Александр Войкин

О людях, сверхсилах и удаче

Том 1

Арка первая:

Человек, которого возненавидел мир

1. Смерть…или начало?

Я никогда этого не просил. Вроде бы. Ну, хорошо, думал об этом, возможно, желал, но просить — нет. Да и способ, которым я этого достиг…не самый эпичный. Даже более того, он донельзя прозаичный и тупой. Тем не менее, свою долю силы я получил. Причем, не самую слабую. Но, поверьте: я действительно никогда этого не просил. И когда вы услышите мою историю и осознаете всю степень той бездонной ж…ямы, в которую я угодил, то не станете даже мыслить о зависти. Вы возненавидите меня, как и все остальные.

Но, знаете…я этому даже рад. Учитывая, сколько у меня врагов накопилось за последние три месяца, вы не станете большой проблемой. Капля в море, не более. В море из жаждущих моей крови. Хах. Что ж, попытайтесь! А пока что, раскройте глаза и уши, я начинаю свой рассказ…

* * *

Все началось теплым весенним утром. На дворе стоял конец апреля, близился май, в Японии было тепло, и погода за окном царила почти летняя. Я едва разлепил глаза, и, уставившись на часы, сдавленно застонал: было почти одиннадцать! Машу ж вать, не надо было сидеть за анимешками до трех ночи! Теперь можно смело сказать, что школу я проспал, и топать туда смысла нет никакого. Ладно хоть Хикари не стала меня тормошить спозаранку, а то получила бы поток ругательств, а то и подушкой по лбу. Знает, чертовка, когда можно меня трогать, а когда стоит отступить.

Хикари — это моя соседка, из квартиры напротив. Мы уже давненько дружим, считай, с тех самых пор, как я переехал в Японию. Сколько ж это уже прошло времени…лет десять, не меньше. Тогда мне было только шесть, я мало что понимал, но совсем недавно потерял отца, и на душе царила печаль. Моя мать родом из Японии, поэтому, распродав имущество в России, решила переехать на родину, где у нее остались бабушка и сестра.

С тех пор многое изменилось. Я в совершенстве овладел японским, пошел в местную младшую школу, затем в среднюю, и вот уже год как учусь в старшей. По сути, у меня было много знакомых одного со мной возраста, но действительно хорошим другом я мог назвать лишь Хикари. Она единственная всегда обо мне беспокоилась и проявляла заботу, порой даже чрезмерную.

Все потому, что моя мать, как только мне исполнилось двенадцать, укатила за границу, якобы по работе, и с тех пор мы виделись хорошо если раз в год. Но она каждый месяц присылала мне деньги, так что я был в какой-то мере благодарен. Ну и предоставлен сам себе, а это тоже дорогого стоит.

Правда ко мне чуть ли не каждый день заглядывала тетя Мики, дабы проверить, жив ли еще любимый племянник или помер от передозировки, задохнувшись сигаретным дымом или подвесившись на люстре. Почему-то тетя считала меня непутевым пацаном, хулиганом и вообще пропащим человеком, потерянным для социума. Сколько бы ни пытался переубедить эту старую каргу, все без толку.

Потянувшись, я нехотя вскочил на ноги и принялся собирать футон. Сложив постель в сундук у окна, я еще раз потянулся, широко зевнул, а затем поплелся в ванную. Чистя зубы и глядя на свою кислую рожу в зеркало, я был полон пессимизма и совершенно не желал помышлять о планах на этот день. В школу уже поздно, чем же тогда заняться? Сходить на тренировку? Тоже лень…

Вздохнув, я закончил умываться и потащил свою задницу на кухню. Пока грелся чайник, я сделал пару сэндвичей и устроился за столом, включив небольшой телевизор в углу. Симпатичная молодая ведущая что-то тараторила со скоростью пулемета марки Maximus VIIS, поэтому я даже не стал заострять на этом особое внимание. Наконец, закипела вода в чайнике. Сделав себе растворимый кофе, я откусил от первого сэндвича и вновь бросил взгляд на экран телевизора.

А там было, на что посмотреть. Показывали покореженный автомобиль, стоявший на обочине. Кажется, это на главной улице? Точно, вон тот магазин мне знаком. Очередная авария?

Как оказалось, нет. Некий офисный служащий Нанасэ Хибики ехал по рабочим делам, когда откуда ни возьмись в его автомобиль врезался юноша лет семнадцати. Причем от этого удара машину смяло как картонную фигурку, и снесло на обочину. Звучит бредово, понимаю, но Нанасэ-сан говорил убедительно, к тому же, после махнул рукой в сторону машины. Там рядом крутились санитары «скорой», видимо, оказывая кому-то помощь. Камера переместилась туда, крупным планом показывая лицо того самого парня. Я в первый момент не поверил своим глазам, а потом глубоко вдохнул…подавившись сэндвичем: это был мой приятель Куро!

Но в тот момент мой мозг не особо развивал эту мысль, потому что кусочек бутерброда попал совсем не туда, куда следовало, и я начал задыхаться. Спазмы сжали горло, я тщетно хватал ртом воздух, но треклятый сэндвич не давал вдохнуть! Мое тело онемело, рухнув на пол, я скреб ногтями дерево, пытаясь сделать хоть что-то.

Я не могу так просто сдохнуть! Только не такой тупой смертью! Это ведь просто смешно: умереть от сэндвича!

Но, похоже, боги распорядились иначе, и спустя какое-то время я устал сопротивляться, ощутив, как мое сознание покидает тело…

…чтобы пробудиться в огромном светлом зале, пол, стены и потолок которого, казалось, были сделаны из белого мрамора. И на ощупь такие же холодные. Пришлось поспешно вскочить на ноги, дабы не отморозить задницу. Хотя, если я умер, то какая теперь разница?

Зал был поистине огромным: размером с токийский стадион, и совершенно пустой. Только в дальнем конце виднелся какой-то алтарь с маленькой чашей посередине. Как я сумел это разглядеть? Сам не пойму. Просто в этом месте мое слегка подсевшее от постоянного смотрения в монитор зрение было стопроцентным. Даже больше.

Что же это за место такое? Чистилище? Или уже Рай? Хотя, учитывая мой скверный характер, мне бы уготовили место в Аду.

— Рюу, — раздался позади мягкий голос. Я обернулся и чуть было не заорал от неожиданности: ангел! Самый настоящий ангел. Парень лет шестнадцати, стройный, но крепкий, с приятными чертами лица и мягкой улыбкой на губах. Чем-то он был похож на меня.

— Так это все-таки Рай? — пробормотал я. Ангел звонко рассмеялся.

— Можешь считать, как тебе угодно. Но я бы назвал это межпространственным измерением, созданным твоим собственным разумом.

— Че? — не понял я. — Как мой разум оказался способен создать такую громадину?

— Сам удивляюсь, — пожал плечами ангел. — Ты вроде не особо умный, не выдающийся спортсмен, поэт или музыкант. Да, Боже, ты даже сочинение уровня пятого класса пишешь с ошибками. Но все же…суметь в столь раннем возрасте создать межпространственное измерение — это крупное достижение. Прими мои искренние поздравления.

— Для начала скажи мне, кто ты такой и что здесь делаешь? — с подозрением спросил я. Этот парень выглядит как ангелок, но что-то в глубине его глаз не дает мне расслабиться. Да и ощущение угрозы давит со всех сторон, хотя, казалось бы, чего мне бояться?

— Я твой ангел-хранитель, — улыбнулся он. — Моя задача — оберегать тебя и указывать правильный путь.

— Откуда тебе знать какой путь правильный?

— Хм. Это интересный вопрос, — рассмеялся он. — Теперь ты не кажешься таким уж тупым. Неужели притворялся все эти годы?

— Заткнись! — рявкнул я. Ангел фыркнул и сложил руки на груди.

— А то что? Ты уже помер, Рюу. И вряд ли без моей помощи сумеешь отсюда выбраться. В твоих же интересах выслушать меня и подчиниться.

— Да пошел ты! — процедил я. Никогда не прогибался под кем-либо, и даже после смерти не собираюсь. Я рос почти без родителей, целыми днями пропадал на улице и уяснил одну важную вещь: если хочешь занять в этом мире достойное место, стань гордым и сильным настолько, чтобы не лизать задницу кому бы там ни было. Пусть другие кланяются, льстят, лживо смеются и творят пакости. Это их выбор. Я же хочу быть тем, кого ни один человек в мире не посмеет тронуть!

Ангел нахмурился.

— Ты ведешь себя неразумно, Рюу. Понимаю, ты умер и находишься на взводе. Но на данный момент тебе ничто не угрожает, поэтому успокойся и подумай хорошенько. Если ты хочешь вернуться к жизни, то тебе стоит послушаться меня.

Я ощутил, как изнутри поднимается волна ярости. Этот тип внешне казался добреньким и услужливым, но его глаза источали лед, а улыбка уже не казалась мягкой и приятной. Скорее, он был похож на змею, медленно обвивавшуюся вокруг жертвы, намереваясь вонзить клыки.

Поэтому я прыгнул вперед, сомкнув руки на его шее. Она оказалась на удивление хрупкой и мягкой, легко сжимаясь под моими пальцами.

Ангел захрипел.

— Остановись, идиот! Ты сделаешь лишь хуже!

Я не слушал его, продолжая сжимать хватку. Глаза ангела закатились, он сопротивлялся все меньше.

— Для тебя…все кончится…Рюу, — прохрипел он, прежде чем окончательно обмякнуть.

Я разжал пальцы, и в момент, когда голова мертвого ангела коснулась мраморного пола, хранитель рассыпался на миллиарды осколков, мигом исчезнувших.

Я сидел на полу, пытаясь понять, что натворил. Вспышка ярости прошла, улетучилась, взамен принеся осознание.

Какого хрена я сделал? Я убил ангела-хранителя!

М-мать.

Зачем я это сделал? Просто потому, что он показался мне странным? Так ведь и я сам не овечка. Мое поведение отличается от нормального.

Но то, что произошло сейчас, находится за гранью. Будто кто-то неизвестный взял под контроль мой разум и разжег пламя эмоций, заставив убить ангела.

Какое-то время я сидел неподвижно, укоряя себя, а затем поднялся.

Ладно, сделанного не вернуть, нужно искать способ выбраться отсюда. Для начала взглянуть, что за алтарь в дальнем конце зала.

Расстояние до него я преодолел довольно быстро, что удивительно, учитывая размеры этого места. Похоже, здесь какая-то штука с пространством, иначе как я прошел десяток километров за пару минут?

Вблизи алтарь оказался довольно массивным. Сделан он был из какого-то другого материала, не из мрамора. Да и вообще создавалось впечатление, что алтарь появился позже самого зала. Или наоборот.

Алтарь напоминал монолитный камень, плоская поверхность которого была слегка изогнута по краям кверху. По центру алтаря стояла чаша, тоже из незнакомого мне материала, матово-черная, в то время, как цвет алтаря был темно-фиолетовым. Сама чаша показалась мне сначала пустой, но стоило сделать шаг и слегка наклониться, как я увидел свое отражение на поверхности воды.

Не знаю, что именно заставило меня это сделать, но я схватил чашу обеими руками и поднял. Она оказалась не тяжелее кружки с кофе, хотя на вид весила порядочно.

То, что я сделал потом, позже казалось странным и нелогичным, но на тот момент мне было все равно. Я отпил из чаши. Сначала один глоток, затем еще, и вскоре я не мог остановиться, до тех пор, пока вода не кончилась.

Я поставил чашу на место и замер. Мой разум, казалось, сжали невидимые тиски, а затем чей-то гигантский молот ударил изнутри, заставив рухнуть на пол и зарычать от боли. Я выл, царапал ногтями мрамор, но боль не утихала, разгораясь внутри меня, что-то уничтожая, сжигая навеки, а что-то привнося, изменяя мое тело. Думаю, прошло всего полчаса, прежде чем боль стихла, но для меня это время растянулось на целую вечность. Боль оставила после себя опустошение, эмоции улетучились, не было даже удивления произошедшему. Казалось, часть меня безвозвратно погибла, но другая часть окончательно изменилась, стала чем-то иным. Но вот чем, я пока осознать не мог.

Да и не хотел. Мой разум постепенно пробуждался от долгого сна, я начинал понимать многое из того, чего не замечал раньше. Словно бы стал сверхчеловеком. Поднялся на новую ступень.

Новые знания не казались чужеродными, скорее, близкими мне, будто бы нечто, утраченное тысячелетия назад.

Поэтому я совсем не удивился, протянув руку и сжав пальцы в кулак, а затем дернув на себя, разрушая гигантский зал, и все измерение заодно. Я рухнул в иссиня-черную бездну, отправляясь в долгий полет, не зная, где окажусь после. Но последней мыслью было вернуться домой.

Ведь Хикари будет сильно грустить, если меня не станет.

* * *

Пробудился я все на той же кухне. Я лежал на полу, рядом устроился надкусанный сэндвич, а сверху бубнила ведущая из телевизора. Казалось бы, ничего не случилось, можно списать все произошедшее на воображение, сон.

Но я ощущал внутри себя силу, которой не было прежде. Пока я не знал, как ей пользоваться и для чего. Но понимал одно: кое-что изменилось. И мир вокруг меня больше не будет прежним.

Из обретенных воспоминаний неизвестного мне благодетеля, я знал, что не один такой. Но тогда я еще не думал, что подобных мне окажется настолько много. Не подозревал, во что выльется моя первая встреча с одним из них, и как это повлияет на дальнейшую судьбу.

Я всего лишь лежал на полу своей кухни, смотрел в потолок, слушал надоедливый голос телеведущей, понимая, что день лишь начался, и нужно строить планы, ведь я все еще жив.

Моя глупая смерть стала шагом на пути к чему-то большему, и теперь мои амбиции претерпели изменение. Теперь я могу позволить себе подняться на вершину этого мира.

Если захочу, конечно же.

2. Я не один такой

Доедал свой завтрак я с некоторой опаской, а затем, выключив телевизор, поплелся в комнату. Рухнув на кровать, я принялся размышлять. То, что со мной случилось, совершенно не вписывается в привычные рамки. Нам твердят, что Бога нет, а человек произошел от обезьяны, но ведь я буквально этим утром своими руками прикончил ангела-хранителя! Как прикажете это понимать? Значит, все, о чем нам твердят — ложь? Или же этот ангел назывался так лишь условно? Что, если я попал в лапы к инопланетянам?

В голове нарастало жжение, я ощущал, что еще немного, и мой мозг воспламенится. Так, стоп! Надо прекращать забивать разум глупыми предположениями. Лучше сходить проветриться, благо на улице теплынь.

Быстро надев джинсы, футболку и любимые кроссовки, я запер квартиру и сбежал вниз по лестнице, оказавшись на улице. Пару минут стоял, вдыхая свежий воздух и решая, куда же пойти. Возле школы светиться не стоит, но мне хотелось увидеть Хикари, рассказать ей о случившемся. Почему-то я был уверен, что лучшая подруга не посчитает меня поехавшим, и не сдаст в психушку. У нас всегда были очень доверительные отношения, так что Хи-тян сразу поймет, говорю я правду или лгу. Это очень ценное качество, правда со своими подводными камнями. Так, например, мне было весьма проблематично отмазаться от прогулки с Хикари или от похода к ее бабушке. Старушка тот еще любитель почесать языком, а мне слушать ее байки…тоскливо.

Поэтому я направился к школе, устроившись в стороне от входа, глядя на снующих туда-сюда парней и девчонок. По идее, через полчаса как раз закончатся уроки. Сегодня клубных занятий у Хи-тян нет, так что она сразу домой.

Так и вышло: Хикари пулей вылетела за ворота школы и чуть ли не бегом направилась дальше по улице, торопясь домой. Я даже мог сказать, к кому именно домой она спешит. Оторвавшись от стены, пошел следом, собираясь уже окликнуть девушку, как вдруг заметил тройку парней, шагающих за ней. Они вроде не показывали явный интерес, но я ощущал их внимание к Хикари, липкое, противное, преисполненное пошлых намерений.

Пришлось следовать за ними на расстоянии, не выпуская из виду.

Однако парни не долго строили из себя мирных овечек. Когда Хи-тян проходила мимо узкой подворотни, они налетели и мигом затащили ее туда. Даром что Хикари была девушкой хрупкой, но весьма сильной и легко могла вырубить любого приставалу. Но тут сработал эффект неожиданности, и моя подружка не успела среагировать.

Прибавив шагу, я остановился за углом, слегка выглянув. Вмешиваться не спешил, выжидая момент.

— Ну что, малышка, вот ты и попалась! — глумился самый невысокий из них, но вполне крепкий парень. Его лицо было мне знакомо, но лично мы вроде как в школе не пересекались.

— Чего тебе надо, Джун? — лицо Хикари не выражало страх, только плохо скрываемое раздражение.

Я чуть было не рассмеялся. Джун, да? Имечко не совсем подходит, как я погляжу.

— Помнится, позавчера ты прилюдно отказала мне, — процедил коротышка Джун. Его лицо, вполне симпатичное, исказилось от гнева. — Ты отказала МНЕ! Сыну Като Изаму! Причем перед всеми, ты унизила меня! За это я заставлю тебя заплатить. Придется поработать ротиком, Хи-чан!

Джун ухмыльнулся и дернул воротник блузки Хикари. Девушка от неожиданности подалась вперед и Джун отвесил ей несильную пощечину. Хи-тян вскрикнула, на глазах выступили слезы.

В этот самый момент я уже рванул вперед, отталкивая одного из приятелей Джуна и с размаху врезая коротышке кулаком в челюсть. Во мне кипела злость, даже ярость, поэтому не сдерживался. С учетом приобретенных утром способностей, Джун отлетел от удара кулаком метров на пять, врезавшись в стену здания и рухнув на землю.

Я развернулся к Хикари.

— Ты как, Хи-тян, в порядке?

Девушка кивнула, придерживая воротник блузки.

— Как ты здесь оказался, Рюу?

— Не время для вопросов. Сначала разберусь с ними, — я повернулся к прихвостням Джуна. Тот, которого оттолкнул вначале, уже замахивался кулаком, на лице гримаса обиды и гнева. Сделать подшаг вправо, схватить его за предплечье и дернуть вбок, ломая руку. Затем, не останавливаясь, пинком под колено заставить его упасть и локтем в висок, лишая сознания.

Оставшийся уже не выглядел особо уверенным, но, бросив взгляд на поверженного босса, заорал и рванул ко мне. Снова обычный замах. Никак вы, блин, не научитесь. Не стал усердствовать, пнул ногой в грудь, заставив отлететь к стене дома и сползти по ней.

Вся схватка в целом заняла десяток секунд. Скажи мне кто еще утром, перед тем злосчастным завтраком, не поверил бы. Не может обычный школьник победить трех крепких сверстников за десять секунд. Но я теперь мог.

— Не ожидал, что твой дружок окажется одним из нас, — раздался вдруг сбоку голос Джуна. Я удивленно повернулся к нему. Коротышка выглядел изрядно потрепанным, но целым. На губах кривая усмешка, а глаза излучают ненависть.

— Какой у тебя ранг? — спросил он.

— Что? — не понял я. Лицо Джуна изумленно вытянулось.

— Ты не знаешь о рангах?

Он расхохотался.

— Надо же, такой сильный, но совсем не сечет, как устроен этот мир. Ты никогда не слышал о Кане-но-Секаи?

Тень Мира? Что это такое?

Двое прихвостней Джуна не поднялись после моих ударов, но коротышка выстоял, а значит, он не совсем обычный человек. Неужели я такой не один?

— Нет. Что это за место? — спросил я. Джун фыркнул.

— Место? Парень, это изнанка обычного общества. Мир таких как мы — сверхлюдей!

— Сверхлюдей?

— Ты че, с Луны свалился? — вконец изумился он. — Кто тебя тренировал?

— Считай, что я самородок, — улыбнулся я. Он стиснул зубы. Не поверил. Ну и ладно, не больно-то хотелось.

— Что ж, покойнику ни к чему знать об Изнанке, — самоуверенно произнес он. — Умри!

Рывок, вижу лишь смазанную тень. В первое мгновение слегка теряюсь, поэтому пропускаю удар Джуна в челюсть. Было не больно, будто ударили не кулаком, а резиновой игрушкой. Неприятно.

Отскакиваю назад, наблюдая изумление и страх в глазах коротышки.

— Как?! — вопит Джун, и в это время я прыгаю вперед, отбрасывая его к стене. Удар, во все стороны сыпется каменная крошка, по стене вверх ползут трещины. Джун буквально впечатан в эту стену, не в силах пошевелиться. Уж не убил ли я его? Подойдя ближе, щупаю пульс и облегченно вздыхаю: жив. С одной стороны, хреново — живой враг хуже мертвого. Но, с другой — меня не обвинят за убийство. А это, как ни крути, замечательно.

— Идем! — крикнул я Хикари, безмолвной статуей застывшей неподалеку. Глаза девушки выражали удивление, беспокойство и…радость? Это странно. Но разбираться будем дома, сейчас лучше бежать отсюда подальше.

* * *

Девушка сидела на диванчике, потупив взгляд и сжимая пальцами стакан с водой. Сейчас Хикари не выглядела уверенной, радостной или чересчур энергичной, как обычно. Скорее, казалась удивленной и смущенной. Непонятно только с чего бы.

— Как прошел день в школе? — спросил я, чтобы хоть как-то начать разговор. Сидим так уже полчаса, и ни один не решается заговорить.

Хи-тян бросила на меня быстрый взгляд из-под пушистых ресниц, ее губы тронула мягкая улыбка.

— Все хорошо. Но тебе не стоит пропускать занятия так часто, Рюу-кун. Учитель Хаяси недоволен твоей успеваемостью.

— Вечно старику что-то не нравится, — проворчал я. Хаяси Ичиро был нашим учителем английского. На самом деле отличный мужик, но крайне щепетильный в вопросах успеваемости учеников.

Хикари рассмеялась.

— Ну, ты все-таки его любимчик. Возможно Хаяси-сенсей просто скучает.

Девушка кокетливо подмигнула.

— Ну тебя, — обиделся я. Подруга фыркнула.

— Скажи, Рюу…давно ты научился так драться? — спросила вдруг она. Я кашлянул. Соврать или ответить правду? Проклятье, я ведь решил сказать все начистоту, верно? Хикари наверняка сумеет различить ложь.

— Этим утром. Ты, возможно, не поверишь, ведь это звучит как бред сумасшедшего…

Я рассказал все как есть, без утайки. Хи-тян внимательно выслушала, при этом глаза ее ярко блестели. Похоже, моей подружке эта история очень интересна.

— Так ты теперь, выходит, один из сверхлюдей?

— Похоже на то. Хотя я ничего не знаю об этой Изнанке, о которой болтал Джун. Судя по твоему взгляду, тебе что-то известно?

Хикари кивнула.

— Да. Потому что я с детства являюсь одной из людей Изнанки.

— Серьезно? — изумился я. Хикари, веселая неугомонная Хикари, на протяжении стольких лет всегда вертевшаяся неподалеку, оказалась вдруг вовсе не той, кем я ее считал. — Почему ты не рассказывала?

Хи-тян отвела взгляд в сторону, заметно смутившись.

— Обычным людям нельзя знать о существовании Изнанки. Ваш разум неспособен в полной мере принять тот факт, что где-то совсем рядом ходят существа, чья сила невообразима.

— Неужели даже правительство не в курсе? — скептически хмыкнул я. Хикари вздохнула.

— Эти знают. Но вынуждены не вмешиваться в дела Кане-но-секаи. Иначе им грозит смертельная опасность. Дела сверхлюдей — это только наша забота.

— Не поверю, что власти ни разу за всю историю не решились подмять Изнанку под себя.

— Ты прав, случаи были. Но хватало одного, максимум двух сверхлюдей, чтобы любой правитель забился в угол, дрожа от страха.

— И почему же с такими возможностями вы еще не правите этим миром? — насмешливо полюбопытствовал я. Хикари надулась.

— Мы сверхлюди, Рюу! Не какие-то там жалкие чиновники, которым нужна власть, чтобы самоутвердиться. Мы с самого рождения стоим на вершине мира, пусть даже простые люди этого и не знают.

— Тогда как ты объяснишь тот факт, что я приобрел свои способности только этим утром?

Хикари задумалась.

— Не знаю, — в конце концов, выдала она. — Такого на моей памяти еще ни разу не случалось. Все мои знакомые родились сверхлюдьми. Чтобы кто-то получил силу извне…точно не было. Как тебе это удалось?

Я не рассказал об убийстве ангела-хранителя. Это было слишком личным и не стоило разглашать столь конфиденциальную информацию даже близкой подруге.

— Ты ведь уже слышала мой рассказ, — пожал плечами я. — Больше ничего не происходило.

— А вдруг ты тоже сверх от рождения? — подалась ко мне Хи-тян. Крупные глаза сияли, выражая интерес. Темные волосы, мягкие черты лица, гладкая кожа и ярко-зеленые глаза…Хикари была очень красивой девушкой, и неудивительно, что мое сердце забилось чаще.

— Не думаю, — отведя взгляд, пробурчал я. — Моя мать ведь обычная женщина.

— А твой папа?

— Он тоже был…обычным, — нехотя произнес я.

Хикари фыркнула.

— Что ж, ладно. Тогда пусть будет приобретенная сила. В любом случае, что ты намерен делать дальше?

— Жить, — хмыкнул я. Такой ответ подругу не устроил.

— Ты сверх, Рюу. И теперь, когда так легко отделал Джуна и его дружков, все сверхи в нашей школе и в нашем районе будут знать о тебе. Спокойной жизни конец, Рюу-кун.

Я застыл, внезапно осознавший в какой заднице оказался. Машу ж вать! И правда, кто даст мне жить спокойно, зная, что я запросто отлупил видимо не самого слабого сверха в школе. Начнется травля, вечные проверки на прочность и вызовы «по разам». Охо-хо…

Похоже, на моем лице была настолько кислая мина, что Хикари не выдержала и прыснула.

— Вот теперь ты понимаешь, Рюу. В мире Изнанки нет места слабым, каждый день — это схватки за звание сильнейшего.

— Джун говорил что-то про ранги, — вспомнил я. Хикари кивнула.

— Да. Всего девять рангов: Первый, или Начальный, Второй(Продвинутый), Третий(Подмастерье), Четвертый(Ученик), Пятый(Адепт), Шестой(Воин), Седьмой(Мастер), Восьмой(Повелитель) и Девятый(Бог).

— Ого. Довольно много, как я погляжу. И что, неужели есть такие, кто достиг последнего ранга?

— Таких всего несколько за всю историю Изнанки. Но я слышала, что даже Девятый ранг не предел. В древности бывали люди, переступившие эту черту и достигшие абсолютного могущества.

— Страшно представить, на что они были способны, — вздрогнул я. Хи-тян согласно качнула головой.

— Раз ты только сегодня получил свои способности, то являешься обладателем Первого ранга. Дай мне проверить.

Хикари протянула руку и легонько коснулась моей ладони пальцами. Несколько минут она сидела неподвижно, прикрыв глаза, мне даже показалось, что девушка задремала. Но тут Хи-тян распахнула глаза и изумленно уставилась на меня.

— Второй ранг? Серьезно? Как тебе это удалось, Рюу-кун? Ты ведь почти новорожденный с точки зрения силы, но Второй ранг…

— Вот как, — протянул я, задумавшись. Возможно, способ, которым я обрел силу, не такой, как у остальных сверхов. Я ведь согрешил, и, есть подозрение, что вовсе не должен был пить из той чаши. Да чего уж там, пройди все как надо, я сейчас летел бы сквозь Колесо Сансары, навстречу новой жизни, а то и вовсе жарился на адской сковороде с антипригарным покрытием. Но я тут, сижу рядом с Хикари, вполне себе живой и здоровый, и даже сильный. Что это, если не ультра-везение?

— Какая у тебя способность? — не выпуская моей руки, слегка придвинулась Хикари. Снова глаза совсем близко. Ах ты ж мелкая…

Я схватил девушку за плечи и повалил на диван, подминая под себя. Брови Хи-тян изумленно взметнулись вверх, рот слегка приоткрылся, чем я и воспользовался, запечатав ее губы поцелуем.

Продолжался он недолго, ведь спустя пару мгновений снизу меня будто десятитонным авианосцем приложило, снеся с дивана и впечатав в потолок. Я больно ударился спиной и рухнул на пол. Сверху посыпалась штукатурка.

— Блин, больно же! — простонал я, вставая на четвереньки и глядя на Хикари. Девушка в этот момент поднялась на ноги и метнула на меня яростный взгляд.

— Это было очень низко, Такаяма-кун! — процедила она, а затем, поддав ногой по ребрам, вышла из квартиры, хлопнув дверью.

Я потер ушибленный бок, надеясь, что ничего не сломано, хотя хруст вроде слышал, и даже ощутил, как сместились кости от удара Хикари. Ну и девчонка! Сильная, а ведь по внешности и не скажешь: стройная, почти хрупкая, хотя ножки не совсем миниатюрные, есть за что подержаться.

Поднявшись, поплелся на кухню. Что-то от всех этих разговоров проголодался прям. Надо бы приготовить чего-нибудь вкусного, по случаю моего «второго рождения». А потом позову Хикари, надо бы мириться, а то знаю я эту стерву: будет неделю дуться, пока мое терпение не лопнет. Лучше уж сразу пойти на поклон.

И все же…только получил способности, и сразу Второй ранг. Весьма неплохо, на мой взгляд. Особенно учитывая, какая у меня способность. Но знать об этом кому-либо, и уж тем более Хикари, вовсе не обязательно.

Потому что, если вскроется правда, меня никогда в жизни не оставят в покое.

3. Превосходство и страх

Утро началось не с кофе, а с ворвавшейся в квартиру тетушки Мики. Я услышал звук хлопнувшей двери сквозь сон, но открывать глаза было страшно лень, поэтому притворился спящим. Кажется, мне и впрямь удалось задремать, потому что прилетевший по ребрам сокрушающий удар ногой никак не ожидал. Меня подбросило над постелью, остатки сна как рукой сняло, я спешно сгруппировался и приземлился не на спину, а на ноги.

— Неплохо, — одобрительно кивнула тетя, глядя на меня суровым взглядом. Я невольно залюбовался ее ладной фигуркой, как и всегда. Стройная, но крепкая из-за занятий спортом, где надо все выдается вперед, талия узкая, да и личико ого-го. Не будь эта красотка моей тетей, давно приударил бы. Впрочем, с ее мерзким характером…нафиг-нафиг.

— Куда уставился, извращенец? — яростный взгляд, летящий в морду кулак. Время замедлилось, я сделал полшага в сторону, пропуская ОМП мимо, а затем легонько потянул за ворот футболки. Наружу слегка выглянули два крупных полушария, а сама тетушка полетела на пол. Но была подхвачена мной.

— Я тоже рад тебя видеть, — с улыбкой произнес, придерживая женщину за талию. Ясно-голубые глаза удивленно смотрели на меня, а затем аккуратные бровки сошлись на переносице.

— Руки убрал!

Мики приняла нормальное положение и, слегка склонив голову, смерила меня взглядом с ног до головы.

— Когда это ты стал таким шустрым, Балбес-кун?

— Да вот, решил заняться собой, а то вдруг размякну, стану таким же слабаком как старушка тетя-сан, — поддел я. Мики фыркнула.

Невольно залюбовался ею. На вид тетушке можно было дать едва ли девятнадцать-двадцать, тогда как на деле она недавно разменяла третий десяток. Готов поспорить, любой уважающий себя мужик в радиусе двух километров от нее не сможет удержаться и не подойти.

— Опять бездельничаешь? Почему школу пропустил вчера?

Все-то она знает. Иногда мне кажется, что тетя понаставила в моей квартире камер наблюдения и сутками просиживает перед компьютером, следя за непутевым племянником. Но нет же, она живет с бабулей почти на другом конце города. И ведь не лень было вставать в такую рань и переться ко мне? Сколько там времени? Шесть двадцать…

— На то были причины, — отрезал я, всем видом давая понять, что разговор окончен. Но Мики не была бы Мики, если б остановилась на этом.

— Какие у тебя могут быть причины? Опять всю ночь пялился в свой моник на голых нарисованных женщин? Нашел бы себе уже нормальную девушку, задрот!

Я закатил глаза и отвернулся, направившись на кухню. Надо бы закинуться чем-нибудь по-быстрому, да на пробежку. Как раз успею вернуться и переодеться перед началом занятий.

Тетя тем временем не отставала.

— И все же, что случилось? Связался с плохими парнями? Насмотрелся суицидной фигни по телику? Переживаешь из-за того, что девчонки не дают?

— Может, тебе помолчать уже? — не выдержал я. Мики разом умолкла, надувшись и глядя в окно. Ну вот, так всегда. Как ей меня доставать — пожалуйста, а как мне стоит накричать — сразу обида.

Зато, наконец, тишина. Выпив кружку кофе и сжевав пару бананов, я нацепил спортивные штаны и футболку. Затем покосился на тетушку.

— Если не хочешь торчать тут одна, то выходи.

Ответом мне был надменный взгляд преисполненной собственного достоинства королевы, сопровождавшийся плавной походкой к выходу из квартиры.

На улице я вздохнул и повернулся к Мики.

— Спасибо, что навестила.

— Хмф, — вот и весь ответ.

— Бабуле привет от меня. Постараюсь на этой неделе заскочить.

Едва заметный кивок, а затем женщина развернулась и зашагала прочь, виляя бедрами. Я сокрушенно покачал головой. Вот же язва…напросится однажды. Не завидую тому мужику, с которым она пожелает жить под одной крышей.

Пробежка прошла просто замечательно, я даже достиг рекорда в пятнадцать километров за полчаса. Возможно не слишком впечатляющая цифра, но для начала сойдет. Все же не так-то просто привыкнуть к тому, что мое тело теперь может гораздо больше.

Переодевшись и выйдя из дома, я наткнулся на Хикари. Встретившись с девушкой взглядом, я понял, что Хи-тян уже не дуется, но заговорить первой гордость не позволяет. Поэтому, пристроившись рядом, завел беседу:

— Неплохая сегодня погодка, не так ли?

— Возможно.

— Как спалось?

— Спасибо, прекрасно.

— Тогда почему такие круги под глазами? Неужели всю ночь мечтала о галантном красавце на «Тойоте»?

Хикари не выдержала и фыркнула.

— Иди в задницу, Рюу! Уснешь тут, когда твой лучший друг оказался сверхом. Причем едва ли не сильнее тебя.

Эти ее слова меня удивили.

— Сильнее? Я полагал, что твой ранг не ниже Третьего-Четвертого.

— Это не совсем так, — вздохнула Хикари. — Женщины в нашей семье не могут подняться выше Второго ранга. Поэтому сейчас я нахожусь на пике и одновременно пределе своих сил.

— Вот как, — протянул я. — Этому есть причина?

— Какое-то ограничение на генетическом уровне. Кажется, одна из моих пра-пра согрешила с другим мужчиной и впала в немилость богини.

Я даже остановился от удивления.

— Первый раз слышу о том, что вы верующие.

— Это отчасти так. Существует версия, что все эти способности мы получили от божеств. Моя семья верит в это.

— А ты сама?

Хи-тян пожала плечами.

— Кажется, тоже. Но в современном мире вера сверхлюдей уже не так крепка, как прежде. Многие начинают думать, что сами являются чуть ли не богами.

— Как Джун, — заметил я. Она кивнула.

— Да. Будь осторожен в школе. Постарайся избегать ненужных драк, это может навлечь на тебя беду.

— Как скажешь, радость моя, — поддел я девушку. И, о чудо, Хикари покраснела и отвела взгляд. Так, непорядок. У нас всегда были очень теплые, но именно дружеские отношения. Что изменилось?

— Хикари, не нужно, — негромко попросил я. Она нехотя кивнула. И всю оставшуюся дорогу до школы мы молчали.

Похоже, не все спокойно в сердце моей подруги. Но я, пусть подшучивал над ней крайне часто, не воспринимал Хи-тян в качестве девушки и спутницы жизни. Мне казалось, что и она также относится ко мне, но…

В школе я был напряжен, все время ожидая нападения со спины. Но зря, ведь все вокруг, похоже, вели себя как обычно: смеялись, шутили, расспрашивали меня о причине вчерашнего отсутствия, парни так и вовсе подбивали обсудить свеженький хентай. Мне стало казаться, что вчерашняя драка с Джуном не возымеет последствий, что все позабудется.

Но я ошибался.

Как только закончились занятия, я подхватил сумку и зашагал к выходу из школы. Шел, размышляя о своем, не особо глядя по сторонам. Думал о том, что скажу Хикари при следующей встрече.

И уж точно не ожидал, что через сто метров после школьного входа меня остановит Джун и его приятели.

— Глядите-ка, наш герой сегодня один, — ехидно заметил коротышка. Я с удовольствием отметил шишку у него на затылке. — А где же твоя любимая подстилка Хикари?

В глубине колыхнулась ярость, мощным пламенем поднимаясь ввысь, наполняя тело силой. Ладно оскорблять меня, на это плевать, но тронуть Хикари…не прощу!

— А тебе, вижу, мало вчерашнего было? — внешне спокойно отозвался я. Джун слегка растерялся.

— Хочу кое-что обсудить, — наконец, нашелся он. — Идем за школу.

— Ну пошли, — фыркнул я, разворачиваясь и шагая обратно. Краем глаза отметил, что теперь весь народ, спешивший прежде домой, останавливается и пялится на нас. Похоже, Джун пользуется популярностью в школе. И как я раньше не замечал этого хоббита?

Стоило завернуть за угол, на спортплощадку, как я замер: там уже столпились парни и девчонки моего возраста, некоторые младше и старше, но в целом от тринадцати до семнадцати.

— Что за фигня? — зарычал я, разворачиваясь к Джуну. Тот оскалился.

— Вчера ты застал меня врасплох, братишка. Но сегодня, перед свидетелями, не сможешь использовать подлые приемы.

— Хочешь снова испытать мой кулак? — вкрадчиво спросил я. Джун рассмеялся.

— Нет, на этот раз с тобой смахнется мой приятель — Тонг.

Из толпы слева вышел высокий — метр девяносто примерно — парнишка, с широченными плечами и мощным мышечным корсетом. Видно было, что парень не понаслышке знаком с тренировками.

Впрочем, я тоже. Особенно, учитывая обретенные вчера способности.

— Всего лишь? Ты жалок, — бросил я Джуну. Тот, посмеиваясь, покачал головой.

Не дожидаясь соперника, я направился к центру площадки. Круг зрителей сомкнулся, отрезая путь наружу. Но мне было плевать.

— Сумку-то оставь, — посоветовал кто-то.

— Много времени это не займет, — отмахнулся я. На меня посмотрели, как на идиота, раздались издевательские смешки. Ну-ну.

Тонг повел плечами, похрустел шеей и, ухмыльнувшись, бросился на меня. Двигался он, надо признать, быстро. Пара мгновений — и уже рядом со мной. Двоечка в корпус — явно проверяет защиту. Отмахиваюсь правой рукой, отбивая его удары. Не затрачиваю на это особых усилий и, похоже, противник почувствовал. Брови сдвинулись, в груди мощный рык. Удары стали жестче, сильнее, Тонг двигался вокруг, пытаясь закружить меня, сбить с толку. Пару минут я со скучающим видом парировал его кулаки, а затем мне надоело.

Удар раскрытой ладонью в грудь отправил здоровяка в полет к стене школы. Врезавшись в здание, Тонг сполз на землю, едва дыша.

До этого громко подбадривавшие моего соперника зрители ошеломленно заткнулись, глядя на поверженного здоровяка. Затем все взгляды переместились ко мне.

И все вокруг взорвались.

— Это нереально! Как он смог победить Тонга? Этот чувак с детства поехавший на боях! Да кто он такой?

Я поправил слегка сбившуюся лямку школьной сумки и зашагал к Джуну.

— Надеюсь, на этом твои претензии исчерпаны?

Изумленный и, кажется, изрядно напуганный коротышка кивнул.

Я отодвинул его в сторону и зашагал по дорожке к выходу. Затем, словно вспомнив что-то, остановился.

