Свагито Р. Либермайстер

Путь дзен. Медитативный подход к консультированию

Благодарности

На создание этой книги меня вдохновил Ошо – просветленный мистик и мой духовный учитель – и его видение жизни. Своим взглядам я во многом обязан его наставлениям – в частности, о том, как помочь людям пробудить собственную духовную сущность и высшее самосознание. Истории дзен, приводимые в книге, ведут происхождение от японских и китайских источников, однако я впервые познакомился с ними, слушая лекции Ошо о дзен-буддизме. Эти лекции касались истин, которые невозможно объяснить путем простой логической аргументации.

Медитационный курорт Ошо в Индии и его центры личностного роста, открытые по всему свету, стали плавильным котлом, где смешалось множество подходов к лечению и творчеству, а также местом встреч учителей, преподающих самые разные науки. Многие из них рассказывали мне о Сагаприе Делонг, и о ней я хотел бы упомянуть особо. Сагаприя стала первопроходцем, применяя психотерапию совместно с медитацией. Я занимался постижением и преподаванием ее психического массажа и учению о работе с энергией Звезда-Сапфир на протяжении более чем двадцати лет.

Некоторые из новаторских идей Сагаприи приведены в данном издании в обобщенном виде, отвечая потребностям широкого круга читателей – в том числе, и тех, кто хотел бы применять медитативный путь в собственных методах работы. Подход Сагаприи к психотерапии описан в ее книге «Психический массаж – прикосновение Мастера»[1], а также в новом руководстве, которое скоро выйдет в свет.

Кроме того, мне хотелось бы отметить пульсационный подход к терапии, разработанный Анишой Диллон; метод семейных расстановок Берта Хеллингера; теорию соматического переживания, придуманную Питером Левиным[2]. Эти люди и идеи немало повлияли на мой стиль работы как психотерапевта и внесли ощутимый вклад в мое видение психологического консультирования.

Я хочу поблагодарить свою супругу Миру, которая придумала уникальный способ сочетать искусство и терапию. Она поддерживала меня в работе и вдохновляла окружающих на постижение медитации. С ее помощью я и сейчас продолжаю открывать новые элементы мира творчества и саморазвития, куда не заглядывает традиционная психотерапия.

Я хочу выразить признательность Субхути, который помог мне сделать эту книгу простой и ясной. Благодаря его таланту писателя мои идеи стали доступны для понимания, и читателю не понадобится сверяться с академическим словарем – Субхути позаботился о том, чтобы текст был легким и четко изложенным.

Созданием данной книги я обязан и многим другим своим вдохновителям – в частности, это мои ученики и организаторы курсов, чей интерес, доверие и любовь всегда поддерживали меня.

Психотерапия в своей основе – это медитация и любовь. Ведь без любви и медитации исцеление невозможно. Когда психотерапевт и клиент – уже не два отдельных человека, когда первый из них – уже не просто специалист, а второй – больше не пациент, зарождается глубокое взаимоотношение я – ты. И теперь доктор уже не старается излечить человека, а подопечный не рассматривает врачевателя как нечто отдельное от себя. В такие редкие моменты и случается психотерапия, когда специалист забывает о мудрых учениях, а пациент – о болезни, и начинается диалог – диалог двух существ. Именно тогда между ними двоими происходит исцеление. И если так случается, доктор всегда знает, что он действовал лишь как орудие божественной силы, божественного врачевания. Он будет благодарен за этот опыт в той же мере, что и пациент. Ведь в результате психотерапевт обретет столько же, сколько и его подопечный.

ОШО

Введение

Эта книга – о спиритуальной терапии, что означает особый вид психотерапии, где медитация является неотъемлемым элементом. При этом мы не фокусируемся на какой-либо отдельной технике или методике, но изучаем суть медитативного подхода. Такой способ универсален и открывает перед нами широкие возможности.

В ряде современных подходов к психотерапии важным аспектом излечения называется «истинная осознанность»[3], что является косвенным и довольно запоздалым признанием западными исследователями и психологами неоценимого значения медитации. Под истинной осознанностью подразумевается способность внимательно следить за собственным телом и разумом, а ведь именно в этом и заключается медитация.

В нашей книге понятия «консультирование» и «психотерапия» практически синонимичны, однако здесь есть небольшое различие: консультирование – это более широкий термин, который означает любую форму помощи людям в решении их проблем и развитии потенциала. Психотерапия же относится скорее к процессу лечения квалифицированным специалистом, который устанавливает с клиентом особые взаимоотношения. Он стремится избавиться от имеющихся симптомов или их видоизменить, поощряя человека к личностному росту.

Использование слова «дзен» в названии данной книги требует пояснений. В наши дни термин «дзен» употребляется повсеместно, порой с весьма неопределенным значением, которое едва ли имеет что-то общее с его исконным смыслом. Происхождение этого слова восходит к санскритскому корню «dhyan». Он служит для обозначения медитации, определяя то состояние сознания, которое находится за пределами принципов дуализма и поэтому трудно поддается описанию.

Дзен-буддизм происходит от буддистской традиции медитации, когда ключевая суть учения передается от мастера к ученику, который затем становится следующим дзен-мастером. Эта линия преемственности началась с Гаутамы Будды и его последователей в Индии, но позже достигла и Китая, где «dhyan» видоизменилось в «chan». А когда слово добралось до Японии, оно превратилось в «дзен».

Дзен, или дзен-буддизм, имеет давнюю историю в Японии, где существует множество разных школ медитации. Дзен-мастера славятся алогичными, нетрадиционными, а порой и шокирующими методами обучения, цель которых – пробуждение к духовному просветлению. Изначальное предназначение дзен-буддизма (если мы вообще можем говорить о его предназначении) – помочь человеку самому познать свою истинную сущность, вместо того чтобы оставаться на уровне ученика, изучающего религиозные писания интеллектуальным способом.

Слово «дзен» сегодня служит для обозначения массовых тенденций в западном обществе и так или иначе связано с рядом понятий: медитацией, японской культурой, определенным стилем в садовом оформлении, дизайном, архитектурой, изобразительным искусством и поэзией. Оно ассоциируется с покоем и простотой, когда нечто сведено к своей основной природной сущности, избавлено от всего лишнего.

В нашей книге термин «дзен» используется с целью подчеркнуть связь между консультированием и медитацией и привлечь внимание к тому, что медитация является ключевым аспектом любого вида психотерапии. Без нее невозможно достичь высокого уровня самопознания и духовного роста.

Эта книга предназначена для всех, кому интересно было бы сочетать психотерапию и медитацию – как для собственного более глубокого понимания, так и для обретения ясности в работе с людьми. Как уже упоминалось выше, описываемые здесь принципы можно применять в терапии и консультировании любого типа, они не рассчитаны на какую-либо конкретную технику.

В первой части книги мы рассматриваем особенности функционирования человеческого разума – в том числе, и различие между личностью и индивидуальностью, – а также приводим общую схему того, как происходит личностная трансформация. Здесь же мы затрагиваем динамику взаимоотношений между мужчинами и женщинами.

Во второй части обозначены принципы, как провести сеанс консультирования, применяя идеи из предыдущего параграфа.

В третьей части мы сравним несколько подходов к психотерапии, чтобы научиться смотреть на личные проблемы под разными углами и с разных точек зрения. Никакая позиция не является «правильной» или «неправильной», любой подход может обогатить наше понимание о том, как «функционируют» и развиваются люди.

Большинство практических примеров взяты из личного опыта автора – они происходили во время занятий с людьми на сессиях, курсах и в тренинговых группах. Термины «психотерапевт» и «учитель-помощник» используются попеременно, а местоимение «он» обозначает оба пола.

Часть 1

Ключевые элементы консультирования

В первой части данной книги представлены базовые идеи – их необходимо знать каждому, кто рассматривает психотерапию с медитативной точки зрения. Это попытка придать языковое выражение тому, о чем редко говорят, но что часто практикуют специалисты, применяющие медитативный подход в работе с людьми.

К примеру, в большинстве школ психотерапии обучение обычно сосредоточено на методах лечения пациента. Сам же наставник, его потребности и душа едва ли упоминаются. Однако именно об этом следует подумать в начале любого обучения психотерапии. Почему? – Потому что, как мы увидим далее, понятие «быть» более фундаментально, нежели «делать».

Глава 1

Терапия и медитация

Это весьма странно, но развитие психотерапии в западных странах в течение последних ста тридцати лет никоим образом не затрагивает концепцию медитации; в то же время долгая история медитации в восточных странах – таких как Индия, Китай и Япония, – не содержит упоминаний о психотерапии. До недавнего времени эти два понятия не встречались вместе, что удивительно, ведь оба метода фокусируются на человеческом разуме и сознании. Они естественные партнеры в погоне за одной и той же целью – понять, кем являемся мы как наделенные сознанием существа.

Общепризнанным началом современной психологии считается 1879 год, когда Вильгельм Вундт основал лабораторию и клинику для психологических исследований в Лейпциге. Но если посмотреть на более широкую область терапии, или психологического консультирования, – ту, где один человек старается помочь другому лучше понять собственные чувства, мироощущение, побуждения и убеждения, – тогда, конечно, мы можем сказать, что психотерапия возникла давным-давно – в то же время, когда зародился язык и коммуникация.

Попытки общего исследования природы человеческого разума, или души, очевидны уже в исторических документах многих древних культур (в том числе Египта и Греции), однако первые лечебные заведения для душевнобольных появились лишь в VIII–IX веке нашей эры. Пионерами в этом деле стали мусульманские доктора эпохи средневековья, работавшие в Каире, Дамаске и Багдаде. Они умели диагностировать и работать с такими психологическими заболеваниями, как депрессия, тревожность и бред. А значит, они оставили далеко позади своих европейских коллег-медиков, которые в то время считали умственные расстройства либо происками дьявола, либо побочными эффектами физических болезней и прибегали к помощи слабительных, кровопусканий, заключения под стражу, наказания или изгнания бесов. Идея лечить душевнобольных убеждением и поощрением, морально их поддерживая, появилась лишь несколько столетий спустя.

Две школы: Фрейд и бихевиоризм

Так или иначе, суеверия и предрассудки постепенно забывались, и к 1886 году, когда Зигмунд Фрейд открыл свою первую психоневрологическую клинику в Вене, врачевание душевных заболеваний уже считалось отдельной отраслью медицины, а учение о человеческом разуме – полноценной наукой. Эта наука быстро распространялась по университетам и медицинским школам Европы и Соединенных Штатов.

Открытие Фрейдом подсознательного мышления при помощи гипноза, свободных ассоциаций и интерпретации сновидений совершило революцию в нашем понимании себя. Возникло шокирующее предположение: мотивы поступков человека могут быть скрыты даже от него самого. Метод Фрейда, названный психоанализом, лег в основу первого крупного учения о психотерапии XX века.

Бихевиоризм, появившийся в 1920-е годы, стал второй школой и раскритиковал фрейдистский подход как антинаучный. Он ограничивался изучением лишь видимого поведения, утверждая, что различные поведенческие типы возможно описать и без рассмотрения внутренних процессов или такого гипотетического понятия, как человеческое сознание.

Разделение психотерапии на две базовые школы вызвало множество дебатов, которые продолжаются по сей день. Психоанализ и его основатели – Фрейд, Юнг и Адлер – известны своими революционными открытиями, касающимися внутренних процессов мышления. Однако их изыскания хотя и оказались немало полезны клиентам, подвергались критике как чрезмерно гипотетичные и не поддающиеся объективной проверке. В то же время основоположников бихевиоризма – в частности, Ивана Павлова и Б. Ф. Скиннера, – оппоненты обвиняли в стремлении считать человека всего лишь простым биологическим механизмом.

Субъективная реальность и наука

Упомянутая борьба двух школ является отражением более широкой проблемы. Начиная со времени своего зарождения, современная психология старается завоевать статус полноценной науки, объективно описывая внутреннюю работу мышления. Однако в основе нашего сознания лежит субъективная реальность, которая едва ли поддается систематическому наблюдению и определению.

К примеру, когда клиент с психологической проблемой обращается к психотерапевту, тот лечит его посредством той или иной техники в течение некоторого времени, но затем в определенный момент специалисту необходимо проверить, работает ли его метод. Врач может наблюдать перемены в видимом поведении – скажем, клиент выглядит более веселым, более раскрепощенным. Однако иногда внешние признаки перемен, поддающиеся объективной оценке, отсутствуют.

Самый простой способ проверки – это спросить клиента: «Как вы себя чувствуете?»

И клиент, вероятно, ответит: «Мне намного лучше, спасибо».

Такой ответ субъективен. Он может быть как правдой, так и ложью. Не исключено, что клиент просто хочет порадовать психотерапевта. А значит, в данной области «науки» возникает дилемма: необходим некий объективный стандарт, однако этот стандарт не получится применять или исследовать традиционным способом, поскольку речь идет о субъективной реальности.

В конечном счете эффективность лечения определяется субъективным состоянием, а не видимыми критериями. Конечно, если клиент страдал от поведенческих проблем (скажем, от клептомании), а теперь ведет себя совершенно по-другому (к примеру, больше не ходит воровать в местные универмаги), это можно счесть научным доказательством, поскольку результат виден воочию. Однако многие психологические проблемы (если не большинство) гораздо менее наглядны.

Гуманистическая психология: третья школа

С появлением в 1950-е годы гуманистической психологии – третьей школы психотерапии, отрицающей медицинскую модель фрейдистов и бихевиористов, – все еще больше запуталось. Новый подход предлагал психологам не ограничиваться лишь стараниями помочь душевно больным людям стать «нормальными», но также использовать «норму» в качестве трамплина для развития человеческого потенциала.

В 1960-е годы Джеймс Бьюдженталь определил пять базовых принципов гуманистической психологии, которые затем были одобрены его коллегами:

Человека нельзя рассматривать как совокупность компонентов.

Люди являются носителями уникальной человеческой среды.

Наше сознание подразумевает восприятие себя в контексте других людей.

У человека есть возможность выбора.

Люди интенциональны[4], они стремятся к творчеству, к поискам смысла и значения.

Основоположниками новой школы стали также Абрахам Маслоу и Карл Роджерс. Согласно их теории, интерес психологии должны составлять исключительно вопросы человеческих особенностей – такие, как природа собственного «Я», возможность самовыражения, улучшение здоровья, надежда, любовь, творчество, бытие, становление, индивидуальность и смысл – словом, нужно понять, что именно означает понятие «быть человеком». Таким образом, Маслоу и Роджерс отдалили психологию от научной сферы, сдвинув ее в сторону духовности.

В данном контексте термин «психотерапия» приобрел намного более широкое значение. Например, в 1970-е годы люди начали посещать психотерапевтические группы уже не только для того, чтобы справиться с проблемами вроде зависимости и неврозов, но и для исследования собственных скрытых эмоций и предпочтений. Такие группы (в частности, в Институте Эсален в Калифорнии) стали лабораториями, где клиенты получили возможность избавиться от привычных социальных ограничений и выяснить, что же скрывается за поверхностью их «цивилизованного поведения». Многие участники обнаружили любопытный факт: давая выход негативным эмоциям – к примеру, злости, – они становились более открытыми (по крайней мере, на какое-то время) для позитивных чувств – любви и состояния расслабленного умиротворения.

Психотерапия и медитация: первая встреча

Именно тогда, в 1970-е годы, психотерапия и медитация впервые встретились друг с другом. В широком смысле в Европе и Америке это произошло, когда волна интереса к индийским духовным учениям и техникам медитации вышла за пределы так называемой альтернативной субкультуры и стала одной из господствующих тенденций в средствах массовой информации и моде. В таких центрах, как Эсален, первичная терапия[5] практиковалась плечом к плечу с асанами йоги и санскритскими мантрами.

В более узком смысле психотерапию приняли и в самой Индии. Одиозный мистик-новатор Бхагван Шри Раджниш, который позже стал известен под именем Ошо, стал использовать ее как мост для медитации. В 1960–1970-е годы Ошо много путешествовал по Индии, экспериментируя с активной и катартической техниками медитации, после чего в 1974 году обосновался в Пуне[6], где вокруг него начало собираться интернациональное сообщество.

Подход Ошо заключался в следующем: посредством катартической терапии возможно избавиться от внутренней умственной напряженности и помочь физическому телу расслабиться. Он согласился с мнением Вильгельма Райха (изначально одного из учеников Фрейда), который утверждал, что подавляемые эмоции остаются заперты в физическом теле как мышечная «броня», как заблокированная или застойная энергия. Ошо видоизменил это открытие сообразно собственным целям и заключил: после устранения подобной напряженности людям становится легче сидеть в тишине и медитировать.

Что такое медитация?

Таким образом, мы подошли к вопросу «Что такое медитация?», а чтобы найти ответ, нам нужно перенестись на две с половиной тысячи лет назад в Индию, во времена Гаутамы Будды.

Медитацию придумал не Будда, однако он привнес в нее ясность и методологию, сделав более доступной для обычных людей. Он разработал технику випассана, при которой медитирующий должен сидеть спокойно, фокусируя внимание на дыхании и одновременно пытаясь осознать ощущения, испытываемые его физическим телом, и собственный мыслительный процесс. Постепенно, оттачивая свое мастерство, человек начинает понимать, что способность к такому осознанию является состоянием исключительно субъективного характера. Иными словами, собственное тело и дух постигает тот, кто способен не замыкаться в рамках тела и духа.

Это эксперимент с самосознанием в его чистейшем состоянии, свободным ото всех привязок – как к физическому телу, так и к разуму. Согласно Будде, такая стадия затем сменяется постоянным просветлением, когда медитирующий уже не делает различий между разумом и телом. Он находится в состоянии трансцендентального единства, при котором всякое понятие собственного «Я» стирается и растворяется в универсальном сознании.

Как уже пояснялось во введении, санскритским словом «dhyana» Будда обозначал состояние сознания, преодолевшего рамки мышления – то, что в Японии известно как дзен, а в английском языке называется медитацией.

Разум, изучающий сам себя

Возможно, теперь нам стал более очевиден парадокс современной западной психологии. В отличие от экспериментов Будды и других мистиков, обладающих способностями постигать мышление, преодолев его границы, психология пытается понять разум посредством его же самого.

Изучение мышления при помощи самого мышления неизбежно приводит к тому, что в логике и математике именуется диалектическим противоречием, и разрешить его непросто. В Корее и Японии оно называется «koan» – загадка, у которой нет решения; тем не менее, дзен-мастера предлагают ее ученикам как стратегию, способную помочь преодолеть пределы разума и логики.

Основной вопрос заключается в том, каким образом то или иное измерение способно проецироваться само на себя. В качестве примера можно привести известное диалектическое противоречие: библиотекарю поручают составить список всех имеющихся в местной библиотеке книг, затем отправить один экземпляр списка в центральную библиотеку, а второй оставить себе. И здесь у исполнителя возникает вопрос: следует ли считать книгой саму опись? И нужно ли в таком случае включать в список и ее? Если ее там не окажется, значит, один том остался незарегистрированным. Если же ее поместить в список, получится, что одна книга содержит себя саму и, следовательно, представляет совершенно отдельную от других изданий категорию.

Вывод очевиден: в конечном счете, человек способен понять что-либо, только находясь на другом, более высоком уровне. Если этот принцип применим для обычных отраслей науки или объективно измеримых показателей, он тем более должен быть применим в психологии, где субъективные явления учитываются наряду с объективными.

Что является нормой?

Главная цель психотерапии – вернуть душевнобольного человека к нормальному функционированию путем постижения и анализа разума, и это следующее, что нам нужно иметь в виду. Однако в психологической литературе, как и среди разных школ психотерапии, мы наблюдаем расхождения во взглядах относительно того, что следует считать нормой. Фактически «норма», принятая в одном сообществе, в другой среде или группе может восприниматься как патология. В реальности не существует никаких объективных стандартов «обычного» состояния и душевного здоровья.

В рамках одного сообщества представления о норме могут быть противоречивыми. Даже в одной и той же семье такое иногда встречается. Путаницу понятий у ребенка изучал, к примеру, Пауль Вацлавик, психотерапевт и философ австрийского происхождения. Как показали исследования, в детстве мы растем под влиянием непрестанно обрушивающихся на нас противоречивых инструкций, что в крайних случаях приводит к шизофрении. Берт Хеллингер в результате изучения семейных систем выяснил: шизофрения является следствием ситуации, когда ребенок вынужден быть представителем двух конфликтующих членов семьи.

Сталкиваясь с противоборствующими реалиями, человеческий разум оказывается парализован. Однако такое случается с нами постоянно – вот почему доктор Вацлавик приобрел широкую известность благодаря своим книгам «Ситуация безвыходная, но не серьезная» («The Situation Is Hopeless But Not Serious»), «Как стать несчастным без посторонней помощи»[7], а также благодаря главе под названием «Озарение вызывает слепоту». Он рекомендовал относиться к жизни с юмором, общаться с окружающими и меньше думать, называя это лучшим средством от проблем с рассудком.

Двойственность вызывает стресс, особенно когда нас просят быть солидарными одновременно с обеими сторонами монеты. Но за этим кроется еще одна проблема: разум сам по себе функционирует по принципу двойственности, в большинстве западных стран приученный следовать диктатам аристотелевской логики: «Если А, значит не В…», и так далее. Таким образом, мышление способно произвести собственную дилемму. Поэтому решение не может прийти из мира психологии, какой бы современной она ни была, ведь психология – это продукт разума.

Бесконечный процесс лечения

Даже величайшие психологи современности страдали от тех же (если не более серьезных) страхов, проблем и ночных кошмаров, что и их пациенты. Фрейд, к примеру, никому не позволял проводить сеанс психоанализа вместе с ним, поскольку знал: это его разоблачит. Очевидно, Фрейд обладал тем же набором неврозов и подавляемых сексуальных навязчивых идей, что и остальные люди. А его наиболее известного последователя Карла Густава Юнга всю жизнь мучил страх смерти.

Ни один человек на свете никогда не подвергался исчерпывающему психоанализу, да это, по всей видимости, и не является возможным. В лучшем случае люди, годами занимающиеся с психоаналитиком, в конце концов приспосабливаются к повседневной жизни и принимают собственные недостатки, но сам процесс анализа сознания можно продолжать бесконечно. Когда одна проблема решена, немедленно возникает несколько новых – так проявляются творческие способности разума к порождению объектов для забот. Артур Янов, основатель первичной терапии, предлагал проводить исчерпывающую работу над пациентом, в ходе которой можно было бы выявить и раз и навсегда нейтрализовать весь травматичный опыт, уходящий корнями в невыраженную детскую боль. Однако ни с одним из клиентов ему так никогда и не удалось добиться полного успешного завершения процесса.

Как лицезреть мышление

Наш интерес к особенностям работы мышления, характерный для Запада, явно контрастирует с традициями восточных стран – таких как, скажем, Индия, в которой углубленных исследований по психологии никогда не было. Индийская культура утонченна и изысканна, насчитывает не одну тысячу лет. Она, к примеру, породила санскрит, разработав передовые средства словесной и письменной коммуникации, которые позже легли в основу многих западных языков. Индийцы изучали области искусства, музыки, философии, медитации и духовности, но не обращали практически никакого внимания на психологические процессы.

Как же такое может быть? По мнению Ошо – а он посвятил сравнению западной и восточной культур немало книг, – индийских мистиков не интересовала работа мышления, поскольку они понимали: состояния просветления, духовного освобождения, единения с божественным возможно достичь, лишь возвысившись над разумом. Такие мистики придумали множество методов перехода в высшие состояния сознания – это и самые разнообразные техники медитации, и ритуалы пения и чтения мантр, и религиозные молитвы, и йога, и воздержание от пищи, и аскетизм, – однако они как будто совсем не обращали внимания на мыслительные процессы мозга.

В Японии традиции дзен-буддизма в определенной мере все же концентрировались на разуме, но лишь постольку, поскольку это было продиктовано стремлением переступить его границы. Бодхидхарма (индийский мистик, ставший первым патриархом дзен-буддизма) говорил ученикам, что лучший способ реализовать свою «буддистскую природу» – научиться технике «созерцания разума». Это разновидность оригинальной техники наблюдения за телесными и духовными ощущениями Гаутамы Будды; позднее она была ритуализирована в Японии, Корее и других странах в медитативной практике дзадзен.

Ошо в своем подходе отталкивается от этих древних техник, но описывает тот же процесс как «лицезрение» – не требующее усилий наблюдение за разумом без отождествления с его мыслями, мечтами и воспоминаниями. В процессе такого «лицезрения» разум замедляет ход, между цепочками мыслей появляются окна, и на какой-то миг можно погрузиться в глубокое состояние внутренней тишины, или «отсутствие сознания».

Новая форма консультирования

Итак, подходы, исторически сложившиеся в западной и восточной культурах, различны, почти противоположны. Конечно, сегодня ситуация меняется – западный стиль жизни проникает в Индию и Японию, изменяя привычный образ мышления, а спиритуалистические подходы вроде дзен-буддизма и индуизма оказывают все большее влияние на западные религиозные взгляды. Происходит перекрестное культурное смешение, и будем надеяться, оно принесет пользу обеим сторонам.

Такое же смешение необходимо нам и в области психотерапии. Вплоть до настоящего момента психотерапевты западных стран занимаются исследованием причин человеческих проблем – таких как влияние среды в раннем детстве и травматический опыт прошлого, – а восточные мистики не углубляются в анализ, но фокусируются на тишине, релаксации, состоянии «пребывания здесь и сейчас». Однако нет никаких причин, мешающих этим двум подходам объединиться и существовать в гармонии друг с другом.

Интересным побочным результатом синтеза западной психотерапии и восточной медитации Ошо стал новый взгляд на консультирование. Он основан на простом принципе: терапия и медитация могут успешно применяться вместе сообразно потребностям конкретного клиента. Первая помогает человеку достичь определенной гармонии и согласия с разумом, вторая же – оставить в стороне умственные заботы и тревоги, расслабиться и перейти в глубокое состояние полноты бытия.

Природа и практическое применение этой новой формы психологического консультирования и являются предметом нашей книги. Разъяснения по данному поводу вы найдете в последующих главах.

Глава 2

Разум и бытие

В последнее время стало модным изучать человеческий разум посредством такой дисциплины, как когнитивистика. Этот термин впервые прозвучал в 1970-е годы во время исследования по созданию искусственного разума. Позднее сфера его употребления расширилась, и понятие стали использовать также применительно к биологическому компьютеру в наших головах.

Один из принципов этой новой науки заключается в следующем: существует три пути анализа мозга и разума, и их можно описать по аналогии с работой обычного компьютера:

Физический. Это аппаратура, «железо» нашего биокомпьютера, механизм мозга.

Поведенческий. Это наше программное обеспечение, психология разума.

Функциональный. Это операционная система, которая позволяет программному обеспечению и аппаратуре взаимодействовать.

Например, прямо сейчас вы смотрите на набор символов на этой странице – мы называем их «буквами» и «словами» – и через них понимаете, что я пытаюсь вам сообщить. Так проявляется программное обеспечение в действии. Одновременно, пока идет расшифровка символов, нейроны вашего мозга загораются в определенной последовательности. Это – аппаратура. И, наконец, оба процесса связаны при помощи третьего – функционирования. Так выглядит путь, которым идет современная наука, пытаясь понять особенности мозга и мышления и используя для этого многочисленные методы анализа. И можно говорить о крупном техническом достижении, когда машинам порой удается успешно воспроизвести данный метод функционирования.

Современная теория травм (а она в настоящее время считается одной из наиболее продвинутых и увлекательных областей психологического знания) использует трехстороннюю модель, чтобы объяснить феномен мозга и мышления. Ее можно коротко сформулировать следующим образом:

Мозговой ствол и рептильный мозг, также называемый водяной или рептильной частью серого вещества. Данная область ориентирована на инстинкты и ответственна за реакцию на боль, боязнь незнакомцев, ярость, стрессовый механизм борьбы или бегства. Она регулирует процессы, необходимые для нашего выживания, которые невозможно сознательно контролировать. Иными словами, когда наша жизнь под угрозой, этот отдел мозга берет ситуацию на себя, не советуясь с высшими, рассудочными областями.

Лимбическая система. Ее иногда называют мозгом млекопитающих, поскольку в таком же виде она имеется и у более примитивных животных. Лимбическая система является источником эмоций, некоторых аспектов личной идентичности и ряда функций памяти, в том числе долговременной.

Неокортекс (новая кора), также известный как мозг приматов. Это мышление, или когнитивная часть, которая расположена над первыми двумя областями и соединяется с обеими. У людей она контролирует такие высокоразвитые умственные процессы, как мышление и речь. Сюда же можно отнести способность к созданию и восприятию искусства, культуры и литературы, а также самокритику и чувство смущения.

В стрессовых ситуациях, когда жизни человека угрожает опасность, включаются низшие мозговые центры. Они действуют быстро и интенсивно. Пользуясь автономной нервной системой, они вырабатывают большое количество энергии, необходимое для борьбы или бегства, и не консультируются с мыслящей частью мозга. Когда угроза минует, такой избыток энергии необходимо распределить по телу, чтобы организм вернулся к нормальному состоянию – у животных это происходит естественным образом, без каких-либо препятствий и задержек.

Люди же сталкиваются с проблемой: точно так же, как низшие мозговые центры во время подготовки к борьбе или бегству способны доминировать над неокортексом, новая кора может отклонять импульсы из низших центров – таким образом процесс разгрузки от излишней энергии нередко нарушается или тормозится. Согласно теории травм, это одна из причин посттравматического стресса, испытывая который, нервная система непроизвольно продолжает вести себя так, будто опасность все еще присутствует, хотя умом человек понимает, что все уже давно позади. Низшие мозговые центры словно еще не знают хорошей новости и держат организм в состоянии боевой готовности, не находя способа избавиться от энергии.

Лечение травмы – это один из методов помочь низшим мозговым центрам восполнить поврежденные импульсы и интегрировать мощную энергию выживания, которая будто «застряла» или «замерзла» в теле пациента.

Проблема – в отождествлении

Восточный мистицизм придерживается более фундаментальной позиции, нежели когнитивная наука или теория травм. С точки зрения мистиков, недостаточно просто понять взаимосвязь между различными отделами мозга, а также между мозгом и мышлением. Почему? Потому что разум сам по себе представляет проблему. Он является причиной нашего дискомфорта. Или, скорее, трудностей нам прибавляет солидаризация с действиями мозга. Мы полностью отождествляем себя с разумом, намертво приклеиваясь к его мыслям и ощущениям, и даже не представляем, что способны освободиться от сознания.

Например, в повседневной жизни, испытывая грусть, мы говорим: «Я грущу»; рассердившись, объявляем: «Я злюсь». Мы не проводим различий между чувством собственного «Я» и ощущением или настроением, которое определяет настоящее состояние нашего разума. Практически все проблемы человечества некоторым образом связаны с той или иной формой самоидентификации. К примеру, в основе религиозных и межнациональных войн лежит очевидный факт: две противоборствующие группы людей отождествляют себя с разными убеждениями, и эти убеждения запрограммированы в их мышлении.

Даже такие пустяки, как преданность футбольной команде, могут спровоцировать агрессию и насилие. Если, например, Хорватия одерживает победу над Англией, и последняя выбывает из Чемпионата Европы по футболу (а именно так и случилось в 2008 году), в Британии неожиданно возникает волна общенародной враждебности по отношению к Хорватии как к стране, чего раньше никогда не наблюдалось.

Король и суфий

В суфийской мистической традиции есть одна красивая история, которая иллюстрирует явление самоидентификации и то, насколько трудно нам его контролировать:

Однажды король попросил суфийского мистика объяснить ему сущность духовного освобождения. Тот ответил, что главное – отмежеваться от убеждений, касающихся тебя самого.

Короля не впечатлили слова мистика, и он презрительно рассмеялся:

– Не великое дело – оно любому по плечу.

Суфий не согласился, возразив, что на самом деле это очень трудно, и король потребовал доказательств.

– Хорошо, – сказал мудрец. – Чтобы доказать мою неправоту, тебе потребуется всего лишь повторять «Я тебе верю» после каждого моего утверждения.

– Продолжай, – уверенно ответил король.

– Суфизм – это древняя духовная практика, и в ней немало тайн, – начал мистик.

– Я тебе верю, – сказал король.

– Мы знаем секреты времени.

– Я тебе верю.

– Мне самому не меньше четырехсот лет от роду.

– Я тебе верю.

– Я присутствовал при твоем рождении.

– Я тебе верю.

– А твой отец был крестьянином, – сказал суфий.

– Это ложь! – с яростью воскликнул король.

– Все именно так, как я и говорил, ваше величество, – объяснил суфий. – Это действительно очень трудная задача – отказаться от мнений и убеждений, касающихся нас самих.

Все мы знаем, как тяжело бывает сохранять спокойствие, когда любимый человек вдруг объявляет, что полюбил другого; или когда, ожидая поощрения на работе, неожиданно узнаешь: вместо тебя выбрали кого-то еще.

И вряд ли человеку станет легче, если кто-то скажет, будто его главная проблема – в том, что он отождествляет себя с убеждениями, привязанностями и эмоциями механизма мозга-мышления, а отрекшись от них, он обретет покой. В такие моменты нам и в самом деле хотелось бы подражать изображениям Гаутамы Будды, сидя в его несравненной позе лотоса с безмятежной улыбкой отстраненности на лице. Но когда твой спутник после долгих лет совместной жизни вот-вот уйдет, закрыв дверь, в чужие объятия, эта отстраненность кажется невозможной, недостижимой для простых смертных вроде вас или меня.

Процесс самопознания

Вместо этого мы, вероятно, обратимся за помощью к профессиональному консультанту, психотерапевту или психологу, который готов выслушать наши жалобы. Может быть, решим мы, он действительно способен починить то, что разбито, вылечить то, что причиняет боль.

В таком случае мы, наверное, начнем процесс психологического расследования – то есть будем не просто стараться решить текущую проблему, но и посмотрим на первопричину своего страдания. И тогда мы можем понять, к примеру, что чувство непреодолимой паники, которое охватило нас после ухода любимого, произрастает из детских страхов быть брошенным родителями. Вот какую помощь предлагает психотерапия, добиваясь при этом более или менее успешного результата – он зависит от выбранной методики и квалификации психотерапевта или консультанта.

Хотя традиционная терапия порой и приносит облегчение, она, тем не менее, способна дать лишь небольшую частичку реальной помощи. Мы часто наблюдаем, как даже после продолжительного курса психотерапии у клиента остаются все те же проблемы, или на смену прежним приходят новые. Более того, если посмотреть на чудовищный масштаб употребления наркотиков в современном мире, начиная от нелегальных – опиатов, марихуаны и амфетаминов, – и заканчивая валиумом, прозаком и прочими препаратами-антидепрессантами (не говоря уже о злоупотреблении алкоголем, табаком и кофеином), станет очевидно: большинство людей не способны наслаждаться жизнью без того или иного токсического вещества или успокоительного средства.

Мое убеждение таково: если мы хотим добиться естественного и продолжительного состояния полноты бытия, нам нужна иная форма терапии – та, что ведет к медитации. Почему? Потому что, даже обнаружив изначальную причину проблемы, мы все еще должны научиться перестать отождествлять себя с тем, что происходит с нами сейчас, в настоящий момент. Однако прежде чем двигаться в данном направлении, я хотел бы чуть больше рассказать о самом разуме.

Истоки разума

Если верить антропологам, та часть нашего мозга, которая характерна исключительно для человека, начала развиваться во время нашего отделения от семейства человекообразных обезьян и горилл около десяти миллионов лет назад, а затем при эволюции в современный вид – Homo sapiens – примерно сто двадцать тысяч лет назад в Африке.

Стоит принять во внимание, что человек физически очень слаб и уязвим – в сравнении, скажем, со львом или буйволом, – и становится несложно понять: в те доисторические времена самым ценным оружием выживания, имевшимся в распоряжении у людей, был их собственный разум. Механизм мышления возвысил человека над остальными животными, позволив ему изобретать копья, луки и стрелы, дубины и ножи, а также самые разные приспособления – стены, траншеи, крепостные валы, рвы и огонь, которые могли защитить его от диких зверей во время отдыха и сна.

Иными словами, у нашего современного мозга древние корни, заточенные, главным образом, под выживание, самооборону и защиту от нападений. Эти корни изначально ориентированы на страх. Даже сегодня наш разум не покидает застарелая привычка постоянно удостоверяться в собственной безопасности и защищенности, поскольку где-то глубоко в нем сидит сомнение, что это действительно так. На подсознательном уровне мы еще не понимаем: современные технологии создали самое безопасное, удобное и как никогда сытое общество – по крайней мере, в западных странах.

Если описывать данное явление при помощи терминологии лечения психологических травм, то можно сказать, что все мы живем в состоянии перманентного посттравматического стресса, ведь именно так выглядят его симптомы: человек продолжает вести себя так, будто прошлая опасность никуда не исчезла. Мы бесконечно повторяем одну и ту же реакцию на стресс, не осознавая, что угроза миновала.

Проще говоря, мозг – неисправимый паникер, и если ему не о чем беспокоиться, он переживает уже по этому поводу и начинает измышлять или создавать новые проблемы:

В этом месяце ты уже заплатил за аренду?.. Да… Но как насчет задолженности по кредитной карте?.. Никаких проблем, она тоже погашена… Хорошо, однако показатели продаж компании уже третий квартал подряд выглядят не очень хорошо… что, если тебя уволят?.. Как обстоят дела с твоим пенсионным планом?.. А с медицинской страховкой?.. И, кстати, твои постоянные головные боли… может быть, это опухоль?.. Как же Мэри останется одна с детьми, когда я умру?..

Это старая привычка из времен темных ночей, диких зверей и тяжелой поры для Homo sapiens. Поэтому не так уж удивительно, что во имя самозащиты мы создали столько ядерного оружия, что с его помощью можем семь раз стереть мир до основания. Нам необходимо абсолютно точно знать: в нашем арсенале достаточно средств для уничтожения угрозы, откуда бы она ни исходила.

Таков один из аспектов мышления, и его следует иметь в виду. Люди, страдающие от тревожности, стресса или депрессии, могут находить успокоение в том факте, что виноваты в своей ситуации не только они сами. В процессе эволюции наш вид обзавелся хитроумной машиной, которая нередко бывает чрезвычайно полезна, однако имеет и оборотную сторону – склонность к переживаниям, страху и паранойе. Это неотъемлемая часть нашего эволюционного набора; она помогает понять, почему сегодня, находясь в максимальной безопасности, и будучи как никогда защищены, мы, тем не менее, так сильно нервничаем.

Жизнь в прошлом и будущем

Другой аспект мышления, который нам нужно изучить – его склонность жить либо в прошлом, либо в будущем. Например, солнечным утром вы прогуливаетесь вдоль пляжа; вы в сравнительно хорошей форме, не страдаете от серьезных проблем со здоровьем; вы позавтракали, хорошо одеты, вам тепло. В такие мгновения, когда мы просто гуляем у моря, разум нам вообще не нужен, и нет никакой необходимости в мыслительном процессе. В настоящий момент, здесь и сейчас, никаких проблем не существует, и (по крайней мере, в теории) нам ничто не мешает расслабиться и наслаждаться прогулкой.

Получится ли это у вас? Попробуйте и посмотрите сами. В первые мгновения, едва только выбравшись из машины и ступив на пляж, вы пребываете в настоящем, радуетесь свежему воздуху, сверкающему в волнах солнцу и выкроенному свободному времени. Но затем, по мере того как вы вливаетесь в ритм ходьбы, в голове начинают появляться мысли. Они приходят в виде либо воспоминаний о прошлом, либо планов на будущее:

Вы вспоминаете другие прогулки… с другими людьми… возможно, с любимой девушкой… много лет назад… а это напоминает о том, как вы с ней расстались… вспоминаете ссору… как возвращались домой и молча злились… потом встретили другую… не такую очаровательную, но хорошую… у нее была собака… а это напоминает, что… вы обещали подарить собаку сыну на день рождения… осталось всего две недели… но какую же породу выбрать?.. золотистого ретривера, лабрадора, немецкую овчарку?.. а как насчет конуры?.. купить или сделать самому?

