Фрайс Амос Альфред

Вест Клапенс Д

Химическая война

К ПЕРВОМУ ИЗДАНИЮ РУССКОГО ПЕРЕВОДА

Предлагаемая вниманию читателей настоящая книга представляется единственной в своем роде среди обширной литературы о применении химических средств для военных целей, появившейся после мировой войны.

Начиная с краткой истории применения этого могучего средства, она обнимает собою решительно все вопросы, связанные с ним в отношении организации его изготовления к применения, его свойств, защиты против химических средств нападения, влияния их на стратегию и тактику и т. п.

Естественно, что при ее об'еме она носит конспективный характер; однако, конспект этот обнимает настолько исчерпывающим образом все стороны этого нового средства вооруженной борьбы, что, с одной стороны, дает законченную сумму сведений для лиц, желающих с ним ознакомиться в общих чертах, ас другой — дает основательные данные для, специалистов к изучению отправных положений их специальности и намечает пути для дальнейшего усовершенствования и развития.

Нет сомнения, что этот труд не лишен суб'активного оттенка, присущего ее автору и той стране, для которой она написана; но в общем он весьма богат материалом, об'ективным по самой своей природе и потому пригодным для его. разработки и применения при каких-угодно местных условиях.

Председатель Артиллерийского Комитета Е. Смысловский.

Май 1923 года,

Москва.

ПРЕДИСЛОВИЕ

Вскоре после заключения перемирия стала ощущаться потребность в составлении обзора химических способов ведения войны, отчасти вследствие их исторического значения, отчасти вследствие необходимости иметь в будущем сводку всех основных фактов по этому вопросу для руководства чинов армии, запаса, национальной гвардии и химиков. Настоящая работа была предпринята обоими авторами как из патриотических целей, так равно и вследствие проявляемого ими интереса к этого рода военной службе.

Два года, протекшие с тех пор, как был намечен первоначальный план книги, вполне убедили авторов в необходимости издания такого труда.

Инженерный, Медицинский и многие другие отделы армии имеют свои признанные учебники и руководства. Но для человека неосведомленного, не было никакой возможности проверить правильность получаемых им сведений, касающихся химических способов войны. Настоящий труд должен, по возможности, восполнить этот пробел. Но некоторые факты и новые открытия, являющиеся собственностью Отделов Химической Службы, не подлежат огласке, вследствие чего означенный пробел не мог быть вполне заполнен. Лица, знакомые с работами Отделов Химической Службы, могут убедиться, однако, в том, что последующие страницы содержат много фактов, так ревниво скрывавшихся два года назад. Расширение программы подлежащих опубликованию сведений, сделанное с разрешения Начальника Химической Службы, оправдывается тем обстоятельством, что интерес E этой отрасли военного искусства все более и более возрастает. Если два года тому назад только пять человек было призвано к обсуждению химических способов войны, то теперь свыше 50 человек заняты разработкой новых способов и средств газовой борьбы в Отделах Химической Службы. Можно надеяться, что факты, здесь изложенные, повысят еще более интерес к химическим методам войны, так как, вне всякого сомнения, они должны быть признаны необходимой и весьма жизненной отраслью для армии. Основания такого суждения можно найти рассеянными на страницах настоящей книги.

Необходимо добавить, что выполненный авторами труд ни в коем случае не должен считаться полным историческим очерком развития всех особенностей способов химической борьбы. Нужны были бы по крайней мере два тома: один — для описания изготовления ядовитых газов, другой — для тактики химической войны. Мы намеренно отказались от попытки входить в подробное изложение работ, сделанных различными Отделами Химической Службы, так как такая попытка могла бы сделать книгу слишком об'емистой и не отвечала бы намеченной нами первоначальной цели — дать необходимые сведения в возможно кратком виде.

Опубликованный и неопубликованный до сего времени материал Секций Химической Службы был широко использован нами при изложении различных глав, и многие из бывших участников Химической Службы Военного Министерства, несомненно, узнают целые выдержки из работ, написанных ими в лабораторной обстановке или на "боевом фронте".

Пусть эти немногие строки послужат признанием их участия в нашем труде. Желающие более подробно ознакомиться с литературой по химической войне найдут довольно полную библиографию (до половины 1919 г.) "Special Libraries" за ноябрь 1919 г.

Особенную благодарность приносим мы д-ру Эсселену, который читал нашу рукопись и сделал к ней ряд пенных указаний. Многие из рисунков воспроизведены с разрешения Журнала Промышленной и Технической Химии; рисунки, изображающие аппараты Нельсона, доставлены нам Самсоном М. Грин и К°.

Амос А. Фрайс.

Кларенс Д. Вест.

1 Авг. 1921 г.

ВВЕДЕНИЕ

После того, как испробованы все средства уладить мирным путем спор между двумя нациями, часто одна из спорящих сторон об'являет войну другой, чтобы силой принудить ее признать свою волю. Чтобы выполнить эту задачу, необходимо иметь превосходство над противником в числе обученных людей и военном оборудовании.

В современной войне солдаты сами по себе играют малую роль, если они не снабжены наиболее совершенными орудиями для того, чтобы убивать и калечить солдат неприятеля, и не обучены вполне к применению этих мер истребления.

История доказывает нам, что успешно действующее оружие никогда не отвергалось до тех пор, пока оно не становилось устаревшим.

Нет никакой возможности сделать гуманным акт убийства и увечья неприятельских солдат, и нет никакого логического основания осуждать какой-либо метод ведения войны, применение которого служит для этой цели. Опыты, произведенные в различных странах во время мировой войны, вполне установили тот факт, что газовые атаки действительны только в определенных границах. Расстояние, которое проходит облако газа не более дистанции артиллерийского огня, и население областей, лежащих позади линии фронта, остающееся в пределах этого пространства, подвергается опасности. Но пределы опасной зоны станут в будущем всем известны.

Как Начальник Химической Службы Военного Министерства Соединенных Штатов, я имею достаточное право сказать, что нигде не открывается таких широких возможностей, как в химической войне, но нигде упущенное для исследования время не может оказаться более гибельным.

Несмотря на то, что газы применялись в мировой войне еще за два года до выступления Соединенных Штатов, к апрелю 1917 г. у нас не было сделано практически ничего для снабжения армии химическими способами нападения и защиты, так что, если бы наши войска не были снабжены этими средствами одним из союзников, они были бы так же беззащитны, как канадцы на Ипре, когда немцы выпустили в них первое облако газа.

Настоящая книга говорит о трудностях и успехах этого нового дела во время мировой войны, к которому Химическая Служба не была подготовлена и, я надеюсь, что ознакомление с книгой создаст общественное убеждение, которое будет настаивать на необходимости химической подготовки для войны.

Эта книга покажет, что талант и патриотизм, проявленные химиками и инженер-технологами, превосходят все, сделанное в других отраслях военной службы, и что будет преступлением не использовать эти таланты в мирное время.

Вильям Л. Сиберт, генерал-майор Армии Соединенных Штатов в отставке.

ГЛАВА I

История ядовитых газов[1]

Введение германцами ядовитых газов при Ипре в апреле 1915 г. отметило новую эру в современных методах войны. Принято думать, что химический способ войны берет свое начало от германцев. Однако, это не совсем справедливо. Вот выписка из статьи, помещенной в "Candid Quarterly Review" стр. 4.561 "Немцы могут похвастать только тем, что первые применили эти бесчеловечные средства, которые были открыты в Англии и отвергнуты самими англичанами, как слишком ужасные, чтобы пользоваться ими даже против врага". Но употребление ядовитых газов имеет гораздо более давнее происхождение, чем указывает вышеприведенная статья.

Первая попытка одолеть неприятеля посредством выпуска ядовитых и удушливых газов, как кажется, была сделана во время войны афинян со спартанцами (431–404 до Р. Х.), когда, при осаде городов Платеи и Белиума, спартанцы пропитывали дерево смолой и серой и сжигали его под стенами этих городов с целью удушить жителей и облегчить себе осаду. О подобном же применении ядовитых газов упоминается в истории средних веков. Действие их было похоже на действие современных удушливых снарядов; их выбрасывали при помощи шприцов или в бутылках, подобно ручным гранатам. Сказания передают, что Простер Джон (около 11-го столетия) наполнял медные фигуры взрывчатыми и горючими веществами, дым которых вырывался изо рта и ноздрей этих фантомов и производил большое опустошение в рядах противника.

Идея, о которой упоминает автор статьи в журнале "Candid Quarterly Review", принадлежит английскому лорду Дэндональду и впервые появилась в печати среди "Документов лорда Панмюра". Это крайне скучное сообщение скучного автора, интересное только в той своей части, где говорится об употреблении ядовитых газов, которое, как там сказано, "не должно было бы вовсе быть опубликованным".

Приводим здесь полностью ту часть статьи из "Candid Quarterly Review", которая касается введения ядовитых газов немцами и на которую мы ссылались выше.

"Великий адмирал лорд Дэндональд — быть может наиболее талантливый из всех командовавших флотом, не исключая и Нельсона, — был человек большой наблюдательности, и незаурядный химик. В 1811 г. его поразило вредное действие паров серы в Сицилии. Когда началась Крымская война, он передал английскому правительству, во главе которого стоял тогда лорд Пальмерстон, проект взятия Севастополя при помощи паров серы. Проект был сообщен лорду Панмюру и лорду Пальмерстону, и прием, который он встретил, так характеризует коварство и корыстолюбие этих политических деятелей, что здесь уместно будет привести полностью частное письмо лорда Пальмерстона к лорду Панмюру.

"Лорд Пальмерстон — лорду Панмюру".

Палата Общин, 7 Августа 1855 г.

"Я согласен с вами, что в случае, если Дэндональд будет сам управлять и руководить выполнением своего проекта, мы должны принять его предложение и подвергнуть его проект испытанию.

"Если это удастся, он, как вы сказали, спасет жизнь многих англичан и французов; если же этот опыт не удастся в его исполнении, мы будем свободны от всякого нарекания; а если даже и попадем в слегка смешное положение, то это можно будет перенести, так как большая часть насмешек выпадет на его долю. Поэтому самое лучшее вам без промедления вступить с ним в соглашение и по возможности содержать все в тайне, поскольку то позволяет самый характер дела".

"Проект лорда Дэндональда был таким образом оглашен двумя вышеназванными лицами и поэтому никаких препятствий к его дальнейшему опубликованию не представляется; проект можно найти в первом томе "Документов" Панмюра (стр. 340–342); содержание его таково:

(Приложение).

Краткое предварительное замечание.

"При осмотре серных печей в июле 1811 г., я заметил, что дым, который выделяется во время грубого процесса плавки серы, сначала, вследствие теплоты, подымается кверху, но вскоре падает вниз, уничтожая всю растительность и являясь на большом пространстве губительным для всякого живого существа. Оказалось, что существует приказ, запрещающий людям спать в районе 3-х миль в окружности от печей во время плавки.

"Этот факт я решил применить для нужд армии и флота; По зрелому размышлению мною был представлен меморандум его королевскому высочеству принцу-регенту, который соизволил его передать (2 апреля 1812 г.) в комиссию, состоящую из лорда Кейтс, лорда Эксмаутс и генерала (впоследствии сэра приказать держать все дело в совершенной Вилльяма) Конгрева, которые дали о нем благоприятный отзыв, а его королевское высочество соизволил тайне".

Подписано: Дэндональд.

7 Августа 1855 г.

Меморандум

"Материалы, необходимые для изгнания русских из Севастополя: опыты показали, что 5 частей каменного угля могут превратить в пары одну часть серы. Состав смесей из угля и серы для употребления в полевой службе, в которой вес играет очень важную роль, может быть указан проф. Фарадеем, так как я мало интересовался сухопутными операциями. Четырехсот или пятисот тонн серы и двух тысяч тонн угля будет достаточно.

"Кроме этих материалов, необходимо иметь некоторое количество смолистого угля и тысячи две бочек газовой или иной смолы, чтобы сделать дымовую завесу перед укреплениями, которые должны быть атакованы или которые выходят во фланг атакующего.

"Необходимо также заготовить некоторое количество сухих дров, щепок, стружек, соломы, сена и других легко воспламеняющихся материалов, чтобы при первом благоприятном, устойчивом ветре быстро развести огонь.

7 Августа 1855 г. Дэндональд.

"Примечание. В виду специального характера поставленной задачи, вся ответственность за успех возлагается на лиц, руководящих ее выполнением.

"Предполагая, что Малахов курган и Редан являются целью атаки, необходимо окурить Редан дымом угля и смолы, зажженных в каменоломне, чтобы он не мог более обстреливать "Мамелон", откуда следует открыть атаку сернистым газом, чтобы удалить гарнизон Малахова кургана. Все пушки Мамелона должны быть направлены против незащищенных позиций Малахова кургана.

"Не представляет никакого сомнения, что дым окутает все укрепления от Малахова кургана до бараков и даже до линии военного корабля "12 Апостолов", стоящего на якоре в гавани,

"Две внешние русские батареи, расположенные по обе стороны порта, должны быть окурены сернистым газом и взорваны брандерами, и их разрушение будет закончено военными судами, которые приблизятся и станут на якорь под прикрытием дымовой завесы".

"Таков был проект лорда Дэндональда в 1855 году, неосторожно опубликованный в 1908 г. и безжалостно выполненный в 1915 году германцами, которые с ним ознакомились. Меморандум лорда Дэндональда, вместе с об'яснительными записками, был передан английским правительством того времени комитету, в котором главную роль играл лорд Плейфайр. Этот комитет, ознакомившись со всеми деталями проекта лорда Дэндональда, высказал мнение, что проект является вполне осуществимым, и что обещанные им результаты, несомненно, могут быть достигнуты; но сами по себе эти результаты так ужасны, что ни один честный враг не должен воспользоваться таким способом. Поэтому комитет постановил, что проект не может быть принят, и записка лорда Дэндональда должна быть уничтожена. Каким путем сведения были получены теми, кто так неосторожно опубликовал их в 1908 г., мы не знаем: вероятно, они были найдены среди бумаг лорда Панмюра. Адмирал лорд Дэндональд, без сомнения, не принимал никакого участия в их опубликовании".

Одно из самых первых упоминаний об употреблении ядовитых газов в гранатах находится в статье Ричардсона, "Греческий огонь", где сказано[2]:

"Я чувствую себя обязанным открыто и смело заявить, что если бы наука имела возможность широко развернуть свои силы, и если бы общество действительно признало, что "на войне все дозволено", то война раз навсегда была бы уничтожена на земном шаре, как игра, в которую не осмелились бы играть ни подданные, ни короли. Снаряды, выделяющие жидкий огонь, могут выбрасывать и другие смертоносные вещества, под дыханием которых не устоит ни один человек, как бы силен он ни был. С вершины Примроз Гилля несколько сот искусных инженеров могут сделать Риджент-Парк в весьма короткий промежуток времени совершенно необитаемым; а если бы на этом пространстве была расположена целая армия, то она с оружием в руках осталась бы совершенно недвижной и беззащитной, подобно войску Сеннахериба.

"Вопрос только в том, допустимы ли эти методы? Я не вижу причины для человечества возмущаться ими; что лучше, уничтожить ли армию в Риджент-Парке, заставив людей впасть в мистический сон или разрушить на них другое войско для того, чтобы переломать им кости, истерзать их члены и вывернуть их внутренности трехгранными пиками, при чем большая часть людей умрет не сразу, а будет корчиться в продолжение нескольких часов в адских муках. Я представляю себе, что люди будут благословлять науку, если она распространит над ними свои крылья, дыханием своим нашлет на толпы озверелых людей продолжительный сон, — так как не всегда нужна смерть — сон, который они не могут стряхнуть с себя и который предаст их со всеми их смертоносными орудиями в руки врага, настолько могущественного своей наукой, что он может быть милосердным, как небо.

"Вопрос в том, допустимы ли эти методы борьбы? Я думаю, что да. Чьим вмешательством они могли бы быть приостановлены? Невероятно, чтобы какой-либо конгресс наций мог придти к соглашению относительно издания законов, регулирующих средства уничтожения. Но, если бы даже и так, то это было бы бесполезно. Могущество науки сосредоточивается в руках отдельных лиц, и каждая нация может действовать только при абсолютном и индивидуальном соглашении всех своих членов. Предположим, что Франция об'явит войну Англии и, имея преобладающее число солдат, высадит огромное и хорошо вооруженное войско на английскую территорию. Вероятно ли, что все граждане останутся пассивными и позволят грубой силе овладеть империей? Перенесите английские войска на территорию Франции и поставьте вопрос наоборот.

"Итак, война настоящего времени достигла в своих деталях таких крайних пределов ужаса и жестокости, что никаким путем нельзя сделать ее хуже; можно только придать ей более милосердный характер, доводя ее действие до крайних по своей силе результатов. Какой человек, который должен быть убит ударом, не подставит охотнее свою голову под паровой молот, чем под удары железной палочки наносимые маленьким барабанщиком?"

"Вестник Армии и Флота" от 29 мая 1915 г. пишет:

"Среди проектов, представленных в Артиллерийский и Инженерный Совет, некоторые предлагают употребление удушливых газов; заключенных в бомбах, которые надлежит разбрасывать в пределах расположения неприятеля и которые могут вызывать различное действие, начиная от мирного сна до моментальной смерти. Один остроумный изобретатель придумал бомбу, начиненную нюхательным табаком, который рассеивается так равномерно и основательно, что враг впадает в судороги от чихания, и во время этих мучительных припадков можно подкрасться к нему и захватить его в плен".

Возможность применения ядовитых газов давно уже занимала умы в военном мире, что доказывается тем фактом, что на Гаагской Конференции в 1899 г. некоторые из великих держав Европы и Азии обязались не употреблять никаких снарядов, предназначенных исключительно для выбрасывания удушливых или ядовитых газов. Многие государства до последнего времени не подписали этой декларации. Германия подписала и ратифицировала это постановление 4 сентября 1900 г., но Соединенные Штаты категорически уклонились от подписи. Эта декларация признавала тем не менее указанное постановление необязательным в том случае, когда воюющей является держава, не подписавшая декларацию; адмирал Мэхен, делегат Соединенных Штатов, обрисовал свое отношение к употреблению газов в гранатах (тогда еще только теоретическому), в следующих словах:

"Обвинение в жестокости и коварстве, которое возводится на эти проектируемые снаряды, высказывалось в давно прошедшие времена по поводу применения огнестрельного оружия и мин, хотя теперь они употребляются без всякого угрызения совести. Нелогично и даже негуманно высказывать нежные чувства по поводу уничтожения людей газами, когда считается допустимым пробить ночью дно броненосца и сбросить 4–5 сотен людей в воду, с очень малым шансом на их спасение".

Статья 23 правил, принятых на Гаагской Конференции в 1907 г. относительно сухопутной войны, гласит:

"Категорически воспрещается (а) пользоваться ядами или ядовитым оружием".

Но до войны применялись патроны с удушливыми газами для 26-м.м. пушки. Эти патроны были наполнены этил-бром-ацетатом, который производит легкое удушье и слезотечение, не будучи ядовитым. Они предназначались для атаки фланкирующих сооружений постоянных укреплений, фланкирующих казематов или капониров, которые обстреливались в узкие щели бойниц. Солдаты, обслуживавшие пулеметы и пушки фланкирующих сооружений неприятеля, задыхались бы от паров этил-бром-ацетата, и атакующие могли бы использовать их расстройство, чтобы проникнуть за препятствие, представляемое укреплением.

Применение этих средств, не являющихся смертоносными, не противоречило постановлениям Гаагской Конференции. Единственной памятной военной операцией, при которой это изобретение было применено до мировой войны, является атака на шайку Боннэ в Шуази-ле-Руа.

В связи с предложением лорда Дэндональда о применении сернистого газа и проектом употребления газов в гранатах, большой интерес представляет следующее описание древесно-угольного респиратора д-ра Стенгауза[3], сообщенное Георгом Вильсоном в 1854 г.

"Д-р Вильсон указывает, что он следил с большим интересом за опытами д-ра, Стенгауса над дезинфекцирующими и обезвреживающими свойствами древесного угля, так же как и над применением угля для устройства нового, очень важного рода респиратора., и обратился к изобретателю, опытному химику, с просьбой прислать один из конструированных им аппаратов для демонстрации, что тот и исполнил. Два таких аппарата лежат перед нами на столе, различаясь так мало по своей конструкции, что достаточно будет об'яснить устройство одного из них. По наружному виду он похож на маленькую фехтовальную маску из проволочной сетки и покрывает лицо от подбородка до переносицы, оставляя открытыми глаза и лоб, Он состоит из двух рядов проволочной сетки, отделенных друг от друга пространством в ¼ или 1/8 дюйма и образующих род клетки; наполненной мелкими кусочками угля. Остов рамки этой клетки сделан из меди, но края из мягкого свинца и подбиты бархатом, в виду того, что они должны плотно охватывать щеки и закрывать рот и ноздри. Благодаря такому приспособлению, воздух не может проникнуть в легкие, не пройдя предварительно через проволочную сетку и уголь. В маске устроено отверстие с винтовым или подвижным клапаном для удаления и наполнения мелкого древесного угля, засыпаемого в клетку. Аппарат прикрепляется к лицу посредством эластичной повязки, идущей вокруг головы и тесемок, завязывающихся сзади, как у обыкновенных респираторов. Самой важной частью в этом приборе является уголь, который имеет такую силу поглощения и уничтожения раздражающих и вредоносных или ядовитых газов и паров, что человек, снабженный респиратором, может вдыхать безнаказанно пары сероводорода, сернистого аммония и хлора даже в самых сильных концентрациях. Результаты, полученные д-ром Стенгаусом, были проверены многими лицами, в числе которых находился и д-р Вильсон, сделавший опыт над самим собою и 4 своими учениками; без всякого для себя вреда. Это замечательное свойство угля может быть об'яснено двояким путем.

Давно уже было известно, что свежеприготовленный уголь имеет способность задерживать и поглощать в своих порах газы и пары, но до последнего времени, пока д-р Стенгаус не обнаружил этот факт, совершенно не подозревали, что одновременно с поглощением углем сероводорода и воздуха, кислород поглощенного воздуха быстро окисляет и уничтожает сопровождающий его газ. Это действие настолько сильно, что разложение трупов животных, помещенных между слоями угля в несколько дюймов толщиной, не только не прекращается, как это предполагалось до сих пор, в виду антисептического свойства угля, но идет несравненно быстрее, при чем не выделяется никаких неприятных газов разложения.

Таким образом, свойство угля уничтожать запах было доказано более очевидно чем когда-либо, и в то же время выяснено, что прибавление угля в канализационные отбросы лишает нечистоты вместе е запахом их значения, как удобрения. На основании этих вполне проверенных наблюдений, несомненно, что, рассыпая крупно накрошенный уголь слоем в несколько дюймов по кладбищам или располагая его около гробов с покойниками, можно совершенно предотвратить выделение дурно-пахнущих и ядовитых газов. Изготовление угольного респиратора основано на этом открытии. Известно, что большая часть миазмов, малярии и заразы, вызывающих болезни человека, поступают в него через легкие и, входя в кровь, разносятся по всему телу, которое они и отравляет. Эти миазмы являются или газами, или парами, или твердыми веществами, которые носятся в виде легкой пыли в воздухе. Они уничтожаются, в большинстве случаев, окислителями, которые обращают их в безвредные или, по крайней мере, не ядовитые вещества, как, например, воду, угольную кислоту и азот. Поэтому, есть основание думать, что уголь будет окислять и уничтожать миазмы так же, как он уничтожает сероводород или сернистый аммоний, и помешает им проникнуть в кровь и отравить ее. Вследствие этого лица, — которые подвергаются действию вредных паров и принуждены дышать зараженным воздухом, должны носить угольные респираторы, могущие задержать и разрушить те летучие яды, которые в них содержатся. Далее указаны различные частные случаи применения респираторов:

1) Некоторые из крупных химических фабрик Лондона снабжают в настоящее время своих рабочих угольными респираторами в целях защиты против раздражающих паров, действию которых они подвергаются.

2) Среди лиц, работающих в канализационных трубах и стоках для нечистот в Лондоне, было много смертных случаев вследствие действия сероводорода и т. п. Можно с уверенностью утверждать, что эти роковые действия канализационных газов прекратятся, как только будут введены респираторы.

3) В таких областях, как, например, Римская Кампанья, где господствует малярия, и где ночное путешествие или сон на открытом воздухе неизбежно влекут за собой опасный и часто смертельный приступ лихорадки, ношение респираторов, хотя бы за несколько часов, может сделать яд болот совершенно безвредным.

4) Лица, которые в качестве священника, доктора или адвоката должны находиться около постели заразных больных, могут воспользоваться защитой, представляемой аппаратом д-ра Стенгауса, во время своих сношений с больными.

5) Стремление сделать войну более короткой и решительной привело к изобретению "удушливой бомбы", которая при взрыве распространяет на широкое пространство ядовитые для дыхания пары. Одной из жидкостей, предложенной для бомбы, — был аммиачный газ, против которого, как полагают, уголь может служить для наших солдат защитой. Ради этой цели угольный респиратор представлен в настоящее время на рассмотрение в Артиллерийский Совет.

В заключение д-p Вильсон добавляет, что изобретателя д-ра Стенгауса привлекает исключительно научная сторона дела, в силу чего он отказался от патента и желал бы только видеть применение своего замечательного изобретения для победы над смертью и болезнями. Уголь уже давно применяется в фильтрах, чтобы сделать отравленную воду здоровой; теперь он будет употребляться для очищения отравленного газами воздуха".

ГЛАВА II

Современное развитие газовой войны

Употребление ядовитых газов во время мировой войны ведет свое начало с 22-ro апреля 1915 года, когда германцы сделали первую газовую атаку, с применением баллонов хлора, давно и хорошо известного газа. Судя по последующим опытам союзников, выполнение такой атаки должно было потребовать нескольких месяцев предварительной подготовки. Предложение воспользоваться ядовитыми газами для военных целей приписывается профессору Берлинского Университета Нернсту (Оульд: "Газ и Пламя" ст. 15). Полевые опыты происходили под руководством проф. Габера из Берлинского Физико-Химического Института имени императора Вильгельма. Некоторые ученые считают, что для разрешения вопроса об изготовлении газов нужны были годы, а не месяцы и, в подтверждение своего мнения, указывают на употребление газов в промышленных целях. Но тот факт, что первая газовая атака не была особенно успешной, хотя никаких мер против нее принято не было, и результаты ее не были достаточно хорошо оценены неприятелем, опровергает предположение о продолжительности подготовительного периода, который, если и имел места, то разве только с большими перерывами. Указанное обстоятельство было большим счастьем для союзников, потому что, если бы германское верховное командование знало настоящее положение дел в конце первой газовой атаки, или если бы атака была более решительной, то исход войны 1914 года мог бы стать совершенно иным и наступил бы значительно раньше.

Первая газовая атака

Первое сведение о готовящейся газовой атаке поступило в британскую армию, благодаря показанию одного немецкого дезертира, который утверждал, что германское командование намеревается отравить своего врага облаком газа, и что цилиндры с газом уже установлены в окопах. Никто не обратил внимания на его рассказ, во-первых, потому, что вся эта операция казалась совершенно невозможной, а во-вторых, вследствие того, что несмотря на многочисленные примеры жестокости врага, англичане не верили, чтобы германцы были способны на такое нарушение постановлений Гаагской Конференции.

Этот рассказ появился в сводке разведок главной квартиры (т. наз. "юмористических вырезках") и, как говорит Оульд, был причислен к сведениям, не заслуживающим доверия. Но показание дезертира оказалось правдивым, и утром 22 апреля при идеальных условиях, был впервые применен "газовый способ войны". Подробности первой газовой атаки почти отсутствуют по той простой причине, что люди, которые могли бы рассказать о ней, лежат все на полях Фландрии, где теперь цветут маки.

Выбранный для атаки пункт находился в северо-восточной части Ипрского выступа, на том месте, где сходились французский и английский фронты, направляясь к югу, и откуда отходили окопы от канала близ Безинге.

Правый фланг французов составлял полк тюркосов, на левом фланге англичан стояли канадцы. Оульд описывает атаку в следующих словах:

"Попытайтесь вообразить себе ощущения и положение цветных войск, когда они увидали, что огромное облако зеленовато-желтого газа поднимается из-под земли и медленно двигается по ветру по направлению к ним, что газ стелется по земле, заполняя каждую ямку, каждое углубление, и затопляет траншеи и воронки. Сначала удивление, потом ужас и, наконец, паника охватила войска, когда первые облака дыма окутали всю местность и заставили людей, задыхаясь, биться в агонии. Те, кто мог двигаться, бежали, пытаясь, большею частью напрасно, обогнать облако хлора, которое неумолимо преследовало их".

Естественно, что первым чувством, которое внушил газовый способ войны, был ужас. Потрясающее описание впечатления газовой атаки мы находим в статье О. С. Уоткинса[4] (Лондон). "После бомбардировки города Ипра, продолжавшейся от 20 до 22 апреля, — пишет Уоткинс, — среди этого хаоса вдруг появился ядовитый газ".

Рис. 1. Вид французской газовой атаки с аэроплана.

Ясно видны французский фронт и вторая и третья линия окопов. Видны газы, выпускаемые с передней линии и плывущие по ветру к германским линиям.

"Когда мы вышли на свежий воздух, чтобы отдохнуть несколько минут от душной атмосферы госпиталя, наше внимание было привлечено очень сильной стрельбой на севере, где фронт занимали французы. Очевидно, шел горячий бой и мы энергично принялись исследовать местность нашими полевыми биноклями, надеясь уловить что-нибудь новое в ходе сражения. Тогда мы увидали зрелище, заставившее остановиться наши сердца, — фигуры людей, бегущих в смятении через поля".

"Французов прорвали", — вскричала мы. Мы не верили своим глазам… Мы не могли' верить тому, что услыхали от беглецов; мы приписали их слова расстроенному воображению: зеленовато-серое облако, спустясь на них, становилось желтым по мере своего распространения и опаляло на своем пути все, до чего касалось, заставляя растения гибнуть. Никакой самый мужественный человек не мог устоять перед подобной опасностью.

"Среди нас, шатаясь, появились французские солдаты, ослепленные, кашляющие, тяжело дышащие, с лицами темно-багрового цвета, безмолвные от страданий, а позади их в отравленных газом траншеях остались, как мы узнали, сотни их мертвых и умирающих товарищей. Невозможное оказалось только справедливым.

Это самое злодейское, самое преступное деяние, которое я когда-либо видел".

Следует, однако, указать, что все это произошло только потому, что французы не имели никакой защиты против газа. На самом деле, газовый способ войны далеко не является настолько страшным, если обе стороны подготовлены к защите и нападению. Медицинские отчеты показывают, что из 100 американцев, отравленных газами, умирало не более двух и, насколько можно судить по опыту четырех лет, очень мало лиц получило неизлечимые повреждения. Из всех американцев, пострадавших на войне не от газов, более 25 % умерло и от 2 до 5 % было искалечено, ослеплено, изуродовано на всю жизнь. Различные виды газов, как будет показано в следующих главах, действуют на зрение или отравляют легкие тому, кто не носит масок, но они не убивают.

Таким образом, газовая борьба не только не является самой ужасной, но скорее должна считаться наиболее гуманным способом при условии соответственной подготовки обеих сторон; для дикарей и народов, незнакомых с газами, можно придать газовым атакам настолько мягкую форму, что они дадут лишь весьма малое количество смертельных случаев.

Эволюция методов защиты против газов будет изложена в следующих главах. Здесь достаточно указать, что в ответ на призыв лорда Китченера, солдаты быстро были снабжены временным защитным респиратором. Он известен под названием "Черной Маски" и состоит из ватной подушки, намоченной в растворе обыкновенной соды для стирки, а позднее — в растворе соды и гипосульфита, к которым прибавлялось немного глицерина. Этот респиратор представлял довольно хорошую защиту для людей против хлора, единственного газа, который употреблялся при первых атаках.

Введение фосгена

Употребление хлора продолжалось только до 19 декабря 1915 года, с какого времени немцы начали применять смесь хлора с фосгеном. Эта смесь имела много преимуществ по сравнению с одним хлором (см. VI главу).

Союзники, сознавая всю опасность, которую представляло употребление фосгена, сумели найти способы защиты против него. В это время были изобретены шлемы Р и РН, в которых хлопчато-бумажная ткань была пропитана фенолятом натрия, а позднее смесью фенолята и уротропина (гекса-метилен-тетрамина). Этот тип шлема находился в употреблении до тех пор, пока не был введен нормальный респиратор, усовершенствованный покойным полковником Гаррисоном.

Союзники решаются на применение газов

В течение недели или двух союзники сильно колебались, принять ли им метод газовой борьбы. Однако, после неоднократного применения газа германцами, стало очевидным, что, несмотря на все постановления Гаагской Конференции, газовая борьба постепенно входит в употребление не только как новый способ ведения войны, но даже как один из важнейших ее способов. Союзники убедились в том, что выбора нет, и что им приходится отвечать на немецкий образ действий, подобными же средствами. Такое решение было принято в мае 1915 года. За ним последовала организация "Газовой Службы" и связанная с ней интенсивная работа химиков, инженеров и физиологов. Только 25-ro сентября 1915 г. англичане были в состоянии произвести первую газовую атаку. С тех пор работы "Газовой Службы" постепенно продолжали расширяться, и значение их, в смысле лабораторных изысканий и производства полевых операций увеличивалась.

Союзники, конечно, стали применять не только хлор, но и фосген, так как оба эти газа дешевы, удобны для приготовления и дают сильный эффект. В начале войны имелось предположение ввести. такой газ, который убивал бы мгновенно, не заставляя человека страдать во время атаки на поле сражения или переносить болезненные явления, развивающиеся позднее в госпитале. По этой причине было произведено много опытов над цианисто-водородной кислотой, особенно во Франции. В виду того, что этот газ имеет очень малую плотность, было необходимо смешивать его с утяжелителями, т.-е. веществами, способными удержать газ во время атаки на близком расстоянии от земли. Были приготовлены различные смеси, под общим названием "винсеннита", в состав которых входил хлороформ, трех-хлористый мышьяк и хлорное олово, которые смешивались в различных пропорциях с цианисто-водородной кислотой.

Несколько времени спустя оказалось, что все эти смеси не дают успешных результатов, как с точки зрения их устойчивости, так и в отношении их ядовитых качеств. Французы продолжали еще довольно долго употреблять "винсеннит", хотя все в меньшем и меньшем количестве и, наконец, совсем оставили его применение, после того как американские химики также произвели большое количество опытов. Следуя указаниям американского "Отдела Газовой Службы во Франции" (в декабре 1917 года) в Соединенных Штатах винсеннита совершенно не изготовляли.

Лакриматоры

Почти одновременно с введением атак газовыми волнами, при которых газ, обращенный под давлением в жидкое состояние, выпускался из цилиндров, вошли в употребление газы, вызывающие слезотечение или "слезоточивые" газы. Эти газы, не будучи сильно ядовитыми в применяемых концентрациях, производили значительное действие, выводя из строя людей, вследствие раздражающего действия их на глаза. Слабые концентрации, которые при этом требуются (одна часть лакриматора на десять миллионов частей воздуха достаточна, чтобы лишить человека без маски способности видеть), сделали этот вид газовой борьбы весьма дешевым и в то же время действительным. Если маски не могут вполне защитить от лакриматоров, то применение их все же заставляет армию бессменно носить респираторы, даже при самом ограниченном количестве выпускаемых противником слезоточивых гранат. Фрайс высчитал, что один хороший снаряд с газом, вызывающим слезотечение, заставляет солдат носить маску на таком пространстве, для которого потребовалось бы от 500 до 1000 снарядов того же размера с фосгеном, чтобы произвести одинаковый результат. Пусть число несчастных случаев, в буквальном смысле этого слова, будет гораздо меньше, но, с точки зрения экономии расхода снарядов и достигнутых результатов, общий эффект останется равноценным. Утомляющее действие слезоточивым и раздражающих глаз газов настолько велико, что в будущую войну они, несомненно, будут употребляться в тех же размерах, как и более ядовитые газы.

В качестве первого из лакриматоров стали применять смесь хлористого и бромистого толуола. Хлористый и бромистый бензил являются единственными действующими началами в этой смеси; прочие высшие галоидные производные не имеют почти никакого значения для вызывания слез. Бромистый ксилил столь же действителен. Хлор-ацетон и бром-ацетон также хорошо известны, как лакриматоры, но они слишком невыгодны для производства и обладают малой устойчивостью. Вследствие этого, французы изменили способ приготовления и стали получать их смесь, известную под названием "мартонита", которая состоит из 80 % бром-ацетона и 20 % хлор-ацетона и может быть изготовлена почти при полном использовании галоидов. Метил-этил-кетон нашел себе также применение у французов под наименованием "гомо-мартонита". В продолжение первого периода войны, когда бром был слишком дорог, англичане стали употреблять этил-иодо-ацетат, который применялся с прибавлением или без прибавления спирта.

Позднее французы приготовили бром — бензин-цианид С_6Н_5CH(Br)CN, несомненно лучший из лакриматоров, открытых во время войны, производство которого было поставлено в широких размерах. Но открытие это было сделано незадолго до окончания военных действий, и на полях сражений этот препарат употреблялся очень мало. Хлор-ацетофенон, вероятно, сыграл бы большую роль, если бы война продолжалась.

Неудобство волновых атак

В главе о газовой тактике будет изложено более подробно, почему атаки газовыми волнами стали с 1916 г. сравнительно меньше применяться и почему их заменили газами, выбрасываемыми при разрыве артиллерийских снарядов. Тому было много причин. Атаки газовым облаком, как они производились первоначально, требовали много времени для предварительной подготовки, при чем большая часть работ протекала при очень тяжелых условиях, и выполнение их было весьма опасным даже при благоприятной погоде. Затруднения могут быть суммированы следующим образом:

1) Переноска тяжелых цилиндров с газом требовала большого количества транспортных средств и не только отнимала силы у пехоты, но и затрудняла производство неожиданных атак, так как установка баллонов занимала много времени, и необычная деятельность за линией позиций, при развитии воздушной разведки, могла все менее и менее оставаться незамеченной.

2) Только немногие газы пригодны для волновых атак: хлор, фосген и отчасти хлорпикрин, применявшийся с равным успехом как союзниками, так и германцами. Были предложены другие газы: сероводород, окись углерода и цианисто-водородная кислота, но, после соответствующих испытаний, они были оставлены по тем или другим причинам.

3) Атаки облаками газа вполне зависели от погоды. Скорость ветра и его направление имеют в высшей степени важное значение не только для успешности атаки на позиции неприятеля, но и для безопасности войск, производящих атаку, так как при повороте ветра в обратную сторону, выпущенный газ может обратиться на собственные позиции.

4) Употребление газа в артиллерийских снарядах не требует большого числа специально обученной прислуги, потому что химическими снарядами стреляют так же, как и обыкновенными снарядами, пользуясь той же прислугой. Сверх того артиллерийский химический снаряд выпускается, обыкновенно, на дистанцию в 1 милю или немного более, в виду чего направление и скорость ветра имеют меньшее значение. Другим фактором, который в некоторых случаях еще более увеличивает преимущество артиллерийских атак, является возможность внезапного направления высокой концентрации газа на отдаленную цель, употребляя для этого большее число орудий самых крупных калибров, пригодных для стрельбы газом.

Несмотря на вышеуказанные неудобства волновых атак, американцы с самого начала поняли, что удачные атаки при помощи облаков газа наносят так много вреда и требуют такого напряжения со стороны неприятеля, что их следует продолжать. Сверх того, артиллерийский снаряд содержит только около 10 % газа, между тем как цилиндры вмещают его от 50 и даже более процентов веса цилиндра; поэтому действие облака газа, по крайней мере на первой мили неприятельской территории гораздо сильнее, чем действие артиллерийских газовых атак. Соответственно с этим было признано, что для большей успешности волновых атак и возможности частого применения их в будущем, необходимо развитие подвижных методов пуска газов и ввод в употребление газов, которые могут стелиться по поверхности земли, оставаясь незамеченными. Вследствие этого можно ожидать, что волновые атаки будут продолжаться в будущем и займут важное место среди химических способов войны.

Химические снаряды

Стрельба артиллерийскими гранатами или бомбами с газом имеет еще одно преимущество над волновой атакой. Здесь открывается широкая возможность выбора газов, имеющих высокую точку кипения или являющихся при обыкновенной температуре жидкими или твердыми телами. Горчичный газ дает нам пример жидкого тела с высокой точкой кипения, а дифенил-хлор-арсин может служить примером газа, который при обыкновенных условиях является твердым телом. По этой причине название "газовый способ" в конце войны стало уже не точным, и в настоящее время справедливо только в том смысле, что все употребляемые вещества превращаются в газ или раздробляются на мельчайшие частицы тотчас же после разрыва снаряда, или по крайней, мере тогда, когда он достигнет до неприятеля.

Атака газометами

Новый способ газовой атаки, принадлежащий англичанам и впервые примененный ими в столе 1917 г., производится при помощи газомета (изобретенного капитаном Ливенсом). Он применялся с большим успехом вплоть до окончания войны, и хотя германцы пытались подражать ему, но их газометы никогда не давали хороших результатов. Газомет Ливенса состоит из стальной трубы с однообразным поперечным сечением и с внутренним диаметром около 8 дюймов. При употреблении никкелевой стали вес прибора может быть уменьшен до предела, доступного под’ему одним человеком. Газомет опирается своим основанием на стальную плиту (около 16 дюймов в диаметре), которая помещается в неглубокую траншею.

Почти вплоть до окончания войны газометы устанавливали в траншеях трехугольного сечения, такой глубины, чтобы дуло газомета приходилось в уровень с поверхностно земли. Они были прикрыты мешками с песком или брезентами или замаскированы проволочной сеткой, на которой развешивались куски цветной материи, чтобы симулировать листья и тени. Стрельба из газометов производилась сериями и каждая серия взрывалась электрическим запалом, была соединена с ручным нагнетательным насосом, приводимым в действие из какого-либо удобного пункта позади газометов. Зарывание газометов перед линией фронта или вблизи от нее было очень трудным и опасным делом. Американцы быстро поняли, что стрельба из газомета так же метка, если нижний конец его зарыть в неглубокую яму, дающую опору для стальной плиты основания, а верхний поддерживать на скрещенных палках или на легкой деревянной раме. Этот способ оказался вполне практичным, при том, однако, условии, что при стрельбе отдельными батареями газометов их необходимо было взрывать одновременно; все газометы, расположенные настолько близко один к другому, что сила взрыва одной части их могла бы расстроить установку другой части. Так как большинство запалов, употреблявшихся для стрельбы, могло взрывать одновременно только от 20 до 30 газометов, то большие атаки при их помощи являлись настолько сложными, что этот метод применялся весьма мало. Тем не менее к концу войны были произведены опыты по устройству переносных батарей в 100 и даже до 500 газометов. При таком устройстве, подготовка и выполнение атаки газометами требовали от 2 до 4 часов времени в зависимости от количества наличных людей. Это позволяло (при благоприятной погоде) принять решение об атаке вечером и выполнить ее до рассвета, так, чтобы наблюдатели с аэропланов, вооруженные фотографическими аппаратами, не могли заметить производимых приготовлений. Так как бомба, употребляемая для газометов, вмещает около 30 фунтов газа (обычно фосгена), можно составить себе некоторое представление о размерах причиняемого ими вреда, если вспомнить, что англичане выпустили по Ленсу около 2.500 бомб в один прием.

Рис. 2. Газомет Ливенса.

Вид 18 см. германского газомета, типа Ливенса, захваченного во время 2-го сражения на Марне.

Рис. 3. Миномет Стокса.

Миномет Стокса

Другим английским изобретением было траншейное орудие или миномет Стокса. Дальнобойность его от 800 до 1.000 ярдов. Поэтому миномет применим только тогда, когда линии фронтов тесно соприкасаются. Он заражается миной, корпус которой наполнен сильно взрывчатым веществом или материалом, выделяющим газ или дым. К нижней части гранаты приделан патрон, наполненный порохом. Граната сбрасывается прямо в канал миномета, на дне которого есть стержень или ударник. Ударяясь об него, капсюль патрона вызывает воспламенение заряда, который выбрасывает мину. Чтобы получить значительную концентрацию газа в данном районе, необходимо стрелять из Стокса беспрерывно в течение 2–5 минут (при боевых условиях возможно производить до 15 выстрелов в минуту), так как в снаряде помещается около 7 фунтов газа.

Суперпалит

Полагают, что первые химические снаряды содержали слезоточивый газ. Хотя применение таких снарядов продолжалось и после введения горчичного газа, но число их постепенно уменьшалось, пока, наконец, настоящий ядовитый газ не занял достодолжного места. К концу 1915 г., как замечает Оульд германцы стали употреблять гранаты, наполненные хлоро-метиловым эфиром хлоро-муравейной кислоты (палитом). В 1916 г., во время боев на Сомме, палит был заменен супер-палитом (три-хлор-метиловым эфиром хлоро-муравейной кислоты или дифосгеном), который более ядовит, чем палит, и почти так же ядовит, как фосген, но имеет над фосгеном преимущество большей стойкости. В то время, как американские химики не были в состоянии изготовлять суперпалит в больших количествах или по крайней мере сравнять его промышленную цену с ценой других газов, германцы применяли это вещество в огромных размерах, как чистым, так и смешанным с хлор-пикрином, в снарядах всех калибров, до 15 см. гаубиц включительно.

Хлорпикрин

Следующий газ, введенный в употребление, был хлор-пикрин, три-хлоро-нитро-метан или "рвотный газ". Было. установлено, что смесь хлорпикрина (25 %) и хлора (75 %) применялась при волновых газовых атаках, но высокая точка кипения хлорпикрина (112°) делает его употребление в больших размерах весьма неудобным. Пары хлорпикрина не особенно ядовиты и вызывают слабое слезотечение, но он часто применялся в виду его специфического свойства вызывать при вдыхании тошноту. Его значение еще более усиливается тем обстоятельством, что очень трудно приготовить уголь, который бы его поглощал. Благодаря своим свойствам хлорпикрин будет, вероятно, применяться еще долгое время.

Чихательный газ

В течение лета 1917 года два новых и очень важных для войны газа были впервые, как и прочие, применены германцами. Один из них дифенил-хлор-арсин, "чихательный газ" или "Синий крест". Он представляет собой белое твердое вещество, которое помещалось в бутыли и вкладывалось с тротилом (TNT) в гранату. При разрыве гранаты твердое вещество распылялось на мельчайшие частицы. Так как обыкновенная маска не поглощает дыма или тумана, то "чихательный газ" проникал сквозь маску и вызывал сильное чихание. Цель применения чихательного газа, конечно, состоит в том, чтобы принудить солдата снять маску в атмосфере смертельного газа. (Правила стрельбы предписывают употребление этого газа вместе с фосгеном или другими смертоносными газами). Новейшие типы масок достаточно защищают от этого дыма, но он настолько действителен, что будет применяться и впредь.

Горчичный газ

Вторым газом был ди-хлор-этил-сульфид, горчичный газ, "желтый крест" или "иперит". Горчичный газ, как он обычно называется, является, быть может, наиболее важным из всех ядовитых газов, которые применялись на войне. Он был впервые применен германцами при Ипре 12 июля 1917 г. Количество израсходованного газа иллюстрируется тем фактом, что при Ньюпорте было выпущено в ночь более 50.000 снарядов, из которых некоторые содержали около 3 галлонов жидкости.

Горчичный газ обладает высокой точкой кипения и большой стойкостью. Характерным свойством его является нарывное (обжигающее кожу) действие. Люди, на которых он попадает в виде мелких брызг жидкости или в виде пара, получают тяжелые ожоги кожи. Ожоги появляются спустя 4—12 часов после того, как человек подвергся действию газа, и излечиваются очень медленно. Обыкновенная одежда не может служить защитой ни против пара, ни против жидкости. Свойства этого газа изложены подробно в IХ главе.

После перечисленных выше изобретений, ничего важного в отношении новых газов открыто не было. Различные мышьяковые производные были изготовлены лабораторным путем и испытаны в ограниченных размерах. Германцы избрали этил-ди-хлор-арсин, а американцы остановились на метил-ди-хлор-арсине. Были сделаны попытки усовершенствовать горчичный газ, но они не увенчались успехом.

Льюисит

Несколько странно, что в качестве газов для военных целей применялось так мало новых химических соединений. Почти все такие газы были известны химикам-органикам задолго до мировой войны. Одним из наиболее интересных и ценных новых соединений, которое могло бы найти себе широкое применение при продолжении военных действий, было мышьяковое соединение, названное льюиситом по имени своего изобретателя, капитана В. Ли Льюис из Северо-западного Университета. Химические свойства этого соединения описаны в Х главе. Вследствие быстро признанной ценности льюисита все детали его изготовления и свойства сохранялись в большой тайне; в результате этого странные рассказы ходили о силе его действий. Из них характерной является статья, появившаяся в Нью-Иоркском Таймсе в начале 1919 года.

Теперь, когда англичане опубликовали химические и фармакологические свойства Льюисита, мы можем сказать, что хотя он не был доселе испытан на полях сражений, но лабораторные опыты доказали его силу. Он не только обладает нарывным свойством, подобно горчичному газу, но способен проникать через кожу животных. Трех капель, попавших на живот мыши, достаточно, чтобы убить ее в течение 2–3 часов. Он сильно раздражает дыхательные органы и вызывает жестокое чиханье. В виду возможности применять льюисит в бомбах, бросаемых с аэропланов, Фрайс назвал его "росой смерти".

Газы для маскировки

Очень много труда было положено на разрешение вопроса о газах для маскировки. Опыты производились в двух направлениях:

1) чтобы помешать распознаванию газа, выпущенного на поле сражения, замаскировав его запах;

2) чтобы симулировать присутствие ядовитого газа, что может быть достигнуто двояким путем: или употребляя вещества, сильно напоминающие по запаху ядовитый газ, или же постоянно пуская определенный ядовитый газ с каким-либо веществом очень резкого запаха, так чтобы выпуск одного пахучего вещества уже по ассоциации вызывал представление о присутствии ядовитого газа. Такая симуляция должна служить или для экономии в употреблении ядовитых газов, или для подготовки неожиданных атак. Хотя последние имели некоторый успех, но в действительности их сделано было мало и притом только в связи с газометными атаками.

ТАБЛИЦА I

Военно-химические газы

Химический состав

Кем применялся

Действие

Способ применения

Акролеин (аллиловый алдегид)

Франция

Лакриматор, смертоносный

Ручные гранаты

Трех-хлористый мышьяк

–

(в смесях см. ниже)

Иодистый бензил

Франция

Лакриматор

Снаряды

Хлористый бензил

Франция

Лакриматор

Снаряды

Бром-ацетон

Франция

Лакриматор, смертоносный

Снаряды

Бром-бензил-цианид

Франция

Лакриматор

Снаряды

Бром-метил-этил-кетон

Германия

Лакриматор, смертоносный

Снаряды

Бромистый бензил

Германия, Франция

Лакриматор

Снаряды

Хлор

Германия, Англия, Америка

Смертоносный

Баллоны с сжатым газом

Хлор-сульфоновая кислота (хлористый сульфоксил)

Германия

Раздражающий дыхат. пути

Ручные гранаты, газометы

Хлор-ацетон

Франция

Лакриматор

Снаряды

Хлористый бензоил (как растворитель)

Германия

Лакриматор, смертоносный

Снаряды

Хлор-пикрин

Англия, Франция, Германия, Америка

Лакриматор

Снаряды, бомбы транш. мортиры, газометы

Бромистый циан

Австрия

Смертоносный

Снаряды

Ди-хлор-метиловый эфир (как растворитель)

Германия

Лакриматор

Снаряды

Ди-фенил-хлор-арсин

Германия

Чихательный, смертоносный

Снаряды

Ди-хлор-этил-сульфид

Германия, Франция, Англия, Америка

Нарывной, смертоносный, раздраж. дых. пути

Снаряды

Этил-ди-хлор-арсин

Германия

Смертоносный

Снаряды

Этил-иодо-ацетат

Англия

Лакриматор

Снаряды„миномет Стокса, ручные гранаты

Циано-водородная кислота

Франция

(В смесях см. ниже)

Метил-хлор-сульфонат

Германия

Раздраж. дыхат. пути

Минометы

Хлоро-метиловый эфир хлоро-муравьиной кислоты

Германия, Франция

Смертоносный, лакриматор

Снаряды

Фосген

Англия, Франция, Германия, Америка

Смертоносный

Газометы, транш. мортиры, снаряды, баллоны

Хлористый фенил-изо-цианид

Германия

Лакриматор, раздражающий дых. пути

Снаряды

Три-хлор-метиловый эфир хлоро-муравьиной кислоты

Германия

Смертоносный

Снаряды

Хлорное олово

Англия, Франция, Америка

Раздр. дых. пути, дает дымное облако

Ручные гранаты, снаряды, газометы, миномет Стокса

Сернистый ангидрид

Германия

Раздраж. дыхат. пути

Ручн. гранаты, минометы, снаряды

Бромистый ксилил

Германия

Лакриматор

Снаряды

Смеси¹

Бром-ацетон 80 % и Хлор-ацетон 20%

Франция

Лакриматор, смертоносный

Снаряды

Хлор 50 % и Фосген 50%

Англия, Германия

Смертоносный

Баллоны

Хлор 70 % и Хлор-пикрин 80%

Англия

Смертоносный, лакриматор

Баллоны

Хлор-пикрин 65 % и Серо-водород 35%

Англия

Смертоносный, лакриматор

Баллоны

Хлор-пикрин 80 % и Хлорное олово 20%

Англия, Франция, Америка

Смертоносный, лакриматор; раздраж. дых. пути

Артил. uранаты, бомбы транш. мортиры, газометы

Xлop-пикрин 75 % и Фосген 25%

Англия

Смертоносный, лакриматор

Снаряды, бомбы, транш. мортиры и газометы

Ди-хлор-этил-сульфид 80 % и Хлористый бензил 20%

Германия, Франция, Англия, Америка

Нарывной, смертоносный

Снаряды

Этил-карбазол 50 % и Ди-фенил-циан-арсин 50%

Германия

Чихательный, смертоносный

Снаряды

Этил-ди-хлор-арсин 80 % и Ди-хлор-метиловый эфир 20%

Германия

Смертоносный, лакриматор

Снаряды

Этил-ди-иодо-ацетат 75 % и Этиловый спирт 25%

Англия

Лакриматор

Снаряды, минометы Стокса, ручные гранаты

Синильная кислота 55 %, Хлороформ 25 % и Хлористый мышьяк 20%

Англия

Смертоносный

Снаряды

Синильная кислота 50 %, Хлористый мышьяк 30 %, Хлорное олово 15 % и Хлороформ 5%

Франция

Смертоносный

Снаряды

Фосген 50 % и Хлористый мышьяк 50%

Англия

Смертоносный

Снаряды

Ди-хлор-этил-сульфид 80 % и Четырех-хлористый углерод 20%

Германия, Франция, Америка

Нарывной, смертоносный

Снаряды

Фосген 60 % и Хлорное олово 40%

Англия, Франция

Раздр. дыхат. пути, смертоносный

Снаряды

Ди-метил-сульфат 75 % и Хлоро-метил-сульфат 25%

Франция

Раздраж, дыхат. пути, лакриматор

Снаряды

¹ Процентный состав смесей обозначен по весу.

Применявшиеся на войне газы

Таблица I содержит список всех газов, бывших в употреблении различных армий всех держав, применявших их, производимое газами действие и способ их применения.

Таблица II перечисляет характерные свойства наиболее важных из газов, применявшихся для военных целей (составлена Р. Е. Вильсоном, майором Химической Службы).

Газы, употреблявшиеся германцами, могут быть классифицированы по названиям тех снарядов, в которых они применялись. Таблица III дает такую классификацию.

Марки американских снарядов

При выборе марок для американских химических снарядов, красные полосы служили для обозначения стойкости, белые полосы — для обозначения неустойчивости и смертоносных свойств; желтые — для обозначения дымовых газов, а пурпурные для зажигательных газов. Число полос указывает относительную силу упомянутых свойств газа; так, например, три красные полосы означают более стойкий газ, чем одна красная полоса.

В употреблении были следующие марки гранат:

1 белая полоса

ди-фенил-хлор-арсин

2 белых полосы

фосген

1 белая, 1 красная

хлор-пикрин

1 белая, 1 красная, 1 белая

75 % хлор-пикрина и 25 % фосгена

1 белая, 1 красная, 1 желтая

80 % хлор-пикрина и 20 % хлорного олова

1 красная

бром-ацетон

2 красных

бром-бензил-цианид

3 красных

горчичный газ

1 желтая

желтый фосфор

2 желтых

четырех-хлористый титан

ТАБЛИЦА II

Физические свойства главнейших газов, применявшихся для воённых целей

Наименование газа

Формулы

Молекулярный вес

Плотность в жидк. виде при 20 °C и нормальном давлении

Температура замерзания в градусах С

Температура кипения в градусах С

Упругость пара при 20 °C (в м.м. ртутного столба)

Бром-ацетон

С_3H_5ВгO

136,98

1,7 (?)

— 54

126

9 (?)

Окись углерода

СО

28,00

(газ)

— 207

— 190

(газ)

Бромистый циан

BrCN

106,02

2,01

52

61,3

89

Хлористый циан

ClCN

61,56

1,186

— 6

15

1002

Хлор

Сl_2

70,92

1,408

— 101,5

33,6

5126

Хлор-пикрин

Сl_3C(NO_2)

164,39

1,654

— 69,2

112

18,9

Ди-хлор-этил-сульфид

(СНЗСНСl)2S

169,06

1,274

12,5

216

0,06

Ди-фенил-хлор-арсин

(C_6H_5)2AsCl

264,56

1,422

44

333

0,0025

Синильная кислота

HCN

27,11

0,697

— 14

26,1

603

Фенил-ди-хлор-арсин

C_6H_5AsCl_2

210,96

1,640

…

253

0,022

Фосген

СОСl_2

98.92

1,38

…

8,2

1215

Хлорное олово

SnCl_4

260,54

2,226

— 33

114

18,58

Суперпалит

ССl_3СООСl

197,85

1,65

…

128

10,3

Бромистый ксилил

(СН_3)С_6Н_4СН_2Br

185,03

1,381

— 2

214,5

…

ТАБЛИЦА III

Немецкие снаряды

Наименование снарядов

Заполняющее вещество

Физиологич. действие

Снаряд В (К. белое В и ВМ)

Бром-метил-этил-кетон

Лакриматор

Синий Крест

а) Ди-фенил-хлор-арсин

Чихательный

б) Ди-фенил-циан-арсин

в) Ди-фенил-хлор-арсин с зтил-карбазолом

Снаряд С (Зеленый Крест, белое С)

Суперпалит

Удушающий

Снаряд D (белое D)

Фосген

Смертоносный

Зеленый Крест

а) Суперпалит

Удушающий

б) Хлористый фенил-карбил-амид

Зеленый Крест 1

Суперпалит 65 % и хлорпикрин 35%

Удушающий

Зеленый Крест 2

Суперпалит, фосген и ди-фенил-хлор-арсин

Удушающий

Зеленый Крест 3 (желтый крест 1)

Этил-ди-хлор-арсин, Метил-ди-бром-арсин, Ди-хлор-метиловый эфир

Удушающий

Снаряд К (желтый)

Хлор-метил и палит

Лакриматор удушающий

Снаряд T (черное или зеленое Т)

Бромистый ксилил, Бром-кетон

Лакриматор

Желтый крест

Горчичный газ и растворитель (ССl_4,С_6Н_5Сl_2С_6Н_5NO_2)

Нарывной

Желтый Крест 1

(см. Зеленый Крест 3)

ГЛАВА III

Развитие "Военно-Химической Службы" в Америке

Современная химическая война ведет свое начало с 22-го апреля 1915 г. В действительности же, можно сказать, что она началась раньше, потому что Германия, без сомнения, потратила несколько месяцев на разработку газовых баллонов и методов газовых атак. Союзники, озадаченные этим новым методом ведения войны, были принуждены безотлагательно найти способы защиты, а затем, когда было решено ответить той же мерой, разработать методы газовой войны. При инженерных войсках обеих армий были сформированы ударные отряды, которые затем стали обучать обращению с ядовитыми газами; первая газовая атака была выполнена англичанами в бою при Лоосе в сентябре 1915 года.

"Вскоре после этого в британской действующей армии все операции по наступлению, защите, обучению войск и снабжению, связанные с газовой войной, были об'единены в одном органе "Газовой службы", начальником которой был назначен бригадный генерал. Этот шаг был сделан под. давлением необходимости и вследствие все более увеличивающегося значения газовой борьбы" (Оульд).

Немедленно началось накопление ценных сведений и опытов, охотно представляемых отовсюду в распоряжение американских химиков, Благодаря сердечному сотрудничеству Англии и Франции и частому обмену мнениями по всем вопросам, касающимся газовой войны, успех в деле исследования газов был значительно повышен во всех союзных государствах,

Хотя в американской армии зорко наблюдали за развитием военных действий в 1915–1916 г., все же. увеличивающееся значение газовой борьбы. не было оценено по достоинству и, к моменту об'явления войны Германии, 6-ro апреля 1917 года, в Соединенных Штатах имелось только несколько наблюдений по этому вопросу в разных частях армии, а в Военном Министерстве не было сделано абсолютно никаких попыток к организации новых исследований, между тем как впоследствии к одним только чисто-научным работам. Было привлечено около 2.000 человек. Большое значение имел также тот факт, что ни один отдел армии не был знаком с практическими способами боевого применения газов.

Единственным человеком, который предвидел и сумел убедить других в громадном значении газовой войны, был Ван Х. Маннинг, директор Горного Бюро. С самого начала учреждения Бюро в 1908 году, оно имело штат работников, изучавших ядовитые и взрывчатые газы, развивающиеся в копях, употребление дыхательных аппаратов при исследовании копей, наполненных вредными газами, уход за отравленными газами и тому подобные вопросы. В заседании от 7-го февраля 1917 г. директором Бюро и начальниками его отделов был обсужден вопрос о подготовленности государства и, в особенности, о порядке немедленной помощи ему со стороны Бюро его персоналом и оборудованием. 8-го февраля директор написал С. Д. Уолкотту, председателю Военно-Научного Комитета Национального Совета о том, что Горное Бюро могло бы немедленно придти на помощь государству в деле разработки кислородных респираторов для армии и флота, подобных тем, какие употребляются в горном деле. Он сообщил также, что Бюро может содействовать испытанию газовых масок, необходимых для передовых линий и, что оно имеет в Питтсбургском Экспериментальном Институте вполне оборудованную для этих целей испытательную станцию и опытный персонал. Д-р Уолкотт ответил 12-го февраля, что он представит этот вопрос на рассмотрение Военного Комитета.

На совместном заседании Горного Бюро и Военного Колледжа в присутствии представителей Военного Министерства, бригадного генерала Куна и майора Вилльямсона, Военное Министерство с восторгом приняло предложение Горного Бюро и согласилось, всячески поддерживать его работу.

Наблюдение над исследованием газов, применяемых на войне, было поручено д-ру Буррелю, работавшему в Бюро в течение ряда лет по химии рудничных и естественных газов, и 7-го апреля 1917 г. он приступил к исполнению своих новых обязанностей. Успех дела, достигнутый под его руководством, и значительность полученных результатов следует приписать большому такту полковника Бурреля, его знакомству со всеми видами исследования и его изобретательному и широкому уму.

Когда внимание американских химиков было обращено на значение газовой войны, это новое дело встретило с их стороны горячий отклик, и вскоре лучшие силы университетов и заводской промышленности сплотились вокруг Бурреля, помогая ему в работах по всем видам газовых исследований. Состав работников увеличивался очень быстро, и лаборатории стали открываться в разных местах Восточных и Западных Штатов.

Вскоре выяснилась необходимость иметь центральную лабораторию в Вашингтоне для координации всей деятельности и усиления ее под непосредственным наблюдением Управлений Армии, Флота и Горного Бюро. К счастью для такой лаборатории было найдено подходящее место в Американском Университете, пользование зданиями и землей которого было разрешено Президентом Вильсоном 30-ro апреля 1917 года. Так зародилась Американская Университетская Экспериментальная Станция, позднее преобразованная в отдел исследований "Американской Химической Службы".

Между тем стали развиваться и другие организации. Получение ядовитых газов и наполнение снарядов было передано Траншейной Секции Артиллерийского Управления. В июне 1917 года генерал Крозьер, тогдашний начальник Артиллерийского Управления, одобрил предложение об устройстве завода для наполнения снарядов ядовитыми газами. В ноябре 1917 г. было постановлено устроить такой завод. в Гэнпаудер-Нэке в Мэрилэнде. Учитывая малую производительность химической промышленности для выработки нужного количества ядовитых газов, в декабре 1917 года было решено соорудить в той же местности правительственные химические заводы для снабжения армии ядовитыми газами. В январе 1918 г. они были переименованы в Эджвудский Арсенал, начальником которого был назначен полковник Вилльям Уокер из Массачусетского Технологического Института.

В то время, как газовые снаряды до конца войны находились в ведении артиллерии, для волновых атак, минометов Стокса, газометов Ливенса, и других видов газовой войны явилась необходимость образовать специальные войсковые части, Генерал Першинг потребовал вскоре телеграммой организацию и обучение таких войск и советовал подчинить их, как это делалось в английской армии, Инженерному Управлению. 15-го августа 1917 года Генеральный Штаб организовал Газовый и Огнеметный полки, которые были названы "30-м инженерным полком", состоявшим под командой майора (потом полковника) Аткиссона. Этот полк позднее стал первым газовым полком Американской "Военно-Химическоё Службы".

В сентябре 1917 года для обучения людей обращению с газами было признано необходимым образовать при Санитарном Корпусе Медицинского Департамента "Отдел Полевого Обучения". Потом пришли к заключению, что ни "Отдел Обучения", ни дивизионные газовые офицеры не должны состоять в ведении Медицинского Департамента и в январе 1918 года этот отдел был передан Инженерному Управлению.

Все перечисленные организации, за исключением газового и огнеметного полка, оставались по эту сторону океана. Как видно из письменного сношения от 4-го августа 1917 года, чувствовалась необходимость в создании отдела "Военно-Химической Службы" в Европе, на театре военных действий.

3-ro сентября 1917 года был издан приказ об организации Газовой Службы под начальством подполковника (позднее бригадного генерала} Фрайса в качестве специального отдела амер. экспедиционных войск во Франции. Несмотря на телеграмму генерала Першинга, писавшего 26-ro сентября:

"Вышлите немедленно химическую лабораторию, полное оборудование и штат, включая физиологический и патологический отделы для детального исследования газов и пороха".

Только 1-го января 1918 года полковник Бэкон из Меллонского института выехал во Францию с 50-ю людьми и вполне оборудованной лабораторией.

Тем временем в Соединенных Штатах был создан "Отдел Химической Службы". Следует подчеркнуть, что Америка во время мировой войны была первой страной, признавшей химию, как отдельную самостоятельную отрасль военной службы. Положение об "Отделе Химической Службы" было утверждено 16-ro октября 1917 года; он должен был состоять из военного инженера, в чине не выше полковника, который занимал должность начальника газовой службы, и его помощников, членов артиллерийского, медицинского и химического управлений, в чине не выше подполковников; в штат работающих входило 47 офицеров и 95 унтер-офицеров и нижних чинов. Инженерного корпуса полковник Поттер был назначен начальником, а профессор Уокер, в чине подполковника, его помощником и начальником Химического Отдела. Количество сотрудников увеличилось к 15-му февраля 1918 года до 227 офицеров и 625 нижних чинов, а к 6-му мая 1918 года до 393 офицеров и 920 нижних чинов. После перехода подполковника Уокера в артиллерию, его место занял подполковник Богерт. К этому времени каждая часть армии имела уже некоторую связь с Отделом Химической Службы. Медицинский Департамент заведывал газовой обороной. Дело наступления было в руках Артиллерийского Управления, сигналы тревог и пр. разрабатывались Сигнальным Корпусом. Инженеры организовали свой "30-ый полк" (Газовый и Огнеметный) и Отдел Полевого Обучения. Отдел Исследований все еще находился в ведении Горного Бюро, несмотря на неоднократные попытки его милитаризации. К тому же часть Отдела Химической Службы была предназначена для заокеанский работы. Хотя начальник Газовой Службы должен был координировать всю эту деятельность, но ему не было дано права контролировать управление, исследование и производство.

С целью улучшить эти условия, начальником Военно-Химической Службы 11-го мая 1918 года был назначен генерал-майор В. Л. Сиберт, известный военный инженер, построивший Гатунские шлюзы и плотину Панамского канала и командовавший первой дивизией во Франции.

Под его управлением "Военно-Химическая Служба" была подразделена на следующие отделы:

Отдел Заокеанский

Бригадный генер. Амос А. Фрейс

Отдел Исследований

Полковник Г. А. Буррель

Отдел Разработки

Полковник Ф. М. Дорсей

Отдел Производства средств обороны

Полковник Брадлей Дьюэ

Отдел Производства средств атаки

Полковник Б. Х. Уокер

Отдел Медицинский

Полковник В. I. Листер

Отдел Испытательный

Подполковник В. С. Бэкон

Отдел Административный

Бригадный генер. Х. С. Ньюкомер

Газовый и Огнеметный полк

Полковник Е. I. Аткиссон

Окончательно установленный штат, не достигший своей предельной цифры ко времени перемирия, состоял из 4.066 офицеров и 44.615 нижних чинов, включая три газовых полка по 18 рот в каждом.

Генерал Сиберт внес не только организационный опыт в руководство этим крупным делом, но проявил большую любовь к работе и уменье дать должную оценку тем заданиям, которые предстояло выполнить американской армии, действовавшей во Франции. Он сумел очень быстро об'единить большую организацию Военно-Химической службы в одно целое, следя за тем, чтобы каждый отдел не только выполнял свои собственные обязанности, но и работал в согласии с другими в выполнении более широкой программы и, если бы война продолжалась еще некоторое время, Америка побила бы Германию ее собственным оружием.

Теперь мы приведем более подробные сведения о разных отделах Американской Военно-Химической Службы.

Административный Отдел

Административный Отдел является конечной формой развития дела, описанного на предыдущих страницах. Не имея необходимости пересматривать изложенный материал, мы приводим окончательный вид организации, имевшей место к 19-му октября 1918 года:

Начальник

Генерал-майор В. Л. Зиберт

Штаб:

Представитель Медицинской части

Полковник В. И. Листер

Представитель Артиллерийской части

Подполковник С. В. Туммель

Представитель Британской Военной Миссии

Майор И. К. Брайтман

Помощник Начальника

Полковник Х. С. Ньюкомер

Административный Отдел

Майор В. В. Паркер

Отдел Сношений (связи)

Полковник М. Т. Богерт

Отдел Личного Состава

Майор Ф. Е. Брейтхут

Отдел Контрактов и Патентов

Капитан В К. Джаксон

Финансовый Отдел

Майор С. С. Кумс

Отдел Потребности и Усовершенствования

Капитан С. М. Кадуал

Отдел Секретных Сообщений

Майор С П. Муликин

Отдел Транспорта

Капитан Х. Б. Шаркей

Отдел Обучения

Подполковник Г. Н. Льюис

Отдел Снабжения

Подполковник В. И. Нунан

Административный Отдел помещался в здании Медицинского Департамента. Функции большинства Отделов явствуют из их названий.

Отдел Связи имел заданием сношения с промышленным миром, с целью охранить интересы заводов, считавшихся необходимыми для военной промышленности. Благодаря активности этого Отдела, многие важные для жизни страны отрасли промышленности сохранили на своей службе по классификации или бессрочному отпуску тех сведущих химиков, без которых они не могли бы изготовлять наибольшее количество военного снабжения.

Кроме того, Отдел Связи поддерживал сношения с Университетами и заботился о научных и опытных учреждениях. Поэтому бюро, вербовавшие химиков, были все время настолько активны, насколько позволяли военные условия.

Административный Отдел должен был обеспечить выполнение приказа Дежурного Генерала от 28 мая 1918 года, состоявшего в следующем:

"Вследствие необходимости иметь на военной службе очень большое количество образованных химиков, мы нашли в высшей степени необходимым назначать всех завербованных лиц, имеющих ученую степень химика, на те должности, где бы их специальные знания и образование могло быть использовано в полной мере"…

"Лица с химическим образованием, вступившие на службу не должны посылаться за океан, если могут быть назначены на химическую службу внутри страны".

Хотя это распоряжение вызвало недовольство среди лиц, желавших видеть боевые действия во Франции, все же проведение в жизнь этого приказа имело большое значение в смысле сохранения наших химических сил. Следующая выдержка из сентябрьского выпуска "Промышленного и Химического Инженерного Журнала" от сентября 1918 г. показывает результаты этого приказа:

Химики и армии

При выполнении приказа Дежурного Генерала действующих Армий от 28 мая 1918 г. оказалось, что в наличии состоит 1.749 химиков. Из донесения от 1 августа 1918 года видно, что из них 281 были оставлены при тех военных организациях, при которых они уже ранее несли химические обязанности, 84 человека оставлены на местах для пользы руководимого ими военного дела, 12 отпущены в промышленные предприятия, 165, как не имеющие специально-химической подготовки, отправлены на фронт, и, наконец, 1.294 были назначены на химические работы, а 432 задержаны для испытания их квалификации до 1 августа 1918 года. Оставшихся 23 человека нельзя было переместить куда-либо, так как они уже получили назначение на войну.

Таким образом, 1.294 человека, которые должны были служить на войне, избежали возможности быть убитыми, и их специальное образование было применено для химической работы.

Каждый случай обсуждался индивидуально; квалификация и опытность каждого рассматривались с большим вниманием; также детально обсуждались нужды правительственных заводов и каждый химик был определен на место, наиболее подходящее ему, согласно образованию и квалификации.

Без сомнения были случаи несоответственных назначений, но в общем чувствуется, что все было согласовано, насколько позволяли обстоятельства.

Отдел Исследований

Американская Университетская Экспериментальная Станция, учрежденная в апреле 1917 года при Горном Бюро, Была переименована к 1 июля 1918 г. в Отдел Исследований Военно-Химической Службы, Пять первых месяцев работы выполнялись в разных лабораториях, разбросанных по стране. В сентябре 1917 года для этих работ было использовано здание Американского Университета и немного позднее часть новой химической лаборатории Католического Университета в Вашингтоне. Отделения лабораторий были учреждены при многих университетских лабораториях и промышленных предприятиях, из которых в продолжение всей войны функционировали лаборатории Джонса Гопкинс'а, Принстон’а, Иеля, Штата Огио, Массачусетского Технологического Института, в Харварде, Мичигане, Колумбии, Корнеле, Висконсине, Кларке, Брин-Море, Нела-Парке и Национальной Угольной Компании.

Во время подписания перемирия организация Отдела Исследования была следующая:

Полковник Г. А. Буррель

Начальник отдела исследований

Доктор В. К. Льюис

Заведующий методами защиты

Доктор Е. К, Колер^1

Заведующий методами нападения

Доктор Рейд Гунт

Консультант по фармакологии

Подполковник В Д. Банкрофт

Заведующий издательской работой и каталитическими исследованиями

Подполковник А. Б. Лэм^2

Заведующий химическими исследованиями по защите

Доктор А. В. Джонс^2

Заведующий химическими исследованиями по нападению

Майор С. С. Фильднер

Заведующий исследованием газовых масок

Майор С. А. Рихтер

Заведующий пиротехническими исследованиями

Капитан Маршаль

Заведующий фармакологическими исследованиями

Доктор А. С. Левенгардт^3

Заведующий токсикологическими исследованиями

Майор Р. С. Толмэн

Заведующий исследованием распыления (дисперсии)

Майор В. С. Ролэнд^4

Заведующий производством небольших количеств

Майор Б. Б. Фоглер^5

Заведующий механическими исследованиями и усовершенствованиями

Капитан Г. А. Ранкин

Заведующий исследованием взрывчатых веществ

Майор Ричмонд Ливеринг

Заведующий административной частью

1 Преемник доктора Джона Джонсона, перешедшего в Совет Нац. Исслед.

2 Сначала подполковник Д. Ф. Норрис был Заведующий всеми химическими исследованиями. В декабре 1917 года его отдел был разделен на отделы нападения и защиты, и подполковник Лэм был назначен заведующим защитой. Когда полковник Норрис уехал в Англию, его место занял доктор Джонс.

3 Доктор Хендерсон заведывал первоначально медицинской частью. Его сотрудниками были: доктор Ф. П. Ундергиль, Заведующий терапевтическими исследованиями. Майор М. С. Винтерниц. Заведующий патологическими исследованиями, и капитан Е. К. Маршал Заведующий фармакологическими исследованиями. Около 1 мая 1918 года фармакологические исследования настолько расширились, что отдел был разделен на два, с Заведующими Маршалом и Ливенгартом, между тем, как доктор Гунт был назначен специальным консультантом. по фармакологическим вопросам. С переходом в Военный Департамент, Гендерсон, Ундергиль, Винтерниц и Маршал были переведены в Медицинский Отдел.

4 Подполковник Макферсон, бывший заведующим, переведен затем в артиллерию.

5 Этот отдел был сначала под начальством Х. Х. Кларка. Позднее он был разделен на два, с заведующими: Х. Х. Кларком и Фоглером и, наконец, об'единился под управлением Фоглера.

Главные функции Отдела Исследований были:

1. Приготовление и испытание веществ, применяемых для газовой борьбы; определение свойств этих веществ и. условий, при которых они должны быть использованы на войне.

2. Выработка надлежащих способов приготовления опытных веществ (в небольших количествах).

3. Разработка способов применения этих составов.

4; Разработка веществ, способных поглощать или разрушать газы, применяемые для войны, изучение их свойств и определение условий, при которых эти вещества являются, повидимому, активными.

5. Разработка надлежащих способов приготовления различных поглотителей, которые могут быть признаны полезными.

6. Разработка конструкций масок, респираторов, защитной одежды и т. д.

7. Разработка зажигательных материалов, дымов, сигналов и методов их наилучшего применения.

Рис. 4.

Опытная станция Американского Университета с мастерскими для мелкого производства.

8. Содействие производственным отделам при разрешении затруднений производства газов, применяемых для военных целей, поглотителей и т. д.

9. Совместная работа с гражданскими и военными правительственными учреждениями по разрешению вопросов, связанных с газами, применяемыми для войны.

10. Собирание и систематизация для начальника Американской Военно-Химической Службы всех сведений относительно химической стороны газовой войны.

Взаимоотношения между различными Секциями Отдела лучше всего выясняются из очерка общего хода действий при разработке вопроса о каком-либо новом ядовитом веществе.

Вещество это, независимо от того, употреблялось ли оно германцами или союзниками, сообщено ли о нем кем-либо из посторонних, найдены ли сведения о нем в литературе или оно открыто сотрудниками по аналогии или путем творчества, — все равно поступает в Секцию химических исследований, которая его изготовляет. Если оно было твердым телом, то его отсылают в Секцию распыления, где разрабатываются методы его рассеяния. После этого, если вещество представляет собой жидкость или пар, оно отсылается в Токсикологическую Секцию для изучения степени его ядовитости, влияния на слезоточивость, нарывное действие или другие специфические свойства. Если опыты показывали, что вещество обладает высокой ядовитостью или особыми физиологическими свойствами, оно направлялось в ряд следующих секций.

Секция нападения старается усовершенствовать метод приготовления. Когда последний найден, Секция производства малых количеств пыталась осуществить его в заводском масштабе (от 50 фунтов до 1 тонны) и преодолеть производственные трудности. Если дальнейшие пробы показывали, что найденное вещество ценно, оно передавалось в Отдел Изобретений или в Отдел Газового Нападения для производства в широком масштабе.

Аналитическая Секция разрабатывала методы испытания чистоты вещества и анализы воздушных смесей, а Секция Газовых Масок исследовала его действие на образцовые респираторные коробки. Если защита оказывается недостаточной, Секция Газовой Обороны изучала изменения в ингредиентах респираторов, изобретала новый поглотитель или смесь поглотителей, чтобы найти выход из затруднительного положения. Если ощущалась необходимость в изменении механической конструкции респираторной коробки, она передавалась в Отдел Механического Исследования, работа которого получала особую важность, если вещество употреблялось в виде ядовитого дыма.

Изобретенный состав отсылался также в Пиротехническую Секцию для изучения его свойств во время разрыва снаряда или, если это удобнее, при пуске его из баллонов. Если вещество оказывалось стойким при взрыве, Испытательный Отдел, вместе с Пиротехнической и Токсикологической Секциями Отдела Исследований устраивал полевые опыты в широком размере для ознакомления с действием, производимым при разрыве газового снаряда, выпущенного из орудия на определенное расстояние, над животными, помещенными в траншеях или около них.

Аналитический Отдел вырабатывал методы распознавания газов при всяких условиях в поле. Медицинский Отдел совместно с Токсикологической и Фармакологической Секциями изучал патологические явления, способы лечения газовых отравлений, действие газа на тело человека и, иногда, входил в рассмотрение таких деталей, как, например, восприимчивость к газу, замечаемая у различных людей.

Если при разработке мер защиты поднимался вопрос о мази или одежде, то это рассматривалось, обычно, несколькими секциями с различных точек. Зрения.

Из 250 газов, добытых Секцией Химических Исследований, очень немногие прошли через все упомянутые испытания, и, таким образом, число газов, фактически переданных для производства в широком масштабе, было меньше дюжины. Изложенный характер совместных работ имеет то преимущество, что делает излишним содержание большого количества заводов и обучение людей детальному производству многих газов. В одном английском донесении говорится: "в конечном результате для химической войны выбор должен быть остановлен только на двух действующих веществах: одном — стойком, другом — непостоянном; оба должны быть смертоносными и проницающими через респиратор". Можно добавить, что оба должны вызывать скорое и обильное слезотечение.

Так как значительная часть работы Отдела Исследований будет рассматриваться детально в следующих главах, мы дадим здесь только краткий перечень его основных заданий.

Глазным и наиболее важным вопросом было изобретение газовой маски. Работы в этом направлении производились еще до организации секций и принадлежали всему Отделу. После сравнения существующих типов масок было решено, что лучшей является английская образцовая респираторная коробка. Для нас совершенно внове было применение древесного угля, натронной извести и многочисленных частей, как-то: лицевой маски, резиновых завязок, очков, загубников, трубки, носовых щипцов, клапанов и т. д. История о "первых двадцати тысячах" прекрасно передана полковником Бурреллем[5].

Первые двадцать тысяч

В начале мая 1917 года майор Вильямсон, работавший в качестве офицера связи между Горным Бюро и Военным Министерством, поручил нам экстренно представить 20.000 газовых масок для отправки за океан. Это не представлялось очень большим заказом, и мы, не приняв во внимание всех трудностей, встречающихся при изготовлении масок, охотно приняли заказ. С этого момента началась война с фабрикантами коробок, пряжек, тесемок, резиновых наличников, очков, сумок и т. д. По всей стране от Атлантического океана до реки Миссисипи велись переговоры с фирмами, которые взялись бы за производство различных частей масок в спешном порядке и на приемлемых условиях.

Древесный уголь из красного кедра стала приготовлять Химическая Компания Дэй в Вестлайне (Пенсильвания), натронную известь и перманганат — Общая Химическая Компания, сумки — Симонс Гардверв С. Луи, личные части — Резиновая Компания Гудрича и Гудйир в Акроне, респираторные коробки — Американская Коробочная Компания; сборка частей производилась на одном из заводов Коробочной Компании в Лонг-Айлэнде.

Автор этой статьи не может описать всех сомнений, страха, оптимизма и радости, поочередно переживаемых различными членами организации во время фабрикации первых двадцати тысяч масок. Мы выполняли важное задание Военного Министерства. Ночь превращалась в день. Дьюэ, Льюис, Гендерсон, Гиббс и другие не выходили из вагонов и с такой же свободой говорили по телефону из Вашингтона в С. Луи или Бостон, как будто это было городское сообщение.

Мы надеялись улучшить английскую респираторную коробку во многих отношениях. Увеличением размера коробки мы остались очень довольны. Английский загубник казался нам слишком малым и слабым, вследствие чего мы сделали его твердым и увеличили размер, хотя потом сильно пожалели об этом. Мы сделали испытания с хлором, фосгеном, синильной кислотой и т. д. и получили желаемое поглощение этих газов. Но, увы, мы не знали, что хлорпикрин стал одним из наиболее важных газов, применяемых воюющими сторонами. Затем не вполне было оценено, что резиновая ткань для лицевой части должна быть в высшей степени газо-непроницаема, и что зерна натронной извести следует спрессовывать настолько крепко, чтобы масса была способна легко выносить грубые толчки, и чтобы в то же время мелкие частицы не засоряли респиратора и не увеличивали сопротивления дыханию выше установленной нормы. В это время никто из союзников не понимал еще, что газовая маска должна являться боевым аппаратом, в котором каждый мог бы упорно работать, бегать и носить его часами, не чувствуя особенного неудобства.

Первые 20.000 масок, отправленных в Англию, были сделаны Отделом Исследований в очень короткое время. По сравнению с французскими они оказались значительно лучшего качества, давая большую защиту против хлора, фосгена, суперпалита, синильной кислоты, бромистого ксилила и т. д. Французская матерчатая маска, имеющая форму лица, состояла из 20 слоев ткани, пропитанной фенолятом натрия и гекса-метилен-тетр-амином. Хлорпикрин проходил через нее с быстротой пули. Перед отправкой масок за границу до нас дошли тревожные слухи о предполагаемом употреблении больших количеств хлорпикрина. Французы, повидимому, не намеревались тогда изменять свои маски, которые оставались в употреблении еще в продолжение нескольких месяцев.

Поэтому и мы выпустили маски, отослали их за границу и ждали по эту сторону океана с напряженным беспокойством своего приговора. Наконец, он пришел. В краткой телеграмме по кабелю сообщалось, что наши английские братья думают о нас. Они работали над этим вопросом 2½ года; горьким опытом, на поле военных действий, они дошли до преобразования плохих масок в лучшие, знали их историю больше нас и, после основательных испытаний, немилосердно раскритиковали тип нашей маски.

Эта неудача придала Отделу Исследований новую энергию. Первая попытка была для него необходимым предварительным опытом; телеграммы и донесения стали пересылаться туда и обратно; в ответ на наши просьбы о помощи, из Англии к нам приехало несколько экспертов и, на основании их указаний, мы приступили к дальнейшей разработке настоящей маски.

Подробности о получении горчичного газа сообщаются ниже. По всей вероятности Отдел Исследований, Эджвудский Арсенал и Отдел Разработки потратили на него больше времени и труда, чем на какой-либо другой газ.

Открытие ди-фенил-хлор-арсина привело к приготовлению ряда мышьяковых соединений, из которых некоторые получались сравнительно просто и производили тем не менее значительное действие.

Хлор-циан и бром-циан, по донесениям итальянцев применявшиеся немцами, были также подробно исследованы.

В Неорганической Секции с самого начала занимались изобретением зажигательных веществ для бомб, снарядов, стрел и гранат, что впоследствии вошло в функции Пиротехнической Секции и, наконец, было передано в распоряжение Артиллерийского Управления.

Для общего обзора работ можно начать с описания деятельности Секции Нападения. Эта секция преследовала две цели: разработку способов производства газов, применяемых немцами, более экономным путем, чем их готовил противник, и изобретение новых, более ядовитых газов. Ко времени нашего выступления ядовитыми газами были хлор, фосген и хлорпикрин, в то время, как бром-ацетон и бромистый ксилил применялись как слезоточивые. Особой трудности в приготовлении их не встречалось. Но появление горчичного газа, летом 1917 года, и ди-фенил-хлор-арсина осенью того же года, не только заставило задуматься наших химиков над способами их производства, но даже настолько изменило наши взгляды на способы ведения войны, что возможность применения других веществ создала необходимость обширных исследований. Изобретение французами бром-бензил-цианида также открывало новые виды в области слезоточивых газов.

Для армии и флота были изобретены цветные ракеты и дымы. Стали разрабатывать также дымовые коробки, но работа эта была передача Пиротехнической Секции.

Произведено много исследований над неорганическими веществами, как-то: над мышьяком и мышьяковыми производными, фтором, фтористо-водородной кислотой и фтористыми соединениями, цианистыми соединениями, роданистой кислотой и окислами азота.

Аналитическая Секция производила не только обычные анализы, но разработала, также способы испытания многих новых газов.

Секция Нападения работала в тесном контакте с Химической Секцией Мелкого Производства. Часто оказывалось, что метод, успешно применявшийся в лаборатории, не годился на заводе. Мастерские мелкого производства были открыты для изготовления горчичного газа, синильной кислоты, хлор — циана, трех-хлористого мышьяка, мышьяковисто-кислого магния, суперпалита и бром-бензил-цианида.

Секция Химической Защиты, организованная в январе 1918 года, была занята вопросами, касающимися самообороны, как например, изготовлением древесного угля, натронной извести, специальных поглотителей, очков, дымовых фильтров, а также испытанием действия поглотителей и специальными. работами над горчичным газом.

Древесный уголь требовал широкого исследования. Сырые материалы требовали розысков по всему свету; надо было найти способы обугливания, испытать вещества для пропитывания. Это изложено в XIII главе.

Получение натронной извести представляло также не мало затруднений. Исходя из английской формулы, было изучено влияние разных факторов и установлено соотношение между желательными качествами, как-то: активностью поглощения, емкостью, твердостью, сопротивлением перетиранию, химической стойкостью и т. д. Окончательный продукт состоял из смеси извести, цемента, силикатовой основы, марганцово-кислого натра и едкого натра.

Другая ценная работа была произведена по усовершенствованию поглотителей окиси углерода для флота. Лучший из них состоял из особым образом приготовленных окисей, действующих при известных условиях каталитически и заставляющих окись углерода соединяться с кислородом воздуха. Так как при реакции с пятиокисью иода (первым поглотителем) наблюдается изменение окрашивания, то это дало возможность выработать очень чувствительный определитель присутствия окиси углерода в воздухе.

Когда вопрос о дымовых фильтрах получил крупное значение и привлек внимание нескольких секций, Секция Защити разработала образцовые способы испытания и сравнения фильтров, а также способы приготовления бумаги для этой цели.

Было разрешено много вопросов, относящихся к горчичному газу. Изобретена защитная мазь, применение которой было признано полезным, но, как только появилось сомнение, будет ли вообще какая-либо мазь представлять достаточную защиту при значительных концентрациях газа на поле сражения при продолжительности экспозиции, то эта мера была признана не оправдывающей трудности применения. Испытаны были способы очистки от горничного газа одежд посредством пропитывания их маслом. Другая фаза этой работы была посвящена исследованию методов уничтожения горчичного газа на поверхности почвы и исследования его стойкости на полях сражений.

Секция Исследования Газовых Масок была занята главным образом усовершенствованием респираторных коробок и обычными пробами их. Если принять во внимание число экспериментально изученных газов и большое число конструированных опытных респираторных коробок, из которых каждая испытывалась на два или большее число газов, то это является не малой работой, к которой приходится прибавить участие в управлении производством в городе Лонг Айланде. Кроме того, в связи с вопросом о сроке службы поглотителей и респираторных коробок изучалось влияние на них условий температуры, влажности и размеров поглощающих частиц. Механические испытания и пробы на людях будут рассмотрены в отдельной главе. Исследован определитель горчичного газа, действие этого газа на ткани, пропитанные смесью минеральных и растительных масл. При изучении прохождения таза через респираторы большое значение получило применение способа волны, позволявшее обнаруживать недостатки конструкции и наполнения коробки.

Пиротехническая Секция состояла из ряда самостоятельных отделов, имевших каждый свое определенное задание. Здесь изучались наполненные сжатым газом или твердым веществом снаряды в отношении безопасности их как при детонации, так и при хранении в складах. Обширная работа была произведена по разработке дымовых завес, для чего во флоте служила морская дымовая труба, а в армии переносный дымовый аппарат с четырехлористым кремнием, метательных гранат, газометов Ливенса и артиллерийских снарядов. Дымовая завеса была приспособлена для танков, аэропланов и судов. Были усовершенствованы некоторые типы зажигательных бомб и метательных стрел; конструированы огнемёты, но от применения их пришлось отказаться за их бесполезностью при создавшихся условиях войны. Рассматривались также разнообразные сигнальные огни, вспышки, ракеты, цветные дымы и пр.; в большинстве случаев составлялось подробное их описание. Обширное исследование произведено над выбором внутренних оболочек газовых снарядов, причем пришлось остановиться на свинцовых или эмалевых; определялись физические свойства газов, применяемых на войне, и их смесей.

Дисперсионная Секция (распыления) работала над производством дымов и туманов из различных твердых и жидких веществ. Были изобретены аппараты для исследования концентрации дымовых облаков и скорости их оседания, определены действия различных фильтров и респираторных коробок и сверх всего усовершенствована новая дымовая свеча.

Отдел Механических Исследований был занят сначала; составлением чертежей и конструкцией респираторной коробки и маски, соответственно английскому типу. В конце 1917 года изучалась маска Тиссо, переданная затем в Отдел Газовой Обороны. Были усовершенствованы флотская головная маска и респираторная коробка, маски для лошадей и маски того же типа для собак, изготовлены сапоги для лошадей, так и не получившие применения на фронте. Было выполнено успешно много артиллерийских и пиротехнических заданий, в числе которых бесшумный газовый баллон занимает не последнее место. Секция изобрела первый костюм против отравлений газами, состоящий из клеенчатой одежды, маски, шлема и особой респираторной коробки.

На Производственную Секцию были возложены задачи защиты, и она работала не постоянно, а по мере необходимости. Ею была выпущена защитная одежда от горчичного газа и маска для лошадей. Эта секция построила водородный завод в Ланглей Фильде, содействовала разрешению затруднений, касавшихся древесного угля в Спрингфильде, и работала по применению бумаги и войлока, как фильтров от дымов. К концу войны секция была заинтересована в распространении противогазовых масок в промышленности.

Физиологическая работа изложена в Медицинском Отделе.

Издательская Секция получала донесения от всех других секций, на основании которых составляла полумесячные отчеты, рассылаемые уполномоченным представителям армии, флота и союзных держав. Сообщения получались также из за границы и сообщались Испытательному Отделу; с увеличением количества донесений, сведения стали собираться в монографии по различным газам, поглотителем, дымам и т. д. После заключения перемирия они были пересмотрены и в количестве около 50 монографий переданы начальнику Военно-Химической Службы.

Отдел Газо-обороны

История Отдела Газо-обороны касается, главным образом, газовой маски. Полковнику (тогда майору) Бродлей-Дьюэ было поручено исполнение "первых двадцати тысяч". Вскоре после начала этой работы он был откомандирован, в чине майора, в Отдел Газо-обороны Санитарного Корпуса, и вся производственная программа была возложена на него. Работа Отдела заключалась в изобретении, производстве, а также испытании и осмотре масок и прочего снаряжения для обороны.

Размеры выполненных работ видны из следующих числовых данных: вполне закончено 5.692.000 газовых масок, из которых 3.614.925 было исполнено на заводе в городе Лонг Айленд, остальные в Промышленной Компании Гиро в Филадельфии; 377.881 масок для лошадей, 191.388 одеял для убежищ, 2.450 защитных костюмов, 1.773 пар перчаток, 1.246 тонн защитной мази, 45.906 газопредупредительных сигналов (рожки), 50.549 траншейных вентиляторов и множество кислородных ингаляторов.

