Павел Боровец

И БУДЕТ ПЛАМЯ…

— Ну, зажигай!

— Сейчас…

— Да что это такое! Зажигай же…

— Одно мгновение…

Огонек сорвался с дрожащих пальцев и упал на горку высушенной травы. Та ярко вспыхнула, маленький слабый язычок пламени задрожал от порыва холодного ветра, а затем огонь все-таки перекинулся на сухие ветки. Вскоре небольшой костерок весело потрескивал.

Зима уже была не за горами, и поэтому погода стояла холодная. К тому же, досаждали бесконечные осенние дожди, но, хвала Спасителю, сегодня небеса решили сделать передышку и перестали извергать потоки воды. А где-то на севере сейчас свирепствовал Смертный Ливень — жуткое наказание всему живому.

Родрик с удовлетворением протянул озябшие ладони поближе к пламени. Тепло по чуть-чуть проникало в замерзшие фаланги пальцев. Как приятен… огонь, вызванный собственной магией.

Юноша был весьма доволен собой. Он, как и обещал друзьям, Жаклин и Летару, что с открытыми от удивления ртами сидели рядом, показал свое редкое умение. И пусть маги Радуги отлавливали всех мало-мальски способных обращаться с Силой, он не боялся, что друзья выдадут его. Родрик не сомневался в преданности юной и прекрасной Жаклин и гордого, частенько весьма упрямого, Летара.

— Ну, видели? — не без гордости спросил юноша.

— Еще бы, — одними губами заворожено прошептала Жаклин, большими от изумления глазами вглядываясь в лицо Родрика. Она до сего момента не верила рассказам приятеля о владении магией. — Огонь появился прямо из твоих пальцев!

— Жаклинка, а откуда же пламени еще было появиться? — насмешливо произнес Летар, крепкий сероглазый парень в куртке-капюшонке, ни днем, ни ночью не расстававшийся с подаренным отцом на восемнадцатилетие мечом. В следующем году он собирался поступить на службу в Имперскую армию и поэтому уже сейчас старался вести себя как заправский легионер, прошедший не одну жестокую битву. — Сказал бы, да боюсь нежные девичьи ушки не выдержат!

— Дурак! — коротко бросила девушка, обиженно показав парню язык. — Неужели ты не понимаешь, какие неприятности могут быть у Родрика из-за этого? Забыл, как прошлой весной в Шавере магики Кутула сожгли купца, что с помощью заклятий пытался надуть торговца зерном Диметрия? Ведь не из-за обмана купец на костер попал, а за то, что с магией умел пользоваться!

— Ничего я не забыл, — огрызнулся Летар, смущенно взъерошив соломенные волосы на голове. — Здесь Родрику бояться нечего. Зря, что ли, забрались в эту глушь? На Тракте в это время года ни одного путешественника не сыщешь, не говоря уже о магиках Радуги.

— Да ладно вам, еще поссорьтесь из-за таких глупостей! — весело рассмеялся Родрик, успокаивающе обняв друзей за плечи. — Я обещал показать вам свое магическое умение — вот за этим мы и приехали в наш тайный лагерь, а не для того, чтобы ругаться!

— Мы не ругаемся, — деловито отметил Летар, рассматривая кожаные ножны меча, — а всего лишь обсуждаем.

— Да! — хмуро поддакнула девушка, но не удержалась и тихонько захихикала. Криво ухмыльнулся и Летар.

Родрик встал с собственноручно выкорчеванного много лет назад пня и прошелся по поляне, дабы размять затекшие ноги. Дошел до притаившейся под исполинским дубом приземистой землянки-сруба и повернул обратно.

Свой собственный тайный лагерь они соорудили еще пять зим назад. Правда, назвать лагерем хлипкую деревянную хибарку и несколько сваленных в кучу поленьев, расположенных в чаще леса неподалеку от Тракта и брода через Тиллу, язык не поворачивался. Но ребята искренне гордились своей работой и при каждом удобном случае выбирались сюда, чтобы несколько дней пожить дикой жизнью.

— Разжигать костры — это самая ничтожная малость из того, что я умею! — воодушевленно сказал Родрик, меряя шагами поляну. — Посмотрите, как я метаю в цель огненные шары, вот тогда-то челюсти и отвиснут!

— Правда? Чего, правда можешь огненные шары бросать? — с отчаянием закусил губу Летар. Он всегда мечтал стать боевым магом Радуги и сражаться против богомерзкой Нелюди во славу Мельинской Империи, но, к превеликому своему сожалению, не обладал ни щепоткой Силы. А тут приятель, которого знаешь много-много лет как облупленного, таинственно зовет в скрытый в лесу лагерь, обещая показать что-то невероятное, и там вдруг заявляет, что умеет управляться с магией. Ну почему в жизни всегда так получается? — Покажи, а то не поверю!

— Покажу, Летар, покажу, но позже, — успокоил товарища Родрик. — Сперва давайте поедим, а то, пока мы сюда ехали, я уже проголодался.

— Родрик, а почему ты только сейчас признался, что владеешь магией? — заинтересованно произнесла Жаклин, немигающее смотря на пламя. Она была не по годам умна, и ее, несомненно, ждало большое будущее.

Родрик нахмурился. Затем поудобнее натянул плащ на плечи и вновь сел к костру.

И в самом деле, почему он только сейчас смог рассказать о своих способностях, что даны ему были с самого рождения? Почему его жизнь сложилась именно так, а не иначе? Отчего и почему родители испугались отдавать малолетнего сына суровым адептам Ордена Арка, когда те проезжали этими местами в поисках детей, имеющих ростки магической Силы? Ради чего много лет оберегали Родрика от чужих взглядов, рискуя навлечь на себя гнев всемогущей Радуги? Почему не спросили у самого Родрика, как бы он хотел распорядиться своей судьбой?

А ведь он хотел, да что там хотел — просто жаждал стать настоящим магом и носить красный плащ адепта Арка, Ордена всепожирающего Огня! Но родители его не отдали, утаили, спрятали за свои спины!

— Да, действительно, почему только сейчас решился? — вскинул бровь Летар.

— Глупо все получилось, — невесело проговорил Родрик. — Родители убоялись отдать меня ребенком магикам Арка. Наверное, решили, что дома мне будет лучше, чем в каменных кельях хвалинской башни…

— О, Спаситель! — выдохнула Жаклин, закрыв маленькой ладошкой изящный ротик. — Даже боюсь представить, что могло случиться, если бы магики нашли тебя! Твои родители сильно рисковали!

— В особенности, тобой, — хмыкнул Летар. — А главное — у тебя даже не спросили! Я бы, например, с радостью согласился стать послушником Арка и изучать боевые заклятья! Да как вообще родители могут решать за своих детей, какое имеют на это право?

— Тебе бы только с кем-нибудь драться! — скорчила рожицу Жаклин. — Как не меч, то заклятье!