Мысли и ассоциации, порождая одна другую, настолько поглощают вас, что вы совершенно забываете о настоящем. Тело идет вдоль пляжа, ноги погружаются в песок, легкие вдыхают соленый морской воздух, но мысли ваши далеко… Вы отождествляете себя с разумом, а не с телом.

В известном смысле мы можем утверждать, что разум и реальность никогда не пересекаются; они живут в двух разных измерениях, поскольку реальность существует только в настоящий момент, а мышление – в прошлом или будущем.

И тогда, принимая мое суждение о характере человеческого разума, можно сказать следующее: мы оснащены машиной, генерирующей мысли, которая, в общем и целом, невротична или ориентирована на страх и крайне редко (если такое вообще случается) контактирует с действительностью. Более того, мы настолько соединяемся с ее продуктами (мыслями), что никогда не рассматриваем себя в отдельности от них. Стоит отметить и еще один факт: эту машину нельзя отключить. С момента пробуждения утром и до самой ночи, когда мы засыпаем, разум постоянно работает, проигрывая, словно внутреннее радио, воспоминания о прошлом и мечты о будущем.

Состояние полноты бытия

Это оборотная сторона медали, и здесь я уделяю ей особое внимание, поскольку она имеет отношение к вопросам эффективной психотерапии, которая и является предметом данной книги. Плюсом такой системы, как я уже отмечал, является то, что мы одарены разумом, способным порождать высокоразвитое языковое общение, разного рода изобретения, технические устройства, поэзию, искусство, архитектуру, музыку… и так далее. Я вовсе не рекомендую людям обходиться без мышления (даже если бы это и было возможно), но предлагаю признать: у него есть определенные недостатки. Один из них – мозг совсем не умеет расслабляться и погружаться в состояние полноты бытия.

Откуда же мы тогда знаем, что такое состояние вообще существует?

Мы все знаем это потому, что сами там были. Вопреки тщательным стараниям разума держать нас в постоянной озабоченности у каждого в жизни случались моменты свободы от тисков сознания – в состоянии бытия. Я говорю «бытия» вместо «полноты бытия», поскольку эти два термина синонимичны. Находясь в состоянии бытия, мы естественным образом чувствуем его полноту.

Нередко такое состояние приходит к нам в моменты удивления, изумления или при неожиданном повороте событий. Стоит только послушать рассказ журналиста-путешественника, который собрался посетить Израиль.

На протяжении шести дней до отъезда (а потом и в самолете) я не переставая думал о том, как предстану перед израильской службой иммиграционного контроля, ведь период действия моего паспорта истекал всего лишь через два месяца, а они обычно настаивают на как минимум шестимесячном сроке. Кроме того, я летел из Дубая – политического противника Израиля, и штамп был отчетливо виден. А еще это был уже третий мой приезд за год, что выглядело довольно подозрительно… почему так много посещений, если я не еврей? Я не сомневался: они отведут меня в кабинет, станут долго допрашивать и, возможно, не разрешат остаться.

На иммиграционном контроле в аэропорту Тель-Авива собралась большая толпа. Мне пришлось простоять в очереди полчаса, и все это время я продолжал придумывать наилучший ответ, заучивая слова и заполняя пробелы в своем рассказе. Тут неожиданно настал мой черед. Я подошел к кабинке и протянул паспорт. Молодой парень за стойкой взглянул на мое имя… «Ричард Джеффрис?» – спросил он. Я кивнул: «Он самый». «Добро пожаловать в Израиль». Служащий поставил штамп на страницу и сделал знак проходить. Пару минут спустя я уже сидел в такси, направляясь в город.

Я не мог в это поверить. Я сидел в машине, лишенный дара речи, «ошарашенный», как говорят дети в Британии. Все эти переживания… совершенно зря! На меня накатила волна облегчения, я откинулся на заднее сиденье и просто улыбался. Это была самая приятная поездка в такси в моей жизни.

И это только один пример. Любоваться прекрасным закатом; всецело увлечься, наблюдая за играющим ребенком; получить вердикт доктора «не обнаружено» после подозрения на рак… В такие мгновения мы способны из обычного мыслительного процесса мозга перейти в другое измерение. Нечто иное целиком и полностью завладевает нашим вниманием, и в нем не остается места для разума. Или же случается происшествие настолько неожиданное, настолько удивительное, что мозг не способен с этим справиться; тогда мы перепрыгиваем из привычного образа мышления в настоящий момент, в реальность.

Кардинальный переход в настоящее

Именно об этом состоянии я хочу вам рассказать, и именно его мы будем пытаться сымитировать в ходе предлагаемой мною терапии. Мы постараемся не просто подтолкнуть человека к обретению гармонии или разрешению проблемы в рамках сознания – напротив, наша цель более фундаментальна: помочь ему перестать отождествлять себя с разумом и его порождающей проблемы сущностью.

В состоянии бытия ситуации реальной жизни не меняются, однако в ориентированности на «проблему» у клиента может произойти значительный сдвиг. Например, боль от разорванных отношений все еще присутствует, но человек дистанцируется от постоянного обмусоливания мозгом воспоминаний о прошлом, чувства сожаления, упущенных возможностей, надежд на воссоединение, боязни дележа детей… – всего, что связано с уходом супруга.

Для того чтобы достичь состояния бытия, нужно сказать «да» настоящему мгновению, поскольку это единственный способ жить в реальности – ведь она по определению существует только здесь и сейчас. Бытие, реальность и «да» – три измерения данного явления. Кроме того, говоря «да» настоящему, мы принимаем ситуацию или беспокоящую клиента проблему вместо того, чтобы отрицать ее или с ней бороться.

В последующих главах мы более подробно рассмотрим этот вопрос. Здесь важно понять, что «разум» и «бытие» суть два отдельных понятия, которые никогда не пересекаются, а лечение проходит быстрее и эффективнее в состоянии бытия. Почему? Потому что, как мы уже знаем, разум – это источник тревог, в то время как бытие – это покой дома, внутри себя.

Упражнение: скажем «да» настоящему моменту

Вот простое упражнение, которое я предлагаю на своих семинарах, стараясь помочь людям выйти из состояния мышления и погрузиться в состояние бытия. Когда мы говорим «да» текущему моменту, необходимость в работе мозга практически отпадает – это обусловлено его привычкой постоянно хотеть чего-то другого, стремиться к лучшему будущему или сравнивать настоящее с прошлым.

Прежде чем приступить к упражнению, убедитесь, что в ближайшие пятнадцать-двадцать минут вас никто не потревожит, и вы сможете свободно перемещаться в пределах личного пространства (не важно, в помещении или на улице), а также говорить вслух, не привлекая внимания окружающих. Неплохо при этом завести будильник или таймер – тогда не придется постоянно сверяться с часами.

Когда будете готовы, начинайте двигаться, ходить туда-сюда, позволяя телу делать все, что оно захочет. Затем произнесите вслух: «Если я сейчас говорю себе „да“, значит, я…» и завершите предложение, описывая свои действия в текущий момент. Например, так: «Если я сейчас говорю себе „да“, значит, мои руки поднимаются и тянутся вперед». Или так: «Если я сейчас говорю себе „да“, значит, я зеваю».

Каждое предложение начинается одинаково и заканчивается в соответствии с вашими действиями. Вам может захотеться пожать плечами, засмеяться, нахмуриться, пуститься в пляс, поваляться по полу… Движения должны быть спонтанными, никакого предварительного расчета или намерения!

Через пятнадцать минут остановитесь, закройте глаза и оцените свое внутреннее состояние. Большинство людей, сказав «да» подобным образом, отмечают у себя перемену настроения. Они чувствуют бо́льшую легкость и беззаботность, оттого что в течение нескольких минут не задумывались о проблемах прошлого и настоящего.

Глава 3

Харизма и присутствие: целительная сила

Харизма – это качество, которое мы обычно приписываем другим людям (в особенности актерам, королевским особам и духовным лидерам), но крайне редко – себе самим. К примеру, наблюдая за игрой великого артиста – скажем, сэра Лоуренса Оливье – в классическом фильме по пьесе Шекспира «Ричард III», мы можем сказать: «Сэр Лоуренс необычайно обаятелен в этой картине». Или, допустим, мы присутствуем на личной встрече с Далай-ламой и замечаем, что приверженцы тибетского буддизма благоговеют перед его «божественным присутствием».

В контексте лечения мы нередко приписываем данное качество врачу, психотерапевту, шаману или знахарю, ощущая в присутствии такого человека некое благо, даже если мы его не знаем, или он нам очень нравится. Именно по этой причине Григорий Распутин имел огромное влияние на царя Николая II и его семью, ведь при помощи своей харизмы и способностей целителя Распутин умел останавливать кровотечение у царевича, который был болен гемофилией.

В общем и целом, мы можем заметить, что чувствуем себя хорошо, когда рядом находится определенный человек, и в результате наше собственное внутреннее состояние становится более спокойным, расслабленным, умиротворенным. Нечто внутри нас откликается на обаяние этого человека, и мы испытываем легкость, теплоту, внутреннее раскрепощение или чувство полноты бытия, совершенно не похожее на обычную симпатию, ведь оно обусловлено неличностными качествами.

Харизма и присутствие

Харизма – не только дар от рождения, хотя есть и те, кто, очевидно, с этим качеством родился. Ее можно обрести, ее можно в себе обнаружить и раскрыть, поскольку она проявляется именно тогда, когда мы находимся здесь и сейчас, когда не витаем в облаках или мыслях о прошлом и будущем. Словом, харизма – это состояние присутствия, и значит, данные два термина синонимичны.

Чем теснее человек привязан к настоящему моменту, тем большее присутствие он проявляет. Чем чаще он занят мыслями, тем меньше обаяния будет излучать. Мы все замечаем это во время каждодневного общения с друзьями, коллегами и знакомыми. Если мы разговариваем с собеседником, а он слушает лишь вполуха – невнимательно, отвлекаясь на проходящую мимо красивую женщину, постоянно заглядывая в свой мобильный телефон и так далее, – мы не чувствуем его присутствия, не чувствуем связи с ним, не чувствуем даже его уважения. Когда же кто-то слушает с неподдельным интересом, мы очень довольны, поскольку этот человек проявляет внимание не только к нашим словам, но и к нашей жизни.

Понятия «харизма» и «присутствие» связаны с медитацией, которая, как упоминалось в первой главе, является искусством дистанцироваться от мыслительного процесса. Медитирующий – это, по определению, тот, кто не зациклен на воспоминаниях о прошлом и мечтах о будущем, а ориентирован на состояние «здесь и сейчас». Он может присутствовать в настоящем, следовательно, обладает харизмой.

Работа в состоянии присутствия

Как бы то ни было, следует провести различие между общей способностью человека к присутствию, которая обусловлена опытом медитации, и тем, контактирует он с данным качеством в определенный момент или нет. То есть человек может обладать склонностями к харизме, но при этом часто отвлекается на обдумывание разных мыслей и переживаний. Далее в нашей книге мы увидим, как важно проводить такое различие при занятиях с клиентами.

Большинство успешных психотерапевтов работают именно в состоянии присутствия и приступают к сеансу, лишь удостоверившись, что достигли его. Они дистанцируются от собственных мыслей и забот и сосредотачиваются на настоящем мгновении. В таком состоянии специалист может понять, присутствует ли «здесь» – и в какие именно моменты – также и пациент. Сеансы, во время которых клиент постоянно копается в размышлениях, всегда трудны и утомительны, – например, когда он непрерывно говорит о своих «проблемах», разворачивая детальное описание или повествование, рассказывая истории о событиях прошлого, но не упоминая о сиюминутных чувствах. Как мы скоро увидим, работа хорошего психотерапевта заключается в том, чтобы вернуть клиента в настоящее и не допускать таких повествований.

Установление связи с медитативным пространством

Важность присутствия во время терапии замечала и Сагаприя Делонг. Она дала этому явлению другое название – «резонанс», обозначив связь индивидуума с медитативной областью, которая лежит за пределами его личности. Например, если «присутствуют», или находятся «в резонансе», одновременно два человека, они не чувствуют никакого разъединения, поскольку оба настроены на волну одного и того же надличностного пространства. Скорее, они даже будут ощущать внутреннее раскрепощение и единение друг с другом.

Следуя подходу Сагаприи, психотерапевт сперва считывает общее состояние резонанса у клиента, которое позволяет судить о его способностях к присутствию и контакту с самим собой. Такая информация позволяет специалисту реально оценить возможности пациента во время сеанса относительно интенсивности терапии и вопросов, о которых может пойти речь. Таким образом, «резонанс» закладывает основу для работы и задает направление движения.

Здесь нам следует отметить различие между смыслом, который вкладывает в термин «резонанс» Сагаприя, и его общепринятым значением. По большому счету, под резонансом имеется в виду способность чувствовать то же, что чувствует другой, настроиться на его волну и испытать его переживания. Психотерапевт может проделать это вместе с клиентом и неожиданно ощутить, к примеру, пустоту от потери, сожаление, непонятную боль в сердце или животе. И тогда специалист поймет: эти ощущения отражают то, что происходит внутри пациента.

Сагаприя использует данное слово в более ограниченном смысле, подразумевая, как уже было сказано, способность человека находиться в состоянии присутствия – как в компании других людей, так и в одиночестве, резонируя с надличностным пространством. И хотя мы признательны ей за введение нового термина, который помогает разъяснить всю важность этого явления в психотерапии, все же будет удобнее, если в данной книге мы продолжим использовать слово «присутствие» – так нам будет легче избежать путаницы.

Основа сеанса

Прежде чем пытаться помочь клиенту добиться присутствия, психотерапевт непременно должен знать, как отыскать данное качество в себе самом. Это основа, на которой строится любой сеанс; в противном случае врача будет отвлекать болтовня и комментарии собственного мозга, и лечение уподобится беспорядочному колыханию листвы на ветру, лишившись направления и смысла. Поскольку присутствие связано с медитацией, хорошему специалисту необходимо попрактиковаться в ней самому, и лишь затем он сможет помогать пациентам.

Кроме того, нужно понимать, что присутствие не зависит от какого-либо конкретного вида деятельности. Присутствовать можно, работая, танцуя, принимая пищу, сидя в тишине… – точно так же, как можно и не присутствовать во время этих занятий. Важно не само действие, а ваше состояние сознания.

Главная трудность в такой ситуации взаимодействия, как сеанс консультирования, заключается в следующем: внимание психотерапевта естественным образом переключается на другого человека (в конце концов, он хочет «помочь» клиенту), но при этом специалист забывает о себе. Однако присутствие подразумевает как раз обратное. Значит, вместо того чтобы фокусироваться исключительно на пациенте, психотерапевту нужно также оставаться на связи с самим собой.

Как научиться присутствию: пять подсказок

Перед тем как приступить к сеансу (или уже во время работы), психотерапевту предлагается воспользоваться следующими подсказками, которые помогут ему добиться присутствия. Данные шаги можно проделать последовательно или по отдельности, поскольку каждый из них способствует наступлению нужного состояния независимо от других. Они полезны не только тем, кто работает с людьми, но и всем желающим стать более харизматичными в жизни.

Вот эти пять подсказок:

1. Найдите «свое» положение тела.

2. Дышите осознанно.

3. Расслабьтесь в своем сердце.

4. Вспомните мгновения медитации.

5. Следуйте импульсу, который возникает после выполнения первых шагов.

1. Положение тела

Тело всегда находится в настоящем, здесь и сейчас. Именно посредством него мы ощущаем жизнь, именно с помощью органов чувств воспринимаем реальность такой, как она есть, мгновение за мгновением. Тело, соответственно, оказывает огромную помощь в поисках и обретении состояния присутствия – ведь оно уже находится в этом состоянии. В любой момент мы можем сделать паузу, прекратить то или иное занятие, остановиться на минуту и осознать свои телесные ощущения, вступив таким образом в настоящий момент.

За исключением внешних аспектов из серии «Как я выгляжу?», мы обычно забываем о теле, принимая его как должное до тех пор, пока что-нибудь пойдет не так. Например, мы никогда не задумываемся о своей спине, пока вдруг однажды поясничные мышцы не сводит острый спазм, оставляя нас беспомощно лежать в ожидании доктора.

Как только мы обратим внимание на тело, осознав свою материальную сущность, мы войдем в настоящее. А еще вспомним, что обладаем внутренней интуицией, которая говорит нам, хорошо ли мы себя чувствуем и удобное ли положение принимаем. Во время сеанса психотерапевту полезно следить за выбранной им позой и время от времени проверять, достаточно ли его телу удобно. Стремясь к комфорту, врач вовсе не должен, к примеру, ложиться на диван, но может встать на минуту или потянуться. Иными словами, мы отвергаем общепринятое представление о том, как следует вести себя профессиональному психотерапевту, – а именно, сидеть «как подобает» и не двигаться. Вместо этого он должен довериться собственным ощущениям и следовать потребностям тела, используя их как средство, помогающее остаться в настоящем.

2. Осознанное дыхание

Определившись с позой, обратите внимание на дыхание. В традиционных буддистских школах данный метод веками использовался для обучения людей искусству медитации.

Техника медитации випассана призывает сконцентрироваться на наблюдении за собственным дыханием, за тем, как кислород вливается внутрь тела и выливается обратно. В некоторых буддистских школах внимание уделяют движениям живота вверх-вниз при вдохе-выдохе; в других фокусируются на ноздрях, примечая поступающий в нос холодный воздух и выходящий наружу теплый.

Дыхание есть то, что связывает нас с текущим моментом – невозможно дышать в прошлом или будущем; этот процесс всегда происходит здесь и сейчас.

Интересно отметить и следующий факт: дыхание у людей, полностью поглощенных мыслительным процессом, обычно очень поверхностно – может показаться, будто они вообще едва дышат. С другой стороны, у тех, кто куда-то опаздывает или просто нервничает, оно нередко учащается.

У каждого из нас свой естественный ритм дыхания, характерный для расслабленного состояния; он взаимосвязан также с темпом речи при разговоре и скоростью движений при ходьбе. Если сосредоточить внимание на собственном природном дыхательном ритме, можно определить, хочет ли тело остаться неподвижным или же немного переменить положение. Кроме того, это поможет нам выйти из размышлений и вернуться к настоящему.

Иными словами, при занятиях с клиентом психотерапевту полезно следовать собственным ритмам; он не обязан сидеть, не двигаясь, или подстраиваться под темп клиента.

3. Расслабление в сердце

После того, как мы несколько секунд (или минут) фокусировали сознание на дыхании, можно переключить внимание на область сердца посередине грудной клетки. Это не настоящее биологическое местонахождение данного органа, но энергетический центр духовного сердца.

Когда мы чувствуем связь с этим центром, мышление замедляет ход и даже на какие-то мгновения замирает. В результате мы становимся ближе к тому, что происходит здесь и сейчас. Вот действенный способ помнить о сердце: вообразите, будто вы избавились от головы и сознания, сосредоточьтесь на ключевой области и расслабьтесь.

В таком состоянии психотерапевту можно также представить, что он «слушает сердцем» рассказ клиента. Некоторым бывает интересно сравнить такой метод с обычным способом слушать, когда мы стараемся понять говорящего при помощи разума, с концептуальной и рациональной точки зрения. Здесь полезно вообразить, будто наши уши соединяются напрямую с сердцем.

Данное упражнение можно практиковать в любой период дня; при этом важно обращать внимание на эффект, производимый на собеседника. Нередко говорящий замечает, что его лучше принимают и понимают. Так происходит, поскольку сердце является центром преобразования и способно трансформировать негативные чувства и эмоции в позитивные. Именно в нем можно наблюдать настоящую алхимию превращения.

4. Вспоминаем мгновения медитации

Психотерапевт закрывает глаза и вспоминает момент или ситуацию из прошлого, когда ему довелось погрузиться в глубокую медитацию. Воскрешение в памяти подобного «рекордного опыта» медитации (а также, не исключено, и его визуализация вместе со всеми сопутствующими ощущениями, звуками и даже запахами) – это эффективный способ возродить такую ситуацию в настоящем. Возможно, то были мгновения одиночества во всей вселенной, или минуты, когда вы сидели перед лицом духовного наставника, или расслаблялись после усердной работы. Посредством подобных воспоминаний у вас получится проникнуть в настоящий момент.

5. Следуем импульсу

После того как вы воспользуетесь предыдущими подсказками и найдете правильное положение тела, сосредоточитесь на дыхании и расслабитесь в сердце, вам будет легче испытать порыв к спонтанным действиям, не связанным с устоявшимися представлениями или рациональными умозаключениями. Такой порыв возникает как реакция на настоящий момент и исходит из внутренней сущности человека; эти импульсы мы можем почувствовать интуитивно. Находясь в состоянии присутствия, мы совершаем любые действия в правильное время, в подходящий момент – не слишком рано и не слишком поздно.

Некоторые психотерапевты излишне торопятся достичь определенного результата в лечении и не делают достаточных пауз, во время которых могли бы зародиться стихийные порывы. Есть среди консультантов и те, кто боится отступать от установленного формата процедуры и таким образом оставляет импульсы без внимания, сдерживая собственную спонтанность.

Иметь связь с настоящим – значит не просто сидеть неподвижно, а действовать, когда требуется; ждать подходящего момента и затем следовать возникшему импульсу.

Упражнения по медитации, способствующие обретению присутствия

Далее приведен ряд упражнений, связанных с вышеизложенными подсказками, которые помогают испытать состояние присутствия. Каждое упражнение выполняется в течение пятнадцати-двадцати минут, если в тексте не указано иное.

Упражнение по медитации № 1: скажем «да» своему телу

Это разновидность техники, описанной в конце предыдущей главы.

Для начала определите, чего именно хочет ваше тело прямо сейчас. Примите положение стоя, сидя или лежа и удостоверьтесь, что вам удобно. Если это не так, смените позу. Теперь проверьте, комфортно ли вам там, где вы расположились, или лучше перейти в другое место. Поэкспериментируйте. Походите по разным уголкам комнаты и выберите тот, где чувствуете себя наиболее расслабленно, свободно и счастливо.

Одновременно отмечайте периоды, когда вам вдруг становится немного не по себе. Такие моменты очень важны. При отсутствии четкой последовательности инструкций или указаний первое, что мы обычно испытываем – чувство растерянности. Это нормально. Загляните внутрь себя и спросите: «Что хорошо для меня?», «Что хорошо для моего тела?»

Определите, хочет ли ваше тело двигаться или остаться в покое, а если не уверены – экспериментируйте. Станьте любопытным ребенком, готовым к исследованиям. Если хотите, издавайте звуки. Вы можете двигаться быстрее, а затем немного медленнее, пока не найдете ритм, который понравится вам больше всего.

Спустя пятнадцать-двадцать минут оцените свой уровень удовлетворения. Если он окажется ниже шестидесяти-семидесяти процентов, продлите исследования еще на десять минут и разузнайте, как сделать данный момент более приятным.

Следуйте за собственным телом.

Это упражнение можно выполнять в одиночестве или вместе с другими людьми.

Упражнение по медитации № 2: внутреннее наблюдение

Найдите такое положение, в котором телу будет удобно – предпочтительно сидя или стоя (если вы ляжете, то можете почувствовать сонливость и задремать). Выделите себе окно в расписании, когда вас никто не потревожит.

Понаблюдайте за тем, что происходит в вашем теле, отмечайте все возникающие ощущения – к примеру, легкое покалывание или затекание в пальцах, руках, ногах или на задней поверхности шеи, любую напряженность в плечах или в спине, или, скажем, вы чувствуете «тепло» или «холод» в разных конечностях…

Позвольте этим ощущениям быть такими, какие они есть, не пытайтесь их как-то изменить.

Обратите внимание на место, где ноги соприкасаются с полом, или ягодицы покоятся на подушке, или руки и ладони дотрагиваются до остальных частей тела… Отметьте все ощущения в таких зонах, но не пытайтесь на них повлиять. Обратите внимание на область груди и сердца, сосредоточьтесь на ритме своего дыхания, на движениях грудной клетки и сердцебиении.

Заметьте те места, где ваше тело испытывает дискомфорт, и те, где ему хорошо и свободно.

Теперь посмотрите на себя в целом. Не появился ли какой-либо малейший импульс или небольшое движение, которого просит тело? Следуйте ему безо всяких усилий.

Затем осознайте ту область внутри себя, откуда можно за всем этим наблюдать. В вашем теле возникают ощущения, они непрерывно меняются, однако пространство для наблюдений за происходящим остается тем же; оно неизменно и не подвержено влиянию извне.

А теперь проверьте, получится ли у вас постичь одновременно и то, и другое – и телесные ощущения, и стоящее над ними сознание очевидца.

Упражнение по медитации № 3: раскачиваем тазом

Примите удобное расслабленное положение, наденьте свободную одежду. Расставьте ноги на ширину плеч – они должны твердо упираться в поверхность, так, чтобы вы могли двигаться, не нарушая равновесие. Лучше всего встать босиком на деревянный пол.

Глубоко вдыхайте через рот. Почувствуйте, как воздух проникает в горло, проходит вниз по грудной клетке; вообразите, будто он опускается и дальше, в живот. Представьте, что с каждым вдохом ваш живот наполняется.

В этот момент обратите внимание на следующее: животу начинает требоваться больше места, и таз естественным образом отклоняется назад.

Когда вы выдохнете, таз качнется вперед, обратно в первоначальное положение, или, может быть, даже немного дальше.

Позвольте ему двигаться в соответствии с вашим дыханием, отклоняясь назад при вдохе и вперед при выдохе. Можно представить, будто вы сидите в кресле-качалке: ваш таз, подобно креслу, раскачивается вперед-назад.

Дайте себе время на установление контакта с этим ощущением – закройте глаза и прочувствуйте раскачивание, которым сопровождается ваше дыхание. Важно, чтобы колени были расслаблены и слегка согнуты, иначе таз не сможет двигаться свободно. Кроме того, убедитесь, что ступни находятся на одной параллели с плечами и расставлены не слишком широко, но и не слишком близко друг к другу. Спустя несколько минут позвольте своим рукам следовать тому же телодвижению, раскачиваясь назад и вперед вместе с тазом и дыханием. Направление задает таз, остальные части тела следуют за ним. Это не требует практически никаких усилий. Вдох приводит тело в движение, а вы не противитесь и даже слегка способствуете ему.

Продолжайте раскачиваться в течение десяти-пятнадцати минут. Затем сделайте пятиминутный перерыв – встаньте или лягте на спину и посмотрите, что произошло в вашем теле, и как вы теперь себя чувствуете.

Упражнение по медитации № 4: медитация сердцем

Встаньте или сядьте, как вам удобно, и расслабьтесь. Закройте глаза.

Сосредоточьте внимание на центре грудной клетки – своем духовном сердце.

Вообразите, что в центре груди у вас есть маленький шарик, и придумайте, какого он цвета.

С каждым вдохом представляйте, как эта сфера медленно увеличивается, подобно воздушному шарику, наполняемому воздухом. Пусть она не спеша растет у вас в груди, в такт с ритмом дыхания.

Постепенно позвольте ей распространиться за пределы тела.

При помощи рук «потрогайте» шарик, когда он начнет расширяться вне грудной клетки.

Представьте, будто уже все ваше тело окружено этим шаром, а руками теперь можно дотронуться до него изнутри. Затем пусть он станет больше комнаты, больше региона, в котором вы живете, больше целого мира.

Почувствуйте, что все и вся заключены у вас в сердце.

Потом медленно позвольте сфере сдуться, пока она снова не будет помещаться внутри грудной клетки. Следуя собственному дыханию, представляйте, как каждый ваш выдох забирает из нее все больше воздуха. Обратите внимание на исходную область и центр шарика. В то время как сам шар растет и ширится, его центр остается неподвижным.

На минуту сконцентрируйтесь на этой области, а затем медленно откройте глаза.

Упражнение по медитации № 5: спонтанность (вместе с партнером)

Данное упражнение выполняется вместе с партнером и способствует проявлениям спонтанности в присутствии другого человека.

Встаньте напротив партнера с открытыми глазами и посмотрите друг на друга мягким, восприимчивым взглядом. Тело должно быть свободным и расслабленным. Убедитесь, что вам дышится легко и естественно.

Отмечайте все импульсы, которые возникают внутри, когда вы вот так стоите лицом к лицу с партнером. Следуйте порывам, не задумываясь, зачем или к чему это приведет, не сдерживаясь и не преувеличивая желаемое. Можно совершать любые телодвижения, а также прикосновения, но не использовать никаких посторонних предметов.

Это не «зеркальное» упражнение. Вы не должны копировать друг друга. Не стоит стараться вести себя каким-то особым образом – как по отношению к партнеру, так и к себе самому. Не нужно быть «забавным» или веселить товарища; в сущности, он вас не очень-то интересует, и вам все равно, что он думает. Вы всего лишь «прислушиваетесь» к зарождающимся внутри импульсам, а затем следуете им.

Если порывов не возникает, встаньте, расслабьтесь и подождите. Доверьтесь своему телу и собственным склонностям к проявлению спонтанности. Вы можете издавать звуки, но не произносите слов и не пытайтесь общаться.

Отмечайте, когда порыв сходит на нет, и не старайтесь продлить его. Если в следующий момент ничего не случится, допустима пауза. Пусть все происходит само собой. Мозг не должен вмешиваться – ему следует оставаться наблюдателем.

Через пять-десять минут остановитесь, закройте глаза и отвернитесь от партнера – останьтесь наедине с собой. Продолжайте следовать любым новым импульсам в течение еще пяти минут. Обратите внимание: изменилось ли что-нибудь, когда вы начали делать это в одиночку?

Достигаем присутствия: оно ценно само по себе

Уметь достигать присутствия совершенно необходимо всем, кто хочет работать с людьми, и здесь психотерапевту помогут вышеприведенные упражнения по медитации. Однако во время сеанса бывает не вполне удобно выполнять упражнение целиком, да это и не нужно. Обычно достаточно лишь просто вспомнить или настроиться на волну собственного тела, дыхания или сердца, и вы снова перенесетесь в настоящее, обретете чуткость и сосредоточенность.

Когда терапевт находится в состоянии присутствия, клиенту тоже обычно легче вернуться в текущий момент. Ему можно помочь, поинтересовавшись, как он себя чувствует, попросив понаблюдать за ощущениями в своем теле или напомнив о необходимости следить за дыханием. Также допустимо спросить пациента, что он испытывает в данный момент, но не углубляться в повествование и анализ.

Кроме того, полезно бывает показать, каким вы видите клиента, просто подражая ему словно зеркало. Все это можно проделать без какой-либо особой психотерапевтической техники или методики. Пусть вы и не разрешите проблему, зато поможете подопечному выйти за рамки нормального рутинного функционирования мозга и испытать присутствие, ценное само по себе.

Уметь присутствовать важно не только при психологическом консультировании, но и в повседневной жизни. Это способ переключить свое состояние сознания с мышления на бытие.

Глава 4

Природа желания

Как гласит легенда, в конце XII века неподалеку от реки Онон в Монголии жил один молодой человек. Однажды ему приснился сон. Он увидел, будто ему суждено объединить все враждующие племена кочевников монгольских земель Азии и повести их в поход, дабы завоевать мир. Юношу звали Темучин – впоследствии он стал известен под именем Чингисхан. Ко дню своей смерти в 1227 году он стал правителем самой протяженной империи из всех когда-либо существовавших на земле.

Его наследники пошли еще дальше, присоединив к Монгольской империи Европу, Азию и Средний Восток. Никому из них так и не удалось покорить весь мир, но они не оставляли дерзких попыток. Точно так же ничто не могло обескуражить и других амбициозных завоевателей: Александра Македонского, Юлия Цезаря, Тамерлана, Наполеона, Иосифа Сталина, Адольфа Гитлера…

Оглядываясь назад, несложно отнести этих людей к особой группе «безумцев» или «тиранов», которые, оказавшись однажды у власти, принесли много бед. Однако такие вещи происходят совершенно иначе. Личности, подобные Чингисхану, не одиноки в своих мечтах и желаниях. Их династические амбиции неким образом находят отклик в умах тысяч, миллионов людей, которые добровольно следуют за ними.

Правда в том, что внутри всех нас без исключения есть такой же механизм желания, будь то стремление завоевать мир или всего лишь обзавестись более модными солнечными очками, чем у друга, сидящего с вами за одним столиком в местном кафе, – особой разницы нет. Это лишь вопрос степени интенсивности. Механизм же одинаков.

Сущность разума есть «хотение»

Для того чтобы понять работу человеческого мышления, нам необходимо изучить и постичь механизм желания. Попросту говоря, сущность разума есть «хотение» – хотение иметь нечто большее, нечто иное, нежели у нас есть сейчас. Объект желания не имеет большого значения: в качестве него может выступать некий материальный предмет, влиятельное положение в обществе, женщина или мужчина; или же это могут быть духовные амбиции – скажем, стремление стать просветленным, мудрецом, перед которым преклоняются и благоговеют последователи.

Как только что-либо начинает представлять интерес для нашего разума, оно становится желанием, и у такого «интереса» или «хотения» нет границ, нет конца. На лекциях Ошо любил рассказывать притчу, которая наглядно показывает истинную суть данной проблемы.

Один великий король имел привычку встать с утра пораньше и отправиться на прогулку в прекрасный сад, окружавший дворец, – там он мог побыть в одиночестве и в ладу с самим собой. Но однажды, войдя в сад, властитель увидел там поджидавшего его попрошайку.

– Что тебе нужно? – спросил король, злясь на незваного гостя.

В ответ попрошайка протянул свою чашу для подаяний и сказал:

– У меня лишь одна просьба – чтобы ты наполнил эту чашу. Не важно чем… камнями, грязью, песком… Чем угодно.

Его величество оскорбился и ответил:

– Неужели ты думаешь, будто я, король, настолько беден, что не смогу наполнить твою чашу ничем, кроме грязи? Я наполню ее золотом, и тогда ты увидишь, с кем имеешь дело.

Попрошайка предостерегающе поднял руку и сказал:

– Подумай хорошенько, великий король, еще не поздно изменить решение. Ты не обязан соглашаться на мою просьбу.

Но король ничего не хотел слышать. Он хлопнул в ладоши, созвал слуг и приказал им наполнить чашу нищего золотыми монетами. Те тотчас же принесли из королевской сокровищницы мешок с золотом и принялись наполнять им емкость. Однако монеты мгновенно исчезали, оставляя чашу пустой.

Король изумился, но отказался признать поражение. Он приказал слугам принести все мешки с золотом, какие были в его сокровищнице, и высыпать их в чашу. Так и сделали. Однако как только содержимое мешков оказывалось в чаше, монеты исчезали.

И все же король не желал признавать поражение. Он приказал слугам достать бриллианты, рубины, жемчуга… все драгоценности из своей сокровищницы и сложить их в чашу. И снова, как только камни оказывались в чаше нищего, они испарялись.

Король был разорен, он истратил все свое богатство, а чаша так и осталась пустой. Униженный, он упал попрошайке в ноги и взмолился о прощении, повторяя:

– Открой мне тайну этой чаши, почему она может вместить в себя все сокровища мира, но так и не наполняется до краев?

Нищий засмеялся и ответил:

– Здесь нет никакой тайны. Это чаша из человеческого черепа. Она сделана из алчущего разума. Вот почему ее невозможно насытить, и она никогда не наполнится.

Пагубные последствия данного явления можно увидеть не только в личных взаимоотношениях, но и, в глобальном масштабе, повсюду на земле. Даже сегодня помешательство на желании большего выливается в пожирание ресурсов нашей планеты, разрушение ее естественной красоты, загрязнение атмосферы и воды – настолько чудовищное, что само выживание человечества теперь под вопросом.

Совсем не сложно ткнуть пальцем в Гитлера и Наполеона и назвать их безумцами, страдающими манией величия. Однако истина в другом: современное общество основано на экономической системе, которая существует за счет постоянного стремления человека к чему-то иному; такое общество причиняет нашей планете больший ущерб, нежели любой честолюбивый покоритель мира. И в этом участвуем все мы.

Желание взаимосвязано с «нет»

Давайте рассмотрим психологию желания. Желание всегда взаимосвязано с «нет» настоящему моменту. Собственно, именно по этой причине мы и стремимся к чему-либо, поскольку то, что происходит прямо сейчас, не кажется нам достаточным и не приносит удовлетворения. Мы не хотим этого, мы хотим того… Чего-то другого, чего-то большего.

Почему же мы хотим иного? Почему с такой легкостью пренебрегаем тем, что имеем сейчас, в угоду собственным желаниям? Мы и сами этого не знаем и не понимаем. Мы не видим пути к своему глубочайшему подсознанию, к своей сущности, поэтому в качестве замены ищем удовлетворения извне. Внутри у нас словно черная дыра, которую мы стараемся заполнить, но никак не можем это сделать.

С давних времен люди стремились к самореализации и пытались познать себя. У некоторых искателей-одиночек это получилось – среди них Будда Гаутама, Джелалуддин Руми, святой Франциск Ассизский, Рамана Махарши и многие другие, однако ни одна упорядоченная религия так и не смогла указать последователям путь к такому открытию. Напротив, религиозные лидеры испокон веков действовали сообща с политическими правителями, ставя препоны самопознанию, ведь общество всегда заинтересовано держать массы в неведении – люди, не знающие своей сущности, слабы, порабощены, зависимы и покорны.

В этой книге мы не станем углубляться во все аспекты данной темы. Отметим лишь следующее: человек как личность начинает терять склонность к бытию и ориентироваться на внешние источники удовлетворения еще в детстве, во время формирования поведения.

Как мы учимся не ценить себя

Формирование поведения означает обучение. Если проводить аналогию с компьютером, оно подразумевает программирование биокомпьютера у нас в голове. Это социальное программирование, называемое образованием, оно объединяет в себе все, что детям говорят родители, учителя, священники, законодатели мнений, моралисты… короче говоря, общество. Вот каким образом социальные ценности передаются от поколения к поколению: нашим предкам они так же доставались в наследство от отцов. Из самых благих побуждений родители отвращают нас от себя самих, маня сверкающими призами в виде одобрения окружающих, общественного признания, успешной карьеры, богатства, престижа, власти… и так далее.

Мы учимся не ценить себя как личность, а оценивать по внешним стандартам, основанным на сравнении и соревновании с окружающими: кто из класса прибежит первым, кто получит наивысшую оценку на экзамене, чья команда выиграет матч, у кого будет самая привлекательная девушка, кто поступит в лучший университет, кто добьется наиболее высокооплачиваемой работы.

Неотъемлемой частью такого процесса является приобретенная уверенность, будто мы недостаточно хороши сами по себе. Нам необходимо быть лучше, сильнее, быстрее, сексуальнее, привлекательнее, умнее, богаче… Эта уверенность укореняется глубоко в подсознании, и мы уже не понимаем, что приходит к нам изнутри как истинное отражение нашей индивидуальности, а что навязано извне.

Общество придумало этому хроническому стрессовому состоянию красивые имена – например, «идеализм», который предполагает, будто мы всегда должны стремиться к новым горизонтам, создавая себе большее, лучшее, светлое будущее. В США его принято называть «американской мечтой» – она призывает задаться высокими целями и затем всеми силами пытаться их достичь, чего бы это ни стоило. А помните ли вы поговорку «Если не получилось с первого раза, попробуйте еще, и еще, и еще раз»? Следовательно, усилие и есть энергия, питающая желание – усилие с целью заполучить желаемое в надежде, что оно принесет обещанное обществом удовлетворение.