— Ах да!

Джун не успел даже пискнуть, когда я оказался рядом и сжал пальцы на его горле.

— Ты оскорбил моего друга, дружочек. А я не прощаю тех, кто унижает моих близких, — негромко произнес я. Джун хватал ртом воздух, пытался что-то сказать.

Я поднял коротышку повыше, держа в левой руке. Затем вверх взметнулась моя правая. Отчетливый хруст слышали все зрители. Повисла гнетущая тишина. Ее нарушил лишь один звук — упавшее в центр площадки изломанное тело Джуна.

Я развернулся и пошел прочь, слыша за спиной испуганные крики, просьбы вызвать «скорую» и всеобщее негодование, смешанное с изрядной долей страха. Ну да, видеть, как крутому парню ломают руки и ноги, а затем, словно резиновую игрушку швыряют на землю — тяжкое испытание для психики.

Но он сам выбрал такой путь, оскорбив Хикари. Правда с этого дня моя жизнь станет еще сложнее, ведь Джун явно не сможет остановиться на достигнутом. Не после такого унижения. Да и его отец заинтересуется личностью того, кто так безжалостно покалечил его любимого сынульку.

Кажется, предстоит интересное время. И мне точно нужно стать сильнее. А из знакомых мне сверхов только Хикари, поэтому придется идти за советом к ней.

Хи-тян ждала меня возле двери квартиры, переминаясь с ноги на ногу.

— Чем обязан? — слегка удивленно поинтересовался я. Девушка бросила на меня злой взгляд.

— Между прочим, жду уже полчаса! Где тебя носит?

Открыв дверь и пропустив подругу в дом, я рассказал о схватке за школой.

— Ты правда переломал ему конечности? — каким-то странно равнодушным тоном спросила Хикари. Я кивнул.

Девушка, казалось, впала в ступор.

— Что такого? — не понял я.

— Ты идиот, Рюу! Отец Джуна — один из влиятельнейших людей Изнанки — Като Изаму. Он известен свой жестокостью и беспощадностью. Как ты думаешь, сколько тебе останется жить после того, как он узнает о случившемся?

Я пожал плечами.

— Какой у него ранг?

— Шестой, — процедила Хи-тян.

— Всего лишь? — хмыкнул я. — Мне казалось, что он должен быть посильнее. У Джуна-то лишь третий.

— Откуда ты узнал? — опешила Хикари.

— Упс, — выдал я. Вот и спалился тем, что умею оценивать силу противника. Понял это лишь во время боя с Тонгом, даже обдумать еще не успел.

— Это и есть твоя способность? — радостно воскликнула Хи-тян. Я покачал головой.

— Нет, скорее небольшой бонус. Значит, мне стоит ждать гостей?

Хикари кивнула.

— Думаю, да. Като Изаму не станет долго сидеть, когда информация об увечье его сына станет известна. Он прибудет сюда совсем скоро. И будь уверен, сразу попытается тебя прикончить.

— Это не беспредел? — нахмурился я.

— Это мир Изнанки, Рюу. Здесь каждый выживает как может. Если бы ты был наследником одной из известных семей, то Като подумал бы, прежде чем сделать шаг. Но ты никто, и за тобой нет никого. Так что у него полное право отнять твою жизнь в качестве платы за здоровье сына.

— Посмотрим, — улыбнулся я. — Иди-ка ты домой, Хикари. Взрослые дяди сами разберутся.

— Уверен? — во взгляде подруги явственно виднелось беспокойство.

Я кивнул.

— Более чем. И спасибо за информацию.

Вместо ответа Хи-тян вдруг подалась вперед и коснулась своими губами моих. Поцелуй был коротким, но страстным, а затем Хикари со скоростью молнии вылетела за дверь.

Ну и дела.

4. Договоренность

Я уже битый час сидел на диване, листая очередную попсовую мангу и пытаясь не заснуть, когда входную дверь сорвало мощным ударом снаружи.

— Ну наконец-то! — обрадованно воскликнул я, откладывая чтиво в сторонку и скрестив руки на груди. Раздались шаги, а затем в комнату зашел высокий худощавый парень лет двадцати с небольшим. Он выглядел слегка туповатым, с дебильной улыбкой осмотрелся, увидел меня и шагнул вперед.

— Эм, добрый вечер! Вы, должно быть, Такаяма Рюу? — неуверенно спросил он, слегка склонив голову. Черты лица парня были узкими, даже утонченными, глаза странно блестели из-за стильных очков.

— Так и есть, — не стал отрицать очевидного. Он снова улыбнулся.

— Позволите присесть?

Я указал рукой на место рядом. Парень деловито устроился, взглянул мне в лицо.

— Меня зовут Като Изаму.

Я чуть было не уронил челюсть на пол от удивления, но вовремя взял себя в руки. Серьезно?! Вот этот чудик и есть тот самый мега-опасный Като? С трудом верится. Слишком он придурковатый для крутого чела.

— Очень приятно.

— И мне. Жаль только, что встретились мы при не слишком радужных обстоятельствах, — вздохнул Изаму. — Я узнал, что вы избили моего сына Джуна. Прилюдно.

При этих словах его взгляд стал другим, злым и колючим, к тому же я ощутил мощное давление на свою тушку. Неплохо. Что-то он определенно может. А если так?

Я оскалился в усмешке и в ответ уплотнил ауру вокруг тела. Като проявил истинные эмоции, чуть удивленно моргнув, а затем поморщившись.

— Вам, похоже, не сообщили, почему мне пришлось это сделать.

Он покачал головой.

— Ваш сынулька пытался изнасиловать мою подругу, а затем, когда я вмешался, вместе со своими приятелями хотел прикончить меня.

— Дети, что поделать, — пожал плечами этот лицемер, по-прежнему дебильно улыбаясь.

— Ну а сегодня он при помощи другого приятеля снова хотел унизить меня, перед этим опять же оскорбив мою подругу. Как бы вы поступили в такой ситуации, Като-сан?

Он хмыкнул.

— Я бы не попал в такую ситуацию. В первую очередь потому, что идти против авторитетных людей чревато последствиями. А ты никто и звать тебя никак. Сегодня мнишь себя крутым, а завтра на инвалидном кресле разъезжаешь.

Я рассмеялся. Изаму чуть сощурил глаза. Раздражен, видно невооруженным глазом. Плохой у вас самоконтроль, Като-сан, просто никудышный. Даже школотень вроде меня читает будто открытую книгу. Как этот балбес вообще стал одним из элиты Изнанки? Неужто у них там все НАСТОЛЬКО плохо?

— Что такого смешного, Такаяма-кун?

— Да так. Думаете, я много о себе возомнил? Хотите услышать правду, Като-сан?

Он задумчиво качнул головой, тупая улыбка, наконец, исчезла с его лица.

— Мне на самом деле плевать на вашего сына и его здоровье, как и на ваше положение в мире Изнанки. Я знаю себе цену и могу заверить вас, что стань мы врагами, смогу стереть саму память о вашей семейке за пару дней.

Он пару мгновений, зависнув, осмысливал услышанное. А затем вдруг расхохотался.

— Вот этот парень мне нравится! Храбрость на грани идиотизма, это ли не второе счастье?

Парень похлопал меня по плечу, другой рукой утирая слезы в уголках глаз.

— Послушай, Рюу-кун. У меня к тебе есть деловое предложение. Раз уж ты так хорош, почему бы не испытать себя в настоящем опасном деле?

— О чем это вы? — с подозрением спросил я, прикидывая в уме возможные пути отступления и контратаки. Мало ли.

— Одна банда в Южном городе недавно доставила моей компании большие неприятности. Мои ребята направились туда, но не вернулись. Не мог бы ты пойти, проверить, что с ними случилось?

Я хмыкнул, развалившись на диване и покачивая ногой.

— А что мне за это будет?

Глаза Като от злости налились кровью.

— Я забуду об увечье Джина, а также щедро заплачу. Ну и, само собой, в мире Изнанки ты получишь неплохой старт. Ты ведь у нас недавно?

— Верно, — подтвердил я. — Мне пока многое непонятно, но я парень смышленый, быстро учусь.

— Будут вопросы, всегда можешь обратиться ко мне, — слащаво ухмыльнулся Изаму. — Ну так что, по рукам?

Я думал недолго. Что бы там ни вертелось в башке этого болвана, мирный исход нашей встречи всяко лучше, чем бесполезная драка. Нет, я не сомневаюсь в себе, моих сил хватит на парня покруче этого Като, но лучше наладить сотрудничество. Пока оно выгодно мне.

— Ладно, я вам помогу, — я пожал протянутую ладонь. — Но не забывайте об обещании. И еще, куда мне потом подойти?

Изаму назвал адрес. Я кивнул и проводил гостя до входного отверстия.

— Ох, прошу прощения за вашу дверь, Такаяма-кун. Держите, это погасит неудобства.

Он оставил на столике пачку банкнот, а затем ушел. Я пересчитал деньги, и вышло порядка миллиона йен. Ну, денег у семьи Като явно больше чем у меня. Значит, на союзе с ними можно нехило так навариться, мвухаха!

Вот только ушки нужно держать на макушке, ибо, судя по Изаму, все в их семейке неприятные людишки с двойным, а то и тройным дном. Но и мы не пальцем деланные, ответим так, что хотелка отвалится.

Время клонилось к шести часам вечера, заняться было совершенно нечем, так что я решил прогуляться до Южного города. Заодно осмотрюсь там как следует. Может, эти бандиты не такие уж и плохие парни? И вообще, любят выращивать рис и читать хентай.

Нехотя переодевшись, я потопал через центр города на южную окраину. Вообще, Южный город — это отдельный район, довольно крупный, из-за чего и назван городом. Там царят свои порядки и законы, а всем заправляют несколько крупных банд. Формально они вроде как подчиняются правительству, платят налоги и все такое, но на деле правительство опасается ОПГ и старается лишний раз в разборки не ввязываться. Себе дороже. Так и получилось, что соваться в Южный город стоит лишь если ты оттуда родом, или же имеешь при себе как минимум десяток разномастного оружия. Чтоб снести башку особо надоедливым личностям незаурядных умственных способностей(нет).

Едва ступив на территорию Южного города, я оказался окружен толпой скучающих пацанов лет пятнадцати.

— Слышь, дядя, гони пятихатку! — потребовал один из них, диковатого вида парнишка с растрепанными ярко-красными волосами. Взгляд его был скучающим, и деньги он потребовал скорее по привычке, нежели реально желая докопаться.

— На, — а мне жалко что ли? Сунул пацану пятьсот йен в протянутую ладонь и пошел дальше.

— ЧОООО?! — донеслось мне вслед через пару минут. Похоже, школота не ожидала такой щедрости от парня их возраста. Ну и ладно, лишь бы не цеплялись больше.

В целом, по моим ощущениям, этот район города не сильно отличался от остальных. Все так же сновали туда-сюда люди, офисный планктон спешил домой, парочки только-только выползали на прогулку. Все как и везде.

Если бы не следующие за мной два парня лет двадцати!

— Чего вам надо? — рявкнул я, резко обернувшись. Они неуверенно замерли.

— Да мы это…гуляем просто. Че такой резкий, братишка? — отозвался один.

— Копеечка есть? Дай пятьдесят рублей, на проезд не хватает, — попросил второй.

Мда. Актерская игра уровня Александр Невский.

— Может, вам лучше звездюлей выдать? — вкрадчиво поинтересовался я. Оба переглянулись, а затем синхронно шагнули вперед.

— Пойдем-ка вон в ту подворотню, перетрем.

Едва мы завернули за угол, как я отпрыгнул от мощного удара ногой в корпус и заныл:

— Да ладно вам, дяденьки, я же пошутил! Сам не местный, родители бросили, живу на улице, питаюсь кошачьим кормом, считаю только до двух, и то с трудом. Простите, бога ради!

Они, кажется, обалдели от такой речи. Ну а прийти в себя я им не дал.

— Раз — и боковой удар ногой впечатывает левого в стену дома.

— Два — хук левой выносит второго.

— Ну вот, я же говорил, что до двух считаю! — с гордостью воскликнул я. Они испуганно разглядывали меня, сидя у стен и пытаясь удержать сознание.

— Ты кто такой? — сумел прохрипеть левый.

— Меня зовут Такаяма Рюу. Рад знакомству, — улыбнулся я. — А теперь, вам лучше поведать мне, где обитает ваш босс.

Местный криминальный дон, по кличке Косой Изуми, жил в большом особняке на окраине района. Судя по выбитой из бандюков информации, Изуми промышлял наркотой, нелегальным оружием, ну и иногда выставлял на продажу рабов на подпольном аукционе. Хрен знает, откуда он их берет, но факт остается фактом — неприятный дяденька. Тем больше причин, чтобы накостылять ему по самое не балуй. Правда, охраняют его наверняка нехило. Придется пробираться либо тайком, либо рискнуть и проверить свои силы в схватке лицом к лицу. Что мне, в принципе, не особо претило, но и надежд я бессмысленных не строил: опыта маловато махаться с кучей почти наверняка прошедших жесткие тренировки секьюрити. Плюс у многих в любом случае будут огнестрелы, а я пока еще не достиг уровня Нео, чтобы силой воли останавливать пули.

Остановившись через дорогу от нужного здания, я привалился спиной к столбу и призадумался. Так, вход стандартный: небольшая арка, ворота решетчатые, по бокам двое громил, рожи шибко сосредоточенные, в руках крепко держат автоматы. Кажется, Импульсные Маломощные Автоматы Смирнова, сокращенно ИМАС. Одно из самых эффективных средств для подавления силовых конфликтов в городских условиях. Стреляет энергетическими зарядами, но обольщаться не стоит — броню они прожигают на раз-два, но это в версии высокой мощности, а там и габариты поболее, и заряды ого-го. Но и ИМАС тоже может доставить проблем бронетранспорту и, уж тем более, пехотинцу в полной экипе. Что уж говорить про мою тушку, защищенную лишь кожей, да футболкой с джинсами?

Вам интересно, откуда я все это знаю? Очень просто: мне с детства нравится читать литературу о различном вооружении и анализировать те или иные способы его применения. Помнится, одно время я даже мечтал попасть в императорскую гвардию, а потом плюнул на это дело: мороки много.

Переть через парадный: глупо и самоубийственно. Значит, надо поискать другой вход. Я отлепился от столба и неспешно зашагал по улице, завернул за угол дома, а там уже ускорился, внимательно глядя наверх, выискивая удобное место, чтобы перебраться через трехметровый забор на территорию поместья. Причем, там наверняка всюду понатыканы камеры, а значит, мне нужно естественное укрытие.

К моему удивлению, таковое нашлось на углу: высокое дерево с широкими ветвями, закрывающими, наверное, полдвора. Мда, просчет охраны. Тут любая обезьяна незаметно проберется, а они и не прочухают. Олухи.

Прыжок, слегка оттолкнуться от забора и взлететь на широкую ветку дерева. Кажется, даже ни один листик не сорвался вниз. Неплохо, прямо расту над собой. Скоро можно будет облачиться в черное кимоно и нацепить на лицо маску.

С ветки я внимательно оглядел обстановку: широкий двор, газон, вдоль забора разные клумбочки с цветочками, кое-где фруктовые деревья, только набирающие цвет. Красота. Перевел взгляд на сам особняк. Трехэтажный, построен из камня, довольно крепкого на вид. Входов два — парадный и черный. Причем, от черного хода ведет узкая тропинка к неприметной калитке в заборе. Похоже, для прислуги, чтобы не светиться перед ясными очами «благородного феодала». Окна на втором и первом этажах были плотно закрыты, а вот на третьем, левое угловое окошко было слегка приоткрыто. Похоже, хозяину комнаты стало душновато, хотя, на мой взгляд, в доме обязательно должны быть кондиционеры. Не зря же Косой авторитетствует в Южном городе?

Прыжок вперед, отталкиваюсь двумя ногами от стены, подпрыгиваю еще выше, цепляюсь пальцами за карниз. Есть! Теперь короткими прыжками от карниза к карнизу приближаюсь к нужному окну.

Вот и моя остановка. Отцепляюсь от карниза, краткое мгновение полета и цепляюсь пальцами уже за подоконник. Замираю, прислушиваясь. В комнате слышны голоса, а значит, высовываться не стоит.

— Господин, неразумно оставлять их в живых! — увещевал звонкий женский голос. Кажется, его обладательнице нет и тридцати. Но и явно больше восемнадцати. Этакая золотая серединка. Любопытно, как она выглядит? Голос приятный, даже очень.

Я слегка подтянулся, одним глазком заглядывая в комнату.

Это был рабочий кабинет. Вполне уютный, надо признать: отделка из дерева, книжные полки на стенах, слева от окна и по центру комнаты рабочий стол хозяина кабинета, весь заваленный бумагами. Чуть в сторонке на нем покоился ноутбук на охлаждающей подставке.

Возле темной деревянной двери замер безмолвной статуей охранник: невысокий, но очень даже крепкий. Автомата нет, но под необъятным, как это принято у секьюрити, пиджаком, я углядел кобуру с пистолетом. Наверняка тоже импульсник из той же серии. Производить сейчас стандартные огнестрелы гораздо дороже выходит, нежели импульсное оружие. Там и патроны штучные, и работа ювелирная, а здесь поставил на поток — и получаешь мощное недорогое вооружение хоть для целой армии. Смирнов все же молодец, хороший проект реализовал. Правда, сразу же после его убили, но это такие мелочи.

За столом, подперев кулаком подбородок и нацепив на лицо скучающее выражение, сидел мужчина лет тридцати пяти-сорока. То есть, не совсем молодой, вполне зрелый и повидавший жизнь, но и не старик. Весь подтянутый, чувствуется в нем стержень, стальная воля. Лицо узкое, но черты какие-то хищные, как и взгляд — светло-серые глаза отдавали холодом. Похоже, это и есть тот самый Косой Изуми. Правда, пока неясно, чем он заслужил сие прозвище.

Возле стола, уперев в него руки, стояла та самая дамочка, из-за которой я и рискнул высунуться. Фигуристая, даже ого-го какая: тонкая талия, буфера что надо, не меньше четвертого размера, да и сзади все неплохо так выпирает. Правда, я вижу и ее, и Косого только в профиль, поэтому не могу по достоинству оценить все прелести. Но даже так, лицо женщины показалось мне очень приятным: мягкие плавные черты, чуть смуглая кожа, небольшой носик и полные губы. Глаза у нее были голубыми. В целом, на японку она не походила. Может, иностранный партнер нашего бандитского приятеля? Хотя, вряд ли, она же назвала его господином.

— Ничего ты не понимаешь, Мэй, — поморщился Косой. Похоже, дамочка изрядно ему мозг выела — вон как раздраженно скрипит зубами. — Схватить людей Като — это одно. В таком случае я еще могу с ним договориться, имея в рукаве неплохие козыри. Но вот избавившись от них, я навлеку беду на весь наш клан. Это будет означать начало войны, понимаешь ты это, буренка?

Женщина обиженно поджала губки, выпрямилась.

— У них слишком много информации о наших делах, господин Изуми. Отпустить этих людей — значит, занести топор Като над нашими головами. Вам напомнить, сколько часов мы проживем после этого? Нет, сам Изаму не станет марать о нас руки, просто перепоручит это дело своему финансовому руководителю. И уже к вечеру наш клан окажется разорен, а все финансовые вложения не будут стоит ни копейки!

Она скрестила руки на груди, вызывающе глядя на Косого. Тот вздохнул.

— Ген-кун, выйди, пожалуйста, на пару минут, — бросил он телохранителю. Тот замешкал, но затем послушно кивнул и вышел из кабинета.

Изуми поднялся, обошел стол и остановился почти вплотную к дамочке. Как он там ее назвал, Мэй?

Правая рука местного авторитета взметнулась вверх и легонько коснулась щеки женщины.

— Пойми, глупышка, мы проиграем эту войну, если будем вести себя как он. Да, ты права, отпускать людей Изаму глупо, неправильно. Но и все наше противостояние, в таком случае, изначально лишено смысла. Кто мы и кто Като! Однако мы все еще держимся, а значит, сможем отвесить оплеуху этому ублюдку. Ты веришь мне?

Мэй долго думала, а затем нехотя кивнула.

— Вот и славно. Подготовь мне финансовый отчет по этому делу к утру. И да, прошу тебя, никакой самодеятельности.

— Как скажете, господин, — все еще обиженно, но уже не так сильно, произнесла дамочка.

— Не дуйся. Лучше скажи, что там по тому пареньку, с которым сегодня пересекался Като? Есть на него что-нибудь?

Косой вернулся за рабочее место и, скрестив пальцы в замок, выжидающе поглядел на женщину. Та раскрыла папку, которая до этого лежала на краю стола, и вынула оттуда невероятно тонкий, почти прозрачный, планшет. Она немного поколдовала с сенсором, а затем над поверхностью планшета возникло голографическое изображение. Кажется, это было мое досье, судя по моей же фотографии и куче строчек, уходящих вниз.

— Такаяма Рюу. Возраст — семнадцать лет, учится в старшей школе, в каких-либо противозаконных акциях замечен не был. Спортсмен, занимается единоборствами, но особых достижений нет. Живет один, мать навещает его примерно раз в год. Есть бабушка и тетя, но отношения с ними более чем прохладные. Буквально сегодня утром жестоко покалечил Като Джуна, сына Изаму.

— Что он с ним сделал? — скучавший, пока женщина читала досье, Косой, вдруг встрепенулся.

— Переломал все конечности. Есть свидетели, что видели их драку и вчера. Кажется, Джун пытался обидеть подругу Такаяма-куна, Кендо Хикари. В наказание Такаяма избил Джуна сотоварищи, но, похоже, сынок Като не понял, что с ним не стоит связываться.

— Один вопрос: как обычный парень смог переломать кости сверху третьего ранга? — задумчиво спросил Изуми. Мэй улыбнулась.

— Мне бы тоже хотелось это узнать. Полагаю, именно по этой причине Като решил сам поговорить с парнем, поэтому и навестил его сегодня.

— Записи их разговора у тебя, конечно же, нет, — больше утверждая, чем спрашивая, сказал Косой. Женщина виновато кивнула.

— Да, господин, пока мы не успели установить прослушку. Но паренек действительно интересен, хотелось бы выяснить, кто он и откуда такие вдруг способности.

— Выясняй, — коротко приказал Изуми. — Даю тебе два дня.

— Есть, — по-военному ответила женщина, сворачивая изображение и убирая планшет-проектор в папку. — Я могу идти?

— Иди, — разрешил Косой.

— Одну минуточку, — вмешался я, уже сидя на подоконнике и свесив ноги. — Может, для начала, спросите меня, нужна ли прослушка в МОЕМ доме?

Они на мгновение зависли, изумленно разглядывая вашего покорного слугу. Затем Мэй вдруг резко бросилась в атаку, швырнув папку в сторону.

Она двигалась очень быстро, гораздо быстрее того же Тонга или Джуна. Но я прекрасно видел все ее движения насквозь и мог предугадать их. Вот она делает выпад правой…а нет, все-таки левой, удар сильный, пресловутого Тонга в лепешку раздавит. Но я отмахиваюсь правой и делаю подсечку. Женщина рухнула на пол, недоуменно хлопая глазами и хватая ртом воздух.

— Радость моя, я же поговорить пришел, а ты сразу драться, — добродушным голосом сказал я, спрыгнув на пол и склонившись над ней. — Негостеприимно получается.

— Кто ты такой? — спросил Изуми, внимательно разглядывая меня. Надо отметить, что за те секунды, что мы дрались с Мэй, он даже не шелохнулся. Так уверен в своих силах?

— Разрешите представиться, Такаяма Рюу. Тот самый джентльмен, чье досье вы так подробно разбирали пару минут назад, — я шутливо поклонился. Он хмыкнул.

— И зачем же ты сюда пришел, Рюу-кун?

Я обогнул по-прежнему пытавшуюся прийти в себя женщину и уселся в кресло напротив Косого.

— Скажем так, один наш общий знакомый нанял меня, чтобы я освободил его людей. Думаю, вы поняли, о ком речь.

Он кивнул. Взгляд напряженный, после скоротечной схватки с Мэй явно расценивает меня как угрозу, пусть и незначительную. В его понятии.

— Но, как я тут краем уха услышал, вы все пытаетесь играть в какую-то очень занятную игру. Не посвятите меня в ее условия? — с насмешливой улыбкой выдал я, глядя на него честными-пречестными глазами.

Изуми фыркнул.

— А не слишком ли ты мал для таких игр, парень?

— Думаю, в самый раз. Учитывая, что я УЖЕ в ней завязан.

Он качнул головой, подтверждая мои слова.

— Что ж, справедливо. Но мы с тобой знакомы лишь шапочно, может, расскажешь о себе? И о том, откуда у тебя взялись силы, чтобы так унизить Като Джуна?

Вот оно что. Похоже, этот мужик тоже в курсе политической жизни Изнанки, и о том, какую роль там играет семья Като. К тому же, сам он, при разговоре с Мэй, упоминал свой клан. Что бы это значило?

— Они просто появились. Ниоткуда, — пожал плечами я. — Да и не стоят такого уж особого упоминания. Я всего лишь второго ранга, ни рыба, ни мясо. Лучше расскажите о вашем клане. Я недавно столкнулся с Изнанкой, и мало разбираюсь в том, кто есть кто.

Он откинулся на спинку кресла, задумчиво разглядывая меня. Прикидывает, убить или продолжить разговор. Гляделки продолжались несколько минут, а затем Изуми тяжело вздохнул.

— Наш клан — изгои Изнанки. Те, кто когда-то считался бойцами Кане но Секаи, но потом были вынуждены покинуть теневой мир.

— По какой причине их изгнали?

— Изнанка подчиняется четкому своду правил, преступив которые, ты либо будешь казнен, либо станешь изгоем, — процедил Изуми. Похоже, у нашего авторитета не все в порядке с отношением к Изнанке. Наверняка сам когда-то накосячил, а теперь больно об этом вспоминать.

— И те люди, которых ты взял под крыло, как раз-таки являются такими преступниками.

Он нехотя кивнул.

— Ты не понимаешь пока, Рюу-кун, как тяжело подчиняться законам Изнанки. Да, там разрешено многое, чего нельзя в обычном мире. Но и плата соответствующая. Свободных сверхлюдей на Изнанке нет! Там все поделено. Все сферы влияния разделены меж семьями и кланами. А если появляется сверх в обычной семье, бывает и такое, то его либо вербуют, либо устраняют, как угрозу их порядку.

Теперь все складывалось. И то, зачем Като-старший самолично посетил мою квартирку, и зачем выдал этот квест. Увидев, на что я способен, он наверняка возжелал за мой счет усилить свою семью, и расширить влияние на Изнанке. Вот только не учел один важный момент: я не собираюсь ни перед кем пресмыкаться. Никогда.

— Выходит, ваш «клан» — лишь фиктивное объединение? На деле-то вы уже не являетесь частью Изнанки.

— К сожалению, да, — кивнул Косой. — Но мы все еще можем продолжать борьбу, пусть и на этой стороне. Политика, подкуп, шантаж, силовое противоборство — мы не остановимся, пока не отомстим зарвавшимся ублюдкам с Изнанки!

— А есть, за что мстить? — негромко спросил я. — Законы ведь не один день пишутся и издаются. Изнанка наверняка существует уже не одну сотню лет. Вы пытались пойти против системы и провалились. Вот и разгребайте теперь последствия. Чего ради пытаться отомстить?

Он заскрипел зубами. Похоже, сам думал о том же, но злость на кланы, как детская обида, грызла изнутри.

— К тому же, на одних интригах далеко не уедешь, — протянул я. — Вам нужны сильные бойцы, «мясо», которое не жалко, и которые смогут, если что, на равных противостоять бойцам Изнанки. Ну и плюс, грамотно расставленные фигуры на шахматной доске. Удар должен быть именно там, где его меньше всего ожидают.

— Что ты хочешь этим сказать? — не понял Изуми. Я поглядел на часы и зевнул.

— Только то, что уже сказал. Слушай, поздновато для умных разговоров. Верни Като его людей, по-хорошему. Иначе я ведь могу здесь все разнести, поверь.

Он почему-то поверил. Хотя в его глазах авторитета мне явно недоставало.

— Что взамен? — с усмешкой поинтересовался Косой. — Не думаешь же ты, что я просто так расстанусь с такой лакомой добычей?

— Само собой, — улыбнулся я. — Като заплатит тебе выкуп. Ну а я обещаю, что приду еще раз, и мы обсудим вопросы сотрудничества. Такого, которое выгодно нам обоим. Идет?

Думал он недолго. Мы скрепили соглашение рукопожатием, а затем я направился к окну. Мэй сидела на подоконнике, тихонько слушая наш разговор. Я коснулся пальцами ее подбородка, заглянул в глаза. Там плескались раздражение, ярость и страх. Она опасалась меня, учитывая, как быстро я скрутил ее. Но все же не могла смириться с поражением. Я хмыкнул и страстно поцеловал эту красавицу. У нее были очень мягкие и теплые губы. Затем, оторвавшись, погладил женщину по щеке.

— Приходи, когда захочешь поспарринговать. Я всегда готов.

Подмигнув ей, я выпрыгнул в окно, оттолкнулся от дерева и приземлился уже на улице. Благо, пешеходов было немного — смеркалось, и время перевалило за десять вечера. Шагая по улице Южного города, я подумал, что первое знакомство с представителями Изнанки прошло неплохо. С Като мы уже сотрудничаем, Изуми, думаю, долго ломаться не станет. Учитывая, какие у него малочувствительные к чужому присутствию охранники, кадров у авторитета маловато. Я имею ввиду, тех, кто сможет затащить схватку со сверхами. Мэй не в счет, она не похожа на крутого бойца, хотя потенциал есть, есть.

Что ж, свой первый ход я сделал, будем ждать ответа от обеих сторон. И надеяться, что в этой игре моя сторона окажется единственно выигрышной.

5. Ному

Следующие несколько дней в школе меня никто не трогал. Джуна видно не было, а его дружки-жополизы держались от меня подальше, обходя десятой дорогой. Другие ученики косились, конечно, после драки с Тонгом обо мне не знал только глухой, но попыток наехать не предпринимали. Приглядывались, рассчитывали, как получше надавить.

Хикари тоже держалась на расстоянии, будто бы пытаясь заново осмыслить наши отношения. Хоть я и дал ей понять, что мы лишь друзья, но, похоже, девчонка пропустила это мимо ушей.

Так я и слонялся по школе, скучая на уроках, а затем возвращаясь домой в гордом одиночестве. Като-сан тоже отчего-то не звонил и не захаживал, хотя, по идее, должен был навестить меня после разговора с Изуми.

Почти неделю я не посещал спортзал, забив на тренировки, поэтому, стоило мне в пятницу вечером пересечь порог священной обители молодых бойцов, как тут же сбоку прилетел боковой удар тренера.

— Где шляешься, придурок? Соревнования на носу, а ты *** пинаешь, балбес! Живо на татами, — прорычал Ханзо-сан, за шиворот волоча меня по полу к «рингу» — квадрату пять на пять метров, выложенному из матов.

Швырнув меня на татами, тренер отошел в сторону и скрестил руки на груди.

— Джин! Ты первый! — раздалась его команда. Я хмыкнул. Джин был лучшим учеником и гордостью тренера. Первый во всем: и на местных соревнованиях, и на уровне страны, и даже получивший третье место на мировом чемпионате. Похоже, Ханзо-сенсей разозлился не на шутку, раз с ходу выставил тяжелую артиллерию.

— Да, сенсей! — поклонился тренеру Джин, а затем шагнул на татами. Я уже поднялся на ноги и насмешливо разглядывал своего будущего противника. Нет, до моего превращения в сверха мне до чемпиона было как до Луны на унитазе. Теперь же — заранее предвижу все его атаки и обманки. Он еще не начал сражение, а мне уже стало скучновато.

Мы традиционно поклонились сенсею, затем друг другу, и встали в стойку. Я принял самую расслабленную: пальцы сжаты в кулак, локти прижаты к телу, руки параллельно полу, ноги на ширине плеч, для лучшего упора. По сути универсальная стойка — из нее я мог и атаковать, и защищаться. Джин же, как обычно, встал в кокутцу-дачи — носок впереди стоящей ноги смотрит на противника, стопа стоящей сзади ноги развернута наружу на девяносто градусов, расстояние между ступнями — две ширины плеч, обе ноги согнуты в коленях. Одна из основных стоек в каратэ. Что ж, очевидно, что чемпион выберет привычный для себя стиль. Хотя, по сути, тренер Ханзо учил нас не только одному каратэ, но еще и многим другим видам единоборств, преподавая все в комплексе, обучая как противостоять любому боевому искусству.

Секунд десять стоим друг напротив друга. Чемпион рвется в бой, чувствую, как в нем кипит адреналин. Похоже, он только начал разминаться, когда я пришел. Что ж, прости, Джин-кун, сегодня не твой день.

Не выдерживает, бросается на меня. Удар правой, по идее, должен пробить мое солнечное сплетение и лишить возможности соображать на какое-то время, но я его даже не почувствовал. Поймав изумленный взгляд Джина, с усмешкой хлопаю ладонью его в центр груди. Бедного чемпиона сносит на добрые полсотни шагов. Ударившись о стену, Джин рухнул на пол. Я неспешно подошел, наклонился над противником и проверил пульс.

— Глубокий нокаут.

Затем, выпрямившись, ловлю на себе задумчивый и слегка удивленный взгляд тренера.

— Кен, Сато — приведите парня в чувство. Остальные — продолжаем тренировку. Ты — за мной.

Миновав удивленных учеников, мы оказались в тренерской. Здесь я бывал редко, но всегда поражался той аккуратности, с которой Ханзо-сенсей относился к своему кабинету.

— Садись, — бросил он мне, устраиваясь в кресле. Я послушно приземлился напротив, глядя на тренера честными-пречестными глазами. Ханзо-сан не выдержал и фыркнул.

— Когда это с тобой произошло, парень?

Я не стал выпендриваться, и поведал наставнику все с самого начала, упустив тот факт, что прикончил еще и ангела-хранителя. Думается мне, не стоит об этом рассказывать кому бы то ни было.

Тренер задумчиво покивал, а затем коротко хохотнул.

— Ну и дела. Ни разу не слышал, чтобы кто-либо становился сверхом будучи уже взрослым. Это, как минимум, странно. Твои сила и выносливость сейчас на уровне как минимум четвертой ступени, хотя сам ты стоишь только на второй!

— Откуда вы знаете об Изнанке, сенсей?

Он неопределенно пожал плечами.

— Я там родился. А потом был изгнан, ввиду полного отсутствия способностей.

— Разве такое может быть? Чтобы у сверхов родился ребенок без способностей? — удивился я. Он поморщился.

— Как видишь, может. Не скажу, что мои родители были этому рады. Скорее, наоборот. Они поспешили сплавить меня дальним родственникам, у которых я и вырос.

— Логично, — усмехнулся я, чем вызвал вспышку злости. Спокойнее, Ханзо-сан, я не собираюсь над вами издеваться. — Как я уже понял, сверхи мнят себя элитой этого мира, божествами. Думают, что им позволено все, и сильно удивляются, когда что-то идет вразрез с их планами.

— А они и есть божества, — кивнул сенсей. — Скажешь, нет? У них сверхсилы: быстрая реакция, ненормальная физическая сила, выносливость плюс еще индивидуальные способности, которые тоже можно развивать. Все это заставляет чувствовать себя…ущербным.

— В какой-то мере да, — не стал я отрицать. — Но это ненадолго. Скоро они все зашевелятся.

Ханзо-сан некоторое время разглядывал меня в упор, нахмурив лоб. Затем на его губах заиграла улыбка.

— Похоже, ты намерен бросить целое полено в этот костер? Будет забавно поглядеть на них, когда свободный сверх начнет свою игру. Впрочем, тебя быстро задавят титаны вроде Като, Судзуки и им подобных. Изнанка давным-давно поделена меж кланами и новой крови там места нет.

— Я в курсе, сенсей, — из моего рта вырвался смешок. Нечто похожее мне недавно говорил Изуми. — Но и у меня вскоре будут союзники. Вместе с ними я смогу встряхнуть это вонючее болото.

— Что ж, удачи тебе, — произнес наставник, пожав мне руку. — Но в мой зал больше не приходи. Не стоит травмировать психику ребят.

На какой-то миг мне стало немного грустно на душе, все же с этим местом связано много приятных воспоминаний, но я быстро прогнал дурные мысли прочь. Неважно. Мне не нужны спарринги, чтобы стать сильнее. Мне нужны настоящие схватки насмерть! Только так моя способность сможет себя проявить.

Покинув спортзал, я неторопливо зашагал по улице, обдумывая разговор с тренером. Выходит, не так уж мало людей знают об Изнанке. Не удивлюсь, если каждый третий является либо сверхом, либо человеком из изнаночных кланов. Впрочем, если у них принято избавляться от обычных людей, то, скорее всего, на Изнанке только лишь сверхи. И рабы, если вспомнить средневековый феодализм. В любом случае, если вспомнить нашу первую беседу с Хикари, крутых сверхов на Изнанке немного — в основном они четвертого-пятого ранга. Значит, через пару недель я смогу догнать таких бойцов, а еще через месяц превзойду их! Но для этого нужны постоянные бои, в которых я смогу сражаться хотя бы вполсилы. Где бы найти подходящих соперников? Придется либо ждать вызов от кого-нибудь из нервных детишек сверхов, либо поговорить с Изуми, когда он свяжется со мной — пусть обеспечит парочку спарринг-партнеров.

Однако, все разрешилось через два дня, в понедельник. Я, как обычно на большой перемене, сидел в туалете на подоконнике, неспешно куря. К этому делу пристрастился несколько дней назад. Моему организму сверха вреда ноль, а мысли немного прочищает.

В туалет зашли трое парней примерно моего возраста, шумно переговариваясь и обсуждая явно интересную тему. Увидев меня, они удивленно замолчали. Затем вперед вышел среднего роста, крепкий, но худощавый парнишка. Черты лица у него были узкими, а глаза наоборот — крупными, иссиня-черными. Короткие волосы ежиком топорщились на голове, в общем, типичный янки-кун.

— Слышь, парниша, шел бы ты отсюда, не видишь, дяденьки пришли отдохнуть, — развязным тоном обратился он ко мне. Я смерил парня равнодушным взглядом, и отвернулся обратно к окну. Он, кажется, запыхтел от злости, шагнул ко мне, ухватил за плечо и силой развернул к себе. Надо сказать, хватка у него оказалась крепкая, но, при желании, я мог бы остаться на месте без особых проблем. Еще раз взглянув на парня, я опознал в нем сверха. Как я понял? Не спрашивайте, это что-то на уровне интуиции. Просто посмотрел на человека, и в голове щелкнуло: он сверх.

— Я к тебе обращаюсь, придурок! — рявкнул он. Похоже, у мальчика не все в порядке с нервами. Я сильно поторопился, решив, что мы одного возраста. Он был примерно на год-полтора младше, потому и вел себя неуважительно и вызывающе.

— Я тебя выслушал. Аргументов не услышал, поэтому вали, пока я добрый, — с усмешкой откликнулся я. Он побагровел, в воздухе засвистел кулак, от которого я легко уклонился. Угол стены раскрошился от удара рукой, мелкие осколки брызнули в разные стороны.

— Неплохо, — заметил я. — А если так?

Подсечка, удивленный пацан теряет равновесие и заваливается назад, и в этот же самый миг я спрыгиваю с подоконника и ударяю кулаком сверху вниз, вбивая его(противника) в пол. По кафелю побежали трещины, а голова юного гопника прочно застряла в плитах пола. Его дружки испуганно отпрянули, глядя на меня уже по-другому, без борзоты.

— Мы, наверное, пойдем, да? — неуверенно предложил ближайший ко мне. Я кивнул.

— И этого с собой заберите.

Они кивнули, бросились к товарищу. Минут пять с трудом отдирали его тушку от пола, а затем, стоило мне только моргнуть, как вылетели из туалета. Я хмыкнул и выплюнул изо рта окурок. Настроение слегка поднялось.