— Во славу Императора и Империи! — серьезно отметил Летар.

— Он прав, Жаклинка, — горько усмехнулся юноша. — Если бы у меня тогда был выбор, я бы без колебаний выбрал службу Радуге. Но выбора не было. Теперь даже не знаю, что делать…

— А что, ты хочешь что-то делать? — удивленно спросила девушка.

— Ну… Вообще-то я собираюсь после окончания Смертного Ливня проститься с родителями и поехать в Хвалин, чтобы попроситься послушником в Орден Арка! Может, возьмут.

— Что? — одновременно выдохнули Летар и Жаклин.

— Да, вы не ослышались, — виновато улыбнулся Родрик. Ему почему-то стало немного неловко из-за своих планов — все-таки они были неприятной неожиданностью для друзей. — Хочу уехать в Хвалин…

— Ты что, совсем с ума сошел? — оборвала его девушка. — Они же тебя сожгут немедленно!

— Он имеет право на этот риск, — угрюмо произнес Летар, перестав разглядывать свои ножны. — Может, ему повезет.

— Глупости! Магики Радуги самые жестокие в Империи люди, если их вообще можно назвать людьми!

— Может, мне повезет, — упрямо повторил Родрик. — Я очень хочу стать магиком, поэтому выбора у меня особого нету! Иначе мне попросту незачем жить!

Жаклин красноречиво покрутила пальцем у виска. Для ее рассудительного ума планы Родрика казались откровенной чушью. По собственной воле отправиться в лапы к жестоким адептам Арка! Чудовищно! Глупо! Чудовищно глупо!

— Не будем спорить, друзья! — примирительно поднял руки Родрик. — Все равно я для себя уже давно все решил. И ничто не может изменить мое решение. Поэтому я и рассказал вам о своей тайне, потому что она больше не имеет никакой важности.

— Может, не стоит рубить сплеча? — с надеждой спросила девушка. Казалось, еще миг и из ее глаз брызнут слезы.

— После нашего возвращения в Мормарн, я все расскажу родителям и в день, когда закончится Ливень — уеду в Хвалин, — бесстрастно отрезал юноша.

— А что же тогда будет с нами? — жалобно спросила Жаклин, кутая руки в рукава подбитой мехом просторной куртки.

— А что с нами будет? — удивился Родрик.

— Ну, мы ведь с самого детства всегда были вместе… — напомнила девушка.

Родрик и Летар недоуменно переглянулись.

— Жаклинка, пора взрослеть, — улыбнулся юноша. — Впереди у каждого из нас своя собственная дорога в жизни. Летар в следующем году уходит в Имперскую армию, и кто знает, свидимся ли мы с ним снова. Я же очень хочу стать магиком, и чтобы сделать это мне придется покинуть отчий дом. Ты тоже не пропадешь, я уверен…

Жаклин молчала.

— Ты, наверное, прав, — наконец произнесла девушка. Затем вздохнула и встала с накрытого пледом пенька. — Хорошо, тогда давайте наслаждаться нашей последней встречей…

Она подняла с земли пустой котелок.

— Пойду воды из реки наберу — похлебку будем варить.

Когда она скрылась за деревьями, направившись к неширокой в этих местах Тилле, Летар недоуменно пожал плечами.

— Что взять с девушек? Вечно перегибают палку со своими переживаниями. Как будто не знала, что когда-нибудь этот момент настанет!

— Да уж, — выдавил из себя Родрик. Он был тайно влюблен во впечатлительную Жаклин. Однако она, как ни странно, любила грубоватого и неотесанного Летара, поэтому, наверное, так резко и относившаяся к будущему легионеру Империи. Впрочем, в жизни обычно так всегда и бывает.

Родрик подавленно отвернулся, чтобы осмотреть содержимое сумок, и заодно отвлечься от невеселых мыслей.

Неожиданно на поляну выскочила запыхавшаяся Жаклин с растрепанными волосами и белым как мел лицом. Котелка в ее руках не было.

— Там, там, там… — испуганно пролепетала она, указывая рукой в сторону реки.

Летар настороженно привстал со своего места, положив руку на рукоятку меча, словно ожидал увидеть за спиной девушки разбойников.

— Что там? — спросил он.

— Там — гномы! — выпалила Жаклин.

Летар недоуменно скривил лицо.

— Гномы! Ну и что? Небось, караван в Шавер идет.

— Странно это, — покачал головой Родрик. — Зима уже на носу. Они еще никогда не слали к нам торговцев так поздно.

— Да нет же! — дернулась Жаклин. — Вы меня хоть дослушать можете? Там, на другом берегу Тиллы, не караван купцов, а с полсотни низкорослых бородатых воинов, вооруженных щитами и огромными топорами!

— Бред, — заключил Летар. — Да гномы боятся нос показать из своих нор! Закон Империи и для Нелюди — закон! Может, тебе показалось?

Казалось, девушка сейчас лопнет от досады и еще оттого, что ей даже не верят.

— Сами пойдите и посмотрите! — она еще раз указала пальцем в сторону Тиллы. — Они у брода столпились и внимательно разглядывают наш берег. Едва меня не заметили — я только в последний миг успела в кусты шмыгнуть!

Парни переглянулись.

— Пойдем, что ли?

— Конечно, только надобно потише подбираться…

— Летар, не беспокойся, не дурак — сам понимаю!

Жаклин спросила:

— А мне что делать?

— Оставайся в лагере, — отрезал Летар. — Здесь всяко безопаснее, чем у реки, если, конечно, ты не соврала.

Девушка покраснела.

— Ну и идите сами! — зло выпалила она. — Больно надо по кустам лазить за двумя самоуверенными сопляками!

Родрик с благодарностью взглянул на Летара. Он сразу понял задумку товарища — тот специально нагрубил девушке, чтобы она из упрямства осталась в лагере.

— И в самом деле, Жаклинка, мы за тебя хоть будем в спокойствии.

Но девушка уже пошла в сторону костерка, даже не дослушав.

— Огонь притуши, — предупредил Летар, прежде чем скрыться в гуще леса. — Если со стороны реки увидят дым над деревьями — нам несдобровать!

Друзья осторожно, но весьма быстро пробирались сквозь чащу, прячась за толстыми стволами деревьев. За многие годы игр в этом лесу, они выучили окрестную местность как свои пять пальцев, и поэтому шли самым коротким путем к реке. Вскоре впереди мелькнула блестящая водная гладь, пропала, затем вновь появилась. Парни замедлили шаг. Теперь следовало себя вести как можно более незаметнее.

Они направились к невысокому пригорку, где на самой вершине возвышался перекошенный дуб с вывернутыми из земли старыми корнями, решив спрятаться под густой кроной этого дерева. По их расчетам сразу за противоположной стороной пригорка должен был начинаться берег Тиллы, обзор которого тянулся до самого брода.