Рассказ о "первых двадцати тысячах" уже был приведен на стр. 54. Несовершенство этих масок не следует ставить в вину тем, кто их делал, так как в продолжение двух месяцев невозможно было приобрести все знания по этому вопросу, даже при наличии английской образцовой маски. Приобретенный опыт дал возможность возобновить производство в июле 1917 года с большим знанием дела. Первые приготовленные маски не пропали даром, так как были разосланы по разным лагерям для обучения и принесли в этом отношении большую пользу.

Рис. 5. Плохой противогаз.

Рисунок этот с успехом применялся Отделом Газо-обороны в стремлении добиться возможно более тщательной выделки противогазов.

Следующий заказ был дан на 1.100.000 масок, которые должны были быть готовы через год. Для производства их были назначены майор, два капитана и десять лейтенантов. Насколько была недостаточно оценена вначале серьезность задания, показывает тот факт, что к концу производства на заводе Газо-обороны в Лонг Айленде работало 12.000 людей. Первой заботой было покрыть данный заказ средствами уже существующих заводов. Промышленная Компания Гиро и Филадельфии взялась за выполнение масок и вела эту работу частично в продолжение всей войны. Но вскоре выяснилось, что, в виду необходимости крайней осторожности при производстве и при испытании, обычные коммерческие организации не были способны произвести требуемую работу в масштабе, удовлетворяющем потребностям армии. Вследствие этого с 21-го ноября 1917 года военный министр разрешил постройку государственного завода, и для работ на нем были привлечены опытные служащие из Бостона, Чикаго, Нью-Иорка и других промышленных центров. Здания в Лонг Айленде, расположенные недалеко от химического завода в Астории (древесный уголь и натронная известь), перешли в распоряжение офицеров Службы Газо-обороны, при чем в июле 1918 года было занято уже пять больших корпусов, с общей площадью земли в 1.000.000 кв. футов (23 десятины). Из первоначально работавших 13 офицером, организация разраслась до 12.000 служащих, из которых было около 8.500 женщин. В виду осторожности, требуемой при производстве масок, было решено привлечь к работе лиц, имевших родственников в американских инженерных войсках; предполагалось, что их личная заинтересованность вызовет более внимательное отношение при производстве испытаний. В состав входили как гражданские, так и военные служащие, но это не вызывало трений. Продуктивность организации характеризуется тем фактом, что маски, изготовленные в Лонг Айленде, стоили на 50 центов дешевле, чем исполненные по контракту.

Первая партия респираторных коробок была отправлена за океан с завода Газо-обороны 4-го марта 1918 года. С этого момента производство пошло быстрым темпом, и до 26-го ноября, когда была сделана последняя маска, приемная комиссия приняла 3.146.413 масок типа респираторных коробок; наибольшая производительность 43.926 масок в день была достигнута 26-го октября 1918 года. Процесс производства будет рассмотрен в главе о газовых масках.

Во второй половине 1918 года, начиная с августа, стали приготовлять маски Тиссо, над усовершенствованием которых работали в продолжение нескольких месяцев. Производство их встретило значительные затруднения, но к 14 сентября была готова первая маска, и с этого момента, до заключения перемирия, было выпущено 189.603 экземпляра этого типа.

Параллельно с развитием производства шла работа по организации секции снабжения, на которую возложена была ответственность за своевременную доставку отдельных частей масок, монтируемых на заводах Газо-обороны и Промышленной Компании Гиро. На долю этой секции выпала тяжелая и сложная работа и, хотя недостаток в отдельных частях иногда временно тормозил производство, такие случаи встречались сравнительно редко. Отдельные части масок не только делались по определенному образцу и описаниям, но, кроме того, для определения годности этих частей перед окончательной сборкой на заводе пришлось установить инспекцию. Эта задача усложнялась еще тем обстоятельством, что форма маски по мере усовершенствования изменялась. Офицеры, приобретшие опыт по приемке, откомандировывались для обучения приемщиков в промышленных центрах.

В феврале 1918 г., перед самый началом германского наступления, было получено требование на значительное количество промасленных рукавиц и целых костюмов для защиты от горчичного газа, что и было исполнено. Вместе с этим заказом было отправлено на фронт значительное количество хлорной извести для нейтрализации горчичного газа на поле.

Полевая Испытательная Секция несла еще работу по подысканию подходящих условий для полевых испытаний масок и их усовершенствованию. Позднее в ее ведение вошел первоначальный курс обучения офицеров химической войне для заокеанской службы, военное обучение офицеров Газовой Обороны, служащих в Нью-Иорке и его окрестностях, и судовых команд, занятых перевозкой ядовитых газов. Полевая Испытательная Секция оказала армии ценную услугу, указывая недостатки масок по мере их усовершенствования, особенно тех частей, неудобство употребления которых могло быть замечено только после долгого ношения. В течение этой работы секция построила в Пенсильвании, около железной дороги, целую систему траншей с искусно устроенными убежищами, подобных знаменитым немецким убежищам, на западном фронте.

Чтобы получить ясное понятие о работе Отдела Газовой Обороны, в связи с настоящей главой, следует прочитать главы о древесном угле, натронной извести и газовых масках. Итогом всей работы явилась возможность снабжения американских солдат такими средствами защиты, которые парализовали усилия немецкого химического знания, что доказывают разработанные вновь методы наступления и применение новых веществ.

Организация Отдела Газовой Обороны состояла к 11 ноября 1918 года из следующих частей:

Полковник Бродлей Дьюэ

Заведующий

Подполковник А. Л. Бессе

Помощник заведующего

Майор М. Л. Эмерсон

Административная секция

Майор Х. П. Шьют

Контрольная секция

Майор Р. Скемп

Секция снабжения

Майор Ц. Р. Джонсон

Технический директор

Капитан К. Аттербури

Полевая Испытательная Секция

Майор Дж Ц. Вудруф

Секция Химического производства и разработки

Майор Р. Р. Ричардсон

Управляющий заводом Газовой Обороны

Капитан Х. П. Скотт

Приемщик для Промышленной Компании Гиро

Майор Л. В. Котман

Инженерная секция

Майор T. Л. Уилер

Секция Химических усовершенствований

Майор И. В. Вильсон

Заведующий Отделением в Астории

Капитан В. Е. Брофи

Заведующий Отделением в Сан-Франциско

Лейтенант Е. И. Нобль

Зав. Отделением в Кливланде

Лейтенант Л. Меррил

Зав. Отделением в Спрингфильде

Эджвудский Арсенал

При составлении проекта снаряжательного завода Артиллерийское Управление надеялось привлечь к производству требуемых ядовитых веществ существующие химические фирмы, но по мере осуществления планов в выполнении этого предположения стали возникать затруднения. При производстве ядовитых веществ на частных заводах становилась неизбежной доставка их в Эджвудскую Снаряжательную мастерскую, а перевозка большого количества сильно ядовитых газов была сопряжена с большой опасностью. Главный директор железных дорог издал распоряжение о том, чтобы подобный груз перевозился в специальных поездах, каковая перевозка оказалась очень дорогой. Еще больше затруднений встретила попытка привлечь к работам существующие фирмы, так как они сознавали, что производство газов, применяемых для военных целей, будет связано с большой опасностью, работа ограничится временем войны, а требуемые для производства установки и заводы будут иметь малую ценность в послевоенное время. Кроме того, фирмы, сохранившие персонал и оборудование, были уже перегружены работой. За немногими исключениями, а именно: Американской Компании Синтетических Красок Электро-Химической К°, Ольдбери, Цинсер и К° и Химической Компании Дау, остальные ни на каких условиях не хотели принимать на себя работы подобного характера.

В виду этого в начале декабря 1917 года было решено выстроить вблизи снаряжательного завода — химический, для добывания ядовитых веществ, требуемых для снаряжения снарядов. Арсенал находится в изолированной местности и занимает пространство в 3.400 акров в 20 милях на восток от Балтиморы, в Мэриленде, на Пенсильванской железной дороге; он идеально расположен в смысле транспорта, так как с одной стороны проходит главная линия Пенсильванской железной дороги, а с другой протекает река Буш, впадающая в нескольких милях отсюда в бухту Чезапик. Эта местность называлась сперва "Пороховыми Складами", но 4-го мая 1918 года она была официально переименована в "Эджвудский Арсенал".

Рис. 6. Эджвудский арсенал.

Верхний рисунок — вид местности 24 октября 1917 г., нижний — вид той же местности через девять месяцев.

Из следующих числовых данных можно получить представление о размерах работы. 1-го октября 1918 года на заводе работало 233 офицера, 6.948 нижних чинов и 3.066 рабочих, приглашенных на службу в Эджвуд. При Арсенале имелось 86 квартир, вмещавших около 8.500 человек и 5 офицерских бараков с помещением на 290 человек. Госпиталь состоял из 34 зданий, вмещавших при нормальных условиях 420 больных. Общее количество зданий, сооруженных на Эджвудской земле, равнялось 550. Арсенал располагал 14,8 милями шоссе, 21 милей ширококолейных и 15 милями узкоколейных железных дорог. Водопроводы доставляли ежедневно: один — 9,5 миллионов галлонов соленой и другой — два миллиона галлонов пресной воды. При снаряжательном и хлорном заводе были выстроены электрические станции большой силы.

Заводы, оборудованные для получения фосгена, хлорпикрина, горчичного газа, хлора и хлористой серы, начали успешно функционировать. Большая часть сырого материала, за исключением хлористой серы, получалась от коммерческих фирм. Другие газы и вещества, нужные для производства, как-то: фосфор, олово и четырех-хлористый кремний, бром-бензил-цианид и мышьяковые производные, доставлялись многочисленными заводами, разбросанными в восточных и западных штатах.

В 1918 г. Арсеналом были израсходованы следующие количества сырых материалов:

Соли

17.358.000 фунтов

Белильной извести

42.384.000 фунтов

Пикриновой кислоты

3.718.000 фунтов

Спирта

3.718.000 фунтов

Серы

24.912.000 фунтов

Хлористой серы

6.624.003 фунтов

Брома

238.000 фунтов

Хлористого бензила

26.000 фунтов

Количество изготовленных и отосланных за океан ядовитых веществ выражается в следующих числах:

Изготовлено в фунтах

Отослано в фунтах

Хлора жидкого

5.446.000

2.976.000

Хлора газообразного

2.208.000

–

Хлоро-пикрина

5.552.000

3.806.000

Фосгена

3.233.070

840.000

Горчичного газа

1.422 000

380.000

Бром-бензил-цианида

10.100

–

Фосфора желтого

2.012.000

342.000

Четырех-хлористого олова

2.012 000

212.000

Четырех-хлористого титана

362.000

–

Приблизительно за месяц до заключения перемирия, вследствие недостатка снарядов для наполнения газом, различные заводы Арсенала частью закрылись, а частью продолжали работу лишь в размерах, необходимых для поддержания механизмов и оборудования в полной готовности, так что приведенные выше таблицы совершенно не показывают максимума их производительности.

Эти заводы описаны в соответствующих главах.

Снаряжательная мастерская состояла из нескольких небольших отделений, отходивших радиально от центральной холодильной станции, обслуживавшей все мастерские. Каждое отделение было снабжено машинами, приспособленными для наполнения снарядов разного калибра и для равных газов. Кроме того, порча, происшедшая в одной из частей завода, никаким образом не могла ослабить работу остальных.

Наполнение снарядов ядовитым веществом, находившимся всегда в жидком или твердом состоянии, но не в виде газа, отчасти напоминало процесс наполнения бутылок содовой водой. При разработке планов снаряжательного завода, в качестве образца, служили аппараты, употреблявшиеся на промышленных бутылочно-укупорочных заводах. Необходимо было иметь в виду не только большое количество снарядов, но и высоко-ядовитый характер веществ, которыми производилось наполнение. Наполнение и закупорка снаряда должна была производиться, насколько возможно, при помощи машин в превосходно вентилируемой комнате или в трубе, устроенной таким образом, чтобы машина, находящаяся в последней, могла управляться снаружи. Особая осторожность соблюдалась при закупорке снарядов, которая производилась при предельном давлении с помощью моторов, приводимых в действие сжатым воздухом. Таким путем достигалась однородность сжатия газов при укупорке. Полученные результаты оказались превосходными, что доказывает сообщение квартирмейстера из Венсена от 15-ro ноября 1918 года о том, что до упомянутого числа из 200.000 снарядов не оказалось ни одного, давшего течь.

Рис. 7. Одна из снаряжательных мастерских Эджвудского Арсенала.

1. Мотор для вентиляции.

2. Завинчивание снарядов.

3. Наполнение.

4. Подача пустых снарядов из холодильника.

5. Тележка для снарядов.

6. Моторы для передвижения.

Подробности процесса наполнения изложены в главе о фосгене.

Кроме обыкновенных снаряжательных мастерских (из которых одна была вполне оборудована, а две на 80 %), были еще мастерские: одна для наполнения гранат хлорным оловом, другая для фосфорных гранат, третья для дымовых снарядов с фосфором и, наконец, четвертая для снаряжения зажигательные бомб.

Снаряды обозначаются их калибром, в дюймах или миллиметрах. Приблизительное количество ядовитого газа, требуемого для наполнения каждого тина снаряда, выражается в следующих цифрах (10,5 %):

Снаряды

Фосген в фунтах

N. С.¹ в фунтах

Горчичный газ в фунтах

75 мм.

1.32

1.75

1.35

4,7 дюймовые

4.27

6.20

4.20

155 мм.

11.00

15.40

10.35

8 дюймовые

22.00

30.30

21.60

Ливенса

30.00

…

…

¹ N. С. есть смесь 80 % хлорпикрина и 20 % хлорного олова.

Газовые гранаты содержат 0,446 фунтов хлорного олова, а дымные гранаты 0,67 фунтов фосфора.

Из артиллерийских снарядов наполнялись только 75 мм., так как снаряды других калибров либо отсутствовали, либо к ним не было разрывных зарядов.

Следующие таблицы показывают число снарядов, гранат и пр., наполненных на снаряжательном заводе:

Наполнены

Отправлены за океан

75 мм. снаряды

С фосгеном

2.009

…

N. С.

427.771

300.000

С горчичным газом

155.025

150.000

Снаряды для газометов Ливенса

С фосгеном

25.689

18.600

Ручные и ружейные гранаты

С фосфором желтым

440.153

224.981

С четыреххлористым оловом

363.776

175.080

Зажигательные бомбы для метания с самолетов

Марка I

542

…

Марка II

2.104

…

Месячная производительность снаряжательных мастерских ко времени перемирия выражается в следующих цифрах:

Фунтов

75 mm. снаряды

2.400.000

4,7 дюймовые снаряды

450.000

155 mm. снаряды

540.000

6 дюймовые снаряды

180.000

Газовые гранаты

750.000

Дымовые гранаты

480.000

Снаряды для газометов Ливенса

30.000

Здесь следует упомянуть о несчастных случаях, происходивших при работах. Их число должно изменить мнение тех, кто полагает, что рабочие поступали на завод, потому что там было "безопаснее", чем во Франции. За 6 месяцев, с июля по декабрь, было 925 отравлений, из которых 3 со смертельным исходом: два от фосгена и один от горчичного газа. По различным газам эта цифра распределяется следующим образом:

Горчичный газ

674 человека

Хлорное олово

50 человек

Фосген

50 человек

Хлорпикрин

44 человека

Хлор

62 человека

Другие вещества

45 человек

Из них 279 случаев произошло в августе, 197 в сентябре и 293 в октябре. Вследствие того, что производство остановилось в начале ноября, в этом месяце было только 14 отравлений и в декабре три.

Личный состав Эджвудского Арсенала при заключении перемирия был следующий:

Начальник

Полковник В. Х. Уокер

Администрация

Подполк. Эдуард М.Эликотт

Подполк. Георгий Кагун мл.

Подполк. В. К. Галохер

Прикомандированных к другим заводам

Подполк. В. Макферсон

Майор Адриан Нагельвурт

Майор Чарлз Рейдз

Капитан Джон Д. Ру

Зав. снаряжательным заводом

Подполк. Эдвин М. Чанс

Зав. хлорным заводом

Подполк. Карл Воон

Зав. химическим заводом

Майор Дана Дж. Деморест

Зав. химической лабораторией

Майор Виллиам Л. Эвенс

По мере расширения работ арсенала явилась необходимость заказывать некоторые химические вещества на частных заводах.

Приемщиками на них были:

Баунд Брук

Лейтенант Вил. Р. Чаппель

Стамфорд

Лейтенант В. Е. Фишберн

Гэстингс на Гудзоне

Майор Ф. Г. Цинсер

Ниагарский водопад

Майор А. Нагельвурт

Буффало

Лейтенант А. В Дэвисон

Кингспорт

Лейтенант Е. М. Гейден

Чарльстон

Лейтенант М. Р. Гойт

Мидланд

Майор М. Г. Донк

Кройланд

Капитан А. С. Гельберт

После перемирия в Эджвудский Арсенал было перемещено все Управление Военно-Химической Службы, деятельность которой на других заводах мало-по-малу прекратилась, а инвентарь и дела были отправлены в Эджвуд. Вначале заведывание Арсеналом находилось в руках подполковника Фрайса, но после назначения его начальником Химической Службы во Франции его преемником был удачно выбран майор А. К. Аткиссон, успешно командовавший Первым Газовым Полком американских экспедиционных войск. В настоящее время (1 июля— 1921 г.) Эджвудский Арсенал имеет следующую организацию:

Начальник

Майор И. Аткиссон

Управляющий делами

Майор Р. К. Дитто

Технический директор

Д-р И. E. Милс

Химический Отдел

М-р Д. Б. Браднер

Механический Отдел

М-р С. П. Джонсон

Заводский Отдел

Капитан Е. Г. Томпсон

Военно-Химическая Школа

Майор О. Р. Мередит

Хозяйственный Отдел

Майор А. М. Харитэдж

Первый Газовый Полк

Майор К. В. Мейсон

Отдел производства масок

Лейтенант Л. А. Эилиот

Медицинский Отдел

Майор Т. Л. I'ор

Патологический Отдел

Лейтенант Г. А. Кун

Квартирмейстерская часть

Капитан Г. А. Гудсон

Финансовая часть

Капитан К. Р. Инслей

Отдел Усовершенствований

Отдел Усовершенствований возник из лабораторий, находившихся при Национальной Углеродной Компании и при Национальном Заводе Ламп Накаливания Всеобщей Компании Электричества, которым было предложено выработать поглощающий древесный уголь удовлетворительного качества, так как они были уже знакомы с этим процессом. С развитием этого дела можно познакомиться в главе о поглотителях. Вскоре вся лабораторная работа перешла в Национальную Углеродную Компанию. между тем как техническая обработка материалов была предоставлена Национальному Заводу Ламп Накаливания. После окончательной организации Военно-Химической Службы Национальная Углеродная Лаборатория сделалось частью Отдела Исследований, а Национальный Ламповый Завод превратился в Секцию газо-обороны Отдела Усовершенствований.

Отдел Усовершенствований состоял из следующих секций:

1. Секция Обороны.

2. Секция Нападения.

3. Мидлэндская Секция.

4. Виллоубийская Секция.

5. Секция Специальных Исследований.

Секция Обороны исследовала методы обработки древесного угля, годного для употребления в противо-газовых масках, и его производство. Более подробные сведения будут приведены ниже, здесь же следует отметить, что через три недели после организации секции (28 апреля 1917 г.) печь Национальной Углеродной Компании выпустила кедровый уголь, добытый при помощи сухой перегонки. Кедровый уголь был выбран из большого числа разнообразных материалов, как лучший поглотитель хлора, но при применении фосгена и хлорпикрина оказалось, что он против них недействителен. Для получения древесного угля с высшей плотностью было подвергнуто испытанию 50 материалов и найдено, что скорлупа кокосовых орехов, применяемая в качестве сырья, давала наиболее активный древесный уголь. Посредством процесса воздушного архивирования получался древесный уголь, обладавший высшей способностью поглощения таких газов, как хлорпикрин и фосген. Позднее воздушный процесс был заменен активированием водяным паром. Уголь, полученный из скорлупы кокосовых орехов, активированный водяным паром, был назван "Дорситом".

Полный аппарат для воздушного процесса был установлен на заводе Компании Астория "Свет, Тепло и Сила", в Лонг-Айленд-Сити; первая партия древесного угля была изготовлена в течение сентября 1917 г. Производственная работа сопровождалась экспериментальными исследованиями над сырыми материалами, методами архивирования и устройством печей. Впоследствии из-за недостатка скорлупы кокосовых орехов стали употреблять их в смеси с орехами когун, абрикосовыми, персиковыми, вишневыми косточками и растительной слоновой костью. Другим суррогатом кокосового угля был антрацитный уголь высокого качества, активированный водяным паром, получивший название "Батчита".

Секция Нападения и Мидлэндская Секция были заняты, производством горчичного газа. Это дело сильно затянулось вследствие неудовлетворительного качества так называемого хлоргидринового процесса и затруднений в устройстве хороших этиленовых печей. Наконец, в феврале 1918 г. Поп в Англии нашел метод добывания горчичного газа при помощи хлористой серы и немедленно вся деятельность Отдела сосредоточилась на этом способе. В марте были уже предприняты шаги к производству газа, для чего в Кливлэнде был выстроен пробный завод. Добывать горчичный газ в широком масштабе не пытались, и результаты, полученные в лабораториях, немедленно передавались на большие заводы Эджвудского Арсенала, в Гэстингс на Гудзоне, Национальную Анилиновую и Химическую Компанию (Буффало) и на завод Химической Компании Дау (Мидлэнд). Подробности работы над горчичным газом даны в IX главе.

Специальные работы были направлены к тому, чтобы усовершенствовать корпус 75 м/м. газового снаряда и установить французский способ внутренней обкладки его заряда стеклом.

Организация Отдела Разработки при заключении перемирия была следующая:

Полковник Ф. М. Дорсей

Нач. Отдела

Майор Л. Дж. Вилльен

Зав. Секцией Нападения

Капитан О. Л. Барнеби

Зав. Секцией Обороны

Подполковник В. Г. Вилькокс

Зав. Экспериментальн. Станцией

Капитан Дункан Макрэ

Зав. Секцией Специальных Исследований

Д-р А. В. Смит

Зав. Мидландской Секцией

Капитан Дж. Р. Дэфф

Зав. Административной Секцией

Испытательный Отдел

Испытательный Отдел создан одновременно с решением устроить опытный газовый полигон под управлением Траншейной Секции Артиллерийского Управления. Хотя постановление состоялось в сентябре 1917 г., работы в Лагсгерсте начались лишь 26 марта 1918 года, а все оборудование было закончено к 1 августа 1918 года. Несмотря на это, опыты стрельбы начаты 25 апреля 1918 года и проведены в количестве 82-х.

Испытательный Отдел преследовал две цели: производство безопасных опытов над газовыми снарядами, до времени выделки их в большем количестве для отправки за океан, и испытание удовлетворительности газовых снарядов, вполне законченных и готовых к погрузке на корабли, для предотвращения неисправностей их производства или наполнения. Очевидно, что второе испытание находится в зависимости от первого. Нельзя подвергать снаряд пробе на определение действия газов при разнообразных условиях и концентрациях, пока механические детали самого снаряда не будут признаны образцовыми. Хотя это является чисто артиллерийским делом, но, к сожалению, при многих произведенных испытаниях приходилось сталкиваться с подобными артиллерийскими вопросами.

Для полевых опытов были устроены, по образцу употреблявшихся на войне, две отдельные линии траншей и несколько ударных (impact) площадок. В каждой линии траншей находилось несколько бетонных, совершенно непроницаемых для снарядов убежищ, в которых были устроены полки для помещения ящиков с бутылками. На протяжении всей линии траншей была устроена электрическая сеть, с контактами через каждый ярд для пользования электричеством. Площадками пользовались для газо-баллонных атак, а также для опытов с горчичным газом и часто для статических испытаний. Пробы собирались посредством особого автоматического аппарата.

Работа Отдела состояла в первую очередь в определении надлежащего веса разрывного заряда. В Европе многое было уже достигнуто в этом направлении, но американские газовые снаряды отличались от европейских, и потому над ними необходимо было произвести дополнительные испытания. Значение этой работы станет ясным, если представить себе, что для фосгена, вещества с низкой точкой кипения, требуется меньше взрывчатого вещества для разрыва и испарения, чем для горчичного газа, где заряд должен не только разрывать снаряд на мелкие осколки, но и рассеивать жидкость в виде тончайшей пыли, на возможно большее пространство. Для жидкостей низкой температуры кипения следовало очень тщательно определять вес заряда, так как разница в одном или двух граммах могла иметь серьезное влияние на концентрацию газа. Слишком малый заряд мог вышибать при разрыве дно стакана, вместе с которым часть жидкости зарывалась бы в землю; с другой стороны, слишком большое количество взрывчатого вещества могло выбрасывать газ слишком высоко в воздух.

После установления веса заряда большое число снарядов выпускалось в траншеи и в лесные местности, на неровные и гладкие поля; производились испытания концентраций газа и определялось действие его на животных, размещенных в разных пунктах. Благодаря этим опытам, Испытательный Отдел мог снабжать артиллерию данными, указывающими, сколько снарядов определенного калибра следует употреблять сообразно с расстоянием места обстрела, силой ветра, температурой, почвенными условиями и т. д. Производились опыты для определения количества фугасных снарядов, могущих быть выпущенными по одному месту вместе c газовыми, без вредного влияния их на концентрацию газа. Эти испытания имели большое значение, так как фугасные снаряды употреблялись для маскировки артиллерийских газовых атак. Газовый снаряд обычно определяется по слабому звуку при разрыве.

Для изучения распада различных газов после взрыва снаряд направляли на большой деревянный щит, при соприкосновении с которым он разрывался, при чем образцы газа немедленно собирались для анализа.

Велись совместные испытания с Отделом Газовой Обороны для выяснения качества разных образцов масок при полевых условиях. Пехотные роты в полном боевом снаряжении целыми часами ходили в масках, копали траншеи, распиливали бревна, учились и т. д., имитируя, насколько возможно, боевые условия. В это время выпускался газ из баллонов в очень большом количестве, так что около солдат создавалась такая высокая концентрация, которую едва ли можно получить в настоящих боях. Эти опыты способствовали правильному суждению о качествах газовой маски.

Одной из отраслей работ Отдела было изучение стойкости и силы действия различных образцов горчичного газа; для этого жидкость разливалась равномерно по поверхности покрытых травой кольцевых полос от 1 до 3 фут. ширины, образовывавших зоны диаметром от 14 до 21 фута окружности, при чем в центре каждой зоны помещались животные.

Работа Испытательного Отдела должна была закончиться, вследствие перемирия, как раз тогда, когда дошла до наивысшей продуктивности. К этому времени не только был оборудован полигон и персонал Отдела развернут до максимального предела, но и производство газовых снарядов для отсылки во Францию только что достигло той нормы, когда испытательное поле могло быть использовано в самых широких размерах.

Отдел Обучения

С точки зрения лиц, находившихся на фронте, Отдел Обучения являлся одним из наиболее важных; газовая война представлялась им титанической борьбой между ядовитыми смертоносными парами, с одной стороны, и газовой маской и умением пользоваться ею, с другой. Поэтому странно, что так мало было говорено об этой отрасли Военно-Химической Службы. Но Отдел все же существовал, и нужно отдать должное тем газовым офицерам, которые остались в Соединенных Штатах для ведения этого незаметного и трудного дела, встречаясь на каждом шагу с многочисленными местными препятствиями.

Отдел Полевого Обучения Газовой Службы в Соединенных Штатах был организован в сентябре 1917 г. и состоял из майора Д. Х. Уолтона и 45 старших лейтенантов, химиков, прошедших трехмесячный курс военного обучения при Американском Университете. Большую помощь оказал приехавший в это время майор (ныне полковник) Оульд тем, что мог делиться с секциями своими знаниями очевидца. Из 45 лейтенантов около 12 были посланы во Францию, между тем как оставшиеся, вместе с британскими газовыми офицерами, назначались по разным дивизиям для их обучения. В то время мало понимали, что должно дать настоящее газовое обучение. Никто не знал, в каком размере оно будет дано им во Франции и, так как часто из-за недостатка времени курсанты получали весьма мало знаний, многие отправлялись на действительную службу, не имея понятия о значении этого обучения. Кроме того, приказ об оставлении газовых офицеров в Америке, в то время как их части отправлялись во Францию, как и следовало ожидать, неблагоприятно отозвался на настроении солдат, на ходе обучения и, вообще, на дисциплине.

Рис. 8. Газовый офицер дивизии.

1. Окопный веер

2. Пробные сосуды

3. Предохранительные перчатки

4. Предохранительные сапоги

5. Предохранительные одежда

6. Маска для лошади

7. Клаксон

8. Косточки сливы

9. Белильный порошок

10. Шкаф для хранения разноречивых приказов Технического Отдела

В январе 1918 года газовые офицеры были переведены в инженерные войска и названы 473-м Инженерным Полком. Позднее, после учреждения Военно-Газовой Школы в лагере Хемфрейз, вследствие быстрой смены персонала, происходившей благодаря заокеанским назначениям, было решено отсылать специализировавшихся газовых офицеров только в дивизионные лагери и более крупные учебные центры. Необходимость организовать учреждение большего масштаба, с большим авторитетом признавалось всеми, близко соприкасавшимися с работой, но почти ничего не было сделано вплоть до создания Военно-Химической Службы. Только тогда в ведение бригадного генерала Х. К. Ньюкомера, назначенного помощником начальника, перешли все военные и административные дела, и начальники Секции Обучения стали его помощниками. Несколько недель спустя была организована Секция Обучения Административного Отдела Военно-Химической службы.

Между тем на долю этой Секции выпали новые обязанности, из которых наиболее важными были:

1. Организация газовых войск и отдельных отрядов для заокеанской службы.

2. Оборудование лагеря Химического Военного Обучения.

3. Вербовка и обучение офицеров для заокеанской службы.

Во исполнение указанных предначертаний близ полигона был оборудован Учебный Лагерь (Лагерь Кендрик) на 1300 офицеров и нижних чинов. Из крупных лагерей сюда присылали для обучения офицеров, из которых наиболее способные переводились впоследствии на Военно-Химическую Службу, в качестве газовых офицеров.

Работа Секции постепенно разраслась до таких размеров, что она была преобразована в Отдел Обучения Военно-Химической Службы, отличавшийся от других Отделов тем, что всей административной частью ведала канцелярия Начальника В.-Х. С. при содействии различных Секций.

Вследствие развития Военно-Химической Службы и явной нужды в офицерах, Канцелярия была завалена прошениями о назначениях: после тщательного рассмотрения прошений просители, с разрешения Начальника инженерных войск, отправлялись сначала на месячный курс военного обучения в лагере Хемфрейз, а по окончании его в лагерь Кендрик в качестве слушателей Военно-Газовой Школы. К концу октября все офицеры и нижние чины были переведены в лагерь Кендрик, где был организовал офицерский Учебный Батальон.

Вполне ясно, что газовое обучение войск было самой ответственной задачей Отдела Обучения, стремившегося непрестанно к образцовому обучению всех войск Соединенных Штатов и только ко времени перемирия получившего в свое распоряжение достаточный персонал офицеров для осуществления своих планов.

Медицинский Отдел

Д-р Янделъ Гендерсон из Иельского Университета, изобретатель кислородного аппарата, являлся наиболее подходящим человеком для организации медицинского дела при Горном Бюро. Будучи членом Комитета Бюро, он получил в июле 1917 г. назначение изучить ядовитые газы в Иеле, где заведующий терапией был доктор Ундерхиль, фармакологией доктор Маршаль и патологией доктор Винтерниц. С открытием Станции, Американского Университета, Маршалю было поручено при ней заведывание фармакологией. Приблизительно в это же время был создан комитет охраны здоровья рабочих под управлением докторов Брадлея, Эйстера и Левенгардта. Сначала комитет сносился с Артиллерийским Управлением, но затем все дела перешли в Службу Газо-Обороны.

В декабре 1917 г. была организована Медицинская Консультация, в состав которой могли входить все врачи, занимавшиеся экспериментальной работой по медицине. Она регулировала медицинскую работу, составляла новые планы и старалась привлечь к сотрудничеству ученых всей страны. Наиболее видными деятелями, способствовавшими развитию дела, были: в Иеле — Ундерхиль, работавший над вопросами терапии и отправлявший своих животных Винтерницу для патологического исследования; Гендерсон, занимавшийся в особенности физиологией авиации; Маршаль, который вел при Американском Университете фармакологические исследования, главным образом над горчичным газом; Левенгардт, исследовавший токсикологию газов. Под управлением Винтерница[6] была открыта патологическая лаборатория, давшая много ценных сведений. Зольман в Кливлэнде работал над горчичным газом и защитными средствами против него. Пирс в сотрудничестве с д-р Гиром "Гудричской Резиновой Компании" усовершенствовал маски "Гудрич-Лэксайд". Его исследования физиологических действий газовой маски были очень ценны. В Анн-Арборе Картин и Уеллер[7] занимались физиологией и патологией горчичного газа. Уелльс, Амберг, Гельмгольц и Оустин из Института "Памяти Отто Спрэг" работали над защитной одеждой в то время, как в Мадисоне. Эйстер, Левенгардт и Мик изучали хронические заболевания, получаемые от низких концентраций газа, перейдя затем к исследованию защитных мазей и некоторых вопросов патологического характера.

Весной 1918 г. многие из них были откомандированы в распоряжение Газовой Обороны Санитарного Корпуса, а затем переведены на Военно-Химическую Службу, где образовали Медицинский Отдел во главе с полковником В. И. Листером.

Одной из наиболее важных функций этого отдела было ежедневное испытание значительного числа составов в отношении их ядовитости, слезоточивости и нарывных свойств. Точность ведения этих испытаний, описанных в дальнейшей главе, освобождала Отдел Исследований от большого количества ненужной экспериментальной работы.

Очень интересными и ценными являются исследования горчичного газа Маршала, Линча и Смита, которые сумели понять механизм его действия и определить степень восприимчивости к нему у различных людей.

Ими же установлено, что некоторые газы показывают кумулятивное действие. У суперпалита и горчичного газа смертельная концентрация понижается при более продолжительной экспозиции, между тем как цианисто-водородная кислота этим свойством не обладает. Кумулятивное действие зависит от скорости, с которой организм разрушает или уничтожает яд.

Офицеры связи

В заключение этой главы, следует упомянуть о службе связи, учрежденной между Соединенными Штатами и их союзниками, особенно Англией.

Сначала в Соединенных Штатах никто не знал подробностей ведения химической войны. По требованию Медицинского Корпуса и настоятельной просьбе Военно-Газовой Службы в Америку был командирован (в сентябре 1917 г.) капитан (ныне майор) Х. В. Дедлей для содействия при разработке и производстве газовых масок. В продолжение некоторого времени к нему обращались почти по всем техническим вопросам, касающимся обороны. Настойчивость Дедлея, проявленная в деле организации строгого фабричного наблюдения за производством, дала в результате превосходную конструкцию американской маски. В марте 1918 г. подполковник Дьюэ и капитан Дедлей совершили путешествие в Англию и Францию, во время которого у них возникла мысль о необходимости установить связь между органами обороны обеих стран. Дедлей был переведен в инженерные войска, произведен в майоры и назначен на службу Связи. Несмотря на малый промежуток времени до перемирия, не позволивший испытать вполне эту идею, было сделано достаточно, чтобы показать чрезвычайную желательность этого учреждения.

Из британских офицеров связи наиболее известным является полковник Д. М. Оульд, присланный по настоятельным просьбам Газовой Службы амер. экспед. войск. Он приехал в Америку в середине октября 1917 г. во главе 28 офицеров и 28 унтер-офицеров, которые стали руководителями по обучению и другим отраслям военного дела, помимо газовой войны. Вследствие того, что Оульд имел личный опыт ведения газовой войны, примененный на фронте, его советы принимались с большой охотой всеми частями армии, занимавшимися ее изучением. В вопросах же общего характера Оульд являлся единственным иностранным советником. Дело газового обучения после перехода из Медицинского Корпуса в Инженерное Управление сильно окрепло благодаря брошюрам о газовой войне, составленным майором Оульдом при содействии капитана Уолтона и лейтенанта Бонсона и изданным Военным Колледжем. Позднее, в целой серии статей, появлявшихся в "Вечерней Субботней Почте" и перепечатанных под заглавием "Газ и Пламя", Оульд дал американской публике очень ясное представление о газовой войне.

Майор Х. Р. Ле-Сюер, находившийся до своего приезда в Америку в декабре 1917 г. в Портоне, оказал ценную услугу, оборудовав опытный полигон и помогая исполнению опытов на этом полигоне.

К концу войны британское Военное Министерство набросало схему Газовой Миссии, которая должна была устанавливать взаимоотношения между всеми газовыми учреждениями Англии и Америки, но этот проект осуществлен не был, вследствие заключения перемирия.

Французские представители Гриньяр, капитан Ганкар и лейтенант Энгель, сообщали ценные сведения, касающиеся французских методов газовой войны, но они были связаны тем обстоятельством, что французские заводчики, не открывали производственных секретов даже своему правительству.

В августе 1918 г. подполковник Джемс Ф. Норрис открыл бюро в Лондоне, которое имело целью установить близкие отношения не только между разными агентствами британского правительства, работавшими для газовой войны, но также и между различными лабораториями, производящими опыты в этом направлении, для того, чтобы всякое важное изменение способов можно было без замедления сообщать в Америку. Англичане избрали полковника Норриса членом британского Военного Химического Комитета. Но и здесь заключение перемирия помешало осуществлению начатого дела.

ГЛАВА IV

Отдел Американской "Военно-Химической Службы" во Франции

Десять месяцев спустя, после того как по точному образцу Франции был учрежден "Отдел Военно-Химической Службы" при Американских экспедиционных Силах, в Соединенных Штатах организовалась только что описанная "Военно-Химическая Служба".

Вскоре после того, как Соединенные Штаты об'явили войну центральным державам, за границу была послана комиссия для изучения различных способов войны, применяемых не только союзниками, но и противниками. Некоторые члены этой комиссии обратили внимание на химические способы ведения войны. Одним из таких лиц был проф. Гуллет из Принстонского Университета. Вместе с несколькими офицерами генерального штаба он собрал в Англии и Франции, какие только мог, сведения относительно употреблявшихся газов и способов их изготовления, а также, хотя и в очень скромных размерах, о способах применения их против неприятеля. Некоторое внимание было уделено и противогазам; но, так как при генеральном штабе, да и вообще в регулярной армии, не было ни одного лица, на обязанности которого лежала бы забота о снабжении войск специальными материалами для газовой борьбы, то эти исследования остались без результата.

Как было указано выше, Медицинское Ведомство приступило к изготовлению масок, а Горное Бюро, под руководством директора Маннинга, начало исследование ядовитых газов и способов их изготовления, незадолго перед войной или вскоре после ее начала.

Тем не менее, хотя американские войска отбыли во Францию в мае 1917 года, до конца августа, — до 17 числа чтобы быть точными, — не было предпринято решительных шагов для учреждения Военно-Химической Службы в Соединенных Штатах или Газовой Службы при Американском Экспедиционном Корпусе. Только 17 августа в Соединенные Штаты была послана телеграмма, в которой указывалось о желательности назначения полковника Инженерного Корпуса Амоса Фрайс, начальником газовой службы, и требовалось, чтобы ни одно распоряжение, исходящее из Соединенных Штатов по части газового дела, не шло в разрез с указаниями этого лица. 22 августа полковник Фрайс вступил в исполнение обязанностей Начальника "Газовой Службы".

Во Франции, приблизительно в 30 милях от линии германцев, находилось около 12.000 американских войск, не имевших ни масок, ни подготовки к химическим способам ведения войны. Немедленно было приступлено к обучению войск ношению масок, и из Англии и Франции скоро были получены маски. В то же время были приложены все усилия, чтобы создать кадр офицеров для химической войны, и во Францию была послана лаборатория для производства исследований, опытов и проб, которые могли понадобиться. С этого времени и до конца войны организация "Военно-Химической Службы" продолжала постепенно развиваться до широких размеров, выполняя все работы по опытам, изобретению и производству газов; по наполнению артиллерийских и других снарядов ядовитыми газами, дымовыми и зажигательными материалами; по закупке противогазов и других средств защиты; по доставке и употреблению этих материалов на полях сражений; по обучению армии химическим методам войны для нападения и защиты и, наконец, по формированию, снаряжению и действию специальных газовых частей.

Таким образом создалась идеальная организация, где лабораторные опыты были тесно связаны с боевой линией, и где нужды боевой линии немедленно передавались в Отдел Снабжения или же в Отдел Производства и Исследования с такой интенсивностью, которая не могла бы быть достигнута никаким другим путем. Успехи Военно-Химической Службы на фронте и в тылу вполне зависели от совершенства ее организации. Главнокомандующему, генералу Першингу, принадлежит заслуга предоставления этой организации полномочий и поддержка ее при всех обстоятельствах. Работы Отдела изложены под рубриками: Адм. часть, Обучение, Химические войска, Снабжение, Техническая часть, Информационная часть и Санитарная часть.

Административная часть

В обязанность административной части входило общее наблюдение за опытами, снабжением, обучением и действиями особых газовых частей. Сперва Начальник Газовой Службы совмещал в своем лице все управление, так как не существовало ни персонала, ни материалов, ни правил, ни уставов для химической войны.

Опыт мог в достаточной мере убедить Соединенные Штаты, что невозможно возложить на плечи одного человека бремя организации такой новой и важной службы, в разгаре военных действий, за 4.000 миль от родины, без наличия материалов, опыта и каких-либо указаний, на которых должна была бы базироваться работа. Правда, американцы могли воспользоваться опытом англичан и французов, и к чести обеих наций надо сказать, что они с большой готовностью предоставили свой опыт, свое время и свой материал; но именно потому, что американцы всегда останутся американцами и были таковыми в 1917 году, методы англичан, французов и неприятеля не могли всецело удовлетворять их и казались неподходящими для их условий.

Для вождей современной или будущей американской армии остается желать только одного — это дара предвидения, который позволяет предугадывать размеры конфликта и своевременно принимать соответственные меры. Мы не говорим здесь о такой предусмотрительности, которая, в подобных случаях, будет заготовлять в десять раз больше материала, чем это может быть нужно для 5.000.000 войска, но нельзя было не предвидеть осенью 1917 г., что во Франции могут понадобиться 2.000.000 солдат, и что необходимо сделать приготовления, чтобы все нужные для них материалы были на лицо ко времени прибытия войск на войну.

Чтобы обрисовать период формирования Военно-Химической Службы во Франции, те трудности, которые оно представляло, мы даем здесь краткий обзор первых работ, не обращая внимания на подразделения, к которым они могут быть отнесены.

Назначение начальника Газовой Службы. — Отплыв из Соединенных Штатов 23 июня, Фрайс прибыл в Париж утром 14 августа 1917 г. и сейчас же получил назначение по устройству дорог для американского Экспедиционного Корпуса. Пять дней спустя, раньше чем вышел приказ о его назначении, он получил запрос, как думает он поступить, если назначение будет изменено, и он получит пост начальника организуемый Газовой Службы. Ему была дана на размышление одна ночь, после чего Фрайс заявил генеральному штабу, что берет на себя эти обязанности. Работа по проведению дорог немедленно была оставлена, и с 22-го августа началось деятельное формирование Отдела Газовой Службы.

К этому времени полковник генерального штаба Барбер собрал некоторые сведения относительно газов и организации газовых войск, а полковник (впоследствии бригадный генерал) Гью Дрэм сделал, вчерне, набросок приказа об учреждении Газовой Службы с приложением диаграммы. Все эти данные были представлены Фрайсу, которому предложено было обработать доставленный материал для представления его главнокомандующему. Спустя 1½ дня, эта работа была закончена, и проект приказа был приведен в такой вид, что мог быть представлен главнокомандующему, генералу Першингу.

Первая командировка в штаб британской Газовой Службы. — Узнав о предположении применить в газовых войсках 4-х-дюймовые минометы Стокса, генерал Першинг запросил, не могут ли эту работу выполнить регулярные траншейно-минометные роты. Ему ответили, что операции с газами имеют слишком специальный технический характер и слишком опасны, чтобы их можно было поручить кому-либо, кроме специально подготовленных частей; сверх того, предполагается, что 4-х дюймовые минометы Стокса существуют в употреблении только английских войск. Генерал Першинг ответил: "Вы должны достать их в английском штабе Газовой Службы и окончательно решить как этот, так и другие менее важные вопросы". Фрайс отвечал, что он будет рад выполнить приказ, и, закончив приготовления, утром 25-го августа выехал вместе с полковником Черчем и капитаном Бутсбаем, членами Санитарного Ведомства, на фронт в Ст. — Омер, где находился штаб английской Газовой Службы.

Полковник Черч из Санитарного Ведомства жил во Франции около 1½ года до выступления Соединенных Штатов, и, заинтересовавшись газовыми способами ведения войны, собрал много данных и документов из французских источников относительно газовой защиты.

Капитан Бутсбай произвел ту же работу в Англии, где посещал курсы английской Школы Противогазовой защиты. Во время командировки они приняли на себя труд ознакомиться с английскими методами газовой обороны, а Фрайс взял на себя вопросы по газонападению. В программу последнего входило ознакомление с применявшимися газами, организацией газовых войск, с конструкцией снарядов и орудий, употреблявшихся при ведении газовой войны артиллерией и другими отраслями Газовой Службы. Командировка включала в себя краткое посещение штаба 1-ой британской Армии около Ленса, где у английской Газовой Службы был обширный склад средств для газонападения.

Приказ о формировании Отдела Газовой Службы. — По возвращении из командировки 28-ro августа, Фрайс дополнил устав организации Отдела Газовой Службы, и представил его на рассмотрение в Генеральный Штаб. Он был опубликован, как общий приказ за № 31, — 3 сентября 1917 года. Основываясь на данных, собранных полковником Барбером и генералом Дрэмом, и собственных наблюдениях над работой англичан, Фрайс решил, что наиболее целесообразным будет дать приказ в общих широких чертах, останавливаясь на деталях поскольку позволяло время и обстоятельства. Как оказалось, это решение было вполне основательным; полное отсутствие знания газового дела среди американцев во Франции и в Соединенных Штатах вызывало необходимость организовать все с самого начала, впрочем по возможности быстро. Вследствие этого отделять оборонительную часть от нападения было совершенно невозможно. Действительно, наибольшие затруднения, с которыми приходилось сталкиваться англичанам за все время войны в деле организации Газовой Службы, проистекали именно из такого разделения функций. Изменение конструкции масок должно итти параллельно с применением газов и методов их выпуска. Иначе, изобретенный вновь газ может проникнуть через существующие маски, а изготовление новых, защитных от него, масок не будет своевременно выполнено. Очевидно, что газ, от которого наши собственные маски не могут служить защитой, не может быть применен нашими войсками с полной безопасностью, пока не будут изготовлены соответственные маски для защиты против него.

Американские и английские маски. — Незадолго до назначения Фрайса Начальником Отдела Газовой Службы во Франции были получены изготовленные в Соединенных Штатах американские маски или коробочные респираторы. Благодаря предусмотрительности капитана Бутсбай, часть их была послана для испытания в Англию. Опыты англичан показали, что зерна поглотителя в респираторных коробках были слишком мягки, уголь плохого качества и, что хуже всего, материал маски для лицевой части был настолько проницаем для газов, что хлор-пикрин уже через минуту становился невыносимым для глаз. Телеграмма, сообщавшая. указанные результаты английских испытаний, была послана в Соединенные Штаты незадолго до назначения Фрайса Начальником Газовой Службы.

23-ro августа, день спустя после того, как Фрайс получил назначение, было решено принять английскую маску и респираторную коробку за основной тип, а французскую маску М. 2., как дополнительный. Солдатам были розданы оба типа масок, однако, французская М. 2. должна была применяться только в тех случаях, когда английская маска будет потеряна или станет негодной к употреблению. Требование на 100.000 масок обоих типов было представлено в генеральный штаб и быстро им утверждено.

Организация снабжения газами. — В виду того, что газовая Служба не была еще организована в Соединенных Штатах, и деньги на нее отпущены не были, Отделу Газовой Службы во Франции приходилось получать все необходимые для него материалы из других ведомств, которые имели их в наличии. Так материалы для защиты получались через Медицинское Ведомство, а материалы для нападения, через Артиллерийское; прочее смешанное снабжение шло через Инженерное Управление, войска связи или через Управление Квартирмейстера. Такая процедура была в высшей степени затруднительна, громоздка и мало успешна. Нужно было добиваться соглашения между двумя ведомствами относительно того, что они могут доставить. Это было очень трудно, вызывало задержки и трату времени, крайне необходимого для других работ.

Выходила путаница не только в передаче принятых или изданных приказов, но и самое выполнение их практически становилось невозможным. Ни одно из ведомств, доставлявших необходимые материалы, не было заинтересовано в своевременной их доставке и зачастую не сознавало важности требований. Чтобы получить что-либо, надо было провести дело по всем инстанциям zazoro-либо департамента, причем возникали всевозможные трения и недоразумения. Чиновники департаментов принимали такой вид, как будто получение нужных материалов зависит всецело от них, раз запрос был обращен к ним. Создавшееся положение становилось невыносимым. Начальник Газовой Службы являлся абсолютно ответственным за своевременное снабжение армии газами, и он вполне сознавал, что никакое извинение с его стороны недопустимо, и никакой помехи в деле быть не должно. Необходимо было получить право самостоятельного действия. Вопрос был ликвидирован только через 6 месяцев после организации Отдела Военно-Химической Службы, путем предоставления ему права на самостоятельные закупки.

Закупка средств для газонападения. — В виду трудности своевременного получения нужных материалов от английского и французского правительств, были представлены два требования от 8-го и 10-го сентября, на предметы снабжения для газонападения, путем непосредственной закупки их в Англии. Здесь уместно указать, что английская организация Газовой Службы стояла, как показал опыт, гораздо выше французской. Франция, в сущности, совершенно не имела организации.

Вследствие этого было решено закупать снаряжение для газовых войск и для газо-защиты только у англичан и не делать попыток к изобретению новых аппаратов и новых методов, пока богатый материал нормального английского снаряжения имелся налицо или находился в изготовлении. Это решение было вполне целесообразно. Из Соединенных Штатов никаких материалов за последующие 8 месяцев доставлено не было, а потом доставлялись лишь маски и защитные средства. Но ни баллоны, ни минометы, ни газометы, ни артиллерийские снаряды, снаряженные газами, не были получены из Америки почти до самого заключения мира, хотя газ в Соединенных Штатах имелся в большом количестве и свыше 3.6:00 тонн его было отправлено в Англию и Францию. Недостаток же ощущался в артиллерийском имуществе.

Формирование личного состава. — 8-ro сентября в Отдел Химической Службы был назначен полковник Кроуфорд. Подбор персонала для этого нового дела представлял серьезные затруднения в течение почти целого года. Эти трудности были того же характера, как и при снабжении. Ни одно из прежних ведомств не было специально заинтересовано в организации Газовой Службы и неохотно соглашалось на откомандирование хороших офицеров.

В первое время прибытия американских войск во Францию в каждой части ощущался некоторый недостаток офицеров, и новый род службы, не имевший соответственного органа управления в Соединенных Штатах и не дававший возможности быстрого продвижения по службе, не мог надеяться получить хороших офицеров. Более того, вначале предполагалось, что Инженерное Ведомство должно доставить нужный для Отдела Газовой Службы офицерский состав, но это не было сделано, так как газовое дело считалось мало-важным по сравнению с обычной инженерной работой. Пришлось непосредственно обратиться к Начальнику Штаба, чтобы получить назначение полковника Кроуфорда и потом уже телеграфно требовать из Соединенных Штатов присылки других офицеров. Прошел целый год, пока Отдел Химической Службы во Франции, благодаря организации центрального Управления в Соединенных Штатах, получил в свое распоряжение достаточный офицерский состав.

Снабжение газовых войск. — Полковнику Кроуфорду было поручено дело снабжения для газовой службы, включая размещение и постройку отдельных складов. Генеральный штаб уже ранее издал приказ, чтобы химические материалы хранились отдельно от всех других, в виду ядовитых свойств газов, которые при утечке могли бы оказать вредное влияние на сохранность прочего имущества. Полковник Кроуфорд ревностно принялся за дело и вел его так, что совершенно снял все заботы в этом отношении с Начальника Газовой Службы. Как было указано выше, 10-го сентября было представлено требование в Генеральный Штаб на значительное количество материалов, нужных для газовых атак. Так как в требование входило приблизительно 50.000 баллонов с газом, 50.000 бомб Ливенса, по меньшей мере около 20.000 газометов Ливенса и большое число минометов Стокса, то трудно было ожидать, чтобы это требование было утверждено генеральным штабом. Наконец, полковник Отдела Обучения Малон, интересовавшийся химическими способами войны, провел указанные требования. Потом пошли трудности проведения приказа по всем инстанциям и своевременной отсылке его на исполнение; они казались непреодолимыми до тех пор, пока вся закупка не была передана, как сказано выше, Отделу Газовой Службы.

Первая Газовая Конференция Союзников. — Первая Газовая Конференция Союзников состоялась в Париже 16 сентября при участии американских, английских, французских, итальянских и бельгийских делегатов. Конференция обсуждала вопросы о лечении пострадавших от газов и о защите против них.

Горчичный газ. — Главным предметом обсуждения Конференции было действие горчичного газа, впервые употребленного немцами под Ипром против англичан в ночь с 11-ro на 12-е июля 1917 года. В течение первых 6 недель применения горчичного газа, от него пострадало около 20.000 человек, и англичане были так измучены им, что предполагавшееся в конце 1917 года наступление под Ипром было отложено на несколько недель. Отравления носили весьма тяжелый характер, так как запах газа был совершенно незнаком и мало ощутителен, а действие его очень медленно и становилось заметным лишь спустя 4–8 часов после выпуска газа. Вследствие этого при бомбардировках солдаты просто прятались в укрытия, не надевая масок и не принимая никаких мер предосторожности. С Парижской Конференции была послана длинная телеграмма в Соединенные Штаты с требованием немедленно сообщить, возможно ли наладить производство этилен-хлор-гидрина, одной из наиболее важных составных частей для приготовления горчичного газа по единственному известному тогда методу.

Спустя две недели после Конференции произошел случай, показавший, как опасно полагаться на мнение лиц, не обладающих полной компетентностью по трактуемому вопросу. Одному из высших английских должностных лиц был сделан вопрос, каково его мнение относительно нового горчичного газа. Он с убеждением ответил, что англичанам нечего больше бояться горчичного газа, с тех пор как они ознакомились с ним и научились предохранять себя от его действия, и что он уже перестал быть для них загадкой.

Но Фрайс был убежден, что этот взгляд не может разделяться теми из английских авторитетов, кто был знаком с действием газа, и потому указанное заявление не оказало никакого влияния на работу американской Газовой Службы. Как показали позднейшие события, это было к счастью. Следует добавить, что подобный же взгляд на горчичный газ был высказан одним французским офицером приблизительно в октябре месяце. Французский офицер имел больше оснований так думать, чем англичанин, так как газ в это время еще мало применялся против французов. Тем не менее, оба эти случая доказывают, как опасно следовать указаниям какого-либо лица, знакомого только с одной стороной такого сложного вопроса, как применение нового газа для военных целей.

Обучение

Подготовка войск к газовой обороне. — Во второй половине октября 17 молодых инженерных офицеров, только что прибывших во Францию, были назначены в Отдел Газовой службы и откомандированы им в английские Школы Газовой Обороны для ознакомления с разными типами масок, их снаряжением и починкой, с обучением солдат ношению масок и предохранительными мерами против газов на поде сражения. Одновременно следовало начать обучение солдат 1-ой Дивизии газовым способом войны. Эта работа была возложена на капитана Бутсби.

Рис. 9.

Уничтожение "горчичного" газа на поле сражения.

Необходимо отметить, что Отдел Газовой Службы должен был начать свои работы немедленно, хотя трудности по организации, которые приходилось преодолевать, были очень велики. Одновременно требовалось решать вопросы о том, какие типы масок наиболее пригодны, и откуда их получить; нужно было выбрать методы обучения войск газовой обороне и тотчас же провести их в исполнение, указать, какие газы следует применять для атак, и озаботиться изготовлением их в Соединенных Штатах и своевременной доставкой, наконец, решить, какую материальную часть должны употреблять газовые войска и закупить ее, так как наличия ее в Соединенных Штатах не имелось. Хуже всего, что в Соединенных Штатах никто этим делом не интересовался.

Новые маски. — Около 1-го ноября майор Медицинского Департамента Коннель получил, согласно телеграмме, посланной из Франции, новое назначение. Предполагалось командировать его в английскую школу для ознакомления с методами обучения газовой обороны. После краткого разговора с ним Начальник Отдела Химической Службы, убедившись в знакомстве Коннеля с масками для анестезии, показал ему все образцы масок, употреблявшихся как союзниками, так и противником, и предложил высказать свое мнение о конструкции новой, более совершенной маски. В продолжение 2 часов Коннель излагал свои идеи о маске с металлическим наличником, резиновой губкой против лица и респираторной коробкой, помещающейся на затылке.

В это время ощущалась острая необходимость в создании нового типа маски, более удобной и дающей возможность видеть лучше, чем бывшие в употреблении английские респираторы. Идеи, развитые Коннелем во время доклада, были облечены им уже через 36 часов в реальную форму, и он был послан в Париж для изготовления первой модели нового образца, которую ему удалось выполнить приблизительно в 3 недели. Эта маска успешно выдержала испытания с высокими концентрациями хлора и, хотя было замечено некоторое просасывание газа, идея ее была признана правильной. Оставалось только усовершенствовать маску и разрешить вопрос об ее массовом изготовлении для снабжения армии.

В виду того, что англичане в этот период, как и за остальное время войны, стояли выше французов во всем, что касалось газовых способов борьбы, Коннель был командирован в Лондон. Здесь ему удалось выработать добавочные модели, настолько удачные, что одна из них была послана в Соединенные Штаты в первых числах января 1918 года. Работа и опыты Коннеля продолжались с таким успехом, что в скором времени новая модель могла быть представлена генеральному штабу и главнокомандующему Першингу, по распоряжению которого на май месяц была заказана тысяча масок образца Коннеля, для ускоренных полевых испытаний, на предмет принятия ее во всей армии Соединенных Штатов.

В связи с этим в ноябре 1917 года было послано извещение в Соединенные Штаты, в котором указывалась желательность изготовления для нужд армии более удобной маски, несмотря на то, что Отдел Газовой Службы во Франции настаивал на приемке английских респираторов в том виде, как их употребляли сами англичане.

В этом извещении было установлено 4 основных правила: а) маска должна давать полную защиту против газов, и опыты показали, что защита эта может быть осуществлена только при протекании воздуха через коробку, наполненную химическими веществами и древесным углем; б) зрение не должно быть затуманено; согласно опытов, метод Тиссо, по которому вдыхаемый воздух проходит около очков, является наилучшим; в) маска, согласно основным принципам своего назначения, должна быть удобна для ношения, поэтому необходимо отбросить загубник и зажим для носа; г) маска должна быть по возможности совершенна по конструкции и легко надеваться в темноте и в траншеях; раз она надета, то сдвинуть ее или повредить чем-либо должно быть трудно.

Обучение газовой борьбе и бой на Пикардийских равнинах. — 21-ro марта 1918 года, как известно, германцы начали большое наступление от Камбре через Пикардийские равнины на Амьен. Хотя наступление это давно ожидалось, но первые атаки явились полной неожиданностью как в тактическом отношении, так равно по силе и размерам. Подполковник Льюис, командированный в начале марта в английские газовые школы и получивший назначение в одну из них, находившуюся вблизи расположения канадских войск, очутился таким образом вблизи места сражения. Это дало ему возможность наблюдать некоторые из этих атак и научиться многому по собственному опыту. Школа, вследствие развития боевых действий, была распущена, и обучающиеся отозваны к своим частям. Льюис сделал два кратких доклада относительно применения германцами газов и дымов. Эти доклады представляли такое ясное изложение тактики газовой и дымовой борьбы, что Льюис немедленно получил назначение в штаб-квартиру, в качестве консультанта по вопросам Газового Дела, т.-е. по обучению войск защите от газов. До этого времени никто не умел организовать газовую оборону так, чтобы она была вполне удовлетворительной. Месяц спустя Лвюис был поставлен во главе Секции Газовой Обороны, а через два месяца она стояла уже на должной высоте. После этого Льюис был откомандирован в Соединенные Штаты для того, чтобы организовать там обучение газовой обороне.

Рис. 10. Близкий разрыв газового снаряда.

6-й батальон морской пехоты на участке Сомдьен около Вердена 30 апреля 1918 года.

Телеграмма о сражении в Пикардии. — На основании письменных и устных отчетов полковника Льюиса, а также сведений, появившихся в известиях Информационного Бюро и газетах, в Соединенные Штаты была послана телеграмма, более чем в 300 слов, с рассказом о характерных перипетиях этого сражения, поскольку они касались применения газов. Телеграмма заканчивалась словами: "все вышеизложенное ясно показывает, насколько настоятельно необходимо сделать маску удобной для ношения", — и "в будущем маска не должна иметь ни загубника, ни носового зажима".

Доклад генеральному штабу о работе. — В первой половине мая 1918 года американцы находились поблизости от Мондидье, к югу от Амьена, в наиболее угрожаемом пункте западного фронта. 18 мая 1918 г. американцы атаковали, взяли и, несмотря на многие контр-атаки неприятеля, удержали город Кантиньи. Вскоре после этого они подверглись сильному обстрелу снарядами с горчичным газом, при чем за одну ночь оказалось больше 900 пострадавших. Расследование обнаружило, что большинство несчастных случаев зависело главным образом от того, что солдаты должны были носить маски в продолжение 12–15 часов во избежание опасности быть отравленными газами. Такое продолжительное употребление английской маски с загубником и носовыми щипцами является практически невыполнимым и многие пострадали от газов, вследствие истощения и непривычки носить маску.

Инспектор от генерального штаба в докладной записке о снаряжении 1-ой дивизии указал на настоятельную необходимость введения более удобной маски. 1-ая дивизия предложила маску, по принципам подобную новой французской, не имевшей загубника и носовых щипцов. Стремления американского Отдела Газовой Службы во Франции дать усовершенствованную маску без загубника и щипцов были так хорошо известны в армии и считались настолько заслуживающими внимания, что предложение не вызвало с ее стороны никаких возражений. Помощник Начальника Штаба, представлявший Начальнику меморандум по этому поводу, просто сказал, что вопрос уже рассматривался в Отделе Газовой Службы. Это обстоятельство доказывает, насколько важно было своевременно информировать генеральный штаб обо всем, что являлось необходимым для снабжения войск, расположенных на боевой линии.

Тогда-то и было решено, что лучше немедленно дать войскам удовлетворительную маску, чем откладывать это дело на неопределенное время, вплоть до создания вполне совершенного типа. Авторы этой книги по опыту убедились в том, что работающие в лабораториях, далеко от фронта, склонны переоценивать значение полной защиты, базируясь на лабораторных испытаниях. Для работающих в лабораториях трудно себе представить, что боевые условия всегда требуют компромисса между идеальным средством защиты и теми, которыми можно своевременно снабдить сражающихся. Для Отдела Газовой Службы во Франции было очевидно, что благодаря срыванию солдатом маски английского типа, мы теряем и будем терять больше людей, чем это могло быть при введении более удобной, хотя не идеально совершенной маски. Другими словами, когда защитное средство является настолько обременительным, что человек не может или не хочет его больше выносить, то нужно снабдить его другим, более удобным средством, хотя бы последнее было менее совершенно и открывало возможность для отдельных несчастных случаев. Безопасность во время сражения всегда бывает относительна. Единственный верный способ найти полную безопасность — это оставаться у себя дома, на ферме. Человек, который боится рисковать, не должен иметь дело с оружием, снаряжением и тактикой, употребляемыми на фронте.

Только в сентябре 1917 года были открыты курсы при 1-ой дивизии в Гондрекуре. Эти подготовительные курсы стали впоследствии 1-ой Корпусной Школой. Позднее в Лангре была организована Армейская Школа Газовой Обороны и две другие школы, получившие название школ 2-го и 3-гo корпусов, в других местах. Первоначальная программа курсов для находившихся во Франции войск требовала трех-месячного обучения. Из них два дня были предоставлены Отделу Газовой Службы. Впоследствии эти два дня были сокращены до 6 часов, несмотря на энергичный протест Газовой Службы. После первых газовых атак, направленных против американцев из немецких газометов в марте 1918 года, и последовавших за ними интенсивных обстрелов горчичным газом, Школа Газовой Обороны амер. экспед. корпуса была перенесена на Газовый Полигон. Ее краткий 6-дневный курс должны были проходить по 200 офицеров, присылаемых с фронта. Число слушателей в действительности не превышало в среднем 150 человек, так как начальники дивизий не считали возможным откомандировывать большее количество офицеров.

Курсами руководили Начальник Ганлонского Полигона, подполковник Гильдебранд и капитан английской Газовой Службы — Бёш. Школа Газовой Обороны стала одной из лучших школ эксп. корпуса и знакомила своих слушателей с наиболее успешными методами противогазовой защиты на поле сражения.

Недостаток газов у германцев. — Потери американцев от германских газовых атак колебались в весьма широких пределах. Было время в первые периоды обучения, когда они достигали 65 % всех потерь в сражении. Были и другие случаи, когда потери от газовых атак, по сравнению с чрезвычайно высоким числом выбывших из строя от пулеметного огня, казались незначительными. В общем число потерпевших от газовых атак достигло 27,3 % всего числа потерь. Такой малый процент являлся следствием того, что во время ожесточенных американских атак на Сен-Миель и в Аргонне у немцев стало не хватать запасов газа. Это было в особенности справедливо по отношению к горчичному газу.

Фрайс был в штабе 1-й Армии и штабах 1-ro, 3-го и 4-го Корпусов за два дня до начала сражения в Аргонне и пробыл на фронте еще 4 дня после битвы. Он видел донесения о сражении каждое утро в штабах армии и корпусов; никаких сведений о потерях от газа не было получено. Такое положение продолжалось в течение всего дня. Это было настолько удивительно, что он сказал начальнику штаба, что считает возможным приписать неудачу немецких газовых атак только двум причинам: либо у противника не хватает газа, либо он подготовляет какой-нибудь неожиданный удар. Первая причина была более близка к истине, так как при расследовании германского склада огнеприпасов, захваченного во время наступления, оказалось, что среди имевшихся в нем снарядов менее 1 % содержали горчичный газ. Но даже при этих обстоятельствах неприятель нанес газовыми атаками большой урон в последней стадии сражения в секторе Аргонна — Маас.

Очевидно, германцы немедленно после начала атак, или, что более вероятно, за несколько дней до них начали собирать весь имевшийся налицо запас горчичного газа и других газов со всего западного фронта и отправлять на американский сектор. Это предположение, повидимому, подтверждается, так как неприятель никогда не имел лучшего случая применить газ с успехом, как в первые 3–4 дня сражения в Аргонне; зная это, он, конечно, не преминул бы применить газ, если бы только таковой имелся в наличии. Если бы 50 % выпущенных артиллерийских снарядов было начинено горчичным газом, наши потери в боях при Аргонне — Маасе были бы, по крайней мере, на 100.000 человек больше действительного количества, и вполне возможно, что нам никогда бы не удалось взять Седан и Мезьер во время наступления 1918 г.

Рис. 11.

Германские приборы для газовой треноги.

Лагерь для обучения офицеров. — Первая партия офицеров в количестве около 100 человек была послана во Францию в июле 1918 года после кратковременной подготовки, а частью совсем без нее. Вследствие этого было сделано распоряжение ознакомить офицеров с обязанностями, как рядового солдата, так и офицера. Их подготовка к газовой защите и нападению потребовала месяца упорной работы.

Лагерь был устроен недалеко от полигона (опытного) близ небольшого городка Шуань. В программу входило обучение рядового солдата в составе звена и роты. Каждый офицер должен был поочередно командовать ротой при упражнениях, знакомиться с чтением карт и обязанностями, как строевыми, так и административными.

Эта небольшая команда являлась образцом чистоты и военной дисциплины; она заслужила самый похвальный отзыв со стороны штабных офицеров, находившихся при главной квартире, расположенной менее, чем в двух милях расстояния от лагеря. Незадолго до заключения мира было сделано распоряжение о переводе курсов в Шиньон, на 25 миль восточнее Тура, где имелись обширные здания и площадки, дававшие возможность производить подготовку не только офицеров, но и солдат на различные командные должности, начиная от взводного командира до обязанностей начальника газовой службы дивизии.

Подготовка войск к применению газов. — Как было указано выше, Медицинский Департамент, начавший изготовление газовых масок и других защитных средств, и Горное Бюро, принявшееся за исследование ядовитых газов и материалов для обороны, были единственными официальными учреждениями, которые с самого начала проявили интерес к газовой борьбе. Благодаря работе Медицинского Департамента и Горного Бюро по изготовлению масок и обучению их ношению, газовая оборона стала известна войскам гораздо раньше, чем газовое нападение. С другой стороны, в виду того, что Артиллерийское Ведомство, на которое было возложено заготовление ядовитых газов, в действительности не сделало в течение месяцев ничего, — применение газов с целями нападения не было известно войскам Соединенных Штатов вплоть до их прибытия во Францию.

Более того, даже во Франции не было позволено производить ни одного выстрела газовым снарядом, так что вся подготовка к газовой борьбе ограничивалась пределами газовой обороны, сопровождаемой только лишь лекциями по газовым атакам.

Обучение газовых частей было начато в конце 1917 г. и, так как работа с газами имеет чисто специальный и очень опасный характер, то войска на американском фронте могли приступить к активным действиям не ранее июня 1918 г.

К этому времени армия была достаточно хорошо обучена газовой обороне, но к применению газов относилась почти враждебно. Среди некоторых штабных офицеров, так же как и среди начальников отдельных воинских частей, это враждебное отношение порой доходило до крайних пределов.

Тяжелая, изнурительная, требующая большого опыта и искусства работа офицеров Военно-Химической Службы должна была бы убедить штабных офицеров и командующих частями войск в пользе газа и понудить их к демонстрации его на своем фронте. Но часто офицеры Военно-Химической Службы при дивизионных штабах слышали от фронтовых офицеров, что газ не может играть никакой роли при наступлении, и что дело Военно-Химической Службы только оборона. Однако, никто, кроме офицеров газовых отрядов, не имел точных сведений о применении газов. Постепенно, путем постоянных указаний генеральному штабу и другим на результаты газовых атак, произведенных германцами, англичанами, французами и нами самими, удалось понудить нашу армию к активному употреблению газов при наступлении.

Эта перемена взглядов шла однако очень медленно; необходимо было сначала подготовить людей, которые вели бы пропаганду среди командного состава. Следующая фраза, произнесенная полковником Май-Смитом, стала лозунгом Газовой Службы за последний период войны: — "офицерам Военно-Химической Службы надо рекламировать газ в армии". Другими словами, чтобы доказать пользу применения газов, нам приходилось прибегать к тем же приемам, при помощи которых изобретатель нового предмета распространяет его в публике.

Эта работа была в высшей степени утомительной, требовала много искусства, терпения и, прежде всего, знания в совершенстве своего предмета. Иллюстрацией постоянно встречавшихся затруднений может служить тот факт, что начальник штаба операт. отделения одного американского корпуса отказывался разрешить применение газов в определенном пункте во время боев в Аргонне до тех пор, пока офицер Газовой Службы' не дал ему письменного заверения, что употребление газа не может нанести никакого ущерба американским солдатам. Такое отношение было в высшей степени нелепым.

Рис. 12.

Типичный полевой склад снарядов вблизи фронта.

Пехота всегда может ожидать некоторых потерь от собственных бризантных снарядов при подвижном заградительном огне и, хотя ему была понятна огромная губительная сила газа, этот штабной офицер отказался употребить его до получения полной письменной гарантии в том, что от этого не пострадает ни один американский солдат.

Часто приходилось слышать и другие возражения, что применение газа вызывает ответный огонь неприятеля на то место фронта, откуда он был пущен. Но это возражение обнаруживает только ограниченность сделавшего его лица, так как ответный огонь показывает успешность газовой атаки, а всякому известно, что неприятель не станет отвечать на то, что его мало тревожит.

Когда армия вполне ознакомилась, наконец, с значением газовых войск, спрос на них стал так велик, что часто один взвод назначался на целую бригаду и даже, иногда, на всю дивизию. Офицерам, командовавшим этими взводами, приходилось сноситься с начальниками дивизий и штабов и давать им указания, как, где и когда следует применять газ, при этом требовалась большая настойчивость, чтобы убедить тех и других приступить к делу. Тот факт, что не было ни одного случая неудачи, доказывает превосходное знание своего дела офицерами газовых отрядов. Работа их во время больших боев американцев достигала небывалых размеров, и если бы хоть один из офицеров сделал в это время крупную ошибку, то о ней, конечно, было бы известно, и Фрайс, как Начальник Газовой Службы, был бы о ней осведомлен.

Такой же, а иногда даже и более трудной, была работа офицеров Химической Службы при штабах дивизий, корпусов и армий, где они руководили обучением людей, формировали газовые войска, учили употреблению газа в артиллерийских снарядах и применению дымов при атаках пехоты. Работы этих офицеров Газовой Службы на полях сражений были так же успешны, как в Газовом Полку

К великой чести всех офицеров, состоявших при армейских штабах и в Газовом Полку, начиная от полковника Аткиссона, следует отметить, что все они работали в полном согласии, с единственной целью победить германцев.

Войска Военно-Химической Службы

Войска Военно-Химической Службы разделялись на две категории: специальные газовые полки и войска штаба химической службы.

Войска штаба. — Войска штаба Военно-Химической Службы должны были исполнять всю работу, касающуюся газовой борьбы, за исключением применения. Они заведывали всем снабжением Химической Службы, начиная с того момента, когда материалы разгружались с кораблей, и кончая их выдачей войсковым частям на фронте, независимо от того, являлись ли эти войска специальными химическими отрядами или общеармейскими. Из войск штаба выбирались люди для письменных или иных работ при штабах дивизий и корпусов; другие заведывали приготовлением ядовитых газов, наполнением снарядов или производили починку и переделку масок. Хотя на этих людей не падал ореол славы, окружавший борцов на фронте, но они несли жизненно-необходимые обязанности и во многих случаях выполняли столь же опасную, тяжелую работу, как и те, которые сражались среди рёва взрывающихся снарядов и треска пулеметов.

Рис. 13.

Выстрел из 155 мм. гаубицы. Прислуга надевает маски, так как находится под обстрелом газовых снарядов. Октябрь 1918 года.

Представьте себе ощущения, которые им приходилось испытывать, перенося с поля сражения в лабораторию или на полигон снаряды с неизвестным содержимым, которые каждого минуту могли разорваться и навеки пресечь их жизнь. Или вообразите себе, что они сверлят снаряд, не зная, какой могущественный яд или взрывчатое вещество может его наполнять, и что может случиться, когда сверло войдет внутрь.

Какая сила воли нужна, чтобы работать по 12–16 часов в день над починкой и поправкой масок, как это было в Шатеру, когда приходилось чинить и поправлять по 15.000 масок в день, при чем их все время торопили. Но они справлялись со всей работой, и к чести их надо сказать, что ни один американский солдат не вышел на фронт без маски. Что может быть прекраснее работы этих людей, которые в лабораториях и испытательных камерах играли со смертью, испытывая неведомые газы с американскими или иноземными масками и доходили до такого самопожертвования, что подвергали собственное тело действию газов.

Героическая, чисто американская работа, производившаяся в чисто американском духе, считалась исполнением повседневных обязанностей без мыслей о славе или награде.

Первый газовый полк. — В первом проекте организации армии, выработанном Генеральным Штабом, предполагалось выделить из инженерных войск один газовый полк, состоящий из 6 рот.

Вскоре после того, как полковник Фрайс был утвержден в должности Начальника Химической Службы телеграммой от 17 августа 1917 года, Военное Министерство назначило его полковником 30-ro Инженерного Полка, который впоследствии стал Первым Газовым Полком. Почти в то же время капитан Инженерного Корпуса Аткиссон получил должность подполковника. Хотя полковник Фрайс оставался номинально командиром полка, но фактически он никогда не исполнял этой должности, так как его обязанности Начальника Газовой Службы не оставляли ему ни минуты свободного времени. Вся заслуга формирования, обучения и снаряжения Первого Газового Полка принадлежит Аткиссову и его сотрудникам офицерам.

Немедленно после организации Отдела Газовой Службы во Франции, Начальник ее указал на необходимость сформировать гораздо больше, чем 6 рот газовых войск. Это требование повторялось в продолжение 2 месяцев, приблизительно до 1 ноября, пока, наконец, не стало очевидным, что исполнения его нечего ожидать, и что всякое дальнейшее требование может вызвать только неприятности.

Рис. 14.

Прием и передача данных для стрельбы химическими снарядами. Люди в противогазах. Сражение в Аргоне, в октябре 1918 года.

Пришлось отложить дело до более благоприятного времени. Таким временем оказалась следующая весна, когда действие немецких газометов произвело очень тяжелые потери в войсках Соед. Штатов, как это и было предсказано Газовой Службой. Около половины марта 1918 года было разрешено увеличить число газовых войск с 2 до 6 батальонов (18 рот). Эти батальоны были развернуты в три полка, по 6 батальонов каждый (в общем 54 роты) в начале сентября 1918 года, после того, как значение газовых войск было доказано в июльских боях от Марны до Везеля.

Недостаток снаряжения газовых войск. — Около 1-го декабря из Соединенных Штатов была получена телеграмма, в которой указывалось, что, вследствие недостатка снабжения, различные полки специальных инженерных войск, в том числе и 30-й (Газ. и огнем.), не будут организованы до весны 1918 года. В ответ была послана срочная телеграмма с указанием на то обстоятельство, что газовые отряды являются не интендантской частью, а, перволинейными войсками и, следовательно, должны быть сформированы и обучены к сроку, необходимому для выступления первых американских войск на позицию. В это же время штаб экспед. корпуса поместил 30-й полк в список войск, имеющих быть отправленными из Соединенных Штатов в первую очередь. Организация первых двух рот полка продолжалась тогда полковником Аткиссоном при Американском Университете в Вашингтоне.

Около 15-го января было получено известие, что штабы полка и его первого батальона, вместе с ротами А и Б 30-го Инженерного Полка (впоследствии Первого Газового Полка) должны скоро прибыть во Францию. Несколько месяцев перед этим генерал Фулькс, Начальник английской Газовой Службы на фронте, заявил, что он хотел бы, чтобы ему было передано дело обучения американских газовых отрядов. Подготовка должна была включать работы на фронте в продолжение срока, необходимого, чтобы американские газовые отряды научились производить самостоятельно операции с газами вполне безопасно для самых себя и для всей армии.

Вследствие того, что английские газовые школы были переполнены, английское главное командование очень неохотно согласилось на прием американских войск в феврале. Тем не менее, генерал Фулькс, удалив часть собственных войск, уделил место для американских отрядов. Он поручил лучшим из своих офицеров обучение американцев и сделал все, что было в его силах, чтобы помочь американским газовым отрядам научиться обращению с газами. Полковник Хартлей, помощник генерала Фулькса, также всемерно помогал развитию американской Газовой Службы. Оба эти лица сделали больше, чем кто-либо из иностранных офицеров, чтобы дать Отделу Военно-Химической Службы во Франции возможность работать с тем успехом, которого он достиг.

Второе сражение на Марне. — После посещения английского газового Штаба и 2 американского корпуса, работавшего вместе с англичанами, начальник Газовой Службы вечером 17 июля 1918 года прибыл в штаб 1-ro корпуса, расположенного в Ла-Фертэ-су-Жуар, около 10 миль к юго-востоку от Шато-Тьерри.

Две роты Первого Газового Полка должны были через 48 часов после этого начать обстрел из газометов по великолепной цели, расположенной на запад от леса Белло, но в это время началось 2-е сражение на Марне. Говорят, что генерал Фош держал предполагаемое наступление в такой тайне, что командир 1-ro американского корпуса был извещен о нем меньше, чем за 48 часов до начала. Несомненно, что начальник газовой службы ничего не знал до 9-ти часов вечера 17-го июля, и газовая атака не могла состояться. В это время значение газовых отрядов еще так низко оценивалось, что им поручались работы по исправлению дорог. В ответ на указания полковника Аткиссона, что газовые отряды могли бы очистить пулеметные гнезда, было получено приглашение в штаб 1-го корпуса, где он должен был энергично защищать свое предложение.

Атака на пулеметные гнезда. — Наконец газовым отрядам была разрешена попытка атаковать гнезда пулеметов при помощи фосфора и термита. Эта работа была выполнена так удачно, что вскоре генеральный штаб разрешил увеличить число газовых рот с 18 до 54 и сформировать из них три полка, по 2 батальона в каждом. Во время 2=го сражения на Марне шесть рот работали на реке Вель, с дымами и термитом так успешно, что при помощи дымовых завес им удалось сделать возможным переход через реку и захват позиций на немецком берегу.

При соединении всех американских войск на секторе вблизи Вердена, в сентябре 1918 года, газовые отряды оказались собранными вместе, за исключением 1 или 2 рот, и принимали весьма деятельное участие во взятии выступа Сен-Миель. Во время этих боев Военно-Химическая Служба впервые стала развивать газовые атаки в тех размерах, которые являются необходимыми. Был составлен общий план выпуска газов и дымов артиллерией и газовыми войсками. Употребление сильно взрывчатых материалов в бомбах Ливенса было также предусмотрено. Проект газовых атак был согласован с действием и всех других родов войск, участвующих в боях. Газ должен был быть выпущен не только газовыми войсками, но и артиллерией. Проект был составлен с применением различных родов газа, соответственно с местом, где они могли принести наибольшую пользу. Хотя этот проект и его выполнение были далеки от совершенства, но они представляли значительный прогресс и ясно обнаруживали те возможности, которые представляют газы и дымы для артиллерии и газовых войск.

За атакой на выступ Сен-Миель последовал бой в Аргонне, план которого был разработан подобно предыдущему, но уже на основании опыта, приобретенного под Сен-Миель. Соответственно с этим были получены еще более удовлетворительные результаты. Но во время боев в Аргонне на фронте всей американской армии, состоявшей из 9 дивизий, работало только 6 газовых рот, что делало их службу слишком тяжелой. Утром в день начавшегося наступления все газовые отряды были выдвинуты на фронт. По условиям погоды они вынуждены были работать с 4-дюймовыми минометами Стокса, применяя большею частью фосфор и термит. Так как опыт показал, насколько полезны эти минометы при взятии пулеметных гнезд, то был разработан план их совместного действия с пехотой. Этот план превосходно учитывал вес миномета Стокса, его установку и вес бомбы в 25 фунтов. Бывали случаи, когда люди переносили минометы и бомбы на целые мили прямо на спине, иногда же пользовались вьючными животными.

Однако, невозможно было предугадать, что бои продолжатся подряд три недели; поэтому все газовые отряды, как указано выше, были целиком выдвинуты на передовую линию в утро начавшихся атак. В первую неделю им пришлось без перерыва день и ночь передвигаться или сражаться, следствием чего явилось крайнее переутомление. Принимая это в соображение, в последующие недели только половина газовых отрядов назначалась на передовые позиции, хотя некоторые секторы армии оказались вследствие этого ослабленными. Такое распоряжение дало очень хорошие результаты, так как усталые люди могли отдохнуть и запастись свежими силами. Офицеры передают много рассказов, характеризующих дисциплину и дух газовых войск. В одном случае, когда пулеметы неприятеля задерживали продвижение батальона пехоты, были вызваны добровольцы. Вызвалось только двое, оба из газового полка; потом к ним присоединились еще два солдата того же полка, и они вчетвером взяли пулеметы. Хотя газовым отрядам не было рекомендовано брать пленных, все же они взяли в плен значительное число солдат неприятеля и не только ходили в бой с наступающей пехотой, но даже временами шли впереди нее. В другом случае офицер газовой службы, видя что пулеметный батальон подвергается сильному обстрелу и терпит значительный урон, принял на себя командование и ввел его в бой в полном порядке.

Рис. 15.

Устройство дымовой завесы посредством дымовых сумок.

В это время была сформирована 2-я армия на юго-востоке от Вердена, и к 14-му ноября проектировалось большое наступление. Газовые отряды приобрели такое большое значение, что, в виду недостатка американских отрядов, 2-я армия потребовала прикомандирования английских газовых войск. В ответ на этот запрос, сделанный американским генеральным штабом, Англия послала 10 рот газовых войск. Они прибыли на фронт непосредственно перед заключением перемирия и поэтому не успели выполнить ни одной атаки.

Этот краткий перечень действий Первого Газового Полка дает только общий очерк его организации и работы. Он касается главным образом перечисления тех первоначальных трудностей, которые наиболее важны и могут встретиться в будущем, если представится когда-либо необходимость формировать войска Военно-Химической Службы в более крупном масштабе. Полк сделал около 200 атак с ядовитыми газами, дымами и сильно-взрывчатыми веществами, и принимал участие во всех больших сражениях, начиная со 2-ro сражения на Марне и до конца войны. Это были первые американские войска, которые учились вместе с англичанами и которые первые принимали деятельное участие в борьбе с врагом, помогая англичанам при производстве газовых атак в феврале и марте 1918 года. Слишком долго было бы перечислять все те бои, в которых Газовый Полк принимал участие и в которых он отличился[8].

Наилучший итог работ этого полка дан полковником Аткиссоном на 4 заключительных страницах его официального отчета, написанного незадолго до заключения перемирия:

"Первый Газовый Полк был весь составлен из добровольцев, добровольцев для этого специального рода службы. Мало было известно о характере газовой службы, когда первые предложения вступить на нее были посланы в Соединенные Штаты и представлены вниманию граждан. Целью этих предложений было желание набрать смелых, мужественных людей, стремившихся к бою. Они вступили на службу, проникнутые духом боевой дисциплины, готовые не только развить, но и создать новый род оружия. Они не щадили сил, чтобы сделать новую организацию настолько полезной, насколько то позволяла малочисленность состава.

Первый отряд, отправленный во Францию, уже через 8 недель после прибытия был выдвинут на передовые позиции и с этого времени, за исключением 4 недель, постоянно находился в первых линиях, участвуя во всех боях. Третий и последний отряд, спустя 6 недель по прибытии во Францию, был отправлен на фронт, где работал беспрерывно до подписания перемирия.

Что полк работал во многих боях, применяя, где нужно, разнообразные методы химической войны, ясно уже из того факта, что число пострадавших составляло около 35 % всего состава полка.

Стоит только вспомнить то мужество и самопожертвование, которое понудило офицеров и солдат покинуть жизнь простого гражданина, вступить в полк, изучить все детали новой службы и своими неутомимыми усилиями и полным самозабвением обеспечить успех войны. Их воодушевляли те высокие идеалы, которые побудили всю нашу армию, нашу страну вмешаться в европейский конфликт. Они сумели сделать слово "служба" словом живым, реальным и вдохновляющим на подвиги".

Снабжение

Как выше указано, с самого начала было решено, что Отдел Военно-Химической Службы во Франции должен иметь собственную службу снабжения, на обязанности которой лежит закупка, изготовление, хранение и выдача, вследствие чего полковником Кроуфордом были устроены отдельные интендантские склады. Эти склады были расположены в тех же местностях, как и другие, но французы, из безрассудной боязни газов, потребовали, чтобы склады химических снарядов, принадлежащих Газовой Службе, находились не менее, чем в пятнадцати милях расстояния от общих складов.

Изготовление газов. — В виду того, что для изготовления газов требовалось время и стоимость их была значительна, необходимо было заранее решить, какие газы будут применяться американцами и какие снаряды будут ими наполняться. Так как не было никого, кто бы работал в этой области, то ответственность за правильное решение вопроса полностью падала на Начальника Газовой Службы во Франции. Дело осложнялось еще тем обстоятельством, что среди французов и англичан царило разногласие о том, какие газы следует применять. Англичане считали преступным употребление французского "винсеннита" (смесь цианисто-водородной кислоты с некоторыми ингредиентами), а французы говорили, что хлор-пикрин, применяемый англичанами, главным образом как лакриматор, не имеет боевой ценности. Фрайс понимал всю возложенную на него громадную ответственность и потому, после долгого размышления, прежде чем прийти к какому-либо решению, написал первый краткий очерк способов ведения химической войны. В этом очерке он остановился на изложении тактических требований, пред'являемых к различным газам, и исследовал, какие из наиболее употребляемых газов лучше всего отвечали бы этим тактическим требованиям.

Не вдаваясь в дальнейшие подробности, было решено изготовлять и применять хлор, фосген, хлор-пикрин, бром-ацетон и горчичный газ. Так как Газовой Службе была поручена работа с дымами и воспламеняющими материалами, то было определено, что дымы должны доставляться в количестве 5 % всех химических продуктов; материалом для них был избран желтый фосфор.

Очерк химических способов войны был затем переработан, представлен англичанам и французам и, наконец, 26 октября редактировал в форме предписаний для применения вышеперечисленных газов. После долгих обсуждений и задержек в генеральном штабе это предписание было, наконец, отправлено телеграммой в Соединенные Штаты от 4-го ноября.

Телеграмма № 268 от 4 ноября 1917 года

Параграф 12. — Начальнику Артиллерии. Ссылаюсь на параграф 2 моей телеграммы за № 181. Желательно получить в скорейшем времени уведомление, одобрено ли мое предложение о закупке во Франции и Англии хлор-пикрина, цианисто-водородной кислоты и хлора, и приступлено ли к устройству во Франции заводов для наполнения снарядов и бомб этими газами.

Примечание А. — Ссылаясь на Вашу телеграмму за № 253, предлагаем наполнять газами приблизительно 10 %, всего количества снарядов; но мастерские и заводы должны быть приспособлены к наполнению 25 %. Если наименование не будет дано, то газы обозначаются номерами по химическому списку (коду) воен-газов. 75-миллим. снаряды наполняются: 1 % винсеннитом, 4 % фосгеном или хлорметиловым эфиром хлоро-муравьиной кислоты, 2 % — хлор-пикрином, 2½% — горчичным газом, ½% — бром-ацетоном и ½% материалами, производящими дым. По мнению французов 75-мм. стальные снаряды не должны наполняться винсеннитом больше, чем за 3 месяца до их употребления. Заполнение снарядов других калибров газами не вызывает затруднений, за исключением того, что бром-ацетон должен сохраняться в снарядах в стеклянных оболочках. 4,7-дюймовые снаряды наполняются: 5 % фосгеном или хлор-метиловым эфиром хлоро-муравьиной кислоты, 2 % хлор-пикрином, 2½% горчичным газом, ½% бром-ацетоном и ½% материалом, дающим дым. Тоже самое процентное отношение остается для всех других калибров, включая и 8-дюймовые. Для 3-дюймовых минометов Стокса употребляются те же газы и дымовые снаряды с прибавлением термита. Для 8-дюймовых бомб газометов употребляются те же газы, как для Стокса и масло, которое при разрыве снаряда должно воспламеняться. Газовые баллоны должны наполняться 50 или 60 % фосгена, смешанного с 40 до 50 % хлора, или фосгеном в смеси с иными газами. Повторите приказ об устройстве заводов во Фракции для наполнения газами снарядов всех калибров, служащих для газовой войны, а также 4-дюймовых бомб для минометов Стокса, 8-дюймовых бомб для газометов и газовых баллонов. Настоятельно предлагается производить в большом количестве желтый фосфор, в виду его значения для дымовых завес и его вредоносных свойств.

Примечание В. — Дежурному генералу Армии. Ссылаясь на параграф 2 моей телеграммы за № 181, прошу уведомить, принята ли просьба об откомандировании офицера инженерного корпуса вместе с профессором Хулет в Отдел Военно-Химической Службы в Вашингтоне, для распределения заказов и ведения корреспонденции относительно газов.

Примечание С. — Начальнику Медицинского Ведомства. Ссылаясь на параграф 2-й Вашей телеграммы за № 205 и параграф 2-й моей телеграммы за № 181, прошу сообщить, в каком положении находится дело о присылке химической лаборатории во Францию. Командируйте сюда 12 лучших офицеров запаса для обучения войск газовой обороне.

Примечание D. — Из параграфа 17 Вашей телеграммы за № 165 и параграфа 2 моей телеграммы за № 181 следует, что Тиссо изобрел упрощенную модель маски, прикрепляемой к любому респиратору. Я заказал 6 таких масок, каковые будут готовы через 2 недели; 3 из них будут высланы Вам. Этот тип маски очень прост и весьма пригоден для большого числа войск. Разрешение изготовлять маски Тиссо выслано.

Примечание Е. — Ссылаясь на параграф 8 Вашей телеграммы за № 148 и параграф 4 Вашей телеграммы за № 247, относительно заготовления угля и других веществ, служащих для наполнения респираторов, смею напомнить, что на большей части фронта очень сыро и воздух насыщен парами в течение почти всей зимы, осени и весны.

Эта телеграмма приведена здесь полностью, дабы показать, что уже 4-го ноября 1917 года Соединенные Штаты были поставлены в известность не только о том, какие газы требовались для войны, но и в каких снарядах, бомбах, орудиях и минометах они должны применяться. Хотя в этой телеграмме и предлагается употребление в небольшом количестве винсеннита, но месяц спустя была послана другая телеграмма с требованием прекратить его изготовление. Указанное решение соответствовало всем новейшим научным данным и оказалось вполне правильным как в отношении выбора газов, так и в отношении орудий, в которых они должны были применяться. Оно не подверглось изменению до конца войны, за некоторыми исключениями, в виду новых открытий. Без тщательного изучения тактики, правильный подбор газов невозможен. Этот факт указывает на необходимость замещать пост Начальника Газовой Службы лицом, имеющим военно-техническую подготовку.

В виду того, что в это время организации Военно-Химической Службы в Соединенных Штатах еще не существовало, множество сведений, посланных из Франции в письмах и телеграммах, не дошли до тех, кто в них нуждался.

Дымы. — Около 1-ro декабря, после изучения результатов, достигнутых англичанами и германцами в употреблении дымовых завес, образуемых артиллерийскими снарядами, Отдел Газовой Службы во Франции признал желательным увеличить количество изготовления дымов в значительно большей степени, чем это было указано в телеграмме за № 268; однако, генеральный штаб не согласился на такое повышение производства и разрешил ограничиться телеграфным сообщением о пользе дымовых завес и желательности расширить заготовление фосфора, потребного на год войны, увеличив его в 2 или 3 раза против 1½ миллиона фунтов, заказанных Артиллерийским Ведомством в Соединенных Штатах. Передовой взгляд, высказанный Отделом Газовой, Службы по отношению к дымам, оказался вполне правильным, и в 1918 г. пришлось делать крайние усилия, чтобы увеличить запасы желтого фосфора и расширить его употребление в артиллерийских снарядах, включая даже и 3-дюймовые минометы Стокса.

Рис. 16.

Наступление войск позади дымовой завесы.

Заокеанский починочный отдел № 1. — В. течение второй половины ноября 1917 г. Починочный отдел № 1, под начальством капитана Майо-Смизса из Санитарного Корпуса, в составе 4 офицеров и 130 человек команды, прибыл из Соединенных Штатов во Францию. Так как усовершенствование и изготовление масок в Соединенных Штатах было все еще подведомственно Медицинскому Департаменту, то починочная мастерская должна была войти в состав Санитарного Корпуса. В это время ни масок для починки, ни оборудования и помещения для лаборатории еще не было, и устройство их могло затянуться на целые месяцы. В виду этого капитан Майо-Смизс получил назначением Париж, помощником к полковнику Кроуфорду, Начальнику Газовой Службы тыловых сообщений. Помещение для починочной мастерской было нанято в Шатору, а склады газов организованы в Жиевре. Так как в это время были более нужны люди, подготовленные к обращению с ядовитыми газами, чем знающие починку масок, то 40 или 50 человек из отряда были откомандированы в мастерские для наполнения снарядов газами в Обервиллье и Венсенне, предместьях Парижа; другие в Пон-де-Кле, около Гренобля. Остальная часть была размещена на газовом складе в Жиевре или оставлена на службе в Париже.