Отсидев еще пару занятий, я решил перекусить. Дома жрать было нечего, ибо с вечера мне готовить лень, а утром не до того. Вот и приходилось зачастую обедать в школе, благо кормят тут бесплатно и при этом на удивление вкусно.

Набрав полный поднос всякой всячины, я уселся за свободный столик и, неспешно жуя отбивную, принялся рассматривать обедающих школьников. Народу для полудня было немного, большинство давно уже поели и теперь просто беседовали, обсуждая разные интересные им темы.

На аппетит я никогда не жаловался, так что довольно быстро проглотил свой обед и поднялся, чтобы отнести поднос.

Тут в меня и врезался давешний пацан. К стыду своему, я совершенно не ожидал нападения здесь, на виду у всех, поэтому позорно разжал пальцы и позволил подносу упасть на пол. Посуда разлетелась осколками, а я ощутил, как в глубине поднимается ярость.

— Ой, какой я неловкий, — издевательски произнес парнишка. — Вы как, не ушиблись, семпай?

Я сделал глубокий вдох. Выдох. Натянул ледяную усмешку.

— Нет, не ушибся. А вот тебе стоит глядеть перед собой в следующий раз, чтобы не наткнуться на обычного человека.

Он слегка побледнел, вон, на лбу шишка громадная, видать, не так легко ему далось сошкрябывание с пола. Кажется, пацан даже не понял, что именно произошло тогда, но, надеюсь, его дружки любезно просветили.

— Ну а пока, — я в предвкушении облизнул губы. — Убери-ка эти осколки. Все же по твоей вине посуда разбилась, а портить школьное имущество у нас нельзя.

Он запыхтел, глаза налились ненавистью, а губы скривились так, будто вот-вот или заплачет, или бросится с кулаками. Впрочем, теперь я уже был готов к любому повороту событий. Случай показал, что не стоит расслабляться нигде и никогда.

— Ты хоть знаешь, кто я такой? — прошипел он, чуть ли не брызжа слюной. Я равнодушно пожал плечами.

— Да хоть сам Император, мне-то что? Накосячил — разгребай. Тебя папочка этому не учил в детстве? Ах да, ты же еще ребенок!

Он заскрипел зубами так громко, что я аж поморщился.

— Ублюдок! — завопил пацан, проводя резкую атаку. Правый кулак летел мне в лицо, а левая нога в этот момент поднималась, чтобы пнуть в живот, лишив меня дыхания. Он не обольщался, понял, гад, что я легко заблокирую его руку, но был уверен, что удар ногой пройдет. Наивный чукотский юноша.

Я отбил его правый, будто бы отмахивался от мухи, а затем схватил летящую ко мне стопу и дернул вверх. Пацан позорно полетел на пол, но на этом я останавливаться не стал, не разжимая пальцев крутанув его ступню влево, ломая сустав. Он закричал так, что у меня чуть уши не заложило, и попытался атаковать из лежачей позиции здоровой ногой. Я не стал церемониться и в этот раз просто проигнорировал удар, наклонившись и несильно хлопнув его по животу правой ладонью. Готов поспорить, его внутренним органам сейчас сильно не поздоровилось. Но мне плевать, мальчишка сам полез в драку, я лишь защищался.

— Знаешь, похоже, я переоценил твои умственные способности, — присев рядом, вкрадчиво произнес я. — Мне показалось, что ты более сообразительный, и не станешь лезть в драку там, где один раз уже получил п****лей. Но нет, ты с упорством осла прешь снова и снова, надеясь сдвинуть слона с дороги. Увы, но ты сам виноват в своей травме. Сустав будет заживать долго и, надеюсь, к тому времени, как ты снова сможешь ступать на эту ногу, то обдумаешь свою ошибку и поймешь, как следовало поступить.

По его щекам текли слезы боли и обиды. Похоже, я невольно наступил на гордость этого пацана, да еще и потоптался там как следует. Ну и ладно. В конце концов, даже если он попытается отомстить, уломав своего папашку или кого-нибудь еще из клана, я буду готов. Не думаю, что они будут представлять особую угрозу.

Поднявшись и развернувшись, я зашагал прочь. Вскочившие с мест во время драки ученики глядели на меня кто со страхом, кто с любопытством. Подмигнув паре девчонок, я покинул столовую, выбрался из коридора в школьный двор и остановился, раздумывая, чем бы заняться.

Однако, стоило мне сделать шаг вперед, как сзади остро повеяло опасностью. Недолго думая, я швырнул рюкзак в сторону, а сам перекатом ушел вбок, и вовремя — на том месте, где я только что стоял, взметнулся столб пыли.

Я принял боевую стойку, ожидая, пока пыль уляжется. Но противник сам выпрыгнул навстречу. К моему изумлению, это был Тонг! Здоровяк, похоже, оправился от нашей прошлой схватки и решил попытать счастья вновь. А вот хрен тебе!

Увернувшись от мощного выпада левой, я поднырнул под громадную ручищу переростка и, выдохнув, ударил обоими кулаками в грудь Тонга. Громилу снесло в дальний конец школьного двора; пробив спиной стену сарая с инвентарем, он залетел внутрь. Фыркнув, я подхватил с земли рюкзак и зашагал домой. Что за день, сначала сопляк, возомнивший себя пупом Земли, потом ничему не научившийся гориллоподобный школьник! Ладно бы оба были хорошими бойцами, но ведь их даже посредственными не назовешь! Один удар, и ребята слились.

Интересно, в этой школе хоть один реально сильный боец найдется? А то, что ни встреча, то ванпанч. Так можно невольно возгордиться, хотя поводов вроде и нет — много ли чести бить школотень?

Решено! Позвонит Изаму, надо спросить насчет каких-нибудь боев на Изнанке. Может, он меня туда пропихнет, дабы оценить свои силы в борьбе с крутыми перцами.

Стоило мне завернуть за угол, как сзади послышался чей-то злой окрик:

— Эй ты! А ну стой!

Да ладно? Кого там еще принесла нелегкая?

Обернувшись, я увидел высокого подтянутого парня моего возраста в спортивных штанах и футболке-безрукавке, обнажавшей мощные плечи бойца. Его черты лица сильно напоминали побитого мной школогопника, только он был постарше и глаза бледно-зеленые. Ну и прическа другая: длинные волосы стянуты в конский хвост на затылке.

— Это ты травмировал моего брата? — прищурившись, спросил он, двигаясь навстречу. Я пожал плечами.

— Может быть. Прицепился сегодня какой-то малолетний янки, права начал качать. Ну я его немного осадил.

— Немного? — в его голосе зазвенела ярость. — Ты сломал ему ногу! Айки теперь долго не сможет заниматься боевыми искусствами!

Я снова равнодушно пожал плечами.

— Ну а мне какое дело? Мальчик попутал берега, полез не на того человека, и поплатился за это. Твоя ошибка, что не рассказал ему о мире взрослых и о такой штуке, как уважение.

— Кто ты такой? Из какого клана?

Его взгляд не был затуманен злостью, как у младшего брата. Вместо этого, парень довольно хладнокровно оценивал меня как противника и просчитывал ситуацию. Я же разглядывал его ауру. Так-так, пятый ранг. Неплохо для такого возраста. Учитывая разницу между нами, он должен быть намного сильнее меня, но какого-то явного давления я не ощущал. И это странно, ведь, по идее, у него сейчас злость бьет через край, пусть он и сдерживает ее. Часть эмоций в любом случае вырывается наружу и оказывает давление на врага. Но я ничего не ощущал. Так не бывает. Ну или бывает, но в том случае, если противник намного слабее тебя. То же самое было с Джином в спортзале у Ханзо-сенсея. Но этот парень не может быть настолько слабее меня! Значит, дело в другом.

— Я не являюсь членом какого-либо клана, — с усмешкой сообщил я. В его взгляде мелькнуло удивление, быстро сменившееся предвкушением.

— Что ж, выходит, ты не в курсе правил Изнанки, верно? Тогда позволь мне тебя просветить в этом вопросе.

— Как хочешь, — улыбнулся я, чем заставил его снова удивиться. Похоже, парень ожидал, что я буду напуган, стану молить о пощаде и все такое. А фиг тебе, перебьешься!

— Тогда сегодня в шесть вечера в нашем зале. За тобой приедут.

С этими словами он развернулся и направился прочь.

— Вежливые люди вообще-то обычно представляются, когда вызывают на дуэль, — бросил я ему вслед. Мой будущий противник замер, я всей кожей ощутил его ненависть и досаду.

— Меня зовут Ному. Судзуки Ному, — процедил он, не оборачиваясь, а затем продолжил идти.

Судзуки? Знакомая фамилия. Кажется, где-то я уже слышал ее совсем недавно. Ах да, Ханзо-сенсей упоминал ее в нашем разговоре. Выходит, клан этого парня довольно известен на Изнанке?

Проклятье, я только хотел купить вкусняшек и, завалившись домой, включить новую анимешку. Но вечером будет бой с этим Ному, а значит, мне нужна информация о нем. А кто у нас лучше всех владеет информацией из моих знакомых?

Като и Изуми. Оба весьма компетентны в вопросах Кане но Секаи, но оба в последнее время молчат в тряпочку. И если Изуми я лично обещал заглянуть на огонек и обсудить сотрудничество, но что-то тяну, надеюсь на его звонок, то Като как-то невежливо молчит. А ведь распинался, что заплатит кучу денег за возврат его людей. Что ж, подождем еще пару дней, а потом навестим балбеса, объясним, что со мной шутки плохи.

Выходит, спонсором сегодняшней информационной разнарядки будет Изуми. Что ж, самое время навестить авторитета. Но для начала — домой. Переодеться надо бы, да себя в порядок привести. На улице жара плюс тридцать, а я хожу в рубашке с пиджаком.

Обозначив цели на ближайшие несколько часов, я потопал дальше в сторону дома.

6. Судзуки

Как только я скинул ненавистную школьную форму и нацепил на себя спортивные штаны и майку, как раздался деликатный стук в дверь.

— Не заперто! — крикнул я. В квартире показался Изаму Като собственной персоной — все такой же очкарик с глуповатым видом и абсолютно не вписывающимся в образ жестким колючим взглядом.

— Да ладно! Неужто сам Като-сан пожаловал? — насмешливо произнес я. Отец Джуна хмыкнул и устроился на диванчике, скрестив пальцы в замок.

— Я весьма доволен твоей работой, — начал он издалека. — Договориться с самим Изуми…чем ты пронял этого парня? Он ведь известен своим упрямством и ненавистью к людям Изнанки.

— Пообщались по душам, обсудили кое-что, — пожал я плечами. — Где там мои деньги?

Като покачал головой, пряча усмешку, а затем положил на стол толстую пачку банкнот.

— Здесь две тысячи долларов. Само собой, пока немного, но, если наше сотрудничество продлится, то оплата, само собой, возрастет.

Я мысленно присвистнул. Две штуки баксов! Дружить с главой клана Като очень и очень выгодно, если так посмотреть.

— При нашей первой встрече вы сказали, что сотрудничество с вами принесет мне пользу и даст неплохой старт в Кане но Секаи, — сказал я прохладным тоном. — Но Изуми поведал мне, что сверхи, не состоящие в каком-либо клане, изгоняются.

Изаму-сан неохотно кивнул, чуть поморщившись.

— Так какой старт вы можете мне предложить, чтобы я согласился на дальнейшее сотрудничество? — сложив руки на груди, я с насмешкой взирал на слегка смешавшегося Като. Похоже, он не был готов к такому вопросу, что странно, учитывая возраст этого мужика и его положение. Неужели он всерьез думал, что избавился от меня, только отправив на встречу с знаменитым авторитетом Южного города?

— Принятие в семью Като тебя устроит? — предложил Изаму, но сразу же наткнулся на мою кислую физиономию. Находиться под одной «крышей» с коротышкой Джуном? Да я убью его раньше, чем он попытается хотя бы мявкнуть.

Похоже, Като тоже прекрасно это понял, потому что тихонько вздохнул и откинулся на спинку дивана.

— Что ж, в таком случае, я могу лишь предоставить тебе полную защиту нашего клана, а также возможность обучаться у наших мастеров.

Я призадумался. Щедрое предложение, учитывая, что абы кто под крыло клана попасть не может априори. Но за этим пряником явно кроется жирный такой подвох, потрясая складками.

— Что вы хотите взамен?

Он улыбнулся, и в его улыбке я разглядел предвкушение, а также самодовольство хищника, ухватившего за плавник золотую рыбку.

— Полная и безоговорочная преданность клану Като и лично мне. Ну и, само собой, моему сыну, когда придет его время встать во главе.

— Не думаю, что такое возможно, — перебил я его. Глаза Изаму недовольно блеснули из-за очков. — Уж простите, но ваш сын вызывает во мне желание его прихлопнуть, будто маленькую жирную надоедливую мошку. И я это сделаю, рано или поздно, если он продолжит мозолить мне глаза. Но никогда и ни при каких обстоятельствах я не стану прогибаться под кого-то вроде Джуна.

Като нехотя качнул головой. Видимо, и такой вариант он рассматривал.

— Что ж, тогда мы можем просто поддерживать сотрудничество на взаимовыгодных условиях. Скажем…пару раз в месяц я прошу тебя выполнить для меня кое-какие поручения, ты исполняешь просьбу и получаешь соответствующую оплату. Ну и, само собой, наша главная школа боевых искусств открыта для тебя.

Вот это уже больше похоже на выгодный контракт. При этом я, по сути, ничем не рискую. Как и он. В случае предательства одной из сторон, другая теряет лишь деньги, или же внештатного агента. Не такая уж и большая потеря. Но деньги Като мне пригодятся в любом случае, пусть пока и не знаю зачем. Думается мне, на реализацию моего плана, который я обдумывал для следующей встречи с Косым, пригодится нехилое такое денежное вливание.

— Хорошо, я согласен.

Мы скрепили повторный союз рукопожатием. Като было поднялся, чтобы уходить, но я жестом попросил его остаться.

— У меня к вам еще пара вопросов, если не возражаете.

— Конечно, — вежливо улыбнулся очкарик, присаживаясь на место. — Я весь внимание.

Я вкратце обрисовал столкновение с Айки, а затем встречу с его старшим братом, не забыв упомянуть сегодняшнюю «стрелку». Услышав о Ному, Изаму-сан помрачнел.

— Этот юноша — настоящий гений. Ему, так же, как и тебе, семнадцать, но он развивает свои способности с трех лет. К тому же, он сын Судзуки Кайто, главы одного из трех лидирующих кланов Изнанки. Соответственно — ресурсами мальчик не обделен, что и позволило его таланту раскрыться в полной мере. Сейчас он находится на пятой ступени мастерства, но, по моим сведениям, готов шагнуть на следующую. Слишком сильный противник для новичка вроде тебя.

— Но ведь я сумел справиться с вашим сыном, причем без особых усилий, — поддел я, заставив Като-сана скривиться.

— Джун…не очень прилежный ученик. Кое-что он, конечно, умеет, но его младший брат, Кен, гораздо способнее. Недавно он достиг четвертого ранга, и, по такому случаю, я попросил Судзуки провести спарринг между Ному и моим сыном.

— И что? — невольно полюбопытствовал я. Изаму поднял на меня тяжелый взгляд.

— Мой сын был разбит в первые две секунды боя. Одна секунда понадобилась Ному, чтобы приблизиться, а вторая — чтобы атаковать.

Я невольно зауважал Судзуки-куна. Чтобы так быстро расправиться с противником, нужны поистине годы адских тренировок за спиной, будь ты хоть трижды сверхом. Хотя…это все же ко мне не относится. Но то я — случай особый.

— Он настолько хорош?

— Более чем, — через силу признал очкарик. — Одним ударом он свалил моего сына! Хотя Кен также тренируется, словно проклятый, чуть ли не с пеленок. Теперь ты понимаешь, как мало у тебя шансов против такого монстра?

Похоже, поражение сынульки сильно задело непоколебимого Като, вон, как пальцы-то дрожат.

— Ну, могу вам сказать, что шанс есть всегда, даже несмотря на разницу в рангах. В любом случае, думаю, я смогу кое-что придумать.

Ответом мне был скептический взгляд Изаму, будто бы говорящий: «Ты что, идиот?».

— Лучше расскажите о семье Судзуки. Какие у вас с ними отношения?

— Мы находимся на стадии затяжной холодной войны, — чуть подумав, сказал Като. — Кайто и я выросли вместе, и были друзьями, но после все изменилось, как только он встал во главе семьи. Под его рукой клан Судзуки стал стремительно набирать вес в обществе Изнанки, и мне ничего не оставалось, кроме как попытаться противостоять ему. Долгие годы мы всячески старались сбросить друг друга с пьедестала, но, в конце концов, решили заключить пусть и шаткое, но перемирие. В конце концов, мы оба являемся лидерами Изнанки.

— Вы упоминали, что ведущих кланов три, — вспомнил я. — Какой третий?

Изаму-сан загадочно улыбнулся.

— Тебе пока не стоит этого знать. Что ж, — он поднялся и направился к выходу. — Желаю удачи в сегодняшнем поединке. Надеюсь, ты сможешь хотя бы ходить после схватки с Ному. Впрочем, шансов маловато. Не рискуй напрасно, помни — ты полезнее мне живым, чем мертвым.

Я лишь молча кивнул в ответ. Когда дверь за Като закрылась, взял со столика пачку долларов и убрал в шкаф. Продуктивный вышел разговор, ничего не скажешь. Вроде информации немного узнал, но кое-что полезное все же есть. Например, то, что мой враг поистине силен. Сильнее всех, с кем я сражался до этого, вместе взятых. Да и семья у него — не из последних. А биться я буду на территории врага, так что, вполне вероятно, придется смываться на всех парах, если все пойдет не так.

Я сам не заметил, как мелко задрожали пальцы на руках. Предвкушение битвы захватило меня с головой, а губы сами собой растянулись в улыбке. Наконец-то! Неужели я смогу испытать челлендж, с тех пор, как изменился?

Время неумолимо близилось к назначенному сроку, а я сидел и неспешно листал мангу, пытаясь настроиться на бой. Главный герой истории тоже был обычным парнем, слабым, забитым и трусливым, но изменился, стоило ему повстречать учителя и сильнейшего мастера боевых искусств, именующего себя драконом. Чем-то напоминает произошедшее со мной, вот только я и ученик, и мастер в одном лице. Впрочем, об этом пока рановато…

Когда подъехала машина клана Судзуки, я как раз выходил на улицу. Из автомобиля выбрался одетый в черный костюм телохранитель самой суровой наружности и, приоткрыв заднюю дверь, замер.

Я устроился на заднем сидении роскошного лимузина, напротив меня оказались еще двое мордоворотов. Оглядев шикарный салон авто, я принялся разглядывать своих спутников. Они молча пялились в ответ. Так мы и ехали, в полной тишине.

Правда, надо признать, ехали недолго. Уже через полчаса машина заехала на парковку перед большим пятиэтажным особняком в богатом районе города, где проживала лишь элита из элит. Мне, само собой, здесь бывать еще не доводилось.

Все тот же секьюрити услужливо распахнул дверь и подождал, пока я выберусь наружу. Территория клана Судзуки внушала: высокий забор из камня, мощеные гравием дорожки, одна из которых вела к большой парковке, а другая — к дому. Сам особняк окружал огромный цветущий сад. Богато, ничего не скажешь.

— Следуйте за мной, пожалуйста, — вежливо попросил «мой» охранник. Я лишь пожал плечами, помахал вылезшим из машины телохранителям и направился за провожатым. Мы шли по дорожке к дому, а затем свернули налево, огибая особняк по другой, куда более узкой тропинке. Она вела на «задний двор» — если можно так назвать площадь размером с нашу школу, на которой возвышались два здания, больше похожие на ангары: с узкими длинными окнами под самой крышей и прочными на вид стенами все из того же камня. Фетиш у них, что ли, из камня все строить?

Однако стоило нам зайти в крайний ангар, как все встало на свои места — это был спортзал. Но какой! Огромный, размером чуть ли не со стадион, поделенный на несколько секций, огражденных стеклом, вероятно, непробиваемым. Слева от входа, в дальней стене, виднелся проход, наверное, в раздевалки.

— Вы желаете переодеться, или будете разминаться так? — повернулся ко мне провожатый.

— Мне все равно. Обязательно нужно переодеться?

Он покачал головой.

— Нет.

— Ну и славно. Где я могу разогреться?

— Идемте.

Охранник повел меня вдоль секций в следующий зал(оказывается здесь их несколько), где указал на сектор с беговой дорожкой, грушей и прочими тренажерами.

— Можете размяться, за вами придут.

Затем он удалился. Я едва слышно фыркнул. «За вами придут», — как будто на казнь готовят. Хотя, вполне возможно, так оно и есть. Не думаю, что хоть кто-нибудь здесь сомневается в победе Ному. Тем интереснее будет исход поединка.

Я неторопливо разогрел суставы, сделал растяжку, немного поработал с грушей, а затем присел в уголке, приняв удобную позу: спиной оперся о стену, левую ногу вытянул, а правую согнул в колене, сложив на нее руки. Прикрыл глаза и попытался очистить разум от ненужных мыслей. Ханзо-сенсей всегда учил перед боем убирать все лишнее, оставляя лишь настрой на победу. Своего рода медитация, самовнушение — называйте, как хотите. Но этот способ всегда помогает.

Прошло, по моим внутренним часам, около сорока минут, когда рядом раздался спокойный голос уверенного в себе человека.

— Значит это вы тот юноша, что взял на себя смелость избить моего младшего сына?

Я открыл глаза и увидел перед собой мужчину лет тридцати — ни единой морщинки, лицо едва ли не подростка, как и в случае с Като. Фигура крепкая. Даже под свободного покроя рубашкой можно это заметить.

— Судзуки Кайто-сан, если не ошибаюсь? — лениво спросил я. Он рассмеялся.

— Действительно, наглости вам не занимать. Полагаю, именно этим вы и приглянулись Изаму-куну?

— Возможно. А может, я ему просто понравился? — предположил я. Судзуки-сан хмыкнул. В целом он производил впечатление добряка: глаза мягкие, на губах полуулыбка, поза расслабленная. Но я не питал иллюзий — если понадобится, он вмиг станет серьезным и покрошит меня на кусочки.

— Может и так. Като нравятся сильные личности. С их помощью можно сделать много интересных ходов.

Я неопределенно махнул рукой.

— А что, если фигура сама является кукловодом?

Лицо Судзуки-сана на миг стало удивленным, но затем он снова рассмеялся.

— Хорошая шутка. Но даже если предположить, что пешка на какой-то миг стала королем, она все равно останется пешкой. Маски не помогут стать тем, кем она не является.

— Это лишь ваша точка зрения, основанная на слепой вере в свои силы. Но можете ли вы допустить, что в вашем маленьком мирке появится сила, способная разрушить устоявшийся порядок и изменить правила игры?

Его взгляд преобразился, стал ледяным, и я ощутил сильное давление на свою тушку.

— Что ж, если допустить такой вариант развития событий, то такую силу следует задавить сразу, дабы избежать проблем в будущем.

— Но это лишь при условии, что такая сила существует, — парировал я.

— Безусловно, — кивнул Кайто-сан.

— Что ж, если вы жаждете услышать извинения по поводу травмы вашего сына, то не дождетесь. Он сам виноват в случившемся. Не я, так кто-нибудь другой, рано или поздно, осадил бы Айки-куна, — сказал я. Судзуки-сан вздохнул и присел рядом.

— Я не виню тебя, Рюу-кун. Но и отнестись к этому снисходительно тоже не могу, я все же отец. Я допускаю, что Айки вел себя неподобающим образом и заслужил наказание, но кто дал право тебе карать?

Он говорил негромко, но голос звучал как-то грозно и внушал уважение.

— Никто, — чуть подумав, ответил я. — Но мне и не нужно чье-то разрешение, чтобы указать наглецу его место. В конце концов, должен же я как-то взбираться наверх.

— И ты искренне веришь, что тебе дадут это сделать? — полюбопытствовал Судзуки-сан. Глаза его смеялись.

— Я никому не верю. Кроме себя. Но знаю точно — мне хватит сил и упрямства дойти до конца. И те, кто будет рядом, определенно, получат свою порцию пряников.

Он не выдержал и расхохотался в голос.

— Звучит довольно-таки наивно, но ты ведь еще ребенок, — отсмеявшись, сказал Кайто-сан. — Идеализировать и строить неосуществимые планы — это нормально.

— А кто сказал, что они неосуществимы? — я поднялся и сдержал рвущийся наружу зевок. — Когда уже там бой начнется?

Судзуки-сан поднялся и поманил пальцем, приглашая следовать за ним. Он больше не проронил ни слова, но я часто ловил на себе его задумчивый взгляд. Похоже, семена сомнений легли на благодатную почву. Что и неудивительно: любой сильный клан мечтает стать сильнейшим, а для этого нужны ресурсы и возможности. А после того, как я встречусь с Изуми, и мы вместе сообразим хитрый план, такая возможность появится. Для тех, кто не побоится принять нашу сторону в грядущей войне.

Мы прошли через весь зал, и, миновав очередной коридор, оказались в зале побольше. Здесь была только арена, огороженная канатами, и пустое пространство вокруг нее. Похоже, показательные бои тут не редкость.

Нас уже ждали. Возле арены столпились члены клана, что-то громко обсуждавшие, чуть поодаль стоял Ному вместе с немолодым, но крепким мужчиной в темном костюме. Похоже, это его наставник. Мы подошли к ним и остановились напротив.

— Готов к наказанию? — с усмешкой спросил Ному.

— Могу спросить то же самое, — улыбаясь, парировал я. Парень стиснул зубы, сдерживая злость. На мое плечо легла тяжелая ладонь Судзуки-сана.

— Удачи, Рюу-кун. Она тебе ой как понадобится.

По знаку «наставника», мы с Ному шагнули на ринг. Он был слишком большим, если сравнивать с привычными боксерскими. Где-то двадцать на двадцать метров — достаточно, чтобы вдоволь повалять своего соперника.

Я остановился чуть поодаль от Ному, разглядывая противника. Он точно также смотрел на меня, в глазах я видел ярость и желание поквитаться с обидчиком брата. Но при этом, как ни парадоксально звучит, он оставался в трезвом рассудке, верно оценивая мои возможности и вероятные ходы.

«Наставник» ударил в гонг, и в тот же миг Ному рванул вперед, превратившись в смазанное пятно, на каких-то пару мгновений, которые понадобились мне, чтобы подстроиться под его скорость. Время замедлилось еще сильнее, когда парень оказался на расстоянии вытянутой руки, занося кулак. Я скользнул чуть вбок, придерживая его руку, ухватился пальцами за запястье и с силой дернул, ломая.

Время вернуло привычный ритм, и Ному изумленно отшатнулся, недоверчиво глядя на нерабочую теперь кисть.

— Давай, покажи мне больше, — подбодрил его я. В бледно-зеленых глазах мелькнул интерес, парень тряхнул рукой и, к моему удивлению, пошевелил сломанной кистью. Нифига себе! Это что за Росомаха? Такая быстрая регенерация, или же временный «костыль»?

Неважно. Ному снова бросается в атаку, но скорость теперь еще выше, едва успеваю уследить за его движениями. Отбить боковой правой, оттолкнуть лоу-кик левой ногой, слегка отклониться в сторону, пропуская неизвестный мне удар из каратэ, а затем атаковать самому, метя в шею.

Удар не прошел. Каким-то чудом Ному увернулся, слегка повернув голову, а затем меня подбросил в воздух мощный и неожиданный удар под дых. Воздух мигом покинул легкие, я рухнул на пол, пытаясь вдохнуть. От места удара, казалось, боль разливалась по всему телу, так что пришлось чуть прикрыть глаза, чтобы сосредоточиться. Секунда, другая, и вот я уже поднимаюсь, с усмешкой глядя в глаза Ному.

— Неплохо. Продолжим?

Он, кажется, начинает понимать, что разница между нами не так уж и велика. Атакует еще быстрее, еще яростнее, вкладывая в каждый удар большое количество внутренней силы. Но мне не составляло особого труда гасить их воздействие на мое тело, впитывая энергию, как губка. Ному мрачнел на глазах, понимая, что не получится расправиться просто так, одними лишь боевыми искусствами.

Его губы шевельнулись, произнося какую-то фразу, и вместе с этим я ощутил, как мощная волна внутренней силы поднимается в нем, грозя вырваться наружу ударом невероятной силы. Что же он там прошептал? «Последний Рев Тигра»? Что это может означать?

В глазах моего противника неожиданно загорелось ярко-зеленое пламя, а черты лица Ному будто бы заострились, приобретя хищный и немного пугающий вид. Его мышцы сильно раздулись, сам парень стал еще больше, а затем он ударил.

Одной лишь ударной волной меня снесло далеко назад, с размаху влепив в канаты ринга. Вот это мощь! Неужели я только что увидел применение способности сверха? Первое на моей памяти!

Оттолкнувшись от канатов, я на всей возможной скорости рванул к Ному, который уже мчался навстречу. Как это и бывает в эпичных сценах, мы столкнулись в центре ринга. Теперь я уже мог слегка подавить его воздействие на мое тело, поэтому боковой удар левой лишь вывихнул мне плечо, а не сломал. В ответ я ударил в лицо, при этом проведя подсечку. Ному пошатнулся, хотя в обычном состоянии давно бы уже летел на землю. Но мне и этой малости более чем достаточно.

Здоровой рукой хватаю парня за горло, сжимая пальцы со всей силы и перекрывая ток внутренней энергии. Превозмогая боль в вывихнутом плече, правой накапливаю силу и одним резким ударом пробиваю живот чуть ниже грудной клетки. В глазах Ному плещется изумление и досада, а затем он падает на ринг, заливая его кровью. Я же слегка отступаю назад, пропуская медиков, а сам оседаю на пол, лишенный сил. Голова кружится, мышцы горят огнем, правая рука вообще не двигается, но я доволен. Ощущаю, как растягиваются в улыбке губы, а затем мир вокруг обращается тьмой, приветливо распахнувшей передо мной свои врата.

Судзуки Кайто стоял у окна в своем кабинете, глядя на свинцово-серые тучи, затянувшие все небо. Казалось бы, только что светило солнце, как вдруг небеса налились тяжестью, готовясь опрокинуться вниз дождем.

— Похоже, будет гроза, — заметил Изаму Като, сидя в кресле и неспешно потягивая коллекционное вино.

— Да, — отозвался Кайто, оборачиваясь к нему. — Грядут перемены.

— Ты сейчас про того мальчишку? — понимающе хмыкнул Изаму. Судзуки прошел к столу и откинулся в любимом кресле, глядя на своего давнего врага.

— Не только. В последнее время, похоже, каждая мало-мальски значимая рыбешка в этом городе пытается провернуть какие-то свои делишки. Ивамото объявили войну Андо, хотя долгие века поддерживали с ними дружеские отношения. Ито и Коики наоборот — объединились, пытаясь лишить нас поддержки более мелких кланов. А Тиба…

— Что Тиба? — заинтересовался Като, отставив бокал. Судзуки вздохнул.

— Тиба, как раз-таки, ничего. И это странно, учитывая любовь Кэтсуо к интригам. Сукин сын явно чего-то ждет. Вот только чего?

— А тут еще нам на голову свалился этот Такаяма-кун, — насмешливо заметил Като. — Что будешь с ним делать?

— А что я могу? — пожал плечами Судзуки. — Он честно победил моего сына, что, учитывая разницу в рангах между ними, очень странно. Нужно присмотреться к мальчишке, он не так прост. И весьма амбициозен.

— Ты тоже это заметил?

Судзуки качнул головой.

— Да, он упомянул в нашем разговоре, что собирается забраться повыше. Но неясно пока, каким способом.

— Все очень просто, — протянул Като. — Парень связался с Изуми, одним из внебрачных отпрысков Кэтсуо. Думаю, вместе они попытаются сбросить нас с тобой с пьедестала. Интересный союз, не находишь?

— Весьма. Сын Кэтсуо и сын…кстати, а чей он сын?

Като достал сигарету и закурил, не спеша отвечать на вопрос. Судузки нахмурился. Изаму фыркнул, но все же ответил:

— Не знаю. Мои люди не смогли найти ничего об его отце. Мать эмигрантка, но иногда приезжает проведать сына. Рулит делами крупной международной конторы, за которой стоит китайский клан Сяо-Ли.

— Так может, его отец выходец из этого клана? — предположил Судзуки. Като отрицательно покачал головой.

— Нет. Он вроде как из России, но у них там сложная система аристократии. Он может оказаться как графом, так и захудалым офицером имперской армии.

— Высшие офицерские чины в Российской империи приравниваются к баронскому титулу, — невзначай напомнил Судзуки. Изаму отмахнулся.

— Знаю я. Но ничего путного узнать не удается, будто бы кто-то могущественный взял и обрубил все нити, связывающие Такаяма с его отцом. И ничего, понимаешь, абсолютно ничего об этом человеке!

— Так не бывает.

— Вот и я о том же. Разве что… — Като не договорил.

— Что? — спросил Судзуки. Изаму тряхнул головой, будто бы прогоняя мысли, а затем поднялся.

— Ничего. Понаблюдаем пока за мальчишкой, нам выгоднее с ним сотрудничать, чем убивать. Мне интересно, каких высот он добьется через пару месяцев, или даже через год.

— Хорошо, — Судзуки слегка прикрыл глаза. — Но будь осторожнее с ним. Есть что-то такое в его глазах. Нехорошее…

— О себе лучше беспокойся, — фыркнул Като. Хлопнула дверь и Судузки остался один в полной тишине.

Он долгое время просто сидел, расслабившись и очистив разум ото всех мыслей. Затем глава клана поднялся и снова подошел к окну. Вдали раздались первые раскаты грома. И парой минут позже в стекла забарабанили капли дождя.

— Рюу-кун, значит? — прошептал Кайто. — Неужели…

7. Поход

В себя я пришел довольно быстро, полагаю, примерно через полчаса после окончания боя. И сразу же увидел рядом Судзуки-сана, не слишком довольного, еще бы, его сына только что уработал сверх на несколько ступеней ниже. Он довольно сдержанно поблагодарил меня за «чудесный поединок» и попросил иногда захаживать, ведь «зал клана Судзуки всегда к вашим услугам». После чего недвусмысленно намекнул на то, что мне пора бы и свалить куда подальше. Я, не будь дураком, послушно поплелся к парковке, где все тот же автомобиль быстро доставил меня домой.

Лишь оказавшись в родной квартире, уселся на диван и, откинувшись на спинку, тяжело вздохнул. Мда, создал ты себе проблем, Рюу. Нет, схватка действительно выдалась крутой, вот только Ному-кун вряд ли забудет про столь позорное поражение и наверняка попытается взять реванш. Только в более неформальной обстановке. Не удивлюсь, если он еще и в нашей школе учится, а я просто не пересекался и не замечал этого парня, есть у меня такая черта. И ведь бесспорно силен! До сих пор все мышцы ноют и болит плечо. Хотя уверен, что к утру боль рассосется и буду как новенький. Но оставлять за спиной столь опасного противника не стоит, нужно сразу продумать стратегию наших взаимоотношений. Впрочем, от меня тут мало что зависит, будем смотреть, как Ному-кун воспримет проигрыш. Если как жизненный урок, то чудесно — просто игнорим друг друга и пересекаемся лишь изредка. А вот если как личное оскорбление, то дело дрянь. Нет, учитывая сегодняшний бой, я наверняка стал еще сильнее, чем был до него, но все же боец уровня Ному может стать изрядной помехой на пути. Хотя, может я и впрямь себя просто накручиваю?

Так и не определившись со своими размышлениями, я без особого аппетита поужинал, и отправился в постель. Некстати разнылось плечо, так что поспешил поскорее отключиться, дабы позволить организму самостоятельно восстановить здоровье.

Проснулся я довольно рано, как для вторника — на часах высветилось «8:00». За окном уже светало, но сон окончательно испарился, поэтому я поднялся и принялся разминать затекшее тело. Мышцы уже окончательно восстановились, а плечо лишь слегка стреляло глухой болью, не особо напрягая. Приготовив завтрак, устроился у телевизора, слушая утренние новости и поглядывая в окно, тщательно при этом пережевывая пищу. Только когда мыл посуду, ощутил, что кое-что изменилось во мне. Прислушавшись к организму, понял, что вчерашний бой с Ному позволил мне подняться до третьего ранга. Вполне неплохо. Но, учитывая, что для прыжка на другой ранг мне понадобилось несколько боев с мелкими противниками и один с сильным бойцом, вырисовывается не особо радужная перспектива. Где я найду столько крутых сверхов, чтобы заставили испытать сложность, но при этом не сильно меня повредили в процессе?

Внезапно зазвонил телефон. Я схватил трубку и глянул на дисплей — Изуми.

— Алло.

— Это юный мастер боевых искусств по имени Дракон? — раздался насмешливый голос Косого. Я фыркнул.

— Нет, это его дворецкий. Чего хотел? Неужто созрел для разговора?

— Ну, вообще-то, ты сам обещал заглянуть, — упрекнул меня Изуми. — Но дело сейчас не в этом. Я тут взял выходной, и хочу пригласить тебя в поход.

— Только меня? Знаешь, ты не в моем вкусе.

Он рассмеялся.

— Ну еще будет Мэй. Да и ты можешь взять кого-нибудь из своих приятелей.

— Хорошо, — не стал отказываться я. По вторникам в школе выходной, так что заняться мне сегодня решительно нечем. Почему бы и не съездить на природу?

— Заеду за тобой в одиннадцать, — уведомил меня Изуми и отключился. Я положил телефон на стол и задумался. Интересно. Просто так, полагаю, авторитет не стал бы меня приглашать на неформальное мероприятие. К тому же, нам действительно давно пора обсудить совместное сотрудничество и план дальнейших действий, но вместо этого Изуми звонит и приглашает меня в поход. Причем разрешает взять с собой друзей. В чем подвох? Или же это проверка на вшивость? Что ж, поживем — увидим.

В дверь постучали. Кого это там принесло в такую рань?

В квартиру скользнула Хикари и несмело замерла напротив меня, с тревогой разглядывая мое лицо.

Затем вдруг резко шагнула вперед и крепко обняла, спрятав лицо у меня на груди.

— Эм…что такое? — не понял я. С чего вдруг такие нежности? Нет, мы, конечно, тесно общаемся, но в последнее время Хи-тян как-то начала слишком стремительно дистанцию от подруги до девушки сокращать. А я не люблю, когда на меня давят.

Она отстранилась, мягко улыбнулась.

— Слышала, ты дрался с Судзуки-куном. Я страшно перепугалась!

В ее глазах сверкнули яростные искорки.

— Ты хоть представляешь, каково это — узнать, что твой друг сражается с юным гением клана Судзуки? С сильнейшим среди молодого поколения сверхов! Я места себе не находила, а ты…даже не соизволил сообщить мне об этом.

Я ощутил вину, совсем немножко, самую малость.

— Прости, как-то все слишком быстро произошло, вот я и не успел.

Она фыркнула, снова превратившись в старую добрую Хикари.

— Судя по твоему виду, ты победил? — запрыгнув на диван, спросила девушка. Я кивнул.

— Да. Хотя, надо признать, Ному-кун оказался несколько сильнее, чем я думал. Пришлось выложиться на полную, чтобы его одолеть.

Глаза Хикари округлились, а затем она не выдержала и расхохоталась.

— В чем дело?

— «Несколько сильнее, чем я думал», — передразнила Хи. — Это юный гений, понимаешь, балда? А ты взял и махом унизил его, назвав «всего лишь сильнее», чем ты предполагал. За такое пренебрежение любой член клана Судзуки, да и не только его, убил бы тебя.

— И это еще мягко сказано, — раздался сзади голос Ному. Я обернулся.

Выглядел он неважно — лицо усталое, левая рука в гипсе, да и взгляд подрастерял уверенность и надменность, хотя по-прежнему излучал силу.

— Прости за вторжение, — извинился Ному, поймав мой взгляд. — Дверь была не заперта, а на стук вы не обратили внимания.