Летар залег посреди двух толстых корней, похожих на сцепившихся в смертельной схватке змей, а Родрик за обросшим зеленоватым мохом стволом дуба. Затем парни осторожно выглянули на другую сторону.

Жаклин действительно была права! На противоположном берегу неширокой здесь Тиллы у самого брода столпилась довольно большая группа коренастых широкоплечих воинов с густыми окладистыми бородами. Гномы! С оружием! Наглым взглядом всматриваются в окрестности, наверняка, ожидая подвоха от людей, могущих устроить в лесу засаду. Только вот никакой засады-то не было. Не прятались в густой чаще смелые, закаленные в боях легионеры, сжимающие в руках тяжелые пилумы, не сидели на деревьях остроглазые арбалетчики и лучники, способные вогнать стрелу в прореху между доспехами со ста шагов. Люди даже не подозревали о коварных планах гномов. И это было страшнее всего.

Стоящий почти у самой воды гном, державшийся куда более гордо, чем все остальные коренастые воины, повелительно махнул рукой в сторону противоположного берега. Ближайшие к нему кивнули и вошли в воду. Они быстро форсировали реку, холодная вода бурлила вокруг закованных в железо крепких ног, хриплое дыхание вылетало из полусотни гномьих глоток.

Без осложнений выбравшись на берег, от отряда отделилось несколько гномов и бросилось в чащу леса, проверяя на наличие засад, но очень скоро они вернулись назад, одобрительно размахивая руками. Слава Спасителю, и тайный лагерь ребят, и, собственно, пригорок со старым перекошенным дубом находились на порядочном расстоянии от брода, и чтобы обнаружить следящих за переправой людей, гномам пришлось бы старательно прочесать почти весь лес.

Удовлетворившись осмотром, вторгнувшиеся на заселенную людьми территорию Империи Нелюди прокричали что-то на своем непонятном языке на другую сторону Тиллы, и из чащи появилась еще полусотня грозных подземных жителей, вооруженных тяжелыми арбалетами. Не останавливаясь ни мгновения, они преодолели водное препятствие и присоединились к соплеменникам. Организованно построившись в колонну, гномы споро двинулись по Тракту, скоро исчезнув за стеной деревьев.

Молчавшие все это время друзья, тяжело откинулись назад и посмотрели друг на друга. Лица у обоих были испуганные и встревоженные.

— Что это было? — спросил у товарища Родрик.

— Вторжение, — растерянно ответил тот.

— Какое еще вторжение?

— Гнусное и коварное, — мрачно ответил Летар. — Они направились к Шаверу, я уверен. И еще, мне кажется, что это только авангард гномьей шайки! Главные силы идут где-то позади.

— Ты думаешь, что гномы начали войну с Империей? — ошарашено спросил юноша.

— Не знаю, — еще мрачнее ответил его товарищ. — Не хочется верить, но готовиться надо к худшему…

— Давай поскорее вернемся в лагерь, — предложил Родрик. — Жаклин уже, наверное, волнуется.

Летар кивнул и парни двинулись сквозь лесную чащу. Волнение за Жаклин заставляло их быстрее переставлять ноги, к тому же в голову лезли разные неприятные мысли. А что если гномы, случайно углубившись в лес, обнаружили их тайный лагерь? Тогда даже страшно представить, что они могли сделать с девушкой.

В конце концов, не выдержав напряжения, парни перешли на стремительный бег, продираясь сквозь кусты и перепрыгивая через коряги без малейшей предосторожности, подгоняемые непонятным, но однозначно нехорошим предчувствием. Так что когда они вылетели на знакомую поляну, тяжело дыша и вытаращив глаза, Жаклин подпрыгнула от испуга и выставила перед собой большой охотничий нож. Потом, сообразив, что угрожает друзьям, быстро спрятала лезвие за спиной, даже слегка смутившись.

— Ты… здесь, — едва выдавил из себя Летар, стараясь унять сбившееся дыхание.

— А где мне еще быть? — недоуменно ответила девушка. — Что случилось? Почему вы такие запыхавшиеся?

Родрик вопросительно посмотрел на товарища, но, увидев его настороженный взгляд, понял, что лучше не рассказывать о глупых детских страхах, что посетили их по пути обратно. Еще чего доброго, Жаклин поднимет на смех из-за этого. Ну уж нет, ни за что на свете!

— Время сберегали, — на полном серьезе ответил Летар, неопределенно пожав плечами. — У нас его и так мало.

Жаклин кивнула, хотя от парней не укрылась ее мимолетная улыбка, что на мгновение задержалась на лице. Она догадалась об истинной причине спешки друзей, и ей вдруг стало очень приятно, что они так волнуются за нее. Ведь для девушек это самое главное.

— Видели гномов? — спросила она.

— Видели, — коротко ответил Родрик, в растерянности топчась на месте.

— Угу, — подтвердил Летар, заткнув меч в ножнах за пояс, и сейчас деловито собирающий свой вещевой мешок.

— Что ты делаешь? — удивилась Жаклин.

Парень на мгновение оторвался, внимательно посмотрел на друзей:

— Собираю вещи, разве не видно?

— Зачем?

— Надо предупредить наших. Если проклятые карлики незаметно доберутся до Шавера, то город обречен. С их скоростью они будут там где-то к вечеру. А это значит, что нападать им выпадет в самое благоприятное время — когда стражники сонно клюют носом на смотровых вышках, а пьяные мужики гуляют в трактирах. Взять штурмом Шавер с такой обороной смогут даже такие неотесанные болваны, как эти вечно немытые гномы!

— Но почему именно в Шавер? — вскинулась Жаклин. — А как же наш родной Мормарн?

Летар недоуменно поглядел на нее.

— А в Шавере, значит, люди не живут? Или их не жалко отдавать гномьим топорам на погибель? К тому же, Шавер стоит первым вдоль Тракта, поэтому недомеркам до него ближе всего.

— Неужели гарнизон города не сможет обнаружить вторжение гномов? — осторожно спросил Родрик. По правде говоря, ему было не по себе от пережитого, а если говорить уж совсем честно — то страшно. Война гномов с людьми закончилась так давно, что стала всего лишь страничкой истории, за которой уже не ощутить горечь и боль за те десятки, а, может, и сотни тысяч смертей, что сопровождали то смутное время. Родрик привык видеть гномов с позорными бирками на шее, униженно гнущих спины перед Имперскими чиновниками, и теперь вооруженный до зубов бородатый низкорослик с яростным огнем мести в глазах казался ему чем-то нереальным, неупокоенным призраком прошлого. А посему донельзя страшным и опасным.

— Может, и обнаружат, — неохотно согласился Летар. — Но я не хочу полагаться на случай. Мы обязаны предупредить жителей Шавера. Вы как хотите, но я пойду…

Он сделал паузу, а затем твердо добавил:

— …Даже если придется идти самому!