В определенном смысле – как мотивация к расширению и исследованию своего личностного потенциала – такая стратегия может быть весьма эффективной. Однако если мы хотим познать истинное значение самореализации и состояние настоящего покоя и полноты бытия, она нам не поможет. За каждым идеалом, за каждым устремлением, за каждым желанием стоит напряженность и тревога, поскольку мы не принимаем себя такими, какие мы есть, отвергаем то, что доступно уже сейчас, в погоне за амбициозными целями, которых, возможно, никогда не достигнем.

На языке телодвижений желание обычно проявляется в виде физически ощущаемой напряженности, поскольку тело следует замыслам мозга и старается притянуть желаемый объект к себе поближе. А для этого ему приходится в буквальном смысле сжиматься. Значит, опытный психотерапевт способен распознать признаки желания по особой позе и положению тела клиента.

Счастливые мечты, разбитые мечты

Состояние желания есть состояние визуализации будущего. Люди, охваченные энергией желания, могут выглядеть решительными и сильными или же несчастными и понурыми, но в любом случае они не поддерживают связь с реальностью.

Во время сеанса таких клиентов несложно распознать по одному из двух следующих признаков. Во-первых, они склонны смотреть на мир широко открытыми глазами и нередко кажутся счастливыми и возбужденными, поскольку визуализируют то, чего хотят добиться в будущем. Во-вторых, те же люди могут выглядеть грустными и несчастными, ведь они понимают: в данный момент желаемое еще не достигнуто.

Итак, желанию сопутствует либо скорбь, либо своеобразное счастье, вызванное мечтами. Зачастую подобные пациенты мечутся между двумя противоположными состояниями, то излучая радость в надежде на лучшее, то погружаясь в отчаяние и грусть. Человек так и вертится в замкнутом круге – до тех пор, пока не заинтересуется происходящим в настоящий момент.

Но почему же мы все продолжаем хотеть необъятного, если на самом деле это опыт вовсе не из приятных? Во-первых, нужно иметь в виду следующее: чтобы осознать, какими усилиями и напряжением оборачивается желание, необходимо заглянуть «внутрь» – внутрь себя самих, а не смотреть лишь «наружу», на мир вокруг и вожделенные объекты. Тем не менее, обычно мы зациклены лишь на внешних атрибутах и забываем о том, что скрывается внутри. И это понятно, ведь современное общество непрестанно кормит нас новыми и новыми соблазнами: потребительскими товарами, выгодными предложениями, распродажами, возможностями трудоустройства или продвижения по работе, службами знакомств, курсами развития личности…

Немало раз в течение жизни нам удается добиться своего. Мы получаем желанную работу, дом или любимого человека, о котором мечтали, и наслаждаемся коротким периодом удовлетворения и счастья. Но когда эйфория проходит, медовый месяц заканчивается, а счета начинают скапливаться пачками, внутреннее напряжение вновь проявляет себя, и мы снова испытываем стресс, а нередко и проблемы со здоровьем – душевным или физическим. Тогда мы постепенно осознаем, что так и не обрели настоящее счастье, и все осталось по-прежнему.

Страх потери

Когда человек перестает ждать счастья извне и начинает интересоваться собственным внутренним миром, первое, с чем он сталкивается, – это страх потери. Мы боимся потерять сбережения или статус – все то, что когда-то стоило немалых затрат и усилий. Наше мировоззрение кардинально меняется, и будущее становится еще более неопределенным; прежние убеждения уже не кажутся такими бесспорными, а погоня за целями и личными достижениями отступает на второй план. Мы вступаем на незнакомую территорию, не зная, какое направление примет дальнейшая жизнь; у нас больше нет четкого плана, где все заранее размечено и определено. Супруг может подать на развод, повышение по службе получит другой сотрудник, а доход, вероятно, станет меньше, если уделять много времени медитации. К тому же, тот, кто живет не так, как остальные, рискует потерять уважение окружающих.

Все это – большой риск, а риск способен породить страх, ведь жизнь больше не кажется человеку стабильной – скорее, он начинает видеть ее в реальном цвете, как крайне ненадежное, сиюминутное явление, что не может не пугать. Поэтому возникает соблазн закрыть дверь в собственный внутренний мир и вернуться к прежнему образу жизни, который давал иллюзию безопасности и стабильности. Вот почему люди порой отворачиваются от медитации – особенно если они сильно привязаны к тому, чего смогли добиться.

Подавление нежеланных чувств

Когда кто-либо решает заглянуть в свой внутренний мир и посмотреть, что скрывается за желаниями, он может осознать, как много усилий тратил на достижение заветных целей. Если человеку хватит смелости и он преодолеет страх потерять все прежние ценности, позволив себе полностью расслабиться и копнуть еще глубже, то со временем он поймет: в истоках желания лежит феномен отрицания.

Причина этого отрицания кроется в навязанных в детстве идеалах. К примеру, тот, кто считает себя добрым, будет стремиться отвергать все зарождающиеся внутри агрессивные эмоции; более того, он постарается развить в себе «добрую личность», которая станет не более чем фальшивой маской, притворством, скрывающим совершенно иную реальность.

Другой пример: если человек не выносит одиночества, он приложит все усилия, чтобы обрести спутника жизни и «серьезные отношения». Он постарается удержать эти отношения любой ценой, даже если в них нет любви и они не приносят ничего, кроме страданий.

Любой опыт, выходящий за рамки установленных в социуме норм, будет отвергаться, а образовавшуюся брешь человек попытается заполнить чем-нибудь извне, руководствуясь общепринятыми представлениями о ценностях. Вот как появляются желания.

Там, где высоко ценят «счастливых», любые негативные эмоции подавляются. Тогда люди, возможно, и начинают выглядеть «счастливыми», но это чувство напускное. В обществе, которое уважает трудолюбивых и добившихся высокого положения личностей, будет непросто радоваться жизни в безделье, равно как и чувствовать себя комфортно на заурядной работе. Если же ценится богатство, человеку придется потратить много сил на накопление денег и ни в коем случае не выказывать признаков бедности. Какой бы аспект внутренней природы и сущности ни вступал в противоречие с общественными нормами, от него будут стараться отречься и заместить желанием чего-то иного.

И в этот момент происходит нечто странное. Люди обретают идеалы – быть честным, быть искренним, искать смысл жизни, – но именно такие идеалы и заставляют их забыть о честности. Чем больше человек старается соответствовать традиционным нормам, тем дальше он уходит от себя и тем сильнее страдает от внутреннего опустошения. Осознав бессмысленность всего, что уже достигнуто, в попытках заполнить пустоту, он будет ставить все новые и новые цели, но лишь сильнее отдалится от себя самого.

Однако отвергнутые частички себя никуда не исчезают. Все нежелательные ощущения – одиночества, пустоты и бессмысленности – только лишь подавляются. Они опускаются в «подполье», уходят из поля зрения разума в подсознательные и бессознательные сферы мышления. Желание – это своеобразный способ убежать от реальности. Мы не хотим испытывать определенные эмоции, поскольку воспитание подсказывает нам: приличному человеку не подобает такое чувствовать.

Итак, убеждения и идеалы вызывают неприятие реальных переживаний. Проблема же заключается в том, что неприятие никогда не ведет к трансформации характера. В сущности, это состояние отрицания. Но разве возможно исцелиться и быть цельной личностью, отвергая кажущиеся нам непривлекательными частички себя? Скорее, так можно стать раздираемым противоречиями шизофреником, с душой, разделенной на две части, которые ведут друг с другом непрекращающуюся борьбу.

Преображение через приятие

Преображение происходит через приятие. Мы обретаем цельность, принимая свои ощущения как есть, не пытаясь их изменить или исправить. А это возможно лишь при условии отказа от идеалов и убеждений относительно того, какой должна быть жизнь… и какими должны быть мы.

Например, когда мы признаем внезапные минуты одиночества или злости, говорим им «да» и расслабляемся, мы впервые разрешаем себе познать настоящий вкус такого состояния. Одиночество, вероятно, наполнит нас чувством глубины, ярость – могуществом и жизненной силой… любой опыт окажется поучительным, если быть готовым принять его всем сердцем. Если воспринимать каждое впечатление как есть – таким, как оно исходит изнутри, – никаких желаний не возникнет, поскольку согласие с реальностью не вызывает мечтаний.

Как правило, человек с ясными целями и планами выглядит позитивно, но с нашей точки зрения он негативен – ведь он говорит «нет». Не столь важно, что именно он отвергает – страх, злость или печаль. Важен уже сам факт отрицания.

На сеансах психотерапии наша главная задача – помочь клиенту переключиться с «нет» на «да». К примеру, если его беспокоит проблема злости (он хочет «избавиться от своей ярости»), то работать необходимо не над ее устранением – наоборот, следует помочь пациенту понять эту злость, сказать ей «да». Глубокое понимание – уже само по себе преобразующая сила, но оно не требует стараний и не является целью. Первый шаг, который нужно сделать, – прийти к согласию с окружающим миром вместо того, чтобы растрачивать силы и энергию в попытках его изменить.

Со временем вы заметите результат – произошедшие глубокие перемены. В этом и заключается теория внутреннего преобразования. Человек, который отрицает злость, навсегда останется злым. Возможно, он запрячет свою раздражительность глубоко под маску жесткого самоконтроля, но она никуда не исчезнет. Время от времени она будет находить лазейки и просачиваться наружу. То, что нам не нравится, останется на месте.

Алхимия внутреннего преобразования заключается в переходе от «нет» к «да». Также это можно назвать приятием. У американского поэта Уолта Уитмена есть одна известная книга с многозначительным названием «Песня о себе». Все, что ни обнаруживает в себе автор, он принимает и прославляет. Если герою грустно, он воспевает грусть; если он злится, то ликует и от этого… и так далее. Это разумный подход, ведь эмоции в своей основе являются энергией, а говоря «да» энергии, мы позволяем ей перемещаться, меняться и преображаться.

Примеры из сеансов

Желание нередко скрывает прямо противоположную действительность. Ниже вкратце изложены две типичные ситуации, которые случаются во время сеанса: пример того, как изначальное желание можно преобразовать путем приятия реальных чувств и ощущений.

Пример № 1

Клиент: Я хочу быть более открытым и полным любви по отношению к людям.

Психотерапевт: Говоря так, что вы замечаете в себе?

Клиент: Я чувствую сильное напряжение в животе.

Психотерапевт: Попробуйте разобраться в этом поподробнее.

Клиент: Есть какая-то раздраженность, может быть, даже злость… Я не знаю, откуда она исходит, но мне она не нравится.

Психотерапевт: А если такую энергию не подавлять, а позволить ей выйти наружу, что произойдет?

Клиент (сидит прямо и ерзает): В моем теле очень много энергии, мне даже жарко. На самом деле все не так уж плохо!

Психотерапевт: Сможете ли вы представить, как делитесь этой силой с другими людьми?

Клиент (смеется): Что-то новенькое! Но идея мне нравится.

Таков пример типичной ситуации. Пациент руководствуется определенными представлениями об открытости и любви и отвергает или подавляет свои внутренние ощущения. Чем больше человек старается быть «открытым», тем сильнее нарастает напряжение. Когда же он признает и принимает то, что считал «нелюбовью», желание стать другим пропадает, и, наконец, приходит истинная открытость.

Пример № 2

Клиент: Я так хочу найти партнера и завести любовные отношения!

Психотерапевт: Что вы чувствуете прямо сейчас?

Клиент: Чувствую легкое расстройство и грусть, ведь все, что я ни делаю, похоже, не приносит результатов. Я уже так долго не могу встретить подходящего человека!

Психотерапевт: Каково для вас – быть без пары?

Клиент: Я испытываю одиночество.

Психотерапевт: Может быть, попробовать получше разобраться в этом чувстве? Давайте уделим ему минутку.

Клиент: Когда я углубляюсь в это чувство, я словно делаю шаг над пропастью. Мне страшно.

Психотерапевт: Не погружайтесь в него слишком глубоко. Попробуйте ненадолго задержаться там, где стоите сейчас. Отмечайте все ощущения, которыми ваше одиночество сопровождается в данную секунду.

Клиент: У меня дрожат колени, и я не чувствую твердой почвы под ногами. Я не уверен в себе.

Психотерапевт: Так, и каково это?

Клиент: Обычно я избегаю подобных ощущений и стараюсь все держать под контролем. Но именно сейчас… это даже немного интересно – не знать, что произойдет в следующую минуту. Я замечаю, как по моим ногам идет мощная энергия.

Психотерапевт: Дайте себе достаточно времени, чтобы прочувствовать ее как следует.

Клиент: Я никогда не рассматривал все это под таким углом!

Клиент прилагал огромные усилия в попытках заполучить желаемое, но поскольку не добивался успеха, начал впадать в отчаяние. Психотерапевт не стал уделять внимание грусти, вызванной неосуществившимися мечтами, но обратился к отвергаемым реальным чувствам, которые скрывались внутри. Познав такие чувства (а также родственные им страх и неуверенность), пациент обретает внутреннюю силу, и опыт «отсутствия отношений» видится ему уже в новом свете. Кроме всего прочего, данный пример показывает, что сила есть результат познания и принятия страха, а вовсе не стараний его избегать.

И в первом, и во втором примере пациент приходит на сеанс с определенным желанием. Задача психотерапевта не в том, чтобы помочь клиенту осуществить это желание (стать более открытым или найти любимого человека), но в том, чтобы помочь обнаружить и исследовать отвергаемую энергию, научиться ее признавать и даже радоваться ей. Наставник не следует за подопечным в мир грез и мечтаний – напротив, он остается в состоянии присутствия и приглашает клиента войти в то же измерение. В конце концов, такой подход приведет к отказу от желания или к его реализации на высшем уровне – то есть человек осознает: «Это именно то, чего я хочу». Настоящее преображение происходит в результате познания, а не напряженной борьбы.

Упражнение: осознаем желание

В рамках сеанса необходимо четко различать два разных состояния счастья: первое – то, что порождается состоянием приятия, и второе, которое наступает, когда разум достигает желаемого. Последнее, несомненно, недолговечно, поскольку алчущий разум вскоре опять устремится к будущему, к новой цели или перспективе.

Ниже приведено простое упражнение, которое позволит читателям распознать у себя состояние желания. Его следует выполнять в паре.

Партнеру А нужно рассказать о том, чего он хочет. Каждое предложение следует начинать словами: «Я хочу…», а завершать описанием желаемого объекта.

Партнер Б слушает молча и внимательно наблюдает за выражением лица и общим настроением собеседника. Также он должен обращать внимание на любые перемены в своем собственном внутреннем состоянии.

Партнер А говорит в течение пяти-десяти минут.

В конце упражнения от партнера Б (того, кто слушал) требуется дать комментарии, и он обычно сообщает следующее (один из вариантов):

1. Партнер А был возбужден и оживлен; его глаза расширились, он вовсю улыбался, жестикуляция стала активнее. Таково состояние счастья, связанное с желанием, порожденное надеждами на будущее.

2. Партнер А загрустил и опечалился. Это, опять же, имеет отношение к желанию, однако в данном случае человека привело в уныние отсутствие вожделенного объекта – несчастный уверен, что никогда не сможет его заполучить.

И в том, и в другом случае партнер Б, проследив за собственной реакцией на рассказ собеседника, зачастую отмечает, что сам он ничуть не был тронут или увлечен. Почему? Потому что слушать чужие желания нередко и скучно, и утомительно. Если такое происходит с психотерапевтом во время сеанса, это верный признак: клиент, который произносит монолог, не сказал «да» настоящему моменту. Специалист имеет возможность получить ценный опыт, ведь в дальнейшем он встретит еще очень много пациентов в подобном состоянии желания.

Все они будут либо надеяться на избавление от проблемы, либо страдать от уверенности, что это невозможно. Однако если счастье человека обусловлено приятием чего бы то ни было, врач ощутит внутреннее раскрепощение, расслабление и чувство единения с клиентом.

Психотерапевту важно оставаться непредвзятым и отмечать все нюансы настроения или состояния, которые пациент приносит с собой на сеанс. Тогда можно будет с уверенность определить, что заслуживает внимания и поддержки, а что нужно просто проигнорировать, дабы не тратить лишних сил.

Когда клиент находится в состоянии желания, это означает, что в энергетическом плане специалист одинок. До тех пор, пока человека не вывести из подобного состояния, никакая «встреча» на уровне бытия невозможна, ведь присутствовать будет только один из собеседников.

Психотерапевт должен уметь справиться с такой ситуацией, отбросив всякое желание войти в более глубокий контакт с пациентом – иначе и сам он тоже зациклится на целях и будущем. Путь к присутствию человеку проще всего подсказать на собственном примере, и тогда он сможет выйти из стен разума в настоящий момент, не испытывая постороннего давления или воздействия.

Глава 5

Влияние любви

Рассматривая наиболее действенные и полезные средства в психотерапии и консультировании, мы не можем не согласиться: любовь является одним из важнейших факторов успеха. Не раз было сказано о том, что любовь есть лекарство от всех болезней. Это звучит несколько отвлеченно и чересчур поэтично для нашего реалистичного века науки, однако даже наука начинает признавать и поддерживать данное утверждение.

Доктор Дин Орниш – американский кардиолог, ставший всемирно знаменитым благодаря своему подходу к излечению заболеваний сердца при помощи низкожировой и углеводной диет. Он также отмечал, что любовь, объятия и душевная теплота существенно влияют на разблокировку закупоренных артерий. Поначалу Орниш не рассматривал этот вопрос всерьез, однако позже стал оказывать помощь в соответствующих исследованиях Йельского университета. В них принимали участие сто девятнадцать мужчин и сорок женщин, которым была назначена коронарография – рентгеноконтрастное исследование камер сердца. У тех пациентов, кого родственники баловали любовью и всячески поддерживали, оказалось значительно меньше закупоренных артерий, нежели у остальных.

В другом похожем исследовании ученые пронаблюдали почти десять тысяч женатых мужчин, никогда ранее не страдавших стенокардией. Все эти мужчины находились в зоне повышенного риска ввиду наличия таких факторов, как повышенный уровень холестерина, высокое кровяное давление, диабет и отклонения от нормы в электрокардиограмме. Те из них, кто страдал от нехватки любви со стороны собственных жен, впоследствии заболевали стенокардией в два раза чаще по сравнению с первой группой, где супруги проявляли достаточно внимания к мужьям.

Итак, обращаясь к любви в контексте психотерапии, мы отнюдь не удаляемся от практических материй в сторону поэтических фантазий. Мы рассматриваем мощнейшую способность человека, которая имеет огромное значение для его здоровья и излечения.

Множество параметров любви

У нашего высокого чувства есть, кроме прочего, и биохимический аспект, которому в последние годы уделяется все больше внимания. К примеру, в 2004 году Хелен Фишер, антрополог и профессор-исследователь Ратгерского университета в США, выделила три отдельных параметра любви, каждый из которых характеризуется своими нейрохимическими особенностями:

1. Физическое влечение, стремление к сексуальному удовлетворению – у обоих полов оно вызывается тестостероном.

2. Пылкая романтическая любовь и стремление идеализировать партнера связаны с дофамином, без которого не обходится ни один тип зависимости, будь то пристрастие к кокаину, героину, алкоголю или табаку.

3. Спокойная, долговременная и крепкая привязанность к партнеру обусловлена гормонами окситоцином и вазопрессином.

Фишер утверждает: каждым из данных типов любви управляют различные участки мозга, и все они могут действовать независимо друг от друга. И вовсе не удивительно, что в мире так много путаницы вокруг этого понятия и его истинного значения. По правде говоря, иногда мы и сами не понимаем, любим ли некоего человека или же ненавидим, ведь чувства так переменчивы.

Мы говорим, что любим своего супруга, своих детей, родителей и друзей. Но мы распространяем данное понятие и за пределы человеческих взаимоотношений, заявляя, будто любим собаку, машину, здоровый завтрак, кофе, работу, страну, играть в теннис, ходить в спортзал. Очевидно, что одно и то же слово не может иметь одинакового значения во всех этих столь разных контекстах. Поэтому, рассматривая его с точки зрения психотерапии, нужно понимать различие между обусловленной любовью – то есть той, которая предопределена нашими биологическими особенностями, инстинктами выживания и социальным программированием, – и ее безусловной, или немотивированной, формой.

Произрастающая из области «да»

Возвращаясь к предыдущим главам, мы можем сказать следующее: безусловная любовь возникает спонтанно как побочный продукт нахождения в пространстве «да». И сразу становится очевидным отличие этого значения от другой распространенной сферы употребления данного слова, ведь при помощи него люди зачастую описывают состояние желания: «Как бы мне хотелось быть с ней… Как бы я хотела быть его любимой девушкой… Как бы мне хотелось, чтобы он меня заметил…»[8] и так далее. Желание, как мы уже знаем, ориентировано на будущее и вырастает из внутреннего «нет» текущему моменту, в то время как «да» возвращает нас в настоящее. Таким образом, слово «любовь» может обозначать два прямо противоположных состояния – «да» и «нет» тому, что происходит сейчас, в данную минуту.

Безусловная любовь в нашем понимании тоже отличается от чувства между матерью и ребенком, которое не является осознанным выбором ни с той, ни с другой стороны. Отношения мать-дитя основаны на сильнейшем инстинкте привязанности, общем для всех млекопитающих. Это природное средство защиты детенышей и гарантия их выживания, а следовательно, и продолжения рода. В подобной формулировке данное чувство выглядит не очень-то «человечным» или возвышенным, и (возможно, многие матери со мной не согласятся) материнский инстинкт в сущности работает именно так.

Любовь между мужчиной и женщиной, казалось бы, зиждется целиком и полностью на доброй воле и осознанном выборе. Но, с другой стороны, как все мы знаем, это состояние подразумевает также и понятие «влюбиться». А влюбленность способна настолько завладеть человеком, что мы перестаем вести себя разумно и временами думаем: а действительно ли это – наш осознанный выбор, или же в деле замешаны нейрохимические частички доктора Фишер? Но, так или иначе, а романтическая любовь может совершенно преобразить человека, придать ему заряд бодрости и ощущение свежести, невинности и свершившегося чуда – на это не способны, наверное, никакие другие приключения в жизни.

Кроме того, в любовных отношениях между взрослыми людьми прослеживается готовность отказаться от личных предпочтений – особенно, на ранних стадиях (хотя здесь, возможно, и замешан мощный биологический фактор). Короче говоря, мы меньше подчиняемся собственному эго. Сумев впустить в сердце другого человека, мы получаем возможность познать мир за пределами себя самих. А если работать в данном направлении и дальше, состояние открытости не покинет вас и после того, как уровень дофамина понизится.

Биологически, эмоционально, психологически и духовно

Даже в рамках одних и тех же взаимоотношений значение слова «любовь» может зависеть от конкретного уровня, о котором идет речь. В биологическом контексте оно относится к сексу, чувственности и физическому удовольствию. На эмоциональном уровне любовь подразумевает тесную связь, доверие и чувство близости. На уровне психологическом она означает общность интересов – к примеру, симпатию к характеру партнера, даже если тот не отличается физической привлекательностью. На духовном – встречу двух существ за рамками личностей, и здесь мы можем сказать, что любим человека, когда нас волнует даже его молчание и простое присутствие рядом, ведь мы разделяем с ним чувство глубокого единения. Каждый аспект любви соотносится с определенной потребностью. Когда одна потребность удовлетворена, мы начинаем осознавать другую, относящуюся к высшему уровню.

В биологическом, эмоциональном и психологическом плане любовь есть отношения «отдай-возьми». Нам что-нибудь нужно от партнера, и мы отдаем ему другое взамен. Поэтому под словами «Я люблю тебя» мы на самом деле имеем в виду «Мне кое-что от тебя требуется, а за это я готов дать что-нибудь и тебе».

Проблемы же возникают тогда, когда желание получать становится преобладающим, когда от супруга мы требуем больше, чем способны отдать взамен. И мы начинаем вести себя подобно капризному ребенку, изводящему родителей. Значит, наша потребность в партнере должна быть потребностью взрослого человека. Показать эту потребность не всегда легко, однако совершенно необходимо, поскольку в такие моменты мы становимся искренними и понимаем, насколько важен для нас любимый. Подобное осознание делает человека восприимчивым и зачастую помогает открыться и его партнеру. До тех пор, пока вы не признаете собственных потребностей и не поделитесь ими, вы не получите желаемого.

Кроме того, важно почувствовать и понять, чем именно мы готовы поделиться. Иными словами, в гармоничных любовных отношениях нужно следовать динамике «отдай-возьми» и не уподобляться капризным детям, а вести себя как зрелый человек, помня как о необходимости принимать, так и о способности давать.

Льющаяся через край

Существует и другой уровень любви – тот, который не подпитывается извне, а, скорее, представляет собой чувство, бьющее изнутри. Многие мистики рассуждали об этом качестве любви и описывали его как сострадание, в противовес страсти. Поскольку оно не зависит от внешних факторов и не является взаимообменом, данное чувство стоит выше человеческих отношений, выше биологии и психологии. Это – побочный эффект внутреннего удовлетворения.

Порой мы на мгновения впадаем в такое состояние, когда испытываем любовь к человеку вне зависимости от того, что он делает. Это очень приятные моменты, ведь они позволяют ощутить вкус свободы – неотъемлемого параметра любви. Мы чувствуем то, чего не бывает в романтических приключениях, которые, наоборот, нередко делают нас зависимыми от партнера.

Чтобы избежать непонимания, разочарования и путаницы, необходимо четко определить уровень любви, который мы в тот или иной момент испытываем. Например, религиозному искателю не всегда легко понять, что является его вероятным любовным потенциалом (в рамках чувства сострадания и свободы), а что – прозаической реальностью. А это может привести к отрицанию или подавлению естественных потребностей.

Иными словами, если притворяться святым и безучастным, в то время как ваш партнер флиртует с другим, вы вряд ли станете более достойным и более любящим человеком. Желание нельзя преодолеть усилием воли, идеалистическим мышлением или самообманом. Преображение есть побочный продукт восприятия жизни такой, как она есть, следовательно, поскольку наша потребность в любви естественна, ее нужно принять и признать.

Медитация вовсе не означает воздержания от любовных страстей. Она лишь подразумевает более пристальный взгляд на себя самого в зеркале отношений. При помощи медитации мы приходим к глубокому пониманию сущности любви и можем испытать ту, что приходит не извне, а изнутри.

Почти все люди сталкиваются с такой проблемой: они настолько зациклены на своем партнере, что думают, будто он и есть источник их светлого чувства. И пока человеку не доведется испытать немотивированную любовь, он ни на секунду не усомнится в этом убеждении, а значит, останется зависимым. Вот почему так успешно работает психотерапия: всему причиной – немотивированная любовь доктора, который ничего не ждет от клиента, именно она обеспечивает столь мощный целительный эффект.

Распространенные заблуждения о любви

Любовь не терпит невежества, ведь сама по себе она – слепая сила, которая движет нами совершенно неосознанно. Такое чувство не может сделать человека счастливым. Наоборот – любовь способна стать главной причиной страданий, а перевернувшись с ног на голову, даже превратиться в ненависть. Однако настоящую проблему представляет не она, настоящая проблема – в неведении.

Задача психотерапевта во время сеанса нередко состоит и в том, чтобы помочь клиенту подробнее разобраться в тонкостях любви. Итак, давайте рассмотрим некоторые из наиболее распространенных на этот счет заблуждений.

1. Человеку кажется: поскольку он кого-то любит, то обязан всяческим образом избавлять партнера от некоего тяжкого бремени, или трудностей, – будто любовь подразумевает под собой особого рода повинность или благотворительные работы. На самом же деле этим он лишь вмешивается в частную жизнь избранника, нарушая границы личного пространства, а значит его действия не имеют ничего общего с любовью. Пример: один из супругов заболел и лежит в постели, а другой терзается чувством вины, поскольку хочет пойти танцевать на вечеринку. Если здоровый партнер останется дома, он будет скучать взаперти и испытывать досаду, если выйдет – сочтет себя эгоистом, и его замучают угрызения совести.

2. Человек думает: поскольку он кого-то любит, то имеет право на некоторые требования к избраннику, словно тот, услышав «Я тебя люблю», сразу становится чем-то ему обязан. Такое убеждение, опять же, к любви никак не относится, поскольку лишает партнера свободы. Пример: женщина говорит мужу, что если он ее любит, то не поедет в командировку. Пусть докажет свои чувства, оставшись дома!

3. Человек говорит о любви, когда в действительности пытается кем-то манипулировать с целью добиться желаемого. Пример: классический случай, о котором знают все – мужчина пытается склонить женщину к сексу, утверждая, будто любит ее.

4. Человек страдает от нехватки любви и не видит, что на самом деле он очень дорог своей второй половине. Пример: герой трагедии Шекспира Отелло, который не понимает, как сильно любит его Дездемона.

5. Человек уверен: счастье возможно лишь с одним-единственным определенным партнером. Пример: именно по этой причине люди порой так долго цепляются за отжившие свой век отношения и не желают с ними покончить.

6. Человек может утверждать, будто вовсе не нуждается в любви. Такое поведение обычно обусловлено ее недостатком – за внешней независимостью несчастный пытается скрыть (порой даже от себя самого) острую потребность в окружающих. Пример: к данной категории относятся почти все закоренелые холостяки и плейбои.

7. Человек склонен отрицать собственную способность любить и преувеличивает потенциал партнера. За подобным убеждением, как правило, стоит желание во что бы то ни стало быть вместе и неприятие возможности жить полноценной жизнью в одиночестве. Пример: женщина верит, что, потеряв мужа, лишится любви навсегда, однако потом осознает: в действительности посторонние люди дарят ей куда больше счастья, чем супруг.

Как доказывают вышеприведенные ситуации, многие склонны принимать за любовь собственные предрассудки, а также слепо верить всему, что говорят близкие. Когда дело касается отношений, мы зачастую охотнее верим чужим словам, нежели собственному восприятию реальности. Это показывает, как отчаянно мы стремимся быть любимыми, пусть даже единственным доказательством тому будет фраза «Я тебя люблю». С другой стороны, встретившись с истинными чувствами, мы не всегда оказываемся готовы их принять и отказываем человеку в уверенности, будто его любовь ненастоящая.

Таковы всего лишь несколько примеров распространенных заблуждений, с которыми психотерапевты нередко сталкиваются во время сеансов.

Формирование поведения начинается в детстве

Формирование привычки к любви начинается еще в раннем детстве. Ребенку требуется регулярно получать питание от родителей, ему необходима их поддержка и забота. Это особенность человеческой природы и условие нашего выживания. Любовь произрастает из зависимости – зависимости детей от матери. Однако то, что естественно вначале, становится противоестественным по завершении периода биологической необходимости.

При нормальном развитии событий младенец рождается беззащитным и несамостоятельным, а затем, по мере роста, постепенно становится все более независимым от родителей. Для того чтобы это случилось, и мать, и ребенок должны быть готовы к разъединению. Иными словами, единый поначалу организм должен разделиться надвое – таков закон жизни.

Однако если посмотреть правде в глаза, в реальности ни один из нас не становится полностью самостоятельным. Скорее можно сказать, что в современном обществе все люди существуют в состоянии взаимозависимости друг от друга. Никто не живет в изоляции и одиночестве, но никто и не держится за окружающих мертвой хваткой – между этими двумя крайностями мы поддерживаем здоровый баланс.

Так или иначе, возвращаясь к теме взросления, отметим: проблемы могут возникнуть, если родитель или ребенок (а то и оба) некоторым образом противятся естественному процессу разъединения. Взамен они начинают манипулировать друг другом самыми разными, порой очень эффективными способами. Поначалу большей властью обладают родители, они могут управлять детьми и использовать их нужды в собственных целях. В современной литературе по психологии вы найдете немало работ на предмет «формирования условных рефлексов в ранний период жизни», которые как раз и исследуют данное явление.

«Мама не будет тебя любить, если не уберешься в комнате…», «Мама не любит малышей, которые оставляют свои грязные ботинки на ковре…» и так далее.

Вскоре ребенок и сам овладевает этой уловкой: теперь он тоже старается манипулировать родителями в попытках заполучить все, что ему хочется. В подобной ситуации любовь часто используется как предмет торга, с помощью которого стороны добиваются друг от друга желаемого. Но ведь не таков ее настоящий смысл! Кроме того, люди обычно думают, что управлять любовью – в их власти, и ее можно дарить, можно отнять, а можно и потерять.

Ставим под сомнение глубоко укоренившиеся убеждения

События раннего детства оставляют глубокий след в душе человека и подготавливают почву для любовных отношений во взрослой жизни. Даже став самостоятельными, мы продолжаем вести себя так, будто все еще зависимы. Мы манипулируем друг другом точно так же, как делали наши родители или мы сами по отношению к ним: угрожаем лишить своей любви, требуем, чтобы нас любили (ведь мы имеем на то право!), задаем вопросы в духе: «Кого ты любишь больше?..» Во имя любви совершаются и другие странные вещи, однако люди крайне редко ставят под сомнение эти глубоко укоренившиеся взгляды и модели поведения.

Теперь, во взрослой жизни, нам предстоит пересмотреть свои прежние представления, обрести новые знания и понять суть проблемы. Например, любовь, если разобраться, невозможно ни дать, ни отнять: она либо есть, либо ее нет. Она нам не подвластна. Она есть качество, а не количество, следовательно, ее никогда не бывает ни много, ни мало.

Кроме того, в действительности любовь не приходит извне или от другого человека, она изливается из нашего сердца. Самое большее – партнер может выступать в качестве ее катализатора, пускового рычага. Он словно напоминает нам о том, что мы позабыли. Но, в сущности, любовь – явление спонтанное. Она не является ни принятым решением, ни осознанным выбором. Она на нас снисходит.

Как говорят мистики, любовь есть сила, которая не дает вселенной развалиться. Может быть, именно по этой причине, испытав настоящие чувства, люди словно становятся воплощением покорности и смирения? Им кажется, будто случилось чудо, они ощущают в себе неизведанные вселенские силы. Возможно также, именно поэтому мы не способны ни контролировать любовь, ни обещать ее, ни ею управлять.

Чем дальше мы будем углубляться в изучение вопроса, тем очевиднее станет следующий факт: любовь и любовные отношения суть два совершенно разных понятия. Иногда они существуют совместно, но это вовсе не обязательно. Любовь в сочетании с осознанностью способна подарить человеку нечто такое, чего никогда не дадут никакие связи и романы.

В последующих главах мы рассмотрим динамику отношений, узнаем, какую роль в них играют чувства, насколько болезненными бывают последствия непонимания, и как осознанная любовь в конце концов может привести к самореализации и исцелению.

Глава 6

Первичные отношения

Говоря о первичных отношениях, мы обычно имеем в виду связь между детьми и их родителями. Однако данная фраза может обозначать и другие ситуации, где «старшая» сила старается командовать «младшей». В рамках человеческого тела, к примеру, имеются первичные отношения между низшими и высшими энергетическими центрами. Когда такие центры вступают в конфликт, это, как правило, означает, что энергия из низших источников пытается найти выход, а высшие центры стремятся ей помешать.

Подобную внутреннюю динамику мы обычно называем подавлением наших природных импульсов. Человек словно бы находится в состоянии конфликта: естественные порывы диктуют ему одно, а следует делать совершенно другое. Это «следует» ведет свое начало из периода формирования поведения в детстве и обусловлено ценностями и убеждениями, навязанными социальной средой. Такой конфликт нередко провоцирует появление хронических болей в мышцах (иногда его обозначают термином «застой энергии»). И все же проще рассмотреть данный вопрос с точки зрения движения: одна сила в поисках выхода и выражения движется вверх и наружу, а другая – вниз и внутрь, пытаясь остановить первую. Между ними неизбежно возникает напряжение, и в энергетике человека происходит раскол.

Внутреннее напряжение дублируется в конфликтах ребенка с родителями, учителями или любой авторитетной фигурой. Малыш хочет поступить так-то и так-то, но понимает: ему это не позволено. Фактически он чувствует, что взрослые его подавляют и порицают. Он считает себя лишь «маленьким» ребенком, а окружающих – «большой», старшей, зрелой угнетающей силой.

Процесс освобождения

Как мы уже знаем из второго параграфа, такое разделение отражается и в структуре человеческого мозга – рептильные и животные области отвечают за самые примитивные импульсы, а неокортекс – за более сложные мыслительные процессы, появившиеся у людей в процессе эволюции. Кроме того, мы увидели, что стремление подавлять низшие импульсы оставляет глубокие травматические отпечатки на психике. Поэтому одна из задач психотерапии – помочь пациентам залечить эти раны, позволив замороженным естественным порывам найти выход и осуществиться.

Подобный процесс «освобождения» расширяет кругозор клиента, открывает перед ним новые горизонты и дает чувство глубокого удовлетворения. А чтобы так и случилось, природные импульсы должны найти выражение, и психотерапевт обычно помогает устранить все стоящие у них на пути препятствия. Таков классический подход многих техник лечения. Он призывает рассматривать чувство злости как необходимую и весьма полезную энергию, которая придает людям силы, причем психотерапевты должны всячески поощрять его выражение. И все же, как мы вскоре увидим, даже эти меры сами по себе не приведут к решению проблемы.

Развитие ребенка

Если рассматривать развитие ребенка, то можно заметить: на первой стадии происходит получение (дети принимают от родителей все, что те им дают) и усваивание. Находясь в утробе матери и сразу после рождения, малыш в основном ест и спит. В этот период он получает питание и безоговорочно съедает его; если он откажется, то умрет. Усваивание является естественным эволюционным процессом и означает следующее: человек переваривает то, что ему дают, а пища становится частью его тела и энергетического поля.

Поначалу младенец не проводит разделения между собой и матерью, не понимает он и слова «я». Однако, подрастая, ребенок начинает познавать границы собственной личности и экспериментировать с ними, а для этого ему необходимо научиться говорить «нет». Сказать «нет» – значит отделить себя от остальных, в частности, от матери. И вот уже малыш учится говорить «Я, а не ты» и осознает собственную индивидуальность.

Вступив в эту стадию, дети начинают говорить «нет» всему вокруг – даже тому, что им нравится – так они экспериментируют с персональными границами. Кроме того, данный процесс подразумевает и осознание личных границ окружающих. Поэтому важно, чтобы мать четко установила пределы собственного пространства и показала их ребенку.

Эта тема является отдельным предметом изучения психологии развития. Неспециалисту же важно уяснить о первичных отношениях следующее: существует две базовые стадии – изначальное безоговорочное «да» по отношению к матери, а затем «нет», которое позволяет маленькому человеку обрести независимость и силу.

По мере взросления ребенок научится говорить «да» или «нет» соответственно своим потребностям, а не заданному образцу. Он сможет взаимодействовать с окружающей социальной средой, что потребует диалога между его собственными внутренними порывами и импульсами других людей. Ребенок узнает: иногда его желания осуществимы, а иногда и нет. Порой они исполняются не сразу или не совсем так, как мечталось. И тогда он научится находить общий язык с окружающими, отыскивая мостики между тем, что требуется ему, и тем, что требуется остальным людям.

Такова суть развития человека в детстве, а психология может останавливаться на этой теме сколь угодно подробно.

«Верблюд», «лев» и «ребенок»

Немецкий философ XIX века Фридрих Ницше придумал красочную метафору для наших трех стадий – «да», «нет» и «да или нет» – и стал применять ее по отношению к сознанию взрослых. Ницше назвал их «верблюд», «лев» и «ребенок».

Если мы посмотрим на образцы поведения, отражающие первичные отношения, то увидим: один человек всегда говорит другому: «Ты должен» – в буквальной или завуалированной форме. От него исходит определенное требование, ожидание или давление на оппонента. Один указывает другому, как себя вести, что делать, думать, чувствовать… и так далее.