— Ничего, — отмахнулся я. В комнате повисло напряжение. Хикари разглядывала Ному, словно впервые видела его рядом, хотя, полагаю, так оно и было. Ному стоял, осматривая мое жилище, а я думал, о чем завязать разговор.

— Думаю, мне стоит извиниться, — первым нарушил молчание Судзуки-кун. Его взгляд уткнулся в меня, но теперь в нем не было злости, и даже обиды я не разглядел. Только легкую усталость и уважение. Неплохо.

— Я повел себя глупо, не разобравшись в ситуации и сходу вызвав тебя на бой. Это недостойно поведения бойца и наследника клана в частности. Мой брат понесет наказание и от меня тоже. Однако мне бы не хотелось, чтобы между нами осталась неприязнь, поэтому я от лица клана и своего брата приношу искренние извинения за наши недостойные поступки.

Ному-кун поклонился и, выпрямившись, замер, напряженно глядя на меня в ожидании ответа.

Что ж, такого я, признаться, не ожидал сам. Варианта, где Судзуки-кун лично придет извиняться за себя и за брата в моих планах не было. И я даже рад, потому что приятельские отношения с Ному лучше, чем холодная война. О, я, кажется, знаю, как можно их закрепить.

— Я принимаю твои извинения, и также приношу свои, ведь я тоже погорячился, покалечив Айки-куна, — я сделал легкий поклон. Ному, кажется, смутился. — Поэтому в знак примирения мне хотелось бы пригласить тебя в поход. Буквально через полчаса заедет мой хороший друг, так что, если пожелаешь, буду рад твоему обществу.

— Хорошо, благодарю за приглашение, — качнул головой Ному. Затем перевел взгляд на Хикари, словно только что ее увидел. — О, тебя же зовут Хикари-сан, верно?

— Вы…ты запомнил мое имя? — изумилась Хи. Ному улыбнулся.

— Мы виделись на одном из приемов клана Като, кажется, полгода назад. Конечно, я запомнил столь красивую девушку.

Моя подруга густо покраснела, а я с трудом сдержал смех. Ну и забавно же видеть, как смущается вечно язвительная Хикари!

— Ты едешь с нами, — уведомил я ее. Хи-тян неуверенно поправила волосы и взглянула на меня.

— Я там не помешаю?

— Нет, конечно. Кто-то же должен будет мыть посуду, — «обрадовал» я девчонку. В глазах Хи мне почудилась сама смерть, когда она бросилась на меня.

— Ах ты засранец! Значит, посуду мыть? Теперь наша дружба так мало для тебя стоит?

Ному-кун изумленно наблюдал за шутливой потасовкой, когда ему в лоб прилетела ловко пущенная мной подушка.

Зарычав, Судзуки ринулся в смертельную битву подушками. Остановил нас всех звонок Изуми, который сообщил, что подъехал и ждет внизу.

Я быстро переоделся в джинсы и майку, бросил в рюкзак пару бутылок лимонада, и мы отправились навстречу приключениям.

Изуми, кажется, серьезно удивился, увидев Ному-куна, но, переборов себя, сдержанно поздоровался. Рядом с ним сидела роковая красотка Мэй, при виде меня растерявшая всю уверенность и сильно смутившаяся, что не укрылось от Хикари, пихнувшей меня в бок.

— Ты чего? — зашипел я. Хи-тян демонстративно надулась и села у окна, не обращая на меня внимания. Вместо этого она завязала непринужденную беседу с Ному, а я обратился к Изуми:

— Куда поедем?

— Увидишь, — загадочно откликнулся тот. Мы выехали за пределы города, и, по широкому шоссе, направились прямо. Мелькали дорожные указатели, какие-то развилки, но Изуми и не думал сворачивать. Когда прошло часа три, я не выдержал:

— Долго еще?

— Почти приехали, — отозвался Изуми. В его голосе мне послышалась легкая насмешка.

И действительно, вскоре мы свернули на более узкую дорогу, вьющуюся вдоль опушки леса. Неподалеку была и небольшая стоянка для автомобилей, где и припарковался Косой.

— Выходим, — скомандовал он. Мы дружно высыпали наружу, глядя, как Изуми вытаскивает из багажника огромный туристический рюкзак.

— Ты будто на месяц собрался в поход, — фыркнул я. Косой загадочно хмыкнул, но промолчал. Я закинул на плечо свой рюкзак, мельком отметив, что Мэй тоже взяла небольшой.

Шагая по лесу, я невольно поймал себя на мысли, что мне нравится свежий воздух и некое ощущение свободы. Будучи городским жителем, редко, когда выбирался на природу за всю свою жизнь. И теперь, в окружении высоких деревьев, слушая лишь шепот ветра в кронах и хруст веток под ногами, я наслаждался отдыхом.

Мы шли довольно долго, прежде, чем выбрались на небольшой бережок, плавно спускающийся к реке. Она протекала мимо, довольно широкая, с такой прозрачной водой, что можно было разглядеть даже дно и камешки.

— Пришли, — сказал Изуми, и мы с облегчением упали на землю. Он удивленно покосился на нас и рассмеялся.

— Вы чего? Всего-то десяток километров прошли, а уже устали? Тоже мне, сверхлюди!

— Изыди, противный, — отмахнулся я. Косой покачал головой и, сбросив свой огромный баул, подошел к Мэй.

— Распаковывайтесь пока. А мы с Рюу-куном соберем дровишек для костра.

Женщина понятливо кивнула, беря в обиход моих товарищей, а я со стоном поплелся за Изуми.

Мы отошли достаточно далеко от лагеря, когда Косой заговорил.

— Слышал, вчера ты победил этого парня, — он кивнул в сторону берега. — А сегодня уже берешь его с собой. Не слишком рискованно?

— Ничуть. Он слишком прямолинеен, чтобы лгать, — заметил я, наклоняясь за очередной веткой. — Да и в нашей дружбе больше плюсов, чем вреда.

— Разумно, — согласился Изуми. Мы остановились. — Присядем?

Устроившись на поваленном дереве, я приготовился слушать своего союзника, попутно обдумывая свои варианты.

— Полагаю, после твоих выходок, Като и Судзуки оба решили сотрудничать? — почти утверждающе сказал Косой. Я кивнул. — Отлично! Тем проще нам будет подловить их и атаковать по-настоящему.

— Все еще надеешься сбросить титанов вроде Изаму и Кайто? — лениво полюбопытствовал я. Он пожал плечами.

— А разве есть другие варианты? Путь обратно в Кане но Секаи нам заказан, но отомстить — это мое единственное желание. Заставить их ощутить страх за свое будущее!

— Как банально, — протянул я, заставив Изуми заскрежетать зубами. — Месть — это вчерашний день, друг мой. Ею ты ничего не добьешься. Только настроишь против себя тех, кто встанет на место Като и Судзуки, если, повторяю, ЕСЛИ ты сможешь их свергнуть, что очень маловероятно. Их власть строилась не один день и даже не одно десятилетие. Кланы с многовековой историей просто так не убрать, к тому же, более мелкие семьи наверняка выжидают, пока не отыщется какой-нибудь глупец, осмелившийся бросить вызов титанам. И они будут уверять его в вечной дружбе, а потом с радостью ударят в спину, дабы угодить лидерам. Местью мы лишь загоним себя в угол и сами выроем себе могилу, Изуми.

— Тогда что ты предлагаешь? — он, кажется, остыл, обдумывая мои доводы и понимая, что я, как ни крути, прав. Кане но Секаи — монархическое общество по самой своей структуре, и там прочно установились некие взаимоотношения, когда слабые подчиняются сильным. В роли сильных — три ведущих клана, а остальные — слабые. Само собой, и лидеров наверняка время от времени покусывают, проверяя на прочность, но шакалам стоит лишь дать пинка, чтобы отбить всю охоту цепляться.

— В их мире нам нет места, ни один клан не примет нас под свое крыло, не желая портить свою репутацию. С этой стороны мы ничего не сможем сделать, чтобы свергнуть титанов. Не отрицай, — остановил я вскинувшегося было Изуми. — Все наши уловки для них не более чем игра в песочнице. Настоящие деньги и власть крутятся на Изнанке, и ты сам прекрасно это осознаешь. У них хватит средств и влияния, чтобы убрать даже Императора и захватить всю страну, но они этого не делают. Не хотят? Вряд ли, кто, будучи сильным, откажется от еще большей власти? Нет, они ждут. Чего именно, я пока не знаю, но уверен — однажды сверхи выйдут из тени и тогда на трон Империи сядет не обычный человек, а наследник великого клана. И знаешь что? Прежде, чем это случится, мы должны подмять их всех под себя. Это мы должны вывести Изнанку в реальный мир, слив воедино. Мы создадим свой собственный клан, который займет место среди лидеров Кане но Секаи.

Кажется, Косой, в буквальном смысле, окосел. Он сидел в ступоре минут десять, а затем, моргнув, обрушил на меня поток ругательств.

— Да ты совсем ***! — кричал Изуми. — Нам не дадут подняться с колен! Нас задавят еще в самом начале! Те же Като и Судзуки посмеются, да и прихлопнут ладонями, как надоедливых комаров. У нас нет ни сил, ни влияния на Изнанке, Рюу! Мы — никто, ничтожества, изгои!

Он выдохся, перевел дыхание, и продолжил, уже тихим хриплым голосом:

— Это безумие. Верная смерть. А я не хочу подвергать своих людей такой опасности. Их уничтожат. Сражаясь на этой стороне, мы по кусочку, но лишим их сил, а там…там действуют другие законы. Ты верно сказал, это многовековая история. Они — истинные аристократы, а не те напыщенные болванчики, крутящиеся вокруг Императора. Кланы веками творили историю, руководя за кулисами большой политики и помогая правителям удерживать власть. Этим они готовили себе почву для дальнейшего развития. Все верно, Рюу, однажды они выйдут на свет, скорее всего, уже совсем скоро. И именно поэтому сейчас вставать у них на пути — безумие. Кусать исподтишка, наносить удары в спину — это мое. Но вот так— лицом к лицу…к этому я не готов. Прости. Давай забудем о нашем сотрудничестве и об этом разговоре. Идем.

Изуми поднялся, но я схватил его за руку и резко усадил на место. Дерево треснуло, и, кажется, Косой застрял в нем, но мне было плевать. Я разозлился.

— Я полагал, ты взрослый адекватный мужик, а ты ведешь себя как ребенок, испугавшийся собственной тени. Кончай ныть и взгляни на ситуацию трезво! Я пока еще не сошел с ума и предлагаю тебе действительно возможный вариант, причем, самый правильный и доступный. Ты прав в том, что нас попытаются задавить в самом начале. Но это будут не Като и Судзуки, а кланы поменьше. И уж с ними-то, полагаю, мы справимся? Само собой, на подготовку уйдет немало времени, нам нужны сильные молодые сверхи помимо твоих людей. Те, кто готов идти до конца ради мифической вершины Изнанки, а в будущем, и всего мира. Кто сказал, что будет просто? Но я попытаюсь договориться с Изаму и Кайто, уверен, они не станут препятствовать. Эти двое и сами хотят вознестись еще выше, но беда в том, что выше над ними только небо. Или реальный мир, где о сверхах ничего не знают. Я предложу им сотрудничество, и, с их поддержкой, мы станем четвертым великим кланом. Это что касается моих обязательств. Ты же возьми на себя смелость и организуй вербовку сверхов помоложе, тех, кто полон амбиций и желания стать сильнейшими. Уверен, среди обычных людей полно таких как я — не изгоев и не привязанных к какому-либо клану. Придумай, как мы можем их найти и переманить на свою сторону.

Я замолчал, вымотавшись морально. Это был спонтанный и рискованный план, пришедший мне в голову буквально пару часов назад, пока мы ехали сюда. Но, чем дольше я его обдумывал, тем больше был уверен в успешной реализации.

— Что ж, на словах у тебя все звучит красиво. Но как насчет дела? Поговори с Като и Судзуки, удостоверься, что они не станут нас уничтожать, а потом уже начнем действовать, — отозвался Изуми, придя, наконец, в себя. Я кивнул.

— Заметано. А ты собери своих замов и обрисуй им вкратце ситуацию. Пусть поспрашивают, может есть среди молодежи известные им сверхи. Я также буду искать в школе, что-то у нас там больно дохрена людей с Изнанки учится.

— Так ведь твоя школа создана специально для детишек аристократов Кане но Секаи и обычных «золотых» отпрысков императорских домов. Ты не знал?

Я потрясенно покачал головой. Вот, значит, как. То-то я был удивлен, что все наши драки остались без внимания. Выходит, кроме меня вся школа была в курсе? Наверняка Хикари, стерва, тоже знает, но мне не сказала.

— Это все меняет, — пробормотал я. — Тогда есть шанс подружиться не только со сверхами, но и с детишками аристо, что даст нам неплохую базу для дальнейшего роста.

— Не нам. Скорее, тебе, — усмехнулся Изуми. — Учитывая твою силу, для тебя не составит труда завоевать их доверие. Кстати, ты так и не сказал мне, какая у тебя способность.

— Потом, — отмахнулся я. — Что-то жрать захотелось.

Подхватив собранные ветки, зашагал в сторону лагеря. За спиной со вздохом поднялся Изуми, пробормотав под нос ругательство. Оно и понятно, в который раз ухожу от ответа о моих силах. Долго так продолжаться не может, надо придумать убедительную версию. Ведь, узнав истину, все они по-настоящему возненавидят меня.

В лагере, между тем, уже поставили палатки и ждали нас, попивая чай из термоса и ведя задушевную беседу. Похоже, говорили на откровенные темы, судя по довольным лицам девчонок и покрасневшей морде Ному.

— Долго вы что-то, — прищурилась Хикари, глядя на меня.

— Заблудились, — отмахнулся я, выхватывая у нее печеньку. — Изуми-сан такой невнимательный.

Косой громко закашлялся позади меня. Увернувшись от его пинка, я приземлился на траву и с наслаждением потянулся.

— Ну что, может, искупнемся?

Хи-тян надулась, вспомнив, что купальник у нее дома, ведь я не предупредил о походе. Но Мэй с удовольствием отдала ей свой, и, о чудо, он подошел идеально. Хм, как это я не замечал, что буфера у моей подружки ого-го как подросли за последний год? Да и сама фигурка более чем аппетитная, что неудивительно, учитывая ее принадлежность к семье сверхов.

Мы втроем — я, Ному и Хикари, прыгнули в воду, дурачась и брызгаясь друг в друга. Течение было слабым, так что никто из нас не боялся утонуть. Изуми и Мэй развели костер на берегу и уже готовили мясо. Вскоре до нас донеслись ароматные запахи дыма и шашлыка, побудив выбраться из воды.

— Что это там такое? — уставился я вдаль.

— Где? — обернулась Мэй, оставив без присмотра свежие суши. Я быстро цапнул парочку, отправив их в рот и попутно вытираясь полотенцем.

— Ах ты поганец мелкий! — возмутилась красавица, разгадав мой маневр и попытавшись ткнуть кулаком в бок. Я легко увернулся и устроился на солнышке подальше от опасной женщины. Вскоре мы трое обсохли и даже немного загорели, так что пришлось снова одеться. Солнце между тем приблизилось к горизонту, окрасив окружающий мир в теплые тона.

Все мясо и все закуски были съедены, посуда вымыта, и мы сидели у костра, разговаривая о разных пустяках. Изуми много шутил, да и я старался не отставать. Пару раз даже Ному-кун вставлял ехидные комментарии, заставив нас улыбнуться.

Уже отправляясь в палатку на ночлег, я подумал, что день выдался весьма удачным. Мы не только обсудили дальнейший план с Изуми, но и хорошенько отдохнули, что уж точно не было лишним.

Я почти заснул, когда рядом кто-то лег, и через секунду ко мне прильнуло теплое женское тело. Ноздри уловили знакомый запах. Хикари. Но все это отметил сквозь надвигающийся сон, и не придал особого значения.

Проснулся я среди ночи и, освободившись от объятий подружки, выбрался наружу. Еще тлели угольки костра, было свежо, даже прохладно. Подбросив веток, я сел на землю, протягивая руки к вновь ожившему пламени.

— Чего не спишь? — присела рядом Хи-тян. Я вздохнул.

— Что происходит, Хикари?

Она удивленно взглянула на меня. В отблесках пламени глаза девушки сверкали теплотой, а лицо казалось немного размытым.

— В смысле?

— Ты переходишь границы нашей дружбы, — произнес я. — Тогда как мы всегда были чуть ли не братом и сестрой. Вот я и спрашиваю, что происходит?

Она молча коснулась моей ладони мягкими прохладными пальцами.

— Я всего лишь пытаюсь выразить то, что чувствую к тебе, Рюу, — тихо произнесла Хикари. — Если ты испытываешь ко мне другие чувства, то скажи, я пойму…и отстану.

Я ощутил, как запульсировала в висках кровь. Губы пересохли, и разум оказался в смятении. Проклятье, я ведь чувствовал, что она пытается сблизиться в этом плане, но не придавал особого значения, сочтя за очередную шутку. И как теперь быть? Хикари мне действительно нравится, и я не против с ней встречаться, но сейчас не тот момент, да и мысли заняты другим.

— Дело не в этом, просто сейчас…мы не можем.

Ее глаза яростно сверкнули.

— А может, ты просто испугался признаться самому себе, что любишь меня? — процедила девушка. — Ты дурак, Такаяма-кун!

Она вскочила и бросилась к воде. Остановилась на берегу, обхватив себя за плечи и глядя прямо перед собой.

Я тяжело вздохнул. Ну вот, Рюу, ты обидел самого близкого человека. Да-да, признайся уже сам себе. Ближе Хикари у тебя нет никого. Ни мать, ни даже тетушка Мики никогда не смогли бы заполнить пустоту в сердце, появившуюся, когда ты остался здесь, в Японии, один. Она — смогла. Соседская девчонка, прямая, язвительная и подвижная, заставила тебя смеяться, шутить и идти вперед, несмотря ни на что.

Выходит, обретя способности сверха, я начал меняться, нацелившись на мифический пока «трон», и совершенно забив на родного человека. Мне и самому теперь кажется, что некоторые эмоции мое сознание самостоятельно заблокировало. Что ж, время их вернуть.

Поднявшись, я подошел к Хикари и обнял, согревая ее озябшее тело.

— Ты поймешь, когда узнаешь, что ждет меня впереди, — прошептал я ей на ухо. — Дай мне время, чтобы во всем разобраться, а потом мы решим, как быть дальше, хорошо?

Некоторое время она молчала, унимая обиду и злость.

— Ладно, — нехотя буркнула, повернувшись ко мне. Наши глаза встретились, и я заметил мокрые дорожки у нее на щеках. — Но ты обязательно расскажешь все прямо сейчас, понял!

— Как скажешь, Чудо-женщина, — насмешливо сказал я, чмокнув ее в гордо вздернутый носик. Хи-тян громко фыркнула и, пихнув меня кулаком, вернулась к костру. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ней, настраиваясь на долгий разговор. Похоже, спать мы сегодня больше не будем.

8. Бабуля

Разговаривали мы очень долго, до тех пор, пока горизонт из почти черного не превратился в мрачно-серый. Хикари уснула, устроившись на расстеленном пледе и примостив голову у меня на ногах. Я же сидел, ворошил еще тлеющие угли и пытался придумать, как поступить с этой неугомонной девчонкой. Учитывая, как опасна Изнанка и сколько там мелких кланов, которые, стоит нам появиться на политической арене, набросятся, будто стая шакалов, Хи-тян окажется в большой опасности. И я не всегда буду рядом, чтобы защитить ее. Да и, чего уж там, нет у меня к ней чувств, кроме крепкой братской любви. Но как все это объяснить, не испортив наши отношения окончательно — тот еще вопрос. Правда, есть одна мысль, но там еще проверить надо так ли все гладко, как мне думается.

Еще я размышлял о нашем разговоре с Изуми, и теперь, красивый в теории план, казался мне слишком наивным и глупым. Действительно, с чего такая уверенность, что Като и Судзуки примут нас? Саке мы с ними не распивали, дружбу особую не водили, так чего ради этим древним кланам помогать ноунеймам вроде нас с Изуми? Так и получается, что причин вроде как нет, но Косой отлично повелся на мою идею, и отступить теперь — значит выставить себя хвастуном и балаболом. Мда, ну и задачка!

Зашуршал полог палатки, и наружу вылез Ному-кун, широко зевая и протирая глаза. Его обычно ровно уложенные волосы были растрепаны, а внешний вид ничем не напоминал того холодного Судзуки-куна, которого я привык лицезреть. Увидев нас с Хикари, он на секунду замер, а на лице застыло странное выражение, суть которого я разгадал лишь когда Ному подошел и присел рядом.

— И давно вы…не спите? — негромко спросил он, чтобы не разбудить остальных. Я улыбнулся.

— Полагаю, мы и не ложились толком. А ты как, выспался?

Он махнул рукой и направился к воде. Пару минут плескался, умывая лицо и приводя себя в порядок. Затем, вернувшись, спросил:

— Мне хотелось бы знать, какие отношения вас связывают?

Слишком прямой вопрос. Впрочем, это вполне в духе Ному-куна. Я уже давно понял, что за его маской холодности и надменности скрывается очень прямолинейный и правильный человек, который никогда не станет бить исподтишка или молчать. Хотя, под влиянием своего отца, думаю, и он научится лгать. Все же это необходимо лидеру клана.

— Не те, о которых ты подумал, — бросил я, подкидывая пару веток в костер. — Идем, наберем еще.

Осторожно, стараясь не разбудить Хикари, я стянул кофту и подложил девушке под голову. Затем, поманив Судзуки-куна, зашагал в чащу.

— Мы выросли вместе. В шесть лет я переехал в Японию, и с тех самых пор Хикари всегда была рядом. Наверное, только из-за нее я начал заниматься единоборствами, чтобы защитить девчонку, которая стала моей семьей. Но я не люблю ее как женщину, хотя она, несомненно, этого заслуживает. Чтобы ее любили.

Я неторопливо шагал, то и дело наклоняясь и подбирая ветки — большие и маленькие. Ному внимательно слушал, подбирая то, что я оставлял.

— Она очень чувствительная девушка, — вздохнул я. — Если услышит мой прямой отказ, то из чистого упрямства навсегда разорвет любые отношения между нами, хоть и будет от этого страдать.

— А ты? — спросил Судзуки.

— Я могу прожить без семьи, — улыбнулся я через силу. — Но она — нет. Поэтому я не стал сразу обрубать все нити между нами.

— Ты лжешь, — тихо произнес Ному, останавливаясь и глядя мне прямо в глаза. — Ты тоже будешь страдать. Потому что семья для тебя — не пустой звук.

Я хмыкнул, крепче запирая в сердце чувства и зашагал дальше.

— Может, ты и прав. Но я быстро смогу с этим справиться. Однако мне не хочется делать ей больно. Поэтому…

Я остановился возле дерева. Уже светало, небо потихоньку начинало обретать краски.

— Поэтому я хочу, чтобы о ней позаботился ты, — сказал я, повернувшись к Ному. На его лице расцвело недоумение, хотя до этого парень был более чем равнодушен. — Я вижу, что она тебе небезразлична. Там, куда я собираюсь совсем скоро, ей нет места. Но рядом с тобой безопасно, и ты сможешь защитить ее лучше меня. Так что, не тормози, Ному-кун.

Я переложил ношу в одну руку и дружески похлопал Судузки другой по плечу. Он как-то рассеянно заморгал, а затем неуверенно кивнул. Было забавно видеть Ному таким ошарашенным, так что я не выдержал и фыркнул.

— Идем, мы собрали достаточно.

Мы молча шли в сторону лагеря. У меня больше нечего было сказать ему, а Судзуки-кун, похоже, пытался переварить услышанное. Еще бы, он, наверное, полагал, что Хикари моя девушка, и очень удивился, поняв, что это не так. А тут еще сверху мое «благословение». Но я не жалел о своем выборе. Несмотря на наши разногласия в прошлом, я чувствовал, что Ному можно доверять.

— Постой, куда это ты собрался, что не можешь взять ее с собой? — задал вдруг он вопрос. Я взглянул на небо, потихоньку затягивавшееся тучами. Похоже, снова близится гроза.

— Скоро ты узнаешь. Если хочешь, спросишь у своего отца.

Больше он не досаждал мне вопросами. Едва мы раздули пламя в костре, как на свет божий выползли Изуми с Мэй. Вскоре проснулась и Хикари.

Девушки наскоро приготовили завтрак, во время которого Хи-тян часто косилась на меня. Благо, Ному-кун устроился рядом с ней и оказывал всяческие знаки внимания, что, похоже, очень льстило моей подруге, но она не знала, как реагировать.

На обратном пути в город зарядил ливень. Мир за окнами автомобиля приобрел серые краски, а мое настроение упало ниже плинтуса. Вот вроде бы и не на что злиться, сам все решил для себя еще до разговора с Ному, но как-то паршивенько на душе.

Изуми высадил нас возле дома, пообещав позвонить на днях, и укатил в сторону центра — доставлять Судзуки-куна.

Хикари попыталась было завязать очередной разговор на тему отношений, но я состроил такую кислую рожу, что она оставила меня в покое, лишь бросила обиженный взгляд, скрываясь за дверью своей квартиры.

Бросив на пол рюкзак, я скинул с себя кофту и футболку и завалился на диван. Глядя в потолок, пытался привести в порядок мысли и чувства. Так, в ближайшее время с моей стороны лишь разговор с Судзуки и Като, но перед этим нужно завербовать хотя бы парочку школосверхов, дабы показать, что вот, мы идем к намеченной цели, а не просто пустозвоним. Но это все завтра, сегодня в школу идти лень, да и погода не располагает к учебе.

С трудом поднявшись и, громко вздыхая, поплелся на кухню. В холодильнике было шаром покати, лишь одинокий банан и распечатанный пакет молока сиротливо маячили в дверце.

Сев за стол, я принялся перекусывать, поглядывая в окно и пытаясь решить, чем себя занять. И тут очень кстати вспомнилось недавнее обещание тетушке Мики заглянуть к бабуле. Давненько я у них не бывал, старушка наверняка вся извелась.

Допив молоко, я переоделся и побежал к родственникам. Тут надо сделать отступление и пояснить кое-что.

Моей бабуле недавно перевалило за восьмой десяток, но при этом выглядела старушка максимум на сорок пять, а энергичностью и жизнерадостностью могла дать фору молодым. Однако стоило на горизонте появиться вашему покорному слуге, как бабушка мигом вспоминала о возрасте, и вся тяжесть прожитых лет начинала давить на нее сверху вниз, побуждая начинать жаловаться на мыслимые и немыслимые болячки. Я считал, что это все из-за дефицита внимания, не иначе, потому как жить с тетушкой Мики под одной крышей это тот еще ужас. Она настолько же безалаберная, насколько и красивая, но при этом считает ниже своего достоинства убираться и готовить на кухне. Впрочем, это не мешало ей быть покорной дочерью, когда бабуля злилась. Однако делала она это настолько редко, что, в конце концов, Мики вообще распоясалась. Был бы жив дед, он бы мигом ей нрав укоротил, но старик покинул этот мир задолго до моего рождения.

Я остановился перед крепким деревянным забором с два человеческих роста высотой. За ним был сад, над которым возвышался двухэтажный особняк в классическом стиле. Я вежливо постучал и замер, дожидаясь, пока откроют. Дождик слегка стих, поэтому сильно промокнуть я не боялся.

Открыла мне тетушка. Едва взглянув на ее потемневшее заплаканное лицо, я ощутил, как кольнуло сердце и бросился в дом. Промчавшись через прихожую, коридор и гостиную, я дернул дверь бабулиной спальни.

Она лежала на футоне, безупречная, как и всегда, с мягкой улыбкой на губах. Темные волосы, слегка посеребренные на висках, красиво уложены в прическу, сама старушка одета в темно-синее платье, не слишком широкое, но и не узкое.

Я шагнул вперед, замер у постели. Все мои чувства кричали о том, что бабушка мертва. Но этого не может быть! Еще на прошлой неделе она улыбалась, бегала, занималась чем-то по дому, а теперь…

Я упал перед ней на колени.

— Прости меня…я должен был прийти раньше.

Слезы не могли покинуть моих глаз, но жуткая боль возникла в груди, перехватывая дыхание и заставляя стискивать зубы. Внутри меня медленно разливалась пустота, от которой несло могильным холодом.

Трудно передать, как много значила для меня бабуля. Да, ранее я говорил, что семьей для меня стала Хикари, но бабушка также много сделала для мальчика, прилетевшего в Японию в шестилетнем возрасте. Пусть явно я не ощущал ее любви и поддержки, никогда не слышал слов одобрения или ласки, но чувствовал, что меня ценят и уважают. И этого было достаточно, даже несмотря на то, что я не мог и не хотел считать ее и всю родню со стороны матери семьей.

Просидев так, наверное, с полчаса, я поднялся и тихонько вышел, прикрыв за собой дверь. Мики стояла снаружи, опустив глаза в пол. Я шагнул к ней, схватил пальцами за подбородок и заставил посмотреть себе в лицо.

— Когда это случилось?

— Ночью, — ее голос был непривычно тихим и хриплым. Похоже, она всю ночь плакала и кричала так, что сорвала голос.

— Кто? — спросил я, зная, что она поймет. Бабуля не могла умереть от старости, только не она. Значит, ее убили. А, вспоминая мою мать, можно сделать предположение, что она связана с Изнанкой, прямо или косвенно. Выходит, кто-то решил отомстить матери? Или же я где-то просчитался и это действия Като? Или Судзуки? А может, Изаму? А что, вполне хорошее алиби — поехал со мной на природу, втерся в доверие, а в это время его подручные пришли и прикончили бабулю.

— Это долгая история, — вздохнула вдруг Мики. Не понял. Неужели я ошибся?

— Так мы никуда не торопимся.

Она бросила на меня быстрый взгляд, а затем направилась в гостиную. Усадила меня в кресло, а сама скрылась на кухне, откуда вернулась через несколько минут с подносом, на котором исходили ароматом две чашки кофе.

Я ждал, пока она сядет в соседнее кресло, глядя в пол и пытаясь сообразить, какова может быть причина убийства бабули.

— Это сделали наши враги, — прервала, наконец, молчание, Мики. Я отхлебнул кофе и уставился на нее.

— Твоя бабушка была дочерью главы китайского клана Сяо-Ли. Она с детства отличалась особой красотой и силой духа, чем вызывала восхищение со стороны мужчин и недовольство со стороны женщин. Со временем она стала прекрасной девушкой, и настало время выдать принцессу замуж. Ее отец, глава Сяо, хотел породниться с кланом Юань, главой которого был его лучший друг детства. Но твоя бабуля не была бы собой, если бы так просто согласилась на этот брак. О, ее сердце уже принадлежало молодому главе клана Такаяма — Такаяма Тэтсуо.

Я вздрогнул. Тэтсуо? Где-то я уже слышал это имя, вот только где…

— И, о чудо, Тэтсуо-сан тоже полюбил ее, и вскоре молодая пара предстала перед главой Сяо, дабы получить его благословение. Вначале он был жутко зол, но после смягчился и признал, что его дочь вольна сама выбирать свое счастье, и благословил их свадьбу. Такаяма увез невесту на родину, в Японию, где его клан был одним из сильнейших на политической арене. Но, ослепленные любовью, молодожены не учли один важный момент — обещание, что глава Сяо дал своему другу Юань. Само собой, клан Юань был в ярости, и обрушил весь гнев на бывшего товарища. Сяо проиграли бы войну, если бы не поддержка вовремя прибывшего Тэтсуо, который одним ударом заставил Юань отступить и признать поражение, а также смириться с тем, что жемчужина Сяо никогда не будет принадлежать им.

Ну а через год родилась твоя мать, Рюу-кун. Затем, когда ей было двадцать лет, она отправилась посмотреть мир, и вскоре дедушка Тэтсуо скончался от болезни. Твоя мать вернулась через семь лет, привезя тебя, и спихнув заботу о тебе на наши с бабулей плечи. Вот и вся история.

Мики замолчала. Я задумался, осмысливая услышанное. Она не упоминала Изнанку, поэтому, возможно ли, что речь шла о кланах реального мира? Тех самых семьях аристо, что находятся подле Императоров и вершат судьбу государства? Нет, это было бы слишком радужно. Да и неясно, почему тогда я не жил в богатом особняке, а ютился в небольшой квартирке с того самого дня, как прибыл в Японию. И был еще один момент в рассказе тетушки.

— Ты не упомянула о своем рождении, — напомнил я. Она вздохнула.

— Тэтсуо и Кианг взяли меня в приюте, когда мне было три года. Я не родная сестра твоей матери, но эта семья вырастила меня и мне никогда не расплатиться за эту заботу.

Вот как. Тогда мне понятны многие моменты из прошлого, а также поведение тетушки. Несмотря на внешнюю язвительность и маску уверенной стервы, она всегда боялась остаться одной, снова оказаться никому не нужной. Теперь, когда бабули не стало, это было ясно видно по глазам Мики.

Я поднялся и, сделав шаг, крепко ее обнял. Тетушка вздрогнула, а затем сильно прижалась ко мне, будто боясь, что я исчезну.

— Я никогда тебя не брошу, ведь мы одна семья, — негромко пообещал я. Отстранившись, вернулся в кресло. — А теперь расскажи мне о клане Такаяма. Связан ли он с Изнанкой?

Мики вздрогнула, а глаза ее удивленно расширились. С минуту она изучала меня, внимательно оглядев с ног до головы, а потом кивнула.

— Понятно. Ты все-таки стал сверхом. Печать оказалась не такой надежной, как полагала Кианг.

Я встрепенулся.

— О чем ты? Разве я не был раньше обычным человеком?

Мики рассмеялась.

— Нет, конечно! Сверхами не становятся, ими рождаются. Причем только в тех семьях, где оба родителя сверхлюди.

— Значит, я был рожден сверхом, — пробормотал я. — Тогда, выходит, мой отец…тоже?

Она пожала плечами.

— Этого я не знаю. Твоя мать никогда о нем не рассказывала. Но бабуля, видя, насколько опасна жизнь на Изнанке, решила запечатать твою родословную и сделать тебя обычным человеком. Похоже, ей это удалось лишь наполовину.

В голосе Мики послышалась печаль.

— Выходит, бабулю все же убили выходцы из клана Юань?

Тетушка сцепила пальцы в замок, глядя перед собой.

— Возможно. Или же кто-то очень хотел, чтобы это выглядело именно так. Видишь ли, вчера вечером у бабули был гость. Некто достаточно влиятельный, чтобы попасть к нам в дом, но я даже не успела его разглядеть, Кианг потребовала, чтобы я ушла. Понимаешь?

Я кивнул. Да, бабуля никогда не позволяла Мики уходить надолго, требовала, чтобы та всегда находилась рядом. Выходит, это был кто-то, чью личность старушка хотела скрыть даже от своей семьи.

— Ее убили оружием, или…?

— Или, — скривилась тетя. — Отравили. Они распивали коллекционное вино, которое гость принес с собой.

— Больше никаких следов? Слишком явно, убийца не стал бы так подставляться, даже учитывая тот факт, что ты не видела его лица.

— Увы, нет, — устало произнесла Мики. — Если хочешь, можешь позже осмотреть ее комнату, но я ничего такого не нашла, да и эксперты клана тоже.

Клан. Выходит, я уже состою в клане Такаяма, и нет смысла организовывать свой?

Этот вопрос я задал Мики, чем заставил ее рассмеяться.

— Нет, глупый! Официально ты состоишь в клане твоего отца, если таковой имеется, но, так как о нем ничего не известно, то ты считаешься свободным сверхом. Твоя мать находится под покровительством клана Сяо, ну а мы с бабулей, как могли, руководили кланом Такаяма. А теперь…

— Теперь ты стала главой, — закончил я. Она поморщилась.

— Это слишком сложно для меня. Быть главой — значит быть не только умным, хитрым и дальновидным человеком, но и достаточно сильным сверхом, дабы заставить себя уважать. С моим четвертым рангом это выглядит как издевка.

— Неужели нет никого мужского пола, чтобы встать во главе? — удивился я. — Разве у Тэтсуо не было братьев?

— Нет, он был единственным ребенком в семье. А насчет мужчин…есть только один реальный наследник.

Она уставилась на меня, на губах заплясала ехидная ухмылка, а я ощутил тошноту и желание оказаться как можно дальше отсюда. Проклятье! Весь наш с Изуми план летит псу под хвост!

— Нет. Этого не будет.

— А, собственно, почему, позволь спросить? — состроила невинное личико Мики. — Я слышала, ты на днях победил сыновей Судзуки, один из которых считается сильнейшим юным мастером на Изнанке. Считался.

— Я не подхожу на роль главы клана, — мрачно отозвался я. Тетушка фыркнула.

— Ну, если уж ты не подходишь, то кто тогда?

Я выругался сквозь зубы, и рассказал тете о нашем плане по захвату Кане но Секаи, а после и реального мира. На удивление, Мики спокойно выслушала меня, а затем задумчиво пробормотала:

— И когда ты успел стать таким взрослым?

Поднявшись, она подошла к окну и коснулась пальцами стекла.

— Твой план вполне годится для реализации, если только учитывать множество пунктов, зависящих от «если». Если лидеры согласятся, если тебе удастся завербовать амбициозных юных сверхов, если вы сможете подавить стаю мелких кланов, что мигом против вас ополчатся, и еще много-много всяких «если». Но я вращаюсь в высших кругах Изнанки, Рюу. Клан Такаяма когда-то был четвертым великим кланом Кане но Секаи, поэтому, пользуясь остатками былой славы, я могу контактировать с сильными мира сего. И, знаешь, что? Тебе никто не позволит забраться наверх, если только ты не выходец древнего клана. Даже учитывая их интерес к тебе, и Като, и Судзуки не станут портить репутацию, вытягивая тебя наверх. Придется карабкаться с самого дна, в надежде, что когда-нибудь ты достигнешь небес. Но это один шанс на миллиард, неслыханная лотерея. И даже поддержка Изуми тебе не поможет, ведь его также задавят. За тобой никого нет, Рюу. Никого и ничего. Ты — пустое место.

Она развернулась ко мне и ехидно улыбнулась.

— Или ты — глава клана Такаяма, что находится сразу в обоих мирах и обладает кое-каким весом в обществе. Главе Такаяма простительно желание подняться выше, а борьбу с ним многие кланы Изнанки сочтут честью и интересным развлечением. В пределах разумного, конечно. И, если ты покажешь им реальную силу и ум, то тебя признают, и тогда даже Тиба согласятся с тем, что ТВОЙ клан достоин находиться рядом с ними. Решать тебе.

Я долго молчал, обдумывая и взвешивая все за и против. А потом задал один-единственный вопрос:

— Кто такие Тиба?

Мики широко улыбнулась.

— Третий великий клан. И на твоем месте к ним я бы относилась с максимальной осторожностью. Их глава очень жестокий и крайне мудрый сукин сын.

— Хорошо, допустим, я стану главой Такаяма. Как это поможет нам найти и наказать убийцу бабули? — спросил я, сжимая подлокотники кресла. Бабуля…выходит, все эти деньги, которыми я пользовался, были от тебя, а не от матери. Проклятье, если бы я знал раньше, то хоть раз, но дал бы понять, что любил тебя.

— С этим сложнее, — нахмурилась Мики. — Но ты можешь попросить своих «приятелей» Като или Судзуки. Правда, тогда их помощь будет стоить тебе очень дорого, потому что просить будет не Такаяма Рюу, а глава клана Такаяма.

— Ради того, чтобы достать эту тварь, я готов заплатить любую цену, — прошептал я. Поймал ее взгляд и почувствовал, как буря внутри затихает, а взамен приходит ледяное спокойствие. — Это вопрос чести для семьи Такаяма.

Тетушка лишь молча кивнула и поклонилась мне, слегка удивив.

— Добро пожаловать домой, глава.

— Не надо. Я пока еще не глава. Для этого ведь наверняка нужны какие-то процедуры?