Только в конце июня. 1918 года состоялось открытие починочных мастерских. В течение этого промежутка времени персонал выполнял очень ценную работу, наполняя снаряды газом и обучаясь производству газов. Несколько человек затем были посланы в Соединенные Штаты, а другие продолжали во все время войны изготовлять газы и наполнять ими снаряды.

Конструкторский отдел газовой службы. — Конструкторский Отдел, находившийся в ведении полковника Кроуфорда в Париже, составил проекты устройства заводов для изготовления фосгена, наполнения снарядов и мастерских для починки масок. Проекты заключали в себе полное описание работ для персонала, обслуживающего заводы. В то же самое время была тщательно изучена возможность изготовления во Франции газов для наполнения снарядов.

Наконец, около 1-го марта, по настоянию Кроуфорда, Фрайс лично доложил генералу Першингу, что изготовление газов, а также наполнение ими снарядов во Франции представляется нежелательным во всех отношениях, и соответственно с этим внес предложение о совершенном прекращении начатых работ во Франции. Генерал Першинг вполне согласился с мнением Фрайса и тотчас же телеграфировал об этом в Соединенные Штаты. Главная причина такого решения заключалась в недостатке хлора, который входил в состав почти всех ядовитых газов, бывших тогда в употреблении. Хлор, кроме соли, требует большого количества электрической энергии. Для электрической энергии нужен уголь или водяная сила. Ни того, ни другого во Франции не было. Этот вопрос был изучен очень тщательно. Единственное место, где можно было найти свободную силу, был отдаленный уголок близ Испании; но условия здесь были таковы, что приступить к изготовлению хлора раньше двух лет нечего было и думать. С другой стороны, чтобы переправлять хлор из Соединенных Штатов требовалось от 75 до 100 % того тоннажа, который нужен был для перевозки готовых газов, не говоря уже о рабочих, сырых материалах и машинах, которые надо было доставить, чтобы изготовлять газы во Франции.

Горчичный газ. — Горчичный газ, как уже было указано, был впервые применен германцами против англичан на Ипре в ночь с 11 на 12 июля 1917 года. Против французов его стали применять только спустя слишком два месяца. Германцы никогда не пользовались горчичным газом против французов в таком количестве, как против англичан. Вероятно, к тому были две причины: во-первых, германцы больше ненавидели англичан, чем французов; во-вторых, дух англичан в 1917 году был выше французского, и германцы думали, сломив моральное сопротивление англичан, выиграть войну.

Первая атака явилась неожиданностью и вызвала большое число пострадавших. В течение шести недель было отравлено около 20.000 человек. Это количество было настолько значительно, что наступление на Ипр, намеченное осенью 1917 г., было отложено англичанами на 10 дней или две недели для изучения вопроса о том, как избежать больших потерь, причиняемых горчичный газом. Хотя состав этого газа и лабораторный метод, по которому он был впервые получен Виктором Мейером в 1886 г., был исследован в 2–3 дня, потребовалось около 11 месяцев, чтобы открыть верный практический метод его приготовления в заводском масштабе. Междусоюзническая Газовая Конференция в сентябре 1917 г. обратила большое внимание на горчичный газ и способы борьбы с ним как с точки зрения предупреждения отравления, так и лечения отравленных.

Рис. 17.

"Кто сказал газ?"

Вскоре после закрытия этой конференции в Соединенные Штаты была послана телеграмма с запросом о возможности производства этилен-хлор-гидрина, который является основным исходным материалом для изготовления горчичного газа по единственному известному тогда способу. Позднее, то-есть в середине октября, была послана телеграмма с требованием найти новый способ производства этого газа. Вероятно, много времени можно было бы сберечь, если бы англичане и другие союзники не держали свои работы в таком строгом секрете до вступления американцев на войну. Нам только шопотом сообщили формулу горчичного газа, когда описание его уже имелось в немецких химических журналах. Это было явной бессмыслицей, так как если бы даже германцам попали в руки все сведения о горчичном газе, которыми обладали тогда англичане, то они узнали бы гораздо меньше того, что знали уже давно.

Имели ли сведения о горчичном газе, посланные в Соединенные Штаты, какую-либо ценность, остается открытым вопросом, в виду того, что методы, принятые ныне в Соединенных Штатах, стояли значительно выше тех, которые употреблялись в Англии и Франции. Вероятно, эти сведения могли принести большую пользу, чем посланные детали и чертежи. Как бы то ни было, уместно еще раз подчеркнуть те трудности, с которыми приходится сталкиваться на войне, когда такое необходимое вещество, как горчичный газ, приходится изучать после того, как неприятель уже применил его в широких размерах.

Задержка в изготовлении английских масок. — Приближалось 1-е декабря, но ничего еще не было слышно относительно исполнения заказа на 300.000 английских респираторов, сделанного в середине октября. Тогда в Англию был послан телеграфный запрос о том, когда будет начата сдача масок, первые 75.000 которых должны были, по условию, быть доставлены к 1-му декабря. В ответе сообщалось, что англичане не могут изготовить заказ к сроку и уверены, что американцы приступили уже к широкому изготовлению масок в Соединенных Штатах. Обмен телеграммами с Соединенными Штатами показал, что оттуда нельзя ожидать прибытия масок ранее, чем через 3 или 5 месяцев. В это время выяснилось, что американцы должны отправиться на передовые позиции раньше, чем это предполагалось. Тогда в Англию была послана другая телеграмма, настоятельно требовавшая доставки масок. Ответ гласил, что английское правительство не может доставить масок, так как у него не хватает масок для собственных войск. Положение становилось очень серьезным. Пока не были готовы 300.000 масок, заказанных англичанам, мы стояли перед необходимостью отправить американские войска на фронт только с французскими масками М-2. Хотя маска М-2 была единственным употреблявшимся тогда во Франции типом, но она не давала никакой защиты против высоких концентраций фосгена, получаемых при волновых атаках или при действии газометов. А именно такого рода атаки и ожидали наших солдат на фронте. Тогда было отдано распоряжение о спешной командировке в Англию.

Полковник брит. инж. войск Гаррисон, которому было поручено производство масок (нам хотелось бы выразить ему здесь нашу благодарность за его всегдашнюю любезность и готовность прийти на помощь), об'яснил нам способ изготовления масок и производительность заводов. Он заверил нас, что англичане могут выполнить все наши требования до полмиллиона масок и, в случае необходимости, даже более, если только им будет дано время, чтобы устроить дополнительные мастерские. Наконец, после обмена телеграммами, маски были получены.

В продолжение декабря 1917 г. и января 1918 г., когда мы напрягали все усилия, чтобы ускорить доставку масок из Гавра (Гавр служил базой для английского снабжения во Франции и местом ввоза масок из Соединенных 'Штатов), сильные холода и снег так испортили пути сообщения во Франции, что было очень трудно достать средства транспорта. Желая поскорее получить маски, мы выхлопотали право на внеочередную погрузку, и 2 или 3 офицера были командированы сопровождать вагоны. Тем не менее, один груз в 4.000 масок 3-го и 4-го номера был утерян и нашелся только спустя 5 недель. В довершение несчастья, англичане послали нам гораздо больше маленьких масок № 2, чем нам требовалось. Потеря 4.000 масок 3 и 4 номера являлась настоящей трагедией. Для того, чтобы снабдить во-время первую бригаду первой дивизии, пришлось взять много масок, уже выданных второй бригаде. Эти маски сначала были тщательно вымыты, продезинфицированы и затем вновь розданы.

Все это показывает, как трудно организовать новую и важную службу на войне, за 4.000 миль от родины, без материалов, без собственного снабжения и без людей, которых неоткуда было взять. Эта борьба за своевременную доставку достаточного количества масок для снабжения войск была очень острой до июля 1918 года, когда прибытие сотен тысяч масок из Соединенных Штатов разрешило окончательно вопрос. Но и тогда необходимость ослабить резину и укоротить резиновые трубки для рта у 700.000 масок значительно повысило количество наших работ и еще более затруднило своевременную доставку масок на фронт.

Несмотря на все эти трудности, часть снабжения Военно-Химической Службы все время оставалась на высоте и была поставлена лучше других американских таких же органов. Ее система снабжения войск на фронте была принята за образцовую для будущих действий американских армий.

Техническая часть

Газовая лаборатория в Париже. — В начале января 1918 года члены Химического Отдела, под командою полковника Бекона, прибыли во Францию, явились по назначению. Для их лаборатории было выбрано помещение в предместьи Парижа в Пюто. Отведенное для лаборатории здание было построено обществом исследования туберкулеза. Еще до прибытия членов Химического Отдела, в Соединенные Штаты был послан запрос о численном составе лабораторного персонала, который будет выслан. В ответ было сообщено, что число включенных в списки, вероятно, будет равно 100. Соответственно с этим указанием было снято здание в Пюто. Но из Соединенных Штатов одна за другой пришли две телеграммы, указывавшие на несколько определенных зданий в Париже, пригодных для устройства лаборатории. После их осмотра оказалось, что они абсолютно не пригодны или не достроены. Вот что значит вести войну за 4.000 миль по кабелю. Полковник Бекон был назначен Начальником Технического Отдела, каковой пост он сохранил во все время войны.

Рабочий вопрос. — В январе 1918 года, на основании телеграммы, полученной из Соединенных Штатов, был сделан запрос французскому правительству о командировке 6 человек опытных стеклодувов в Соединенные Штаты, для содействия при изготовлении снарядов со стеклянной внутренней оболочкой. Французские власти отвечали, что они не могут командировать каких-либо рабочих, знакомых с ядовитыми газами или оболочками для их помещения, так как у них не хватает людей для собственной работы. Вследствие этого в Соединенные Штаты была послана телеграмма с требованием прислать во Францию 50 человек, знакомых с химией и техникой газового производства. Французское правительство разрешило допустить их на любой из своих заводов, лабораторий и опытных мастерских, согласно желанию Начальника Газовой Службы. Но даже после второго запроса в Америку относительно присылки рабочих ответа не было получено, и рабочие присланы не были.

Рис. 18.

Станок для вскрывания захваченных химических снарядов.

3ащита против жидких частиц. — В период времени около 1-го февраля 1918 года возникли серьезные опасения, что германцы нашли лучший способ распыления ди-фенил-хлор-арсина, чем рассеивание его в виде газа при помощи снарядов с сильно взрывчатыми веществами. Англичане только что перед этим нашли защиту против ди-фенил-хлор-арсина, путем применения сульфитной целулозы. Так как эта бумага очень тонка и пориста, то ее требовалось от 48 до 60 слоев. Англичане усовершенствовали способ обкладки респиратора этой бумагой и сделали последний весьма малым, чтобы он помещался в прежнем футляре, переменив в нем расположение частей, т.-е. вкладывая респиратор в отделение футляра, сделанное для лицевой части, а лицевую часть перемещая на другое место. Несколько наших офицеров и нижних чинов было командировано в Англию для совместной работы с англичанами над этим вопросом, и одновременно был сдан заказ на 200.000 новых респираторов. Американцы скоро улучшили английский способ и, так как сульфитная бумага имелась только в ограниченном количестве, были сделаны исследования, не может ли она изготовляться во Франции, для чего снят завод недалеко от Нанси. В Соединенные Штаты была послана телеграмма с полным описанием изготовления этого защитного средства против ди-фенил-хлор-арсина. На основании полученных сведений в Америке были сделаны довольно удачные респираторы, хотя несколько большего размера, чем те, которые изготовлялись в Англии. Их было выпущено очень немного в виду того, что в скором времени были обнаружены некоторые недостатки сульфитной бумаги. Но зато в Соединенных Штатах началась энергичная работа над изобретением других способов защиты против ди-фенил-хлор-арсина.

Потребное число химиков. — Существовало мнение, что из 1.400 офицеров газовых войск потребуется для американских Экспедиционных Сил (А. Е. F.), за исключением находящихся в войсках, приблизительно 200 химиков, т.-е. 15 % всего состава. Мы распределили по 1 хорошему химику на дивизионные, корпусные и армейские штабы и оставили некоторое число их при газовых войсковых частях. Предполагалось назначить от 20 до 40 химиков в парижскую лабораторию и не более 20 на опытный полигон. Мы касается здесь вопроса о персонале потому, что Военно-Химическая Служба, по мнению некоторых лиц, должна выполняться исключительно химиками. Это далеко неверно. Отдел Военно-Химической Службы состоял и должен состоять из людей различных специальностей. На поле сражения, в трех случаях из четырех, мужество, энергия, работоспособность и здравый смысль значат гораздо больше, чем одна техническая подготовка.

Ганлонский опытный полигон. — Только 15 декабря 1917 г. было признано необходимым иметь опытный полигон во Франции, и было послано письмо в генеральный штаб с просьбой разрешить его устройство. После значительного промежутка времени, разрешение было дано, и начались поиски за подходящим местом. Это было не легкой задачей. Между тем как французы сами наполняли миллионы газовых снарядов вблизи Парижа, они вначале относились отрицательно к отводу площади для устройства полигона и предлагали для этого крайне неудобные и отдаленные от дорог места. Наконец, было найдено подходящее место, приблизительно в 7 милях к югу от главной квартиры, на занятие которого французы выразили свое согласие. Когда мы уже готовились приступить к работам, французы вдруг открыли, что предлагаемое поле лежит частью в пределах обстрела их артиллерии, и предложили другое место в 3-х милях расстояния от главной квартиры. Это оказалось большим счастьем для нас, так как второе поле было лучше первого. Оно было приблизительно прямоугольной формы и имело от 7 до 8 миль в длину и от 3 до 4 миль в ширину. Вся площадь равнялась приблизительно 20 квадратным милям. Работы, произведенные на этом поле, были чрезвычайно плодотворны, и скоро оно сделалось истинным средоточием всего американского Отдела Газовой Службы во Франции.

Старая поговорка, гласящая о том, что история счастливой страны всегда очень коротка, всецело может быть приложена к истории' Технического Отдела Газовой Службы во Франции. Работа его началась позднее работы других отделов, но так как она не встречала на своем пути никаких роковых препятствий, то Отдел рос и развивался без тех серьезных помех, которые приходилось преодолевать другим Отделам Газовой Службы.

Тем не менее, приносимая им польза была очень велика. Персонал Технического Отдела на полигоне или в лабораториях должен был вскрывать всевозможные снаряды с известными или неизвестными газами или сильно взрывчатыми веществами, чтобы определить их содержимое и их ядовитые или взрывные свойства. Эта работа имела чисто технический характер, но была в то же время в высшей степени опасной.

Как указано выше, определение продолжительности службы масок было одной из задач, которую пыталась разрешить лаборатория. Сотни респираторов были испробованы и ежемесячно еще сотни должны были бы подвергнуться испытанию, если бы война продолжалась в 1919 г. На Техническом Отделе лежала обязанность определять возможно быстрее физические свойства и физиологическое действие каждого нового газа.

Отдел должен был давать предварительные указания, насколько пригоден для военных целей новый газ, который посылал нам противник, или который был предложен нашими собственными техниками или техниками союзников. Само по себе это было трудной задачей, так как требовало обширного знакомства с употреблением газов, методами их производства и способами их выпуска на поле сражения.

Вдобавок Технический Отдел должен был информировать Начальника Службы о всех последних открытиях в области газов и притом резюмировать свои донесения так, чтобы начальник, при его широком круге обязанностей, мог следить за всеми новостями, не тратя времени на прочтение длинных отчетов. Заблаговременное начало технических работ дало бы большие выгоды. Если случится другая война, то техническая часть Химической Службы должна быть организована тотчас же, как только первый отряд войск вступит на враждебную территорию. Если бы так было сделано во Франции, у нас были бы и маски, и газы, и хорошие снаряды и бомбы по крайней мере на 6 месяцев раньше, чем мы их получили.

Информационная часть

Хотя Информационное Бюро долгое время находилось в составе Отделов Техники и Обучения, но, в конце концов, оно приобрело такое большое значение, что было выделено в самостоятельный орган. Информация была так прекрасно поставлена, что ко времени заключения мира начальник мог немедленно указать, где находится газовый офицер информационной части в любой роте всех войск Соединенных Штатов.

Информационное Бюро. — Это дело было начато подполковником Госс, спустя месяц после его доклада в октябре 1917 г. Информационное Бюро печатало многочисленные отдельные брошюры и еженедельный бюллетень Газовой Службы. Работа его была настолько напряженной, что три мимеографических машины были в беспрерывном ходу. Еженедельный бюллетень заслужил очень лестный отзыв Помощника Начальника Газовой Службы на позициях, который заявил, что бюллетень содержит много таких сведений, каких он не мог бы почерпнуть из иных источников.

Среди работ, предпринятых Информационным Бюро, можно указать на составление труда по истории Отдела Военно-Химической Службы во Франции. Уже одна эта работа была капитальной. Чтобы придать ей большую изобразительность, за три месяца до заключения мира было сделано много фотографических и кинематографических снимков из боевой жизни, а также из заводской, по заготовке боевого снаряжения.

Не вдаваясь в излишние подробности, укажем только, что при подписании перемирия мы имели около 200 фотографий и около 8.000 футов кинематографических фильм. Были предприняты и дальнейшие шаги, чтобы продолжить эту работу в определенном направлении и дать полную и последовательную историю Отдела Военно-Химической Службы во Франции, во всех фазах его развития.

Хотя Информационное Бюро Газовой Службы работало до известной степени параллельно с Общим Разведывательным Отделом Американских Экспедиционных Сил, но было поставлено шире, так как должно было давать технические детали исследований, производства, открытий, испытания и употребления ядовитых газов на полях сражений. На нем лежало получение сведений как от союзников, так и от неприятеля и из других иностранных источников.

Наиболее видная информационная работа принадлежит подполковнику Занетти, который был назначен офицером для связи с французами в октябре 1917 г. Он один собрал и выслал через главную квартиру в Отдел Военно-Химической Службы в Соединенные Штаты больше сведений относительно иностранных газов, методов их производства и их употребления, чем было доставлено из всех других источников. Его сила воли, энергия и знание заслужили полное доверие со стороны французов и англичан, что было весьма важно, так как только благодаря этому доверию он мог получить те сведения, которые нельзя было бы получить никаким другим путем. Достаточно сказать, что во время его 13-месячного пребывания офицером для связи во французской армии он сделал около 750 докладов, из которых многие имели научный характер и большой об'ем.

Информационное Бюро было одной из наиболее плодотворно работавших частей Военно-Химической Службы. Хотя его еженедельный бюллетень и отдельные брошюры по вопросам химического ведения войны начали выходить только спустя 2½ года после английских и французских, но вскоре приобрели репутацию наилучших источников по вопросам газовой борьбы не только среди наших войск, но и у англичан.

Медицинская часть

Медицинская часть Отдела Военно-Химической Службы состояла из прикомандированных офицеров Медицинского Департамента Армии. Они были добавлены к организации Химической Службы и помогали тем, которые работали в лабораториях или на полигоне, производя опыты над животными для определения действия газов.

Медицинская часть имела очень важное значение, так как служила связью между Отделом Химической Службы и Медицинским Департаментом. При посредстве этого Отдела Медицинский Департамент был в состоянии получать сведения о том, какие газы будут употребляться нашими собственными войсками или неприятелем, и каково их вероятное физиологическое действие.

Полковник Гилькрист Медицинского Департамента был начальником Отдела. Только благодаря его усилиям Медицинский Департамент во-время был осведомлен о размерах той задачи, с которыми ему предстояло встретиться в лечении отравленных газами. Действительно, отчеты военного времени показывают, что из числа 224.089 человек (за исключением моряков), поступивших в госпитали Франции, 70.552 человека было отравлено газами. Из общего числа ранений 266.112 на долю газов приходилось 88.980 или 33,4 %. Таким образом 1/3 всех поступивших на излечение в госпитали пострадала от газов. Хотя отчеты показывают, что отравленные газами проводили в госпиталях, в среднем, меньше времени, чем раненые огнестрельным оружием, все-таки одной из наиболее важных работ Медицинского Ведомства на полях сражений является уход за пострадавшими от газов.

Медицинской Отдел, благодаря своему близкому знакомству с работой и опытами Военно-Химической Службы, мог выработать методы лечения отравленных газами на много ранее, чем если бы работал отдельно. Вот факт, который это наглядно иллюстрирует. Известно, что при отравлении горчичным газом, если тщательно вычистить или совершенно переменить всю одежду не позже, как через час после действия газа, то ожоги могут быть локализованы и значительно ослаблены. Когда это стало известно, явилась необходимость устроить аппараты, удаляющие газы. Были сделаны баки на 1.200 галонов, поставленные на 5-тонных тракторах, снабженных нагревателями. Вместе с тем были устроены приспособления, при помощи которых каждый солдат мог воспользоваться душем, промыть нос, глаза и уши двууглекислой содой и потом переменить всю одежду. Это было большим прогрессом в деле лечения отравленных газом, но появилось слишком поздно, почти перед самым окончанием войны.

Существует еще одна очень важная сторона работы Медицинского Отдела в мирное время, о которой не следует забывать. Окончательное решение вопроса о том, нужно ли изготовлять в большом масштабе какой-либо газ и следует ли широко применять его на полях сражений, зависит от того морального и физиологического действия, которое он оказывает на войска. Для сильно ядовитых газов определение их значения по действию, которое они оказывают на человеческий организм, является очень кропотливой и требующей большой точности работой. К подобным газам приходится относиться с большой осторожностью и в течение долгого времени производить много опытов, прежде чем прийти к определенному решению.

ГЛАВА V

Хлор

Хлор представляет интерес для военно-химического дела не только потому, что он был первым ядовитым газом, примененным немцами, но и потому, что он в широких размерах применяется для производства всех других употребляемых для военных целей газов. Если при разработке способов газовой борьбы химики Германии остановились на хлоре, как на основном веществе, то это является прямым следствием требований, пред'являемых к ядовитому газу.

Чтобы иметь ценность для военных целей, химическое вещество должно удовлетворять по меньшей мере следующим требованиям:

1) Оно должно быть сильно ядовитым.

2) Производство его в крупном масштабе не должно представлять затруднений.

3) Под давлением оно должно быстро сгущаться в жидкость и более или менее легко обращаться в парообразное состояние, когда давление уменьшается.

4) Оно должно обладать значительно большей плотностью, чем воздух.

5) Оно должно быть устойчивым против влажности и химических веществ.

Рассматривая свойства хлора, в отношении этих требований, мы находим:

1а. Хлор достаточно ядовит, хотя его смертоносная концентрация (2,5 mg. на 1 литр воздуха) довольно высока по сравнению с другими газами, открытыми впоследствии. Указанная концентрация необходима, чтобы убить собаку, подвергая ее действию газа в течение 80 минут. Действие хлора во время первых атак показало, что при отсутствии защиты он может давать крупные результаты.

2а. Хлор очень легко приготовляется посредством электролиза раствора соли (хлористого натрия). Процесс описан ниже. В 100-фунтовых цилиндрах обыкновенный хлор продавался до войны по 5 центов за фунт. При крупном производстве цена его может быть еще более понижена.

3а. Под давлением, при обыкновенной температуре хлор легко обращается в жидкость; так, при 18 °C требуется давление 16,5 атмосфер. Жидкий хлор кипит при — 33,6 °C. при обыкновенном атмосферном давлении и легко испаряется, если открыть кран вмещающего его цилиндра. С другой стороны такое быстрое испарение вызывает значительное охлаждение сосуда, но его можно избежать, вдвигая выводящую трубку до дна цилиндра, чтобы испарение npoucxo-pил0 только около выпускного отверстия.

4а. Хлор в 2,5 раза тяжелее воздуха, поэтому газ может пройти— большое пространство прежде, чем рассеется в атмосфере.

5а. Единственный пункт, в котором хлор не является идеальным газом, состоит в его способности вступать в реакцию с другими веществами. Это лучше всего доказывается успешностью применения тех примитивных мер защиты, к которым прибегли англичане и французы в дни первых газовых атак.

Вначале хлор представлял очень могущественное оружие. В продолжение первых шести месяцев употребления его ценность поддерживалась путем изобретения новых методов атаки. Когда последние оказались исчерпанными, к хлору стали прибавлять фосген (см. следующую главу). С уменьшением значения волновых атак и открытием новых смертоносных газов хлор был почти исключен из числа газов, применяемых с боевыми целями, но остался в высшей степени важной составной частью для производства новых отравляющих веществ.

Производство хлора в Соединенных Штатах

Вначале предполагалось, что существующие заводы в состоянии покрыть потребность правительства в хлоре. В довоенное время промышленность производила около 450 тонн или 900.000 фунтов хлора в день. Большая часть его шла на изготовление белильной извести, и только около 60.000 фунтов в день обращалось в жидкость. С началом войны лишь немногие заводы могли быть расширены, и то в небольших размерах. Чтобы облегчить снабжение армии хлором, бумажные фабрики согласились употреблять белильную известь в половинном количестве; эта мера значительно увеличила запасы хлора для военных целей. Скоро стало, однако, очевидным, что помимо проведения указанной меры необходимо получать хлор в значительно больших количествах, чтобы приступить к изготовлению новых ядовитых газов.

Рис. 19.

Завод для производства хлора в Эджвудском Арсенале.

После окончательного изучения всех факторов, необходимых для производства, важнейшим из которых являлась электрическая энергия, было решено построить хлорный завод при Эджвудском арсенале, с ежедневной выработкой по 100 тонн (200.000 фунтов) в день. На проектируемом заводе было решено поставить батареи Нельсона. Во время постройки завода "Химическая Компания Уоррнер-Клипстейн", изготовлявшая батареи Нельсона в Чарлстоне, в штате Западная Виргиния, разрешила командировать на ее завод нескольких лиц для ознакомления с деталями ведения дела на заводе. Поэтому, когда постройка завода была закончена, можно было сразу воспользоваться обученным персоналом.

Нижеследующее описание завода заимствовано из статьи С. М. Грина, помещенной в "Химическом и Металлургическом Инженерном Журнале" от 1 июля 1919 г.

"Завод для выработки хлора, план которого показан на рис. 20, состоит из складов соли, здания для обработки, 2 зданий для батарей, здания для вращающихся конверторов и пр. В связи с заводом хлора был построен завод для движения его, завод для изготовления хлористой серы и для дистилляции.

Склад соли и здание для обработки ее были расположены на более низком уровне, чем здания батарей, что позволяло провести рельсовый путь к верхней части цистерн, в которых хранилась соль. Все цистерны были сделаны из цемента. Имелось 7 цистерн длиной в 84 фута, шириной в 28 футов и глубиной в 20 футов, при чем каждая вмещала по 4.000 тонн соли. Ежедневно предполагалось расходовать 200 тонн соли, если завод будет в полном ходу.

Ко дну каждой цистерны были проведены трубы, по которым подавалась вода для растворения, а в верхней части ее, около стены здания, находился жолоб для стока рассола и доска для снимания пены. Таким образом вода, прошедшая через соль, стекала в жолоб, и оттуда по трубам рассол протекал в один из двух приемников. Вся система была устроена так, что, если раствор в одной цистерне оказывался недостаточно насьпценным, он мог быть пропущен через другую цистерну, содержащую большой избыток нерастворенной соли. Насыщенный раствор перекачивали из приемника в один из 24 чанов для обработки, вмещавший каждый по 72.000 галлонов.

Восьмая цистерна служила для хранения натровой золы, употреблявшейся для очищения насыщенного раствора соли. Из нее едкий натр подавался в баки для растворения, построенные на одном уровне с цистернами поваренной соли. Отсюда раствор едкой щелочи перекачивался в одну из 24 цистерн, служивших для очищения рассола. После обработки и отстаивания чистый насыщенный раствор соли перекачивался в один из 4 баков для нейтрализации. Эти баки были расположены около платформы, куда подавались вагоны, чтобы легче было пропускать хлоро-водородный газ, который сначала покупали, но потом стали приготовлять на заводе из хлора и водорода. Нейтрализованный раствор стекал самотеком в здание батарей для электролиза.

Рис. 20.

План завода для производства хлора и едкого натра в Эджвудском арсенале.

1. Корпус для плавки едкого натра.

2. Корпус выпарения.

3. Наклонная плоскость для погрузки.

4. Вершина наклон. плоскости.

5. Баки со слабым раствором едкого шатра.

6. Под'ездные пути.

7. Корпус для едкого шатра и барабанов.

8. Насосная станция.

9. Болото.

10. Платформа.

11 — 14. Склад угля для паровых котлов.

15. Бак для отбросов.

16. Корпус обработки соляными растворами.

17. Трансформаторы высокого направления.

18. Мастерская.

19. Корпус № 1 для батарей.

20. Бак для слабых растворов.

21. Насыщенный раствор.

22. Корпус вращающихся конверторов.

23. Трубопровод слабого раствора едкого шатра.

24. Здание управления заводом.

25. Труба газообразного хлора.

26. Корпус № 2 для батарей.

Было построено два здания батарей по 541 фут. длиною и 28 шириною, из которых каждое было, разделено на 4 отделения, вмещающие по 6 батарей, состоящих из 74 элементов. Каждое отделение являлось вполне самостоятельной единицей, снабженной отдельным газовым насосом, сушильным и охлаждающим аппаратом с пропускной способностью на 12,5 тонн газообразного хлора в сутки.

Рис. 21.

Внутренний вид здания с батареями.

Каждая электролитическая батарея Нельсона состоит из цельной стальной ванны 13 × 32 × 80 дюймов, снабженной стальной перегородкой с отверстиями которая поддерживается на железных углах. Сосуд покрыт стеклянным колпаком и снабжен четырнадцатью атчесоновскими графитными электродами в 2,5 дюйма в диаметре и 12 дюймами длины, 14 кусками графита 4 × 4 × 17 дюймов и другими приспособлениями. (Устройство батареи подробно описано в "Химическом и Металлургическом Инженерном Журнале" от 1-ro августа 1919 г.). Каждая батарея питается током в 840 ампер при 3,8 вольт и дает 60 фунтов газообразного хлора и 65 фунтов едкого натра, потребляя не свыше 120 фунтов соли в сутки и выделяя почти совершенно чистый газ 95 %.

Из цистерны, питающей батарею и расположенной в здании обработки, раствор соли переходит самотеком по системе труб, обходящих вдоль корпуса батарей, и подается в каждую ванну посредством особого автоматического прибора, который поддерживает постоянный уровень жидкости в отделении катодов'.

При электролизе раствор просачивается через асбестовую перегородку из катодного отделения батареи в отделение анодов и вытекает у конца ванны, содержа от 8 до 12 % едкого натра, смешанного с 14–16 % соли, в открытый сток и трубу, через которую самотеком переходит в баки слабого раствора едкого натра.

Все трубы, по которым газ идет от батарей до сушильных аппаратов, сделаны из химически стойкого материала. Давление в отводных трубах для хлора поддерживалось возможно ближе к атмосферному, для того, чтобы газ был свободен от воздуха. Качество газа, таким образом, было доведено до 98,5 — 99 % чистоты.

Применявшиеся охладители имели большую силу; при их помощи газ охлаждался на 1 градус ниже температуры замерзания оды, вследствие чего охлаждающих смесей не требовалось. Сушильный аппарат состоял из каменной турмы специального чертежа, содержавшей значительное количество пластин для увеличения поверхности, Давление при прохождении через сушилку и охладитель не повышалось. Аппарат, накачивавший газ, состоял из двух водяных турбинных насосов, в которых серная кислота применялась как компрессорная среда. Кислота охлаждалась пропусканием через двойной охлаждающий змеевик, подобный имеющимся в холодильных машинах. Газ под давлением приблизительно в 5 фунтов поступал в большие баки, расположенные около помещения насосов, а из них шел по стальным трубам на химический завод".

Газ получался настолько чистым, что не считалось нужным ожижать его для приготовления фосгена.

Свойства

Хлор при обыкновенном атмосферном давлении и температуре является газом зеленовато-желтого цвета (оправдывая свое название), который оказывает сильно раздражающее действие на оболочки носа и гортани. Как было упомянуто, хлор сгущается в жидкость при давлении 16,5 атмосфер при 18 °C. Если газ сначала охладить до 0°, то давление, необходимое для его сгущения, понижается до 3,7 атмосферы. Эта желтая жидкость кипит при — 36,6 °C под атмосферным давлением. При очень сильном охлаждении хлор образует бледно-желтое твердое вещество (при — 102 °C). Хлор в 2,5 раза тяжелее воздуха; 1 литр его весит 3,22 грамма. 215 об'емов растворяются в 100 об'емах воды при 20°. Он очень слабо растворим в горячей воде или насыщенном растворе соли.

Рис. 22.

Электролитическая батарея Нельсона. Внутренний вид батареи.

1. Выход хлора.

2. Выход едкого натра.

3. Труба подачи рассола.

Хлор является весьма деятельным телом, способным вступать в соединения с большим количеством веществ. Среди реакций, которые имеют главное значение для химической войны, необходимо указать следующие.

Хлор реагирует с гипосульфитом, образуя при этом хлористый натр.

Гипосульфид способен поглощать большие количества хлора, почему оказался удовлетворительным средством для пропитывания первых масок, изготовленных из ткани.

Вода реагирует с хлором при некоторых условиях образованием хлорноватистой кислоты НОСl. В присутствии этилена она дает этилен-хлор-гидрин, служивший основанием первоначального способа приготовления горчичного газа. В позднейшем способе, когда для синтеза горчичного газа стали пользоваться хлористой серой, хлор стал необходим для ее приготовления.

Хлор реагирует с окисью углерода, образуя при солнечном свете или в присутствии катализатора фосген, который является одним из наиболее ценных ядовитых газов.

Реагируя с ацетоном, хлор образует хлор-ацетон, один из первых слезоточивых газов. При реакции с толуолом получается хлористый бензил, служащий промежуточным продуктом при приготовлении бром-бензил-цианида.

Подобным же образом было найдено, что для производства большинства ядовитых газов, в той или другой стадии, необходим хлор. Один химик вычислил, что 95 % всех употребляемых на войне газов изготовляется прямым или косвенным путем при помощи хлора.

Хлор в соединении с аммонием и водяным паром служил для производства дымовых завес. Хлористый аммоний дает наиболее густые облака дыма. В соединении с кремнием или титаном, в виде тетрахлоридов, хлор употреблялся для тех же целей в широких размерах.

С другой стороны репутация, которую хлор стяжал себе в качестве ядовитого газа, возмещается его благодетельными свойствами, среди которых можно указать на способность обеззараживать воды и раны.

На войне, где условия жизни редко бывают нормальными, употребление хлорной воды для стерилизации питьевой воды незаменимо. Для этого применяется ампулка, наполненная хлорной водой среднего насыщения, которая представляет очень портативную форму хлора для стерилизации небольшого количества воды.

Хлор применялся также в виде хлорноватистой кислоты для стерилизации инфекционных ран. Приготовление растворов и техника употребления были выработаны Дэкином и Кареллем. Это нововведение военной хирургии значительно уменьшило процент смертности от заражения ран.

ГЛАВА VI

Фосген

Первая газовая атака с применением чистого хлора была весьма губительна, но потому только, что войска не были совершенно защищены против нее. В дальнейшем, несмотря на различные способы атаки, результаты их были гораздо слабее, благодаря тому, что солдаты не только получили защитные средства, но и развитие газовой дисциплины постепенно подвинулось вперед. В это время союзники сами начали производить газовые атаки (сент. 1915 г.), и скоро стало очевидным, что Германия должна применить новые газы или новые тактические приемы, если она хочет сохранить свое первенствующее место в газовой борьбе.

Второй ядовитый газ был применен в декабре 1915 года; он представлял собой смесь 20–25 % фосгена с хлором. И в этом случае немцы воспользовались производством мирного времени. Фосген употреблялся химической промышленности для приготовления некоторых красящих веществ, особенно широко для метил-виолета, который производился до и во время войны Компанией Байера и Баденскими Сода-Анилиновыми Заводами.

Фосген нельзя употреблять в газовых баллонах в чистом виде, вследствие его высокой точки кипения (8 °C). В виду того, что эта температура, гораздо ниже нормальной, особенно в летние месяцы, испарение фосгена настолько медленно, что производить облачные атаки одним этим газом нельзя.

Однако, если взять смесь 25 % фосгена и 75 % хлора, или 50 % фосгена и 50 % хлора, то при теплой погоде никаких затруднений газо-баллонная атака не представляет. В то же время процентное отношение фосгена в смеси достаточно высоко, чтобы смесь сохранила те преимущества, которыми обладает фосген. Эти преимущества заключаются в следующем:

а) Фосген более ядовит, чем хлор. Требуется 2,5 миллиграмма хлора на литр воздуха, чтобы убить собаку, которая подвергается его действию в течение 30 минут, в то время как только 0,3 мг. фосгена дают тот же результат. Это означает, что облако фосгена, имеющее 1/8 (по весу) концентрации хлорного облака, обладает теми же смертоносными свойствами.

b) Фосген гораздо менее способен к реакциям, чем хлор, так что вопрос о защите против него сильно осложняется. К счастью англичане были предупреждены о готовящейся первой атаке фосгеном и успели прибавить уротропин к раствору, употребляемому для пропитывания матерчатых масок.

с) Третьим и очень важным фактором в применении фосгена является его медленное действие. При низких концентрациях человек может вдыхать фосген в течение некоторого времени без видимого вреда. Только 10 или 11 часов спустя, или, несколько ранее, при выполнении каких-либо физических работ, люди начинают испытывать болезненные ощущения.

Чистый фосген применялся для атак при помощи газометов, описанных во II главе. Много шло его также в газовые снаряды.

Германцы применяли его в снарядах со смесью супер-палита (три-хлоро-метиловый эфир хлоро-муравьиной кислоты) и чихательного газа (ди-фенил-хлор-арсин).

Производство

Фосген был впервые изготовлен Джоном Деви в 1812 г., путем экспозиции смеси равных об'емов окиси углерода и хлора на солнечном свете. Деви выбрал название фосген, благодаря той роли, которую свет играет в реакции. Хотя фосген может быть приготовлен в лаборатории многочисленными другими путями, очевидно, что первая указанная выше реакция является наиболее экономной из всех остальных, при крупном производстве. Реакция эта, однако, очень тонкого свойства, и ее применение требует большого числа исследований.

Рис. 23.

Печь для выработки окиси углерода.

К счастью для Соединенных Штатов, за несколько месяцев до войны "Электрохимическая К° Ольдбёри" произвела ряд опытов над утилизацией отработанной окиси углерода для приготовления фосгена. Результаты исследований были переданы правительству и много помогли первым работам по производству фосгена на Эджвудском заводе.

Из сырых материалов, необходимых для производства фосгена, хлор получался путем закупки его из частных рук, а позднее с Эджвудского хлорного завода. После того, как получение достаточного количества хлора было обеспечено, возник вопрос о производстве окиси углерода. Никакого заводского метода получения этого газа выработано не было, так как больших количеств его в промышленности никогда не требовалось. Для производства его французы и англичане пропускали кислород через сосуды, наполненные коксом; кислород соединялся при этом с углем и давал окись углерода. Кислород получался из жидкого воздуха, для чего были установлены машины для получения жидкого воздуха системы Клода. Неудобство, которое представляет этот способ приготовления, заключается в том, что количество выделяющегося тепла очень велико, почему генераторы не могут выдерживать продолжительной работы. Нашим инженерам пришла мысль воспользоваться смесью кислорода и угольной кислоты. Реакция соединения угольной кислоты с углем, при образовании окиси углерода, эндотермична, т.-е. требует затраты тепла. Таким образом, при соединении обеих реакций, теплота, выделяемая в первой, поглощалась во второй, и можно было поддерживать вполне определенную температуру, благодаря чему производство значительно облегчилось.

Угольная кислота получалась посредством сжигания кокса. Газ промывали и пропускали через раствор поташа. При нагревании выделялась угольная кислота.

Фосген приготовлялся из смеси окиси углерода и хлора, при помощи катализатора. Катализационные камеры (6 фут. длины, 2 фута 9 дюймов глубины и 11 дюймов ширины), были сделаны из железа, выложены внутри графитом и наполнены пористым углем. Их было в употреблении два рода. В первом реакция происходила при комнатной температуре и давала выход 80 % фосгена. Во втором канализационная камера была погружена в ванну, наполненную горячей водой, что давало возможность вести реакцию до конца.

Полученный фосген просушивался серной кислотой и ожижался посредством пропускания через свинцовые трубы, окруженные охлаждающей средой.

Германцы для приготовления фосгена пользовались древесным или животным углем. Окись углерода получалась при прохождении угольной кислоты через уголь, заключенный в муфелях, и промывалась пропусканием через едкий натр. Полученный газ смешивался с хлором, и смесь протекала через слой очищенного угля в 20 см. толщиной, помещаемый в чугунный сосуд 80 см. в диаметре и 80 см. вышины. Регулируя приток газов так, чтобы обеспечить всегда небольшой избыток окиси углерода, получали фосген только с ¼ процента свободного хлора. Древесный уголь промывался соляной или другими кислотами для удаления растворимых частей золы, затем промывался водой и высушивался в вакууме. Зерна угля имели размер в ¼ дюйма; в таком виде он оставался активным в продолжение 6 месяцев.

Рис. 24.

Катализационные камеры, применяемые при выработке фосгена.

Свойства фосгена

Фосген при комнатной температуре представляет собою бесцветный газ, обращающийся при температуре 8° в жидкость. Запах фосгена напоминает запах незрелого зерна или прогнившего сена. Один литр фосгена весит 4,4 грамма (вес хлора 3,22 грамма). При 0 °C, жидкий фосген тяжелее воды и имеет удельный вес 1,432. При 25°, упругость пара приблизительно равна 25 фунтам на квадратный дюйм. Фосген поглощается некоторыми твердыми веществами, как, напр., пемзой. Пемза поглощает фосген в количестве большем ее собственного веса. Так, 5,7 гр. пемзы поглощают полностью 7,4 грамма фосгена и испаряют его в течение 60 минут. Был найден германский снаряд содержавший пемзу с фосгеном. Повидимому, причиной употребления такой смеси было желание замедлить быстроту испарения фосгена; однако, остается невыясненным, достигается ли это в действительности, так как, при употреблении пемзы, поверхность испарения значительно увеличивается. Фосген разлагается медленно в холодной воде и быстро в горячей. Эта реакция имеет очень важное значение, так как в атмосфере всегда находится некоторое количество влаги, которая способствует понижению концентрации газа.

Фосген поглощается и разлагается секса-метилен-тетр-амином (уротропином). Эта реакция послужила основанием для создания первых средств защиты, употреблявшихся англичанами. Позднее в масках была применена реакция каталитического разложения фосгена на угольную и соляную кислоту посредством угля.

Присутствие небольшого количества хлора в фосгене, в большинстве случаев, не является недостатком; оно допустимо при пользовании баллонами или газометами. В других случаях, когда фосген употребляется, как растворитель для чихательного газа, присутствие хлора нежелательно в виду того, что он вступает в реакцию с растворенным веществом и обезвреживает его. Хлор удаляют из фосгена, пропуская смесь через хлопковое масло.

Защитные средства

Выше было указано, что гекса-метилен-тетр-амин (уротропин) употреблялся для пропитывания подушечек первоначальных масок (черной вуали и пр.) и фланелевых шлемов. Эти маски были достаточно действительны против хлора и фосгена при обычных концентрациях волновых атак. Пропитывающая их смесь состояла из уротропина, гипосульфита, углекислого натра и глицерина. Глицерин поддерживал влажность подушечек, а другие химические вещества действовали, как защитные средства против смеси фосгена и хлора.

Введение нормального респиратора с углем и натронной известью значительно повысило степень защиты против фосгена. При этом уголь поглощает фосген и служит катализатором для реакции между влагой воздуха и фосгеном, разлагая последний на соляную и угольную кислоту. Натронная известь поглощает фосген, но не является катализатором для его разложения. Это обстоятельство показывает, насколько выгодно употребление такой смеси: соляная кислота, образующаяся под действием угля, поглощается натронной известью. Опыты показывают, что, повидимому, размещение обоих реагентов в респираторе никакого значения не имеет, и лучше всего их перемешивать. При концентрации 5.000 частей на миллион (20,2 милгр. на 1 литр), респиратор типа Н[9] дает полную защиту на 40 минут; если смесь воздуха и газа проходит со скоростью 16 литров в минуту, то продолжительность действия респиратора увеличивается с уменьшением температуры, как это показывает нижеследующая таблица (концентрация 5.000 частей на миллион при скорости потока 16 литров в минуту).

Температура °С

Продолжительность действия (время в минутах)

— 10°

223

0°

172

10°

146

20°

130

30°

125

40°

99

Из этих цифр явствует, что при температуре в –10 °C продолжительность действия почти на 50 % больше, чем при летней температуре. Как и следует ожидать, продолжительность действия респиратора сокращается при увеличении концентрации фосгена в воздухе. Этот факт иллюстрируется следующими данными:

Концентрация на 1 мил. частей

Продолжительность действия (время в минутах)

5000

177

10000

112

15000

72

20000

58

25000

25

25.000 частей иа 1 мил. равны 101,1 mg на литр.

Между концентрацией газа и продолжительностью действия респиратора, при определенной скорости протекания газа, существует, несомненно, определенная зависимость. Соотношение это было выражено формулами, из которых нижеследующая является типичной. При 32 литрах, протекающих. в одну минуту: с^09 × t = 101,840, где с есть концентрация, t — время.

Наполнение снарядов

Пустые снаряды, после осмотра, нагружались на вагонетки, вместе с соответствующим числом головок, которые ввинчиваются в верхнюю часть снаряда и закрывают его. Электрический локомотив подвозил вагонетки к камере для наполнения. Снаряды подавались вручную на ленту, которая медленно продвигала их через холодную камеру. В течение этой операции, продолжавшейся около 30 минут, снаряд охлаждался до 0° F. Охлажденные снаряды снова грузились на вагонетки, из которых каждая вмещала по 6 снарядов. Цепью, приводимой в движение мотором, эти вагонетки протягивались через туннель к аппарату для наполнения. Здесь жидкий фосген вливался в снаряды автоматическими машинами так, что сразу все 6 снарядов автоматически наполнялись до некоторого постоянного уровня. Затем вагонетки увозили наполненные снаряды на несколько футов далее, к небольшому окошку, где ручным способом ввинчивались головки снарядов. Окончательное завинчивание головки снаряда производилось посредством моторов, действующих сжатым воздухом. Наполняющие и закупоривающие машины управлялись рабочими, расположенными снаружи туннеля.

Закупоренные снаряды передавались в склады, где их держали около 24 часов на подставке, вниз головой, для испытания на просачивание.

Рис. 25.

Наполнение газобаллонов Ливена фосгеном.

Тактическое применение

Фосген впервые был применен в волновой атаке в декабре 1915 года. Подобные атаки продолжались около 9 месяцев, после чего стали постепенно переходить к атакам с помощью снарядов, наполненных газом. Фосген в первый раз был найден в германских снарядах, в ноябре 1916 года. Эти снаряды были известны под маркой D. Кроме чистого фосгена найдены смеси фосгена и хлор-пикрина, фосгена и супер-палита, фосгена и ди-фенил-хлор-арсина.

Англичане ввели употребление газометов весною 1917 г. Газометы имеют перед снарядами то большое преимущество, что они могут выбрасывать большие об'емы газа и очень пригодны для неожиданных атак. Как говорят германцы, "газомет соединяет в себе все преимущества газового баллона и газового снаряда. Плотность газа, которую он дает, равна плотности газового облака, а эффект неожиданности достигается с его помощью так же, как при стрельбе снарядами".

Рис. 26.

Внутренний вид склада снарядов.

К концу войны германцы стали употреблять фосген с пемзой. Взятый снаряд содержал около 13 фунтов фосгена и 5½ фунтов пемзы. Вопрос о достоинствах такого способа является довольно спорным. Вследствие меньшего об’ема, занимаемого фосгеном в снарядах, содержащих пемзу, обеспечивается понижение начальной концентрации. Пемза, повидимому, предохраняет от разбрасывания фосгена при разрыве снаряда высоко в воздухе, но в то же время не может помешать переходу фосгена в газообразное состояние. Это показывает, что пемза способна дать более однообразное и ровное распыление и большую экономию в употреблении газа.

Благодаря своей малой стойкости (запах фосгена исчезает через 1½ — 2 часа) и своим свойствам, фосген, действительно, представляет идеальный газ для военных целей.

Действие фосгена на человека

Фосген действует непосредственно как яд и как вещество, сильно раздражающее легкие, вызывающее быстрое повреждение слизистой оболочки дыхательных путей, наполнение легких жидкостью. Большинство смертельных случаев приписываются отеку легких и удушью, вследствие недостатка воздуха. Отек легких быстро возрастает при движении. Соответственно с этим, все правила ухода за отравленными фосгеном требуют немедленного помещения их в постель и соблюдения совершенной неподвижности. Больным не позволяют даже ходить в перевязочную. Необходимость полного покоя после отравления газом несомненно приходится отнести также и тому обстоятельству, что отравленным приходится обычно выдерживать продолжительную бомбардировку после тяжелых атак фосгеном. Бризантные снаряды вызывают смятение, заставляют людей передвигаться и мешают эвакуации отравленных газом. В первые дни атак фосгеном число смертельных случаев было невероятно высоко, именно вследствие незнакомства с действием газа.

Вследствие ослабления функций легких и недостатка кислорода, появляется ослабление сердечной деятельности, почему люди со слабым сердцем могут умереть скоропостижно, если после отравления газом им приходится быть в движении.

Прекрасной иллюстрацией медленного действия фосгена может служить атака, произведенная одной американской дивизией, в период ее обучения.

Эта дивизия решила сделать газонападение на неприятельские траншеи, которые были расположены на склоне холма, отделенного от наших позиций узкой долиной. Вверх по течению речки, между обеими линиями траншей находилась французская деревня, захваченная германцами. Когда началась атака, ветер дул со скоростью 6–7 миль в час, вниз по речке, от селения, т.-е. прямо на атакуемую позицию. Вокруг траншей, которые намеревались захватить, был образован обычный заградительный огонь из фугасных снарядов.

Триста американцев произвели атаку. Во время нее, при помощи 75 и 155-мм. снарядов, в селение было выброшено немного более трех тонн жидкого фосгена. Ближайший конец деревни, обстреливаемой фосгеном, был менее, чем в 700 ярдах от атакующих войск. Никто из солдат не почувствовал запаха фосгена, хотя дым от фугасных снарядов был настолько сильным, что несколько человек надели свои маски. Атака происходила в 3 часа утра; отряд оставался около 45 минут по близости от германских траншей. Затем солдаты вернулись на свою стоянку, расположенную в 5 или 6 километрах позади передовых линий. Вскоре по приходе туда, т.-е. около 9 часов утра, они начали заболевать, и стало очевидно, что все пострадали от отравления газом. Из 300 человек, участвовавших в атаке, 236 были отравлены газом, 4 или 5 из них умерли.

Медицинская часть чрезвычайно быстро и энергично приняла меры для их лечения, что, по всей вероятности, и содействовало малому проценту смертных случаев.

Эта иллюстрация медленного действия фосгена является одной из наиболее интересных среди описаний отравления этим газом. Здесь концентрация газа была довольно слаба, и действие его, несомненно, приходится приписать движению, которое солдаты производили во время и после отравления.

В заключение следует заметить, что офицеры газовой службы не участвовали в составлении плана описанной атаки, но вскоре после нее последовал общий приказ, чтобы офицеры газовой службы имели голос при решении вопросов по выполнению газовых атак.

ГЛАВА VII

Лакриматоры (Слезоточивые газы)

Несомненно, что глаза являются наиболее чувствительной частью человеческого организма, страдающего во время химической борьбы. Лакриматоры представляют собой такие вещества, которые действуют на глаза, вызывая невольные слезы. Эти газы могут создать совершенно невыносимую атмосферу, при концентрациях в тысячу раз более слабых, чем те, которые требуются для наиболее смертоносных веществ. Их высокое значение с военной точки зрения было уже упомянуто выше и будет подробно описано в следующих главах.

Было предложено значительное количество соединений, которые могут служить лакриматорами, но только немногие из них следует отнести к числу сильно действующих. Все лакриматоры не обладают смертоносными свойствами при концентрациях, достаточных для вызывания слезоточения, хотя нельзя упускать из виду и тот факт, что некоторые из них сильно ядовиты при концентрациях, обычных для ядовитых газов.

Лакриматоры употребляются без примеси, когда нужно очистить данную территорию или просто утомить противника и заставить его надеть маски. При других обстоятельствах их применяют в смеси со смертоносными газами, с целью принудить неприятеля немедленно надеть маски и не снимать их в течение продолжительного времени.

Большое число лакриматоров содержит бром. Чтобы держать наготове все средства, требуемые для химической борьбы, уже в начале войны было решено значительно увеличить получение брома. Наилучшим источником добывания брома в Америке является подземное месторождение вблизи Мидленда, в Мичигане. Ввиду большого опыта химической Компании Дау по всем вопросам, касающимся производства брома, правительством было поручено ей вырыть 17 колодцев с добычей на 650.000 фунтов брома в год. Работы продолжались по окончании войны, так как контракт на поставку 500.000 фунтов бромистых солей оставался ко времени заключения мира невыполненным. Это количество брома является как бы резервным фондом Соединенных Штатов для будущей войны.

Во время войны употреблялись следующие главнейшие лакриматоры: бром-ацетон, бром-этил-метил-кетон, бромистый бензил, этил-иод-ацетат, бром-бензил-цианид, хлористый фенил-карбил-амин.

Хлор-пикрин иногда может служить лакриматором, но он имеет большее значение, как ядовитый газ.

Галоидо-замещенные кетоны.

Одним из первых применявшихся лакриматоров был бром-ацетон. В виду трудности получения этого соединения в чистом виде, употреблялся продажный продукт, заключавший значительное количество ди-бром-ацетона и более высоко галогенированных соединений. Присутствие этих более высоких бромо-производных сильно ослабляло действие бром-ацетона, как лакриматора.

Изготовление бром-ацетона вело к значительной потере брома в форме бромисто-водородной кислоты. Это обстоятельство понудило французов к изучению различных методов приготовления, и им удалось получить продукт, содержавший 80 % бром-ацетона и 20 %, хлор-ацетона, который они назвали — "мартонитом". При развитии военных действий, ацетона стало недоставать, и германцы заменили его метил-этил-кетоном, которого мало требовалось для других военных нужд. Бром-метил-этил-кетон употреблялся французами под названием "гомомартонита".

Различные другие галоидные производные кетонов были изучены в лабораториях, но ни одно из них не имело такого значения, как бром-ацетон, в качестве ядовитого вещества и лакриматора.

Бром-ацетон может быть приготовлен посредством действия брома (жидкого или газообразного) на ацетон (с растворителем или без него). Применялись водные растворы ацетона и растворы брома в бромистом калие.

Чистый бром-ацетон представляет собою жидкость, прозрачную, как вода. Различные исследователи приписывают ему самые разнообразные свойства. Это, вероятно, зависит от того обстоятельства, что моно-бром-ацетон содержит всегда примеси брома с двумя и большим числом атомов брома. Точка кипения этого вещества 126–127°, температура плавления — 54°, удельный вес 1.631 при 0°. Упругость пара при 20 °C. равна 9 мм. ртутного столба.

Хотя бром-ацетон является хорошим лакриматором, но он недостаточно устойчив. Для него необходимо применение специальной оболочки внутри снаряда, и, даже при такой предохранительный мере, вещество может разложиться раньше, чем снаряд будет выпущен. Германцы употребляли снаряды, выложенные внутри свинцом; можно применять также снаряды со стеклянной и эмалированной обложкой. Интересно отметить, что хотя бром-ацетон распадается иногда при хранении в снарядах, в большинстве случаев он оказывается довольно устойчивым при взрыве. После разрыва снарядов не было найдено никаких продуктов распада и даже в снарядах жидкость находили неизменившейся. Стойкость бром-ацетона приходится считать незначительной, так как запах его совершенно исчезает с поверхности земли через 24 часа.

Бром-ацетон применялся также германцами сначала в ручных стеклянных гранатах (Hand-а-Stink Kugel), а позднее — в металлических. Такие металлические гранаты весили приблизительно 2 фунта и содержали около 1½ фунта жидкости.

Мартонит французы изготовляли с целью более экономного расходования брома при получении бромо-замещенных ацетона и регенировали бром из образующейся при реакции бромисто-водородной кислоты с помощью хлорновато-кислого натра:

NaClO_3 + 6НBr = NaСl + 3Br_2 + 3Н_2О

Для этого смесь ацетона и брома обрабатывалась в присутствии серной кислоты и хлорновато-кислого натра, при чем, как окончательные продукты, выделяются кислый сернокислый натр и смесь 20 % хлор-ацетона и 80 % бром-ацетона, согласно следующим реакциям:

5(СН_3)2СО + 4Br + Н_2SO_4 + NaClO_3 = 4СH_2BrСОСН_3 + СН_2ClСОСН_3 + NaHSO_4 + 3H_2O

Эта смесь также действительна, как и бром-ацетон, но производство ее гораздо дешевле; общие свойства мартонита весьма сходны со свойствами бром-ацетона.

Производство бром-ацетона и бром-метил-этил-кетона в Германии[10]

Способы получения этих двух соединений совершенно одинаковы. Около 1/3 их количества, добытого заводским путем, изготовлялось из метил-этил-кетона, получаемого при перегонке дерева. Водные растворы хлорноватых солей калия или натрия, в присутствии ацетона или метил-этил-кетона, обрабатывались требуемыми количествами брома. Реакция с ацетоном протекает следующим образом:

СН_3СОСН_3 + Br2 = СН_2ВrСОСН_3 + НBr

Для каждой нагрузки употреблялось 10 кгм-молекул ацетона или метил-этил-кетона.

Для окисления выделяющейся при реакции бромистоводородной кислоты брался избыток хлорноватых солей, в размере 10 % против требуемого по расчету. Вода и кетон смешивались в весовом отношении 2 частей воды на одну часть кетона. На каждую килограмм-молекулу кетона-брома шло на 10 % более теоретического расчета.

Реакция производилась или в глиняных сосудах или в железных котлах, обмазанных внутри глиной. Котлы были снабжены деревянными мешалками и имели различный об'ем от 4000 до 5000 литров. Они ставились в деревянные баки и охлаждались проточной водой. Сначала растворяли хлорноватую соль в воде, потом прибавляли кетон. В эту смесь медленно вливался бром, при беспрерывном помешивании раствора и температуре от 30° до 40 °C. Время, требовавшееся для прибавления брома, составляло приблизительно 48 часов. По окончании реакции масло выливали в железный сосуд и мешали с окисью магния (в присутствии небольшого количества воды), для нейтрализации свободной кислоты. Затем его выделяли и отсушивали над хлористым кальцием. Образчик полученного вещества брался на испытание, которое производилось при помощи перегонки, чтобы узнать какая часть его имеет температуру кипения ниже 130°, если был взят метил-этил-кетон. Если при этой температуре перегонялось менее 10 % продукта, то бромирование считалось удовлетворительным. Если, наоборот, при низкой температуре отгонялся больший процент, то продукт подвергался вторичному бромированию. Анализы показали, что полученное таким образом вещество содержит немного менее теоретически требуемого количества моно-бром-кетона.

Наконец, готовый продукт перекачивался посредством отсасывания или под давлением в вагоны-цистерны. Вначале употреблялись цистерны со свинцовой обкладкой, но впоследствии было найдено, что они могут быть заменены железными цистернами. Имея в виду небольшое количество бромисто-водородной кислоты, выделяющейся медленно с течением времени, к готовому продукту прибавлялось немного окиси магния. Количество окиси равнялось приблизительно 1/1000 части веса кетона. При употреблении окиси магния было найдено, что бром-кетон может сохраняться без видимого распада около 2 месяцев.

Выход продукта из 580 кгм. ацетона (10 кгм. — мол.) равен 1,100 кгм.

Выход из 720 кгм. метил-этил-кетона (10 кгм. — мол.) равен 1,260 кгм.

Галоидо-замещенные эфиры

Употребление этил-иодо-ацетона рекомендовалось в то время, когда цены на бром были слишком высоки. При нормальных условиях иод дороже брома, вследствие чего применение этого продукта невыгодно. Этил-иодо-ацетат представляет собой очень сильный лакриматор и более устойчив, чем галоидо-замещенные кетоны, так что употребление его можно рекомендовать в небольших количествах.

Этил-иодо-ацетат приготовляется посредством реакции иодистого натра на спиртовый раствор этил-хлор-ацетата. Он представляет собой бесцветное масло, кипящее при 178 — 180 °C (69 °C при 12 мм.) и имеет плотность около 1,8. Он гораздо менее летуч, чем бром-ацетон, имеет упругость пара 0,54 мм. ртутного столба при 20 °C. Этил-иодо-ацетат приблизительно втрое менее ядовит, чем бром-ацетон, но, как лакриматор, имеет такое же значение.

Ароматические галоидо-замещенные.

"Бромистый бензил" также употреблялся в первое время войны, обычно в смеси с бром-ацетоном. Применявшийся продукт не был чистым бромистым бензилом, так как получался при реакции брома на ксилил, и скорее должен быть назван "бромистым ксилилом".

Чистый бромистый бензил представляет бесцветную жидкость, кипящую при температуре 198–199 °C и имеющую запах, напоминающий кресс или горчичное масло. Применявшийся на войне препарат является, вероятно, смесью моно и ди-бромо производных, кипящей при 210–220 °C и имеющий плотность 1,3 при температуре 20 °C. Смесь бромистого бензина и ксилила, употреблявшаяся германцами, была известна под маркой "Т-Stoff", тогда как смесь 88 % бромистого усилила и 12 % бром-ацетона называлась "зеленый Т-Stoff".

Так же, как и для галоидо-замещенных ацетонов, для этих соединений было необходимо иметь снаряды со внутренней свинцовой оболочкой. Можно употреблять снаряды со стеклянной или эмалевой оболочкой, которые дают также хорошие результаты. Несмотря на трудность их изготовления, к концу войны были достигнуты вполне удовлетворительные результаты.

Вещество "Т" может быть уловлено обонянием при концентрации 1 части на 100 миллионов частей воздуха и вызывает обильное слезотечение при содержании 1:1.000.000. Оно обладает высокой стойкостью и при благоприятных условиях может сохранить свою действительность в течение нескольких дней. Хотя оно не сильно ядовито, но, тем не менее, французские войска много пострадали от него во время бомбардировки в Аргонне, летом 1915 года.

Были сделаны опыты над многими ароматическими галоидными производными, и некоторые из них оказалось очень хорошими лакриматорами. Трудности их приготовления в крупном масштабе, заставили отказаться от их применения на практике, особенно после того, как было открыто такое ценное для войны соединение, как циан-бром-бензил.

Циан-бром-бензил

Циан-бром-бензил, с химической точки зрения, является α-бром-α-толу-нитрилом или нитрилом фенил-бром-уксусной кислоты С_6Н_5CHBrCN. Он получается при действии брома на цианистый 'бензин.

Цианистый бензил приготовляется посредством действия цианистого натра на смесь равных частей 95 % спирта и хлористого бензила. Хлористый бензил в свою очередь получается хлорированием толуола при 100°. Исходные материалы должны быть весьма чисты, чтобы реакция образования цианистого бензила могла протекать гладко. Цианид подвергался фракционированной перегонке, и часть, кипящая в пределах трех градусов (чистый продукт кипит при 231,7 °C), обрабатывалась парами брома, смешанными с воздухом. Оказалось необходимым активировать реакцию при помощи солнечного или искусственного света или прибавлением небольшого количества циан-бром-бензина.

По удалении током воздуха образовавшейся бромисто-водородной кислоты, продукт, получающийся при этой реакции, достаточно чист и пригоден для употребления в качестве лакриматора. Он плавится при температуре от 16 до 22 °C, тогда как чистое соединение плавится при 29 °C. Он не выдерживает перегонки даже при очень сильном вакууме. Он имеет малую упругость пара и является потому очень стойким лакриматором.

Циан-бром-бензил почти так же ядовит, как и хлор, но действует, как лакриматор, во много раз сильнее, чем любой из галоидо-замещенных кетонов или ароматических производных, подвергнутых изучению. Он имеет довольно приятный запах и производит впечатление ожога на слизистые оболочки.

Подобно другим галоидным производным, для хранения на продолжительное время он требует снарядов со свинцовой или эмалированной внутренней оболочкой.

При всех указанных работах Соединенные Штаты оказались в весьма невыгодном положении. В то время, как союзники и германцы наладили производство лакриматоров и могли употреблять их в снарядах не позднее месяца по изготовлении, Соединенные Штаты, приготовляя аналогичные снаряды в Эджвудском Арсенале, могли быть уверены, что пройдут три месяца, пока станет возможно применять их на войне. Поэтому было необходимо применять гораздо большие предосторожности для получения чистого газа, пригодного для военных целей, и при изготовлении обкладок для снарядов.

Вопрос о защите против лакриматоров никогда не был особенно серьезным. В первое время войны прекрасной защитой служили наглазники. Позднее, со введением нормального респиратора, была найдена полная защита от всех лакриматоров. Они оказывают действие только на незащищенные войска, и значение их, главным образом, заключается в том, что они вынуждают солдат надевать маски на продолжительный срок.

Сравнительная действительность различных лакриматоров, которые были упомянуты выше, указана в нижеследующей таблице:

Циан-бром-бензил

0,0003

Мартонит

0,0012

Этил-иодо-ацетат

0,0014

Бромистый ацетон

0,0015

Бромистый ксилил

0,0018

Бромистый бензил

0,0040

Бром-кетон

0,0110

Хлор-ацетон

0,0180

Хлор-пикрин

0,0190

Цифры дают концентрацию (в миллиграммах на литр воздуха), необходимую для того, чтобы вызвать слезотечение. Способ вычисления указан в XXI главе.

ГЛАВА VIII

Хлор-пикрин

Весною 1917 года с итальянского фронта были получены известия, что германцы стали употреблять новый боевой газ. Хотя этот газ, повидимому, и не был сильно ядовит, но соединял в себе свойства лакриматора и вызывал тошноту. Было очень много несчастных случаев среди солдат, которым приходилось сбрасывать свои маски в атмосфере этого газа. Вдобавок новый газ отличался еще тем, что противогаз защищал от его действия очень плохо. Первые американские маски были очень хороши, когда дело касалось фосгена или хлора, но не имели никакой цены, когда, употреблялся хлор-пикрин.

Интересно, что за три года существования химической войны было открыто мало или почти совсем не применялось никаких новых соединений. Хлор и фосген представляли собой хорошо известные газы. Подобно им, хлор-пикрин был старым знакомым для химиков-органиков, и многие лаборатории органической химии приготовляли это соединение на своих элементарных курсах.

Хлор-пикрин впервые был получен английским химиком Стенгаусом в 1848 году, посредством действия белильной извести на раствор пикриновой кислоты. Вслед за открытием хлор-пикрина последовало тщательное изучение его физических и химических свойств, из которых только немногие имеют какое-либо отношение к военной химии.

Применение пикриновой кислоты для изготовления взрывчатых веществ побуждало искать иные сырые материалы для приготовления хлор-пикрина. Хлороформ, который теоретически является идеальным исходным материалом для хлор-пикрина (так как хлор-пикрин есть нитро-хлороформ CL_3СNО_2), дает весьма плохие выходы. Хотя хлор-пикрин может быть приготовлен из ацетона, который дает прекрасный выход, но ацетон во время войны имел такую же ценность, как и пикриновая кислота, поэтому практически хлор-пикрин бывший в употреблении, изготовлялся из пикриновой кислоты, взятой за исходный материал.

Производство

При заводском производстве хлор-пикрина был принят лабораторный способ. Он состоял в пропускания пара через смесь пикриновой кислоты и белильной извести. Получающийся при этом хлор-пикрин выходил из перегонного куба вместе с паром. Возникал вопрос, следует ли вести реакцию под паровым кожухом, и нужно ли применять мешалки. Оба пути были испытаны, и простейший, без мешалок и кожуха, оказался наиболее целесообразным.

Рис. 27.

Внутренний вид завода хлор-пикрина.

Первые работы по производству хлор-пикрина были предприняты на заводе Американской Компании Синтетических Красок в Стамфорде, в Коннектикуте. Позднее большой завод был выстроен в Эджвудском Арсенале. Там были сооружены 10 кубов 8 на 18 футов, со всеми необходимыми приспособлениями. В употреблении был следующий способ изготовления. Белильную известь перемешивают с водой, пока не получится густая масса в виде сливок. Эту массу накачивают в куб вместе с раствором пикрата кальция (пикриновая кислота, нейтрализованная известью). Когда ток пара пропускается со дна котла, температура постепенно повышается, пока не начнется реакция при 85 °C. Хлор-пикрин переходит вместе с паром и при охлаждении сгущается. После отстаивания, он выделяется отдельным слоем, может быть слит и готов для наполнения снарядов. Выход в 1,6 раза больше веса взятой пикриновой кислоты.

Свойства

Хлор-пикрин — бесцветное масло, нерастворимое в воде; может быть выделено посредством перегонки паром. Его температура кипения 112 °C и температура затвердения — 69 °C. При комнатной температуре он имеет плотность 1,69, следовательно, стоит выше хлороформа (1,5) или четырех-хлористого углерода (1,59). При комнатной температуре упругость пара равна 24 mm. ртутного столба. Таким образом, стойкость его лежит, с одной стороны, между фосгеном и горчичным газом, с другой, — ближе к фосгену, вследствие чего он отнесен к группе фосгенов.

Хлор-пикрин является весьма устойчивым соединением и не разлагается водой, кислотами или растворами щелочей. Реакция с сернистым калием или натром, при которой весь хлор выделяется в виде хлористого калия или натра, применялась, как аналитический метод, для количественного определения хлор-пикрина. Обычно употребляемая качественная проба состоит в пропускания газо-воздушной смеси через нагретую кварцевую трубку, при чем выделяется свободный хлор. Хлор может быть обнаружен пропусканием газа через раствор иодистого калия в крахмале, или нагреванием медной сетки в токе газа, при чем получается характерная зеленая окраска пламени.

Был сделан весьма интересный физиологический опыт. Известно, что глаз очень чувствителен к хлор-пикрину. Под влиянием газа глаза постепенно смыкаются. Можно измерить время, которое протекает между моментом начала экспозиции и моментом закрывания глаз. При концентрациях ниже 1–2 частей на миллион, глаза выдерживают влияние газа и не закрываются, хотя часто моргают. При содержании выше 25 частей, реакция наступает так быстро, что измерить время не возможно. Но при концентрациях от 2 до 25 частей, человек испытывает через 3 — 30 секунд неудержимое стремление закрыть глаза. Время отмечается секундомером, и для полученных цифр можно начертить количественную кривую, принимая концентрации в миллионных долях и считая время от нулевой реакции глаза. Цифровой материал приведен ниже. Следует указать, что различные индивидуумы обладают различной чувствительностью, хотя общая закономерность остается ненарушенной.

Рис. 28.

1. Время в секундах.

2. Концентрация газа в миллионных долях.

3. Кривая Об’ект опыта Глаз

―――― Лейт. Рейман Правый

········· Лейт. Ректер Левый

- - — Рядовой Прозер Правый

- · — · - Рядовой Уитлсэй Правый

Концентрация в миллионах долях

А Секунды

Секунды

20,0

4,0

5,0

15,0

5,4

5,4

10,0

7,5

7,0

7,0

9,0

70,0

5,0

13,0

15,0

2,5

18,0

30,0

Защитные средства

В виду устойчивости хлор-пикрина, вопрос о защитных средствах сводится к отысканию такого поглотителя, который легко мог бы удалять газ из смеси его с воздухом. К счастью, такой поглотитель был найден и состоит в активированном угле, употреблявшемся в американских газовых масках. Поглощение газа, повидимому, протекает в двух стадиях. В первой фазе газ поглощается так прочно, что продолжительный ток воздуха не может его выделить, Во второй газ поглощается, но избыток его вытесняется свежим воздухом, проходящим через уголь. Соотношение этих двух фаз имеет очень большое значение при выборе угля, помещаемого в респираторы. Повидимому, до известного предела, повышение его качества является желательным, ниже этого предела, оно имеет сомнительное значение.

В противоположность фосгену, хлор-пикрин одинаково хорошо поглощается при всякой температуре. Наоборот, присутствие влажности имеет весьма большое значение. Повидимому, уголь поглощает приблизительно равные по весу количества хлор-пикрина и воды; таким образом, присутствие воды в угле мешает поглощению приблизительно равного количества хлор-пикрипа.

При исследовании респираторов было найдено, что продолжительность действия их приблизительно обратно пропорциональна концентрации. Были составлены формулы для выражения отношения, существующего между концентрацией и продолжительностью действия респиратора, а также между количеством протекающего газа и длительностью действия респиратора.

Хотя вода, как кажется, имеет значительное влияние на длительность действия респиратора против хлор-пикрина, но это правило не всегда оправдывается для других газов, и время действия респиратора при действии их смеси изменяется мало.

Тактическое применение

Вследствие высокой температуры кипения, хлор-пикрин может быть применен только в снарядах. Германские снаряды обыкновенно содержали смесь суперпалита (хлор-метиловый эфир хлоро-муравьиной кислоты) и хлор-пикрина, в пропорции от 75 % до 25 %. Они известны под названием снарядов "зеленого креста", по особой марке на наружной стороне снаряда. Употреблялись также смеси фосгена и хлор-пикрина (50–50).

Союзники применяли смесь 80 % хлор-пикрина и 20 % хлорного олова (под маркой N. С.). Эта смесь соединяет в себе преимущества газового и дымового снаряда, так как процентное отношение хлорного олова достаточно велико, чтобы дать плотное облако. Вдобавок, полагают, что присутствие хлористого соединения повышает скорость испарения хлор-пикрина. Указывалось, что хлорное олово понижает разложение хлор-пикрина при разрыве снаряда, но тщательные исследования показали, что количественно этот распад ничтожен, и хлорное олово не играет в нем никакой роли. К концу военных действий применение указанной смеси вышло из употребления.

Смесь N. С. применялась также в газометах Ливенса и в ручных гранатах Она особенно пригодна для ручных гранат даже в теплую погоду, в виду низкой упругости пара хлор-пикрина. Действительно, смесь эта была единственным веществом, употреблявшимся для ручных гранат, хотя в последнее время хлорное олово было заменено, за недостатком олова, смесью четырех-хлористого кремния и титана.

Хотя хлор-пикрин достаточно летуч, чтобы делать слои воздуха над собой ядовитыми, он все же достаточно стоек, чтобы быть опасным спустя 5 или 6 часов.

ГЛАВА IX

Ди-хлор-этил-сульфид

"Горчичный газ"

В начале развития газовой войны господствовало убеждение, что вещество ценное, как военный газ, должно обладать большой упругостью пара. Высокое давление пара производит значительную концентрацию, достаточную для того, чтобы причинить заболевание при вдыхании насыщенного газом воздуха. Введение "горчичного газа" (ди-хлор-этил-сульфида) является величайшим и единственным открытием в газовой войне, где замечается отступление от этого первоначального представления, так как горчичный газ есть жидкость, кипящая приблизительно при 220 °C и имеющая очень низкую упругость пара. Горчичный газ, помимо большой стойкости, обладает еще особым характерным свойством, делающим его одним из наиболее ценных военных газов, известных в настоящее время. Это особое свойство состоит в способности вызывать нарывы (волдыри) на коже. Очень низкие концентрации паров его способны "ожечь" кожу и причинить заболевания, требующие от трех-недельного до трех-месячного лечения. Эти два свойства уничтожили необходимость внезапных атак и реализацию артиллерийского огня высокого напряжения. Достаточно выпустить несколько снарядов по открытому месту, чтобы причинять потери в течение многих часов и даже дней.

С химической точки зрения, горчичный газ есть ди-хлор-этил-сульфид (СlСН_2CH_2)2S. Название свое он получил от английских солдат вследствие того, что в естественном виде это вещество, впервые выпущенное немцами, напоминало им по запаху горчицу или чеснок. Этому соединению давались разнообразные названия, как, напр., „желтый крест", соответственно марке германских снарядов, "иперит" — название, употреблявшееся французами, так как газ был впервые применен на Ипре, "нарывной газ", — вследствие его особенного действия на кожу.

История

Весьма вероятно, что нечистый горчичный газ был получен Ричи в 1854 г. посредством действия хлора на сернистый этил. Он впервые описан Гутри (1860 г.), открывшим его особенное и могущественное физиологическое свойство. Интересно отметить, что Гутри изучал действие этилена на двухлористую серу и эта реакция стала основанием метода, который был окончательно избран союзниками.

Первое подробное исследование горчичного газа, известного тогда только как ди-хлор-этил-сульфид, было сделано Виктором Мейером (1886). Мейер исследовал реакцию между этилен-хлор-гидрином и сернистым натрием, при последующей обработке полученного продукта хлористо-водородной кислотой. Весь германский горчичный газ, применявшийся в 1917 и 1918 году, был, повидимому, добыт при помощи этих реакций, и вся первоначальная экспериментальная работа союзников велась в том же направлении.

Германцы использовали горчичный газ, как наступательный элемент, при Ипре 12–13 июля 1917 г. Согласно английским сведениям, физиологические свойства его были исследованы ими летом 1916 года. "Департамент Газовой Борьбы" высказывал уже тогда мысль о применении горчичного газа для химического ведения войны, но мероприятие это не было одобрено. Указанные работы дали англичанам возможность быстро и правильно установить подлинность содержимого первого полученного снаряда "желтого креста", и немецкое сообщение о том, что вещество было принято сначала за ди-этил-сульфид, неверно.

Тактическая ценность горчичного газа была сразу оценена немцами, и громадное количество его было ими использовано. Высчитано, что в продолжение 10-ти дней, осенью 1917 года, было выпущено приблизительно 1.000.000 снарядов, содержавших около 2.500 тон горчичного газа. Занетти сообщает, что в продолжении одного только месяца применение горчичного газа вызвало почти столько же случаев отравления среди англичан, сколько их было за все предыдущие годы войны, вместе взятые. Поп говорит, что действие горчичного газа, как средства борьбы, было признано настолько опустошительным, что уже ранней осенью 1917 года все технические силы британского, французского и американского правительств были мобилизованы для постановки производства этого вещества в широком заводском масштабе.

Приготовление и производство

Анализ первого немецкого снаряда показал, что горчичный газ, содержавшийся в нем, был получен по способу, опубликованному Виктором Мейером (1886) и позднее использованному Кларком (1912) в Англии. Поэтому естественно, что первоначально все внимание было направлено на постановку этого способа в широких размерах.

Производство состоит из следующих операций: этилен добывается дегидратацией этилового спирта. При взаимодействии этилена и хлорноватистой кислоты HClO получается хлор-гидрин-гликол ClCH_2CH_2OH. Обрабатывая последний сернистым натром, переводят его в ди-гидро-окси-этил-сульфид, который, будучи нагрет с соляной кислотой, дает ди-хлор-этил-сульфид.

Химические реакции могут быть изображены следующим образом:

СН_3СН_2ОН = СН_2: СН_2 + Н_2О

СН_2: CH_2 + НClО = НО СН_2 СH_2 Cl

2НО СН_2 СН_2 Cl + Na_2S = (HО СН_2 СН_2)2 S + 2NaCl

(НО СH_2 СН_2)2S + 2НСl = (СlСН_2 СН_2)2S = 2Н_2О

Не вдаваясь в разбор приведенных реакций, которые были в совершенстве изучены Гомбергом[11]. (см. немецкое производство), можно сказать, что этот "способ приготовления оказался неудобно-выполнимым для производства в широком масштабе" (Дорсей). По замечанию Попа, "тот факт, что немцы были в состоянии добывать ежемесячно 300 тонн горчичного газа заводским путем, применяя чисто-академический метод Мейера, делает честь немецкой химической промышленности, сумевшей довести свои фабрики до наивысшей степени совершенства". Первая часть экспериментальной работы была произведена союзниками по тому же пути, но дальнейшая разработка прекращена после открытия нового метода Попа.

Первым успехом в деле производства горчичного газа было открытие реакции этилена на двухлористую серу. В то время, как практическое выполнение этой реакции не удавалось американским химикам ни в лаборатории, ни на заводах, новый способ, согласно показанию Занетти, стал единственным, избранным французами (первыми из союзников, изготовлявшими и применявшими горчичный газ).

Завод принадлежал Society Chimique des Usines du Rhone и был открыт в начале марта 1918 года, с производством от 2–3 тонн в день. В июле ежедневная выработка его возросла до 20 тонн. Ко времени перемирия завод был расширен вдвое, почему, вероятно, в декабре 1918 года производство горчичного газа при помощи двухлористой серы достигло бы 40 тонн. Занетти отмечает, однако, что в этот процесс входили сложные и дорогие аппараты, и требовалось значительное количество четырех-хлористого углерода, как растворителя. По этой причине метод Левинстейна получил бы громадное значение, если бы война продолжалась далее.

Около конца января 1918 г. Поп и Джибсон, при изучении реакции Гутри, нашли, что действие этилена на одно-хлористую серу (S_2Сl_2) при 60° дает горчичный газ и серу:

2СН_2: СН_2 + S_2Cl_2 = (СН_2 СlСН_2)2S + S.

При указанной температуре реакция идет с выделением серы; сера выделяется либо после того, как продукт оставят стоять некоторое время, либо тотчас же, если на него действовал влажный аммиачный газ. Этот способ был поставлен фабричным путем в Англии и Америке, но с производственной точки зрения представлял значительные трудности. Сера часто выделялась и забивала трубы для впуска этилена и, хотя горчичный газ можно было сравнительно легко отделить от выделившейся серы сливанием, некоторое количество его все же пропадало. Добиться выделения горчичного газа нацело было невозможно, а присутствие его увеличивало трудность удаления серы из реакционного аппарата, так как люди, работавшие при этой операции, почти всегда отравлялись.

Рис. 29.

Реактор Левинстейна, установленный в Эджвудском Арсенале.

В виду этого особое значение получило открытие Грина, состоявшее в том, что при понижении температуры реакции до 30°, сера. не выделяется, а остается, как псевдо-раствор (Поп) или, как слабое химическое соединение моно-сульфида с атомом серы (Грин). Это вещество обладает всей физиологической активностью чистого моно-сульфида, между тем как при таком способе производства, громадные технические трудности при манипуляции с выделившейся серой совершенно устраняются. Для осуществления этой реакции Акц. Общ. Левинстейна конструктировало так называемый Левинстейновский "реактор", показанный на рисунке 29. Сущность процесса состоит в присоединении хлористый серы к очень чистому этилену с помощью неочищенного горчичного газа, как растворителя, при температуре, колеблющейся между 30–35 °C. В реагирующую жидкость непрерывно вводится хлористая сера до тех пор, пока не получится значительный ее избыток. Тогда введение хлористой серы прекращают и продолжают пропускать этилен до полного насыщения или момента окончания его поглощения. Во время хода процесса быстрота реакции может настолько увеличиться, что становится необходимым понижать температуру.

Продукт, полученный таким образом, представляет собой бледно-желтую жидкость, не выделяющую серы и не требующую дальнейшей обработки. Она совершенно пригодна для снаряжения снарядов. Очевидная простота этого метода привела к применению его на всех американских заводах, начавших производство горчичного газа (Эджвуд, Кливлэнд и Буффало).

Этилен

Из работ некоторых французских химиков известно, что в присутствии каолина, как катализатора, при повышенной температуре этиловый спирт дегидрируется в этилен. Процесс, окончательно разработанный американскими химиками, состоит в введении смеси паров спирта и воды, в весовом отношении один к одному, в 8-дюймовую железную трубу, внутри которой проходит 3-дюймовая, находящаяся в соприкосновении с глиной, температура которой поддерживается около 500–600 °C. Употребление водяного пара уменьшает температурные колебания, и каждый аппарат получает способность давать большие выходы продукта и полученные при реакции газы пропускались через конденсаторы, охлаждаемые водой. Одна установка этого типа изготовляла в час 400 куб. футов газа, в котором было от 92–95 % чистого этилена, между тем как непосредственное превращение спирта в этилен давало только 85 %. Эджвудский завод имел 40 таких установок, дававших этилен в количестве, достаточном для производства 40 тонн горчичного газа в сутки. Англичане употребляли в качестве катализатора кокс, пропитанный фосфорной кислотой. Печь, построенная в Америке по этому принципу, давала в час до 2.000 куб. футов этилена от 98–99 % чистоты. Однако, употребление таких печей не нашло себе широкого применения, вследствие удовлетворительных качеств каолиновых печей.

Рис. 30.

Опытная каолиновая печь для получения этилена производительностью в 400–500 куб. фут. в час.

1. Ввускпые клапаны для каталит. раств.

2. Газ.

3. Выход этилена.

4. Заглушенный конец.

5. Виутреннаа труба.

6. Пирометр.

7. Конденсатор.

8. Трубы дла стока.

9. Крепления для труб.

10. Выход воздуха.

11. Впуск пара.

12. Манометр.

13. Отверстия дли впуска паров спирта.

14. Втулка.

15. Кольцо горелки.

16. Резервуар дла стока.

17. Вакуум манометр.

18. От насоса.

19. Калиброванный уровень.

20. Дискометр.

21. Впуск паров спирта.

22. Компрессор.

23 Бак дла спирта.

24. Аспиратор.

25. Улавливатели конденсата.

26. Манометр давления.

27. Счетчик.

28. Газгольдер.

29. Т'руба для взятия проб.

30. Регулятор.

31. Разрежающий насос.

32. Конденсационные резернуары.

33. Выход отбросов.

34. Клапан дла выхода катализатора.

35. Дно.

36. Испаритель спирта.

37. Выход отбросов.

38. Впуск спирта.

39. Паровой сифон.

40. Выход.

41. Боченок спирта.

42. Дымовая труба.

Хлористая сера

С тех пор, как при Эджвудском арсенале стали приготовлять хлор, было логично утилизировать часть его для приготовления хлористой серы. Выстроенный для этого завод имел 30 чанов (78 дюймов в диаметре и 35 футов длины), из которых каждый был рассчитан на ежедневную производительность в 20.000 фунтов хлористой серы. Чаны наполнялись серой, через которую пропускался хлор. При достаточном притоке тепла, поддерживающего серу в расплавленном состоянии, реакция протекает быстро. Если хлор вводился слишком быстро, то температура поднималась настолько высоко, что образовавшаяся хлористая сера начинала кипеть. Во избежание этого к аппаратам были проведены трубы, по которым протекала холодная вода, поддерживавшая температуру чанов в должных пределах. Для производства одной тонны горчичного газа требовалось около одной тонны хлористой серы и немного меньше полтонны (12.640 куб. футов) этилена.

Рис. 31.

Ряд печей для выработки этилена.

Германский способ производства[12]

Приготовление этилена. Газ получался при пропускании паров спирта над окисью алюминия, при температуре от 380–400 °C. Подробности конструкции одной из печей даны на рисунках 32 и 33. Печи были очень малы, и их нужно было около 60 штук, чтобы доставить требуемое количество газа. Трубы, содержавшие катализатор, были сделаны из меди и нагревались в ванне из расплавленного азотнокислого калия. Было известно, что катализатор приготовлялся по способу Ипатьева и выдерживал от 10 до 20 дней. Полученный газ промывался обычным образом в скрубберах. Судя по сообщениям, этилена получалось около 90 % теоретического выхода.

Приготовление хлоргидрина гликоля. Реакция производилась в горизонтальном цилиндрическом котле, который был снабжен мешалкой и покрыт пробковой изоляцией во избежание нагревания внутренности котла от окружающего воздуха. В котел вводилось определенное количество хлорной извести, достаточное для получения 500 килогр. хлора, и 5 куб. метров воды. Сначала в смесь пропускали около 20 куб. метров углекислоты, потом этилен и, наконец, этилен и углекислоту одновременно. Отмечалась быстрота поглощения этилена и, когда реакция замедлялась, добавляли углекислоту. Никаких более подробных сведений по этому поводу не имеется, кроме того, что впуск газов был передан на усмотрение рабочего, наблюдающего за процессом. Реакция должна была идти при возможно низкой температуре, но имевшиеся на заводе аппаратов не давали возможности поддерживать ее ниже 5 °C. Температура во время хода производства колебалась в пределах от 5° — 10 °C. С целью поддержания ее на низком уровне, реагирующий раствор непрерывно перекачивался через змеевик, охлаждаемый холодной водой. Когда этилен более не поглощался, и в котле оставался избыток углекислоты, раствор испытывали на хлорноватистую кислоту. Для введения этилена требовалось от 2 до 3 часов.

Рис. 32.

Получение этилена на Баденской Содо-Анилиновой фабрике, 60 единиц

1. Предохранительный клапан.

2. Выход этилена.

3. Впуск охлаждающей воды.

4. Выход горячих газов.

5. Газовая труба.

6. Змеевик холодильника.

7 Этиленовая труба к скрубберу.

8. Впускная трубка.

9. Впускная трубка для паров спирта.

10. Трубка для пара.

11. Дымовая труба.

12. Выход охлажденного спирта.

13. Кирпич.

14. Выход охлаждающей воды.

15. Трубы контакта.

Pис. 33.

Получение этилена на Баденской Содо-Анилиновой фабрике. 1 элемент.

1. Предохранительная труба.

2. Газовая труба.

3. Выход горячих газов.

4. Входные трубы для паров спирта.

5. Выход этилена.

6. Медный змеевик (12 оборотов).

7. KNO_3.

8. Контакт.

9. Газ.

10. KNO_3.

11. Змеевик вокруг внутренней трубы.

12. Змеевик с контактным веществом у основания.

Рис. 34.

Котел для реакции хлоргидрина на Баденской Содо-Анилиновой фабрике. 16 единиц.

1. Впуск этилена.

2. Трубки.

3. Впускная трубка.

4. Контрольный сосуд.

5. Насос.

6. К змеевику и фильтру прессу.

7. Мешалки.

8. Свинцовый змеевик.

9. Впуск СО_2.

10. Свинцовые трубки.

При фильтровании продукта реакции через пресс удаляли углекислый кальций. Полученный раствор содержал от 10 до 12 % хлоргидрина гликоля и, после перегонки его с водяным паром, количество хлоргидрина в дестилляте повышалось от 18 до 20 %. Выход хлоргидрина составлял от 60 до 80 % теоретического, считая на затраченный этилен.

Рис. 35.

Производство горчичного газа в Ливеркузене.

Установка для хлорирования тио-ди-гликоля.

Приготовление ди-гидро-окси-этил-сульфида. Чтобы приготовить ди-гидро-окси-атил-сульфид, к 18 или 20 % раствору хлоргидрина гликоля прибавляли теоретическое количество сернистого натра в виде безводной соли или в кристаллах. После этого смесь нагревалась до 90 — 100 °C, затем перекачивалась в выпарительный чан, где вода удалялась нацело кипячением. Полученный тио-гликоль отфильтровывался от выделившейся соли и перегонялся под уменьшенным давлением. Выход составлял около 90 % теоретического, рассчитанного на хлоргидрин.

Приготовление ди-хлор-этил-сульфида. Тио-ди-гликоль подвозился по рельсовому пути к двум большим бакам, служившим его хранилищами, и отсюда перекачивался посредством вакуум-насоса прямо в реакционный сосуд. Каждый реакционный сосуд был помещен в отдельной камере, вентилируемой как сверху так и. снизу, и снабженной стеклянными окнами для наблюдения. Сосуды были сделаны из 1¼-дюймового чугуна и выложены 10-м.м. свинцом; они имели вышину 2,5 м., диаметр 2,8 м. и были покрыты кожухом, позволявшим производить нагревание водой и паром и поддерживать реакцию при 50 °C. Газообразная соляная кислота, направляемся по главной трубе, пропускалась через серную кислоту, что давало возможность наблюдать за скоростью, и поступала затем в реакционный сосуд через 12 стеклянных трубок, каждая около 2 см. в диаметре. Скорость течения соляной кислоты поддерживалась в такой степени, чтобы произвести поглощение до максимума. Газы, выделяющиеся при реакции, выводились из сосуда по трубке в коллектор, проходили через скруббер, содержащий древесный уголь и воду, потом через сепаратор и, наконец, направлялись в вытяжную трубу. Эти выпускные газы высасывались посредством вентилятора, соединенного также с нижней частью камеры, в которой помещался реакционный сосуд, так что все газы должны были пройти через скруббер, прежде чем выйти в вытяжку. По окончании реакции масло удалялось посредством вакуум-насоса в чугунный промывной чан.

Слой водного раствора соляной кислоты из реакционных сосудов удаляли также посредством вакуума в глиняный приемник. Стеклянное окно в камере позволяло наблюдателю избегать перегонки масла с кислотой. Реакционный сосуд был снабжен термометрам как внутри, так и снаружи, у чехла. Для испытаний во время хода реакции, пробы вещества могли быть подведены насосом к гидрометру, находящемуся под стеклянным колпаком; окончательная проба должна была показывать 126° Тв. Другая порция могла быть втягиваема в пробирку, при чем становилось возможным следить за прохождением соляной кислоты. Поплавок, помещенный в стеклянную внешнюю трубку, соединенную с реакционным сосудом, служил для показания уровня жидкости. Реакционные, промывные и дестилляционные аппараты, служившие для производства горчичного газа на немецких заводах, были нормального типа и применялись уже. раньше при многих других операциях.

Промывная ванна представляла собой чугунный сосуд, выложенный свинцом, 2,5 м. в диаметре и 2 м. глубины, снабженный колпаком и мешалкой. Для введения воды и раствора соды служили свинцовые трубы; подобные же трубы были устроены для высасывания вакуум-насосами. Крышка, имевшая плоский верх, была снабжена стеклами для освещения и наблюдения, к которым, для предотвращения заболевания, был прикреплен маленький паровой змеевик. Промытое масло перекачивалось в дистилляционный куб, — чугунный сосуд, выложенный свинцом, 1,5 м. в диаметре и 2 м. глубины, снабженный нагревающими свинцовыми змеевиками и соединенный посредством спирального свинцового холодильника и приемника с вакуум-насосом. Вода отгонялась от масла при 62–70 мм. давления. Высушенное масло перекачивали в резервуар, весьма сходный по. форме с промывной ванной, в котором оно смешивалось на заводе с определенным количеством растворяющего вещества, обычно хлор-бензола или иногда четырех-хлористого, углерода. Относительное количество растворителя изменялось в зависимости от времени года, и инструкции по этому поводу доставлялись из Берлина. Готовая смесь передавалась в баки складов и в вагоны-цистерны.

Американский способ производства

Испытательный отдел "Военно-Химической службы" внимательно исследовал немецкий, французский и английский методы получения горчичного газа и избрал в конце концов процесс Левинстейна. Нижеследующая выдержка приведена из сообщения, сделанного в период организации дела в сентябре 1918 года.

Левинстейновский реакционный аппарат состоит из окруженного кожухом и выложенного свинцом сосуда или стального котла 8 футов 5 дюймов в диаметре и 14 футов вышины. Внутри его помещена свинцовая трубка (внешний диаметр 2 3/8 дюйма), согнутая в виде 5 змеевиковых колец, длиной 1.400 фут. с охлаждающей поверхностью в 1.200 кв. фут. Аппарат имеет емкость на 12 тонн.

