого роста промышленности - словом, преобразилось все лицо Старой Бухары, она начинает быть новой: электрическое освещение, водопровод, множество культурных учреждений и лечебных заведений - все это есть продукт деятельности Советской власти за столь незначительное время.

Чтобы не быть голословным, перечислим некоторые предприятия, строительство которых закончилось теперь или же предполагается к окончанию в ближайшее время.

Назовем шелкомотальную фабрику, где работают до тысячи коренных трудящихся женщин. Швейная фабрика, которая окончилась строительством в июле /294/ 1931 г. Громаднейшая, почти на 500 человек, механизированная кустарная мастерская; строительство мощного водопровода, народный дом, здание педтехникума, множество клубов, кино, больниц и т.д.

Совершенно ясно поэтому и то обстоятельство, что в области национальной политики ни на территории Бухары, ни в одной из других частей Узбекистана, в том числе и в Хорезме, бывшем в недалеком дореволюционном прошлом ареной наиболее жестокой национальной и междуплеменной борьбы, мы не имеем того, что было в дореволюционное время. Наши практические мероприятия политического, хозяйственного и культурно-воспитательного порядка, особенно заботливое отношение Советской власти к нацменьшинствам, улучшение их материального и бытового положения, развитие их национальной культуры - все это дало самые ощутимые результаты. У нас не только не имеют места племенные раздоры и национальная вражда, не только господствует полнейший мир между трудящимися всех национальностей, но и создались все условия для самого тесного и братского сотрудничества между ними.

Трудящиеся Узбекистана при поддержке пролетариата Советского Союза в течение первой пятилетки добились громадных успехов по развитию народного хозяйства, индустриализации страны и в деле завоевания хлопковой независимости.

Основным решающим моментом этих успехов являются громадные социальные сдвиги, происшедшие на протяжении первой пятилетки.

В области сельского хозяйства:

Совхозы. Накануне первой пятилетки вся площадь совхозов составляла 36000 га, пятилетний план предусматривал общую площадь всех совхозов республики довести к концу пятилетки до 117000 га; в 1932 г. площадь совхозов (хлопковая, зерновая, садовиноградная и прочие) фактически составляла 273000 га.

Коллективизация. В 1928 г. в начале первой пятилетки колхозы охватывали всего 1,5% бедняцко-середняцких, дехканских хозяйств. Пятилетний план к началу 1933 г. предусматривал охват колхозами 21,7%, фактически в середине 1932 г в колхозах находилось 72%. /295/

А по хлопковым районам, представляющим собой решающую, ведущую долю сельского хозяйства, в основном завершена сплошная коллективизация - 83,4% всех бедняцко-середняцких хозяйств уже коллективизировано и на этой базе заканчивается ликвидация кулачества как класса.

Удельный вес колхозов по валовой продукции сельского хозяйства, включая и хлопчатник, в 1929 г. составлял 1,3%, пятилетним планом намечено было иметь в колхозах в 1932 г. 15,2% всей валовой продукции сельского хозяйства. Фактически же продукция колхозов в 1932 г. составляла более 60%.

Этот процесс обобществления сельского хозяйства сопровождался одновременно вооружением его новейшей техникой - в 1928 г. Узбекистан располагал тракторным парком в количестве 800 единиц мощностью 8000 лош. сил, в 1932 г. тракторный парк совхозов и MTC составляет 5160 единиц мощностью 76000 лош. сил.

На фоне развернувшейся в течение первой пятилетки борьбы за хлопковую независимость Советского Союза произошли также громадные изменения в структуре сельского хозяйства, осуществление которых оказалось возможным только на базе вышеуказанных социальных сдвигов.

Орошаемая площадь за первую пятилетку возросла с 1456 тыс. га до 1776500 га, в том числе хлопковая площадь в 1932 г. достигла 940000 га против 530000 га в начале первой пятилетки.

Таким образом, в общей массе всех посевов площадь хлопчатника за первую пятилетку выросла в своем удельном весе до 61% по сравнению с 39% в начале пятилетки.

Приведенные нами показатели роста посевной площади, увеличение тракторного парка, рост совхозов и колхозов, не говоря о целом ряде других достижений, имеющихся в области шелководства, садоводства и т.д., являются ярким доказательством того, насколько велики успехи, достигнутые трудящимися Узбекистана за эти годы пятилетки.

Основным выводом, который вытекает из всего сказанного, является тот факт, что по всем основным разделам сельского хозяйства пятилетний план трудящимися Узбекистана выполнен досрочно в три и четыре года, /296/ и то, что Узбекистан на протяжении первой пятилетки из страны с мелким распыленным индивидуальным хозяйством кануна пятилетки превратился в страну крупного обобществленного сельского хозяйства, вооруженного современной техникой, что в борьбе за хлопковую независимость Советского Союза совхозы и колхозы Узбекистана добились решающих успехов, обеспечив значительный прирост посевных площадей под хлопчатником.

Эти громадные успехи в области сельского хозяйства в Узбекистане сопровождались одновременно огромной работой в области промышленности. Так, средний ежегодный прирост валовой продукции промышленности, расположенной на территории Узбекистана, составил за три года 22-24%, а промышленности, производящей средства производства, - 40-42%.

Несмотря на то, что ряд предприятий, начатых строительством в период первой пятилетки, еще не закончен, продукция всей промышленности в 1932 г. возросла примерно до 600 млн. руб. против 290 млн. руб. в начале первой пятилетки.

За четыре года первой пятилетки в промышленность Узбекистана вложено 215 млн. руб., основной фонд ее возрос с 53 млн. руб. в 1928 г. до 114 млн. руб. в 1932 г.

В период первой пятилетки на основе значительно лучшей организации работы промышленности и вышеуказанных капиталовложений закладывается фундамент дальнейшего быстрого индустриального развития.

Примером такого развития является организация ряда новых производств, ранее не имевших места в Узбекистане, как, например, бумажное, текстильное, шелкомотальное, серное, цементное, машиностроение и т.д.

На базе использования природных богатств, остававшихся до сих пор неиспользованными, как, например, богатейшие месторождения меди в Алмалыке, колоссальные запасы гидроэнергии в Узбекистане, заложен фундамент ряда гигантов, которые по своему производству имеют всесоюзное значение и выдвигаются на первую линию с крупнейшими производствами мирового масштаба - Алмалыкстрой, Чирчикстрой, Текстильный комбинат и т.д. /297/

На этой базе окреп и вырос больше чем в три раза пролетариат Узбекистана.

Общее количество лиц наемного труда в 1932 г. достигло 490000 человек против 210 тыс. в 1928 г., т.е. возросло на 130%. В этом составе число рабочих цензовой промышленности возросло до 34 тысяч человек против 10600 человек в 1928 г., т.е. на 200%, обгоняя, таким образом, значительно средние темпы роста лиц наемного труда. Уже второй год Узбекистан не знает безработицы. Налицо значительное улучшение материального положения рабочих и широких масс трудящихся.

Указанные факты и приведенные примеры в области промышленного строительства говорят за то, что уже в период первой пятилетки Узбекистан из чисто аграрной страны превращается в аграрно-индустриальную часть Советского Союза.

В соответствии с этим размахом развития народного хозяйства одновременно происходит и рост культурного строительства. Вот некоторые данные, характеризующие темпы культурного строительства в Узбекистане.

Если в начале первой пятилетки грамотных в Узбекистане было всего 10-12%, то в 1931 г. процент грамотных составил около 50. Охват детей школьного возраста в 1928 г. составлял 24%, к началу же 1933 г. будут охвачены школами все дети школьного возраста.

Эти цифры, не говоря уже о росте издания литературы на национальных языках, громаднейших успехах, которых достигли рабочие и трудящиеся массы Узбекистана в области искусства, театра, музыки и т.д., указывают на то, какими гигантскими темпами трудящиеся Узбекистана осуществляют лозунг "Догнать передовые культурные народы Советского Союза".

Указанные нами положительные факторы нашего строительства не означают, что у нас нет отдельных недочетов, что мы не имеем тех или иных прорывов в нашем хозяйственном строительстве. Мы должны наряду с освещением положительных факторов указать и на те недочеты, которые имеются в нашей работе, вскрывая их перед трудящимися массами нашей страны, и мобилизовывать их усилия на устранение причин, порождающих эти недочеты. /298/

С этой стороны необходимо, прежде всего, подчеркнуть то обстоятельство, что, несмотря на громадные успехи, достигнутые нами в деле дальнейшего выполнения пятилетки в четыре года, по некоторым важнейшим частям пятилетнего плана мы выходим к началу второй пятилетки со значительным отставанием. Сюда относятся прежде всего качественные показатели.

Как в промышленности, так и в сельском хозяйстве мы имеем значительное недовыполнение плана по качественным показателям. Но особенно серьезно это невыполнение качественных показателей в области сельского хозяйства. Я имею в виду директиву партии и правительства о поднятии урожайности хлопчатника на 40% против первого года пятилетки.

Недовыполнение плана по этой решающей культуре нашего сельского хозяйства является фактором, на котором необходимо заострить внимание всех трудящихся, всех наших организаций.

Другим таким же крупнейшим недостатком является невыполнение плана капитального строительства по ряду субъективных причин и вследствие систематического, из года в год в течение первой пятилетки возрастающего недополучения стройматериалов. Общая строительная программа в объеме 1200 млн. руб. выйдет в конце 1932 г. с незавершенным производством на сумму примерно 200 млн. руб.; с очень чувствительным недовыполнением плана мы выходим к концу первой пятилетки по линии важнейшей отрасли хозяйства - электрификации.

Здесь имеется не только значительное недовыполнение в абсолютных показателях плана первой пятилетки, но и совершенно недопустимое затягивание сроков строительства двух первых в Узбекистане районных гидростанций - Кадырья на 12 с половиной тыс. киловатт и Кувасай на 24000 квт не говоря уже о таких станциях, как гидростанция на Даргоме и тепловая станция в Бухаре.

Это явление будет иметь бесспорно отрицательное значение. В итоге этого явления потребление промышленностью электроэнергии на одного среднесписочного рабочего дошло до 1,23 квт•ч в 1931 г. против 1,4 квт•ч в 1927-1928 гг. /299/

Правда, это напряженное состояние электрохозяйства несколько разрядится в течение ближайших месяцев, ибо Кадырьинская гидростанция на 12 с половиной тыс. квт должна быть закончена не позднее 1 января 1933 г., тем не менее мы должны подчеркнуть это обстоятельство для того, чтобы устранить те факторы, которые обусловили указанные нами отрицательные явления.

Подводя итоги истекших трех лет первой пятилетки; а также учитывая предварительные итоги осуществления плана 4-го, последнего, года пятилетки, мы можем с твердостью заявить, что, несмотря на указанные неблагоприятные условия, рабочие, колхозники и трудящиеся Узбекистана в результате правильного проведения генеральной линии Коммунистической партии, последовательного осуществления ленинской национальной политики добились за эти годы первой пятилетки осуществления намеченных хозяйственно-политических и культурных задач, и главное задание первой пятилетки будет, несомненно, перевыполнено в результате пашей работы в текущем году.

Одним из самых главных итогов первой пятилетки для Узбекистана является то, что вместе со всем Советским Союзом в результате героической борьбы рабочего класса широкие массы рабочих и трудящихся дехкан Узбекистана завершили построение фундамента социалистической экономики.

б) О второй пятилетке.

В настоящее время закончена вся черновая работа по составлению второй пятилетки. Этот пятилетний план основан целиком на итогах первой пятилетки, на директивах 17-й партконференции.

"XVII конференция ВКП(б) считает, что огромные природные богатства страны, большевистские темпы социалистического строительства, рост активности широких масс рабочих и колхозников и правильная линия партии полностью обеспечивают такое развертывание производительных сил социалистического хозяйства во втором пятилетии, на основе которого будут окончательно ликвидированы капиталистические элементы в СССР. Конференция считает, что основной политической задачей второй пятилетки является окончательная ликвидация капиталистических элементов и классов вооб- /300/ ще, полное уничтожение причин, порождающих классовое различие и эксплуатацию, и преодоление пережитков капитализма в экономике и сознании людей, превращение всего трудящегося населения страны в сознательных и активных строителей бесклассового социалистического общества" 138[155].

Это есть основная руководящая директива нашей партии, из которой исходит также построение второй пятилетки в Узбекистане.

Громаднейшая активность, которую проявляют рабочие, колхозники и трудящиеся дехкане Узбекистана, их трудовой созидательный энтузиазм при всемерной помощи рабочего класса Советского Союза дает нам возможность поставить перед собой и разрешить вместе с Советским Союзом эти новые гигантские задачи строительства социализма в нашей стране.

"Быстрый рост социалистического хозяйства в период второй пятилетки в национальных республиках и областях обусловливает изживание экономической и культурной отсталости национальностей, унаследованной от царского колониально-капиталистического режима" 139[156].

В конкретных условиях социалистического строительства в Узбекистане это означает всемерное усиление темпов социалистической реконструкции хозяйства Узбекистана, сельского хозяйства, в особенности на основе укрепления существующих совхозов, дальнейшее развитие их как хозяйств последовательно социалистических, всемерное укрепление MTC как организаторов крупных коллективных хозяйств, борьбу за организационно-хозяйственное укрепление колхозов, за применение последних достижений науки и техники в нашем хозяйстве, интенсификацию нашего сельского хозяйства, за поднятие урожайности наших полей, организацию всех трудящихся кишлака на борьбу с кулачеством под лозунгом ликвидации кулачества как класса на базе сплошной коллективизации, борьбу с агентурой кулачества в колхозах и в Советах, борьбу с влиянием кулацкой идеологии и на основе всего этого борьбу за дальнейший подъем всего сельского хозяйства, за дальнейшее увеличение посевной площади, за новые ирригационные приросты, за расширение площади хлопка, за подтягивание отставших в своем развитии отраслей /301/ сельского хозяйства, как шелководство, лесное хозяйство и особенно животноводство.

Самой центральной задачей второй пятилетки в отношении сельского хозяйства будет по-прежнему борьба за хлопковую независимость Советского Союза.

Эта задача будет разрешаться не только на основе увеличения посевных площадей, но и главным образом энергичной работой по поднятию урожайности хлопка. Борьба за высокую урожайность в отношении всех других культур также будет основной и составной частью успешного осуществления социалистического строительства в нашей стране.

На основе осуществления указанных задач валовая продукция нашего сельского хозяйства к концу второй пятилетки составит 1599 миллионов рублей против 594 миллионов рублей в 1932 г., в том числе хлопка 445 миллионов рублей против 195 миллионов рублей, составляющих стоимость 32300 тыс. пудов волокна. Валовая продукция совхозов будет составлять около 300 млн. рублей, или 22% всей продукции сельского хозяйства против 12% в 1932 году.

"Средняя Азия окончательно преобразуется из отсталой когда-то колонии царского империализма в основной источник снабжения СССР хлопком, но в то же время в индустриальный центр, обеспечивающий население Средней Азии основными потребительскими товарами, также снабжающий СССР очень важными предметами производственного потребления" 140[157] (из доклада тов. Куйбышева на 17 партконференции).

В начале второй пятилетки Узбекистан закончит строительство всех намеченных крупных электростанций, в том числе (в 1934 году) в первую очередь Чирчикского электрохимкомбината, что даст нам возможность приступить немедленно к осуществлению развертывания программы электрификации Узбекистана так, как она намечена в генеральном плане электрификации Средней Азии.

Во всяком случае мы будем иметь к концу второй пятилетки до миллиона киловатт дешевой электроэнергии, а это означает, что к концу второй пятилетки мы построим ряд новых крупнейших гидро- и теплоэлектростанций в Фергане, Ташкенте, Зеравшанской долине, Хорезме и тем самым подведем твердую энергетическую /302/ базу для развития всего социалистического хозяйства (сельское хозяйство, промышленность, железная дорога, города), в частности, разрешим проблему кольцевания Ферганы и Ташкента.

Широкие научно-исследовательские, изыскательные работы в первую пятилетку дали нам богатейший материал, основываясь на котором, мы во вторую пятилетку развернем широкую эксплуатацию как старых, так и новых месторождений угля, нефти, в частности, мы должны решить задачу промышленной эксплуатации коксующегося угля в Байсуне, Алмалыкстрое, начавшемся строительством в первую пятилетку и развернувшемся вовсю уже с начала второй пятилетки. Но они не будут являться единственными объектами второй пятилетки по линии разработки недр. Алмалыкская медь повлечет за собой не только разработку ряда залежей черных и цветных металлов (медь, цинк, радий, свинец, молибден, ртуть, мышьяк), но и создаст в Узбекистане базу для развития металлургических заводов.

Основываясь на имеющихся в нашем распоряжении данных, мы можем поставить перед собой, как твердую задачу, осуществление следующей программы: добыча меди - до 300 тыс. тонн, цинка и свинца - 200 тыс. тонн, производство алюминия - 100 тыс. тонн, выработка азота (на нужды удобрений) - до 200 тыс. тонн, производство калия для обслуживания всех нужд Средней Азии и частичного вывоза в другие районы Союза; добыча нефти - до 1 млн. тонн; выработка цемента - до 3,7 млн. бочек в год, постройка текстильных фабрик до 1-1,5 млн. веретен; строительство таких крупных предприятий, как медно-прокатно-проволочный завод, завод электроарматуры, завод по выделке горного оборудования, завод по выработке ирригационных и дорожных машин, автосборочный и авторемонтный завод, дальнейшее развитие промышленности стройматериалов на местном сырье, громадное развитие шелковой промышленности, с установкой на полную законченную переработку в окончательные фабрикаты шелкового сырья в Узбекистане.

Вторая пятилетка даст громаднейший размах промышленного строительства в Узбекистане. Для того чтобы наиболее ярко выразить этот размах нашего промышленного строительства, достаточно будет указать, /303/ что к концу 1937 г. продукция промышленности Узбекистана будет выражаться в сумме около 3 млрд. рублей против 600 млн. рублей продукции нашей промышленности в 1932 г.

Предстоит выполнение громадной программы в области реконструкции нашего транспорта, помимо целого ряда подъездных железнодорожных путей, хлопковых, угольных и т.д., в период второй пятилетки мы должны разрешить задачу строительства жел.-дор. линии Чарджуй - Хорезм, Огромное значение этой жел.-дор. линии совершенно очевидно. Нам предстоят огромные работы в области ирригационного строительства в Хорезме, в части разрешения проблемы Туя Муяна.