— Верно. Нужно, чтобы старейшины клана зачитали завещание предыдущего главы, или же текущий глава добровольно передал власть в присутствии старейшин.

Я поднялся и вдруг понял, что в гостиной уже темно, как и за окном.

— Сначала мы проведем погребальную церемонию, — сказал, чувствуя, что так будет правильно. — А уже потом я стану главой Такаяма. Но прежде…

— Что такое? — внимательно глядя на меня, спросила Мики.

— Могу я взять тебя в жены?

Она застыла с отвисшей челюстью, и я по-быстрому слинял из комнаты. Только когда вышел в сад, из дома раздалась громкая ругань. Хихикнув, я выбрался на улицу и отправился домой. Этот день оказался наполнен слишком многим, в том числе и неприятным.

Получается, я всю свою жизнь считал бабулю и тетушку бесполезными и надоедливыми, а на самом деле существовал, лишь благодаря им. При этом, вы скажете, что бабуля поступила неправильно, запечатав мои сверхсилы, но не спешите осуждать — я поступил бы также, будь такая возможность. Мир Изнанки действительно опасен, в чем я уже успел убедиться. И если ты недостаточно силен, то будешь раздавлен более могучими, ловкими и быстрыми противниками.

Что ж, у меня не было иного выбора, кроме как согласиться стать главой клана. Это единственный путь наверх, и отказываться от него просто глупо. Завтра нужно встретиться с Изуми и обсудить изменившуюся ситуацию. Но теперь для него и других изгоев все гораздо проще — я смогу принять их в клан на выгодных для меня условиях, а затем использую в грядущей войне. В том, что она будет, нет никаких сомнений — услышав о новом главе клана Такаяма, другие кланы Изнанки начнут кусаться, и мне придется ответить, выбив им зубки. А каким будет ответ — зависит от мощи некогда влиятельного клана, которым правил мой дед, и предки до него. Но, судя по всему, теперь это лишь тень былого влияния. Очередные руины на мою голову. Сначала недосоюзники вроде Изуми с его слабенькими изгоями, а теперь вот Такаяма. Впрочем, есть такая пословица: «Как корабль заведешь, так он и полетит». Все зависит от меня. Будущее клана, будущее тетушки Мики и даже изгоев Косого — этот груз теперь на моих плечах.

Веселье, игравшее в крови только что, испарилось. Теперь я ощущал гнетущую усталость. Даже просто принятие главенства над чем-то сильно давило, вызывая дрожь в руках и коленях. Теперь я уже с некоторой тоской вспоминал недавнее прошлое, когда не было никаких сверхсил, необходимости создавать союзы и показывать окружающим различные маски.

Впрочем, я сам выбрал этот путь, громко заявив о себе дракой с Ному. Уверен, стоит мне вернуться в школу, и я стану объектом любопытства, насмешек, уважения и ненависти. К этому тоже стоит подготовиться.

Добравшись до дома, я замер у двери, порываясь зайти к Хикари, чтобы все рассказать и услышать ее мнение. И лишь спустя пару минут понял, что теперь и этот путь для меня отрезан. Не стоит впутывать сюда Хи-тян. У нее своя судьба, у меня своя.

Приняв, наконец, самого себя, я открыл дверь и шагнул за порог. Время строить планы и готовиться…готовиться к покорению Изнанки!

9. Презренный

На следующее утро, вопреки всему, я отправился в школу. После вчерашних событий встречаться с кем-либо с той стороны совершенно не хотелось, как и думать о будущем. Кажется, даже мой организм не настолько вынослив, как казалось, и теперь мне необходимо несколько дней на то, чтобы все обдумать и немного расслабиться.

В школе, как это ни странно, все оставалось по-прежнему. Только я по-другому осматривал окружающих, замечая теперь дорогие вещички у девчонок и модные гаджеты у парней. Надо же, любой дурак, попав сюда, понял бы, что это элитная школа, а я прохлопал ушами. Ну ничего, теперь придется быть еще осторожнее, дабы не испортить отношения с кем не надо. Как-никак, я будущий глава клана Такаяма, и пора учиться должному поведению.

Усмехнувшись себе под нос, я отправился на занятия. Сегодня было две пары по математике и одна литература. Учителя все также вяло бубнили прекрасно им известный и осточертевший материал, а школьники изнывали от скуки. Ну еще бы, за окном плюс двадцать пять, хочется гулять, веселиться, а мы тут сидим и слушаем про какие-то бесполезные логарифмы.

Отсидев положенные часы, я решил зарулить в библиотеку и прихватить пару справочников. Изнанка Изнанкой, а экзамены за меня никто сдавать не будет. Надо бы подтянуться по биологии и физике, самым ненавистным предметам. Хотя теперь сделать это будет намного проще.

Заворачивая за угол, я чуть было не врезался в худощавого очкарика моего примерно роста, несшего в руках стопку книг. Очкарик отскочил в одну сторону, а книги полетели на пол. Они бы упали, если б я, ускорившись до предела, не подхватил одну за другой. Затем протянул ботану. Тот, улыбаясь во весь рот, взял литературу.

— Простите, я совсем не смотрел куда иду, — извинился он. Я пожал плечами.

— Да бывает, я тоже не особо глядел перед собой. Так что тут мы оба хороши.

Он рассмеялся. Повторный взгляд дал понять, что, несмотря на худобу, парень довольно крепок, и прям-таки излучал внутреннюю силу, о чем я раньше ни за что бы не догадался. Стильные большеватые очки, растрепанные каштановые волосы, плавные черты лица, чуть пухловатые губы, небольшой нос и серо-зеленые глаза. Теперь я видел, что он не простой смертный, а явно сверх.

— Меня зовут Ивамото Таро, — представился парень, слегка кивнув. Я качнул головой в ответ.

— Такаяма Рюу.

— О, так вы из клана Такаяма? Приятно познакомиться, много слышал о вас. В последнее время, — улыбнулся он. Я фыркнул.

— Наверняка всякие гадости болтают.

— Ну мне рассказывали, что вы победили самого Судзуки Ному, а это грандиозное достижение, учитывая, что он признанный гений.

— Схватка с Ному-куном выдалась тяжелой, — не стал отрицать я.

— Может, расскажете подробнее за чашечкой кофе?

Я бросил взгляд на часы.

— Почему бы и нет? Только заскочу в библиотеку, нужно взять пару книг.

Мне потребовалось всего пять минут, а затем мы с Ивамото-куном отправились в столовую. Взяв по чашке кофе и усевшись за столик у окна, мы завели неспешную беседу.

— Позволь тебя спросить, Рюу-сан, как давно ты тренируешься? — полюбопытствовал Таро, сделав глоток.

— Несколько лет, а что?

— Вот как…многие из сверхов нашего возраста тренируются чуть ли не с рождения, но все равно не смогли победить Судзуки. А ты смог. В чем же секрет?

Я усмехнулся.

— Так я тебе и рассказал. Лучше поведай о себе.

— Я не сторонник тяжелых тренировок, — вздохнул Ивамото. — И это очень огорчает моего отца. Он-то полагал, что я стану лучшим бойцом Изнанки.

— Но драться ты все равно умеешь превосходно, — уточнил я. Таро чуть виновато пожал плечами.

— Так уж вышло. В нашем мире без этого никак. Каждый день кто-то, возомнив себя всемогущим, вызывает тебя на «дуэль», якобы доказать свою силу и крутость окружающим.

— Так не только на Изнанке, — хмыкнул я. — Но здесь более ярко выраженно. Впрочем, могу заметить, что мне это даже нравится. Ведь я могу нехило подняться, шагая по головам юных сверхов.

Таро засмеялся.

— То, что ты победил юного гения Судзуки, еще не значит, что способен одолеть любого. Многие молодые мастера прячутся в тени, выжидая удобный момент. Мир Изнанки велик, и кто знает, какие демоны кроются в его углах.

— Тоже верно. Но не в моем случае, — поддел его я. Глаза Ивамото странно блеснули.

— Хочешь сказать, у тебя крутая способность, которой нет больше ни у кого?

Я пожал плечами.

— Это с какой стороны посмотреть.

— Ну…если так, то, думаю, среди молодых сверхов тебя можно считать сильнейшим. Но это пока. Уверен, те, кто младше нас на пару лет, еще проявят себя.

— Поживем-увидим, — не стал спорить я.

Таро начинал мне нравиться как собеседник и как человек. Он не пытался кичиться своей силой, как Айки, и не был холодно-надменным, как Ному. Познакомившись немного поближе, я осознал, что Ивамото напоминает мне себя самого. Ему тоже не чуждо чувство юмора и желание поддеть оппонента. Может, получится завербовать этого парня?

В этот момент зазвонил телефон Таро. Извинившись, тот вышел в коридор, а я поглядел в окно. Там, на заднем дворе, в саду, тусовались младшеклассники, весело шумели и обсуждали явно что-то очень интересное. От группы отделилась симпатичная девчонка, лет пятнадцати, в спортивных шортах и футболке, выгодно подчеркивающих ее фигурку. Похоже, из волейбольного клуба. Помнится, и меня поначалу пытались туда затащить, но я упирался как сам черт, пару раз даже дал в нос старшеклассникам, и вскоре попытки прекратились.

Девчонка остановилась поодаль от своей группы, держа в руке телефон и будто бы поджидая кого-то. Через минуту к ней подошел Таро. Опаньки! Неужели его девушка? Молодец, Ивамото, времени зря не теряет.

Однако мой новый приятель выглядел чем-то недовольным, пока разговаривал с младшеклассницей. Та как-то съежилась, неуверенно оправдываясь. Ивамото повысил тон, приблизился почти вплотную. Девчонка чуть ли в комочек не сжалась, словно боясь очкарика.

И тут Таро отвесил ей крепкую затрещину. Спортсменка рухнула на землю, держась за место удара и изумленно глядя на парня. Тот, похоже, был в бешенстве, потому как с размаху ударил ее ногой в живот, заставив скорчиться, а затем наклонился и принялся методично избивать.

Этого я вынести не мог. Ярость ледяной волной поднялась откуда-то снизу, сметая все преграды и превращая некую симпатию к мегане-куну в дикую ненависть. Ублюдок! Разве станет мужчина так позориться, избивая беззащитную девчонку? Будь это равный бой, или хотя бы схватка двух сверхов, я не стал бы вмешиваться. Но девочка всего лишь обычный человек. И это был перебор.

Стекло столовой громко осыпалось осколками, когда я выпрыгнул наружу со второго этажа, приземлившись чуть в стороне, но все равно привлек к себе внимание. Таро на мгновение замер, повернув голову в сторону источника шума, и я не стал упускать эту возможность.

Максимальное ускорение, и вот врезаюсь в тело очкарика, сметая в сторону. Его уносит в стену здания, впечатывая в кладку, а я наклоняюсь к девчонке. Проверить пульс — слабо, но есть.

— Вызовите скорую! — крикнул ее товарищам, до этого безучастно наблюдавшим за избиением. Такие помогут, как же. Но других рядом нет. А я должен наказать ответственного ублюдка. Жестоко наказать.

Глаза застилала кровавая пелена, дыхание было тяжелым, а пальцы мелко подрагивали. Таким злым я не был уже давно.

Таро отлепился от стены и, утирая кровь с лица, прошипел:

— Какого хрена ты творишь, чудила?

Вся его доброжелательность и симпатия испарились. В глазах Ивамото-куна плясали ярость и ненависть. Теперь я понял. Он с самого начала планировал схлестнуться со мной, но прежде решил втереться в доверие, чтобы потом ударить в спину. Ничего, сейчас ты получишь свое!

Таро рванул вперед, ускорившись, но я видел все его движения как на ладони. Заносит руку, чтобы ударить боковым, а вот и левая нога слегка расслабилась — будет лоу-кик.

Перехватываю руку, делаю подсечку, и очкарик летит на землю. Но я не даю ему просто упасть. Подпрыгиваю, одновременно вбрасывая энергию в ноги и ударяю точно в грудь Таро, впечатывая его в асфальт.

Изо рта парня вырывается фонтанчик крови.

— Ублюдок! Ты хоть знаешь, с кем связался?

— Мне плевать. — холодно сообщил я. — За то, что ты посмел поднять руку на девочку, я покажу тебе такое, что ад покажется прекрасным местом.

Схватив его за загривок, одним движением выдернул Ивамото из земли. Удар в корпус, и сразу же, боковой ногой — очкарик, давно потерявший свои очки, кувыркается по земле, обдирая морду.

Одно движение, и я вновь рядом. Таро пытается подняться, спиной чувствует мое приближение, жалобно скулит:

— Все, хватит, я понял! Только перестань!

Мне уже все равно. Пелена ярости не дает остановиться, поэтому я хватаю Ивамото-куна за шею, и, приподняв над землей, ломаю конечности.

«Еще!», — требует ненасытный зверь внутри. И тогда я отпускаю мегане-куна. Прямо на мое выставленное колено, переламывая позвоночник.

Таро всхлипнул и, отброшенный в сторону, быстро затих. Вместе с этим исчезла и моя ярость, заставив оглядеться по сторонам. Трещина в стене, местами разломанный асфальт — знатно порезвились.

Но настроение упало ниже плинтуса, когда я прислушался и понял, что Таро не дышит. Разум окончательно пришел в себя, и я на секунду замер от осознания содеянного. Я. Убил. Человека.

В приступе ярости, заслуженно, не спорю, но нельзя было доводить до такой грани. Или хотя бы держаться на той стороне. Но я переступил черту, и теперь будут серьезные последствия. Насколько серьезные — зависит от степени важности этого парня. Но, теперь меня в любом случае не оставят в покое. И списать все на состояние аффекта не получится — сомневаюсь, что сверхи сочтут это серьезным аргументом.

Проклятье! Я стиснул зубы и почувствовал, как внутри нарастает опустошенность. Но, вместе с ней, мой мозг начал поспешно продумывать все варианты дальнейших действий. Хорошо, по сути, даже учитывая стоящий за ним клан(если он есть), я смогу придумать оправдание. Но кровная месть неизбежна. И тогда в прицеле окажется клан Такаяма.

Вокруг уже собралась огромная толпа школьников, глядя на труп Таро и на меня возле. Покачав головой, я зашагал прочь. Вновь пошел дождь, но мне было все равно. На душе воцарилось некое чувство…мерзости. Казалось бы, добродушный парень, чем-то похожий на меня, но и у него не все в порядке с головой, как выяснилось. Более того, он даже не понял, почему я напал — это видно было по глазам. Но я знал, что поступил правильно, пусть и руководствуясь лишь своим сводом понятий «хорошего и плохого». Одной тварью стало меньше. Но впереди ждет война с его родственниками, в чем я нисколько не сомневался.

Добравшись до квартиры, я разделся и встал под теплый душ, пытаясь смыть с себя чужую кровь и тяжкий груз ответственности за свой поступок. Немного помогло. По крайней мере, я перестал думать об убийстве и принялся размышлять о своих дальнейших действиях.

Если я все правильно понимаю, сегодня-завтра ко мне заявятся родственнички Таро, как минимум, его любящий отец, дабы потребовать справедливого наказания. Это не наша драка с Джуном, где пострадало лишь его тело и гордость. Тут все куда серьезнее и хуже. А значит, одному мне пока не выстоять, и по любому понадобится помощь клана. Твою так! А я ведь только хотел расслабиться и отдохнуть…

Мики ответила почти мгновенно.

— Слушаю тебя.

— У меня проблемы. На этот раз серьезные. Не телефонный разговор.

Она помолчала, видимо, прикидывая что-то в голове.

— Через полчаса будь здесь.

И отключилась. Что ж, раз не пояснила, что за «здесь», значит в бабулин особняк. Надеюсь, выслушав меня, Мики не станет вышвыривать любимого племянника на улицу. Хотя, я лично предпочел бы избавиться от угрозы клану в моем лице и спокойно подарить голову отцу Таро, дескать, простите нашего беспутного, вот вам его башка. Но то я, тетушка же мыслит по-другому.

Переодевшись и собрав сумку с необходимыми вещами, я отправился в родовое гнездо. Правда в этот раз на воротах меня встретили суровые охранники с ИМАСами в руках.

— Стоять! Кто такой? — тормознул меня левый. Взгляд пристальный, не предвещает ничего хорошего, палец на спусковом крючке. Вот тебе и клан Такаяма.

— Вообще-то я глава. — улыбнулся я. Во взгляде охранника мелькнула насмешка.

— Да? А я сын императора.

— Вот как? В таком случае запишите меня, пожалуйста, на завтра.

Он нахмурился и несильно оттолкнул меня назад.

— Вали давай, шутник. Наш глава — высокий статный мужчина тридцати пяти лет, брюнет, на правой щеке тонкий шрам, глаза серые, нос крючком.

— Это вам Мики сообщила? — пытаясь не заржать, полюбопытствовал я. Здоровяк кивнул. — Спешу огорчить, это ее любимый прикол. Так что открыли бы вы ворота, парни, пока я не разозлился. Хватит на сегодня смертей.

Под конец мой голос утратил теплоту, и лица охранников резко изменились. Теперь ИМАСы уже были направлены в мою сторону. Левый отдал приказ напарнику:

— Вызывай начальника. Потенциальная угроза.

Я подобрался, готовый вырубить обоих, уж больно меня начали раздражать их морды.

— Отставить, — раздалось позади Левого. Охранник обернулся. Мики стояла, прислонившись к воротам и улыбалась.

— Хорошая работа, бойцы, но вы только что чуть было не пристрелили нашего нового главу.

Я ухватил краем глаза, как мгновенно покрылся испариной Правый, а Левый и вовсе задрожал.

— Приносим извинения, госпожа.

— Вольно, охраняйте дальше, — скомандовала тетушка, и поманила меня пальцем. Подмигнув Левому, я шагнул на территорию бабушкиного дома.

— Могла бы фотку мою им дать, — поддел я Мики. Та слегка покраснела.

— Знаю, не успела просто. Пыталась разгрести то. Что ты натворил.

В ее голосе послышалось напряжение и упрек. Я вздохнул.

— Не смог себя проконтролировать. Как-то слишком быстро все получилось. Но я не жалею об этом, он получил сполна.

Тетя как-то странно покосилась на меня, но смолчала.

Сегодня дом был полон голосов. Множество незнакомых мне людей приветствовали меня, задавали какие-то вопросы, на что приходилось вежливо отвечать, дабы не обидеть. Ведь это мои люди. Мой клан.

Мики повела меня на второй этаж, в свой кабинет, где мы и устроились в мягких креслах. Только здесь тетушка бессильно опустила руки и устало поглядела на меня.

— Будет война.

— Знаю, — кивнул я. — Но мы к ней не готовы.

— Еще бы, — через силу хмыкнула Мики. — Клан раздроблен, и сначала нужно хотя бы собрать всех. Многие, услышав о смерти Кианг, приехали выразить соболезнования и присутствовать на похоронах.

— Когда?

— Завтра днем. Полагаю, будут не только члены клана Такаяма, но и многих других кланов тоже. Ее любили.

Я едва заметно улыбнулся. Да, бабуля могла заставить себя полюбить. Даже если ты этого не хотел, ее едкие шуточки и правильные советы приводили к тому, что ты невольно уважал старушку.

— Тогда послезавтра я стану главой клана, и мы начнем готовиться к войне. Постараюсь также переговорить с Судзуки и Като, эти двое наверняка либо окажут нам поддержку, либо будут сохранять нейтралитет. Они не заинтересованы в моей гибели.

— Хорошо, — качнула головой Мики. — Я же буду собирать клан воедино.

— Кстати, — вспомнил я. — У нас будет еще много новых бойцов. Правда не уверен, что Изуми сразу согласится…

Услышав о моем плане по принятию изгоев в клан, тетушка рассмеялась.

— Удивительно, как тебя с такой наглостью до сих пор не прибили. Впрочем, ты прав, нам действительно не помешает их помощь. Но, услышав об изгоях в клане Такаяма, остальные сверхи будут на нас косится и считать, что мы принимаем всех бездомных.

— Пусть считают, — усмехнулся я. — Чем больше нас недооценивают, тем легче будет сокрушить их. Будем наращивать мощь постепенно, а затем выберемся наверх. Все же у нас есть кое-какая репутация, и это не самый плохой старт.

— Тогда остается лишь ждать, и вести переговоры, — подытожила Мики.

— Верно, — я поднялся. — С этого дня я буду жить здесь. Не уверен, что моя квартира является надежным местом теперь.

— Добро пожаловать домой, — развела руками тетя.

Остаток дня я пытался вызвонить Изуми, но тот упорно не брал трубку, либо же «абонент вне зоны действия сети». Странно. Неужели что-то случилось с Косым? Кому он мог понадобиться в такое время? Уверен, сейчас вся Изнанка перемывает мне кости, упрекая в излишней жестокости и преднамеренном убийстве «невинного» Ивамото. Сын главы клана Ивамото, как сообщила мне Мики, не пустое место в этом мире. Да и сам клан один из самых влиятельных, лишь на ступеньку ниже Като, Судзуки и Тиба. Серьезный противник, совсем не входивший в мои планы. Но, сделанного не воротишь, придется копить силы и терпеть косые взгляды сверхов. Число нападок на меня теперь увеличится в разы, и не уверен, что даже взрослые мастера останутся в стороне. Все же возможность заполучить голову врага клана Ивамото и преподнести ее отцу Таро — лакомый кусочек для большинства. Остается уповать на авторитет Великих кланов, которые, возможно наведут порядок среди рядовых сверхов, но аристо все равно будут роптать.

День похорон выдался еще более дождливым. Мы выехали в одиннадцать, направляясь в сторону элитного кладбища, где располагался родовой склеп. За нами шла целая процессия из автомобилей, причем по дороге присоединялись все более новые лица.

Пожилой священник долго держал речь, описывавшую значимые деяния бабули на земле, я же в это время осматривался по сторонам, разглядывая собравшихся. В первом ряду стояли мы с Мики, несколько старейшин клана Такаяма, а также главы других влиятельных кланов. К моему удивлению, здесь был и Судзуки-сан. Поймав мой взгляд, он кивнул. Что ж, этот, похоже, на моей стороне. Хотя особой симпатии ко мне у него вроде не должно быть. Или это потому, что мы пусть немного, но подружились с Ному?

Когда урна с прахом была водружена на положенное место, священника увели, а к нам стали подходить с соболезнованиями. Я стоял с каменным лицом, выслушивая все теплые слова в адрес бабули и благодарно кланяясь. Мики куда-то отошла, так что мне пришлось остаться один на один с огромной толпой желающих выразить свою признательность бабушке за ее поступки. Ну и поглазеть на будущего главу.

Сознание впало в некий транс, а тело автоматически кивало и кланялось, принимая пожелания от очередного влиятельного аристо. Были здесь не только сверхи, как я заметил. Но только краем сознания. Состояние, схожее с медитацией, накрыло меня с головой.

Очнулся я только когда увидел перед собой высокого крепкого мужчину лет сорока пяти, с квадратным суровым лицом, будто высеченным из камня. Широкие морщины залегли в уголках глаз и возле губ. Я как-то сразу признал в нем отца Ивамото.

— Ивамото Иуо, примите мои соболезнования, глава Такаяма. Ваша бабушка была удивительной женщиной, способной находиться всюду и сразу. Весь клан Ивамото скорбит о ней, ведь когда-то именно она излечила тяжкую болезнь моего сына Таро.

Он поклонился, и мне ничего не оставалось, кроме как поклониться в ответ.

— Как только я разделаюсь с Андо, в тот же самый день, в тот же час, я приду за твоей головой, Такаяма Рюу. И никакие стены не защитят тебя от моего гнева, — прошипел мне на ухо Иуо, а затем, выпрямившись, удалился.

Вот и все, слова сказаны, война объявлена. Как ни странно, меня это даже успокоило. Теперь можно с чистой совестью начинать полноценную подготовку к битве с Ивамото. Уверен, старик меня не разочарует. Ну а я постараюсь стать еще сильнее, в чем мне сильно помогут жаждущие крови юные сверхи, коих очень много в этом городе. Многие, стоявшие рядом, наверняка услышали слова Иуо, а значит, вскоре и вся Изнанка об этом узнает. И тогда, стоит мне пойти в школу, как выстроится целая очередь желающих сразиться. А мы разве против?

Освободиться удалось только к вечеру, и то потому, что дождь пошел сильнее. Сидя в машине рядом с придремавшей Мики, устроившей голову у меня на плече, я ощущал, как круто изменилась моя жизнь за такой короткий срок. Каких-то неполных две недели назад, я занимался ерундой, дико скучая и страдая от безделья, а теперь — фактически стал главой одного из старейших кланов Изнанки, обретя сверхсилы, о которых раньше не смел и мечтать. Но попутно завел себе целую кучу врагов, ненавидящих меня. Наверное, не будет преувеличением сказать, что с завтрашнего дня вся Изнанка будет желать моей смерти. Хах. Как-будто они смогут этого добиться.

Полчаса назад позвонил Изуми, вроде как он был за городом, поэтому не смог вовремя ответить. Выслушав мое краткое описание сложившейся ситуации, Косой сразу же согласился стать членом клана Такаяма, правда с парочкой небольших условий, о которых он хотел бы поговорить в ближайшее время. Условившись о встрече послезавтра, я положил трубку. Плюс один в копилку моей армии.

Мои губы растянулись в усмешке. Что ж, я весь в предвкушении. Жду не дождусь, чтобы подняться наверх по спинам сраженных сверхов. Нет, убивать мне больше не хочется. Разве что Ивамото и всю его семью, дабы не оставлять врагов за спиной. Всех остальных я буду калечить. Жестоко, чтобы не возникло желания связываться вновь. И за их счет стану сильнее. Мне бы подняться хотя бы до шестого ранга, а там…впрочем, об этом после.

Капли дождя, барабанящие в окно, действовали успокаивающе, и я даже задремал, прикрыв глаза. А в голове вертелось смутно знакомое:

«Кто-то бьется в поле,

Кто-то в грязь лицом.

Случай правит пулей,

Ворон — мертвецом.

Место лютой сечи

Поросло травой,

Больно жгучи речи —

Бой не за горой».

Интерлюдия 1

Капли дождя барабанили в окна кабинета. На столе горел одинокий светильник, а сам хозяин кабинета, откинувшись в кресле, задумчиво глядел на фотографию перед собой. В дверь постучали, и дождавшись разрешения, вошли.

— Присаживайся, сын. Мне бы хотелось кое-что обсудить с тобой.

— Речь пойдет о Такаяма-куне? — догадался Ному. Судзуки-сан кивнул.

— Да. Ты уже слышал о его… поступке. Что думаешь?

Парень пристально посмотрел в глаза отцу.

— Рюу не из тех, кто станет убивать без причины. Он вообще не из тех, кто может взбеситься настолько, что станет убивать. Значит, что-то произошло, что заставило его так поступить, и причиной этому стал Ивамото Таро.

— Верно, — одобрительно кивнул отец. — Взгляни.

Он протянул Ному фотографию, на которой были изображены парень лет семнадцати в большеватых очках и девочка, немного младше, которую этот самый парень жестоко избивал.

— Вот тебе и причина бешенства Такаяма. Там была целая куча свидетелей, наделавших фотографий и выложивших в интернет. Так что, Рюу можно было бы и оправдать, если бы не…

— Если бы не смерть Таро, — закончил Ному. Судзуки-сан устало вздохнул.

— Многие разглядели в этом знак того, что даже сверхи не всесильны, и всегда найдется кто-то более умелый. И, как это обычно бывает, от «выскочки» хотят избавиться. Желательно не своими руками.

Ному напрягся. Несмотря на некоторую вражду в прошлом, они с Рую разрешили все разногласия и даже стали товарищами, если это слово применимо к сверхам. И Судзуки-младшему не хотелось бы видеть, как Такаяма поливают грязью.

— Не бойся, мы не станем их поддерживать, — сказал отец, и Ному расслабился. — Не в наших интересах давить на клан Такаяма и на его главу. Но и открыто помогать им тоже нельзя. Так что будем по возможности сотрудничать, но держать нейтралитет. Тебе все ясно?

— Да, отец, — кивнул Ному. На его лице не дрогнул ни один мускул. Что ж, нейтральная позиция и равнодушие всяко лучше вражды. Тем более в отношении столь непредсказуемого человека, как Рюу.

— Тогда ступай. И вот еще что: будь осторожнее с Хикари Кендо. Она не так проста, как кажется на первый взгляд.

Ному не ответил, лишь молча поклонившись и покинув кабинет. На душе у него было неспокойно, а тело подрагивало, предчувствуя серьезные перемены. Грядет буря, которая изменит положение вещей. И кто знает, каким боком это коснется клана Судзуки.

Интерлюдия 2

Большой зал заседаний был почти пуст, если не считать три безмолвных фигуры во главе длинного стола, и сгорбившегося Ивамото Иуо на другом его конце.

— Итак, вы требуете у нас наказания для главы клана Такаяма? — уточнил Като Изаму, не особо скрывая насмешку.

— Именно так, — подтвердил Ивамото. — Этот ублюдок прикончил моего сына, я хочу, чтобы он понес заслуженную кару! Я не могу больше ждать! Мой сын мертв, а эта тварь разгуливает по земле как ни в чем не бывало!

— Успокойтесь, — произнес Судзуки Кайто, чье лицо выражало полнейшую серьезность. — Мы понимаем вашу мотивацию, но есть множество свидетелей того, как ваш сын, Таро, избивал обычного человека. Именно это и послужило причиной бешенства Такаяма-куна. Убийство было совершено в состоянии аффекта, провокатором выступил ваш сын, так что Такаяма практически чист.

Иуо стиснул зубы, в ярости сжимая кулаки. На пол закапала кровь.

— Вы покрываете этого ушлепка! Что ж, видимо, у вас свои планы на него. Но я не откажусь от мести, Таро был моим любимым сыном.

Он выпрямился, гордо взглянул в лица главам Великих кланов.

— Я требую дуэли до смерти!

Като и Судзуки переглянулись и дружно покачали головами, а третья фигура неожиданно хмыкнула.

— Дуэль? Как интересно.

Это был широкоплечий мужчина, достаточно крепкий, с узкими чертами лица, длинными каштановыми волосами, стянутыми в хвост на затылке. Его серые глаза пристально глядели на Ивамото. На вид мужчине можно было дать лет тридцать, потому что выглядел он моложе Судзуки. Но глаза отражали весь груз прожитых лет и истинный возраст сверха.

— Скажи-ка мне, Иуо, когда ты хочешь сразиться с драконом? — вкрадчиво поинтересовался он. Ивамото вздрогнул, но ответил прямо:

— В любой день. Когда угодно. Я готов покарать убийцу.

Кэтсуо постучал пальцами по столу и широко улыбнулся, заставив Иуо задрожать от страха.

— Превосходно! Тогда я предлагаю провести показательную дуэль на арене в полночь следующей среды. По всем правилам мести.

Судзуки и Като перекинулись парой слов, а затем Изаму неохотно выдавил:

— Мы согласны.

— Тогда увидимся в среду, дорогой мой Иуо, — негромко произнес Тиба. Ивамото, обливаясь потом, поднялся, поклонился Совету Трех и поспешно вышел из зала. Уже в коридоре он подумал, что, возможно, зря потребовал дуэль, чем привлек внимание старика Кэтсуо. Его интерес был виден невооруженным глазом, а значит и у Тиба свои планы насчет Рюу. Кто же он, черт возьми, такой?

Впрочем, это уже неважно. Иуо выпрямил спину, шагая с гордо поднятой головой. Пора ему вспомнить молодость и потренироваться в зале клана. Такаяма молод и вынослив, схватка будет непростой, даже учитывая разницу в рангах. Но он не намерен уступать. Когда-то давно, в пору бурной юности, Ивамото называли Беспощадным Демоном.

Иуо криво усмехнулся и хрустнул костяшками пальцев. Пришло время Демону вновь пробудиться.

Конец первой арки

Арка вторая:

Человек, который изменил мир

10. Клятва верности

По случаю моего вступления в должность в качестве нового главы клана Такаяма, Мики закатила торжественную церемонию, на которой помимо старейшин присутствовал чуть ли не весь упомянутый клан. Старейшины(надо признать, достаточно бодрые дедульки) зачитали свод правил и положений, коим обязан следовать глава, а затем меня «короновали» — нацепили на указательный палец массивный серебряный перстень с замысловатым узором. Сие украшение ощутимо давило, заставляя помнить о принятой ноше, что я счел очередным средством издевательства над начальством. Хотя, с другой стороны, не постебаться старейшины не могли — я ж для них как красная тряпка для быка: молодой, даже несовершеннолетний, амбициозный по самое не балуй, пороха не нюхал, а туда же. Но и открыто признать неудовольствие они не могли — все же я глава, а не незнамо кто, вот и приходится изощряться. Но, глядя на их серьезные лица, по которым то и дело пробегала тень неуверенности, я предвкушал, как буду издеваться в ответ. Но не сразу, сначала пусть помучаются, пытаясь понять, чего ждать от сопляка.

После, на заднем дворе резиденции, устроили настоящий пир, где мне отводилась роль этакого болванчика — сидеть и кивать, изредка умудряясь прожевать пару кусочков какой-нибудь вкуснятины. Поздравления сыпались со всех сторон, так что, в определенный момент я просто ушел в себя, оставив тело выслушивать желающих. Было, о чем подумать.

Убийство Таро всколыхнуло застоявшееся болото, и теперь свежее дерьмо полилось наружу, вперемешку с еще более давним дерьмом. Жаждущих разделаться со мной, «мерзким убийцей и больным ублюдком», было хоть отбавляй. Каждый час какой-нибудь мелкий клан, из тех, что болтаются внизу иерархической лестницы, надеясь однажды подняться повыше, присылал угрожающее письмо. В конце обязательно следовал вызов на бой. Я посмеивался, вздыхал, и бросал письма в мусорную корзину — чтобы после сжечь. Для того, кто нацелился на самую вершину, связываться со столь мелкими насекомыми бессмысленно. Да, я смогу слегка повысить свои умения, отточить их, но толку? Не думаю, что среди слабых кланов найдутся для меня противники уровня Ному. К которому, кстати, будет особый разговор, как только вернусь в школу. Надо бы договориться о встрече с Судзуки-старшим, есть что обсудить. Като пока трогать не буду, мне почему-то кажется, что он первым выйдет на контакт.

К вечеру, когда застолье стихло и слуги начали потихоньку убирать посуду, один из охранников подошел и протянул мне запечатанный конверт. Я устало покосился на корзину, где скопилась уже гора подобных, но не стал вредничать и взял послание. Но один лишь взгляд на конверт заставил встряхнуться.

«Тиба Кэтсуо», — значилось на лицевой стороне. Глава третьего Великого клана? Что ему от меня понадобилось? Неужто тоже решил на дуэль вызвать?

Распечатав послание, я извлек сложенный вдвое лист бумаги. Развернув, прочитал следующее:

«Уважаемый глава клана Такаяма. Я искренне сожалею о происшествии, в результате которого Вы оказались в невыгодном свете представлены Изнанке. Надеясь разрешить все предрассудки, приглашаю Вас на ежегодное мероприятие, посвященное дню основания клана в это воскресенье. Ваш друг, Кэтсуо».

— Ну надо же, — пробормотал я. Друг, как же! Я этого человека даже в глаза не видел, и понятия не имею о том, кто он такой. Знаю лишь, что жутко хитрый и дальновидный сукин сын. Что ж, вот и повод познакомиться. Обязательно загляну — грех не воспользоваться приглашением и не пропиарить клан Такаяма заодно.

— Что там? — неслышно подошла Мики. Я протянул тетушке письмо. Она быстро пробежала текст глазами, а затем с тревогой глянула на меня.

— И ты пойдешь?

— Почему бы и нет? Хороший повод для знакомства. Да и связи клану налаживать нужно.

Мики покачала головой.

— Кэтсуо не похож на Судзуки и Като. Те, хоть и играют роли, но все же способны на добрые поступки. Тиба же — реалист до мозга костей, к тому же с черным чувством юмора. Он может сейчас разговаривать с тобой на равных, а в следующую минуту бросит на потеху толпе.

Я улыбнулся.

— Что ж, в этом мы с ним даже похожи. Я также не сторонник пустых мечтаний. Да и к людям особой любви не питаю.

Тетя вздохнула.

— Будь осторожен, Рюу. Мы еще не встали даже на колени, не то что в полный рост. Клану предстоит долгий путь восстановления. И без тебя никак.

— Я понимаю, и постараюсь быть начеку. Мне самому, знаешь ли, не хочется умирать в расцвете сил, — пошутил я. Мики рассмеялась.

— Вот и славно. Иди отдыхай, завтра будет тяжелый день.

— Обязательно, — я поднялся из-за стола. — Вот только съезжу на старую квартиру.

— Зачем?

— Нужно кое-что еще забрать. Да и встреча у меня там. С Изуми.

— Поехать с тобой? — предложила Мики. Я покачал головой.

— Не стоит. Да и не будет у нас там пока особо серьезных разговоров — для таких дел я бы его сюда вызвал. Обсудим вступление изгоев в клан, и все.

Тетушка только кивнула, предпочитая не лезть больше с вопросами. Я отдал приказ подготовить машину, и через пять минут уже ехал в предыдущее пристанище.

На полпути позвонила Мики.

— Ивамото потребовал у Совета Трёх дуэли с тобой.

Я хмыкнул. Что ж, ожидаемо. Не мог этот мужик сидеть смирно после случившегося с его чадом.

— И?

— В следующую среду, в полночь. Сражение по всем правилам мести.

— Что это значит?

— Это значит, что один из вас не уйдет живым с арены, — сказала тётя. Вот оно как. Ну, и это вполне закономерно. Как еще можно добиться правосудия, если не прикончить убийцу?

— Спасибо за информацию. Думаю, теперь можно не опасаться атак крупных кланов, ну а мелкие рыбешки попытаются нажиться, надеясь угодить Ивамото и принести мою голову на блюдечке.

— Ты прав, — согласилась Мики. — Поэтому не задерживайся в старой квартире. Это место многим известно, могут организовать засаду.

— Знаю. Но все думают, что сейчас я расслабляюсь в резиденции, и уж точно не станут предполагать, что глава клана Такаяма будет действовать с первого дня.

— Все равно, — бросила она и положила трубку. Я улыбнулся. Приятно, когда кто-то о тебе заботится. Пусть даже нас связывают больше деловые отношения, чем родственные, но все же. Оба понимаем, что остались только мы, да моя мать. И если что-нибудь случится с Мики — я буду мстить, пока не вырежу каждого. Потому что не хочется, чтобы повторилась история с бабулей. О которой тоже надо поговорить с Судзуки.

Высадившись у подъезда, я поднялся наверх. Оказавшись снова в своем жилище, ощутил, как навалились воспоминания. Сколько дней провел здесь один, либо с Хикари, едва попал в Японию. Язык знал плохо, к тому же очень стеснялся своего произношения, но Хи-чан вцепилась в меня как клещ — заставила заговорить на японском за каких-то три месяца, причем чуть ли не идеально. Ну и после я начал общаться с одноклассниками…

Скрипнула дверь, знаменуя появление Изуми. Выглядел Косой бодрячком — улыбающийся, подтянутый, одет в темно-синий костюм, щетину на лице подровнял — просто образец джентльмена.

— Чего счастливый такой? — полюбопытствовал я. Изуми рассмеялся.

— Да так, есть кое-какие хорошие новости касательно прибыли. Полагаю, что в клан мы придем не с пустыми руками.

— С этого места поподробней, — попросил я, усаживаясь на диванчик. Косой пристроился рядом.

— Ну, вчера я ездил за город, встречался с одним человечком. Он мне и подкинул несколько номеров, по которым можно наладить сотрудничество с крупными фирмами. Обещаем им рост, открытие филиалов здесь и в других городах, а взамен получаем неплохой процент акций.

— Так ведь, если фирмы крупные, то у них уже есть филиалы в столице и больших городах, — заметил я. Изуми фыркнул.

— Не так выразился. Фирмы-то крупные, но не настолько. В средней населенности городах открылись сами, а дальше продвижение заглохло, потому как конкурентов куча. Но если мы по каналам Изнанки кому надо шепнем, то партнерам дорожку откроют. Они в большом плюсе, мы получаем стабильный процент от прибыли с филиалов, плюс возможность обзавестись еще большими связями. Чем плохо?