Этилен вводится при помощи 16 свинцовых инжекторов, из которых каждый прикреплен к своему отверстию наверху крышки; трубки проходят через реакционный сосуд и оканчиваются в расстоянии 12 дюймов от его дна. Отверстия вводных трубок имеют внешний диаметр 3/16 дюйма; этилен проходит через них под давлением в 40 фунтов.

Перед началом реакции в аппарат вливается хлористая сера в таком количестве, чтобы покрыть отверстия вводных: трубок. Затем впускают этилен и, по мере развития реакции, прибавляют хлористую серу в количестве, необходимом для того, чтобы поддерживать скорость реакции на должной высоте. Через змеевики пропускается соленая холодная вода, чтобы температура не поднималась выше 35 °C.

Когда реакция окончена, пуск этилена ослабляется настолько, что только небольшое количество его пузырьков продолжает выходить из инжекторов. Полученный продукт перекачивают с помощью сифона в железный бак 8 футов в диаметре и 19 футов вышины, который снабжен железным змеевиком для охлаждения или нагревания жидкости. Выделившаяся сера скопляется на дне котла и может быть расплавлена. Бак достаточно велик, чтобы вместить 6 полных зарядов горчичного газа и серу, выделяющуюся при реакции. Всплывающий горчичный газ отводят с поверхности серы в цистерны для хранения.

На ход реакции оказывают влияние следующие условия:

При под'еме температуры свинцовых труб выше 60 °C в присутствии хлористой серы происходит медленное разложение продукта.

Присутствие железа ведет к быстрому разложению продукта при 50 °C и, возможно, даже при значительно более низкой температуре.

Чистота продукта зависит от длительности реакции. Между горчичным газом и хлористой серой всегда происходит медленная реакция, и поэтому процесс должен продолжаться не более 8-ми часов.

Чем больше серы выделится из раствора, тем лучше продукт. Температура имеет заметное действие на выделение серы. С целью совершенно удалить серу из продукта в конце реакции нередко повышают температуру с 55° до 70 °C, что, однако, может причинить закупорку сети и реакционного аппарата.

Физические свойства

Ди-хлор-этил-сульфид (горчичный газ) есть бесцветная, маслянистая жидкость, имеющая слабый запах горчицы. Чистое вещество, как говорят, напоминает своим запахом кресс. Несмотря на характерный запах, газ может находиться в атмосфере в очень опасных количествах, не будучи обнаружен обонянием. Вопрос о том, парализует ли горчичный газ чувство обоняния, до сих пор остается открытым, — существуют мнения за и против.

Горчичный газ кипит под атмосферным давлением при 215° — 217 °C, что ясно указывает на его большую стойкость, Хотя он перегоняется при этой температуре без разложения, но он очищается лучше при перегонке под уменьшенным давлением или при перегонке с водяным паром. Перегонный куб для горчичного газа под уменьшенным давлением описан Стритером[13].

Совершенно чистый горчичный газ имеет температуру плавления 13° — 14 °C (летняя t° обычно 20° — 25 °C). Неочищенный продукт, получаемый непосредственно из реакционного аппарата, плавится при 9° — 10 °C. Для того, чтобы он оставался в снаряде жидким при зимней и летней температуре, немцы прибавляли к нему от 10 до 30 процентов хлор-бензола, позднее смесь хлор-бензола и нитро-бензола и, наконец, чистый нитро-бензол; употреблялся также четырех-хлористый углерод, как средство для предотвращения его перехода в твердое состояние. Много других смесей, как хлор-пикрин, синильная кислота, бром-ацетон и др. были испробованы, но не вошли в употребление.

Действие примесей на точку плавления горчичного газа указано в следующей таблице:

Температура плавления смесей горчичного газа

% примеси

Хлор-пикрина

Хлор-бензола

Четырех-хлористого углерода

0

13,4 °C

13,4 °C

13,4 °C

10

9,8 °C

8,4 °C

9,8 °C

20

6,3 °C

6,4 °C

6,6 °C

30

2,6 °C

— 1,0 °C

— 3,1 °C

Получаемый в Соединенных Штатах горчичный газ содержал в растворе от 17 до 18 процентов серы. Этот газ, заключенный в снаряд, употреблялся без прибавления какого-либо растворителя. На практике оказалось, что этот нечистый продукт причиняет значительно более острое заболевание, чем такое же количество чистого вещества, вследствие чего никакой первоначально предполагавшейся очистки более не производилось.

Удельный вес горчичного газа в жидком состоянии при 20 °C равен 1,2741. В твердом виде он имеет несколько больший удельный вес = 1,888 при 18 °C. Его давление пара при комнатной температуре очень низко: при 20 °C оно равно 0,06 м.м. ртутного столба.

Горчичный газ почти нерастворим в воде; насыщенный раствор его в воде содержит менее 0,1 %. Существуют указания на то, что был получен одно-процентный водный раствор, но при этом не был принят во внимание гидролиз. Горчичный газ свободно растворяется во всех обыкновенных органических растворителях, как-то в лигроине, спирте, эфире, хлороформе, уксусной кислоте, хлор-бензоле и т. д. В случае, если растворитель легко смешивается с водой, горчичный газ выделяется из него в виде масла.

Химические свойства

Горчичный газ медленно разлагается при действии воды, вследствие своей незначительной растворимости. Продуктами распада являются ди-гидро-окси-этил-сульфид и соляная кислота:

(ClCH_2CH_2)2 + S+ 2 H_2O = OH. СН_2CH2)2 S + 2HCl.

Некоторые сернистые масла повышают скорость гидролиза, увеличивая, с одной стороны, скорость перехода горчичного масла в раствор, с другой, усиливая его растворимость. Щелочи также повышают степень гидролиза. Окислители разрушают горчичный газ. Эта реакция была проведена в жизнь, применением порошка хлорной извести, как средства для уничтожения горчичного газа в поле (рисунок 9)

Хлор, двухлористая сера и другие хлорирующие вещества быстро превращают горчичный газ в бездеятельное (не нарывное) вещество. Двухлористая сера являлась ценным реактивом как в лабораториях, так и на заводах для очистки горчичного газа. Этой реакцией об'ясняются также первоначально неудачные попытки приготовления горчичного газа взаимодействием этилена и двухлористой серы. Горчичный газ, вероятно, образуется при этом, но почти моментально подвергается действию хлора, благодаря избытку двухлористой серы.

Однохлористая сера не действует на горчичный газ. Хлор-амин Т и ди-хлор-амин Т (ценные терапевтические средства, примененные Дэкином и Каррелем для лечения ран) также вступают в реакцию с горчичным газом.

По этой причине они были рекомендованы для лечения ожогов от горчичного газа, но, как мы увидим далее, не имели полного успеха.

Обнаружение газа

Первоначально, единственным способом обнаружения горчичного газа было чувство обоняния. Тогда концентрации, которые не могли быть уловлены на запах, считались безвредными. Позднее это оказалось неверным, и явилась необходимость изобрести более тонкие методы исследования. Опыты, произведенные для этого в поле и в лаборатории, оказались не вполне удовлетворительными, так как были направлены на открытие хлора, содержащегося наравне с прочими галоидами в большинстве военных газов. Определение хлора лампой было основано на окислении медной сетки галоидом и последующем нагревании сетки на Бунзеновской горелке. Таким путем одну часть горчичного газа можно было обнаружить в 10 миллионах частей воздуха. Другой способ, рекомендованный Военно-Химический Службой, состоял в употреблении селеновой кислоты, но и здесь можно отметить полное отсутствие специфичности, потому что, в то время, как соединения, содержащие галоиды, не действуют на селен, мышьяковые и органические мышьяковые производные дают с ним положительную реакцию и часто в более короткое время, чем горчичный газ, Говорят, что у немцев были доски, покрытые желтым составом, обладающим способностью чернеть в присутствии горчичного газа. Эти доски опускались на дно только что захваченных траншей, и, если через несколько минут они становились черными; то можно было подозревать присутствие горчичного газа. Также сообщалось, что желтая краска для головной части снаряда с горчичным газом имела тот же состав и служила для обнаружения снаряда, давшего течь. Однако, из допроса одного немецкого дезертира явствует, что доверие, возлагаемое на эти реактивы, было неосновательным и приводило иногда к несчастным случаям.

Рис. 36

Полевой прибор для обнаружения горчичного газа.

1. К резервуару с газом.

2. Гибкая металлическая газовая трубка.

3. Нормальный патрон-респиратор.

4. Отделение для маски.

5. Место для сосуда с кислотой.

6. Место для сосуда с пробой.

7. Дрексель.

8. Основание воронки, закрытое фильтром для задержания пыли и пр.

9. Вход воздуха.

Существовала также белая краска, становившаяся в присутствии горчичного газа красной, но перемена цвета не была характерна для испытуемого вещества, так как опыты, сделанные в нашей армии, показали, что и другие масла (анилин, скипидар, льняное масло) производят то же самое действие.

Отделам Военно-Химической Службы удалось составить эмалевую и масляную краску, которые были очень чувствительными реактивами на горчичный газ. Обе краски были желтого цвета и при соприкосновении с газом становились темно-красными. Перемена окраски происходила мгновенно. Эмалевая краска состояла из желтого хрома, как пигмента, смешанного с красным маслом и целулоидным лаком (раствором нитроклетчатки в амило-уксусном эфире). Один галлон эмали покрывает 946.500 кв. см. или пояски шириной в 3 см. на 12.500 7-сант. снарядах. Масляная краска состояла из 50 % сырого льняного масла и 50 % японского сиккатива, к каковой смеси добавлялась выше-описанная эмаль в требуемом количестве. При соприкосновении с жидким горчичным газом, эта краска переходит в 4 секунды в темно-малиновый цвет, с мышьяковыми производными становится пурпурной или темно-зеленой, при чем перемена цвета почти мгновенная и очень чувствительная даже к парам этих составов. Другие вещества не оказывают на окраску никакого влияния.

Однако, в поле ничто не могло сравниться с хорошо. развитым обонянием; сомнительно, чтобы какой-нибудь из указанных реактивов нашел себе в будущем широкое применение на войне.

Физиологическое действие

Одним из наиболее интересных свойств горчичного газа является его физиологическое действие, которое подробно исследовалось как в отношении степени ядовитости, так и форм накожного или нарывного заболевания.

Ядовитость (токсичность)

Если принять во внимание высокую точку кипения горчичного газа и малую упругость его паров, то можно прийти к заключению, что такое вещество сравнительно малоценно; как ядовитый, или отравляющий газ. Хотя, конечно, главное значение горчичного газа приписывается его нарывному действию, но все же остается несомненным, что он принадлежит к числу наших наиболее ядовитых боевых газов. Это указывает следующее сравнение с другими газами:

Mg на литр

Мыши

Собаки

Горчичный газ

0,2

0,05

Фосген

0,3

–

Цианисто-водородная кислота

0,2

0,1

Хлор-пикрин

1,5

0,8

Хлор

–

3,0

Когда животное подвергается действию варов горчичного газа высокой концентрации, оно последовательно обнаруживает ряд симптомов, могущих быть разделенными на 2 класса.

1) Местное действие на глаза, кожу и дыхательные пути, которое выражается главным образом в виде конъюнктивита и поверхностного омертвения роговой оболочки глаза, гиперемии, отека и позднее омертвения кожи, приводящего к очень затяжным накожным ранам; прилива крови и омертвения эпителия, покрывающего трахеи и бронхи.

2) Общее действие, вследствие поглощения вещества кровью, разносящей его к разным тканям тела.

Наиболее интересным наблюдением над симптомами отравления горчичным газом является скрытый период, протекающий между моментом отравления и временем, когда какие-либо серьезные об'активные или суб'ективные действия газа становятся заметными. В этот период действие газа проявляется очень слабо, если введенная доза не была слишком значительной.

Вначале являлось очень серьезным вопросом, будет ли слепота, причиняемая горчичным газом, постоянной или временной. Позднее, когда ближе познакомились с глубиной и тяжестью причиняемых им ожогов тела, предметом удивления стало то, что слепота не остается постоянной.

Причина здесь, повидимому, механическая. Постоянное моргание век, очевидно, смывает горчичный газ с глазного яблока и удаляет его настолько, что оставшегося газа недостаточно для глубокого ожога, причиняющего долговременную слепоту.

Благодаря тому, что концентрации газа, в силу медленности его испарения, на полях сражений были весьма невелики, производимая горчичным газом смертность очень мала, приблизительно около 1 % среди американцев, пострадавших от него во время войны.

С другой стороны, если бы газ был широко и мелко рассеян большим зарядом взрывчатого вещества в снаряде, он был бы очень смертоносен. В этом случае люди принуждены были бы вдыхать мелкие частицы жидкости и таким образом поглощать в сотни раз большие количества газа, чем при вдыхании его паров. Так называемый "горчично-газовый бризантный снаряд" был изобретен немцами в самые последние месяцы войны. Сила его действия дает уверенность, что в будущем громадное количество таких снарядов войдет в употребление.

Сходство симптомов и патологических эффектов после вдыхания большого количества паров горчичного газа или впрыскивания в кровь его растворов в оливковом масле или воде, привело Маршала и его сотрудников к заключению, что при высокой концентрации газ влияет на организм через легкие. Доказательством служит выделение в моче животных, отравленных вдыханием горчичного газа, продукта его гидролиза: ди-гидро-окси-этил-сульфида. Хотя этот продукт распада не ядовит, но соляная кислота, выделяющаяся при гидролизе газа, вызывает определенные признаки отравления и может даже причинить смерть.

Исходя из этих фактов, Маршаль[14] предполагает следующий механизм действия горчичного газа:

"Ди-хлор-этил-сульфид очень медленно растворяется в воде и очень быстро в органических растворителях и жирах. Поэтому, надо 'думать, что он проникает без затруднения в клетки. Способность газа к быстрому прониканию доказана на практике его действием на кожу. Проникнув в живую клетку, он, несомненно, начинает гидролизироваться, и освобождение соляной кислоты внутри клеточки производит серьезное отравление, которое может об'яснить действие ди-хлор-этил-сульфида. Итак, суммируя механизм реакции горчичного газа, приходим к следующим выводам:

1) Газ быстро проникает в клетки, благодаря своей высокой растворимости в жирах.

2) При действии воды внутри клеточки происходит гидролиз е выделением соляной кислоты и ди-гидро-окси-этил-сульфида.

3) Соляная кислота действует разрушительно на ткани и жизнедеятельность клеточки.

Хотя соляная кислота проникает внутрь клетки с известными затруднениями и отчасти нейтрализуется щелочными жидкостями, находящимися в теле, можно ожидать, что проникновение больших количеств соляной кислоты вызовет указанные характерные симптомы отравления горчичным газом. Стимуляция дыхательного центра есть известное действие соляной кислоты; конвульсии и слюнотечение могут быть вызваны впрыскиванием ее внутрь организма; впрыскивая ее, мы имеем возможность замедлять сердечную деятельность.

Медленное действие горчичного газа может быть об'яснено образованием соединения его с какой-нибудь составной частью крови. Однако, кровь, взятая от собак, отравленных горчичным газом и проявивших типичные симптомы заболевания, впрыснутая в здоровых собак, не производила никакого действия. Кровяная сыворотка, обработанная "in vitro" с горчичным газом, состоявшая некоторое время и затем впрыснутая в собаку, не производила действия. Жидкость, образующаяся в пузырях и волдырях кожи, вследствие проникновения горчичного газа, не оказывает никаких вредоносных влияний".

При исследовании ядовитости горчичного газа на собаках было замечено, что животное может выносить беспредельно концентрацию в 0,01 mg. газа на литр. Эта доза считается начальной и сказывается с величины ядовитости в разные периоды времени. Определенное отношение между ядовитой концентрацией и временем действия яда может быть выражено общей формулой:

(с — 0,01) t = k.

где с есть концентрация, наблюдаемая в данное время t; при колебаниях t от 7,5 до 480 минут, k имеет приблизительную величину 1,7.

Нарывное действие

Кроме ядовитых свойств горчичный газ имеет большое значение вследствие своего раздражающего действия на кожу. Это видно из того, что 1/14.000.000 часть его способна вызвать коньюктивит глаз, а 1/3.000.000 или даже 1/5.000.000 часть причиняет чувствительному человеку ожог кожи при продолжительном действии яда. По Уортину раны, полученные от горчичного газа, имеют характер химических и похожи на раны, полученные от действия соляной кислоты, но гораздо большей силы. Патология этих ран внимательно исследована и подробно описана Уортином и Уеллером в их. книге "Патология Горчичного Газа". Поэтому наши рассуждения должны ограничиться лишь несколькими характерными замечаниями о нарывном действии этого вещества.

Изменения восприимчивости кожи

Каждый рабочий, имевший дело с горчичным газом, мог заметить, что некоторые люди имеют кожу более восприимчивую к ожогам от этого вещества, чем другие. Маршаль произвел опыты над 1.282 людьми в Эджвудском арсенале, применяя от 1 % до 0,01 % раствор горчичного газа в парафиновом масле. Маленькая капля этих растворов наносилась, на предплечье и локтевую часть руки; остававшиеся открытыми приблизительно минут на десять. Присутствие или отсутствие положительной реакции узнается по появлению или отсутствию эритемы через 24 часа после опыта. Результаты оказались следующие:

1%

0,01%

% в итоге

Положительный

Положительный

3,3

Положительный

Отрицательный

55,3

Отрицательный

Отрицательный

41,4

Опыт, произведенный над 84 неграми, дал следующие результаты:

1%

0,01%

% в итоге

Положительный

Положительный

0,0

Положительный

Отрицательный

15,0

Отрицательный

Отрицательный

78,0

Отрицательный

Сомнительный

7,0

Из вышеуказанных таблиц видно, что негры обладают гораздо менее восприимчивой кожей, нежели белые. Ни один из 84 подвергшихся испытанию негров не реагировал на 0,1 процентный раствор и, конечно, ни один не стал бы реагировать на более слабый раствор. Около 10 процентов белых людей реагируют на 0,1 % раствор, между тем, как 2–3 %, реагируют даже на 0,01 % раствор, следовательно они гораздо более чувствительны. Около 78 % негров не реагируют на однопроцентный раствор, в то время как только от 20 до 40 % белой расы способны не поддаваться этой реакции.

Один и тот же индивидуум может при различных условиях проявить различную восприимчивость, что также исследовано Маршалем.

Рис. 37.

1. Концентрация горчичного газа, необходимая для кожи у восприимчивого об’екта опыта Х — ожог (бритема); Д — сомнительно; О — ожог не чувствуется.

2. Концентрация в миллиграммах на 1 литр.

3. Время в минутах.

Было испытано действие физических упражнений и выделения пота. Несколько людей получили газовые ожоги (длительность отравления от 1 до 5 минут), после чего работали до выступления обильного пота и затем снова подвергались действию газа. Во всех случаях ожоги, полученные после упражнений, были гораздо сильнее. При появлении пота, вызванного горячими ножными ваннами, замечалось также усиление восприимчивости. Влажность кожи является отчасти, если не вполне, причиной усиленной восприимчивости, что доказано следующим образом:

Небольшое место на руке было намочено на несколько минут влажной ватой, затем, после удаления ее, было сделано два опыта, один над влажным местом, другой над сухой кожей. Всегда ожог на смоченном месте был более сильным и сразу производил нарыв,

Кожа в различных частях тела, без сомнения, также разнится по восприимчивости. Все наши опыты производились на предплечьи. Кисти рук значительно менее восприимчивы, чем предплечье. Опыты, произведенные масляным методом на предплечье, груди и спине, во всяком случае, указывают на очень малую разницу в восприимчивости этих мест. Кожа по соседству со старыми ожогами оказывалась более чувствительной.

В общем, один и тот же суб'ект от повторных действий газа не становится более чувствительным к ожогам кожи. Большое количество опытов, произведенных над одними и теми же лицами в различное время и при одних и тех же условиях указывается замечательное постоянство реакции. Опыты, произведенные над рядом людей в различное время, в продолжение 4 месяцев, обнаружили слабые изменения, замечаемые от времени до времени у некоторых из них. Ни один из реагировавших первоначально только на 1 % раствор, не стал реагировать на 0,01 % и также ни один, первоначально реагировавший на 0,01 %, не перестал реагировать на 0,1 % раствор.

Восприимчивость кожи у животных. Опыт с парафиновым маслом был произведен над многими животными и показал, что разница в восприимчивости существует, как для различных видов, так равно и для отдельных индивидуумов одного и того же вида.

Виды

Число опытов

Процент положительный

1%

0,1%

0,01%

Лошадь

1

100

100

100

Собака

91

83

35

0

Коза

11

55

36

0

Крыса

10

30

20

0

Мышь

7

70

14

0

Кролик

2

100

0

0

Морская свинка

12

33

0

0

Обезьяна

9

22

0

0

Лошадь оказывается наиболее чувствительной, а обезьяна и морская свинка наименее чувствительными видами, между тем как собака ближе всех других обследованных видов подходит к человеку по восприимчивости. До сих пор еще не найдено животного, получающего нарывы от действия горчичного газа.

Смис, Клаус и Маршаль[15] изучили механизм поглощения: газа кожей. Они считают совершенно ясным, что горчичный газ сначала быстро воспринимается какими-нибудь частицами на поверхности кожи и может быть удален совершенно без следа через 2 или 3 минуты, а через 10–15 минут только частично, продолжительным промыванием органическими растворителями или просто мылом и водой.

Наблюдается интересное явление, когда не подвергавшаяся отравлению здоровая кожа одного суб'екта прижимается на 5 минут к коже другого, подвергшегося действию горчичного газа. При этих условиях оба суб'екта могут получить ожоги (вследствие перемещения яда с одной кожи на другую), сила которых изменяется в соответствии с обстоятельствами и относительной чувствительностью участников.

Степень ожога здоровой кожи зависит от степени отравления принимаемой к ней больной кожи. Если два одинаковых ожога сделаны на руке чувствительного человека, и один из ожогов, так сказать, лечится контактом с здоровой кожей: менее чувствительного лица в продолжение пяти минут, то этот ожог будет значительно слабее, чем другой и может быть, в некоторых случаях, совершенно излечен. Но если получающий одинаково или в большей мере чувствителен, чем больной, сила ожога последнего уменьшится в гораздо меньшей степени. Оба опыта могут быть произведены сразу на двух воспринимающих индивидуумах, одним с большей, другим с меньшей восприимчивостью, чем тот, который передает ожог. В таком случае ожог, произведенный от соприкосновения с менее восприимчивой кожей, будет менее сильным.

Если восприимчивый суб'ект будет прижимать свою руку попеременно к ожогам одной и той же концентрации и времени экспозиции восприимчивого и невосприимчивого лица, то он получит более сильный ожог от восприимчивого человека, нежели от невосприимчивого.

Это показывает, что кожа невосприимчивых людей обладает большой ёмкостью для поглощения горчичного газа, чем кожа восприимчивого человека. Между двумя соприкасающимися кожами происходит разделение газа с очевидной тенденцией установить равновесие, при котором большая часть газа остается в той коже, которая обладает для него большой емкостью.

Попытка об'яснения этого явления может быть сделана следующим образом: "Имеется трех-фазная система: воздух над поверхностью кожи составляет внешнюю фазу, жировые и роговые элементы кожи — центральную фазу, а клетчатка кожи — внутреннюю фазу. Центральная фаза богата липоидами и бедна водой, между тем как внутренняя богата водой и бедна жирами. После действия паров ди-хлор-этил-сульфида центральная фаза является поглощающей средой, стремящейся установить равновесие с обеими другими фазами. Благодаря жиру центральной фазы, здесь не может быть причинено вреда, так как горчичный газ не гидролизирован. При переходе из центральной во внутреннюю фазу вещество гидролизуется в клеточке и производит разрушение ее при достаточной концентрации соляной кислоты. Внешняя фаза, непрерывно освобождаемая от паров токами диффузии и конвекции, может вбирать в себя все большее и большее количество вещества из центральной фазы. Восприимчивость индивидуума зависит от относительной способности центральной фазы удерживать яд в не активной форме, т. е. в не гидролизованном виде, и препятствовать его входу во внутреннюю фазу со скоростью, производящей ядовитую концентрацию. Мы не пытаемся локализировать центральную или внутреннюю фазы какой-либо определенной структурой кожи, так как известно, что горчичный газ, проникая в сальные каналы и жир, может образовывать здесь одну фазу, а в эпителии другую".

Тактическое применение горчичного газа

Как уже сказано, горчичный газ, подобно многим другим веществам, применявшимся в течение войны, был открыт в мирное время. Виктор Мейер (1886) вполне ясно отмечает его вредоносные качества. Материалы, служившие для изготовления горчичного газа, подобно материалам, служившим для производства фосгена и хлора, вошедшим в употребление раньше него, находились в обильном количестве в продаже, благодаря широко развитой промышленности красок или фотографической химии.

Горчичный газ, кроме сильной ядовитости, имеет так много других важных качеств, что получил за время войны название "короля газов", каковым остается до сих пор. Применение его под Ипром в ночь на 12 июля 1917 года совершенно изменило принципы газовой борьбы и внесло значительную перемену воззрений на способы ведения войны вообще. Горчичный газ в высшей степени ядовит, будучи в атом отношении одним из наиболее полезных военных газов. Он не производит моментального действия, оно довольно длительно. Он ожигает тело как внутри, так и снаружи, где только встречается влажность. Глаза, легкие и нежные части тела подвергаются немедленному отравлению. Он действует в продолжение 2-х или 3-х дней в самую теплую погоду, между тем как в холодную, сырую погоду действие его опасно в течение от недели до 10 дней, а в более холодную погоду может продолжаться целый месяц или дольше, пока погода не потеплеет настолько, чтобы способствовать испарению жидкости. В земле он разлагается настолько медленно, что делает опасным земляные работы вокруг воронок от снарядов на недели и месяцы, а возможно на год и больше.

Германцы применили его вначале просто для того, чтобы вывести людей из строя и помешать или прекратить угрожавшие им атаки британцев под Ипром. Применение горчичного газа германцами в конце 1917 г. оказалось настолько пагубным для англичан, что заставило их отложить начало наступления по крайней мере на 2 недели и помогло немцам выиграть драгоценное время, причиняя при этом серьезный ущерб врагу частичным расстройством рот, полков и дивизий в английской армии.

Германцы применяли горчичный газ в конце 1917 г. и зимой 1917 и 1918 г., как уже было сказано, для отравления врага, действия на его психику, расстройства его боевых частей и нарушения намеченных им операций. Позднее ими было разработано более научное применение горчичного газа, и при начале своих больших наступлений в марте, апреле, мае и июне 1918 г. они стали употреблять горчичный газ перед боями для нанесения потерь, расстройства частей, морального воздействия, и во время боев — для обезоружения сильных пунктов, которые они не имели желания пытаться брать приступом. Одним из наиболее выдающихся примеров может служить наступление на Армантьер в апреле, когда немцы затопили город таким количеством горчичного газа, что, как говорят, он тек по улицам. Действие газа было настолько сильно, что не только британцы принуждены были оставить город, но немцы не могли вступить в него в продолжение 2-х недель. Это во всяком случае дало им возможность взять Армантьер без больших потерь людьми. Была масса других менее разительных случаев, когда горчичный газ применялся таким же путем.

Вследствие стойкости, он вошел в употребление для целей обороны, и с этой точки зрения может считаться незаменимым. Выпуск достаточного количества горчичного газа почти наверное может остановить занятие какого-либо района противником или даже преградить переход через отравленную зону. Он дает возможность нейтрализовать сильные пункты, которые нежелательно атаковать, и сделать их негодными для пребывания в них, понуждая к их эвакуации.

В конце войны предполагалось (и будет без сомнения применено в будущем) зарывать баллоны газа в землю и взрывать их при попытках неприятеля к наступлению. Это был бы наиболее экономный способ выпуска большого количества вещества в наиболее нужный момент, в наиболее важном месте. Предполагалось даже, и это кажется вполне осуществимым, пульверизировать горчичным газом целые местности посредством гидропульта, прикрепленного к баллонам, или даже к цистернам, поставленным на тракторы.

Как раз перед перемирием германцы стали применять горчичный газ в бризантных снарядах. Вместо обычного количества взрывчатого вещества, наполняющего снаряд, и достаточного для его разрыва и вытекания заключенный в ней жидкости, они стали заполнять около 30 % всего пространства снаряда бризантным веществом. Последнее рвало гранату на мельчайшие осколки и разбрасывало большую часть жидкого горчичного газа в виде мелких брызг. Эти брызги, при вдыхании, оказывались чрезвычайно смертоносными, чего и следовало ожидать, зная, что человек может одним вдыханием набрать в легкие, в виде мелких брызг, в сотни раз большее количество вещества, чем он вдохнул бы в виде газа.

Так как горчичный газ обладает замедленным действием и производит эффект в малых концентрациях, он может с успехом употребляться в орудиях малого калибра; как 75 мм. или 3-дюймовых. Кроме того, в виду продолжительности его действия, минимум от 2-х до 3-х дней, малое количество орудий может насытить газом значительную площадь. С фосгеном и подобными ему непостоянными газами, улетучивающимися почти совершенно после взрыва снаряда, всегда необходимо немедленно реализовать высокую концентрацию, полученную стрельбой. С горчичным газом происходит как раз обратное. Он испаряется очень медленно, и можно быть уверенным, что все снаряды, выпущенные в одно время, будут беспрерывно действовать после разрыва в продолжение 12 и более часов, вплоть до выпуска следующих залпов. Таким образом, в то время как при употреблении фосгена для газовой атаки необходимо большое количество орудий, с горчичным газом количество их может быть доведено до 1/10 или даже меньше. Горчичный газ может употребляться в будущем и уже употреблялся для наполнения ручных гранат, совершенно безопасных по причине весьма малой упругости его пара при обыкновенной температуре. Это имеет важное значение при устройстве баллонов и других резервуаров, служащих для хранения горчичного газа, так как они должны быть только достаточно крепкими, чтобы быть безопасными в обращении, и не имеют надобности противостоять высокому давлению, которому подвергаются фосгеновые или хлорные баллоны.

В будущем, горчичный газ будет применяться всеми вышеуказанными способами и, без сомнения, многими другими. Он может быть выпущен в большом количестве по опорным пунктам, чтобы заставить их очистить. Он может быть рассеян на флангах атакующих армий для защиты против контр-атак. Он может быть выпущен против неприятельской артиллерии, и заставит ее замолчать и прекратить стрельбу. Американцы применяли его с этой целью в Аргонне против неприятеля на восточном берегу реки Мааса, разделявшей американскую и германскую армии. Действие его было чрезвычайно сильно и заставило замолчать неприятельскую артиллерию. Бризантные снаряды с горчичным газом, имеющим большое постоянство и быстро действующие смертоносные качества, можно выпускать по одиночке и быть уверенным, что они произведут свою работу, будь там люди или животные. Вероятно, войдет в употребление простое опрыскивание газом с аэропланов.

В будущем горчичный газ должен применяться почти всегда с некоторым количеством слезоточивого газа, в виду того, что горчичный газ, как сказано выше, не наносит немедленного вреда и не имеет резкого запаха. Соответственно с этим, в решительном бою люди будут продолжать сражаться от 4-х до 8-ми часов без масок в горчично-газовой атмосфере. Правда, несчастные случаи могут быть очень серьезными и сопровождаться большой смертностью; тем не менее в период боя артиллерия может остановить начатую атаку. Но, если во время начала испарения горчичного газа будет выпущено несколько сильных слезоточивым снарядов, то это заставит людей немедленно надеть маски. Тогда неприятель подвергнется ожигающему действию горчичного газа и будет страдать от неудобства долгого ношения масок.

Можно наверное ожидать, что последуют новые открытия в применении горчичного газа, в способах выпуска его на противника и стрельбы заключающих его снарядов.

ГЛАВА Х

Мышьяковые производные

Мышьяк давно употреблялся, как яд для насекомых, в виде мышьяково-кислого свинца, мышьяковистого ангидрида и т. д.; в медицине он получил широкое применение в препаратах сальварсана и неосальварсана. Поэтому не удивительно, что германцы старались найти такое мышьяковое производное, которое могло бы иметь значение для химической борьбы. В самом начале войны распространились слухи о том, что немцы применяют мышьяк. Эти слухи вызвали введение марганцовокислого натрия в респираторные коробки, но, насколько известно, тогда еще при газовых атаках мышьяк не употреблялся. Потом среди американских исследователей большой интерес вызвало сообщение о применении такого мышьякового производного, которое под влиянием влаги воздуха, может разлагаться и выделять мышьяковистый водород. Подсчет количества вещества, необходимого для выделения смертельной концентрации мышьяковистого водорода, показал, однако, что таким соединением нет возможности пользоваться в поле. Вследствие того, что треххлористый мышьяк имел заводское применение для получения металло-органических соединений, был известен способ изготовления его из трехокиси мышьяка, хлористой серы и хлористого водорода. Таким образом, опытным путем было доказано, что из остаточных газов на фосгеновых заводах, фосген может быть превращен в трехлористый мышьяк, действием на него трехокиси мышьяка; эта реакция ведется при помощи катализатора, в качестве которого служит древесный уголь.

Треххлористый мышьяк представлял некоторый интерес для химической войны и входил в состав "винсеннита" — смеси, которую французы употребляли в начале войны. Эта смесь состояла из цианисто-водородной кислоты, хлорного олова, треххлористого мышьяка и хлороформа. Сначала "винсеннит" применялся в очень широких размерах, но постепенно его стали заменять фосгеном.

Трехфтористый мышьяк, получаемый действием серной кислоты на смесь фтористого кальция и трехокиси мышьяка, очень легко разлагается влагой воздуха и теряет при этом отчасти свою ядовитость.

Органические мышьяковые производные являются для военных целей несравненно более ценным материалом. Первое вещество, нашедшее себе применение, было ди-фенил-хлор-арсин, белое твердое тело, которое легко проникало через респираторную коробку и вызывало чихание. Он употреблялся либо в чистом виде, либо в растворе фенил-ди-хлор-арсина. Позднее стали применять метиловые и этиловые ди-хлор-арсины.

Метил-ди-хлор-арсин

Немцы, повидимому, пользовались только этил-ди-хлор-арсином, так как они не имели подходящего способа для изготовления метил-ди-хлор-арсина, который является более ценным боевым материалом. Американский Отдел Изобретений Военно-Химической Службы нашел следующий метод приготовления метилового производного. Мышьяковистокислый натрий (Na_3AsО_3) приготовляется путем растворения трех-окиси мышьяка в едком натре. Действием на него метил-сульфата (СН_3ОSО_2ОСНЗ) при 85 °C образуется дву-натриевая соль метил-мышьяковистой кислоты (Na_2СН_3AsО_3). Сернистый ангидрид восстановляет его, окись метил-арвена (СН_3AsО), которая далее подвергается действию соляной кислоты и дает метил-ди-хлор-арсин; полученный продукт отгоняется от смеси и сгущается. Он стоил от двух до двух с половиной долларов за фунт, по военным ценам на химические материалы.

Метил-ди-хлор-арсин представляет собой бесцветную жидкость с сильным едким запахом, кипящую при 132 °C. Он довольно слабо растворяется в воде и весьма легко растворим в органических растворителях. Удельный вес его равен 1,838 при 20 °C. Упругость пара при 25 °C равна 10,83 мм. ртутного столба. Метил-ди-хлор-арсин является не только сильно ядовитым веществом, но замечателен своей способностью вызывать нарывы, подобно горчичному газу.

Рис. 38.

Аппарат для получения метил-ди-хлор-арсина.

1. Выпуск излишка воды.

2. Змеевик 5½ оборотов освинцованной трубы диаметром 13".

3. Выпуск воды.

4. Эмалированный холодильник Элирин.

5. Вода.

6. Сосуд с серной кислотой.

7. 65 оборотов в минуту.

8. Стальная заслонка.

9 и 10. Стальные клапаны.

11. Стальная заслонка.

12. 60 оборотов в минуту.

13. Гибкое соединение.

14. Стальной кран.

15. Трубка в ¾".

16. Котел Пфлаудера на 100 гал.

17. Стеклянная трубка.

18. Паропровод.

19. Выпуск пара.

20. Котел Пфлаудера на 50 гал.

21. К стоку.

22. Свинцовая впускная газовая труба.

23. Цилиндры с двууглекислой серой.

24. Железный клапан.

25. Пар.

26. Стальной клапан.

27. Воздушный насос.

Этил-ди-хлор-арсин, употреблявшийся немцами, приготовлялся по вышеуказанному способу, при пользовании этило-серной кислотой, но выходы его не превышали 20 %. В общем, он обладает теми же свойствами, как и метиловые производные.

Ди-фенил-хлор-арсин.

Наиболее известным из всех мышьяковых препаратов является ди-фенил-хлор-арсин или "чихательный газ". Хотя он был давно открыт немецкими химиками (в 1885 году), но до времени войны заводского способа его изготовления не существовало. Во время войны было найдено, что он образуется при действии три-фенил-арсина на треххлористый мышьяк. Результаты этой реакции оказались вполне удовлетворительными, и для приготовления его был устроен завод.

Ди-фенил-хлор-арсин является в чистом виде бесцветным твердым телом, плавящимся при 44 °C. Вследствие этого он всегда употреблялся или в раздробленном виде раствора с ядовитым газом, или же снаряженным в снарядах, содержащих большое количество взрывчатого вещества, что позволяло разбрасывать его при разрыве снарядов мелкими частицами на большое пространство.

Достоинство ди-фенил-хлор-арсина заключается в том, что мельчайшие частицы его быстро проникают через обыкновенные маски и вызывают раздражение носоглотки, которое выражается чиханием, вследствие чего явилась необходимость усовершенствовать специальные дымовые фильтры для задержания мельчайших частиц твердого вещества, после чего другие ядовитые газы легко поглощались простым респиратором.

Ди-фенил-хлор-арсин вызывает чихание и резко-жгучее ощущение в носу, дыхательном горле и легких при концентрации 1:10.000.000. При более высоких концентрациях от 1:200.000 до 1:500.000 он производит сильную рвоту. Хотя эти эффекты не представляют опасности для жизни и действие указанных концентраций не продолжается долго, но при более сильных концентрациях ди-фенил-хлор-арсин становится более ядовитым, чем фосген.

Различные другие мышьяковые производные были синтезированы в лабораториях, но, за одним или двумя исключениями, они не представляют такой ценности, как ди-фенил-хлор-арсин или метил-ди-хлор-арсин и были, вследствие этого, оставлены без внимания.

Немецкие способы приготовления мышьяковых соединений[16]

Ди-фенил-хлор-арсин.

Это вещество есть знаменитый газ германцев "синий крест", изготовлявшийся ими в огромных количествах. Способ его приготовления, применяемый немцами, значительно отличался от способа союзников. Германский способ представлял те преимущества, что для него не требовалось специальных установок, и могли быть использованы материалы, легко получаемые заводским путем. Сомнительно, однако, чтобы союзники стали широко применять этот газ, так как он дает сравнительно незначительные результаты. Немецкий процесс заключался в получении фенил-мышьяковой кислоты путем соединения хлористого диазобензола с мышьяковистокислым натром. Полученная кислота восстановлялось сернистым ангидридом в фенил-мышьяковистую кислоту, которая затем уплотнялась с помощью хлористого диазобензола в ди-фенил-мышьяковую кислоту. Последняя восстановлялось в окись ди-фенил-арсйна, которая при действии соляной кислоты дает ди-фенил-хлор-арсин. Приводимые ниже химические формулы могут легче выяснить ход процесса.

С_6Н_5N_2Cl + Na_2AsО_3 = С_6Н_5АsО_3Na_2 + NaСl + N_2

С_6Н_5AsО_3Na_2 + 2НCl + С_6Н_5АsО_3Н_2 + 2NaCl

С_6Н_5AsO_3H_2 + SО_2 + Н_2O = С_6Н_5АsО_2Н_2 + Н_2SO_4

С_6Н_5AsО_2Na_2 + C_6Н_5N_2Сl = (С_6Н_5)2AsO_2Na_2 + NaCl + N_2

(C_6H_5)2АsO_2Na + НCl = (С_6Н_5)2АsО_2Н + NаСl

2(С_6Н_5)2АsО_2H + 2SO_2 + Н_2О = [(С_6Н_5)2Аs]2О + 2Н_2SO_4

[(С_6Н_5)2Аs]2О + 2НСl = 2(С_6Н_5)2АsСl + H_2O

Синтез выполнялся на заводах в Хехоте; способ получения был нижеследующий: для приготовления раствора хлористого диазобензола три килограмм-молекулы анилина растворялись в 3.000 литрах воды и теоретически требуемом количестве соляной кислоты. Температуру раствора понижали от 5° до 0°, после чего прибавляли необходимое по расчету количество азотистокислого натра. Реакция велась в деревянных лоханях обычной формы, употребляемых при изготовлении хлористого диазобензола.

Раствор мышьяковисто-кислого натра приготовлялся с содержанием 20 % избытка окиси сверх количества, необходимого для вступления в реакцию с анилином. Мышьяковистый ангидрид растворялся в соде, при чем особое внимание обращалось на присутствие достаточного количества щелочи для нейтрализации всей наличной кислоты, заключавшейся в растворе приготовляемой соли хлористого диазобензола.

К раствору мышьяковисто-кислого натра прибавляли 20 килограммов медного купороса в водном растворе (если было взято 3 килограмм-молекулы анилина). Затем приготовленный раствор. хлористого диазобензола медленно вливался в раствор мышьяковисто-кислого натра, поддерживая температуру реакции при 15°. Смесь постоянно перемешивалась в продолжение трех часов, пока шел процесс. По окончании реакции, полученное вещество пропускалось через фильтр-пресс с целью удалить посторонние твердые и смолистые продукты. Затем к прозрачному фильтрату прибавлялась соляная кислота для выделения фенил-мышьяковой кислоты, последние порции которой получались отсаливанием.

Фенил-мышьяковая кислота переводилась затем в фенил-мышьяковистую кислоту при помощи раствора кислого сернистокислого натра, при чем его бралось на 20 % больше теоретического расчета. На 100 частей мышьяковой кислоты употреблялось 400 частей раствора натровой соли.

Реакция производилась в деревянных сосудах, и вся смесь беспрерывно перемешивалась. Температура 80° поддерживалась посредством пропускания пара по змеевику.

Фенил-мышьяковистая кислота выделялась при этом в виде масла. Водный раствор декатировался от масла, которое растворялось, в едком натре крепости 40° Боме. К раствору натровой соли фенил-мышьяковистой кислоты прибавлялась вода в таком количестве, чтобы три килограмм-молекулы соли заняли об'ем 6 кубических метров. Затем, чтобы понизить температуру раствора до 15°, в него опускали куски льда и медленно прибавляли раствор хлористого диазобензола, приготовленного по вышеуказанному способу. После окончания реакции ди-фенил-мышьяковая кислота осаждалась при помощи соляной кислоты. Полученная кислота прожималась через фильтр-пресс и растворялась в соляной кислоте 20° Боме. На одну часть ди-фенил-мышьяковой кислоты брали три части соляной кислоты. В этот раствор пропускали сернистый газ на 50 % больше, чем нужно для восстановления по расчету. Сернистый газ доставлялся в цилиндрах, в жидком виде.

Восстановление производилось в железных, выложенных кирпичами чанах при температуре в 80°. Реакция продолжается около 8 часов. Ди-фенил-мышьяковая кислота, при восстановлении посредством сернистого газа, превращается в окись ди-фенил-арсина, который в присутствии соляной кислоты переходит в ди-фенил-хлор-арсин, выделяющийся в виде масла. Масло при перемешивании подогревалось в лучшем вакуум-аппарате до тех пор, пока оно окончательно не высушивалось и не освобождалось от соляной кислоты. Полученное соединение плавится при 34 °C. Для отправки его помещали в железные сосуды. Выход ди-фенил-хлор-арсина, рассчитанный по взятому анилину, равнялся 25–30 % теоретического. При заводских работах не встречалось особых затруднений и не происходило серьезных случаев отравления.

Ди-фенил-циан-арсин.

Это соединение приготовлялось посредством обработки ди-фенил-хлор-арсина насыщенным водным раствором цианистого калия или натрия.

(C_6Н_5)2AsCl + NaCN = (С_6Н_5)2АsСN + NaCl

Цианистых щелочей употреблялось на пять процентов больше требуемого по расчету. Реакция протекает при 60°, требуется энергичное помешивание. Выход был приблизительно равен теоретическому.

Этил-ди-хлор-арсин.

Это соединение приуготовлялось в Хёхсте из окиси этил-арсина которую доставлял Баденский Содо-Анилиновый завод.

Приготовление окиси этил-арсина. Окись этил-арсина приготовлялась посредством обработки мышьяковисто-кислого натра хлористым этилом, под давлением. Из полученной натровой соли этил-мышьяковистой кислоты выделялась свободная кислота, через которую пропускался сернистый газ. Таким путем этил-мышьяковистая кислота теряла воду и переходила в окись этил-арсина.

Реакция шла по следующим уравнениям:

С_2Н_5Сl + Nа_3АsО_3 = С_2Н_5AsО_3Na_2 + NаСl

C_2H_5AsO_3Nа_2 + 2НCl = С_2Н_5AsО_3Н_2 + 2NaCl

С_2Н_5АsО_3H_2 + SО_2 + H_2О = С_2Н_5AsO_2Н_2 + H_2SO_4

2С_2H_5АsO_2Н_2 = С_2Н_5АsО + Н_2O

Хлористый этил отчасти изготовлялся на заводе, отчасти получался из других источников. В виду того, что хлористый этил широко употреблялся в мирное время и не является чисто военным продуктом, методы его получения не описываются.

При приготовлении раствора мышьяковисто-кислого натра, одна молекула мышьяковистого ангидрида растворялась в водном растворе восьми молекул едкого натра. Для получения 55 % раствора едкого натра к 50 %, раствору его добавляют едкую щелочь в твердом виде.

Для каждой заводской нагрузки брали 660 килограмм мышьяковистого ангидрида. На 100 частей мышьяковистого ангидрида шло 130 частей хлористого этила, т.-е. теоретически необходимое количество.

Реакция велась в стальном автоклаве вместимостью 800 литров. Температура поддерживалась между 90° и 95°. Хлористый этил накачивался порциями в три или четыре приема, при чем давление в автоклаве поддерживалось от 10 до 15 атмосфер.

Порции хлористого этила вводились с интервалами в 1½ часа. В продолжение всей реакции содержимое автоклава энергично перемешивалось. После ввода всего количества хлористого этила, масса перемешивалась в продолжение 12–16 часов, по истечении коего времени давление падало до 6 атмосфер. Избыток хлористого этила и спирта, получившегося во время реакции, отгонялся. В это время бралась проба для анализа. Анализ заключался в определении количества мышьяковистой соли, находящейся в растворе. Если не более чем 80 % мышьяковистого натра не вошло в реакцию, то препарат считался удовлетворительным. Затем к содержимому автоклава прибавлялось достаточное количество воды, чтобы растворить твердые продукты. Полученный раствор перекачивался в ванну и нейтрализовался серной кислотой. Потом он подвергался обработке сернистым газом до тех пор, пока в растворе не оказывалось избытка последнего. Смесь подогревалась до 70°, пока окись этил-арсина не выделялась в виде тяжелого масла. Последнее быстро отделялось и отправлялось без дальнейшего очищения. Выход окиси атил-арсина из мышьяковистого ангидрида составляет 80–82 % продукта, содержавшего около 93 % чистой окиси.

Приготовление атил-ди-хлор-арсина. — Это соединение приуготовлялось посредством обработки окиси этил-арсина соляной кислотой.:

Реакция протекает следующим образом:

С_2H_5AsO + 2НСl = C_2Н5АsСl_2 + H_2О

Синтез ведется железном котле, выложенном свинцом, который снаружи охлаждается водой и снабжен свинцовой мешалкой. В этот котел, содержащий от 500 до 1000 килограмм соляной кислоты, остававшейся от прежних реакций, прибавлялось 4000 килограмм окиси этил-арсина. Затем пропускался газообразный хлористый водород. Котел находился под уменьшенным давлением, чтобы облегчить пропускания хлористого водорода.

Температура в продолжение всей реакции не должна подниматься выше 95°. Когда соляная кислота не поглощалась более и находилась в отходящих газах в заметном количестве реакция считалась законченной.

Это обыкновенно происходило по истечении одного или двух дней. Полученный продукт отсасывался водяным насосом и подогревался в вакууме до тех пор, пока капли масла не всплывали кверху. Готовое вещество переливалось в измерительные сосуды, а затем в вагоны-цистерны, сделанные из железа. Выходы были почти теоретические.

В виду летучести соединения и его ядовитости, вся аппаратура была окружена восьмиугольным колпаком, стороны которого были застеклены. Через эту стеклянную камеру постоянно продувался ток воздуха, который далее просасывался в выводные трубы, где ядовитые газы сжигались.

Газы, выделявшиеся во время перегонки, пропускались через водяной скруббер.

Льюисит

Одним из мышьяковых производных, вызвавшим много разговоров во время войны и о котором рассказывалось много вздора, был Льюисит, или, как он назывался в печати "метил". Его открытие и усовершенствование иллюстрирует возможность новых открытий в области военной химии и указывает на необходимость постоянного производства опытов в этом направлении, даже если обстоятельства не требуют немедленных результатов.

Реакция этилена с хлористой серой, которая привела к изготовлению горчичного газа, естественно, должна была понудить химиков-органиков к исследованию реакций этого и других ненасыщенных углеводородов, как, например, ацетилена; на хлористые соединения мышьяка, сурьмы и олова. Но оказалось, что ацетиленовый газ поглощается весьма слабо как при нормальном, так и при повышенном давлении и при перегонке выделяется почти нацело. Это показывало, что химические соединения при указанных условиях не происходят. Тем не менее капитан Льюис нашел, что, применяя в качестве катализатора хлористый алюминий, возможно добиться очень энергичной реакции, в результате которой образуется вещество с весьма высокими нарывными свойствами. Возможности, которые открывало это новое соединение, были немедленно признаны, и все детали приготовления и свойства держались в строжайшей тайне. К концу войны этот продукт считался наиболее ценным из секретов химических способов войны и поэтому от опубликования произведенных изысканий воздерживались. По несчастной случайности, или по другим причинам, англичане решили, однако, предоставить материал для опубликования в печать и подробности могут быть найдены в статье Грина и Прайса, помещенной в "Журнале Химического Общества", в апреле 1921 года.

Следует указать, что заслуга изобретения принадлежит не указанным авторам, а капитану Ли Льюису и тем лицам, которые работали с ним в Опытном Отделе Американского Университета.

При лабораторных опытах ацетилен пропускался через смесь, состоявшую из 440 грамм безводного треххлористого мышьяка и 300 грамм безводного хлористого алюминия. Поглощение шло очень быстро, при большом выделении тепла. По истечении шести часов поглощалось около 100 грамм ацетилена. Продукт реакции был окрашен в темный цвет, вязок и выделял очень сильный запах, похожий на запах герани. Попытки перегонять его всегда влекли за собой сильные взрывы. (Следует указать, что Льюису удалось усовершенствовать метод перегонки и удаления побочных продуктов, вследствие чего материал получался почти безопасным с точки зрения взрыва). Английские химики выделяли чистый продукт посредством растворения в охлажденной льдом соляной кислоте с постоянной точкой кипения. (Они были наведены на этот метод результатами работ Льюиса). Полученное масло перегонялось затем в парах кипящей соляной кислоты и делилось на три фракции.

Первая фракция полученного продукта состоялась соединения молекулы ацетилена с одной молекулой треххлористого мышьяка, что химически называется хлор-винил-ди-хлор-арсин, СНСl: СН.AsСl_2.

Он представляет собой бесцветную или бледно-желтую жидкость, кипящую при 93° под давлением в 26 миллиметров. Небольшое количество его, даже в очень слабом растворе, при прикосновении к коже причиняет очень болезненные нарывы. Сила действия в этом отношении подобна горчичному газу. Он даже сильнее последнего, так как соединение это легко впитывается в кожу человека, и, как указано выше, три капли его, помещенные на брюшко крысы, причиняют смерть через 1–3 часа. Это вещество сильно раздражает дыхательные органы, слизистую оболочку носа и вызывает сильное чихание. Более продолжительное действие причиняет серьезное заболевание гортани и легких.

Вторая фракция полученного продукта: (СНСl: СH)2AsСl — β, β′ — и т. д. — ди-хлор-ди-винил-хлор-арсин представляет собой соединение двух молекул ацетилена с одной молекулой треххлористого мышьяка и кипит при температуре от 130° до 133°, — при давлении в 26 миллиметров. Как нарывное средство, оно гораздо менее действительно, чем хлор-винил-ди-хлор-арсин, но его раздражающие свойства на дыхательные органы гораздо более сильны.

Третья фракция β, β′, β″ — три-хлор-три-винил-арсин, (CHCl: CH)3Аs — есть бесцветная жидкость, кипящая при температуре от 151° до 155° под давлением в 25 миллиметров, которая обращается в твердое тело при 3° — 4 °C. Она не имеет ни сильно нарывных, ни сильно раздражающих дыхательные пути свойств, но запах ее очень едок, неприятен и вызывает сильное чихание.

ГЛАВА XI

Окись углерода

Вследствие своей дешевизны, доступности и несложности производства, окись углерода казалась весьма пригодной для употребления в качестве боевого газа. Но, повидимому, она сознательно никогда не применялась для этой цели, вследствие многих причин. Во-первых, температура, при которой газ переходит в жидкое состояние при атмосферном давлении, равна –139 °C. Следовательно, бомба или снаряд будет находиться при обыкновенной температуре под весьма высоким давлением. Во-вторых, вес окиси углерода немногим менее веса воздуха; что препятствует ему стелиться по углублениям, проникать в убежища и траншеи, подобно другим боевым газам, заставляет его быстро подниматься и рассеиваться в окружающей атмосфере. Третьей причиной является его сравнительно малая ядовитость, которая в пять раз менее ядовитости фосгена. Но, так как окись углерода можно вдыхать, не замечая ее присутствия, и действует она медленно, то недостаток ядовитых свойств не представляет серьезного препятствия для ее употребления, если бы не существовали другие перечисленные выше причины.

Тем не менее окись углерода представляет значительную опасность, как в морской, так и в сухопутной войне. Недостаточная вентиляция кочегарного отделения на судах, пожары под палубой как во время сражения, так и вне его, особенно опасны вследствие того, что при этом выделяется большое количество окиси углерода. В одном из морских сражений между германцами и англичанами неисправный бризантный снаряд проникший в изолированное отделение корабля, выделил большое количество окиси углерода и отравил таким образом несколько сот человек. На суше, при стрельбе из пулеметов в закрытых помещениях, как, например, в блиндажах или танках, выделяется значительное количество окиси углерода. Подобно этому, при минных и саперных работах окись углерода, выделяемая при взрыве мин, представляет одну из наиболее серьезных опасностей, сопряженных с такого рода делом, что заставило выработать особое снаряжение для рабочих и организовать для них специальные спасательные отряды.

Вследствие физических и химических свойств окиси углерода удалить ее из воздуха очень трудно. Низкая точка кипения и критическая температура окиси углерода исключали возможность поглощения ее при обыкновенной температуре посредством деятельного поглотителя. Хорошо известная нерастворимость окиси углерода во всех растворителях, также служит препятствием для ее удаления посредством поглощения.

После долгих исканий были найдены два поглотителя[17]. Первый из них состоит из смеси пяти-окиси иода и дымящей серной кислоты, которыми пропитываются куски пемзы. При употреблении слоя в 10 см. толщины и при пропускании однопроцентной окиси углерода в воздухе, со скоростью 500 куб. сант. в минуту на 1 кв. см. поперечного сечения, можно поглотить от 90 до 100 % газа в течение 2 часов, при комнатной температуре, или даже при 0 °C. Реакция не начинается мгновенно, и короткий период индукции всегда имеет место. Последний может быть сведен до минимума посредством прибавления небольшого количества иода к употребляемой смеси.

Выделяющийся при реакции серный ангидрид производит сильно раздражающее действие на легкие; но, располагая слой активированного угля за поглотителем окиси углерода, можно почти совершенно избегнуть этого недостатка. Тем не менее сернистый ангидрид, как результат поглощения, образуется медленно и, после долгого стояния или употребления респиратора, при большой скорости течения газа, создает серьезные неудобства.

При реакции происходит выделение значительного количества тепла, почему введение охладителя оказалось необходимым. Наиболее удовлетворительный прибор для охлаждения представляет собой металлический ящик, наполненный расплавленным кристаллическим серноватистокислым натром (Na_2S2O_3 + 5H_2О), который поглощает большое количество тепла.

Рис. 39.

Диаграмма патрона для поглощения окиси углерода CMA_3.

1. Вид сверху.

2. Малая пружина.

3. 16-петельная толстая железная сетка.

4. Слой ваты. 40 % А — 25, 60 % А — 4

5. 20 куб. дюймов. 40 % А — 25, 60 % А — 4

6. 16-петельная толстая сетка из волнистого железа.

7. Медная мелкая легкая сетка.

8. Камера охлаждения; 108 грамм. Na_2S_2О_35Н_2О.

9. 16 куб. дюймов гуламита.

10. 16-петельная тяжелая железная сетка-купол.

11. Резиновый клапан.

Другим неудобством является то обстоятельство, что поглотители истощаются при употреблении, даже в отсутствие окиси углерода, так как притягивают из воздуха влагу, уничтожающую в несколько часов их активность.

Вышеуказанные неудобства были настолько велики, что заставили отказаться от употребления описанного поглотителя, который был заменен другим, более удовлетворительным, описанным ниже.

Введение в него металлических окисей является прямым результатом того наблюдения что осажденная особым образом окись меди, в смеси с 1 % окиси серебра, оказывается могущественным катализатором для окисления мышьяка. После изучения смесей различных металлических окисей, было найдено, что смесь перекиси марганца и окиси серебра или смесь трех компонентов, содержащая окись кобальта, перекись марганца и окись серебра в пропорциях 20:34:46, способна окислять окись углерода при комнатной температуре. Опыты были расширены и оказалось, что главной составной частью лучшего катализатора должна быть активная перекись марганца. Последняя приготовлялась посредством реакции между марганцовокислым калием и безводным марганцовым купоросом, в присутствии сильно концентрированной серной кислоты. Найдено, что содержание окиси серебра может быть понижено прогрессивно с увеличением числа компонент от 2 до 4. Нормальный катализатор (гопкалит), принятый для производства, состоял из 50 % перекиси марганца, 30 % окиси меди, 15 % окиси кобальта и 5 % окиси серебра. Смесь приготовлялась путем осаждения и промывания всех трех окисей по отдельности, а затем осаждения в их смеси окиси серебра. После промывания этот осадок пропускали через фильтр-пресс, размешивали механическими мешалками, высушивали и размалывали до определения размера зерен. Хотя получить деятельный катализатор таким путем нетрудно, но требуется строгое соблюдение всех условий приготовления, чтобы получить материал одновременно активный, твердый и в достаточной мере противостоящий вредному влиянию водяных паров.

Гопкалит действует, как катализатор, и потому располагается только одним слоем достаточной толщины, обеспечивающей тесное соприкосновение с ним воздуха. Слой высотой в 1½ дюйма (310 гр.) является вполне достаточным для этой цели.

Для нормального действия гопкалита требуется употребление сухой газовой смеси. Высушивание производится слоем сухого зерненого хлористого кальция в 3 дюйма толщиной, расположенного около входа в респираторную коробку.

В виду выделения тепла, в коробках с гопкалитом также употреблялся охладитель.

Рис. 40.

Баки и пресс для мелкого производства поглотителя окиси углерода.

Продолжительность действия такого респиратора оказалась одинаковой, независимо от того, употреблялся ли он постоянно или с перерывами. Чем выше температура, тем дольше он сохраняет свою активность, так как гопкалит при повышенной температуре менее чувствителен к водяным парам. При достаточной сухости притекающего воздуха, гопкалит может действовать неопределенно долгое время против любой концентрации окиси углерода; продолжительность действия респиратора ограничена только продолжительностью службы высушивающих солей. Поэтому прибыль в весе является верным критерием его состояния. После многих опытов было установлено, что всякий респиратор, вес которого увеличился больше чем на 35 грамм, должен быть из'ят из употребления. Респираторы в момент порчи показывали повышение в весе, варьирующее от 42 до 71 грамма, в среднем 54 грамма. Следовательно, количество влаги в воздухе является основным условием продолжительности действия респиратора.

Рис. 41.

Тяжелый противогаз на всю голову с патроном.

ГЛАВА XII

Эволюция газовой маски

В то время, как при обычных способах ведения войны лучшей защитой является энергичное нападение при помощи того же оружия, химическая борьба требует применения иных принципов, В ней необходимо использовать против нападения все средства защиты. Пользуясь индивидуальными свойствами применяемого вещества, было найдено возможным создать не только общую защиту против него, но и защиту в течение всего времени его присутствия в атмосфере.

Для защиты войск против газовых атак приходится прежде всего принимать во внимание, что каждый солдат должен быть снабжен отдельным защитным аппаратом. Газовая атака от 22 апреля 1915 года застала союзников совершенно неподготовленными и. беззащитными против ядовитых газов. Так как только немногие из солдат имели достаточно предусмотрительности, чтобы закрыть себе лицо влажной одеждой, большинство участников боя пострадало. Немедленно были рекомендованы различные примитивные меры защиты вроде повязок из тряпок, смоченных водой и раствором обыкновенной соды, или носовых платков, наполненных влажной землей и т. д. Было предложено употреблять бутылки с выбитым дном, наполненные сырой землей. Вдыхать воздух приходилось через бутылку, а выдыхать его через нос; но, так как бутылок было мало, и только немногие из них оставались целыми после попытки выбить дно, то это предложение не имело никакой цены.

Первые маски были изготовлены английскими женщинами, которые откликнулись на призыв лорда Китчинера; они состояли из хлопчатобумажной ваты, обернутой в кисею или марлю, и при употреблении смачивались содой или раствором гипосульфида.

Английские маски

Противогаз из черной кисеи. — Первая английская маска известна под названием противогаза "черная вуаль" и состояла из хлопчатобумажной ваты, зашитой в полосу черной кисеи. Вата была намочена в растворе:

Гипосульфида

10 фунт.

Соды

2,5 фунт.

Глицерина

2 фунт.

Воды

2 галлона.

Рис. 42.

Первая защита от газов.

Прибавлялся глицерин для сохранения влажности респиратора, вследствие чего смачивания его водой перед употреблением становится излишним.

Респиратор, туго подвязанный, закрывал нос и рот, вате придавалась форма лица, а верхний край кисеи подтягивался для защиты глаз, Такие респираторы были применены во время атак 10 и 12 мая 1915 г. и достаточно хорошо защищали от низких концентраций хлора, который употреблялся в то время неприятелем. Но они плохо прилегали к лицу, вследствие чего получалось просачивание газа. Хлопчато-бумажная прокладка легко разрывалась и обращалась в лохмотья, становясь в скором времени негодной к употреблению.

Шлем Гипо. Следующим этапом в развитии английских защитных средств был, так называемый, гипосульфидный шлем. Как передают, мысль о создании такого шлема явилась следствием рассказа одного канадца, который видел, как немцы во время газовой атаки надевали на голову мешки. Этот шлем состоял из фланелевого мешка, пропитанного тем же раствором, который употреблялся для марлевого противогаза, и был снабжен окошечками из слюды. Края шлема засовывали внутрь под тужурку, которая застегивалась плотно вокруг шеи. Как видно из рис. 43, это представляло некоторое неудобство при обмундировании американского типа.

Этот шлем имел много преимуществ перед марлевым противогазом, но очки легко раздавливались и разбивались при небрежном обращении в окопах. Впоследствии слюда была заменена целлулоидом и потом стеклами, вставленными в металлические кольца. Такое приспособление было очень пригодно для защиты от хлора.

Шлемы Р и РН. В течение лета 1915 г. выяснилось, что немцы стали применять для газовых атак смесь фосгена и хлора, вследствие чего было необходимо найти новое средство защиты. Гипосульфидный шлем не мог защищать от фосгена, и поэтому его стали пропитывать щелочным раствором фенолята натрия (карболовой кислоты), прибавляя немного глицерина. В таком виде "шлем Гипо" получил название "шлема Р". Он представлял защиту против концентраций в 300 частей фосгена на миллион частей воздуха. Так как щелочной раствор фенолята портил фланель, стали употреблять два слоя легкой фланели. Затем шлем был усовершенствован введением клапана для выдыхания, отчасти, чтобы воспрепятствовать обратному вдыханию испорченного воздуха, отчасти, чтобы щелочность раствора не страдала от действия выдыхаемой углекислоты.

Прибавление к пропитывающему раствору гекса-метилен-тетр-амина еще более усилило защитные качества шлема. Такой тип маски стал известен под названием "шлема РН" и оказывал защиту против 1.000 частей фосгена на 1.000.000 частей воздуха.

Первоначальные типы шлемов не давали защиты против газов, вызывающих слезотечение. Для этой цели применялись наглазники, состоявшие из стеклянных очков, прижимаемых к глазам посредством резиновой губки. Хотя очки предназначались только для употребления при обстреле газами, вызывающими слезотечение, но войска часто употребляли их во время обыкновенных газовых атак, когда нужно было надевать маски. Вследствие этого, наглазники были из'яты.

Рис. 43.

Способ носки шлема РН.

Рис. 44.

Первоначальный образцовый тип (британского) коробочного противогаза.

Шлем РН оказался неудовлетворительным по следующим причинам:

1) Он был слишком теплый и душный для лета.

2) На воздухе он портился.

3) Он не представлял возможности дальнейшего усовершенствования.

4) Он имел своеобразный запах и, будучи смочен, часто обжигал лицо у солдат.

5) Он не давал защиты против газов, вызывающих слезотечение.

Коробочный противогаз. Увеличение концентраций газа при волновых атаках и применение снарядов с такими газами, как хлор-пикрин и суперпалит, уже в начале 1916 г. повели к работам по усовершенствованию защитных свойств маски. В результате предпринятых англичанами изысканий, явился "поливалентный" противогаз с поглотителем, помещенным в отдельную коробку (Standard Вох Respirator). Очевидно, этот тип маски был внушен опытами с кислородными аппаратами, применявшимися при спасательных работах в копях. Идея его заключается в том, что респираторную коробку наполняют высоко чувствительным поглощающим углем, смешанным или чередующимся со слоями зерен окислителя марганцовокислого калин или натра. Респираторная коробка является результатом многочисленных опытов, сделанных частью во Франции, но, главным образом, в Англии, под руководством покойного полковника Гарриссона, которому всецело принадлежит заслуга изобретения этого прибора.

Весь противогаз (рис. 44) состоит из вышеупомянутой коробки, привязанной на гибкой трубке к лицевой части маски. Маска сделана из прорезиненной материи и должна прилегать так плотно к лицу, чтобы газ не мог под нее проникнуть. Поддерживается она в таком положении помощью тесемок или эластических повязок, охватывающих голову. Нос закрывается зажимом, сделанным из проволочной пружины, обернутой резиной и покрытой снаружи марлей (рис. 45). Приходится дышать ртом через загубник; так называется резиновая пластинка, которую вставляют в рот между губами и деснами и держат зубами за особые выступы. Выдыхаемый воздух протекает через резиновый подвижной клапан и по угловой трубке (angle tube) выходит наружу. Такое устройство респиратора дает двойную защиту; если даже лицевая часть маски будет проколота или разорвана, то воздух, содержащий газы, не может проникнуть в легкие до тех пор, пока носовой зажим и загубник остаются целыми.

Первые английские респираторные коробки были наполнены 675 куб. сант. противогазовой смеси, состоявшей из 40 % древесного угля и 60 % красновато-бурых зерен натронной извести. Металлический колпак на дне коробки прикрыт тонкой прослойкой ваты. На 1/3 расстояния от верха коробки находился хлопчато-бумажный фильтр и массивная проволочная сетка, отличающаяся от американских только большим размером своих петель. Поглощающая смесь покрыта подушечкой, представляющей ватный фильтр, и проволочной сеткой, поверх которой помещается дружина из проволоки.

При употреблении этого типа маски есть полная гарантия, что воздух может попасть в легкие только пройдя через респираторную коробку. Этот проход для вдыхаемого воздуха совершенно не зависит от просачивания через лицевую часть маски, происходящего вследствие плохого примечания или случайных повреждений ткани (разрыву или проколу). Лицевую часть маски легко освободить от ядовитого газа, если он туда проникнет. Делая глубокое вдыхание, освобождая носовой зажим и выдыхая воздух через нос, можно выгнать воздух через края лицевой части маски.

С другой стороны, этот тип обладает значительными недостатками, главным образом, с точки зрения его пригодности для военных целей.

Крайнее неудобство лицевой части зависит от следующих причин: а) присутствия носового зажима, б) загубника и в) недостатка вентиляции внутри камеры лицевой части.

Помимо общего неудобства, представляемого носовыми щипцами и загубником, которое особенно сильно чувствуется после долгого ношения маски, указанные приспособления заставляют человека дышать ненормальным образом, к чему не только трудно привыкнуть, но что вызывает особую сухость в гортани. Загубник весьма усиливает выделение слюны, а так как глотать слюну при закрытом носе очень трудно, те эта обстоятельство усугубляет неудобные свойства маски.

Недостаток вентиляции под поверхностью лицевой части заставляет скопляться под ней тепло, выделяющееся от лица, и влагу, испаряемую кожей; влага осаждается на очках, и даже если натирать их особой предохранительной пастой, то все-таки зрение от этой причины бывает крайне сильно затруднено.

Рис. 45.

Внутренний вид противогаза S.B.R., с подбитыми ватой зажимами для носа.

Рис. 46.

Французская маска М-2.

Французские маски

Маска М-2. — Первоначальной противогазовой защитой для французской армии служила маска типа M-2 (рис. 46).

Она состоит из ряда слоев марли, пропитанных различными химическими поглотителями. Типичная маска была сделана из 20 слоев ткани, пропитанной составом "Greasene" и 20 — слоев составом "Comрlexene". Растворы их изготовлялись следующим образом:

Comрlexene:

39,0 фунт. уротропина,

37,5 фунт. глицерина,

27,5 фунт. сернокислого никкеля (NiSO_4. 7 Н_2О),

11,8 фунт. соды (Na_2CO_3),

… воды.

Greasene:

l07,0 фунт. касторового масла,

81,0 фунт. спирта (95 %),

10,7 фунт. глицерина (90 %),

3,1 фунт. едкого шатра (NaOH).

Эти маски плотно облегают лицо, вследствие чего вдыхаемый воздух может проникать через поры пропитанной материи. Маска не имеет выводного клапана, и выделяемая при дыхании углекислота удаляется тем же путем через материю. Очки для глаз сделаны из особого немутнеющего целлулоида. Маска покрыта куском прорезиненной материи, которая должна защищать ее от дождя и предохраняет химический поглотитель от порчи.

В начале войны в Соединенных Штатах было произведено много опытов над французской маской. Были предложены различные видоизменения пропитывающих смесей и различные способы их наложения. Так, например, было предложено разделить компоненты Complexene'а и пропитывать ими два отдельных слоя материи. Это делало маску трехслойной. Для поглощения фосгена, который широко применялся в это время неприятелем, было предложено следующее распределение:

20 слоев материи, пропитанной уротропином,

10 слоев материи, пропитанной сернокислым никелем и содой,

10 слоев материи, пропитанной Greasene'ом.

Такое устройство было более действительно, чем в первоначальной французской маске, и давало защиту от следующих газов (концентрация 1 на 1.000, при скорости 30 литров в минуту):

Фосген

65 минут.

Цианисто-водородная кислота

60 минут.

Хлор

60 минут.

Маска Тиссо. — Большой заслугой французов является изобретение маски Тиссо. Сначала его маска предназначалась для артиллеристов, санитаров и солдат специальных войск, чтобы не только предохранить их от действия газов, но и дать возможность интенсивно работать, благодаря уменьшению сопротивления дыханию. Эта маска (рис. 48) похожа на английский противогаз тем, что состоит из коробки для поглотителя и резиновой лицевой части; отличается она от последней отсутствием загубника и носового зажима. Вдыхаемый воздух поступает в маску через две трубки, входные отверстия которых расположены под наглазникамн. Вследствие этого водяные пары, выделяющиеся при дыхании и оседающие на очках, уносятся током воздуха и не мешают зрению. Циркуляция свежего воздуха в маске увлекает и растворяет газы, вызывающие слезотечение, которые могли проникнуть через маску, Выдыхаемый воздух удаляется через выводной клапан. Этот тип маски имеет следующие преимущества:

Рис. 47.

Внутренний вид противогаза М-2.

Рис. 48.

Французский артиллерийский противогаз типа Тиссо.

1) Лицевая часть плотно прилегает к лицу и удобна.

2) Очки не мутнеют.

3) Речь не затруднена.

4) Выделение слюны избегнуто, благодаря отсутствию загубника.

5) Ношение ее легче, чем ношение английского коробочного противогаза.

Маска Тиссо сделана, однако, из тонкой, весьма гибкой резины, которая прилегает к лицу очень плотно, но не обладает достаточной прочностью, чтобы служить единственной надежной защитой для солдат.

Респираторная коробка существенно отличается от описанных в этой главе тем, что в ней помещен в высшей степени гигроскопичный химический поглотитель. Он, содержит, по приблизительному определению, около 70 % едкого натра. Применение едкого натра для поглощения газов осуществлено при помощи смешения его зерен со стальными стружками. В верхней части коробки находится слой поглотителя, похожего на древесный уголь. Коробка имеет форму прямоугольной призмы 8–6½ — 2½ дюймов и, вследствие применения стальных стружек, обладает значительным размером по сравнению с весом заключающегося в ней поглотителя. Она снабжена клапанами, препятствующими выдыханию воздуха через коробку. Когда коробка не находится в употреблении, отверстие в ее дне затыкается резиновой пробкой, чтобы предохранить поглотитель от влаги. Коробка прикрепляется к спине и связана с лицевой маской гибкой резиновой трубкой.

Маска А. R. S. (Appareil Respiratoire Special). Одним из последних типов французской маски является так называемая маска А. R. S., которая конструирована по образцу германской или, по крайней мере, близко на нее походит. Эта маска сделана из хорошо прорезиненной материи, имеет с внутренней стороны подкладку из промасленной или провощенной холстины и снабжена навинчивающимся около рта барабаном. В качестве очков служат кружки из целлофана, вставленные в металлические оправы на резиновых ободках, вшитых в маску. Широкое металлическое кольцо, находящееся на месте рта, скрепляется с маской посредством тесьмы. Это кольцо расположено несколько выше, чем у германской маски, чтобы уменьшить вредное пространство под маской. В кольце помещаются два клапана: центральный и краевой. Первый, всасывающий внешний воздух, сделан из слюды, второй, находящийся в прямом сообщении с внутренностью маски и выпускающий испорченный воздух — из резины. На внутренней стороне маски, напротив клапанов, есть нашивка, заставляющая вдыхаемый воздух проходить к отверстиям для глаз, чтобы предохранить очки от запотевания, а сгущенные пары не пропускаются в клапаны.

Рис. 49.

Французский противогаз A.R.S.

Маска прикрепляется так же, как и маска М-2 позднейшего типа, т.-е. двумя резиновыми полосами, из которых одна идет вокруг головы, другая поперечная, — от лба к затылку. Обе полосы соединены друг с другом резинкой. Ниже их имеется эластичная шейная повязка. Барабан сделан из металла и похож по форме на германский. Он прикрепляется к кольцу для рта посредством винтового нареза и затягивается резиновым ободком так же, как и в германской маске. Винтовая нарезка отличается от германского тем, что делает перемену респираторной коробки невозможной. Респираторная коробка или барабан имеет донную сетку, пружины и проволочные сетки между слоями поглотителей. Воздух поступает через отверстия во дне барабана. Слоев три: нанаверху — тонкая прокладка из хлопчатой бумаги, ниже — средняя прокладка из угля, измельченного сильнее, чем немецкий уголь, нижняя прокладка — из натронной извести, смешанной с углем и окисью цинка и смоченной глицерином.

Немецкая маска

Первоначальный тип немецкой маски, вероятно, послужил моделью для французской А. R. S. Лицевая часть ее была сделана из резины, которую впоследствии, в виду недостатка резины, пришлось заменить кожей. Следующие строки дают полное описание лицевой части немецкой маски.

"Лицевая часть немецкой маски была сделана из целого куска кожи, со швами на подбородке и висках, которые придают ей в грубых чертах форму лица. Кожу пропитывали маслом, чтобы придать ей мягкость и гибкость и сделать ее непроницаемой для газов. Выделанная поверхность кожи обращена внутрь маски. Стальное кольцо, 3 дюймов в диаметре, вделано в лицевую часть маски как раз на том месте, где находится нос и рот солдата; оно имеет винтовую нарезку, на который навинчивается барабан с поглотителем. Резиновая (синтетическая?) прокладка между кольцом и барабаном, приклеенная смоляной замазкой, препятствует проникновению газа внутрь маски. Клапанов не было; вдыхаемый и выдыхаемый воздух проходил равным образом через респираторную коробку. Очки вставлены в металлическую оправу и снабжены кожаными вытиральниками. Они состояли из двух частей: а) наружной, несменяемой линзы из прозрачного материала, схожего с целлулоидом (целлона) и б) внутреннего переменяющегося кружка, который должен был предохранять очки от заболевания. Эти кружки делались также из "целлона", но были покрыты со стороны глаза желатином. Они были прижаты к наружной линзе с помощью тонкого металлического штампованного ободка, который ввинчивался в металлическое кольцо очков с внутренней стороны. Желатин препятствовал запотеванию, задерживая влагу, но сморщивался, коробился и становился мутным после нескольких часов употребления. Сменить его, не снимая маски, было нельзя. Края маски имели оторочку из тонкой материи, в дюйм ширины, пришитую к коже. Иногда эта оторочка делалась из кожи худшего сорта. Край лицевой части маски был покрыт гибким прозрачным желатино-подобным веществом, вероятно, синтетического происхождения".

Рис. 50.

Германский противогаз.

Рис. 51.

Германский противогаз.

1. Дымовой фильтр.

2. Патрон (респиратор).

3. Предохранительное кольцо для главных отверстий.

4. Оболочка предохраняющего от запотевания кружка.

5. Футляр.

6. Матерчатый чехол для запасного патрона (1918).

7. Жестянка для запасного патрона (1916).

8. Противогаз в собранном виде.

9. Лицевая часть.

10. Предохраняющий от запотевания кружок.

Германский респиратор. — Общий вид респираторной коробки (типа сент. 1916 года) напоминает короткий широкий цилиндр, слегка суживающийся и имеющий на узком конце выступ с винтовой нарезкой или шейку, при помощи которой он ввинчивается в гнездо лицевой части маски. Цилиндр имеет около 10 cm в диаметре и около 5 cm высоты. В респираторе находятся три слоя поглотителей неодинаковой толщины, разделенных друг от друга тонкими металлическими сетками. Респиратор вставляется в футляр 10 см. в диаметре и 8 см. вышины, сделанный из тонкого листового железа. Футляр покрыт внутри шеллаком и выложен толстой оберточной бумагой. Его непроницаемость для внешнего воздуха достигается путем оклеивания краев клейкой тесьмой.

Рис. 52.

Поперечный разрез немецких патронов обр. 1917 и 1918 г.г.

Поглотители

Поглотитель

Состав

Вес

Об'ем

1917

№ 1

Химический поглотитель

66 гр.

105 куб. сант.

№ 2

Пропитанный древ. уголь

33 гр.

85 куб. сант.

№ 3

Химический поглотитель

15 гр.

45 куб. сант.

1918

№ 1

Пропитанный древ. уголь

58 гр.

185 куб. сант.

№ 2

Химический поглотитель

29 гр.

45 куб. сант.

Общий об'ем поглотителей 1917, 235 куб. сант. = 14,3 куб. дюйм.

Общий об'ем поглотителей 1918, 230 куб. сант. = 14,0 куб. дюйм.

Общий вес поглотителей 1917, 117 гр.

Общий вес поглотителей 1917, 87 гр.

Об'ем воздушного пространства над поглотителями 50 куб. сант. = 3,1 куб. дюйма.

Футляр. — Футляр респираторной коробки сделан из листового металла (вероятно железа) и покрыт с наружной стороны темно-серой масляной краской, а с внутренней японским лаком. Стенки респираторной коробки слегка скошены, чтобы облегчить сборку и дать лучшую опору кольцевым; сеткам. Выступ или шейка имеет 6 нарезов на дюйм, т.-е. ход нарезки равен 4 mm. Нижний край футляра загнут, а верхняя часть цилиндра имеет желобок, в который входит верхняя крышка.

Первая перегородка состоит из двух сеток: грубой верхней с 5–6 петлями на линейный дюйм и лежащей непосредственно под ней, более тонкой с 30–40 петлями на дюйм. Верхняя крышка представляет твердое металлическое кольцо с двумя поперечинами, придающими ему большую прочность и служащими опорой для сеток. Кольцо вставляется в желобок верхней части футляра и образует поддержку для содержимого респиратора. Обе сетки сделаны из железной проволоки, а крышка футляра из железа (вероятно вылуженного).

Вторая сетка, разделяющая второй и третий слой поглотителя, также двойная и состоит из двух железных проволочных дисков по 30–40 петель на дюйм. Обе сетки снабжены кольцом для поддержки на месте.

Третья сетка — ординарная, но в остальном совершенно сходна со второй. Она служит для разделения поглотителей № 1 и № 2.

Четвертая сетка (30–40 петель) сделана из железной проволоки и прикрепляется к днищу шестью железными полосками. Дно коробки является просто железной крышкой респиратора. Оно имеет 79 круглых отверстий по 4 mm в диаметре и выкрашена с наружной стороны, чтобы не отличаться цветом от коробки. Сетка и внутренняя сторона днища покрыты красной краской.

Американская маска

Во время вступления Соединенных Штатов на войну имелись три типа: масок шлем РН, британский коробочный противогаз S. В. R. (Standard Вох Respirator) и французская маска М 2. Опыты, произведенные со всеми тремя типами, показали, что английский респиратор имеет наибольшую ценность как с точки зрения оказываемой им защиты, так и в виду возможности будущего его усовершенствования. В продолжение 18 месяцев, посвященных разработке американской маски, лицевая часть претерпела ряд постепенных изменений, а респираторная коробка прошла все типы от А до L, со многими специальными изменениями для опытных целей. Последним этапом этой эволюции является приспособление военной маски для промышленных работ. Поэтому здесь будет уместно привести детальное описание устройства лицевой части маски и респираторной коробки, которые были в употреблении при конце войны (тип R. F. K.). Нормальная маска, принятая ныне для армии и флота Соединенных Штатов и известная под названием "американской маски образца 1919 года", с добавочным прибором образца 1920 года, для ношения ее, будет описана ниже.

Рис. 53.

Схематический чертеж маски типа коробочного противогаза.

Лицевая часть. — Лицевая часть противогаза типа R. F. К. сделана из легкой хлопчато-бумажной ткани, покрытой чистым резиновым клеем, и имеет толщину приблизительно в 1/64 дюйма. Маска прикрепляется по двум линиям: первая проходит через лоб от одного виска к другому, вторая от висков, вниз по щекам, параллельно уху и под подбородком так, чтобы не задеть адамова яблока. Чтобы завершить эго укрепление, две полоски идут от висков вокруг головы к затылку.

Рамка повязки сделана из войлока, пришита подобно ленте к наличнику, подбита бархатом и покрыта прорезиненной материей. Все швы и соединения сделаны непроницаемыми для газов посредством спайки резиновым клеем, Эта маска имелась в 5 размерах от № 1 до № 5, при чем более ходовыми оказались средние номера № 2, 3, 4.

3авязки. — Завязки должны поддерживать лицевую часть маски так плотно, чтобы газ не мог нигде проникнуть. Вследствие большого разнообразия формы черепа, эта задача не из легких. Простейший тип повязки, и в то же время единственный теоретически правильный, состоит из эластической ленты, плотно облегающей затылок, и другой, также эластической тесьмы, отходящей от линии лица и подбородка. Обе эти полосы скреплены третьей, не эластической тесьмой, пришиваемой к их концам и к лицевой части маски по средине лба, чтобы сделать положение более устойчивым.

Неудобство первоначальных завязок было в значительной мере устранено применением специальной эластической ткани, которая при изменении натяжения растягивалась вдвое больше чем обыкновенной продажной резинки. Предстоит еще сделать многое, чтобы усовершенствовать завязки в смысле большего удобства ношения и безопасности. При изготовлении завязок следует обращать внимание на следующие обстоятельства:

1) Эластичные полосы должны быть расположены так, чтобы равнодействующая натяжения была велика, и достигался максимум нажатия маски к лицу.

2) Число полос должно быть доведено до минимума, чтобы они не могли спутаться и принять неверное положение при надевании маски наспех и человеком неопытным.

Очки. — Одной из важнейших частей противогазов с военной точки зрения являются очки. Основное требование, которому должны удовлетворять хорошие очки, состоит в том, что они должны давать минимум ослабления ясности зрения и максимум безопасности для солдата, который их носит. Нарушение ясности зрения может произойти вследствие следующих причин: 1) повреждение очков при ношении; 2) неправильности поверхности и толщины стекол, которые влекут за собой оптическую дисперсию; 3) поглощение света самими очками; 4) помутнение стекол, вызываемое скоплением влаги, испаряемой лицом или выдыхаемым воздухом.

Существовало три типа очков, но в конце войны два из них были оставлены:

1) Обыкновенные целлулоидные.

2) Различные гигроскопичные сорта целлулоида, известные как немутнеющие очки.

3) Различные комбинации стекла и целлулоида, известные как небьющиеся очки.

Прежде всего стали применять для очков целлулоид, так, как он не разбивается; но целлулоид имеет много отрицательных свойств: он быстро истирается при употреблении, желтеет, вследствие чего увеличивается светопоглощение, имеет сравнительно неровную оптическую поверхность и делается хрупким после носки.

Различные сорта немутнеющих линз имеют назначением уничтожать влагу, которая оседает на их поверхности, либо соединяя ее в отдельные капли в пленку, что до известной степени устраняет неясность зрения, либо пропуская ее через свою поверхность наружу; существовали также комбинации обоих способов. За исключением того, что такие очки не подвержены запотеванию, они сохраняют все недостатки целлулоидных очков и никогда не были испытаны на полях сражений.

Так называемые неразбивающиеся очки изготовляются посредством впаивания слоя целлулоида между двумя стеклами[18]. Такой способ дает превосходные очки. Удар, приходящийся по очкам, может только разбить стекло, которое приклеено к целлулоидной пластинке. За исключением редких случаев, целлулоид остается неповрежденным, и опасность просачивания газа через разбитые очки весьма мала.

В смысле безопасности от разлетающихся осколков, очки, состоящие из одного слоя стекла и целлулоида, расположенного перед глазами, имеют некоторое преимущество перед теми, в которых стекла помещены с обеих сторон. Тем не менее, более ровная оптическая поверхность очков последнего сорта и меньшая возможность их стирания понудили ввести этот, так называемый, "триплексный" тип в последнюю часть американской программы снабжения армии. Необходимо заметить, что есть полная возможность усовершенствовать этот тип очков, применяя лучшие сорта стекол. Хотя оптические свойства их несомненно несколько терпят от времени, вследствие выцветания целлулоида, можно с уверенностью сказать, что целлулоид, помещенный между двумя слоями стекол и сравнительно мало подвергающийся действию атмосферических влияний, гораздо менее портится, чем обыкновенные целлулоидные очки.

Рис. 54.

Американский коробочный противогаз с усовершенствованным резиновым зажимом для носа.

Вопрос о конструкции очков имеет очень важное значение; общее и бинокулярное поле зрения может быть при помощи них доведены до максимума.

Носовой зажим. — Носовой зажим является наиболее неудобной частью масок, употреблявшихся во время войны. Хотя удобные щипцы для носа, вероятно, невозможно сделать, но удобство их может быть значительно увеличено введением подушечек из мягкой резины и пружин, дающих минимум натяжения, необходимого чтобы закрыть ноздри.

3аrубник. — При разработке модели загубника приходилось иметь в виду размеры и форму той полости, которая находится между губами и зубами. Загубник должен помешать прохождению газа в рот и свести до минимума раздражение десен. Отверстие, сделанное в трубке загубника, поддерживается у внутреннего конца металлической вставкой, которая препятствует ущемлению трубки, если, под влиянием возбуждения, челюсти сомкнутся и сдавят ее. Резина оказалась вполне пригодным материалом для этой части маски.

Гибкий рукав. — Гибкий рукав соединяет угловую трубку с респираторной коробкой. Он должен совмещать в себе гибкость, невозможность ущемления и чрезвычайную прочность. Этим свойствам удовлетворяет складчатый резиновый рукав, покрытый вязаной тканью. Складки рукава не только дают высокую степень растяжения, но и предупреждают от ущемления. Гибкость при этом достигается не только в ширину, но и в длину; рукав, имеющий начальную длину в 10 дюймов, может сокращаться до 8 дюймов и растягиваться до 12 дюймов. Покрышка из материи, пропитанной вулканизованной резиной во время процесса производства, придает рукаву значительную прочность, предупреждая появление механических разрывов и изломов.

Клапан для выдыхания. — Выводной клапан служит для удаления выдыхаемого воздуха наружу (этого клапана в германских масках не имеется). Клапан имеет следующие преимущества:

1) Он значительно уменьшает количество находящегося под маской испорченного воздуха (вредное пространство).

Рис. 55.

Клапан для выдыхания американского типа в собранном и разобранном виде.

2) Он предохраняет поглотитель от порчи, происходящей вследствие паров воды и угольной кислоты, содержащихся в выдыхаемом воздухе.

3) Он уменьшает напряжение при выдыхании, делая излишним проталкивание выдыхаемого воздуха через респираторную коробку.

С другой стороны, неудобство его, которое иногда становится весьма серьезным, состоит в том, что при порче клапана, по каким-либо причинам, через него при вдыхании может пройти наружный воздух. Всякий недостаток в клапане грозит опасностью проникновения отравленной атмосферы в легкие человека, надевшего маску.

Тип обычно употребляемого клапана показан на рис. 55, где один из этих клапанов изображен в надетом виде, другой — в отдельности.

Весьма трудно дать ясное описание устройства клапана; его следует себе представить в виде приплюснутого, треугольного резинового мешка, длиной в 2 или в 3 раза больше основания; три стороны мешка сжаты, но, раскрываясь, дают доступ воздуху во внутренность маски. Края верхнего отверстия клапана натянуты на угловую трубку, и воздух выходит через два других. Закрывание происходит, во-первых, вследствие разности давления воздуха и, во-вторых, вследствие натяжения, в выступе над эллиптическим отверстием.

Чтобы предохранить колеблющийся клапан от повреждения и соприкосновения с предметами, могущими помешать его действию, последние типы клапанов были снабжены футляром из штампованного листового металла.

Респираторные коробки

За время усовершенствования лицевой части маски, как было указано выше, чертежи американских респираторных коробок претерпели много изменений. Различные типы их были обозначены буквами от А до L и отличались друг от друга различной окраской внешней поверхности.

Тип респиратора А совершенно схож с английским, бывшим тогда в употреблении, за исключением разве того, что он сделан на 1 дюйм длиннее своего образца, так как оказалось, что первые поглотители слишком слабы. Коробка респиратора, выгнутая из листа жести, имела в вышину 18 cm. Площадь поперечного овального сечения равна 65 кв. cm. На дне коробки находился колпак из тонкого железа, высотой в 3,4 cm, который был неподвижно прикреплен ко дну внутри респиратора и не имел никакого подвижного клапана. Поглотители удерживались на месте посредством тяжелой проволочной сетки наверху и двух — прямоугольных пружин.

Вдыхаемый воздух вступал через круглый колпак на дне коробки в респиратор, просасывался через слой поглотителей и уходил в небольшой выступ наверху коробки.

Поглотитель состоял из 60 % по o6'ему древесного угля, приготовляемого Национальной Угольной К°, и 40 % зеленой натронной извести, изобретенной Всеобщей Химической Компанией в Истоне (Пенсильвания). Общий об'ем поглотителей равнялся 660 куб. сант. Первоначальные опыты показали, что минимальное количество натронной извести, которое следует брать для надежной защиты против известных тогда газов, должно быть не менее 2/5 всего об'ема поглотителя. Поэтому стали употреблять 2/5 об'ема натронной извести на 3/5 об'ема угля, и эта пропорция оставалась неизменной во всех респираторах до последнего типа. Интересно отметить, что правильность этого количественного отношения была вполне подтверждена позднейшими опытными исследованиями.

Рис. 56.

Американский патрон типа А.

1. Черная окраска.

2. Верхняя сетка.

3. Серая фланель.

4. Холст.

5. Древесный уголь.

6. Сетка.

7. Ватная прокладка.

8. Поглотитель.

9. Сетка.

10. Древесный уголь.

Уголь и натронную известь не смешивали друг с другом, но располагали пятью равными слоями, так что каждый слой составлял 20 % общего об'ема. Слои были разделены проволочными сетками. Наверху коробки помещалась прокладки из бархата, прокладка из серой фланели и две сетки из стальной проволоки. Прокладки мешали мельчайшим частицам химического вещества попадать в легкие человека, надевшего маску.

Этот респиратор очень хорошо защищал от хлора и цианисто-водородной кислоты, был даже довольно действителен против фосгена, но совершенно бессилен против хлор-пикрина. Описанные респираторы никогда не употреблялись на фронте, но сослужили хорошую службу в качестве опытных приборов при обучении войск.

Позднее было найдено, что поглотители оказывают лучшую защиту от газов, если они смешаны друг с другом перед упаковкой в коробку. Такой прием значительно упрощал способ снаряжения респираторов и применялся в типе В и последующих типах. Среди других изменений, введенных в позднейшие конструкции коробок следует указать, что неотделяемый от коробки клапан был заменен подвижной втулкой, позволявшей солдату на поле сражения поправить клапан, если он функционировал неправильно. Смесь угля и натронной извести была разделена на три отдельных слоя, которые отделялись подушечками из ваты. Эти подушечки защищали от дыма хлорного олова, но не от чихательных газов. Зеленая натронная известь была заменена отборной зерненой. В апреле 1918 года размеры зерен были изменены до 8 × 14 вместо 6 × 14.

В начале июля 1918 года находившийся на войне Отдел Военно-Химической Службы убедил военные власти в том, что респираторная коробка типа Н (бывшего тогда в употреблении) чрезвычайно долго сохраняет свою защитную силу, но имеет слишком большое сопротивление дыханию. Вследствие этого, 27 июля 1918 г. был принят тип J. В нем об'ем поглотителей уменьшен с 450 кв. сант. до 300 куб. сант. Поглотители были расположены двумя слоями: 2/3 внизу коробки и 1/3 вверху ее. Между слоями поглотителей помещалась одна подушечка, и другая лежала сверху. Это изменение позволило понизить сопротивление на 27 % (до 2,5 дюйма) ценой сокращения времени действия респиратора на 50 %, но не силой его защитной способности на указанный срок. Тип L отличался от типа J только тем, что об'ем его поглотителей повышен до 325 куб. сант. и что в нем было сделано небольшое изменение, чтобы уменьшить просачивание газа около верхней ватной подушечки.

Рис. 57.

Патрон (респиратор) армии Соединенных Штатов типа J.

1. Воздушное пространство.

2. Пружина.

3. Толстая сетка.

4. Ватная прокладка.

5. Поглотитель.

6. Сетка.