Долженствующее разрешить вопросы реконструкции водного хозяйства Хорезмского оазиса, строительство этой жел.-дор. линии дает нам возможность поднять громадные богатства Хорезмского оазиса, ныне в значительной мере изолированного от остальной части Узбекистана и Союза, в силу отсутствия налаженного транспорта, и превратить этот оазис во вторую Фергану.

Кроме того, значительные работы предстоят нам в области безрельсовых дорог. Узбекистан является наиболее отсталой республикой Союза в отношении дорожного хозяйства. В период первой пятилетки мы не сумели благодаря целому ряду условий осуществить планы дорожного строительства. Это состояние нашего дорожного строительства значительно затрудняет дальнейшее развитие народного хозяйства.

Во вторую пятилетку в области безрельсовых дорог мы ставим перед собой задачу строительства шоссейных, гравийных и благоустроенных дорог до 10000 км. Разрешение этой громадной задачи должно будет значительно содействовать дальнейшему развитию всего нашего народного хозяйства, значительно усилит общение между городом и деревней.

В области связи мы ставим перед собой задачу не только значительного увеличения сети почтово-телеграфных пунктов в республике, значительное улучшение почтовой и телеграфной связи, но мы ставим перед собой конкретную задачу связать все районы республики телеграфом и телефоном, связать телефоном сельсоветы с районами и значительно улучшить общее состояние нашей связи и по линии радио. /304/

В отношении улучшения материального положения рабочих и широких масс трудящихся Узбекистана B основу второй пятилетки положены указания 17 партийной конференции о необходимости улучшения материального положения трудящихся масс по сравнению с настоящим периодом в два и три раза.

В отношении городского и коммунального строительства указания 17 партийной конференции об улучшении материального благосостояния рабочих и колхозников и всех трудящихся в период второй пятилетки по-новому ставят также предстоящее проведение ряда серьезных работ. Указания 17 партийной конференции о повышении материального благосостояния колхозников и всех трудящихся в период второй пятилетки по-новому ставят этот вопрос в Узбекистане. По примеру крупнейших центров - Москва, Ленинград и другие - должны будут развиваться крупнейшие рабочие промышленные центры в Узбекистане, и в первую очередь столица Узбекистана - Ташкент. Водопровод, канализация, жилищное и коммунальное строительство, другие культурные учреждения, озеленение - вот сумма вопросов, стоящих перед нами, которые полностью будут разрешены для того, чтобы удовлетворить минимальные потребности трудящихся.

Одной из крупнейших задач в области городского и коммунального хозяйства является ликвидация острого жилищного кризиса в крупнейших городах Узбекистана. Мы должны разрешить конкретную задачу поднятия средней нормы жилплощади с 4,13 до 6,5 кв. метров. Общие вложения в наше коммунальное хозяйство и городоустройство в период второй пятилетки выразятся в сумме примерно полтора миллиарда рублей.

В области культурного строительства, на базе достигнутых в первую пятилетку успехов по ликвидации неграмотности, мы развернем громаднейшую работу в период второй пятилетки. Мы должны будем не только умножить наши количественные достижения, но и добиться высокого качества. Необходимо будет широко развернуть сеть начальных школ, школ подростков, но главная задача заключается в том, чтобы создать необходимый переход от начальной школы к школам повышенного типа. В период первой пятилетки здесь у нас наметился разрыв. За этот период мы не имели необхо- /305/ димого количества школ 7-леток, нам мешало главным образом отсутствие контингента; особенно в этом отношении отставал кишлак.

В период второй пятилетки мы должны разрешить эти задачи. Практически это будет сводиться к улучшению качества работы наших школ, оборудованию помещений, подготовке преподавательских кадров, максимальному снижению отсева, развертыванию широкой сети школ 7-леток с расчетом обеспечения в период второй пятилетки всеобщего обязательного 7-летнего обучения в Узбекистане. Проблема кадров будет проработана особенно тщательно. Вторая пятилетка по линии кадров должна сыграть исключительную роль как в деле обеспечения программы, так и подготовки к следующему периоду развертывания социалистического строительства.

Во вторую пятилетку мы должны будем не только создать достаточное количество новых высококвалифицированных кадров, но и подтянуть общую грамотность до более высокого уровня и вооружить всех взрослых трудящихся средним уровнем знания, техники, умения организовать свое хозяйство. Вот под этим углом зрения будет развертываться соответствующая сеть учреждений и комбинатов дошкольного воспитания и школьного образования и сеть внешкольного образования.

В результате осуществления этих задач Узбекистан будет не только громадной хлопковой базой Советского Союза и на базе развертывания хлопкового хозяйства, закрепления достигнутых в период первой пятилетки социальных сдвигов и социалистической реконструкции сельского хозяйства самой передовой сельскохозяйственной страной, насыщенной современной техникой, но и превратится в индустриальную часть Советского Союза. Полное осуществление программы промышленного строительства даст несомненное преобладание промышленности Узбекистана над его сельским хозяйством.

Если в 1932 г. основная продукция хозяйства в денежном выражении была распределена таким образом, что преобладающая роль сохраняется за сельским хозяйством (продукция сельского хозяйства - 640 млн. руб., промышленность - 600 млн. руб.), то к концу второй пятилетки эти две отрасли не только обменяют- /306/ ся местами, но преобладание индустрии над сельским хозяйством будет выражаться в гораздо большем проценте. Вся продукция сельского хозяйства к концу второй пятилетки будет исчисляться в сумме 1592 млн. рублей, а продукция промышленности около 3 миллиардов.

Таким образом, к началу третьей пятилетки Узбекистан вступит в основном как индустриальная часть Советского Союза, проделав под руководством Коммунистической партии победный путь к социализму.

Рабочие, колхозники и широкие массы трудящихся Узбекистана, заканчивая первую пятилетку с огромными победами, готовятся к осуществлению намеченной партией директивы в области социалистического строительства в период второй пятилетки.

Эту гигантскую историческую задачу периода второй пятилетки рабочие, колхозники и широкие массы трудящихся Узбекистана также выполнят успешно под руководством Всесоюзной Коммунистической партии большевиков. /307/

СПРАВКА И ОТВЕТ 141[158]

В первом и втором номере журнала "Коммунистическая мысль" появились две рецензии тов. Туркестанского на нашу статью в сборнике Коммунистической Академии "Историк-марксист" и отдельно вышедшую брошюру "К истории революции в Бухаре".

Обе эти работы, как указывает тов. Туркестанский, являются одной работой, и статья в журнале "Историк-марксист" является простым изложением начала брошюры с весьма незначительными изменениями, которые явились следствием уточнения отдельных положений, затронутых в брошюре. Тов. Туркестанский в этих статьях приписывает нам бесконечное число ошибок, искажений и, что самое главное, взгляд, вкоренившийся в голову некоторых джадидов - отождествление джадидизма с коммунистической партией. /308/

Если из многочисленных и представленных в самых разнообразных вариантах рассуждений тов. Туркестанского постараться выяснить, на что, собственно говоря, он негодует или что именно вызывает его полемический задор, то мы увидим, во-первых, что вся его, с позволения сказать, рецензия вертится главным образом на одной нашей фразе, в которой мы говорили, что "джадидизм выражает интересы передовой части торгового капитала".

Опровергая это, тов. Туркестанский почти всю свою рецензию строит на том, что джадиды являлись буржуазными демократами, что были они выразителями интересов промышленного капитала и что мы хотим отождествить джадидизм с коммунизмом.

Чтобы не останавливаться подробно на рассуждениях тов. Туркестанского, изложенных в его статьях, мы считаем более целесообразным воспроизвести в основном всю сумму его рассуждения, которые сводятся к следующим положениям.

1. Нами недостаточно четко поставлен вопрос о классовой сути Бухарской революции, которая, по мнению Туркестанского, была буржуазно-демократической революцией против эмирата, олицетворявшего торгово-ростовщический капитал.

2. Мы якобы не поняли, что революционные силы, совершившие буржуазно-демократическую революцию, зрели не один год, а их созревание началось задолго до революции и что в лице джадидов мы имеем идеологический отблеск на поверхности классовой борьбы.

3. Что мы отрываем джадидов от представляемого ими класса и указываем, что джадиды стали коммунистами, когда появился новый класс дехканства.

4. Что мы путем эволюционного процесса в недрах джадидизма пытаемся отождествить джадидизм с коммунизмом.

Мы далеки от утверждения, что в нашей работе "К истории революции в Бухаре" не допущены те или иные ошибки. Мы, наоборот, нисколько не сомневались с самого начала в том, что в такой наспех написанной и незаконченной работе будут недочеты, а поэтому, естественно, не ставили себе целью дать исчерпывающий анализ революционного движения в Бухаре. /309/

Ошибки и пробелы неизбежно должны были быть, и, надо прямо сказать, мы ждали исправления этих ошибок со стороны товарищей, которые своим практическим и теоретическим опытом могли бы прийти нам на помощь в объективном освещении тех событий, которые имели место на одном из важнейших этапов революционной борьбы до и после Февральской и Октябрьской революций 1917 г. и с этой стороны мы признательны тов. Туркестанскому за положенное им в этом отношении начало.

Однако, не желая быть рецензентом рецензии тов. Туркестанского, мы все же должны отметить, что его подход к нашей работе и его тон имеют характер не совсем объективного анализа разбираемого труда, а скорее указывает на определенную предвзятость.

Стоит обратить внимание на то, что тов. Туркестанский не потрудился даже, несмотря на свое уверение, быть внимательным к рецензируемой им книжке, прочесть исправления опечаток, допущенных при наборе и приложенных на отдельном листке.

Так, в замеченных опечатках значится вместо "создание коммунистической партии" - "вхождение в коммунистическую партию" - это, конечно, разные вещи. Далее тов. Туркестанский искусственно соединяет стр. 10 нашей брошюры, где мы говорили о социальной структуре эмирской Бухары и где сказано: "Конечно, джадидизм выражал интересы передовой части торгового капитала, но непосредственно он строился не руками торгового класса", и, перерывая в этом месте разбор статьи, автор рецензии прямо переходит к стр. 77, главе "Итоги джадидизма", продолжает цитировать соответствующие места этой главы, где говорится: "Много времени прошло с того дня, как первые джадиды начали дело просвещения народа, борьбы за облегчение его тяжелой жизни" и пр., и дальше - "от первых робких шагов в сторону европеизации, прогресса и хотя бы какой-либо правовой государственности до создания коммунистической партии", вместо: "вхождения в компартию Бухары". Совершенно ясно, что это не совсем подходящий прием рецензии.

Тов. Туркестанский, пытаясь доказать недоказуемое, утверждает, что автор этих строк отождествляет джадидизм с коммунизмом и уже в начале своей рецензии /310/ берет заключительную часть нашей книги, где вследствие опечатки вместо "до вхождения в компартию" написано: "до создания компартии". Каждому ясно, что это две разные вещи, из которых каждая складывает определенное понятие, на основе которых и делаются выводы совершенно противоположного характера.

Тов. Туркестанский, по непонятным для нас мотивам, рецензируя нашу книгу и смешав в одну кучу джадидов и младобухарцев, захотел позабыть разложение этих последних после так называемых "колесовских событий" и не учел маленького факта изменения в составе младобухарцев с февраля 1917 г., происходившего вплоть до 1920 года, т.е. момента революции в Бухаре, за счет дехкан и солдат эмирской армии.

Поэтому смешно, когда он противопоставляет требования джадидов в первые годы их существования (возникновения) проекту программы реформы Фитрата после демонстрации 1917 г. или фактам последующего порядка 1918-1920 гг.

Тов. Туркестанский забыл еще два обстоятельства: а) несомненное влияние всей русской государственной системы и капиталистических отношений в России на облик дореволюционной Средней Азии; б) не учел всю разницу между включенным в систему российской государственности, завоеванным Россией, Туркестаном и Бухарой, где политическое и хозяйственное влияние России складывалось из нескольких иных, порой совершенно разных фактов.

Тем не менее тов. Туркестанский требует от нас ясности и ответа. Остановимся прежде всего на утверждении тов. Туркестанского о том, что джадиды были представителями промышленного капитала.

Где Вы видели эту промышленность, тов. Туркестанский?

О Бухаре это совершенно сказать нельзя. Там, за исключением нескольких хлопковых заводов, принадлежавших эмиру и половина баям, а в остальном, в подавляющем большинстве принадлежавших представителям российского капитала, не было ни фабрик, ни заводов. Как может существовать промышленный капитализм в стране, где нет ни фабрик, ни заводов, где имеет еще место патриархально-феодальный строй, где хозяйство зачастую имеет полунатуральный и даже всецело /311/ натуральный характер, это известно, вероятно, только одному тов. Туркестанскому; он даже договаривается до того, что дехканин, нанимающий рабочих для обработки своих 1-2 десятин хлопка, рассматривается как выразитель интересов промышленного капитализма. Но такую терминологию, такую трактовку промышленного капитализма мы слышим впервые, и честь ее изобретения принадлежит тов. Туркестанскому. Получит ли, однако, всеобщее признание эта терминология тов. Туркестанского, приходится, по-видимому, сомневаться.

Отождествление эмирата с бухарским купечеством и указание общности их интересов показывает, что тов. Туркестанский понятия не имеет о социальной структуре и социальном укладе жизни в бывшем Бухарском ханстве. Он совершенно не обратил внимания на некоторые места рецензируемой нашей брошюры, где на стр. 7 мы указывали: "Никакого законодательного органа, кроме воли эмира, никаких законов, кроме религиозных законов шариата, никаких гарантий личной, имущественной неприкосновенности не было у населения Бухары; в каждый данный момент любой подданный мог быть схвачен по приказу эмира, имущество его конфисковано. Никаких выборных органов не знала Бухара" и т.д. И на стр. 8 мы писали: "Европейская капиталистическая цивилизация со всеми сопутствующими ей отрицательными и положительными явлениями, как-то: товаризация дехканскою хозяйства, растущее расслоение дехканства с выделением на обоих его полюсах бедноты и купечества, рост торгового капитала и разложение старых феодальных и родовых связей и т.д. - совершенно преобразили за последнее десятилетие лицо Туркестана. В Бухаре существовали те же явления, то же внедрение русского капитализма в патриархально-средневековую жизнь, но там они были гораздо слабее. Основным тормозом для капиталистического развития служила эмирская власть и все вытекающие из существования этой власти следствия: отсутствие правовых гарантий не давало частному капитализму возможности нормального развития, старые докапиталистические порядки с кормлением чиновников, со ставкой на рядовых феодальных вождей на окраинах и на духовенство по всей стране, усиленно поддерживаемые /312/ правительством, также явились препятствиями на пути европеизации Бухары".

Какие указания сделаны тов. Туркестанским в опровержение этих положений, которые были выдвинуты в самом начале нашей брошюры? Разве указания Логофета о том, что эмир не имел больше 1000 десятин земли, на которые ссылается тов. Туркестанский, могут хоть сколько-нибудь поколебать это наше утверждение?

Кто не знает, что эмир владел в Бухаре 1000 дес. земли, кроме мульковых земель, которые составляли одну десятую часть всех земель! Кто не знает, что все остальные завоеванные земли, как "мульк-херадж - земли танхо сультани" принадлежали эмиру! Приходится только удивляться, как, не зная таких простых вещей, тов. Туркестанский берется за опровержение.

Ленину этот спорный вопрос представлялся несколько иначе, чем тов. Туркестанскому. В своем докладе на втором конгрессе /Коминтерна/ по национальному и колониальному вопросу тов. Ленин, между прочим, говорил: "Я хотел еще сделать замечание о крестьянских Советах. Практическая работа русских коммунистов в колониях, принадлежавших раньше царизму, в таких отсталых странах, как Туркестан и проч., поставила перед нами вопрос о том, каким образом применять коммунистическую тактику и политику в докапиталистических условиях, ибо важнейшей характерной чертой этих стран является то, что в них господствуют еще докапиталистические отношения" 142[159] (курсив наш. - Ф.X.) И дальше он говорил: "Можем ли мы признать правильным утверждение, что капиталистическая стадия развития народного хозяйства неизбежна для тех отсталых народов, которые теперь освобождаются и в среде которых теперь, после войны, замечается движение по пути прогресса. Мы ответили на этот вопрос отрицательно. Если революционный победоносный пролетариат поведет среди них систематическую пропаганду, а советские правительства придут им на помощь всеми имеющимися в их распоряжении средствами, тогда неправильно полагать, что капиталистическая стадия развития неизбежна для отсталых народностей" 143[160] (курсив наш. - Ф.X.).

Теперь о джадидах и коммунистической партии. Итак, у тов. Туркестанского выходит: "до создания /313/ Коммунистической партии в Бухаре", и отсюда его выводы. У нас же сказано: "до вхождения в коммунистическую партию Бухары". На цитируемой тов. Туркестанским стр. 10 мы, описывая социальную структуру тогдашней Бухары, какой она была в действительности, утверждали, что: 1) Бухара и отдельные группы ее населения как таковые в целом не были подвержены влиянию революционных идей и даже движению, возглавляемому джадидами; что в этих условиях режим эмирата воплощал в себе все бесправное положение всего общества, в том числе и купечества, жизнь и имущество которого находились под постоянным риском быть уничтоженными по воле эмира и его беков; 2) в совершенном согласии с тов. Туркестанским, мы не отрицали того, что революция в Бухаре зрела не один год; 3) несколько не соглашаясь с тов. Туркестанским, мы утверждаем, что в этих условиях оппозиционно настроенными к эмиру силами могли быть некоторые слои купечества, подвергавшиеся больше, чем другие части населения, европейскому влиянию, понявшие раньше других интересы своего класса и увидевшие в эмирате единственного покровителя на пути внедрения капиталистических отношений и отмены феодализма; 4) что в этих условиях, как мы раньше утверждали, джадиды, будучи сами в основном выходцами из среды мелкой буржуазии и разночинной интеллигенции, выражали в первую очередь интересы этого торгового класса.