«Верблюд»: «да» собеседнику

Принимающая сторона может реагировать по-разному. Первую и простейшую разновидность ответа Ницше называл «верблюжьей» моделью. Следуя этой модели, человек говорит любым требованиям «да», ведет себя как ученик или последователь и всеми силами старается оправдать ожидания собеседника. Именно так в действительности и поступает большинство людей. Они не перечат наставлениям окружающих – родителей, учителей, руководителей, священников, то есть общества в целом. Они стараются избегать любых конфликтов и скорее согласятся быть несчастными, чем допустят вероятность стычки или ссоры.

За «верблюжьими» привычками стоит доминирующее желание быть любимым и уважаемым, заслужить признание и награду. Подстегивает эти привычки и страх изоляции, одиночества и отторжения обществом. И хотя настоящую любовь таким образом завоевать невозможно, «верблюд» довольствуется той малой частицей внимания, которая перепадает на его долю, пусть даже по своей сути оно негативно. На самом же деле вторая сторона не любит и не уважает несчастного. Чем дольше человек живет в состоянии «верблюда», тем меньше возможностей оставляет для зарождения истинных чувств. Однако он все продолжает мечтать, надеяться и ждать лучших времен.

На энергетическом уровне «верблюд» в конце концов очень устает – ведь он постоянно старается соответствовать чаяниям общества и пренебрегает собственными внутренними порывами и нуждами. Внешне он зачастую выглядит измотанным, его энергетика слаба. Для таких людей типичны фразы: «Я сделаю все, что смогу», «Пожалуйста, объясните, как мне…», «Спасибо, вы подсказали мне, что делать» и «Я не справлюсь с этим сам».

Данная модель поведения получила свое название от верблюда, поскольку его используют как вьючное животное. Он вынослив и способен безропотно пройти долгий путь по пустыне без воды. Человек с такой моделью думает, что жизнь не в его власти, и у него нет никакого выбора – он лишь жертва в руках окружающих.

Следующий пример взят из сеанса с одной женщиной, которую заманила в ловушку «верблюжьего» сценария ее старшая сестра. В ходе гештальт-диалога между ними произошел такой разговор.

Старшая сестра: Мне так плохо… Это все ты виновата!

Пациентка не отвечает, но выглядит несчастной и подавленной, ей тяжело.

Старшая сестра: Это ты виновата в том, что я сейчас в таком затруднительном положении.

Пациентка: Ты ведь знаешь, я тебя люблю и хочу, чтобы все у тебя наладилось. Чем я могу помочь?

Старшая сестра: Ты могла бы хотя бы возместить тот ущерб, который причинила… И извиниться!

Пациентка: Мне действительно очень жаль, и я приложу максимум усилий, чтобы все отремонтировать.

Старшая сестра: Никогда больше так со мной не поступай.

Пациентка: Обещаю.

«Лев»: «нет» собеседнику

Однако рано или поздно в жизни приверженца «верблюжьего» сценария может наступить переломный момент, когда он решит: с меня хватит. И вот, подобно ребенку, который перерос стадию «да», он начинает учиться говорить «нет».

В отношениях мы обычно стараемся быть милыми и делаем все, чего хочет любимый. Однако если тот этого не ценит, мы порой взрываемся и изливаем свое отчаяние, приказывая ему убираться к черту. Мы бунтуем. У некоторых людей бунт входит в привычку и становится новой моделью поведения, и теперь вместо машинального «да» на все просьбы окружающих человек начинает отвечать «нет».

Ницше называл такую модель «львиным» сценарием. Лев представляет собой удачный символ – он стоит один, поодаль от толпы и единодушия общественного мнения. Он борется, непокорно рычит, охраняет свою территорию и не позволяет посторонним вторгаться в его личное пространство без приглашения. В то время как «верблюд» говорит: «Вы правы, а я неправ», «лев» утверждает: «Прав я, а вы ошибаетесь». А вот и другие типичные для «льва» фразы: «Это моя жизнь», «Я делаю, что хочу», «Оставьте меня в покое». Еще он может нападать на оппонента со словами: «Почему бы тебе не заняться своими делами?»

Внешне «львы» зачастую выглядят несгибаемыми, как будто постоянно стараются держать себя в руках. Эти люди накапливают мощную энергию в конечностях – руках и ногах, – ведь они в любой момент готовы ринуться в бой или защищаться.

Так или иначе, «лев» тоже является заложником фиксированной модели поведения. Он не способен сделать осознанный выбор между «да» и «нет» и решить, что будет более уместным в той или иной ситуации. «Лев» тоже зависим от окружающих: чего бы те ни попросили, потребовали или пожелали, он займет противоположную позицию. Ко всему прочему, таким человеком легко манипулировать, ведь он предсказуем. Например, родители, зная, что их ребенок на все отвечает «нет», могут просто велеть ему делать обратное – и получат именно то, чего хотят. Итак, «лев» тешит себя иллюзией ложной свободы, подобно тому как «верблюд» живет с иллюзией собственной беспомощности.

Следующий показательный диалог произошел во время сеанса с пациенткой, которая привыкла вести себя как «лев», общаясь с матерью.

Мать: Ты всегда делаешь только то, что хочешь. Ты неуправляема!.. Тебе следует больше думать о других. Что с тобой будет дальше?

Дочь глубоко вздыхает, выказывая раздражение, демонстративно откидывает волосы и отворачивается.

Дочь: Бла-бла-бла…

Мать: И посмотри на свои волосы, они ужасно неухоженные!

Дочь: А мне они нравятся и такими.

Мать: Ты совсем не думаешь об окружающих… ты даже не слушаешь!

Дочь (притворяется, будто не слушает, и отворачивается еще больше): Это твои проблемы, мам. Почему бы тебе не оставить меня в покое?

За «львиным» сценарием обычно стоит желание свободы, желание быть независимым или ни в чем не нуждаться. Однако реальность оказывается совершенно противоположной. Бунтарь крепко-накрепко привязан к тем, кого отвергает. Нередко под маской «льва» скрывается «верблюд» – порой это становится до боли очевидным, когда мы в порыве ярости приказываем любимому человеку «убираться вон», и он в самом деле уходит.

Женщина: Нам с тобой нужно больше разговаривать. Если все останется как есть, наши отношения не станут лучше.

Мужчина: Но я же сказал тебе, что думаю по этому поводу… да и сейчас я должен закончить с ремонтом.

Женщина: Наши отношения тебя совсем не волнуют, ты куда больше внимания уделяешь этому дурацкому мотоциклу!

Мужчина: Какая чепуха! Мы только что провели вместе все выходные.

Женщина: Но когда появляются проблемы, ты всегда прячешься за работу и не желаешь разговаривать.

Мужчина: Послушай, прекрати меня пилить. Я этого терпеть не могу.

Женщина: Что ж, если ты не можешь меня терпеть, я, пожалуй, уйду от тебя!

Она разворачивается и собирается уйти из гаража.

Мужчина: Дорогая, постой… ну хорошо… о чем ты хотела поговорить? («Лев» сдается, и появляется «верблюд».)

Несмотря на то, что в нашем поведении можно выделить преобладающую модель, мы постоянно переключаемся с «верблюда» на «льва», и наоборот. Важно понимать, что и первому, и второму необходим собеседник, который указывал бы им, что делать: «верблюд» будет ему подчиняться, а «лев» – противостоять. Человек не может всегда следовать какому-то одному сценарию, партнер становится своеобразным проекционным экраном и принимает на себя всю власть в рамках отношений. Однако на самом деле власть остается в руках «верблюда» или «льва» – того, кто твердит о себе, а не того, кто велит: «Ты должен». Причина очевидна: человек, который говорит «Я», способен измениться: вместо того, чтобы слушать партнера, он начнет прислушиваться к себе самому. Именно тогда, когда «верблюд» или «лев» решает заглянуть внутрь своей души, а не ждет любви от другого, перед ним открываются новые возможности.

«Ребенок»: «да» себе самому

Отказавшись от попыток найти счастье во внешнем мире и осознав, что в любой ситуации они вольны отвечать как захочется, люди обретают возможность выйти за рамки парадигмы «верблюд – лев». Третьей альтернативе Ницше дал название «ребенок» – не потому, что дети глупы и незрелы, а из-за их невинности, непосредственности и естественности. Малышам неведомы предубеждения и предрассудки. Это сродни тому, как во второй главе мы говорили «да» настоящему моменту и могли делать все что угодно, только теперь в ситуации участвуют и другие люди.

В то время как «верблюд» соглашается с собеседником, а «лев» ему противоречит, «ребенок» полностью меняет структуру видения и начинает говорить «да» себе самому. Он больше не фокусируется на партнере, зато уважает особенности собственной личности. Он реагирует на ту или иную ситуацию творчески, независимо от того, чего хотят окружающие. «Ребенок» не подчиняется и не противостоит другим – он открыт и гибок. Он готов как к общению (при наличии собеседника), так и к одиночеству (если собеседник занят своими мыслями).

Из всех трех ролей легче всего быть «верблюдом», и большинство людей выбирают именно такую модель поведения, поскольку она надежна и не требует умственных усилий – можно просто следовать советам и командам окружающих. И хотя это утомительно и вряд ли сделает вас счастливым, вы будете в безопасности и не одни.

Быть «львом» более рискованно, ведь такая роль связана с постоянными конфликтами, напряженностью и негативом. Львиное рычание способствует энергетическому подъему, и человек может поддаться иллюзии, будто он свободен и независим, однако вместе с тем будет вынужден страдать без любви и близости.

Настоящая же свобода приходит не вместе с «нет» партнеру, а вместе с «да» самому себе. Она позитивна: это не свобода «от…», но свобода «для…». Значит, «ребенок» может поступить, как скажут окружающие, а может и по-другому: его реакция не предопределена заранее – она исходит из внутреннего «да» себе любимому. Такой человек одновременно и уязвим, и независим.

Как психотерапевту работать с моделями поведения

Подобные образцы поведения работают не только при общении двух собеседников, но и когда человек предоставлен сам себе. Мы часто замечаем некий внутренний голос – он приказывает нам «делать то» и «не делать этого». Так происходит оттого, что мы «усвоили» наставления людей из прошлого, которые говорили нам, как себя вести. Мы хорошо выучили принятые в обществе правила и думаем, будто этот голос исходит от нас самих, и не отличаем его от собственного.

Во время курса психотерапии клиенту обычно помогают распознать собственный внутренний зов и научиться противостоять «требованиям» других голосов. Пациент из «верблюда» превращается во «льва», и на этом лечение нередко заканчивается. Однако если психотерапевт знаком с медитацией, то должен знать: настоящая свобода приходит со словом «да», а не с «нет». А значит, он поможет клиенту войти в состояние «ребенка».

Хитрость данного подхода в том, что специалисту нужно отказаться от желания изменить подопечного. Ведь как только врач захочет, чтобы пациент перестал быть «верблюдом» или «львом», он станет одним из голосов, говорящих: «Тебе следует». И тогда клиент может последовать совету специалиста и закричать родителям: «Нет!» или по-другому выразить свои чувства, но не потому, что так нужно ему, а потому, что этого от него ожидают. Он знает, как порадовать доктора.

Искусство психотерапевта заключается в том, чтобы позволить пациенту оставаться таким, какой он есть, и ничего от него не требовать. Он словно вручает подопечному приглашение в мир «ребенка» (мы еще вернемся к данному вопросу в девятой главе). Для клиента это становится настоящим подарком. Ведь так редко удается встретиться с тем, кто ничего от тебя не требует! И в двенадцатой главе я остановлюсь на данной теме более подробно.

Разыгрывание ролей в гештальт-терапии

Преодолеть модели поведения проще и эффективнее всего при помощи гештальт-терапии, разработанной немецким врачом-психиатром Фрицем Перлзом, который благодаря своей технике заслужил всемирное признание в 1960-е годы. Сегодня основные принципы его методики используются в психотерапии повсеместно. Ключ к подходу Перлза – в осознании простого факта: то, на что мы обращаем внимание в другом человеке, есть отражение (или частичка) нас самих.

Для нашей разновидности гештальт-терапии потребуются две подушки: одна для доминирующего лица, вторая – для того, кем пытаются руководить. Сначала клиент занимает позицию «наблюдателя» и садится напротив психотерапевта, а по обе стороны от него – слева и справа – помещаются подушки. Затем пациента просят сесть на одну из них и сыграть соответствующую роль в ролевом упражнении. На первой подушке он играет самого себя, на второй – «оппонента». Таким образом он перемещается от одной подушки к другой, чередуя роли и исследуя взаимоотношения между двумя персонажами, до тех пор, пока модель поведения не становится очевидной.

Сидя на «нейтральном» месте (месте наблюдателя), клиент может посмотреть на то, что происходит в его отношениях, вместе с психотерапевтом. Итак, временами он разыгрывает ту или иную роль, перемещаясь от одной подушки к другой, а в оставшееся время выходит из сценария поведения и наблюдает за ним.

Работа помощника заключается в том, чтобы помочь клиенту понять, кто из действующих лиц говорит: «Ты должен», а кто реагирует как «лев» или «верблюд», а затем подсказать ему выход из ситуации, помочь наладить связь с самим собой. То есть пациенту предлагается взглянуть на собственные ощущения и узнать ответ на вопрос «Чего хочу я?», перестав слушать указания авторитетного оппонента. Этот ответ приходит к человеку в состоянии «ребенка», внутреннего «да» себе любимому.

В действительности такой свободой мы обладаем всегда. Ведь она исходит не извне, и ее невозможно дать или отнять: это внутренняя свобода, и затронуть ее не способен никто.

Выходим из состояния «верблюда»

Сейчас самое время вернуться к первому примеру этой главы, где пациентку подавляла старшая сестра – она заставляла девушку извиняться, что та покорно и делала, следуя роли «верблюда»…

Психотерапевт (клиенту): Довольна ли ваша сестра теперь, после того как вы извинились?

Клиент: Нет, боюсь, что нет. Она все еще несчастна.

Психотерапевт: Не думаю, что вы когда-нибудь сможете сделать ее счастливой.

Клиент: Наверное, вы правы.

Психотерапевт: Но видите ли вы, как много для этого стараетесь?

Клиент: Да.

Психотерапевт: А в результате мы только имеем уже не одного несчастного человека, а двух.

Клиент: Да, ведь я чувствую ответственность за нее!

Психотерапевт: Однако поступая так, вы ограничиваете ее свободу, понимаете? Причем, если посмотреть правде в глаза, безрезультатно. Любовь означает свободу для обеих сторон. Попробуйте представить, что вы несете ответственность только за свое личное счастье.

Пациентка постепенно расслабляется, делает глубокий вдох и с облегчением улыбается. Она начинает понимать, какую тяжкую ношу взвалила на себя, пытаясь опекать старшую сестру. И вот девушка вступает в состояние «ребенка».

Немного погодя пациентке предлагается представить, как она будет отвечать сестре теперь, когда ее взгляд на ситуацию поменялся. Нужно проверить, сможет ли она соблюдать рамки личного пространства под давлением извне.

Сначала девушка садится на место оппонента.

Старшая сестра: В этом виновата ты!.. Тебе не следовало так поступать.

Затем девушка переходит к своей подушке и в ответ предпочитает промолчать. Она лишь продолжает улыбаться и на этот раз не принимает дурное настроение собеседницы близко к сердцу.

Наконец, пациентка снова перевоплощается в собственную сестру – та все еще несчастна, но уже чуть более расслабленна, да и жалуется не так сердито.

На последующих занятиях девушка заметила: ее стремление завоевать любовь родных на самом деле лишь порождает все новые конфликты. Она хотела сделать сестру счастливой, чтобы самой получать от нее больше внимания – требуя невозможное, чего та ей дать не могла. Попытки угодить сестре не давали результата, зато отказ от взаимных требований друг к другу принес облегчение обеим сторонам. Счастье пациентки, оказывается, было в ее руках. Она поняла, что лучший подарок, который можно сделать родным, – это собственное благополучие. Сосредоточиться на себе ей помогал метод осознанного дыхания и наблюдения за телом. Вот таким образом девушка в конце концов преодолела сценарий «верблюда».

Выходим из состояния «льва»

В нашем втором примере пациентка придерживалась роли «льва» при общении с матерью.

Психотерапевт: Что вы чувствуете, когда мама разговаривает с вами на эту тему?

Поначалу пациентка продолжает вести себя все так же вызывающе и равнодушно.

Клиент: Это ее проблемы, а не мои. У меня все в порядке!

Психотерапевт хочет услышать более подробный ответ и повторяет вопрос еще раз.

Психотерапевт: Хорошо, но каково вам подвергаться такому прессингу?

Пациентка пытается разобраться в собственных ощущениях.

Клиент: Кажется, будто меня загнали в угол, заперли в клетке. Инстинктивно мне хочется убежать.

Психотерапевт: Значит, на самом деле, вы зависимы от отношения к вам матери. Если она начинает разговаривать в таком тоне, вы думаете, что будете вынуждены покинуть ее дом.

Пациентка кивает.

Психотерапевт: А есть ли другие выходы из ситуации, альтернативные уходу из дома?

Девушка задумывается, затем пожимает плечами.

Клиент: Я не знаю.

Психотерапевт предлагает пациентке сосредоточиться на собственном теле и дыхании.

Клиент: Господи, я так напряжена!.. Я даже не осознавала, насколько конфликты с мамой изматывают меня.

Девушка меняет положение тела, начинает дышать глубже, и напряженность несколько спадает. Через минуту она немного расслабляется и начинает улыбаться. Она постепенно возвращается к себе. Все эти перемены происходят на подушке, олицетворяющей саму пациентку. Теперь ее просят пересесть на противоположное место и выступить в роли матери.

Мать: Мне нравится моя дочь.

Девушка возвращается на свое место.

Клиент: Теперь я счастлива! Я уже не могу уйти просто так, я должна остаться.

Пациентка потеряла связь с самой собой и превращается в «верблюда», поскольку нуждается в любви матери.

Психотерапевт: Знаете, это звучит весьма странно. Всего минуту назад ваша мама была вами недовольна… а сейчас утверждает, что любит вас. Похоже на новый способ вами манипулировать. Раньше вы говорили: «Мне придется уйти», теперь же заявляете: «Я не могу уйти». На самом деле вы остались все в той же клетке. Можно ли придумать какой-нибудь другой исход событий?

Клиент: Я чувствую, что не могу уйти.

Психотерапевт: Так, а правда ли это? Попробуйте хорошенько разобраться в собственных ощущениях, ведь они тоже подвергаются чужому влиянию.

Пациентка на минуту задумывается, настраиваясь на волну своего тела.

Все это время она сидела, обхватив ноги руками и поджав колени к подбородку, – в защитной позиции, – и была похожа на непокорную школьницу. Теперь же девушка расслабляется и принимает открытую позу. Постепенно она выходит из состояния «верблюда» и вдруг совершенно неожиданно начинает смеяться над собой.

Клиент (все еще со смехом в голосе): Нет, я не могу уйти.

Отбросить серьезность – значит сделать важнейший первый шаг по направлению к «ребенку». В оставшееся время сеанса психотерапевт помогает пациентке поэкспериментировать с различными вариантами ответа матери. Девушка перестает реагировать на замечания всерьез, и это лишает мать сил и желания контролировать дочь и дальше.

«Верблюд» под маской «льва»

В следующем примере мы посмотрим на «верблюда», скрывающегося под маской «льва» – такой тип поведения нередко встречается в отношениях. В данной ситуации пациентка пробует разные варианты общения со своим отцом и разыгрывает обе гештальт-роли.

Отец: Я хочу, чтобы ты сыграла на скрипке.

Клиент: А я хочу посмотреть телевизор.

Отец: Ты меня очень сильно обижаешь.

Клиент: Я знаю.

Психотерапевт: Что происходит с вами, когда отец вам это говорит?

Клиент: Я чувствую, как на меня давят, и сержусь.

Психотерапевт: Что еще вы замечаете во время такого прессинга?

В ответ пациентка начинает плакать и перестает быть «львом», переходя в состояние «верблюда».

Клиент: Что я боюсь!

Девушка смотрит на психотерапевта заплаканными глазами и просит помощи.

Психотерапевт: Вы видите, как при помощи слез пытаетесь манипулировать мной?

Пациентка прекращает плакать и спустя несколько минут немного успокаивается.

Психотерапевт: Как вы себя чувствуете на самом деле?

Клиент: Не так уж и плохо, но я слегка дрожу.

Психотерапевт: Эта легкая дрожь вам не мешает?

Клиент: Нет.

Психотерапевт отодвигает «отцовскую» подушку в сторону.

Психотерапевт: А что вы чувствуете теперь, когда отца здесь нет?

Клиент: Я по нему скучаю.

Психотерапевт: Итак, похоже, вы действительно хотите, чтобы папа вас любил. Но, возможно, он просто не способен дать такую любовь, которой вы добиваетесь. Вероятно, он не способен соответствовать вашим требованиям. Однако я думаю, вам стоит поискать любви другими путями, среди других людей. Вы ведь уже пробовали так делать?

Пациентка оживляется и начинает улыбаться.

Клиент: Да, конечно.

Она рассказывает, благодаря чему и кому может почувствовать себя любимой.

Психотерапевт возвращается на подушку «отца».

Психотерапевт: Что вы почувствуете теперь, если папа попросит вас сыграть на скрипке? Ведь вы больше не страдаете от недостатка его любви.

Клиент: Это так ново… Мне нужно время, чтобы разобраться.

Сеанс продолжается.

В новом измерении

Данные примеры наглядно демонстрируют, как воспитание заставляет нас поверить: любовь обязательно должна исходить от определенного человека, если же происходит иначе, мы страдаем от одиночества. От этого мы постоянно нервничаем, боимся, надеемся, мечтаем. Мы запираем в клетке не только себя самих, но и партнеров по отношениям. Человеку, который надеется видеть непрерывные проявления любви со стороны близких, наверняка удастся найти родственную душу со схожим желанием. Вот только такие отношения вскоре станут развиваться по известному сценарию и принесут разочарование обоим.

На самом же деле счастье возможно обрести разными способами и с разными людьми. Тот, у кого это получится, со временем понимает, что источник любви – его собственная душа. И тогда человек словно перемещается в другое измерение – в состояние «ребенка», состояние непосредственности и осознания – и перестает витать в облаках, мечтая о будущем. Теперь он словно начинает отношения с самим собой. А если в это новое измерение зайдет (хотя бы на минутку) и партнер, их связь приобретет совершенно иное качество. Отношения больше не будут идти по сценарию, партнеры проникнутся друг к другу взаимным уважением, и их союз станет как никогда счастливым и прочным.

Самой трудной задачей в отношениях бывает понять, исходит ли мотивация к действиям изнутри нас, или же навеяна извне. Сказали ли мы себе «да»? Или все еще чего-то ждем, надеясь на любовь и признание окружающих? Вот на какие вопросы нужно искать ответы в отношениях с близкими людьми.

Глава 7

Отношения между мужчиной и женщиной

Обратившись к отношениям между мужчиной и женщиной, мы увидим динамическую связь между двумя равноправными сторонами. Ни одна из этих сторон не является ни высшей, ни низшей – между ними должен быть здоровый баланс. А если такой баланс нарушен, неизбежно возникают проблемы – к примеру, когда один из партнеров пытается подчинить другого и взять на себя бо́льшую часть полномочий и власти.

Между первичными отношениями, о которых мы говорили в предыдущей главе, и отношениями мужчины и женщины существует одно основное различие: во втором случае партнер – уже не просто проекция, чьи взгляды можно не учитывать. Говоря о моделях поведения «верблюда» и «льва», мы рассматривали партнера лишь как проекционный экран, и нужен он нам был лишь до тех пор, пока клиент не достигнет уровня сознания, именуемого «ребенком», и не избавится от желаний. А затем авторитетная фигура, командующая: «Ты должен», теряла свою важность и значимость.

В отношениях между мужчиной и женщиной все обстоит иначе. Когда человек достигает гармонии с собой, его любимый никуда не исчезает. Поэтому здесь к сценариям, описанным в шестой главе, добавляются еще две вероятные ситуации: или обе стороны утверждают: «Я хочу», или один из партнеров говорит: «Я хочу», а второй: «Я не хочу». Они могут иметь общее желание или конфликтовать, в случае если оно у каждого свое.

Два типа любви

Как мы уже знаем, существует два вида счастья: первое связано с обретением желаемого, а второе не зависит от внешних факторов, но исходит изнутри, из гармонии с самим собой. Совершенно так же и в отношениях между мужчиной и женщиной встречается два типа любви: партнеры могут быть «влюблены», оттого что совпадают их желания и интересы (скажем, они испытывают взаимное сексуальное притяжение или имеют одинаковые жизненные цели). Однако когда счастье основано исключительно на подобных связях, оно, скорее всего, продлится недолго. Всем известно, как быстро меняются наши желания, ведь человеческий разум так непостоянен – сегодня ему хочется одного, завтра – совсем другого.

Отношения этого типа встречаются сплошь и рядом. Люди меняют партнеров так же часто, как жилье или место работы, поскольку их разум требует все новых и новых стимулов – иначе ему станет скучно. Он стремится к удовольствиям, но нигде не находит настоящего удовлетворения. Поэтому счастье в отношениях такого типа обычно недолговечно. На его место приходят скука и разочарование, когда любовники понимают, что не могут дать друг другу той полноты жизни, о которой мечтали.

Вторая разновидность «любви» – это, скорее, дело случая, нежели результат осуществления желания. Она произрастает из нашей связи с самим собой. А поскольку такую связь с собой установил и наш партнер, состояние радости увеличивается вдвое – словно два «счастья» сложились в одно. Данный тип любви не связан ни с усилием, ни с желанием – наоборот, чувство возникает спонтанно и неожиданно. Оно может сразу же и закончиться, а может остаться надолго, но в любом случае наполнит человека глубоким счастьем. О такой любви говорили многие поэты и мистики, сравнивая ее с весенним бризом, который приходит сам по себе. Не в нашей воле заставить его прийти, как не в нашей воле продлить его или задержать.

Соглашение о сотрудничестве

Таковы два типа любовных отношений: связь мужчины и женщины, основанная на желании, и противоположный вариант, когда оба партнера радуются жизни и до знакомства друг с другом, и после. В первом случае пара обычно начинает с состояния счастья, известного как стадия медового месяца, а когда медовый месяц заканчивается, на смену эйфории постепенно приходит компромисс. Без компромисса молодоженам не обойтись, ведь они спускаются с небес на землю и осознают, что супруг – всего лишь обычный человек, такой же, как все. Новоиспеченные муж и жена понимают, что их ожидания были неоправданно высоки, и приходят к соглашению о сотрудничестве, заключают своеобразный договор – «официальный» или негласный. На этом начинается стадия «работы в команде», и стороны договариваются продолжать свои отношения из желания товарищества и страха одиночества. Они повинуются гласу общества – внутреннему или внешнему, – который призывает «остепениться» и жить, как все.

Со временем компромисс ослабевает, и его продуктивность (в том, что касается любви, нежности, душевной теплоты и взаимной поддержки) снижается. И тогда один или оба партнера, стремясь разрешить конфликтную ситуацию, могут обратиться к помощи психотерапии. Только вместо того чтобы заглянуть внутрь себя самих, они зачастую так и продолжают требовать жертв друг от друга в уверенности, что это сделало бы их счастливыми. Супруги живут в постоянном напряжении, ведь даже если кому-то порой удается добиться уступки от партнера, он должен соблюдать осторожность и не нарушать «соглашения о сотрудничестве». Данная модель взаимоотношений типична для современного общества, где два человека нередко существуют вместе, словно приклеенные. Они пытаются быть счастливыми и избежать горестей, но внутренняя напряженность и борьба никуда не уходят.

На этом же уровне работают и очень многие семейные психотерапевты. Вместо того чтобы помочь клиентам обрести внутреннюю гармонию, они рекомендуют пересмотреть прежнее «соглашение о сотрудничестве» – иными словами, смириться с настоящим положением дел, когда супруги не слишком счастливы, но и не чересчур несчастны. И люди принимают это как данность, как неотъемлемую особенность человеческих взаимоотношений, что приносит некоторое облегчение. Однако таким образом они одновременно отрезают себе путь к самореализации и внутренней гармонии.

К сожалению, большинство из нас даже не догадываются о том, что стоит лишь найти свой внутренний источник счастья, как бесконечный и совершенно бесплодный поиск внешнего удовлетворения завершится сам собой. Цель спиритуальной терапии – не просто научить людей быть вместе и исполнять свои желания посредством супруга, а помочь всем и каждому обрести внутреннюю гармонию независимо от наличия или отсутствия партнера. Если такая терапия окажется успешной, напряженность и борьба в отношениях исчезнут автоматически.

Принимаем двоякие ощущения

С точки зрения разума и его желаний, мы живем в мире, который постоянно потчует нас двоякими ощущениями. Мы радуемся счастью, хотя знаем: за ним, словно тень, следует горе; нам знакома любовь, но так же знакомы и пустота, одиночество, боль и горечь, которые, стоит ей уйти, сразу заступают на ее место. Мудрый человек не станет бороться за одну сторону этой двойственности и стараться избежать другой – он безропотно примет обе, ведь такова жизнь и таковы особенности функционирования нашего мозга.

Взлеты и падения постоянно сменяют друг друга подобно волнам в океане. Если мы сумеем с этим смириться, то войдем в новое измерение, коему двойственность разума незнакома. Мы поймем, что лишь в собственном внутреннем мире возможно найти состояние постоянного счастья.

Такие мгновения порой нет-нет, да и промелькнут в душе человека. В частности, внутреннее умиротворение может неожиданно снизойти на нас в период упадка, когда, казалось бы, жизнь катится под откос. Наши отношения уже не спасти… бизнес-проект оказался нежизнеспособен… и все же на душе удивительно легко и спокойно. К примеру, английский писатель Олдос Хаксли рассказывал, как однажды ему случилось пережить пожар. Тогда вместе с его домом в Калифорнии сгорело и все имущество семьи, но единственным, что почувствовал Хаксли, было безмерное облегчение и внутренний покой.

Мужчины с Марса…

В начале 1990-х годов книга Джона Грэя «Мужчины с Марса, женщины с Венеры»[9] стала мировым бестселлером благодаря признанию одного простого факта: мужчины и женщины разные от природы. Они думают и чувствуют по-разному; говоря одними и теми же словами, они подразумевают разные вещи. В рамках консультирования и психотерапии важно помочь мужчинам и женщинам осознать и принять свои различия. Ведь динамическое перемещение между двумя противоположностями приносит нам как радость воссоединения, так и другие эмоции, когда быть вместе становится невозможным.

Людям нужно научиться не терять эту особую внутреннюю радость, даже когда любимый далеко. Необходимо уважать индивидуальные особенности друг друга и уметь наслаждаться одиночеством – а это возможно лишь при условии, что мы не зациклены на партнере или на том, чего хотим от него добиться.

Давайте рассмотрим несколько практических примеров из отношений между мужчиной и женщиной и попробуем понять, как лучше разрешить их конфликт. Как и в предыдущей главе, клиенту предлагается испробовать метод гештальт-терапии и садиться то на одну, то на другую подушку – первая олицетворяет его самого, а вторая – партнера. Пациент ведет диалог, играя по очереди себя и своего оппонента. Сидя на месте второго, он ведет себя соответственно и представляет, как ответил бы в том или ином случае его партнер. Клиент говорит в настоящем времени, как будто диалог происходит сейчас, в данный момент.

Пример № 1: «Ты должен…» – «Я не хочу»

Клиент – мужчина, который пытается разобраться в отношениях с любимой женщиной.

Женщина: Ты должен меня послушать. Мне не с кем поделиться своими чувствами.

Клиент: Знаешь, именно сейчас я не расположен к разговору.

Женщина: Вот так всегда! Когда мне хочется с тобой поделиться, ты не расположен!

Клиент: Но что я могу поделать? Так случилось. Я не расположен к разговору.

Подобный диалог может продолжаться бесконечно. Женщина говорит: «Ты должен», а мужчина реагирует как «лев», отвечая: «Я не хочу». У обоих за желанием стоят реальные чувства, однако они не обращают на них никакого внимания, поскольку зациклены на партнере. В таком состоянии конфликт разрешить невозможно.

В спор вмешивается психотерапевт, он обращается к мужчине.

Психотерапевт: Что с вами происходит, когда ваша девушка заводит такой разговор?

Мужчина: Я защищаюсь.

Психотерапевт: Хорошо, а что вы чувствуете? Вы можете это описать?

Мужчина: Я напряжен.

Он сидит, не шевелясь, и выглядит непробиваемым. Доктор просит его немного подвигаться.

Мужчина: Так намного лучше… И еще я заметил, что злюсь.

Психотерапевт: При этом вы комфортно себя чувствуете?

Мужчина: Нет, абсолютно. Мне следует быть более вежливым по отношению к женщине.

Психотерапевт: Это действительно так?

Мужчина (смеясь): Не думаю! Мой отец часто бранился с матерью, а я не хочу быть на него похожим.

В общении с любимой женщиной клиент подчиняется модели поведения «лев». При этом он старается подавить раздражение из-за предубеждения, что мужчина не должен сердиться на женщину. Прежде чем достичь состояния «ребенка» и найти радость в самом себе, ему понадобится выпустить подавляемую энергию и сдерживаемое желание наружу, а также позволить себе разозлиться и, может быть, даже получить от этого удовольствие.

На психологическом уровне очевидно, что клиент не согласен с отцом и пытается защитить мать. Однако не желая походить на родителя и быть злым, он, сам того не понимая, накапливает еще большее раздражение. Все, что мы пытаемся подавить, лишь становится сильнее и завладевает нами окончательно.

Психотерапевт: Иногда злиться бывает весьма приятно и полезно. Рассердившись, мы становимся сильнее.

Мужчина (пробует ощутить это удовольствие и смеется): Да, мне нравится!

Доктор делает небольшую паузу. Он помогает клиенту прочувствовать новые ощущения и понять, как реагирует тело, когда такая энергия выходит наружу и преобразуется в жизненную силу.

Пересадив пациента на подушку женщины, психотерапевт спрашивает, как у «нее» обстоят дела.

Женщина: Все как всегда. На меня нет времени!

Возвращаемся к мужчине.

Психотерапевт: Что вы чувствуете, когда она на вас жалуется?

Радость клиента мигом улетучивается, и он падает духом.

Мужчина: Я ничего не могу поделать! Почему-то меня терзают угрызения совести. Мне не по себе.

Внимание молодого человека опять переключилось с ощущения собственной радости и физической силы на женщину. Поскольку ее одобрение крайне важно для клиента, он вновь подавлен. В ходе дальнейшей работы психотерапевт помогает подопечному сосредоточиться на дыхании, на собственном теле и телесных ощущениях. Пациенту необходимо сохранять ясность сознания; он не должен впадать ни в унылое состояние «верблюда», ни непреклонного «льва» (к последнему приводит слишком долгая фиксация на злости). И вот постепенно человек расслабляется, несмотря на всю свою уязвимость. Он замечает: постоянно споря с женщиной, спрашивая ее разрешения по любому поводу, он так и не сумел понять, что могло бы принести ему настоящую радость.

Снова обращаемся к женщине.

Психотерапевт: Как вы себя чувствуете теперь?

Женщина: Теперь я могу расслабиться. Я поняла, что очень боялась потерять с ним контакт.

Осознав, что отказ мужчины от разговора вовсе не связан с желанием от нее отстраниться, девушка сумела разобраться и в собственных чувствах. Она боялась потерять партнера, она зациклилась на нем настолько, что не могла внимательно посмотреть на саму себя и обнаружить этот страх. В дальнейшем в ходе гештальт-терапии клиент узнает: женщина давила на него из страха, а он отвечал, поскольку чувствовал огромную ответственность за нее. Также он понимает, что любовь подразумевает ответственность не только за чувства партнера, но и за свои собственные, и еще – что способен принять страх девушки и больше не пытаться ее от этого страха спасти. Ему больше не нужно огрызаться, как прежде. Он настроился на волну своего тела, а это позволяет и женщине найти путь к себе.

В отличие от примеров предыдущей главы, где одна из сторон конфликта рассматривалась лишь в качестве проекционного экрана и ее взгляды не учитывались, здесь оба партнера обладают собственной индивидуальностью и чувствами. Обоим нужно найти путь к себе, только один из них предрасположен к этому больше, чем другой – он-то и сделает первый шаг к обретению внутренней гармонии. В нашем примере такой шаг сделал мужчина.

Пример № 2: боязнь потерять любовь

Женщина (обращается к подушке, олицетворяющей ее партнера): Я очень зла на тебя! Я чувствую, как ты мной манипулируешь.

Перемещается на место мужчины.

Мужчина: Я просто делаю, что хочу.

И снова назад.

Женщина: Я очень рассержена! Когда ты так поступаешь, я чувствую себя беспомощной!

Она (обращается к психотерапевту): Это настоящее испытание для меня – быть беспомощной и не обвинять своего партнера. Обычно я на него нападаю, но, думаю, ощущать свое бессилие мне тоже иногда полезно.

(Становится понятно: пациентка имеет некие представления о том, что ей «следует» делать. Она уже не раз занималась с консультантами.)

Психотерапевт: Все равно, обвиняете ли вы партнера или чувствуете беспомощность. И в том, и в другом случае вы в нем невероятно сильно нуждаетесь. Он очень важен для вас? Что вы боитесь потерять?

Женщина: Близость и привязанность.

Психотерапевт: Именно так, вы боитесь потерять любовь. Давайте проверим: действительно ли вы лишитесь всей любви, если партнер уйдет?

Женщина: Нет.

Психотерапевт: Попробуйте определить, откуда это чувство исходит прямо сейчас?

Женщина рассказывает о людях, которые ее любят. Она начинает улыбаться.

Психотерапевт: Как вы чувствуете себя теперь?

Женщина: Уже лучше!

Психотерапевт: Теперь взгляните на мужчину. Возможно, он не способен или не хочет дарить вам любовь. Каково это, не получать от него внимания? Замечаете ли вы разницу с вашим прежним состоянием?

Женщина: Да, все по-другому. Мне лучше, чем раньше. Я уже не так беспомощна. И все же у меня есть надежда.

Психотерапевт: Да, надежда бывает очень опасна. Построив свою жизнь на ней, люди в конце концов приходят к большому разочарованию. Давайте рассмотрим настоящий момент. Прямо сейчас ваш мужчина не испытывает любви. Вы немного грустите, это нормально. Опасно же полагать, будто от вас ушла вся любовь.

Наставник снова предлагает женщине вспомнить о тех, кто ее любит и поддерживает, с кем она может поговорить по душам.

Психотерапевт: Итак, не все потеряно, если он перестанет вас любить.

Женщина улыбается и соглашается, затем переходит к подушке, олицетворяющей столь дорогого ей мужчину.

Психотерапевт: Как вы себя ощущаете? Похоже, она уже не нуждается в вас так сильно, как прежде.

Мужчина: Вот теперь я злюсь!

Психотерапевт: Да, вы больше не управляете ситуацией. Что вы чувствуете?

Мужчина: Я не хочу, чтобы она ушла.

Это очень распространенная ситуация в отношениях между мужчиной и женщиной. Когда один из партнеров чего-то хочет, второй говорит «нет», однако когда желание сменяется равнодушием, хотеть начинает уже другая сторона. В нашем примере получилось, что мужчина боится больше и более зависим, чем женщина. Он изображал из себя сильного партнера, а она – слабого, но реальность оказалась полностью противоположной.

Возвращаемся к женщине.

Психотерапевт: Что вы чувствуете, когда любимый просит вас не уходить?

Женщина: Я хочу остаться наедине с собой. И еще, иногда я имею право его о чем-нибудь попросить – он не может просто делать все, что пожелает!