Жаклин растерянно поглядела на Родрика, потом на почти собравшегося Летара.

— А если сразу пойти в Мормарн? Там, все-таки, наши родители…

— Хватит! — гневно вскрикнул Летар. — Как вы можете так говорить? В Шавере тоже есть чьи-то матери и отцы, которые также хотят жить! Я не прощу себе, если там случится беда! Их надо предупредить! Вы со мной или нет?

Потребовалось несколько мгновений, чтобы дождаться ответа.

— Мы с тобой, Летар, — сказал Родрик. Жаклин решительно кивнула в поддержку. — Конечно, ты прав. Мы должны предупредить жителей Шавера об опасности.

— Собирайтесь, — попросил юноша. — У нас очень мало времени. Гномы идут по почти прямому Тракту, причем, совершенно открыто, — не таясь. Нам же придется пробираться через лес, иногда отклоняясь от выбранного маршрута, чтобы не встретиться на полпути с проклятыми карликами. Поэтому мы проигрываем им в скорости. Но мы обязаны успеть раньше! Иначе все наши усилия бесполезны…

* * *

Ребята все-таки не успели добраться до Шавера раньше гномьего отряда. Всего немного, но не успели. И от этого было вдвойне обидней, что могло получиться предупредить жителей городка, но, видать, не судилось.

Запыхавшиеся, голодные, измазанные в грязи по колено, друзья вывалились на опушку леса, почти вплотную примыкавшую к стене города неподалеку от западных ворот. Именно в этот момент ночную тишину разорвал яростный боевой вой сотни иссушенных жаждой крови глоток. Это гномы сломили слабое сопротивление не успевших запереть ворота легионеров и плотно сжавшимся стальным комком покатились по оцепеневшим улицам, щедро сея вокруг себя разрушения и смерть.

Это была страшная ночь. Гномы выламывали двери в домах, без малейшей жалости убивали всех домочадцев, а затем пускали внутрь красного петуха, чтобы огонь довершил початое. Иные вытаскивали женщин за волосы на улицу, даже не собираясь насиловать, и там на спор соревновались чей удар наиболее точен и красив. Другие давили сапогами истошно орущих младенцев, словно те были мерзкими земляными червями. Коренастыми воинами словно завладело какое-то помешательство, зовущее убивать, убивать и еще раз убивать проклятых хумансов, так много лет державших в повиновении гордый подземный народ. И никому не было в Шавере спасения.

Услышав яростные боевые вопли и предсмертные крики несчастных жителей городка, Летар горестно застонал. Он упал на колени и обхватил голову руками, уткнувшись макушкой в промерзлую землю.

— Не успели, не успели, не успели, — как заведенный повторял он. — Мы не успели! Все зря! Как же так?

Юноша выпрямился и глазами полными отчаяния уставился на языки пламени, что рвались в ночное небо за городской стеной. Там уже вовсю пылали дома.

— Как же так! За что? ЗА ЧТО?!

Жаклин осторожно и ласково положила ему на плечо ладонь. Присела рядом. Она даже не знала, что сказать, но понимала, что все же сказать что-нибудь нужно.

— Летар, мы не виноваты. Мы спешили, как могли, но… Наверное, не судилось!

Юноша отстраненно заглянул ей в лицо, а затем отодвинулся, словно увидел в ее глазах что-то страшное.

— Нет, нет, нет… — Он резко взмахнул рукой. — Шавер еще можно спасти! Там же стоит сотня легионеров, сейчас они придут в себя и дадут бой проклятым недомеркам!

Родрик решительно шагнул к друзьям. Ему было жалко погибающих жителей городка, и горестно за мучения товарища, и страшно от присутствия смерти, ходившей совсем рядом — за стеной. Но он ясно осознавал, что уже никому помочь не сможет, и поэтому хотел поскорее уйти отсюда.

— Летар, мы должны уходить! Шавер обречен — гномы скоро превратят его в пепелище. Пока они не наткнулись на нас, мы еще успеем скрыться в лесу. Со всех ног поспешим в Мормарн. Туда-то мы уж точно поспеем раньше гномов, пока они будут бесноваться в Шавере… Пойми, это единственное правильное решение!

Летар скривился и покачал головой, словно слова товарища приносили ему неприятные ощущения.

— Предательски убегать от врагов, когда рядом гибнуть наши собратья, я не собираюсь! Значит, шаверцы своими смертями должны заплатить за жизнь остальных? Никогда! Пока я жив, могу дышать и держать меч в руках, этому не бывать!

Он резко высвободился из объятий девушки, вскочил на ноги, скинул лямки мешка с плеч и помчался в сторону городских ворот, на ходу вытаскивая клинок из ножен. Жаклин и Родрик не успели толком среагировать на произошедшее, как Летар уже скрылся в темноте.

— Проклятье! — выругался Родрик, даже не постеснявшись присутствия подруги. — Куда он побежал — это же верная смерть! Вот ведь глупец! А еще сумасшедшим меня называл за то, что хочу стать послушником Арка! Это еще вопрос кто из нас более безумен!

— Что же нам делать? — тихонько спросила Жаклин, прижав руки к груди. — Мы ведь не можем бросить его!

— Не можем, — зло ответил юноша. — Демоны его подери!

Девушка испуганно посмотрела на него.

— Поможем?

— Поможем? — криво усмехнулся Родрик. Он вдруг поймал себя на мысли, что за него Жаклин бы так не волновалась! Ну почему она влюбилась в Летара? Почему? — Вернее будет сказать — помогу! Мне придется пойти за ним. Хоть это и глупо, но бросить друга в беде я не могу…

— А я? — Глаза Жаклин вопросительно расширились.

— А ты иди в Мормарн, — жестко отрезал парень. — Предупреди всех, что гномы идут, пусть готовятся.

Девушка посмотрела в землю и упрямо покачала головой.

— Нет, — Казалось, решимости ей не занимать. — Я вас одних не брошу!

«Нас?» — удивился Родрик. Это было что-то новенькое, раньше ему такого слышать не приходилось. Неужели Жаклин влюбилась еще и в него, или просто стала меньше любить Летара? А может, и вовсе втайне любит кого-то третьего. Пожалуй, рановато еще умирать, вдруг действительно…

— Хорошо, — согласился юноша. — Только держись поближе ко мне, чтобы ненароком не попал в тебя огненным шаром. Я же обещал показать свое умение… только вот вместо мишеней, вероятно, будут гномы!

Он недобро усмехнулся и, схватив девушку за руку, побежал вдоль городской стены в сторону западных ворот.