Тов. Туркестанский для доказательства мнимого им нашего непонимания сущности событий захотел забыть кое-какие факты, приводимые в нашей брошюре, не говоря уже о том, что все аргументы тов. Туркестанского мы, надеюсь, доказали, построены на ошибках самого же тов. Туркестанского, отождествляющего "создание коммунистической партии" с "вхождением в коммунистическую партию". Но прежде чем перейти к ответу, мы считаем необходимым привести в качестве справки кое-какие места из нашей брошюры, о которых тов. Туркестанскому понадобилось еще раз позабыть. Например, говоря о создании коммунистической группы младобухарцев и объективных условиях, которые обусловливали возникновение этой группы, на стр. 54 нашей брошюры мы говорили: "И в то же время эта кровавая реакция, эти тяжкие бедствия, выпавшие на долю Бу- /314/ хары, в лице широких кругов ее прогрессивного общества и трудящихся имели, как это часто бывает в истории революции, положительное значение; они всколыхнули еще совершенно незатронутые никакими новыми веяниями основные пласты бухарского крестьянства; они рассеяли этот ореол, которым, несмотря ни на что, еще было окружено имя эмира, как духовного главы, среди широких кругов населения: они открыли истинное лицо эмира и его приспешников". И дальше: "Все ухудшавшееся вследствие оторванности от России (после революции и "колесовских событий") экономическое состояние Бухары, подрывавшее благосостояние широких кругов крестьянства, ударяя по насущнейшим интересам трудящихся, еще более содействовало их революционизированию. Торговля с Афганистаном была выгодна капиталистической верхушке, которая зарабатывала на этом ни с чем не сообразные проценты, широкие же круги мелких товаропроизводителей принуждены были за бесценок продавать сырье, не могущее попасть в Россию, и в тридорога покупать так называемую колониальную продукцию, шедшую в Бухару через Афганистан, и т.д.

Создавшиеся объективные экономические условия медленно подготовляли благоприятную для новой вспышки революции обстановку в Бухаре, хотя субъективные факторы революции, в первую очередь младобухарская партия, были несомненно слабее, чем раньше".

Это обстоятельство и дальнейшие события, очевидно, забывает тов. Туркестанский, когда обвиняет нас в отрыве джадидов от представляемого ими класса. Он не заметил, что в результате описанного положения, имевшего место в Бухаре, одновременно происходило разложение уже не только джадидских организаций в целом, но и младобухарских групп, эмигрировавших после колесовских событий в Советский Туркестан. Так как тов. Туркестанский забыл прочесть еще кое-какие места в нашей брошюре, то нам приходится еще раз остановиться на ней, подчеркнув 74 страницу, на которой писали: "Так, к моменту сентябрьской революции окончательно оформилось вызванное Октябрем, его последствиями расслоение джадидской организации, генеральное размежевание ее на две части - компартию /315/ Бухары, слившую свои судьбы с судьбами Октябрьской революции и мировым коммунистическим движением, с борьбой за мировую социальную революцию, и на правую часть джадидов, оставшуюся на дооктябрьской, а отчасти дофевральской позициях с неизжитой националистической идеологией. Эти последние старые джадиды остались неизменными, и жизнь, в корне изменившаяся, прошла мимо них" и т.д.

Как будто ясно, о чем могла идти речь. Итак, мы утверждаем: 1) что джадидизма как такового, объединившего в начале своего возникновения определенное движение культурнического характера и добившегося целого ряда мелких реформ у эмира, к началу революции 1917 г. в целом его прежнем виде не было. В это движение и в преследуемые им цели были внесены некоторые изменения еще в 1914 г., которые, расширяясь и углубляясь к моменту революции 1917 г., привели к выделению одной его части в новое тайное общество, позднее получившее название младобухарской организации; 2) что с момента демонстрации 1917 г, произошло второе размежевание этой организации, когда окончательно оформилась младобухарская организация и появилась программа реформы; 3) что джадиды после "колесовских событий" (которые стоили тысячи жизней джадидам и младобухарцам и насчет которых ("колесовских событий") не было единомыслия как в среде джадидов, так и младобухарцев, вызвавших эмиграцию младобухарцев в Советский Туркестан, - обновили организацию за счет нового притока сил, главным образом кустарей, дехкан и солдат эмирской армии, из которых в период эмиграции и выделилась коммунистическая группа.

Ведь факт же, что первый мусульманский полк, который пошел впервые с Красной Армией на борьбу с эмирской Бухарой, состоял в значительной своей части из этих эмирских солдат-дехкан, перешедших к нам уже после "колесовских событий" на сторону революции.

Могли ли мы после всего этого отрицать буржуазно-демократический характер первого периода революции в Бухаре? Конечно, нет.

Мы знаем, что установленная в результате этой революции в Бухаре форма власти была несколько отлич- /316/ ной от общей формы и структуры власти, установленной после Октябрьской революции в России и в Туркестане. Рядом с Туркестанской Советской Социалистической Республикой Бухара была объявлена советской народной республикой. Дальше, мы знаем, что три с лишним тяжелых года потребовалось для того, чтобы эту форму народной власти изменить. Только на пятом съезде Советов, который в основном подвел итоги борьбы с контрреволюцией и басмачеством, Бухара была объявлена Советской Социалистической Республикой.

В нашей брошюре, мы говорили только о фактах, имевших место до сентябрьской революции, и поэтому мы не могли останавливаться на всех этих вопросах. Мы надеемся в скором времени посвятить вопросам послереволюционного времени кое-какие материалы и наши к ним замечания, но тот факт, что с 1920-1922 гг. в Бухарской компартии происходили тоже частичные процессы отхода далеко вправо, как история с переходом в басмаческий лагерь, подтверждает наше указание о роли процесса, который происходил в младобухарской организации и о постепенном оформлении и укреплении коммунистических идей в ней. Все это говорит не о том, что джадиды сразу "пересели с коня на коня и сделались коммунистами", о чем мы и не говорим, а о том, как мы сказали, что большинство джадидов ушло от путей революции. Мало того, младобухарская организация также выявила два противоположных взгляда на революцию и характер революции в Бухаре, получивших свое оформление; для одной части - в ориентации на басмачество, идейном и вооруженном содействии ему и для другой - в окончательном закреплении в коммунистической партии Бухары, которая в целом билась и бьется за общие цели, ничем не выделяясь от других частей в составе партии, и для которой джадидизм и идея младобухарской организации стали чуждыми и враждебными, как движение, могущее отбросить назад, а не вперед к целям пролетарской революции. /317/

Примечания

1

1) Джадидизм в Бухаре - идеология нарождавшегося класса национальной буржуазии, боровшейся за ограничение власти эмир-деспота и установление европейского образца правления (конституционной монархии) в Бухаре, открывающего доступ к власти представителям торгово-промышленного капитала. Под влиянием Октябрьской революции формируется левое течение, характеризующееся переходом определенной части джадидов от реформаторско-культурнических позиций к революционно-демократическим.

2

2) Имеются в виду две рецензии Г. Туркестанского, опубликованные в журнале "Коммунистическая мысль" (№ 1-2, 1926) и переизданные отдельной брошюрой под названием "Кто такие были джадиды" (издание САКУ, Ташкент, 1926).

Файзулла Ходжаев выступил на страницах печати с ответом на критику Г. Туркестанского, опубликованным в журнале "Коммунистическая мысль" (Издание САКУ, Ташкент, 1927, кн. III. стр. 153-167).

3

3) Садриддин Айни (1878-1954) - основоположник таджикской и один из зачинателей узбекской советской литературы, ученый и общественный деятель, первый президент АН ТаджССР. /449/

В 1920 г., когда С. Айни написал свою первую работу о развитии демократического движения в Бухаре ("Материалы по истории Бухарской революции"), он стоял на позиции защиты джадидизма, который трактовался им как революционное движение. С. Айни не замечал тогда ограниченности Джадидов, выдвигавших лишь реформаторские требования, и их оторванности от народа.

В 30-х годах произошло коренное изменение во взглядах С. Айни на джадидизм. В романе "Дохунда", опубликованном в 1930 г., С. Айни по-иному оценивает социальное содержание джадидизма - как движение национальной буржуазии, направленное лишь на "усовершенствование" эмирского строя. А настоящими революционерами, боровшимися против эмирской власти в Бухаре, С. Айни назвал бухарских коммунистов.

О жизни бухарского народа и его борьбе против феодально-клерикальной реакции повествуется и в других произведениях С. Айни - повести "Одина", романе "Рабы", книге "Воспоминания" (русский перевод - "Бухара") и др.

4

4) На III съезде Компартии Узбекистана Ф. Ходжаев выступил с заявлением, признав допущенную им ошибку по вопросу идеализации джадидизма.

В своем заявлении, оглашенном на съезде, Ф. Ходжаев указал:

"... Так как на утреннем заседании съезда некоторые товарищи поставили вопрос о [группе] "18-ти", о джадидизме, о моем отношении к политике ЦК по вопросу об отношении к интеллигенции, я заявляю прямо, что по вопросу выступления "18-ти" и моем активном участии в этом выступлении я согласен с решением партии о том, что выступление являлось ошибочным, и с той оценкой, которая дана этому выступлению со стороны партии и XIV Пленума Средазбюро ЦК РКП(б). Разбор этого вопроса был закончен еще в 1925 г.

Что же касается вопроса об оценке джадидизма, я считаю правильным то указание, что в конце моей брошюры я допустил неправильную формулировку, которую я в ответ на статью Туркестанского в моей статье исправил еще почти год тому назад. По отношению к интеллигенции политику ЦК считал и считаю правильной, и расхождения по некоторым практическим вопросам по осуществлению этой линии я считаю исчерпанными.

Я считал необходимым все это еще раз повторить здесь на вопросы товарищей, чтобы не оставить абсолютно никакого места для неясностей и непонимания, чтобы еще раз сказать, что для меня, как для всякого члена партии, поставившего себе задачей служение партии и делу рабочего класса, нет и не может быть никаких других путей, нет и не может быть другой правды, кроме той правды, которую защищает наша партия, нет другой линии, кроме той, которую проводит наша Всесоюзная Коммунистическая партия, нет другой политики, кроме той, которая предначертана всей партией и ее высшими органами. Единство, сплоченность рядов партии, вопреки демагогическим утверждениям оппозиции, желающей внести в партию элементы ссоры и раздора, являются самым высшим законом для меня. Поэтому я заявляю, что работал и буду работать под коллективным руководством нашего Центрального Комитета".

("Правда Востока", 25 ноября 1927 г.) /450/

5

5) Младобухарская организация возникла под воздействием февральской буржуазно-демократической революции 1917 г. в России из наиболее демократически настроенных элементов левого крыла джадидизма. Во главе младобухарского движения стал Файзулла Ходжаев, который после поражения в мартовских событиях 1918 г. ("поход Колесова") окончательно убедился в нереальности требований установления конституционной монархии путем компромисса с эмиром. В период эмиграции в Москве в октябре 1918 г. Ф. Ходжаев организовал отделение младобухарской партии при полномочном представительстве Туркестанской АССР при правительстве РСФСР, а по приезде в Ташкент в январе 1920 г. - "Центральное бюро партии младобухарцев-революционеров", функционирование которого было санкционировано комиссией ВЦИК и СНК РСФСР и ЦК РКП(б) по делам Туркестана 12 февраля 1920 г. для ведения революционной работы среди эмигрантов в Туркестане, а также крестьян и ремесленников в самой Бухаре, в целях низвержения эмирской власти.

Программа младобухарцев-революционеров преследовала как основную цель установление демократической республики вместо разрушаемого феодально-деспотического строя.

Младобухарская партия была привлечена к участию в Бухарской революции и в революционно-демократическом правительстве, организованном после свержения власти эмира. Младобухарская партия прекратила свое существование после победы народной революции в Бухаре 11 сентября 1920 г. и передовые ее члены вступили в ряды Бухарской коммунистической партии.

6

6) Истпарт-комиссия, занимавшаяся собиранием, разработкой и изданием материалов по истории партии и Великой Октябрьской социалистической революции. Учреждена решением Совнаркома РСФСР в 1920 г. В 1921 г. Истпарт перешел в ЦК РКП(б) на правах его отдела, в 1928 г. объединен с институтом Ленина при ЦК РКП(б), Истпарт Средазбюро - отдел истории партии Средазбюро ЦК РКП(б), в 1930 г. преобразован в Среднеазиатский научно-исследовательский институт революции (САНИИР).

7

7) Имеется в виду доклад секретаря Средазбюро ЦК РКП(б) К.Я. Баумана на первой Ташкентской городской партийной конференции.

В своей речи К.Я. Бауман говорил:

"Всячески приветствуя работу таких товарищей, как Ф. Ходжаев и Абдурахманов по вопросам революционного движения в Средней Азии, мы не можем не отметить, что Ф. Ходжаев допустил в свое время ошибку националистического характера, изображая восстание 1916 г. киргизов как восстание против русских, недостаточно вскрывая классовую основу движения. Упоминая об ошибках этих товарищей, осознанных ими, я имею в виду отнюдь не их "проработку", а необходимость еще и еще раз заострить внимание на правильном уяснении основных вопросов революционного движения" ("Правда Востока", 25 января 1932 г.).

8

8) В речи, произнесенной на первой Ташкентской городской партийной конференции по вопросу об усилении большевистской не- /451/примиримости ко всякого рода искажениям ленинской национальной политики, Файзулла Ходжаев заявил:

"... Что касается джадидизма и его роли вообще, необходимо сказать, что джадиды как таковые не были партией революционного пролетариата и ничего общего не имели с задачей политического и социального раскрепощения пролетариата и трудящихся масс бедняков, дехкан, городской бедноты. Эти задачи они не ставили перед собой, ибо по своей классовой сущности джадиды были представителями торговой и нарождавшейся промышленной буржуазии и как таковые они не могли пойти дальше требований, обычных в рамках капитализма, реформ, которые присущи вообще всяким другим буржуазным и мелкобуржуазным партиям.

Это не исключает их прогрессивной (правда, не всегда последовательной) роли в прошлом в борьбе против эмирата (Бухара, но и только, ибо после революции 1917 г. лишь небольшой период времени, и то часть из них шла с нами, а в дальнейшем, по мере углубления нашей революции, по мере того, как росло классовое самосознание пролетариата, укреплялась ведущая роль пролетариата и по отношению к бедняцко-середняцкой массе дехканства, по мере того, как задачи пролетарской революции поднимались на более высшую стадию, джадиды все больше и больше выявляли свое контрреволюционное лицо. Джадидизм и джадиды превратились в идеологов буржуазно-националистической контрреволюции, пошли решительно против развивающейся революционной борьбы рабочих, дехкан и городской бедноты, возглавляемой большевистской партией" ("Правда Востока", 29 января 1932 г.).

9

9) В. И. Л е н и н. Полное собрание сочинений, т. 30, стр. 54.

10

10) "Тарджиман" (переводчик) - газета, издававшаяся основоположником джадидизма Исмаилом Гаспринским в 1883-1914 гг. в Бахчисарае на татарском языке.

11

11) "Вакт" (время) - ежедневная литературно-политическая газета, издавалась в Оренбурге с 1905 г. на татарском языке.

12

12) Махмуд Хаджа Бехбуди (1874-1919) - один из видных идеологов джадидизма в Туркестане. Принимал активное участие в организации новометодных школ и проповедовал идеи джадидизма в местной печати. В октябре 1906 г. на страницах газеты "Хуршид" Бехбуди обрушился со злобной критикой на социал-демократическую партию, призывая мусульман Туркестана поддержать кадетскую партию. С целью распространения своих идей Бехбуди в апреле 1913 г. начал издавать газету "Самарканд", которая после выхода 45 номеров прекратила свое существование, а с августа 1913 г. - газету "Ойна" (Зеркало). В газете "Ойна", выходившей до 15 июня 1915 г., и в пьесе "Подаркуш" (Отцеубийца) Бехбуди выступал против невежества и страстно проповедовал идею просвещения. В период февральской буржуазно-демократической революции 1917 г. Бехбуди установил тесную связь с бухарскими джадидами и поддерживал их требования реформы эмирата. Будучи сторонником установления буржуазной республики, Октябрьскую социалистическую революцию в Туркестане он встретил враждебно. Бехбуди был одним из активных организаторов Кокандской буржуазно-националистической контрреволюционной автономии и после ее разгрома скрывался в г. Карши. В марте 1919 г. Бехбуди был убит эмирскими палачами как сторонник реформы. /452/

13

13) Турецкая революция - младотурецкая революция 1908 г, В конце XIX в. в Турции возникло буржуазно-революционное, так называемое младобухарское движение. Его участниками были представители интеллигенции, преимущественно офицеры, врачи, мелкие чиновники, отражавшие интересы буржуазии и либеральных помещиков. Главной политической организацией младотурок стал тайный комитет "Единение и прогресс", который ставил своей целью усилить позиции нарождавшейся турецкой буржуазии в экономической жизни страны, приобщить ее к политической власти и превратить Османскую империю в конституционное государство. В полосу подъема младотурецкое движение вступило под влиянием русской революции 1905-1907 гг. "Вслед за русским движением 1905 г., - отмечал В. И. Ленин, - демократическая революция охватила всю Азию - Турцию, Персию, Китай" (В. И. Ленин. Полное собрание сочинений, т. 23, стр. 145). В 1906-1907 гг. произошли стихийные восстания в Эрзуруме, Трапезунде и других городах, а также на флоте и в некоторых воинских частях. Под влиянием этих событий младотурки перешли к активным действиям. В июле 1908 г. восстание охватило всю Македонию, где власть фактически перешла к комитету "Единение и прогресс". В своих прокламациях комитет провозгласил лозунги: "свободы, равенства, братства и правосудия", обещал улучшить положение народа. Это привлекло на сторону младотурок сочувствие народных масс. Попытка правительства подавить восстание не удалась. Младотурецкая революция нанесла сильный удар по султанскому самодержавию. Но это была верхушечная, буржуазная, а не народная революция, ибо "масса народа, громадное большинство его активно, самостоятельно, со своими собственными требованиями... в революции заметно не выступали" (В. И. Ленин. Полное собрание сочинений, т. 33, стр. 39). Вследствие этого младотурецкая революция вскоре пошла по нисходящей линии. Младотурки не выполнили ни одного своего обещания. Слабостью младотурецкой революции воспользовались реакционные силы, которые в апреле 1909 г. подняли восстание под лозунгом "возвращения к шариату", но были быстро подавлены. Младотурки заняли руководящие посты в правительстве, но, укрепив свою власть, повели уже ничем не прикрытую антинародную политику и стали жестоко подавлять крестьянское и рабочее движение.

14

14) Персидская революция - революция 1905-1911 гг. В декабре 1905 г. в Тегеране и других городах произошли стихийные митинги и демонстрации, на которых выдвигались требования созыва представительного собрания. Напуганный движением народных масс, шах Музаффар-ад-дин в августе 1905 г. подписал указ о созыве меджлиса (парламента), который начал свою работу в октябре 1906 г. Разработанная им конституция, подписанная шахом в декабре 1906 г., предоставила меджлису право ограничивать власть шаха, утверждать все законы и бюджеты страны и контролировать их исполнение.