И вот уже женщина реагирует как «лев». Такая ситуация типична для партнеров – это борьба за власть, контроль и доминирование. Теперь женщина почувствовала собственную силу и хочет диктовать свои условия, но вместе с тем она потеряла внутреннюю гармонию.

Психотерапевт: Это называется контрактом: «Если я для тебя что-то сделаю, то и тебе нужно сделать кое-что для меня». Такой договор не приведет ни к чему, кроме разочарования. Очевидно, ваш мужчина сам нуждается в поддержке и не может многого вам дать, а значит, давить на него бесполезно. Попробуйте отвечать ему, исходя из состояния открытости и любви, которое чувствовали всего пару минут назад! Теперь вам по-прежнему кажется, что нужно обязательно что-то предпринять?

Женщина: Нет, я не хочу ничего предпринимать.

И вот, наконец, мы выяснили предубеждения женщины. Когда речь заходит о любви, она думает, будто обязана что-нибудь сделать. Однако материнская опека над супругом с любовью не имеет ничего общего – ведь одна сторона, пытаясь контролировать другую, низводит ее до уровня младенца.

В ходе дальнейшей работы пациентка учится жить в состоянии любви, не пытаясь постоянно что-то делать для партнера. Также выяснилось, что ее мужчина встречается и с другими девушками, поскольку не способен хранить ей верность. Он чувствует себя зависимым от женщин – это пугает клиента, а он вовсе не хочет испытывать страх. Итак, для пациентки задача была поставлена так: оставаться в состоянии любви, не отвергать мужчину и не опекать его. Ведь раньше она все принимала на свой счет, всегда сваливая вину на себя, тогда как в действительности проблема заключалась в неспособности партнера принять на себя обязательства.

Таков типичный пример нашего поведения в отношениях с любимыми. Мы принимаем проблемы близко сердцу, как будто они случаются по нашей вине, а это – проявление душевной слабости. Сила же заключается в способности человека быть счастливым и наедине с собой. Настоящая любовь без такой способности невозможна, ведь она зарождается в моменты одиночества. В ходе сеанса психотерапевт просит более зрелого клиента выйти из состояния желания и обратиться к своей истинной сущности. Это, в свою очередь, лишает и другого партнера иллюзий о собственной силе, и тот осознает реальное положение дел. И тогда, наконец, перед парой открываются возможности для дальнейшего роста.

Пример № 3: мечта об идеальном партнере

Клиент – женщина. Она начинает с роли своего партнера.

Мужчина: Тебе следует больше разговаривать… Ты такая молчунья. Я не знаю, что ты чувствуешь, я не знаю, о чем ты думаешь… И мне кажется, что ты скрываешь какую-то тайну.

Женщина: Ничего я не скрываю. Я просто понимаю: ты не можешь дать мне то, чего я хочу. И мне не о чем говорить.

Мужчина: Думаешь, ты достигла духовного просветления или что-то в этом роде? У тебя такой вид, будто ты знаешь все!

Партнер-мужчина постоянно повторяет местоимение «ты». Мы больше занимаемся с женщиной, поскольку она лучше чувствует связь с самой собой, а значит, обладает большим присутствием. Какова же ее реакция на обвинения оппонента? Она отвечает: «Нет, я не скрываюсь» – то есть ведет себя как «лев».

Психотерапевт (женщине): Что вы ощущаете, когда он говорит с вами в таком тоне?

Женщина: Я чувствую, как на меня давят. Причем мне нравится описывать свое состояние! Вот только мне кажется, будто я разговариваю со стенкой.

Психотерапевт: То есть вы чего-то хотите от партнера – может быть, чтобы он понимал вас, или любил, а этого в данный момент не происходит. Вы расстроены?

(Нередко «лев» в глубине души скрывает разочарование. Именно разочарование зачастую порождает злость.)

Женщина: Наверное… да.

Психотерапевт: Дайте себе минуту и прочувствуйте это.

Женщине трудно говорить о своих реальных чувствах, что типично для «львов». Они постоянно стараются защититься, притворяясь, будто ни в чем не нуждаются, поэтому обычно и сами не знают, чего хотят. Таким образом, «лев» отдает собеседнику много энергии, даже когда отказывается разговаривать. Он может просто читать газету, но если это действие – реакция на обращение, молчаливое «нет» партнеру, тот слышит его отчетливо и ясно.

Психотерапевт: Давайте начнем с самого начала. Попробуйте почувствовать себя человеком – с простыми человеческими желаниями и слабостями. Каково это – хотеть чего-то от мужчины? Вы ведь смогли захотеть? Что вы ощущаете, позволив себе это?

Женщина: Это очень сложно.

(«Лев» охраняет свои уязвимые места. Вероятно, все дело в старых душевных ранах.)

Психотерапевт: Сделаем передышку. Если поймете это прямо сейчас – дайте мне знать. Не обязательно говорить вашему мужчине. Вы мне расскажете, чего от него хотите?

Женщина начинает смеяться – теперь она понимает: она действительно чего-то хочет. И вот ее энергия ширится, становится легче и естественней (прежде она была весьма тяжелой). Очень важно отбросить все свои предубеждения – например, такое как: «У меня не должно быть желаний». Женщина смеется все громче и громче.

Психотерапевт: Все в порядке… даже если это очень смешное желание. (Новый взрыв смеха.) Быть смешным – здорово! Итак, какое же оно?

Женщина: Мне нужен человек, с которым я могла бы разделить жизнь. Возможно, иметь дом и детей. Для меня состоять в отношениях – значит доверять друг другу, наслаждаться временем, проведенным вместе…

Пациентка продолжает рассказывать. Становится ясно: у нее немало идей и представлений о том, какими должны быть отношения. И если любимый мужчина не соответствует ее ожиданиям (как, например, сейчас), женщина падает духом и разочаровывается. И все же испытывать разочарование для нее очень важно – лучше так, чем притворяться, будто ни в чем не нуждаешься. Засмеявшись, пациентка расслабилась и стала обычной женщиной.

Итак, под маской «льва» она скрывала немало желаний, а партнер это чувствовал и реагировал соответственно. И хотя поначалу казалось, что давление исходит со стороны мужчины, в действительности его источником оказалась женщина с ее завышенными требованиями.

Психотерапевт: Вот теперь вы смеетесь и, похоже, не воспринимаете ситуацию всерьез.

Женщина: Знаете… я поняла… я ожидаю слишком многого.

Психотерапевт: Хорошо, но взгляните на него прямо сейчас. Очевидно, партнер не соответствует вашим ожиданиям. Что вы об этом думаете? Что чувствуете?

Женщина продолжает смеяться над собой.

Психотерапевт: Посмотрите на него еще раз. Совершенно ясно: вы не получаете от любимого того, чего хотите. Он не ваш идеал мужчины и не способен исполнить ваши желания, так что же вы об этом думаете?

Женщина становится немного серьезней.

Взглянув на своего мужчину, пациентка снова начала мечтать, хотя еще минуту назад все было в порядке. Как только в дело вмешивается партнер, люди теряют обретенную внутреннюю гармонию.

Психотерапевт помогает подопечной это осознать, и она вновь находит путь к себе.

Затем она переходит к подушке мужчины.

Психотерапевт (мужчине): Девушка только что выяснила: она хочет, чтобы вы были совершенством. Она поняла, что слишком давила на вас, и даже смогла посмеяться над собой. Как вы теперь себя чувствуете?

Мужчина: Я немного расслабился.

Энергия, с которой он нападал на женщину, была нейтрализована. Это означает помимо прочего, что такие нападки в действительности представляли собой защиту. Мужчина признался: он не чувствовал себя любимым. В ходе дальнейшей работы пациентке была поставлена задача всегда оставаться «любящей», ведь у нее это прекрасно получалось, если только забыть о несбыточных желаниях. Ей придется справиться с внутренним «львом» и найти в себе «ребенка».

Кто сильнее?

Одна из главных задач в такого рода терапии – определить, кто из партнеров обладает настоящей силой, а кто нет. Сила – это способность человека сохранять присутствие (даже в стрессовой ситуации) и оставаться в состоянии любви. Очень часто мы сталкиваемся с проблемой, когда более сильный партнер считает себя слабым и не принимает собственные способности всерьез. Иными словами, одна сторона себя умаляет, а вторая становится слишком значительной. В ходе психотерапии мы ожидаем отклика в основном от «сильного» человека, поскольку он более восприимчив и сознателен. «Слабому» же партнеру позволено оставаться закрытым – мы не должны ожидать перемен с его стороны. И все же, когда один из клиентов берет ответственность на себя, это не может не повлиять и на второго: вероятно, тот тоже расслабится и начнет работу над собой.

Например, в вышеописанной ситуации женщина приняла решение жить настоящим и не поддаваться мечтам об идеале – тогда и мужчина смог расслабиться. Он обнаружил свою потребность в ее внимании и перестал противостоять партнерше. В результате такой релаксации скоро, вероятно, вырастет и его способность к любви, что приведет к еще более глубоким переменам в будущем. А до тех пор женщине нужно принять этого «несовершенного» мужчину и не требовать большего – иными словами, любить его таким, какой он есть.

Упражнение по медитации, которое поможет понять суть взаимоотношений

Обычно, обращаясь к человеку, мы чего-то от него хотим (или же он чего-то хочет от нас). Ниже приведено небольшое упражнение – оно поможет понять, какое влияние это оказывает на вас.

Сядьте, как вам удобно, в тихом месте, где в ближайшие десять-пятнадцать минут вас никто не потревожит.

Закройте глаза.

Вспомните какую-нибудь ситуацию из жизни, когда вам чего-то хотелось (или было нужно) от другого человека. Пусть прошлое на время вернется к вам. Дайте себе время заново пережить те ощущения, которые вы тогда испытывали.

Затем припомните момент, когда чего-то хотели от вас. Уделите этой ситуации несколько минут; сосредоточьтесь на такого рода взаимоотношениях и вызываемых ими чувствах.

Когда выполните оба шага, прогоните воспоминания прочь.

Теперь подумайте о любовных отношениях, которые появились в вашей жизни не оттого, что вы чего-то хотели, а оттого, что возникло единение душ, и это произошло совершенно неожиданно. Просто отметьте, случалось ли вообще с вами нечто подобное.

Справившись с этим заданием, вернитесь к своему телу и дыханию. Пусть плечи и руки лежат свободно… Ваше дыхание легко и расслабленно. Найдите в себе уголок, где в данный момент вам абсолютно ничего не хочется, где есть все, что вам нужно.

Теперь представьте, будто стоите напротив партнера, и он говорит: «Пожалуйста, люби меня». Посмотрите на свою внутреннюю реакцию. Отстраняетесь ли вы или же радуетесь, ведь кому-то от вас что-то нужно? Что еще вы замечаете?

Подобным образом отмечайте и реакцию на другие заявления. К примеру, партнер говорит: «Ты так красив», или ситуация не такая радужная: «На самом деле, ты не вполне открыт». После каждого из утверждений делайте паузу и наблюдайте за своим состоянием. Какое предложение затрагивает вас больше всего? Откликаетесь ли вы как «верблюд» или как «лев»?

Теперь забудьте обо всем и вернитесь к себе. Вы готовы быть счастливым в одиночестве?

Признаем потребность друг в друге

Взаимоотношения между людьми возникают как следствие того, что мы чувствуем себя неполноценными. Мужчина чувствует себя неполноценным без женщины, то же самое происходит и с женщиной без мужчины. Так зарождаются любовные отношения – мы признаем: нам кое-что нужно от другого человека. Это также доказывает, что партнер для нас ценен и важен.

Тем не менее, необходимо четко различать данную потребность взрослого от потребности ребенка, который нуждается в материнской безусловной любви и поддержке. Это крайне важно для успешного и здорового партнерства, поскольку обе стороны должны понимать: они могут быть счастливы и друг без друга. Они способны испытывать радость и наедине с собой. Воссоединившись, люди станут еще счастливее, но они не будут друг от друга зависеть.

Осознать это помогает медитация – она учит нас находить самореализацию в одиночестве, о чем мы уже говорили в предыдущих главах. Со временем в духовной эволюции сознания наступает момент, когда потребность в партнере пропадает окончательно – в широком смысле это называется «состоянием Будды». А до тех пор мы зависим от определенного человека, без которого не можем обрести целостность. Мы признаем, что такая зависимость естественна для людей, а все остальное – лишь притворство и подавление природных наклонностей.

Если мы посмотрим на общие тенденции в отношениях, то увидим: мужчины в основном боятся потерять свободу и возможность делать, что хочется, а женщин больше всего терзает страх лишиться любви – объекта любви в лице партнера. Итак, мужчинам предстоит понять следующее: свобода является внутренним качеством и не зависит от внешних обстоятельств. Женщинам же необходимо уяснить, что любовь – это состояние человека, свойственное ему от природы. Ее нельзя потерять с уходом партнера: тот лишь стимулирует чувство, которое всегда живет внутри нас.

Как женщинам, так и мужчинам данный урок поможет избавиться от прежних убеждений, возникших в результате неправильного воспитания. Они смогут, наконец, разобраться, что из них правда, а что – неправда.

Например, если человек боится потерять партнера или его любовь, то на самом деле он ее уже потерял. Ведь этого чувства утратить нельзя, утратить можно нечто другое – скажем, стабильность, уважение или имущество. Но любовь саму по себе потерять невозможно. Стало быть, очевидно, что многие отношения представляют собой скорее деловое соглашение, нежели подлинный душевный союз. Когда мы испытываем настоящую любовь, все страхи уходят. На самом деле, любовь и страх не могут существовать вместе, ведь это два противоположных явления. Любовь наделяет людей смелостью, любить – значит безраздельно доверять. Когда человек влюблен, в его душе нет места страху.

Глава 8

Внутренняя полярность: мужчина-женщина

Юнгианская школа психологии положила начало теории моделей внутреннего мужчины и внутренней женщины, а в Китае и Индии нечто подобное известно с древнейших времен. Достаточно взглянуть на даосистские символы инь и ян, и мы увидим, насколько глубоко восточные мудрецы проникли в суть антагонистических (и при том взаимодополняющих) сил природы: света и тени, лета и зимы, мужчины и женщины. Подобную мудрость мы находим и в тантре, которая посредством соединения мужской и женской энергии учит достигать высших состояний сознания. В обеих традициях реальная встреча мужчины и женщины является воплощением встречи внутренней – в пределах одной личности. В современном мире эту истину заново открыл Карл Густав Юнг, один из самых выдающихся учеников Зигмунда Фрейда.

Исследуя особенности человеческой психики, Юнг обнаружил: если сознательную сферу мышления можно охарактеризовать как мужскую, то бессознательная будет женской. Соответственно, когда сознание женское, подсознание – мужское. Если задуматься, такой вывод небезоснователен, ведь каждый из нас рожден от встречи мужчины и женщины, поэтому все наше тело, каждая его клеточка, представляет собой воплощение этой двойственности. Ее отражение мы находим также в структуре и функционировании человеческого мозга, разделенного на два полушария. Правое полушарие нередко называют «женским мозгом» – оно отвечает за интуицию и управляет левой стороной тела. Левое же известно как «мужской мозг» – оно ответственно за речь и логическое мышление и руководит правой половиной тела.

Внутренний мужчина, внутренняя женщина

Итак, можно сказать, что у каждого из нас есть мужская и женская сторона. Конечно, с точки зрения неврологии и биологии, человеческий организм устроен намного сложнее. Не следует забывать: это всего лишь «рабочая модель», которая поможет нам лучше понять самих себя. Для начала нужно представить, что в каждом человеке, представителем какого бы пола он ни был, живет внутренний мужчина и внутренняя женщина. Возможно, вы захотите возразить: у сильного пола не бывает внутреннего мужчины, ведь он мужественен изначально. Спорным может показаться и наличие внутренней женщины у девушек. Однако никакой ошибки здесь нет. Говоря о том, что мужчина обращается к своей скрытой женской стороне, мы подразумеваем существование двух полярностей, двух энергий в динамических отношениях внутри одной личности. То же самое касается и женщин, которые порой начинают исследовать в себе внутреннего мужчину – этот факт подчеркивает наличие у них также и женской стороны.

Итак, у обоих полов есть как внутренний мужчина, так и внутренняя женщина: это словно два человека, которые состоят друг с другом в отношениях и живут в одном доме – нашем физическом теле. Мужчины больше солидаризуются со своей мужской стороной, оставляя женскую скрытой, тогда как девушки проявляют в основном женское начало, а мужское прячут в подсознании.

Феномен проецирования

Внешние любовные отношения могут воспроизводить (или, по сути, отражать) скрытую внутри нас полярность – такое явление обычно называют проецированием. В нем задействовано большое количество энергии, как положительной, так и отрицательной – то есть, выражаясь языком психологии, партнер или кажется нам совершенством, или мы его не выносим. Мы либо смотрим на него сквозь розовые очки, либо вовсе не хотим видеть. Но и в первом, и во втором случае мы не осознаем простой истины: то самое качество партнера, которое кажется нам столь прекрасным или ужасным, на самом деле носим в себе мы сами. Это аспект нашей собственной психики, который мы не признаем или отрицаем. В итоге мы поступаем следующим образом: сначала «проецируем» его на другого человека, а затем определенным образом на это реагируем.

Иными словами, все, что мы в себе отвергаем, возвращается к нам обратно через людей, которые состоят с нами в отношениях. Это одна из важнейших находок психоанализа, и она признается практически всеми школами психотерапии. Она также объясняет, почему мы зачастую так привязываемся к определенному партнеру – ведь тот является отражением нашего внутреннего мужчины или внутренней женщины. Чем точнее это отражение воспроизводит действительность, тем сильнее наша связь с человеком.

Однако нельзя сказать, что внешняя, настоящая спутница жизни мужчины всегда является зеркальной копией его внутренней женщины, также и супруг женщины не обязательно станет олицетворением ее мужской стороны. Все обстоит несколько сложнее. Например, бывает и так, что мужская натура у девушки отражает некоторые качества ее реального мужчины – и это еще больше укрепляет взаимосвязь между партнерами. А иногда женская сторона у мужчины копирует эту же сторону его супруги. На самом деле, мы можем сказать, что в любовной связи задействованы четверо: по две сущности каждого из участников.

В рамках отношений динамика между внутренними полярностями партнеров четко не определена. Иногда нам кажется, что мы больше действуем от лица своей мужской стороны, а иногда – женской, причем такое происходит в равной степени с представителями обоих полов. При общении с любимыми мы постоянно переключаемся с одного состояния на другое, однако обычно какая-то из сторон все же является доминирующей – она-то и воплотится тем или иным образом в нашем партнере.

Как видите, взаимодействие между мужской и женской энергиями в любовных отношениях порой бывает сложным и запутанным, и не всегда легко понять, кто и с кем в данный момент общается. Дабы избежать неразберихи, важно помнить о цели нашего исследования – разобраться в том, что скрыто от человеческих глаз. Модель взаимодействия внутренних мужчины и женщины помогает пролить свет на некоторые особенности любовных отношений, а также и на другие области жизни – скажем, работу и творчество.

Как работает проецирование

Здесь мне хотелось бы подчеркнуть главное: чем сильнее мы привязываемся к кому-то, чем нежнее его любим, тем больше этот человек начинает походить на некий проекционный экран с нашим отражением. Осознав данный факт, мы сможем это отражение увидеть. С помощью партнера мы узнаем о себе нечто такое, чего прежде не понимали (или о чем лишь смутно догадывались).

Например, я могу ощущать себя независимой и самодостаточной личностью, но отношения всегда завожу с партнером эмоционально зависимым, который не может без меня обходиться. С точки зрения проецирования, это явный показатель: я отвергаю свое чувство страха и потребность в других. Вероятно, я запрятал его настолько глубоко, что уже не ощущаю физически, однако зеркало партнера все равно возвращает мне его назад. Или, скажем, я полагаю, будто не ревнив, зато привлекаю самых ревнивых пассий – настоящих собственниц, которые следят за каждым моим шагом. Значит, я пытаюсь ставить себя выше животных страстей (возможно, по религиозным причинам), но реальность возвращается ко мне через партнера.

Впрочем, люди склонны отрицать не только негативные эмоции, но и позитивные чувства. Например, будучи мужчиной, я могу не признавать свою отзывчивость и способность любить, зато привлекаю исключительно чувствительных спутниц. Это тот же самый феномен проецирования. Какую бы полярность мы ни скрывали, ее отражение можно увидеть в партнере, а затем найти и в себе самом.

Если теперь мы вернемся к примерам психотерапии из предыдущей главы, то поймем: когда клиент сидит на подушке оппонента и говорит от его лица, он не только играет роль своего партнера во внешних отношениях, но и выражает собственную скрытую сторону (иногда осознавая это, иногда – нет). Психотерапевту же следует иметь в виду: практически все семейные проблемы возникают вследствие проецирования – из-за того, что один или оба партнера не способны увидеть в слабостях друг друга собственные недостатки.

Признаем свои скрытые стороны

Есть хорошая поговорка: чтобы разрешить трудности в любовных отношениях, достаточно измениться только одному человеку, но этим человеком всегда оказываетесь вы. Иными словами, никакая проблема не возникнет без вашего в ней участия и вашей же поддержки. Плохо то, что мы всегда смотрим только на недостатки партнера и ожидаем перемен именно с его стороны. Чтобы эти перемены случились, мы оказываем на любимого прямое или непрямое давление – или просто надеемся на лучшее будущее.

Как мы уже знаем, надежда и ожидание – это проявления алчущего мозга, не способного сказать «да» настоящему. Следовательно, все, кто продолжает ждать перемен от других, в итоге не получат ничего, кроме перенапряжения и разочарования. Любую проблему в отношениях можно счесть разрешенной, когда один из участников соглашается с настоящим положением дел, то есть принимает партнера таким, какой он есть. Если человек откроет и примет свои скрытые стороны, а также внутренние полярности (мужскую и женскую энергии), он немало поспособствует благотворному процессу.

Существует немало способов узнать характер вашей скрытой стороны – например, чтение энергий, особый вид медитации и гештальт-диалог. Есть и еще один метод – исследовать серьезные отношения, которые случились у вас в тот или иной период взрослой жизни: бывший партнер, вероятно, обладает многими качествами вашего собственного внутреннего мужчины (или внутренней женщины).

Гармония и дисгармония

Впервые осознав наличие у себя полярностей, люди начинают думать, будто должны обеспечить мир и согласие между внутренним мужчиной и внутренней женщиной. Такое желание сродни стремлению к гармоничным отношениям с внешним партнером-любовником. Однако если уделить этому вопросу чуть больше внимания, можно обнаружить едва заметное давление – мы давим на своего внутреннего мужчину (или женщину), ожидая от него соответствия идеалу. Так наш алчущий мозг снова оказывается в заведомо проигрышной ситуации. Подобно внешнему партнеру, внутренняя сторона тоже, скорее всего, станет в ответ защищаться или огрызаться.

Важно научиться понимать, что конфликты являются частью любых взаимоотношений, в том числе и внутренних. Достичь абсолютного согласия и близости между мужчиной и женщиной невозможно даже в лучшие моменты жизни. Одним лишь желанием гармонии и баланса добиться нельзя ничего. Внутреннее самосовершенствование – процесс долгий и требующий терпения, не лишним в нем будет и умение расслабиться и наслаждаться настоящим, не мечтая об идеальном союзе с любимым человеком.

Так или иначе, а любовные отношения – это та сфера жизни, где наши желания наиболее сильны. Как мы уже знаем из предыдущей главы, один из партнеров нередко оказывает давление на другого, пытаясь его изменить – сделать более открытым, любвеобильным и так далее. Оттого-то и наступают порой в союзе моменты, когда влюбленные чувствуют отдаление друг от друга и не могут договориться.

Чаще всего один из партнеров переживает такое отчуждение легче, чем другой, поскольку зрелость по определению означает способность оставаться счастливым и наедине с собой: не замыкаться на любимом, а сосредоточиться исключительно на себе. Выражаясь иначе, человеку более сознательному и духовно зрелому обычно проще принять отношения такими, как они есть, ведь он умеет жить в одиночестве. Второму же партнеру бывает труднее расслабиться и наслаждаться настоящим моментом и состоянием безусловной любви. Его больше занимают собственные мысли, мечты и амбиции. Это важно понимать психотерапевтам, занимающимся проблемой взаимоотношений – и внешних, и внутренних. Ведь, как говорилось в предыдущей главы, от более зрелой стороны мы вправе ожидать лучших результатов, а на вторую больших надежд возлагать не стоит. Когда же духовный уровень обоих партнеров примерно одинаков, мы можем наблюдать некий баланс – вопрос лишь в том, будет это баланс радости, мечтаний или несчастья.

Подводя итог, хочется сказать следующее: процесс внутреннего самосовершенствования никогда не идет по прямой – это долгий извилистый путь. Порой наша мужская сторона может некоторое время успешно развиваться, а женская – оставаться неизменной, а затем все вдруг встает с ног на голову, и расти начинает уже противоположная полярность. Рано или поздно такой дисбаланс наступает обязательно, и с этим нужно смириться. Не стоит ждать мгновенных перемен к лучшему.

Смещение образа

Распространенная проблема, с которой мы часто сталкиваемся при работе с полярностью мужчина-женщина, такова: один из партнеров обычно не осознает собственной духовной силы. Иногда на этот счет заблуждаются и обе стороны. К примеру, девушка может думать, будто силен мужчина, что он способен позаботиться о них обоих. Себя же она считает слабой и несамостоятельной. Женщина возводит партнера на пьедестал, а свою роль преуменьшает. Мужчина, соответственно, уверен, будто из них двоих он сильнее и мудрее, хотя на самом деле это не так.

В ходе сеанса необходимо пролить свет на истинное положение вещей. Вероятнее всего, психотерапевт поможет более зрелой стороне осознать реальность первой. Для этого специалист предложит клиенту разобраться в общепринятых предрассудках, касающихся таких понятий нашей жизни, как сила духа, любовь, свобода и ответственность. Например, то, что в обществе принято считать проявлением силы, может оказаться лишь фасадом, прикрывающим страх; за внешней скромностью порой прячется самый настоящий эгоист; а уверенный в себе на первый взгляд человек в душе нередко абсолютно растерян. Правда жизни такова: люди постоянно обманываются, судя по одежке и не сомневаясь в правдивости видимой внешней оболочки.

«Слабая» женщина и «сильный» мужчина

Клаудия пришла на прием, поскольку ее не устраивала собственная работа и общий уровень счастья в жизни. Когда мы рассмотрели динамику взаимоотношений между ее внутренним мужчиной и внутренней женщиной, выяснилось, что у первого завышенная самооценка. Женская же половинка смотрела на него снизу вверх и считала отличным парнем, позволяя принимать практически все решения за нее.

Слабая сторона Клаудии не умела действовать самостоятельно и всегда ждала одобрения мужчины. Однако в ходе сеанса женщина начала понимать: на самом деле она, даже оставшись одна, прекрасно знает, чего хочет от жизни. Немало занятий доставляют ей удовольствие – она любит петь и танцевать, а также мастерить что-нибудь своими руками.

Проблема заключалась в том, что в реальной жизни Клаудии никогда не хватало времени на любимые занятия. Она проводила долгие часы в офисе, работая в компьютерной компании – в основном, по финансовым причинам. В рамках внутренних взаимоотношений женская сторона пациентки хотя и восхищалась мужчиной, обеспечивавшим ей финансовое благополучие, в то же время чувствовала глубокую неудовлетворенность – ведь партнеру никогда не хватало на нее времени, и он не интересовался ее увлечениями. Кстати, именно так обстояли дела и в отношениях Клаудии с ее молодым человеком.

Обратившись к мужской стороне, мы увидели персонажа, который возомнил себя необыкновенно важным. Он смотрел на женщину свысока и считал ее неспособной зарабатывать на жизнь самостоятельно. На вопрос, нравится ли ему его настоящая профессия, этот персонаж ответил «да», однако больше его привлекают деньги, нежели сама работа. При дальнейшем опросе мужчина затруднился сказать, чем он действительно любит заниматься: в его голове обнаружилась полная путаница и неразбериха.

В ходе сеанса женщина проявила намного бо́льшую способность к присутствию, а следовательно, и к переменам. Доктор попросил ее взять на себя ответственность за все решения, перестать быть пассивной и надеяться на мужчину, который бы о ней позаботился. Девушка последовала совету, и ей оказалось совсем не сложно выкроить место в жизни для любимых занятий. Несколько труднее было продолжать настаивать на своем, когда мужчина чему-либо противился.

Как только ей это удалось, положение партнера пошатнулось, и стало очевидным: он нуждается в девушке и без нее чувствует себя потерянным. Под внешней гордостью мужчина скрывал безмерную усталость – на самом деле ему был необходим отдых. В ходе дальнейшей работы, шаг за шагом, женщина начала брать все больше ответственности на себя. Она стала сама принимать решения в жизненных ситуациях, касающихся отношений, работы и бытовых проблем. Мужчина же, поначалу сопротивлявшийся, со временем почувствовал облегчение, освободившись от непосильной ноши.

Таков всего лишь один пример возможной динамики между полярностями внутреннего мужчины и внутренней женщины. Главная наша задача – помочь каждой стороне осознать и принять свою сущность. Кому-то для этого понадобится всего лишь уделять пятнадцать минут в день любимым занятиям, другие же захотят уволиться с работы, написать книгу или переехать из родного города и поселиться в более приятном месте. Решение может оказаться весьма нестандартным.

В общем и целом, как уже говорилось, психотерапевту следует возлагать основные надежды на сторону, более близкую к реальности, обладающую большим присутствием, и не требовать многого от менее зрелого участника. Не стоит забывать и о том, что свобода есть неотъемлемое условие любви (свобода – это в том числе и возможность временами «уходить в себя», отстраняться от партнера, не замечая ничего вокруг, и так далее). А ведь осуждая человека, который в данный момент не настроен к общению и к проявлениям любви, мы поступаем ровно наоборот.

«Пожалуйста, дай мне больше свободы»

Мужская сторона была довольно общительной, но несколько подавленной и закрытой. Пытаясь заботиться о внутренней женщине материально, она казалась эмоционально замкнутой и жаловалась на отсутствие «свободы» в принятии решений. Женскую сторону мужчина приводил в замешательство, зато она твердо знала, чего хочет сама. Следующий диалог представляет собой выборочные фразы каждого персонажа, которые те произнесли в ходе гештальт-терапии.

Мужчина: Я хочу, чтобы со мной тоже считались и давали мне возможность проявить инициативу.

Женщина: В прошлый раз, когда мы решали, куда поехать в отпуск, я тебя послушала, и в результате мы чуть не умерли от скуки!

Мужчина: Согласен, но я хотя бы попытался. Признаюсь, это был не лучший отпуск в нашей жизни. Но я учусь на своих ошибках!

Женщина: А еще ты говорил, что любишь, когда решения принимаю я.

Мужчина: Ты права, и все же, я думаю, мне необходимо больше свободы и ответственности.

В данном диалоге мы видим мужчину, который ведет себя как классический «верблюд» – быстро сдается и всегда спрашивает разрешения, а не делает выбор самостоятельно. Женщина же играет роль говорящего «Тебе следует» и больше внимания уделяет партнеру, нежели самой себе. Поначалу достаточного присутствия и внутренней гармонии не проявляет ни одна из сторон, поэтому психотерапевт решает проверить возможности обоих:

Психотерапевт (мужчине): Что вы чувствуете, когда она принимает все решения самостоятельно?

Мужчина (выглядит грустным и несчастным): Я ощущаю себя ненужным и никчемным. Я хочу показать ей, что могу быть сильным и поступать как мужчина.

Страдания героя вызывает нереализованное желание. У него есть некие представления о том, как должен вести себя идеальный мужчина – они навязаны воспитанием и обществом и никак не связаны с женщиной, которая оказывает давление. Поскольку герой все время старается соответствовать идеалу, ему никогда не приходило в голову заглянуть в себя и узнать, что способно доставить ему настоящую радость. Вместо этого он мечется между состоянием подавленности и стремлением доказать собственную значимость.

Психотерапевт (женской стороне): Что вы испытываете, когда он говорит, будто хочет большей свободы, и падает духом, как сейчас?

Женщина: Мне немного не по себе. Я всегда считала его отличным парнем, но сейчас он кажется невероятно скучным. Если я не возьмусь за дело, ничего не изменится. К тому же у меня много энергии, и я не хочу поступаться своими желаниями.

Женская сторона придумала себе идеального мужчину, а когда увидела, какой он на самом деле, разочаровалась и начала его осуждать. Ее реакция типична для «льва», который говорит: «Я хочу делать все, что захочу».

Психотерапевт (женщине): Понимаете ли вы, что без компромисса не обойтись?

Женщина: Да, когда он просит свободы, я чувствую: нужно ему ее предоставить, и это меня раздражает. Я не хочу сдаваться.

Психотерапевт: Вы не могли бы привести пример, когда случалось подобное?

Женщина: Он хотел переехать в эту большую квартиру – так мы и сделали. Теперь нам приходится платить огромную арендную плату, и я вынуждена работать в поте лица. У меня уже не остается времени на медитацию, а ведь раньше она доставляла мне огромное удовольствие. А еще мне очень нравилась наша прежняя квартира, она была такой уютной!

Становится ясно: женщина старается угодить мужчине и не задумывается о том, что было бы лучше для нее самой. Это приводит к разочарованию, и она начинает реагировать подобно «льву». Однако не стоит сваливать вину на мужчину – во всем виновато воспитание пациентки, которое велит женщине слушаться мужа. Оттого-то наша героиня и мечется между состояниями «верблюда» и «льва»: как «верблюд» она старается сделать партнера счастливым, но в итоге лишь опекает его; как «лев» – обижается и упирается. Для нее выход один: заботиться только о себе самой, прислушиваться к собственным чувствам, а когда мужчина захочет принять решение, позволить ему нести за это ответственность. Так она сможет жить счастливо, а мужчина научится быть ответственным за свой выбор.

Итак, мы видим, что обе стороны являются заложниками разных предрассудков, которые мешают им обрести внутреннюю гармонию. Теперь нам предстоит помочь сильной стороне следовать своей интуиции, не пытаясь доминировать над слабым партнером. Иными словами, ей нельзя отказываться от собственной правды ради надежды быть любимой.

Психотерапевт (женщине): Прислушайтесь к себе – сколько времени в день вы хотели бы уделять медитации и где вам хотелось бы жить?

Женщина: Для медитации вполне достаточно двух часов, и мне не нужна такая большая квартира. Пусть она будет более уютной.

Психотерапевт (мужчине): Что вы об этом думаете?

Мужчина (облегченно вздыхает): Да, такой дом и вправду слишком дорого нам обходится. Я только хотел показать, что я сильный парень.

Слабой стороне (в нашем случае мужчине) нужно научиться смотреть внутрь себя и перестать соревноваться с женщиной. А если женщина позаботится о собственном счастье, то сможет не следовать партнеру и при том все равно любить его. Это, в свою очередь, не может не понравиться мужчине, которому необходимо чувствовать любовь и признание. Он расслабится, научится слушать себя и рано или поздно найдет что-то, что способно принести ему радость. Конечно, до тех пор может пройти немало времени, а пока женщине не стоит ждать от партнера слишком многого.

Сеанс продолжается.

Предоставим свободу каждому

Все эти примеры наглядно показывают: наши внутренние силы мужчины и женщины могут быть похожи на двух людей, живущих у нас внутри. Иногда человеком руководит мужская энергия, иногда женская. Проблемы возникают, когда мы начинаем прислушиваться к стороне, которая не обладает присутствием, и не обращаем внимания на ту, что способна найти радость и в одиночестве. Тогда наш внутренний рост затормаживается. Если же предоставить свободу обеим половинкам, не давить на них и в то же время спросить сильную о ее потребностях, обе стороны начнут развиваться самостоятельно и в будущем обязательно встретятся. Однако эта встреча произойдет спонтанно, она не будет результатом тщательных стараний и усилий.

Упражнение: знакомство с внутренним мужчиной и внутренней женщиной

Ниже приведено упражнение, которое поможет вам познакомиться с собственными внутренними мужчиной и женщиной.

Выделите себе немного времени и выберите место, где можно расслабиться, и где вас никто не потревожит в течение двадцати-тридцати минут как минимум. Вам потребуются блокнот и карандаш – приготовьте их и держите под рукой.

Встаньте в удобную позу, расставьте ступни на ширину плеч и расслабьте колени. Закройте глаза и равномерно распределите вес на обе ноги.

Когда будете готовы, начинайте отклоняться вправо, постепенно перемещая вес тела на правую сторону. Принимать «стрессовую» позицию по биоэнергетике не нужно, поэтому следите за тем, чтобы вам было удобно. Пусть левая ступня остается на полу для равновесия.

Обратите внимание: как чувствует себя ваша правая нога, приняв вес всего тела? Достаточно ли она сильна для этого? Каковы ее ощущения? Затем прочувствуйте и всю правую сторону целиком: правую часть таза, торса, лица, правую руку и плечо. Посмотрите словно бы изнутри: что вы чувствуете в этой части тела?

Представьте, будто перед вами висит пустой лист бумаги или чистый белый холст. Пусть на этом холсте нарисуется мужская фигура – для этого ваш внутренний глаз должен поработать невидимым художником. Если это поможет, вообразите, будто держите в руках кисть или карандаш. Закройте глаза и позвольте своей правой руке двигаться вдоль холста. Пусть интуиция сделает все за вас. Взгляните на постепенно вырисовывающийся набросок человека.

Отметьте: какие части тела возникли первыми, а какие не появились вообще? Какое у этого мужчины телосложение, тип лица? Высокий ли он или низкий, худощавый или толстый, молодой или старый? Во что он одет? В дорогой костюм, рабочую одежду или старинный наряд? Оглядите нарисованную картину целиком. Обратите внимание на задний фон и окружающий пейзаж. В какой ситуации сейчас этот человек? Сидит ли он, стоит или двигается? Он один или с другими людьми? Что вы можете сказать о его характере? Счастлив он или несчастен? Сердит или печален? Как он относится к жизни? Что о ней говорит? Общается ли с окружающими? Потратьте еще немного времени и отметьте все, что поможет подробнее описать его характер.

Справившись с заданием, медленно сотрите это изображение и вернитесь к себе, в настоящее, снова окажитесь здесь и сейчас. Откройте глаза, возьмите блокнот и запишите основные моменты, чтобы потом можно было с легкостью вспомнить черты и качества вашего мужского персонажа.

Сделав необходимые записи, встаньте и немного подвигайтесь: потянитесь, попрыгайте, потанцуйте, стряхивая с себя образ мужчины и возвращаясь в обычное состояние.

Встаньте в удобную позу, закройте глаза и медленно переместите вес на левую ногу, как только что делали с правой. Повторите все то же самое с левой стороной тела: пройдитесь от ног до головы и отметьте все, что чувствуете в этой половине. Обратите внимание на различия с правой стороной. Может быть, она кажется сильнее или слабее, светлее или темнее, более живой или менее чувствительной?

Затем пусть невидимый художник нарисует перед вашими глазами портрет женщины. Представляйте, как смотрите на экран, и на нем начинает появляться женская фигура. Или, если вам так будет легче, вообразите, будто вашей левой рукой управляет невидимая сила, и та рисует картину на холсте. Дайте себе столько времени, сколько понадобится.

Кто изображен на портрете? Старая ли это женщина или молодая, стройная или толстая, низкая или высокая, красавица или наоборот? Видите ли вы ее фигуру целиком или только частично? Она очень женственна? Что на ней надето – простая рабочая одежда или дорогие платья и наряды? Выглядит ли женщина современно или принадлежит другой эпохе? В какой ситуации вы ее видите? Что ее окружает? Что изображено на заднем фоне? Обратите внимание и на другие ее качества. Счастлива ли она или опечалена? Выглядит ли испуганной, подозрительной или доверчивой? А может быть, ранимой, или же пуленепробиваемой? Как она относится к жизни? Что о ней говорит?