7. Ватная прокладка.

8. Поглотитель.

9. Сетка.

10. Задерживающий клапан.

Следующая таблица показывает относительную силу различных респираторов.

Рис. 58.

Патрон (респиратор) типа J и его содержимое.

На 1 миллион частей воздуха

Соед. Штаты Тип. Н

Англия. S. B. R.

Франц. А. R. S.

Герман. –

Хлор-пикрин

1.000

770

17

2

43

Фосген

2.500

85

54

5

16

Цианисто-водородная кислота

500

70

90

–

10

Горчичный газ

100

1.800

–

35

195

Время (в минутах) показано до того момента, как только первые следы газа начинают проникать через маску.

Производство

Следующее описание производства противогазов на заводе в Лонг-Эйланде заимствовано из статьи полковника Брадлея Дьюэ[19].

Приемка. — Каждая партия перед отправкой в сборочный отдел полностью подвергалась тщательному осмотру. Инспектора были выбраны очень тщательно и должны были пройти особые подготовительные курсы, прежде чем получали назначение на эту важную должность. На каждую характерную черту маски, которая считалась важной для изготовления современного типа, было обращено особое внимание контроля.

Иллюстрацией приемки может служить подробное испытание гибкости резинового рукава, ведущего от респиратора до загубника. Каждую часть рукава осматривали, нет ли на концах или в складках вздутия или пузырей; нет ли разрезов, трещин или других недостатков на внутренней стороне; не отошла ли материя, покрывающая резиновую трубку, на месте спайки; нет ли недостатков в самой ткани, и достаточно ли тщательно наложен клей. Гибкость рукава подвергалась особым испытаниям, так как жесткая трубка сильно утомляет рот солдата; прочность устанавливалась осмотром, насколько аккуратно сделан рукав, хорошо ли прилегает к нему материя, которою он покрыт, не ломается ли он при перегибании между пальцами. Наконец, каждый рукав испытывался на просачивание под водой посредством нагнетания в него воздуха, под давлением 5 фунт. на один кв. дюйм.

Очки и тройничное металлическое соединение лицевой части, маски подвергались испытанию на пропускание газа посредством вакуума. Нежный клапан для выдыхания тщательно осматривался нет ли в нем недостатков, вызывающих просачивание газа. Материя лицевой части маски испытывалась током высокого напряжения на специальной машине, изобретенной на заводе, чтобы устранить те трудности, которые представлял осмотр этого в высшей степени важного материала. Необходимо было, чтобы материя лицевой части не имела никаких недостатков, но что собственно считать недостатком, являлось спорным вопросом. Испытание электричеством ограничивало роль личного взгляда и давало совершенно беспристрастную поверку материала. Машина состояла из двух стальных валов, между которыми поддерживалась разность потенциала в 4000 вольт; материя пропускалась через валы и, если в ней была хоть малейшая трещина или дырочка, то ток, проходя через нее, прожигал ясно видимое отверстие.

Заготовки лицевой части. — Отверстия лицевых частей выштамповывались из прорезиненной материи на гидравлических прессах. Отверстия после этого очищались щетками для удаления сора, и к глазным отверстиям приклеивались вытиральники для очков. Карманы, поддерживающие носовой зажим, также приклеивались к отверстиям. Полосы, принимающие маску к голове, выдавливались из прорезиненной материи; к ним прикреплялась войлочная подкладка, и пришивались завязки из хлопчато-бумажной и эластичной тесьмы.

Обработка заготовок лицевой части. — Затем заготовки поступали в швальню. Сначала маски выкраивали, придавая им форму лица. Мастер должен отличать различные заметки на заготовке с точностью до 1/32 дюйма и места для швов, в некоторых случаях, с точностью до 1/64 дюйма. Полосы и завязки пришивались после этого к периферии лицевой части маски. Стежки с наружной стороны маски покрывались жидким резиновым клеем, который заполнял дырки от иглы и делал швы непроницаемыми для газа.

Помимо осмотра каждой части работы, газовая маска подвергалась контрольному испытанию, чтобы уловить те недостатки, которые могли остаться незамеченными инспектором при отдельных работах.

Сборка лицевых частой. — Маски, готовые к сборке, посылались для вставки очков, что выполнялось на специальных автоматических прессах. Очки должны вставляться очень тщательно, чтобы материя маски растягивалась вокруг них совершенно ровно.

Прежде чем производство приняло широкие размеры, были выработаны методы ведения работы, и указаны все детали для сборки, так что можно было быстро и хорошо обучать рабочих. Ни одна деталь не считалась незначительной, если она улучшала качество маски. Операция сборки происходила следующим образом:

Сначала приделывался клапан для выдыхания к тройничной металлической трубке, которая служила соединением между лицевой частью маски, гибким рукавом и загубником. Каждый клапан испытывался затем на просачивание при разнице давления в 1 дюйм водяного столба. Клапаны, просачивание которых при этом условии было свыше 10 куб. сант. в минуту, не принимались.

Затем прикреплялся металлический предохранитель для выдыхающего клапана и гибкий рукав, в лицевую часть вставлялась тройничная трубка, и приделывался резиновый загубник. Чтобы показать, какое внимание было обращено на все детали, приводится следующее описание работ:

Соприкасающиеся поверхности резиновых и металлических частей покрывались клеем до сборки; затем места скреплений туго заматывались проволокой, при чем обращалось особое внимание на то, чтобы проволока не перекрещивалась и, наконец, поверхность проволоки, покрывали липкой тесьмой, чтобы не выступали острые углы.

Маски, вполне собранные, за исключением респираторной коробки, снова подвергались осмотру и, чтобы не получить повреждения во время перевозки, на специальных решетках, в тележках отправлялись в окончательную отделку.

Наполнение респираторных коробок. — В это время наполнение респираторных коробок производилось на другом заводе.

Прежде всего химические вещества сортировались, и более мелкий или крупный материал отделялся от веществ нормального размера. Зачем механическим приводом, материалы передавались в воронки, откуда, в силу тяжести, ссыпались по трубам в различные аппараты для смешения.

Была изобретена специальная машина для смешивания угля и зерен извести в надлежащих пропорциях, требуемых для респиратора. Смешанные химические вещества поступали в машины для наполнения респираторных коробок. Для каждого наполнителя существовал особый смеситель, и общее число машин достигало 18.

Отдел для наполнения респираторных коробок вмещал 6 аппаратов. Каждый аппарат мог выпускать по 20.000 коробок в день. Двойная система приводных ремней подавала к машине пустые коробки и отводила наполненные.

Операция наполнения подвергалась тщательному осмотру; на передачах были поставлены особые загородки, чтобы коробка не могла пройти к следующему аппарату, не будучи осмотрена. Рабочие и инспектора стояли на противоположных концах приводного ремня. Химические вещества помещались в респираторную коробку тремя равными слоями, разделенными подушечками из хлопчато-бумажной ваты. Первый слой вводился из наполняющей машины, которая автоматически отмеряла надлежащие об'емы химических веществ, респираторную коробку встряхивали, чтобы вещество улеглось плотнее, вставляли хлопчато-бумажную прокладку, затем вводили второй слой химических веществ и так далее. Над верхним слоем химических веществ помещали проволочную сетку и пружины особого чертежа, чтобы поддерживать на месте содержимое респираторной коробки. Затем прилаживали металлическую крышу и крепко ее припаивали.

Рис 59.

1. В будущем.

2. А почему бы не теперь?

Каждая коробка испытывалась под водой на просачивание в местах соединений или спаек, при помощи воздушного давления в 5 фунтов на кв. дюйм. Исследовалось также сопротивление, которое респираторная коробка оказывает дыханию, при помощи пропускания через нее тока воздуха, со скоростью 85 литр. в минуту; сопротивление измерялось в дюймах водяного столба,

Наполненные респираторные коробки окрашивались в различные цвета, чтобы показать тип поглотителя.

Окончательная отделка масок. — В этом последнем отделе готовые респираторные коробки подвозились к рабочим столам и соединялись с масками.

Вполне готовые маски подвергались испытанию, раскладывались в ящики по 10 штук и отправлялись для последнего осмотра.

Окончательный осмотр. — Окончательный осмотр вполне собранных масок был чрезвычайно строг и происходил под непосредственным наблюдением представителей армии. Только очень старательные и аккуратные работницы выбирались для этого дела, и маски осматривались во всех деталях, чтобы открыть какой-либо недостаток, который мог ускользнуть от предварительного осмотра. Наконец, каждую маску просматривали на ярком свету из темной камеры, нет ли в ней мелких дырок, которые обыкновенный осмотр на глаз мог не заметить.

При последней инспекторской приемке вновь производился осмотр 5 % сдаваемых масок. В тех случаях, когда при этом выявлялись недосмотры со стороны инспектора, его глаза подвергали медицинскому освидетельствованию, чтобы узнать, является ли виной недостаток его зрения или его небрежность. Маски с найденными дефектами, возвращались этим инспекторам для того, чтобы определить, способны ли они продолжать свою деятельность. Таким путем приемка поддерживалась на надлежащей высоте.

Ежедневный отчет об окончательном осмотре рассылался по отделам для сборки масок для того, чтобы недостатки могли быть устранены в следующих партиях, и процент негодных масок был уменьшен до последней возможности.

После окончательного осмотра маски нумеровали, укладывали в футляры и заполненные футляры упаковывали в ящики по 24 штуки в каждом.

Маски Тиссо

Французы, как было указано, скоро убедились в том, что для некоторых воинских частей, как, например, для артиллеристов, необходима маска, дающая максимум защиты при минимуме потери работоспособности. В результате явилась маска Тиссо. До вступления в войну Соединенных Штатов, английский нормальный противогаз достиг высокой степени совершенства, обладая большой прочностью и портативностью. Поэтому он был принят, как образец для Америки. Со времени изобретения английского противогаза, вплоть до выступления американцев, маски надевались только во время спорадических газовых атак, на короткий промежуток времени. По мере развития военных действий, солдаты были принуждены надевать маски на более долгий период (нередко часов на 8). Тогда стало ясно, что необходима более удобная маска, хотя бы и в ущерб ее безопасности.

Рис. 60.

Американская маска Тиссо, старого типа.

Рис. 61.

Американская маска Тиссо, внутренний вид.

Принцип, на котором основано устройство маски Тиссо, совершенно правилен, поскольку дело касается удобства, так как в ней отброшены раздражающий загубник и носовой зажим; но она представляет серьезную опасность от отравления газом, вследствие того, что лицевая часть ее сделана из тонкой резины. Опытный Отдел и Отдел защиты против газов выработали два различных типа маски Тиссо: первый — Акрон Тиссо, второй — Копс Тиссо. Лучшие качества обоих типов скомбинированы в модели 1919 года.

Американская маска образца 1919 года

Лицевая часть. — Лицевая часть сделана из прорезиненной материи в 1/10 дюйма толщиной. Материя (stocki-net) положена только с внешней стороны маски и служит для укрепления и защиты слоя резины, которая берется очень высокого качества. Лицевая часть выштамповывается, как нечто целое, из материи, доставляемой в виде длинных свертков. Штампуется она так, чтобы при сшивании лицевой части образовался только один шов между отверстием трубки и углом подбородка. Этот шов делается зигзагообразными стежками, при чем края материи сложены вместе. Прошивка через край дает возможность придать шву плоскую форму. Затем шов покрывается резиновым клеем и выкладывается снаружи и внутри тесьмой, чтобы сделать его совершенно непроницаемым для газа.

Отверстия для глаз в маске имеют форму овалов, вытянутых по горизонтальной оси, с размером значительно меньшим, чем очки. Так как очки имеют круглую форму, то материя, обтягивая их, образует выпуклость, необходимую для того, чтобы отдалить металлический обод от лица. Повязка имеет по три полосы с каждой стороны. Вместо одной полосы, проходящей через темя, сделаны две полосы от глаз из резинки, как и прочие. Все 6 полос соединяются вместе на затылке над подушечкой из войлока и материи в 2½ × 3½ дюйма, которая увеличивает удобство ношения маски.

Материя с внутренней или прорезиненной стороны подкреплена нашивками из материи во всех тех местах, где пришиты полосы повязки. Полоса, идущая через виски над ушами, пришита в двух местах: на расстоянии полудюйма и двух дюймов от края. Это сделано для того, чтобы прижать материю возможно более плотно к вискам, увеличивая таким образом непроницаемость маски для тех лиц, у которых есть впадины на висках. Нижняя полоса проходит над подбородком и содействует плотному облеганию этой части лица. Все полосы, за исключением двух, проходящих через затылок, прикрепляются к подушечке пряжками и могут быть точно пригнаны.

Рис. 62.

Американская маска обр. 1919 г.

Очки сделаны из стекла "триплекс" в металлической оправе и снабжены резиновыми ободками. Прорезиненная материя, сжимая оправу, образует заворот, предохраняющий очки от выпадания. Угловая металлическая трубка с клапаном для выдыхания и резиновый рукав, соединяющий лицевую часть маски с респиратором, устроены так же, как и в последней модели F. R. K. Единственным отличием является большая длина резинового рукава, вследствие принятия ношения респиратора под левым плечом. Общая длина его в этой модели равна 24 дюймам. На внутренней стороне лицевой части, в соединении с впускным отверстием угловой трубки, имеется подвижной резиновый клапан для вдыхания, устроенный так, что входящий воздух циркулирует около очков, благодаря чему они не мутнеют при любом напряжении и температуре, исключая тех редких случаев, когда последняя падает ниже 0° по Фаренгейту.

Респираторная коробка

Респираторная коробка этой маски совершенно не похожа на коробку F. R. K. и другие более ранних типов. Во-первых, она длиннее их; ее длина в законченном виде равна 8 дюймам. В ней есть два входных клапана, защищенных жестяной крышкой, на верхнем конце коробки, вместо одного клапана на дне ее, имеющегося в других типах. Каждый из обоих вводных клапанов имеет 3/8 дюйма в диаметре и состоит из плоской пластинки, закрывающей отверстие короткой резиновой трубки, надетой на короткую металлическую трубку. Непроницаемость достигается прижиманием клапана к круглому краю металлической трубки и сдавливанием обоих краев. Эти клапаны, препятствующие выдыхаемому воздуху проходить обратно через респиратор, оказались вполне удовлетворяющими своему назначению, но они тонки и не прочны. В случае их порчи, очки слегка мутнеют, и вредное пространство увеличивается на об'ем вводной трубки.

Респираторная коробка состоит из двух частей: наружного прочного футляра и внутренней жестяной коробки с пробитыми отверстиями. Вокруг пробитой жести обернут фильтр из шерстяного войлока в 3/16 дюйма толщины. Вследствие обматывания, этот войлок очень плотно прилегает к жестяным стенкам, так что воздух не может проникнуть в химические вещества, не пройдя через фильтр. Таким образом, воздух, поступая через входные клапаны, расположенные наверху коробки, циркулирует в свободном пространстве между наружной и внутренней частью футляра, омывает со всех сторон фильтр и, пройдя через него, просачивается сквозь отверстия жести в поглотитель, состоящий из угля и натронной извести.

Химические вещества помещены вокруг конической трубки, занимающей приблизительно 2/3 длины коробки. Эта трубка расширяется кверху и имеет круглое сечение в том месте, где она проходит через крышку коробки и соединяется с рукавом. Коническая трубка сделана из жести с рядом пробитых отверстий и выложена изнутри тонкой материей, чтобы помешать частицам химических веществ пройти в рукав и оттуда в легкие. Коробка респиратора наполняется со дна и подвергается два раза механическому встряхиванию, чтобы химические вещества хорошо улеглись, прежде чем будет вставлена придерживающая их пружина. Внешний жестяной колпачок, защищающий входные клапаны, имеет два боковых отверстия, но ни одного на концах коробки.

Сумка для носки представляет простой резиновый мешок, почти прямоугольной формы, около фута в ширину и 15 дюймов в вышину. Ширина сделана с таким расчетом, чтобы в задней части сумки помещалась респираторная коробка, а в передней — рукав и лицевая часть маски. Два ремня поддерживают мешок: один проходит через правое плечо, другой вокруг талии. Ремень, проходящий через правое плечо, имеет наверху два шва формы "V" на плече для изменения направления ремня так, чтобы он тянул прямо вниз и не сползал к шее.

Лопасть мешка открывается наружу. Застежки ее подобны тем, которые имеются у обыкновенных автомобильных штор. Вспомогательная застежка наверху лопасти устроена для того, чтобы, когда маска надета на лицо солдата, лопасть можно было застегнуть поверх соединительного рукава и плотно прижать к мешку. Такое устройство не позволяет воде проникнуть в мешок.

Рис. 62 и 63 показывают положение мешка, когда маска лежит в нем, и когда она надета. Следует указать, что мешок для противогаза не должен путаться с ранцем или другими предметами, надетыми на солдата. Левая рука должна лежать совершенно свободно поверх мешка. Мешок был испытан в пехоте, кавалерии, артиллерии и специальных газовых войсках и признан вполне удовлетворительным.

Рис. 63.

Американская маска обр. 1919 г., надетая.

Специальные респираторные коробки

Флот. — Первоначальная респираторная коробка для флота имела вид барабана, очень похожего на германский. Коробка имела форму слегка суживающегося металлического цилиндра, диаметр дна которого равен 9 сант. Наиболее пригодным поглотителем для этого респиратора служили два слоя, по 98 куб. с. в каждом нормальной смеси угля и натронной извести, разделенных подушечками из хлопчато-бумажной ваты. Позднейший тип этой маски показан на рис. 41.

Рис. 64.

Морская маска первоначального типа с носовым зажимом и загубником.

Окись углерода. — Респираторная коробка для окиси углерода описана в XI главе.

Аммиак. — Респиратор, защищающий от аммиака, необходим для флота, а также для рабочих на холодильных заводах. Вначале, в качестве поглотителя, употреблялась пемза, пропитанная серной кислотой. Этот способ имел много неудобств. При реакции развивалась теплота, образовывались пары, увеличивалось сопротивление и портились коробки респираторов. Во избежание этих недостатков был изобретен респиратор "купрамит". Его поглотитель состоит из пемзы, пропитанной сернокислый медью. Пемза и технический медный купорос помещались в выпарительные сковороды в пропорции одной части по весу CuSО_4.5H_2О на 1,5 частей пемзы. Затем добавлялась вода в количестве, достаточном для растворения соли при температуре кипения. Смесь кипятили, постоянно помешивая, пока не начиналась кристаллизация соли на пемзе и подсыхание раствора. Обработанную таким образом пемзу вынимали из чана, высыпали и давали окончательно просохнуть на воздухе. Затем пемзу просеивали сквозь сито (№ 14). При процессе выпаривания надо было обращать внимание, чтобы поглотитель оставался при выемке из сковороды слегка влажным.

При наполнении нормального армейского респиратора купрамитом сверху поглотителя кладется прокладка из полотна, чтобы не пропускать мельчайших частиц, которые могут из него выделяться. Поглотитель поддерживается на месте посредством тяжелой проволочной сетки и пружин. Этот способ укладки применяется для обыкновенного типа маски с загубником. Для маски Тиссо желательно ввести некоторые изменения, чтобы избежать помутнения, которое дает влага, выделяемая поглотителем и сгущающаяся на очках маски, ослабляя ясность зрения солдата. Чтобы избежать этого недостатка, слой купрамита толщиной в 1 дюйм заменяют в верхней части респиратора активированным углем или силикатовой основой (silicagel), — лучше последней. Она поглощает выделяющуюся влагу воздуха и предотвращает очки от запотевания. Если уподобляется уголь, то сверху него помещают от 2 до 8 рядов прокладок: из хлопчато-бумажной материи (Набивная Компания Восточной Звезды в Поутэкете) для задержки угольной пыли. Вес всего респиратора около 1,7 фунта.

Такой респиратор, вместимостью в 45 куб. дюймов, может служить человеку защитой при спокойном дыхании в течение 5 часов против 2 процентов аммиачного газа или 2½ часов против 5 %. Преимуществами его является продолжительность действия, незначительность нагревания, при поглощении и дешевизна.

Рис. 65.

Противо-аммиачная коробка — "Купрамит".

1. Проволочная пружина.

2. Толстая сетка.

3. Полотно.

4. Поглотитель.

5. Купольная сетка.

6. Пружина.

7. Клапан.

Физиологические свойства масок

Первое время после введения газовой борьбы употреблялись газы, так называемого, нестойкого типа. Для предохранения от них нужно было надевать маску на сравнительно короткий срок, так как облако газа быстро рассеивалось. С развитием газовой борьбы и введением более стойких газов, в особенности горчичного газа, стало необходимо не только надевать маску на долгий период времени, но и исполнять в маске сравнительно тяжелую физическую работу, подобно службе в артиллерии.

Оказалось, что при таких условиях маска сильно уменьшает работоспособность солдата. Причины ослабления работоспособности сделались предметом тщательного исследования для лучших физиологов и психологов Америки. В результате их трудов, причины, вызывающие уменьшение работоспособности, могут быть сгруппированы следующим образом:

Рис. 66.

Аммиачная маска; рисунок показывает сравнительную величину коробки.

1) Физические неудобства маски от давления на голову и лицо, вследствие неправильного положения лицевой части, повязок, загубника и носового зажима.

2) Ненормальность зрения, вследствие плохих оптических качеств очков и сужения как общего, так и бинокулярного поля зрения.

3) Ненормальность дыхания, зависящая: а) от изменения нормального способа дыхания, вызываемого ношением противогаза, б) увеличения вредного пространства дыхательных путей и в) увеличения сопротивления, как при вдыхании, так и выдыхании, при чем два последних недостатка в большей или меньшей степени встречаются во всех типах масок.

Из этих выводов первые два настолько очевидны, что не требуют дальнейших пояснений. Влияние измененных условий дыхания, однако, менее наглядно, и небезынтересно поэтому будет представить в общих чертах результаты исследований, произведенных в отношении повышения сопротивления и вредного пространства в дыхательных путях.

Функцией дыхания является поглощение кислорода и выделение углекислоты кровью в то время, когда она проходит через легкие. Этот обмен газов происходит в ячейках (alveoli), т.-е. мириадах тонкостенных пузырьков, которые находятся на конце дыхательных путей, где воздух отделен очень тонкой перепонкой, через которую проникают газы. Об'ем и скорость или, другими словами, об'ем — минута дыхания автоматически регулируется нервными центрами так, чтобы легкие получали всегда достаточное количество воздуха для поддержания равновесия при обмене разнородных веществ, выделяемых легкими. Отсюда ясно, что все, что производит изменение в составе воздуха, подаваемого в кровь альвеол (alveoli), нарушает нормальные условия для дыхания.

Так как обмен газов между легкими и кровью происходит только в альвеолах, на конце дыхательных путей, то после каждого выдыхания, дыхательные пути остаются наполненными воздухом, бедным кислородом и богатым угольной кислотой, который при вдыхании вновь проходит в легкие, разжижая свежий воздух. Oб'ем путей, содержащих воздух, который приходится повторно вдыхать, называется в анатомии вредным пространством.

При надетой маске, ее лицевая часть и другие части, связанные с выдыханием и вдыханием воздуха, становятся дополнительным вредным пространством, содействующим разжижению кислорода и насыщению вдыхаемого воздуха углекислотой. Таким образом к анатомическому вредному пространству, всегда существующему и регулируемо нормальным аппаратом дыхания, прибавляется вредное пространство маски.

Майор Р. Г. Пирс, который руководил исследованиями в этой области, суммирует действия, происходящие от увеличения вредного пространства, в следующих словах:

1) С физиологической точки зрения:

а) Присутствие вредного пространства требует при дыхании большего об'ема воздуха в минуту. Это об'меняется с точки зрения физиологии тем, что содержание углекислоты в артериальной крови становится выше нормального; количество, до которого содержание углекислоты в крови может быть повышено, весьма ограничено. Все, что значительно увеличивает количество углекислоты в крови, уменьшает бодрость, необходимую для солдата при той работе, которая составляет часть его повседневной жизни.

b) Больший об'ем воздуха в минуту должен пройти через респиратор, но он оказывает сопротивление пропорционально количеству протекающего через него воздуха. Если сопротивление является уже некоторой помехой дыханию, то вредное пространство еще более увеличивает его, так как повышает количество воздуха, проходящего через респиратор.

с) Как будет указано ниже, сопротивление имеет тенденцией уменьшить об'ем вдыхаемого воздуха в минуту. Вредное пространство ведет к повышению об'ема — минуты. Поэтому, если дыхание должно происходить при сопротивлении и прп наличии вредного пространства, то об'ем вдыхаемого воздуха уменьшается против требуемого значительно сильнее, чем при дыхании с сопротивлением, без дополнительного фактора — вредного пространства. При этих условиях количество углекислоты в крови и тканях значительно повышается, вследствие чего силы падают.

2) С точки зрения конструкции респиратора.

Продолжительность действия респиратора зависит от об’ема насыщенного газами воздуха, который проходит через него. Вредное пространство увеличивает об'ем — минуту воздуха, проходящего через респиратор, и поэтому сокращает продолжительность действия респиратора.

Физиологически причина вредного действия сопротивления дыханию более сложна:

"Сопротивление дыханию: 1) мешает правильному кровообращению, 2) вызывает в легочных тканях изменения, вследствие которых обмен между внешним воздухом и кровью сильно понижается. Было сделано несколько докладов с целью отметить важное значение сопротивления при вдыхании. В этих докладах указывалось, что вред, приносимый организму, состоит в изменении кровяного давления, в увеличении деятельности правой стороны сердца и увеличении количества крови и лимфы в легких. Сопротивление уменьшает об'ем — минуту вдыхаемого воздуха и увеличивает таким образом процентное отношение углекислоты при выдыхании. Все эти изменения безусловно вредны.

Хотя при конструкции противогаза обращают внимание главным образом на сопротивление, оказываемое респиратором на вдыхание воздуха, тем не менее сопротивление выдыханию имеет также очень важное значение. Воздух, выдыхаемый легкими, содержит углекислоту, и она должна быть удалена. Акт выдыхания является более пассивным, чем акт вдыхания, и сопротивление выдыханию чувствуется сильнее, чем при вдыхании. Необходимо поэтому чтобы клапан для выдыхания был устроен так, чтобы весь выдыхаемый воздух мог уходить с минимальным сопротивлением в течение времени выдыхания. Лабораторные данные показывают, что редко число выдыханий поднимается выше 150–175 в минуту. Действие сопротивления на жизненные органы тела при выдыхании не имеет существенных отличий от того же действия, наблюдаемого при вдыхании".

ГЛАВА XIII

Поглотители[20]

Поглотители, применявшиеся в английских и американских респираторах и оказавшие гораздо лучшую защиту против ядовитых газов, чем маски прочих союзных или неприятельских держав, кроме Германии, состояли из смеси древесного угля и натронной извести, как было указано в предыдущей главе. Поглотитель противогазовой маски должен отвечать определенным требованиям, каковыми являются: энергия поглощения, поглотительная способность, универсальность защиты, механическая прочность, химическая стойкость, малое сопротивление дыханию, простота изготовления и доступность сырых материалов.

Энергия поглощения, или способность поглощать газы с большой скоростью, является наиболее важным свойством хорошего поглотителя. Обыкновенный человек, при усиленном движении, потребляет около 60 литров воздуха в минуту; в виду того, что вдыхание составляет немного более половины всего дыхательного процесса, общее количество газа, проходящего через респиратор в течение одной минуты, равняется приблизительно 100 литрам. Применяя эти данные к обыкновенному военному респиратору, получим среднюю линейную скорость протекающего через него воздуха, приблизительно, 80 cm в секунду. Поэтому каждая небольшая порция воздуха может пребывать в соприкосновении с поглотителем не более 0,1 секунды. Но ядовитый газ должен быть всегда удален нацело, хотя бы концентрация его не превышала ½%, так как даже мгновенное просачивание 0,001 % (10 частей на миллион) газа может причинить недомогание, а длительное просачивание весьма малых количеств некоторых газов может повлечь за собой очень серьезные последствия. Энергия древесного угля в современной противогазовой маске такова, что он в состоянии понизить концентрацию в 7.000 частей хлор-пикрина (на миллион) до 0,5 части (на миллион) менее, чем в 0,03 секунды.

Такое же значение имеет поглотительная способность, или способность каждой единицы веса поглотителя задержать наибольшее количество ядовитого газа. Продолжительность действия поглотителя должна, при обыкновенных концентрациях газа, измеряться днями. Необходимо, чтобы поглотитель прочно задерживал газ, а не вступал с ним в нестойкое соединение, которое при последующем вдыхании воздуха через респиратор могло бы распадаться; выделяя хотя бы даже следы ядовитого газа.

Поглотители должны быть рассчитаны на то, чтобы давать одинаковую защиту от различных типов ядовитых газов (vеrsаtilitу — гибкость). Необходимость соблюдения этого условия становится очевидной, если принять во внимание невозможность иметь отдельные респираторы для различных газов, а также и трудность быстрого и точного определения газов на поле сражения и вероятность введения новых неизвестных газов. К счастью все ядовитые газы обладают высокой реакционной способностью или имеют сравнительно высокую точку кипения и могут быть поглощены в большом количестве древесным углем.

Поглотители должны обладать механической прочностью, чтобы структура и пористость их не нарушались при перевозке или употреблении на полях сражений. Они не должны легко перетираться, так как получение даже небольшого количества мелких частиц может закупорить респиратор или образовать внутри его массы каналы, через которые газ пройдет, не будучи поглощенным.

В виду того, что респираторная коробка наполняется за несколько месяцев до употребления на позициях и должна служить для защиты солдата в течение долгого времени, пока не придет в негодность, очевидно, что только энергия и способность к поглощению последнего периода (но не начальная его сила) должна служить мерилом ценности поглотителя. Следовательно, поглотитель должен обладать большой химической стойкостью, т.-е. не быть подверженным химическому разложению, не реагировать с углекислым газом, не распадаться на составные части, не расплываться при употреблении и не оказывать вредного действия на металлическую коробку.

В хорошем поглотителе эти основные качества должны быть сбалансированы, вследствие чего наиболее пригодная для употребления химическая смесь должна являться как бы компромиссом для всех указанных требований.

Древесный уголь

Тот факт, что древесный уголь обладает способностью абсорбировать или конденсировать в своих порах некоторые газы, прочно задерживая их, был известен давно[21]. Вообще знали, что так называемый, животный уголь является наилучшим средством для обесцвечивания растворов сахара, что древесный уголь очень хорошо поглощает газы, а кокс, наоборот, имеет слабую способность к поглощению и к обесцвечиванию. Но причины этого явления оставались неизвестными, и создать спецификацию угля было невозможно. Для научных опытов обыкновенно применялся уголь кокосового ореха, в виду того, что еще 50 лет тому назад Гюнтер нашел, что этот уголь является наилучшим поглотителем для газов.

Сырые материалы[22]

Первый уголь, примененный для поглощения хлора и фосгена, был получен из древесины красного кедра. В виду того, что он оказался весьма слабо защищающим против хлор-пикрина, было обращено внимание на скорлупу кокосовых орехов, как на исходный сырой материал. Уголь кокосовой скорлупы более всех других испытанных сортов отвечает требованиям хорошего поглотителя. Не следует, однако, думать, что исследование угля остановилось на этих опытах. В поисках за идеальным углем были испробованы почти все твердые растительные вещества. На ряду со скорлупой кокосового ореха, были подвергнуты исследованию косточки плодов и все разновидности орехов, имеющихся в Соединенных Штатах, до тропических сортов включительно, которые дали лучший уголь. Все деревья, в последовательном порядке по своей твердости, начиная с железного дерева и кончая обыкновенной сосной и елью, как оказалось, занимают второстепенное место по силе своего действия. Среди других материалов были испытаны: миндаль, арабские желуди, виноградные косточки, скорлупа бразильских орехов, зернышки апельсинов, китайские бобы, синтетический уголь (из каменного угля, ламповой копоти и т. д.), скорлупа бобов какао, зерна кофе, колосья зерновых хлебов, шелуха хлопковых семян, скорлупа фисташек, жмыхи и т. д. Хотя многие из перечисленных материалов могли быть применены в случае необходимости, но ни один из них не был в состоянии дать уголь столь же активный при равном oб’еме, как скорлупа кокосового или других твердых орехов.

Некоторое понятие о возрастании производства угля может дать повышение спроса на скорлупу кокосовых орехов. Когда началось изготовление масок, наш спрос на сырой материал для получения угля достигал 40–50 тонн в день; перед окончанием войны нам ежедневно было необходимо около 400 тонн скорлупы кокосовых орехов. Эта потребность превосходила в пять раз все количество кокосового ореха, собираемого в тропической Америке. (Сбор кокосовых орехов в Центральной Америке, Вест-Индии и на Карраибском берегу Южной Америки достигал ежегодно 131.000.000 орехов, что может покрыть ежедневный расход в 75 тонн). Наши требования составляли 1/10 всего количества орехов, собираемых на востоке, которое доходит до 7.450.200 орехов в год. Такой большой спрос делал невозможным заготовление материалов для угля в запас. Предпринятая Газовой Обороной кампания "Ешь больше кокосовых орехов" удвоила за короткий промежуток времени потребление их в Америке, а в октябре 1918 г., с помощью ввоза, мы в среднем стали получать ежедневно до 150 тонн скорлупы, благодаря закупкам на востоке.

Первое нагревание скорлупы кокосовых орехов для получения угля уменьшает их вес на 75 %. Очевидно, гораздо экономичнее было перевозить с востока орехи в виде угля, полученного по ту сторону Тихого Океана. Поэтому на Филиппинских островах был устроен угольный завод, и во все восточные страны разосланы агенты для закупки огромного количества кокоса. Дело начинало развиваться, когда было подписано перемирие, и завод успел отправить в Соединенные Штаты только 300 тонн угля из кокосовой скорлупы, имея к 11-му ноября 1918 года в складах запас угля в 1000 тонн.

В поисках за другими тропическими орехами было найдено, что орехи "когун" или "корозо", представляющие плод пальмового дерева "манако", являются наилучшими для производства поглощающего угля. Они растут гроздьями, подобно бананам или финикам, от одной до четырех на дереве, причем каждая дает от 60 до 75 фунтов орехов. Пальмы "манако" произрастают, главным образом, на западном берегу Центральной Америки, в низких болотистых областях, от Мексики до Панамы, но встречаются также на Карраибском берегу. Главным достоинством этих орехов в отношении получения угля является необыкновенная толщина их скорлупы: орехи имеют несколько более 3 дюймов в длину и около 2 дюймов в диаметре, но зерна очень малы. Ко времени заключения мира ежемесячный ввоз их достигал 4000 тонн. Неудобство, которое представляло употребление скорлупы "когун", состояло в том, что она содержит много кислоты, которая раз'едала джутовые мешки и вызывала разогревание куч орехов на складах.

Третьим источником для поглощающего угля были тропические орехи "слоновой кости" (ivory nuts), употребляемые в. большом количестве фабрикантами пуговиц. Этот материал мог доставляться в количестве 400–500 тонн в месяц и применялся после очистки от сора; но он был слишком дорог, так как при нормальных условиях шел на изготовление молочной кислоты.

Чтобы обеспечить производство угля достаточным количеством сырья, в качестве вспомогательных материалов употреблялись косточки абрикосов, персиков, вишень и скорлупа грецких орехов с берегов Тихого Океана. Американский Красный Крест начал с 13 сентября 1918 года их сбор по всей Америке. С этого времени и до заключения мира было собрано около 4000 тонн перечисленных материалов. Сборщики обращались ко всему населению Соединенных Штатов со следующим призывом: "помогите нам дать солдату хороший противогаз".

Теория действия угля

Как указывалось выше, первый уголь был изготовлен из красного кедра. Хотя при опытах с хлором он дал весьма удовлетворительные результаты, но против хлор-пикрина оказался бессильным. Для дальнейшего улучшения угля было желательно иметь некоторые руководящие теоретические данные. Считалось общепризнанным, что главным условием активности является мелкая пористость.

Действие угля зависит от его поглощающей способности, которая находится в зависимости от пористости. Чем больше поверхность угля по сравнении с его массой, т.-е. чем сильнее пористость и мельче зерна, тем большую ценность получает уголь. Еще другой фактор, повидимому, играет значительную роль. В виде гипотезы, Чаней высказал предположение, что активный уголь может быть получен по удалении из него углеводородов, которые, как он думал, должны образоваться при процессе обугливания. Так как углеводороды очень слабо летучи, то они препятствуют поглощению других газов или паров активным материалом. Для доказательства уголь красного кедра был нагрет в бомбе, соединенной с насосом, который высасывал из нее воздух. Хотя карбонизация, угля была произведена при 800°, различные газы и пары начали выделяться из него, начиная от 300°, и по охлаждении конденсировались в виде кристаллических пластинок.

Этот опыт не только подтвердил существование в угле соединений с водородом, но и показал, что одним из путей удаления углеводородов для архивирования угля является обработка его посредством окислителей.

Последние опыты убедили Чаней, что существуют две формы угля — "активная" и "неактивная"; активная форма характеризуется высокой способностью к поглощению газов, в то время, как неактивная форма этого свойства не имеет. В общем, температура, при которой образуется активная форма, лежит ниже 500–600 °C. Эта форма легко подвергается действию окислителей, в то время как бездеятельная форма обладает большей устойчивостью. Уголь, состоящий из слоев абсорбирующих и слоев углеводородов, известен под названием "первичного". Антрацит и смолистый уголь являются природными первичными углями, между тем как кокс содержит значительное количество неактивного угля, вследствие разложения углеводородов во время процесса приготовления.

Приготовление активного угля

"В виду изложенного, приготовление активного угля, очевидно должно было заключать в себе две стадии:

"Первая — образование пористого, аморфного угля при сравнительно низкой температуре.

"Вторая — удаление поглощение углеводородов из первичного угля и повышение его ноздреватости,

"Первая часть работы не представляет серьезных затруднений. Она состоит в сухой перегонке дерева или подобных ему материалов при сравнительно низкой температуре. Следует избегать отложения неактивного угля, получающегося от распада углеводородов при высокой температуре. Полученное вещество закладывается тонкими пластами в реторту, чтобы по возможности уменьшить соприкосновение углеводородных паров с раскаленным углем. Затем большую часть углеводородов удаляют прежде чем температура повысится до опасных пределов. Надо поддерживать медленное отсасывание, чтобы не допустить просачивания воздуха извне, но прибегать к окислению для повышения устойчивости угля не следует, так как это может быть выполнено при лучшем контроле и с меньшей потерей вещества в осо6ом процессе.

"Вторая часть работы состоит удалении поглощенных углеводородов из первичного угля и является гораздо более трудно выполнимой задачей. Чтобы удалить или разложить оставшиеся углеводороды, требуется продолжительное нагревание при довольно высокой температуре. С другой стороны, улетучивание и распад углеводородов при высокой температуре неизбежно влечет за собой образование неактивного угля, схожего по своему наружному виду с графитом, который не только совершенно инертен и не способен к поглощению, но и плохо поддается окислению. Общим методом, давшим наилучшие результаты, является удаление поглощенных углеводородов посредством комбинированного процесса окисления и перегонки, благодаря чему углеводороды с высокой точкой кипения расщепляются на более летучие вещества и удаляются при менее высокой температуре или при условиях, менее благоприятных для отложения неактивного угля. Расположение угля тонкими слоями и быстрый ток газа применяются для того, чтобы соприкосновение между улетучивающимися углеводородами и раскаленным активным углем продолжалось, по возможности, наименьшее время. Таким путем распад углеводородов при высокой температуре, с последующим отложением неактивного угля, может быть в значительной степени избегнут.

Рис. 67.

Редактор Дорнея для активирования (обработки) кокосового угля посредством пара.

1. Засыпка.

2. Дымовая труба.

3. Заслонка для угля.

4. Платформа.

5. Вход угла в трубу для активации (обработки).

6. Выход пара.

7. Зона активации (обработки).

8. Наблюд. отверстие.

9. Горелка.

10. Вход газа и воздуха.

11. Хромо-ник. трубки.

12. Впуск пара.

13. Хромо-ник. трубки.

14. Камера сгорания.

15. Фланцевые скрепления.

16. Дымовая труба.

17. Перегретый пар.

18. Предохранительный клап.

19. Горелка.

20.. Стружка алюндия.

21. Выход перегретого пара в доменную печь.

"Хотя главною задачей процесса активирования является удаление углеводородов путем окисления и отгонки, но одновременно здесь происходит другая очень важная реакция, а именно окисление самого первичного угля. Это окисление, несомненно, представляет известные выгоды, так как оно утончает стенки твердого угля, расширяет уже существующие в нем пустоты и увеличивает таким образом общую поверхность. Более того, наружные выходы капиллярных пор и трещин при этой реакции становятся шире и значительно облегчают доступ газа во внутренние части угля. Однако, когда раз'едание стенок переходит в уничтожение стенок между отдельными порами, оно скорее уменьшает, чем увеличивает поверхность угля, следствием чего должно являться понижение об'емной активности угля т. е. срока его службы.

"Поэтому ясно, что условия активирования должны быть подобраны и урегулированы таким образом, чтобы быстро окислять углеводороды и медленно — первичный уголь. Такое дифференцированное окисление не легко выполнить, так как находящиеся в угле углеводороды, содержат очень малое количество водорода и поэтому окисляются не легче, чем сам уголь. Сверх того, большинство углеводородов, которые подлежат удалению, заключены внутри зерен угля. С одной стороны, чтобы окислить углеводороды с требуемой быстротой, нужна высокая температура, с другой — нельзя употреблять слишком высокой температуры, если требуется экономно использовать первичный уголь. Допустимые колебания лежат узких пределах 50–70 градусов. Установлению оптимума температуры активирования зависит от выбора окислителя и других переменных; для воздуха она, как оказалось, лежит между 350° и 450° для пара — между 800° и 1.000°.

"Процесс активации воздухом имеет то преимущество, что он требует сравнительно низкой температуры. Его недостаток в том, что при нем происходит местное накаливание и чрезмерная трата первичного угля, вследствие чего получается уменьшение об'емной активности прежде, чем будут полностью удалены углеводороды. Вследствие этого, при обработке воздухом нельзя получить угля высшей активности".

Процесс обработки паром обладает тем недостатком, что происходит при такой высокой температуре, что регулирование ее становится почти невозможным, и возникают другие технические трудности. Его преимущество заключается в отсутствии местного накаливания. Следовательно, углеводороды могут бить удалены в большом количестве без непроизводительной траты первичного угля. Этим путем возможно получать весьма активный уголь.

Рис. 68.

Разрез сырой скорлупы кокосового ореха.

Увеличено в 146½ раз (лин. ув.).

Употребление пара имеет еще то преимущество, что дает равно успешные результаты при обработке всех сортов древесного угля. Материалы более низкого качества, в виду недостатка кокосовых орехов, будучи обработаны паром, давали уголь столь же хороший.

Активация током воздуха, пара и углекислого газа широко применялось Военно-Химической Службой для приготовления угля для противогазов.

Рис. 69.

Разрез обугленной скорлупы кокосового ореха.

Лин. увелич. 146½.

Вышеприведенные данные прекрасно иллюстрируются микрофотографическими снимками, представленными на ряде рисунков, от 68 до 71. Рис. 68 изображает поперечный разрез сырой скорлупы кокосового ореха, вырезанный перпендикулярно его длинной оси. На нем видны плотно сжатые, толстостенные так называемые "каменные" клетки, характерные для всех твердых и плотных ореховых скорлуп. Рис. 69 дает фотографию подобного же сечения той же скорлупы ореха, после ее обугливания. Так как фотографии сняты при вертикальном освещении на темном фоне, то все впадины и пустоты кажутся черными, между тем как самый уголь кажется белым. Из этих фотографий ясно видно, что крупно-зернистая структура, присущая скорлупе, сохраняется почти целиком в продукте обугливания. Рис. 70 и 71 показывают, при более крупном увеличении, обугленный продукт до и после активирования. Как и на предыдущих рисунках, темные места представляют пустоты, имеющие малое, почти ничтожное влияние на поглотительную способность угля; белые места изображают уголь. На рис. 70 (неактивированный) уголь между пустотами кажется почти компактным; на рис. 71 (активированный) он получает определенное зернистое строение. Зернистая структура, ясно видная при большим увеличении (в 1000 раз), показывает, повидимому, то повышение пористости, от которой в действительности зависит поглотительная способность. Фотографии, следовательно, вполне ясно представляют насколько увеличивается пористость вследствие обработки":

Рис. 70.

2-минутный уголь, не активированный.

Увеличено в 732 раза.

Большой спрос на уголь и необходимость подвергать активированию различные материалы, помимо кокосовых орехов, привели к устройству печи Дресслера, которая имеет многие преимущества перед аппаратом Дорсей.

"Печь Дресслера принадлежит к типу печей, применяемых, обыкновенно, при производстве керамических изделий. Горн ее выложен внутри огнеупорным кирпичом и имеет около 190 фут. длины, 12 фут. ширины и 9 фут. вышины обыкновенной кирпичной кладки. Уголь нагружается на мелкие лотки из туго-плавкого материала, которые ставятся на маленькие вагонетки, около 120 лотков на вагонетку. Вагонетки вкатываются в печь через двойную дверь, и уголь остается в горячей части печи при температурё в 850 °C около 4 часов. Вода разлагается при этом на составные части и, чтобы преградить доступ внешнему воздуху, поддерживается повышенное давление. Печь отапливается газом, и уголь активируется паром в присутствии газов, образующихся при горении.

Рис. 71.

Активированный паром 31-минутный уголь.

Увеличено в 732 раза.

"При такой обработке уголь получает высокую. степень активности без обычной большой потери материала. Повидимому, условия процесса позволяют окислителю глубоко проникать в частицы угля, не повышая поверхности сгорания, как это наблюдается при обыкновенном активировании паром. Вместимость печей этого типа ограничивается только их размерами.

Преимущества их нижеследующие:

1. Высокое качество продукта.

2. Малая потеря в весе и об’еме.

3. Большая мощность.

4. Минимальная стоимость устройства и эксплоатации.

5. Простота и дешевизна процесса обработки.

6. Применяемость для активирования всех сортов угля.

7. Наличность готовых печей этого типа".

Рис. 71.

Поперечный разрез тунельной печи Дресслера, приспособленной к активации (обработки) угля.

1. Железная скрепа.

2. Свод печи.

3. Огнеупорный кирпич.

4. Трепел.

5. Камера сгорания.

6. Стенки печи.

7. Простой кирпич.

8. Песок.

9. Стальной каток.

10. Огнеупорный кирпич.

11. Прокладка из огнеупорного кирпича.

Суррогаты орехового угля

Первые опыты были произведены с особым сортом антрацита (не слоистого и имеющего раковистый излом). Продолжительность действия его поглощающей способности равнялась 560 минутам, вместо 360 минут жизненности угля кокосовых орехов, активированный воздухом, и 800–900 минут того же угля, активированного паром.

Попытка Отдела Газовой Обороны поставить в крупном масштабе активирование антрацита в вертикальных газовых ретортах в Дерби (Коннектикуте) не удалась. Антрацит обугливался при 900°, затем подвергался действию пара, при чем обработанный паром уголь получал лишь немногим большую плотность, чем первичный, и делался местами блестящим, местами шероховатым, вследствие образования налета. Когда углеводороды, разлагаются при высокой температуре, то частицы обработанного угля получают структуру графита, являются неактивными, окисляются с трудом и ослабляют или даже препятствуют активации нормального угля, на котором они осаждаются. Это открытие дало возможность перейти к успешной обработке антрацита. Первыми условиями ее было понижение до минимума распада при высокой температуре, удаление или окисление углеводородов по мере их образования и, особенно, недопущение газов из более холодных частей аппарата приходить в, соприкосновение с углем, имеющим гораздо более высокую температуру. На основании этих данных в Спрингфильде был устроен завод, который стал производить до 10 тонн в день 150 — 300-минутного угля из простого антрацита. Это количество составляло 1/3 всего производства того времени, и полученный вновь антрацитный уголь стали смешивать с приготовляем в Астории углем из ореховой скорлупы, благодаря чему недостаток материала для респираторов в октябре 1918 года был восполнен.

Дальнейшее наблюдение показало, что осыпь, остающаяся от перетирания и просеивания угля из кокосовой скорлупы и достигающая 50 % выхода всего продукта, может быть мелко размолота, смешана со связующим веществом и прокалена подобно обыкновенному углю. Вследствие того, что обработка газом при этом процессе не нужна, получаемый уголь сохраняет почти те же качества, как и уголь из целой скорлупы. Завод для утилизации осыпи кокосового ореха был выстроен в Астории. Полученный продукт был назван "коалитом".

Самое большое преимущество скорлупы кокосовых орехов, как материала для поглощающего угля, состоит в том, что она обладает большой плотностью и, следовательно, может быть обращена в массу с большим количеством мелких пор, между тем как менее плотные сорта деревьев, в роде кедра, дают более крупную ноздреватость, которая имеет несравненно меньшую ценность. Уголь кокосовых орехов довольно трудно окисляется, что позволяет производить избирательное окисление более простым путем. Спрессовывая уголь различных сортов деревьев, можно сделать из них древесный уголь, почти равный по качествам углю из скорлупы кокосовых орехов.

Нагревая ламповую копоть с серой и спрессовывая смесь, удалось приготовить уголь, имеющий приблизительно ту же продолжительность действия, как и уголь кокосовых орехов. Эмульсируя сажу в жидкой смоле, можно было получить уголь, который оказывался действительным против хлор-пикрина в течение 400 минут, еще до обработки паром. Это казалось настолько заманчивым, что возник проект изготовить в Вашингтоне тысячу или более фунтов указанного продукта, чтобы подвергнуть его испытанию. Проект не был приведен в исполнение, вследствие прекращения всех работ по исследованию. Преимущество такого продукта должно было состоять в более однообразном распределении связующего вещества.

Вместо непосредственной обработки паром антрацита, его обращали в порошок, смешивали со связующим материалом и спекали в виде палочек, которые потом перемалывались и обрабатывались паром. Получаемый уголь, известный под названием "карбонита", имел несколько меньшую активность, чем смеси ламповой копоти, но зато был гораздо дешевле. Завод, построенный для ежедневного изготовления 40 тонн антрацитного порошка, давал в день 10 тонн активного угля, за исключением потерь от размалывания и обработки паром. Завод гарантировал поставку поглотителя, действующего в течение 600 минут против хлор-пикрина.

Германский уголь

После подписания мирного договора Чаней поднял вопрос о том, каким способом немцы изготовляли свой уголь. Германский уголь был сделан из хвойного дерева и считался почти таким же хорошим, как и наш, хотя исходный материал был несравненно худшего качества. Через месяц Чаней открыл способ производства немецкого угля, приготовил его сам и доказал, что он был во много раз хуже нашего. Немцы пропитывали дерево хлористым цинком, обугливали его при температуре красного каления и вымывали большую часть хлористого цинка. Когда хлористый цинк был найден в немецком угле, то думали, что его прибавляли уже после того, как уголь был готов. Поэтому уголь нагревали с соляной кислотой, что улучшало действие его против хлор-пикрина. Затем немецкий уголь, в том виде, в каком он имелся, включая мелкую пыль, был сравнен с американским, просеянным через сито № 8 — 14. Наиболее серьезной ошибкой было то, что его испытывали только на высокие концентрации хлор-пикрина. Немецкий уголь имеет сравнительно крупную пористость, вследствие чего газы высоких концентраций поглощаются им довольно хорошо, но газы низких концентраций далеко не сполна. В результате, немецкий уголь был оценен в 4 или 5 раз выше своих достоинств.

Сравнение углей

Нижеследующая таблица представляет сравнение углей, полученных из разнообразных материалов. Метод активирования был для всех их одинаков, и время обработки избрано то, которое способно дать наивысшее время службы угля в респираторе. Результаты защиты против хлор-пикрина представляют в грубых чертах сравнительную ценность угля, полученного из различных сырых материалов при указанном способе активации.

Германский древесный уголь × 200.

Рис. 73.

Еловый уголь.

Сравнение различных сортов угля, активированного в лаборатории.

Сырой материал

Кажущаяся плотность

Обработка паром при 900°

Результаты ускорен. испытания хлор-пикрином

Первичный уголь

Активированный уголь

Время в минутах

Потеря веса в %

Вес поглощенного колич. в %

Продолж. действия в минутах

Сикамора

0,158

0,080

18

53

41

7,3

Кедр

0,223

0,097

60

78

78

16,0

Красное дерево

0,420

0,236

60

44

32

16,3

Железное дерево

0,465

0,331

60

44

31

20,8

Бразильский орех

0,520

0,316

120

71

46

32,2

Орех слоновой кости

0,700

0,460

120

70

48

47,0

Орех когун

0,659

0,502

120

48

51

53,4

Орех Бабассу

0,540

0,322

210

68

85

58,7

Кокосовый орех

0,710

0,445

120

60

61

58,4

Кокосовый орех

0,710

0,417

180

75

72

64,4

СПРЕССОБАННЫЕ МАТЕРИАЛЫ

Опилки

0,542

0,365

120

66

53

40,0

Сажа

0,769

0,444

240

64,3

53

50,5

Смолистый уголь

0,789

0,430

165

61

58,3

46,8

Антрацитный уголь

0,830

0,371

480

81

53

40,7

"В заключение небезынтересно сравнить угли, применявшиеся главными воюющими державами, между собой и с вышеуказанными лабораторными препаратами. Цифровые данные относительно этих улей приведены в нижеследующей таблице:

Сравнение углей, применявшихся различными воюющими странами.

Страна

Число

Сырой материал

Кажущаяся плотность

Продолжительность действия

Замечания

Соединенные Штаты

Ноябрь 1917

Кокосовый орех

0,60

10

Активирование воздухом

Соединенные Штаты

Июнь 1918

Смесь орехов и пр.

0,58

18

Активирование паром

Соединенные Штаты

Ноябрь 1918

Кокосовый орех

0,51

34

Активирование паром

Англия

1917

Дерево

0,27

6

Продолжительная перегонка

Англия

Август 1918

Косточки персиков и пр.

0,54

16

Франция

1917–1918

Дерево

0,23

2

Германия

Первоначально

Дерево

?

3

Химическая обработка и активирование паром

Германия

Июнь 1917

Дерево

0,25

66

Химическая обработка и активирование паром

Германия

Июнь 1918

Дерево

0,24

42

Химическая обработка и активирование паром

"Очевидно, что продолжительность действия этих углей был гораздо менее полученной при лабораторных опытах. Но, при необходимости производства в крупном масштабе, количество и быстрота имеют более важное значение, чем абсолютно высокие качества продукта. В этом отношении необходимо указать, что уголь кокосового ореха, изготовлявшийся в Соединенных Штатах, даже в ноябре 1918 года был гораздо ниже по качеству, чем лабораторные образцы, сделанные из того же самого сырого материала. Происходило это не оттого, что производство высокоактивного угля в крупном масштабе нельзя было наладить, — возможность изготовления 50-мин. угля в большом количестве была даже доказана в мае 1918 года, — но обработка такого рода требовала в два или три раза больше сырого материала, в пять раз больше аппаратов, чем их имелось в наличии, и вызывала необходимость более длительного нагревания и сопряженной с ним большой потери угля.

Следует указать далее, что увеличение продолжительности действия угля против хлор-пикрина с 18 до 50 мин. не представляет собой соответственного увеличения его ценности во время полевой службы. Отчасти это зависит от того, что увеличение поглощения при опытах с высокими концентрациями в действительности происходит от конденсации газа в капиллярах, которое как уже указывалось, не имеет реального значения. Гораздо более важно то обстоятельство, что наиболее опасные газы, употреблявшиеся для военных целей, задерживается не одним поглощением, а комбинацией поглощения с химической реакцией, для каковой цели 18-мин. уголь в общем, столь же пригоден, как и 50-минутный".

Поглощающая способность различных углей против различных газов.

№№

УГЛИ

Нация

% содержание воды

Время действия против усиленного тока хлор-пикрина в минутах

Время действии в минутах при нормальных условиях

Три-хлор-метиловый эфир хлор-муравьиной кислоты

Хлор

Хлор-пикрин

Фосген

Цианисто-водородная кислота

Мышьяк. водород.

Хлор-циан

1

Плохой кокосовый орех

Соед. Шт.

0

10

120

175

20

18

55

50

270

2

Средний кокосовый орех

Соед. Шт.

0

30

350

260

25

25

65

65

370

3

Хороший кокосовый орех

Соед. Шт.

0

60

620

310

27

30

75

70

420

4

Тот же сорт, что и № 2, только сырой

Соед. Шт.

12

18

320

330

36

16

35

95

–

5

№ 2 пропитанный

Соед. Шт.

0

35

400

700

70

400

70

190

510

6

Дерево

Франция

0

2,5

25

75

9

0

1

20

–

7

Дерево

Англия

0

6

70

90

18

4

5

30

–

8

Косточки персика

Англия

0

16

190

135

30

25

65

60

–

9

Обработанное дерево

Германия

0

42

230

105

20

20

22

2

–

10

№ 9 пропитанное

Германия

30

9

90

320

16

1

110

120

–

Нормальные условия опытов

Просеивание поглотителя

8 — 14

Толщина поглощающего слоя

10 cm

Количество газа, протекающего через 1 кв. см. сечения в минуту

500 куб. cm

Концентрация ядовитого газа

0,1%

Относительная влажность

50%

Температура

20°

Результаты опытов выражаются в минутах и приведены к одинаковым концентрациям и величине частиц.

Натронная известь

Уголь не является универсальным, абсолютно-удовлетворительным поглотителем, так как он с одной стороны слишком слаб для некоторых кислотных газов, обладающих большой летучестью, каковы фосген и цианисто-водородная кислота, с другой стороны не обладает способностью к окислению требуемою для некоторых газов. Для устранения этих недостатков оказалось необходимым прибавлять к углю какой-либо щелочной окислитель. Материалом, избранным для этой цели является зерненая натронная известь, содержащая марганцевокислый натр. Она действует, так сказать, как резервуар большой емкости, способный задерживать наиболее летучие кислоты и окисляющиеся газы.

Получение удовлетворительной натронной извести было нелегкой задачей. Основные требования таковы: Ее активность не имеет существенного значения, так как уголь с чрезвычайной быстротой поглощает газ и затем медленно отдает его натронной извести. Поглотительная способность, наоборот, особо важна, так как натронная известь должна задерживать в виде химического соединения весьма большое количество ядовитых газов. Достигнуть одновременно химической стойкости и механической прочности очень трудно. Последняя задача оставалась долгое время открытой, пока война не потребовала настоятельным образом ее разрешения.

Состав натронной извести для действующей армии

Точный состав натронной извести, находившейся в употреблении в действующей армии, подвергался время от времени значительным видоизменениям, когда находили желательным изменить подбор сырых материалов или методы производства. Средняя приблизительная формула, которая показывает соотношение между различными составными частями натронной извести, выражается следующим образом:

Состав влажной смеси.

Гидрат извести

45%

Цемент

15%

Силикатная основа

6%

Едкий натр

1%

Вода

33 % (приблиз.)

После просушивания.

Количество влаги

8% (приблиз.)

После обрызгивания.

Количество влаги

13 % (приблиз.)

Содержание марганцевокислого натра

3% (приблиз.)

Способ производства имеет до известной степени 6оляше значения, чем состав, и был предметом многочисленных исследований, доходивших до мельчайших подробностей. Принятый в конце концов способ состоит в изготовлении пластической массы из извести, цемента, кремнезема, едкого натра и воды, которую помещают пластами на решета с проволочным дном и дают вязкой массе сгущаться в продолжение 2 или 3 дней, при строгом контроле условий. Затем массу высушивают, перетирают, просеивают через грохота № 8 —14 и, наконец, обрызгивают крепким раствором марганцовокислого натра посредством специального пульверизатора. Процесс обрызгивания является недавним изобретением, и большая часть натронной извели приготовлялась ранее простым введением марганцовокислого натра в начальную сырую смесь. При применении процесса обрызгивания пришлось преодолеть много трудностей, но он, действительно, дает гораздо лучший окончательный продукт и гарантирует значительную экономию перманганата, который раньше утрачивался во время просушки, оставаясь в осыпи.

Функции различных составляющих

Известь. Гидрат извести представляет собой основу поглотительной способности натронной извести. Высушенные зерна готового поглотителя содержат около 50 % извести, и благодаря ее присутствию происходит в химическом смысле поглощение всех газов.

Цемент. Цемент придает твердость, необходимую для того, чтобы поглотитель противостоял невзгодам полевой службы. Он несколько понижает поглотительную способность натронной извести, вследствие чего является спорным вопросом, может ли увеличение плотности, которое дает прибавление цемента, уравновесить уменьшение поглощения, которое им вызывается.

Силикатная основа (Kieselguhr). Уменьшение поглощающей способности, вызываемое присутствием цемента, легко компенсируется введением сравнительно малого по весу, но значительного по об'ему количества кремнезема. В некоторых случаях, повидимому, происходит реакция между известью и кремнеземом, следствием которой является небольшое увеличение твердости.

Едкий натр. Едкий натр имеет две основные функции в зернах натронной извести. Во-первых, небольшое количество его придает зерну значительно большую активность; второй функцией является поддержание необходимой влажности. Его содержание воды (приблизительно 13–14 % после обрызгивания) очень важно для обеспечения максимума поглощения газов.

Марганцевокислый натр. Функция марганцовокислого натра состоит в окислении некоторых газов, подобно мышьяковистому водороду[23], и обеспечении защиты против возможного появления новых газов. Чистота растворов марганцовокислого натра является одним из важнейших условий устойчивости натронной извести. Необходимо было, следовательно, выработать специальные условия его производства, Два способа были предложены и с успехом применены на практике.

Необходим также тщательный отбор материалов, и эта фаза работы много способствовала установлению окончательного типа натронной извести.

ГЛАВА XIV

Испытание поглотителей и противогазов

В деле усовершенствования поглотителей и противогазов вопросом первостепенной важности было установление методов их испытания и сравнения их недостатков. Конечное испытание качеств поглотителя, коробки или наличника состоит, конечно, в актуальной проверке человеком всего комплекта маски; однако время, необходимое для этих испытаний, так велико, что были изобретены более быстрые способы контроля отдельных факторов, а пробные испытания на человеке употреблялись для проверки чисто механических методов.

Испытание поглотителей[24]

Поглотители должны быть испытаны на влажность, твердость, однородность образцов и защитную силу против различных газов.

Влажность определяется путем сушки поглотители в течение двух часов при 150°. Потеря в весе показывает содержание влаги.

Твердость или сопротивление перетиранию определяется путем встряхивания пробы поглотителя, взятого в количестве 50 грамм, со стальными шариками, в продолжение 30 минут, в ротационной машине системы Rо-tap[25]. Образовавшийся порошок отсеивается. Величина твердости определяется числом, полученным от умножения веса оставшегося на сите поглотителя на два (в %).

Сила действия поглотителя против различных газов зависит от целого ряда факторов. Вследствие этого необходимо установить определенные условия для испытаний. Условия были избраны нижеследующие:

Подвергающийся испытанию поглотитель насыпают при помощи особого аппарата в трубку установленного диаметра (2 cm), слоем в 10 cm. высоты, и пропускают через него смешанный с воздухом. в определенной концентрации (обычно от 1.000 до 10.000 на 1 миллион по об'ему) и определенной влажности (50 %) газ, со скоростью 500 cm³ в минуту на 1 cm². Концентрация входящего газа определяется анализом. Время считается от начала пропускания газа через поглотитель до того момента, когда газ, или какой-либо ядовитый или раздражающий продукт реакции, начинает проходить через поглотитель, что определяется качественным анализом. Пробы выделяющегося газа, берутся через определенные промежутки времени, и по количеству газа, находимому в пробе. Высчитывается в процентах сила действия поглотителя в течение соответствующего периода времени.

Сила действия в процентах = (количеству вошедшего газа — количество вытекшего газа) / количество вошедшего газа × 100

Эти числа отмечаются на оси координат между тем как время в минутах, от начала до середины опыта, откладывается на оси абсцисс, в силу чего является возможность установить изменение силы поглощения в зависимости от времени. По кривой, проходящей через точки пересечения, говорили о силе поглотителя, как о числе минут, соответствующих точкам 100, 99, 95, 90, 80 и т. д. процентной силы действия.

Прибор для испытания показан на рис. 74. Подробности могут быть найдены в статье Фильднера в Journal of Industrial and Engineering Chemistry за июнь 1919 г. С некоторыми изменениями для веществ с высокой и низкой температурой кипения. аппарат этот применялся к самым разнообразным газам, как хлор, фосген, углекислота, сернистый ангидрид, синильная кислота, бензил-бромид, хлор-пикрин, суперпалит и др.

По мере улучшения качества древесного угля, так называемое образцовое испытание стало требовать так много времени, что был введен ускоренный способ. В нем скорость увеличена до 1.000 cm³ в минуту, относительная влажность смеси газа с воздухом уменьшена до нуля, и концентрация применялась около 7.000 на 1 миллион. Изменение скорости достигалось применением трубки с внутренним диаметром в 1,41 сантиметра, вместо 2,0 сантиметров.

Рис. 74.

Образцовый, с двойными трубками прибор для испытания поглотителей с приспособлением для скапливания газов в цилиндрах.

Коробки

После того как качества поглотителя доведены до известной степени совершенства, и он признается пригодным для своего назначения, производится укладка поглотителя в респираторные коробки, в том виде, как это описано в XII главе. Хотя для окончательного испытания коробок служит степень их пригодности на практике, тем не менее существовали способы механических испытаний, давшие много ценных указаний на достоинства поглотителя в коробке и целесообразность способа наполнения.

Первым испытанием была проба на утечку. Коробка не должна показывать никаких признаков утечки под воздушным давлением в 15 дюймов ртутного столба (приблизительно около половины нормального атмосферного давления).

Вторым испытуемым фактором является сопротивление воздушному потоку. Последнее определяется при помощи струи воздуха в 85 литров и минуту и не должно превышать 3 дюймов. Коробки последнего образца имеют гораздо меньшее сопротивление (от 2 до 2½ дюймов).

Третье испытание определяло защитную силу против разных газов. Обычно для испытания коробок со смесью древесного угля и натронной извести употреблялись фосген, хлор-пикрин и цианистоводородная кислота: хлор-пикрин применяли для аппаратов, наполненных древесным углем, в то время как фосген и синильная кислота — для аппаратов с натронной известью.

Для этих газов необходимы различные типы аппаратов. Они очень сложны, как можно видеть из чертежа 75, но, несмотря на это, люди весьма быстро осваивались с ведением работ, необходимых для выполнения испытания. Газ пропускался через коробку при определенных условиях до тех нор, пока реактивная бумажка или раствор индикатора не покажут, что он перестал поглощаться и проходит, не изменяясь, через коробку. Этот момент считается "точкой перелома", и период времени до достижения этой точки называется "жизнью" коробки, т.-е. составляет все 100 процентов силы ее действия. Другие точки для 99, 95, 90 и 80 процентной силы поглощения определяются так же, и ими пользуются для сравнения коробок.

Рис. 75.

Аппарат для испытания коробок хлор-пикрином.

1. Впуск воздуха.

2. Резервуар с хлор-пикрином.

3. Промывной сосуд с серной кислотой.

4. Выпуск в сосуды для пробы.

5. Измеритель тока.

6. Отсасывание.

7. Впуск воздуха.

8. Осушитель.

9. Увлажнитель.

10. Резиновые пробки.

11. Коробки.

12. Выход газа в пробные сосуды.

13. Электрическая печь.

14. Сосуды для качественного определения.

15. Манометр падающего давления.

16. Впуск воздуха.

17. Вода.

18. Концентрированная серная кислота.

19. Трубка для насыщения.

20. Охлаждающий змеевик.

21. Водяная ванна.

22. Манометр.

23. Камера для смешивания.

Испытания коробок делились на две категории: непрерывные и прерывистые. В первом случае смесь газа с воздухом протягивалась через прибор непрерывно до тех пор, пока не достигалась "точка перелома" или "порчи". Получаемые таким путем результаты не указывали, однако, срока действительной службы коробки. Испытания с перерывами отличались только тем, что струя смеси газа с воздухом прерывается в соответствии с правильностью дыхания. Для этой цели были приспособлены специальные клапаны.

Коробки испытывались также на защиту против дымов; методы описаны в XVIII главе.

Испытания на людях

Последнее испытание коробки производилось всегда путем, так называемой, "пробы на человеке". Специальные лаборатории для таких испытаний были построены в Вашингтоне, Филадельфии и на Лонг-Айланде. Они устроены таким образом, что человек входит в комнату, заполненную газом, и испытывает на себе пригодность надетого на него комплекта противогаза, В большинстве случаев, однако, коробку помещают внутри или снаружи газовой камеры, и человек дышит через коробку, намечая "точку порчи" по раздражению гортани и легких.

Нижеследующее краткое описание лаборатории при Американском Университете, устроенной для пробы на людях, может дать ясное представление о плане и ходе работ[26].

Лаборатория для испытания на людях представляет собой одноэтажное здание в 46 футов длины и 25 футов ширины. Главная часть площади занята тремя газовыми камерами, лабораторными столами и различными приспособлениями для наполнения и контроля газовых концентраций в камерах. Небольшие комнаты в одном конце дома служили для канцелярии и склада.

Хорошая вентиляция имеет большое значение в подобной лаборатории. Она обеспечивается действием шестифутового вентилятора, соединенного с соответствующими вытяжками. Вентилятор вставлен в тяжеловесную раму снаружи, у конца строения. Вентилятор вращается с быстротой около 250 оборотов в минуту, мотором в 10 лошадиных сил. Главная имеет в сечении 33 дюйма и сообщается со всеми частями здания. Небольшой вытяжной шкап для производства химических анализов также соединен с вентиляционной сетью.

Газы, дымы и пр., вытягиваемые вентилятором, поднимаются вверх и выбрасываются наружу через трубу, диаметром в 30 дюймов, которая возвышается над уровнем земли на 55 футов.

В существенных чертах устройство каждой из трех газовых камер одинаково. Вспомогательные приборы различны в каждой камере, так как их тип определяется качествами применяемого газа.

Рис. 76.

Лаборатория испытаний на людях при Американском Университете.

Каждая камера имеет длину 10 футов, ширину 8 футов и вышину 8½ футов, т.-е. об’ем ее равен 680 куб. футам или 19.257 литрам. Пол бетонный, стены и потолок укреплены на 2×4 дюймовых брусьях, снаружи покрытых обшивкой, а с внутренней стороны обитых двумя слоями досок (с наложенными край на край соединениями), покрытых полудюймовым слоем специальной цементной штукатурки, по металлической подрешетке. Внутренняя отделка дополняется двойным слоем белой краски, не поддающейся действию кислот. Единственный вход в камеру расположен с наружной стороны лаборатории и замыкается двумя дверями с пространством 36×40 дюймов между ними. Эти двери очень крепки, тройной конструкции, в 2½ дюйма толщины, снабжены охлаждающимися ручками и доступны для пользования как изнутри так и снаружи камеры. Дверные косяки подбиты 3/16 дюймовой плотной резиновой обшивкой, обеспечивающей герметичность закрывания.

Рис. 77.

Детали коробко-держателей.

1. Отверстие для ¾ ″ трубки.

2. Отверстие для 5/16 ″ трубки.

3. Чертеж А.

4. Чертеж В.

5. Образцовая морская коробка.

6. Образцовая армейская коробка С. Ш.

7. Камера.

8. К маске.

9. Образцовая армейская коробка С. Ш.

10. ¾ ″ трубка и арматура для гальванизир. железа.

11. Резиновая трубка толщ. ¾ ″, диаметром 3 ″.

12. Проволочная шпилька.

13. Полка.

14. Резиновая трубка толщ. ¼ ″, диаметром 1¾ ″.

15. Вид спереди с установленной коробкой армейского образца.

16. Вид сбоку с коробкой армейск. образца.

17. Вид спереди с коробкой морского образца и закреплением.

В конце камеры, напротив дверей, в стену вделано зеркальное стекло в 36×48 дюймов, вставленное в ¼-дюйм. железную раму; вечернее освещение обеспечивается двумя осветителями по 12 квадр. дюймов каждый, которые вставлены в потолок камеры и снабжены лампами Мазда по 200 уатт, с рефлекторами Голофана. Отверстия вводов в камеру, числом пять, расположены в том же конце, ниже окна и в 9 дюймах над поверхностью стола.

Для поддержания однородности концентрации газа сделаны вентиляторы.

Были устроены различные приспособления для прикрепления коробок, подлежащих испытанию (рис. 77). Эти приборы позволяют по желанию менять коробку, не вызывая необходимости нарушать концентрацию находящегося в камере газа.

Для удаления газа из камеры существовал небольшой аппарат, называемый "утечником" (bleeder), при помощи которого было возможно устранять небольшое количество газа, а для быстрого опорожнения всего содержимого камеры имелся крупных размеров вентилятор.

Другие аппараты служили для определения физических условий при испытаниях, что имеет часто большое значение. Температура газа внутри камеры легко определялась с помощью термометра, подвешенного с внутренней стороны окна в таком положении, что его показания могли быть наблюдаемы снаружи. Относительная влажность смеси газа и воздуха в камере определялась посредством несколько видоизмененного гигрометра Реньо для определения момента появления росы. Прибор этот был установлен на столе, вделанном в стену.

Прибор для измерения сопротивления коробок и утечки

Аппарат, предназначенный для определения сопротивления коробок и испытания их в отношении недостатков конструкции, состоит из насоса, изменяющего давление, и из измерителя утечки. Прибор этот установлен на небольшом столе, под которым на полке помещается мотор и воздушный насос. (Рис. 78).

Сопротивление коробок или изменение давления измеряется при помощи флометра (тягомера) А и водяного манометра Б. Через коробку и флометр А протягивается воздух со скоростью 85 литров в минуту, при чем струя регулируется игольчатым клапаном. Изменение давления в коробке отсчитывается на водяном манометре Б, один конец которого соединен с втягивающей трубкой, другой открыт. Отсчет обычно делается в дюймах, при чем вводится поправка на сопротивление соединительного рукава и самого аппарата.

Рис. 78.

Прибор для определения падения давления и обнаружения утечки в коробках.

Коробки испытываются на утечку при помощи прибора, показанного под лит. Д на рис. 78. Коробка плотно прикрепляется посредством гаек к массивному ¼-дюймеюму листу резины, достаточно широкому, чтобы совершенно закрыть дно коробки и предотвратить доступ воздуха через клапан. Затем применяется всасывание, и утечка обнаруживается беспрерывным прохождением пузырьков воздуха через жидкость промывного цилиндра E. Другой пустой цилиндр для промывания газа включен в цепь между Е и коробкой, в качестве преемника для жидкости, которая может быть втянута обратно, когда всасывание прекращается. Если утечка обнаружена, место ее может быть определено нагнетанием воздуха в коробку и затем погружением ее в воду.

Способ производства испытаний

При пробах "на человеке" применялось три основных метода исследования:

1) Коробки помещались на полке с наружной стороны камеры или прикреплялись к стенным трубкам внутри камеры. Подвергающиеся испытанию лица остаются вне камеры, а наличник маски непосредственно скрепляется с коробкой — в первом случае, или со стенной трубкой, соединенной с коробкой, — во втором. Тогда определяется концентрация газа и отмечается время. Человек надевает маску и дышит до тех пор, пока не ощутит прохождение газа через коробку. В течение испытания работающим даются книги для чтения. Когда присутствие газа обнаружено, время снова отмечается, и промежуток времени, по истечении которого газ начинает просачиваться через коробку, считают за "время порчи" или "время службы" коробки. Одновременному испытанию подвергалось по 10 коробок, и средний вывод полученных данных служил характеристикой данного типа. Гораздо менее точные результаты получаются, когда окончательная цифра основывается на испытании небольшого числа коробок. Это происходит, главным образом, от различной скорости дыхания и восприимчивости различных людей.

2) Хотя постановка испытания та же самая, как и в первом случае, но цель преследуется иная; здесь требуется выяснить, сохраняет ли респираторная коробка полную защитную силу против газа в течение определенного данного промежутка времени. Опыт ведется так же как и в п. 1, за исключением того, что он прерывается по истечении указанного времени, при чем отмечается число коробок и время их действия.

3) Когда коробки принадлежат к такому типу, который не может быть подвергнут испытанию по первому методу, или когда желают установить проницаемость лицевой части, то люди надевают полную маску и входят в камеру. Они остаются там до тех пор, пока газ начнет проходить через коробку или наличник, или пока не будет решено, что прибор доставляет необходимую степень защиты. Время службы высчитывается, как и в п. 1.

4) Испытание максимальной скорости дыхания ведется при помощи людей, находящихся в камере или вне ее, при чем они должны производить усиленную работу на велосипедном эргометре. При этом испытании скорость дыхания нормального человека доходит до 60 или 70 литров в минуту.

За концентрацией газа следят в продолжение всего испытания, беря с помощью респиратора пробы и подвергая их анализу.

Типы употребляемых масок. В будущем образец 1919 года должен будет служить для всех испытаний. В течение прошедшей войны применялась следующая постановка опытов, хотя в специальных случаях имели место некоторые изменения.

При входе в газовую камеру люди были, конечно, снабжены полной лицевой маской. Тип наличника определялся природой газа. Если газ весьма легко обнаруживается по запаху или раздражению глаз, то применялась видоизменная маска Тиссо. Если присутствие газа легко определяется по раздражению гортани, то употребляется маска с загубником.

Когда люди находились вне камеры, то выбор производился тем же путем, за исключением обнаружения газа по раздражению дыхательного горла. В этом случае загубник прикреплялся к трубкам двойной или тройной длины, и употреблялся отдельный носовой зажим. Не было нужды в лицевой части маски и людям было гораздо удобнее без нее.

Дезинфекция масок. Загубники после употребления дезинфицировались, сначала при помощи струи воды и трения щеткой, употребляемой для чистки пробирок, затем промыванием в двух-процентном растворе лизола и чисткой внутренних частей загубника; наконец, загубник и клапан для выдыхания погружались на некоторое время в раствор лизола и высушивались без обмывания. Маски Тиссо вытирались сначала тряпкой, смоченной спиртом, затем другой тряпкой, смоченной 2-процентным раствором лизола. Гибкий рукав подвергался продолжительному промыванию 95-процентным алкоголем.

Рациональность испытания на людях. Такие испытания применимы ко всем газам, которые могут быть обнаружены суб'ектом, производящим опыт, прежде чем он успеет вдохнуть опасное количество.

Описанная выше лаборатория для испытаний на человеке дала возможность получать указания на недостатки коробок, лицевых частей и т. д. в течение очень короткого времени, без устройства специальных приспособлений, необходимых для испытаний при помощи приборов. Чтобы получить удовлетворительные результаты при помощи приборов, необходим предварительный тонкий качественный химический анализ газа. Испытания на человеке могут производиться даже тогда, когда качественный анализ газа неизвестен. Кроме того, испытания при помощи людей могут быть производить с более высокими концентрациями некоторых газов, чем это возможно с приборами. Выделение большого количества влаги, при употреблении высоких концентраций некоторых газов, ведет нередко к большим затруднениям при испытании приборами, чем при испытании человеком.

С другой стороны, испытания на людях находятся в зависимости от различной чувствительности человека и об'ема его легких, и влажность, содержащаяся в смеси газа с воздухом, не может быть подвергнута с их помощью такому точному контролю, как при испытаниях, производимых с помощью приборов.

Полевые испытания

Следует заметить, что все вышеупомянутые испытания касаются только определения сила поглотителя и правильности его размещения в коробке, но не касаются удобства и общего "осязания" маски. Для этой цели применялись полевые пробы, продолжавшиеся от двух до пяти часов, Первая проба заключалась в непрерывном ношении маски в течение пяти: часов. Предполагалось, что всякая маска, которую можно носить в течение пяти часов без того, чтобы она вызвала ощущение заметного неудобства, может быть, в случае надобности, применима на гораздо более продолжительный срок. Ниже помещается программа испытаний:

от 8.00. до 8.30

Инструктирование и надевайте противогаза. Испытание в газовой камере.

от 8.30 до 9.30

Игры, тре6ующие умственной и физической деятельности.

от 9.30 до 11.30

Бег на местности с надлежащими периодами отдыха.

от 11.30 до 12.00

Испытание поля зрения.

от 12.00 до 12.30

Игры для испытания умственного состояния.

от 12.30 до 1.00

Испытание в газовой камере.

Зрение подвергалось испытанию при помощи полусферической карты (рис. 79). Эта карта, 6 футов в диаметре, была сделала из толстой бумаги, наклеенной на проволочную раму. Подвешенный головодержатель был помещен так, что голова испытуемого приходилась в середине прибора и центр полусферы — как раз между глазами. Испытуемый в маске занимал это место и, закрывая один глаз, указывал, как далеко вдоль меридиана долготы он видит другим глазом. Наблюдатель зарисовывал границу поля зрения, очерчивая пределы, приблизительно круглого поля, видимого каждым глазом. Пересечение обоих полей указывало пространство, видимое обоими глазами при надетой маске.

Употреблялись также различные другие приемы испытаний для того, чтобы поле и ясность зрения могли быть точно определены.

Помимо удобства, защитной силы, величины поля зрения и прочих важных качеств маски, был поднят вопрос о том, насколько определенные типы масок или коробок способны механически противостоять тому грубому обращению, которому они, несомненно, подвергнутся при действительной полевой службе. С этой целью были придуманы испытания, симулирующие транспортирование масок из складов на фронт, переноску запасов и снарядов людьми в масках на опасные позиции, стойкость против дождя и грязи, торопливое надевание масок во время газовых тревог и обычно небрежное обращение солдат с масками.

Рис. 79.

Полусфера для испытания поля зрения.

Все это являлось очень ценным при выработке хороших противогазов.

ГЛАВА XV

Прочие меры защиты

Защитная одежда входит, как дополнение, в общую программу защитных средств. Когда явилась необходимость снабдить рабочих, изготовлявших ядовитые вещества, защитной одеждой, то это мероприятие имело только временный характер и, после того как способы получения газов были усовершенствованы, и введены автоматические машины, оказалось более или менее излишним. Таким же спорным остается вопрос о применимости защитной одежды на фронте. Несомненно, она требует известных преобразований, в смысле легкости и удобства ношеная, чтобы стать пригодной для каждого сражающегося.

Первые стадии развития защитной одежды были направлены к тому, чтобы дать надлежащую охрану здоровья для рабочих. Большое количество несчастных случаев, происходивших при начальном приготовлении "горчичного газа", заставило обратить внимание на защиту рабочих не только от брызг жидкого горчичного газа, но и от его паров. Первый костюм, выработанный для этого, должен был защищать все тело. Обыкновенные и даже прорезиненные материи представляли весьма слабую защиту против горчичного газа, но было найдено, что некоторые промасленные ткани являются для него непроницаемыми. Первый костюм, сделанный из плотного материала, застегивался на спине, не имел никаких отверстий спереди и карманов и был снабжен завязками на кистях рук и у лодыжек. Голову защищал шлем из алюминия, который сидел, как шапка, и привязывался к голове повязкой с внутренней стороны шлема; это делало движения головы более свободными и независимыми от шлема. Для охлаждения, вентиляции и дыхания в костюм накачивался значительный об'ем чистого воздуха, при помощи насоса, через гибкий резиновый рукав, имевший достаточную длину, чтобы не лишать рабочего способности к передвижению.

Этот костюм имел большое неудобство, ограничивая свободу действий и ставя их в зависимость от длины рукава. Вследствие этого вместо шлема с резиновой трубкой стали употреблять маску типа Тиссо. Для прикрытия головы была сделана шапка из того же сорта промасленной материи, как и одежда, которая плотно охватывала голову и шею и лопасти которой прикрывали часть груди и спины. Респираторная коробка подвешивалась к левому бедру посредством промасленной матерчатой повязки и удерживалась от раскачивания таким же поясом. Респираторная коробка была гораздо крупнее нормальной, рассчитана на более продолжительный срок действия, имела меньшее сопротивление и весила около 3,5 фунтов.

Рис. 80.

Непроницаемая одежда против горчичного газа.

Другой тип непроницаемой верхней одежды мог служить надежной защитой против горчичного газа в течение 100 минут. Он был сделан из хлопчатобумажной материи, пропитанной льняным маслом и невысыхающим веществом, которое была тщательно внедрено в материю. Этот костюм оказался весьма неудобным, особенно в жаркую, погоду, вследствие отсутствия вентиляции для удаления испарины, выделяемой телом.

Затем были изготовлены полупроницаемые костюмы, в которых хлопчатобумажная ткань была пропитана или покрыта раствором желатина и глицерина. Материя вслед затем "таннировалась" (дубилась), с целью сделать желатин нерастворимым в воде. Такая одежда оказалась удобной на заводах, но не могла быть применена для полевой службы, так как пропитывающие ее вещества легко выщелачивались,

Одежда для военно-полевой службы состояла из двух слоев материи: внутренней сухой ткани, служившей в качестве подкладки, и наружной, пропитанной ткани, способной дать надлежащую химическую защиту против горчичного газа. Заводское приготовление защитной одежды состояло в обработке ткани "симплексином", кройке костюмов по чертежам и сшиванию их.

Обработка заключалась в пропускании материи через масляную ванну и затеи через вращающиеся валы, выжимавшие избыток масла. Внутренняя подкладка из сухой материи была необходима, так как наружная ткань кроилась тотчас же после обработки. Симплексин достигает максимальной степени готовности не ранее, чем через два или три дня, вследствие присутствия в масле небольшого количества летучих спиртов. Однако, после проветривания пропитанной ткани па воздухе в течение 48 часов, можно было бы избегнуть применения внутренней подкладки.

Боевые защитные одежды этого типа были розданы различным отрядам войск, имевшим дело с "горчичным газом" в полевых испытаниях или в местах, где требовалась защита от его паров и где условия имели приблизительно характер полевых. Опыты показали, что костюмы оказывали удовлетворительную защиту против паров горчичного газа на значительный промежуток времени.

Никакой другой одежды, которая могла бы сравниться с вышеописанной по пористости и защитной способности, не было изобретено, хотя многие образцы с большей защитной силой и большей прочностью были подвергнуты испытаниям. Симплексин может служить защитой против насыщенного газа в течение около 30 минут. Большое количество таких костюмов было изготовлено и отправлено на фронт для опытов в поле.

Защитные перчатки

Защитные перчатки пропитывались разнообразными веществами. Наиболее распространенной была пропитка раствором нитро-целлулозы, вследствие того, что этот материал имелся в изобилии и давал значительную защитную силу. Был избран тип рукавицы с одним пальцем. Сшитые рукавицы, надетые на деревянную форму, погружались в пропитывающий раствор. Дав раствору стечь в продолжение нескольких минут, перчатки поворачивали низом вверх и помещали в сушильную печь. Потом их снимали с формы и сушили при умеренной температуре, в продолжение нескольких часов. Когда перчатки были совершенно готовы, их снабжали двумя ремнями около кисти руки. Эти перчатки являются хорошей защитой против хлор-пикрина на 30 минут (нормальная проба). При грубой работе они носятся от одной до двух недель.

Защитные мази

Широкое применение горчичного газа на полях сражений подвергало солдат действию его паров низкой концентрации в продолжении многих часов. Так как в это время не представлялось возможным снабдить все войска специальной одеждой для защиты от этого газа, было желательно дать им хоть какую-либо охрану в виде мази, которой можно было бы покрыть все тело. Удовлетворяющая своему назначению мазь должна обладать следующими качествами:

1) Она должна предохранять от наиболее сильных концентраций горчичного газа.

2) Ее защитная способность должна продолжаться возможно долгий промежуток времени. Опыты показали, что мазь может служить защитой на 24 часа после ее употребления, даже при обильной испарине.

Рис. 81.

Рукавицы для защиты от горчичного газа.

3) Она не должна стираться от соприкосновения с одеждой.

4) Она не должна раздражать кожи тела.

5) При долгом употреблении она не должна вызывать явлений отравления.

6) Она должна быть достаточно вязкой при широких температурных колебаниях и хорошо держаться при температуре тела.

7) Способ ее приготовления должен быть прост и не требовать много времени; необходимые сырые материалы должны иметься в изобилии.

8) Стоимость не должна быть высока.

Тщательное исследование всех указанных требований было произведено как в лабораториях, так и на поле. Вначале думали, что употребление мазей может дать вполне удовлетворительные результаты, но на деле оказалось, что они, хотя дают действительно хорошую защиту только на короткое время от высоких концентраций газа, но менее действительны против слабых концентраций на долгий промежуток времени. Опыты показали, что защита, которую дает льняное масло, равносильна той, которого оказывают наилучшие из изобретенных мазей. Было приготовлено и подвергнуто испытанию около 150 мазей. Они состояли из двух компонентов: мыл или иных твердых материалов и масла или жидкой части, являвшейся связью для твердого вещества. Жидкая часть называется основанием. Наилучшим основанием оказался ланолин, содержащий 30 % воды. Следующее за ним место занимает раствор воска в оливковом масле. Олеиновые и льняные мыла более пригодны, чем стеариновые. Удовлетворительная мазь имела следующий состав:

Окись цинка

40

Льняное масло (сырое)

20

Ланолин

20

Свиное сало

20

Видоизменением этого рецепта было:

Окись цинка

45

Льняное масло

30

Свиное сало

10

Ланолин

15

Физические свойства этой мази очень хороши. Она легко размазывается, прочно прилипает к коже и не стирается одеждой, не будучи в то же время клейкой. Ее консистенция такова, что мазь легко выдавливается из тубика. Донесения с фронта указывают, что предохранительная паста, состоящая из цинковой соли, стеариновой кислоты и растительного масла, дает не менее удовлетворительные результаты, чем любой из других известных препаратов.

Неудобства применения подобных препаратов на поле сражения состоит в следующем. Лишняя тяжесть, которую приходится нести солдатам, необходимость упаковки мазей в закрытые коробки или тубики, что сильно затрудняет их хранение, и, наконец, трудность, которую представляет аккуратное смазывание всего тела на поле, где пораженые газом руки могут причинить вред.

Пасты слишком поздно сделались предметом полевых испытаний. Однако применение их вызвало ожесточенные споры между сторонниками и противниками употребления мазей. Их ценность, как предохранительного средства против ожогов, вызываемых горчичным газом, при аккуратном смазывании, является бесспорной. Можно указать много фактов, когда люди, подвергшиеся одинаковому действию газа, получали различные по силе ожоги. Эта разница ожогов зависела от употребления или неупотребления мазей, или от неумелого использования или накладывания малого слоя. Фрайс придерживается того мнения, что если бы война продолжилась еще год, то употребление мазей получило бы широкое распространение, если бы только не 6ылo открыто какого-нибудь особо удачного средства для пропитывания одежды или нижнего белья. Таковы же его взгляды на будущее.

Защита животных

Маски для лошадей. Хотя защита животных (лошадей и собак) и не являлась такой настоятельной необходимостью, как защита людей, но все-таки имела достаточно важное значение, вследствие чего были конструированы маски и сапоги для лошадей и маски для собак.

Первой появилась немецкая маска для лошадей. Она имела вид торбы, закрывающей нос и рот животного. Эта маска была снабжена сложной системой ремней и пристегивалась пряжками к упряжи. Внутри ее находилась твердая пластинка, препятствовавшая спаданию мешка. Повидимому, сама маска не была ничем пропитана, но при употреблении ее смачивали или наполняли мокрой соломой или тряпками, которые служили в качестве поглотителя.

У французов было два типа конских масок, пропитанных смесью глицерина и гидрата окиси никкеля. Первый тип имел закрытое, второй открытое дно.

Английская лошадиная маска представляет собой двуслойный фланелевый мешок с марлевой подушкой около рта и эластическим ремнем. Она была пропитана смесью фенола, формальдегида, аммиака, соды и глицерином.

Рис. 82.

Германский респиратор для лошадей.

1. Вид сзади.

2. Вид сбоку.

3. Футляр для респиратора.

Первый тип американской маски для лошадей был сделан по образцу английского и пропитан "комплексином" (смесью уротропина, глицерина и сернокислого никкеля). Эта маска оказывала слишком высокое сопротивление и сильно затрудняла дыхание лошадей во время бега. Второй тип маски был сделан из большого числа слоев очень редкой кисеи и состоял из двух отдельных мешков, пропитанных разнородными смесями ("комплексином" и "симплексином"). Лошади с этой маской могут бежать около двух миль, не обнаруживая никаких признаков переутомления.

Дыоэ указывает следующий метод их изготовления:

Химическими реагентами являются гекса-метилен-тетрамин (для защитит от фосгена), сернокислый никкель (для защиты от возможного применения цианистой кислоты), углекислый натр и глицерин. Этот раствор перемешивался в большом котле, снабженном паровым кожухом, при помощи мешалок, после чего смесь по трубкам проходила к пропитывающему аппарату, имевшему вид вращающейся стиральной машины. Маски обрабатывались в этой машине около 15 минут, затем клались под сильный пресс, в котором избыток раствора выжимался до определенного веса. Наконец, пропитанные маски подвешивались на проволоках в сушильные аппараты, в которых их высушивали горячим воздухом до окончательно установленного веса. Было изготовлено 378.000 масок для лошадей, по 5 000 штук в день.

Рис. 83.

Лошадиная маска американского типа.

Теоретически маски и сапоги для лошадей имеют большую ценность, но практически они не дали больших результатов на поле, но не потому, что плохо защищали животных, или что животные не хотели их носить. Все дело было в ездовых и всадниках. Так как газовые атаки обыкновенно происходили ночью, то надевание лошадям масок представляло много затруднений. В суматохе, вызванной разрывами снарядов и дымом, ездовые совершенно забывали о лошадиных масках или, надев свои собственные, боялись пытаться надеть маски на животных. Это было вполне естественно, так как большинство животных бьется во время надевания маски, и для человека является большим риском, что его собственная маска может быть сбита, и он сам будет отравлен. В будущем маски приобретут гораздо большее значение, чем прежде, так как усовершенствование методов, изготовления горчичного газа, в связи с его могучим действием, сделают употребление их в десятки раз более необходимым, чем во время мировой войны. Вероятно в будущем часто придется действовать на широких пространствах, отравленных горчичным газом. Прежде чем пустить животных на отравленные газом поля, необходимо будет надеть на них маски и сапоги и не снимать их все время, пока они там остаются. На изрытой, исковерканной почве, близ линии фронта, всегда будут необходимы животные для перевозки фур и повозок, так как в таких местах почти всегда лошадиная тяга удобнее механической.

Маски для собак. Употребление собак для службы связи и для работы в Красном Кресте, во время которых им приходится пробегать по местностям, отравленным газами, вызвало необходимость создать такой тип маски, которая могла бы давать достаточную защиту этим животным. В этом случае применялся тот же метод пропитывания и те же материалы, как и для лошадиных масок. Восемь слоев пропитанной марли вполне гарантировали защиту от горчичного газа, не повышая с противления дыханию.

Очками служили две тонкие пластины из ацетоцеллулозы, оклеенные по краям тесьмой и вставленные в глазные отверстия, прорезанные в маске. Карманы для ушей делались круглыми и достаточно большими, чтобы годиться для собак с острыми или висячими ушами. Маска кончается широким ошейником, который можно затягивать двумя ремнями. Она достаточно широка, чтобы не мешать животному двигать челюстями, но тесно прилегает к шее, чтобы собака не могла ее сдвинуть лапой. Собаки очень скоро привыкали к этим маскам.

Рис. 84.

Непроницаемые сапоги и подковы для защиты ног и копыт лошади от горчичного газа.