В октябре 1907 г. меджлис утвердил "Дополнения к основному закону", которые содержали положения о "правах" персидского народа, о государственной власти и т.д. и в которых были провозглашены буржуазные свободы (неприкосновенность личности, собственности и жилища). Однако все это не принесло никакого /453/ облегчения народу, и движение народных масс не прекратилось. По мере углубления революции в противовес ей складывался контрреволюционный блок шахского правительства, феодалов, духовенства, связанный с иностранным капиталом крупной торговой буржуазии и иностранных империалистов, которым удалось, в конце концов, задушить революцию. В августе 1910 г. все революционные отряды были разгромлены. А в декабре 1911 г. был разогнан меджлис.

15

15) Ахмад Кала - Ахмад Дониш (1827-1897) - прогрессивный мыслитель и ученый таджикского и узбекского народов, талантливый писатель и поэт, пропагандист науки и просвещения, в развитии которых он видел решающий фактор прогресса общества. Ахмад Дониш стоял за сближение и дружественные отношения между русским народом и народами Средней Азии. На формирование его мировоззрения большое влияние оказало пребывание в Петербурге и Москве в составе посольства Бухарского эмирата. Изучая жизнь русского народа, он пришел к выводу о необходимости ликвидации вековой отсталости Бухары путем проведения ряда реформ. Программа преобразований, выдвинутая им в работе "Редчайшие происшествия", носила буржуазно-демократический характер. Не находя достаточной силы и почвы для осуществления этих преобразований в Бухаре, Дониш усомнился в возможности осуществления этой теории вообще. Однако впоследствии Дониш преодолевает реформистские иллюзии и приходит к пониманию того, что установление нового общественного порядка возможно лишь посредством борьбы самого народа.

16

16) Сунниты - последователи одного из двух направлений ислама. Шииты признают только коран, а сунниты наряду с кораном признают сунну, т.е. "священные книги", содержащие предания (хадисы) о Мухаммаде. В Бухаре шиитами были персы, а все остальное население эмирата - суннитами.

17

17) Казий - судья.

18

18) Муфтий - толкователь корана, дающий окончательные заключения по духовным и юридическим вопросам; представитель мусульманского духовенства.

19

19) Ахун, или аглям - знаток шариата, консультант по юридическим вопросам.

20

20) Мульк - частновладельческая земля.

21

21) Мульк-хур - земля, свободная от всяких податей и повинностей.

22

22) Танхо - поместье.

23

23) Чайрикер - издольщик.

24

24) Машкаб - водонос.

25

* Домулла Икрам - один из двенадцати бухарских муфтиев, сочувствовал джадидам. Известен своей брошюрой, содержащей критику эмирской Бухары. /87/

26

25) Наиболее видной фигурой бухарского джадидизма был поэт Абдул Рауф Фитрат (1886-1938), получивший образование в Турции.

В джадидских изданиях, выходивших в 1910-1916 гг., проповедовалась идея конституционной монархии. Защитником ее был Фитрат. В его рассказах и стихах, таких как "Мунозоара" (Спор), "Рахбари нажат" (Путеводитель спасения), "Ойла" (Семья), "Баёнати саёхи хинди" (Рассказы индийского путешественника) и др. уничтожающей критике подвергалось невежество мулл, с бешеным фанатизмом выступающих против новометодных школ. В них пропагандировалось преимущество европейской системы образова- /454/ ния, светской культуры для прогресса страны, что могло быть достигнуто, как полагали тогда джадиды, при сохранении существующего строя путем осуществления частичных реформ в управлении государством, но самое главное - путем воздействия на "просвещенного и справедливого" эмира. Программа младобухарской партии, составленная в январе 1918 г. Фитратом под названием "Проект реформы в Бухаре", отстаивала принцип реорганизации государственного строя эмирата по "младотурецкому" образцу путем превращения абсолютной монархии в конституционную, она намечала ряд мер по осуществлению в Бухаре буржуазных начал правосудия.

"Проект реформы в Бухаре" отражал начальную стадию развития революции, охватывающую период борьбы за ограничение абсолютизма, удовлетворяющую лишь буржуазию, а не народ, состоящий в своем громадном большинстве из крестьян, ремесленников, мелкой и средней буржуазии вообще.

В период эмиграции в Ташкенте Фитрат вступил в ряды Бухарской коммунистической партии и входил в состав ЦК БКП, избранного на 1 съезде в июне 1919 г.

После победы народной революции Фитрат занимал различные должности: заведовал вакуфным управлением, избирался назиром иностранных дел (1922 г.), просвещения (1923 г.) и заместителем председателя Совета Труда БНСР (1923 г.).

За злоупотребление властью и присвоение народного добра Фитрат в июне 1923 г. был снят с поста заместителя председателя СТО БНСР. Последние годы жизни Фитрат занимался научной деятельностью.

27

26) Усман Ходжаев (Усман Хаджа Пулатходжаев) родился в г. Бухаре в 1890 г. в купеческой семье, образование получил в Турции. По возвращении из Стамбула в Бухару в 1913 г. стал одним из видных деятелей джадидизма, а затем младобухарского движения. После мартовских событий 1918 г. в Бухаре в период эмиграции в Ташкент Усман Ходжаев организовал левоэсеровскую группу младобухарской партии, а в сентябре 1918 г. примкнул к Бухарской коммунистической партии.

Накануне революции 1920 г. Усман Ходжаев стал одним из руководящих деятелей "Центрального Туркестанского бюро партии младобухарцев-революционеров", созданного Ф. Ходжаевым.

После победы народной революции в Бухаре Усман Ходжаев занимал пост народного назира финансов, а с января 1921 г. назира государственного контроля БНСР. На П съезде Советов БНСР в августе 1921 г. Усман Ходжаев был избран председателем ЦИКа Советов республики. В декабре 1921 г. при поездке в Восточную Бухару (Душанбе) он перешел на сторону басмачей, возглавляемых агентом международного империализма Энвер-пашой. Изменник родины Усман Ходжаев после своего постыдного бегства в Афганистан стал во главе контрреволюционных эмигрантов в Кабуле, поддерживая басмаческое движение в Бухаре с целью восстановления власти эмира.

28

27) Мукамил Бурханов - один из видных деятелей джадидизма в Бухаре, а с 1916 г. лидер младобухарской партии. После мартовских событий 1918 г. ("поход Колесова") Бурханов эмигрировал в Ташкент и стал одним из сторонников объединения всех /455/ революционных и демократических элементов эмиграции в Бухарскую коммунистическую партию. На 1 съезде БКП в июне 1919 г. Бурханов был избран председателем ЦК БКП.

Бурханов как активный участник бухарской революции после свержения эмирской власти занимал должность начальника милиции БНСР, работал в Москве в качестве полномочного председателя БНСР при правительстве РСФСР.

29

28) Ата Ходжаев (1894-1938) родился в г. Бухаре в купеческой семье. Образование получил в Турции. По возвращении из Стамбула в Бухару в 1908 г. стал одним из активных деятелей джадидизма в Бухаре и открыл новом етодную школу. Ата Ходжаев как активный деятель младобухарской партии в апреле 1917 г. был подвергнут тюремному заключению и избит палачами эмира.

После мартовских событий 1918 года в Бухаре Ата Ходжаев, эмигрировал в Самарканд. До сентября 1920 г. оставался в рядах младобухарской партии.

После победы народной революции в Бухаре Ата Ходжаеа начал свою карьеру с должности председателя ревкома Каршинского вилаета, в августе 1921 г. был послан в Душанбе в качествен уполномоченного правительства БНСР по Восточной Бухаре. В течение двух лет Ата Ходжаев работал в Москве в качестве полпреда БНСР при правительстве РСФСР, а в 1923 г. занимал пост заместителя председателя Совета Народных Назиров республики.

Ата Ходжаев был заражен националистической идеологией пантюркизма. В период пребывания в Душанбе он проявил недружелюбие к Красной Армии, сражавшейся против басмачей, неоднократно выступал против мероприятий Коммунистической партии и Советского правительства по демократизации и советизации Бухары. В июне 1923 г. Ата Ходжаев был снят с поста заместителя Совета народных назиров БНСР.

30

29) Кушбеги - глава административного управления Бухарского ханства, первый министр.

31

30) Херадж - поземельная подать.

32

31) Зякет - налог с доходов от капитала, скота и всего движимого имущества.

33

32) До революции в Бухарском ханстве бюджет не составлялся. Государственная казна и личные средства эмира не разделялись, и эмир распоряжался всеми средствами страны.

34

33) Соответствует 7 апреля 1917 г.

35

34) Ходжара (хиджра) - переселение Мухамада и первых мусульман из Мекки в Медину, где была основана первая мусульманская община (622 г. н.э.). Хиджра принята за начало мусульманского летоисчисления. Год хиджры начинается с 16 июля.

36

35) Шейх-уль-ислам - глава мусульманского духовенства.

37

36) Раис - должностное лицо, в обязанности которого входило наблюдение за порядком, правильностью мер и весов, исполнением обрядов религии.

38

37) Мирза Гулям - один из старейших членов БКП (с 1918 г.), на IV съезде в августе 1920 г. был избран в состав ЦК БКП. После победы революции в Бухаре входил в группу "левых" коммунистов.

39

38) Фазмитдин Максум - младобухарец, умер в Ташкенте в 1918 г. в период эмиграции. /456/

40

39) Гаукушан - название медресе в Бухаре.

41

40) Хиябан - район Бухары, где жили шииты.

42

41) Регистан - площадь около дворца эмира.

43

42) Мирбаба (Хаджи Мирбаба Мирмусхинов) - один из основателей Бухарской коммунистической партии в 1918 г., участник. Бухарской революции, руководящий деятель профсоюзов в БНСР.

44

43) Юсуп Заде Абдураим (1890-1938) - уроженец гор. Андижана, окончил медресе в г. Бухаре и получил духовное звание мудариса - преподавателя высшей мусульманской школы. Прекрасно владел арабским, персидским и русским языками.

Юсуп Заде участвовал в младобухарском движении, за свои прогрессивные идеи в 1917 г. сидел в зиндане и был подвергнут избиению эмирскими палачами. Принимал активное участие в борьбе за свержение эмирата как в марте 1918 г., так и в сентябрьской революции 1920 г.

После победы народной революции в Бухаре Юсуп Заде занимал должности: председателя Ревкома Чарджоуского вилаята (1920 г.), назира земледелия БНСР (1921 г.), полномочного представителя БНСР в Афганистане (1923 г.), председателя диктаторской комиссии БухЦИКа по делам Восточной Бухары (с сентября до конца 1923 г.) и полномочного представителя БНСР при правительстве СССР (1924 г.).

45

44) Мухитдин Мансуров - бухарский купец-миллионер, один из лидеров джадидизма в Бухаре. В 1917 г. был председателем комитета младобухарцев. Принимал участие в Бухарской революции как сторонник установления буржуазной республики. После победы революции занимал пост назира торговли и промышленности (1920-1921 гг.), на III съезде Советов БНСР в августе 1922 г. был избран в состав президиума БухЦИКа (от купечества), занимался частной предпринимательской деятельностью, учредив торгово-промышленное акционерское общество под названием "Первое бухарское товарищество".

46

* Ариф Каримов - брат известного Фатыха Каримова - редактора газеты "Баки", долгое время издававшейся в Оренбурге. Беки Бердиев - туркмен, тогда студент-медик из Закаспия. /110/

47

45) Абду Кадыр Мухитдинов (1892-1934) - выходец из семьи известного бухарского купца-миллионера Мухитдина Мансурова, одного из лидеров бухарского джадидизма в 1916-1917 гг.

Абду Кадыр Мухитдинов участвовал в мартовских событиях. 1918 г. ("поход Колесова"), в период эмиграции в Ташкенте в 1918 г. вступил в ряды Коммунистической партии Туркестана и был избран членом мусульманского бюро ЦК КПТ.

Абду Кадыр Мухитдинов как активный участник Бухарской революции в сентябре 1920 г. был избран председателем Всебухарского революционного комитета. Впоследствии он оказался проводником буржуазной политики в правительстве БНСР и, будучи лидером так называемых "правых", требовал самостоятельного вступления БНСР в сношения с иностранными государствами Запада (Германия, Англия) и Востока (Иран, Турция, Афганистан), ратовал за вывод красноармейских частей РСФСР из пределов БНСР и создание национальной армии по типу народной милиции без подчинения Реввоенсовету Туркфронта, координировавшему н руководившему борьбой с басмачеством в Средней Азии.

На 11 съезде Советов БНСР в августе 1921 г. А. Мухитдинов пытался провести свою националистическую линию и, получив от- /457/ пор со стороны делегатов курултая, не был избран председателем ЦИКа Советов республики.

С августа 1921 г. по ноябрь 1924 г. Абду Кадыр Мухитдинов занимал различные должности, будучи назиром торговли и промышленности, председателем Высшего Совета народного хозяйства, а затем экономического совещания Бухарской Народной Советской Республики.

После национально-государственного размежевания Средней Азии А. Мухитдинов занимал должность председателя Совета народных комиссаров вновь организованной Таджикской АССР, которая до преобразования в союзную республику в 1929 г. входила в состав Узбекской Советской Социалистической Республики.

48

46) Мухтар Саиджанов (1893-1938) - один из организаторов БКП. Два года служил в рядах Красной Армии и участвовал в боях за свержение эмира под стенами Старой Бухары.

После победы революции в Бухаре Мухтар Сааджанов занимал ответственные посты: с сентября 1920 г. по 1 мая 1921 г. - народный назир внутренних дел и одновременно, с ноября 1920 г., выполнял обязанности назира Государственного контроля БНСР, с 1 мая 1921 г. по 6 марта 1922 г. - полномочный представитель БНСР при правительстве РСФСР; с 18 марта 1922 г. по 1 августа 1923 г. - народный назир внутренних дел БНСР; с 1 августа 1923 г. по 20 сентября 1924 г. - ответственный секретарь БухЦИКа.

49

47) Вилает - округ.

50

48) "Колесовские события" - события, которые развернулись в Бухаре в марте 1918 г. и в истории получили название "поход Колесова".

В конце февраля 1918 г. председатель СНК Туркестана Ф.И. Колесов, ехавший с небольшим отрядом красногвардейцев в Ашхабад, сделал остановку на станции Каган (Новая Бухара), где в это время проходил съезд младобухарской партии. Откликнувшись на просьбу младобухарцев об оказании вооруженной помощи угнетенным народам Бухарского эмирата и будучи уверенным в том, что народ должным образом оценит эту помощь и что совместными усилиями красногвардейцев и восставшего народа будет положен конец господству мангытской династии, Ф.И. Колесов от имени Советского правительства Туркестана предложил эмиру признать рабоче-крестьянскую власть в русских поселениях, а также принять немедленные меры к демократизации управления ханством, учредив исполнительный комитет из представителей младобухарцев, в руках которых должна сосредоточиться правительственная власть. Эмир отказался выполнить эти требования, и отряд Колосова, увеличившийся к этому времени до 2 тыс. бойцов, вместе с отрядами младобухарцев и русских рабочих Новой Бухары, доходившими до 800 человек, начал успешное наступление на Старую Бухару.

Эмир, стремясь выиграть время, чтобы собрать силы для нанесения ответного удара, решил пойти на обман. Он послал Ф.И. Колесову письмо, в котором сообщал, что принимает все условия ультиматума с тем, чтобы военные действия были всюду немедленно прекращены. Младобухарцы поверили эмиру. По их настоянию военные действия были прекращены в тот же день, и от- /458/ ряды красногвардейцев, сняв осаду Старой Бухары, отошли на свои позиции. Эмир сумел выиграть время.

Мирная делегация во главе с коммунистом В.С. Уткиным, направленная для переговоров с эмиром, была истреблена. Эмир приказал силой оружия сгонять население к линии железной доброта Каган-Кзыл-тепе. Согнанная со всех концов Бухары фанатически возбужденная, под влиянием мулл, толпа численностью до 10 тыс. человек разрушила железнодорожную линию на протяжении более 500 верст. Кроме того, эмир бросил в наступление 30-тысячное войско. Отряд Колесова, оказавшись отрезанным и от Самарканда и от Чарджоу, вынужден был сделать остановку на ст. Кзыл-тепе. Попытка низвергнуть эмира с вооруженной помощью Советского Туркестана закончилась неудачей. Оценивая мартовские события в Бухаре в 1918 г., В.И. Ленин на VIII съезде РКП(б) говорил: "Что же мы можем сделать по отношению к таким народам, как киргизы, узбеки, таджики, туркмены, которые до сих пор находятся под влиянием своих мулл?... Можем ли мы подойти к этим народам и сказать: "мы скинем ваших эксплуататоров". Мы этого сделать не можем, потому что они всецело в подчинении у своих мулл. Тут надо дождаться развития данной нации, дифференциации пролетариата от буржуазных элементов, которое неизбежно (В. И. Л е н и н. Полное собрание сочинений, т. 38, стр. 159).

51

49) Рахмат Рафик - Рахмат Абдуллабекович Рафиков (1886-1930) - один из организаторов Бухарской коммунистической партии. После победы революции занимал ряд ответственных постов в БНСР: члена Верховного революционного трибунала, назира юстиции, иностранных и внутренних дел, а также председателя диктаторской (чрезвычайной) комиссии БухЦИКа по делам Восточной Бухары.

За большие заслуги в деле укрепления народной Советской власти и активное участие в борьбе с басмачеством в Восточной Бухаре постановлением Президиума ВНИК от 12 июня 1924 г. Рахмат Рафик был награжден орденом Красного Знамени (ИГА УзССР, ф. Р-47, оп. 1, д. 506, л. 119).

52

50) Ясак Агдаров - один из организаторов Бухарской коммунистической партии, участник бухарской революции, в августе 1921 г. перешел на сторону группы "левых" коммунистов, возглавляемой Мухитдином Максумом Ходжаевым, поднявшим мятеж с целью свержения революционного правительства БНСР, и после его подавления скрывался в Туркестане.

53

51) Муинджан Аминов родился в 1890 г. в Бухаре, младобухарец, участник Бухарской революции. После установления народной Советской власти М. Аминов занимал должность товарища (заместителя) председателя ВсебухЦИКа.

На IV чрезвычайной сессии БухЦИКа в июне 1922 г. был избран председателем ЦИКа Советов БНСР и на этой должности работал до августа 1922 г. До июня 1923 г. занимал пост председателя Совета труда БНСР. В соответствии с постановлением IV Всебухарского съезда Советов в октябре 1923 г. М. Аминов был снят с должности председателя СТО БНСР за искажение экономической политики Советского государства, выразившееся в преи- /459/ мущественном кредитовании купечества в ущерб интересам кооперации и трудового дехканства.