Узнав об этой даме все возможное, медленно сотрите изображение и вернитесь к себе, в настоящее, снова окажитесь здесь и сейчас. Сделайте несколько пометок в блокноте, чтобы потом можно было с легкостью вспомнить черты и качества этой женщины.

Глубоко вздохните и потянитесь, стряхивая с себя ее образ.

Сделайте небольшой перерыв, а затем сядьте и вновь просмотрите свои заметки о мужчине и женщине. Представьте, как два этих персонажа – ваш внутренний мужчина и ваша внутренняя женщина – живут вместе. На что похож их союз? Кто из них главный, кто и какие решения принимает? Спросите себя: возможно, это напоминает реальные любовные отношения, которые случались в вашей жизни?

Теперь стоит заново перечитать положения данной главы и взглянуть на них уже в контексте двух знакомых нам персонажей. Можно также подставлять в диалоги собственных внутренних мужчину и женщину – не исключено, что наши примеры неким образом соотнесутся с вашей ситуацией. Вероятно, вы увидите, кто берет на себя излишнюю ответственность, а кто – недостаточную; кто занимает слишком большое место в вашей жизни, а кто – слишком маленькое. Это поможет вам понять динамику собственной полярности мужчина-женщина.

Часть 2

Работа с людьми

В этой части мы опишем принципы работы с людьми, опираясь на знания из предшествующей части данной книги. Каждому, кто занимается с клиентами, необходимо не просто видеть корень проблемы. Нужно понимать, как отвечать человеку, чтобы это способствовало процессу его внутреннего роста – то есть развитию самосознания.

Как мы уже знаем, консультант должен обеспечить такую ситуацию и атмосферу, когда энергия из разума перемещается в бытие. Для этого специалисту помимо прочего понадобится преодолеть защитный барьер подопечного, одновременно подпитывая его истинную сущность. Методы, к которым прибегнет консультант, могут быть различными и зависят от конкретного клиента. В данной главе мы рассмотрим все эти способы более подробно.

Наше исследование не будет ориентировано на какую-либо конкретную методику, поскольку приведенные здесь решения применимы к самому широкому спектру психотерапевтических техник, учений и ситуаций. Полагаю, к настоящему моменту ни у кого не осталось сомнений: людям прежде всего помогает не метод, а то, насколько умело его использует консультант или помощник.

Чтобы читателям было проще понять основные принципы поощрения личностного роста, я стану делить сеанс психотерапии на три следующие стадии: поддержка, конфронтация и маятниковые колебания, интеграция.

Глава 9

Первая стадия: оказываем поддержку

Большинство школ психотерапии признает огромную важность доверительных отношений между клиентом и его консультантом, поскольку без доверия и симпатии преображение вряд ли возможно. В нейролингвистическом программировании это называется раппортом, в учении о работе с энергией Звезда-Сапфир – поддерживающим резонансом (такой термин подчеркивает необходимость поддерживать в пациенте присутствие и способность к самонаблюдению), в теории травм – пополнением потенциала человека (что предполагает выявление в жизни подопечного событий, которые кажутся ему приятными и жизнеутверждающими).

Хотя значение этих трех понятий не совсем одинаково, все они указывают на первостепенную важность чувства доверия у клиента. Ему необходимо расслабиться и почувствовать себя в своей тарелке, прежде чем приступать к рассмотрению собственной затруднительной ситуации. Немаловажно и то, с каким «количеством» доверия человек приходит на сеанс, насколько он встревожен или зациклен на той или иной проблеме. Иными словами, в самом начале сеанса психотерапевт должен определить степень присутствия у пациента и его способность к релаксации и наблюдению.

Здесь я хотел бы напомнить читателям то, о чем говорилось во второй главе – что все проблемы так или иначе связаны с самоидентификацией. Например, чем больше человек отождествляет себя с собственным телом, тем сильнее он будет встревожен и раздражен, когда тело болеет. И наоборот, тот, кто обладает способностью к самонаблюдению, не станет горевать из-за трудностей. Итак, вы, вероятно, уже догадались, что у некоторых клиентов такая способность ярко выражена, другие же не отделяют себя от своих проблем и созерцать не умеют. Умение отстраняться от трудностей растет вместе с развитием медитативного самосознания человека.

Что такое поддержка?

Что касается поддержки, некоторым клиентам она нужна постоянно и в больших дозах – иногда весь сеанс превращается в один сплошной процесс оказания поддержки, – другие же справляются сами, и им она не так необходима. Вероятно, вы подумаете: человек, уже обладающий определенной духовной силой и целостностью, способен противостоять ударам и нападкам; от этого он не падет духом и не испытает недовольство собой. Однако если вы работаете с клиентом, не чувствующим внутренней гармонии или неуверенным в себе, такая проверка на прочность может его глубоко ранить и уж точно не принесет никакой пользы.

Давайте посмотрим, а что же в действительности означает понятие «поддержка»? Из уже прочтенного материала можно заключить: поддержка подразумевает в основном помощь человеку в отстранении от трудностей, а вовсе не «решение проблемы» в привычном понимании. Иными словами, это подсказка подопечному, как обрести присутствие. Такие подсказки приведены в третьей главе, более детальные примеры вы найдете и в данном параграфе.

Многие люди ошибочно полагают, будто поддерживать – значит быть милым, утешать собеседника, сочувствовать ему и угождать. Иногда в повседневной жизни мы так и поступаем, когда у друга или коллеги неприятности, и мы хотим его успокоить. К примеру, кто-нибудь говорит: «Я чувствую себя ничтожеством, меня никто не любит…», и мы в ответ уверяем: «Нет, это совсем не так, ты отличный друг, и я тебя очень люблю».

Однако традиционное понимание слова «поддержка» и это понятие в психотерапии – не одно и то же. Во время сеанса мы поддерживаем клиента, напоминая ему о некотором опыте из прошлого, духовных ресурсах или качестве характера, которым пациент обладает, но о котором позабыл или потерял с ним контакт.

Будда Гаутама однажды сказал, что его работа – помогать людям вспомнить, кто они есть на самом деле. Он называл это «правильным воспоминанием», или «самасати», подразумевая искусство помнить, что в нас истинно, что есть наша суть. Похожим образом в психотерапии мы помогаем клиенту преодолеть негативные тенденции разума, обращая внимание на его положительные стороны. Как же это сделать на практике, во время сеанса? Каким образом консультант может найти в психике пациента нечто позитивное? Совсем скоро мы узнаем ответ, однако сначала нам нужно рассмотреть и несколько других вопросов.

Что в нас реально?

Проницательному уму Ошо принадлежит немало открытий о сущности человеческой природы, и одно из важнейших – в том, что эго является ложным понятием. Эго развивается у ребенка, начиная с раннего детства, под влиянием воспитания, образования и социального взаимодействия с родителями, сверстниками и остальными людьми. Поскольку мы отождествляем себя с этим ложным понятием, то верим в его реальность, а так как оно наделено многими качествами, которые нам не нравятся, начинаем с ним бороться. Однако все усилия оказываются тщетными, ведь на самом деле мы ведем борьбу с тем, чего не существует. Мы словно сражаемся с тенью.

Для того чтобы понять, что эго – это всего лишь тень, нам придется неким образом познать свою настоящую природу, свою истинную сущность. Здесь нам может помочь спиритуальная терапия. Однако прежде чем попытки психотерапевта обнажить фальшивую природу нашего эго увенчаются успехом, нам нужно попробовать увидеть собственную сущность. Необходимо понять различие (хотя бы самое основное) между разумом и сутью личности.

К примеру, человек может обладать тем или иным убеждением о себе самом, навязанным эго, – скажем, таким: «Я не могу просить помощи». И вот, чем больше он верит в справедливость своего убеждения, тем охотнее ему подчиняется. Это все равно, что надувать воздушный шарик: чем сильнее накачиваешь его воздухом, тем больше он становится. Но такие убеждения отнюдь не всегда имеют под собой основания. В действительности клиенты нередко рассказывают о них на приеме у психотерапевта, что само по себе (хотя бы отчасти) доказывает их ошибочность – ведь даже обращение к специалисту можно рассматривать как готовность просить помощи. В данной ситуации стоит просто указать на это пациенту, а не раздувать проблему из ничего, пытаясь анализировать очевидную беспомощность подопечного.

Это правда?

Если человек искренне усомнится в собственных убеждениях, он сможет войти в мир реальности. Байрон Кейти, американский психотерапевт и духовный учитель, разработала эффективную стратегию, которая помогает шаг за шагом отречься от предрассудков. Ее первый и наиважнейший этап – спросить себя: «Абсолютно ли я уверен в том, что это конкретное убеждение – правда?» Зачастую, столкнувшись с подобным вопросом лицом к лицу, мы оказываемся не способны ответить «да». Таким образом мы делаем первый шаг к самопознанию и начинаем отличать истину от лжи.

Работая над какой-либо проблемой, мы всегда отдаем ей немало энергии, а значит, делаем ее реальной. Поэтому над некоторыми вопросами работать не стоит вовсе, поскольку они на самом деле ненастоящие. В случаях, подобных вышеприведенному, необходимо в первую очередь подвергнуть сомнению экзистенциальную реальность проблемы. Лечение же потребует в основном наблюдения и осознания, а не анализа.

Когда психотерапевт не вполне уверен, каким вопросам стоит уделять внимание, а каким нет, он невольно начинает каждый из них анализировать и интерпретировать, что занимает немалое количество времени, но едва ли приводит к ощутимым результатам. Конечно, клиенты не всегда знают о своих настоящих проблемах (большинству из них истина как раз неведома), однако специалист должен уметь отличать правду от вымысла, порожденного человеческим мозгом.

Почувствуйте, как вас коснется присутствие

Мы уже рассказывали, как обрести состояние присутствия психотерапевту. Достигнув его, специалист сможет почувствовать, когда в то же пространство войдет и пациент, ведь в этот момент степень присутствия возрастает. Консультант ощутит, как сам словно бы раскрывается изнутри (в таких случаях мы иногда говорим, будто нас «коснулось» нечто). И тогда доктор поймет, что клиент начал действовать от чистого сердца (это будет видно и по его лицу) – следовательно, заслуживает одобрения и поддержки. Если же подобной внутренней легкости психотерапевт не испытывает, значит, убеждение пациента порождено разумом, и уделять ему слишком много внимания бессмысленно и бесполезно.

Так или иначе, а нам следует отличать данное «касание» от всех прочих ситуаций, в которых можно использовать это выражение. Ведь говоря: «Меня касается», мы порой лишь доказываем, насколько сильно отождествляем себя с другим человеком и его проблемой.

К примеру, если кто-нибудь рассказывает о своей боли, мы вспоминаем о чем-то, что некогда пережили сами, и в результате начинаем испытывать похожую боль. Такая разновидность солидарности встречается отнюдь не редко, однако в психотерапии этого лучше стараться избегать. Дабы не допустить путаницы, скажем лишь, что мы способны чувствовать правдивость слов говорящего – или замечать его присутствие. Конечно, оно так же может затрагивать наше сердце, однако психотерапевт никоим образом не будет ощущать себя лично вовлеченным в ситуацию клиента.

В такие особые моменты консультант понимает: его пациент только что говорил или действовал из состояния присутствия. Об этом могут свидетельствовать и внешние признаки – например, когда человек делает глубокий вдох, устраивается в кресле поудобнее, начинает улыбаться или иным способом заметно расслабляется. Тем не менее, внешние проявления порой бывают обманчивы, и только сам психотерапевт должен решить, способен ли он отличить правду от лжи.

Обратите внимание на присутствие

Моменты релаксации (или присутствия) в течение сеанса могут происходить редко, периодически или часто – все зависит от конкретного клиента. Именно на них должен обращать внимание специалист. Эти моменты порой даже важнее, нежели слова пациента, поскольку дают представление о том, как нужно организовать сеанс. Поэтому необходимо не только внимательно слушать говорящего, но и отмечать, как он относится к тому, о чем рассказывает. Скажем, напряжен он или расслаблен? Признает или отрицает проблему? Осознал ли истинное положение дел? Отождествляет себя с проблемой или, может быть, привязан к ней?

Поддерживать человека – значит в том числе напоминать о мгновениях, когда ему удалось расслабиться и присутствовать, принять настоящее и сказать ему «да». В повседневной жизни на подобные мгновения мы обычно не обращаем внимания, ведь нас куда больше заботят проблемы и негативные ситуации. В известном смысле такая тенденция вполне естественна – мы хотим избавиться от неприятностей и потому на них фокусируемся.

Порой бывает полезно напоминать себе, что плохое настроение – это лишь отсутствие, а не реальная субстанция. А значит, не стоит зацикливаться на негативе – лучше во всем искать положительные стороны или хотя бы помнить о том, что они есть. Терзаясь страхом, человек должен попробовать найти поддержку или утешение. Испытывая боль, нужно вспомнить о радостных моментах. С негативом невозможно бороться целенаправленно. В жизни случается как плохое, так и хорошее – вопрос лишь в том, на что обращать больше внимания.

Поможем клиенту открыть присутствие

Оказывая поддержку, психотерапевту нужно напоминать клиенту о радостных моментах из прошлого, когда тот не думал о своей проблеме (или помочь открыть такие моменты в контексте самого сеанса). При этом специалист обязательно сам должен расслабиться и присутствовать.

Приведенный ниже диалог с человеком, который во время сеанса проявил небольшое присутствие, иллюстрирует принцип работы данного метода.

Клиент значительно напряжен и как будто торопится. Он быстро говорит и дышит недостаточно глубоко.

Клиент: Я испытываю постоянное напряжение, никак не могу отдохнуть! Я не знаю, что делать.

Психотерапевт ничего не отвечает, а просто спокойно ждет.

Спустя минуту пациент слегка сбавляет темп и делает выдох.

Психотерапевт: Как вы себя чувствуете теперь?

Клиент: Уже получше, но все еще напряжен.

Психотерапевт: Есть ли что-то, что помогло вам расслабиться именно сейчас?

Клиент: Мне нравится дышать глубже… и еще я сосредоточился на своих ногах.

Психотерапевт: Остановитесь на пару минут и хорошенько прочувствуйте свое дыхание и ноги.

Пациент сначала улыбается, затем снова становится серьезным.

Клиент: Я слишком зациклен на голове и очень беспокоюсь, что не смогу разрешить эту проблему!

Психотерапевт (выдержав паузу): Я заметил, как вы на секунду улыбнулись, сосредоточившись на ногах. А вы заметили?

Клиент молча кивает.

Психотерапевт: А что вы чувствуете прямо сейчас?

Клиент: Мне уже лучше.

Сеанс продолжается.

Консультант отдыхает и ждет паузы в монологе пациента, намереваясь задать вопрос. Он предпочел уделить внимание коротким мгновениям релаксации вместо того, чтобы углубляться в проблему или убеждать клиента измениться.

Позже во время того же сеанса.

Клиент: Я стараюсь воссоздать недавнюю расслабленность, но ничего не выходит!

Психотерапевт: Все правильно, попытки расслабиться лишь еще больше напрягают.

Клиент смеется.

Психотерапевт: Как и попытки не сдерживать себя или не замыкаться на разуме… это весьма непростая задача.

Клиент: Вы правы!

Психотерапевт: Сейчас вы не пытаетесь ничего добиться. Как вы себя чувствуете?

Клиент: Измотанным. Я хочу расслабиться.

Психотерапевт: Каково это – быть измотанным?

Клиент: Совсем не здорово. У меня нет сил.

Психотерапевт: Если вы думаете, будто всегда должны быть полны энергии, то создаете для себя невозможную ситуацию. Лично мне порой бывает так приятно буквально свалиться с ног от усталости! Это невероятное облегчение.

Клиент (повеселев): Я еще никогда не думал о проблеме в таком ключе!

Желание и старание порождают напряжение, даже если это желание расслабиться. Чувство морального истощения указывает на то, как много усилий мы прилагаем. В данном случае психотерапевт принял настоящее состояние клиента и не пытался его изменить. Очевидно, мужчина был убежден, что лучше быть энергичным, чем оставаться без сил; специалисту же удалось его в этом разуверить.

Сделайте акцент на самосознании

Клиент: Вы знаете, мне как-то не по себе, когда я ничего не делаю.

Психотерапевт: Да, это вызвано воспитанием и называется условным рефлексом. Просто проверьте: как ваше тело чувствует себя прямо сейчас?

Клиент (так и не настроившись на свое тело как следует): Нехорошо. Сейчас у меня совсем нет сил что-либо делать.

Психотерапевт: И вас это беспокоит?

Клиент: Да!

Психотерапевт: Итак, вы хотите быть полны сил всегда! Вам стоит умерить свой пыл. В природе существует определенный ритм: сначала энергии много, потом мало… и что в этом плохого? Но вы же ждете от себя слишком многого, невозможного!

Клиент (смеется): Да, вы правы!

Психотерапевт: Есть ли в вас какой-нибудь уголок, который способен наслаждаться вот этим обыкновенным моментом жизни?

Клиент: Моим рукам так приятно совсем ничего не делать! Только вот я прямо чувствую необходимость избавиться от напряжения в солнечном сплетении.

Пациент сразу принимается вновь усердно стараться.

Психотерапевт: Давайте вернемся к этому позже, а пока просто уделите минутку своим рукам. Вы знаете, я видел, вы смеялись всего пару минут назад. Как вы себя чувствовали?

Клиент: Я заметил, что не примиряюсь, не сдаюсь.

Психотерапевт: Звучит неплохо. Похоже, вы осознали наличие у себя желания. Но мне кажется, когда вы улыбались, вам ничего не хотелось. Вы просто улыбались, ведь правда? Думаю, это здорово! Вы начали смеяться над собой. На мой взгляд, это прекрасно. Многие люди так не умеют. Они относятся к себе слишком серьезно. А у вас только что случился такой чудесный момент веселья! Вы видите? Каково вам теперь, когда вы это видите?

Клиент: Я отлично расслабился!

Как видите, в данный момент психотерапевт не разбирает с клиентом никакую проблему, а работает исключительно над поиском и обретением присутствия.

Важно, что консультант не просит клиента расслабиться – иначе ему бы пришлось исподтишка давить на подопечного. Доктор просто работает с его сознанием. Мы также можем видеть, как психотерапевт поощряет момент самоосмысления и несерьезности. Он делает на нем акцент.

В результате клиент постепенно расслабляется, хотя его об этом и не просили. С непривычки он, вероятно, скоро вновь начнет желать и стараться – тогда консультант продолжит свою работу, и мужчина расслабится еще больше. На этом этапе суть проблемы или желания пациента не имеет значения, решение одно – осознать настоящее и не стремиться к целям будущего.

Принцип, который здесь применяется, таков: когда клиента увлекает желание, психотерапевт расслабляется и позволяет событиям идти своим чередом, не пытаясь вернуть подопечного в настоящее. Когда же он возвращается сам (что рано или поздно непременно произойдет), специалист всячески его в этом поощряет. Сеанс не преследует никакой цели – в противном случае мы будем к ней стремиться, и нам никогда не избавиться от напряжения.

Цените небольшие успехи

Напоследок психотерапевт помогает клиенту научиться ценить даже маленькие шажки к успеху, отказавшись от завышенных ожиданий. По мере того, как растет его самосознание и присутствие, можно начинать работу над проблемами. Релаксация и внутренняя гармония не приходят тогда, когда мы к ним стремимся и делаем целью – наоборот, они требуют восприимчивости и нетребовательности.

Консультанту важно различать, какие поступки пациента исходят из согласия с самим собой, а какие порождает усилие и старание. Они могут выглядеть похоже, но общего в них нет ничего. В данном контексте «поддерживать» означает поощрять моменты, когда человек говорит «да» настоящему, и обязательно делать на них акцент, привлекать внимание клиента, чтобы тот их тоже заметил.

Такая способность распознавать мгновения гармонии составляет основу эффективной психотерапии и является ключом к спонтанному личностному росту. Чтобы успешно ею пользоваться, консультанту необходимо и самому не терять контакта с состоянием внутреннего присутствия.

Глава 10

Вторая стадия: конфронтация и маятниковые колебания

Поддержка – не единственное, что должен делать психотерапевт во время сеанса. Он также может противостоять клиенту. Однако мы уже отмечали, что когда человеку не хватает присутствия, это лишь усугубляет его напряжение и едва ли приносит ощутимую пользу. Если же присутствия у пациента достаточно, противостояние поможет укрепить его связь со своей истинной сущностью – ведь он перестанет отождествлять себя с собственной личностью и структурой своего мозга.

Степень потребности в поддержке и готовность к конфронтации и спору можно оценить, посмотрев на функционирование нервной системы человека: здоровая нервная система, ранее не подвергавшаяся чрезмерным стрессам и потрясениям, обладает способностью быстро восстанавливать силы. Это позволяет ей отлично справляться с трудностями и без посторонней помощи. С другой стороны, нервная система, пережившая сильный травматический стресс, едва ли будет готова вынести даже небольшое давление и напряжение – напротив, ей необходимы поддержка и покой. В последнем случае психотерапевту следует действовать не спеша и с большой осторожностью.

С точки зрения психологии, человек достаточно зрелый и обладающий самосознанием, вероятно, будет в меньшей степени солидаризоваться с собственной личностью и мозговой структурой. Такому клиенту во время конфронтации обычно легче оставаться на связи с самим собой. С другой стороны, человеку, не имевшему опыта медитации, придется значительно труднее – он может сильно расстроиться либо начнет защищаться, придумывать объяснения, искать спасения в защитных механизмах, так подробно описанных в литературе о традиционном психоанализе.

Консультанту, имеющему дело с душевной травмой, необходимо выяснить, сколько еще устойчивости осталось в нервной системе пациента. Не менее важно – оценить его уровень сознательности и потенциал к самоосмыслению. Только после этого специалист может решать, много или мало поддержки потребуется в данном случае, и стоит ли углубляться в саму проблему или нет.

Что такое конфронтация?

Конфронтация – не значит нападение. Конфронтация подразумевает встречу лицом к лицу с личностной проблемой (и заострение на ней внимания). Например, клиент испытывает трудности в обращении с деньгами, и психотерапевт помогает ему посмотреть в корень проблемы. На стадии поддержки доктор обошел стороной ситуацию, которая беспокоила клиента и вызывала в нем напряжение, однако теперь настало время взглянуть ей в глаза. Это можно сделать деликатным способом или более жестко, но цель всегда одна: показать пациенту, как собственные желания отдаляют его от реальной жизни – иными словами, от того, что он в себе отрицает или отвергает.

Говоря об извечном стремлении человека к высшим состояниям сознания, многие мистики отмечали: именно желания препятствуют естественному течению жизненных сил внутри нас. Совокупность всех желаний и определяет наш характер, личность, эго. Именно эта жесткая структура не позволяет нам реагировать на новые ситуации непринужденно – взамен мы вынуждены следовать заранее установленному сценарию. Примеры таких ситуаций мы рассмотрели при описании моделей поведения «верблюд» и «лев».

На стадии поддержки консультант старается найти проявления сущности (или присутствия) клиента, тогда как при конфронтации он работает с тем, что присутствию мешает. Специалист словно общается с уснувшим или грезящим наяву. При поддержке мы ждем моментов, когда пациент близок к пробуждению, а при противостоянии берем его за плечо и встряхиваем. Конечно, разбудить крепко спящего порой бывает очень трудно, а проснувшись, он может испытать шок или начать всерьез сопротивляться. Зато тому, кто лишь слегка задремал, иногда достаточно одного мягкого прикосновения, причем оно будет воспринято вполне благосклонно. Иными словами, консультанту необходимо знать, какой подход для данного клиента окажется наиболее благоприятным и эффективным.

Некоторые сравнивают труд психотерапевта с работой садовника. Когда деревце еще маленькое или только что проросло, для развития ему нужны поддержка, защита и питание. Удаление листьев и ветвей на этой стадии может навредить или даже погубить растение. Однако когда оно вырастает, обрезка, проведенная опытным садовником, обычно очень эффективна и делает дерево еще сильнее и выносливее. Такова стадия конфронтации – порой она бывает весьма болезненной, но без нее не обрести душевную силу. На данном этапе терапевт, который продолжает оказывать одну лишь поддержку, только поощряет слабость.

Что такое маятниковые колебания?

Понятие «маятниковые колебания» относится к терминологии соматического переживания – передового метода лечения эмоциональных травм. В данном контексте это понятие обозначает процесс, когда мы попеременно то возвращаемся к травматической ситуации, то выходим из нее. Сначала психотерапевт подбадривает клиента (то есть оказывает поддержку), затем предлагает обратиться к событиям, вызвавшим тяжелые переживания. Доктор действует осторожно, начиная издалека. Когда пациент слишком возбуждается, расстраивается или перенапрягается, консультант помогает ему сосредоточиться на чем-нибудь приятном и успокоиться. Такой процесс фланирования между травматическим событием и душевными ресурсами и называется маятниковыми колебаниями. С каждым взмахом маятника человек все глубже погружается в эмоциональную травму, но это погружение уравновешивается укреплением духовных сил.

Главное на данной стадии – избежать мгновенного лобового столкновения с тяжелыми переживаниями, ведь прямая конфронтация способна лишь усугубить психологическую рану, а вовсе не вылечить.

В общем и целом, стоит сказать, что мы можем использовать маятниковые колебания как базовый принцип практически в любом сеансе психотерапии. Сначала специалист должен убедиться: клиент уверен в себе, чувствует доверие и поддержку и достиг определенной степени релаксации. Только в этом случае консультант имеет право приступать к конфронтации, не забывая о том, что данный процесс способен расстроить и обеспокоить пациента. Когда ситуация заходит слишком далеко и силы человека на пределе (он принял все близко к сердцу), психотерапевт вновь обращается к приятным успокаивающим воспоминаниям. Похожим образом проходит и весь сеанс. Он подобен движению маятника – с каждым покачиванием клиент все глубже уходит в проблему и одновременно все больше расслабляется.

Этот процесс можно описать и иначе: как мы уже говорили в предыдущих главах, разум и бытие есть два разных аспекта, к которым мы обращаемся в ходе сеанса. На стадии поддержки психотерапевт помогает клиенту сосредоточиться на присутствии и призывает помнить о своей сущности, а не о желаниях. Когда клиенту это удается, консультант переключает его внимание на разум и начинает работу над личностными проблемами. Сначала он помогает пациенту сформулировать желания, а затем отказаться от них и радоваться тому, что есть.

Когда клиент перестает смотреть на проблемы со стороны и опять начинает отождествлять себя с желаниями, убеждениями и суждениями, доктор переключает его внимание обратно, с сознания на бытие. Он снова поощряет присутствие. Таким образом психотерапевт продолжает двигаться взад-вперед, между разумом и сущностью, постепенно проливая свет на разные аспекты личности подопечного, которые корнями уходят в глубинные слои сознания.

Бытие есть благоприятная сила, тогда как разум негативен. Мы уже упоминали, что негатив – это всего лишь отсутствие позитива, поэтому не стоит пытаться преодолеть отрицательные качества вроде злости или страха, лучше поискать положительные (скажем, любовь или доверие). Позвольте клиенту отчетливо увидеть их в своей душе. Уравновесьте склонность человека фокусироваться на отсутствии чего бы то ни было, указав ему на его сильные стороны.

Маятниковые колебания целиком и полностью основаны на балансе. Когда пациент слишком зациклен на негативе и недосягаемости желаемого, мы говорим о его положительных качествах, ведь их в нем тоже немало. А когда человек собой доволен, мы вспоминаем о проблемах, с которыми необходимо работать.

Отрицание и признание

Проблема, с которой клиент приходит на прием, не так важна, как его к ней отношение. Вполне ли он ее осознает? Насколько тесно себя с ней отождествляет? Иными словами, контекст, окружающий факты, важнее самих фактов. Рассмотрим такой пример: один человек вбегает в комнату, кипя от злости, но не признает, что зол; другой же приходит в похожем настроении и осознает его – возможно, даже принимает как данность.

В этих двух ситуациях участники воспринимают факты совершенно по-разному. Если бы они оба пришли за советом к консультанту, тому пришлось бы работать с каждым индивидуально. В первом случае, завершив этап установления доверия и указав клиенту на его «положительные» стороны, психотерапевт помог бы человеку осознать и принять свою злость. Со вторым клиентом доктор, вероятнее всего, сразу приступил бы к изучению причин и предпосылок возникновения «проблемы».

В общем и целом, чем теснее пациент отождествляет себя с проблемной ситуацией, тем сложнее будет ее исследовать. Прежде всего человеку нужно создать некую дистанцию и научиться смотреть на трудности со стороны. Если он отчаянно желает все исправить и преобразиться, у него это вряд ли получится. То, от чего он так старается избавиться, никуда не уйдет – ведь, как мы уже знаем, желание есть отрицание действительности. Лишь приняв настоящее таким, как есть, мы даем себе ключ к духовному преображению.

Когда клиенту не без помощи консультанта удается достичь присутствия, между ним и проблемой возникает определенная дистанция. Теперь можно начинать работу над этой проблемой – до тех пор, пока дистанция вновь не исчезнет, а тогда психотерапевт опять постарается вернуть подопечного в настоящее. Вот что, в сущности, происходит во время этапа маятниковых колебаний.

Преодолеваем самоидентификацию

Установить дистанцию и преодолеть самоидентификацию – это как раз то, чего можно добиться, медитируя. Находиться в состоянии медитации значит перестать отождествлять себя с собственной личностью, а также эмоциями и мыслительным процессом. Так или иначе, а этим искусством овладеть совсем не просто. И хотя порой мы способны некоторое время посидеть в тишине с закрытыми глазами, нам редко удается достичь особой глубины, что делает весь такой опыт поверхностным. Тяжелые слои подавляемых желаний и отвергаемых эмоций мешают нам проникнуть вглубь собственной личности и увидеть ее воочию.

Психотерапия и психологическое консультирование помогают людям найти верный путь к подсознанию в атмосфере любви и одобрения. Такую атмосферу обеспечивает пациентам терапевт, что позволяет им принять и полюбить себя. Благодаря этому клиенты со временем смогут увидеть и осознать прежде подавляемые уголки собственной психики.

Подлинное самонаблюдение возможно только в благоприятной обстановке, иначе человек не позволит себе принять то, что отвергал большую часть жизни. Вероятно, именно по этой причине Будда Гаутама в своей знаменитой Алмазной сутре наставлял учеников: сперва полюбите себя и лишь потом созерцайте. Любовь к себе предваряет самонаблюдение.

Итак, подводя итоги, повторим: у всех пациентов разный потенциал к присутствию. Некоторые полностью отождествляют себя с собственными неприятностями, поэтому с ними работать сложнее. Сначала таких клиентов следует поддержать и лишь затем приступать к изучению проблемы. Однако даже на этапе изучения психотерапевту порой приходится переключать внимание с одного на другое – его подопечный может опять приняться за отождествление, и тогда доктор вновь обращается к поддержке. Если за один сеанс консультант рассмотрит слишком много проблем или «недостатков» клиента, тот, скорее всего, забудет установку «это не я» и всерьез обеспокоится. В таком случае специалисту нужно немедленно вернуться к этапу поддержки и напомнить человеку о его положительных качествах, пока тот не повеселеет и не успокоится.

В общем и целом, психотерапевт должен пристально наблюдать за каждым клиентом, дабы успеть заметить малейшие признаки самоидентификации и дискомфорта. То, как много трудностей способен вынести конкретный человек за один сеанс, зависит от самых разных факторов – в том числе от уровня его сознательности и внутренней гармонии.

Этапы преображения

Клиент, имеющий лишь небольшой опыт медитации, по определению полон желаний. Он будет крайне упорствовать в стремлении достичь поставленных целей, ведь с ними он отождествляет собственное «Я». К примеру, человек может мечтать добиться успеха в бизнесе, завоевать общественное признание, стать выдающимся спортсменом… Его восприятие себя тесно связано с амбициями. Поэтому в ходе сеанса психотерапевт должен разъяснить пациенту разницу между его социальной маской, порожденной воспитанием, и уникальной индивидуальностью, с которой тот появился на свет.

Однако терапия не должна превращаться в сплошную демонстрацию клиенту скрытых аспектов его личности. Консультанту нужно настроиться на волну подопечного и оценить его способность понять тот или иной вопрос на данном конкретном этапе личностного роста. Перемены происходят не оттого, что мы так хотим, а оттого, что в душе мы готовы измениться. Такая готовность обычно не подвластна человеческой воле. Иными словами, это не результат осознанного выбора, но ответ на некую зарождающуюся внутри зрелость. Она возникает тогда, когда мы создаем для нее подходящую атмосферу. Преображение происходит через приятие. Его нельзя добиться прилежным старанием или усилием воли, поскольку стремление к приятию или к самосознанию – это еще один уровень желания.

В данном контексте маятниковые колебания представляют собой постоянное переключение с того, что человек уже осознал, на то, что пока остается непонятым или отрицаемым. Когда приятие не завершено, у специалиста мало шансов тщательно исследовать область желания. Если же клиент полностью принял себя со всеми недостатками, корни его проблем окажутся на поверхности. Этот несложный принцип более или менее интуитивно применяют все хорошие психотерапевты, даже если работают с другими техниками консультирования.

Следующий пример мы взяли из сеанса психологического консультирования. Он наглядно показывает, что представляют собой поддержка и конфронтация, и как специалисту удается между ними лавировать в маятниковых колебаниях.

Стадия поддержки

Клиент (мужчина): Я влюбился в женщину и мечтаю завести с ней серьезные отношения, но она не хочет иметь со мной дела.

Психотерапевт: И как вы теперь себя чувствуете?

Клиент: Я смущен и напряжен.

Психотерапевт: Остановитесь на минуту и обратите внимание: что ваше тело ощущает прямо сейчас? Что вы заметили?

Клиент: У меня сильно бьется сердце, а дыхание сбивчиво, учащено.

Психотерапевт: Да, наверное, не очень приятно оказаться в такой ситуации! Уделите пару минут своему дыханию и сердцебиению. Прочувствуйте их, дайте им место и время. А затем посмотрите: что еще происходит сейчас в вашей жизни?

Клиент (после небольшой паузы): Теперь мое сердце немного успокоилось… как и дыхание. На самом деле, в жизни у меня все хорошо. Я недавно купил новый дом – он мне очень нравится, и с работой у меня тоже все в порядке.

Клиента поддержали в трудной ситуации, и он смог обрести присутствие, настроившись на волну собственного тела. Его внимание отвлекли от «проблемы» и желания. Как результат, напряжение и стресс стали ослабевать.

Клиент: Я чувствую, будто хочу держаться за что-то до конца или же убежать прочь.

Психотерапевт: Где вы ощущаете эту энергию?

Клиент: В руках и ногах. Мое тело словно хочет двигаться.

Психотерапевт: Попробуйте дать ему такую возможность, но не осуждайте себя и не пытайтесь понять, что это.

До сих пор мужчина сдерживался и сидел спокойно. Теперь же он начинает слегка шевелить руками и ногами. В нем накопилось немалое напряжение, и вот он, наконец, выпускает его на волю. Мужчина улыбается.

По мере того как пациент расслабляется, он также входит в контакт с подавляемой энергией, которая стоит за желанием. Он позволяет этой энергии выйти на свободу и испытывает облегчение. Психотерапевт всеми силами старается обойти желание стороной и фокусируется на хорошем, а также на только что посетившем клиента состоянии релаксации.

Психотерапевт: Я вижу теперь в вашем лице намного больше жизни, и вы улыбаетесь.

Клиент кивает.

Пациента поняли и поддержали.

Клиент (позабыл свой недавний прогресс и обратился к другому желанию): Иногда мне так хочется избавиться от этой тревожности! Она мне не нравится.

Психотерапевт: Хорошо, пора немного сбавить темп. Давайте пока остановимся на том, что мы имеем. Итак, это тревожность или возбуждение?

Консультант не потакает желанию пациента, а помогает ему вернуться к присутствию, переосмыслив настоящие ощущения.

Клиент (расслабляется, встряхивается и начинает смеяться): Сейчас это возбуждение!

Психотерапевт: Хорошо, давайте здесь на минуту остановимся. Посмотрим, сможете ли вы теперь радоваться своему возбуждению, и что с ним захочет делать ваше тело.

Клиент: Это похоже на новые возможности, это так здорово!

Вместо того чтобы наслаждаться моментом и телесными ощущениями, мужчина снова начинает думать о будущем. Мечтами о будущем вызвано и его недавнее воодушевление. Тревожность сигнализирует о страхе не получить желаемого, а возбуждение наоборот – о надежде на лучшее.

Итак, мы видим, насколько важно психотерапевту различать два типа радости у клиента: ту, что связана с расслаблением и принятием действительности, и вторую, вызванную мечтами о грядущем. Всего минуту назад счастье нашего героя относилось к настоящему, а теперь переключилось на будущее.

Так или иначе, а на данном этапе специалист еще не берется противостоять клиенту и его надеждам. Вместо этого он помогает подопечному наладить связь с реальностью путем наблюдения за телесными ощущениями.

Психотерапевт: Позвольте телу насладиться чувством расслабленности и живости. Я вижу, как у вас на лице, на губах и руках происходят едва уловимые изменения. Ваша кожа розовеет… и вы улыбаетесь!

Клиент: Когда я обращаю внимание на это ощущение внутреннего роста, то чувствую себя более открытым. Я присутствую. Во мне возрастает доверие.

Стадия конфронтации

Некоторое время спустя.

Психотерапевт: Давайте поговорим о том, что привело вас ко мне на прием. Вы сказали, что подруга не хочет с вами серьезных отношений, и вы от этого страдаете. Очевидно, не в вашей власти это изменить.

После того, как ему была оказана поддержка, клиент вновь столкнулся лицом к лицу с возможностью не получить желаемого.

Клиент: Да.

Психотерапевт: Попробуйте почувствовать, чего вы от нее хотите. И каков источник этого желания?

Клиент: Я хочу, чтобы она четко и ясно ответила мне «да» (свои слова мужчина сопровождает энергичным движением руками – он словно обхватил большой предмет, при этом выглядит весьма взволнованным).

Мечтая о чем-то внешнем, пациент все еще не видит того, что отвергает в себе самом.

Психотерапевт: А что вы чувствуете сейчас, пока она не дала своего полного согласия?

Клиент (несколько смущенно): Сомнение и неуверенность.

Психотерапевт: И каково это – чувствовать неуверенность? Как ощущает себя ваше тело, ноги и руки?

Клиент (испытывает дискомфорт): Мои ноги спокойно стоят на полу.

Мужчина снова принимается себя контролировать. Он не готов (или пока не способен) работать над чувством неуверенности. Пациент боится затронуть старую рану – когда-то он обнаружил собственную уязвимость, и им начали манипулировать. Сейчас он слишком отождествляет себя с проблемной ситуацией.

Психотерапевту приходится сделать шаг назад и вернуться к поддержке. В нашем случае ему оказалось достаточно всего лишь сменить тему разговора.

Стадия поддержки

Психотерапевт: Давайте побеседуем о чем-нибудь другом. Оставим на минуту неприятности с вашей подругой. Как вам нравится наша группа? Вы рады, что вы здесь? (В данном случае пациент участвовал в семинаре.)

Клиент: Вполне нравится.

Психотерапевт: Посмотрите на остальных людей. Любимой подруги тут нет, и никто от вас ничего не требует. Как вы себя чувствуете?

Клиент (расслабляется и снова улыбается): Я счастлив быть здесь и думаю, что это очень хорошо для меня.

Психотерапевт: Что именно вам кажется особенно хорошим? Что вас радует?

Клиент (смотрит на окружающих и выглядит беззащитным): Общаться с другими людьми и не думать только о своих проблемах.