Сапоги для лошадей. Увеличивающееся употребление горчичного газа на западном фронте вызвало необходимость найти какое-либо средство защиты для копыт и стрелки лошадей. Было установлено, что пары горчичного газа поражают нижнюю часть ноги, особенно в том месте, где копыто переходит в кожу, и вызывают воспаление стрелки. Для устранения этой опасности была изобретена специальная подковная подушка и сапог. Подушка состояла из куска листового железа, вложенного в предохранитель для копыта (композиция резины), на который накладывается подкова. Подкова накрывает находящуюся с внутренней стороны металлическую пластину, которая служит прочной опорой для подошвы ноги. Такая подушка защищает копыто не только против газа, но и против осколков гранат, колючей проволоки и т. д., и очень полезна во всех отношениях на фронте.

Рис. 85.

Защитная одежда — газовая маска, костюм, перчатки, сапоги, лошадиная маска, лошадиные сапоги.

Сапоги были сделаны из пропитанного сатина, непроницаемого для горчичного газа. Они закрывали всю ногу, за исключением подошвы, вплоть до колена. Сапог соединяется с копытом посредством полосы из материи, которая обходит вокруг нижней части копыта и удерживается в своем положении на выступе ноги (щетке). Особое внимание было обращено на то, чтобы обеспечить полное соединение у задней стороны копыта, где есть небольшое углубление, являющееся одним из самых чувствительных мест. Сапог обертывается полтора раза вокруг ноги и застегивается на пять петель, через которые проходит ремень в ¾ дюйма ширины.

Завесы для убежищ. Защита убежищ имеет своей целью помешать доступу смертоносных, слезоточивых и раздражающих газов в закрытые помещения. Наиболее успешно эта цель достигается при помощи занавесок, которые натягиваются на деревянные рамы и плотно прилегают ко всем краям того отверстая, которое требуется закрыть. Эти занавеси обыкновенно делаются из тяжелого материала и получили название завес для убежищ. В виду назначения своего быть непроницаемыми для всех газов, завесы эти должны были изготовляться скорее на основании принципов чисто механических, чем принципов химического действия на газы. Доступ внешнего воздуха в убежища через завесы не считался необходимым, так как вполне достаточная вентиляция поддерживается с помощью воздуха, проходящего через почву. Для больших убежищ, при значительном расходе воздуха, проектировалось подавать воздух извне при помощи вентиляторов, пропуская его через большие фильтры.

Качества, которым должны удовлетворять ткани и обработка завес для убежищ, нижеследующие:

1) непроницаемость для газа;

2) гибкость, особенно при низких температурах;

3) невоспламеняемость;

4) отсутствие липкости и утечки пропитывающего вещества вследствие действия силы тяжести;

5) механическая прочность;

6) простота изготовления и обработки;

7) невысокая цена.

Одеяла и попоны армейского образца представляли подходящий материал, но недостаток шерсти сделал желательным выбор другого, чисто хлопчатобумажного фабриката.

Было изучено большое количество масел в качестве пропитывающих средств. Наиболее удовлетворительной оказалась смесь, состоящая из 85 % очищенного паром цилиндрового масла и 15 % льняного масла. Эта смесь бралась в таком количестве, чтобы ткань при пропитывании увеличивалась в весе на 300 %.

С течением времени завесы несколько окислялись с поверхности, которая становилась менее маслянистой, чем мягкая центральная часть. Готовая завеса обладает следующими качествами: она противостоит проникновению 400–600 p. p. m. хлор-пикрина в течение 8 часов (проба в убежище) и проникновению горчичного газа в течение 100–400 минут (проба механич.). Завеса достаточно гибка, чтобы после стояния в свернутом виде в течение 2 часов при температуре в 18° по F., развертываться под влиянием собственной тяжести и раскрываться с легким усилием при 6° F. Завесы не воспламеняются от зажженной спички и почти не теряют пропитки.

Существовали два типа аппаратов для пропитывания один для крупно-заводского производства в тылу, другой — полевой, для употребления на фронте.

ГЛАВА XVI

Дымовые завесы

Искусное пользование дымовыми завесами в современной тактике пехоты представляет неисчислимые выгоды благодаря возможности сокрытия передвижений и обмана противника. Оно дает операциям при дневном свете многие из тех преимуществ, которые достигаются при проведении их ночью, и сохраняет только немногие невыгоды последних.

К дымовым завесам часто прибегали суда военного и коммерческого флотов; общеупотребительным средством бегства было прекращение доступа воздуха в топки, следствием чего являлось неполное сгорание топлива, вызывавшее образование облака густого черного дыма. Об этих фактах часто упоминается в донесениях судов, прорывавших блокаду в дни гражданской войны, когда в топки зачастую вводилось дерево с большим содержанием смолы, чтобы иметь возможность ускользнуть под покровом дыма.

В начале настоящей войны было замечено, что черный дым обладает слабой затемняющей способностью, обнаруживает частые разрывы и просветы и крайне неустойчив. Образование его связано также со значительной потерей в скорости судна. Поэтому он вышел из употребления или применялся исключительно при критических обстоятельствах, а для всевозможных целей сокрытия стали пользоваться преимущественно белым дымом[27].

Свойства дымовых облаков

Наиболее желательными свойствами дымовых завес, помимо низкой стоимости, являются: а) максимальная кроющая сила, которая зависит от плотности дыма, т.-е. от его способности даже тонким слоем совершенно прикрывать всякий предмет, расположенный сзади него и б) стойкость, под которой подразумевается между прочими факторами малая скорость оседания или рассеивания. Нет оснований сомневаться и том, что чем меньше будут частицы дыма, тем в большей степени он должен обладать указанными качествами. Затемняющая способность дымового облака сильно зависит от рассеяния проходящего через него света, и по аналогии с так называемыми коллоидальными растворами мы могли бы ожидать, что рассеяние должно возрастать по мере того, как возрастает степень дробления частиц в известных границах. Быстрота оседания, бесспорно, есть функция размера частиц. Поэтому, главной задачей при производстве дыма является достижение возможно высокой степени дробления. Методы могут быть классифицированы, как хорошие или плохие, в зависимости от того, удовлетворяют ли они этому критерию или нет.

Материалы для дымовых завес

Очевидно, что только газы или вещества, способные легко переходить в парообразное состояние или выдерживать весьма тонкое дробление, могут быть употребляемы для производства дымовых облаков. Продукт реакции, из которого состоят дымовые частицы, должен удовлетворять следующим условиям и быть:

а) Твердым. В противном случае частицы будут иметь тенденцию увеличиваться в размере, вследствие конденсации жидких частиц, находящихся в облаке.

б) Не летучим. В случае летучести, частицы будут исчезать вследствие испарения, и при наличии воздушных течений облако быстро рассеется. Более крупные частицы могут при этом также образоваться за счет более мелких

в) Не растворимым. Если частицы способны растворяться они будут склонны увеличиваться в об'еме, вследствие сгущения на них водяных паров.

г) Стойким по отношению к составным частям атмосферы и, в особенности, к влажности.

Несмотря на то, что на первый взгляд кажется затруднительным найти материалы, удовлетворяющие всем указанным условиям, существует несколько химических соединений, которые с успехом употреблялись в качестве производителей дыма. Хотя они и не вполне соответствовали всем предлагаемым требованиям, но представляли для них некоторый приемлемый компромисс.

Фосфор. Одним из первых веществ, которые были применены для производства дымовых облаков, был фосфор. Он приготовляется в заводском масштабе посредством нагревания минералов, содержащих фосфорнокислый кальций, с песком и углем, в электрической печи. Фосфор встречается в двух видах, желтом и красном. Желтый фосфор, образующийся при быстром охлаждении паров фосфора, в чистом виде почти бесцветен, плавится при 44 °C, кипит при 287 °C, легко растворяется в разных растворителях и светится на воздухе, испуская в то же время дым (продукт окисления, фосфорный ангидрид). При слабом нагревании на воздухе он загорается и горит ослепительным пламенем. Красный фосфор получается при нагревании желтого фосфора, без доступа воздуха, до температуры от 250° до 800 °C. Тогда из бесцветного жидкого фосфора выделяется красная корка, и постепенно все вещество превращается в красную твердую массу. Если ее освободить при помощи соответствующих растворителей от небольших количеств неизменившегося желтого фосфора, то получится темно-красный порошок, который сохраняется на воздухе долгое время без изменений, почти не растворим в растворителях желтого фосфора, не светится и может быть нагрет до довольно высокой температуры, не загораясь. Красный фосфор не ядовит, в то время как желтый фосфор в высшей степени ядовит.

И тот, и другой вид, сгорая, образуют пятиокись фосфора, которая, соединяясь с влагой воздуха, переходит в фосфорную кислоту.

4P + 5O_2 = 2Р_2О_5

2Р_2О_5 + 6Н_2O = 4H_3РО_4

Так как один фунт фосфора поглощает 1,33 фунта кислорода и 0,9 фунта воды, то, неудивительно, что фосфор является одним из наиболее интенсивных производителей дыма на фунт затраченного материала. Сравнение ценности обоих модификаций для изготовления снарядов неизменно указывало на превосходство желтой разновидности.

Помимо применения желтого фосфора в качестве производителя дыма, он употребляется также в зажигательных снарядах и оставляющих след пулях. Для воспламенения предпочтительнее иметь смесь красного и желтого фосфора.

Хлорсульфоновая кислота. Хлорсульфоновая кислота ClSО_2ОH была впервые употреблена немцами с целью производства белых облаков как для сухопутной, так равно и для морской войны. Для этой цели они разбрызгивали ее или заставляли падать каплями на негашенную известь; реакция между кислотой и известью поддерживала температуру, необходимую для образования паров, хотя таким путем терялось около 30 % кислоты.

Хлорсульфоновая го водорода, которые соединяются при слабом нагкислота получается из трехокиси серы и хлористоревании.

SO_3 + HCl = ClSO_2OH

При промышленном производстве хлористый водород пропускается через 2 % олеума до насыщения. Последний нагревается в кубе с азотной кислотой, при чем хлорсульфоновая кислота перегоняется между 150° и 160 °C. С 30 % олеумом выход достигает 42 %. Остаток в перегонном кубе состоит из серной кислоты крепости приблизительно 98 %.

Хлорсульфоновая кислота есть бесцветная жидкость, кипящая при 152 °C и имеющая плотность в 1,7.

Рис. 86.

75-mm снаряд с желтым фосфором. Через 2 сек. после разрыва.

Она дымит на воздухе вследствие реакции с водой, которая разлагает ее на серную и соляную кислоты.

ClSO_2ОН + H_2O = Н_2SO_4 + HCl

Она не употреблялась в Соединенных Штатах, так как олеум по качествам своим был найден более действительным.

Олеум. Олеум есть раствор от 20 до 30 процентов трехокиси серы (SO_3) в концентрированной серной кислоте. Он употреблялся немцами при действии на негашенную известь для производства облаков на суше и на море; американцы применяли его для устройства завес перед танками и аэропланами. Для заполнения снарядов серный ангидрид оказался более подходящим материалом, чем хлорсульфоновая кислота. Полагать, что своей способностью производить дым олеум обязан только содержащемуся в нем серному ангидриду, серная же кислота сама по себе играет лишь роль растворителя. Сравнительно высокая температура замерзания олеума, содержащего большой процент серного ангидрида, является его недостатком.

Трехокись серы. Трехокись серы SO_3, есть бесцветная подвижная жидкость, кипящая при 46 °C и застывающая в прозрачную, похожую на лед массу, плавящуюся при 15 °C. Она приготовляется пропусканием смеси двуокиси серы и кислорода над мелко раздробленной платиной или другими катализаторами, при температуре между 400° и 450 °C. Трехокись серы может применяться для заполнения снарядов и бомб и, вероятно, является лучшим веществом для замены фосфора.

Четырехлористое олово. Четыреххлористое олово SnCl_4 получается при действии хлора на металлическое олово. Оно представляет жидкость, кипящую при 114 °C, имеющую плотность 2,2 и дымящую на воздухе вследствие разложения водой на гидрат окиси олова:

SnCl_4 + 4H_2O = Sn(OH)4 + НCl

Хлорное олово в снарядах и ручных гранатах дает лучший и более раздражающий дым, чем четыреххлористый кремний или титан. Так как в Америке нет крупных месторождения олова, то для замены его пользовались другими четыреххлористыми соединениями.

Четыреххлористый кремний. Четыреххлористый кремний SiCl_4 приготовляется из кремния или из нечистого карбида кремния, путем нагревания с хлором в электрической печи. Исходный материал, карбид кремния, является побочным продуктом при производстве карборунда. Четыреххлористый кремний есть бесцветная жидкость, кипящая приблизительно при 58 °C и дымящая на влажном воздухе, вследствие реакции присоединения воды:

SiСl_4 + 4H_2О = Si(ОH)4 + 4НСlSi

При применении в снарядах кремний уступает по качествам олову, так как дает лучший эффект в сырые, свежие дни, чем в теплые и сухие. Наибольшее применение он получил в дымовых цилиндрах, в смеси с аммиаком. Под действием влаги воздуха происходит следующая реакция:

SiCl_4 + 4NН_3 + 4H_2О = Si(ОН)4 + 4NH_4Сl.

Прибавка лакриматоров дает смесь, применявшуюся с большим успехом в ручных гранатах для удаления неприятеля из окопов.

Четыреххлористый титан. Четыреххлорпстый титан TiCl_4 приготовляется из рутила TiO_2 смешиванием с 30 % угля и нагреванием в электрической печи. При этом образуется карбонитрид, которому приписывают состав Тi_5С_4N_4, хотя в действительности оп может варьировать от этой формулы вплоть до карбида ТiС. Этот продукт нагревается при пропускании хлора до 600° — 650 °C, при чем образуется тетрахлорид. Четыреххлористый титан есть бесцветная жидкость с весьма высоким коэффициентом преломления, кипящая приблизительно при 136 °C, устойчивая в сухом воздухе и дымящая во влажном. Самый лучший дым получается при употреблении 5 частей воды на одну часть тетрахлоряда, вместо полагающихся по теории четырех частей [которые должны бы давать Ti(OH_4)]. Так как производство его значительно дороже, а действие не так сильно, как действие четыреххлористого кремния или олова, то он употреблялся только при недостатке указанных материалов.

Смесь Бергера. Одним из самых важных материалов для производства дымовых завес была цинковая смесь, применявшаяся в дымовой коробке, в дымовой свече, в некоторых дымовых гранатах и в различных видах окрашенных дымов. Основой ее является "смесь Бергера", имеющая следующий состав:

Цинка

25%

Четыреххлористого углерода

50%

Окиси цинка

20%

Кремнезема (Kieselguhr)

5%

Смесь дает светло-серый угольный дым с большим количеством угля в осадке. При этом цинк вступает в реакцию с четыреххлористым углеродом, образуя хлористый цинк и уголь; кремнезем сохраняет смесь в твердом состоянии, поглощая тетрахлорид, в то время как окись цинка практически не имеет значения, так как ее поглотительная способность мала.

Чтобы ускорить реакцию и окислить уголь, к смеси Бергера прибавлялись различные окислители, при чем цвет дыма изменялся из серого в белый. По экономическим соображениям для этой цели был избран хлорноватокислый натр. Но в его присутствии реакция протекает слишком бурно вследствие чего окись цинка была заменена хлористым аммонием. Введение последнего охлаждало дым, задерживало скорость горения и увеличивало плотность дыма, так как затемняющая способность хлористого аммония весьма значительно. Кремнезем был заменен осажденным углекислым магнием, который. представляет собой столь же хороший поглотитель, дает более покойно горящую смесь и увеличивает до известной степени плотность дыма, благодаря механически разбрасываемой окиси магния. Смесь имела следующий состав:

Цинка

34,6%

Четыреххористого углерода

40,8%

Хлорноватокислого аммония

9,3%

Хлористого натра

7,0%

Углекислого магния

8,8%

Размер дымовых частиц

При производстве дыма размер частицы имеет большее значение. Будучи физической величиной, она легко может быть исследована, пользуясь такими физическими свойствами, как осаждение, диффузия, коагуляция и испарение. Эти факторы получают особо важное значение в ядовитых дымах, так как в них подлежит учету способность к прониканию.

Дым, повидимому, состоит из частиц различного об’ема, начиная от 10–3 cm, которые еще видимы невооруженным глазом, вплоть до размеров молекул в 10–8 cm. Более крупные частицы оседают в высшей степени быстро и таким образом не могут оставаться долго в подвешенном состоянии.

Измерение

Уэлс и Герке изобрели ультра-микроскоп, хорошо приспособленный для измерения величины дымовых частиц. Этот ультра-микроскоп есть слабый микроскоп с применением сильного бокового освещения на темном фоне для наблюдения частиц, которые слишком малы для того, чтобы быть видимыми при проходящем свете. Таким путем частицы становятся видимы, так как всякий предмет, независимо от его величины, испускающий достаточно света, чтобы действовать на сетчатую оболочку глаза, становится заметным, при условии, если задний фон достаточно темен. Благодаря этому звезды видны ночью, а частицы пыли легко заметны в луче солнца и полутемной комнате. Более крупные частицы, рассматриваемые при таких условиях, не кажутся большими, но более блестящими. Кажущийся размер частиц о определяется при помощи диффракции и таким образом зависит только от оптической системы, употребляемой при исследовании. Чем более ярко падающее освещение, тем более блестящими кажутся частицы. В описанном ультра-микроскопе лучи, исходящие от яркого источника света, как например, от сильной лампы накаливания или вольтовой дуги, собираются в фокусе и освещают частицы дыма, проходящие через поле зрения микроскопа; ось световых лучей, вместо того, чтобы совпадать с осью микроскопа, как это обычно имеет место, направлена перпендикулярно к ней. Поэтому луч никогда не попадает в микроскоп, но проходит под об'ективом в темную камеру, где и поглощается. Поле зрения микроскопа затемняется путем помещения под об'ективом другой темной или вычерненной камеры с отверстием, несколько большим, чем поле зрения микроскопа[28].

Рис 87.

Ультра-микроскоп для измерения величины частиц дыма.

Метод измерения скорости дымовых частиц заключается в том, что частицы заставляют производить ряд движений в течение определенного времени, под влиянием электрического поля. Перемена направления тока достигалась при помощи вращающегося коммутатора. Так как направление света было перпендикулярно этому движению, то движение частиц получало вид волнообразной линии,(смотри рис. 88). Амплитуда этого колебания являлась точной мерой расстояния, пройденного частицей под влиянием электрической силы в течение определенного малого промежутка времени. Скорость движения ротационного коммутатора и электрическое поле вполне доступны точному измерению, так что размер отдельной частицы мог быть точно определен.

При исследовании в ультра-микроскопе дым кажется похожим на усыпанное звездами небо, с той только разницей, что звезды бешено танцуют кругом. Сперва нельзя различить большой разницы между частицами, так как кажется, что их движение совершается беспорядочно; но скоро становится очевидным, что более блестящие частицы движутся медленнее, чем тусклые. Это происходит от большей массы светлых частиц, так как они крупнее. Все частицы медленно удаляются от источника света и окончательно исчезают за пределами стенок темной камеры.

Когда электрический ток включен, около одной трети частиц немедленно изменяют свое направление, устремляясь, приблизительно в равном количестве, противоположные стороны к обоим электродам. Если ток пущен в обратном направлении, движение частиц становится обратным, и, если пускается в ход коммутатор, частицы начинают правильно колебаться. Иногда бывает видно, что частицы сливаются и становятся нейтральными, вследствие чего колебания прекращаются.

Рис. 88.

Измерение частиц дыма при помощи ультра-микроскопа.

Концентрация дыма.

При измерении концентрации дыма требуется определение следующих свойств:

Плотность. Плотность дыма является величиной, обратной толщине дымового слоя, выраженного в футах, необходимого для затемнения наблюдаемой световой нити. Таким образом, если тесть футов дыма плотности 2,0 могут закрыть нить электрической лампы, то при толщине дыма в четыре фута плотность его была бы равна 3. Правильность этого заключения явствует из того, что при смешении определенного веса стойкого дыма с воздухом произведение об'ема на плотность всегда остается постоянной величиной. Сколько-нибудь заметные отступления от этого правила могут быть приняты за показатель того, что частицы дыма подверглись изменению, происходящему в большинстве случаев от испарения.

Сила полного затемнения. Об'ем дыма, полученный от единицы веса взятого материала, является вторым фактором при определении качества дыма. Произведение об'ема единицы веса на плотность представляет реальную меру пригодности дыма и называется силой полного затемнения (total obscuring power = T. О. Р.) дыма. Если об'ем выражен в кубических футах, а плотность в обратной величине футов, то единица Т. О. Р. выражается квадратными футами на фунт. Это значит, что она показывает число квадратных футов дымовой стены, полученной из 1 фунта затраченного материала и достаточно толстой для того, чтобы закрыть находящуюся позади нее световую нить. Сила полного затемнения для некоторых типичных дымов указана ниже:

Фосфор

4600

NH_4Cl(NH_3 + HCl)

2500

SnCl_4 + NH_3 + H_2O

1530

Смесь Бергера

1250

SnCl_4 + NH_3

900

SO_2 + NH_3

395

При всех измерениях плотности, а поэтому и силы Т. О. Р., должна приниматься во внимание скорость горения. Если медленно горящее вещество сравнивать с веществом быстро горящим, то прежде чем дым первого успеет достигнуть своей максимальной плотности, значительная часть его дыма может осесть во время горения Сравнение силы Т. О. Р. имеет значение только для дымовых смесей одинакового типа и приблизительно в одинаковых количествах.

Измерение.

Существует два способа измерения интенсивности дымовых облаков. Первый способ есть дымовая коробка; в ней сила затемнения измеряется непосредственно расстоянием, на котором нить лампы становится невидимой от дыма. Второй способ — измеритель Тиндаля, при помощи которого измеряется интенсивность рассеяния света дымом.

Первые измерения интенсивности дыма были сделаны Рингельманом (Revue Technique 19, 226), который придумал хорошо известную, носящую его имя, таблицу, предназначенную для определения плотности черного дыма, выходящего на известном расстоянии из трубы. Первыми исследованиями для военных целей мы обязаны Бертрану, произведшему много опытов при помощи своей "опациметрической комнаты". Последняя представляла собой залу в 23 × 14 × 3,6 метров с 7 окнами. Входом в нее служили две двери, некоторых одна была снабжена 3 окулярами, диаметром в 2 cm. На другой двери, расположенной против первой, было повешено несколько черных значков. Шесть пар колонн размещено в комнате на измеренном расстоянии друг от друга. Когда зала наполняется дымом, сделанные из черной бумаги значки остановятся невидимыми в первую очередь, затем затемняется дверь и, наконец, попарно колонны.

Все эти предметы становятся видимыми в обратном порядке, и в качестве меры интенсивности дыма Бертран принимал время, протекавшее между моментом взрыва и появлением дальней двери.

Дымовая коробка. Дымовая коробка употреблявшаяся Военно-Химической Службой, представляла собой деревянный, плотно пригнанный ящик, через который проходил подвижной медный стержень, с прикрепленной к его концу малой 25-уаттной лампой Мазда. Плотность дыма, введенного в коробку, определялась продвижением лампы вперед или назад до тех пор, пока не находилась точка, в которой наблюдатель, смотрящий через стеклянное оконце, едва мог различать рисунок нити лампы, причем внешний свет заслонялся черным покрывалом. Толщина слоя дыма между стеклянным оконцем и лампой принижалась за меру плотности дыма. Для полевых испытаний была сконструирована коробка более крупного размера 6 × 8 × 8 фут (288 кубических фут). Источник света передвигался по линии, соединявшей середины противоположных стенок коробки. Для обеспечения большего однообразия в распределении дыма был устроен вентилятор с 18-дюймовыми крыльями, дававший от 60 до 250 оборотов в минуту. При помощи этого прибора получались результаты, указывавшие первоначальную плотность дыма и его устойчивость.

Измеритель Тиндаля. Измеритель Тиндаля был первоначально конструирован для изучения дымов и туманов. Тольман и Флит приспособили его для целей химической войны и пользовались им при изучении свойств дымов.

Аппарат (рис. 89) состоит из электрической лампы, конденсирующей линзы, дающий пучок параллельных лучей, проходящих через диафрагму и иллюминометра Макбета, служащего для измерены силы лучей Тиндаля. В случае, если вещество представляет собой эмулсию или раствор, оно вводится в цилиндрическую стеклянную трубку, в то время как дым и туман пропускаются непосредственно через аппарат. В одной из длинных закрытых трубок происходит поглощение света после его прохождения через рассеивающую среду; другая трубка служит для образования темного заднего фона при наблюдении луча Тиндаля. Методы измерения указаны в журнале Американского Химического Общества (J. Am. Chem. Soc. 41, 299).

Рис. 89.

Измеритель Тиндаля.

1. Иллюминометр "Макбет".

2. Диафрагма.

3. Собирающая линза.

4. Иллюминометр "Макбет".

5. Резиновые обоймы.

6. 6½ ″ стойки.

7. Стеклянный диск.

8. Резиновая пробка.

9. Пучок Тиндаля.

10. Глухая труба.

11. Сургуч.

12. Глухая труба.

Третий способ анализа дыма заключается в употреблении электрического преципитатора. Этот аппарат представляет собой видоизмененный осадитель Котреля с проходящей по середине его проволокой, играющей роль катода и окруженной цилиндрическим листом фольги в качестве анода (рис. 90). Анализируемый дым прогоняется через аппарат с известной скоростью, и частицы его осаждаются на фольге при помощи постоянного тока высокого напряжения. Определение концентрации производится взвешиванием фольги до и после осаждения.

Рис. 90.

Преципитатор Котреля.

1. Проволочное кольцо, укрепленное тесьмой.

2. Тесьма-обмотка.

3. Центральная проволока.

4. Оловянная фольга для соединения с анодом.

5. Парафиновая прокладка между трубками.

6. Полоса алюминия.

7. Тесьма-обмотка.

8. Выход к измерителю поток.

9. Пружинный зажим для котроль. проволоки.

10. Фибровая пробка.

11. Парафин.

Приборы для получения дыма

Дымовая коробка.

Дымовая коробка назначалась для употребления во флоте, когда дымовую завесу требовалось производить вне корабля. (Ниже описана дымовая труба, применявшаяся на борту судов). Плавающий прибор состоит из железного резервуара (содержащего дымовую смесь), помещенного на железном поплавке, предназначенном для поддержания прибора на поверхности, когда он спущен на воду (рис. 91). Железный резервуар состоит из цилиндра, высотою в 22 дюйма и диаметром в 10 дюймов. В стенках цилиндра в 1½ дюймах от его верха, высверлен ряд однодюймовых отверстий, через которые входит дым. Железный поплавок имеет приблизительно 2 фута в диамётре и 8 дюймов высоты. Эта коробка вмещает приблизительно 100 фунтов дымовой смеси и устроена так, что может оставаться в течение часа на поверхности воды. Смесь, будучи подожжена, горит от 9 до 9½ минут. Получающийся дым имеет Т. Р. О., приблизительно равную 1900. Рисунок 92 изображает применявшуюся во флоте дымовую коробку в действии.

Рис. 91.

Морская дымовая коробка.

Рис. 92.

Морская дымовая коробка в действии.

Дымовая свеча.

Дымовые свечи употребляются для образования облаков дыма, с целью получения завес среди или позади линий расположения войск. Они состоят из резервуара (рис. 93) (луженого стакана размером 5½ дюйма на 3½ дюйма), вмещающего около трех фунтов видоизмененной Бергеровской смеси, и поджигаются посредством запала, схожего по устройству со спичечной головкой. Дым выделяется с постоянной скоростью, приблизительно в течение 4 минут, образуя густое туманоподобное низко растилающееся облако (рис. 94). Этот дым совершенно безвреден, и его можно свободно вдыхать. Затемняющая сила его велика, и при благоприятном ветре небольшое количество свечей может произвести завесу, достаточно густую для выполнения операций незаметно от неприятеля.

Дымовая ручная граната.

Дымовая ручная граната предназначалась для употребления в окопной и полевой войне там, где требовалось произвести густую дымовую завесу. Для изготовления дымовой гранаты 340 грамм дымовой смеси помещают в обыкновенную ручную гранату из легкого металла. По окружности головки гранаты имеются отверстия, закрытые цинковой полосой. Воспламенение производится запалом при бросании гранаты. Развивающаяся при реакции теплота расплавляют цинковую полосу, и в течение 45 секунд граната выделяет густые облака дыма.

Рис. 93.

Дымовая свеча В. М.

1. Крышка.

2. Крышка.

3. Воспламенитель.

4. Покрышка воспламенителя.

5. Бумажная прокладка.

6. Картонная оболочка.

7. Запал № 2.

8. Цинковая крышка.

9. Дымовая смесь.

Хлорное олово также широко применялось в ручных гранатах, так как при взрыве оно дает очень неприятный дым. В конце войны, вследствие высокой цены на олово и настоятельной нужды в нем для других целей, четыреххлористое олово было заменено четыреххлористым кремнием. Применялась также и смесь четыреххлористого кремния и хлор-пикрина. Она не только дает очень хорошее дымовое облако, но вместе с тем имеет и ядовитые свойства, присущие хлор-пикрину.

Способ воспламенения дымовой гранаты тот же самый, как и любой ручной гранаты, снабженной трубкой. При бросании граната берется обыкновенно в руку таким образом, чтобы пробка ее приходилась между пальцами. Предохранитель вытаскивают другой рукой и бросают гранату движением руки вверх. Когда граната вылетает из руки, ударник воспламеняет запал.

Рис. 94.

Облако, производимое дымовой свечей В. М.

Ручная и ружейная граната с желтым фосфором стали к концу войны наиболее употребительными дымовыми гранатами. Граната с хлорным оловом употреблялась для удаления неприятеля из убежищ, но не в качестве дымообразователя.

Дымовой снаряд Стокса.

Дымовой снаряд Стокса был усовершенствован для того, чтобы производить на дальних расстояниях наилучшую из возможных дымовых завес, при помощи легко переносного орудии. Трехдюймовый снаряд Стокса, приспособленный для развивающихся при горении дымов, весит приблизительно 13 фунтов и содержит около 4 фунтов обычной дымовой смеси, Этот снаряд предназначается для образования устойчивой завесы в течение 3–4 минут.

Рис. 95.

Дымовой снаряд Стокса.

1. Трубка.

2. Цинковая трубка.

3. Запал № 2.

4. Дымовая смесь.

Дымовая бомба Ливенса.

Дымовая бомба Ливенса предназначалась к употреблению в восьмидюймовом газомете Ливенса для образования на отдаленных расстояниях дымовой завесы большого об'ема и большой продолжительности. Бомба, предназначенная для образования дыма при горении, весит 17,5 фунтов в пустом виде и 49 фунтов в снаряженном. Для снаряжения бомбы Ливенса употреблялась специально приспособленная и ней газо-дымовая смесь.

Рис. 96.

Дымовая бомба Ливенса.

1. Воспламенитель.

2. Цинковая трубка.

3. Запал № 2,

4. Плавкая пробка.

5. Дымовая смесь.

Дымовые смеси в снарядах Ливенса не применялись более или менее широко в течение войны, и вопрос о том, будут ли они когда-либо применяться, остается открытым.

Из газомета Ливенса обычно можно дать только один выстрел, после чего он требует новой установки; поэтому минометы Стокса являются более удобными и употреблялись везде, где только была возможность.

Дымовая труба.

Дымовая труба была изобретена для выпуска облаков белого дыма с кормы корабля. Производящие дым вещества состояли из жидкого аммиака и четыреххлористого кремния, с примесью углекислоты в качестве сжатой под давлением среды. Последняя является наиболее удовлетворительным средством для развития давления, потому что: 1) четыреххлористый кремний выбрасывается с ее помощью почти под постоянным давлением; 2) углекислота легко превращается в жидкость и потому применима в жидком состоянии; давление ее пара при 60° Фаренгейта равно 800 фунтам, почему дымовой цилиндр почти целиком может быть опорожнен без ослабления действия; 3) углекислота достаточно растворима в четыреххлористом кремнии, чтобы заставить последний вскипать и таким образом существенно усиливать его испарение при разбрызгивании; 4) жидкая углекислота по своим физическим свойствам вёсьма схожа с жидким аммиаком, что дает возможность четыреххлористому кремнию "итти в ногу" с аммиаком при переменах температуры, и обеспечивает получение нейтрального, а потому и наиболее действительного дыма.

Рис. 97.

Моровая дымовая труба.

Дымовая труба состоит из цилиндра, имеющего диаметр около 2 фунтов и длину в 7 футов, открытого с одного конца и покоющегося в горизонтальном положении на раме из углового железа. На конце цилиндра помещается восемнадцатидюймовый вентилятор, прочно прикрепленный к стенкам трубы поперечными распорками. Этот вентилятор приводится в движение ручным способом, с помощью шестерен с передачей приблизительно 30:1. Четыреххлористый кремний вводится в цилиндр через трубку, оканчивающуюся четырьмя наконечниками, в то время как аммиак входит только через один наконечник. Нагнетаемый в трубу воздух служит для гидролиза четыреххлористого кремния и смешения образующихся паров. В результате реакции образуется густое белое облако очень большого об'ема и с большой силой затемнения. Пара цилиндров в состоянии поддерживать это облако в течение свыше 30 минут. При нормальных условиях разряд требует 2 фунтов четыреххлористого кремния на 1 фунт аммиака. Чтобы прекратить образование дыма, сперва закрывают доступ четыреххлористого кремния и пропускают аммиак еще в течение около полуминуты, вентилятор выключается последним.

Рис. 98.

Морская дымовая труба в действии.

Дымовая сумка.

Дымовая сумка представляет собой переносный аппарат для производства дыма. Вес ее брутто около 70 фунтов; при разрядке она дает густой белый дым в течение около 15 минут. Операция может происходить с перерывами или непрерывно, а количество выделяемого ею дыма достаточно для того, чтобы совершенно скрыть взвод в стрелковой цепи при ветре, направленном по движению взвода и дующем со скоростью 5 миль в час. Прибор состоит из двух стальных резервуаров, приблизительно в 26 дюймов высоты и 6 дюймов в диаметре. Сбоку каждого резервуара, вблизи его дна, отходит короткая трубка, снабженная клапаном. Гибкий прочный рукав соединяет клапан с короткой трубкой, снабженной разбрызгивающим наконечником. Цилиндры заряжаются четыреххлористым кремнием и аммиаком под давлением. Клапаны управляются левой рукой, в то время как правая держит разбрызгивающий рукав. Пряжки для приведения прибора в действие находятся в расстоянии, легко доступном для обеих рук.

Артиллерийские снаряды.

Несмотря на то, что было придумано много специальных аппаратов, при помощи которых газовые войска и пехота были бы в состоянии создавать дымовые облака, дымовые снаряды, выбрасываемые артиллерией, всегда играли важную роль в этом деле. Подобно тому, как большинство ядовитых газов получило применение в артиллерии точно также в ней нашло себе применение большинство веществ, производящих дымы.

Рис. 99.

Дымовая завеса для танков.

В качестве материала для снаряжения дымовых снарядов на первом месте безусловно стоит фосфор. По качествам к нему приближается серный ангидрид, и то лишь в сырую погоду. Сравнение качеств некоторых соперников фосфора приведено в грубых чертах в нижеследующей таблице:

Желтый фосфор

100

Черный ангидрид

60 — 75

Хлорное олово

40

Хлористый титан

25 — 35

Хлористый мышьяк

10

Из различных видов фосфора для снарядов наиболее целесообразным оказалось применение желтой разновидности. Смеси, состоящие из желтого и красного фосфора (2 к 1), также употреблялись и давали хороший эффект.

Для того, чтобы в 40–60 сек. дать полное заграждение на фронте в 200 ярдов, и поддерживать его, достаточно выпустить один батарейный залп, а затем вести беглый огонь со скоростью 1 выстрела в 3 сек. Четыре 4,5-дюймовых гаубицы могут поддерживать полное заграждение на фронте в 1000 ярдов. Влияние солнечного света на дымы весьма сильно; для достижения тех же результатов в сырую, прохладную погоду достаточно выпускать по одному снаряду через каждые 15 секунд.

Завеса для танков

Опыты показали (см. рис. 99), что вполне удовлетворительные дымовые завесы для танков можно производить при помощи вспрыскивания олеума в эксгаустор. В семитонном танке типа Рено (в 40 лошадиных сил) 110 куб. сант. его в минуту производили большой об'ем дыма, имевшего превосходную укрывающую способность, при чем дым можно было выпускать с интервалами или непрерывно.

Этот же способ применим к аэропланам и к судам. Высчитано, что цилиндр, содержащий 300 фунтов двадцатипроцентного олеума, может поддерживать дымовую завесу на корабле в течение 10 минут, при расходе олеума в количестве 23,6 фунтов в минуту. Так как цилиндры могут быть собраны в батареи, то завесу можно поддерживать в течение любого промежутка времени. Для производства дымовой завесы на некотором расстоянии от танка, танковые отряды обычно предпочитали применять фосфорные ружейные гранаты.

Назначение дымовых завес

При употреблении дымовых завес преследуется одна или несколько из нижеуказанных целей.

1) Ослеплять обнаруженные неприятельские наблюдательные пункты и пулеметные гнезда; скрывать фронт и фланги атакующих войск, сосредоточение орудий и танков, дороги и пункты сосредоточения; маскировать взблески выстрелов действующих батарей и затруднять воздушную разведку.

2) В качестве уловки, чтобы привлечь внимание неприятеля к фронту, на котором не предполагается произвести атаки, с тем, чтобы он задержал свои войска в окопах или открыл заградительный огонь по ненужному месту, расходуя бесцельно боевые припасы.

3) Чтобы симулировать газовую атаку и заставить врага надеть маски. По временам надо подмешивать к дымам ядовитый газ, чтобы противник знал, что не безопасно оставаться в облаках дыма без защиты масок.

4) В холмистых или гористых местностях, чтобы наполнить долины дымом и скрыть таким образом продвижение войск от всякого наблюдения, в том числе и воздушного.

5) Для прикрытия производимых перед лицом неприятеля работ по сооружению мостов, окопов и проч.

Тактическое значение дымов

Покров порохового дыма, который висел над каждым полем сражения гражданской войны, произвел глубокое впечатление на Фрайса, когда он, будучи мальчиком, впервые читал про эти битвы. Всякое упоминание о дыме рисовалось ему, как зло. Дым застилал поле зрения и препятствовал передвижениям войск, мешал верности прицела и стрельбе из ружей и пушек, хотя, вследствие недальнобойности оружия, это было далеко не так важно, как теперь. Тем не менее уже тогда препятствия, возникавшие от порохового дыма, считались настолько крупными, что все усилия были направлены к открытию бездымного пороха, который, как известно всему свету, был доведен до высокой степени совершенства во время последней части девятнадцатого столетия. С усовершенствованием различных сортов бездымного пороха установилось лучшее понимание его действия, была повышена скорость полета снарядов, а вместе с ней дальность и меткость стрельбы. Увеличение дальнобойности и меткости оружия заставили подумать о защите, а сокрытие есть один из видов защиты.

Флот, как кажется, был первой частью американских вооруженных сил, оценившей великое значение дымовых завес.

В августе 1913 г. Фрайс был свидетелем недельных маневров, происходивших между флотом и береговой артиллерией у восточного входа в Лонг-Айлендский пролив. В течение этой недели флот выполнил широкий ряд опытов с дымовыми завесами, производимыми как днем, так и ночью. Дым во всех случаях получался путем заглушения огня топок на миноносцах и других судах, чем вызывалось появление густых облаков черного дыма, выбрасываемого из дымовых труб.

После начала мировой войны, приблизительно около времени выступления Соединенных Штатов, начались решительные изыскания в области получения густых дымов и их производителей.

Во флоте предполагалось, что мелкие суда должны образовывать дымовые завесы, под защитой которых более крупные могут свободно маневрировать или перестраиваться. Эти завесы создавались также для защиты от неприятельских подводных лодок или других судов и позволяли торговым или даже военным судам уходить от неприятеля, в случае повреждения или встречи с более сильными судами.

Армия шла более медленным темпом в познании значения дымов. Действительно, повидимому, никто не представлял себе ценности дымовых завес до тех пор, пока газовая война не стала совершившимся фактом. Как хорошо известно, испарение большого количества жидкости, применявшееся при волновых атаках, вызывало образование облаков пара. Это послужило к созданию термина "атака облаком".

Согласно первым английским правилам, для защиты от газа все солдаты и животные должны были замирать на месте при приближении газового облака и не двигаться до тех пор, пока облако не подойдет. Благодаря этому количество смертных случаев было сведено до минимума, и англичане оставались бодрыми для встречи атаки, которая зачастую следовала немедленно за прохождением облака. Немцы в конце концов додумались до производства ложных газовых атак. Для этой цели они просто — напросто пускали дымовые облака, что имело вид газовой атаки. Естественно, англичане, как и раньше, замирали на месте. Тогда немцы, атакуя их в облаке дыма, естественно, заставали англичан в самый невыгодный для них момент, что приводило к весьма печальным результатам.

Но это была игра, в которой могли участвовать оба игрока. Приблизительно в это время было открыто англичанами значение желтого фосфора, в качестве производителя дыма, и им снаряжено было большое количество 4-дюймовых минометных снарядов Стокса. Все армии принялись тогда за опыты с веществами, дающими дымы. Большинство последних были жидкости. Из всех них, как указывалось ранее, желтый фосфор, будучи твердым телом, оказался наилучшим. К концу войны дымовые завесы начали применять в значительных размерах для указанных выше заданий. Тому, кто практиковался в стрельбе в цель и сталкивался с туманом или кто охотился на уток и гусей во время тумана, нет надобности говорить о трудности попадания в предмет, которого он не может видеть.

Первый Газовый Полк заслужил неувядаемую славу, применив британские минометы Стокса с их фосфорными снарядами для атаки пулеметных гнезд. Желтый фосфор в этом случае производил двойной эффект. Он давал превосходную дымовую завесу, обращая огонь немецких пулеметов в выстрелы наудачу, и в то же время горящий фосфор заставлял пулеметчиков бросать свои пулеметы и сдаваться в плен. Таким образом, фосфор играл и будет играть в будущем двойную роль, образуя защитную завесу и зло атакуя неприятельские войска. Желтый фосфор способен к самовозгоранию, горит как в мокром, так и сухом месте, и только полное погружение в воду в состоянии его погасить. Но так как этот способ тушения огня почти неосуществим на полях сражения, то в действительности горящий фосфор можно считать неугасимым. Производимые им ожоги жестоки и трудно излечимы. По этим причинам желтый фосфор будет употребляться в громадных количествах во всякой будущей войне.

Все армии постепенно поняли указанное значение дыма. В будущем он станет защитой пехотинца против всех видов оружия и будет употребляться на каждом поле сражения всеми родами войск и во всякое время, днем или ночью. Дым даже более действителен для застилания света прожекторов, осветительных бомб и тому подобных осветительных средств при ночных атаках, чем при дневном свете. Рядом с непосредственным применением дыма для защиты будет итти употребление его в смеси с ядовитыми газами. Каждое облако дыма может быть ядовитым или безвредным, согласно желанию руководителя, безразлично будет ли облако произведено артиллерийскими снарядами, минами минометов, ручными гранатами, дымовыми свечами или другими приборами. Таким образом, комбинирование дыма и газа открывают более широкое поле для изобретательности, чем все другие способы ведения войны. Только недальновидность командиров и невежество войск может ограничить применение дыма и газов.

Признание важности и поддержка развития химической войны, наряду с обучением во время мира, являются единственными способами победить это ограничение. Здесь, как и во всякой другой развивающейся работе; — самым серьезным препятствием становится человек, который не хочет видеть того, что существует и — по недостатку понимания, из лени или врожденной инертности — противодействует всем формам прогресса.

ГЛАВА XVII

Ядовитые дымы

Введение ди-фенил-хлор-арсина в качестве ядовитого газа поставило на очередь вопрос о ядовитых дымах. Это вещество, как уже было указано, является твердым телом, плавящимся при температуре около 30°. Чтобы сделать его рассеяние более сильным, ди-фенил-хлор-арсин смешивали обыкновенно со значительным количеством сильно взрывчатых веществ. При разрыве снаряда ди-фенил-хлор-арсип распылялся на мельчайшие частицы, образуя ядовитое облако. Так как частицы этого дыма почти не задерживаются обыкновенными масками, то указанное вещество проявило себя весьма действительным средством химической войны.

Аналогичные результаты были достигнуты смешением ядовитых газов, вроде хлор-пикрина, с облаками дымов, образованных хлорным оловом или четырех-хлористым кремнием. Здесь, однако, ядовитое вещество является настоящим газом, и реальный результат состоит в том, чтобы заставить солдат надевать свои маски при всяком появлении облака дыма. Но против ядовитого дыма обыкновенные маски являются плохой защитой, что и понудило воюющие державы разработать особый род дымовых фильтров.

Дымовые облака состоят из мельчайших частиц, которые можно рассматривать как дисперсную фазу, рассеянную в воздухе, являющимся дисцерсионной. средой. Дисперсная фаза может быть получена механическим, термическим или химическим путем.

Механическая дисперсия состоит в дроблении материала на мельчайшие частицы, Это как бы работа молота и наковальни. Чем больше механическая сила, тем мельче получаемые частицы. Механическая дисперсия может быть выполнена при помощи сильно взрывчатых веществ; таким образом немцы рассеивали ди-фенил-хлор-арсин.

Путем термической дисперсии дым получается, главным образом, тогда, когда испаряющееся вещество имеет сравнительно низкое давление пара, в силу чего, поступая и более холодную среду, пары его начинают конденсироваться, оседая вокруг частиц воздуха в форме дыма. Если испарение происходит из открытого сосуда и пары имеют возможность переходить в воздух и не будут быстро уноситься с испаряющей поверхности, то образующийся дым будет состоять из более крупных частиц, так как каждая частица, пребывая в пространстве, насыщенном парами вещества, весьма быстро увеличивается в размере.

Наиболее легкий способ получать мельчайшие частицы дыма состоит в том, что ядовитое вещество смешивают с каким-либо горючим материалом; который при горении способен выделить большое количество тепла и газа. Если такая смесь будет заключена в резервуар с узким отверстием, то при горении ядовитые пары и газы будут выходить через отверстие с большой скоростью; лорд Рэлей показал, что величина частиц зависит от скорости, с которой пары выталкиваются через данное отверстие.

Химический процесс заключается в получении пересыщенного пара, который на воздухе сгущается в мельчайшие частицы.

Дисперсия при взрыве представляет собой комбинацию механической дисперсии, сопровождаемой термической дисперсией.

Сила проникновения

Основной идеей всякой работы над ядовитыми дымами должно быть получение дыма с большой силой проникновения. Заграждение от взоров не играет при этом большой роли. Кроме силы проникновения дым должен обладать в высшей степени, сильными ядовитыми качествами и осаждаться из атмосферы возможно медленнее.

Сила проникновения может быть испытана с помощью пробного фильтра; фильтр, употребляемый для этой цели, не должен приводить дым в движение, чтобы не затруднять определения его концентрации, и не должен легко засариваться дымом. Он состоит из двух войлочных подушек, помещаемых рядом друг с другом так, чтобы дым сначала приходил в соприкосновение с более тонкой и менее плотной подушкой. Этот способ признан вполне удовлетворительным.

Рис. 100.

Аппарат для определения проникания ядовитых дымов.

При испытании силы проникания, дым получается дисперсией одного грамма ядовитого вещества в железном ящике, вместимостью в 1000 литров. Спустя приблизительно 5 минут, когда газ смешается с воздухом и установится некоторое устойчивое его равновесие, дым, смешанный с воздухом, пропускают через измеритель Тиндаля, при помощи которого определяется начальная концентрация. Затем дым проходит через пробный фильтр и второй измеритель, в котором измеряется конечная концентрация. Разность этих двух измерений показывает количество дыма, задержанного фильтром. Сила проникания, обыкновенно, изображается рядом цифр, изменяющихся от максимума — в начале опыта и до минимума — в конце его, когда фильтр начинает пропускать столь малое количество дыма, что оно не может быть измерено. Это уменьшение происходит от понижения силы проникания и концентрации дыма, а также от увеличения задерживающей силы фильтра вследствие его засорения. Обыкновенно степень проникания дыма отмечается так: отлично, хорошо, удовлетворительно, слабо, очень слабо.

Переносный аппарат для определения силы проникания изображен на рис 100. При употреблении его материал, производящий дым, помещается на некотором расстоянии от аппарата (20 фут. по ветру), так что образцы для испытания содержат дым в значительно разреженном виде. Около каждого прибора Тиндаля поставлено по человеку, который записывает отсчеты и тотчас же делает вычисление, так что плотность дыма до и после прохождения через фильтр может' быть изучена очень точно.

Физиологическое действие

Помимо большой силы проникновения, дым должен обладать значительной ядовитостью, раздражающей силой, способностью вызывать чихание или слезотечение. Эти качества испытывают, помещая мышей в камеры, наполненные дымом. Их вносят в камеру до начала опыта и оставляют на 10 минут под действием дыма, произведенного 1 граммом ядовитого вещества. Хотя такого рода опыты имеют чисто качественный характер, они тем не менее дают очень ясное представление об относительной ценности различных ядовитых дымов.

Количественное соотношение

Если отложить по оси ординат оптические отсчеты, полученные с помощь аппарата Тиндаля, а на оси абсцисс время (t) протекшее после вспышки, то при рассмотрении кривой, заключающейся между t = 0 и t = 30, будет видно начальное, весьма резкое, падение от высшей точки t = 0, изображающей плотность дыма в момент его образовании, до точки близкой к t = 8 после чего, кривая становится более отлогой и спускается значительно медленнее, без заметных изменений. Площадь, ограниченная частью кривой от t_0 до t_30 вертикальной осью от начальной точки, горизонтальной осью до точки t_30 и перпендикуляром к ней из точки t_30, является мерой для сравнения относительной силы различных дымов. Эта площадь вычисляется, как сумма двух прямоугольников, от t_0 до t_8 и от t_8 до t_30.

Рис. 101.

Кривая падения концентрации дымового облака в зависимости от времени.

I. Взрывы фенил-ди-хлор-арсина.

Кривая № 1–2 грамма фенил-ди-хлор-арсина.

Кривая № 2–5 грамма фенил-ди-хлор-арсина

Кривая № 3–1 грамма фенил-ди-хлор-арсина

Кривая № 4–0,5 грамма фенил-ди-хлор-арсина

Кривая № 5–3 грамма фенил-ди-хлор-арсина

II. Отчет по иллюминометру.

III. Время в минутах.

Вот результаты измерений:

Площадь t_0 — t_30

Фенил-ди-хлор-арсин

181

Три-фенил-ди-хлор-арсин

178

Ди-фенил-циан-арсин

137

Ди-фенил-хлор-арсин

101

Бромистый циан

94

Метил-ди-хлор-арсин

70

Фенил-имидо-фосген

69

Горчичный газ

38

Кривые на рисунке 101 показывают падение концентраций дыма в связи со временем. Каждое вещество имеет свою характерную кривую.

Ядовитые материалы

Выбор материалов для производства ядовитых дымов может быть сделан только экспериментальным путем. Большое число сильно ядовитых веществ оказалось непригодным для получения ядовитых дымов в виду малой силы проникновения, способности разлагаться во время процесса образования дыма или других причин.

Мышьяковые органические производные дают безусловно наилучшие ядовитые дымы. Неорганические соединения, имеющие высокие точки плавления и кипения, в состоянии производить только весьма слабые дымы. Единственным исключением является мышьяковисто-кислый магний, который претерпевает разложение. Соединения в роде хлорной ртути (сулемы) или трехбромистого мышьяка, имеющие сравнительно низкую температуру кипения или возгонки, дают хорошие облака дыма. Большинство материалов с температурой кипения ниже 130 °C не образуют дыма, так как испаряются при рассеивании. Очень трудно установить предельную границу для точки кипения, выше которой вещества не могут образовать хороших дымов, но, по всей вероятности, температура в 500 °C лежит недалеко от максимума. Как жидкие, так и твердые тела равно пригодны для образования дыма. Физическое состояние вещества не имеет большого влияния на количество дыма, которое оно дает. Повидимому, оно зависит только от физических и химических свойств материала.

Аппараты для ядовитых газов

Выше было упомянуто, что немцы применяли снаряд, содержащий твердый ди-фенил-хлор-арсин и сильно взрывчатое вещество. 10,5-cm. снаряд (синий крест) был на две трети наполнен тринитротолуолом и содержал стеклянную бутылку с 300–400 граммами ядовитого материала. Ди-фенил-хлор-арсин употреблялся также в растворе; смесь фосгена и ди-фосена (суперпалита) служила наиболее употребительным растворителем (зеленый крест). Также применялись смеси ди-фенил-хлор-арсина и фенил-ди-хлор-арсина.

При пользовании бризантной гранатой является желательным употребление отдельных вместилищ, так как смешение ядовитого материала со взрывчатым веществом значительно понижает чувствительность и разрушительную силу последнего. Здесь, следовательно, возникает вопрос об устойчивости смеси. Тем не менее, 75-mm граната, содержавшая 30 % ди-фенил-хлор-арсина, смешенного с тринитротолуолом, давала хорошие облака ядовитого дыма.

Дымовая свеча

Два типа дымовых свечей было выработано "Военно-Химической Службой": первая — известная под названием ядовито-дымовой свечи В. М. была усовершенствована Пиротехнической Секцией Отдела Исследований, вторая — "Дисперсная дымовая свеча" разработана Секцией Рассеяния (дисперсии).

Ядовитая дымовая свеча В. M. состоит из бутылкообразного сосуда с ядовитым веществом, сделанного из листовой стали и помещенного в стакан, содержащий дымовую смесь. Тепло, выделяющееся при горении смеси, вызывает возгонку ядовитого материала. Ядовитые пары выходят через ниппель, ввинченный в шейку сосуда и находящийся выше дымового стакана. В сосуд с ядовитым веществом кладется стальная стружка для того, чтобы уменьшить слишком сильное кипение и разбрызгивание материала. Для той же цели служит небольшой пучек стальной стружки, помещенный в ниппель и поддерживаемый железной сеткой. Резервуар для ядовитого вещества закрыт кружком из легкоплавкого металла (с температурой плавления в 90 °C), припаянного к держателю у основания ниппеля. Эта заслонка расплавляется при первом выделении тепла и открывает таким образом выход ядовитым парам в дымовое облако. Аппарат поджигается посредством обыкновенного терочного приспособления.

Первое выделение дыма происходит приблизительно через 10 секунд после появления пламени. Через 1 минуту после воспламенения ядовитое вещество начинает возгоняться и смешиваться с облаком дыма, что продолжается в течение минут. Полный процесс горения свечи в общем занимает около 6 минут.

Дисперсная ядовито-дымовая свеча отличается от свечи В. М. тем, что не имеет отдельного вместилища для ядовитого вещества. Смесь, спресованная под давлением в 2500 фунтов и состоящая из бездымного пороха и ядовитого вещества (ди-фенил-хлор-арсин или D. М. — мышьяковое производное, получаемое из зреххлористого мышьяка и ди-фенил-амина), заполняет цилиндрический стакан, имеющий 3,5 дюйма в диаметре и 9 дюймов высоты, сделанный из 27-калибрового листового металла. Свеча имеет сверху металлическую крышку, в которую вставлен терочный прибор, отделенный от спичечной головки манильской бумагой. Головка и терка устроены такие же, как и в свече В. М. Свеча весит в общем около 4,25 фунтов, из которых 3,6 фунта приходятся на долю дымовой смеси, содержащей 1,3 фунта ядовитого вещества.

Рис. 102.

Ядовитое дымовое облако от 500 свечей D. M.

Свечи были расставлены 5 параллельными рядами с промежутками в 2 ярда; в каждом ряду 100 свечей на протяжении 100 ярдов. Общая продолжительность активного выпуска дыма 23 минуты.

Рис. 103.

Сравнение дисперсной и британской (типа D. M.) свечей.

1. Дисперсная.

2. Британская.

При употреблении свечи, крышку снимают и головку зажигают при помощи терки. Картон прожигается, и порох воспламеняется. Тепло и газ, получаемые при горении пороха, обращают в пар частицы ядовитого вещества и выталкивают пары с большой скоростью через отверстие. Пары (в соприкосновении с воздухом) реконденсируются в виде дыма. Быстрое выделение паров через отверстие исключает всякую возможность их воспламенения.

От момента загорания головки до начала появления дыма проходит 30 секунд. Средняя продолжительность интенсивного выделения дыма равна 4–5 минутам. Результаты полевого испытания дисперсной свечи изображены на рис. 102. Сравнение британской и дисперсной свечи видно из рисунка 103. Надо сказать, что этот опыт был поставлен не вполне удачно, т. к. для сравнительного испытания имелась только одна британская свеча.

ГЛАВА XVIII

Дымовые фильтры

Первые типы нормального коробчатого противогаза содержали ватные подушки, которых было достаточно для удаления обычного дыма полей сражения и даже первых ядовитых дымов. Усовершенствование способов получения ядовитых дымов, которые давали возможность пользоваться более мелкими частицами, заставило в начале 1918 года обратить внимание на необходимость улучшить защиту против дыма. Первые попытки пойти навстречу этой потребности заключались в улучшении фильтровых качеств подушек. Скоро было найдено, однако, что улучшение фильтрующих подушек сильно увеличивает общее сопротивление прибора. Это было в высшей степени нежелательно, так как сопротивление находившихся в употреблении коробок было настолько высоко, что дальнейшее увеличение. его являлось недопустимым. Чтобы обойти это затруднение, некоторые первые проекты коробок с фильтрами были снабжены механическим клапаном, который регулировался от руки так, что можно было пропускать воздух мимо фильтра, когда коробка применялась против газа, или заставлять воздух проходить через фильтр, когда являлась опасность дыма. Это приводило к известного рода затруднениям, так как солдаты во время газовой атаки принуждены были самостоятельно решать, имеется ли налицо дым. Указанная причина заставила отказаться от применения этого изобретения.

Предварительное изучение вопроса показывало, что всякий фильтр для малых частиц дыма должен обладать высоким сопротивлением на единицу площади, но что общее сопротивление должно быть относительно низким. С целью обеспечить большую поверхность, необходимую для уменьшения общего сопротивления производились опыты по трем направлениям: пытались устроить фильтр в мешке, чашке или чехле, которые окружали бы внешнюю сторону коробки, конструировать достаточно компактное приспособление для помещения его внутри коробки, или, наконец, употреблять фильтр, как отдельную часть, которая могла быть присоединена в коробке с помощью трубки.

Исследование всевозможных фильтрующих материалов показало, что только два из них давали надежду на успех, а именно, бумага и войлок.

Бумажные фильтры

Известие о том, что англичане изобрели креповую бумагу для фильтров из сульфитной целлулозы, повело к интенсивному изучению этого вещества Отделом Военно-Химической Службы.

В общем приходится сказать, что. усовершенствование бумажных фильтров (в форме листов) не имело большого успеха. Бумага, дававшая необходимую защиту, не выдерживала требований на сопротивление. Причина этому, вероятно, кроется в способе приготовления бумаги. Бумажная масса помещается на решетку фурдриньеровской машины при условиях, которые не допускают однообразия в расположении волокон и, следовательно, нет однообразия и в размере пор. Для того, чтобы устранить большие отверстия, позволяющие дыму быстро проходить через бумагу, последняя должна подвергаться прессованию, с целью уменьшить поры до надлежащей величины. При этом, вместе с уменьшением размера пор, приблизительно в равной мере возрастает величина сопротивления, но вне всякой пропорциональности к повышению защитной способности. В конце концов была получена бумага весьма удовлетворительных качеств, но сопротивление ее было слишком велико, и приходилось увеличивать полезную поверхность фильтрации, что повело к устройству фильтра типа гармонии. Этот тип не мог получить широкого распространения, вследствие того, что требовал большого количества ручной работы при сборке. Недостаток однообразия в одном слое мог быть устранен с известным успехом устройством фильтров, содержащих от 40 до 80 слоев ткани или креповой бумаги, так как, по теории вероятностей, нельзя было ожидать, что крупные поры встретятся в нескольких последовательных слоях. Такой фильтр применялся англичанами, но так как защитная способность его стояла несравненно ниже войлочных фильтров, то он был отвергнут в Соединенных Штатах.

Рис. 104.

Коробка с бумажным фильтром «пышка».

В так называемом креповом фильтре "пышка" применялась бумага в виде ткани. Вместо однообразия по вертикальному направлению через слой, его искали по горизонтальной оси, параллельной листу. Действительность такого фильтра была меньше, чем войлочного. Вдобавок серьезное затруднение представляла резка столба бумаги для придания ей надлежащего вида, так что от него пришлось окончательно отказаться вследствие трудности производства.

Войлочные фильтры.

Изучение войлочных фильтров началось приблизительно с июня 1918 года. Вначале производство встретило большие затруднения, так как войлок, пригодный для этой цели должен изготовляться с особой тщательностью, а условия военного времени не легко позволяли установить надлежащий контроль. Однако, в силу того, что изготовление войлока состоит в однообразном распределении волокон (весь процесс производства войлока представляет постепенную паковку волокон в относительно малый об'ем), простота работы обеспечивала большую степень успеха, чем это имело место при изготовлении бумаги. Очень хорошие фильтры были получены при употреблении войлока. Тем не менее имеется два серьезных возражения по поводу его применимости. Во-первых, большая стоимость фильтра (свыше доллара за фильтр к юнцу войны), во-вторых, промышленное значение товара. Вследствие этого является весьма желательным найти материал, более дешевый и имеющий меньшее промышленное значение.

Коробка обр. 1919 г.

Как раз перед заключением перемирия Лонг-Айлендская лаборатория Отдела Защиты от газов выпустила так называемую "коробку обр. 1919 г.", состоящую из овального, металлического, покрытого отверстиями вместилища для поглотителей газов, снабженного центральной плоской трубкой с отверстиями для дыхания и наконечником к ней. После того как этот внутренний резервуар наполнен химическими веществами для поглощения, на него надевается наружный чехол с фильтром, верхний край которого припечатывается к внутреннему резервуару.

Были сделаны попытки применять к этим коробкам бумажные фильтры, обертывая их слоями бумаги. В некоторых случаях между слоями бумаги прокладывались слои марли или сетки, применяемые против москитов, для придания фильтрам механической прочности и облегчения прохождения воздуха. Тот факт, что многие фильтры оказывали хорошую защиту против дымов, показывает, что этот тип и материал допустимы для применения, но операция обертывания и запечатывания требует столь тщательной работы и такого строгого контроля, что даже при самом большом искусстве и внимании почти нельзя избежать недочетов.

Рис. 105.

Коробка с войлочным фильтром обр. 1919 г.

Возможность недостатков и трудность выполнения делает этот способ изготовления фильтров нежелательным.

Теория дымовых фильтров

Тольман, Уэлс и Герке при работе над ядовитыми дымами развили следующую теорию дымовых фильмов.

Явления, происходящие при фильтровании, чрезвычайно сложны, но общий характер процесса может быть изложен в простой форме на основании кинетики малых частиц, из которых состоят дымы.

Фильтр можно рассматривать, как ряд малых капилляров, через которые медленно проходит дым. Напрасно было бы предполагать, что для того, чтобы фильтрация имела место, капилляры фильтра должны быть меньше дымовых частиц; частицы диффундируют через стенки капилляров и, можно думать, что в типичных фильтрах это является основанием метода удаления дымовых частиц с диаметром 10–4 cm.

Согласно указанному взгляду и характеру фильтрации дыма, наиболее важными факторами в этом процессе являются: 1) Брауновское движение дымовых частиц, 2) площадь и строение внутренней поверхности фильтра, 3) общий поток дыма и 4) сила притяжения между поверхностью фильтра и частицами дыма. Первые три фактора определяют количество частиц, попадающих в сферу взаимодействия с поверхностью фильтра, четвертый фактор определяет шансы или вероятность того, насколько стойко каждая частица дыма пристает к фильтру.

Испытание дымовых фильтров

Для всех первоначальных испытаний дымовых фильтров применялся ди-фенил-хлор-арсин, потому что признавалось необходимым производить пробы фильтра на ядовитый дым. Был придуман способ испытания на людях при условиях, возможно близких к боевым, и в качестве критерия защитной силы коробки принималось время, необходимое для того, чтобы человек, при нормальной скорости дыхания, мог почувствовать присутствие дыма ди-фенил-хлор-арсина в протекающей через коробку струе воздуха; при этом концентрация дыма тщательно контролировалась. Это испытание находилось в зависимости от изменяющихся в широких пределах индивидуальных особенностей людей и от физиологического сопротивления их дыму ди-фенил-хлор-арсина. Кроме того, оно было совершенно непригодно для быстрого испытания в крупном масштабе. Тогда был конструирован испытательный прибор, дающий результаты, сравнимые с результатами, полученными при опыте на человеке. Применявшийся метод имел чисто физиологический характер, т.-е. открытие газа производилось по запаху или по раздражающему действию его на оболочки глаза. Несмотря на то, что это испытание было чисто качественным, оно гораздо более чувствительно, чем какой-либо химический анализ.

Вследствие желательности иметь способ, поддающийся химическому контролю, были изобретены другие методы.

Хлористый аммоний дает густой дым, состоящий из частиц весьма различного об'ема. Он легко растворим и быстро закупоривает поры фильтра. По этой причине он употреблялся для изучения скорости засорения или закупоривания фильтра (закрытие пор ткани или других материалов для прохода воздуха).

Дым производился при помощи реакции между аммиаком и струей хлористого водорода. Полученный таким образом дым пропускался из камеры смешения в более широкую распределительную коробку и оттуда проходил через фильтр с определенной скоростью. Концентрация дыма может быть точно установлена химическими способами или фотометрическим путем с помощью фотометра Гесс-Айвс-Тинт, фотометра Мартена или специального фотометра, изобретенного Отделом Военно-Химической Службы.

Сравнение большого числа испытаний различных дымов показывает, что дым хлористого аммония дает точные указания на защитную способность респиратора, но едва ли является удобным при испытании в большом масштабе.

Третьим способом было применение дыма серной кислоты. Этот дым производился пропусканием сухого воздуха через турму, наполненную твердым серным ангидридом, при последующем смешении образовавшихся паров с большим об'емом воздуха, содержащего около 50 процентов влаги. Он не является закупоривающим дымом, и действительность фильтрации существенно не изменится в течение необходимого для испытания времени.

Дым легко поддается химическому анализу и дает вполне точные указания концентрации дымовых частиц облака, проникающих в коробку; также применимы фотометрические измерения.

Четвертый способ заключается в употреблении табачного дыма. Последний производится пропусканием воздуха через подожженную смесь пачечного табака (63 процента), смолы (30 процентов) и калиевой селитры (7 процентов). Этот дым состоит из частиц весьма однообразного размера и в химическом отношении почти инертен. Он не являлся закупоривающим дымом, не чувствителен к влаге и мало растворим. Плотность вышедшего из фильтра дыма сравнивается в луче Тиндаля с плотностью входящего дама, и фильтровальная способность материала определяется количеством воздуха, прибавляемого ко входящему дыму для доведения его до концентрации выделяющегося. Способ прост в отношении манипуляции, и испытание делается весьма быстро (50 коробок в день). В виду очевидного превосходства табачного дыма для испытаний, недостатками его возможно пренебречь.

Рис. 106.

Прибор для испытания коробок табачным дымом.

Наиболее подходящие для испытаний дымы располагаются по степени их пригодности в следующем порядке: табак, серная кислота, хлористый аммоний.

ГЛАВА XIX

Сигнальные дымы

Успехи пиротехники в сигнализации в ночное время заставили в течение мировой войны обратить внимание на разработку пиротехнических сигналов, пригодных для употребления днем. Усилия были направлены к тому, чтобы получить хорошо распознаваемые дымы, видимые с дальних расстояний при всевозможных условиях освещения. Так как дымы серого или белого цвета можно было легко смешивать с дымами; выделяющимися при разрыве снарядов, то сигнальным дымам было необходимо придать определенную, резко отличающуюся окраску, вследствие чего были изготовлены красные, синие, желтые, зеленые и пурпурные дымы. В течение первой части войны употреблялись только желтые дымы; остальные дымы появились позже.

Получение цветных дымов

Существует три возможных пути для получения сигнальных дымов.

1. Механическое рассеяние твердых тел.

2. Химическая реакция.

3. Возгонка цветных материалов.

1. Первый способ никогда не может быть вполне удовлетворительным для получения сигналов. Некоторый успех был достигнут при рассеянии различных неорганических материалов (напр. ультрамарина), выбрасываемых в снарядах 3-дюймового миномета, которые взрываются с помощью дистанционной трубки на высшей точке полета. Были испытаны различные смеси, состоящие из оксисульфида сурьмы (SbS_2O) и алюминиевого порошка (красный цвет), треххлористых мышьяка и сурьмы с серноватокислым натром (желтый цвет) и т. д., но эти составы имели то неудобство, что воспламенялись от взрыва черного пороха.

2. Некоторые цветные дымы производились при помощи химических реакций, как например, при соединении иодо-водорода (HI), хлора и аммиака, но, как сигналы, они имели известные недостатки. Так, при указанной реакции, пурпурное облако (для наблюдателя с аэроплана) казалось серым с поверхности земли.

Дымы, получаемые при высоких температурах горения, были также изучены. Их применяли в так называемых сигнальных факелах. Желтый дым сернистого мышьяка нашел себе наиболее широкое распространение. Употреблялись также другие сернистые соединения мышьяка (наиболее часто реальгар или "красный мышьяк"), сера, азотнокислый калий, к которым в некоторых случаях прибавлялось молотое стекло или песок. Типичная смесь состоит из:

Красный сернистый мышьяк

55%

Сера

15%

Азотнокислый калий

30%

Подобный же дым может быть получен из следующей смеси:

Сера

28,6%

Белый мышьяк

32,0%

Азотнокислый калий

33,8%

Порошок стекла

6,6%

Эти дымы имеют не столь яркую окраску, как дымы, получаемые от красочных дымовых смесей, особенно если на них смотреть издали, на фоне неба. Их окраска увядает довольно быстро, и они кажутся весьма близкими по цвету с белым дымом.

На первый взгляд кажется, что наиболее просто было бы получить черный дым; но в действительности получение черного дыма, удовлетворительного для целей сигнализации, сопряжено с большими трудностями.

При установлении образцовых дымовых смесей для белого или серого дыма четыреххлористый углерод был заметен твердым гекса-хлор-этаном, чтобы избежать присутствия жидкости. Нафталин применялся до тех пор, пока не было найдено, что смесь нафталина с гекса-хлор-этаном плавится при температуре более низкой, чем каждый из компонентов. Затем был введен антрацен. Наиболее важной реакцией служило соединение магния с органическими хлоро-производными, при чем образуется хлористый магний и уголь. Реакция эта протекает весьма бурно с выделением белого дыма. Прибавление антрацена замедляет реакцию и в то же время окрашивает дым в черный цвет. Быстроту реакции можно регулировать изменением содержания антрацена.

При зажигании дымовой смеси этого типа в цилиндре представляется необходимым дать ей возможность свободного горения. Было найдено, что когда горение задерживается, и дым принужден выходить через сравнительно узкое отверстие, вместо густого черного, получается серый цвет.

3. Было произведено много различных опытов, чтобы утилизировать тепло, выделяемое Бергеровской смесью для возгонки или механического рассеяния различных окрашенных неорганических соединений, в особенности иода. Эти попытки не увенчались успехом. Были испытаны такие смеси, как:

Азотнокислый стронций

1 часть

Порошок железа

2 части

Иод

3 части

и, хотя они зажигаются легко, горят свободно и ровно и образуют тяжелые пурпурные облака, они оказываются весьма чувствительными к влаге и способны к внезапному самовозгоранию.

Наиболее удовлетворительные по качествам окрашенные дымы были получены возгонкой цветных органических красок. Их, как кажется, впервые стали применять англичане, которые производили дымы возгонкой или обращением в пар специальных красок, при помощи горючих смесей, состоявших из краски, лактозы и бертолетовой соли, при уменьшенной скорости горения.

При выборе окрашивающих материалов для этой цели, как выяснилось, могут быть применимы только те, которые возгоняются или обращаются в пары без разложения при температуре горения смеси и условии заглушенного сгорания. Таким образом было найдено, что точки кипения и плавления цветного материала должны лежать по возможности близко друг к другу для того, чтобы в смеси никогда не присутствовала жидкая фаза краски. Так как все окрашенные органические производные при высокой температуре разлагаются, то смесь должна быть приготовлена таким образом, чтобы тепло, выделяющееся при горении ее, было бы недостаточно для этого разложения.

В качестве окислителей для горения смеси служили хлорноватокислые соли калия или натрия. Азотнокислые соли были признаны неудовлетворительными. Лактоза оказалась наилучшим материалом для сгорания. Оранжевый шеллак в порошке дал также хорошие результаты, но не имел никаких преимуществ перед лактозой.

Нижеследующие краски дают наилучшие сигнальные дымы:

Красный цвет

"Паратонер"

Желтый

Хризоидин + аурамин

Синий

Индиго

Пурпуровый

Индулин (?)

Зеленый

Желтый аурамин + индиго

При начале войны единственным цветным дымом, употреблявшимся в армии Соединенных Штатов, был желтый дым. Дымовая смесь, применявшаяся во всех сигналах, кроме дымовых факелов, состояла из давно известного сернистого мышьяка. Нижеследующие сигнальные дымы были приняты в течение мировой войны:

Сигнальная ракета с парашютом желтый и красный цвет.

Патрон Виван-Бесьера с парашютом желтый.

25-mm. патрон Вери с парашютом желтый.

З5-mm. сигнальный патрон желтый.

35-mm. сигнальный патрон красный.

35-mm. сигнальный пистолет.

25-mm. сигнальный пистолет Вери.

Ружейная мортирка Виван-Бесьера (обрезанная).

Тактика применения сигнальных дымов

С того времени, когда Гораций сражался на мосту, на протяжении многих столетий вплоть до мировой войны, все предводители изображались стоящими во главе войск со сверкающим мечом, верхом на могучих конях или облеченными в особую одежду, так, чтобы все могли видеть, где находится начальник. В течение всех этих столетий команды передавались на полях битв при помощи голоса, рупора или коротких сигналов рукой, флагами или шпагой. Даже там, где участвовало большое количество войск, их массы были настолько сжаты, что сигнализация. вышеуказанными средствами могла распространяться на весь фронт сражения. В тех случаях, когда это становилось невыполнимым, связь могла поддерживаться с помощью конных или пеших посыльных.

С открытием бездымного пороха и нарезного оружия поля сражений начали приобретать все большие и большие размеры. Артиллерийский огонь захватывал расстояние не только в 2.000 — 3.000 ярдов, но стал действительным на 5.000 — 10.000 ярдов, а во время мировой войны, даже на 20.000 ярдов и более. Естественно, что при этих условиях стали необходимы другие способы сигнализации. Сигнализация при помощи флагов, как известно, применялась в продолжение долгого времени, но была пригодна только на определенных расстояниях. Развитие телеграфа и телефона с изолированными проводами явилось следующим этапом развития сигнальной службы и, в дополнение к ним, во время мировой войны, возникло пользование беспроволочным телефоном как на земле, так равно и с аэропланов и аэростатов.

Рядом с этим развитием сигнализации, как было указано в главе о дымовых завесах, начали применять для защиты и сокрытия от взоров дымы, которые сделали наблюдение весьма затруднительным. Это применение дымов, в соединении со смертоносным огнем пулеметов и бризантными средствами поражения, заставило людей искать защиты в глубине воронок от снарядов, в окопах и в других безопасных местах, из которых, однако, было почти совершенно невозможно следить за сигналами вдоль фронта поля сражения.

Каждый человек может скоро научиться различать несколько сигналов, особенно, если они состоят из вполне определенных по окраске ярких дымов. Первоначально они употреблялись на поверхности земли и будут применяться таким образом в известных границах в будущем, особенно, если является необходимость привлечь внимание наблюдателей на аэропланах или аэростатах. В этих случаях желательно иметь значительный об'ем дымового облака. Людям, находящимся в траншеях или воронках от снарядов, необходимо дать возможность видеть сигналы через пыль и дым поля сражения.

Поэтому сигнальные дымы, заключенные в ракеты или бомбы, снабженные небольшими парашютами, оказались весьма ценными. Эти сигналы, паря высоко над полем сражения, дают в течение минуты или более, яркие цветные дымы, являясь средством для передачи приказов солдатам среди пыли и дыма сражения, подобных которым прежде не было. Как было указано выше, каждый человек может легко различать простые сигналы, но далеко не всякий способен управлять, хотя бы самым простым беспроволочным телефоном.

Дымы начали уже усложнять и в будущем, вероятно, еще более усложнят каждый отдельный период боя. Они должны употребляться с целью обмана, сокрытия, затемнения зрения, для сигнализации и маскировки смертоносных газов. Сигнальная ракета должна передавать приказ о начале боя, перемене фронта, вводе резервов и, наконец, об окончании сражения.

Дневные сигнальные дымы заменяются ночью яркими цветными огнями, которые должны иметь ту же окраску, как дневные дымы. Дымы в будущем явятся днем в виде облака, ночью в виде огненного столба, чтобы указывать дорогу сбившемуся с пути солдату на поле сражения, со всеми его ужасами, среди беспорядка, газов, дымов и пыли, всегда существующих во время хода сражений.

ГЛАВА ХХ

Зажигательные материалы

Известно, что желтый фосфор на воздухе самопроизвольно возгорается; отсюда логически вытекает, что его можно применять в качестве зажигательного средства. Практика показала, однако, что несмотря на бесспорное значение фосфора для воспламенения легко загорающихся материалов, в роде водорода в цеппелинах, бензина в баках на аэропланах или сухой травы и хвороста, он не имеет никакой цены для зажигания дерева или других материалов. Происходит это отчасти вследствие низкой температуры его горения, отчасти вследствие того, что продукт сгорания (фосфорный ангидрид) является прекрасным огнеупорным веществом. Поэтому фосфор применялся первоначально только для производства дымов.

Более пригодным зажигательным материалом оказался термит, т.-е. смесь алюминия и окиси железа. При горении он выделяет весьма быстро огромное количество тепла, а расплавленный шлак, образующийся при реакции, увеличивает его зажигательную силу. Взятый в отдельности, он представляет то неудобство, что действие его ограничивается небольшой площадке, и тепловая энергия, вследствие быстроты реакции, легко утрачивается.

По этой причине, обыкновенно, прибавляют к термиту легко воспламеняющиеся материалы, которые он зажигает и горение которых поддерживает. Были сделаны опыты с нефтяными маслами, сероуглеродом, продуктами перегонки дерева и другими горючими жидкостями. Окончательный результат опытов показал, что масла, сгущенные посредством прибавления мыл (натровые соли высших жирных кислот) по особому методу, разработанному Военно-Химической Службой, являются наиболее пригодным материалом. В некоторых опытах, при употреблении смеси термита с твердым маслом, было получено пламя высотою в пятнадцать футов, что может оказаться полезным при действии против стен, покрытий и пр.

В дополнение к этому типу зажигательных материалов желательно было иметь само-воспламеняющуюся смесь масел для употребления в снарядах Ливенса, Стокса или в аэропланных бомбах. Основой этой смеси служат топливная нефть и фосфор. Варьируя пропорции составных частей, возможно получить смесь, которая воспламеняется немедленно после экспозиции на воздух, или таковую, которая действует с замедлением от 30 секунд до 2 минут.

Введение металлического натрия придает смеси способность гореть при разбрызгивании на водной поверхности.

Зажигательные снаряды

В число зажигательных снарядов, употреблявшихся во время войны, входили аэро-бомбы, ручные гранаты, стрелы, снаряды и пули, оставляющие след, артиллерийские снаряды и огнеметы.

Бомбы

Зажигательные бомбы употреблялись почти исключительно воздушным флотом. Значение бомб, как снарядов, вызывающих пожары и производящих разрушения, было признано давно, но усовершенствование их конструкции шло очень медленным темпом. Чертежи все время менялись, хотя два типа считались наиболее пригодными: бомба малого калибра, подобная английской зажигательной бомбе Бэби, и бомба большого калибра, подобная французской Шенар или американской марки II.

Вообще бомбы, взрывающиеся при ударе и разбрасывающие небольшие зажигательные частицы на значительной площади, мало употребительны. Малые унитарные бомбы более действительны в виду того, что можно лучше регулировать их разбрасывание и тем самым более выгодно распределять зажигающие единицы.

Немецкие бомбы. Зажигательные бомбы обычно применялись немцами во время аэропланных рейдов одновременно с сильными разрывными бомбами. Типичное вооружение последней серии германских воздушных кораблей состояло из следующих снарядов:

2 — 660-фунтовых бомбы

10 — 220-фунтовых бомб

15 — 110-фунтовых бомб

20 — зажигательных бомб

всего весом около 2½ тонн.

Рис. 107.

Зажигательные снаряды.

Слева направо: бомба марки II, бомба марки BI, стрела марки I, стрела марки II, стрела марки I, ручная граната, бомба марки I.

Типичная германская бомба изображена на рис. 108. Главною частью ее является резервуар из жести (R) с центральной цинковой трубкой, впаянной так, что в собранном виде снаряд получает вид удлиненного, полого внутри сосуда. В центральную полость вставляется ударная трубка (T), сделанная из тонкого листового железа и пронизанная множеством круглых отверстий. Резервуар имеет около 445 mm. (17,6 дюйм.) вышины и 110 mm. (4,3 дюйма) наибольшего диаметра. Он обмотан просмоленной веревкой почти по всей своей наружной поверхности. Оперение бомбы (270 mm. или 10,6 дюйма в вышину) состоит из 3 наклонных крыльев, которые сообщают снаряду вращательное движение во время падения.

Рис. 108.

Аэропланная зажигательная бомба.

1. Разрез по ab.

2. Все размеры в миллиметрах.

Рис. 109.

Германская зажигательная бомба картечного типа.

1. Порох.

2. Вар.

3. Пыж.

4. Бумага.

5. Замедлитель.

6. Порох.

7. Терочный зажигатель.

Внутренность бомбы наполнена вязкой массой углеводородов, а в нижней части ее находится смесь хлорнокислого калия и парафина. Центральная трубка содержала, повидимому, смесь алюминия и серы.

В конце войны немцы стали употреблять бомбы рассеивающего типа (рис. 109), которые были способны давать 46 отдельных точек загорания. Каждый из 46 малых цилиндров содержал по 50 грамм воспламеняющегося на воздухе материала. Они укладывались рядами, в вперемежку с очень мелким ружейным порохом. Бомба воспламенялась посредством терочного приспособления, автоматически выдергиваемого в момент бросания снаряда с аэроплана. Бомба устроена так, чтобы она могла разрываться на воздухе, не ударясь о землю. Головная часть снаряда состоит из литой железной головки, прикрепленной к корпусу бомбы из листового железа. Когда происходит взрыв, головка отрывается, и мелкие воспламеняющие цилиндры разбрасываются в воздух.

Зажигательным материалом служила, вероятно, смесь азотнокислого бария и смолы. Ее зажигательная сила весьма невысока, и при горении получается небольшое быстро потухающее пламя. Эти снаряды, однако, имеет большое значение при поджигании горючих материалов.

Английские бомбы. Первоначальные английские бомбы были наполнены керосином и применялись без большого успеха для зажигания хлебного поля. Затем для атак, производимых воздушным флотом, стали употреблять фосфорные бомбы. Но наиболее действительным воспламеняющим аппаратом была, так называемая "зажигательная бомба Бэби", 6,5-унцовая бомба, начиненная специальным термитом. От 144 до 272 штук таких маленьких бомб помещалось в одном общем корпусе снаряда. Первоначально употреблявшиеся вместилища по размеру и весу походили на 50-фунтовые бризантные бомбы, позднейшие — на 120-фунтовые бомбы. Бомба содержала воспламенитель, весьма похожий на патрон дробового ружья; он помещался у основания снаряда и при помощи ударника взрывался, вызывая воспламенение заряда. Замечено, что зажигательные снарядики бомбы "Бэби" продолжают гореть, даже будучи погружены в жидкость (в том числе и в воду), и с глубины двух футов пламя выбрасывается на поверхность.

Французские бомбы. Французы употребляли три типа зажигательных бомб: термитную (калонит), Шенара и Давидсена. Бомба Шенара представляет собой тип большой мощности и дает очень хорошие результаты. Она действует посредством дистанционного механизма, приводимого в действие во время падения вывинчивающимся пропеллером и снаряд воспламеняется прежде, чем достигнет цели. Главным недостатком этой бомбы является малое количество зажигательного материала, которое она может вместить. Бомба Давидсена выбрасывает весь свой заряд сразу и считается менее сильной, чем бомба Шенара.

Американские бомбы. Программа Военно-Химической Службы включала в себе следующие три типа бомб:

Марка II. Зажигательная аэропланная бомба.

Марка III. Зажигательная аэропланная бомба.

Марка I. Рассеивающая (картечная) бомба.

Бомба марки II. Зажигательная бомба марка II предназначалась для сбрасывания с аэропланов и разрушения зданий, когда требовалась большая сила проникновения внутрь в связи с интенсивным воспламеняющим действием.

Бомба состоит из двух частей: корпуса и головки. Корпус представляет собой конический цинковый снаряд, вмещающий механизм запала, имеющий на узком конце хвост для регулирования полета, а на широком конце — нарезное кольцо, на которое навинчивается головка. Головке из тянутой стали придана соответственная форма для уменьшения сопротивления воздуха, и она сделана настолько прочно, что может проникать сквозь стены зданий легкой постройки.

Зажигание бомбы производится посредством заряда термита, вложенного в ее головку. Этот заряд термита воспламеняется при помощи "термитного воспламенителя" с черным порохом. Вспышка пороха производится обыкновенным патроном 0,30 калибра, заключенным в корпусе бомбы и взрывающимся посредством механизма ударного типа. Этот метод оказался совершенно неудовлетворительным и сложный механизм зажигания требует замены другим, более простым по действию. Корпус бомбы наполнен, сгущенным маслом. Термит нагревает стенки бомбы и, благодаря выделяемой им теплоте, масло обращается в жидкость. Дополнительное тепло дает азотнокислый натр, содержащийся в головке под термитом, а два цилиндра из листового свинца наполнены металлическим натрием и вложены в сгущенное масло. Натрий увеличивает трудность тушения огня водою.

Рис. 110.

Заполнение бомбы "твердым" маслом.

Бомба марки III. Эта бомба имеет более крупный размер, чем бомба марки II; ее вес приблизительно равен 100 фунтам, в то время как бомба марки II весит 40 фунтов. Она назначалась для бросания с аэропланов и проникания внутрь зданий. Система ее действия та же самая, как и бомбы марки II, и она имеет те же недостатки в механизме запала.

Бомба марки I (картечный тип).

Бомба марки I была предназначена также для метания с аэропланов и зажигания хлебных полей, складов со снарядами, легких построек и тому подобных целей, где для достижения желаемых результатов не требуется интенсивного выделения тепла. Эта бомба принадлежит к так называемому картечному типу, и при разряде горючий материал разбрасывается на площади радиусом в 20 футов от точки разрыва.

Пожары производятся выбрасыванием из бомбы отдельных зажигателей, что достигается при помощи взрыва черного пороха, помещенного в головной части снаряда. Взрыв воспламеняет отдельные зажигатели. Заряд пороха, помещенного в нижней части бомбы, действует одновременно с зарядом головки, развертывая стенки бомбы и содействуя разбрасыванию зажигающих единиц. Бомба снабжена сверхчувствительной ударной трубкой (с выдающимся стержнем) и взрывается только близко от земли, вследствие чего отдельные зажигатели рассеиваются широко по поверхности земли.

Зажигатели представляют собой полые шары, около 2,5 дюйма в диаметре, с средним весом около 2,5 унций, крепко обвязанные по наружной поверхности веревкой. Эти шары пропитаны особой масляной смесью, состоящей из сероуглерода и неочищенного скипидара, или сероуглерода, нефтяных остатков и неочищенного керосина, и дают вполне удовлетворительные результаты. В последних опытах пытались заменить полые шары твердым маслом, но трудности производства и перевозки говорят против этих изменений.

Такие бомбы не употреблялись на фронте. Почти все американские зажигательные бомбы оказались слишком легкими в головной и нижней части, следствием чего являлась деформация при ударе и очень слабые результаты. Новые типы бомб обладают большей прочностью.

Зажигательные стрелы.

Англичане, сознавая значение бомб малого калибра, ввели в употребление тип В. I. В. (Baby Incendiary Bomb), весивший только 6,5 унций. Эти бомбы выбрасываются по 100 и более штук, так что, буквально, поливают огнем данную территорию. Сила производимого ими огня в каждом отдельном пункте гораздо слабее силы, получаемой от бомб более крупного калибра, но зато увеличение бомбардируемой площади вполне уравновешивает этот недостаток. В то время, как англичане стремились усовершенствовать универсальный тип бомбы, американцы старались создать два типа бомб: один — для уничтожения хлебных полей и лесов, другой — для разрушении зданий.

Первый тип был назван стрелой марка I. Он состоял из удлиненного дробового цилиндра 12-ro калибра, наполненного воспламеняющимся материалом и снабженного ударным механизмом, чтобы зажечь капсюль, когда стрела коснется земли. Огонь капсюля передается дополнительному воспламенителю, который в свою очередь поджигает горючий материал. Последний горит в продолжение нескольких минут высоким пламенем. К хвосту стрелы прикреплен стабилизатор, служащий для двойной цели: он обеспечивает правильное функционирование механизма запала и, замедляя скорость снаряда, предохраняет корпус его от порчи при бросании с большой высоты.

Горючая смесь дает высокое пламя с высокой температурой, горит несколько минут и оставляет очень мало золы. Обыкновенно, она состоит из веществ, окисляющих (хлоратов бария или натрия), восстановляющих (алюминия или смеси железа, алюминия и магния), заполняющих (смола, истолченный в порошок асфальт или нафталин) и, в некоторых случаях, связующих (асфальт, лак или олифа).

Стрела марки II была конструирована с целью дать снаряд малого калибра, способный проникать внутрь зданий.

Она состоит из цинкового цилиндра, диаметром в 2 дюйма, наполненного в качестве зажигающего материала термитом и сгущенным маслом, и снабжена чугунной головкой для большей силы проникания. В течение первой пол-минуты после зажигания, термит расплавляет железо снаряда, легко проникающего в строения с большой силой и доставляющего раскаленную поверхность для масла, которое горит в течение 10 минут. Этот метательный снаряд имеет перед стрелой марки I преимущество — большую силу проникания, а перед бомбой марки II — меньший размер и вес.

Зажигательные снаряды

Зажигательные снаряды применялись с большим успехом против воздушного флота и иногда для бомбардировки воспламеняющихся земных целей. Снаряды для действия по воздушному флоту имеют малый калибр и обыкновенно являются зажигательными снарядами, оставляющими след своей траектории. Они наполнены пиротехническими смесями, которые воспламеняются в момент выстрела или с замедлением и весьма пригодны для действия против легко воспламеняющихся материалов. Снаряды, наполненные термитом, который при взрыве разбрасывает расплавленное железо, употреблялись против воздушного флота и наземных целей, но без большого успеха. Снаряды крупного калибра, которые воспламеняются при ударе и разбрасывают горящие единицы, оказались довольно пригодными для стрельбы по наземным целям. Оставляющий след своей траектории трассирующий снаряд содержит такие смеси, как азотнокислый барий, магний и шеллак или сурик с магнием.

Зажигательные пули

Зажигающие пули могут действовать только по легко воспламеняющейся материалам и поэтому употреблялись, главным образом, для воздушной борьбы, с целью зажечь водород газовых балонов или бензин. В настоящее время существует тенденция к употреблению пули более крупного калибра (11 mm), вследствие ее более сильного воспламеняющего действия.

Зажигающим материалом служил или желтый фосфор или особая зажигающая смесь, состоящая из окислителя и горючего материала или смеси горючих веществ. Белые пули, чертящие белую траекторию, содержали смесь перекиси бария и магния; красные — сверх того азотнокислый и хлористый стронций или перекись.

Зажигательные ручные гранаты

Хотя употребление зажигательных гранат и других воспламеняющих снарядов малого калибра имеет очень ограниченные пределы, но этот род оружия оказался очень пригодным для позиционной войны. Гранаты могут применяться для поджигания воспламеняющихся материалов, а также при наступательных и оборонительных операциях.

Фосфорные гранаты, служившие, главным образом, для образования дымов, имеют большую ценность, так же как зажигающее средство.

Гранаты с термитом употреблялись обыкновенно для того, чтобы привести в негодность пушки или другие металлические части вооружения, которые приходилось бросать. Они дают возможность авиаторам, которым пришлось снизиться вследствие порчи мотора на неприятельской территории, уничтожить свои аэропланы. Их применяли также для воспламенения горючих жидкостей, вылитых в убежища или разбрызганных огнеметами.

Ручная граната марки I была приспособлена для сжигания складов неприятельских боевых припасов и уничтожения хвороста или других материалов, расположенных впереди траншей, или для атаки убежищ. Обыкновенная ручная граната до половины заполнена термитом, а другую половину ее занимает целлулоидный резервуар, содержащий сгущенное горючее масло. Граната воспламеняется посредством терочного приспособления, помещенного в пробке гранаты. Огонь передается особому воспламенителю, который в свою очередь зажигает заряд термита. Образующееся расплавленное железо быстро проникает внутрь гранаты, воспламеняя целлулоидную коробку и ее содержимое. Масло горит в течение приблизительно трех с половиной минут. Эта граната никогда не применялась, так как считалось, что действие гранаты, состоящей из одного только термита, сильнее.

Снаряды для минометов.

Специальные зажигательные снаряды были изобретены для метания из минометов Стокса и газометов Ливенса. Термит употреблялся лишь для снарядов Стокса. Снаряды для газометов Ливенса были наполнены зажигателями (куски джута, пропитанного хлоратом), погруженными в смесь осветительных масел. Выпущенный из газомета в неприятельский окоп снаряд при взрыве давал большой огонь и разбрасывал зажигатели на площади в сорок ярдов. Снаряд марки II, предназначенный для зажигания легко воспламеняющихся веществ, представлял видоизмененный 8-ми-дюймовый газовый снаряд Ливенса, наполненный зажигателями, состоявшими из кусков джута, пропитанных хлоратами и сгущенным маслом, которые были погружены в легко возгорающееся масло. По истечении небольшого промежутка времени после выстрела, зажигатели вспыхивают и бурно горят в течение нескольких минут. Без применения большого количества воды почти невозможно погасить горящий снаряд. Подобные бомбы получили лишь очень ограниченное применение, так что вообще вопрос о том, имеет ли они какое-либо реальное значение, остается открытым.

Рис. 111.

Германская 8 м.м. зажигательная пуля.

1. Оболочка из мягкой стали, покрытая медью снаружи и внутри.

2. Желтый фосфор.

3. Свинец.

4. Плавкая пробка.

5. Свинец.

6. Красный лак.

Рис. 112.

Германский зажигательный синий карандаш.

1. Свинец.

2. Стеклянная ампулка, наполненная серной кислотой.

3. Навернутый свинцовый лист.

4. Целлулоидная трубка с бертолетовой солью.

5. Пробка из пробкового дерева.

6. Свинец.