54

52) Мульк-херадж - податная земля.

55

53) Кафсан - налог с крестьян в пользу местной сельской администрации (амина, аксакала и пр.).

56

54) Атьяти - подаяние.

57

55) Ускунапули - сбор с разных насаждений.

58

56) Чуппули - налог за пользование пастбищами.

59

57) Аксакал - сельский староста.

60

58) Хаджи Хасан Ибрагимов - один из организаторов Бухарской коммунистической партии в 1918 г., участник Бухарской революции, впоследствии примкнул к "левым" коммунистам и работал в профсоюзах БНСР.

61

59) П.Г. Полторацкий (1887-1918) - член КПСС с 1905 г., типографский рабочий, один из организаторов коммунистической группы в Новой Бухаре (Кагане) и руководителей подготовки и проведения Октябрьской революции в Туркестане. После революции - комиссар труда Туркреспублики и председатель Совета народного хозяйства. Расстрелян белогвардейскими наемниками в июне 1918 г. на пути в Ашхабад, куда направлялся во главе Чрезвычайной делегации ТуркЦИКа для ведения переговоров с закаспийскими эсеро-меньшевистскими изменниками Революции.

62

* Арест эмира предполагался домашним порядком с целью его изоляции, однако он должен был некоторое время оставаться эмиром и издать от своего имени и имени духовенства, как его глава, манифест с опубликованием в нем всех требуемых младобух арцами реформ. /134/

63

60) Кары Юлдаш Пулатов (1890-1965) - один из видных деятелей младобухарского движения в Керках. После мартовских событий 1918 г. эмигрировал в г. Самарканд, где организовал левоэсеровскую группу младобухарской партии. В ноябре 1918 г. отошел от левых эсеров и примкнул к Бухарской коммунистической партии. Был делегатом 1 съезда БКП (май-июнь 1919 г.) от Самаркандского отделения партии. В январе 1920 г. в связи с организацией Файзуллой Ходжаевым "Центрального Туркестанского бюро младобухарцев-революционеров" Кары Юлдаш Пулатов вошел в состав руководящего ядра этой партии. В сентябре 1920 г. в результате слияния младобухарской организации с Коммунистической партией вступил в члены БКП.

64

61) Амляк - разновидность хераджа, взимался с государственных земель, обрабатывавшихся крестьянами.

65

62) Аминана - сбор с вывозимых товаров и предметов местного производства.

66

63) Г.И. Бройдо в 1919-1920 гг. заведовал отделом внешних сношений Турккомиссии ВЦИК и СНК РСФСР, впоследствии работал на ответственной работе в Наркомате по делам национальностей РСФСР. /460/

67

* Назметдин Хаджа, родом из хорезмских узбеков, поэтому прозванный Урганджи, наиболее жестокий среди всех эмирских сановников, славился деловитостью и способностью как администратор. /150/

68

64) Левоэсеровская младобухарская группа образовалась в период эмиграции в Ташкенте в апреле-мае 1918 г. из националистических элементов джадидизма. Во главе этой группы стоял ярый пантюркист Усман Хаджа Пулатходжаев.

Левоэсеровская младобухарская группа просуществовала до 25 сентября 1918 г. и прекратила свое существование как в Ташкенте, так и в Самарканде.

Отдельные передовые элементы из этой группы, осознав ошибочность избранного пути, перешли на сторону Коммунистической партии (см. газеты "Голос Самарканда", 29 мая 1918 г., "Мехнаткашлар тавуши", 7 ноября 1918 г.).

69

65) Сарбазы - солдаты.

70

66) Наукеры - ополченцы.

71

67) Бухарская коммунистическая партия (БКП) возникла летом 1918 г. из революционных и прогрессивных элементов, эмигрировавших в Ташкент. Организаторами БКП были Азимджан Якубов, Мухтарджан Саиджанов, Наджиб Хусаинов, Ахмаджан Абдусаидов и др. 25 сентября 1918 г. был избран ЦК БКП во главе с Азимджаном Якубовым.

Бухарской коммунистической партии приходилось работать в исключительно трудных условиях подполья, в обстановке разгула реакции. К этому надо добавить низкую идейную закалку коммунистов вследствие молодости коммунистического движения на Востоке, групповую борьбу, особенно усилившуюся в период подготовки и проведения народной революции 1920 г., между различными течениями внутри партии ("левые", "правые", "центр" и т.д.), жестокий эмирский режим преследования и массового истребления коммунистов и сочувствующих им прогрессивных элементов и т.п. Несмотря на невероятные трудности, бухарские коммунисты проявили стойкость в борьбе с эмиратом.

Бухарская коммунистическая партия работала в тесном контакте и под идейным руководством Центрального Комитета Компартии Туркестана, а с момента приезда Турккомиссии - Совета интернациональной пропаганды на Востоке.

72

68) Азимджанов (точнее - Азимджан Якубов) - организатор Бухарской коммунистической партии, уроженец города Маргилан, рабочий завода в г. Каган (Новая Бухара). 25 сентября 1918 г. на учредительном собрании Бухарской коммунистической партии он был избран председателем ЦК БКП. Умер в феврале 1919 г. от тифа.

73

69) Наджиб Хусаинов - один из организаторов Бухарской коммунистической партии, на III съезде БКП в декабре 1919 г. был избран председателем ЦК Бухарской коммунистической партии. На этом посту он работал до 6 октября 1920 г.

После победы народной революции в Бухаре Н. Хусаинов пытался провести ошибочную линию в партии, требуя немедленного перехода от демократического этапа революции к социалистическому. Турккомиссия ВЦИК и СНК РСФСР и Туркбюро ЦК РКП(б), а также I (V) съезд БКП (февраль 1921 г.) не поддержали политическую линию, которую старались навязать партии так называемые "левые" коммунисты, так как преждевременное проведение социалистических мероприятий могло привести к отрыву БКП от широких народных масс. /461/

74

70) Алимджан Акчурин принимал активное участие в революционном движении в Бухаре с августа 1920 г. На IV съезде Бухарской коммунистической партии от имени ЦК БКП выступил с докладом "Об отношениях БКП к другим революционным партиям" и был избран членом ЦК БКП. На I (V) съезде Бухарской коммунистической партии Алимджан Акчурин вместе с бывшим председателем ЦК БКП Наджибом Хусаиновым возглавлял группу "левых" коммунистов и после их поражения на съезде организовал отдельно от ЦК БКП нелегальный комитет и ревкомы в Кагане, Чарджоу, Термезе и Керках с целью захвата власти и руководства партией путем организации вооруженного восстания, опираясь на войсковые части, расположенные в пограничных русских городах.

"Левые" коммунисты настаивали на осуществлении "бухарского Октября". Экономические, культурно-бытовые и политические условия Бухары как страны отсталой, феодальной, почти с полным отсутствием промышленного пролетариата требовали от коммунистической партии более медленного, более осторожного, более систематического перехода к социализму и проявления большей мягкости, осторожности и уступчивости по отношению к мелкой буржуазии, интеллигенции, особенно к крестьянству. Исходя из этого и в соответствии с историческим решением ЦК РКП(б) от 18 мая 1922 г. "О туркестанско-бухарских делах" партия "левых" коммунистов в Бухаре была распущена. Алимджан Акчурин своевременно осознал допущенную им ошибку и был оставлен в рядах БКП, занимал различные должности в Бухарской Народной Советской Республике.

Работая в САНИИРе, А. Акчурин в 1930 г. написал статью "Воспоминания о двадцатом годе в Хиве и Бухаре", опубликованную в "Сборнике статей к десятилетию бухарской и хорезмской революции" (Ташкент, Узбекское государственное издательство, 1930 г., стр. 23-62). Данные, приведенные автором статьи относительно IV съезда БКП, являются достоверными, а приложенный к ней дневник (с 28 августа по 3 сентября 1920 г.) - ценным материалом по истории Бухарской революции.

75

71) Абдулла Максум Тураев - один из активных деятелей Бухарской коммунистической партии, организатор подпольной коммунистической ячейки в Старой Бухаре. Накануне народной революции 1920 г. коммунистическая ячейка была разгромлена эмиром, а ее руководитель, бесстрашный революционер Абдулла (Максум) Ходжа Тураев был брошен в зиндан и казнен эмирскими палачами перед самой победой революции 1 сентября 1920 г.

76

72) Газета "Учкун" (Искра) - орган "Центрального Туркестанского бюро младобухарцев - революционеров". Первый номер газеты вышел 15 апреля 1920 г. Газета издавалась в Ташкенте два раза в месяц на узбекском языке в количестве 5 тыс. экземпляров и тайно распространялась в Бухаре. Всего вышло 8 номеров газеты.

77

73) Комиссия ЦК РКП(б), ВЦИК и СНК РСФСР по делам Туркестана (Турккомиссия) была создана 8 октября 1919 г. и прибыла в Ташкент в ноябре 1919 г. В ее состав входили виднейшие деятели Коммунистической партии и Советского государства: /462/ В.В. Куйбышев, М.В. Фрунзе, Я.Э. Рудзутак, Ш.З. Элиава и др.

78

74) Ш.З. Элиава - председатель Турккомиссии ВЦИК и СНК РСФСР в 1919-1920 гг.

79

75) Я.Э. Рудзутак - видный деятель Коммунистической партии и Советского государства. В 1919 г. был членом Турккомиссии, в мае 1921 г. был назначен председателем Турккомиссии и Туркбюро ЦК РКП(б). На XII съезде партии был избран кандидатом в члены Политбюро и секретарем ЦК РКП(б), а в 1926 г. - членом Политбюро. Занимал ряд ответственных постов: председателя Верховной коллегии Главного управления водного транспорта (Главвод), Генерального секретаря ВЦСПС, наркома путей сообщения, председателя Комитета по химизации народного хозяйства СССР, председателя Центральной контрольной комиссии (ЦКК) и наркома Рабоче-Крестьянской инспекции (РКИ), заместителя председателя Совнаркома СССР.

80

76) Хорезмская Народная Советская Республика (ХНСР) образовалась 2 февраля 1920 г. благодаря победоносной народной революции трудящихся масс Хивы, поддержанной краснармейскими частями Советского Туркестана и приведшей к свержению феодально-деспотического строя во главе с Саид-Абдулла-Ханом.

В.В. Куйбышев, от имени Советского правительства приветствуя установление народно-демократического строя в Хиве, говорил: "Дружественный хивинский народ произвел у себя внутри страны революционный переворот, который является первым звеном в цепи революций и восстаний на Востоке, который неизбежно приведет все страны Востока, ныне угнетенные и порабощенные английским империализмом, к полному национальному раскрепощению и освобождению.

По этому пути, предначертанному всем ходом русской революции, пошел первым хивинский народ, и вот мы видим его уже свободным и независимым" ("Известия ТуркЦИКа", 22 июля 1920 г.)

I Всехорезмский курултай народных представителей 26 апреля 1920 г. объявил бывшее Хивинское ханство ликвидированным и провозгласил страну народной (крестьянской) Советской республикой. IV съезд Советов ХНСР в октябре 1923 г. принял историческое решение о провозглашении Хорезмской Народной Советской Республики государством социалистическим (ХССР).

ХССР просуществовала до ноября 1924 г. В результате национально-государственного размежевания Средней Азии узбеки, населявшие Ургенчскую область, отошли к вновь образованной Узбекской ССР, а туркмены Ташаузской области - к Туркменской ССР.

81

* Воззвание к солдатам на узбекском языке. /168/

82

77) Амлякдар - сборщик податей и управляющий амляковыми (государственными) имениями.

83

78) Бадж - сбор, взимавшийся с караванов или торговцев товарами, переезжавших из одного бекства в другое.

84

** Воззвание к населению на фарсидском языке. /170/

85

79) Тюман (тумен) - уезд.

86

80) Газета "Кутулуш" (Освобождение) - орган ЦК Бухарской коммунистической партии, общественно-политическая и литературная газета, выходила два раза еженедельно на узбекском и таджикском языках общим тиражом до 3 тысяч экземпляров. Га- /463/ зета издавалась в Новой Бухаре (Кагане) и тайно распространялась в Старой Бухаре и крупных городах эмирата (Чарджоу, Карши, Шахрисябз, Кермине и др.). Газета широко пропагандировала идеи Советской власти, разоблачала антинародную политику эмира и колониальный гнет английского империализма на Востоке, призывая угнетенные народные массы к низвержению деспотического строя.

87

81) Совет интернациональной пропаганды на Востоке (Совинтерпроп) был организован в декабре 1919 г. для непосредственного руководства деятельностью коммунистических и революционно-демократических организаций в сопредельных с Туркестаном странах, в частности в Бухаре и Хиве.

Совинтерпроп начал свою деятельность в г. Ташкенте с 1 января 1920 г. в составе Субхи (председатель), Султан Заде (Микаэлян), Геллера, Голощекина и Трояновского. При Совинтерпропе были организованы секции: Персидской коммунистической партии "Адалат", Турецкой коммунистической партии "Иштрокиюн", Бухарской коммунистической партии (БКП), Индийской, Афганской и Китайской революционно-демократических партий, младобухарской и младохивинской партий. Совет издавал журнал "Красный Восток" на 5 языках.

Высшим органов Совинтерпропа считался пленум, состоявший из 18 членов по норме представительства: 5 от Турккомиссии, по три от КПТ и БКП, по одному от младобухарцев и младохивинцев и других демократических организаций. Постоянно действующим органом Совинтерпропа считалось исполбюро, состоявшее из 5 членов.

88

82) Мирза Бахрам (Ахмедов) - выходец из мелкобуржуазных слоев, вступил в члены БКП, впоследствии перешел на платформу "левых".

89

83) Абдухамид Арифов - выходец из татарской купеческой семьи. В начале 1920 г. приехал в Ташкент в составе политработников поезда "Красный Восток". С августа 1920 г. Арифов принимал участие в подготовке Бухарской революции, входил в состав Всебухарского Ревкома.

С апреля 1921 г. Арифов занимал должность народного назира по военным делам БНСР и в начале марта 1922 г., изменив родине, перешел на сторону басмачей, присоединившись к банде Энвер-паши.

90

* Позднее, после революции, Арифов был выдвинут в члены Ревкома и на пост назира по военным делам. В период ожесточенной борьбы с басмачеством в 1922 г. в бою под Кермине перешел на сторону врагов Советской власти и долгое время был ближайшим сотрудником Энвер-паши. /177/

91

84) Нарзыкул Тюракулов - один из виднейших деятелей Компартии Туркестана, член исполбюро Совета интернациональной пропаганды на Востоке. Тюракулов непосредственно руководил деятельностью революционного военного бюро, созданного Туркбюро ЦК РКП(б) для подготовки Бухарской революции.

92

85) Д.Ю. Гопнер - один из видных деятелей Коммунистической партии, посланный Лениным в Туркестан, руководитель Совета интернациональной пропаганды на Востоке и непосредственный участник Бухарской революции.

93

** Передается не буквально, а общий смысл решения. - Ф.Х. /178/

94

86) Имеется в виду постановление Туркбюро ЦК РКП(б) от 3 августа 1920 г. "Об отношении к партии младобухарцев-революционеров", где указывалось, что:

"Младобухарская революционная организация, поскольку она имеет официальное лицо, выраженное в существующей ныне программе, противопоставленной программе коммунистов, не могла /464/ быть поддержана РКП, но, принимая во внимание ее заявление о том, что она считает себя стоящей на коммунистической платформе и обязуется вступить официально в ряды коммунистической партии на другой день после переворота в Бухаре, комиссия ЦК полагает возможным оказывать младобухарской революционной организации поддержку, при условии заключения блока с партией бухарских коммунистов, прекращения взаимной борьбы и подготовки всех условий, которые обеспечили бы в будущем слияние младобухарской революционной организации с партией бухарских коммунистов" (ЦГАОР СССР, ф. 130, оп. 4, д. 301, л. 64).

95

87) Слияние младобухарской революционной организации с БКП произошло 11 сентября 1920 г., и с этого времени прекратило свое существование "Туркестанское Центральное бюро младобухарской революционной партии". Благодаря этому ряды БКП пополнились различными элементами. При первой чистке БКП из 15 тыс. членов в ее рядах осталось не более 1500 честных коммунистов.

96

88) IV съезд Бухарской коммунистической партии происходил в г. Чарджоу с 16 по 18 августа с участием 58 делегатов, представлявших 43 ячейки. К этому времени БКП объединяла 5 тыс. коммунистов и 20 тыс. сочувствующих. Наиболее крупными организациями партии были отделения в Новой Бухаре (Кагане), Старой Бухаре, Чарджоу и Самарканде. Отделение БКП в Новой Бухаре накануне революции объединяло 21 партийную ячейку с общим количеством до 2500 коммунистов.

IV съезд Бухарской коммунистической партии, исходя из наличия революционного кризиса в Бухарском ханстве, принял историческое решение о низвержении эмирской власти.

В резолюции съезда "По текущему моменту" подчеркивалось, что "рабочие, дехкане и бедняки, не вынося больше деспотизма, взяв в руки Красное Знамя, поднимаются на разрушение власти эмира и вместо нее создадут власть рабочих и дехкан". От имени трехмиллионного угнетенного трудового народа страны съезд обратился к Исполкому Коминтерна и ЦК РКП, выражая уверенность в том, что они придают особое значение Бухарской революции, и придут на помощь БКП для того, чтобы ускорить революцию.

Самым острым и злободневным был вопрос об отношении Бухарской коммунистической партии к младобухарцам и создании блока между двумя партиями против общего врага - эмирской власти. На съезде шла острая борьба вокруг этого вопроса.

От имени Турккомиссии съезду была направлена телеграмма с категорическим предупреждении о недопустимости самочинных выступлений и необходимости прекращения вражды между БКП и младобухарцами. М.В. Фрунзе, приветствуя IV съезд бухарских коммунистов, также выразил твердую уверенность, что "молодая Бухарская коммунистическая партия сумеет объединить все истинно революционные элементы Бухары, сумеет вырвать с корнем всякие распри и раздоры в момент величайшей исторической важности для бухарского народа" (см.: М. В. Ф р у н з е. На фронтах гражданской войны, М., 1941 г., стр. 323).

IV съезд БКП, исходя из интересов объединения всех демократических и революционных сил страны против деспотизма, принял решение о создании блока между БКП и младобухарской организацией, с непременным условием признания младобухарцами /465/ программы БКП, предусматривающей после свержения эмирской власти установление власти трудящихся - рабочих, крестьян и ремесленников, организуемой на началах республики Советов, действующей под руководством Бухарской коммунистической партии.