Добравшись до распахнутых настежь створок, они немного сбавили темп. Повсюду в лужах крови валялись изрубленные легионеры, не успевшие даже толком дать бой, что было отчетливо видно по навечно застывшим в глазах ужасу и растерянности. Конечно, шансов встретить у ворот гномов было немного, но вдруг подземные воины решили оставить здесь несколько бойцов, чтобы отлавливать пытающихся убежать горожан. Не стоило рисковать понапрасну.

Жестом указав Жаклин оставаться на месте, Родрик осторожно прошел под аркой ворот, стараясь не вступать в лужи крови, оглядел все вокруг, и только потом разрешил девушке присоединиться к нему. Похоже, кроме трупов и пылающих домов больше здесь ничего не было. Казалось, гномы как безумные ворвались в Шавер, и, не соблюдая никаких правил и построений, хлынули по улицам, ведомые лишь жаждой убийства…

Гнать проклятых хумансов, бегущих словно стадо глупых животных, рубить им головы и насквозь пронзать тела сталью, заставляя корчиться в предсмертной агонии. Убивать, убивать, убивать! Всех без разбора: легионеров, простых ремесленников, стариков, женщин и детей. Всех.

Родрику стало не по себе от этих мыслей. Этого не могло быть, просто не могло быть! Как униженные и загнанные в свои норы гномы посмели восстать против всесильной Империи? Ведь когда в эти земли придут железные легионы Императора, подземный народ будет вырезан на корню за совершенные злодеяния. Что же заставило гномов бросить пещеры и взяться за оружие?

Жаклин судорожно схватила парня за рукав, расширенными от ужаса глазами смотря на застывшие в разнообразных позах тела. Затем с надеждой взглянула на Родрика.

— Ведь Император не простит им этого? — прошептала она. — Ведь так?

— Не простит, — твердо ответил юноша. — Они еще за все ответят, но позже. А сейчас нам надо найти Летара.

— Где же его искать? — махнула рукой девушка, указывая на горящие вокруг дома. — Он мог побежать куда угодно!

— Нет, — покачал головой Родрик. — Летар наверняка побежал туда, где сражаются отчаяннее всего.

Словно в подтверждение его слов далеко впереди раздались яростные вопли и лязг оружия, слившиеся в один сплошной гул. Не требовалось много ума, чтобы понять, что там сшиблись в схватке защитники городка и лавина обезумевших гномов. Вот там, скорее всего, и можно было найти Летара.

Родрик и Жаклин двинулись в направлении шума, внимательно оглядываясь по сторонам, боясь наткнуться на гномов. Им приходилось обходить окровавленные трупы женщин и мужчин, раздавленных сапогами детей, и сторониться яростно пылающих словно факелы домов. В горячем воздухе стояла такая жуткая смесь запахов горелой человеческой плоти и свежепролитой крови, что несколько раз Жаклин едва не стошнило от увиденных ужасов. Родрик был бледен, но шел по улицам твердо, крепко придерживая ослабевшую девушку за локоть. И внимательно вглядывался вперед и по сторонам, чтобы не пропустить возможное нападение.

Эта внимательность была награждена спустя несколько мгновений, когда из-за поворота внезапно выскочила юная девчушка, отчаянно пытающаяся убежать от двух гномов, с улюлюканьем преследующих ее, словно лесную косулю. Но неожиданно один из гномов метнул свою огромную секиру и та, хищно просвистев в воздухе, подрубила девчушке левую ногу. Вскрикнув не столько от боли, сколько от обиды, она тяжело рухнула на землю, ударившись лицом об панцирь убитого легионера. Гномы, завопив от удовольствия, подскочили к обездвиженной жертве. Один из них схватил девушку за косу, намотав волосы себе на руку, и резко запрокинул ей голову вверх, так чтобы была видна худая обнаженная шея. Второй, тщательно примерившись, рубанул топором по шее. Раздался отвратительный хруст, девчушка сдавленно всхлипнула, и обезглавленное тело безвольно повалилось на землю, а, гном, оглушительно захохотав, принялся размахивать трофеем у себя над головой. Из перебитых артерий брызгала кровь, бурыми пятнами покрывая лица и бороды извергов, но те, казалось, даже не замечали подобной мелочи.

Наконец, гномы обрели чувство реальности, и их, затянутые блаженной паволокой глаза, вновь прояснились, упершись в фигуры Родрика и Жаклин. Сперва они даже растерялись, отчего эти двое не бегут отсюда сломя голову, но потом, отбросив отрубленную голову в сторону и приняв боевые стойки, начали приближаться к людям. Что-то не нравилось им в глазах и позе хумансового молокососа, исподлобья глядевшего на них хоть и с испугом, но и… с какой-то угрозой.

— Не приближайтесь! — тихо, но очень спокойно произнес Родрик, выставив перед собой руки. — Еще один шаг и вы пожалеете!

Гномы что-то недовольно пролаяли на своем языке и шагать вперед, конечно же, не перестали. Казалось, с переходом на этот берег Тиллы, они вовсе забыли общеимперское наречие, словно проснувшийся пытается поскорее забыть ночной кошмар.

— Держись за моей спиной, — прошептал юноша Жаклин. Та согласно кивнула, что Родрик, ясное дело, не мог увидеть. — Сейчас будет жарко!

Он резко вытянул руки ладонями вперед и перед гномами, прямо из-под земли, встала стена огня, преградив путь к людям. Низкорослые воины испуганно вскрикнули и попятились назад, прикрываясь широкими щитами. До юноши донеслись обрывки фраз, в которых он смог четко разобрать только одно слово — Радуга. Похоже, они приняли его за мага Радуги, невесть каким образом оказавшемся в провинциальном Шавере.

Родрик сдержанно ухмыльнулся. Что ж, он не будет разочаровывать проклятых карликов…

С его ладоней сорвались два сгустка огня и, с шипением пробив стену пламени, понеслись в сторону гномов. Но те оказались готовы к таким неприятным сюрпризам. Выставив щиты перед собой, они приняли удар. Огненные шары словно волны растеклись по обшитым металлическими полосами щитам и исчезли, так и не причинив даже малейшего вреда. Но и этого оказалось достаточно, чтобы заставить гномов убраться с глаз. Вероятно, поняв, что самим справиться с ненавистным послушником Ордена Арк им не удастся, они бросились за подмогой.

Только когда гномы скрылись за углом ближайшего дома, Родрик опустил руки, и посмотрел на притаившуюся у него за спиной Жаклин.

— Все в порядке?

Она потрясенно смотрела на обезглавленное тело девушки.

— Они… отрубили ей голову. На… моих глазах!

Юноша прижал ее к себе.

— Они еще дорого за это заплатят! Вот увидишь!

И еще через мгновение:

— Нам надо быстрее уходить отсюда, а то эти два гнома наверняка скоро приведут собратьев на подмогу. К этому времени нас здесь быть не должно!