Психотерапевт: Хорошо, а чувствуете ли вы сейчас свое сердце?

Клиент кивает.

Психотерапевт: Итак, вы расслабляетесь, общаясь с другими участниками и находясь в доброжелательной атмосфере, где вам не о чем беспокоиться и не о чем мечтать. Прекрасно! Дайте себе минуту, чтобы проникнуться мгновением радости.

Консультант вновь поощряет состояние релаксации, подбадривая мужчину, когда тот чувствует себя уязвимым. Он произносит вслух мысль, до которой клиент только что додумался сам.

Стадия интеграции

Психотерапевт: Похоже, вы привыкли к ситуациям, когда от вас чего-то ждут. Да вы и сами порой тоже предъявляете определенные требования к близким. Ведь так?

Клиент: Да.

И снова специалист возвращается к проблеме. Он помнит: требуя решения от подруги, пациент одновременно давит и на себя самого. В действительности ответ девушки является отражением его собственной реакции на подобные ситуации.

Психотерапевт (не вдаваясь в дальнейшие подробности проблемы): Итак, похоже, вы всерьез беспокоитесь, когда от вас чего-то ждут окружающие, или, возможно, даже вы сами. Тогда вы забываете о себе.

Клиент: Да, это так.

Психотерапевт: Однако в данный момент в вас присутствует еще и некоторая уязвимость. Поэтому вы можете продолжать напрягаться, думая о другом человеке – о том, что она сделает или чего не сделает, – а можете просто наслаждаться этой открытостью сердца в настоящий момент. Вы понимаете?

Клиент: Да, наверное… Это совершенно новое ощущение!

Психотерапевт: И оно не зависит больше ни от кого. Я могу пока оставить вас наедине с этим чувством, хотя мы и не решили по-настоящему проблему с вашей подругой?

Клиент: Да. Сейчас она уже не кажется мне такой важной.

Психотерапевт: Я думаю, это прекрасное завершение сеанса – вы наладили контакт с собой и наслаждаетесь своим настоящим состоянием, не мечтая достичь чего-то в будущем. Превосходно! Нам всем стоит у вас поучиться.

В данном примере специалист поощряет даже маленький шаг к успеху. Он хвалит положительные стороны подопечного и не придает значения негативным моментам. Этот сеанс строится на обучении медитации и релаксации, поскольку клиенту не очень хорошо дается присутствие, а значит, он не сможет как следует разобраться в проблеме любовных отношений.

Если копнуть глубже, нам станет очевидно: согласие подруги необходимо мужчине для того, чтобы не чувствовать собственную уязвимость и беззащитность. Под сильным желанием он скрывает отвергаемую частичку себя – потребность в одобрении окружающих. В общем и целом, это весьма распространенная ситуация в любовных отношениях – мы требуем от партнера определенности, поскольку не терпим нестабильности. Научившись жить настоящим, мы начнем радоваться собственной уязвимости, беззащитности и сопутствующей живости. И тогда, наконец, будущее уже не будет казаться нам столь важным.

Создайте атмосферу расслабленности

С точки зрения динамики внутренний мужчина – внутренняя женщина, психотерапевт помог женской стороне клиента остаться уязвимой и открытой, не обращая внимания на посторонние требования и давление извне. Это давление, похоже, исходило от мужской половинки, которая старалась взять ситуацию под контроль, дабы избежать неопределенности.

С точки зрения маятниковых колебаний, специалист то подбадривает подопечного, то сталкивает с проблемой. Когда пациент начинает напрягаться и отождествлять себя с желанием, доктор вновь возвращается к поддержке.

Важно заметить, что психотерапевт не принуждает клиента к осознанию, не просит его стать уязвимым и ослабить самоконтроль. Вместо этого он просто меняет тему разговора и ждет, пока мужчина не расслабится. В результате уязвимость проявляется сама собой. Релаксация – это естественное состояние. Оно приходит в атмосфере не-желания – такую атмосферу может создать психотерапевт, если и сам не будет напрягаться. Когда клиент расслабляется (пусть даже всего на пару секунд), консультант заостряет на этом внимание.

В нашем примере решение заключалось вовсе не в том, чтобы устранить проблему с подругой. Психотерапевт помог пациенту успокоиться и не ждать от девушки определенности, и тот понял, что так можно ускорить свой личностный рост.

Глава 11

Третья стадия: интеграция

Термин «интеграция» может обозначать два процесса. Во-первых, это особые моменты, которые иногда случаются в ходе психотерапии, когда клиент внезапно осознает нечто новое. Психотерапевтический сеанс подчинен определенному ритму: сначала мы рассматриваем проблему, а затем делаем паузу, позволяя подопечному понять и усвоить пройденное. Во-вторых, под интеграцией может подразумеваться завершающий этап занятий, когда мы перестаем разбирать новый материал и только закрепляем результат проделанной работы. Это обычно происходит по окончании конфронтации и маятниковых колебаний. Время, которое потребуется для интеграции, зависит от конкретного клиента и интенсивности сеанса.

Этапы сеанса

Процесс психологического консультирования можно сравнить с хорошим романом – он начинается не спеша, затем постепенно обретает все большую глубину и напряженность и достигает пика в последней трети, оставляя в конце достаточно времени для интеграции и релаксации. Таков его приблизительный план.

Если во время сеанса слишком быстро перейти к главной проблеме клиента, то можно столкнуться с трудностями – ведь мы не уделили достаточно времени предварительной поддержке, необходимой для успешного разрешения ситуации. Более того, оставшаяся часть приема, вероятно, будет длиться дольше ожидаемого, а эффект от ранее проделанной работы может оказаться утрачен из-за последующих наслоений. В таком случае благотворная энергия сеанса растратится попусту, и пациент останется недоволен. С другой стороны, если приблизиться к развязке слишком поздно, у нас не останется времени для интеграции, и пациент уйдет с приема взволнованный, не готовый к встрече с внешним миром, который ждет его за порогом кабинета психотерапевта.

Вести сеанс психотерапии – все равно что дирижировать симфоническим оркестром: нужно соблюдать четкий ритм, темп и временны́е рамки. Это обеспечивает прочную основу для работы и внушает клиенту ощущение стабильности и ясности. Сеанс представляет собой контракт, который заключается на определенный срок, и обе стороны должны это понимать. Если пациент в последние минуты приема вдруг начинает обсуждение новой темы, психотерапевту не стоит идти у него на поводу – лучше назначить следующую встречу или объяснить человеку, что сегодня уже не получится разобраться в проблеме как следует. Это стоит взять за правило.

По окончании сеанса клиент не должен находиться в состоянии возбуждения и эйфории, как не должен и быть шокирован, разозлен или расстроен от того, что узнал. Идеальным результатом будет устойчивое нейтральное настроение – нечто среднее между вышеописанными крайностями. Конечно, умеренное проявление эмоций в такой ситуации естественно и ожидаемо, однако слишком сильные чувства (как положительные, так и отрицательные), вероятнее всего, скоро сменятся на противоположные. Как мы уже знаем из процесса маятниковых колебаний, в психотерапии существует уравновешивающая сила, которая поочередно перемещает человека из одной полярности в другую. Поэтому стоит иметь в виду: чем больший восторг испытывает клиент поначалу, тем сильнее будет страдать потом, и наоборот.

Иными словами, наша энергия стремится к равновесию, и чем ближе человек подходит к одной крайности, тем скорее проявится противоположная, а это не всегда легко пережить. Известны случаи, когда люди по окончании длительной психотерапии достигали необыкновенно высокой степени просветления и ясности сознания, но впоследствии оказывались совершенно сбиты с толку и дезориентированы – так проявляла себя оборотная сторона достигнутого результата. Помня о том, что энергия движется подобно маятнику, психотерапевт поможет клиенту уйти домой спокойным и уверенным, полюбившим сегодняшний день, ведь настоящее хоть и не сказочно, но и вовсе не ужасно.

Подталкивая пациента к такому состоянию, консультант поддерживает его и напоминает о хорошем, если тот испытывает шок. Когда же человек, напротив, восторжен и находится в экстазе, специалист его успокаивает и объясняет, что некоторая доля негатива рано или поздно вернется, даже если сейчас клиенту кажется, будто все плохое уже позади.

И это когда-нибудь пройдет

Одна древняя поучительная история (вероятно, из суфийского фольклора) наглядно показывает, как важно жить настоящим и не впадать в крайности настроения, будь то восторг или страдание.

Однажды король созвал своих советников и попросил изобрести нечто такое, что помогало бы ему оставаться счастливым даже в самые мрачные моменты жизни и испытывать печаль даже в самые светлые дни. Долгое время никто не мог придумать решения, пока в конце концов мудрый пожилой царедворец не подошел к правителю и не вручил ему золотое кольцо.

– Внутри него спрятано послание, – объяснил старец. – Но ты не должен снимать кольцо и читать надпись, пока не испытаешь безмерное отчаяние или безграничное счастье.

Король согласился, надел кольцо на палец и вскоре позабыл об этой истории.

Прошли годы, и его страна начала враждовать с соседним государством. Случилась война. В решающей битве армия короля потерпела поражение, и он был вынужден бежать в горы, а враг следовал за ним по пятам, намереваясь убить.

Король ехал по узкой тропинке, как вдруг его лошадь потеряла подкову. Бедняге пришлось спешиться и спрятаться за скалу. Он не сомневался – скоро его обнаружат и убьют, и впал в глубокое отчаяние, как вдруг неожиданно вспомнил о кольце у себя на пальце. Король снял его и нашел внутри крошечную надпись: «И это пройдет».

Преследователи проскакали мимо, не заметив беглеца за скалой, и тому удалось бежать. Прошли недели и месяцы; со временем король собрал новое войско, задумав прогнать захватчиков, и, наконец, смог вернуть себе королевство.

Вся страна праздновала победу. Царский дворец был полон музыки, смеха и ликования. Посреди всеобщего веселья король бросил взгляд на кольцо, вспомнил о послании и улыбнулся.

Не навреди

По окончании сеанса не стоит вдаваться в подробные объяснения, поскольку это способствует размышлениям и заставит клиента задуматься, а ведь ему нужно оставаться в контакте с собственными чувствами и новым восприятием себя. Настоящее самопознание неподвластно интеллекту, поэтому даже если разум порой отказывается понять недавние успехи и достижения, их с радостью примут сердце и душа.

Вот почему психотерапевту важно следить за тем, чтобы не переборщить с количеством новой информации – клиент должен быть способен ее переварить. Не следует забывать о склонности разума постоянно желать большего – людям хочется найти логическое объяснение всему вокруг. Именно так и может произойти в конце сеанса, когда пациент уже готов пойти домой и возвращается к привычному образу мышления. Психотерапевту стоит помнить об этой тенденции самому, а также рассказать о ней подопечному.

Одна женщина в ходе сеанса обнаружила, что ее чрезмерная привязанность к партнеру скрывала под собой глубочайший страх остаться одной. Этот страх произрастал из воспоминаний детства, когда пациентку бросила мать. Благодаря психотерапии женщине удалось осознать свою нездоровую привязанность и излечиться от нее, а также научиться жить нормальной жизнью, не цепляясь за партнера. Когда ближе к концу приема она вновь поинтересовалась, что же ей делать с отношениями с любимым, а консультант ничего не ответил, девушка все поняла сама и рассмеялась.

В большинстве случаев по окончании приема клиенту лучше дать побыть в одиночестве, а не переходить к социальному и личному общению (скажем, за чашкой чая или совместным обедом). И хотя это кажется само собой разумеющимся, многие психотерапевты почему-то не проводят четкого разграничения между работой с пациентами на сеансах и последующими личностными контактами.

Связуя начало и конец

Клиент обычно приходит на прием с определенной проблемой или вопросом о своей жизни. Зачастую таких вопросов бывает сразу несколько, и человек не всегда способен увидеть их взаимосвязь или понять, какая из его проблем наиболее значительна. В ходе сеанса консультанту порой приходится отклоняться от первоначальной темы разговора и обращаться к другой ситуации, которая на первый взгляд может показаться не относящейся к делу, но на самом деле является гораздо важнее. Иногда ее взаимосвязь с первичной проблемой пациента становится очевидна в процессе психотерапии, но так происходит не всегда. Если этого не случилось, то в конце встречи специалист должен протянуть некую связующую нить к началу разговора, соотнеся его результаты с основным вопросом. Таким образом сеанс будет успешно завершен, и клиент почувствует, что его проблему поняли и разрешили.

Клиент пришел на прием и пожаловался, что его отношения с любимой девушкой разладились, и теперь он страдает от крайнего напряжения и недовольства жизнью. В ходе психотерапии стала ясна его настоящая проблема – мужчина пренебрегал своим творческим потенциалом и был вынужден заниматься нелюбимым делом, дабы обеспечить семье финансовое благополучие. В данном случае консультант решил применить следующий подход: поощрять творческие способности подопечного и помогать ему их применять – как видите, никакого внимания к изначальной проблеме. Напоследок психотерапевт объяснил клиенту, какое отношение все это имело к его неприятностям в личной жизни. Он рассказал, что именно неудовлетворенность работой и порождала в пациенте то напряженное состояние, которое заставляло его конфликтовать с любимой женщиной.

Делая подобные выводы, следует иметь в виду и прямо противоположную возможность – привязанность к партнеру и страх его потерять способны вынуждать человека неоправданно часто идти на компромисс. Тогда несчастный может годами продолжать заниматься нелюбимым делом, чтобы обеспечить себе и своей семье финансовую стабильность. В таком случае проблема недовольства работой, вероятнее всего, проистекает из неправильного, соглашательского поведения по отношению к партнеру.

Даем четкие практические разъяснения

Некоторые консультанты совершают ошибку, не объясняя клиентам сути проделанной работы и не приводя примеров из практики, из реальной жизни. Порой мы поступаем так и в повседневных ситуациях. К примеру, иногда мы говорим: «Я хочу от тебя отдохнуть», оставляя партнера теряться в догадках. Значит ли это, что мы хотим расторгнуть отношения, или нам просто требуется побыть денек наедине с собой? Или мы всего лишь просим, чтобы нас не беспокоили в ближайшие полчаса? Подобным образом, когда я рассказываю о собственной потребности в любовных отношениях, имею ли я в виду, что хочу быть вместе навеки, призываю меня обнять или желаю более близкого и честного общения?

Кроме того, консультант должен помочь и клиенту выражаться конструктивно и ясно, избегая общих расплывчатых формулировок. К примеру, в результате сеанса выяснилось, что пациенту будет полезно больше медитировать, – тогда нужно в подробностях обговорить все детали вердикта. Что означает «больше»? По часу ежедневно, раз в неделю в воскресенье утром в течение девяноста минут или по десять минут каждый вечер перед сном? Расплывчатые формулировки переменам не способствуют, результат дает только регулярная работа над собой.

Также клиентам бывает полезно узнать, как много сил им потребуется для преображения и куда эти силы следует приложить. Иногда человеку нужно сменить место жительства, иногда – больше общаться с определенными людьми, а некоторым следует оставить на время работу и заняться тем, чего просит душа.

Не вмешиваемся в жизнь клиента

Еще одна распространенная ошибка консультантов – слишком много конкретики. Некоторые специалисты любят неоправданно узкие трактовки – как будто знания, полученные в ходе сеанса, должны жестко предопределить порядок дальнейшего поведения человека в жизни. В этом случае пациент оказывается подавлен и стеснен, ведь от него ждут строгого соблюдения инструкций, полагая, что только так можно подняться на следующую ступень на пути к личностному росту.

Однако то, чем занимается человек после приема, психотерапевта не касается. Знания, обретенные в ходе сеанса, безусловно, очень важны – они произведут определенный сдвиг в сознании клиента, и все же кое-что может оказаться справедливым лишь на данный момент. Более того, некоторые выводы порой открывают перед человеком множество возможностей, и далеко не все из них получится обсудить во время приема.

Осознание может побудить пациента к действию, а может и не побудить – это уже вне компетенции психотерапевта. По окончании сеанса человек должен быть предоставлен самому себе, а доктору даже не полагается спрашивать, следовал ли тот недавно посетившему его озарению.

Совет – это недорогое лечение

Когда какое-то переживание или откровение производит на клиента особенно сильное впечатление, тот может попросить психотерапевта в конце сеанса рассказать о нем подробнее или посоветовать, как использовать новое знание в жизни. Мы уже говорили об опасности слишком подробных разъяснений, кроме этого специалист должен помнить: психотерапия подразумевает не раздачу советов, а моделирование ситуаций, в которых человек получит непосредственный опыт.

К тому же, как показывают истории болезней из самых разных областей медицины, многие пациенты предпочитают не следовать советам врачей. Таким своеобразным способом они демонстрируют самостоятельность и чувство собственного достоинства, стараясь, очевидно, держать свою жизнь под контролем. Поэтому, когда клиент просит совета, психотерапевту стоит быть предельно осторожным.

Как мы уже упоминали, понять что-либо разумом иногда бывает полезно, однако не стоит забывать: основная цель и польза лечения – совсем не в умственном осознании, поскольку таковое не имеет продолжительного эффекта. Для по-настоящему значительных перемен в жизни клиента нам нужен результат на более глубоком, нежели интеллект, уровне. Со времен Зигмунда Фрейда всем психотерапевтам известно, что подсознание в десять раз мощнее рассудка. Именно оно предопределяет бо́льшую часть наших поступков, поэтому подпитка информацией сознательного разума эффективна лишь отчасти.

Кроме того, долгие разговоры и разъяснения в конце сеанса могут свести на нет весь результат терапии. Они поставят пациента в положение ребенка, который ничего не понимает, а консультанта приравняют к «знатоку» или учителю.

Психотерапевт должен иметь в виду и следующее: клиента не стоит ограждать от полной правды, выявленной в ходе сеанса. Люди обычно не настолько слабы, как нам кажется, и в глубине души все равно понимают, где искать истину. Для психотерапевта не уважать силу клиента – все равно что медику не сказать правду больному раком, которому осталось жить всего несколько месяцев. Большинству людей встреча с реальностью идет только на пользу. С другой стороны, некоторые клиенты порой переоценивают собственные способности, когда на самом деле не вполне готовы излечиться или изменить свою жизнь. В таком случае консультант должен поощрять в них терпение и ценить даже маленькие шаги в правильном направлении.

Когда результат достигнут

Интеграция требует времени, и об этом нужно упомянуть ближе к концу встречи. Клиент должен понять, что эффект от психотерапии может длиться многие недели и месяцы, что сеанс – не конец, а только начало продолжительного процесса. Человек словно бы меняет звенья гусеничной цепи, не останавливая машину. Как осуществить такую замену в реальной жизни, необходимо обсудить в конце приема – особенно, если консультант не планирует работать с пациентом в течение долгого времени. Иногда бывает полезно обозначить ряд приемов или упражнений, которые клиент может выполнять самостоятельно.

Немного перефразируя вышесказанное, интеграция означает следующее: все усвоенное и осознанное во время сеанса в дальнейшем потребует времени. Тело и разум пациента не сразу воспримут новое, и лишь позже это новое станет частью его жизни. К примеру, если человек прошел стадию конфронтации с собственным убеждением и убедился в его несправедливости, вполне вероятно, что он и дальше будет изредка действовать по старому сценарию (просто в силу привычки). В таком случае психотерапевт должен помочь клиенту придумать пару простых подсказок и напоминаний, которые помогут ему не забыть о самосовершенствовании.

Очень важно соотнести осознанное в ходе терапии с повседневной жизнью человека – с его работой, творчеством и любовными отношениями. Не стоит ожидать от клиента невозможного, лучше попробовать вместе определить его вероятные дальнейшие шаги.

Пациентка долгие годы проработала на фабрике, и эта работа давно перестала удовлетворять ее творческие стремления. Но она боялась, что если уволится, не имея четких планов на будущее, то вскоре останется без денег. В ходе сеанса выяснилось: женщина обладает неплохими способностями к работе с людьми, причем у нее даже есть кое-какое соответствующее образование, только она никогда не пыталась применять его на практике. Психотерапевт помог пациентке определить дальнейшие шаги на пути к самореализации через занятия с людьми. Девушка поняла, что увольняться с фабрики ей совсем не обязательно, – достаточно всего лишь сократить количество рабочих часов, и тогда у нее появится время для развития творческого потенциала, и денег для оплаты счетов тоже будет достаточно.

Время: основной ресурс

Иногда мы забываем, что время – это один из наших основных ресурсов. Самопознание может прийти к человеку как озарение – внезапно и неожиданно, произведя мощнейший эффект. Однако на то, чтобы прочно укрепить его в сознании и начать применять в реальной жизни, обычно требуется немало времени. Порой личностный рост идет очень медленно – так медленно, что может показаться, будто мы и вовсе стоим на месте. И все же, оглянувшись назад (скажем, на целый год), мы замечаем в своем поведении серьезные перемены, ведь теперь мы стали решать личностные проблемы совершенно иначе.

Многие клиенты слишком спешат измениться. Они хотят, чтобы их «излечили». Не отрицая их страданий, важно дать людям понять: реальные перемены являются, скорее, побочным продуктом глубочайшего самопознания, а вовсе не результатом целенаправленных усилий. Они приходят вместе с осмыслением и принятием себя, поэтому вся работа в ходе сеанса должна быть ориентирована именно на эти два фундаментальных процесса.

Преображение становится возможным только тогда, когда настойчивое стремление к переменам проходит. Такова основная концепция внутреннего самосовершенствования, и ее нужно довести до сведения пациента – тогда он сможет подумать, как применить эту концепцию для преодоления своих трудностей.

Человек пришел на прием со следующей проблемой: ему хотелось стать сильнее и увереннее в работе, чтобы занять более высокую должность в своей компании. В ходе психотерапии выяснилось, что клиент страдал от глубокой невыраженной потребности в любви (особенно ему не хватало отцовской поддержки и одобрения), а его желание добиться успеха в карьере произрастало из отрицания этой потребности. Во время дальнейшей работы консультант научил мужчину радоваться собственной уязвимости, а также помог понять: подлинная сила всегда связана с любовью. Это оказалось ново и непривычно для клиента – ведь прежде он старался преуспеть в жестоком мире бизнеса, в душе оставаясь нищим попрошайкой. Он осознал: чтобы суметь любить, требуется время, и честолюбивые амбиции здесь не помогут. Мужчина научился преодолевать моменты разочарования от нереализованных надежд, в результате чего больше не стремится прикрывать свои душевные потребности успешной карьерой.

В данной главе мы привели общие рекомендации, касающиеся консультирования – то есть каждый отдельный случай будет иметь свои особенности, которые также нужно проработать в ходе сеанса. Кроме того, многое зависит и от степени зрелости клиента. Чем она выше, тем легче психотерапевту его поддерживать и руководить процессом интеграции. Если же пациент духовно незрел, специалисту потребуется приложить больше усилий, чтобы заложить прочную основу для дальнейшей работы.

В конечном счете, психотерапия должна интегрировать осознанное клиентом в его тело и разум, и тогда тот станет самостоятельным и более не будет нуждаться в помощи консультанта. Человек не обязан в точности помнить, что произошло на приеме. Если привести аналогию с аллопатической медициной, пациент, приняв лекарство, не должен вспоминать, что значилось на этикетке, и как много ложек ему было назначено. Нужно просто выждать время и позволить средству подействовать.

Глава 12

Положение психотерапевта

В своей книге о системно-семейных расстановках я рассказал о качествах, необходимых врачам-специалистам той или иной области медицины. Те же самые качества требуются и практикующим психотерапевтам. В частности, я объяснил, как при помощи присутствия, релаксации и душевной теплоты специалист способен войти в совершенно особое состояние «спокойной любви», когда ему ничего не нужно от клиента, и он не строит планов и надежд о том, как должен пройти сеанс.

В начале данной книги я отмечаю, что, достигнув присутствия, мы перестаем отождествлять себя с собственным рассудком. Это становится важным шагом в борьбе с «ориентированностью на проблему», на пути к высшим состояниям сознания. Именно присутствие психотерапевта является тем самым катализатором, который облегчает клиенту процесс преодоления самоидентификации. В ходе сеанса его энергетика словно становится заразительной: подобно тому, как люди заболевают, пообщавшись с нездоровым товарищем, пациент может обрести внутреннюю гармонию, поговорив с тем, кто ее уже достиг.

Однако это далеко не единственная причина важности присутствия. Оно позволяет психотерапевту понять, «присутствует» ли в данный момент его клиент; на какой проблеме стоит сосредоточиться; необходимо поддерживать человека или следует приступить к конфронтации; какую методику лучше выбрать.

На своих семинарах я уделяю этому состоянию огромное количество времени. Я помогаю участникам поэкспериментировать и понять, как можно достичь присутствия, как распознать его наличие в окружающих, как выявить любые факторы, ему препятствующие. К таким факторам относятся разнообразные желания, поджидающие человека на пути к личностному росту. Например, чем больше мы хотим кому-нибудь помочь, тем труднее бывает это сделать. Парадоксально, но реальную помощь можно оказать, лишь забыв о таком желании. Как вы, вероятно, догадываетесь, овладеть данным искусством отнюдь не просто – оно требует практики и понимания. Конечно, это не означает, что вам совсем ничего не нужно делать – просто ваши действия должны стать ответной реакцией на настоящий момент, а не намеренным усилием в попытке чего-то достичь.

Немного о помощи

Для человека естественно помогать и принимать помощь. Будучи существами общественными, мы все в определенной мере зависим от окружающих, а те, в свою очередь, зависят от нас. Иными словами, люди живут в состоянии взаимозависимости. Они постоянно что-то отдают и что-то получают, и этот процесс является фундаментальным аспектом любых человеческих отношений. Наша готовность признать собственную потребность в окружающих закладывает основу для взаимообмена.

Приняв что-либо от других, мы чувствуем себя обязанными вернуть что-нибудь в ответ – таким образом, совершать обмен нас заставляет внутреннее стремление к равновесию. При общении взрослых людей это стремление порождает импульс, который постепенно обогащает их союз. В неравных отношениях – скажем, между родителями и детьми, когда последние не могут ничего отдать в ответ, – тяга к равновесию никуда не исчезает. Она просто порождает более слабый импульс, который со временем заставляет ребенка покинуть мать и отца. В дальнейшем тот сосредотачивает свое стремление отдавать уже на других людях – нередко на собственных детях.

В отношениях между психотерапевтом и пациентом действует такой же процесс отдачи и получения, и специалист должен понимать, что в нем необходимо поддерживать определенный баланс. Например, если консультант отдает слишком много (скажем, чересчур угождает клиенту или продлевает прием дольше запланированного), тем самым он нарушает гармонию отношений. Аналогично и плата за услуги консультанта должна быть соразмерна его опыту, квалификации и длительности сеанса.

Нередко психотерапевты и представители других профессий, связанных с помощью людям, ставят себя на место родителей и обращаются с клиентом, как с ребенком. Они чувствуют, будто обязаны изливать на подопечных безграничную заботу и сочувствие. Однако подобным образом они лишают клиентов самостоятельности. Зависимость же порой способна вызвать у человека агрессивную реакцию и привести психотерапевта в крайнее замешательство – ведь он уделял пациенту так много сил! Он уверен, что не заслуживает подобной «неблагодарности».

Данное явление получило название «синдрома помощника», и оно обусловлено скрытой потребностью консультанта быть кому-то нужным. Помогая другим, такой человек обычно не осознает собственной зависимости от подопечных, как и своего стремления добиться признания. Это может породить между психотерапевтом и пациентом длительные нездоровые отношения, в которых оба партнера в равной степени зависят друг от друга. К такой категории относятся специалисты, страдающие от перенапряжения и профессионального выгорания.

Движущая сила помощи

Существует много способов проверить, что движет людьми, желающими помогать окружающим, и один из них – метод системно-семейных расстановок. Мы не будем углубляться в подробное его описание, давайте лучше посмотрим, к примеру, на помощника, который хочет спасти клиента от некой пагубной тенденции. Это может быть что угодно: суицидально-депрессивное настроение, пристрастие к алкоголю или наркотикам, тяга к жестокому любовнику, дурно обращающемуся с несчастным… Здесь нам не столько интересна суть проблемы, сколько само стремление помочь.

Если рассмотреть мотивы такого помощника сквозь призму незавершенной семейной драмы, мы увидим чувства ребенка, который хочет облегчить страдания одного из родителей. Вероятно, в детстве этот специалист не мог смириться с несчастьем собственного отца или матери, а теперь желает избавить от всех бед клиента. В ряде случаев такая мотивировка даже является одной из главных причин, по которой человек решает стать психотерапевтом.

Однако чтобы быть по-настоящему полезным, консультант должен уметь спокойно относиться к страданиям пациента и не поддаваться желанию «спасти» несчастного, только тогда он окажет реальную помощь. Опять же, с точки зрения системно-семейных расстановок, процессу отдачи должен предшествовать процесс получения – ведь только так человек обретает духовную силу и способность отдавать. А это означает, что психотерапевт обязан навести порядок и в своих отношениях с родителями, поскольку именно здесь кроется корень проблемы – когда мы были детьми, мы набирались сил от отца и матери. Таким образом, консультанту крайне важно изучить, понять и поправить собственную психологическую историю – только тогда он сможет помогать по-настоящему, без влияния личных потребностей, проблем и ожиданий.

Психотерапевт, обладающий подлинной духовной силой, всегда поймет, нужна ли его помощь клиенту, или в данный момент лучше обойтись без нее, и имеет ли он вообще право помогать. Он никогда не выйдет за рамки допустимого. Иными словами, квалифицированный специалист способен увидеть пациента в контексте всей его жизни и будет отталкиваться именно от этого, а не от собственных теорий и убеждений о том, что есть хорошо. Он не станет мешкать, а сразу приступит к действиям, руководствуясь исключительно потребностями подопечного.

Таким образом, необходимо учитывать социальную, экономическую и политическую ситуацию клиента. Именно она определяет, какая помощь будет приемлема в данном случае. Например, человеку, живущему в зоне военного конфликта, вероятно, понадобится совсем не психологическое консультирование (разве что совершенно особая его разновидность).

Основные принципы

Учитывая вышесказанное, нам нужно понять следующие основные принципы:

1. Помощник может дать только то, что имеет сам. Он обязан быть честным, а то, чем он делится, должно исходить из его жизненного опыта, а не пустых теоретических знаний.

2. Помощь допустима только в определенных ситуациях и уместном контексте, что накладывает некоторые ограничения. Психотерапевту следует эти ограничения соблюдать и воздерживаться от неумеренного содействия. Например, он должен понимать: не в его силах облегчить подопечному боль от потери любимого человека, как и избавить беднягу от жизни в неблагоприятных экономических условиях или в зоне политической нестабильности. В лучшем случае специалист подскажет такому клиенту, как интегрироваться в неблагоприятную ситуацию и научиться в ней жить с наименьшими потерями. Чувствуя в себе духовную силу, психотерапевт поможет стать сильным и пациенту. Это обычно случается, когда последнему позволяют справиться с проблемой самому, вместо того чтобы жалеть несчастного.

3. Помощник не должен ставить себя на место родителей, а также позволять это делать самому клиенту. Он помогает не как отец, и он не позволяет людям требовать от себя такой помощи. Наоборот, он поощряет в пациентах самостоятельность, а это снижает вероятность возникновения феномена переноса, когда человек подсознательно обращает на доктора чувства, которые испытывал к родителям. Аналогичным образом исключается и вероятность контрпереноса, при котором консультант делает то же самое по отношению к клиенту. В отсутствие динамики перенос-контрперенос человек учится жить самостоятельно, без психотерапевта (как и без своих родителей), – а именно это и есть залог успешного личностного роста и духовной зрелости.

Психотерапевт как друг

Берт Хеллингер, основоположник метода семейных расстановок, утверждал: «Когда человек хочет все время оставаться в положении либо старшего, либо младшего (или даже старается это желание воплотить), он отказывается занять свое место среди равноправных взрослых людей».

В классическом психоанализе феномен переноса поощряется, поскольку является необходимым этапом лечения. Однако подход к психологическому консультированию, представленный в данной книге, несколько иной. Порой бывает допустимо на какое-то время принять на себя роль родителя – к примеру, чтобы преодолеть проблему зависимости клиента от матери. Но здесь важно иметь в виду следующее: психотерапевт лишь кратковременно замещает мать и не старается стать «более правильным родителем». Соответственно, пациенту не придется от него отделяться, ведь никакой зависимости между ними не существует. Иными словами, помощник работает с клиентом, как взрослый с взрослым, и отказывается встать на место отца или матери.

В каком-то смысле психотерапевт приходится пациенту другом и попутчиком. Доктор может находиться на шаг впереди, если уже знает то, что клиенту еще только предстоит понять, однако эта ситуация временна и касается только одной определенной проблемы, а не человека в целом. Важно помнить: мы, как психотерапевты и помощники, узнаем о клиенте и его жизненной ситуации лишь самую малость. Более того, какими бы откровениями мы ни делились с подопечным, в глубине души тому все известно и без нас. Вот почему он способен понять и принять наставления. Это, скорее, напоминание, нежели инструкция.

Принимая отвергнутое

Желая посодействовать личностному росту, консультант или психотерапевт должен обнаружить отвергаемые клиентом качества, а затем помочь ему открыть свое сердце им навстречу. Самосовершенствование невозможно без приятия того, что прежде отрицалось, отторгалось и подавлялось. Будь то неугодный человек, душевная травма или подавляемые эмоции, принцип всегда один: помощник становится на сторону отвергнутого и таким образом подает пример пациенту.

Кроме того, личностный рост есть движение, которое возвышает нас над всяким суждением и моральной оценкой, и любая достойная помощь будет говорить в поддержку данного основного принципа. Это обычно означает, что психотерапевту не следует разделять мнение или точку зрения клиента.

Искусство наблюдать

Как уже говорилось в предыдущих главах данной книги, именно созерцание помогает нам перестать отождествлять себя с собственным разумом. Реальная помощь всегда связана с самонаблюдением, и важно понимать: созерцание – это вовсе не размышление и не анализ. Размышляя, мы лишь ходим по кругу, не рождая внутри себя ничего нового. Самое большее, что мы при этом можем получить – это новая интерпретация старых знаний. Настоящее же озарение приходит как результат прямого наблюдения, а искусство прямого наблюдения произрастает из присутствия. Оно несовместимо с планами и намерениями, со страхами и предрассудками.

Наблюдение во время сеанса дает психотерапевту возможность действовать, но действовать осторожно, не перегибая палку. Специалист только выясняет, каким должен стать следующий шаг, и ничего более. А выяснив все необходимое, он тут же прекращает вмешательство. Таким образом, консультант остается сосредоточен на себе и не нарушает свободу пациента.

Увиденное в процессе психотерапии порой способно удивить и пациента, и доктора. Последнему, когда такое случается, следует отстраниться от всяческих догматов и теорий, диктующих, как правильнее себя в такой ситуации вести. Приверженность к определенной психологической школе ограничивает кругозор специалиста, вынуждая его проводить разграничение между тем, что считается «приемлемым» и «неприемлемым». История насчитывает немало примеров, когда новаторские открытия в области психологии обеспечивали своим авторам исключение из традиционного направления. Здесь достаточно перечислить фамилии Юнга, Адлера и Райха, которые пошли на конфликт с Фрейдом.

На своих семинарах я всегда отмечаю огромное различие между теоретической интерпретацией и собственно наблюдением. Последнее нелегко дается тем, кто относит себя к профессионалам определенной психологической школы, поскольку они подсознательно стремятся интерпретировать любую ситуацию в соответствии с догматами учения. А ведь все, что требуется от специалиста, – это открытый разум без предрассудков. Он позволяет человеку стать посредником некой высшей силы и в ходе сеанса учиться наравне с пациентами. Только к таким людям приходит подлинное озарение.

Глава 13

Отношения между помощником и клиентом

Вданной главе мы продолжаем изучать взаимоотношения, которые возникают между психотерапевтом и его пациентом. В некотором смысле это односторонняя связь – ведь доктор на самом деле не открывает себя клиенту, а, скорее, служит ему своеобразным зеркалом. Особое мастерство консультанта состоит в том, чтобы всегда оставаться беспристрастным. Он не должен выражать личное мнение по поводу слов подопечного. Вместо этого психотерапевт отзывается на каждую сиюминутную ситуацию, исходя из состояния присутствия. Таким образом, отражение, которое видит в нем клиент, получается еще более достоверным.

Чем меньше личная заинтересованность психотерапевта в пациенте, тем объективнее он отобразит характер подопечного. Если между ними нет личного общения, специалисту проще воздерживаться от предвзятых суждений. Аналогично, когда консультант от клиента чего-либо хочет, он не может присутствовать и служить тому «зеркалом», и нормальное течение сеанса нарушается.

Многие психотерапевты слишком стремятся наладить с пациентом личные связи и не понимают, что тем самым неосознанно оказывают на него давление. Вместо того чтобы принять каждое мгновение таким, как есть, они предлагают клиентам «встретиться». Подобные стремления зачастую бывают продиктованы скрытыми мотивами подсознания. А ведь в каждом сеансе случаются как моменты эмоциональной связи, так и ее отсутствия – этот факт нужно просто принять.

Чтобы приносить людям реальную пользу, консультант или психотерапевт сначала должен выяснить мотивы, которые побуждают его заниматься подобной работой. Если обнаружится, что это желание быть кому-то нужным или потребность в общении, такой доктор вряд ли сможет по-настоящему помогать подопечным, ведь сам он нуждается в пациентах больше, чем те в нем.

Желание быть нужным свойственно многим людям. Как уже упоминалось, оно произрастает из зависимости ребенка от матери, от ее заботы и любви. Если у психотерапевта такая потребность не удовлетворена, то и с проблемами пациентов правильно работать он не сможет. Он будет лишь пытаться завоевать их симпатию, всячески добиваясь восхищения и признания. Для этого он постарается понять, чего хочет клиент, а затем поступит соответственно его ожиданиям, завоевав тем самым его доверие. Такие консультанты скорее следуют за пациентом. Они вовсе не беспристрастные помощники и не могут объективно подсказывать верный путь.

Сексуальное манипулирование

Всякое личное желание со стороны психотерапевта нарушает нормальный ход сеанса. Это может быть потребность в любви и признании, потребность в сексе или желание добиться успеха, убедив клиента прийти на прием еще и еще раз. Поэтому специалист должен как следует разобраться в собственной психологии, чтобы уметь противостоять подсознательным желаниям при дальнейших занятиях с людьми.

К примеру, если психотерапевт подавляет собственную сексуальность и не хочет решать данный вопрос, ему будет трудно работать с сексуальными проблемами пациента – особенно, когда тот является представителем противоположного пола. Он не сможет расслабиться и будет испытывать дискомфорт, или же наоборот – воспользуется ситуацией в своих интересах и станет манипулировать клиентом. Немало людей подвергались и подвергаются сексуальной эксплуатации со стороны психотерапевтов. Однако любые интимные отношения такого рода есть не что иное, как злоупотребление властью, даже если пациент идет на это добровольно, – ведь психотерапевт использует собственное положение для удовлетворения личных желаний.

Дабы предотвратить подобные ситуации, многие школы психотерапии разработали для своих членов строгие кодексы этического поведения. Такие правила, безусловно, полезны, но иногда доводятся до абсурда. Например, я слышал историю о психотерапевте, который провел ряд успешных сеансов с клиентом-женщиной, после чего был приглашен на ее свадьбу и принял приглашение. Узнав об этом, его ассоциация всерьез стала угрожать доктору исключением. Подобная гиперболизированная реакция свидетельствует о глубоко укоренившемся страхе, свойственном многим психотерапевтам – особенно в Соединенных Штатах, где пуританская мораль требует крайне щепетильно относиться к вопросам общения между полами. Сложившаяся там атмосфера порождает немало лицемерия и ханжества и порой даже приводит к тому, что пациенты отправляют своих консультантов на скамью подсудимых.