97

89) Саид Ахрари (Мухаммад Саид Ахраров) - активный участник младобухарского движения, после победы революции в 1920 г. вступил в ряды БКП, был первым директором Государственного издательства БНСР, а также редактором газеты "Бухаро ахбори", занимал должность постоянного представителя БНСР в Азербайджане, впоследствии работал в аппарате Совета народных назиров.

98

90) Шейх Хасан Галеев (Алиев) - один из первых бухарских коммунистов, впоследствии перешел на платформу "левых".

99

91) Иргаш Дарга - один из первых коммунистов, активный участник Бухарской революции, погиб при штурме Старой Бухары.

100

92) Сабир Юсупов (1881-1931 гг.) родился в г. Андижане в семье рабочего хлопкозавода. В 1900 г. поступил работать на хлопкозавод в г. Кагане (Новой Бухаре), а в 1905 г. уехал в г. Ташкент в поисках работы. В 1918 г. С. Юсупов вступил в ряды Коммунистической партии Туркестана и на V краевом съезде Советов 30 апреля 1918 г. был избран членом ЦИКа Советов Туркестанской АССР.

V съездом Советов Туркестана С. Юсупов был включен в состав чрезвычайной делегации ТуркЦИКа, направленной в Москву в правительство РСФСР. В состав делегации входили С.П. Килячков, С.В. Теодорович, К.П. Голятовский и В.А. Троицкий. 5 июля 1918 г. делегация прибыла в Москву и была принята В.И. Лениным и Я.М. Свердловым.

С июля 1918 г. по ноябрь 1919 г. С. Юсупов работал в Москве в качестве члена полномочного представительства ЦИКа Советов ТуркАССР при правительстве РСФСР и входил в состав Наркомнаца РСФСР.

В связи с организацией Турккомиссии ВЦИК и СНК РСФСР С. Юсупов выезжает в Ташкент.

С. Юсупов - активный участник Бухарской революции. В период существования БНСР занимал должности: члена Всебухарского ревкома, начальника милиции, а затем, заместителя народного назира труда и социального обеспечения (с 15 января 1921 г.), начальника главного управления милиции (с 18 января 1922 г.) и заместителя полномочного представителя БНСР при правительстве СССР (с 14 августа 1923 г. по ноябрь 1924 г.).

101

* А. А к ч у р и н. Воспоминания о двадцатом годе в Бухаре и Хиве. В кн.: "Сборник статей к десятилетию Бухарской и Хорезмской революций", Ташкент, Узгиз, 1930, стр. 46-49. /184/

102

93) Раджаб Мухамедиев - один из видных деятелей БКП, примыкал к "левым".

103

94) Касым Кариев - один из старейших бухарских коммунистов, примыкал к "левым".

104

95) Рахматулла Музафаров (1895-1938 гг.) - уроженец г. Бухары, выходец из бедной дехканской семьи, младобухарец. После мартовских событий 1918 г. в Бухаре эмигрировал в г. Ташкент. В 1918-1919 гг. служил в Красной Армии и находился на Оренбургском и Туркестанском фронтах.

В августе 1920 г. в числе агитаторов Музафаров был направлен в Бухару. Участвовал в Бухарской народной революции.

После образования БНСР Музафаров работал заместителем председателя Шахрисябзского Ревкома (1922 г.), ответственным /466/ секретарем Бухарского, а затем Чарджоуского обкомов партии (1923 г.). В 1924 г. занимал должность начальника политуправления при штабе бухарской Красной Армии.

105

96) Революция в Бухаре началась 28 августа 1920 г. Рано утром 29 августа 1920 г. добровольческие отряды бухарских революционеров - коммунистов совместно с восставшим народом захватили Старый Чарджуй. Бек был низложен. Власть от имени восставшего народа перешла к временному революционному комитету.

В связи с началом всеобщего народного восстания М.В. Фрунзе обратился 29 августа 1920 г. к войскам Туркестанского фронта, на долю которых выпала освободительная миссия. "Настал час решительной схватки подавленных и порабощенных трудящихся масс Бухары с кровожадным правительством эмира и беков, - писал М.В. Фрунзе, - полки нарождающейся бухарской Красной Армии двинулись на помощь родному народу. Красные полки рабоче-крестьянской России обязаны стать подле них. Приказываю: всей нашей вооруженной мощью придти на помощь бухарскому народу в этот час решения" (М. В. Ф р у н з е, На фронтах гражданской войны, стр. 325-326).

4 дня шли ожесточенные бои за овладение Старой Бухарой.

Ранним утром 1 сентября 1920 г. начался штурм города. Бои носили ожесточенный характер, чему способствовали фанатизм сарбазов, в особенности афганских войск, участвовавших в сражениях, численное превосходство противника, выгодное стратегическое положение эмирских войск, укрывшихся у городских ворот с высокими стенами и обстреливавших красногвардейцев из крепостных башен, а также окруженность города садами, кишлаками и узкими улицами. Многочисленные преграды и другие неудобства местности, где происходили боевые операции, замедляли ход наступления. Несмотря на ожесточенное сопротивление врага, в 8 часов утра 1 сентября 1920 г. правая колона Каганской группы войск при содействии артиллерии перешла в наступление, и в 9 часов 45 минут передовые части ворвались в город через Каршинские ворота, сломив упорное сопротивление эмирских сарбазов. К 12 часам дня в город вошли также два батальона отдельного стрелкового полка, 10-й и 12-й татарские стрелковые полки. В 16 часов дня Мазар-и-шарифские ворота были открыты изнутри бойцами отряда особого назначения и заняты 5-м стрелковым полком. В городе шли уличные бои. Враг отступал, неся большие потери. По приказу эмира город был предан ограблению сарбазами и сожжен, что вынудило красноармейцев и бухарских добровольцев остановить продвижение вперед и расположиться в юго-западной части города.

Предстояло решающее сражение с эмирскими войсками. Придавая исключительно важное значение полному овладению городом, М.В. Фрунзе в разговоре по прямому проводу с командармом Г.В. Зиновьевым в 3 часа дня 1 сентября 1920 г. приказал: "Принять все меры, дабы удар был решительным и окончательным".

Благодаря отваге и героизму красноармейских частей и бухарских революционных войск 2 сентября 1920 г. пала Старая Бухара - оплот средневековой реакции, деспотизма. /467/

Над Регистаном было водружено Красное Знамя.

106

** Г. О м е л ю с т ы й. Под стенами Бухары. В кн. "Сборник статей к десятилетию Бухарской и Хорезмской революций". /189/

107

97) Куль Мухамедов - участник Бухарской революции, командир туркменского отряда, участвовавшего в сражении при взятии Бухары. После победы революции занимал ряд ответственных постов, но в период напряженной борьбы с басмачеством в Керкинском районе перешел на сторону туркменских эмигрантов, переселившихся в Афганистан.

108

98) И.Е. Любимов в 1920 г. возглавлял Ревком Самаркандской области, впоследствии - руководящий деятель Средазбюро ЦК РКП(б)./468/

109

99) В.И. Ленин, Полное собрание сочинений, т. 42, стр. 132.

110

100) В.И. Ленин, Полное собрание сочинений, т. 41, стр. 246.

111

101) Кокандская автономия - контрреволюционная буржуазно-националистическая организация в Коканде, объявившая себя в ноябре 1917 г. "правительством" с целью отрыва Туркестана от Советской России и восстановления господства эксплуататорских классов. Просуществовала до февраля 1918 г. и была разгромлена рабочими и крестьянами ТуркАССР.

112

102) Основной закон (Конституция) Союза Советских Социалистических Республик, M., Издание ЦИК Союза CCP, 1924, стр. 5.

113

103) КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК, изд. 7, ч. III, стр. 9-73.

114

104) И. Сталин, Сочинения, т. 12. стр. 235-261.

115

105) Коммунистическая партия, учитывая экономическую и культурную отсталость Бухары, а также сильное влияние мулл на крестьянское население страны, признала возможным применение законов шариата, что имело место и в других восточных окраинах бывшей Российской империи.

Народные суды в Бухаре носили название казийских и руководствовались в своих решениях и приговорах нормами шариата и адата, однако только в том случае, если они не противоречили революционному правосознанию и действующему законодательству народной Советской власти.

116

106) 24 декабря 1920 г. агенты эмира сумели поднять контрреволюционный мятеж в Шахрисябзе, Китабе, Яккабаге, Чиракчи, где было собрано до 2.5 тыс. нукеров, которые присоединились к эмиру. Вследствие насильственной мобилизации армия эмира к концу декабря 1920 г. достигла 15 тыс. человек и была вооружена английскими винтовками, берданками и ружьями афганского образца. Так возник басмаческий фронт на востоке Бухарской Народной Советской Республики.

117

* Подробно об обстоятельствах и условиях, при которых состоялось это вхождение младобухарцев в Коммунистическую партию, было сказано в первой части этой брошюры. /219/

118

107) С нарастанием классовых противоречий внутри страны национальная буржуазия начала проявлять склонность к соглашательству с внутренней и внешней реакцией. Вот почему Турккомиссия ВЦИК и CHK РСФСР в своем решении от 16 февраля 1921 г., оценивая деятельность правительства БНСР, констатировала наличие среди руководящих деятелей отдельных буржуазных националистов, стремившихся направить страну по капиталистическому пути развития.

Проводниками такой политики в правительстве БНСР явились так называемые "правые", возглавляемые председателем Ревкома А. Мухитдиновым. /468/ "Правые" проявили склонность к самостоятельному выступлению БНСР на международной арене, культивировали в Бухаре панисламистскую идеологию, проявляли скрыто враждебное отношение к РСФСР и Красной Армии, требовали прекращения деятельности революционных организаций индусов, персов, турок, кашгар, работавших в Бухаре под руководством Туркбюро Коминтерна. Националистические круги в правительстве требовали вывода из Бухары советских войск, отстаивавших суверенитет БНСР от внутренних и внешних врагов, они ратовали также за удаление русских и татарских коммунистов, приехавших из Туркестана для оказания практической помощи в хозяйственном, культурном и Государственном строительстве. Националистические группы проводили шовинистскую политику по отношению к национальным меньшинствам - таджикам, туркменам и др.

119

108) "Левые" коммунисты в Бухаре - большинство членов ЦК БКП, избранного на IV съезде партии в августе 1920 г., к ним относились Наджиб Хусаинов, Хасан Алиев, Хаджи-Хасан Ибрагимов, Мирза Бахрам Ахмедов, Сабирджан Юсупов, Алимджан Акчурин, которые после победы народной революции в Бухаре встали на путь "левого" коммунизма. Они требовали осуществления принципов социализма на основе применения "Декларации прав трудящихся и эксплуатируемого народа". Будучи увлеченными в своей практической деятельности революционными лозунгами, соответствовавшими условиям центральной России, "левые" коммунисты настойчиво требовали "углубления революции", т.е. немедленного перехода от демократического этапа революции к социалистической стадии развития. Политическая линия, на которую толкали партию так называемые "старые революционеры", вставшие на путь "левого" коммунизма, была опасной для Бухары того периода, ибо преждевременное осуществление социалистических мероприятий в стране с почти средневековым укладом жизни, в условиях крайней неразвитости классового расслоения в деревне и сохранившегося влияния духовенства на трудящихся могло привести к отрыву от основной массы крестьян, кустарей, средней и мелкой буржуазии и прогрессивной интеллигенции.

Партия не могла пойти на такой опасный путь.

3 ноября 1920 г. Туркбюро Коминтерна одобрило решение уполномоченного Коминтерна в Бухаре В.В. Куйбышева от 14 октября 1920 г. о реорганизации ЦК БКП, утвердило состав временного ЦК БКП, определив политическую линию Бухарской коммунистической партии на ближайший период времени, заключавшуюся в осуществлении на практике аграрной революции.

Это соответствовало условиям Бухары, требовавшим умения правильно применять основы коммунистической теории и тактики, когда главную массу населения составляют не рабочие, прошедшие школу капиталистических заводов и фабрик, а трудовые массы крестьян, страдающих от докапиталистических форм эксплуатации, когда надо решать задачу борьбы не против капитала, а против феодализма.

Бухарская коммунистическая партия отстояла ленинскую позицию, заключавшуюся в том, что социализм нельзя декретировать сверху, нельзя перескакивать через демократический этап революции и провозглашать мероприятия, для осуществления которых еще не созданы необходимые социально-экономические условия, что /469/ наилучшие условия для перехода к социализму создает завершение антифеодальной, демократической революции.

Для Бухарской Народной Советской Республики наиболее характерным признавался более медленный, более систематический переход к социализму, ибо главную массу ее населения, как других восточных национальных окраин, составляли крестьяне и мелкобуржуазные элементы города, по отношению к которым необходимо было проявление большей мягкости, осторожности и уступчивости.

"Левые" бухарские коммунисты в тяжелый период борьбы с авантюрой Энвера-паши - агента международного империализма - вели антиправительственную дезорганизаторскую работу, объективно помогая контрреволюционным силам. Исходя из этого, в соответствии с постановлением ЦК РКП(б) от 18 мая 1922 г. "О туркестано-бухарских делах" организация "левых" коммунистов в Бухаре была объявлена вне партии и 24 мая 1922 г. полностью распущена.

Характеризуя "левых" коммунистов Бухары в своем выступлении на IV совещании ответственных работников национальных республик и областей, созванном ЦК РКП(б) 10 июня 1923 г., Г.К. Орджоникидзе говорил: "Я не могу умолчать об этом, так как я был одним из тех, который разогнал этих "левых". Я считаю, товарищи, что это были не левые и не правые, а просто никакого отношения к коммунизму не имеющие. Шииты боролись с суннитами - персы с бухарцами. Один из главарей "левых" устроил восстание в Бухаре в то время, когда басмачи напали на товарища Файзуллу Ходжаева (имеется в виду мятеж Мухитдина Максума Ходжаева 25 августа 1921 г.). Как же можно было их оставить в партии? Как можно было их считать коммунистами? Товарищи туркестанцы приняли их на своей территории и поддержали их. Это была большая ошибка" (IV совещание ЦК РКП(б) с ответственными работниками национальных республик и областей в Москве. 9-12 июня 1923 г. Стенографический отчет, M., 1923, стр. 41).

120

109) Здесь допущена неточность: не III, a V (I) съезд Бухарской коммунистической партии, состоявшийся 23 февраля 1921 г. с участием 161 делегата. Это был первый съезд БКП, созванный после установления народной Советской власти в Бухаре.

Внутри ЦК БКП и в правительстве БНСР к началу работы съезда сложилась неблагоприятная обстановка. Партия раздиралась внутренней борьбой между "правыми" (А. Мухитдинов), "левыми" (А. Акчурнн) и "центровиками" (Файзулла Ходжаев).

На съезде был избран новый состав ЦК БКП, состоявший в своем большинстве из группы "центра" (Файзулла Ходжаев, Мухтарджан Саиджанов, Муинджан Аминов, Сагдулла Турсунходжаев, Мирмухсин, Анна Гельды Аманов, Абдурашид Мукамилов, Атаходжа Пулатходжаев и др.). После I съезда БКП "левые" коммунисты совершенно обособились от ЦК БКП, организовали свой нелегальный центр в Бухаре, куда входили А. Акчурин, Мирза Гулям и Хасан Алиев, и отделения на местах (Чарджоу, Керки и Термез).

После I (V) съезда БКП "левые" коммунисты активизировали свою работу, в особенности в период борьбы с авантюрой Энвер-паши. Воспользовавшись изменой родине Усман Ходжаева (в /470/ декабре 1921 г.) и А. Арифова (в марте 1922 г.), они обрушились с нападками на революционно-демократическое правительство БНСР, возглавляемое Ф. Ходжаевым, требуя его отставки.

121

110) 26 декабря 1920 г. в связи с приездом в Бухару тогдашнего заместителя председателя Туркбюро ЦК РКП(б) Г. Сафарова вопрос о Бухарской революции и тактике коммунистов подвергся обсуждению на активе бухарских коммунистов. Г. Сафаровым был допущен ряд нетактичных выпадов по адресу ЦК БКП, революционно-демократического правительства и самой Бухарской коммунистической партии, вызвавших законный протест со стороны руководящих деятелей ЦК БКП и БНСР.

Результатом дискуссии по вопросу о характере Бухарской революции явилось опубликование в "Известиях ТуркЦИКа" 13 января 1921 г. открытого письма Туркбюро "К коммунистам Бухары".

В письме особо подчеркивалось, что по вопросу об определении характера Бухарской революции среди коммунистов не существует единства взглядов. Одни полагали, что в Бухаре произошла "коммунистическая революция" и на этой основе готовы были... одним махом провести передачу всего богатства страны в общественную собственность и организовать сразу обобществление производство и распределение без крупной промышленности". Сторонниками такого взгляда на Бухарскую революцию явилась группа так называемых "левых" коммунистов во главе с H. Хусаиновым и А. Акчуриным.

Была также и другая группа коммунистов, которые утверждали, что в Бухаре произошла буржуазно-демократическая революция и на этом основании были готовы признать и купца за коммуниста. Такого взгляда на Бухарскую революцию придерживалась группа "правых" во главе с Абду Кадыром Мухитдиновым.

Третья группа коммунистов - это люди, отдававшие ясный отчет в происшедшем. Они указывали, что в Бухаре основная масса населения состоит из мардикеров (наемных сельскохозяйственных рабочих), чайрикеров (издольщиков) и малоземельных дехкан, трудом которых создается все общественное богатство. Эта группа коммунистов требовала передачи земли крестьянам, "чтобы каждый труженик имел возможность жить, не будучи рабом чужого произвола и чужого кошелька". Такую линию поведения в ЦК БКП проводил В.В. Куйбышев, и за ним последовала так называемая группа "центра", возглавлявшаяся Файзуллой Ходжаевым.

Туркбюро Коминтерна поддержало мнение последней группы коммунистов, определяя революцию в Бухаре как революцию "по преимуществу крестьянскую, аграрную".

"Открытое письмо" Туркбюро Коминтерна к бухарским коммунистам стало предметом специального обсуждения Пленума ЦК РКП(б), состоявшегося 26 января 1921 г., который в целом одобрил политику Туркбюро ЦК РКП(б) по вопросу о характере Бухарской революции и политику правительства БНСР, указав на недопустимую бестактность, проявленную Г. Сафаровым, и обязал представительные органы ЦК РКП(б), ВЦИК и CHK РСФСР строго соблюдать суверенитет БНСР и проявлять максимум заботы об укреплении молодой Бухарской коммунистической партии путем оказания систематической помощи, не прибегая к публикации в печати так называемых "открытых писем". /471/

122

111) 23 сентября 1921 г. на II Всебухарском съезде Советов была принята Конституция БНСР, закрепившая переход государственной власти в руки трудящегося народа.