Германский синий карандаш

Очень интересный и курьезный зажигательный аппарат был придуман немцами в виде карандаша. Будучи похожим по своей внешности на обыкновенный синий карандаш, заостренный с одного конца, аппарат этот отличается от последнего только небольшим, почти незаметным острием, помещенным на внешней стороне, в расстоянии 11 миллиметров от незаостренного конца. Карандаш имеет 175 миллиметров в длину, диаметр его 11,1 миллиметра и вес от 12 до 13 грамм. Внутренность карандаша содержит стеклянную ампулу с двумя отделениями, наполненную серной кислотой, и целлулоидную трубочку с бертолетовой солью. Стеклянная ампула оканчивается капилляром и, если сломать последний, то кислота приходит в соприкосновение с бертолетовой солью и вызывает взрыв. Оба вещества разделены друг от друга слоем глины, что вызывает задержку в действии снаряда приблизительно на 30 минут. Пользующийся карандашом ломает кончик ампулы, втыкает карандаш вертикально в горючее вещество и затем имеет в своем распоряжении полчаса, в течение которых может скрыться до появления огня. Он срезает можем карандаш в двух сантиметрах от его конца и, если бы даже его поймали на месте преступления, он имел бы вид человека, очиняющего свой карандаш.

Огнемет

Среди неудачных типов оружия, изобретенных во время последней войны, огнемет или, как немцы называют его, Flammenwerfer[29], является, вероятно, одним из наиболее интересных. Своим происхождением, если верить германскому рассказу, он обязан простой случайности. Один офицер, во время маневров, в мирное время, получил приказание удержать фронт во что бы то ни стало. Употребив во время мнимого боя все средства, бывшие в его распоряжении, он в конце концов вызвал пожарных и направил струи воды на атакующих. Впоследствии, во время разбора боя в присутствии кайзера, офицер указал, что он подвергнул атаковавших действию струй кипящего масла. Кайзер тотчас же спросил, является ли такая вещь возможной, и получил уверение в том, что она совершенно осуществима.

Понадобился длинный ряд опытов, прежде чем была найдена удовлетворительная смесь масел, которую можно было бы выбрасывать в неприятеля в виде огня, но эти опыты увенчались в конце концов успехом. Однако, в отличие от ядовитых газов, огнемет не зарекомендовал себя в качестве удачного оружия войны. Действительно, в начале огнеметы имели кажущийся успех, но только до тех пор, пока солдаты не узнали их действительные свойства. При первой атаке союзники были поражены, и огонь привел войска в замешательство. Оульд рассказывает об одной из первых атак (29 июля 1915 г.), когда совершенно неожиданно первые линии войск на фронте были охвачены пламенем. Не было видно откуда появился огонь. Солдаты видели только, что их как будто окружило неистовое крутящееся пламя, которое сопровождалось громким ревом и густыми облаками черного дыма; то там, то сям в окопы или головы сап падали крупные капли кипящего масла. Крики и вой раздирали воздух, когда отдельные солдаты, поднимаясь в окопах или пытаясь продвинуться на открытое место, ощущали на себе силу огня. Единственное спасение, казалось, было в том, чтобы бежать назад; к этому и прибегли уцелевшие солдаты. На небольшом пространстве пламя преследовало их, и местное отступление превратилось в местное бегство, тогда как от последовавшей за сим бомбардировки, насколько известно, вернулся только один человек.

Рис. 113.

Огнеметная атака.

Рисунок 113, изображающий огнеметы в действии, показывает, что солдаты не заслужили порицания за свое отступление. Следует только представить себе, что в них была направлена струя пламени, похожая на струю нефтяной форсунка от самого большого парового котла, при том струя длиной приблизительно в 60 футов, которая могла менять свое направление подобно тому, как можно поливать струей воды из пожарного рукава.

Впоследствии, когда солдаты более близко познакомились с действием этого прибора, отношение к нему изменилось, хотя он все же остался большим испытанием для нервной системы. Оказалось, что пламя, в отличие от газа, не может быть опасным для человека на дне окопов, и если он припадет ко дну, то голова его может ощущать сильный жар в продолжение одной минуты или около этого, после чего опасность быстро проходит, и солдат может стрелять в того, кто только что причинил ему такое беспокойство.

В то время как майор Р., изобретатель "пламемета", пользовался большой популярностью среди своих солдат и назывался "властелином ада", союзники, без сомнения, не разделяли этих взглядов. Их правилом было: "застрели, если возможно, человека, снабженного огнеметом, прежде чем он успеет подойти на расстояние действия своего аппарата. Если это нельзя сделать, укройся от огня и застрели его потом".

У германцев было несколько типов огнеметов, которые могут быть разделены на малые или переносные и большие или стационарные огнеметы.

Переносный огнемет состоял из цилиндра листовой стали с двумя отделениями; в одном заключался сжатый азот, в другом — масло. Давление, производимое азотом, выбрасывало масло через гибкий рукав. Воздух не должен был применяться, так как его кислород мог образовать с парами масла взрывчатую смесь, которая при повышении температуры под давлением могла стать гибельной для того, кто пользовался аппаратом. При заряжении цилиндра давление доводят приблизительно до 23 атмосфер. Азот, повидимому, доставлялся на поле сражения в больших вместилищах, и огнеметы заряжались в окопах.

Рис. 114.

Малый огнемет.

Состав масел, который употреблялся в огнеметах, изменялся от времени до времени, но постоянно содержал смесь легко летучих и тяжелых, т.-е. менее летучих погонов керосина или минеральных масел. Смесь эта была весьма тщательно перемешана. В некоторых случаях в цилиндрах находили даже обыкновенный, употребляемый в торговле, эфир.

Наиболее интересной частью огнемета является зажигательное приспособление. Последнее устроено так, что масло загорается само собой, в момент выпуска струи, и горение поддерживается бурно кипящей смесью, которой хватает на все время, пока происходит разряд прибора. Смесь состоит из азотнокислого бария, азотнокислого калия, металлического магния и древесного угля, с примесью смолистых веществ. Запал содержит черный порох и металлический магний.

Когда масло выбрасывается из трубки, оно выталкивает стержень, который при помощи терочного механизма поджигает бурно горящую смесь.

Расстояние, на которое действует это малый огнемет, достигает 14–17 метров (от 17 до 20 ярдов), но время действия огня редко превышает минуту.

В позднейшей модели одна выводная трубка служила для. выпуска трех резервуаров. После разряда одного, трубка прикреплялась поочередно к двум другим. Этот аппарат назывался "Wx" огнеметом (interchangeable). Таким путем группа из трех человек могла нести 58 пинт горючего масла. Однако, является вопросом, может ли третий человек рассчитывать остаться в живых, чтобы пустить в действие свой: прибор.

Тот факт, что окопы в первое время войны были часто близки друг к другу, сделал возможным применение больших или постоянных огнеметов. Эти последние состояли из стального резервуара в 3 1/3 фута высоты и 1 2/3 фута в диаметре, весом около 250 фунтов, который мог быть соединен с двумя стальными цилиндрами, содержавшими сжатый азот. Резервуар вмещал 180 литров (40 галлонов) жидкости и действовал под давлением в 15 атмосфер. Металлическая трубка, длиной в три фута, была снабжена наконечником, отверстие которого имело диаметр около 5/16 дюйма. Дальность действия этого прибора была от 33 до 40 ярдов, а продолжительность огня от одной до двух минут. Вследствие сравнительно небольшой дальности расстояния, на которое действовали эти огнеметы, и той легкости, с которой они могли быть уничтожены, если расположение их становилось известным неприятелю, применение их было весьма ограниченным.

Рис. 115.

Огнемет Бойда.

1. Калибрующий кран.

2. Регулятор давления.

3. Плечевые ремни.

4. Воспламенитель водорода.

5. Водородная трубка.

6. Клапан.

Даже при переносном огнемете наиболее трудным вопросом было подойти достаточно близко к цели, чтобы сделать выпуск огня действительным. Другим серьезным недостатком являлась кратковременность срока действия. Невозможно было производить перезаряжение аппаратов, на месте боя, вследствие чего, по прекращении первого огнеметания, вся игра должна была считаться конченной, и оперировавшие лица попадали во власть противника.

Изложенные факты позволяют видеть, что служба в огнеметных полках, очевидно, являлась родом наказания. Солдаты, осужденные за проступки в других полках, переводились сюда или на время или на постоянную службу, и их заставляли под страхом смерти идти на самые отчаянные предприятия и выполнять самую опасную работу. В итоге можно сказать, что огнемет был одной из самых крупных ошибок среди много обещавших изобретений, испытанных в крупном масштабе на войне.

ГЛАВА XXI

Фармакология боевых газов

Фармакология боевых газов играет столь существенную роль в химической войне, что быть может уместно дать краткое описание методов, употребляемых для исследования газов на ядовитость и другие фармакологические свойства.

Военные газы могут быть разделены на две группы: стойкие и нестойкие; эти группы распадаются в свою очередь на несколько классов:

1. Смертоносные.

2. Слезоточивые.

3. Чихательные.

4. Специальные.

Каждый класс нуждается в специальном исследовании для того, чтобы определить степень его пригодности для дальнейшего усовершенствования.

Ядовитость (токсичность)

Одним из первых пунктов, который должен быть тщательно установлен при испытании вещества, есть степень его ядовитости. Такое исследование является необходимым по следующим соображениям:

1. Для определения, какие концентрации газа опасны на поле сражения.

2. Для установления конструкций аппаратов, которые могли бы дать удовлетворительную защиту против газа.

3. Для установления оснований экспериментальных работ по вопросу о лечении газовых отравлений.

4. Для оценки материала в смысле его пригодности для дальнейшего усовершенствования лабораторным или заводским путем.

Эти условия вызывают необходимость определения ядовитости вещества в парообразном состоянии, но не обычным способом вдыхания его через рот, впрыскивания под кожу или введением в кровь (в вены). Самым простым способом определения ядовитости вещества в парообразном состоянии было бы помещение животного в непроницаемый ящик, в котором находится определенное количество вещества в состоянии пара. Но при этом способе концентрация может быть точно установлена разве только при наличии химического анализа, хотя и тогда найденные количества оказываются гораздо меньшими, чем высчитанные на основании введенных веществ. Это происходит вследствие конденсации газа на стенках камеры, поглощения его кожей и волосами животного, а в некоторых случаях также от разложения вещества влагой воздуха. Сверх того найдено, что концентрация заметно уменьшается с течением времени. Вследствие этих факторов цифры концентраций представляются более или менее приблизительными. Чтобы преодолеть эти трудности, применяется камера, через которую протекает непрерывная струя воздуха, содержащего определенное, известное количество ядовитого пара. Такой прибор показан на рис. 116.

Склянка E представляет колбу Эрленмейера в 300 куб. сант., с опущенной на ее дно трубкой. Подлежащая испытанию жидкость помещается в эту склянку, вместе с достаточным количеством стеклянной ваты, для предупреждения разбрызгивания и механического переноса капель жидкости. Воздух пропускается через А и С (осушители с хлористым кальцием), и скорость течения измеряется флометром (тягомером) D. Перед поступлением в камеру d воздух и газ смешиваются в F. Камера сделана из зеркального стекла, непроницаема для воздуха и имеет об'ем около 100 литров. Ток воздуха и газа, проходящий через ящик, поддерживается при постоянной скорости 250 литров в минуту и измеряется при Н. Газ удаляется через сосуд К, который наполнен древесным углем и едким натром, чтобы только небольшое количество газа могло попадать в насос.

Взвешивая колбу F и ее содержимое до и после пропускания воздуха и зная общий об'ем смеси, прошедший через камеру в течение того же самого времени, можно легко вычислить концентрацию вещества. Эта концентрация, определенная по методу "потери в весе", может быть проверена путем химического анализа (пробы берутся у М — М). Этот способ, как было найдено, дает точные величины. Постоянная концентрация в камере устанавливается через 30–40 секунд после того, как прибор пущен в действие.

Рис. 116.

Камера с непрерывным течением газа для животных.

1. Давление воздуха.

2. Отсасывание.

При струе в 250 литров в минуту упомянутые выше погрешности уменьшаются настолько, что практически ими можно пренебречь.

Все испытания ядовитости на мышах продолжались в течение 10 минут, тогда как собаки подвергались действию в. течение 30 минут. В случае, если животное не умирало в. течении указанного времени экспозиции, его подвергали наблюдению в течение нескольких дней. Ядовитость и все другие данных выражаются в милиграммах газа на литр воздуха, хотя расчет на миллион (p. p. m.) сначала применялся часто.

Другим пунктом затруднения являлось большое индивидуальное различие восприимчивости животных. Вероятно, при вдыхании оно более значительно, чем при введении яда под кожу или в вены. Необходимо большое количество животных для определения ядовитости газа, при чем ядовитость для различных видов может изменяться, и, так как конечной целью является установление ядовитости для человека, то опыты должны быть произведены над большим количеством разных пород. Если ядовитость очень сильно разнится для различных животных, то трудно прийти к окончательному выводу относительно ядовитости для человека.

При экспозициях, превышающих тридцать минут, смертоносная концентрация обыкновенно становится ниже вследствие кумулятивного эффекта. Это положение не оправдывается для синильной кислоты. Если ее концентрация недостаточно сильна для того, чтобы убить сразу, то животное может выдерживать ее почти бесконечно. Кумулятивность действия зависит от скорости, с которой организм уничтожает или удаляет яд. Если яд удаляется с такой же скоростью, с какой он воспринимается, то концентрация в тканях не может увеличиваться. Установлено, например, что количество никотина в сигаре убило бы человека, будучи принято сразу в виде одной дозы. Если же оно растягивается на двадцать минут, то разложение никотина или его удаление из организма происходит так быстро, что никакого вредного действия не замечается.

Другим интересным явлением при действии ядовитых газов является тот факт, что в большинстве случаев предварительная экспозиция животного действию какой-либо концентрации газа, не вызывающей смертельного исхода, не изменяет его чувствительности к последующим экспозициям. Это открытие было совершенно неожиданным, так как известно, что при действии раздражающих газов, в особенности слезоточивых, люди постепенно приспособляются переносить гораздо более высокие концентрации, чем они могли это делать сначала. Принимая во внимание наблюдения, произведенные над лицами, принимающими мышьяк, вполне возможно предполагать, что опыты, не показавшие приспособляемость к ядовитым газам, были недостаточно длительными, чтобы дать положительные результаты.

Не только восприимчивость различных животных одного вида сильно различается по отношению к определенному газу, но и восприимчивость различных видов к разным газам совершенно неодинакова. Таким образом, в то время как действие некоторых газов на мышей совершенно тождественно с действием их на человека, для других газов это отношение является совершенно неверным.

Лакриматоры

В то время как определение смертельной концентрации ядовитых газов на человеке недопустимо, такого рода испытания возможны для установления концентрации газов, вызывающих слезотечение. "Начальной концентрацией" называется количество газа, при котором две трети наблюдателей испытывают раздражение газа. Количество, вызывающее, слезотечение, значительно выше "начальной концентрации".

Рис. 117.

Воздушный прибор для испытания слезоточивых газов.

1. Впуск воздуха.

2. Отсасывание.

3. Сухой профильтрованный воздух под давлением.

4. Разрез.

5. План по Е.

6. Чертеж без соблюдения масштаба.

Весьма удобный способ определения количества газа, вызывающего слезотечение, показан на рис. 117. Ток воздуха измеряется при А, откуда он проходит в виде пузырьков через лакриматор, помещенный в сосуде B. Воздух и газ смешивается в D и переходят в герметически закрытую камеру E со стеклянными стенками, об'ем которой приблизительно равен 150 литрам. Газ удаляется через Ef путем высасывания, а об'ем газовой смеси измеряется флометром Г.

Рис. 118.

Образцы наконечников распылителей.

1. Французский распылитель, без масштаба, почти в натуральную величину.

2. Воздух под давлением.

3. Разрез сбоку, эскиз без соблюдения масштаба.

4. Почти в натуральную величину.

5. Разрез спереди.

После того, как аппарат находился несколько минут в действии, и концентрация газа успела установиться, испытуемому делаются указания, как надеть маску, прикрепленную к Н, и как отмечать свои наблюдения. Руководящий опытом становится в такое положение, что может управлять краном Н, без того, чтобы это было заметно испытуемому. После вдыхания в течение некоторого времени чистого воздуха (кран H имеет два хода, из которых один дает соединение е воздухом через J, другой с камерой через Eg), для того, чтобы дать возможность свыкнуться с маской и устранить всякие "психологические явления", испытуемому пускают для вдыхания газовую смесь в течение максимум трех минут. Если ожидаемые явления наступают в меньший срок, то опыт прекращается немедленно после их наступления.

Для точности испытания необходимо иметь чистое вещество, притом насколько возможно летучее. Смеси при этом способе не могут быть исследованы. В случае сложности состава смеси необходимо испытать каждое вещество в отдельности и пропускать пары всех компонентов одновременно в камеру E для смешения.

Метод разбрызгивания также может применяться с удовлетворительными результатами. Типы разбрызгивателей показаны на рис. 118,

Запахи

Для обнаружения слабых концентраций газа на полях сражений является необходимым знать минимальное количество газа, которое может быть уловлено по запаху. В некоторых случаях такое испытание является более тонким, чем какой бы то ни было разработанный до сего времени химический анализ.

Запахи могут быть разделены на два класса: одни — настоящие, другие — вызывающие слабое раздражение. Под настоящим запахом разумеется определенное раздражение обонятельного нерва, дающее впечатление более или менее характерное для каждого пахнущего вещества. Слабым раздражением называется чувство, смешиваемое непривычным наблюдателем с запахом, которое в действительности является легким раздражением концов чувствительных нервов носа. Этот, так называемый запах не является характеристичным и в более высоких концентрациях неизменно вызывает раздражение носа.

Настоящие запахи дают меркаптаны, горчичный газ, бром-ацетон, акролеин, хлор и аммиак. Веществами, вызывающими слабое раздражение, являются хлор-ацетон, метил-ди-хлор-арсин, этил-иодо-ацетат и хлор-пикрин.

Для исследования запаха употребляется тот же самый прибор, как и для веществ, вызывающих слезотечение. Время испытания ограничивается З0 секундами, так как подвергаемый испытанию суб’ект обычно обнаруживает присутствие запаха при первом или втором вдыхании.

В связи с этим недавняя рабата. Аллисона и Катца (J. Ind. Eng. Chem. 11, 336, 1919) представляет большой интерес. Они изобрели прибор "одорометр", для измерения интенсивности запаха в различных концентрациях с воздухом, Он основан на указанном выше принципе. Измеренный об’ем воздуха пропускают через испытуемую жидкость и разбавляют до определенной концентрации. Смесь проходит затем в резиновую трубку со стеклянной воронкой у открытого конца. Для определения интенсивности запаха производится только одно вдыхание смеси. Отметка, соответствующая силе запаха, зависит от чувствительности и индивидуального суждения, лица, производящего опыт; но если ряд испытаний произведен одним лицом, то результаты, как было найдено, получаются вполне удовлетворительные (см. таблицы на стр. 404–407).

Вещества, раздражающие кожу

Вещества, способные производить ожоги кожи, изучаются на животных и людях. Ди-хлор-этил-сульфид (горчичный газ) применялся в качестве основания для сравнений. Пригодными являются разные способы.

Прямое применение. Этот способ заключается в непосредственном наложении самого соединения на кожу, при чем употребляется определенное количество (0,005 куб. сант. или 0,005 миллигр.) на определенную площадь (5 кв. сантиметров) кожи. Такое количество горчичного газа производит жестокие ожоги на животных. При этом не принимают ни каких предосторожностей для уменьшения поверхностного испарения кожи, так как считается, что такое испытание весьма близко к условиям боевой жизни.

ТАБЛИЦА I. Физические и физиологические свойства химических веществ, употребляемых в качестве запахов.

Химические вещества

Температура кипения С°

Температура плавления С°

Характер запаха

Физиологические свойства паров

Примечания

Амил-ацетат

148

— 75

Банановое масло

Безвредный

Приятен для большинства, неприятен для некоторых

Этил-ацетат

77,4

— 83,8

Фруктовый, приятный

Безвредный

Амиловый спирт

137,8

–

Спиртовой

Безвредный

Масляная кислота

162,3

— 7,9

Весьма неприятный

Безвредный

Валериановая кислота

186,4

— 58,5

Весьма неприятный

Безвредный

Этиловый эфир

35

— 112,6

Острый

Усыпляющий

Фенил-изо-цианид

165

–

Весьма неприятный

Неизвестно

Аллил-изо-тио-цианат

151

–

Горч. масло, неприятный

Слезоточивый и ядовитый

Метил-изо-тин-цианат

119

34

Горч. масло, неприятный

Слезоточивый и ядовитый

Амил-изо-валерат

190

–

Весьма неприятный

Безвредный

Бутил-меркаптан

97

–

Весьма неприятный

Безвредный

Изобутил-меркаптан

88

–

Весьма неприятный

Неизвестно

Вероятно безвредный

Этил-меркаптан

37

— 144,4

Весьма неприятный

Безвредный

Пропил-меркаптан

67

–

Весьма неприятный

Неизвестно

Вероятно безвредный

Метил-силицилат

222,2

— 8,3

Масло зимолюбки, приятн.

Безвредный

Тио-амиловый эфир

95-98

–

Весьма неприятный

Неизвестно

Вероятно безвредный

Тио-этиловый эфир

92

— 99,5

Весьма неприятный

Неизвестно

Вероятно безвредный

Четырех-хлор. углерод

76,74

— 19,5

Сладковатый, неприятн.

Безвредный

Хлороформ

62

— 63,2

Сладковатый, приятный

Усыпляющий

Иодоформ

Разлагается

119

Неприятный

Безвредный

Искусствен. мускус

–

–

Приятный

Безвредный

Неприятный в высоких концентрациях

Нитро-бензол

209,4

— 5,71

Миндальный, приятный

Ядовитый

Мятное масло

–

–

Приятный

Безвредный

Пиридин

115,2

— 42

Весьма неприятный

Ядовитый

ТАБЛИЦА II. Результаты измерения интенсивности действия разных запахов.

Химические вещества

Об'емы химических газов, растворенных миллионе об'емов воздуха. Интенсивность запаха

Количества химических веществ в миллиграммах на 1 куб. фут воздуха. Интенсивность запаха

Количества химических веществ в mg. на литр воздуха. Интенсивность запаха

Едва заметный

Слабый

Точно определяемый

Сильный

Очень сильный

Едва заметный

Слабый

Точно определяемый

Сильный

Очень сильный

Едва заметный

Слабый

Точно определяемый

Сильный

Очень сильный

Амил-ацетат

7

10

13

90

246

1,1

1,5

2

14

38

0,039

0,053

0,067

0,478

1,326

Этил-ацетат

190

339

615

1236

1753

19,4

34,6

63

126

191

0,686

1,224

2,219

4,457

6,733

Амиловый спирт

63

83

123

439

601

6,4

8,5

13

45

61

0,225

0,300

0,442

1,581

2,167

Масляная кислота

2,4

6

18

91

161

0,3

0,6

2

9

16

0,009

0,021

0,066

0,329

0,580

Валериановая кислота

7

29

125

332

962

0,8

3,4

15

39

114

0,029

0,119

0,523

1,394

4,036

Этиловый эфир

1923

3352

4927

5825

19982

165,1

287,7

423

500

1715

5,833

10,167

14,944

17,6667

60,600

Бутил-меркаптан

6

12

18

38

56

0,5

1,0

2

3

5

0,018

0,037

0,055

0,120

0,177

Изобутил-меркаптан

3,5

5

7

11

16

0,2

0,5

0,7

1

2

0,008

0,018

0,025

0,041

0,060

Этил-меркаптан

18

35

73

141

198

1,3

2,5

5

10

14

0,046

0,088

0,186

0,357

0,501

Пропил-меркаптан

2

7

9

14

17

0,2

0,6

0,8

1,2

1,6

0,006

0,020

0,028

0,043

0,054

Тио-амиловый эфир

0,2

1

1,6

1,7

2,2

0,04

0,2

0,3

0,4

0,5

0,001

0,007

0,0115

0,012

0,015

Тио-этиловый эфир

3

12

29

61

74

0,3

1,2

3

6

8

0,012

0,042

0,107

0,223

0,271

Аллил-изо-тио-цианат

2

3

6

8

50

0,2

0,3

0,7

0,9

6

0,008

0,012

0,024

0,030

0,201

Метил-изо-тио-цианат

5

13

23

36

48

0,4

1,1

2

3

4

0,015

0,039

0,067

0,108

0,144

Амил-изо-валерат

1,7

3

8

10

12

0,4

0,5

1

2

2,3

0,012

0,018

0,039

0,072

0,082

Четыреххлорист. углер.

718

1461

1588

4964

6091

128

200

283

886

1087

4,533

9,222

10,024

31,333

38,414

Хлороформ

674

1389

2600

5887

9528

93

192

360

816

1327

3,300

6,800

12,733

28,833

46,666

Иодоформ

1,1*

–

–

–

–

0,5*

–

–

–

–

0,018*

–

–

–

–

Искусств. мускус

–

–

–

–

–

0,001*

–

–

–

–

0,00004*

–

–

–

–

Нитро-бензол

29

36

44

114

296

4

5

6

16

42

0,146

0,178

0,222

0,563

1,493

Фенил-изо-цианид

0,5

1

3

10

25

0,06

0,1

0,4

1

3

0,002

0,005

0,013

0,042

0,105

Пиридин

10

45

93

700

1764

0,9

4

9

64

162

0,032

0,146

0,301

2,265

5,710

Метил-салицилат

16,1

23

29

244*

–

2,8

4

5

43*

–

0,100

0,145

0,179

1,526*

–

Мятное масло

–

–

–

–

–

0,68

0,9

3

9,5

9,9

0,024

0,032

0,109

0,332

0,348

* Максимум полученной концентрации.

Испытания парами. Испытание парами летучих соединений проще всего производится при помощи небольшого количества вещества, помещенного на кусочек ваты, находящейся на дне пробирки, заключенной в пробирку большого размера, играющую роль воздушного кожуха. По прошествии приблизительно часа, при комнатной температуре, отверстие пробирки прикладывают к коже. Концентрация неизвестна, но опыт ведется практически с насыщенными парами вещества. Если тридцати — шестидесяти минутное действие не производит никакого эффекта; то можно безошибочно принять, что соединение недостаточно активно, чтобы быть пригодным в качестве вещества, раздражающего кожу.

Рис. 119.

Прибор для испытания раздражаемости кожи парами.

1. Тягомер.

2. Тягомер.

3. Винтовой зажим.

4. Стеклянная вата.

5. Воздух под давлением.

6. Стеклянная вата.

7. Винтовой зажим для контроля.

8. Винтовой зажим.

9. Поток воздуха с постоянной скоростью через газ.

10. Воздух для разбавления.

11 и 12. Стеклянная рукоятка для предотвращения нагревания газа.

13. Трубка, прикладываемая к коже.

14. Термометр.

15. Газ у дрекселе.

16. Водная ванна.

17. А закрывается пробкой, когда не находится в употреблении. При употреблении прикладывается к коже.

18. Поглотитель для анализа.

Если желают получить количественные результаты, то пользуются прибором, показанным на рис. 119. Сухой воздух пузырьками проходит через сосуд с испытуемым веществом, соединенный с целой серией стеклянных трубок, прикладываемых к коже. Концентрация определяется обычным путем. Трубки, прикладываемые к коже, представляют каждая небольшой цилиндр, от 1,5 до 2 сантим. в диаметре и приблизительно 4 сантиметра в длину и имеют стеклянную рукоятку у верхней части; диаметр отверстия равен 1 сантиметру. Если концентрация газа постоянна, то наложение на кожу может производиться в течение любого избранного промежутка времени. Сила раздражения кожи определяется сравнением процента положительных ответов, полученных при испытании равных концентраций исследуемого пара и горчичного газа, как образца.

Метод прикосновения. Этот метод заключается в том, что маленькая стеклянная палочка с вытянутым на подобие иглы острием погружается на 1 миллиметр в испытуемое вещество и затем, быстро подносится к коже. Этот способ является только качественным.

Употребление растворов. Для определения наименьших концентраций вещества, способных производить раздражение кожи и относительной силы этого действия для различных веществ, можно употреблять спирт, керосин, оливковое масло, четыреххлористый углерод и другие растворители. Но, так как раздражающие кожу вещества едва ли могут употребляться в этом виде, т.-е. в растворе, на полях сражения, этот метод не является столь применимым, как метод действия парами.

ГЛАВА XXII

Химическая война по отношениях к стратегии и тактике[30]

Основы войны. Основные принципы химической войны те же самые, которые существуют для других родов оружия. Вследствие этого, для уяснения способов ведения химической войны, необходимо бросить ретроспективный взгляд на работу великих полководцев, начиная с первых дней истории до наших дней. Если мы это сделаем, то окажется, что основные принципы войны остаются неизменными. Они являются в настоящее время теми же самыми, какими они были во время Демосфена и какими они будут через 10.000 лет. Основой военного успеха является сосредоточение в решительном пункте и в решительный момент больших сил, чем те, которыми обладает неприятель. Это аксиома, которая равным образом касается людских масс и материала, храбрости, искусства сражаться, способности ориентироваться и энергии начальников.

Другим основным положением считается, что без агрессивных действий не может быть полного успеха; пассивное сопротивление никогда не побеждает. Эти два закона неизменны. Мы могли бы сказать, что стремительность атак, быстрота передвижений солдат и средств, умелое обращение с оружием также необходимы, но все эти факторы подвержены общему закону эволюции.

Греческая фаланга и римский легион. Последним словом применения людской силы в качестве орудия войны было развитие греческой фаланги с ее шестнадцатью шеренгами, при чем копья каждой шеренги были расчитаны так, что достигали линии фронта. Эта фаланга не могла быть остановлена никаким другим построением при встрече с ней лицом к лицу. Чтобы одолеть ее нужен был римский легион, который мог расступаться и атаковать с флангов и с тыла. Слоны африканцев и колесницы римлян с их огромными косами сметали все, что находилось впереди них до тех пор, пока римский легион, разбиваясь на мелкие группы, не стал пропускать слонов и колесницы сквозь строй для того только, чтобы сомкнувшись за ними, напасть на них с тыла. Только тогда эти орудия исчезли навсегда.

Фридрих Великий. Фридрих Великий, учитывая, что скорость огня должна побеждать в сражении, воспитал в своих солдатах такую точность передвижений в сомкнутом строю, которая, вероятно, никогда и никем не была достигнута, и увеличил боеспособность, обучив их заряжать и стрелять из ружей с вдвое большей скоростью по сравнению с противником. Таким образом он был в состоянии сосредоточивать в решительном пункте превосходные силы, которые сметали перед собой всех врагов.

Наполеон. Наполеон достиг тех же результатов другим путем. Поняв, что его французские войска не в состоянии выдерживать ту жестокую муштру, которой подвергались пруссаки, он приучил их сражаться с большим энтузиазмом, переходить большие расстояния с неслыханной быстротой и поражать врага там, где он менее всего ожидал появления противника. Он присоединял к этому такое массирование артиллерии, о котором до того времени не помышляли, считая это невозможным. Конечно, он обладал также гениальной способностью к организации и поддержанию снабжения.

Грант и Джексон. Грант при Виксбурге и Стонуоле. Джексон в Шенандоа и при Ченслервиле достигли другим путем тех же самых результатов. Во всех случаях основной принцип сосредоточения максимальной силы в решительном месте в главный момент сражения оставался одним и тем же. Способы осуществления этой цели менялись с каждым столетием, и каждый великий полководец придумывал что-нибудь новое или применял прежние методы по новому способу. В этом основа успеха всякого полководца. Ганнибал, Гасдрубал, Цезарь, Наполеон, Фридрих Великий, Скот, Грант и Джексон были независимыми мыслителями. Каждый из них осмеливался делать то, что современники считали неисполнимым или могущим принести поражение. Они имели смелость иметь собственные убеждения. Они вынашивали новые идеи, развивали их и обладали настойчивостью проводить их в жизнь не только против врага, но и против оппозиции собственного народа, как на полях битв, так и во время мира. Мы можем быть вполне уверены, что если бы эти люди не сумели осуществить своих идей, они были бы преданы забвению, подобно миллионам других, применявших известные способы и шедших обычным путем.

Химическая война — новейшее усовершенствование. Химическая война — это новейшее военное открытие. Соединенные Штаты применили ее не более четырех лет назад. Она представляет собой наиболее научный и в то же время наиболее широко применимый из всех способов ведения войны. Применение ядовитых и раздражающих газов имеет такое же значение, как введение пороха. В действительности газы имеют даже более широкое значение, чем сам порох.

Необходимость новых методов. Выраженная выше мысль заключается в том, что главный штаб и главнокомандующий, придерживающиеся старых и испытанных методов и не желающие испробовать новых усовершенствований, никогда не достигнут первоклассных успехов. Штабы и генералы, которым в будущем суждено выигрывать войны, должны использовать во всей полноте и силе материалы, служащие для химической борьбы. Они не могут ограничиться применением их в артиллерии, авиации, специальных газовых войсках или какой-либо другой отдельной части боевого механизма. Они должны пользоваться ими везде и всегда.

Что такое боевой газ. Должно быть понятно, что под газами мы подразумеваем вещества, наносящие неприятелю вред при смешении их с воздухом, Слово "газ" не имеет решительно ничего общего с состоянием вещества, заключенного в гранату, бомбу или баллон до выпуска. В это время газы являются либо жидкостями, либо твердыми телами. Но когда вместилище вскрывается вследствие давления или силы взрыва, то заключенные в него вещества обращаются в газообразное состояние.

Группы газов. Применяющиеся для химической войны газы разделяются на три большие группы. Поскольку дело идет о тактическом употреблении их на поле сражения, можно говорить только о двух группах: стойких и нестойких газов. Третьей группой являются раздражители. Эти вещества даже в малых количествах поражают глаза и легкия, причиняя своей жертве большие неудобства или делая ее совершенно неспособной к действиям, но только в течение немногих часов. Количество раздражителя, заставляющее надевать маску, равно 1/1000 того, которое необходимо для создания тех же условий при помощи ядовитого газа, как например, фосгена. Они поэтому имеют большую экономическую ценность, заставляя неприятеля надевать маски и принимать другие предосторожности. Совершенно безразлично, насколько велика предохранительная сила масок или насколько непроницаемы для газа одежды; продолжительное применение их постепенно сламывает физическую бодрость войск и через два или три дня делает армию совершенно небоеспособной.

Дым. Среди материалов химической войны есть еще другая большая группа, которая, вероятно, окажется в будущем не менее важной, чем только что упомянутые три группы газов. Это различные дымы, которые получили целый ряд разнообразных применений. Под названием "простого дыма" подразумеваются дымы, которые не ядовиты и, не имеют раздражающего действия. Такие дымы дают прекрасную завесу от глаза неприятеля, является ли он в виде солдата, наводящего пулемет, или в виде офицера на наблюдательном пункте, или в виде артиллериста или наблюдателя с аэроплана. Всякий выстрел через непроницаемый дым есть выстрел наудачу и имеет 1/10 или даже менее шансов попасть в цель. Дым представляет средство к уменьшению точности стрельбы почти в той же мере, как уменьшает ее ночь, не имея неудобств, присущих ночным действиям.

Стратегия мирного времени. Стратегия войны требует стратегии мирного времени. Этот закон существовал в те дни, когда Давид пращей убил Голиафа, и существует до настоящего момента. Мы не всегда помним о нем перед войной, но за всяким успехом во время войны скрывается подготовка, сделанная во время мира. Иногда она может быть случайной, как например, боевое воспитание людей в сражениях с индейцами или создание чувства общественности и независимости перед Революционной Войной. Иногда она может быть результатом глубоко продуманной политики, подобно осуществленной немцами в период предшествовавший мировой войне. Немцы сумели успешно направить всю деятельность страны во время мира на подготовку к войне, которая должна была решить судьбу Германской Империи и, только благодаря этой работе в мирное время, Германия, изолированная и блокированная, была в состоянии оказывать сопротивление более четырех лет всему свету. Союзники могли потерять эту войну только потому, что не оценили всей важности стратегии мирного времени, которая должна ей предшествовать.

Химическая война, как пример. Химическая война является особенно ярким примером этого факта. Мы признавали, что до мировой войны Германия играла руководящую роль в химии, что она производила почти все краски и большинство медицинских препаратов для всего света. Мы доказали на деле, что при нужде Америка была в состоянии взяться за химическое производство и быстро превзойти немцев.

Мы не рассчитывали на внезапность войны и только к концу ее могли справиться с приготовлением химических веществ, до пороха и сильно взрывчатых веществ включительно. Не следует забывать, однако, что мы располагали при этом восемнадцатью месяцами для интенсивных работ после нашего выступления и почти тремя годами подготовки наших больших стальных и пороховых заводов, приготовлявших припасы союзникам, ранее нас вступившим в войну,

Угольная смола. Мировая война открыла глаза Англии, Франции и Японии, равно как и Соединенным Штатам. Каждая из этих стран в настоящее время всемерно старается создать крупную химическую промышленность. как основу успешности будущей войны. Немногие из нас давали себе до мировой войны отчет в том, что в черной клейкой массе, называемой угольной смолой, остающейся при коксовании угля или получении газа из угля и нефти, кроется возможность получения большинства сильно-взрывчатых веществ, употребляемых на войне, большей части ядовитых газов, огромного количества медицинских препаратов и почти всех употребляемых миром красок. Немцы понимали это и приложили много труда на разработку методов использования этих веществ, создание крупных коммерческих предприятий для их изготовления и подготовку хорошо обученного персонала для обслуживания последних. Только благодаря этим мерам Германия была в состоянии, несмотря на блокаду с суши и с моря, доставлять своей армии боевые припасы, одежду и пищу в течение четырех с половиной лет войны.

Крупная химическая промышленность. Вследствие этого наше правительство в настоящее время озабочено самым серьезным образом созданием крупной химической промышленности в Соединенных Штатах. Мы имеем сырые материалы. Мы нуждаемся в заводах и в состоящем при них техническом персонале. Необходимо также развитие производства каменноугольной смолы и тяжелых химических материалов, как хлор, серная кислота и т. п., но все эти отрасли промышленности представляют равный интерес как для мирных, так равно и для военных целей.

Резервы химиков. Частью стратегии мирного времени является учет сил нации, подразделяемых для этого на специальные группы. Одну из важнейших групп составляют лица, обладающие познаниями в химии и химической промышленности. Учет должен быть разработан так точно, чтобы в случае войны, в короткий срок, в течение 24 часов, каждый химик мог получить предназначенную ему работу, начинающуюся у линии огня и кончающуюся в производящей исследования лаборатории. Это распределение входит в обязанности "Военно-Химической Службы". Уместно указать, что Конгресс, среди других пунктов своего акта о реорганизации армии от 4 июня 1920 года, передал "Военно-Химической Службе" нижеследующие полномочия:

Полномочия Военно-Химической Службы

"На начальника Военно-Химической Службы, под руководствам Военного Министра, возлагается: исследование, развитие, изготовление, доставка и снабжение армии всеми дымовыми и зажигательными материалами, всеми ядовитыми газами и приспособлениями для защиты от них; изыскание, изобретение и производство опытов, связанных с химической войной и требуемыми ею материалами; устройство заводов для снаряжения химических снарядов и полигонов для их испытания; контроль над обучением армии химической войне как наступательной, так и оборонительной, включая открытие необходимых для обучения школ; организация, снаряжение, обучение и деятельность специальных газовых войск и прочие обязанности, которые время от времени могут быть предписаны президентом".

Зачем нужны полномочия. Эти широкие полномочия показывают, что Конгресс уяснил себя необходимость единства работ, которые должны быть произведены, начиная с лаборатории для исследования и кончая линией огня, если Америка хочет идти в химической войне наравне с Германией или любой другой нацией. Некоторыми был поднят вопрос, может ли один и тот же отдел ведать снабжением и боевыми действиями. Лучшим ответом является тот факт, что подобная организация увенчалась полным успехом в мировую войну. Она достигла желанных результатов, несмотря на то, что должна была совершенствоваться на поле битвы, через 6 месяцев после вступления в войну, притом без подготовки, без материалов, без литературы и персонала. При помощи своих офицеров при штабах армий, корпусов и дивизий и при помощи своих газовых войск, сражавшихся на линии фронта, она была в состоянии более быстро, чем какой-либо другой род войск, направлять свои изыскания, усовершенствования и производство и давать директивы, необходимость которых выяснилась при изменении боевых условий.

Химические войска. Почему бы не существовать отдельным химическим войскам? Они сражаются, руководимые такими же приказаниями, как и всякие другие роды войск, подчиняются тем же общим планам боя. Но газовые войска дают армии специалистов в такой области, которая требует очень продолжительной подготовки. И где найдется хоть один военачальник в мировой истории, который отказался бы от сил, могущих помочь ему победить.

Специалисты на войне. Войны будущего станут постепенно все более и более войнами специалистов. Ваша пехота может остаться остовом сражающейся армии; но если она не имеет за собою артиллерии, авиации, химических средств, инженеров, танков и других специальных вспомогательных средств, она будет побеждена армией, снабженной ими. Действительно, специалиста входят даже в организацию пехоты с ее пулеметными батальонами, танковыми батальонами и, как теперь предложено, с легкими пехотными гаубицами.

Обязанности офицеров Военно-Химической Службы. Офицеры химической службы находятся при штабах армий, корпусов и дивизий в качестве специалистов и для дачи советов, касающихся количества нужных химических материалов, условий их употребления и способов защиты войск против действия неприятельских газов. Условия, о которых следует помнить, так многочисленны, что ни от какого другого офицера нельзя ожидать, чтобы он мог справиться с этими заданиями и наблюдать за их исполнением, если он должен успешно руководить своей собственной работой. Штабы и командующие генералы не будут иметь времени для того, чтобы выяснить себе действие облаков, ветра, дождя, деревьев, долин, деревень и равнин на различные газы. Они должны положиться на офицера химической службы в деле точного осведомления по этим вопросам и, если его нет, то им придется обеспечить себя кем-либо, кто может это сделать. История войны полна именами генералов, которые потерпели неудачу, потому что не могли забыть командования ротой. Офицеры химической службы будут руководить снабжением материалами для химической войны и обучать войска употреблению газа как для обороны, так и для наступления.

Газ употребляется всеми родами войск. Как было установлено ранее, употребление газа не должно быть присвоено какому либо определенному роду войск. Но в таком случае можно было бы спросить, почему, если он применим для всех родов войск, есть надобность в специальных газовых войсках? Специальные газовые войска существуют для пуска больших количеств боевых химических веществ при помощи особых методов, которые не могут быть применены каким-либо другим родом войск, или для усвоения которых никакие другие войска не имеют времени. Стрельба газовыми снарядами на большие расстояния может быть выполнена с таким же успехом артиллерией, как и газовыми войсками. Почему? Потому, что в технике стрельбы химическими снарядами не существует ни какой решительно разницы по сравнению с техникой стрельбы шрапнелью или бризантными снарядами. То же самое будет справедливо и по отношению к употреблению пехотой ручных гранат и дымовых свечей, или бросанию газовых бомб с аэропланов. Для сравнения стоит вспомнить, что, хотя вся армия обучена оказанию первой медицинской помощи, но в придачу к этому мы должны иметь санитарные роты, госпиталя и обученный медицинский персонал.

Доводы против употребления газа. Неоднократно со времени перемирия высказывалось, что употребление ядовитых газов на войне может быть устранено путем соглашения между нациями. Аргументы, приводимые против применения газа, состоят в бесчеловечности его действия и возможности отравления им мирных жителей, в особенности женщин и детей. Бесчеловечность действия газа абсолютно опровергается результатами его применения в мировой войне. % смертности от отравления газами было меньше 1/12 процента смертности от пуль, взрывчатых веществ и других средств борьбы. Процент нетрудоспособных, уволенных в отставку вследствие газовых поражений, составлял только ¼ часть процента потерпевших от других причин. Число неизлечимо увечных также, повидимому, гораздо меньше, чем от других причин.

Человечность. Несмотря на все собрания, мы не. могли получить никаких положительных статистических данных, которые показали бы, что газ тем или иным путем вызывает туберкулез в большей степени, чем сильный бронхит или воспаление легких. Так как газ, главным образом, действует на легкия, и поражение его не легко установить, то каждый обманщик претендует на отравление газом для получения от правительства субсидии за увечье. Нельзя утверждать, что совершенно не существует людей, хронически страдающих от отравления газом, но хотя мы очень старались узнать от исследователей ядовитых газов и сродных им химических веществ, нет ли у них достоверных данных о таких случаях, тем не менее до настоящего времени собранные результаты указывают только то, что хронические страдания, причиненные газами, очень редки.

Что касается мирных жителей, то мы, конечно, не имеем в виду применять против них ядовитые газы, по крайней мере, не применять их в большей мере, чем сильно взрывчатые вещества, выбрасываемые из дальнобойных пушек или с аэропланов. Употребление первых против женщин и детей столь же заслуживает осуждения, как и употребление последних, и возможность воздержаться от применения как тех, так и других, в равной мере доступна.

Газы не могут быть из'яты из употребления. Что касается до отказа от употребления ядовитых газов то следует вспомнить, что ни одно могущественное боевое средство никогда не оставлялось без применения, раз была доказана его сила и оно продолжало существовать вплоть до открытия иного, более сильного. Ядовитый газ показал себя в мировой войне одним из самых сильных видов оружия. Только по одной этой причине он никогда не будет упразднен. Употребление его нельзя приостановить каким-либо соглашением, потому что, если путем соглашения можно приостановить употребление какого либо могущественного оружия войны, то и всю войну можно было бы предотвратить соглашением. Готовиться к употреблению газа только на случай, если он будет применен противником, также бессмысленно, как бессмыслен приказ, который некогда был дан войскам па Филиппинских островах. Согласно этому приказу ни один офицер или солдат не имел права застрелить дикаря племени Моро, даже в том случае, когда последний подходил к нему с обнаженным криссом (род меча); не разрешалось действовать до тех пор, пока дикарь не ударит первым. Каждый офицер предпочитал, естественно, предстать перед военным судом за неисполнение этого приказа, чем позволить дикарю Моро подойти с обнаженным криссом на сколько-нибудь близкое расстояние или ожидать, пока тот не ударит его.

Пусть знает мир, что мы будем употреблять газы против всех войск, которые станут воевать с нами, и что мы предполагаем пользоваться ими до самих крайних пределов нашего искусства. Мы верим, что такое признание принесет больше пользы для устранения войны, чем вся мирная пропаганда от сотворения мира. Говорилось, что нам не следовало бы применять газы против тех, кто не знаком с ними; но в таком случае, зачем мы употребляли магазинные винтовки и пулеметы против негритосов и Моро, вооруженных только луками и стрелами и имеющими мало ружей и ножей. Будем пользоваться тем же здравым смыслом для употребления газа, каким мы руководствуемся при применении всякого другого оружия.

Влияние на тактику. Влияние действия военно-химических материалов на стратегию мировой войны намечает их будущее значение. Опыты начались с облаков хлора, выпускаемых из тяжелых, зарытых в окопах баллонов. Это требовало много времени для установки и затем иногда продолжительного, иногда короткого ожидания благоприятного ветра; но даже при этих неудобствах атаки газовым облаком создавали новый метод боя и вызвали новые методы защиты. Газ сразу прибавил громадное бремя для доставки его на поля сражения, изготовления и перевозки, но в короткое время успел вызвать ряд изменений в тактике боя.

Газовые облака. В виду того, что выпущенный газ похож на дым, создался термин "газовое облако". В действительности большинство газов почти или совершенно невидимы; но те, которые внезапно переходят из жидкого состояния в газообразное, так охлаждают воздух, что вызывает образование облаков конденсированных водяных паров. Облако затемняло все позади и впереди себя. Это навело немцев на мысль пускать ложные дымовые облака и атаковать среди них, захватывая англичан в самых невыгодных условиях. Отсюда началось уяснение ценности дымов и организация под их защитой поисков, которые стали обычным явлением в каждой армии во время мировой войны. Истинной причиной первых поисков, выполненных под защитой дымовой завесы, являлось стремление определить, установлены ли газовые баллоны в окопах неприятеля.

В конце концов поиски стали в значительной мере причиной изгнания старого "облачного газа" с полей сражения. Это, однако, не остановило англичан от производства облачных газовых атак в 1918 году путем помещения газовых баллонов на платформах легких железных дорог и пуска газа из баллонов, не снимая их с платформ. Такое устройство позволяло им пододвигать запасы к фронту и производить газовые атаки тот час же, как только ветер становился благоприятным.

Свечи с ядовитым дымом. В настоящее время мы обладаем возможностью производить ядовитые дымы из твердых материалов, которые совершенно безопасны до тех пор, пока не зажжен воспламенитель. Так называемые свечи настолько легки, что один человек может переносить их. С их помощью можно пускать газовые облака в тот момент, когда ветер и погода благоприятны, при этом безразлично, с какой скоростью передвигается армия, и производит ли она наступление или отступает. Газовое облако обычно пускается ночью, когда облако невидимо, так как солдаты в это время устали и спят, и всеми, за исключением наиболее дисциплинированных, овладевает паника. При этих условиях достигается максимум потерь. Постоянство воздушных течений также способствует успеху газо-облачных атак по ночам.

Значение обучения в мирное время. Изложенные соображения выдвигают значение обучения в мирное время. Нас часто спрашивают: "Зачем вам нужны упражнения с масками в мирное время? разве нельзя обучеиться быстро этим вещам во время войны?" Ответ — "нет". Ничто не заменит обучения в мирное время,

Все мы помним, что в самом начале войны немцы широко распространяли обвинения против союзников за то, что те употребляли нечестные и бесчеловечные способы войны, привезя из Азии гурков с их ужасными ножами и марокканцев из Африки. И все таки мы знаем, что некоторое время спустя немцы перестали говорить об этих войсках. Какова была причина? Они оказались не столь опасными, как это предполагалось. Негр следует за белым офицером повсюду при дневном свете и сражается с такой же храбростью и энергией, может быть даже большими, чем белый человек, но он не может выдерживать ужасов ночи, и это оправдалось в отношении гурков и марокканцев.

Все союзники скоро признали этот факт, и это доказывается тем, что эти войска были почти всюду сняты с боевой линии. В некоторых случаях чернокожие войска сохранялись только в качестве ударных групп и заметались более развитыми белыми, когда фронт приходилось удерживать в течение целых дней под смертоносным огнем контр-атак неприятеля. Мы и немцы одинаково считали до мировой войны, что полудикари могут лучше, чем высоко-чувствительный белый человек, противостоять ужасам и суровым условиям войны. Война доказала, что такое суждение было в высшей степени ложным.

Хорошее знакомство с газом необходимо. Как для развития науки и для успеха промышленности в мирное время нужна постоянная работа, так же необходима тренировка, чтобы выработать преобладание духа над телом и удерживать солдата на линии огня, независимо от ее ужасов. Эго вполне достижимо, так как путем обучения можно изгнать из белого человека все ложные предубеждения. В него вдолбили в течение столетий, что порох и сильно-взрывчатые вещества могут быть губительными в известных границах. Чтобы солдат не боялся газа, мы должны дать ему такие же познания о нем, сопряженных с ним опасностях и границах его действия. Старинная поговорка говорит: "Хорошее знакомство порождает презрение". Быть может это не совсем верно, но мы все знаем, что оно порождает привычку и забвение; человек, изготовляющий динамит или иное опасное взрывчатое вещество, подвергается риску, при мысли о котором мы, не занимающиеся таким производством, содрогаемся.

Химики Эджвуда не боятся. Всё это имеет прямое отношение к обучению обращения с военно-химическими материалами в мирное время. Мы полагаем, что современная оппозиция химической войне состоит или из тех, которые не понимают ее, или тех, которые боятся ее: невежд и трусов. Наши химики в арсенале Эджвуда ежедневно имеют дело с самыми сильно-действующими химическими соединениями, шутя обращаются со смесями, о силе которых не имеют никакого понятия, и не знают при каких условиях может произойти взрыв какого-либо ужасного ядовитого газа. Но они научились оберегать себя. Они знают, что если задержать дыхание или оставить опасное место, то у окна они в безопасности. Они достаточно долго занимались этой работой, чтобы поступать так автоматически.

Штабы должны при всякой операции принимать во внимание газ. Штабные офицеры должны в мирное время знакомить части армии со всеми материалами химической войны; иначе солдат может потерять голову во время сражении, и его постигнет внезапная смерть. Офицеры генерального штаба и командующие генералы должны быть настолько знакомы с общим характером употребления газов, чтобы вводить их применение во все свои планы так же, как они распределяют задачи пехоты, кавалерии, танков или артиллерии. На них лежит ответственность за правильное употребление газов в сражении. Если в планы сражений не будут включены химические материалы для каждого рода войск в надлежащем количестве и надлежащего вида, то они не будут употреблены надлежащим образом на поле сражения, и на руководителях будет лежать ответственность за это.

Нельзя требовать, чтобы высшее командование знало все детали употребления газов, но оно должно принимать в соображение употребление газов для каждой фазы разрабатываемой операции и издаваемых приказов; детали могут быть выработаны путем обращения к офицерам газовых войск, которые укажут надлежащие для исполнения задачи газы и их количество. Генералы и штабы не могут входить в эти подробности совершенно так же, как не могут входить в подробности командования каждой ротой пехоты. Если они попытаются это сделать, то они окажутся плохими штабными офицерами.

Действие масок на войска. Даже лучшие из масок вызывают уменьшение поля зрения, легкое повышение сопротивления дыханию и некоторое неудобство ношения в теплую погоду. Вследствие этого солдат должен получить привычку ношения маски при всех условиях. Прежде всего в будущем он должен настолько освоиться с употреблением маски, чтобы надевать ее автоматически, так сказать, почти что во сне. У нас есть в настоящее время газы, вызывающие слезотечение, которые так сильно и быстро действуют, что возникает сомнение, сможет ли при условии краткого обучения один человек из пяти надеть свою маску своевременно, т.-е. прежде, чем он не будет поражен слезоточивым газом раньше, чем спохватится.

Успешность действия газа в мировой войне. На прошлой войне из каждой сотни убитых и раненых американцев более 27 приходилось на долю пострадавших от газа. Вы может быть, скажете, что многие из них были легко ранены. Это верно, но эти люди были исключены из боевой линии на сроки от одного до четырех месяцев; дивизии, корпуса и армии были расстроены, и, тем не менее, употребление газа в этой войне было детской игрой по сравнению с тем, чем оно будет в будущем.

Говорят даже, что многие из выбывших были симулянтами. Может быть; но не предполагаете ли вы, что у врага было по меньшей мере столько же симулянтов, как в наших собственных рядах. Далее, если вы считаете возможным вводить элемент симуляции, то это уже является достоинством нового метода войны, и, если только наши хваленые дарования не являются мифом, то у нас будет меньше симулянтов в сражении, чем у какой-либо другой нации.

Газовая стратегия на равнинах Пикардии. Вернемся теперь к стратегии газовой войны. За облачными газами последовали газы слезоточивые и ядовитые, выпускаемые в гранатах и бомбах. В этом заключается небольшой прогресс в тактике, но идея в первую пору остается та же, — причинение увечья. Как всегда, немцы первые обратили внимание на то, что газ может быть применен со стратегической целью в большом масштабе. И мы испытали, как за 10 дней перед началом сражения на равнинах Пикардии немцы наводнили многие части фронта горчичным газом. Это вызвало тысячи несчастных случаев, но показало еще кое что, имеющее большее значение. Газ истощил физическую бодрость и понизил дух войск в одной дивизии за другой, прокладывая путь к прорыву британской армии, которая была близка к тому, чтобы пропустить немцев к морю.

Немцы употребляли непостоянные газы до того момента, пока их солдаты не достигли британских линий, понижая таким образом действие британского ружейного и артиллерийского огня и спасая свои собственные войска. Это является показательным для будущего. Недавно один писатель в "Журнале Полевой Артиллерии" утверждал, что газ, вероятно, не будет употребляться в качестве заградителя вследствие того, что представляет помеху для движения собственных войск. Делая это утверждение, он забыл про противника, и вы не можете поступать так, если хотите выиграть сражение.

Газовые заграждения. В будущем мы должны ожидать, что противник явится так же хорошо подготовленным к химической войне, как и мы. Рассмотрим специальный случай, когда наши солдаты идут в атаку позади подвижного заградительного огня. Положим также, что ветер дует на наши собственные войска. При этих условиях, очевидно, ветер погонит наш газ назад на наши линии. Будем ли мы употреблять его при таком заградительном огне? Конечно, будем, потому что при ветре, направленном на наши собственные войска, мы будем иметь как раз те идеальные условия, которые необходимы врагу для употребления им газа. Он не преминет залить наши наступающие войска всеми газами, какими только располагает, в придачу к сильно взрывчатым веществам и шрапнели. Наши солдаты принуждены будут надеть маски и принять все предосторожности против газов врага. Как глупо было бы не пускать газа на врага при этих условиях. Если бы мы не пускали газа, мы предоставили бы ему полную свободу не надевать масок и не принимать других предосторожностей в то время, как наши собственные войска подвергались бы всем затруднениям, создаваемым газом. Нет, мы будем пускать газ в таких количествах, в каких считаем его действительным. Так будет происходить на каждом поле сражения: газ будет применяться одновременно обеими воюющими сторонами, притом всевозможными способами, какие только могут быть придуманы.

Уроки мировой войны — только указательные вехи. Пример буквоеда. Каждый урок, данный мировой войной, должен применяться, как указательный столб на дороге к будущим военным успехам. Употребление газа или других материалов в минувшей войне не должно приниматься за точный образец для применения их в бою будущего. Слишком внимательное изучение, слишком большая склонность к прошлому, может стать причиной такого образа действий. Один генерал, командовавший бригадой в Аргонне, недавно рассказал мне, что во время боя офицер генерального штаба спросил его по телефону о положении дел. Ознакомившись с ними, офицер штаба спросил: "Что вы делаете?" и когда тот ответил, офицер штаба возразил: "Зачем? — в книге не рекомендуется делать это таким путем при таких условиях". Вот вам нелепая сторона слишком детального изучения и слишком большого стремления положиться на прошлое.

Поле боя — совершенный калейдоскоп. В лучшем случае мы можем надеяться почерпнуть общие указания из книг, сохранившихся в нашем уме, чтобы избрать лучший путь в известном положении. Тот, кто пытается припомнить специальное положение, выученное в школе, с мыслью применить его на практике боя, тот закладывает фундамент для полного неуспеха. Ваш искусный стрелок, собираясь выстрелить, никогда не будет вспоминать о том, что ему говорил инструктор или книга. Он сосредоточивает свое внимание на предмете, в который он должен попасть, пользуясь лишь, поскольку это приходит ему в голову, фактами, воспринятыми от учителей или книг. Ваш генерал и ваш штаб должны делать то же самое.

Употребление газа пехотой. Несколько слов о том, как мы должны в будущем пользоваться газом. Начнем с пехоты. Пехота, как таковая, будет пользоваться газом только двумя или тремя путями. Она будет применять газ в ружейных гранатах и в гораздо большем количестве дым. Мы говорим о ружейной гранате, потому что по нашему мнению ручная граната есть пережиток прошлого. Мы не считаем возможным, чтобы в будущем когда-либо стали употреблять гранаты, не применимые в ружье. Пехота, вероятно, часто будет иметь при себе большие запасы газа в виде ядовито-дымовой свечи. Содержащиеся в них твердые вещества могут выдерживать безопасно ружейный и артиллерийский огонь, через них могут проходить повозки и тракторы, на них можно наступать, — и все-таки они не причинят вреда. Только когда подожжен запал, и вещество под влиянием тепла начинает возгоняться, они становятся опасными. Применяя эти свечи, вы должны иметь достаточное число офицеров и солдат, знакомых с химической войной, для получения наивысшего эффекта, считаясь с влиянием солнца, ветра, лесов, туманов, оврагов и т. п.

Употребление газа кавалерией. Кавалерия должна употреблять газ так же, как и пехота. Химические отряды будут сопровождать кавалерию, имея минометы Стокса или другие орудия для пуска газа в мелкие неприятельские укрепления, которые они могут встретить на пути, будут ли то пулеметные гнезда, укрепленные вершины холмов, леса или деревни. Кавалерия станет применять газовые средства как против диких, как равно и против культурных народов. Способы устроить для этой цели легко подвижные приспособления уже на верном пути. Если применять против дикарей, которых никто не хочет убивать, слезоточивые газы, то можно сказать, что лучшего способа никогда не придумано для скрытых засад по вершинам холмов, среди скал или деревень, в оврагах или лесах.

Употребление газа танками. Танки будут применять газ тем же путем, как и пехота, но для них открыта возможность перевозить большие запасы газа на гусеничных тракторах там, где другим путем было бы трудно его доставлять. Хотя практически это еще не осуществлено, но обещает достаточно, чтобы гарантировать дальнейшее изучение.

Употребление газа артиллерией. Ваша артиллерия будет стрелять газами и дымами из пушек всех калибров. В настоящее время существует тенденция ограничить употребление газа определенными пушками и гаубицами и употребление дыма еще меньшим числом пушек. Это ошибка, которую мы начинаем признавать. Старательное изучение опытов войны показывает, что тысяча газовых снарядов наносила в несколько раз большее число потерь, чем тысяча бризантных снарядов или тысяча шрапнелей. И это потому, что газ имеет присущую ему продолжительность действия, как никакое другое оружие войны.

Продолжительность действия газа. Пуля прорезывает со свистом воздух и делает свое дело или пролетает мимо. Бризантный снаряд взрывается, разбрасывая свои осколки, которые через несколько секунд падают на землю и становятся безвредными. Шрапнель действует также. Но если выпускается газовый снаряд, то он убивает и калечит, как бризантный снаряд, и вдобавок к этому продолжает быть активным еще в течение нескольких последующих минут. Даже при нестойких газах она причиняет на своем пути смерть или увечье каждому незащищенному человеку или животному. Со стойкими газами она продолжает быть активной в течение целых дней.

Разнообразие применения газов. Это приводит нас к разнообразию применения газов. Нестойкий газ может быть применен всегда, когда желают избавиться от него по истечении нескольких минут; стойкий газ — когда желают держать неприятеля под действием газа несколько дней подряд. Мы будем выпускать горчичный газ на передовые укрепления неприятеля, на фланги, на отдаленные площади, которые не атакуются, и, так как наша собственная защита, доставляемая масками и одеждой, усовершенствована, то мы будем употреблять его на самых полях сражений, которые должны быть пройдены нами. Почему? Потому что мы будем предварительно стрелять горчичным газом по неприятелю целыми днями и беспокоить его в течение всего этого времени, тогда как сами встретимся с ним самое большее на несколько часов. Таким образом не думайте, что горчичный газ станет в будущем употребляться только при обороне.

Твердый горчичный газ и дальнобойные пушки. Мы дойдем до того, что будем употреблять материалы химической войны так же, как в настоящее время употребляются сильно-взрывчатые вещества и снаряды, хотя бы иногда могли случайно пострадать от собственного оружия. Преследуя цели разрушения, наша артиллерия будет применять попрежнему дальнобойные пушки, но каждый снаряд будет содержать приблизительно 15 % газа и 85 % сильно-взрывчатого вещества. У нас есть горчичный газ в твердом виде, который может употребляться для этой цели. Мы имеем весьма сильные слезоточивые и раздражающие газы, которые могут быть также применены. Представляя собой твердые вещества, они не могут влиять на баллистические качества снаряда. И как много лишних опасностей принесет горчичный газ в каждом снаряде железнодорожным центрам, местам отдыха или расквартирования войск, коммуникационным путям и т. п. Результаты слишком значительны, чтобы упустить из виду такое применение.

Раздражающие газы в шрапнелях. Мы, вероятно, будем применять раздражающие газы в большинстве, если не во всех наших шрапнелях. В настоящее время существует мнение, что мы не должны помещать раздражающие газы во все шрапнели, потому что при некоторых условиях ветер может относить газы обратно и заставлять наши собственные войска одевать маски. Но, как было ранее сказано, мы должны помнить, что враг будет употреблять газ постоянно, так же, как и мы, и, вследствие этого, если мы будем ограничивать себя в каком-либо направлении, то мы дадим врагу преимущество. Это употребление газа артиллерией будет распространено на все роды орудий — береговой обороны, полевые, башенные и т. д.

Употребление газа воздушным флотом. Бомбы. Теперь рассмотрим воздушный флот. Естественно, что, говоря об употреблении газа воздушным флотом, мы думаем о метании газовых бомб. Газ будет употребляться в бомбах, быть может, весом в 1.000 фунтов или даже в тонну, 50 % которого по меньшей мере будет состоять из газа. Такие газы, однако, будут принадлежать к типу нестойких, подобных фосгену. Они будут употребляться против сосредоточенных лагерей и перекрестков дорог, против войск на дороге в колоннах, против железнодорожных центров и предназначенных для отдыха площадей, другими словами, против групп людей или животных.

Разбрызгивание. Но это только начало применения газа аэропланами. Горчичный газ, который на одну треть тяжелее воды и обращается в пар гораздо медленнее воды, можно будет разбрызгивать через маленькое отверстие, подобное отверстию для затычки в бочке, позволяющее жидкости вытекать наружу. Скорость аэроплана будет распылять ее. Таким путем газ можно разбрызгивать на целых площадях, которые должны быть пройдены неприятелем. Будет применяться и "льюисит", о котором мы довольно много слышали. Он менее стоек, чем горчичный газ, но подобно последнему причиняет ожоги. В отличие от горчичного газа ожоги от трех капель льюисита обычно вызывают смерть. Вещество может быть производило сотнями, даже тысячами тонн в месяц.

Мы работаем над одеждой, которая предохраняла бы от него, так же, как работали и работаем над одеждой, защищающей от горчичного газа. Но эти газы являются столь сильно действующими, что если останется хоть какое-нибудь отверстие в одежде, то газ, проникая через него, все же отравляет тело; так что, если даже удастся выработать идеальную защитную одежду, она должна покрывать каждый дюйм кожи с головы до ног. Кроме того, все время приходится носить маску.

Подумайте о бремени, налагаемом на какую-либо армию, которой придется постоянно носить в поле такую полную защиту. Какое напряженное состояние духа солдат! Чтобы переносить все это, мы должны приучать наших солдат к указанным условиям, встречаясь с ними в мирное время, т.-е. применять при обучении настоящие боевые газы. Как в мировой войне более дисциплинированные белые превзошли в смысле выносливости дикарей, точно так же хорошо дисциплинированные солдаты в будущем превзойдут всех других в смысле выдержки.

Флот. Теперь мы подходим к рассмотрению флота. Флот будет употреблять газ и облака дыма как в снарядах, так и в форме плавающей свечи. Ядовитые дымы, убивающие при достаточно высокой концентрации, являются в высшей степени раздражающими в небольших количествах — столь небольших, что их нельзя видеть или ощущать в течение нескольких минут. Каждое человеческое существо на корабле должно иметь возможность дышать, ибо человек или животное, потерявшее способность восстановлять необходимый ему запас кислорода, умирает. Ядовитый газ, проникающий в вентиляционную систему корабля, должен распространиться по всему кораблю и флот учитывает это.

Флот занят изучением вопроса, как удержать газ от проникновения в собственные суда и как заставлять его попасть в суда неприятеля. Ядовитые дымы могут быть брошены с аэропланов или выпущены из-под воды подводными лодками, в том и другом случае они будут рассеивать дымы на большие площади, через которые судам придется проходить. Тогда газ проникнет в судно и, заставит каждого надеть маску. На судно или около него дождем будут падать аэропланные бомбы с ядовитыми дымами или другими смертоносными газами. Желтый фосфор, который горит и не может быть погашен, мокрый он или сухой, будет сыпаться на суда. Да, все материалы химической войны будут употребляться флотом.

Газ против десантов. Употребление газа для противодействия или помощи десантам будет применяться многими путями. Современные данные указывают, что газ дает больше преимуществ для обороны против десантов, чем для их поддержки. Горчичный и подобные ему газы могут разбрызгиваться с аэропланов и, хотя они не продержатся долго на воде, но действие их будет достаточно продолжительно, чтобы заразить экипажи мелких судов, пытающихся пристать к берегу. Газы могут быть рассеяны на тех местах, которые предназначаются для высадки десанта. Горчичный газ легко поместить в бомбы или цилиндры и зарыть их на площади, используемой для десанта; перед лицом наступающего врага они должны быть взорваны.

Хранение газов в мирное время. Теперь несколько слов о том, в течение какого времени газы могут быть сохранены. Противники химической войны указывают, что газ является продуктом военного времени и не может быть запасен во время мира. Мы располагаем в настоящее время в Эджвудском Арсенале 1.400 тоннами различных ядовитых газов, не считая хлора. Эти газы вырабатывались постепенно, по малым количествам, в течение трех лет и все еще находятся и теперь в прекрасном состоянии. Наши химики полагают, что они могут впредь сохраняться в течение десяти лет и, может быть, даже более. В таком случае газовые снаряды имеют почти такую же продолжительность жизни, как современные военные суда, в то время как стоимость миллиона снарядов является только дробной частью стоимости военного судна. Сказанное применимо в особенности к жидким газам, как фосген, хлор-пикрин и горчичный газ. Мы знаем, что многие из химических материалов представляют собой твердые тела, которые выдерживают хранение в течение гораздо более длинных сроков.

3апасы противогазов. Наши маски также, как мы полагаем, могут сохраняться в течение по меньшей мере десяти лет. Современный опыт указывает, что резина разрушается, главным образом, под влиянием солнечного света и сырости, которые вызывают окисление или другие изменения в структуре резины. В соответствии с этим мы храним теперь маски в герметически запаянных жестянках. Таким образом, ясно, что запасы масок и газов, могут быть производить в мирное время точно так же, как и запасы всех других военных материалов.

Употребление газа газовыми войсками. Теперь мы подходим к употреблению газа специальными газовыми войсками. На войне газовые войска применяли 4-дюймовые минометы Стокса и 8-дюймовые газометы Ливенса и скоро стали применять новый легко-переносный цилиндр для образования газовых облаков при помощи жидких газов, как фосген. То же самое оружие они будут применять в будущих войнах. Все эти недальнобойные снаряды, как бомба или барабан Ливенса, содержат около 50 % своего веса в виде газа, в то время как артиллерийский снаряд вмещает только 10 %; таким образом, минометы имеют значительно большую активную силу, чем артиллерийский или какой бы то ни было другой способ пускания газа, за исключением облачного. Они наносят больше потерь на равное количество материала, расходуемого на фронте, чем все другие способы. Это недальнобойное оружие было изобретено англичанами для употребления в окопах, но наши войска применили миномет Стокса в полевой войне и работали с ним при многих пехотных дивизиях.

Фосфор и термит против пулеметных гнезд. Употребление газовыми войсками фосфора и термита против немецких пулеметных гнезд хорошо известно. Насколько оно оказалось действительным, знают, однако, только немногие. Фосфор и термит применялись с этой целью с начала 2-го сражения на Марне, т. е. с конца июля 1918 года до самого конца войны. Не было примера, чтобы газовым войскам не удалось привести к молчанию пулеметные гнезда, раз было определено их месторасположение. В будущем газовые войска будут производить большинство всех газово-облачных атак также с помощью ядовито-дымовых свечей.

Необходимость обучения в мирное время. Это является основой успешности химической войны. Как было установлено вначале, принципы применения ядовитых газов те же самые, что и других военных средств. Постоянное обучение в мирное время совершенно так же необходимо для них, как и для винтовки, пулемета, полевой артиллерии или другого оружия. В действительности даже более, так как употребление газа является прекрасным средством для ночных атак. Солдаты должны быть обучены принятию предохранительных мер даже тогда, когда им хочется спать, когда они устали и истощены так, что засыпают, несмотря на рев артиллерии.

Как следует смотреть на химическую войну. Мы просим вас смотреть на применение химических способов войны так же, как вы смотрите на применение артиллерии, пехоты, кавалерии, танков и аэропланов. Оценивайте ее мощь не только по данным мировой войны, но принимая в соображение возможное развитие ее в будущем. Помните, что когда война закончилась, ее опыт едва насчитывал 4 года, тогда как пулемет, являвшийся последним типом оружия пехоты, был известен в течение более трети века. Развитие химического способа ведения войны находится в детском возрасте. Даже те, кто принимал участие в химической войне во время подписания перемирия, могут теперь видеть вещи, которые, несомненно, появятся, и о которых не снилось в то время. Такова судьба всякого нового вида оружия.

Суммируя все, можно сказать, что газ — универсальное оружие, применимое для всех родов войск и при всяком способе действия. Так как мы можем выбирать газы, которые являются или жидкими, или твердыми телами, только раздражают или в высшей степени ядовиты, видимы или невидимы, остаются в течение целых дней или быстро разносятся ветром, то мы обладаем оружием, применимым ко всяким условиям войны и поэтому содействующим сохранению мира. Но мы должны выработать планы применения газов, помня, что на войне нет середины, есть успех или неудача, жизнь или смерть. Помните также, что в большой войне обучение опережает производство, и что 5.000.000 человек могут быть собраны и обучены прежде, чем можно их снарядить. Поэтому мы должны с надлежащей предусмотрительностью создать главнейшие отрасли нашей промышленности, поддерживать наши запасы и иметь прежде всего хорошо составленные планы, чтобы превратить в один момент все колеса мирного времени в крылья войны.

ГЛАВА XXIII

Употребление газа для нападения

Что заключает в себе химическая война?

В военно-химическое дело входит употребление всех газовых, дымовых и зажигательных материалов для атаки и средств для обороны, из коих главным является маска. Некоторые из предметов или материалов для наступления и обороны применяются всей армией, в то время как немногие другие только специальными частями химических войск.

Термин "газ"

Под термином "газ" мы понимаем все материалы, которые, будучи выпущены из баллонов, бомб или снарядов, могут быть перенесены на неприятеля с помощью воздуха. Необходимо, чтобы это широкое толкование термина "газ" было всеми принято, потому что некоторые из этих веществ до тех пор, пока они заключены в резервуарах, представляют собой либо твердые тела, либо жидкости. Вместилищами могут служить специальные баллоны для облачно-газовых атак, специальные бомбы для газометов Ливенса и минометов или артиллерийские снаряды и авиационные бомбы. Жидкости, имеющие низкую температуру кипения, быстро испаряются на воздухе и поэтому нуждаются только в небольшом количестве взрывчатого вещества, достаточного для вскрытия снаряда, обеспечивающего вытекание. Наоборот, твердые тела должны быть обращены в тончайшую пыль при помощи большого количества бризантного вещества или должны быть рассеяны в виде дыма с помощью какой-либо термической смеси.

Техника

Химический способ ведения войны является не только самым новой, но и наиболее связанной с техникой и в высшей степени специальной отраслью службы военного ведомства. Нет класса людей в гражданской жизни, офицеров или солдат в военном ведомстве которые могли бы нести военно-химическую службу, без предварительной подготовки не только к употреблению средств для нападения, но и средств для защиты. Лет через десять это, может быть, станет неверным. Можно надеяться, что к этому времени вся армия будет весьма основательно обучена главным принципам и многим специальным особенностям химической войны. Если же этого не случится, то химический способ нельзя будет применять в поле с той интенсивностью и успехом, которых он заслуживает. Полагают, что в течение последующих десяти лет познания, относящиеся к газам, применяемым на войне, благодаря развитию мирной промышленности, станут столь обычными, что не будет так трудным, как теперь, найти лиц, знакомых с химическими средствами, служащими для военных целей.

Действительность газа

Во время войны военно-химические средства применялись войсками химической службы, артиллерией и пехотой. В будущем воздушный и морской флоты будут добавлены к этому списку. Химическая война даже в первоначальных грубых способах, примененных немцами, показала себя одним из самых могущественных средств для наступления, с которыми приходилось бороться американским войскам. Чтобы уяснить себе всю силу его действия, достаточно вспомнить, что на 100 пострадавших в бою 27 случаев приходилось на долю действия газа. Бесспорно многие из умерших на поле сражения от других причин были также поражены газом. Никакой другой элемент войны, если не считать порох за основной элемент, не произвел такого количества потерь среди американских войск. Действительно, полагают, что только работа пехоты могла бы сравниться с действием газов, и то чтобы установить это предположение, следовало бы собрать все отдельные отчеты о пострадавших от пуль, штыков, пулеметов и ручных гранат. И такой результат получился, не взирая на то, что немцы не располагали достаточными запасами газов при наступлении американцев на С.-Миель и в Аргонне, так что в деле под С.-Миелем вовсе не было потерь от газа, и после целой недели аргонских боев они были весьма невелики. Немцы знали, что широкое применение горчичного газа против американского фронта в день атаки и на линии, отметившей несколькими днями позднее конец первого продвижения, причинило бы ужасный урон врагу. Судя по результатам, достигнутым в других боях с помощью горчичного газа, полагают, что если бы у немцев был этот газ и они применили бы его так же широко, как в другое время, то американские потери в Аргонне были бы вдвое больше, и наступление могло быть совершенно остановлено, вследствие чего война была бы перенесена на 1919 год.

Гуманность газа

Уместно сказать теперь несколько слов о гуманности газа, хотя армия и общество в настоящее время настолько свыклись с химической войной, что аргумент бесчеловечности потерял всякое значение. Было три главных основания, почему химический способ войны, как широко оповестила печать всему миру, казался бесчеловечным и ужасным. Эти основания могут быть вкратце резюмированы таким образом:

Первый газ, выпущенный при Ипре в 1915 году, был хлор, который принадлежит, как известно, к группе удушающих газов, т.-е. причиняющих смерть при спазмах горла и гортани и вызывающих более жестокие страдания, чем какие-либо другие газы.

Вторым основанием была неподготовленность. Англичане не имели ни масок, ни непроницаемых для газа убежищ, ни других приспособлений, которые позднее применялись для защиты против ядовитых газов. Вследствие того смертность при первой газовой атаке под Ипром была очень высока, вероятно процентов 35. Действительно, все люди, находившиеся вблизи линии фронта, погибли. От смерти ускользнули лишь те, которые находились у края газового облака или далеко в тылу, где концентрация была ниже смертельной.

Третьим важным основанием была просто пропаганда. Удачной пропагандой для популяризаций войны являлось внушение того, что немцы способны ради победы идти на применение всех средств, какие только возможно придумать. Они не хотели считаться с предыдущими соглашениями или правилами войны. Такая пропаганда поддерживала моральное состояние и боевой дух союзников и, с этой точки зрения, может быть вполне оправдана даже при всех своих чрезмерных преувеличениях.

Примененный немцами в первой атаке хлор является наименее ядовитым из ныне употребляемых газов. Введенные позднее фосген, горчичный газ и ди-фенил-хлор-арсин действуют в 5 — 10 раз сильнее его.

Мерилом гуманности для любого способа ведения войны является вызванный им процент смертности при общем числе пострадавших от войны.

Потери от газа среди американских войск. Официальный список потерь в сражениях, составленный Военно-Медицинским Ведомством и включающий все случаи, о которых имелись донесения по 1 сентября 1919 года, дает цифру 258.338. Из нее 70.752 или 27,4 % приходилось на потери, причиненные газами. Из указанного общего числа потерь 46.519 человек умерло, и из них только 1.400 от поражений газом. Из этих данных легко сделать вывод, что в то время как 24,85 % всех выбывших из фронта от пуль и сильно взрывчатых веществ скончалось, только 2 % отравлений газом имело смертельный исход; т.-е. человек, пострадавший на поле битвы от газа, имел в 12 раз больше шансов на выздоровление, чем человек, раненый пулей или сильно взрывчатым веществом.

Основы химической войны

Прежде чем более подробно остановиться на способах выпуска газов, необходимо уяснить себе основы химической войны, поскольку они относятся к ядовитым газам. Вслед за первым применением чистого хлора все нации, участвовавшие в войне, принялись за исследование обширной области химии в надежде найти вещества более ядовитые, более доступные для производства и более легко применимые в сражении. Эти исследования привели к употреблению большого числа различных газов, весьма сильно усложнивших изготовление, снабжение и работу на полях сражений. Постепенно более рациональный взгляд на химическую войну привел как союзников, так и их врага к необходимости сократит число газов до сравнительно небольшого предела и позднее — к разделению их на три группы. Немцы делили свои газы на три группы: 1) зеленый крест, — весьма ядовитые нестойкие газы, 2) синий крест или ди-фенил-хлор-арсин, широко известный под именем чихательного газа и 3) желтый крест — весьма стойкие газы, как например горчичный. В американском отделе Военно-Химической Службы все газы в конце-концов были подразделены на две главные группы: группа "нестойких" и группа "стойких" газов. Нестойкие газы быстро улетучиваются на воздухе и, следовательно, легко разносятся ветром или, при абсолютно тихой погоде, вполне рассеиваются в окружающем воздухе в течение немногих часов. Тем же путем можно употреблять твердые тела, применяя большие количества сильно взрывчатых веществ для их рассеяния, а равно и некоторые жидкие стойкие газы, понижая их стойкость путем насильственной дисперсии с помощью бризантных веществ. Группу "стойких" газов образуют газы, которые испаряются на воздухе очень медленно. Главнейшие из них, применяемые в настоящее время и предложенные к употреблению в будущем, суть горчичный газ и бром-бензил-цианид. В целях экономии и повышения силы действия из "стойких" и "нестойких" газов выделена третья группа, известная под названием "раздражающих газов". Эти газы, даже в чрезвычайно слабых концентрациях, действуют на легкия, дыхательные пути и глаза. Ди-фенил-хлор-арсин и некоторые другие твердые вещества, будучи распылены на мельчайшие частицы с помощью сильно взрывчатых веществ или теплоты, уже при концентрации одной части на десять миллионов частей воздуха раздражают нос, горло и легкия до такой степени, что в течение нескольких минут становятся совершенно невыносимыми. Слезоточивые газы производят не менее сильное действие на глаза. Раздражающие газы употребляются для того, чтобы принудить врага носить маску, что уменьшает физическую бодрость и боевую силу войск. Даже при лучших масках эта потеря боевой энергии равна приблизительно 25 % для коротких промежутков времени и гораздо большему проценту, если приходится носить маску долгое время.

Сила действия раздражающих газов

Один фунт раздражающего газа действует так же, как 500 — 1000 фунтов других газов в тех случаях, когда желают заставить врага надеть маски. Экономия, получаемая при их употреблении, очевидна. Нестойкие газы, вследствие их быстрого улетучивания, обычно употребляются в виде густого облака, образуемого при помощи баллонов или снарядов. Эти газы служат только для нанесения временного беспокойства, так как количество их, необходимое для того, чтобы заставить врага постоянно носить маски, было бы настолько велико, что не может быть взято на фронт.

Горчичный газ, отличающийся своей высокой стойкостью и действием на легкия, глаза и кожу, может в будущем употребляться для побуждения противника к ношению масок. Тем не менее он имеет тот недостаток, что действует не сразу, а весьма медленно и, встречаясь обычно в слабых концентрациях, требует нескольких часов времени, чтобы нанести тяжелое отравление. На этом основании неприятель иногда может идти на риск, применяя в разгаре сражения горчичный газ и заставляя солдат своих стрелять из пушек или ружей, не надевая маски, хотя в конце-концов он сам становится жертвой газа, но причиняет в то же время огромные потери войскам противника. Сильный слезоточивый газ заставляет, наоборот, прибегать к немедленному надеванию масок.

Материалы химической войны, употребляемые газовыми войсками

Химические войска пользуются баллонами для производства облачных или волновых атак и газометами Ливейса или 4-дюймовыми минометами Стокса для газовых атак высоких концентраций при помощи бомб на расстояниях до одной мили. Это расстояние в будущем, вероятно, будет увеличено до 1½ или 1¾ миль. Первоначально употреблявшиеся для волновых атак баллоны имели 6ольшой вес, были громоздки и требовали много труда для установки, и, хотя волновые атаки считаясь наиболее смертоносными из всех видов газовых атак, применявшихся на войне, они потеряли свое значение с тех пор, как употребление газа в артиллерийских снарядах и специальных бомбах стало обычным.

Газовое облако. Американцы сразу пришли к заключению, что, в виду действительности газово-облачных атак, необходимо направить все усилия к тому, чтобы сделать их частыми путем уменьшения веса баллонов, увеличения их портативности и упрощения способов выпуска. В марте 1918 г. в Соединенные Штаты по кабелю был дан приказ об изготовлении баллонов, которые бы весили не более 65 фунтов в наполненном и совершенно готовом для действия виде. Они были бы применены в большом числе в 1919 году, если бы неприятель не отказался от продолжения войны. Лучшим способом для производства в будущем облачных атак явятся ядовито-дымные свечи, наполненные твердыми веществами, возгонка которых совершается действием тепла. Ядовито-дымная свеча вполне безопасна при всех условиях и может быть сделана любого размера. Газо-облачные атаки станут обычным явлением, и соответственно с этим должны быть разработаны все планы обороны. Атаки обычно будут производиться по ночам, когда, вследствие усталости и естественной потребности сна, чувствуемой в это время, солдаты небрежны, плохо ориентируются и пренебрегают своими масками, что дает возможность легко захватить их врасплох. Опыт войны показал, что волновая атака всегда наносит урон, даже если, как не раз бывало, неприятель или союзники были предупреждены за несколько часов об ее начале. Англичане оценивали этот урон в 10 или 11 % всех войск подвергавшихся атаке.

Газометы Ливенса. Вторым в высшей степени сильным оружием газовых войск были и будут минометы Ливенса. Этот миномет ни что иное, как самая простая мортира, состоящая из прямой стальной тянутой трубы и стальной плиты в роли основания. В том виде, в каком миномет употреблялся в мировую войну союзниками, он не имел даже ударника или какого-либо иного механизма в основании; электрические провода для запала проходили через дуло, вдоль снаряда (т. н. барабана), размеры которого позволяли применять такой способ стрельбы. Эти газометы устанавливались сотнями в небольшом расстоянии позади или даже впереди окопов первой линии. Из всех них выстреливали сразу, в один и тот же момент, насколько возможно было синхронно поставить часы. Как было указано, эти мортиры врывались достаточно глубоко в землю так, что их дула приходились на одном уровне с поверхностью. Обычно требовалось несколько дней для подготовки атаки и, следовательно, неприятель имел возможность открыть работы при помощи фотографирования с аэропланов или поисков и уничтожить установки артиллерийским огнем. Однако, следует добавить, что, несмотря на эти затруднения, очень немного атак было расстроено таким путем. В виду общей тенденции американских войск уйти от всего что носило характер позиционной войны и превратить ее в маневренную, применяя все пригодные для этой цели средства, Отдел Военно-Химической Службы принялся за разработку более легкого способа газометных атак.

Скоро было найдено, что при углублении в земле, сделанном лишь для того, чтобы возможно было поместить опорную плиту под надлежащим углом, барабаны или снаряды выбрасывались с такой же точностью, как и тогда, когда дула газометов и мортир были зарыты в уровень с поверхностью. Время, потребное для установки мортир таким путем, равнялось только 1/5 того времени, которое было необходимо для полного вкапывания их в землю.

Конечно, в связи с этим улучшением способа установки, были предприняты продолжающиеся до настоящего времени работы по изготовлению более легких мортир, лучших пороховых зарядов и наивысшему использованию силы пороховых газов. В этом направлении можно сделать много улучшений, которые в результате увеличат подвижность и возможность производства более частых атак, а следовательно, гарантируют более успешное действие.

4-х-дюймовый миномет Стокса. Газовый миномет Стокса отличался от пехотного только тем, что имеет диаметр 4 дюйма, в то время как пехотный имеет 3 дюйма. 4-х-дюймовый калибр избран англичанами потому, что является наивысшим, допускающим быструю стрельбу и имеющим относительную подвижность. Предел его действия не превышает расстояния в 1.100 ярдов. Неудачная конструкция бомбы значительно содействует этому. Заряды пороха также не были ни хорошо подобраны, ни хорошо продуманы. Полагают, что возможно сделать значительные усовершенствования, как в форме бомбы, так и в заряде пороха, что увеличит дальнобойность и силу действия, не повышая веса снаряда и не уменьшая скорости стрельбы. Эти два вида минометов имели применение в мировую войну и будут в широком масштабе употребляться в будущее время для стрельбы бризантными снарядами, фосфором, термитом и другими материалами, с которыми могут обращаться все войска, даже не имеющие специальной подготовки.

Так как газ, без сомнения, наносит больший урон, чем то же количество какого-либо другого открытого до настоящего времени материала, то все войска, употребляющие недальнобойные пушки или минометы, следовало бы обучить газовой стрельбе при благоприятных условиях погоды. При неблагоприятных условиях они должны стрелять другими веществами. Газомет Ливенса со своими 60 фунтовыми бомбами, из коих 30 фунтов весит газ и 30 фунтов бризантное вещество, представляет собой прекрасное оружие в пределах границ своей дальнобойности. Бомба, не будучи заострена не зарывается в почву и, вследствие этого, при взрыве, проявляет всю бризантную силу на окружающие предметы, будут ли это снаряды, патронные ящики, колючая проволока или окопы, не говоря уже о личном составе.

Бризантные вещества в газометах. Когда мины взрываются сотнями на небольшой площади, то все, что способно двигаться, уничтожается: бетонные пулеметные гнезда, наблюдательные пункты, непроницаемые для снарядов убежища и проволочные заграждения разрушаются, окопы заваливаются землей и люди погибают. Мы видели это на фронте в тех немногих случаях, когда газометы вводились в действие. Американская пехота, наблюдая разрушения, производимые ими, приходила в восторг и требовала повторения. Повидимому, немцы в равной мере желали прекращения их действия. Сила этих орудий настолько велика, что с ними придется считаться в будущем. Ширина нейтральной полосы между передовыми окопами противников никогда не будет превосходить наибольшей досягаемости этих простейших орудий. Тепер одно слово предостережения. Никаких попыток увеличить дальнобойность этих орудий, будь то газомет Ливенса или миномет Стокса, не следует делать, если это увеличение может понизить скорострельность или силу действия снаряда. Другими словами, результаты их работы зависят от наибольшего количества материала, выбрасываемого в определенное время на атакуемый пункт, и, если это требование не достигнуто, то самый способ бесполезен. По этой причине газометы и минометы никогда не станут соперниками артиллерии. В руках артиллерии сосредоточена другая сила, которую она должна использовать; ее дело производить обстрел на дальние дистанции, лежащие за пределами досягаемости минометов.

Фосфор в 4-x-дюймовых мортирах Стокса. Фосфор будет широко применяться газовыми войсками, но только в 4-х-дюймовых или других минометах Стокса, которые, в конце юнцов, будут признаны наилучшими. Газометы Ливенса выбрасывают при выстреле чересчур большие количества газа и, будучи по существу пригодны лишь для производства единичных выстрелов, не могут поддерживать дымовую завесу продолжительной стрельбой, а также не приспособлены к переноске, чтобы следовать за пехотой. Фосфор имеет большую ценность для атак против живых целей. Тем, кому приходилось получать ожоги фосфором, или кто был свидетелем легкости, с которой он горит на воздухе во влажном или сухом виде, свойственно чувство страха перед его действием. Опыт войны показал, что неприятельские пулеметчики или другие войска не в состоянии выдерживать бомбардировки фосфором при стрельбе из 4-х-дюймового миномета Стокса минами, содержащими по 7 фунтов фосфора.

Термит. Термит употребляется таким же способом. Хотя мысль о расплавленном металле, падающем на людей и прожигающем одежду и даже шлемы, казалась в теории весьма заманчивой, на полях сражений она оказалась совершенно непригодной для этой цели. Невозможно выбросить настолько большое количество расплавленного металла на определенный пункт, чтобы нанести на нем значительные повреждения. Другими словами, рассеяние металла и быстрое охлаждение его почти совершенно уничтожает силу его действия, кроме действия морального. Это последнее, однако, значительно, как можно было судить, наблюдая взрывы термитных снарядов в воздухе. По этой причине термит найдет в будущем лишь ограниченное применение.

Распространение газа

Высота газового облака. Высота, на которую поднимается газ в газовом облаке, точно неизвестна, но полагают, что она не превышает 50 футов, и то только на значительном расстоянии от места выпуска. Кинематографические снимки с газовых облаков доказали справедливость этого заключения. Оно подтверждается также тем фактом, что голуби, весьма восприимчивые к ядовитым газам, выпущенные в газовое облако, всегда возвращаются невредимыми в свои клетки. Это явление было загадкой до тех пор, пока не выяснилось, что голуби ускользают от действия газа, благодаря быстрому взлету над ним, что могло быть достигнуто только потому, что все газы, применявшиеся на войне, были в 2 или более раз тяжелее воздуха. Такие газы рассеиваются только благодаря медленной диффузии или под'ему при помощи восходящих токов воздуха. Отсутствие этих тепловых течений ночью является одной из причин, по которой газовые атаки оказываются более действительными во время ночи, чем в течение дня.

Горизонтальное распространение газа. Другим важным фактором в характеристике газовой волны является горизонтальное распространение облака. Если газ выпускается из баллона, то угол полного рассеяния его в обоих направлениях от точки выпуска равен 20° — 30° или в среднем 25°. Эта величина угла, конечно, изменяется в зависимости от ветра. Чем сильнее ветер, тем меньше угол, хотя изменения от ветра не так велики, как можно было бы ожидать. Горизонтальное распространение газового облака было измерено на опыте, и результаты отмечены фотографиями с аэропланов, снятыми с больших волновых атак, произведенных на линии неприятельского расположения. Путь газа весьма резко отмечается погибшей растительностью. Растительность умирает и обесцвечивается, так что лишь с трудом может быть обнаружена на аэропланных фотографиях. Видимость газового облака происходит вследствие того, что при быстром испарении большого количества жидкости воздух охлаждается, и содержащаяся в нем влага конденсируется, образуя туман. Газы, подобные горчичному, обладающие слабой летучестью, видимого облака не образуют. Для определения места падения снарядов к газам иногда прибавляются производящие дым вещества, или одновременно с газовыми снарядами производится несколько выстрелов дымовыми. Так как поля сражений будут повсюду, как пятнами, покрыты дымовыми облаками, о чем подробно изложено ниже, то употребление дымового снаряда вместе с газовым станет, вероятно, правилом, а не исключением.

Требования, пред'являемые к боевому газу

Если бы удалось получить ядовитый газ без запаха, то было бы желательно сохранить при стрельбе его невидимость. Тогда применение дыма было бы ненужно. Окись углерода является таким газом, но есть несколько важных причин, почему она не употребляется на войне. Эти причины выявляют те основные требования, которым должен соответствовать успешно действующий ядовитый газ. Если он относится к типу нестойких, то должен легко обращаться в пар или самостоятельно, или под влиянием тепла и других сил, которыми возможно быстро и безопасно располагать на поле сражения. Он должен быть в высшей степени ядовитым, вызывая в сильных концентрациях смерть или, — при введении в организм небольших количеств, приблизительно равных 1/10 смертоносной дозы, — более или менее серьезные повреждения. Если газ действует с некоторым замедлением, не вызывая промежуточного ощущения неудобства, то он более применим, чем тот, который вызывает действие, связанное с чувством немедленного неудобства. Газ должен легко сгущаться в жидкость, оставаясь в виде таковой при обыкновенной температуре под давлением, не превышающем значительно 25 или 30 фунтов на квадратный дюйм.

Если это стойкий газ, то в самых слабых концентрациях он должен действовать с губительной силой и обладать помимо того всеми вышеупомянутыми качествами.

Эта общая характеристика относится ко всем боевым газам независимо от того, употребляются ли они химическими войсками, артиллерией, воздушным или морским флотами, или пехотой. Когда говорится о применении их пехотой, то подразумевается, что при ней будет состоять значительное число офицеров химической службы, которые должны наблюдать за пуском газа при благоприятных условиях ветра, чтобы он не был отогнан назад и не стал угрозой собственным войскам. Это безусловно необходимо, так как войска, которые должны выполнять столь разнообразные обязанности, как пехота, не могут быть достаточно обучены технической стороне химической войны, чтобы знать, когда можно пускать газ в широком масштабе безопасно и с успехом.