— Ничем, — согласился я. — Тогда ты и возьмешь на себя финансовый отдел клана. Самому мне в это дело вникать влом, а Мики немного в другой сфере нужна. Само собой, это не на постоянку, до тех пор, пока замену себе не подберешь.

— Слушаюсь, босс, — шутливо кивнул Изуми. Затем как-то подобрался. — Уже можно?

— Что?

— Клятву верности приносить.

— Да это в принципе необязательно, — отмахнулся я. — Ты и так знаешь, что с тобой будет, если предашь.

Он кивнул.

— Да. Но я все же принесу, так спокойнее.

Косой слез с дивана на ковер и встал на колени.

— Я, Изуми Абэ, клянусь служить моему господину — Рюу Такаяма, до тех самых пор, пока в моей груди бьется сердце. Клянусь быть верным клинком и преданным другом, а если когда-нибудь господин пожелает, чтобы я покинул его — я это сделаю.

Он достал из-за пазухи небольшой ножик и провел по ладони. На пол закапала кровь.

— Я, Рюу Такаяма, клянусь поддерживать своего верного друга и слугу Изуми Абэ, и обещаю ему кров и защиту. Клянусь быть милостивым и справедливым господином, а если когда-нибудь слуга пожелает уйти — я позволю ему.

Взяв нож Изуми, порезал ладонь, и мы скрепили клятву рукопожатием. Варварский обычай, не спорю, но действенный.

— Вот и покончили с формальностями, — сказал я. — И пол запачкали.

— Я вытру, — вызвался Косой. Сбегал в ванную, взял тряпку и наскоро убрал следы «скрепления союза». Я же обдумывал следующий шаг.

— Ивамото вызвал меня на дуэль, — поведал я Изуми, когда тот вернулся из ванной. — Хочет решить все показательно.

— Ему же хуже, — хмыкнул мой друг. — Ты ведь сильнее?

— Как знать, — задумчиво протянул я. — Если к тому времени проведу парочку серьезных схваток, то смогу, не напрягаясь, с ним разделаться. А сейчас…думаю он чуточку сильнее.

— Значит, пойдешь в школу? Отрабатывать удары на детишках? — ухмыльнулся Изуми. Я пожал плечами.

— Почему бы и нет? Думаю, теперь желающих меня если не покусать, то хотя бы поцарапать хоть отбавляй.

— Только не переусердствуй. Второй раз тебя не простят, — напомнил Косой. Я кивнул. Действительно, один раз еще можно списать на состояние аффекта и все такое, но вот два — это уже закономерность, а убийца сверхам не нужен — у них и так все неплохо складывается. Общество функционирует, развивается, постепенно собираясь сбросить с себя маску и выйти на свет. Да, убийства случаются, но, как правило, на дуэлях по обоюдному согласию до смерти. По большей части сверхи дерутся пока один не покалечит другого, и тот не признает свое поражение. Поэтому мое непреднамеренное убийство Таро вызвало такой ажиотаж. Ну да ладно, пусть понемногу привыкают. Когда клан взлетит повыше, так и так придется проливать кровь. Много крови. Потому что не бывает революций без насилия.

— Короче, завтра подходи к обеду, обсудим с тобой финансовые затраты и еще раз объяснишь про условия сделки. На сегодня свободен, — приказал я. Изуми коротко поклонился и убежал. Интересно все же, он действительно так озабочен тем, что изгои вынуждены стоять особняком от всех кланов Изнанки, или преследует свои цели, раз согласился подчиняться пацану? Время покажет, что на уме у Косого. Ну а мне пора домой.

Раздался стук в дверь. Я замер, гадая, кто может прийти сюда так поздно: на часах уже девятый час.

Открыв дверь, немного подвис: за порогом стояла Хикари. Взгляд хмурый, губки поджаты, во всей фигуре чувствуется напряжение.

— Я войду? — спросила она. Мне не оставалось ничего иного, кроме как пропустить девушку в квартиру.

Аккуратно сев на диван в самом уголочке, Хи-чан замерла. Так-так, непорядок, Рюу. Обычно Хикари с разбегу падает на любое мягкое место, но, чтобы вот так аккуратненько — впервые.

— Что случилось? — спросил я, видя, что она разговор начинать не торопится.

Короткий яростный взгляд из-под полуопущенных ресниц.

— Это ты мне скажи.

— Что я должен тебе сказать?

— Тебе лучше знать, — она с независимым видом уставилась в стену. Я хмыкнул, присел рядом.

— Значит, Ному-кун проболтался.

По ее дрогнувшим плечам понял, что попал в десятку.

— Что ж, рано или поздно, этот разговор должен был состояться. Да ты и сама все прекрасно поняла, не так ли? Я привык к тебе как к сестренке, а всякие вольности…это что-то вроде смелых шуток. Прости, если обидел. Но поверь — так будет лучше для тебя. Рядом со мной не то, что опасно — ты просто не выживешь.

Хикари зло рассмеялась.

— Ну конечно! Ты ведь всегда вправе решать все за других, да? Поступаешь так, как будет лучше для тебя, не думая, что тем самым наносишь обиду окружающим. Ладно бы мы были чужими друг другу. Хотя, может быть, эти десять лет для тебя ничего и не значат?

Я вздохнул. Проклятье, как объяснить ей, что просто-напросто пытаюсь защитить?

— Ты умрешь, Хикари. Если пойдешь за мной следом — обязательно умрешь. У тебя слишком низкий ранг, и слишком чуткое сердце, чтобы выжить в том дерьме, куда я собрался нырнуть.

— Зачем тебе это? Неужели нельзя просто жить обычной жизнью? Хочешь что-то доказать? Кому? Зачем? — крикнула Хи-чан, в уголках глаз появились слезы. Я поморщился.

— Понимаешь…до того, как я обрел способности, моя жизнь была ужасно скучной. Я не задумывался о будущем, просто влачил жалкое существование, не пытаясь даже взглянуть вперед. Но потом все резко изменилось, и события вокруг меня окончательно уничтожили скуку. Я понял, что должен изменить этот мир. Вывести его на свет! Я хочу это сделать, никто другой не сможет!

Она отшатнулась, окинула меня взглядом, в котором смешались страх и презрение.

— Ты конченный эгоист, Рюу! Хоть раз в жизни подумай о других. Кому нужны твои амбиции? Или думаешь, ты самый умный? До тебя находились желающие вытащить сверхов в реальный мир, но их всех уничтожили, задавили числом, потому что еще рано. Не тебе решать, когда все изменится. Но, ты в любом случае для себя уже поставил цель. Что ж, удачи. Счастливо подохнуть в лапах Тиба.

Она поднялась, намереваясь уйти, но я схватил за руку и силой усадил на место.

— Что ты знаешь о Кэтсуо? — требовательно спросил, глядя прямо в глаза. Да, все обвинения Хикари верны, я такой, как есть, и меняться не собираюсь. Но если у нее имеется информация о Тиба, то я должен ее знать.

Хи-чан предприняла попытку вырваться, зашипела, прожигая злым взглядом, но затем вдруг резко опала, успокоилась.

— Он хитер. И всегда просчитывает любые действия на несколько шагов вперед. Тебе не удастся его обдурить, сколько ни пытайся. Кэтсуо стар, и он самый сильный сверх Изнанки. По крайней мере, в Азии. Ну и, само собой, после твоей выходки с убийством Таро, Кэтсуо положил на тебя глаз. Но не обольщайся, ты для него не более чем очередная игрушка, с которой он хочет позабавиться, прежде чем раздавить.

— Откуда тебе об этом известно? Твоя семья ведь не входит в верхушку Изнанки? — слегка удивился я. Хикари фыркнула, наконец-то напомнив прежнюю себя.

— Зато мы состоим в родстве с Императором. Правда, только по линии отца. Линия матери у меня — сверхи. Один из старых родов, но не слишком заметных.

Ого, вот это новости. Выходит, Хикари, как и я — вращается в обоих мирах.

— И что, ты можешь свободно разгуливать по дворцу?

Она рассмеялась.

— Вот еще. У меня пропуск есть.

Видя мое вытянувшееся лицо, Хи-чан злорадно усмехнулась. Но затем все же сжалилась.

— Мой дядя, родной брат отца — советник Императора. Ну и я, как любимая племянница, могу приходить и уходить, когда захочу. Чем и пользуюсь, чтобы разузнать побольше интересного. Предупреждая твой следующий вопрос — да, во дворец Императора вхожи многие сверхи, как приближенные к его особе, так и менее знатные. От них я и узнала о тебе. Глава клана Такаяма.

Я покачал головой. Ну надо же, выходит, Хикари не так проста, как казалось мне изначально. И если на Изнанке толку от нее немного, то в реальном мире польза огромная. Пожалуй, рановато я решил оборвать все ниточки с подругой детства.

— Будто я стремился им стать. Если бы бабуля осталась жива…

Хи-чан смешалась.

— Прости. Мне очень жаль, что ее больше нет.

— Ничего. Я найду тех, кто убил Кианг, и каждый из них заплатит цену. Но для начала мне нужно набрать влияние. И на Изнанке, и здесь.

Хикари пристально поглядела на меня, будто размышляя: уйти или остаться. Затем выдохнула, словно приняла решение.

— С Изнанкой помочь не могу, там у тебя ранг повыше моего. А насчет Императорского дворца — у тебя есть туда пропуск. Все же Такаяма — один из самых древних кланов Японии. В обоих мирах. Думаю, скоро Император сам захочет с тобой познакомиться.

— С чего такая уверенность?

— Я слышала, что твоя бабуля была его любимой собеседницей и соперником в сёги. Вести об её убийстве не обрадовали Его Величество, так что жди приглашения.

Я призадумался. Что ж, если верить Хикари, то у меня есть реальная возможность для развития клана в обоих мирах. Грех этим не воспользоваться.

— Плюс одно, — пробормотал я.

— Что? — не поняли Хи-чан. Пришлось рассказать о письме от Кэтсуо. Выслушав рассказ, Хикари нахмурилась.

— Мда, Рюу, умеешь ты наделать шуму. Как до сих пор жив остался, никак не пойму.

Я самодовольно улыбнулся.

— Это все мое природное обаяние.

Девушка покачала головой, но все же выдавила улыбку.

— Может и так. Но будь осторожен. Если хочешь изменить мир — не спеши, наращивай темп постепенно. Начни со связей.

— Так я и собирался поступить, — кивнул я. — Ну и еще разбить пару десятков наглых морд в школе. Чтоб неповадно было.

Хикари лишь поджала губы и махнула рукой.

— Ладно, мне пора идти, — взглянув на часы, я поднялся. — Если что, мой номер у тебя есть. До встречи!

Она промолчала, только проводила меня долгим взглядом, а затем отвернулась. Я оставил запасные ключи на тумбочке у двери и вышел из квартиры.

Что ж, обида засела глубоко внутри Хикари, и понадобится время, чтобы мы вновь начали общаться, пусть не как раньше, но хотя бы дружелюбно. Возможно, покажется корыстным, что я хочу использовать подругу в качестве ступеньки для создания новых связей, но, как бы там в дальнейшем ни получилось — в обиду ее не дам. К тому же, внутри меня противно грыз червячок сомнения — что-то Хикари не досказала о себе. Есть еще какая-то тайна, непонятно лишь, мелкая или крупная.

Время покажет.

11. Мицуи

На следующий день была суббота, и я решил посетить школу, дабы слегка наверстать упущенное. Дела пока что терпят, а пропускать занятия постоянно чревато неудовольствием учителей, а значит и низкими баллами на экзамене. Все же школа элитная, не абы что.

Стоило мне ступить под своды учебного заведения, как все взгляды устремились на мою скромную персону. Большинство излучали любопытство, кто-то смотрел откровенно враждебно, некоторые — равнодушно. Идя по коридору, я слышал за спиной перешептывания. Что ж, логично, ведь я на глазах у крупной толпы прикончил Ивамото Таро, а потом развернулся и ушел домой. Крайне жуткий и опасный поступок, особенно в понимании обычных людей. Я почти кожей ощущал их страх и окружившую меня ауру изгоя, к которому никто не решится даже приблизиться. И это вполне ожидаемо. Но мне плевать — я в этой школе лишь чтобы ее закончить и обзавестись несколькими важными связями на пути в правящую верхушку. Будут меня любить или нет — дело десятое. Главное, чтоб уважали.

После пары уроков, на которых даже учителя неодобрительно косились и вздыхали, я ощутил раздражение и выбрался на перемене в коридор. Прислонившись к стене, сделал глубокий вдох и покачал головой. Надо же, выдержать всеобщее порицание оказалось не так-то просто.

— Уже довели? — раздался рядом голос Ному. Я повернулся и увидел самого Судзуки-куна. Из-за его спины выглядывала Хикари.

— С самого утра только и делают, что шепчутся да пальцами тыкают, — прошипел я, сам удивившись подобной ярости. Успокойся, Рюу, они того не стоят. Ному улыбнулся.

— Не напрягайся так. Это пройдет. Помню, когда я дрался с одним из старшеклассников пару лет назад и случайно сломал ему челюсть, на меня также косились, но через неделю забыли про тот случай.

— Немного разные ситуации, не находишь? — саркастически заметил я. Судзуки пожал плечами.

— Наверное. Но суть ты понял. Будь спокойнее, пока еще кого-нибудь не травмировал.

Вот же ж…Ному. Будь это кто иной, я за такие слова врезал бы по морде, но этому гаду не могу — мы все же друзья. Так что остается лишь терпеть и выслушивать упреки.

— Постараюсь. Вы чего сюда притащились? У вас же занятия в другом крыле.

Они переглянулись и вперед выступила Хикари.

— Видишь ли, на днях в школе была организована новая банда. Ее глава — Мицуи Утияма.

— А мне-то что? — не понял я. Хи-чан нахмурилась и несильно двинула кулаком под ребра.

— Слушай до конца! Мицуи — достаточно сильный противник даже для вас с Ному-саном. Он амбициозен и хочет подмять под себя всю школу. И еще…Таро был его приятелем.

— Вот оно что. Боишься, что решит мстить мне за смерть своего дружка? — улыбнулся я. Хикари фыркнула.

— Боюсь? Много чести. Всего лишь информирую.

В конце коридора раздались громкий смех и шаги. Я повернул голову в ту сторону и увидел толпу парней моего возраста, примерно человек десять, шагающих в нашу сторону. Кого-то встречал прежде, пересекались на переменах и на межклассных занятиях. Из моего класса там не было никого. Возглавлял их высокий крепкий на вид парень с прической под скинхеда: по бокам волосы были выбриты под ноль, а на макушке, уходя назад, топорщился бобрик. Его пиджак был надет поверх красной футболки, а на ремне висела серебряная цепь.

Остановившись от нас в нескольких шагах, парень окинул моих друзей внимательным взглядом и замер, увидев меня. Губы его изогнулись в довольной улыбке.

— Вот и встретились, Рюу! — обрадованно воскликнул он. — Меня зовут Мицуи, очень рад познакомиться.

— Чего тебе надо, Мицуи? — холодно бросил я, взглянув ему прямо в глаза. В них не было страха, только задорная злость и толика уважения. А этот скин хорош, драка с ним может быть полезной. Вот только эти радость и предвкушение слегка настораживают. Может, у него есть козырь в рукаве?

— Всего лишь хочется выразить свое уважение. Таро был сильным бойцом, но так позорно слился какому-то хиляку, — ухмыляясь, сказал он. — Думаю, он просто был не в форме, да и ты напал исподтишка. Честные сверхи так не поступают.

— Да ну? — я изогнул бровь, насмехаясь над ним. — Может ты себя хочешь приписать к этим самым честным сверхам?

— Чего бы и нет, — приосанился Мицуи. — Меня в этой школе все знают и уважают. Да и боец я сильный. Хочешь проверить?

Он оценивающе поглядел на меня, прищурившись. Понятно, на слабо берет. Что ж, и мы не лыком шиты.

— Встань в очередь сначала, дружище. Моя голова очень ценная, и ее хотят многие главы кланов. Чем ты лучше них?

Он слегка призадумался.

— Наверное, ничем. Но ведь я могу просто потащить тебя за школу и хорошенько навалять, верно? А твои друзья не станут вмешиваться, потому что клану Судзуки не с руки ссориться с моим — наши отцы давние приятели. Ну а эта девчонка вообще никакой роли не играет.

— Попробуй, если сможешь, — предложил я. В его глазах зажглись яростные огоньки, но тут вперед выступил парнишка, что стоял по правую руку от Мицуи. Чуть пониже его, коренастый, напоминающий орка, с таким же туповатым лицом, сейчас искаженным злостью.

— Чего мы с ним болтаем, босс? Раздавить ублюдка и все!

Толпа позади радостно зашумела.

— Не твое дело, Нобуо, — огрызнулся Утияма. Орк набычился.

— Он Таро прикончил, босс! А ну как и за нас возьмется? Надо задавить, пока есть возможность.

Мицуи бросил на меня пристальный взгляд, а затем хитро усмехнулся.

— Что ж, почему бы тебе тогда самому с ним не сразиться?

Нобуо застыл. Затем на лице его отразилось выражение радости.

— Правда? Отлично! Эй ты, идем за школу, я покажу тебе, насколько мощные техники есть в додзё Стального Лба!

Меня порядком утомили разговоры с этими не особо умными людьми, потому я махнул рукой и зашагал прямо по коридору. Толпа двинулась за мной, и краем глаза я увидел шагающих следом Хикари с Ному. Тем лучше, удастся поговорить с Судзуки-куном, нужно кое-что спросить.

Остановился я на спортплощадке и, бросив взгляд на часы, понял, что урок начнется через пять минут. Придется поспешить.

Нобуо вышел напротив меня, а его товарищи встали кругом, создав нечто вроде стены, не позволяющей кому-нибудь из бойцов покинуть «ринг».

— Готовься собирать зубы, Такаяма! — выпалил Нобуо, размахивая кулаками. Я лишь слегка расслабил тело, настраиваясь на бой.

— Смотри, как бы сам потом не пожалел о своих словах, — предупредил орка. Тот зарычал и ринулся вперед, широко расставив руки. Надеется взять в захват? Щас! С его скоростью только за черепахами гоняться.

Уклоняюсь от мощных лап Нобуо, ставлю подножку, и здоровяк с грохотом падает на землю, взметнув в воздух столб пыли. Его приятели подвисли, а затем громко заржали, радуясь удачной шутке.

Нобуо вскочил на ноги, громко сопя и с ненавистью глядя на меня. Показалось даже, будто глаза орка налились кровью, а сам он стал еще больше. И снова ринулся вперед, только чуть сильнее пригнувшись. Я вздохнул и не стал уходить от удара. Если так хочет — пусть попробует мое тело на прочность.

Ручищи Нобуо с цепкостью стального троса обхватили меня и принялись сдавливать. Показалось, будто многотонный пресс навалился тяжестью на мое хрупкое тело, но, спустя пару мгновений ощущение прошло, а на лице орка возникло выражение крайнего изумления.

— Не ожидал? — поддел его я. — Гляди.

Высвободив руку из захвата, я схватил Нобуо за плечо и сжал пальцы. Затрещали, ломаясь кости, закричал от боли орк. Его вторая рука отпустила меня, и я ударил ногой с разворота, отправляя Нобуо в полет к стене дома. Там он и затих.

Отряхнувшись, я подошел к Мицуи и, глядя прямо в глаза вожаку, негромко сказал:

— Будешь должен.

Он понятливо кивнул, а затем сделал знак своим людям, чтобы те помогли раненному товарищу. Я же направился к своим друзьям.

— Не перестарался? — спросил Судзуки, а Хикари подарила мне упрекающий взгляд.

— Не думаю. В этом парне дури больше, чем в десятке обычных сверхов. Восстановится за неделю.

— А что ты сказал Мицуи? — полюбопытствовала Хи-чан, когда мы уже шли по улице домой. Ному зарулил направо, сославшись на обещание помочь отцу, и мы с Хикари оказались вдвоем, как в старые добрые.

— За ним должок, — сказал я. Подруга наморщила лоб, пытаясь сообразить.

— В смысле?

— В смысле — Нобуо угрожал власти Утиямы в банде, ты сама видела, сколько в нем гонору. Вот Мицуи и решил осадить товарища моими руками, — пояснил я. Хи-чан рассмеялась.

— И как это ты его не прикончил за такую наглость?

— Мицуи мне полезен. Пока он не зарывается, я не стану его ломать. Пусть думает, что он контролирует ситуацию.

— Ты стал опасным человеком, Рюу, — заметила Хикари, перестав улыбаться. — Скоро с тобой сложно будет поговорить просто так, по душам.

— Это почему же? — заинтересовался я.

— С недавних пор ты везде ищешь выгоду для себя. На каждого встречного ты смотришь не как на человека, а как на инструмент для каких-то своих целей. Ты стал более жестоким и хладнокровным. Даже сейчас, сражаясь с Нобуо, ты оставался спокоен, и покалечил его, хотя он и так осознал разницу в силе, и готов был подчиниться.

— Я не люблю оставлять недобитых врагов за спиной, только и всего.

— Просто будь осторожен. Не убивай в себе человека, в погоне за мечтой, — произнесла Хикари, опустив взгляд. Я ощутил, как внутри меня что-то дрогнуло. Протянув руку, погладил девушку по плечу.

— Постараюсь.

Проводив Хи-чан до дома, я направился в резиденцию. В принципе, можно было вызвать водителя, но хотелось пройтись пешком, особенно после такого занимательного разговора. Я стал жестоким? Ха. Думаю, по сравнению с Като или Судзуки меня можно считать овечкой безобидной. Хикари просто мало сталкивается с Изнанкой напрямую, поэтому не знает, насколько кровавыми могут быть схватки сверхов. Тот же Ному наверняка поступил бы также.

Проклятье, зачем я оправдываюсь? Мой поступок был верным, ведь только силой можно заставить других бояться и подчиняться. В мире Кане-но-Секаи все устроено на принципе пирамиды власти: слабые находятся снизу, становясь опорой для сильных, что устроились на вершине. Почти первобытное общество, структура, зарекомендовавшая себя тысячелетия назад. Но червячок сомнений внутри твердит, что раньше, будучи обычным человеком, я бы не захотел видеть над собой надменного сверха, который может прикончить тебя одним ударом и ему за это ничего не будет. Есть, о чем подумать.

Только пересекая порог дома, я вспомнил, что так и не договорился о встрече с отцом Судзуки. Что ж, придется навестить его в резиденции клана. Мне нужна информация о клане Юань. Если это они убили бабулю, то, нарастив мощь, я заставлю их испытать настоящий ужас.

В обеденном зале уже устроились Мики и Изуми, ожидая моего возвращения и с тоской глядя на стынущие блюда. Ох уж этот этикет — без главы клана не могут начать обед.

— Всем привет, — поздоровался я, усаживаясь во главе. — Что нового?

— Обсуждали финансовые вопросы, — откликнулась Мики. — Изуми предложил много интересных идей, которые нам вполне по карману, а в перспективе принесут приличный доход.

— Тогда действуйте, как считаете нужным. Но без фанатизма. Если вдруг почувствуете, что не тянем — сворачивайтесь, — приказал я. Они кивнули. Некоторое время все молча поедали вкуснятину от наших поваров, а затем, когда с обедом было покончено, я рассказал о банде Мицуи.

— Клан Утияма владеет солидной долей промышленных предприятий Японии, — заметил Изуми. — Его глава — Сэтору — крайне ушлый тип, у которого есть связи со всеми кланами Изнанки, кроме самых слабых.

— Какие предприятия у них во владении? — спросил я.

— Переработка сырья, электроника и…кораблестроение, — выдал Изуми.

— Кто еще, кроме Утияма, занимается кораблями?

— Да, кажется, никто, — почесав в затылке, сказал Косой. Я хмыкнул. Что ж, Сэтору неплохо устроился, подмяв под себя важный бизнес и при этом умудряясь дружить со всеми. Надо бы с ним познакомиться.

Последнюю мысль я высказал вслух.

— Разумно. Нам выгоднее сотрудничать с Утияма, нежели воевать, — согласилась тетушка. Изуми лишь кивнул.

— К тому же, в будущем клану потребуются корабли, и тогда Сэтору придется как нельзя кстати, — улыбнулся я. Помощники переглянулись.

— Корабли? Зачем?

— Ну, знаете ли, запас карман не тянет. К тому же, постоянные столкновения в Южнокитайском море становятся все чаще. Вдруг да выпадет шанс захватить пару квадратов территории?

— Логично, — вздохнул Изуми. — В любом случае, нужно наладить контакт. Это я могу взять на себя — мне приходилось раньше сотрудничать с Сэтору. Постараюсь переговорить с ним и заручиться поддержкой в реализации наших бизнес-проектов. Ну а там, глядишь, перейдем на что-нибудь покрупнее.

— Переходить придется сейчас, — сказал я. Оба внимательно посмотрели на меня, ожидая продолжения. — Людям Изуми нужна база, да и новых членов клана нужно будет куда-то селить.

— У нас есть пара местечек в Южном городе, — заметил Косой.

— Этого мало. Южный город и так почти твой, нужно захватить его полностью, и отстроить крупную базу, поселение-крепость, где будут жить твои люди, а, в перспективе и те, что придут к нам позже.

— Уверен, что найдутся желающие примкнуть к Такаяма? — прищурившись, спросила Мики. Я кивнул.

— Более чем. После нашей дуэли с Ивамото, слабаки разделятся на два лагеря: одни поддержат наших врагов, а другие придут к нам. Естественно, абы кого принимать не станем, нужно будет ввести детальную проверку. Этим займетесь сами, либо подберете себе помощников. Давно пора.

— В какой срок ты планируешь построить базу? — задал вопрос Изуми, что-то записывая в блокнот.

— От силы пара месяцев. У нас очень мало времени, после смерти Иуо маховик закрутится с бешеной скоростью, и начнется крупная война в Кане-но-Секаи. Поэтому нам нужно закрепиться до того момента.

— Меньше недели осталось, — негромко произнесла Мики. Я вздохнул.

— Да. Но после дуэли будет еще неделя на то, чтобы выявить стороны. А вот затем начнется то самое веселье.

— Постараемся уложиться в срок, — подытожил Изуми. — Но чудес не жди, за пару дней базу не отстроить.

— Я понимаю. Просто хочу, чтобы у нас было место для отступления, в случае чего, — пояснил я. Они оба поняли, заметил по взглядам. Но средств у нас катастрофически не хватало. Придется потрудиться.

Подошел слуга, с поклоном передал небольшой конверт. На нем не было никакой подписи, но, стоило мне достать послание, как мои губы растянулись в улыбке.

— Ну, наконец-то!

— Что там? — даже привстала Мики. Я протянул ей листок, на котором аккуратным почерком было выведено приглашение на личную встречу с Императором Фудзимото Нэтсуми.

— Надо же, — пробормотала тетушка. — Не ожидала, что так скоро она захочет тебя увидеть.

— Она? — не понял я.

— Император, — пояснила Мики с усмешкой.

— То есть это женщина? Почему тогда не Императрица?

— Долгая история, — ответил вместо тетушки Изуми. — Если вкратце, то у покойного Императора было двое детей: сын Акира и дочь Нэтсуми. Акиру воспитывали как будущего правителя, с самого детства он постигал науку управления и занимался с различными учителями. Мальчик был смышленый и к десяти годам знал больше, чем многие выпускники старших школ. Отец крайне гордился Акирой, а сестра души в нем не чаяла, даром, что старший брат уделял ей мало времени. Но вот, когда наследнику исполнилось пятнадцать, случилось ужасное: Акира занимался вольтижировкой, но упал с коня и сломал шею. Он не был сверхом, и потому такое падение стало для императорского сына смертельным. Отец сильно горевал, и, спустя пару лет скончался от болезни. А Нэтсуми взошла на престол в возрасте шестнадцати лет. В память о любимом брате, она повелела короновать себя как Императора, потому и носит такой титул.

— Забавно, — протянул я. — И что, никто не удивился такому пожеланию Императрицы?

— Разное говорили. Но после привыкли, и перестали обращать внимание. Главное ведь, что Нэтсуми правит мудро и справедливо, проявляя искреннюю заботу о подданных, — с мягкой улыбкой сказал Изуми. Я рассмеялся.

— Самому-то верится в этот патриотический бред?

— Это не бред, — заметила Мики, усаживаясь на место. — Когда ты встретишься с ней, поймешь сам. Нэтсуми…похожа на цветок. Да, она Император, но при этом умудрилась сохранить искренность и добродушие, несвойственные правителю. Ты никогда не интересовался политикой, потому и не знаешь об этом.

Я услышал упрек в ее голосе, и фыркнул, смутившись собственной невежественности. Действительно, меня никогда не интересовало, кто там стоит во главе государства, и что о нем думают люди. Оказалось — зря.

— Что ж, завтра мне посчастливится лицезреть добродетели вашей любимой Нэтсуми воочию, — с сарказмом сказал я. Мики хмыкнула.

— Будь осторожен. Вокруг нее постоянно вертится много телохранителей, и, стоит тебе сделать лишнее движение, как ты окажешься нашпигован пулями.

— Если такое случится, будь уверена, я выживу, — отмахнулся я. Глаза моих помощников изумленно округлились.

— Ты шутишь? — воскликнул Изуми. — Это твоя способность?

— Ой, что-то я устал за сегодняшний день, — демонстративно зевнул я. — Пойду-ка отдыхать.

— Вот же гаденыш! — пробурчала тетушка мне в спину. Хихикнув, я отправился в свою комнату, где упал на кровать и принялся обдумывать ситуацию. В целом, этот день принес много полезного: знакомство с Мицуи, которого можно использовать в дальнейшем; решение о строительстве базы для изгоев и других союзников клана, ну и письмо от Императрицы. Интересно, эта Нэтсуми действительно так хороша, как считают все вокруг?

Я улыбнулся. Будет забавно, если получится ее охмурить и заручиться поддержкой правящей династии. Тогда мне не составит труда подмять под себя реальный мир, ну а Изнанка как минимум будет считаться с моими решениями. Но это лишь грезы, в действительности же все не может быть так просто. Идеальных людей не бывает, а значит, у Нэтсуми за душой есть свой секретик. И я не я буду, если не разнюхаю, в чем там дело.

12. Император, которого мы заслужили

Дворец мне понравился. Огромное здание, отделанное золотом, с неким закосом под старину казалось величественным и монументальным — учитывая, что вокруг был цветущий сад. Широкая мощеная дорожка вела к длинной лестнице, что заканчивалась как раз перед большими двустворчатыми дверьми. По обеим сторонам от них расположились стражи в классическом самурайском прикиде и с МАХами через плечо.

Малый автомат Хикодзи — оружие относительно новое, разработано ведущим инженером Такеши Хикодзи порядка пяти лет назад. Калибр средний, корпус небольшой, но удобно лежит в руке и при случае можно почти мгновенно выхватить и произвести выстрел. Стреляет МАХ импульсными зарядами наподобие тех, что в ИМАСах используются, но мощностями повыше. Впервые за долгое время японские мастера сумели показать класс и сделали действительно качественный продукт, да так, что даже русские занервничали. Слышал, те опять начали разработку сверхсекретной партии (хотя куда уж больше — и так самая военизированная держава мира). В любом случае — обходятся МАХи дешево, а эффективность на высоте, потому и взяты на вооружение гвардией Императора. Ну и знатные рода также вовсю юзают подобные пушки, дабы показать патриотизм и приверженность идеалам правителя. На самом деле МАХи и впрямь хороши, но это дело десятое.

Стоило мне показать письмо, как стражи молча кивнули и отступили, позволяя войти. Двери на удивление мягко распахнулись, и я оказался в огромном светлом холле, стены которого были отделаны в ярко-золотом стиле, а пол в бледно-красном. Впереди возвышалась лестница наверх, ступени покрыты ковром, все по высшему разряду.

— Вы Такаяма Рюу? — раздался рядом вежливый голос. Я повернулся и увидел невысокую хрупкую девушку в строгом костюме и с небольшими очками на носу. Она оказалась вполне ничего, довольно миленькой, и я улыбнулся.

— Это я.

Мы обменялись поклонами.

— Меня зовут Каори, я отведу вас к Ее Величеству.

— Благодарю.

По длинной лестнице мы поднялись наверх, минуя несколько этажей. У меня уже начали ныть ноги, когда, наконец, лестница закончилась и мы оказались на последнем этаже дворца. Здесь было всего несколько дверей, и в одну из них Каори постучала.

— Войдите! — нежный, словно звон колокольчиков голос раздался с той стороны. Я улыбнулся и, распахнув дверь, шагнул в помещение.

Это оказался рабочий кабинет, очень большой, к слову. Правая сторона была вдоль стены заставлена шкафами с книгами, папками и прочей макулатурой, а левая отведена под приемную, где стоял крупный стол, также захламленный, несколько кресел и сама хозяйка этого богатства — девушка восемнадцати лет. Стройная, но с крепкой фигуркой, это я ощутил, даже не подходя ближе, по одной лишь ауре. Длинные светло-русые волосы до пояса сплетены в множество мелких косичек. Тонкие черты лица, чуть пухловатые губы и ярко-зеленые глаза.

Должен признать, Императрица и впрямь красива. И очень молода, лишь на пару лет старше меня.

— Можешь идти, Каори, — сказала она сопровождающей. Та поклонилась и вышла, закрыв за собой дверь. — Присаживайтесь, Такаяма-сан.

— Право, не ожидал, что вы будете так красивы, Ваше Величество, — брякнул я, усаживаясь в кресло. Нэтсуми улыбнулась.

— Ожидали увидеть зрелую уставшую женщину с тоннами макияжа и вселенской мудростью в глазах?

— Вроде того, — не стал отрицать я. Император сходу внушала доверие и располагала к себе. Она не пыталась давить морально, наоборот — была открыта, спокойна и приветлива. Но держала небольшую дистанцию, как меж равными по статусу людьми.

Какое-то время мы молчали, разглядывая друг друга. Я счел улыбку Нэтсуми очень миленькой, к тому же девушка подалась вперед так эротично, что выставила напоказ прелести, показавшиеся в вырезе платья. Мой взгляд совершенно случайно туда соскользнул, что вызвало короткий смешок у Императрицы.

— Мне стало интересно, что из себя представляет юноша, поднявший на уши всю Изнанку, — заговорила она. — Никто еще за столь короткий срок не добивался такой вопиющей популярности, Такаяма-сан. В чем же ваш секрет?

— Я просто остаюсь собой в любой ситуации, — пожал плечами я. Нэтсуми фыркнула.

— Будь вы обычным сверхом, ни Като, ни Судзуки не положили бы на вас глаз. В вас что-то есть, какая-то тайна…или просто харизма?

— Может, и то и другое?

— Возможно, — не стала отрицать Император. — Да и ваша сила в столь юном возрасте уже поражает. Согласиться на дуэль с Ивамото Иуо, который в юности слыл лучшим бойцом поколения! Смелый поступок. Неужто надеетесь победить?

— Не съем, так понадкусываю, — отшутился я, заставив Нэтсуми снова рассмеяться.

— Хорошо, у вас есть чувство юмора. У вашей бабушки оно тоже было.

Императрица вдруг резко погрустнела, под глазами залегли тени.

— Мне жаль, что так случилось. Столько всего я не успела ей сказать.

— Как и я, — отозвался, стуча кончиками пальцев по колену. — Но она умерла не своей смертью. Да и как кто-то вроде Кианг мог умереть в самом расцвете сил!

— Считаете, что ее могли убить? — Нэтсуми вопросительно изогнула бровь. Я кивнул.

— Отравили, если точнее. Вечером, перед убийством, у бабули был посетитель. Не знаю, кто, но очень хотел бы это выяснить. Понятно, что убийца не он, слишком явно было бы, но может дать подсказку.

— Я отдам распоряжения своей тайной страже, — кивнула Императрица. — Есть еще зацепки?

— Пока нет. Но я обязательно раздобуду хоть что-нибудь. И кто бы ни был тот подонок…он будет подыхать медленно.

Мягкий взгляд зеленых глаз отрезвил и погасил ярость в груди. Я сделал пару глубоких вдохов.

— Спасибо.

— Ничего, на вашем месте я бы тоже желала отомстить. Кианг была удивительной женщиной, и многому меня научила.

— Жаль, что я знал о ней слишком мало, — прошептал я. Нэтсуми услышала.

— Можем поделиться своими знаниями, — с улыбкой предложила она. — Я расскажу, что известно мне, а вы — о своих наблюдениях.

С минуту я молча глядел ей в глаза, пытаясь увидеть, что кроется за маской, а потом кивнул.

Мы обсуждали бабулю очень долго, приходила пару раз Каори, приносила обед, затем забрала посуду. Мы все рассказывали о том, что помнили. Оказалось, Кианг была кем-то вроде наставницы для Нэтсуми, давая важные политические и житейские советы и обучая девушку тем вещам, которые должна знать юная леди. Императрица же делилась с бабулей своими переживаниями и мыслями, поверяя ей абсолютно все, как личному психологу. Они действительно стали лучшими подругами и поддерживали друг дружку.

Как же я был глуп, полагая, что хорошо знаю Кианг — мы почти не были знакомы. Я видел лишь то, что бабуля хотела мне показать, и ничего более. У нее хранилось слишком много секретов, которые канули в бездну. Будь она здесь — точно знала бы, как поступить и каким образом всех надуть, но остаться при своем. Но ее нет, а значит, нужно действовать согласно своим правилам.

— Может, чаю? — предложила Нэтсуми.

— Не откажусь, — с улыбкой согласился я. Мы перешли на «ты», справедливо полагая, что нас связывает очень многое, чтобы сохранять такое расстояние. Однако что-то в Императрице не давало мне покоя. Был какой-то…изъян, нечто неправильное. Оно проглядывало в ней лишь когда наши взгляды пересекались. Но что?

Нэтсуми вызвала Каори и приказала принести нам чай, а затем взглянула на меня. И тут я понял.

— Вот оно как, — вырвалось из груди вместе со вздохом. — Всего лишь маска.

Улыбка замерла у нее на губах, лицо исказилось, ярко-зеленые глаза подернулись льдом. А в следующее мгновение Нэтсуми через весь стол прыгнула на меня, целясь ручкой в глаз. Я легко увернулся, и ручка пронзила спинку кресла, где я сидел. Императрица резко развернулась и бросилась в бой, но мне хватило пары движений, чтобы перехватить ее руку, нажать на болевую точку и пнуть упавший канцелярский инструмент куда подальше. Обхватив Нэтсуми за плечи, я зашептал ей на ухо:

— Что же ты из себя кавай-чан строишь, а, Фудзимото-сан? Вся из себя такая правильная, чистая и непорочная, а на деле — расчетливая стерва, которая дергает за ниточки всех и вся? Не стыдно так людей дурить? Рано или поздно ведь вскроется обман, и тебя убьют, просто за разбитые иллюзии.

— Никто не узнает! — прошипела Императрица сквозь зубы, оставив попытки вырваться и слегка обмякнув. Я хихикнул.

— Ну почему же? В моих силах выйти отсюда невредимым и рассказать всем и каждому.

— Ты этого не сделаешь! — рявкнула она. Я наигранно удивился.

— Да ладно? А кто мне помешает?

— Я прикажу страже прикончить тебя, как только выйдешь за пределы дворца.

Я рассмеялся.

— Слишком по-детски, Нэтсуми-чан. Мне не составит труда прикончить их и отправиться домой. Но я не стану этого делать.

Я замолчал, позволяя ей прочувствовать.

— Почему? — не выдержала спустя пару минут. Я отпустил ее и сел в кресло.

— Потому что это интересно. Ты такая миленькая за этой маской, что нет нужды разрушать ложные представления окружающих. К тому же, ты можешь быть мне полезна.

Теперь смеялась она.

— Шантаж? Мальчик, слишком банально!

— Какой шантаж, Ваше Величество, — возмутился я. — Всего лишь взаимовыгодное сотрудничество. Ты поможешь мне, а я сохраню твой секретик в тайне. Ни-ко-му не расскажу.