Образцом для составления основного закона БНСР послужила Конституция РСФСР 1918 г. "Наша Конституция, - указывал В.И. Ленин, - всегда привлекает внимание и симпатии трудящихся масс. Слово "Совет" понятно теперь всем, а Советская Конституция переведена па все языки, и с ней знаком каждый рабочий. Он знает, что это Конституция трудящихся" (В.И. Ленин, Полное собрание сочинений, т. 39, стр. 325).

Вместе с тем, в силу демократического (а не социалистического) характера революции, осуществленной в Бухаре, в Конституцию БНСР 1921 г. не вошел ряд положений основного закона РСФСР 1918 г., в частности ст. 9 Конституции, провозгласившая установление диктатуры пролетариата.

Ст. 6 Конституции БНСР в отличие от основного закона РСФСР 1918 г., исходя из своеобразия условий Бухары, предоставила гражданам право неограниченного распоряжения и использования движимого имущества как приобретенного, так и перешедшего по наследству. Отменялось всякое ограничение в отношении частного владения и распоряжения капиталом в любом размере, а также свободного занятия промышленностью - как самостоятельно, так и путем объединения в товарищества, общества и компании.

Согласно Конституции БНСР, правом избирать и быть избранным пользовались все граждане республики, за исключением крупных землевладельцев, бывших эмирских чиновников и представителей реакционного духовенства.

На III съезде Советов БНСР на пост председателя БухЦИКа (главы государства) был избран Парсаходжаев - выходец из мелкобуржуазных слоев (лавочник), секретарем - Абдусаидов (мулла). В состав членов Президиума БухЦИКа были избраны 4 коммуниста, представлявших интересы трудового народа. Мирза Мухитдин Мансуров защищал в Верховном органе государства интересы купечества, а депутат от профсоюзов Устанур олицетворял среднюю и мелкую буржуазию города. Духовенство было представлено одним членом БухЦИКа по званию мудариса. Один представитель от туркмен - Анна Гельды Аманов - защищал в правительстве интересы национальных меньшинств. Таким образом, состав высшего органа государственной власти республики - Президиума Всебухарского Центрального Исполнительного Комитета - ярко выражал классовую природу БНСР и представлял интересы не только крестьянства, средней и мелкой буржуазии города и деревни, но и представителей прогрессивной национальной буржуазии и интеллигенции. Это был блок всех прогрессивных и патриотических сил, составлявший политическую основу революционно-демократической диктатуры народа под руководством БКП.

123

112) БНСР была многонациональной республикой. Кроме узбеков, составлявших большинство населения (50%), в Восточной Бухаре, которая была занята басмаческими бандами, жили еще таджики (свыше 30%) и туркмены, обитавшие в районах Керкн, Чарджоу и представлявшие собою национальное меньшинство в Бухаре.

Туркменский вопрос был предметом обсуждения II съезда Советов БНСР, который принял постановление о создании Турк- /472/ менского отдела при Бухарском Центральном Исполнительном Комитете во главе с членом БухЦИКа, - туркменом Анна Гельды Амановым.

Туркменский отдел при БухЦИКе был организован в целях улучшения экономического, политического и культурного положения туркмен, проживавших в пределах БНСР, и привлечения трудящихся этой национальности в органы государственного управления.

II Всебухарским съездом было также принято решение организовать представительства Туркменского отдела при Совете народных назиров и в назиратах республики, а также при вилаятских Советах и их исполнительных комитетах в Чарджоу и Керках, где представители Туркменского отдела входили в состав исполкомов с правом решающего голоса и должны были вести работу среди туркменского населения по укреплению дружбы и братства между узбеками и туркменами.

В 1923 г. была создана национальная Туркменская область с центром в г. Чарджоу, а также Киргизский национально-автономный район с центром в Нур-Ате, что имело важное значение для укрепления дружбы между народами БНСР.

В связи с началом басмаческого движения в Восточной Бухаре, населенной таджиками, в течение двух лет там действовала власть диктаторской комиссии БухЦИКа. Лишь с весны 1924 г. в Восточной Бухаре началась нормальная деятельность органов народной Советской власти.

124

113) Советское правительство, руководствуясь исторической "Декларацией прав народов России", будучи верным принципу права наций на самоуправление, равноправие и независимость всех народов, первым признало Бухарскую Народную Советскую Республику суверенным государством. Бухарская Народная Советская Республика в лице РСФСР приобрела верного союзника и могучую опору на пути к социалистическому развитию.

В интересах упрочения дружественных отношений между РСФСР и Бухарской Народной Республикой и оказания практической помощи Бухарской коммунистической партии и революционному правительству в строительстве новой жизни 6 сентября 1920 г. Турккомиссия ВЦИК и CHK РСФСР и Туркбюро ЦК РКП(б) направили члена Турккомиссии В.В. Куйбышева в Бухару в качестве полномочного представителя РСФСР при правительстве БНСР и уполномоченного ЦК РКП(б) и Коминтерна при ЦК БКП. В.В. Куйбышев, один из виднейших деятелей Коммунистической партии и Советского государства, имевший большой опыт практической работы в Туркестане на посту председателя Турккомиссии ЦК РКП(б), ВЦИК и CHK РСФСР, благодаря прекрасному знанию местной жизни оказал неоценимую помощь в укреплении молодой Бухарской Советской Республики.

125

114) К.К. Юренев - видный советский дипломат, направленный ЦК РКП(б) и CHK РСФСР в Бухару для оказания практической помощи в укреплении революционно-демократического строя в Бухаре, в 1921 г. занимал пост постоянного представителя РСФСР при правительстве БНСР.

126

115) Организаторами басмачества были свергнутые эксплуататорские классы (беки, муллы и пр.). Басмаческое движение осо- /473/ бенно усилилось весной 1922 г. и было связано с появлением Энвер-паши в Восточной Бухаре. Как установлено, еще 8 ноября 1921 г. Энвер-паша вместе с турецким офицером Ходжи-Самибеком (Салим-паша) выехал в Восточную Бухару и во время "душанбинских событий" 12 декабря 1921 г. с отрядом в 85 человек находился в стане Ибрагим-бека в селе Кокташ.

Ибрагим-бек, или, как его называли в народе Ибрагим-галла (вор) - происходил из узбекского племени "локай". До революции служил у Гиссарского бека в чине "караул-беги" (поручик). Во время бегства Саид-Алимхана, за оказанную ему услугу, эмир присвоил Ибрагим-беку звание токсаба (полковник) и назначил правителем (беком) Локайского района. Однако односельчане, презирая Ибрагима как бывшего конокрада, изгнали его из селения Кокташ. Ибрагим-галла, получив подкрепление в Бальджуане у своего родственника, главаря басмаческих банд Тугайсары, с 500 бандитами возвратился летом 1921 г. в Кокташ, где при содействии мулл был провозглашен беком локая (см.: "Красная казарма", 1923 г., № 5 (9), стр. 64). 1 января 1922 г. Ибрагим-бек начал войну против Советской власти.

В связи с тревожным положением в Восточной Бухаре, создавшимся вследствие контрреволюционной деятельности турецких и афганских офицеров во главе с авантюристом Энвер-пашой и переходом на сторону басмачей председателя Всебухарского Центрального Исполнительного Комитета Усмана Ходжаева на объединенном заседании ЦК БКП, Совета народных назиров и ЦИКа Советов БНСР 2 января 1922 г. была организована чрезвычайная диктаторская комиссия, куда вошли Насыр Хакимов (председатель), Алимджан Акчурин (заместитель), Ахмед Камалов (секретарь), Рашид Баймурадов, Ходжа Зайнулла Закрияев (члены комиссии). Комиссия выехала в Душанбе 10 января 1922 г.

14 апреля 1922 г. по распоряжению командования Туркфронта части Красной Армии были выведены из Душанбе, что дало возможность басмачам активизировать свою деятельность не только в Восточной, но и Средней Бухаре (Карши, Гуэар, Шахрисябз).

Вывод частей Красной Армии из Душанбе был военно-политической ошибкой, допущенной командованием Туркфронта, приведшей к восстановлению эмирского режима в Восточной Бухаре.

К началу марта 1922 г. Ибрагим-бек расположился вдоль линии Байсун - Ширабад, подтягивая в этом направлении отряды Давлятман-бия из Бальджауна и Ишана Султана из Дарваза. Ударная сила басмачей оказалась сосредоточенной в районе Ширабада. Военное командование над басмаческими бандами взял на себя Энвер-паша с тем, чтобы использовать их в своих авантюристических целях.

Свою враждебную политику против РСФСР на Востоке Англия проводила главным образом через Афганистан, а Кабул превратился в транзитный пункт, опорную базу, плацдарм для осуществления агрессивной политики британского империализма в отношении БНСР.

18 мая 1922 г. Политбюро ЦК РКП приняло историческое постановление "О туркестано-бухарских делах", в котором была дана боевая директива по искоренению басмачества в Восточной Бухаре. /474/

Для создания перелома в настроении широких народных масс в пользу Советской власти и начатых ею военных операций против басмачества Средазбюро ЦК РКП(б) и Центральным комитетам Компартий Туркестана, Бухары и Хорезма было рекомендовано организовать совместно с советскими органами широкую политическую кампанию против Энвер-паши.

Органам государственной безопасности было предложено очистить Туркестан, Бухару и Хиву от антисоветских турецко-афганских элементов, дать амнистию всем желающим вернуться к мирному труду басмачам, возвратить вакуфные земли их бывшим владельцам, а также легализировать казийский суд.

Было признано необходимым усилить состав бухарского правительства, исключив из него людей афганской ориентации и пополнив популярными представителями из дехкан и лояльной к Советской власти национальной интеллигенции.

Решительное сражение против банды Энвер-паши произошло 15 июня 1922 г. в районе Байсуна-Рабата. Воины 15 стрелкового полка, разгромив крупное скопление басмачей и преследуя врага, 14 июля освободили Душанбе.

Потеряв в боях с Красной Армией живую силу, Энвер-паша отступил в Бальджуан. В ожесточенных сражениях за Бальджуан, продолжавшихся три дня, банда Энвер-паши была окончательно разгромлена. 4 августа 1922 г. в кишлаке Обидора, в 12 верстах северо-восточнее Душанбе, в одном из сражений был убит Энвер-паша.

С разгромом банд Энвер-паши и его гибелью был нанесен сокрушительный удар по планам вооруженного вмешательства во внутренние дела БНСР со стороны английских империалистов, стремившихся превратить Бухару в свою колонию.

127

* Мухитдин Ходжаев, желая до поры до времени сохранить свои силы и заручиться симпатиями коммунистов Туркестана, долгое время называл себя "левым" и свое выступление мотивировал желанием бороться с народным правительством Бухары за ускорение социального преобразования. Однако и на этот раз маневр не удался, ибо воззвание того же M. Ходжаева к народу, переписка с руководителями басмачества В. Бухары показали всем воочию его настоящее лицо. M. Ходжаев был разбит, перешел в Советский Туркестан и был предан советскому суду. /230/

128

** Настоящее письмо было получено тов. Акчуриным, который в то время находился в Байсуне в качестве уполномоченного Советского правительства Бухары. /232/

129

*** Документ приводится буквально. /233/

130

116) Соответствует 18 сентября 1921 г.

131

117) 8 марта 1922 г. положение в Старой Бухаре резко ухудшилось. Количество банд вокруг города значительно увеличилось.

Банда Джаббара со всех сторон окружила столицу республики - Старую Бухару, что заставило правительство БНСР 5 марта 1922 г. обратиться в Реввоенсовет Туркфронта с просьбой помочь в ликвидации басмачества в Западной Бухаре. Прибывшие из Самарканда кавалерийские части в бою под Вабкентом и Гиждуваном 9 марта 1922 г. полностью разбили банду Джаббара (журн. "Жизнь национальностей", №4 (10), 21 марта 1922 г.).

132

118) Имеется в виду постановление Политбюро ЦК РКП(б) от 1 февраля 1922 г. "По бухарскому вопросу", которое предусматривало:

1. Поддержку предложения Ф. Ходжаева, внесенного от имени ЦК БКП, об установлении непосредственных взаимоотношении ЦК РКП с Бухарской коммунистической партией на общих основаниях с центральными комитетами компартий независимых советских республик, с введением представителей БКП и ХКП в Туркбюро ЦК РКП.

2. Сближение Бухарской и Хорезмской народных советских республик и Туркестанской АССР в области внешней торговли, мелиорации и железной дороги, с выделением для этого соответствующих хозяйственных органов (Средазэкосо) на паритетных началах, с участием представителя РСФСР, через которого надле- /475/ жит осуществление сношений центральных органов РСФСР с правительствами БHCP и XHCP.

3. Объединение антибасмаческих фронтов на территории Бухары и Ферганы под руководством специального командования по назначению Реввоенсовета РСФСР с тем, чтобы обращено было особое внимание как на политическую работу среди мусульманского населения, так и на усиление снабжения красноармейских частей.

4. Переброску в Бухару оборудования для текстильных, мыловаренных, бумажных, кожевенных предприятий за счет РСФСР, с возложением ответственности за срочность выполнения операции на BCHX РСФСР.

5. Неуклонное проведение в жизнь резолюции X съезда РКП(б) по национальному вопросу, предусматривающей привлечение к советской работе национальной интеллигенции, доказавшей преданность Советской власти.

6. Признать важнейшей задачей партийных и советских органов Бухары ликвидацию басмачества. Для успешной борьбы против басмачей ЦК РКП предложил усиление политической работы среди туркмен и таджиков, став на путь уступок местному населению, возвращения конфискованных вакуфных земель, легализации казийских судов и проведения амнистии умеренных элементов басмачества (ЦПА ИМЛ, ф. 61, oп. 1, д. 97, л. 5-7).

Вхождение Бухарской коммунистической партии в состав РКП(б) явилось важной вехой в истории укрепления народной Советской власти и ознаменовало собою новый этап в укреплении братской дружбы и пролетарской солидарности с великим русским народом, несшим свободу и независимость угнетенным народам Востока.

133

119) Имеется в виду II съезд БКП, который проходил в Бухаре с 15 по 20 декабря 1921 г. с участием 160 делегатов. На съезде на этот раз не было борьбы между группами благодаря тому, что "левые" потерпели поражение на I съезде БКП в феврале 1921 г., а "правым" был нанесен удар на II съезде Советов БНСР в августе 1921 г. Большинство участников съезда принадлежало к группе "центра", которая была представлена 125 делегатами.

Съезд принял программу Бухарской коммунистической партии, разработанную комиссией ЦК БКП под председательством Файзуллы Ходжаева. Она была составлена на основе программы РКП(б), но в ней учитывались местные особенности возникновения и развития коммунистического движения в Бухаре.

Например, статья третья программы гласила: "Осуществление власти трудящихся во всем ее объеме встречает в ряде стран Востока, в том числе в Бухаре, непосредственные препятствия со стороны некоторых отсталых социальных групп, а поэтому Советская власть в таких странах не носит чисто классовый характер, являясь своеобразной переходной формой от власти буржуазии к власти трудящихся".

В области экономической политики программа БКП, исходя из конкретных исторических условий Бухары, не ставила перед партией задачу экспроприации экспроприаторов. Она не выдвигала в качестве первоочередной проблемы национализацию заводов и фабрик. Исходя из интересов развития производительных сил /476/ страны, программа БКП поощряла развитие частнохозяйственной инициативы, отдавая предпочтение смешанным торгово-промышленным объединениям, объявляя монополию внешней торговли.

134

120) В целях полного разгрома басмачества в Восточной Бухаре Приказом Реввоенсовета Туркфронта с 1 апреля 1922 г. был организован Реввоенсовет басмаческого фронта (басмфронт) в составе: командующего фронтом Ионова, членов Реввоенсовета Файзуллы Ходжаева и Березина и начальника штаба Зуева.

Все войсковые части РСФСР, расположенные на территории БНСР, были полностью подчинены реввоенкому басмфронта, а вооруженные силы БНСР (национальная Красная Армия и народная милиция) с обслуживающим их аппаратом (штабами и управлениями) - в оперативном отношении.

Разграничительной линией между войсками басмфронта и Туркфронта была установлена государственная граница БНСР.

Командующему басмфронтом были предоставлены все права командарма (ЦГА CA, ф, НО, оп. 4, д. 644, л. I).

135

121) III съезд Советов БНСР проходил в Бухаре с 15 по 18 августа 1922 г. Основным вопросом съезда был вопрос о борьбе с басмачеством и разгроме банды Энвер-паши. Съезд высоко оценил освободительную миссию Красной Армии в Бухаре. В резолюции съезда особо подчеркивалось, что "Красная Армия прибыла в Бухару не по собственной инициативе, ради достижения какой-либо корыстной цели, а, наоборот, по зову Бухарской Народной Советской Республики для освобождения ее территории и угнетенного народа от продолжавшегося басмаческого движения" (Съезды Советов в документах. 1917-1922 гг., т. II, M., 1960, стр. 587).

136

122) Нэп - новая экономическая политика - была провозглашена X съездом РКП(б) в марте 1921 г. Осуществлению нэпа в Бухаре препятствовало развернувшееся басмаческое движение как в Восточной, так и в Западной Бухаре, в особенности весной и летом 1922 г. Разгром банды Энвер-паши в августе 1922 г, дал возможность приступить к хозяйственному строительству.

III съезд Бухарской коммунистической партии, происходивший в ноябре 1922 г., уделил большое внимание вопросам восстановления народного хозяйства республики, В резолюции съезда "О новой экономической политике" подчеркивалась своевременность перехода к нэпу и в условиях Бухарской Народной Советской Республики, Будучи тесно связанной с соседними советскими республиками - Туркестанской АССР и РСФСР, - Бухара, естественно, должна была "равняться по экономическому курсу, принятому к этому моменту в указанных республиках", - гласила резолюция съезда (ЦПА ИМЛ, ф. 62, oп. I, л. 5).

137

123) 1 февраля 1922 г. ЦК РКП(б) признал необходимым создание Среднеазиатского экономического объединения. Из-за препятствий, чинимых отдельными руководящими деятелями БНСР, в частности Ф. Ходжаевым, которые рассматривали Бухару как "отдельную хозяйственную единицу, ничего общего не имеющую с Туркестаном", вопрос об организации СредазЭКОСО не был решен.