Употребление газа артиллерией

Артиллерии будущего, вероятно, придется пользоваться газами более широко, чем какому-либо другому роду войск. К тому ведут две причины: первая — большое количество пушек, сопровождающих в настоящее время каждую армию, и вторая — их дальнобойность. Газы, как было указано, имеют самое разнообразное применение, вследствие чего могут быть использованы в орудиях, различных как по калибру, так и по дальнобойности. Газ будет рассеиваться всеми орудиями, начиная от 75-mm. Вплоть до самых крупных из ныне употребляемых калибров. Возможно даже, что, если станут применять орудия меньшего калибра чем 75-mm., то при стрельбе из них будут употребляться некоторые газы.

Сила действия артиллерийского газового снаряда. Полезно вспомнить, что всякий артиллерийский снаряд, сконструированный и употребляемый до настоящего времени, содержит только около 10 % газа; т.-е. 10 % общего веса снаряда заполнены газом. Надеются, что при дальнейшем усовершенствовании газовых снарядов весовое отношение газа к общему весу снаряда будет несколько повышено, что представляется весьма желательным с точки зрения силы его действия. Как было упомянуто выше, бомбы, применяемые химическими войсками, заполнены почти до 50 % их общего веса газом, следовательно, почти в 5 раз сильнее артиллерийских снарядов на расстоянии, доступном действию газометов. Уже этот факт оправдывает существование газовых войск, облегчающих действие артиллерии, которой благодаря им не приходится стрелять на расстояния, покрываемые огнем газометов.

Стрельба стойкими и нестойкими газами из орудий

В отношении стрельбы нестойкими и стойкими газами приходится высказать общее положение, что нестойкими газами должны стрелять орудия среднего калибра, которые имеются в большом числе. Стрельба нестойкими газами будет возложена, главным образом, на 6-дюймовые или 155-mm. гаубицы и пушки.

При той организации, которую наша армия имела во Франции и имеет теперь, число 155-mm. пушек больше, чем всех остальных, взятых вместе, за исключением 75-mm. Для того, чтобы нестойкий газ обладал наивысшей силой действия, сильная концентрация его должна быть создана на поле сражения в кратчайшее время. Это вызывает необходимость применения снарядов самых больших калибров, которые только доступны для расходования в большом количестве. Конечно, в подмогу 155-mm. пушкам известное количество снарядов других калибров будут химическими снарядами. Современная программа предусматривает изготовление газовых снарядов, в частности, для 8-дюймовых и 240-mm. гаубиц.

Немногочисленность идеально стойких или нестойких газов. Существует весьма мало газов, являющихся идеально нестойкими или идеально стойкими. Эти группы сливаются друг с другом. Находящиеся на предельной линии газы могут быть произвольно отнесены к той или другой группе. Однако, окончательно установлено, что газ, который может продержаться на месте более шести или даже восьми часов при всех условиях, за исключением большого холода, нельзя рассматривать, как нестойкий. В целях успешности действия и экономии должны выбираться только такие стойкие газы, которые остаются при обыкновенных условиях в течение двух или трех дней и более. Вследствие этого, газ, способный держаться только в течение одного дня, должен быть чрезвычайно полезным, чтобы быть принятым.

Стрельба нестойкими газами. Из всех нестойких газов фосген является самым типичным и употребляемым в настоящее время. Насколько можно предвидеть, оп останется наиболее применимым из нестойких газов. Фосген испаряется очень быстро после разрыва снаряда. Поэтому для того, чтобы первый снаряд, брошенный в начале газовой атаки, не утратил силы своего действия к тому времени, когда выпускается последний снаряд, необходимо израсходовать все назначенное число снарядов в течение двух или трех минут. Температура и скорость ветра оказывают известное влияние. Если стрельба происходит при полном затишьи, продолжительность ее может быть значительно увеличена; при сильном ветре она должна быть сокращена. Другим важным фактором, требующим быстроты стрельбы нестойкими газами, является полная защитная сила всех масок против действия фосгена и подобных ему газов. Поэтому, необходимо захватить неприятеля врасплох и отравить его, прежде чем он сможет приладить свои маски; иначе газо-нападение не нанесет никакого вреда. Из вышеупомянутых соображений "газовая стрельба" обычно производится ночью, когда, как было указано, беззаботность, сонливость и являющийся в результате атаки беспорядок всегда обеспечивают больший урон, чем стрельба газом в дневное время.

Стрельба стойкими газами. Стойкие газы будут применяться для стрельбы из пушек всяких калибров, но в значительно меньшей мере из 155-mm., чем из других. Стойкие газы должны быть ядовитыми в слабых концентрациях, чтобы действовать самостоятельно без примеси других. Если желают наполнить атмосферу над данной площадью горчичным газом, то стрельба может продолжаться в течение двух, трех, или даже пяти или шести часов, так как все снаряды все-таки будут оказывать совместное действие. Тот же самый аффект производит бромо-бензил-цианид. Это позволяет употреблять минимальное количество орудий при стрельбе этими стойкими газами. В виду устойчивости стойкие газы требуют долговременного ношения масок и потому весьма пригодны для производства заградительного огня из дальнобойных крупнокалиберных пушек по дорогам, деревням и лесам, являющимся местами укрытия для войск, а в равной мере и по всем другим пунктам сосредоточения.

Стрельба раздражающими газами. Раздражающими газами будут стрелять из пушек разнообразных калибров так же, как стойкими и нестойкими газами. У нас будут нестойкие и стойкие раздражающие газы. Тем не менее все они рассматриваются, как отдельная группа, так как имеют общее назначение — затруднять действия неприятеля, вынуждая его прибегать к ношению масок.

Перед подписанием перемирия главный штаб Ам. Экспед. Сил издал приказ — с января 1919 года снаряжать 25 % всех снарядов веществами, служащими для химической войны. Под снарядами подразумевались как шрапнель, так и бризаптная граната.

Из полевых пушек 75-mm. является наилучшей, в пределах досягаемых ею дистанций, для стрельбы стойкими газами, как горчичный, или раздражающими, как бромо-бензил-цианид. Однако, значительное число ее снарядов снаряжалось и, вероятно, будет впредь снаряжаться нестойкими газами, так как вследствие большого числа 75-mm. пушек, ими можно располагать для повышения количеств нестойких газов, выпускаемых на определенный пункт.

Употребление газов воздушным флотом

В мировую войну газ не употреблялся аэропланами. Во время последнего периода войны распространялось много слухов, что немцы бросали с аэропланов газ. Каждое из таких донесений тщательно поверялось отделом Военно-Химической Службы, но ни разу не подтверждалось и всегда оказывалось ложным. Тем не менее абсолютно не было никаких причин для того, чтобы не употреблять газ таким образом; разве только, что немцы боялись это делать. В начале они не имели достаточных запасов газа, и употребление аэропланов не было развито до такой степени, чтобы этот способ казался целесообразным. Когда же, наконец, они построили аэропланы, военное счастье стало изменять им, и они начали бояться применения газа союзниками и бомбардировки с аэропланов.

Кажется, далеко не всем известен тот факт, что после трех или четырех месяцев пропаганды немцы обратились с непосредственным призывом к союзникам прекратить употребление газа. Это было в один из дней марта 1918 года. Пропаганда была облечена в форму призыва, сделанного одним имевшим доступ в Швейцарию профессором химии с целью якобы предотвратить уничтожение союзных армий помощью немецкого газа, который должен был появиться на свет в 1918 году. Этот немецкий профессор, вручая своей нации средство выиграть войну, был слишком гуманен для того, чтобы лицезреть истребление противников, вызванное применением этого нового газа. Союзники поняли, что это было просто выражение страха, и что неприятель не обладает таким газом. Поэтому немцы были поставлены в известность, что союзники не откажутся от употребления газа. Позднейшие события доказали справедливость такого решения. Немцы, очевидно, почувствовали, что развитие производства ядовито-газовых веществ у союзников, более чем все другие успехи, создадут им преимущественное положение, и в этом отношении они были совершенно правы.

Употребление газа аэропланами не будет отличаться от применения его в артиллерии или других родах войск. Нестойкие газы могут разбрасываться на поля сражений, на пункты сосредоточения, на площади для отдыха или другие места расположения войск с целью нанести им немедленный урон. Стойкие газы будут рассеиваться на путях сообщения, железнодорожных станциях, пунктах сосредоточил и расположения войск, до которых артиллерия не может достать. Разбрызгивание стойких газов явится одним из лучших способов для распространения газов аэропланами.

Здесь уместно сказать, что авиационная газовая бомба обладает высшей степенью силы действия, так как толщина ее стенок должна противостоять только невысокому давлению газа и обеспечивать безопасность обращения с ней, тогда как артиллерийский снаряд должен быть достаточно прочен, чтобы противостоять толчку при выстреле из орудия.

Пехота и газовая война

Когда кто-либо указывает на необходимость снабжения пехоты газом, ему тотчас же возражают, что пехота и так уже перегружена; это верно, но в будущем, как и в прошлом, пехотинец будет уменьшать или увеличивать носимый груз и соответствии с тем, насколько последний явится ему нужным средством защиты. Если он найдет, что газ наносит потери неприятелю и помогает ему одержать поведу более быстро, чем равный вес какого-либо другого снаряжения, то он будет носить на себе материалы для газа. Это заключение прекрасно иллюстрируется описанием предметов снаряжения, брошенного 10.000 отсталых солдат британской армии и подобранного во время большого немецкого наступления на Амьен в марте 1918 года. Более 6.000 отсталых побросали свои ружья. В несколько меньшем числе были оставлены шлемы; но противогаз была брошена только восемьюстами из 10.000. Противогаз не является особо удобоносимым аппаратом, и английский тип его не представлял в этом отношении исключения; но солдат знал, что в случае газовой атаки у него не остается никаких шансов на спасение, если он утеряет свою маску. Вследствие этого он сохранял ее в то время, как побросал почти все остальное, что у него было. Этот вывод окажется верным для всякого газового снаряжения, которое докажет свою пользу.

Дым и зажигательные материалы

До сих пор ничего не было сказано по поводу дымовых и зажигательных материалов. Это объясняется тем, что применение их не зависит от погоды в том размере, как последняя влияет на газ. Во-вторых, дымы, не будучи ядовитыми, не представляют опасности для наших собственных войск, хотя могут препятствовать передвижениям и при неправильном применении увеличивают затруднения к занятию позиций. Из двух классов дымовых и зажигательных материалов первые имеют, по крайней мере, в тысячу раз больше значения, чем вторые. Вещество, вырывающееся с выделением пламени при вскрытии снаряда или разбрасывающее горящие брызги огня, действует на воображение, но реальные результаты на поле сражения, им достигаемые, почти равны нулю. Единственным сколько-нибудь ценным действием зажигательные материалов были редкие поджоги погребов со снарядами и более частые пожары товарных складов и интендантских пунктов. Такое применение их, несомненно, будет продолжаться и в будущем.

Огнемет

Из зажигательных приборов наименее ценным является огнемет. В Отделе Военно-Химической службы в течение долгого времени совершенно не упоминали об огнемете; разве только, если по поводу его задавались какие-либо вопросы. И здесь мы упоминаем о нем исключительно для предупреждения последних. Даже немцы, которые изобрели и в течение двух лет окопной войны имели полную возможность усовершенствовать его, в конце концов стали широко применять огнемет, как средство казни для тех, кого не хотели сами расстреливать. Попадавшие в эту категорию солдаты вооружались огнеметами и посылались в атаку. Немцы знали, как знали и союзники, что всякий солдат с огнеметом становился мишенью для каждого находившегося по соседству ружья и пулемета. Огнемет очень быстро разряжается, и тогда человек, вооруженный им, не имеет никаких средств для нападения и вдобавок нагружен большой тяжестью, препятствующей всякому движению для бегства.

Воспламеняющиеся вещества

Вероятно, будет найдено некоторое применение для веществ, подобных металлическому натрию, самовозгорающимся маслам и другим материалам, способным воспламеняться и гореть при соприкосновении с воздухом, хотя желтый фосфор не только равен всем им по силе, но и в большинстве случаев далеко превосходит все, что до сих пор предлагалось с этой целью. Фосфор влажный или сухой при доступе воздуха горит огнем, который нельзя погасить. Фосфор имеет большую ценность для производства дымовых завес и употребления против войск неприятеля. Немцы не употребляли фосфора по той простой причине, что у них не было фосфора; совершенно так же, как они не применяли гелия в привязных шарах, потому что не имели его.

Значение фосфора стадо понемногу выясняться в то время, когда американцы вступили в войну; но все его значение не было оценено даже американскими войсками к концу войны.

Успехи первого газового полка, снабженного фосфором, и победы, одержанные им против пулеметных гнезд, доказали, как ценен фосфор при применении его против неприятеля. Они доказали также его колоссальное значение в качестве дымовой завесы.

Отдел Военно-Химической Службы имел намерение снаряжать большое число артиллерийских снарядов фосфором; но вследствие того, что до перемирия не удалось вполне развить нашу программу изготовления снарядов, фосфор не был применен американской артиллерией в сколько-нибудь значительном размере.

Дым во всеобщем употреблении

Дым будет применяться всеми родами войск и в каждом бою, как днем, так и ночью. Если вы когда-либо пробовали стрелять в цель, которую только начинает застилать туман, вы можете представить себе трудность попадания через непроницаемую дымовую завесу. Это является просто выстрелом в темноту. Будущие бои будут свидетелями дыма, образованного дымовыми свечами, сохраняемыми в окопах или носимыми войсками; дыма от разрывающихся артиллерийских снарядов и ружейных гранат; дыма от аэропланных бомб и возможно даже от прибора, известного под названием дымовой сумки. Дымовая сумка дает очень густой белый дым, производимый весьма экономично, но, вероятно, она не найдет широкого применения, так как, несмотря на большой эффект действия, дым не может быть рассеян на большое протяжение, а образуется около того, кто несет сумку. С другой стороны, большое значение фосфора заключается в том, что он может быть переброшен на большие расстояния при помощи ружейных гранат или артиллерийских снарядов или сброшен в авиационных бомбах. Дымовая завеса должна быть образована впереди предмета, который желательно закрыть, будет ли то артиллерийская батарея, наступающая волна пехоты или наблюдательный пункт. Такие дымы, преследующие исключительно цели завес, будут употребляться в широчайших размерах и применяться также вместе с газами.

Газовое облако имеет вид дыма

Вследствие того, что газовое облако имеет вид дыма, и в будущем станут применять ядовитые дымы, никто на поле сражения не должен быть уверен, что какое бы то ни было облако дыма не является в то же время ядовитым. Не принявший предосторожностей против дыма легко может отчего пострадать. Здесь представляется наиболее благоприятная возможность, какую когда-либо давала война, для широчайшего применения вошедшей в пословицу американской изобретательности.

Действительно, при этом открывается неограниченное поле для изобретательности, допускающее всевозможные варианты, которые можно применять, пуская дым с газом или без него, выпуская при помощи артиллерии дым на большие расстояния или сбрасывая дымовые бомбы с аэропланов. Каждому офицеру придется изучать возможности, представляемые дымом как при применении его для защиты, так равно для нападения на неприятеля. Офицер будет в состоянии скорее уберечь свои войска от потерь, искусно применяя дым, чем с помощью каких-либо иных находящихся в его распоряжении средств. Обратно, неискусное применение дыма одной стороной может в сражении повлечь за собой весьма большие потери в сравнении с потерями неприятеля, если последний будет умело пользоваться дымом. Это представляет предмет, заслуживающий глубокого и всестороннего исследования.

Защита дымовыми облаками.

В будущем дым явится наилучшей защитой, к которой может прибегнуть солдат. Дым не только исключает возможность видеть днем, но и мешает исследованию поля сражения ночью при помощи прожекторов, световых бомбили других средств, применяемых для освещения полей сражения. Он уже широко применялся флотом и, несомненно, найдет себе гораздо более широкое употребление в будущем.

Отметка снарядов.

Современные артиллерийские снаряды имеют различные цвета для бризантных веществ, шрапнелей, зажигательных материалов и газов. Для всех газовых снарядов, бомб и баллонов основным цветом окраски служил сероватый тон в добавление к нему была принята система цветных поясов. Эти пояса были белого цвета для обозначения ядовитых нестойких газов и красного — для стойких. Желтый цвет употребляется для дымов. Артиллерист на фронте, благодаря определенной комбинации красных, желтых и белых поясов, может, бросив взгляд, сказать, является ли газ нестойким или стойким, и содержит ли снаряд дым или нет. На каждом снаряде находятся второстепенные отметки для указания офицеру химических войск, какой специальный газ или газы заключаются в снаряде. Эти отметки мало заметны, и никаких попыток для ознакомления с их значением рядового солдата или даже офицера сделано не будет.

Эти второстепенные отметки имеют целью дать возможность офицерам химической службы употреблять различные газы для специальных целей в тех сравнительно редких случаях, когда под руками имеются достаточные запасы и время, позволяющее произвести надлежащий выбор.

ГЛАВА XXIV

Газовая оборона (С точки зрения полевой службы)

Лучшей защитой против какого-либо оружия на войне является энергичное нападение при помощи того же самого оружия. Это является военной аксиомой, которую никогда не будет лишним подчеркнуть, но которую, подобно другим аксиомам, не следует понимать слишком буквально. Способы ее применения изменяются соответственно с изменением условий. В газовой войне энергичная атака газом есть наилучшая защита против него. Но это не означает того, что с газом противника не следует считаться. Наоборот, против газа, более, чем против какого-либо другого вида атаки, необходимо воспользоваться всеми защитными мерами. Будучи тяжелее воздуха, газ распространяется по земле, заполняя убежища, окопы, леса и долины, т.-е. как раз те места, которые наиболее безопасны от пуль и бризантных веществ. Он остается в этих местах целыми часами, в то время как давно бы рассеялся на открытом поле, и в виду того, что сам воздух продолжает быть отравленным, необходимо не только предоставить солдатам общую защиту, но и обеспечить ее на все время, пока имеется налицо газ.

Первоначальные защитные приборы

Первоначальной защитой против газа была маска простейшего типа. Первым газом, примененным на войне, был хлор, и так как тысячи людей в гражданской жизни были знакомы с его свойствами, то оказалось нетрудным установить, что растворы гипосульфита или соды быстро уничтожают газ и, если вдыхаемый воздух будет проходить через материалы, насыщенные такими растворами, то хлор будет обезврежен. Вследствие этого, первые маски состояли из ваты или ватных подушечек, пропитанных раствором соды или гипосульфида и принимаемых ко рту и носу во время газовой атаки. Эти подушечки были неудобны, негигиеничны и, вследствие долгих перерывов между газовыми атаками, часто терялись, в то время как раствор разливался или испарялся. В результате защита против газа при помощи таких масок оказалось слабой, и пришлось обратиться к их усовершенствованию.

Конструкция новых масок

После нескольких недель употребления таких жалких масок, англичане придумали новый аппарат, известный под названием шлема РН. При газовой атаке на голову надевался мешок, концы которого заправлялись под рубашку кругом шеи; при застегнутой рубашке газ не мог проходить в мешок. Этот шлем РН вполне удовлетворительно предохранял против действия хлора, в гораздо меньшей степени против фосгена — нового газа, введенного в употребление весной 1916 года.

На изготовление шлема РН шло много материи, он был слишком тепел для лета, т.-е. как раз для того времени, когда газ применяется в самом широком размере. Химические вещества, которыми билли пропитаны его ткани, раздражали кожу лица и глаза, в особенности при действии некоторых ядовитых газов.

Полковник Гаррисон, вероятно, на основании опытов с кислородными аппаратами, применяемыми для спасательных работ в шахтах, предложил сделать маски, главною частью которых была бы коробка, наполненная химическими поглотителями, и приспособленная для ношения на груди. Гибкая трубка соединяла коробку с загубником, сделанным из резины. Дыхание производилось, таким образом, ртом, и для того, чтобы воздух не проходил через нос, к прибору был присоединен носовой зажим.

Этот аппарат защищал только легкие, но не глаза. Для защиты глаз была устроена лицевая часть, сделанная из прорезиненной ткани с эластическими тесемками, плотно прижимавшими ее к лицу. Успешность действия этой маски зависит, во-первых, от непроницаемости лицевой части для слезоточивых, поражающих глаза газов и, во-вторых, от надлежащей комбинации химических веществ в коробке, предназначенных для очищения воздуха, поступающего в легкие через загубник. (Подробности даны в главе XII).

Защита от дыма

Смесь древесного угля с крупинками натронной извести дает надлежащую защиту против всех известных истинных газов, но не защищает против некоторых дымов и мельчайших частиц жидких ядовитых веществ. Так как дымы, как напр. хлорное олово, не будучи смертоносными, сильно раздражают легкие и делают пребывание в их атмосфере невыносимым, то вскоре выяснилась необходимость найти средства, которые бы препятствовали их прохождению через маски. Первоначально это достигалось путем введения прокладок из листовой ваты в коробку респиратора. Вата обычно помещалась тремя слоями, вперемежку с древесным углем и зерненой натронной известью, так как считалось, что поглотители будут таким путем прочнее удерживаться на месте.

Через некоторое время после того, как хлорное олово вошло во всеобщее употребление, немцы начали употреблять снаряды, содержавшие небольшие количества ди-фенил-хлор-арсина, известного под названием "чихательного газа". Защита против него рассмотрена в главе XVII.

Выбор масок для войск Соединенных Штатов

В августе 1917 г. только что организованному Отделу Военно-Химической Службы во Франции представилась необходимость выбрать маски для снабжения американских войск; в это время было возможно приобрести маски двух типов: английского и французского М — 2. Французский тип М — 2 состоял из 32 слоев ткани, пропитанной различными химическими веществами, через которые воздух как вдыхался, так и выдыхался. Эта маска давала вполне хорошую защиту против обычных полевых концентраций большинства газов, но была в высшей степени проницаема для высоких концентраций фосгена, получаемых при газово-облачных атаках и газометных атаках. Маска эта также слабо предохраняла против хлор-пикрина. Однако, она была очень легка, портативна и, сверх того, считалась удовлетворительной для предохранения от концентраций облаков газа на расстоянии более пяти миль от линии фронта.

Считалось желательным, чтобы каждый солдат в добавление к одной маске имел еще вспомогательную для замены первой, на случай ее негодности или повреждения. Поэтому были приняты оба типа масок, французский и английский, и на следующий день после назначения Фрайса начальником Отдела Военно-Химической Службы при Ам. Экс. Сил., 22 августа 1917 года, было закуплено по 100.000 масок каждого образца, хотя к тому времени было не более 10 или 12 тысяч американских войск во Франции, нуждавшихся в масках. Позднее, в качестве запаса, впредь до постановки производства масок английского типа в Соединенных Штатах, было приобретено еще добавочное количество обоих сортов масок. Всего английских масок было куплено около 700.000.

В течение сравнительно короткого времени после того, как американские войска вошли в линию фронта, выяснилось, что наличие второй, слабейшей по качествам маски, является в высшей степени нежелательным. Во время газовых атак солдаты выказали непреодолимое желание надевать маски то одного, то другого типа. Эта перемена в каждом случае имела в результате несчастные последствия. Тогда было решено, что должна существовать только одна маска и притом лучшая из всех существующих видов; что следует одновременно внушить солдату, что жизнь его зависит от заботливого отношения к маске. Опыт доказал, что эта мера была необходима, так как число солдат, отравленных газом вследствие повреждения масок, было сравнительно весьма мало. Интересным доказательством, как солдаты дорожили своими масками, служит подсчет предметов снаряжения, брошенных 10.000 английских отсталых солдат во время большого немецкого наступления в марте 1918 года. Среди списка брошенного снаряжения газовая маска находилась в самом конце; ее не хватало только у 800 солдат. Следующим, как кажется, был стальной шлем, недостававший у 4.000 человек.

Размер лицевой части масок

При заказе английских противогазов в августе 1917 года было обращено внимание на то, что лицо американца, так же, как и его рост, вероятно, окажутся в среднем больше английских. Был сделан запрос относительно размеров масок, удовлетворявших бывших на фронте канадцев, так как считалось вероятным, что для канадцев крупные размеры должны были требоваться в большей пропорции, чем для англичан. При определении относительных количеств каждого размера масок, которые должны были быть доставлены американской армии, в основу были приняты требования канадцев, при чем число наиболее крупных размеров значительно повышено. В действительности, даже это повышение оказалось недостаточным, так что количество масок обоих размеров выше нормального в конце концов пришлось более чем удвоить.

Недостатки немецкого противогаза

Отдел Американской Газовой Службы пришел с самого начала к убеждению, что конструкция прибора, в котором коробка с химическими веществами прикрепляется к надеваемому на голову наличнику, в принципе неправильна (такая конструкция применялась в немецком противогазе и во французских масках A. R. S.), т. к. исключала возможность увеличения размера коробки для приспособления ее к защите от новых газов. Вес коробки оттягивал лицевую часть маски и заставлял ее слегка раскачиваться во время движения. Это мешало зрению и заставляло приподнимать наличник маски, вследствие чего под него проходил газ. Справедливость этих замечаний Американского Отдела Газовой Службы была подтверждена теми затруднениями, с которыми в конце войны встретились как немцы, так и французы, при изготовлении фильтра для защиты против дымов, подобных хлорному олову и ди-фенил-хлор-арсину.

Борьба маски и газа

Борьба между маской и ядовитым газом напоминает старую борьбу между броней и бронебойным снарядом. В то время как бронебойный снаряд всегда имел в этой борьбе некоторый перевес, в отношении газов замечается как раз обратное. Противогаз всегда был сильнее газа, и очень немного случаев отравления произошло от недостатков самой маски. Запас безопасности никогда не был велик, но тем, что у нас был этот запас, мы обязаны энергии, искусству и изобретательности тех, кто конструировал и изготовлял маски в Англии, Франции и особенно в Соединенных Штатах.

Всякая даже наилучшая маска неудобна и вызывает некоторую потерю бодрости. К тому же в лучших американских масках все же имеется некоторое ограничение поля зрения. Утомляющее действие маски на войска об'ясняется, главным образом, увеличением сопротивления дыханию. В соответствии с этим было произведено много опытов по уменьшению этого сопротивления. В масках английского типа сопротивление равнялось весу столба воды в 4½ дюйма. Добавление сульфитной бумаги для защиты против ди-фенил-хлор-арсина увеличивало сопротивление примерно на 1 дюйм. Это налагало тяжелое бремя на того, кто вынужден был носить маску при производстве какой-либо физической работы. Вдобавок первые типы масок оставляли желать многого в отношении конструкции частей, влияющих на сопротивление, как-то: размеров трубок, их изгиба и клапанов, через которые проходил воздух. Преодолеть эти затруднения было, однако, гораздо легче, чем уменьшить сопротивление при прохождении воздуха через химические вещества и древесный уголь или фильтры против ди-фенил-хлор-арсина. В коробке последнего типа, придуманной после долгих испытаний для американских войск, сопротивление дыханию было понижено до давления двух дюймов воды. Оценить это понижение может только тот, кто носил старую маску с ее загубником, зажимом и с сопротивлением в 4–6 дюймов и затем заменил ее маской, через которую можно дышать естественным порядком, при сопротивлении только в два дюйма.

Конструкция новой американской маски

Отдел Американской Газовой Службы с самого начала понял, что загубник и носовой зажим должны быть отброшены, и в соответствии с этим направил все свои усилия к получению наиболее современного типа маски, лишенной этих приспособлений. Англичане упорно не соглашались с этой точкой зрения почти в течение года. Этот взгляд англичан был более или менее понятен. Они придумали свою маску в начале войны для защиты от облаков газа. В те дни окопы противников были весьма близки друг к другу. Сверх того окопы линии фронта были людны. Поэтому большее количество солдат подвергалось действию высоких концентраций газа, но, что в высшей степени важно, только на короткое время. Так как немцы боялись ядовитых облаков даже больше англичан, то не было опасности нападения с их стороны во время действия газа. Английские наставления предписывали во время газовой атаки полную остановку всякого движения и требовали, чтобы солдат держался наготове к тому времени, когда пройдет облако. Вследствие этого, люди могли дышать сравнительно свободно и, следовательно, не особенно страдали от сопротивления респиратора.

Однако, с появлением горчичного газа весь общий план защиты изменился. Горчичный газ, как известно, оказывает действие в крайне слабых концентрациях и обладает очень большой стойкостью. При теплой сухой погоде он, растекаясь по земле и кустарникам, не рассеивается вполне в продолжение двух, трех дней и вследствие этого выделяет пары, не только обжигающие легкие и глаза, но и действующие на нежные влажные части кожи. При холодной, сырой погоде газ держится в опасных количествах в течение недели, а иногда и дольше. Так как горчичный газ в виде жидкости испаряется слишком медленно для того, чтобы его можно было применить в виде облака, то он употреблялся исключительно в бомбах и снарядах. Поэтому можно было ожидать, как и оправдалось на деле, что им будут стрелять на всякие расстояния от линии фронта, приблизительно, до восьми миль в тыл. С появлением горчичного газа необходимость в защите от высоких концентраций газа на короткий промежуток времени изменилась до умеренной защиты на очень долгое время. Действительно, горчичный газ заставляет людей носить маски все время, пока они остаются на зараженной им площади. По временам требуется также высокая защита на короткие сроки, но было найдено, что при повышении силы действия древесного угля, количество последнего, равно как и количество химических веществ в коробке, может быть сильно уменьшено, без существенного ослабления защиты против высоких концентраций газа, получаемых при газо-баллонных и газометных атаках.

Истощение и симуляция

Кажется физически невозможным для человека среднего сложения носить английскую маску с ее загубником и носовым зажимом более шести, восьми часов; большинство людей неспособны даже на это. Никто не знает, сколько тысяч смертей произошло вследствие того, что солдаты теряли душевное равновесие от упадка сил и неудобства загубника и носового зажима. Солдаты срывали маски, заявляя, что они предпочитают умереть, чем переносить муку дальнейшего ее ношения. Ограничение поля зрения, создаваемое маской, вызывало привычку снимать наличник, оставляя загубник и носовой зажим. Это защищало легкие, но открывало глаза, а так как горчичный газ очень быстро действует на глаза, то последствиями были тысячи несчастных случаев. Была и другая интересная сторона положения. Симулянты, стремившиеся выйти из линии фронта, были готовы какую-угодно подлость, чтобы достигнуть своей цели; они умышленно снимали наличник и таким путем подвергали глаза действию газа. Свойства горчичного газа скоро стали хорошо известными, и симулянты знали, что действие газа на глаза никогда не вызывает смерти или постоянной потери зрения. При новом типе американской маски защита глаз и легких зависит от одного общего лицевого приспособления, и такая игра с маской становится невозможной.

Не вдаваясь в дальнейшие подробности относительно масок, достаточно сказать, что в конце концов американцы изготовили маску вполне удобную, дающую полную защиту от газов и дымовых облаков и при том такую, которого легко было выработать в большом количестве (50 и до 75 тысяч в день), что было необходимо, чтобы снабдить масками армию от 3 и до 4 миллионов солдат.

Защита на войне только относительна

Наполеону приписывают выражение: "Чтобы подготовить яичницу, нужно разбить несколько яиц", Каждый, изучающий войну, должен понимать, что нельзя избежать потерь на поле сражения и, несмотря на это, один американский штабной офицер зашел так далеко, что счел необходимым отказаться от употребления газа для наступления, если Отдел Химической Службы не даст ему абсолютных гарантий в том, что ни один несчастный случай не произойдет от газа ни с одним американцем. Та же самая мысль укоренилась в голозах лабораторных исследователей масок. Они думали, что, если произойдет хотя бы одно отравление из-за недостатка маски, то их работа окажется ошибочной или по меньшей мере подвергнется жестокой критике. Соответственно с этим были сделаны усилия усовершенствовать защиту, не считаясь с неудобствами, налагаемыми на того, кто будет носить маску. Было очень трудно искоренить эту мысль. Лабораторный деятель, приучающий себя к опытам с каким-либо специальным прибором, забывает, что он развивает в себе способность переносить неудобства, к которым не могут приспособиться обыкновенные смертные в течение времени, отводимого на обучение.

Помимо того, если бы причины, вызывающие необходимость подобного обучения, могли быть устранены, то это, конечно, оказалось бы в высшей степени желательным. Сказанное относится к различным частям английского противогаза, как-то: к загубнику, эластическим повязкам, причиняющим излишнее неудобство лицу, к носовому зажиму и к большим коробкам, представляющим слишком сильное сопротивление для дыхания.

Следует принять за общее правило: если защита требует так много усилий или становится таким большим бременем, что человек среднего сложения не может или не хочет прибегать к ней, то пора перейти к тому, что он в состоянии выдержать, и снабдить его более простым аппаратом для защиты, если бы даже последний был менее совершенен и не вполне избавлял от возможности несчастных случаев. Защита в сражении всегда относительна. Человек, который не может проникнуться мыслью о том, что между боевым риском и защитой существует некоторое равновесие, не должен иметь дела с оружием, снаряжением или тактикой, применяемыми в бою.

Обучение

Горький опыт научил союзников, а вместе с ними и американцев, что ни совершенство противогаза, ни качества других защитных приборов, не могут заменить полного и постоянного обучения. Одной из самых больших трудностей в начале было заставить американские войска понять, что вещество невидимое, как газ, часто лишенное дурного запаха и не вызывающее немедленно болезненных ощущений, может быть смертельным. Ничто, кроме постоянной тренировки и повторных указаний на эти опасности, не могло заставить их усвоить себе этот факт. Действительно, ни одна из американских дивизий, участвовавших в первое время на фронте, не уяснила себе всей важности защитных мер против опасности, представляемой газом, в результате чего все они понесли в одном или нескольких случаях большие потери от газовых атак.

Англичане придавали большое значение навыку надевания масок в кратчайшее время. Это время официально было установлено в 6 секунд с момента тревоги. Американцы, приняв английскую маску in toto, естественно должны были принять и правила ее надевания и ношения. Однако, через несколько месяцев опыт показал им, что стремление достигнуть слишком большой скорости опасно. Оно заставляет солдат волноваться и ведет к неправильному надеванию маски, что бывает причиной несчастных случаев. Вследствие этого, в последних инструкциях по защите от газа все упоминания о шести секундах были уничтожены, и подчеркивалась необходимость аккуратного надевания маски. В виду того, что каждый человек может без всякого усилия и предшествующей тренировки задерживать дыхание в течение 20 секунд, нужда в большой быстроте надевания маски не является необходимой.

Задерживание дыхания

Первоначальные постановления, бывшие во всеобщем употреблении почти до конца военных действий, предписывали солдату задерживать дыхание при надевании маски. Кажется невозможно сделать иного заключения как-то, что "задержка дыхания" требует предшествующего ему полного вбирания в себя воздуха. Это, очевидно, было в высшей степени опасно, если прежде сигнала тревоги уже имелся в наличии газ, как это часто случалось при внезапных минометных или артиллерийских газовый атаках. Тогда пришлось изменить приказ в таком смысле: "Останови дыхание и стой, не дыша, до тех пор, пока старательно и аккуратно не наденешь маску".

Психология в обучении

Необходимость внушить солдату сознание опасности газа била рано оценена; оставалось внушить ему также не иметь излишнего страха перед ним. В виду того, что в нашей армии обучение защите значительно опередило обучение нападению, это стало вопросом большой важности. Действительно, вследствие разных причин, обучение газовым атакам не было доступно для американских войск до их прибытия во Францию. Отсюда явилось результатом, что офицеры и солдаты смотрели на газ только с точки зрения индивидуальной обороны. Поэтому, по прибытии их во Францию, было очень трудно не только заставить некоторых из наших начальников пользоваться газом для нападения, но добиться от них разрешения применять его на фронте, которым они командовали.

Несмотря на все старания, принимавшиеся при обучении американцев защите от газа, у них создался несоответствующий страх перед газом, который нужно было преодолеть для того, чтобы заставить войска атаковать врага в атмосфере облаков собственного газа, на близком расстоянии. Это относилось к употреблению газа артиллерией так же, как и газовыми войсками. Однако, следует добавить, что после первого же применения газа на американском фронте все офицеры дивизий и других частей, познакомившись с ним, впоследствии всегда были сторонниками его употребления.

Задачи немцев при газовом обучении

Немцы, с своей стороны также имели серьезные затруднения в отношении психологии газового обучения. Как было выше указано, они начали применять горчичный газ почти на одиннадцать месяцев раньше союзников.

В течение этого времени, для поддержания духа войск, если не ради простого хвастовства, они говорили своим солдатам, что горчичный газ не может быть изготовлен союзниками, что он является самым страшным оружием из всех, которые породила война (и в этом они были правы), и что при помощи его они выиграют войну (в чем они сильно ошиблись). Когда же союзники стали применять горчичный газ, то немцам пришлось изменить свои толкования и убеждать солдат, что горчичный газ не хуже всякого другого, что солдатам не следует бояться его, и что их маски и другие средства защиты вполне защищают от него. Перед немцами стояла психологическая задача, которую им не удалось вполне разрешить. Не может быть сомнения в том, что возрастающий в умах солдат страх перед газом явился одной из причин, ускоривших капитуляцию.

Газ ночью

В начале было очень трудно добиться того, чтобы офицеры уяснили себе безусловную необходимость обучения надеванию масок ночью. Ради различных целей, так же, как ради неожиданности, от 80 до 90 % газовых атак было выполнено в ночное время. При этих условиях замешательство при надевании масок без большой предварительной тренировки неизбежно, в особенности в окопах с узкими переходами и выдающимися острыми углами. Было много примеров, когда солдаты, просыпаясь и приходя в волнение, не только сами отравлялись газом, но в безумных попытках найти свои маски или укрыться от газа, сбивали с ног других, приводя в беспорядок их маски и вызывая отравление от одного до трех, четырех человек. Замешательство, присущее всякой газовой атаке, увеличивалось в последних стадиях войны одновременной с ней усиленной бомбардировкой шрапнелью и бризантными снарядами, которая сопровождала почти все газометные и облачные газовые атаки. Бомбардировка продолжалась в течение трех или четырех часов, чтобы вызвать упадок сил, заставить людей снять маски и помешать удалению пострадавших от газа с пораженной им площади.

Обнаружение газов

В течение войны неприятелем и союзниками были сделаны многочисленные усилия к изобретению способов автоматического обнаружения газа в опасных количествах. Хотя были придуманы десятки, может быть, даже сотни их, тем не менее ни один не оказался простым, скорым или достаточно надежным для применения его в поле. Обыкновенно приходилось полагаться на обоняние. Этим об'ясняется, что по мере развития войны, стали уделять все больше и больше внимания на упражнение офицеров и унтер-офицеров в открытии различных газов при помощи чувства обоняния.

В американской школе газовой обороны для офицеров это делалось всегда путем применения захваченных у немцев газов. Так поступали вследствие того, что некоторые газы обладают совершенно различным запахом в зависимости от чистоты приготовления или от примешанных к ним растворителей. Так немецкий горчичный газ обладает запахом горчицы, в то время, как горчичный газ союзников, вследствие незначительного изменения в способе приготовления, имеет совершенный запах чеснока. Офицеры и солдаты, обученные газовой обороне, не только должны знать запахи различных газов, но и уметь определять высокие концентрации каждого газа, представляющие опасность. Это не легко изучить, так как сила разных газов варьирует в зависимости от концентраций в широких пределах; не только изменяется сила газа и вместе с ней острота запаха, но часто смешение ядовитых газов с газами, развивающимися при взрыве гранат и шрапнели, маскирует эти запахи и делает их распознание более трудным.

Маскирующие газы

К концу войны большое внимание было уделено "обманным" газам, которые могли, благодаря сильному или специфическому запаху, маскировать присутствие ядовитых газов. Эта маскировка должна была вводить врага в заблуждение, заставляя его предполагать присутствие опасных газов и понуждать его производить атаку в масках. Неприятель надевал маски, думая, что имеет дело с опасным газом, между тем, как последний в действительности отсутствовал.

Как немцы, так и союзники, изощряли свою изобретательность, придумывая все новые ошеломляющие способы производства газовых атак. Хорошо известен трюк немцев, которые производили стрельбу газами слабых концентраций в течение нескольких дней, в особенности по неопытным войскам, что не могло причинять последним особенного вреда. Когда же бдительность этих войск была усыплена и они получали уверенность, что газы действуют весьма слабо, немцы выпускали на них смертоносные концентрации. Несмотря на соответственные предупреждения наших солдат, противник часто достигал таким путем весьма больших успехов. Однако, еще до конца войны американцы освоились с подобными хитростями и нередко стали перехитрять немцев в таком способе ведения войны.

Ожоги горчичным газом

С появлением горчичного газа, обжигавшего тело, возникли новые и серьезные затруднения для защиты. Сперва думали, что горчичный газ обжигает только тогда, когда жидкость из взрывающегося снаряда попадает на одежду или кожу. К несчастью, скоро оказалось, что это неверно. Сам газ быстро проникает через одежду и обжигает кожу даже тогда, когда концентрация его весьма слаба. Вероятно, большинство ожогов горчичным газом было причинено концентрациями, содержащими менее одной части газа на пятьсот тысяч частей воздуха. Кроме того, этот газ обладает 50 % кумулятивным действием, т.-е., действуя в крайне слабых концентрациях в продолжение ряда часов, производит на пятьдесят процентов больше эффекта, чем в сильных концентрациях, в течение более короткого времени.

Союзники скоро открыли, что клеенка дает полную защиту против горчичного газа. Обычная клеенка была, однако, слишком толста, слишком тепла и тяжела для общего употребления. Опыты показали, что всякая ткань, пропитанная кипящим льняным маслом обладает защитным действием. Чтобы сделать защиту более совершенной, добавлялось известное количество парафина. Таким образом ткань становилась непроницаемой для воздуха, весьма жесткой и неудобной. Несмотря на эти недостатки, сотни тысяч пропитанных маслом костюмов и столько же перчаток были изготовлены и выданы артиллерии и войскам специального назначения, употреблявшим снаряды с горчичным газом, или частям, назначавшимся для уничтожения горчичного газа в воронках снарядов, при помощи посыпания их хлорной известью.

Необходимость создания защиты от ожогов горчичным газом заставила вести широкий ряд исследований для получения легкой и пористой ткани, которая, препятствуя проникновению горчичного газа, была бы достаточно долговечна и удобна для снабжения ею пехоты, артиллерии и специальных войск. Это, как говорят, было достигнуто как раз перед перемирием. Еще более желательным является открытие химического вещества, которым было бы возможно пропитать всю одежду солдата и, не меняя установленной для армии формы, сделать ее непроницаемой для горчичного газа, избегая таким образом необходимости ношения особых специальных костюмов.

Предохранение войск путем удаления их с зараженных газом пространств

Как только выяснилось, что горчичный газ действует в течение нескольких дней, было решено, производить частую смену людей на пространствах, подвергшихся сильной бомбардировке снарядами с горчичным газом или, по возможности, совершенно эвакуировать эти пространства. Поскольку этот газ страшен в равной мере для друга и недруга, метод смены давал сравнительную безопасность и применялся в довольно значительных размерах. При маневренной войне, происходившей на большей части фронта в течение 1918 года, удаление войск с зараженных пространств получило в высшей степени важное значение и, если производилось искусно, то часто позволяло сохранить людей невредимыми, не давая неприятелю возможности извлекать какие-либо практические преимущества из своих атак горчичным газом.

Прекрасным примером может служить эпизод, происшедший в нескольких милях к северо-западу от Шато-Тьери, перед контр-наступлением 18 июля 1918 года. В это время немцы подвергли тяжелой бомбардировке горчичным газом четыре или пять небольших лесков и две или три деревни. Солдатам пришлось оставаться в этих лесках в течение дня, так как последние представляли единственное убежище от пулеметов, шрапнелей и бризантных снарядов. Американские специалисты по газовому делу понимали, что необходимо удалить войска с этих пространств, зараженных горчичным газом, и стали искать мест, свободных от него. Один офицер открыл, что часть леса, в котором находились его солдаты, была свободна от газа, и командир полка, последовав его совету, тотчас же передвинул туда своих солдат. В результате такого быстрого решения, полк имел только четыре случая легких отравлений, хотя при той же атаке другие части понесли потери в количестве нескольких сот человек, а общий процент пострадавших от газа был на 10–20 % больше процента пострадавших в упомянутом полку.

Смеси ядовитых газов

В некоторых случаях немцы стреляли смесью ди-фосгена и "синего креста" (чихательного газа) или горчичного газа. Это увеличивало трудность определения площадей, свободных от горчичного газа. В будущем всегда можно ожидать такого смешения ядовитых газов при добавлении к ним других, не имеющих иного назначения, кроме маскировки. Несмотря на то, что почти все газы, за исключением горчичного, в весьма заметных на запах концентрациях относительно безвредны для человека, в отношении 'горчичного газа приходится признавать опасными все места, где слышен его запах.

Вследствие того, что этот газ удерживается более продолжительное время на закрытых площадях, необходимо по возможности всегда избегать лесов, а также, в виду того, что он тяжелее воздуха и легко заполняет углубления и долины, следует избегать последних. Действительно, был целый ряд случаев, когда батареи в низинах жестоко пострадали от горчичного газа, в то время как войска, расположенные на холмах и гребнях гор, рядом с ними, имели сравнительно малые потери, хотя разницы в силе бомбардировки обоих мест не замечалось.

Большое значение при газовой обороне имеет расположение достаточного количества постов кругом солдат, спящих в районе обстрела газовыми снарядами. Самой тяжелой газометной атакой против американцев была та, в которой были обстреляны группы убежищ с солдатами, спавшими без часовых. В результате явился очень длинный список потерь с высоким процентом смертности, так как солдаты были отравлены газом во время сна, прежде чем они успели проснуться.

Уничтожение горчичного газа

До введения горчичного газа достаточно было только основательно провентилировать данное место, чтобы избавиться от опасности отравления. Опыт показал, что в окопах и убежищах костры являются для этой цели очень действительным средством просто потому, что они производят циркуляцию воздуха. Первоначально у англичан применялся для удаления газа из траншей вентилятор Эртона, имевший вид парусинного черпака. Хотя он и был перенят американцами, но не получил серьезного значения, так как при обыкновенных атмосферных условиях естественная вентиляция быстро уносит газ из окопов, в то время как костры очищают убежища гораздо лучше вентиляторов. К тому же от вентилятора Эртона слишком веяло запахом окопной войны, запахом стоячего болота, что было противно духу американцев и, как надо надеяться, никогда не будет отвечать ему. Однако, с появлением горчичного газа, условия совершенно изменились. Эта жидкость, обладая очень высокой точкой кипения и испаряясь очень медленно, целыми днями держится в земле, на поверхности растений и других предметов, ею обрызганных. Особенно долго газ остается в воронках от снарядов, где сила взрыва заставляет его глубоко проникать в землю, в разбитые края воронки. Для уничтожения горчичного газа были произведены опыты со многими веществами, но лучшей и наиболее практичной при всяких условиях оказалась хлорная известь; ею посыпали дно воронок, полы убежищ и всякие другие места, куда могла попасть жидкость от взорвавшегося снаряда. Было также найдено крайне желательным иметь небольшой ящик с хлорной известью при входе в каждое убежище, чтобы всякий, подвергнувшийся действию горчичного газа, мог основательно вымазать ею обувь и таким образом уничтожить следы газа на подошве и на боках башмаков.

Перенесение горчичного газа на одежде

Известно много примеров, когда обитатели убежищ были отравлены газом с обуви и костюмов вошедших солдат. Таким образом пострадали не только обитатели убежищ, но и многие сестры милосердия и доктора при работе в закрытых комнатах, ухаживая за больными, получившими отравление от горчичного таза. На одной только части фронта, занятой американскими войсками, количество расходуемой хлорной извести достигало нескольких сот тонн в месяц. Ее доставляли на судах из Соединенных Штатов. Хлорную известь приходилось всегда иметь под руками около снарядных погребов, для покрытия ею снарядов, давших течь, хотя правилами об обращении со снарядами, начиненными горчичным газом, обычно предписывалось стрелять поврежденными снарядами, а там, где это было невозможно, зарывать их в землю, по меньшей мере на пять футов ниже поверхности. Эта глубина была определена не только с целью обезвредить действие газа, но и для того, чтобы снаряд, опущенный в землю на большую глубину, не мог представлять опасности при будущей обработке полей.

Горчичный газ в холодную погоду

К концу войны накопилось много сведений о том, при каких условиях возможно проходить через пространства, зараженные горчичным газом. Например, если горчичным газом стреляют при температуре воздуха, близкой к точке замерзания или несколько ниже ее, то ночью он остается на земле, столь незначительно испаряясь, что не представляет опасности. То же самое будет и в течение дня, если погода облачна и холодна. Если, однако, дни солнечные и ночи холодные, то отравленные газом пространства могут безопасно пересекаться войсками по ночам, при условии соблюдения предосторожностей для защиты ног и одежды от жидкости, разбрызганной на зарослях и кустарниках. Если солнце начинает греть, то такие пространства, становятся очень опасными через три — четыре часа после восхода и в течение большей части дня. Во время сильной атаки на английском фронте к западу от Камбрэ, предшествовавшей большому немецкому наступлению на Амьен 21 марта 1918 года, очень большие потери были понесены как раз от указанных причин.

Дезинфекционные отряды

Так как горчичный газ отравляет далеко не сразу, то было установлено, что газовые ожоги могут быть предупреждены или жестокость их значительно понижена, если подвергшиеся его действию люди будут через полчаса или даже через час основательно вымыты мылом и водой. Соответственно с этим были созданы отряды для удаления газа. Они состояли из пяти-тонных тракторов с резервуарами для воды на 1.200 галлонов, снабженными нагревателями и трубами к переносным душам. Кроме того имелись грузовики, нагруженные комплектами белья и верхней одежды. Эти дезинфекционные отряды должны были сопровождать каждую дивизию в количестве двух. В случае атаки горчичным газом в каком-либо месте расположения дивизии, один из тракторов и платформа поспешно отправлялись по соседству с отравленным пунктом, солдаты выводились из линии боя и принимали немедленно душ, меняя платье. В то же самое время им давали пить содовую воду и промывали глаза, уши, рот и нос.

Предохранение пищи от горчичного газа

Скоро было дознано, что горчичный газ или мельчайшие частицы жидкого газа, осаждаясь на пище, вызывают при употреблении ее такие же ожоги желудка, какие получают на воздухе глаза, легкия, кожа и тело. Это вызвало необходимость принять меры к тому, чтобы всякая пища, которая могла пострадать при атаке горчичным газом, была защищена от его влияния. Отделом Газовой Службы была предложена для этой цели просмоленная бумага, в качестве внутренней обкладки коробок или их наружного обертывания, что оказалось одним из самых дешевых и наиболее пригодных для этого средств.

Сигналы тревоги

Приспособления, придуманные в разное время для производства газовых тревог, были весьма многочисленны. Англичане имели для этой цели так называемый рог Стромбоса, т.-е. трубу, действовавшую при помощи сжатого воздуха, заключенного в переносные цилиндры. Ее звук настолько пронзителен, что может быть слышен, при хороших условиях, на расстоянии трех или четырех миль. Когда газово-облачные атаки, повторявшиеся лишь с большими интервалами через два, четыре месяца были единственными, которых следовало опасаться, то можно было пользоваться для сигналов аппаратом, столь громоздким и технически столь сложным, как рог Стромбоса.

С появлением химических снарядов вообще и горчичного газа в частности, число газовых атак сильно возросло. Тогда применение этого аппарата стало не только неудобным, но даже не рекомендуемым. Понадобилась бы доставка огромного количества рогов Стромбоса для всех мелких частей войск, так как атаки химическими. снарядами имеют чисто местный характер. Кроме того применение рога Стромбоса заставляет войска, далеко отстоящие от атакуемого пункта, принимать меры предосторожности против газа, что имеет следствием понижение их работо— и боеспособности.

В качестве местных сигналов стали употреблять подвешенные стаканы от снарядов, в которые били для производства тревоги. Позднее таким же образом стали применять стальные треугольники. Затем появилась большая полицейская трещотка, хорошо известная в Европе, и наконец — рог Клаксона. По мере развития маневренной войны, устройство переносных приборов тревоги стало делом первостепенного значения. По этой причине рог Клаксона и полицейская трещотка приобрели большую популярность к тому времени, когда перемирие было подписано.

Последнее, много обещающее изобретение для производства газовых тревог состоит из небольшого, похожего на сирену свистка, выстреливаемого в воздух на подобие бомбы. Аппарат снабжен парашютом, не допускающим быстрого падения после взрыва и освобождения свистка. Его звук, как говорят, очень пронзителен и слышен на большом пространстве. Так как будущие сигнальные аппараты тревоги должны быть сильно действующими и удобопереносными, то чем легче и компактнее они будут конструированы, тем лучше. Поэтому, парашютные свистки или другие подобные легкие сигнальные аппараты являются весьма желательными.

Смена масок

Одним из вопросов, оставшихся нерешенным до конца войны, было определение срока смены респираторных коробок для масок. Солдаты зачастую спрашивают, сколько времени может служить их маска при газовой атаке и сколько времени при обучении в отсутствии газа. Сведения об этом, конечно, крайне важны. Очевидно, однако, невозможно сказать, сколько времени будет служить коробка при газовой атаке, если неизвестна концентрация газа; т.-е. срок службы коробки может быть короче или продолжительнее в зависимости от того, слабее или сильнее газовая концентрация.

Важность этого вопроса привела изобретателей к очень упорной работе для того, чтобы повысить срок службы маски даже гораздо ранее того, чем была выяснена необходимость создания удобства маски. Чтобы продлить срок службы, изобретатели увеличивали количества химических веществ, а это, в свою очередь, увеличивало сопротивление дыханию и, следовательно, приводило к неудобству ношения. В конце концов, было найдено, что при концентрациях газа, встречаемых в среднем на полях сражений, срок службы небольших американских коробок определяется от пятидесяти до ста часов, что позволяет выдерживать продолжительность любой газовой атаки или, по меньшей мере, дает время для отвода войск с отравленных газом пространств.

Англичане рано оценили необходимость точного определения срока действия респираторов. В соответствии с этим они решили снабдить каждую маску маленькой книжкой, привязанной к коробке, в которую солдат должен был не только подробно заносить время, в течение которого он носил маску, но и указывать, было ли это при наличии газа или только для целей обучения.

Затем было определено, что по истечении, скажем, сорока часов ношения, солдат получает новую коробку. Но этот план не дал результатов. Несомненно, это был один из тех проектов, которые, как можно было предвидеть, не сулят успеха. Действительно, человек, который в аду сражения в состоянии подробно писать такие отчеты, должен быть сразу награжден медалью за отличную службу.

Во время развития газовой войны не только стреляли одновременно всеми видами газовых снарядов, но их сопровождали фугасные снаряды, шрапнель и все, чем только можно было причинить урон противнику. При этих условиях человек на линии фронта должен был (и это все, что он мог и часто даже более, чем он был в состоянии сделать), надеть свою маску и сохранить ее во время выполнения работы. Он не имел времени, при всем желании, отметить, как долго ему пришлось носить свою маску в различных газах.

В связи с этим, после подписания перемирия, в действующую армию была адресована просьба прислать для опытов 10.000 коробок, побывавших в боях. Каждая должна была быть снабжена ярлыком с указанием времени, в течение которого маска носилась при газе или без него, и, если она носилась при газе, то имя каждого газа и время ношения в его присутствии. Эта просьба представляет собой яркий образец полного непонимания условий боя. Посещение фронта убедило бы того, кто делал запрос, в полнейшей невозможности его удовлетворения, так как действительно ни один человек не знает, как долго он носит маску при наличии газа. При газах, ставших столь обычными и столь трудно обнаруживаемыми (когда они смешаны с газами от взрыва бризантных веществ и другими запахами поля), как это было в конце войны, каждый носил маску столько времени, сколько он мог, из простой предосторожности.

До прекращения военных действий мы пробовали раз в неделю брать около пятидесяти коробок с дивизии, для испытания в лаборатории. Если испытание показывало, что срок службы коробок близок к концу, то раздавались новые коробки. Нам не представилось возможности испытать до конца этот план, но тем не менее он обещал быть лучшим из всего, что может быть сделано. При газах, ставших повседневным явлением, другой возможной альтернативой представлялся выпуск новых коробок через установленные промежутки времени. Хотя нет определенных донесений о несчастиях вследствие истощения химических веществ в коробках, но несомненно такие случаи бывали, хотя их было, очень, очень мало. Почти всегда маски оказывались поврежденными или коробки проржавевшими насквозь раньше, чем химические вещества теряли свою силу.

Вес и число потребных масок

Вероятно, для большинства будет неожиданностью узнать, что при более чем двух миллионах солдат во Франции мы расходовали около 1.500 тонн газовых материалов в месяц. Этот вес несколько повысился к концу войны, когда потребность в защитных костюмах, перчатках, пастах и хлорной извести, равно как и в масках, возросла. Противогаз английского типа, как полагали, должен служить от четырех до шести месяцев. Период войны, в котором активно принимали участие американцы, слишком краток, чтобы определить, было ли это правильно или нет. Имеющиеся факты говорят за то, что это было приблизительно верно, если принять во внимание периоды отдыха и периоды боев.

При новой американской маске, с гораздо более прочным и плотным материалом для наличника, есть шансы на то, что срок службы ее значительно повысится, хотя более частое употребление маски, вероятно, уравновесит ее большую прочность. Увеличение срока службы маски, конечно, явится решительным преимуществом, так как не только сократит размер грузов, но и уменьшит производство и работу по распределению. Расчеты, на основании которых мы действовали в конце войны, требовали от Соединенных Штатов доставки приблизительно 1/3 фунта в день на солдата во Франции для того, чтобы снабдить все войска необходимыми материалами для газовой обороны и газовые войска для наступления. Снабжение химическими снарядами, ручными гранатами и проч., употреблявшимися другими войсками, кроме газовых, требовало добавочного груза к приведенному выше.

Выводы

Итак, резюмируя все вышеизложенное, приходится отметить, что существует несколько важных пунктов, на которые следует обратить особое внимание в целях успешности газовой обороны. Во-первых, маска, защищающая глаза и легкия. Во-вторых, тренировка, которая показывает человеку, как применять с наибольшим успехом имеющиеся в его распоряжении средства защиты, независимо от того, будет ли он один или среди других. В-третьих, защитная одежда, которая предохраняет руки, ноги и кожу всего тела. В четвертых, знакомство с газами и их тактикой, что дает возможность командирам выводить при первой возможности солдат из зараженных газом пространств. В пятых, учебные упражнения в газовых атаках и газовой обороне, необходимые для приучения солдата к мысли о том, что газ не имеет волшебной силы и является просто элементом войны, с которым приходится считаться; таким образом предупреждается панический страх, когда действительная опасность не существует.

Эти положения являются основами газовой войны, но над ними и за ними должно стоять энергичное использование газа для наступления. Оно вызывает необходимость не только изыскания, развития и изготовления необходимых газов в мирное время, но также усиленную работу нации, чтобы быть в состоянии сосредоточить на будущих полях сражений такие количества средств, необходимых для химической войны, которых противник не может надеяться достичь.

ГЛАВА XXV

Применение газов в мирное время

"Мир имеет свои победы, не менее громкие, чем война". Так говорит старая поговорка. В прежние времена война брала от мира гораздо больше, чем мир от войны, если последний вообще что-нибудь получал от нее. Оружие, придуманное для охоты в мирное время, становилось оружием войны. Так было с пращей Давида, копьем, луком и стрелами. Даже порох, вероятно, был предназначен и употреблялся первые десятки лет для празднеств и других мирных целей.

Мировая война, в особенности в последних ее фазах, произвела полный переворот в этих взаимоотношениях. В течение большей части ее сражались оружием и машинами, изготовленными в мирное время, как для военных, так и для мирных целей. Таковыми были: аэроплан, подводная лодка, трактор, автомобиль и вообще различные типы газовых двигателей. Первая газовая атака, произведенная с помощью хлора, применявшегося в мирной промышленности, внесла полную перемену. Газ являлся новым средством, которое немедленно было признано столь могущественным, что все лучшие умы среди первоклассных держав были привлечены к исследованию ядовитых газов и методов выпуска их на врага. В результате, за короткий промежуток в 3½ года, был открыт ряд новых веществ, и разработаны заводские способы получения прежде известных, которые применяются в настоящее время и будут применяться в мирной жизни каждой нации.

Хлор в настоящее время оказывается даже более ценным, чем прежде, в качестве дезинфицирующего средства и очистителя воды. Он является главнейшим белильным материалом в промышленности и имеет другие бесчисленные применения в лаборатории. Хлор-пикрин, хлористый циан и бромистый циан, как найдено, могут с успехом применяться для уничтожения долгоносика и других подобных вредителей хлебов. Синильная кислота является в настоящее время лучшим истребителем насекомых, которые губят прекрасные апельсинные и лимонные рощи Калифорнии и юга.

Рис. 120.

Химические продукты промышленности военного и мирного времени.

1. Соль.

2. Едкий натр.

3. Хлор (боевой газ) очистка воды.

4. Хлорная известь (белильный порошок), дезинфицир. вещество.

5. Металлический натрий.

6. Мыла.

7. Хлороформ (анестезирующее средство).

8. Хлорно-уксусная кислота.

9. Фосген (боевой газ).

10. Цианистый натр (дезинф. средство).

11. Серно-феноловый натр (лекарство).

12. Салициловый натр (лекарство).

13. Индиго (краска).

14. Хлор-ацето-фенон (боевой газ).

15. Желтая краска.

16. Зеленая краска для шерсти.

17. Хлористый циан (боевой газ).

18. Фиолет. крсталл. Краска.

Фосген, широко применявшийся на войне как при баллонных атаках, так и в снарядах, находит все возрастающее применение при изготовлении ярких красок — розовых, зеленых, синих и фиолетовых. Благодаря дешевизне и простоте производства, он открывает широкие перспективы для уничтожения грызунов, как, например, крыс в портах, товарных складах и других подобных местах, которые недоступны для применения каких-либо других способов истребления. Так как фосген весьма сильно раз'едает сталь, железо, медь и бронзу, его нельзя с успехом употреблять в местах, где есть такие металлы.

Вместо фосгена для уничтожения грызунов и прочих вредителей в складах и амбарах был предложен бромистый циан. Он является твердым телом и может гореть подобно обыкновенной серной свече. Бромистый циан гораздо безопаснее для окуривания комнат и зданий, чем газ синильной кислоты при таком же применении. Это происходит оттого, что бромистый циан является сильным слезоточивым средством в таких ничтожных количествах, которые не в состоянии причинить каких-либо повреждений легким. Таким путем он предостерегает от опасности всякого, пытающегося войти в помещение, где может находиться некоторое количество этого газа.

Среди слезоточивых газов новый — хлор-ацето-фенон, представляющий собою твердое тело, быть может, должен считаться одним из наиболее важных. При нагревании он обращается в пары, собирающиеся в виде светло-синего облака. Это облако так сильно действует на глаза, что через секунду всякий, находящийся на его пути, временно ослепляется. Пары вызывают сильную, острую боль и обильные слезы, которые даже при самых малых концентрациях продолжают течь в течение двух — пяти минут, При больших количествах слезотечение продолжается значительно дольше. Насколько известно, хлор-ацето-фенон совершенно безвреден и не вызывает хронических заболеваний.

В виду того, что он действует немедленно, и ничтожные количества его невыносимы для глаз, кроме того, благодаря тому, что им можно наполнять различные снаряды или другие небольшие резервуары, и он обращается в пары при помощи нагревающей смеси, которая не в состоянии поджечь даже кучи бумаги, что он не требует разрыва снаряда (зажигательная головка, приводимая в действие пружиной, достаточна для воспламенения смешанного с ним горючего материала), несомненно, что в будущем мы увидим каждый полицейский участок в стране снабженным гранатами с хлор-ацето-феноном или другими подобными веществами. Каждое присутственное место судьи, каждая тюрьма и каждый исправительный дом будут иметь их запасы. Ни разгром тюрьмы, ни линчевание, ни мятеж не могут увенчаться успехом там, где будут такие гранаты. Можно заставить в один момент плакать огромные толпы, так что ни один человек не будет в состоянии видеть, и никакое сборище не будет продолжаться, раз оно ослеплено веществом, вызывающим слезотечение. Более того, от паров хлор-ацето-фенона в высшей степени трудно защититься маской, и обычные маски мировой войны совершенно бесполезны для его поглощения.

То же самое может быть отнесено к ди-фенил-хлор-арсину. Последний не является слезоточивым газом, но он в высшей степени сильно раздражает легкие, горло и нос, в которых вызывает боль и ощущение ожога, а в высших концентрациях — рвоту. Он едва ли сколько-нибудь ядовит, так как весьма трудно получить такую концентрацию, которая угрожала бы опасностью жизни человека. Мы упоминаем об этом вследствие возможности применения этого соединения для защиты банковых подвалов, сейфов и стальных комнат.

Существует несколько газов, которые могут быть применены для тех же целей. При выборе предпочтительнее газы, способные служить для охраны, но не причиняющие смерти, и таковых существует по крайней мере около полудюжины. При необходимости можно пользоваться таким же образом ядовитыми газами. Уже большое число изобретателей занято решением этой задачи, и в настоящее время имеется ряд вполне разработанных планов и моделей аппаратов.

Было указано, что военные газы могут употребляться охотниками для ловли диких зверей. Цианистоводородная кислота может найти такое применение. Она действует быстро и весьма скоро рассеивается. Животное, подвергнутое парам синильной кислоты, немедленно умирает, и к ловушке можно будет безопасно подойти через две минуты после того, как она захлопнулась. Говорят, что количество животных, ускользающих тем или иным путем из ловушек, достигает 20 %. Такое мероприятие должно встретить поддержку со стороны обществ покровительства животным, так как животные не будут вынуждены переносить излишние страдания вследствие того, что их члены раздираются и разрываются ловушками.

Были сделаны попытки уничтожения газами саранчи на Филиппинах и дальнем западе, а также долгоносика на хлопковых плантациях южных штатов. До настоящего времени этот способ оказался не более успешным, чем другие; но в виду того, что число газов, которыми можно воспользоваться для опытов, так велико, и значение успеха так важно, эти изыскания должны быть продолжены в широком масштабе, чтобы окончательно установить, применимы ли ядовитые газы для уничтожения насекомых, в особенности долгоносика, этого бича хлопковой коробочки.

В качестве интересного применения военных материалов к мирным целям, мы можем привести, как пример, ацето-целлулозу, служившую во время войны для пропитки тканей, покрывающих крылья аэропланов. При помощи некоторых дальнейших манипуляций ацето-целлулоза превращается в искусственный шелк, который в настоящее время равен лучшему естественному шелку и обещает стать в будущем образцовым продуктом, во всех отношениях превосходящим продукт шелковичного червя.

Рис. 121.

Продукты каменного угля в промышленности военного и мирного времени.

1. Газ (топливо).

2. Уголь (топливо).

3. Кокс (топливо).

4. Тротил (тол) (взрыв. вещ.).

5. Толуол.

6. Смола.

7. Карболовая кислота (лекарство и дезинф. средство).

8. Пикриновая кислота (взрывч. вещ. и краска).

9. Бнгзин.

10. Бензойная кислота (консервир. аещ.).

11. Красное конго (краска).

12. Бром-бензил-цианид (боевой газ).

13. Пунцовая краска.

14. Хлор-пикрин (боевой газ).

15. Нитро-бензол.

16. Ди-фенил-хлор-арсин (боевой газ).

17. Желтая масляная краска.

18. Анилин.

19. Фиолетовая кислота (краска).

20. Ацет-анилин (лекарство).

Эти немногие примеры, показывающие значение военно-химических материалов для мирного времени, заслуживают того, чтобы взглянуть на них с другой точки зрения. В виду их пользы применение их в мирное время не будет прекращено. Если они будут изготовляться и употребляться в мирное время, то ими всегда можно будет воспользоваться для боевых целей и, как доказали опыты мировой войны, они, несомненно, найдут себе применение даже в том случае, если какие-либо близорукие люди будут противиться этому. Свет должен был бы давно признать, что полумеры на войне попросту ведут к поражению.

Настоящая глава не была бы полной, если бы в нее не было включено краткое указание на необходимость развития в Соединенных Штатах химической промышленности. Это является насущной потребностью, если мы желаем быть действительно подготовленными к будущей борьбе. Как будет указано ниже, нельзя допустить, чтобы хоть одна из отраслей химической промышленности заглохла без того, чтобы не была подвергнута опасности другая часть общего плана.

Рассмотрим сперва производство каменноугольной смолы. Последняя представляет собой побочный продукт работы коксовых печей или газового производства. Производство каменноугольной смолы является в высшей степени важным, так как на нем основывается изготовление почти всех красок, большой процент современных медикаментов, большинство сильно-взрывчатых веществ, значительная часть ядовитых газов, духов и фотографических материалов.

Рассмотрение одного только приведенного перечня убедит всякого в колоссальном значении каменноугольной смолы. Каменноугольная смола, получаемая нами в качестве побочного продукта, подвергается перегонке, давая при различных температурах ряд веществ, называемых сырьем. Десять из них имеют очень большое значение. Первая группа состоит из пяти членов: бензола, толуола, нафталина, антрацена и фенола (карболовая кислота). Вторая группа заключает ксилол, метил-антрацен, крезол, карбазол и фенантрен.

Будучи обработаны различными химическими реагентами, сырые материалы дают ряд составов, называемых промежуточными, из коих в настоящее время известно около 300. Из них различными методами производятся краски, сильно-взрывчатые вещества, ядовитые газы, фармацевтические препараты, духи и фотографические материалы.

Мы знаем, что Германия до мировой войны стояла во главе красочной промышленности. Даже поверхностное изучение вышеуказанного краткого перечня продуктов каменноугольной смолы показывает, почему Германия была уверена, что может выиграть войну против всего света. То, что она была так отчаянно близка к победе, доказывает правильность ее взгляда.

Для многих производств требуются тяжелые химические вещества, как хлор, серная кислота, азотная кислота, хлористоводородная кислота и т. п. Алкогольная промышленность также имеет весьма большое значение. Получаемый из хлеба спирт широко применяется почти при всех лабораторных изысканиях и идет в очень больших количествах для многих промышленных целей, как-то: для изготовления искусственного шелка, для газовых двигателей и фармацевтических препаратов. Для Военно-Химической Службы этиловый спирт является чрезвычайно важным, так как из него добывается этилен, одно из трех главнейших веществ, служащих для производства горчичного газа. Этилен может быть получен из многих источников, но самым доступным, благодаря легкости перевозки и удобства хранения, является получаемый из зерна спирт.

С химической промышленностью находится в непосредственной связи азотная промышленность, служащая для получения азотной кислоты из азота воздуха. Азотная кислота и ее соли употребляются при многих процессах химического производства и в особенности при изготовлении различных сортов бездымного пороха. Промышленность земледельческих удобрений получает также большое значение благодаря тому, что ей приходится иметь дело с фосфором, а желтый фосфор является не только лучшим материалом для производства дымов, но и воспламенителем, который, как было указано, можно употреблять при атаках вследствие его сильных обжигающих качеств.

В связи с развитием химической промышленности стоит весьма важный, незатронутый доселе вопрос подготовки химиков и техников и постройки заводов для изготовления тех химических веществ, из коих каждое является источником. необходимым для удовлетворения потребностей военного времени. Химики нужны в войсках, лабораториях и на промышленных заводах. Чем больше их число, с тем большим успехом могут применяться химические вещества и, так как в будущей войне химический способ будет, вероятно, вызывать более 50 % всех потерь в войсках, то их значение почти неограничено.

Вместо того, чтобы стараться улучшить способы взаимного истребления, обратим лучше все усилия к уничтожению войны, памятуя, что наиболее образованные народы должны быть носителями цивилизации и более других желать уничтожения войны. Если эти нации будут давать ход каждому научному открытию и доводить его до пределов развития, то при помощи своих научных достижений они будут в состоянии одержать верх над всяким менее образованным народом, и возможность войны станет маловероятной.

Однако, мы никогда не будем уверены в том, что война уничтожена, пока не убедим по меньшей мере большую часть света в ее гибельности как для победителя, так и для побежденного, и в том, что всякий спор может быть улажен мирным путем, если обе стороны согласны встретиться на общей почве справедливости и прямодушных переговоров.

ГЛАВА XXVI

Будущее химической войны

Всякий изобретатель, в какой бы области он ни работал, встречает недоверие и противодействие со стороны своих ближних, пропорционально тем возможностям, которые обещает сделанное им открытие. Если эти возможности невелики, то встречаемые им трудности не превышают тех, которые необходимы для достижения успеха. Если, наоборот, дело сулит крупный успех и, в особенности, если награда, ожидающая изобретателя и его сотрудников, значительна, то тернии на его пути все более и более возрастают. Действительно, там, где можно ожидать больших результатов, зарождается зависть в тех лицах, влияние которых может от этого пострадать, или которые настолько близоруки, что противятся всякому прогрессу.

Химическая война всегда имела и всегда будет иметь перед собою достаточное количество таких затруднений. С тех дней, когда хлор, известный всему миру, как вещество в высшей степени полезное в санитарии для очищения воды, для обработки золота и беления, был впервые применен в качестве ядовитого газа, химическая война развивалась все более и более, становясь необходимым фактором всякой будущей войны. Хлор вначале употреблялся в баллонах, предназначенных для его хранения. Эти баллоны были плохо приспособлены для химической войны и делали подготовку газовых атак в высшей степени кропотливой и громоздкой работой.

Прошло немного месяцев, и различные газы стали выпускать в большом количестве в снарядах и бомбах, а 3½ года спустя, к концу войны, их стали уже применять в твердом состоянии, благодаря чему можно было безопасно хранить и переносить снаряды при любых условиях, так как твердые тела становятся опасными только при воспламенении взрывчатой смеси, освобождающей газ.

Хотя многие из химических веществ, изобретенных для нужд войны до заключения мира, стали известными всему свету, многие остаются покрытыми тайной. Более того, некоторые из первоклассных держав энергично ведут опыты по изысканию новых способов химической войны. Эти опыты будут продолжаться, и можно надеяться, что будет найдено большое число новых газов, новых методов их пуска и новых тактических приемов их употребления;

Почти не представляет сомнения, что эти газы найдут себе применение во всех частях армии и флота. Хотя химические вещества за последнюю войну не употреблялись в воздушном флоте, но уже тогда было установлено, что нет никаких причин, чтобы не использовать их таким образом. Что в будущем их будут применять в широком масштабе и в воздушном флоте, — не подлежит никакому сомнению. Химические вещества явятся тогда наиболее универсальными из всех родов вооружения.

Некоторые из ядовитых газов так могущественны в минимальных количествах и испаряются так медленно, что, освобождаясь, не производят сгущения достаточного, чтобы образовать облако. Здесь мы имеем дело с невидимыми газами. Другие вещества производят, наоборот, густые облака, как, например, дымовые свечи, в которых при нагревании распыляются твердые частицы или иные материалы, при помощи коих образуются облака сгущенного пара. Эти явления переносят нас в область обыкновенных дымов, не имеющих ни раздражающих, ни ядовитых свойств.

Такие дымы имеют чрезвычайно важное значение там, где требуется устроить завесу, чтобы скрыть наступление или помешать наблюдениям неприятеля, и находят себе одинаковое применение как на суше, так и на море. При помощи их действительность ружейного, пулеметного или артиллерийского огня по невидимому врагу настолько сильно уменьшается, что газы для образования завес будут, конечно, применяться на всех будущих полях сражений. Стреляя через дымовую завесу, человек имеет в 4 раза меньше шансов попасть в цель, чем если бы он стрелял по видимому предмету. Так как облака дыма могут быть ядовитыми или неядовитыми, то при применении их на войне открывается возможность комбинировать свойства дымов по усмотрению. Хорошо подготовленному офицеру химических войск представляется широкое поле деятельности, так как он всегда может определить, имеется ли в облаке дыма ядовитый газ и, если имеется, то в достаточной ли концентрации, чтобы быть губительным.

Рискуя повториться, укажем вновь, что не существует газа, который бы убивал или наносил повреждение в любом количестве, не могущем быть обнаруженным. Для каждого газа существует особый минимум концентрации, т.-е. количества, приходящегося на каждый кубический фут воздуха, которое необходимо для того, чтобы он стал вредоносным. Почти во всех газах этот минимум достаточен для того, чтобы опытный офицер химических войск ощутил его на обоняние.

Было бы утомительным перечислять пути и способы, при помощи которых химические вещества могли бы быть применены в будущем. Действительно, трудно себе представить положение, в котором газы или дымы не найдут себе применения, так как выделяющие их вещества могут быть равным образом как в твердом, так и в жидком состоянии, но всегда способны обращаться в газ, либо автоматически рассеиваясь на воздухе, либо распыляясь при помощи сильно взрывчатых веществ, или при нагревании. Это различие характера материалов дает возможность применять газы во всех родах артиллерийских снарядов, аэропланных бомб или других вместилищ, подвозимых к полям сражений.

Некоторые из газов обладают раздражающим действием на нос и глотку при невысоких концентрациях, когда же они присутствуют в большом количестве, то действие их становится смертоносным. Ди-фенил-хлор-арсин, широко применявшийся немцами в бризантных снарядах, более ядовит, чем фосген, являвшийся самым ядовитым из всех употреблявшихся в прошедшую войну газов. В самых минимальных количествах он вызывает чувство невыносимого жжения, в носу, глотке и легких. Преградить доступ этого вещества и маску могут только фильтры, тогда как настоящие газы поглощаются углем и химическими веществами.

Существует еще одно условие, делающее химические способы самым могущественным орудием для войны. Газы являются единственным родом оружия, которое с равным успехом может совершать свое дело как днем, так и ночью. Они даже более действительны ночью, чем днем, так как, кто ложится спать без маски, кто по неосторожности потерял ее или кто в ночной темноте утратил присутствие духа, — все становятся жертвами газа. Прошедшая война показала, что несчастные случаи были очень многочисленны даже тогда, когда войска с точностью до минут знали время начала газовой атаки. Вследствие этого химическая война не только должна получить в будущем признание всех цивилизованных стран, но и должна стать единственным способом, которым будут пользоваться без колебания все цивилизованные народы.

Снабжение солдат масками и другими мерами защиты дает научно-развитой и изобретательной нации огромное преимущество над мало-образованной и менее изобретательной. Так по какой же причине Соединенные Штаты или какая-нибудь другая высоко-цивилизованная страна должны отказаться от химической войны? Потому ли, что, как говорят, применение газов против дикарей было бы не особенно красивым способом борьбы, в виду того, что дикари не умеют пользоваться газами? Но, ведь, это очевидная бессмыслица. Ни одна нация не станет считаться в настоящее время с такими вещами. Тогда и наши американские войска, сражаясь с жителями Филиппинских островов, должны были бы надеть на себя туземную одежду и вооружиться мечами и копьями. Несмотря на оппозицию многих людей, которые по невежеству или по другим причинам восставали против химической войны, она завоевала себе надлежащее положение. По тем размерам, которые Соединенные Штаты отвели ей место во всех своих военных учреждениях, можно видеть, что они готовы в будущем встретить всякое нападение этими способами, так как американцы обладают неистощимыми ресурсами в отношении сырых материалов: соли, серы, и т. д., необходимых для изготовления газов.

Если же и в других странах приготовление газов получит ко времени начала новой войны высокое развитие, и обучение армий химическим способам нападения и защиты достигнет широкого распространения, то Соединенные Штаты будут иметь равные шансы с любой из держав или даже с целой коалицией.

Химическая война является таким же честным средством борьбы, как и пулеметы. Неприятель будет стремиться узнать более или менее точно наши материалы и наши методы химической борьбы, а мы будем обладать теми же сведениями относительно неприятеля. Следовательно, это будет таким же состязанием, как турнир рыцарей "Круглого Стола", сражавшихся мечами и копьями на конях. Американцы являются настоящими спортсменами и не ищут ни над кем перевеса. Они хотят только стоять наравне с другими. Они не согласны отказаться от применения могущественного оружия войны, если знают, что разбойническая нация будет применять это оружие против них и может достигнуть таким путем успеха. Гораздо честнее сказать всему миру, что мы будем пользоваться химическими способами в будущей войне, и притом в самом широком масштабе. Но повторяем, все наши приготовления делаются только в целях самозащиты, а кто может оспаривать наше право на нее?

НОВЫЕ КНИГИ

Революционный Военный Совет С. С. С. Р.

ГОСУДАРСТВЕННОЕ ВОЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО.

МОСКВА, Красная площадь, 2-й Дом Реввоенсовста С. С. С, Р., под'езд № 4.

Ф ЭНГЕЛЬС. "Статьи о войне 1870-71 гг.". Перевод с англ., с го предисловием Л. Троцкого. 276 стр., 2 карты на отдельн. листах. Ц. 1 р. 80 к.

Артиллерия и ее боевая работа. Труды ВНО при Военной Академии РККА: Сведения для комсостава всех родов войск. Под редакц. В. Гермониуса, В. Голубинцева и Б. Григорьева. С предисловием Нач. арт. СССР Ю. М. Шейдемана: с 110 рис. в тексте; 291 стр. Ц. 3 р.

A. Верховский. Общая тактика. Пособие для нормальной военной школы; 2-е переработанное изд. с 92 схем. в тексте. 1-е изд. одобрено Пр. РВСР — 23 г. № 300, 483 стр. Ц. 3 р.

А. Верховский. Исторические примеры к курсу обшей тактики. С 30 схем. 90 стр. Ц. 50 к.

Боевая служба пехоты. Руководство для комсостава РККА. Изд. Офиц. С 12 схем. 176 стр. Ц. 60 к.

Б. И. Доливо-Добровольский. Тихоокеанская проблема. С вступительн. статьей М. Павловича "Борьба за Тихий океан". С прил. 1 карты всех частей света. 234 стр. Ц. 1 р. 50 к.

В. Пфейфер. Проект пехотного устава. Ч. II. Бой. С 6 схем. в тексте. Пер. с 2 нем. изд. 97 стр.

Наставление для службы при 240-мм. французск. длинноствольн. миномете. С прил. атласа черт. на 11 лист. 45 стр. Ц. 1 р. 50 к.

Хефль. Новые тактические задачи в рамках усиленного пехотного батальона и полка с решениями, разбором и ссылками на устав. Перев. с нем. под ред. секции иностр. армий ВНО. С приложен. статей герман. уставов. 1 карт. и 3 сх. 176 стр. Ц. 2 р.

Маскировка на Западе. Сборник инструкций и документов. С 96 фотогр. и чертеж. в тексте, под редакц. и с пред. Б. Теплова. 180 стр. Ц. 2 р. 75 к.

Опацкий. Военные сообщения. Справочн. сведения для железнодорожных войск и комсостава РККА. 119 стр. с 75 рис. и 21 черт. Ц. 1 р.

Телеграф и телефон. Их устройство и эксплоатация (в основу положено офиц. наставление). 130 стр. Ц. 75 к.

Автомобиль, самокат, мотоцикл. Их устройство и эксплоатация (в основу положено офиц. наставление). 550 стр. С рис. и чертеж. Ц. 3 р. 50 к.

Военная школа и лабораторный план. Выпуск II. Статьи и материалы Д. Петровского, А. Суворова, А. Фреймана, Н. Алесана, К. Мартынова, Л. Клюева, М. Штейнгауза, И. Иванова, В. Внукова. 118 стр. Ц. 90 к.

В. Гвайта. Воздушный транспорт за границей и в России. Опыт исследования. С предисловием A. П. Розенгольца. 38 стр. с прилож. 2 чертежей. Ц. 1 р. 25 к.

С. Абжолтовский. Тактика авиации. Пер. с польского С. Меженинова. С 6 рис. в тексте. 95 стр. Ц. 1 р.

Наставление по связи Раб. — Крест. Красного Воздушного Флота. (Проект). 137 стр. Ц. 1 р.

Ортлиб. Воздушный флот в прошлом и будущем. Перевод с франц. А. Лапчинского. С предислов. С. Меженинова, 10 схем, 189 стр. Ц. 1 р. 50 к.

Справочник по воздушному флоту для комсостава РККА. Сост. А. Григорьев и А. Сергеев: 252 рис., 40 черт., 1 сх. и 2 табл., в тексте. 296 стр. Ц. 2 р. 75 к.

Н. Яцук. Тактика воздушного флота, с 35 черт. и 6 сх. 210 стр. Ц. 2 р. 50 к.

А. Розенгольц. Условия и основные задачи строительства воздушного флота в СССР. Доклад, прочитан. на засед. презид. ОДВФ. 20 стр. Ц. 15 к.

Д. Демин. Стрелковая учеба. Практич. руковод. по организ. и ведению руж. — стрелк. занятий в роте. 2-е исправл. и дополн. изд. под ред. М. Энвальда. Стр. 86. Ц. 45 к.

Легкая атлетика. Вып. 7-й серии. Физическая подготовка РККА и допризывной молодежи. 68 стр. с 39 рис. Ц. 60 к.

И. Кузнецов. Методическое руководство для обучающих грамоте. 47 стр. Ц. 25 к.

В. Дунаевский и И. Кузнецов. Беседы политрука. Пособие для политзанятий с красноарм. Под ред. М. Рафеса. 441 стр.

Наставление командному и политическому составу территориал. частей. Под ред. К. А. Механошина. 135 стр. с прил. 5 сх. Ц. 50 к.

Ф. Шаровов. Настенная таблица "Автомат Федорова". Лист I. Ц 80 к.

"Стратегия в трудах военных классиков". Под редакцией и в комментариях А. Свечина. Т. 1-й. Ц. 2 р. 50 к. (в перепл.).

В. А. Антонов-Овсеенко. "Записки о гражданской войне". Т. 1-й, кн.1-я. Ц. 1 р. 90 к.

А. А. Поливанов. "Из дневников и воспоминаний по должности военного министра и его помощника в 1917 — 16 г.г.". Ц. 1 р. 40 к.

Инж. Н. И. Хоменко. Плотничное и столярное дело. 123 стр. с 330 чертеж. и рисун. в тексте. Руковод. для мастеров дерев. дела. Одобрено Инженер. Комитетом ГВИУ РККА. Ц. 1 р. 75 к.

Инж. Н. И. Хоменко. Кузнечное и слесарное дело; с 289 черт. и рис. в тексте. Руководство для обучения метал. делу. 157 стр. Ц 1 р. 75 к. Оба руководства одобрены инжкомом ГВИУ РККА.

С. Будкевич. Польша. Военно-геогр. и военно-статист. оч. С прил. карты. 224 стр. Ц. 1 р. 20 к.

А. Десятов. Румыния. (Библ. кр-ца № 20). 40 стр. Ц. 20 к.

К. Тикк. Эстония; с 1 карт. (Б-ка кр-ца № 21). 36 стр. Ц. 20 к.

Д. Кин. Чего хочет от нас капиталистическая Франция. 36 стр. Ц. 15 к.

Лехен. Финляндия. Краткий исторический, политический и военный очерк, с предисловием и под ред. О. В. Куусинен, с приложен. карты Финляндия. 86 стр. Ц. 20 к.

Новая политическая карта Европы и Европейской части СССР; с нанесением горных хребтов и сетью железных дорог (70×100 см.). Заново изготовлена в 7 красок Корпусом Военных Топографов (по новой орфографии). Ц. 1 р. 50 к.

В. Унтилов. Льготы и преимущества военнослуж. РККА и Ф., членов их семей и для демобилизов. из РККА и Флота. Сост. на основ. законопол., изд. по 1/4 1924 г. Изд. 3. 69 стр. Ц. 30 к.

ПАМЯТИ ЛЕНИНА. Сборник альбомного формата. Свыше 120 иллюстр., (фотографии, документы, факсимиле). 150 стр. (20 п. л.). Ц. 3 р.

М. Слуховский. Пути подготовки библиотекаря политпросветчика. 2-е доп. изд. 114 стр. Ц. 70 к.

"Французское наставление по организации и применению воздушного флота в действующей армии". Ц. 1 р. 50 к.

М. Д. Ромм. "Ручной мяч и итальянская лапта". С 18 рисунками и 4 чертежами. Ц. 50 к.

М. Д. Ромм. "Футбол. Описание, правила, техника, тактика и тренировка". С 84 рисунк. Ц. 80 к.

БИБЛИОТЕКА КОМАНДИРА

№ 1. А. Незнамов. "Боевые действия соединенных родов войск". 55 стр. Ц. 25 к.

№ 2. А. Самойло. "Практические способы изучения тактики". 40 стр. Ц. 20 к.

№ 3. Н. Смысловский и В. Баташов. "Военно-химическое дело". 84 стр. Ц. 15 к.

№ 4. М. Энвальд. "Ружейно-стрелковое дело"; с 5 черт. в тексте. Изд. 3-е дополн. 56 стр. Ц. 25 к.

№ 5. А. Лигнау. "Пехота". 72 стр. Ц. 30 к.

№ 6. В. Головкин. "Указания по методике строевой и полевой подготовки пехоты". С прил. 1 схемы. 2-е перераб. изд. 112 стр. Ц. 40 к.

№ 7. И. Варфоломеев. "Организация войск и управление ими". 40 стр. Ц. 15 к.

№ 8. A. Лигнау. "Поход и отдых". 28 стр. Ц. 15 к.

№ 9. А. Певнев. "Конница". С 2 схем. 25 стр. Ц. 10 к.

№ 10. В. Смысловский. "Артиллерия". 54 стр. Ц. 20 к.

№ 11. П. Гладков. "Тактика броневых частей". С 3 схем. в прилож. Курс Военной Акад. 79 стр. Ц. 30 к.

№ 12. Пулемет в бою. Француз. устав. 51 стр. Ц. 20 к.

№ 13. А. Воскресенский. "Летучая почта и ее организация". Одобр. В.-Технич. Советом связи РККА. 50 стр. с прилож. 11 схем. Ц. 25 к.

№ 14. И. Халепский. Связь в полку, баталионе и роте при наступлении. (Организация и устройство). 31 стр. с приложен. 6 схем. Ц. 25 к.

№ 15. В. Цейтлин. "Связь". Справочные сведения. С прил, 8 схем. Одобрено в. — технич. советом связи РККА. 40 стр. Ц. 20 к.

№ 16. Майор Вегу. Указания по подготовке мелких частей пехоты. Пер. с франц, А. Борецкого. 42 стр. Ц. 15 к.

№ 17. В. Цейтлин. Радио-телеграф в военном деле. С 9 рис. в тексте. 86 стр. Ц. 12 к.

№ 18. Н. Триковскнй. Боевая подготовка одиночного бойца и звена. С 1 сх. в тексте. 184 стр. Ц. 55 к.

Все письма, заказы, денежную и прочую корреспонденцию адресовать Государственному Военному Издательству (Книжно-Торговая Часть); МОСКВА, Красная площадь, 2-й Дом Реввоенсовета СССР, под'езд № 1;

Адрес для телеграмм: „Москва — ВОЕНГИЗ".

Воинским частям и учреждениям, 4 также военнослужащим при покупке книг в магазинах ГВИЗ'а за наличный расчет предоставляется скидка в 20 %.

В провинцию издания высылаются по получении стоимости книг или с наложенным платежом по получении задатка в размере не менее 20 % общей стоимости заказываемой литературы. Допускается соответствующая скидка.

Воинским частям и учреждениям предоставляется кредит при условии надлежащих гарантий и поручительства.

Примечания

1

Эта глава была первоначально напечатана в журнале Science. Том 49, стр. 412–417 (1919 г.).

2

Popular Science Review 3.176 (1864 г.).

3

Trans. Royal Scottish Soc. Acts т. 4, стр. 198 (1854 г.).

4

Methodist Recorder (London).

5

J. Ind. Eng. Chem. II вып., стр. 98 (1919 г.).

6

Pathology of War Gaz Poisoning. 1920, Yale Press.

7

Medical Aspects of Mustard Gaz Poisoning 1919, Mosly С°.

8

История Первого Газового Полка. Джемс Адднисон Хоутон Миффин и К°. 1919 г.

9

См. ниже.

10

Norris J. Ind. Eng. Chem. вып. 11. 828 (1919 г.).

11

"Журн. Ам. Хим. Об-ва", вып. 41, стр. 1414 (1919 г.).

12

Norris J. Ind. Eng. Chem., вып, 11, стр. 821 (Сентябрь, 1919 г.).

13

J. Ind. Eng. Chem. 11, 292 (1919 г.).

14

Маршаль, Линч и Смит, J. Pharmacal, 12, 291–301 (1918 г.).

15

G. Pharmacal 13,1 (1919 г.).

16

Норрис. J. Ind. Eng. Chem 11, 825 (1919 г.).

17

Подробное описание этих работ находится в J. Jnd. Eng. Chem. 12, 218 (1920).

18

Так называемое "триплексное" стекло.

19

J. Ind. Eng. Chem. 11, 188 (1919 г.).

20

Эта глава написана на основании ряда статей Ламбро и его сотрудников, напечатанных в J. Ind. Eng. Chem. за 1919 г.

21

Банкрофт J. Phys. Chem. 24, 127, 201, 342 (1920) дает исчерпывающее описание в статье "Древесный уголь до войны".

22

Часть этой главы заимствована из книги Крауэля и Вильсона "Армия и Промышленность" издание Иельского Университета.

23

Который, однако, никогда не применялся на полях сражения.

24

См. Фильднер и другие авторы J. Ind. Eng. Chem. 11, 519 (1919).

25

Машина для испытания сотрясением.

26

Взято из упомянутой выше статьи Фильднера.

27

Несмотря на общеизвестный факт, что черный дым не так действителен для целей сокрытия, как белый, причина этого явления остается невыясненной.

28

Этот ультра-микроскоп описан в Ж. Ам. Хим. Общ. 41, 812 (1919).

29

Буквальный перевод немецкого Flammenwerfer — пламемет.

30

Эта глава заимствована из лекции генер. Фрайса, прочитанной слушателям Академии Генерального штаба в Вашингтоне 11-го мая 1921 г.

Content

Фрайс Амос Альфред и др Химическая война

К ПЕРВОМУ ИЗДАНИЮ РУССКОГО ПЕРЕВОДА

ПРЕДИСЛОВИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА I История ядовитых газов

ГЛАВА II Современное развитие газовой войны

ГЛАВА III Развитие "Военно-Химической Службы" в Америке

ГЛАВА IV Отдел Американской "Военно-Химической Службы" во Франции

ГЛАВА V Хлор

ГЛАВА VI Фосген

ГЛАВА VII Лакриматоры (Слезоточивые газы)

ГЛАВА VIII Хлор-пикрин

ГЛАВА IX Ди-хлор-этил-сульфид

ГЛАВА Х Мышьяковые производные

ГЛАВА XI Окись углерода

ГЛАВА XII Эволюция газовой маски

ГЛАВА XIII Поглотители

ГЛАВА XIV Испытание поглотителей и противогазов

ГЛАВА XV Прочие меры защиты

ГЛАВА XVI Дымовые завесы

ГЛАВА XVII Ядовитые дымы

ГЛАВА XVIII Дымовые фильтры

ГЛАВА XIX Сигнальные дымы

ГЛАВА ХХ Зажигательные материалы

ГЛАВА XXI Фармакология боевых газов

ГЛАВА XXII Химическая война по отношениях к стратегии и тактике

ГЛАВА XXIII Употребление газа для нападения

ГЛАВА XXIV Газовая оборона (С точки зрения полевой службы)

ГЛАВА XXV Применение газов в мирное время

ГЛАВА XXVI Будущее химической войны

НОВЫЕ КНИГИ

Примечания