Они вновь двинулись по улицам Шавера, стараясь избежать встречи с разъяренными воинами подземного народа. Трижды пришлось прятаться в тени уцелевших домов, чтобы переждать большие группы гномов, пробегавших мимо. Еще несколько раз Родрик отпугивал магией одного или двух гномов, отбившихся от своих отрядов, и рыскавших в поисках выживших хумансов.

Им пока везло, но юноша отчетливо осознавал, что бесконечно так продолжаться не может. В конце концов, их начнут выслеживать и рано или поздно загонят в угол, и тогда не спасет даже грозная магия Огня. Поэтому ребятам необходимо было поскорее найти Летара и убраться прочь из обреченного городка.

Наконец они набрели на место, где еще совсем недавно происходила ожесточенная схватка. Улица была густо завалена трупами легионеров и простых горожан, беспорядочно лежавших там, где настигла их смерть. На бледных лицах навечно застыла маска отчаяния и безысходности. Ни одного тела гномов видно не было. Видимо, именно здесь пришедшие в себя люди пытались дать проклятым карликам бой, но, скорее всего, ничего не получилось. Коренастые воины сломили сопротивление хумансов и погнали их дальше по городу.

Родрик принялся осторожно ходить между грудами тел, заглядывая мертвецам в лица, пытаясь отыскать Летара. Если уж искать его, думал юноша, то только там, где проходила жестокая схватка. И хотя Родрик надеялся, что среди трупов не найдет своего друга, но все равно продолжал поиски. Стиснув зубы, он переворачивал окровавленные тела, пронзенные короткими арбалетными болтами и изрубленные топорами, лишь бы увидеть лицо, и с трудом удерживал себя от рвоты и отвращения.

Внезапно сзади вскрикнула Жаклин. Юноша стремительно обернулся, ожидая увидеть выскакивающих из-за угла дома гномов, но девушка лишь указывала ему пальцем куда-то вбок. Он посмотрел в том направлении… и едва не содрогнулся от ужаса. На стене дома была распята девушка — здоровенные костыли торчали из ее ладоней и ступней. Голова с перекошенным от невыносимой боли лицом была склонена вниз.

Родрик подошел ближе. Лицо девушки во многих местах покрывала какая-то непонятная слизь. Юноше понадобилось несколько мгновений, чтобы понять, что гномы плевали ей в лицо.

Пальцы Родрика до боли сжались в кулаки. Ему вдруг отчаянно захотелось согнать всех гномов, что жили на территории Империи, включая женщин и детей, а также седых полуслепых стариков, на одной большой площади и сжечь всех дотла с помощью своей огненной магии. И смотреть, с удовольствием смотреть, как корчатся от непередаваемой боли их тела в беспощадном пламени, наслаждаться их мучениями, упиваться их страданием…

…Он видел, как над полями, лесами и горами Империи встает гигантская стена огня, что подобно морской волне накрывает все вокруг, и ничто живое не может спастись от этой погибели. Пламя стремительно стелется по земле, расползаясь в стороны, и оставляет за собой лишь выжженную дочерна корку, на которой уже никогда не вырастет ни один росток. Так будет, он видел, что так будет… Скоро, очень скоро… И будет пламя… И… Будет… Пламя…

— Родрик… Родрик! Да что же с тобой, Родрик… — Юноша вздрогнул всем телом, ощутив, как Жаклин настойчиво теребит его за рукав куртки. — Очнись! Что с тобой?

Он растерянно посмотрел на девушку. Она ответила ему не менее растерянным взглядом, словно очень испугалась его странного поведения.

— Что случилось?

— Я звала тебя несколько раз, но ты не отзывался, пока я не подошла и не схватила за рукав. Что с тобой стряслось?

— Пустяки. — Родрик поморщился. — Задумался.

— Задумался? — округлила глаза Жаклин. — Нашел время думать…

Слабый, едва слышный стон прозвучал где-то слева. Будто и стон вовсе, а легкий шепот ветра, невесомый, тающий в воздухе…

Неужели в этой бойне кто-то сумел выжить? Избежать кровожадных топоров обезумевших гномов? Уберечь тонкую ниточку — жизнь? Невероятно…

Родрик поспешил туда, откуда раздался стон. Определенно, за перевернутой деревянной тачкой, на которой еще днем торговец овощами возил свой товар, у стены ближайшего дома кто-то слабо шевелился. Юноша с трудом отодвинул тачку в сторону и с любопытством заглянул в необычное укрытие. А вдруг…

О, Спаситель! Как же ты милосерден и добр! Чтобы не говорили злые языки о том, что ты покинул своих детей и давно перестал обращать внимание на мольбы страждущих — это не правда! Ты смотришь. Смотришь и видишь, где необходима твоя помощь, и в нужный момент протягиваешь руку…

Прислонившись спиной к каменой стене дома, на Родрика смотрел Летар, скрюченными пальцами прижимающий какую-то грязную тряпку к изувеченному плечу. Из-под тряпки медленно сочилась густая темная кровь, тонкими струйками стекавшая по рукам на землю. Мертвенно-бледное лицо превратилось в маску отчуждения, лишь один колючий взгляд выдавал в нем еще живого.

— Блаженные Небеса! — вскрикнула Жаклин, отталкивая замершего в нерешительности Родрика, и протискиваясь между тачкой и стеной. Она упала перед любимым на колени и погладила по слипшимся от пота волосам. Тот лишь слабо шевельнул губами, наверняка, пытаясь изобразить улыбку.

— Он потерял много крови! — повернул голову, пожаловалась девушка. — Что же делать?

Родрик пожал плечами и подошел ближе, затем опустился рядом на корточки.

— Скорее убираться отсюда всем вместе, — проговорил он. Подумал и добавил: — И молиться, чтобы проклятые карлики выпустили нас из Шавера… Как ты? Сможешь идти?

Летар слабо кивнул, и словно в подтверждение своих слов попытался привстать. Хрип вырвался из его груди, а из плеча противно запузырилась кровь. Да, если он и мог идти, то только до ближайшего погоста…

— Они дрались как безумные, — внезапно заговорил юноша слабым голосом. — Глаза горели фанатичным огнем, словно они свято верили в свою непобедимость…

Летар обвел взглядом место сражения.

— Здесь остатки легионеров и самые отважные горожане встретили подлых гномов, чтобы прекратить резню… Я успел как раз вовремя, и даже занял место в первом ряду… Но все… оказалось зря…

Жаклин крепко прижалась к нему, тем не менее, пытаясь не потревожить страшную рану на плече.

— Молчи, молчи! Тебе нельзя говорить!

Но Летар уже не мог остановиться. Он жаждал выговориться…

— Они одним ударом смяли нас и погнали дальше по улице. Какой-то гном оттолкнул меня щитом и я упал на колени, а через миг… лезвие топора разрубило мне плечо…

— Надо уходить, — тихо напомнил Родрик.