Пленум Средазбюро ЦК РКП(б), состоявшийся 29 января 1923 г., указал на ошибочность этих утверждений и вред, нанесенный делу восстановления народного хозяйства Средней Азии. /477/

15 мая 1923 г. первая экономическая конференция Туркестана, Бухары и Хорезма провозгласила создание Среднеазиатского экономического объединения. В своем историческом решении конференция указала, что Туркестан, Бухара и Хорезм отныне объединяют и согласуют экономическую политику и хозяйственные планы и действуют совместно для достижения общей цели - восстановления и развития разрушенного гражданской войной народного хозяйства и подготовки основ для социалистического преобразования экономики народных советских республик.

138

124) 10 июня 1923 г. ЦК РКП(б) принял постановление о создании Реввоенсовета Восточной Бухары для объединения и координации действий красноармейских частей как РСФСР, так и БНСР против басмачей, а также руководства советскими органами хозяйственным строительством в освобожденных районах. Председателем Реввоенсовета был назначен Файзулла Ходжаев, который был наделен широкими полномочиями от ЦИКа Советов БНСР, что подтверждается мандатом за N 721, выданным ему 21 июня 1923 г.

28 июня 1923 г. в Душанбе состоялось первое заседание Реввоенсовета Восточной Бухары под председательством Ф. Ходжаева. 7 августа 1923 г. Ф. Ходжаев созвал совещание с участием 400 активистов в селе Кокташ, в бывшем стане главаря басмачества в Восточной Бухаре Ибрагим-бека. За период трехмесячного пребывания Ф. Ходжаева в Восточной Бухаре была проделана огромная работа по разгрому басмачей и укреплению народной Советской власти.

139

125) К началу 1923 г. в 69 школах и курсах Назирата просвещения обучалось около 4 тыс. учащихся, из них - 120 студентов. В республике действовало 19 культурно-просветительных учреждений, из них 17 библиотек и читален, 1 музей, 2 драмгруппы, 1 театр и 4 кинотеатра. 2 января 1924 г, в Старой Бухаре был открыт клуб на 60 человек.

В Бухаре и Чарджоу в учительских институтах половину слушателей составляли таджики и туркмены. Для подготовки учительских кадров из местных национальностей количество студентов на педагогических курсах было доведено до 400 человек и дополнительно открыты курсы в Старой Бухаре и Душанбе с таджикским контингентом слушателей до 150 человек в каждом. В 1923 г. педагогические курсы окончили 70 преподавателей, из них 43 узбека, 15 таджиков, 7 туркмен и 5 татар.

В Москве в Коммунистическом университете трудящихся Востока в 1923 г. обучалось 30 бухарских коммунистов, а в Ташкенте в Среднеазиатском комуниверситете - 80 и на рабочем факультете САКУ - 30.

27 марта 1923 г. постановлением CHK СССР в Москве был открыт Дом просвещения для детей БНСР, где проходили обучение 220 юношей и девушек.

В 1923 г. в республике действовали 5 народных больниц, рассчитанных на 240 коек; 2 амбулатории с родильными приютами на 15 коек; 6 врачебных пунктов, 8 фельдшерских пунктов, центральная станция по борьбе с малярией в г. Бухаре, а с 1 января 1924 г. начал свою деятельность Тропический институт, созданный по инициативе доктора Л.М. Исаева.

140

126) Табиб - знахарь. /478/

141

127) Л.M. Исаев - один из первых специалистов, направленных Советской властью в Бухару для борьбы с риштой и малярией, основатель Тропического института в Бухаре, как член Президиума БСНХ руководил деятельностью органов народного здравоохранения, социального обеспечения и труда БНСР.

142

128) Профсоюзы в Бухаре в 1920 г. объединяли 48 различных отраслей кустарно-ремесленного производства с общим количеством 25 тыс. членов, а в 1921 г. их численность возросла до 35 тыс. человек. Руководство профсоюзами осуществляли "левые" коммунисты. В состав Бухарского Центрального Совета профсоюзов входили Шейх Хасан Алиев, Мирза Гулям Абдурахманов, Садык Мухамади, Раджаб Мухамади и Ходжа Мирбобо. В октябре 1922 г. состоялся I съезд профсоюзов с участием 190 делегатов, Профсоюзы постепенно были очищены от примазавшихся к ним хозяев и в 1924 г, после чистки в их рядах осталось 15 тыс. человек.

"Союз дехкан" возник в недрах профсоюзов и в 1921 г. выделился в самостоятельную организацию, объединяя 9 тыс. членов в Каракуле, Гиждуване, Вабкентё и других туменах Бухарского вилаята.

143

129) Ф. Ходжаев, подводя итоги за четыре года существования Советской власти в Бухаре, обходит критику деятельности правительства БНСР со стороны IV совещания ответственных работников национальных республик и областей, созванного ЦК РКП(б) в Москве 18 июня 1923 г.

На совещании было указано на тот факт, что государственный банк БНСР кредитовал преимущественно купцов, выдав 75% всего кредита частным предпринимателям, тогда как на долю государственных предприятий и кооперацию выпало лишь только 2% отпущенных на восстановление крестьянского хозяйства сумм. Отдельные представители власти злоупотребляли своим служебным положением. В состав правительства не привлекались представители трудового народа. Все это послужило основанием для принятия решения ЦК РКП(б) от 12 июня 1923 г. о дальнейшей демократизации и советизации государственной власти БНСР.

23 июня 1923 г. состоялся пленум ЦК БКП с участием секретаря ЦК РКП(б) Я.Э. Рудзутака. Пленум одобрил постановление Политбюро ЦК РКП(б) "По бухарскому вопросу" от 12 июня 1923 г. С разъяснением исторического значения решений XII съезда РКП(б) и IV совещания ответственных работников национальных республик и областей по национальному вопросу выступил на пленуме Я.Э. Рудзутак. В своей речи он подчеркнул: "У нас имеется определенное заявление о том, что здесь не всегда соблюдаются интересы трудящихся масс, указывается, например, на то, что значительная часть финансовых средств, которая должна была поступать на помощь дехканам, на основании кооперативного банка, для помощи малоимущим дехканам, что большая часть этих средств ушла на поддержку купцов, которые получили 75% государственных средств, в то время как кооперация и дехкане получили 2%. Такое обстоятельство заставило ЦК нашей партии присмотреться поближе и повнимательнее к составу бухарского правительства и, поскольку было налицо обвинение против наиболее видных лиц, как, например, назира просвещения Фитрата, который вместо занятий делом просвещения занимался постройкой шоссей- /479/ ной дороги, благодаря чему получил большую прибыль для себя, а шоссейная дорога вскоре оказалась никуда негодной, испортилась в один год. Этот назир приобрел для себя лично большое состояние, имеет много собственных лошадей и казенных.

Да и целый ряд других представителей власти, которые способствовали получению казенных денег, если не для себя, то для своих знакомых. На основании всего этого ЦК нашей партии пришел к заключению, что для того, чтобы оздоровить состав бухарского правительства, необходимо исключить из его состава и выслать из Бухары Фитрата, Аминова, Атаходжаева, Саттарходжаева, Якуб Заде и считает, что было бы гораздо более целесообразным, если бы вместо этих товарищей бухарский народ выбрал бы руководителями своей государственной жизни других товарищей, более тесно связанных с народными массами, из среды самих дехкан и рабочих для того, чтобы сам народ начал учиться управлять своими делами. Это с одной стороны, а с другой - необходимо, чтобы правительство пользовалось доверием среди народа, чтобы народ знал, что тот рабочий, который вчера работал вместе с ним в профсоюзе или в вилаяте, управляет какой-нибудь отраслью государственной жизни Бухреспублики, такому товарищу он охотно доверит государственные средства, и эти люди, вышедшие из дехкан и рабочих, будут относиться более бережно к нуждам народа и таким образом нам удастся изжить те дефекты, которые мы наблюдаем в настоящее время...

Вот те предложения, которыми руководствовался ЦК РКП(б), когда решил отозвать указанных пять товарищей, и я думаю, что это решение найдет полное одобрение среди бухарских коммунистов и бухарского народа, ибо тут наша партия руководствовалась исключительно желанием облегчения положения бухарской бедноты, чтобы налоги взимались справедливо, чтобы был введен порядок в жизнь республики, чтобы не повторялись больше такие вещи, о которых только что шла речь.

ЦК нашей партии считает необходимым, чтобы состав правительства в наших советских республиках более соответствовал интересам большинства населения, чтобы в правительство вошли главным образом представители дехкан и рабочих" (Партархив Института истории партии при ЦК КПУз. ф. 14, oп. 1, д. 17, л. 1-3). В соответствии с постановлением БухЦИКа от 24 июня 1923 г. "Об изменении состава правительства БНСР" первым заместителем председателя Совета народных назиров республики был назначен Кайгысыз Атабаев, на руководящую работу были выдвинуты работники из трудового народа - такие, как Шарифходжа, занявший пост назира иностранных дел, Жура Карвон Абдуллаев, назначенный назиром Госконтроля, Уста Hyp Саид Мурадов, ставший назиром финасов, Мулла Чули Наврузов, занявший пост назира земледелия и др., которые достойно представляли в правительстве Центральный Совет профсоюзов и Союз дехкан, выдвинувших их на руководящую работу.

11 октября 1923 г. начал свою работу IV Всебухарский курултай народных депутатов, на котором был обсужден вопрос о деятельности Совета народных назиров и намечены дальнейшие мероприятия по осуществлению политики, соответствующей духу и задачам народной Советской власти. На съезде было внесено изменение в Конституцию республики. Эксплуататорские классы полно- /480/ стью были лишены избирательских прав, а рабочим и крестьянам, объединенным в профсоюзы, а также красноармейцам и милиционерам основной закон предоставил преимущества в избирательном праве по сравнению с другими слоями населения.

Со времени IV съезда Советов Бухарская Народная Советская Республика твердо начала проводить линию на социалистическое развитие страны.

144

130) Танап - 1/6 десятины.

145

131) Решениями Политбюро ЦК РКП(б) от 1 февраля и 13 июля 1922 г. BCHX РСФСР был обязан передать БНСР оборудование для одной текстильной, одной кожевенной, одной бумажной и одной мыловаренной фабрик.

В 1923 г. в распоряжение БНСР перешла Зарайская ткацко-прядильная фабрика (Рязанская губерния), она была переименована в Бухарское государственно-промышленное объединение прядильно-ткацкой мануфактуры "Красный Восток". Фабрика располагала мощностью в 62108 веретен и 768 станков. В распоряжение БНСР перешли также красильно-отделочная фабрика в Филях (под Москвой) и Венюковская ткацкая и ситценабивная фабрика (Московской губернии), на них обучались ткацкому делу 66 бухарских девушек.

146

132) Ушурналог - поземельная подать.

147

133) V Всебухарский съезд Советов (18-20 сентября 1924 г.) подвел итоги четырехлетнего существования народной Советской власти и по докладу правительства, сделанному Ф. Ходжаевым, в торжественной обстановке 19 сентября 1924 г. принял историческое решение о провозглашении БНСР социалистической республикой.

"Рост Бухары за четырехлетний период революции, - сказано в резолюции съезда, - широкое участие трудового народа в управлении страной, развитие государственного и кооперативного капитала, установление справедливых налогов, укрепление народного просвещения и народной Красной Армии, рост рабочих союзов глубже и прочнее закрепляют власть трудящихся как революционную диктатуру, В народном хозяйстве закладываются социалистические начала, трудовой народ приступает к социалистическому строительству". (На историческом рубеже. Сборник о национально-государственном размежевании Средней Азии, Ташкент, изд. Средазбюро ЦK РКП(б), 1924, стр. 157).

Провозглашение БНСР социалистической республикой явилось результатом объективного внутреннего развития Бухары в сторону социализма - укрепления народной Советской власти и развития политической активности трудящихся масс. Повседневное руководство ЦК РКП(б) и бескорыстная помощь Советского правительства, оказанная Бухаре в разгроме басмаческой националистической контрреволюции и укреплении экономики страны, явились решающим фактором преобразования Бухарской Народной Советской Республики. По времени это совпало с проведением национально-государственного размежевания республик Средней Азии и образованием Узбекской и Туркменской Советских Социалистических Республик в составе многонационального союзного социалистического государства.

148

* Переработанная стенограмма речи на 5-м Всебухарском курултае Советов (арх.). /268/

149

134) И. Сталин, Сочинения, т. 11, стр. 333. /481/

150

135) В.И. Ленин, Полное собрание сочинений, т. 27, стр. 252-253.

151

* Настоящее было написано непосредственно по окончании 1-го съезда Советов Узбекистана накануне открытия 3-го Всесоюзного съезда Советов и опубликовано в "Правде" в 1925 г. /280/

152

136) В настоящее время в состав Узбекской CCP входят Андижанская, Бухарская, Кашкадарьинская, Наманганская, Самаркандская, Сурхандарьинская, Сырдарьинская, Ташкентская, Ферганская и Хорезмская области и Каракалпакская АССР.

153

** В том числе хлопок - 24,7%. /282/

154

137) В настоящее время в Узбекистане развито более 100 отраслей промышленности, объединяющих свыше 1000 крупных предприятий.

155

138) КПСС в резолюциях и решениях..., изд. 7-е, ч. III, стр. 150.

156

139) КПСС в резолюциях и решениях..., изд. 7-е, ч. III, стр. 155.

157

140) "Правда", 8 февраля 1932 г.

158

141) Печатается по тексту, опубликованному в журнале "Коммунистическая мысль" (1927, книга III), который издавался в Ташкенте Среднеазиатским коммунистическим университетом (САКУ).

159

142) В.И. Ленин, Полное собрание сочинений, т. 41, стр. 244.

160

143) Там же, стр. 245-246.

Content

Ходжаев Файзулла К истории революции в Бухаре и национального размежевания Средней Азии [2 издание]

К истории революции в Бухаре и национального размежевания Средней Азии

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ КО ВТОРОМУ ИЗДАНИЮ

Часть первая

ДЖАДИДИЗМ

ЭМИРСКАЯ БУХАРА

СОЦИАЛЬНАЯ СТРУКТУРА ЭМИРСКОЙ БУХАРЫ

СОСТАВ И ЦЕЛИ ДЖАДИДСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ДЖАДИДОВ ДО ФЕВРАЛЬСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ 1917 ГОДА

ФЕВРАЛЬСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ И ПЕРВЫЙ КРИЗИС ДЖАДИДИЗМА

МАНИФЕСТ ЭМИРА И МАНИФЕСТАЦИЯ

ТОРЖЕСТВО РЕАКЦИИ

НЕУДАЧНЫЕ ПЕРЕГОВОРЫ С ЭМИРОМ. НАШ АРЕСТ. КОНЕЦ МАНСУРОВСКОГО КОМИТЕТА

ПЕРЕГРУППИРОВКА СОЦИАЛЬНЫХ СИЛ

ВЫРАБОТКА ПРОГРАММЫ

ПРОЕКТ РЕФОРМ, СОСТАВЛЕННЫЙ ФИТРАТОМ И УТВЕРЖДЕННЫЙ КОМИТЕТОМ МЛАДОБУХАРЦЕВ

ОКТЯБРЬ И ЕГО ВЛИЯНИЕ НА БУХАРУ

ПЕРЕГОВОРЫ С КОЛЕСОВЫМ

МАРТОВСКИЕ (КОЛЕСОВСКИЕ) СОБЫТИЯ И ПРИЧИНЫ НЕУДАЧИ

ОТ ПЕРЕГОВОРОВ ДО ВООРУЖЕННОГО ВЫСТУПЛЕНИЯ

СОЗДАНИЕ МЛАДОБУХАРСКОГО РЕВКОМА И ВООРУЖЕННОЕ ВЫСТУПЛЕНИЕ

НАШЕ ОТСТУПЛЕНИЕ И РЕЗНЯ В БУХАРЕ

ТОРЖЕСТВО ЭМИРСКОЙ РЕАКЦИИ И ЭМИГРАЦИЯ МЛАДОБУХАРЦЕВ

ВТОРОЙ ПЕРИОД ЭМИГРАЦИИ (ОТ СЕРЕДИНЫ 1918 г. ДО 1919 г.). АНГЛИЙСКАЯ ОРИЕНТАЦИЯ БУХАРЫ И РЕВОЛЮЦИОНИЗИРОВАНИЕ ТРУДОВЫХ МАСС БУХАРСКОГО НАРОДА

СОЗДАНИЕ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ГРУППЫ МЛАДОБУХАРЦЕВ

ВОССОЕДИНЕНИЕ ТУРКЕСТАНА С РОССИЕЙ. ПРИЕЗД ТУРККОМИССИИ

ТУРКБЮРО РЕВОЛЮЦИОННЫХ МЛАДОБУХАРЦЕВ И ЕГО ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

ПОДГОТОВКА БУХАРСКОЙ СЕНТЯБРЬСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ 1920 года

ЧАРДЖУЙСКИЙ СЪЕЗД И ПАДЕНИЕ ЭМИРА

ИТОГИ ДЖАДИДИЗМА

Часть вторая

ИСТОРИЧЕСКИЙ ЮБИЛЕЙ

I

II

III

ОБЩЕЕ ПОЛОЖЕНИЕ СТРАНЫ К МОМЕНТУ РЕВОЛЮЦИИ

ПЕРВЫЕ ШАГИ СОВЕТСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА

ЗАДАЧИ СОВЕТСКОЙ НАРОДНОЙ ВЛАСТИ

ОСНОВНЫЕ НЕДОСТАТКИ В РАБОТЕ

НАЧАЛО РАЗВИТИЯ БАСМАЧЕСТВА В БУХАРЕ

НАЧАЛО УСПЕХОВ В БОРЬБЕ С БАСМАЧЕСТВОМ

ВОПРОСЫ ХОЗЯЙСТВЕННОГО СТРОИТЕЛЬСТВА

ПОЛОЖЕНИЕ В ВОСТОЧНОЙ БУХАРЕ

СОВЕТСКОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО. НАЦИОНАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА

ОДНО ИЗ ОСНОВНЫХ ДОСТИЖЕНИЙ

БУХАРА В 1924 ГОДУ

НАЦИОНАЛЬНО-ТЕРРИТОРИАЛЬНОЕ РАЗМЕЖЕВАНИЕ *

СОВЕТСКИЙ УЗБЕКИСТАН *

УЗБЕКИСТАН К 15-й ГОДОВЩИНЕ ОКТЯБРЬСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

СПРАВКА И ОТВЕТ 141

Примечания