Я приложил палец к губам для верности. Нэтсуми с минуту ошарашенно смотрела на меня, а затем фыркнула и вернулась в свое кресло.

— Без мыла в любую задницу влезешь, Рюу, — был ее вердикт. Я самодовольно усмехнулся. — Рано радуешься! Думаешь, раз я Император, то всесильна? Нет, дружок. Моя власть распространяется лишь на обычные кланы — Изнанка не в моей компетенции. Да, я могу им пальчиком погрозить, но не более.

— А больше и не надо, — встрял я. — Для начала мне нужно обосноваться здесь, возобновить связи клана Такаяма с другими кланами, найти точки соприкосновения, а уже после, вероятно, строить лестницу на Изнанке.

Хотя, учитывая прошлые события, все вряд ли пойдет как задумано. Мне везло, фантастически везло, но когда-нибудь это закончится. И плата будет непомерной.

— С этим я могу помочь. Скоро праздник, будет большой бал. И я могла бы представить тебя высшему свету как нового главу клана Такаяма, если…

— Если что?

Нэтсуми вдруг ехидно улыбнулась, а затем — раз — и оказалась у меня на коленках. Как она это провернула — для меня так и осталось загадкой.

Поцелуй Императрицы был очень освежающим, главным образом потому, что я чуть не покрылся изморозью, представляя, что будет, если новости о таком разлетятся. Хотел было высвободиться, но хватка Нэтсуми оказалась не хуже бульдожьей. Наконец, оторвавшись от меня, девушка прошептала:

— Ты понял…какова плата?

Я протяжно вздохнул, а затем, подхватив ее на руки, опустил на стол.

Это был очень яростный и недолгий секс. Императрица наседала еще, но я еле отмазался тем, что меня очень ждут на приеме у Тиба, и, извинившись перед появившейся Каори за то, что не попробовал чай, убежал.

Лишь покинув дворец, я остановился и утер пот со лба. Боги, как же это было странно! Император оказалась совершенно не такой, как мне ее хвалили. Стерва, сущая стерва. При этом ненасытная в постели и очень умная! Чувствую, наш союз еще выльется мне в кучу проблем, но он есть — и это главное. Мой билетик в высший свет японского общества теперь в кармане. А значит — время налаживать мосты с Изнанкой.

Оказавшись в поместье, я наскоро переоделся в свежую одежду, выпил воды и, позвонив водителю, отправился к Тиба.

Выяснилось, что Кэтсуо живет вполне себе неподалеку — через две улицы. Особняк Тиба был двухэтажным, но довольно большим в ширину, плюс пышный цветущий сад и аккуратные дорожки. Припарковав машину, мой водитель — Сакурай — приготовился ждать.

Гравиевая дорожка привела меня к широко распахнутым дверям особняка, у которых гостей встречал сам Кэтсуо с супругой. Я остановился напротив, учтиво поклонился. Тиба отвесил более легкий поклон, как старший младшему.

— Рады видеть вас сегодня, Такаяма-кун! — улыбаясь, произнес он. Кэтсуо оказался широкоплечим мужчиной лет тридцати, с узкими чертами лица, длинными каштановыми волосами, стянутыми в хвост на затылке. Его серые глаза, казалось бы, добродушно глядели на меня, но я ощущал холод, пробежавший по спине. Крайне сильный противник!

— Благодарю вас за любезное приглашение, Тиба-сан, — с такой же улыбкой отозвался я. Жена Кэтсуо миленько улыбнулась в ответ, и вызвалась показать мне дом.

Надо признать, супругу Тиба выбрал очень красивую: молоденькая, не больше двадцати, фигурка стройная, личико не смазливое, но по-детски выразительное и, как апофеоз — большущие ярко-голубые глаза. Длинные черные волосы были собраны в аккуратную прическу, а сама девушка одета в темно-синюю юкату.

Мы прошли просторный холл, и оказались в большом общем зале, где столы были заставлены едой, а повсюду расхаживали гости, общаясь друг с другом, либо заводя новые знакомства.

— Располагайтесь, Такаяма-сан, — снова улыбнулась хозяйка дома и упорхнула, одарив меня напоследок долгим взглядом. Я поежился. С некоторых пор томные женские взгляды начали пугать. Да и девчонка, пусть и симпатичная, все же уступает Нэтсуми. Намного причем.

— А она ничего, верно? — раздался рядом знакомый голос. Я повернулся и увидел Судзуки-сана, с улыбкой смотревшего на меня.

— Судзуки-сан, рад вас видеть, — поклонился я. Отец Ному слегка склонился в ответ, все также улыбаясь.

— Взаимно, Рюу. Давненько мы не встречались уже. Столько всего произошло…

— Не говорите, — рассмеялся я. — Главным образом по моей вине.

Глаза Судзуки слегка погрустнели.

— Не стоит себя корить за убийство негодяя. Поверь, этот мальчик заслуживал подобной участи, да простят меня боги. Другое дело в том, сможешь ли ты одолеть его отца?

— Смогу.

— Смелый ответ, — кивнул Кайто. — Однако Иуо очень силен. В молодости даже мне приходилось туго в боях с ним, а сейчас он явно поднабрался опыта. Будь осторожен.

— Постараюсь, — благодарно поклонился я. Судзуки хмыкнул. Мы отошли к колонне и встали возле нее, чтобы видеть весь зал.

— Слышал, ты сегодня навещал нашу милейшую Императрицу? — в его голосе сквозила насмешка.

— Так и есть, — не стал отрицать я.

— И каковы впечатления?

— Фудзимото-сан крайне…интересная женщина. И очень добрая. Рассказала мне много разного про Кианг.

Судзуки кивнул, продолжая насмешливо улыбаться. Я напрягся. Стоп, неужели он тоже знает о маске Нэтсуми? Или просто догадывается?

— У нее доброе сердце. И распутный нрав, но это только между нами, — негромко заметил Кайто.

— То есть, Нэтсуми-сан… — поняв, о чем говорит Судзуки, начал было я. Он рассмеялся.

— Спит со всеми подряд. Об этом известно немногим, но, так как она заинтересовалась тобой, то я считаю своим долгом предупредить. Будь осторожен с этой девочкой, Рюу. Она не та, с кем можно заигрывать.

— Само собой, Судзуки-сан, я прекрасно это понимаю. К тому же…у меня есть к вам одна просьба.

Кайто внимательно посмотрел на меня.

— Это касается смерти Кианг. Мы не стали рассказывать об этом всем, но ее отравили.

Судзуки отчетливо заскрипел зубами.

— Продолжай, — справившись с гневом, попросил он.

— Вечером, перед убийством, у бабули был гость. Мики не знает кто он и как выглядит, потому что Кианг выпроводила ее, оставшись с неизвестным наедине. Они вместе распивали бутылочку, а затем гость ушел. Что было дальше вы знаете.

Судзуки тяжело вздохнул и отвел взгляд.

— Тем гостем был я. Подожди злиться, лучше выслушай до конца. Кианг позвонила мне тем вечером, просила приехать. Я захватил с собой хорошего вина и отправился к ней. Мы и впрямь выпили, говорили о тебе. Кианг переживала, справишься ли ты с навалившейся ответственностью и сможешь ли остаться собой. Я ушел через пару часов, и, клянусь богами, она была еще жива. И в отличном настроении.

Я молчал, обдумывая услышанное.

— Выходит, после вас у нее был кто-то еще?

— Не знаю, Рюу. Я сразу же отправился домой, мне нужно было закончить кое-какие дела, разобраться с документами. Раз уж Кианг была дома одна, может быть, кто-то и впрямь навестил ее. Но, могу тебя заверить, это был кто-то, кого она очень хорошо знала.

— Потому что другого бы не впустила? — предположил я.

— Нет. Потому что твоя бабушка отлично владела боевыми искусствами. И ее нельзя было застать врасплох. Только близким людям она могла довериться.

— Тогда возникает резонный вопрос: кто? В городе из близких людей лишь мы с Мики. Может, кто-то из глав других кланов?

— Вряд ли. Ближе всех она общалась лишь со мной и Кэтсуо. Но Тиба не стал бы марать руки сам. К тому же, Кианг была ему дорога, как друг. Они очень давно знакомы.

— Снова никаких зацепок, — помрачнел я. Судзуки положил руку мне на плечо и легонько сжал.

— Не переживай. Вместе мы найдем убийцу и заставим его заплатить. Я не оставлю это дело просто так. Ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью, Рюу.

— Спасибо вам, — я поклонился, слегка тронутый словами Кайто. Выходит, он и впрямь ценил дружбу с бабулей, раз готов помочь без раздумий.

В зале показались Кэтсуо с женой. Похоже, все гости собрались, и теперь можно было начинать торжество.

Тиба вышел на середину зала и, призвав всех к молчанию, начал:

— Я рад, друзья мои, что вы все сегодня собрались здесь. Ежегодно мы празднуем день основания клана Тиба, и этот не стал исключением. Четыреста лет! Четыреста лет клан Тиба стоял на страже интересов Японии, четыреста лет наши предки ставили долг и честь превыше собственных интересов. И сегодня мы продолжаем их дело. Мы вновь собрались в этом зале, и, хочется надеяться, не в последний раз. Однако кое-кто здесь впервые. Друзья, хочу представить вам сильнейшего бойца молодого поколения и главу клана Такаяма — Такаяма Рюу!

Кэтсуо нашел меня взглядом и поманил к себе. Гости начали перешептываться и переглядываться, я ощущал на себе множество самых разных взглядов: от любопытства до открытой вражды.

Остановившись рядом с Тиба, я нацепил на лицо маску дружелюбия, мягко улыбаясь окружающим.

— Этот юноша силой доказал, что с ним стоит считаться. Все вы прекрасно знаете, что клан Такаяма уже много лет переживает трудные времена, ведь законного главы нет. Но теперь он появился, и я верю, что твердая рука Рюу-куна направит клан к процветанию! Давайте выпьем за нового главу Такаяма.

Кэтсуо протянул мне кубок. Я сделал небольшой глоток и вежливо улыбнулся. В глазах Тиба мелькнуло раздражение, но на лице у него по-прежнему сияла улыбка.

— Однако, меня с некоторых пор одолевает один вопрос: так ли хорош Рюу-кун на самом деле? Без ложной скромности могу сказать, что я сильнейший сверх Изнанки, и мне безумно интересно узнать, кто из нас сильнее! Как думаешь, Такаяма-кун?

— Безусловно вы, Тиба-сан, — поклонился я. Кэтсуо фыркнул.

— Разве это ответ настоящего мужчины и бойца? Ты должен был сказать: не узнаешь, пока не попробуешь, не так ли?

Гости одобрительно загомонили, соглашаясь со словами Кэтсуо, а я, наконец, понял, к чему ведет этот ублюдок. Хочешь показать представление? Хорошо, я позволю тебе это сделать.

— Верно, так и есть, — согласился я. Взгляд Тиба наполнился торжеством.

— Тогда как насчет небольшого спарринга? Просто размяться перед ужином, показать гостям настоящий бой? — предложил он и уставился в ожидании ответа. Я усмехнулся.

— Почему бы и нет.

— Вот это я понимаю — боевой дух! — захохотал Кэтсуо и приказал расчистить центр зала. Слуги забегали, отодвигая столы, а жена Тиба отошла, напоследок бросив на меня встревоженный взгляд, который не укрылся от ее мужа.

Он сбросил с себя хаори, обнажив мощный торс. Я ограничился тем, что снял пиджак и положил на пол чуть в сторонке, оставшись в белой рубашке и черных брюках.

— Начнем? — подмигнул мне Кэтсуо, а в следующий миг его силуэт превратился в инверсионный след, исчезнув из моего поля зрения. Справа дохнуло опасностью, и я отпрыгнул в сторону. Там, где я только что стоял, пол оказался раздроблен ударом ноги.

— Неплохая реакция, — на секунду появившись рядом, похвалил Тиба, и снова исчез. Он нападал с разных сторон, вроде бы не спеша, проверяя мои инстинкты и движения, а затем скорость атак возросла. Стало труднее уклоняться от выпадов Кэтсуо, и пару раз мне здорово досталось. Правое плечо превратилось в сплошной синяк, а губа оказалась разбита. Привкус крови во рту пробудил злость, и я тоже перешел в атаку. Подстроиться под скорость Кэтсуо вышло не сразу, но вышло. Кружа напротив друг друга, мы принялись прощупывать защиту, постепенно наращивая темп. Вот мне удалось пару раз зацепить Тиба, но этим вызвал лишь довольную усмешку. Кэтсуо явно что-то задумал.

И впрямь, несколько минут спустя ему надоели эти танцы, и Тиба еще больше ускорился, одновременно усилив атаки. Теперь удары грозили не просто ушибами и синяками, но и серьезными переломами.

Атаковать в ответ стало труднее, и вскоре я почти целиком ушел в защиту. Способность отказывалась работать, и я отлично понимал, что такого противника мне не победить. Не сейчас. Однако это не огорчало, скорее — наоборот. Во мне пробудился азарт охотника. Я перестал заботиться о сохранности своего тела и атаковал всерьез. Пол уже превратился в осколки, улыбка на лице Кэтсуо пропала, а в его глазах разгоралось пламя, отличительная черта бойца. Он встретил достойного противника в моем лице.

Ударить руками, отступить, одновременно проводя финт и попытку достать Тиба хай-киком. Не вышло, но зато сумел зацепить его руку, выбив пару пальцев. Кэтсуо даже не морщится, но я чувствую, что такой удар ему неприятен. То ли еще будет!

Увеличиваю силу атак, теперь отступает Тиба. Наш бой напоминает тренировку с макиварой — защита и нападение сплетаются в странном ритме, мы пытаемся нащупать бреши в обороне противника, но безуспешно.

Только тут я начал сдавать. Выносливость дала о себе знать и скорость восприятия постепенно ослабла. Кэтсуо вмиг это понял, ускорился еще больше, надавил…

Мощный удар в грудь отбросил меня назад, впечатав в ближайшую колонну. Готов поклясться, что поместье слегка дрогнуло.

Откашлявшись и сплюнув кровь, я поднял голову и увидел в двух шагах довольного Тиба.

— Прекрасный бой, Рюу-кун! Не зря тебя называют сильнейшим среди молодежи, — он подал мне руку и помог подняться. — Вы все свидетели, друзья мои — этот юноша действительно заслуживает уважения! И, вопреки тому, что вам наплели, он не из тех, кто исподтишка станет калечить невинных. Подумайте об этом.

После Кэтсуо приказал слугам прибраться в зале и, извинившись перед гостями, повел всех в сад, освежиться после напряженного зрелища и обсудить увиденное. Проходя мимо меня, он шепнул:

— В моем кабинете, через десять минут.

И быстрым шагом направился дальше. Я поднял с пола свой пиджак и улыбнулся. Что ж, похоже, Тиба есть, что мне сказать.

— Что Кэтсуо тебе сказал? — поинтересовался подошедший Судзуки.

— Хочет встретиться у себя в кабинете.

— Будь осторожен. Хотя, после такой демонстрации силы, думаю, он действительно стал уважать тебя. Ты держался молодцом, — похвалил Кайто. Я кивнул и, извинившись, поймал слугу, спросив дорогу к кабинету хозяина поместья. Узнав необходимую информацию, надел пиджак и, поправив воротник, направился вверх по лестнице на второй этаж. Посмотрим, что нужно Кэтсуо. После такого прекрасного спарринга я готов был простить ему довольно многое.

Даже привычное высокомерие.

13. Иоко

Поднимаясь, пытался прикинуть, почему Тиба поступил именно так. Он мог бы унизить меня сильнее, утвердив мнение большинства, что я ничтожество и низкий человечишка, недостойный звания бойца, убийца детей и прочая. Однако после боя он наоборот — косвенно заставил людей задуматься, а так ли оно мне надо, имея уровень силы, способный потягаться с самим Кэтсуо, забивать до смерти слабого мальчишку? Как минимум, сей момент пробудит в сверхах зачатки мозгов, если они имеются, ну а безмозглые, само собой, продолжат вопить о моей «испорченности».

И второй момент: почему моя способность не сработала на Тиба? Слишком большая разница в рангах? Но в любом случае, какой-то эффект должен быть, однако я не ощутил ничего, будто мою абилку стерли. Скверное ощущение, за последнее время слишком привык полагаться на свой главный козырь. Но, с другой стороны, я, как ни крути, сумел противостоять Кэтсуо…сколько там было? — около трех минут! А он действительно сильнейший сверх Изнанки, пусть и немолод. Вот и думай теперь, к чему приведет меня эта дорога приключений через полгода такого развития.

Остановившись у кабинета хозяина поместья, я замер. Судя по всему, Кэтсуо не успел еще сюда добраться, решая мелкие организационные вопросы в саду. Что ж, подождем. А пока ждем, вот еще мысль, теперь насчет Нэтсуми: она опасна. Как и наша с ней горизонтальная связь. Не скажу, что мне это не польстило, но, памятуя о предостережении Судзуки и основываясь на личных ощущениях, все же буду держаться на расстоянии. Мне выгодно дружить с Фудзимото, но слишком частая половая связь приведет к другому уровню отношений, причем, с долей вероятности в восемьдесят процентов — не с моей стороны. Я видел по глазам Нэтсуми, что симпатичен ей как мужчина, а от симпатии до влюбленности недалеко, тем более для такой значимой политической фигуры, как Императрица. Постоянно в окружении толпы лебезящих мужчинок-аристо, готовых землю жрать по одному ее слову, но при этом втайне мечтающая о сильном парне, который возьмет на себя ее тяжкое бремя, или, как вариант, немножко разделит, приняв удары аристократии и прикрыв девушку широкой спиной.

Ну нафиг такую перспективу. Мне и в качестве главы клана проблем выше крыши: финансов мало, людей пока тоже, специалистов вообще днем с огнем не сыскать, а события развиваются так, что совсем скоро спокойных деньков не предвидится вовсе. Так что ну ее, эту императорскую власть, куда подальше. Лет так на десять. А там видно будет. Но при этом отказ должен прозвучать так, чтобы Нэтсуми не обиделась, а то девушки, знаете ли, существа такие: одного неверного звука порой достаточно, чтобы вызвать перманентную ненависть.

По лестнице раздались шаги и в коридоре показался Тиба. Он подошел ко мне, бросил короткий взгляд и отпер дверь, пропуская меня вперед.

Кабинет Кэтсуо ни капельки не впечатлил: обычный рабочий офис, оформленный с закосом под старину, везде темное дерево, мягкий диванчик, камин, книжные шкафы. Но, уютно, с этим не поспоришь.

— Присаживайся, — Тиба выглядел, к моему изумлению, очень добродушным и даже привычная надменность, похоже, куда-то сбежала из его взгляда. Он подошел к бару, достал бутылочку виски и два стакана. Плеснул понемногу в оба и вернулся к столу. Усевшись в кресло, предложил один стакан мне, другой задумчиво повертел в руке, словно собираясь с мыслями.

— Прекрасный виски, — заметил я, сделав глоток. Кэтсуо улыбнулся.

— Ты очень похож на нее, — произнес он, заставив меня вздрогнуть. — На Кианг.

— Возможно. Мне трудно судить об этом, я, как выяснилось, плохо ее знал, — слегка сумрачно выдавил из себя, затем снова глотнул, обжигая горло.

— Как и все мы, — рассмеялся Тиба, чем еще больше поверг меня в шок. Нет, он и до этого смеялся, но теперь смех казался более естественным, спокойным, с нотками грусти. — она была женщина-загадка, наша Кианг. И когда-то давно я любил ее. В те годы все мы были почти молоды, жизнь казалась более яркой, а будущее — туманным, но это и привлекало, заставляло бороться за себя и свои перспективы.

— Выходит, у бабули был роман на стороне? — удивился я. Кэтсуо хмыкнул.

— К тому времени Тэтсуо был уже немолод, он не обладал сверхсилой, как мы, и жизнь его оказалась коротка. Да и здоровье начало подводить моего друга, так что мы с Кианг сблизились сильнее, упорствующие в заботе о нем. Ну и само собой вышло, что нас обуяла страсть. Правда, вскоре Кианг стала реже посещать меня, позволила своей красоте подернуться пеленой старости, дабы не казаться сильно моложе мужа, и посвящала все свободное время ему. Я не был против, мы ведь оба его любили.

— Выходит, бабуля могла бы выглядеть так же молодо, как вы?

Кэтсуо насмешливо кивнул.

— Еще бы. Но не стала, ей это было ни к чему. А после навалилась забота о клане, когда Тэтсуо умер. Ну а последние годы Кианг посвятила тебе, как своей единственной надежде.

Я ощутил, как на глазах вдруг выступили слезы.

— Проклятый виски, — прошипел, вытирая влагу. Сердце раздирала боль, а разум слегка поплыл под действием алкоголя. Тиба мягко улыбнулся.

— Ничего. Она может быть спокойна, ведь ее внук действительно сильный мальчик.

— Да что ты понимаешь! — выпалил я. — Мы ведь никогда не обсуждали эту тему! Я ничего о ней не знал, и о клане тоже! Будто чужие были. А потом, когда во мне силы проснулись, я занимался чем угодно, но ни разу не навестил ее! Только когда умерла, пришел в ее дом. Это моя вина!

Слезы катились, злость пожирала изнутри, а виски, как назло, закончился в моем стакане. Пожар в груди нечем было затушить, потому он разгорался все сильнее, грозя сжечь меня дотла.

Кэтсуо это понял, поднялся, принес бутылку. Налил полный стакан и с силой впихнул мне в руку.

— Выпей, мальчик. Тебе станет легче.

Я залпом осушил стакан и действительно — огонь превратился в тлеющие угли, и мне больше не хотелось проклинать весь мир за то, в чем был виновен только я.

— Ты слишком долго держал все в себе, — заметил Тиба. — Нужно хоть изредка разговаривать с близкими. Это помогает.

— Нельзя, — покачал я головой. — Такой образ жизни…рано или поздно сведет меня в могилу. Моя способность…а, хрен с ней! Мне не дадут забраться наверх, попытаются прикончить еще на первой ступеньке. К тому же, их будет вести страх перед моей силой, которую они не могут обуздать. Да я и сам не могу.

— Ты научишься. Я дам тебе пару уроков, а дальше ты сможешь развиваться сам.

В его глаза плескалось сочувствие и немного иронии, дескать, чего ты, Рюу, строишь из себя всесильного сверха, а расклеился от стакана вискаря, да так, что чуть ли не в сопли. Прикрыв глаза, я сосредоточился и поймал ритм дыхания. Вдох-выдох, нужно выкатить из организма эту гадость. Мне сейчас нужен трезвый ум, а не сознание плачущегося пацана.

Когда я вновь открыл глаза и взглянул на Кэтсуо, алкоголь уже выветрился из головы. Тиба улыбнулся.

— Отлично, теперь можно и поговорить.

— Да, можно. Вы ведь в курсе что Кианг отравили? — задал я важный вопрос. Кэтсуо вздрогнул. Его взгляд застыл, будто старик был в ужасе, но спустя долю секунды он снова взял себя в руки.

— Кто?

— Это мне и нужно выяснить. Я обсуждал с Судзуки, но ему тоже нечем пока помочь. Кайто был в тот вечер у бабули, они обсуждали последние события, а потом Судзуки-сан ушел. И он последний видел Кианг живой.

— Выходит, после Кайто был кто-то еще, — протянул Тиба, размышляя. — И она знала его так же хорошо, как нас. Но кто?

— Может быть, один из ее китайской родни? — предположил я. — Мне о них ничего не известно, но вы наверняка мониторите всех въезжающих на границу, может быть, вам сообщали о китайцах?

Кэтсуо задумчиво потер виски.

— Может быть. Точно сказать не могу, нужно спросить у помощника. Через меня проходит слишком много информации ото всей Японии, Рюу. За всем уследить невозможно.

— Попытайтесь узнать, пожалуйста, — попросил я. — Это единственная зацепка, других у нас нет.

Да и эту я выдумал только что, потому что мысль о китайцах случайно забрела в голову.

— Обязательно. Я не могу оставить Кианг неотмщенной, — кивнул Кэтсуо. Он взял со стола визитку и протянул мне. — Если что узнаешь, или вдруг случится нечто важное — звони по нижнему номеру, я всегда на связи.

Тем самым Тиба дал понять, что на сегодня разговор окончен.

— Спасибо за помощь, — поднявшись с кресла, поклонился я. Кэтсуо отмахнулся, явно занятый размышлениями.

— Пока не за что. Будь осторожен. И, да, — он взглянул мне прямо в глаза. — Берегись Нэтсуми Фудзимото.

— Несомненно, — улыбнулся я и покинул кабинет.

Проклятье, это уже второй за сегодня человек, который предупреждает меня о Нэтсуми! Неужели есть в ней еще кое-что, помимо увиденного мной за ширмой кавайной девчонки? Или же Судзуки и Тиба тоже знают об этой маске, потому и посоветовали быть настороже?

Выбравшись в сад, я устроился вдали от основной группы гостей, усевшись на небольшую скамейку между двумя симпатичными кустиками в виде гарцующих коней.

Прикрыв глаза, я вдохнул свежий вечерний воздух, пытаясь успокоить все еще горящую голову. Ладно, ничего плохого не произошло, кроме того, что я выказал слабость перед хитрым стариком. Да, он отнесся ко мне хорошо, с пониманием, но это явно в счет того, что бабуля была его подругой и любовницей в прошлом. Будь иначе, Тиба сожрал бы меня как опасного соперника и даже не поморщился. Потому верить я ему все же поостерегусь. Хотя помощь Кэтсуо в поиске бабулиного убийцы будет явно нелишней.

— Я присяду? — раздался рядом мелодичный женский голос. Я приоткрыл глаза. Тиба-сан.

— Конечно, я не вправе вам запретить, — с насмешкой сказал, подвигаясь на скамейке. Жена Кэтсуо села рядышком, прямая, как струна. В сумерках ее юката казалась черной, а белая шея, оголенная из-за высокой прически, привлекала взгляд. Да, она действительно красива. И чувствовалась в ней искра, не та, что таится в спокойных милых женщинах, угасая сразу же после момента вспышки, а та, что пылает, как факел в ночи, привлекая мужчин, словно мотыльков. Мне стало любопытно, что за характер у этой девушки, но начинать разговор не хотелось.

— Меня зовут Иоко, — задумавшись, я не заметил, как Тиба-сан повернулась ко мне, с улыбкой глядя в лицо.

— Очень приятно, Иоко-сан, — неуверенно пробормотал я, заставив ее рассмеяться.

— Отец искал вас, вы с ним поговорили?

Ее вопрос поставил меня в тупик.

— Эм…отец?

Видя мое искреннее недоумение, Иоко расхохоталась, при этом в ее глазах промелькнуло неподдельное веселье.

— Тиба Кэтсуо — мой отец.

— А, вот оно что, — сконфуженно произнес я, отводя взгляд. Надо же было так проколоться, Рюу! И никто мне не сказал, что это его дочь, а не супруга!

— Похоже, об этом вы не знали, — потешаясь, заметила девушка. Я кивнул.

— К сожалению да, произошло недопонимание с моей стороны.

Она фыркнула.

— Ничего. Мне бы хотелось выразить вам искреннее соболезнование, я немного знала вашу бабушку, она была чудесной женщиной, очень доброй и понимающей.

Иоко выглядела такой грустной, что у меня даже на мгновение дрогнуло сердце. Наверное, алкоголь не до конца выветрился, вот и проявляю сентиментальность там, где не надо.

— Спасибо, — поблагодарил, слегка склонив голову. — Что ж, наверное, мне уже пора. Время позднее, а еще нужно разобрать бумаги…

Она вдруг схватила меня за руку, ярко-голубые глаза заглянули в самую душу, выворачивая наизнанку все скрытые помыслы, чувства и намерения, всего меня, циничного, эгоистичного и амбициозного негодяя. Поморщившись, я покачал головой.

— Не надо.

— Прошу, останьтесь еще ненадолго! Хотя бы несколько минут.

Ее пальцы были очень прохладными на ощупь, да и сама девушка слегка подрагивала. Только тут я обратил внимание, что на улице было действительно прохладно, а одета она более чем легко.

Надеть на нее мой пиджак оказалось достаточно сложно, в частности, из-за внутренних противоречий. Эта девушка пробуждала во мне слишком много разных эмоций, чего нельзя было допускать. Потому что я не должен к кому-либо привязываться, даже на пару минут.

Но я все же надел на нее пиджак, чтобы Иоко не продрогла окончательно, за что получил благодарный взгляд девушки.

Мы посидели в молчании минут пять, а затем Тиба неуверенно спросила:

— Вам понравился этот вечер?

— Думаю, было интересно, — не стал отрицать я. — Много новых лиц, плюс поединок с вашим отцом, что, само по себе бесценный опыт.

Она вздохнула.

— Наверное, ему не следовало так открыто устраивать спарринг. Это был изначально неравный бой, хотя вы держались очень достойно. Немногие бы смогли выстоять против него три минуты.

Я сделал заметку в голове, что Иоко очень наблюдательна и весьма точно высчитала время поединка.

— Он сделал это не для того, чтобы унизить меня.

— Я знаю. Но все равно мне не нравится такой подход, — пожала плечами девушка. — Хотя, конечно, он сработал на все сто. Теперь ваша репутация станет гораздо лучше.

— Вы не осуждаете меня за то, что я совершил? — полюбопытствовал я. Иоко кашлянула.

— Скажем так, я видела этого мальчика прежде и сразу поняла, каков он изнутри. Внешний блеск и аккуратность не могут скрыть убогой сущности внутри.

Понятно, похоже, у нее способность видеть скрытое в людях. Или просто дар. Мало ли. Я вон тоже могу разглядеть то, что никто другой не замечает.

— И что же скрывается внутри меня? — насмешливо спросил я. Иоко нахмурилась.

— Усталость и боль. И чувство вины, хотя вам не стоит винить себя в смерти вашей бабушки. Тяжело, наверное, быть главой клана в шестнадцать лет?

Я рассмеялся.

— Возможно. Но мне хватает сил, чтобы держаться. Ведь самое главное, что такой образ жизни исключает скуку, а трудности…с ними справлюсь.

— Не сомневаюсь, — ее улыбка наверняка таила в себе некий смысл, ускользнувший от меня.

— Что ж, благодарю за приятную беседу, но мне пора.

Она вернула мне пиджак, а затем проводила почти до самой парковки, напоследок еще раз коснувшись своими пальцами моей руки. Они снова были холодными.

Всю обратную дорогу до дома я думал. Но получалось это из рук вон плохо, ведь мысли смешались из-за недолгой беседы с голубоглазой бестией. Кто бы мог подумать, что внутри нее на мгновение проглянет бесшабашная девчонка, способная на любое безумство? И пусть я увидел это лишь на мгновение, но не сомневался — так и есть. И сие открытие крайне…будоражило кровь. Вроде бы и разговор у нас сложился ни о чем, и никаких откровений не было, но ее взгляд и ум, что за ним кроется, привлекли мое внимание.

Тиба Иоко, да? Что ж, у нас еще будет время познакомиться поближе. Наверняка я был у Кэтсуо не последний раз.

Но как она ловко меня провела! «Останьтесь еще ненадолго». Из отца и вовсе, наверное, веревки вьет.

Это вновь напомнило о моей ошибке, и я тихо фыркнул. Мде, урок на будущее — узнавать информацию обо всех членах семьи, к которой едешь в гости. А ведь кто-то мог бы счесть за оскорбление. Но, слава богам, пронесло.

Время клонилось к полуночи, когда я шагнул за порог поместья. Верхний свет был выключен, только тусклые светильники по бокам освещали холл и коридоры. Мики наверняка не дождалась и отправилась спать, как и Изуми. Тогда и мне пора на боковую.

Добравшись до комнаты, скинул пропитавшийся потом костюм и завалился на кровать. Черкнул пару сообщений Хикари, проверил почту, а затем заложил руки за голову и уставился в потолок.

Итак, что мы имеем? По итогам сегодняшнего дня у меня прибавилось влиятельных союзников в лице Нэтсуми и Тиба. Но оба себе на уме и обоим полностью доверять я не могу. Не то, чтобы я очень верил Судзуки и Като, но с ними как-то уже сложились некие устойчивые отношения, и нарушать их невыгодно ни одной из сторон. Здесь же пока лишь шаткое перемирие, не более. Конечно, Кэтсуо заверил меня в своей лояльности и даже поделился историей из прошлого, но не факт, что это помешает ему поступить по велению разума и принять единственно верную сторону в будущей грызне — свою собственную. Я бы на его месте так и поступил.

Теперь Нэтсуми. Снова приходится возвращаться к этой стервочке. Слишком сумбурно прошла наша утренняя встреча, и ничего, кроме типа как союза, скрепленного потрахульками, мы не добились. Но это не последняя наша встреча такого плана, так что в будущем нужно будет подтолкнуть Фудзимото к тому, чтобы вывела меня в свет. Невозможно вести войну только в одной плоскости — на Изнанке. Если хочу действительно заполучить влияние, то мне нужен и реальный мир.

Влияние…что-то на задворках разума не давало мне покоя. Так, к чему бы этот зуд в черепушке? Я поднялся, собираясь пойти выпить водички, но тут меня осенило.

Схватив телефон, я набрал номер.

— Слушаю, — почти сразу же отозвался Кэтсуо.

— Это я. Ответьте мне на один-единственный вопрос, Тиба-сан.

— Задавай, — в его голосе послышалась насмешка.

— Могло ли быть так, что Кианг мешала власти Императрицы в этой стране?

Он долго не отвечал, мне даже показалось, что связь прервалась, а затем произнес:

— Допустим. Что ты предлагаешь?

Значит, моя догадка оказалась верна! Проклятье, Нэтсуми, неужели ты опустилась до такого?

— Это меняет дело. Просто я подумал перед сном, что помимо нас с вами и Судзуки к бабуле могла прийти еще и Фудзимото. А так как Кианг часто бывала во дворце, рискнул предположить, что завела там огромное количество важных связей, заручившись поддержкой. И, если все, что мне о ней рассказывали — правда, она хотела подготовить стартовую площадку для меня. Потому что понимала, что рано или поздно мои способности пробудятся. И вот, когда ее план находился на конечной стадии, вмешалась Нэтсуми. Не знаю, что там произошло, но она отравила бабулю и ушла, никем не замеченная. А спустя несколько дней разыгрывает передо мной оплакивающую смерть наставницы девчонку.

Кэтсуо молчал еще минут десять, затем бросил короткое:

— Жди.

Я поднялся с кровати, подошел к окну. Если все так, как в моей гипотезе, то Нэтсуми сильно просчиталась, убив бабулю. Я сотру эту гадину в порошок, вырежу всех ее родственников и выжгу саму память о ней из истории!

— Императрица действительно отлучалась по делам в тот вечер, — раздался в трубке голос Тиба. — Вернулась через час. Достать эту информацию было нелегко, но теперь мы знаем, кто убийца.

— Завтра же я с ней поговорю.

— Не делай необдуманных поступков, — предупредил Кэтсуо. — Она Императрица, и случись что — тебя не спасет ничье заступничество.

— Я не собираюсь ее убивать, — усмехнулся я. — Пока что. Не факт, что она сделала это своими руками, будет нелишним вначале поговорить по душам.

— Свяжись со мной, — бросил старик и отключился. Я швырнул телефон в сторону и стиснул кулаки. Что ж, вот он — след, прямой и ясный. Правда, слишком ясный для того, чтобы быть правдой. Мог ли кто-то воспользоваться Нэтсуми для убийства Кианг? Думаю, да. Если существуют способности сканирования, то есть и способность внушения, сродни гипнозу. Так что моя теория пока что белыми нитками шита. И все же примем ее за рабочую, но представим, что за Императрицей есть кто-то еще, гипотетический Кукловод. Теперь нужно лишь встретиться с Фудзимото еще раз и задать один-единственный вопрос. Я сразу пойму, если она соврет. И тогда уже будем строить планы.

Я вновь упал на кровать и тут взгляд зацепился за краешек бумажки, торчавшей из кармана пиджака. Развернув ее, пробежал глазами и хмыкнул. Номер телефона. Забавный способ оставить свой контакт, Иоко. Но тем лучше для меня.

Связь с тобой мне еще может пригодиться. Кто знает, будет ли Кэтсуо всегда таким доброжелательным? Лишний козырь в рукаве, особенно питающий к тебе симпатию, всегда пригодится.

Возможно, вы сочтете меня гадом и эгоистом, дескать «как же так, эта девушка ведь тебе доверилась, а ты!», но я в ответе за судьбу целого клана, и совсем скоро, после дуэли с Ивамото, проснется гудящий муравейник под названием Изнанка. Я не сомневаюсь в своей победе, особенно после сегодняшней схватки с Кэтсуо. НО! В живых Иуо оставлять тоже не хочу, а его смерть вызовет возмущения и новую волну ярости, только в этот раз испугом не обойтись. Будет жарко, и тогда мне понадобится любая помощь, пусть даже путем шантажа.

Мир взрослых, о котором я недавно даже не задумывался, оказался очень жесток и сложен, чтобы оставлять на самотек любые, пусть и очень мелкие, последствия.

14. Власть

Во дворец меня пропустили почти сразу, похоже, Нэтсуми уже отдала распоряжения. Взбежав по лестнице на самый верх, я толкнул дверь кабинета и ворвался внутрь, сходу поймав изумленный взгляд Фудзимото.

— Рюу? Что-то случилось? — ее мягкий голос обволакивал, а невинные глазки пробуждали во мне ярость.

Рывок — я хватаю девушку за горло и приподнимаю над полом. Она хрипит, во взгляде неверие.

— К-какого…черта? — сипит, судорожно пытаясь разжать мои пальцы. Жду какое-то время, а затем отпускаю Императрицу. Нэтсуми падает на пол, ртом вдыхает желанный воздух.

— Что ты творишь?! — шипит, глаза сузились в щелочки.

— Я знаю, что это ты убила Кианг, — негромко бросил я, глядя на нее сверху вниз. Она натужно рассмеялась.

— Это слишком серьезное обвинение, мальчик. Не боишься моего гнева?

— Нет.

Мой спокойный тон заставил ее нервничать.

— Где ты была в тот вечер? — она не вздрогнула, но что-то мелькнуло в глубине глаз, смутное, едва ощутимое.

— Во дворце.

— Ложь. Кэтсуо сказал мне, что ты отлучалась на целый час. Так ответь же еще раз, милая: зачем ты убила Кианг?

Она задрожала. Не от страха, нет. Что-то внутри Нэтсуми причиняло ей боль, невыносимую, но не дающую потерять сознание.

— Я не убивала ее, — пробормотала, еле ворочая языком. — Вообще ничего не помню о том вечере. Вроде была во дворце, но…будто кто-то смахнул все воспоминания.

Императрица выглядела жалко: трясущаяся, с блуждающим взглядом, лицо искажено гримасой боли. Похоже, кто-то сильно постарался, заблокировав нужные мне воспоминания Нэтсуми. Попробуем вернуть.

Я присел, коснулся кончиками пальцев головы девушки. Фудзимото вздрогнула чуть сильнее.

— Что ты делаешь?

Я не ответил, слегка массируя ей веки и проникая в глубины сознания.

Девушка обмякла, навалившись на меня всем телом, даже ощутил жар ее кожи.

— Я тебя хочу, — прошептала Нэтсуми и попыталась поцеловать меня, но я раздраженно убрал руки от ее головы, и Императрица вскрикнула от вновь прострелившей все ее существо боли.

— Сиди спокойно, иначе мы ничего не добьемся, — приказал я. Дождавшись согласного кивка в ответ, снова принялся искать.

Ее разум был в полном порядке, если не считать некой полупрозрачной пелены где-то на задворках сознания. Попытки пробить ее не принесли никаких успехов, так что я решил действовать иначе. Мысленный призыв огромного двуручного меча прошел удачно, и, взмахнув «оружием», я направил его в сторону пелены. Но как только острие клинка коснулось преграды, Нэтсуми резко вздрогнула и забилась в конвульсиях. Я мигом вынырнул из ее сознания и крепко обнял девушку. Ее трясло еще несколько минут, а затем тело обмякло, будто тряпичная кукла.