«Что же ты, Летар, — подумал юноша, — пожалей хоть девушку! Если уж так тешишься своим поражением и хочешь испустить дух на месте боя, то не утягивай за собой любящую тебя Жаклин! В чем она виновата?»

— Я потерял сознание… Гномы, наверное, подумали, что я умер, и не стали добивать…

Жаклин заплаканными глазами взглянула на Родрика.

— Мы должны спасти его.

Юноша кивнул.

— Хватай его за туловище и тяни вверх, — попросил Родрик девушку.

Когда им, наконец, с большим трудом удалось поставить кусающего, чтобы не закричать от боли, губы Летара на ноги, Родрик ловко подставил плечо под уцелевшую руку друга.

— А теперь потихонечку двинемся к восточным воротам…

Но Родрик понимал, что добраться до ворот города с тяжелораненым им, скорее всего, не удастся. Уж слишком это невероятно…

Словно в подтверждение самых черных мыслей юноши, из багрово-черной мглы вынырнул десяток низкорослых бородатых воинов, размахивающих окровавленными по самые рукоятки топорами. Увидав практически скрывшихся с места схватки ребят, они оглушительно заревели, и бросились следом.

— Скорее, Жаклин! — закричал Родрик, выскользнув из-под тела друга, и передавая его в руки девушке. — Тащи Летара в этот дом, — он ткнул пальцем в ближайшее не горящее строение, с разбитой на мелкие щепки дверью. — Поднимайтесь на второй этаж и ждите меня! Я прикрою вас!

У Жаклин не оставалось времени, чтобы оспорить приказ юноши, и поэтому она молча подхватила любимого под мышки и потащила в сторону темнеющего прохода. Летар громко стонал от боли и истошно кричал, что не боится ненавистных карликов. Лишь когда девушка из последних сил втащила его за порог дома, он умолк.

Родрик закрыл своим телом дорогу к дому. Широко расставил ноги и поднял навстречу гномам руки.

«Только бы у них не оказалось арбалетов», — про себя взмолился он. Никакие струи огня, извергаемые из ладоней, не спасут его от коротких болтов, способных пробить даже самый крепкий панцирь. Что уж говорить о слабом человеческом теле…

Гномы стремительно приближались. Юноша уже видел безумный блеск их маленьких глаз-щелочек, слышал хриплое от натуги дыхание и скрежет сцепленных от ненависти зубов. Сейчас, уже сейчас они сомнут его одним ударом, взяв на щиты, а уж затем напьются кровью тяжелые топоры…

Но в дело вступил огонь. Всепожирающее яростное пламя, не имеющие пристрастий и жалости, без остатка выжигающее скверну и благо…

Окаченный огненной волной, отряд гномов беспорядочно отшатнулся назад, прикрываясь щитами и пугливо выглядывая из-за них. Кто-то истошно ревел от негодования, держась за опаленную бороду.

Родрик усмехнулся. Что ж, понять можно — борода почти самое святое для подземного народа. Символ положения в обществе и все такое…

Коротко свистнуло у левого уха. Юноша инстинктивно дернул головой, но сообразил, что если бы арбалетный болт прошел чуток правее, то валятся ему на земле с дыркой в голове.

За щитами проворно укрылся гном с арбалетом. Несомненно, для того чтобы перезарядить его. Родрик склонялся к мысли, что второй выстрел окажется более точным, а посему попятился к двери дома, не спуская глаз с коренастых воинов. Должно же пламя, в конце концов, хоть раз нанести больше вреда, чем просто опалить бороду какому-нибудь гному.

Оказавшись внутри дома, Родрик быстро огляделся. Мебели в помещении было негусто, видимо здесь жила не самая состоятельная семья, так что забаррикадировать проход оказалось нечем. Да и сомневался юноша, что подобная преграда сможет остановить обнаглевших от собственной безнаказанности гномов.

— Жаклин, где вы? — громко позвал юноша.

Ответ раздался через несколько мгновений:

— На втором этаже, как ты и сказал! Поднимайся скорее к нам! Там лестница деревянная слева от входа есть!

Юноша покачал головой. Похоже, получив на руки искалеченного любимого, Жаклин приняла на себя заботу о нем и уже совсем успела позабыть о тех ужасах, что видела на улицах Шавера. Без сомнений и упреков, чисто и самозабвенно…

Продолжая наблюдать за багровым от пожаров на улице провалом двери, Родрик стал подниматься по лестнице. И весьма вовремя. Несколько коротких болтов со свистом вспороли воздух и, не найдя живой плоти, с разочарованным звоном впились в стены дома. Один из болтов как раз у подножья подъема, где еще мгновение назад находился юноша.

«Кажется, — подумал Родрик, — к дому подтянулось еще несколько гномов, раз стреляли сразу из нескольких арбалетов». Но стреляли, определенно, на удачу. Слишком уж беспорядочными получились выстрелы. А раз так, значит, гномы не очень уверены в своих силах. Все-таки к владеющим боевой магией хумансам они всегда относились с особой опаской и ожидали многих неприятностей.

По всему выходило, что уже многие гномы знали о замеченном в городке магике и теперь спешили к окруженному дому, жаждая расправиться с мерзким колдуном ненавистной Нелюдям Радуги. Расправиться жестоко и кроваво — чтобы слухи о зверствах подземного народа быстро разнеслись по всем землям хумансовой Империи.

Добравшись до конца ступенек, Родрик оказался на небольшом балкончике, огороженном невысокими деревянными перилами. Слева находился проход с приоткрытой наполовину дверью. Оттуда доносился неясный шум и чьи-то приглушенные проклятия. Очевидно Жаклин решила перевязать рану Летара, да так и не нашла чем. Юноша заглянул внутрь.

Летар навзничь лежал на краю брошенного неубранным ложа, бессильно откинув голову назад. Только кадык нервно ходил из стороны в сторону, словно юноша испытывал жуткую жажду. Жаклин сидела рядом и пыталась куском только что оторванного от куртки рукава зажать разрубленное плечо любимого. Ее руки были густо обмазаны кровью, а сама ткань, еще недавно бывшая чистой, полностью пропиталась темно-багровым цветом.

— Никак не могу остановить кровь, — виновато выдохнула девушка, со страхом в глазах посмотрев на Родрика. Летар вновь застонал — на этот раз не от боли, но от отчаяния. И, скривившись, отвернулся к стене, в которой было прорублено единственное в комнате окно, сейчас наглухо закрытое, чтобы не слышать творящегося на улицах города безумия.

Родрик понимающе кивнул. Ему не хотелось расстраивать Жаклин, но все же… Время отмеряно, и потихоньку истекает…

— Мы спасем Летара, — твердо сказал он. — Надо только отбиться от проклятых гномов! Продолжай останавливать кровь, а я постараюсь скоро вернуться!