Я предпринял попытку попасть в разум Императрицы вновь — и был удивлен. Абсолютная пустота, никаких мыслей, ничего. Разве такое возможно?

Нэтсуми никак не реагировала на касания, но ее грудь равномерно вздымалась — значит, организм в порядке. Другой вопрос — что я сделал, попытавшись пробраться в другой сектор воспоминаний?

Мне понадобилось еще минут десять, чтобы понять — Фудзимото не очнется без посторонней помощи. В таком случае не осталось иного выхода, кроме как позвонить Кэтсуо.

Тиба взял трубку сразу. Выслушал краткий отчет, назвал меня «кретином» и сказал, что приедет как только, так сразу.

Ожидая старика, я отчетливо понимал, что вляпался в кучку дерьма. Дернул же меня черт начинать беседу с резкого тона. Но нельзя было тянуть — Нэтсуми могла закрыться и использовать свою власть, чтобы вышвырнуть меня прочь.

Впрочем, она и так не дала почти никакой информации, кроме того, что в ее разум кто-то лазил и поставил блок на воспоминаниях о том вечере. Ну а попытка его разрушить привела к плохим для меня последствиям.

Кэтсуо появился через пятнадцать минут. Вошел в кабинет, сразу оценил обстановку, и запер за собой дверь. Затем подошел и склонился над Нэтсуми.

— Она в коме, — был вердикт старика. — Похоже, блок оказался крепко связан с нервной системой, что и привело к такой реакции.

— И когда очнется?

Тиба пожал плечами.

— Понятия не имею. Я отдам распоряжения, и за ней будут ухаживать лучшие доктора. А мы с тобой тем временем кое-что сделаем. Идем!

Пока спускались по лестнице, Кэтсуо поведал мне интересные новости:

— Двое представителей клана Юань пересекли границу Японии за два дня до убийства Кианг. Оба достаточно неприметные ребята, но внешность выдала их национальность. Мои агенты проследили за ними, и выяснилось, что один вчера вернулся в Китай, зато его приятель поселился в «Гранд Эн». Плюс еще он имеет полное право входить во дворец, как слуга знатного китайского рода.

— Допросим ублюдка? — усмехнулся я. Кэтсуо кивнул.

— Само собой. Готов поспорить, именно он использовал гипноз на нашей Императрице. Нэтсуми очень любила Кианг, и ни за что не смогла бы убить ее — после смерти родителей девочки, твоя бабуля была самым близким для нее человеком.

Я стиснул зубы. Проклятье! Держись, Нэтсуми, мы вернем тебя.

«Гранд Эн» — самый дорогой отель в городе, где останавливались лишь действительно обеспеченные люди. Мне казалось, что нас не пропустят на этаж постояльцев, но Тиба шепнул на ресепшене пару слов, и вот мы уже поднимаемся на лифте на десятый.

Кэтсуо сходу выбил дверь номера и ворвался внутрь. Китаец, зараза, явно что-то почувствовал, потому что был готов к нападению — отразил удар Тиба и атаковал в ответ. И оказался очень неплох, потому что Кэтсуо — Кэтсуо! — отступил под его натиском. В скорости старик явно проигрывал китайцу — тот проводил комбинации молниеносно, руки-ноги так и мелькали, даже мне с трудом удавалось вычленить происходящее из мешанины ударов.

Заметил лишь, что слуга Юань был довольно молод — под тридцать, может, чуть больше. Ничем не примечательная внешность — азиат с жиденькими усиками и худощавой фигурой. Таких по улице кучи ходят — внимание не обратишь.

Внезапный мощный удар в корпус отбросил Кэтсуо назад, к двери. Я посторонился, пропуская тело старика в коридор, а затем шагнул навстречу китайцу.

— Добрый день, приятель. Мы тут немножко дверью ошиблись. Ты не видел некоего господина Ли? Очень надо с ним поговорить, сотку мне задолжал, — вкрадчивым голосом говорил я, неспешно шагая к нему. Китаец помотал головой. Губы растянулись в усмешке.

— Проваливай, мальчик. Я знаю, кто ты. Твоя месть не удастся. Будь у нас еще один шанс, и тогда мы убили бы Кианг.

Я ощутил, как пульсирует в висках злость, а тело наливается силой.

— Что ж, тебе же хуже, — констатировал, совершая рывок вперед. Чудо! — китаец не успел лишь на долю секунды отклониться влево, и пропустил удар в челюсть. Его отбросило к стене. Шустрый зараза, почувствовал мое движение едва только сделал шаг — и потому успел отреагировать. Но скорость у меня все же повыше, вот он и не дотянул. Но до победы еще далеко — выносливости у китайца с запасом.

Он вскочил на ноги и ринулся на меня с градом ударов. Теперь я в полной мере ощутил себя на месте Кэтсуо. Мощные и быстрые комбинации пусть и упирались в мой блок, но выходили достаточно болезненными. К тому же, их сила, кажется только росла.

Я зашипел от боли, когда особо удачная атака пробила бок и сломала пару ребер. Китаец самодовольно улыбнулся — и открылся.

Раз — выдергиваю руку из полузахвата и стискиваю пальцы на плече. Два — дергаю на себя, ломая конечность. Три — делаю подсечку, заставляя китайца рухнуть на пол. Четыре — сильный, но не смертельный прямой удар отправляет противника в бессознательное.

— Неплохо, — резюмировал Кэтсуо, хлопая в ладоши. Я глянул на Тиба — немного помят, но не пострадал.

— Чего не помог? — вопрос был задан мной без злобы. Старик хмыкнул.

— Так ведь тебе нужно развиваться перед дуэлью с Иуо, не так ли? Вот и пользуйся случаем. Противник под стать — сильный, ловкий и со скоростью порядок.

— Добрый ты, — фыркнул, поднимая китайца и усаживая на ближайший стул. — Давай-ка свяжем шустрика. Сейчас он нам все расскажет.

Представитель клана Юань очнулся лишь через десяток минут. Злобные глазки уставились на нас, а сам китаец презрительно усмехнулся.

— Думаете, раз поймали — все расскажу? Утритесь, подонки. Вам ничего не узнать!

— А это мы еще посмотрим, — на полном серьезе произнес Кэтсуо, закатывая рукава рубашки и подходя ближе.

Крики врага были слышны, полагаю, на весь наш этаж и пару ниже. Но, в конце концов, китаец раскололся, сообщив интересные новости. Клан Юань действительно заказал убийство бабули, но не потому, что она мешала им в Японии. Нет, Кианг противостояла давнему врагу на более глобальном уровне. Последнее десятилетие бабуля исподволь захватывала власть над всей Азией, где торговлей, а где и принуждением. Юань почувствовали ущемление своей власти и, после долгого выжидания, решили устранить могущественного соперника. Они очень долго боялись, помня прошлый раз, но все же посмели рискнуть — и послали пару лучших убийц. Те, прибыв в Японию, отправились во дворец и, втеревшись в доверие к Нэтсуми, загипнотизировали Императрицу, тем самым заставив ее отправиться в тот злополучный вечер к Кианг и отравить бабулю. После этого гипноз сняли, оставив лишь блок, на случай, если Фудзимото решит припомнить события недавнего прошлого. Напарник пойманного китайца отправился на родину, доложить об успешном завершении дела, а этот остался наблюдать.

Главным образом меня волновала уже не месть, а излечение Нэтсуми. Однако здесь ждало разочарование — гипноз накладывал напарник пленного, так что снять не удастся, нужно искать мастера из Китая. Впрочем, тут уже втиснулся Кэтсуо и пообещал все уладить. После чего отрезал язык китайцу и вложил тому в руки.

— Это давний обычай объявления войны, — пояснил он мне. Теперь Юань будут знать, что их ждет.

Мы покинули отель и отправились на автомобиле Тиба обратно во дворец. Я глядел в окно и пытался собраться, но мысли ускользали. Как теперь помочь Нэтсуми? Не то, чтобы я сильно переживал за эту стерву, но она невиновна, как ни крути.

— Я отправлю весточку родным Кианг, — Кэтсуо заметил мое состояние и поспешил успокоить. — Они займутся Юань и заодно отправят к нам мастера по гипнозу. Он излечит Императрицу, но это займет много времени — может месяц, может два.

— И кто будет править вместо нее? — я посмотрел старику прямо в глаза. Тиба тяжело вздохнул.

— Выходит, что я. Как советник Императрицы и доверенное лицо ее почившего отца.

— Неплохое повышение, да? — напряженно рассмеялся я, но замер, поймав взгляд Кэтсуо. В нем не было ничего, кроме усталости. — Прости.

— Я могу тебя понять, Рюу, — мягко произнес старик, качнув головой. — Тебе тяжело смириться с потерей Кианг, и это нормально. Но она бы хотела видеть тебя сильным, способным повести клан за собой, а не погрязшим в мелких стычках и недостойных поступках.

— Тогда скоро она разочаруется во мне еще сильнее. Смерть Иуо приведет к взрыву в Изнанке, и тогда клан Такаяма станет тем камнем преткновения, который пожелают выкинуть, дабы избавиться от скверны.

Кэтсуо улыбнулся.

— Ты ведь справишься?

— А разве когда-то было иначе? — удивился я. Старик рассмеялся.

— И впрямь. Но в погоне за властью всегда помни о тех, кто рядом. Только так можно остаться собой.

Я кивнул, принимая совет, и вновь отвернулся к окну. День клонился к вечеру — слишком долго провозились с этим китайцем. Но я не жалел о потраченном времени. Теперь виновные понесут наказание, и одна тяжкая ноша спадет с моих плеч.

Мики терпеливо ждала меня в гостиной, рядом на столе был стынущий ужин. Я сел, наскоро поглотал, а затем, прихватив кружку с чаем, переместился ближе к тетушке.

Рассказ о событиях сегодняшнего дня не занял много времени, но дал крепкую пищу для размышлений. Мики наморщила лоб, осмысливая услышанное, я же потягивал чаек и пытался понять, а надо ли мне делать то, что взбрело в голову буквально на подходе к дому. Да и то не просто так взбрело, а после звонка Судзуки. Отец Ному позвонил и рассказал о каком-то жутко крутом отшельнике, что живет в лесу. Посоветовав мне посетить его, Судзуки отключился.

— Что ты теперь будешь делать? — напряженным голосом поинтересовалась Мики. Я пожал плечами.

— Бой послезавтра, у меня еще целые сутки с лишним в запасе. Нужно потратить их с пользой, так что, пожалуй, отправлюсь за город. Помедитирую, настроюсь на нужный лад, и вернусь как раз к началу дуэли.

— Уверен, что тебе так необходимо уезжать?

Ее взгляд выражал что-то неясное, но мне было трудно разобрать мысли тетушки, так что покачал головой.

— Может и нет, но мы ведь хотим, чтобы я победил, не так ли?

Она через силу кивнула, в глазах мелькнула жалость. А я, кажется, понял, куда клонит эта молодая женщина, которая не связана со мной кровным родством.

— Мы не можем.

— Знаю, — она не отрицала, но в ее глазах плескалась не боль, но усталость — почти как у Кэтсуо. — Но сейчас нам обоим это необходимо. Больше, чем когда-либо.

— Нет, — я поднялся, отставив кружку в сторону. — Мы все же родственники, и бабуля явно не хотела бы, чтоб все так случилось между нами. Я тоже люблю тебя, но как близкого мне человека, Мики. По-другому нельзя.

Мне пришлось уйти, дабы не сорваться и не изнасиловать ее. Все же, когда женщина смотрит такими глазами, очень трудно отказать. Возможно, позже я пожалею о своем решении — ведь Мики одна из самых красивых женщин, что я встречал за всю жизнь, но сейчас чувствовал — нельзя переступать эту грань. Даже если очень хочется.

До нужной станции добрался на поезде, а оттуда пешочком через небольшой поселок в лес. Судзуки очень пространно описал местоположение отшельника, так что решил надеяться на чуйку.

После полудня пришлось сделать привал, ибо шагать с тяжелым рюкзаком на спине стало ну очень сложно. Да и припекающее солнышко доставляло проблем, пробиваясь даже сквозь кроны деревьев.

Достав бутылку лимонада, я залпом осушил половину и, закручивая крышку, почувствовал всплеск на западе. Закинув рюкзак на плечи, помчался в ту сторону, пока сигнал еще бился в моей голове. Впрочем, он и не думал утихать, будто кто-то специально приманивал меня. Эта мысль заставила напрячься, но я отбросил ее прочь — Судзуки не стал бы советовать мне плохое.

Внутренний компас привел меня на широкую поляну, на краю которой стояла небольшая хижина, укрытая в тени деревьев. Сама же поляна представляла собой тренировочную площадку: тут и там утыканы макивары, сбоку находятся бревна для тренировки равновесия, а чуть дальше — каменная статуя Будды. Хотя, присмотревшись, я понял, что это не совсем Будда — внешность другая.

— С чем пожаловал? — раздался сзади низкий приглушенный голос. Я развернулся, скидывая рюкзак, и увидел перед собой высокого, примерно моего роста, человека — судя по голосу — мужчину, чье лицо было скрыто глубоким капюшоном толстовки. На ногах — спортивные кроссовки и джинсы, явно не за пятьдесят йен. И это отшельник?

— Нужен ваш совет, — слегка поклонившись, сказал я. Отшельник хмыкнул и превратился в смазанный силуэт. Дохнуло опасностью слева, и я пригнулся, пропуская боковой удар ногой, крутанулся на правой стопе и атаковал снизу вверх, отбрасывая противника прочь. Отшельник приземлился поодаль и довольно кашлянул.

— Неплохо…для новичка.

Рывок, мчусь к нему на максимальной скорости, заранее продумываю комбинации ударов. Решаю начать с простого — пробный лоу-кик, а затем двойка в корпус. Противник легко отбивает все удары, а затем контратакует. Его скорость превосходит мою в несколько раз, а сила превышает даже Кэтсуо. Ощущение, будто каждый новый удар весит тонну, а то и две. Я отступаю, тяжело дыша, перевожу дыхание, снова бросаюсь в атаку. Но мой финт левой, с подсечкой снизу, оказывается разгадан влет, и прямой отшельника пробивает в грудь, отбрасывая меня на десяток шагов. Врезавшись в дерево, я ощутил, как затрещал ствол, с трудом отпрыгнул, позволяя ему упасть. Затем сам рухнул на колени, ибо ноги не держали совсем.

Отшельник подошел, замер напротив. Я почти физически ощущал его любопытство и удовольствие от неплохой схватки. Весь бой длился не больше полутора минут, и это было в разы сложнее, чем при показательном матче с Тиба. Тому я хотя бы нанес несколько чистых, а здесь всухую.

— Вполне недурно для того, кто стал сверхом совсем недавно, — со смешком произнес отшельник, и теперь голос звучал почти нормально, без всякой таинственности. И так он определенно был мне знаком.

— Кто ты такой? — прохрипел я, в горле окончательно пересохло. Он рассмеялся и скинул капюшон.

— Ну вот, Рюу, совершенно не узнаешь старого друга?

На меня насмешливо глядел мой приятель Куро, с которым не пересекался с самого начала «сверх» эпопеи.

— Ты? — наверное, я выглядел очень изумленным, потому что Куро расхохотался.

— Не ожидал? Что ж, я тоже был весьма удивлен, когда услышал о твоих деяниях в Изнанке. Кто-то с твоей пассивностью и ленью вдруг стал таким…крутым! Так забавно, знаешь ли.

— Просто я избавился от скуки, — фыркнул я. Куро покачал головой.

— Но приобрел кучу врагов и проблем на свою задницу. Что ж, как минимум, с одной я могу помочь. Идем. Время начать «Адскую Тренировку Номер 2»!

Куро протянул руку, помогая мне встать. Следуя за ним к хижине, я пытался в очередной раз понять, куда меня занесла судьба — и не находил ответа.

15. День, который они запомнят надолго

Сидя на стульчике у окна и попивая чай, я глядел, как Куро разогревает на плите ужин. Перехватив мой взгляд, он улыбнулся.

— Давненько мы не пересекались вот так, по-домашнему. С тех пор ты сильно изменился, Рюу.

— Да и ты оказался не тем, кем являлся, — заметил я. Мой приятель пожал плечами.

— Ну, ты не должен был узнать об Изнанке, так что прости, но я не мог рассказать даже самую малость.

— Разумно, — спорить не хотелось. — Ты сверх с рождения?

— Типа того, — хихикнул он. — Мой отец сверх, а мать — обычная женщина. Но с детства меня тренировали лучшие мастера. Так что я очень удивлен твоим нынешним уровнем, учитывая, что ты стал сверхом недавно.

— Я просто способный, — со смешком сказал я. Куро фыркнул.

— Да уж. Помню, как ты любил анимешки свои посматривать, да задротить в игрушки. Больше ничем не интересовался. Зато теперь — гроза юных сверхов! Прям прогресс.

— Завались, — отмахнулся я. — Они сами под руку попадаются, а потом начинается ор до небес — убийца, душегуб. Идиоты.

— Ну их тоже можно понять, — возразил Куро. — Вот смотри: твой сынишка с детства чуть ли не лучший во всем, особенно в боевых искусствах. Он сильнее девяноста процентов сверстников и даже тех, что постарше. И само собой, что будет задаваться — от такой силы. А потом вылезает, откуда ни возьмись — хрен с горы, жестоко сынульку убивает, и при этом не чувствует за собой вины. Как бы ты поступил на месте Ивамото?

Я промолчал, прекрасно осознавая, что друг прав. У Изнанки древние устоявшиеся нормы поведения — для них наверняка типична ситуация Таро. Но я ведь пришел в этот мир сверхов чтобы все переделать под себя! Уничтожить существующий порядок и сделать лучше.

— Ты бы убил его, — продолжил Куро. — Убил бы ублюдка, посмевшего отнять у тебя сына, и не посмотрел бы, что он, в сущности, еще ребенок. Платой за смерть может быть только смерть. И общество Изнанки одобрило бы такой поступок. Потому что ты, Рюу, втиснулся со своим уставом в чужой монастырь, и начал все разрушать. Изнанка — это традиционное общество, устоявшееся давным-давно, а посему — не терпящее вмешательства. Естественно они будут против твоих действий — любых! — и тут уж ничего не поделать. Или прогнуться, приняв все их законы и став частью безликой массы, или разрушить, а затем построить заново — как хочешь ты. Но будь готов к последствиям — никто не позволит тебе решать за всех. Будет война.

— Сказал бы что новое, — хмыкнул я. — Война начнется уже завтра, после дуэли с Иуо.

— Так уверен в себе? — сарказм лился из моего приятеля. — Не стоит. Ивамото в юности наводил шороху на сверстников, считался чуть ли не сильнейшим. И сейчас ему нечего терять. Смекаешь? Тебе придется укротить матерого хищника.

— Как бы он не пытался — не прыгнет выше головы. Я же могу все, и даже больше — чем он. Этот бой не интересен. Да, будет сложно, но Ивамото скучный противник.

Куро покачал головой.

— Беспечность сведет тебя в могилу, Рюу. Впрочем, у меня есть, что подсказать. Дам пару полезных трюков.

Наскоро поужинав, мы отправились на тренировочную поляну. Солнце уже скрывалось за горизонтом, и мир приобрел странный темно-бордовый оттенок.

— Смотри, — приказал Куро. — Это навык усиления. То, чем обладаю только я. Позволяет на время делать твое тело очень прочным и усиливает его мощь. Но затрачивает много энергии, так что будь бдителен. Попробуй меня ударить.

Я сделал шаг вперед и нанес мощный удар в корпус. Куро даже не шелохнулся, а мой кулак словно в камень врезался. Даже ощутил боль на краткий миг.

— Здорово! Как этого добиться?

— Нужно лишь потренироваться сотню лет. Ну, может, чуть меньше, — на полном серьезе выдал приятель. Затем, видя мою недоверчивую физиономию, расхохотался.

— Ладно, шучу. Представляешь себя очень прочным булыжником, а затем покрываешь все тело внутренней силой. В итоге выходит нечто вроде невидимого защитного костюма.

— Вот так? — я на мгновение прикрыл глаза, а затем ощутил, как вытягивается из тела прорва энергии. Куро озадаченно хмыкнул.

— Да ты и впрямь способный. Что ж, тогда следующий перк не станет проблемой. Это ускорение. Позволяет тебе повысить в несколько раз скорость реакции, за счет, опять же, внутренней энергии. Может помочь против очень быстрого противника. Иуо, в принципе, больше опирается на силу, но кто его знает — мог и изменить стиль боя за столько лет. Лишним не будет.

Я без предупреждения атаковал Куро, но приятеля уже не было на прежнем месте. Он обнаружился сбоку, покусывая сорванную травинку.

— Не очень сложно, да? Просто подпитай свой разум энергией и позволь ему довершить начатое.

— Может и так, — я мигом оказался рядом с ним и вытащил травинку изо рта. — Но это все сильно жрет ресурсы организма.

— А как ты хотел? — развел руками Куро. — Высшие техники всегда хавают много, особенно те, что покрывают большую площадь. Нужно выносливость развивать.

— Пробежку? — предложил я. Друг тряхнул головой и подмигнул. Вжух — и его уже нет рядом. — Вот же гад!

Мы долго петляли меж деревьев, выбирая самый сложный маршрут и, в конце концов, подустав, вернулись к хижине. Куро разжег костер и притащил два пледа. Усевшись возле огня, мы некоторое время просто молчали, думая каждый о своем.

Не знаю, что творилось в голове у моего друга, но мой разум подсовывал размышления о будущем. Перспективы пока вырисовывались не самые радужные: Нэтсуми в коме, и мой билет в высший свет временно недоступен. Конечно, можно попросить Кэтсуо разрулить, но это такой себе способ. Ресурсов у клана, опять же, маловато, для полноценной затяжной войны, придется как-то искать обходные пути. А это тоже выльется в последствия.

— Не заморачивайся о ерунде, — посоветовал вдруг Куро. — Живи сейчас.

— На мне целый клан, мой долг — вести их за собой, — со вздохом откликнулся я. Друг кашлянул.

— Ну так и веди, а думаю пусть другие. Ты — лидер, потому обязан прокладывать путь. А обустраивают его твои люди, те, что за спиной. Если будешь пытаться всунуться повсюду — перегоришь и сломаешься.

— Возможно. Но я не могу полностью доверять хоть кому-то. Как видишь, даже Императрицу можно загипнотизировать и отправить убивать небезразличных ей людей.

Куро вздохнул.

— Дело твое. Просто хочу помочь. Лидером быть сложно, не поспоришь, но разве не это твоя цель? Пока лишь клан, затем — Изнанка…после — целый мир?

— Ну ты замахнулся, — рассмеялся я. — Чтобы править целым миром нужно быть богом, не меньше.

— Нет предела совершенству, — насмешливо ответил друг. Я бросил в него прутиком, а затем завернулся в плед и прикрыл глаза. Завтра предстоит сложный день, так что нужно хорошенько отдохнуть. Скоро начнется…

Мы покинули дом Куро на рассвете, пешком отправившись в город. По дороге тренировались, время от времени пробегая небольшие дистанции, пару раз останавливались перекусить. К городу вышли ближе к вечеру — не особо уставшие, но размявшиеся и полные энергии. Я не понимал, зачем Куро отправился со мной, но был рад такому попутчику: друг знал множество веселых историй и скрасил весь путь домой.

— До полуночи еще есть время, — я глянул на часы. — Идем ко мне, перекусим, да отправимся к Кэтсуо.

— Как скажешь, — легко согласился Куро.

Мики очень удивилась, увидев моего друга. Приказав накрыть на стол, она расположилась в кресле и выжидающе глянула на меня. Пришлось рассказать о звонке Судзуки.

— Я сам не думал, что отшельником окажется Куро. Но его помощь пришлась очень кстати.

— Хорошо, если так, — взгляд Мики потеплел на одну тысячную. — Ты готов?

— Больше, чем когда-либо, — улыбнулся я.

— Вот и славно. Угощайтесь, а затем отправляемся к Тиба. Он уже звонил, интересовался.

— И что ты сказала? — полюбопытствовал я, приступая к еде. Куро последовал моему примеру.

— Правду. Старик немного рассердился, но, кажется, больше из-за волнения. Странно, что он так переживает за тебя. Совсем не в духе Кэтсуо.

— Люди меняются, — философски заметил Куро. Мики покачала головой.

— Не такие, как он. Что на уме у этого старого интригана? Кто бы подсказал.

Сразу после ужина погрузились в авто и отправились в усадьбу Тиба. Как выяснилось ранее, именно там находилась арена для дуэлей. Неудивительно, впрочем — старик все же самый уважаемый и сильный сверх. Хотя, после схватки с Куро я в этом уже не так уверен.

Еще на подъезде к резиденции разглядел целую колонную машин, стягивающихся на представление. Похоже, вся Изнанка решила собраться сегодня на арене, дабы воочию наблюдать «наказание» презренного меня. Боюсь, они будут очень разочарованы. Ведь сдаваться просто так я не собираюсь.

Тиба встречал прибывающих на дорожке у входа в поместье, с неизменной вежливой улыбкой на лице. Я подошел к нему первым, кивнул, поймав в ответ теплый взгляд мудрых глаз. Но он сменился на удивленный, когда Кэтсуо увидел за мной Куро.

— Ты здесь?

— Так получилось, — чуть виновато улыбнулся мой друг.

— Разве вы знакомы? — не понял я. Они переглянулись.

— Вроде того. Потом обсудим, проходите на арену, скоро начнется, — Тиба перевел тему на предстоящий бой. Хмыкнув, я последовал по дорожке в особняк, где нас встретила Иоко.

— Следуйте за мной, Рюу-сан, — ее мягкий голос и нежная улыбка заставили меня сглотнуть слюну. Недостойно главы клана, Рюу! Держи себя в руках.

Спустившись на цокольный этаж здания, мы оказались в огромном помещении, центр которого занимал широкий ринг, а в стороны от него расходились зрительские ряды. Ринг не был огорожен, представляя собой площадку, посыпанную песком, по углам воткнуты чадящие факелы — традиционное оформление, не иначе. Впрочем, Ивамото ведь хотел дуэль по всем правилам мести, или как там у них это называется.

Вон и сам Иуо, в противоположной стороне зала, переговаривается о чем-то с лидерами кланов. Я плохо знал их имена, но постарался еще в прошлый свой визит запомнить внешность каждого — пригодится.

Мы устроились в сторонке от входа, поглядывая на окружающих и переговариваясь время от времени.

— Такаяма-кун, — Судзуки подошел через несколько минут, мы обменялись поклонами. — Готов к сражению?

— Вполне.

Его, кажется, удивило мое спокойствие.

— Настолько уверен в своих силах? Иуо выглядит сильнее, чем когда-либо. Думаю, даже мне будет непросто с ним сладить в такой-то форме.

Я еще раз бросил взгляд на Ивамото. Ну да, старик подсушился, стал крепче и мощнее, даже манера поведения, похоже, изменилась. Но это ничего не меняет. Результат предопределен, и победит лишь один из нас.

Еще через десяток минут вошел Кэтсуо, слуги заперли за ним двери зала. Все присутствующие мгновенно повернулись в сторону Тиба, следя за каждым его шагом.

— Что ж, уважаемые дамы и господа, — начал он, двигаясь в сторону арены. — Сегодня мы собрались, дабы разрешить непростой вопрос между известным бойцом Изнанки — Ивамото Иуо, и юным, но подающим большие надежды главой клана Такаяма — Такаяма Рюу.

Кэтсуо остановился в шаге от песчаной площадки.

— Думаю, ни для кого из вас не является секретом причина их вражды. Но, для самых ленивых и забывчивых, повторю: в ответ на жестокие действия Ивамото Таро по отношению к обычному человеку, Такаяма Рюу был вынужден вступить с ним в схватку, дабы защитить не-сверха, но не рассчитал сил и убил своего противника. Сей поступок, конечно, вызвал множество споров в нашем обществе, и Ивамото Иуо, как отец убитого, поклялся отомстить Такаяма-куну. По правилам мести, поединок проходит на песке, без преград и препятствий, без правил, до полного поражения одного из противников, или же смерти означенного. От себя бы хотелось добавить: постарайтесь обойтись без летальных исходов, господа. Но на все воля богов. Ивамото, Такаяма — на арену!

Я сбросил с себя пиджак, сунул в руки Куро, слегка расслабил воротник рубашки и подмигнул взволнованному Судзуки.

— Не переживайте, Судзуки-сан. Иуо сегодня не в фаворе у богини удачи.

Он хмыкнул, но тревога не желала уходить из глубины глаз.

— Не перестарайся, — с усмешкой произнес Куро, на что я лишь рассмеялся.

— Не больше, чем он того заслуживает.

После чего направился к арене. Остановившись рядом с Кэтсуо, снял туфли и шепнул старику:

— Будьте готовы к последствиям, Тиба-сан.

Он ничего не сказал, только кивнул.

Я ступил на арену. В противоположном углу уже разминался Иуо, самодовольно поглядывая в мою сторону.

— Стороны готовы? — громогласно спросил Кэтсуо и, дождавшись утвердительных кивков, прокричал:

— Да свершится месть!

В тот же миг, в ту же полусекунду, Иуо рванул вперед так, что песок полетел из-под ног во все стороны.

Я шагнул в сторону, пропуская разогнавшегося старика мимо, и ударил ногой под колено, заставив его пошатнуться. Впрочем, сильно такой удар не повредил Ивамото, зато раззадорил еще больше, и он на полной скорости бросился на меня. Удары сыпались со всех сторон, надо отдать должное — старик быстр. Но недостаточно.

Небольшой движение — отклониться в сторону, пропуская кулак в миллиметре от головы, даже ощутил дуновение ветра — а затем ударить в полную силу, прекращая уклоняться и отпрыгивать. Мой кулак врезался в центр груди Ивамото, ломая ребра и пробивая ткани. Брызнула кровь. Иуо застыл, изумленно опустил взгляд, наблюдая, как наружу вываливаются его внутренности, а затем рухнул на песок.

Я чуть поморщился, глядя на забрызганную кровью рубашку и покрытую ею же руку.

— Немного не рассчитал, — поймав взгляд Кэтсуо, виновато вздохнул. Старик был в шоке, как и все собравшиеся. Они ждали затяжной бой, а вся схватка заняла не более двух минут. Еще и не в пользу фаворита публики — Иуо.

— Месть свершилась, — пошутил я, хихикнув, и тут всех прорвало. Тишину разрезали вопли, крики и шумное обсуждение случившегося. Кто-то обвинял меня в жульничестве и использовании оружия, что было откровенно глупо, кто-то наоборот — хвалил. Но, глядя на их лица, я отчетливо различал страх. Увидев в сторонке глав кланов, приветливо помахал им окровавленной рукой, чем вызвал нервный смешок Кэтсуо.

— Уходи отсюда, — бросил он, выходя на арену и склоняясь над Ивамото. — Я их займу, но с завтрашнего дня для тебя начнется кромешный ад, Рюу. Не стоило так явно показывать свою силу и превосходство. Проклятье! Откуда в тебе столько потенциала? Впрочем, неважно. Поговорим позже, Иоко проводит тебя и…твоего приятеля в мой кабинет.

— Нет времени, старик, — Куро подошел незаметно, оказавшись рядом со мной. Тиба повернулся к нему. — У нас есть одно незаконченное дело, но до тех пор — времени в обрез.

— Думаешь, уже пора? — вопросительно изогнул бровь Кэтсуо. Куро кивнул.

— Еще бы. Чуть помедлим — станет поздно. Нужно действовать именно сейчас, пока он не созрел окончательно.

— Тогда оставляю его на твое попечение, — произнес Тиба и повернулся к зрителям.

— Идем, — Куро потянул меня за рукав в сторону выхода. — Надо спешить.

Мы выбежали в коридор, где уже ждала Иоко. Увидев кровь на мне, девушка шагнула вперед, но Куро слегка оттолкнул ее.

— Не сейчас, малышка. У вас еще будет время, но позже.

Она понятливо кивнула, лишь бросила на меня долгий взгляд.

— Какого хрена творится? — не выдержал я на улице. Куро рассмеялся.

— Что, уже не терпится? Скоро узнаешь. Могу лишь сказать, что правда тебе понравится.

— Очень на это надеюсь, — буркнул я, снимая на ходу рубашку и вытирая запачканную кисть. Отбросив предмет гардероба в сторону, я надел пиджак на голое тело и вопросительно взглянул на Куро.

— Домой?

— Да. Мики уже должна была вызвать старейшин клана. Будем готовиться к войне.

— С чего ты вообще решил мне помочь? — полюбопытствовал я, когда мы оказались в машине. Друг задумчиво потер переносицу.

— Кто ж его знает, — признался он. — Это может быть весело! Никогда еще один человек не вызывал столько ненависти со стороны сверхов. Даже забавно поглядеть, как ты выкарабкаешься.

— Нашел подопытного, — фыркнул я. Затем вздохнул и отвернулся к окну. — Думаешь, шансы есть?

— Шансы есть всегда. Но процент успеха зависит от эффективности каждого элемента. Сам по себе ты силен, но у тебя нет еще крепкой сплоченной команды, на которую можно положиться и переложить часть обязанностей. В этом заключается нынешняя твоя слабость.

Что ж, ничего нового Куро не сказал. Я и сам думал о том же. Мики, Изуми — и все. Только двое, на которых можно надеяться. Ному в клане Судзуки, и ничем не сможет помочь. Хикари — слабый сверх, ее преимущество лишь в информации. Но гораздо больше я могу получить от Кэтсуо, который также непонятно почему мне помогает. И впрямь, в чем выгода старика? Почтить память старой подруги, способствуя росту ее внука? Слишком сомнительно. Не станет такой человек, как Тиба, опираться на дружбу в качестве мотивации. Тогда что им движет? Такое же желание развлечься, что и у меня? Кто ж разберет этих стариков.

— Приехали, — позвал меня Куро, выбираясь из машины. За окном темнела под ночным небом резиденция, лишь на первом этаже горел свет в окнах.

Оба моих помощника уже ждали, сидя за столом.

— Похоже, ты навел там шумихи, — голос Мики сочился насмешкой, но в глубине ее глаз таилась тревога.

— А как же иначе. Все было обдумано давно, а противник из Ивамото так себе.

— Ну вообще-то, он входил в семерку сильнейших бойцов Изнанки, — со смехом выдал Куро, усаживаясь на стул. — И если Кэтсуо, Судзуки и Като еще примут это твое «так себе» благосклонно, то остальные трое юмора не поймут.

— Черт бы с ними, — отмахнулся я, устраиваясь во главе стола. — Что там с базой, Изуми?

— Средства собрали, нужных людей нашли, пару дней как начали строительство, — с готовностью отчитался Косой. — Но потребуется как минимум месяц, чтобы закрепиться. Все же проект мы разработали не самый простой.

— Добро, будет вам месяц, не месяц, но пара недель точно, — кивнул я. — Постарайтесь ускориться, нам нужно место, куда можно отступить, в случае чего.

— Постараемся, босс, но точно обещать не могу, — развел руками Изуми.

— Что по слиянию кланов? — спросил я Мики.

— В клане Такаяма сейчас около двух сотен боеспособных, полсотни стариков и три десятка детей. У Изуми — под полторы сотни крепких парней и пара десятков девушек, но часть из них — обычные люди. Так что сильных бойцов маловато.

— Ищите. В Изнанке хватает разных изгоев, среди них наверняка есть те, кто не уступит тому же покойному Ивамото, — хмуро сказал я. Мики понятливо кивнула.

Куро сидел, потягивал чаек и чуть ли не насвистывал.

— Ты что скажешь? — обратился я к нему.

— Что я могу сказать? Пока идешь неплохо, но слабенько. Людей мало, способных раз-два, и обчелся. Придется свести тебя с кое-какими ребятами.

— О ком ты?

— Есть тут группа наемников…промышляли раньше на спорных территориях, воевали и за русских, и за азиатов.

— Наемникам нужно платить, а у нас с финансами туго, как ты заметил, — пробурчал я. Куро фыркнул.

— Подожди, Рюу. Я неплохо знаю их командира, пересекались пару раз. Так уж вышло, что он мне задолжал. Полагаю, он и его отряд с удовольствием отработают долг, служа Такаяма.

— У тебя проблем хоть не будет потом?

— Не, — он прикрыл глаза. — Ребята с понятием, силу уважают и дружбу тоже. Так что договоримся. А там, глядишь, сумеешь их на постоянку оформить, если будет чем приманить.

— Найдем, — повеселел я. Люди с боевым опытом нам не помешают, а уж прошедшие стычки на спорных территориях…скажем так, там бывает очень жарко, и надо постараться, чтобы выжить.

Мы почти до самого утра обсуждали различные мелкие вопросы. Когда на часах минуло пять, Куро широко зевнул и потянулся.

— Вы как хотите, а я бы часок поспал. Вроде все на данный момент обсудили, или нет?

— Больше мы сейчас предпринять не в силах, — кивнул я. — Отдыхаем.

— Тогда, если вы, ребят, не против, я первый в душ, — воскликнул Куро, вскакивая с места.

В этот момент в гостиную зашла женщина. От нее исходил стойкий аромат силы сверха, а также еще чего-то неуловимо знакомого. Она сделала еще шаг, и я изумленно выдал:

— Мама?

Она была прекрасна, как и всегда. Чем-то черты маминого лица напоминали Мики, но были чуть мягче, а фигура — стройнее. Но белая кожа, полноватые губы, небольшой носик и ярко-голубые глаза делали ее невероятной красавицей. Притом, что я не воспринимал эту женщину как мать, скорее — как предмет мебели, возникающий время от времени и исчезающий вновь.

— Почему ты здесь? — напряженным и усталым голосом поинтересовалась мама. — И где бабушка?

Она обвела гостиную взглядом, чуть задержавшись на Изуми, а потом увидела Куро. Зрачки маминых глаз расширились, а рот приоткрылся в удивлении.

— Ты? Какого черта ты забыл в этом доме?

— Эм, здрасте, — неуверенно пробормотал мой приятель и попытался протиснуться мимо мамы, но она неуловимо быстрым движением швырнула его обратно на стул.

— Это все, что ты хочешь сказать мне, хотя мы не виделись с рождения нашего сына? Где твоя совесть?

Эм, что? Я почувствовал, как мозг выпадает в осадок. Нашего сына? О чем она говорит? Неужели Куро…

Мама поймала мой недоуменный взгляд и разозлилась еще больше.

— Ты ему не сказал! Скотина бессердечная! Иди сюда!

Куро на третьей космической рванул прочь из гостиной, а мама помчалась следом, не особо отставая. Хлопнула входная дверь, а затем раздался треск деревьев в саду.

— Они же все разрушат! — выпалила Мики и побежала разнимать моих…родителей? А Изуми подошел и задумчиво положил руку мне на плечо.

— Крепись, Рюу. Похоже, впереди нас ждет не только война, но и кое-что похуже.

А то я сам не понял! Спасибо, капитан очевидность.

Мы одновременно выбежали во двор и замерли, глядя, как Куро, сидя на верхушке дерева, отмахивается отломанной веткой от пытающейся достать его мамы, а Мики бегает снизу и проклинает обоих вредителей.

Только здесь я ощутил, что жизнь окончательно изменилась. Похоже, впереди нас ждут непростые времена, и мне предстоит понять, кто есть кто в собственной семье. Но это пройдет.

Главное, что шаг сделан. А там, где есть первый, обязательно будет и второй.

Конец второй арки

Content

Александр Войкин
О людях, сверхсилах и удаче
Том 1

Арка первая: Человек, которого возненавидел мир

1. Смерть…или начало?

2. Я не один такой

3. Превосходство и страх

4. Договоренность

5. Ному

6. Судзуки

7. Поход

8. Бабуля

9. Презренный

Интерлюдия 1

Интерлюдия 2

Арка вторая: Человек, который изменил мир

10. Клятва верности

11. Мицуи

12. Император, которого мы заслужили

13. Иоко

14. Власть

15. День, который они запомнят надолго