Юноша вновь вынырнул на балкончик, ловко присев на одно колено. Два болта со свистом пронеслись над головой и ушли в темноту. Внизу послышалась негромкая брань на гномьем языке. Что ж, коротконогие изверги, раз вы так…

Родрик опрокинулся на спину, растянувшись на балкончике всем телом так, чтобы взгляд был устремлен в потолок дома. Затем плавными движениями принялся водить открытыми ладонями в воздухе. Под самой крышей медленно завихрился бледно-красный дым, постепенно наливаясь яркостью. Неожиданно концы багрового тумана стремительно разошлись в разные стороны, покрыв собой почти всю поверхность потолка. Затем из колдовского покрывала прорезались яростные протуберанцы пламени, нацеленные гибкими остриями вниз. Внизу, кажется, поняли, что творилось в этот момент у них над головой, и кто-то завопил от страха. Некоторые даже рванулись к выходу, что было слышно по спешному стуку тяжелых сапог по деревянному полу, надеясь избежать колдовского удара, но огненное покрывало неумолимо рухнуло вниз…

Громко ухнуло, словно ударили в большой пустой котел, дом слегка встряхнуло, стены ярко осветились багровым, и пламя, бурля от неимоверной силы, рванулось вверх, лизнув кончики деревянных перил. Если внизу кто-то не успел унести ноги, то с ним уже было покончено. Покончено жестоко…

Родрик перевернулся на бок, сбивая с сапог перекинувшееся с перил пламя, и, подтянувшись к краю балкона, осторожно заглянул вниз. У входной двери могли прятаться арбалетчики, если, конечно, огонь не добралась до них. Но никто не попытался наградить юношу за учиненное болтом в голову. Весь пол дома был укрыт бурлящими волнами огня, словно его намазали чем-то горючим, и белые от жара языки пламени уже проворно ползли по стенам, пожирая все на своем пути.

Дом был обречен. Юноша понял это сразу. Остановить это пламя он не мог, да и не хотел, честно говоря. То, что кажется погибелью, иногда может обернуться и спасением. И Родрик весьма серьезно надеялся спасти себя и своих друзей.

Он проскользнул обратно в комнату, наглухо закрыв за собой дверь. Бояться, что гномы смогут добраться до комнаты по лестнице, теперь было нечего. Сейчас, наверняка, пламя уже бушует на сухих деревянных ступеньках, стремительно уничтожая конструкцию. Теперь пройти по такой лестнице под силу только магам Арка, что были с огнем на короткой ноге. Ну и еще кое-кто.

— Как Летар? — коротко спросил Родрик, стараясь ничем не выдавать волнения.

Жаклин и Летар смотрели на него с очень серьезными лицами. Можно даже сказать, мрачными.

— Что с домом? — спросила девушка.

Родрик удивленно вскинул бровь.

— Как это понимать?

— Не лги нам! — вскрикнула Жаклин. — Ради всего святого, не лги! Дом горит и мы скоро погибнем? Не молчи! Скажи правду!

Она в отчаянии заломила руки. Из тонкой щели под дверью в комнату потянулась тоненькая струйка дыма, затем еще одна и еще…

— С чего это ты решила? — решил до последнего не сдаваться юноша.

— Гномы только что ушли от дома, — сказала Жаклин. — Я сама в окно видела…

Родрик подошел к окну и посмотрел на улицу. Действительно, внизу никого не было, лишь языки пламени плясали вокруг дома. Похоже, гномы решили, что за них справиться огонь, и сняли осаду, отправившись убивать дальше по улицам Шавера.

Юноша оторвался от окна и повернулся к друзьям.

— Мы умрем? — тихо спросила девушка. Летар молчал, но по всему его виду было понятно, что и его интересует этот вопрос.

— Знаете, — вздохнув, начал Родрик, — как мои родители обнаружили, что у меня есть магические способности?

Жаклин лишь пожала плечами.

— Как-то маленьким, — продолжил юноша, — я играл возле домашнего очага. И, вероятно, пытаясь дотянуться до игрушки, упал в огонь. Мать на несколько мгновений отвлеклась, и этого оказалось достаточно, чтобы я оказался в беде. Так вот, увидав свое чадо прямо в очаге, она страшно закричала, и решила, что мне конец. Но, подойдя ближе, поняла удивительную вещь: пламя словно избегало меня, не смея даже прикоснуться к коже. Я лежал прямо посреди огня, и пламя расступалось в стороны…

Летар закашлялся и Жаклин повернулась к нему, чтобы сменить запачканный кровью кусок ткани на новый. Когда она закончила, Родрик продолжил:

— Позвав отца, они вытащили меня из очага, и решили никому не рассказывать о произошедшем, даже мне. И только месяц назад родители, наконец-то, поведали мне эту давнюю историю…

— Так значит, ты спасешься? — тихо, и со скрытой надеждой спросила девушка.

— Мы спасемся, — успокоил ее Родрик. — Думаю, моей силы хватит на троих…

* * *

К Мормарну ребята вышли к вечеру следующего дня. Вернее, не к самому городу, а к его развалинам. Гномы уже успели побывать здесь и двинулись дальше, на Мельин, оставив после себя только зверски истерзанные трупы и обугленные головешки. Как и в Шавере…

Родрик и Жаклин с растерянным видом бродили среди развалин, пытаясь отыскать тела родных и близких, но поиски не увенчались успехом. Трупы были обуглены и изувечены до неузнаваемости. Но ребята упорно искали, стискивая зубы от злости, и соленые капли медленно катились по щекам.

Летар умер, когда ребята уже почти добрались до города. Все-таки жизнь не удалось удержать в его теле — слишком много крови он потерял. Они оставили его у подножия высокой усохшей сосны, спеша предупредить родной город об опасности, и пообещав себе обязательно вернуться, чтобы как подобает предать тело друга земле. Но опять не сумели опередить гномов…

Родрик подошел к смотрящей куда-то на развалины девушке, и осторожно положил руку на плечо.

— Пойдем, Жаклин, мы должны вернуться за телом Летара и похоронить его…

— А потом? — равнодушно проронила девушка.

— Потом, — произнес юноша, — мы отправимся к Мельину.

— Зачем?

Юноша серьезно посмотрел на нее.

— Чтобы отомстить проклятым гномам!

Жаклин повторила шепотом:

— Чтобы отомстить проклятым гномам…

И ребята направились к Тракту, тянувшемуся до самой столицы Империи.

…Они видели, как над полями, лесами и горами Империи встает гигантская стена огня, что подобно морской волне накрывает все вокруг, и ничто живое не может спастись от этой погибели. Пламя стремительно стелется по земле, расползаясь в стороны, и оставляет за собой лишь выжженную дочерна корку, на которой уже никогда не вырастет ни один росток. Так будет, они видели, что так будет… Скоро, очень скоро… И будет пламя… И… Будет… Пламя…

Content

Павел Боровец
И БУДЕТ ПЛАМЯ…