В 1991 году удостоенный премии «Золотой глобус» фильм «Повелитель приливов» вызвал протестную реакцию ряда психиатрических ассоциаций США, а все потому, что по сюжету между главными героями Томом Уинго (в исполнении Ника Нолти) и доктором Сьюзан Лоунстейн, психиатром из Нью-Йорка (ее сыграла Барбра Стрейзанд – она же стала и режиссером картины), случается бурный роман. Том Уинго даже не был пациентом доктора Лоунстейн, а приходился братом проходившей у нее лечение женщине, которая страдала депрессией и склонностью к суициду. Но и такого сомнительного «родства» оказалось достаточно, чтобы основанная исключительно на вымышленных событиях драма вызвала публичный протест.

Все это красноречиво свидетельствует о незрелости нашего социально-сексуального развития. Люди не готовы довериться личному мнению отдельного психотерапевта – вместо этого им требуются четкие правила, которые оградили бы их от злоупотреблений.

На мой взгляд, отношения между консультантом и клиентом представляют собой контракт, который заключается лишь на определенное (непродолжительное) время. Когда работа завершена, стороны могут забыть о его условиях и общаться уже просто как друзья. Это становится возможным, если психотерапевт осознает: он действовал лишь как орудие высших сил и в личной жизни не станет затрагивать проблемы, которые помог разрешить пациенту. Всякое ощущение превосходства постепенно исчезает, поскольку и консультант, и клиент за время своего общения кое-чему научились. Осознавая это, они расстанутся, благодарные друг другу.

Как психотерапевту себя вести

И консультанту, и клиенту полезно помнить: их взаимоотношения в некотором смысле искусственны, ведь врач не раскрывает в них собственного характера и личности. Как следствие, пациент нередко начинает идеализировать доктора и думает, будто тому не страшны проблемы, от которых страдает он сам. Поэтому психотерапевт должен помнить (а иногда и напоминать об этом подопечному), что в повседневной жизни он сталкивается с точно такими же ситуациями и трудностями. Честность поможет создать атмосферу доверия, особенно если доктор признается: его личный опыт порой весьма далек от теоретических знаний.

Тем не менее, клиенты очень часто видят в консультанте родителя и ждут, что тот укажет им, как поступить, или избавит от всех проблем. Удивительно, но многие психотерапевты попадаются в эту ловушку, хотя впоследствии к их советам мало кто прислушивается.

Практически все пациенты никогда не следуют указаниям своих консультантов, а если и делают это, то недолго. Внешне люди могут вести себя как «верблюды», отвечая: «Да, вы правы, я буду очень стараться!» Но со временем они становятся «львами» – подсознательное желание восстановить собственное достоинство заставляет их доказывать специалисту, что его советы не работают. После этого клиент может обратиться к другому психотерапевту, и все начинается по новой.

Пять способов избежать «родительского» подхода

Как психотерапевту избежать отеческого отношения к пациенту?

Выражаясь иначе, как не позволить клиенту задать такой курс занятиям и вести себя соответствующим образом?

Чтобы ответить на этот вопрос, нам нужно вернуться к шестой главе, где обсуждались модели «верблюда», «льва» и «ребенка». Консультант должен уверенно работать в состоянии «ребенка» (когда каждое его действие во время сеанса является непосредственной реакцией на поступок пациента) и забыть о стандартных образцах поведения. Поскольку тогда его действия будут спонтанными, невозможно разработать пошаговые инструкции относительно того, как консультанту следует себя вести. И все же мы рассмотрим несколько примеров из жизни и набросаем примерный план, который подскажет читателям верное направление.

Далее приведена развернутая версия пяти подсказок, как обрести присутствие, с которыми вы познакомились в третьей главе.

1. После того как клиент задал вопрос, бывает полезно выдержать паузу, а не отвечать немедленно. Ритм сеанса – то есть ритм взаимодействия психотерапевта и его подопечного, – должен задавать именно специалист. Если пациент возбужден и словно куда-то торопится, консультанту стоит намеренно замедлить темп разговора. Таким образом он уравновесит энергетику клиента.

2. Психотерапевт не обязан отвечать на все вопросы пациента. Здесь допустимо пренебречь общепринятым мнением, будто игнорировать заданный вопрос невежливо. Консультант имеет право кардинально поменять тему разговора, если такой выход из ситуации покажется ему наилучшим. Или же вместо ответа доктор может спросить человека, что побудило того заинтересоваться данной темой, каковы были его намерения. Совместными усилиями они попробуют обнаружить истину.

3. Психотерапевт должен обращать внимание на позу пациента, поскольку язык телодвижений нередко бывает более достоверным, чем вербальный текст беседы. Порой человек говорит «да» и при этом качает головой; порой он может улыбаться, одновременно сжимая пальцы в кулак. Встречаются и такие клиенты, которые пытаются полностью завладеть вниманием консультанта, пристально глядя тому в глаза. Они словно гипнотизируют специалиста, и в таком случае ему не обязательно поддерживать зрительный контакт.

4. Задавая клиенту вопрос или делая какое-либо предложение, консультант не должен отчаиваться, когда не получает немедленного ответа. Если он непременно решил придерживаться выбранного курса, спустя некоторое время допустимо повторить вопрос. К проблеме можно вернуться три раза, но не более того.

5. Иногда бывает полезно ответить пациенту парадоксом. Тем самым вы покажете подопечному, что есть вещи, которые человеческий разум постичь не способен, и сейчас как раз такой случай. Мастерами данного подхода были многие известные психотерапевты, в частности, Милтон Эриксон. В традициях дзен-буддизма парадоксальные афоризмы тоже являются излюбленным приемом – они позволяют ученикам сбросить рамки линейного, или логического, мышления и довериться своему сердцу. Похожий эффект дают и шутки: сначала они заставляют нас сосредоточиться на определенной теме, а затем внезапно происходит крутой поворот, и все переворачивается с ног на голову – и тогда вместе со смехом к человеку приходит освобождение. Чтобы рассказать читателям о виртуозном мастерстве Милтона Эриксона в парадоксах, я приведу в пример один случай. Однажды психиатру довелось столкнуться с «проблемным» пациентом, который утверждал, будто он Иисус Христос. На это заявление Милтон не преминул ответить: «Так вы, должно быть, превосходный плотник!» и отправил пациента в столярную мастерскую лечебницы, где мужчина постепенно стал вспоминать, кем является на самом деле.

Ответственность пациента

В общем и целом, лучший способ контролировать ход сеанса для психотерапевта – отказаться от какой бы то ни было программы и цели. Он не должен стремиться к заранее предопределенному исходу и не должен указывать клиенту, что делать. Последнее для нас совершенно неприемлемо, хотя именно такой, согласно общепринятому мнению, и должна быть психологическая помощь. Консультант не несет ответственность за пациента – наоборот, он предлагает клиенту самому отвечать за себя и за исход терапии.

Здесь необходимо отметить, что сеанс приносит пользу лишь тогда, когда человек по-настоящему хочет получать помощь – причем помощь определенного конкретного специалиста. Чрезвычайно важно добиться заинтересованности пациента в занятиях, если того прислало на лечение иное учреждение – например, государственная клиника (там больным иногда предлагают пройти курс занятий с консультантом в обмен на некоторые привилегии). Также стоит быть внимательным, когда сеанс оплачивает не сам клиент, а, скажем, его родители или супруг.

«Трудные» клиенты

Чаще всего психотерапевт относит пациента к категории «трудных», когда не способен с ним поладить, но такое определение весьма относительно и свидетельствует скорее о непрофессионализме, о недостаточной квалификации самого специалиста, чем об изъянах того или иного клиента. И все же существует особый тип людей, которые во время терапии все силы направляют не на решение своих проблем, а на то, чтобы установить с консультантом некую взаимосвязь.

Это своеобразная защитная реакция, а иногда и способ проверки доктора на прочность – клиент хочет удостовериться, что тому можно доверять, и лишь затем решается стать уязвимым и обнажить свои психологические раны. Такую стратегию человек обычно выбирает подсознательно. Науке психоанализа удалось достаточно подробно изучить данную область.

Приведем лишь несколько примеров.

• Клиент рассказывает психотерапевту, чего он хочет, а затем ждет, что доктор будет поступать именно так, как он задумал. Таким образом он старается контролировать ход сеанса.

• Человек не доверяет репутации специалиста, а то и открыто заявляет о его непрофессионализме.

• Женщина соблазняет и провоцирует мужчину-консультанта, желая установить над ним контроль.

• Клиент невероятно упрям и на любое предложение психотерапевта упорно отвечает «нет».

• Встречаются также и типично «хорошие» пациенты. Они всячески стараются угодить консультанту – это еще один способ контролировать ход терапии.

Имея дело с такими клиентами, нужно дождаться перерыва в их манипулятивных ухищрениях – а перерыв обязательно случится, поскольку подобное поведение быстро утомляет. Тогда-то специалист и начинает действовать по-настоящему, а по окончании благоприятной паузы вновь возвращается в состояние «покоя». Нескольких подходов обычно бывает достаточно, чтобы отучить человека от навязчивого образа поведения.

Как бы то ни было, в любой ситуации специалисту крайне важно оставаться сконцентрированным и не реагировать на провокации, а также не опускаться до манипулирования самому. Типичной ошибкой будет вести себя как «верблюд», то есть пытаться оправдать ожидания и удовлетворять всем требованиям клиента; или, наоборот, воплотить образ «льва» и занять оборонительную позицию, не принимать возражений, бороться за власть и пытаться так или иначе подавить подопечного.

Не стоит забывать: если психотерапевт старается сконцентрироваться или контролировать ситуацию, это верный признак того, что он уже потерял внутреннюю гармонию. В таком случае лучше просто принять ситуацию как есть. Позволив сеансу идти своим чередом и перестав переживать оттого, что его ходом управляет пациент, доктор словно подзаряжает свои внутренние батарейки.

Признать потерю внутренней гармонии – это единственный способ вскоре обрести ее вновь. В таком случае нужно просто прервать разговор и начать сеанс заново, словно ничего не произошло. Психотерапевт не должен стараться поправить содеянное в тот момент, когда он был «вне себя», ведь прошлого не вернешь и не исправишь – и это, наверное, к лучшему.

Клиенты, которых называют «трудными», обычно преподают психотерапевту хороший урок. Сеансы, прошедшие без сучка без задоринки, вселяют в консультанта уверенность, однако на них он вряд ли усвоит много нового, более того – он может стать чересчур самоуверенным. Не столь гладкие сеансы обычно не особенно помогают пациенту, зато психотерапевту приносят огромную пользу. По крайней мере, они учат его скромности.

Относитесь к себе с юмором

Наконец, мне хотелось бы отметить, что не стоит быть ярым приверженцем какого-то одного подхода к работе. Важно помнить: любая психотерапевтическая методика – это модель, которая отражает лишь некоторую долю реальности. Неукоснительно соблюдая заветы строгой идеологии, мы рискуем упустить из виду нечто действительно важное.

Более того, беспрекословная вера в ту или иную психотерапевтическую модель нередко делает специалистов заносчивыми и чересчур самоуверенными. Это, в свою очередь, приводит к постановке заранее предопределенных диагнозов, ведь доктор не хочет увидеть клиента таким, какой он есть. Встречаются, конечно, и менее самонадеянные консультанты – они обычно несколько более реально смотрят на вещи и готовы принять собственную ординарность. Догматизм в психотерапии недопустим; специалисту стоит стать непринужденным и не относиться к себе слишком серьезно.

Как мы знаем, самоидентификация является главной причиной психологических проблем у клиентов; то же самое верно и для психотерапевта в случае, когда он отождествляет себя с излюбленным методом работы. Преодоление пагубной самоидентификации – это лучший способ исцелиться. Перестав относиться к своей персоне чересчур серьезно, консультант докажет, что способен абстрагироваться от привычных орудий ремесла психотерапии.

Тем не менее, если доктор смотрит на себя с юмором, это вовсе не означает, что ему безразличны проблемы пациента и он не воспринимает его страдания всерьез. Напротив, такой подход позволяет специалисту раскрыться в общении с клиентами, стать более восприимчивым и искренним. А ведь иногда для исцеления человеку всего-то и бывает нужно – быть услышанным, ведь многие люди хотят, чтобы их поняли, поддержали, подбодрили, полюбили и отнеслись со всем вниманием.

Притча о мухах

Дабы завершить главу на юмористической ноте, я расскажу вам одну любопытную историю – сам я узнал о ней на лекциях Ошо. Это история о неком молодом человеке, который был уверен, будто проглотил двух мух, и те стали непрерывно жужжать у него внутри, не давая никакого покоя. Забавная ситуация в некотором отношении отображает работу психотерапевта, поскольку многие проблемы в реальности не существуют – разве только в нашем воображении.

Однажды к Ошо пришел один мальчик-подросток – вернее, его привели родители, отчаявшиеся решить проблему, которая досаждала их ребенку. Мальчик вообразил, будто проглотил двух мух, и те стали жить у него в животе, причиняя немало беспокойства. Он жаловался: насекомые летали внутри его тела повсюду и сводили беднягу с ума – даже ночью, и несчастный никак не мог уснуть.

Все уверяли мальчика: никаких мух в нем нет. В отчаянии родители водили сына по врачам и психиатрам – те обследовали ребенка, ничего не находили и безуспешно пытались убедить пациента, что это лишь плод его воображения… что любая проглоченная букашка мгновенно погибает, а значит, мухи никак не могут жужжать у него внутри.

Однако подросток продолжал настаивать на своем, хотя никто ему не верил.

В конце концов родители привели сына к Ошо, и тот сразу вынес вердикт: «Да, мальчик прав. Я вижу, внутри у него действительно живут мухи».

Мать и отец были шокированы, а мальчик тут же повеселел и сказал: «Вы первый человек, который меня понимает. Все эти доктора – просто идиоты».

Ошо предложил избавить мальчика от насекомых, и тот согласился. Мастер завязал ему глаза, уложил на кушетку и велел повторять особую мантру. Затем он быстро обежал дом и поймал двух мух, посадил их в бутылку и вернулся к ребенку.

Мастер попросил мальчика открыть рот и сообщить, когда его мучители будут пролетать мимо горла – тогда-то он их и поймает. Подросток согласился, и Ошо сделал вид, будто схватил двух мух и посадил в надежное место.

Наконец он снял повязку с глаз мальчика и продемонстрировал бутылку с мухами. Ребенок был поражен. Он испытал настоящее облегчение. «Эти две малюсенькие букашки стали для меня настоящим кошмаром! Я оставлю бутылку себе и буду показывать всем, кто мне не верил», – сказал он.

Мальчик исцелился, и прежняя проблема больше никогда к нему не возвращалась.

Часть 3

Основные психотерапевтические модели

В этой заключительной части мы сравним три психотерапевтические модели работы с людьми, рассмотрим их своеобразие, а также относительные преимущества и недостатки. Но сначала необходимо отметить следующее: как уже упоминалось, приверженец одного подхода может стать настоящим профессионалом в своей области; однако существует большая вероятность, что он привыкнет смотреть на всех пациентов под одним и тем же углом, а это значительно ограничит его кругозор.

Важно помнить: людям помогает прежде всего не метод лечения, а мироощущение психотерапевта и настрой, который тот привносит в сеанс. В любом случае хороший специалист не станет ограничиваться одним видом терапии и захочет ознакомиться с несколькими, чтобы иметь в своем арсенале больший «набор инструментов». Тогда он сможет решать, какая техника лучше всего подойдет в той или иной ситуации для определенного клиента.

В конечном итоге, любая терапия должна быть направлена на расширение сознания, а не просто на разрешение проблем. Однако некоторые методики работают непосредственно с самосознанием, в то время как другие фокусируются в основном на энергии человека и ее движении. Невозможно однозначно ответить, какая из них лучше или хуже – все зависит от того, что требуется в данный момент конкретному клиенту.

Психотерапевтические модели также различаются по принципу сбора информации и постановки диагноза. Это очень важно, поскольку, в общем и целом, жалобы, с которыми клиент обращается за помощью, крайне редко отражают суть его настоящих проблем. Поэтому основная задача консультанта как раз и состоит в том, чтобы обнаружить эти настоящие проблемы и поставить точный диагноз.

При традиционном консультировании специалист зачастую слишком полагается на слова клиента, уделяя чрезмерное внимание вербальной информации. В таких случаях бо́льшая часть сеанса обычно уходит на то, чтобы выяснить суть настоящей проблемы. Сократить поиски истины помогают специальные приемы, а также основательный систематический подход.

Три нижеприведенные психотерапевтические модели используют разные методы сбора необходимой информации о пациенте. Первая смотрит на поведение тела, вторая применяет чтение энергии, а третья – метод системно-семейных расстановок. Все три подхода пригодны к применению и могут оказать неоценимую помощь психотерапевту.

Глава 14

Телесно-ориентированные методики и эмоциональное самосознание

В данной главе мы изучим биодинамический (телесно-ориентированный) подход к консультированию на примере техники пульсаций. Этот метод лечения в 1930-е годы разработал скандально известный немецкий психотерапевт Вильгельм Райх. Позже из него выросло новое, неорайхианское, течение – этому способствовали труды Александра Лоуэна, Герды Бойсен, Чарльза Келли и многих других. Само название «пульсации» придумано уже позже Анишей Диллон, которая была студенткой у Келли и изучала его подход «корневое напряжение», пока не нашла свой собственный стиль работы. Этот красноречивый термин прекрасно описывает открытые Райхом пульсационные колебания, присущие всем формам жизни на Земле. У человека они, в частности, проявляются в виде ритмического расширения и сжатия тела во время вдоха и выдоха.

При пульсационном подходе специалист фокусируется на физическом теле пациента, а также на дыхании и внутренних потоках энергии, которые находят выражение в наших эмоциях. Психотерапевт поддерживает клиента и просит его глубоко дышать, а сам помогает подопечному «наложением рук»: дотрагивается до определенных участков тела, тем самым ослабляя мускульное и умственное напряжение и в то же время поощряя проявление чувств. Основная концепция метода такова: тело и разум человека взаимосвязаны, они зеркально отображают друг друга и с нашей помощью могут расслабиться одновременно, тогда клиент зарядится энергией и почувствует себя отдохнувшим.

Воспитание и подавление чувств

Пульсационный подход к психотерапии основан на понимании одного простого факта: воспитание, развитие и обучение серьезно влияют на нашу психосоматическую структуру (а часто и подавляют ее). Новорожденный ребенок изначально раскован и непринужден, он реагирует на все внутренние импульсы спонтанно – в том числе допускает свободное течение сексуальной энергии и не пытается его контролировать. К примеру, младенец будет открыто играть со своими гениталиями, не испытывая ни малейшего стыда или смущения.

В естественных обстоятельствах человеческий организм постоянно вырабатывает телесную энергию в количестве, не только достаточном для повседневных нужд, но и с некоторым излишком. Таким способом природа позаботилась о том, чтобы у нас всегда имелся запас сил на случай чрезвычайной ситуации. В сущности, энергия зарождается в половом центре, а также в центре хара, который находится внизу живота, затем движется по телу вверх и высвобождается на периферийных участках: через руки, ноги, глаза, голос и рот. Одно из важнейших открытий Райха заключалось в следующем: полное освобождение от энергии (в том числе и от ее излишков) происходит при сексуальном оргазме, а в отсутствие естественной разрядки люди становятся неврастениками. Далее в этой главе мы рассмотрим феномен оргазма более детально.

Абсолютно все формы жизни характеризуются наличием некого природного цикла, который обеспечивает живым существам здоровье и хорошее самочувствие: энергия собирается и накапливается до определенного уровня, а затем словно выливается через край (то есть высвобождается), после чего вновь начинает возрастать. Этот цикл подчинен определенному ритму: накопление связано с вдохом, а разрядка – с выдохом. Таким образом, энергия «пульсирует», перемещаясь от центра к периферии и обратно – от периферии к центру. Данная цикличность прослеживается у любого живого организма – от простейшей амебы до крайне сложно устроенных высокоразвитых млекопитающих вроде нас с вами.

По мере того как ребенок растет, внешняя среда начинает подавлять его естественные пульсации при помощи различных методов социального воспитания (например, поощрения и наказания). Малыш усваивает, что если вести себя «хорошо» и исполнять желания родителей, то можно получить вознаграждение; если же их не слушаться и быть «плохим», последует наказание. Как результат, ребенок начинает бояться выражать свои естественные порывы. Не получив выхода, его энергия остается заблокированной, запертой внутри. Она обращается на себя саму, и полная разрядка становится невозможной. Вместо этого часть заряда (или весь заряд целиком) сохраняется в тканях тела, что приводит к состоянию хронической напряженности в мускулатуре.

Когда такое происходит постоянно, у малыша формируется привычка сдерживаться. Его энергия остается заблокированной в мышцах, становится твердой и жесткой. Этот процесс Вильгельм Райх называл «созданием мышечного панциря». Поскольку физическая напряженность и невозможность эмоциональной разрядки всегда идут рука об руку, несложно заметить, что физиологическая привычка сдерживаться связана с аналогичной моделью эмоционального поведения (которая также известна как «характер» человека). К примеру, злые люди чаще всего обладают определенным телосложением, то же самое можно сказать и о людях трусливых. Таким образом, между характером и типом телосложения существует прямая взаимосвязь.

Данное открытие привело к возникновению новых психологических школ, которые стали изучать тело и характер в совокупности. Александр Лоуэн, в частности, разработал систему, которая позволяет психотерапевту получить некоторые данные о поведении и настроении пациента, проанализировав базовую структуру его физического тела. Специалисты, использующие метод пульсаций, работают по похожему принципу и тоже умеют «считывать» подобную информацию с человека.

Трехуровневая модель личности

Согласно психоанализу и прочим психологическим учениям, человеческий разум подразделяется на три базовых уровня: подсознание, собственно сознание и сверхсознание. Эти уровни располагаются один над другим, подобно этажам дома. Их, в свою очередь, тоже можно разобрать на составляющие части, однако мы не будем усложнять повествование и остановимся на данных трех. Кроме того, нужно иметь в виду, что такое подразделение в некотором смысле произвольно, ведь оно не соответствует физиологическому строению человеческого мозга. Тем не менее, эта классификация позволяет без труда понять принцип работы нашего разума.

Сверхсознанием управляет суперэго – своего рода внутренний священник, учитель, судья и цензор в одном лице. Все, что суперэго сочтет «плохим», подавляется и вытесняется из сознания в подсознательный уровень мышления. Таким образом суперэго пытается сделать вид, будто отвергнутого аспекта личности больше не существует. Однако в реальности он не исчезает бесследно, а просто уходит из поля зрения сознательного разума и продолжает функционировать в подсознании – косвенным, но весьма ощутимым образом.

Как видите, личность человека похожа на многослойную луковицу – ее глубинные слои скрыты в подсознании, под верхними оболочками, в попытке спрятать их от посторонних глаз. Однако такое «захоронение» зачастую имеет крайне неблагоприятные последствия и серьезные побочные эффекты. К примеру, многие люди учатся подавлять свои сексуальные эмоции, а ведь секс, как всем нам известно, является невероятно мощной энергией. Когда ее прямое выражение невозможно, она оказывается заблокирована и позже способна проявиться в виде интереса к порнографии, визитов к проституткам, насилия над детьми – или, наоборот, как яростная добродетель, стремящаяся наложить моральные ограничения на всех вокруг.

На коллективном уровне подобное отклонение от нормы наблюдается, например, когда общественность начинает проявлять нездоровое любопытство к сексуальной жизни знаменитостей. Интерес американской публики к интимным подробностям любовной связи президента Билла Клинтона с Моникой Левински, а также жажда британцев услышать записи разговоров принцессы Дианы с одним из ее любовников представляют собой типичные симптомы сексуальной репрессии.

Социальная маска

Сознательный уровень мышления обычно видится людям позитивным, поскольку отвечает за «нормальное» общественное поведение. Именно на этом уровне мы в первую очередь проявляем, например, внешнее дружелюбное отношение к миру. Мы ведем себя так, будто у нас все в порядке, вежливо слушаем окружающих, скрывая при этом свои настоящие мысли… Такова фальшивая социальная маска, которую мы показываем миру. Она действует как некий «окультуривающий» смазочный материал, который помогает людям уживаться друг с другом, избегая излишних разногласий и конфликтов.

В этой социальной игре действуют общепринятые правила. К примеру, когда кассир в супермаркете приветливо улыбается и говорит: «Добрый день, как вы себя чувствуете?», мы знаем, что нас не спрашивают о наших проблемах. Мы просто улыбаемся в ответ, отвечаем: «Спасибо, хорошо», оплачиваем покупки и уходим домой. Точно также мы стараемся избегать публичных скандалов с любимым человеком – наоборот, мы хотим произвести хорошее впечатление и на людях показываем, как сильно друг друга любим, чтобы окружающие восхитились нашей прекрасной парой.

Все социально неприемлемое (иными словами, все, что суперэго сочтет «неправильным») вытесняется на второй, более или менее бессознательный уровень. Процесс такого вытеснения начинается рано. В детстве мы постоянно слышим: «Не плачь… не будь злым… не шуми… не трогай себя там…» Очень быстро мы учимся относиться ко всем подобным импульсам отрицательно, постепенно осознавая, что это плохо и это нужно скрывать. Таким образом, второй уровень обычно негативен. Он отчасти напоминает мусорный бак, и этот мусорный бак по мере роста ребенка становится все больше и больше.

Тем не менее, наша способность к самообладанию крайне ненадежна и может подвести в любой момент, обнажив скрытый под нею негатив. Когда такое случается, мы вдруг осознаем, насколько массивен этот внутренний слой, хранящий в себе все подавляемые в течение жизни эмоции. Вот почему мы боимся открыто посмотреть на данный уровень – ведь он кажется невероятно сильным и могучим! Кроме того, мы понимаем: если выпустить скрытые чувства на свободу, это приведет к конфликту с окружающим обществом. Как всем известно, вычищать мусор из мусорного бака бывает не очень приятно.

Согласно пульсационному подходу, от социального воспитания сильнее всего страдает человеческое тело, поскольку его природные импульсы (в особенности сексуальные) порицаются и вытесняются. Пульсационная и иные телесно-ориентированные методики направлены на то, чтобы вернуть тело в естественное состояние; в этом им помогают разнообразные способы высвобождения сдерживаемой и подавляемой энергии. То есть пациенту приходится пройти второй уровень сознания насквозь и избавиться от его содержимого, позволив негативу проявиться и найти выражение.

Как только человеку удается вновь обрести свое естественное состояние, его энергия начинает свободно перемещаться внутри тела. При этом у него обычно сразу же появляются положительные эмоции – теперь они, в отличие от внешнего социального фасада, уже абсолютно настоящие. И тогда человек погружается в расслабленное и невинное состояние полноты бытия – возможно, впервые с детства. Он испытывает ощущение пульсирующей живости, радость и жажду жить. Иногда такое состояние называют третьим уровнем, однако не стоит путать его со сверхсознанием. На самом деле, это новое, свежее восприятие сознательного уровня, освобожденного и от суперэго, и от подавленных чувств подсознания.

Как мы уже рассказали, энергия характеризуется наличием импульсов, направленных как внутрь, так и наружу. Она растягивается и расширяется, а затем поворачивает назад и сжимается – такая «пульсация» составляет естественный ритм для всего живого. У человека в результате социального воспитания это движение блокируется либо во время шага вперед, либо назад, а то и в обоих направлениях. Задача специалиста по пульсационной терапии как раз и состоит в том, чтобы помочь сдерживаемой энергии найти выход и возобновить свой природный здоровый ритм.

Добиться этого можно при помощи глубокого дыхания – в особенности, дыхания животом, поскольку именно там мы можем обрести связь с собственной жизненной энергией. Конечно, с точки зрения анатомии дышать животом невозможно (делать это можно только легкими), однако во время глубокого вдоха наша диафрагма опускается, выталкивая в свою очередь и живот. Именно такой процесс мы и имеем в виду.

Дыхание животом выступает как средство, которое открывает человеку доступ к отвергаемым эмоциям и чувствам, накопленным в тканях тела, вмерзшим в его мускулатуру. Все, что прежде подавлялось, выходит на поверхность и попадает в поле зрения сознательного разума.

Психотерапевт способствует процессу прикосновениями, а также направляет и поощряет человека голосом, в то время как клиент лежит на спине и глубоко дышит открытым ртом. Кроме того, консультант периодически просит его подвигаться таким образом, чтобы «разморозить» зоны с заблокированной энергией.

Большинство наших подавляемых эмоций отрицательны, поэтому глубокое дыхание вскоре затрагивает слои злобы, ненависти, боли и страха. Тем не менее, есть у нас и положительные энергии (такие как любовь и секс), и они тоже выходят на поверхность. При пульсационном подходе процесс «разрушения панциря» обычно начинается с периферийных участков (то есть с конечностей – рук, ног и головы), а затем постепенно проникает и в центральные части тела (в живот и таз), где сосредоточены наиболее глубоко укоренившиеся чувства.

Данный уровневый подход был впервые применен еще Райхом, который обнаружил, что человеческому телу присуща сегментарная структура, напоминающая строение примитивных организмов. Например, у червя имеется ряд мускульных колец, или сфинктеров, расположенных вокруг пищевода – именно посредством сокращения и расширения этих колец червяк двигается и переваривает пищу. Аналогично, по мнению Райха, перемещается внутри сегментов тела и энергия человека: ее точно так же подталкивают ритмичные сокращения, которые мы наблюдаем в том числе при оргазме.

Исчерпывающее описание различных сегментов дано в книге Аниши Диллон «Тантрические пульсации», там же она рассказала о том, как должен работать с ними помощник. Однако здесь нам нет смысла останавливаться на этом подробно. Вот главное, что нужно понимать: основная цель такого лечения – восстановить естественный ритм пульсационного движения во всех сегментах, особенно в тех, что были «заморожены» или подавлены в результате воспитания и обучения. В ходе работы психотерапевты иногда сталкиваются еще и с «контрпульсациями», которые берут свое начало из стараний ребенка скрыть «плохие», а следовательно, и болезненные импульсы.

Пульсационный процесс можно также рассматривать как взаимодействие между «да» и «нет». Во многих райхианских и неорайхианских видах терапии специалист помогает пациенту позволить себе выразить свое «нет». Это позволяет разморозить заблокированную энергию и восстановить природный ритм, принося клиенту очищение. Таким образом, человек одновременно говорит «да» и воздает должное жизненным силам.

Мастерство работы с данным подходом, как и с другими катартическими видами психотерапии (например, первичной), состоит в том, чтобы помочь пациенту достичь позитивного уровня и научиться говорить «да» самому себе, а не оставаться в обороне, излучая сплошной негатив.

Формула оргазма

Здесь нам следует сказать несколько слов о райхианской «формуле оргазма», которая наглядно демонстрирует принцип движения энергии. Прежде чем энергия станет динамической и найдет выражение, она должна пройти фазу накопления заряда. Примером тому служит сексуальное влечение, которое возникает между мужчиной и женщиной.

Когда мужчина и женщина нравятся друг другу и начинают сближаться, они испытывают то, что мы называем возрастающим напряжением. Они могут чувствовать жар в теле или необычайное возбуждение, а при прикосновениях – словно электрический разряд. У них учащается сердцебиение, ускоряется работа мозга, повышается потоотделение… Так проявляет себя общее накопление заряда в организме.

По мере того как повышается уровень энергии, растет и напряжение: с одной стороны, мужчина и женщина хотят сохранить энергетический заряд, а с другой – ищут способы от него избавиться. Они бросаются друг другу в объятия, начинают прелюдию, а затем занимаются любовью. В это время общий уровень энергии возрастает все больше и больше, пока, наконец, не достигает наивысшей точки. Теперь ее становится невозможно сдерживать, и происходит внезапная разрядка, после чего наступает облегчение и глубокая релаксация.

В случае интимных отношений это называется «оргазмом», и одна из характеристик данного процесса такова: он остается преднамеренным, или подконтрольным человеку, только до определенного момента. Когда же «точка невозврата» пройдена, он становится непроизвольным. Тогда тело начинает содрогаться в рефлективных конвульсиях (если ему позволяют следовать природному сценарию); в это время потоки биоэлектричества проходят сквозь все ткани, и человек освобождается от накопленной энергии и напряжения. Чем меньше он будет контролировать себя в момент оргазма, тем более глубокое расслабление и счастье наступит после.

В своих работах Райх утверждает, что способность расслабиться в момент оргазма есть показатель физического и психологического здоровья человека. Техника пульсаций основана на похожем принципе: сначала пациент глубоко дышит, повышая запасы энергии, при помощи чего получает доступ к подавляемым чувствам, а затем происходит яркая эмоциональная разрядка. Работа консультанта заключается помимо прочего в том, чтобы помочь клиенту накопить достаточный заряд и не сбросить его преждевременно, а добиться по-настоящему мощного выброса. В определенный момент возрастающий уровень телесной энергии позволит специалисту увидеть наиболее напряженные участки мускулатуры. Психотерапевт сосредоточится на одном из таких участков и при помощи прикосновений и ручного давления избавит пациента от заблокированных эмоций.

Таково упрощенное описание базовой техники пульсаций и, более того, всех видов катартической психотерапии. Теперь давайте рассмотрим некоторые преимущества и практические особенности метода эмоциональной разрядки через глубокое дыхание.

Мудрость тела

В начале данной книги мы узнали, что способность прочувствовать и познать свое физическое тело является важным и необходимым шагом на пути к обретению себя. Как сказал на одной из лекций Ошо, «Духовный рост всегда зависит от отношения к собственному телу… Не познав его, вы не сможете исследовать душу». Иными словами, без здорового, уважительного отношения к собственному организму и его процессам невозможна никакая личностная интеграция, ведь все, что мы чувствуем, и все, о чем думаем, оказывает влияние на нашу плоть.

Стало быть, любая психотерапия должна в определенной мере затрагивать и тело. Преимущество телесно-ориентированных подходов наподобие пульсационного в том, что специалист с самого начала фокусируется на физической оболочке человека. Это помогает пациенту чувствовать себя уверенней и принять собственное тело вместе с особенностями его функционирования. Человеку не нужно думать о проблемах и возможных способах их разрешения; он может просто лечь и начать глубоко дышать по методу пульсаций. Он должен поверить: все действительно важное найдет свое физическое, эмоциональное и энергетическое выражение.

Это помогает клиенту перестать отождествлять себя с разумом и его склонностью анализировать, интерпретировать и оценивать все, что происходит. Взамен рассудку предстоит сконцентрироваться на дыхании – процессе, который происходит здесь и сейчас и имеет непосредственное отношение к медитации; вот почему в буддизме принцип осознанного дыхания тысячелетиями использовался в качестве главной медитативной методики. Чередуя вдохи и выдохи, человек получает возможность вступить в прямой контакт с собственным телом и с настоящим моментом. С точки зрения психотерапии и консультирования это уже огромный шаг к исцелению.

Тем не менее, если работать только на уровне тела и эмоций, некоторые проблемы останутся неразрешенными. Психотерапевт, следующий неорайхианской теории, рискует зациклиться на формуле заряда-разрядки и не станет искать высшие уровни сознания. А пациент, научившись эмоциональной экспрессии, может стать от нее зависимым. Подобно тому, как прежде клиент постоянно подавлял эмоции, теперь он привыкает их выражать. Подлинное же преображение связано с ростом самосознания – добившись его, человек сможет сам решать, высказаться ему в данный момент или смолчать. Кроме того, экспрессивность порой является способом убежать от реальных чувств: к примеру, выражая злость, нам легче чувствовать себя в безопасности, однако под внешней злостью нередко прячутся уязвимость и страх.

Необходимо помнить, что конечная цель психотерапии – не избавить нас от эмоций (и даже не способствовать их выражению), а помочь нам эти эмоции осознать, понять принцип их работы и воздействия на тело. На начальной стадии пациенту бывает полезно и покричать, и повизжать – особенно, когда переживания и энергия переполняют. Однако позже ему важнее их сохранить и просто прочувствовать все, что накопилось, ничего больше не предпринимая.

В ходе работы над пульсациями структура тела человека может измениться. «Панцирь» обычно исчезает, а течение энергии возобновляется – все это очень хорошо. Однако опытный психотерапевт должен позаботиться о том, чтобы клиент не переживал по данному поводу. Не стоит забывать: человеческое тело легко усваивает привычки и склонно повторять опыт прошлого; порой оно возвращается к старым сценариям даже после того, как заблокированная энергия нашла выход. Подлинное преображение всегда затрагивает и самосознание.

Усилие, не требующее сил

Пульсационный подход и другие техники работы с дыханием требуют от клиента дышать намеренно глубоко, иначе результат не будет достигнут. В то время как человек старается так и делать, процесс остается под его контролем, а значит, он ограничен. В определенный момент пациент должен уметь преодолеть усилие и довериться собственному телу, его ощущениям и желаниям. Чтобы достичь более глубокого уровня интеграции, или озарения, ему нужно поддаться телесным импульсам и телесной энергии.

Вот здесь-то и порой и возникают трудности. Например, клиент может не захотеть прилагать усилия – он будет сознательно или неосознанно сопротивляться процессу, и тогда у него не получится накопить заряд энергии, а следовательно, не произойдет и разрядки. Или пациент не сумеет ослабить контроль в точке невозврата, и все его усилия лишь выльются в еще одно ненужное препятствие.

Всякий новый опыт требует от нас готовности открыться навстречу чему-то большему, нежели то, что мы, как нам кажется, уже знаем. Иногда клиент примерно представляет, чего он хотел бы добиться в ходе сеанса – например, избавиться от злости или выразить свою боль. Пациент может сравнить нынешний сеанс с предыдущим, в таком случае он теряет связь с настоящим моментом, концентрируется на будущем и начинает ориентироваться на цель. Он не только не избавляется от напряжения, но и может усугубить ситуацию, препятствуя эмоциональной разрядке.

В силу данных причин необходимое в начале сеанса усилие может войти в привычку и в дальнейшем не позволит человеку двигаться вперед, избавляясь от старых сценариев. В таком случае психотерапевту важно сконцентрироваться не на накоплении энергии, а на релаксации, и помочь подопечному осознать повторяющийся цикл. Это становится возможным только тогда, когда специалист и сам не зациклен на определенной технике, а способен увидеть картину целиком.

Уравновешиваем негативное

Как уже упоминалось, приступив к глубокому дыханию, мы вскоре лицом к лицу сталкиваемся с подавленным негативом. Порой такое бывает непросто пережить – в частности, когда человек сидит на вулкане эмоций или долгое время старается держать свои чувства под жестким контролем. Внезапная встреча с большим количеством негатива может оказаться выше его сил – особенно, если ее не уравновесить благоприятным состоянием внутренней гармонии. Порой ситуация усугубляется еще больше, когда пациент чувствует давление со стороны психотерапевта или других участников группового сеанса.

Людей, страдающих от эмоциональной травмы, можно исцелить при помощи выталкивания глубинных чувств на поверхность. В ходе катартического сеанса рано или поздно создается момент, когда человек начинает заново переживать травматическое событие прошлого – данное явление называется «вхождением в травматический водоворот». Вместо того чтобы помочь пациенту переварить и завершить прошлое, это может лишь усугубить ситуацию. Психотерапевт, имея дело с душевной травмой, должен помочь подопечному сосредоточиться на телесных ощущениях и положительных эмоциях. Работу с дыханием следует вводить постепенно, давая человеку время прочувствовать собственное тело и привыкнуть к высокому уровню энергетического заряда.

Подавление, экспрессия и локализация

Ошо неоднократно отмечал, что подавление противоположно жизни; это особая форма суицида, при которой мы убиваем собственную энергию и все же продолжаем непостижимым образом влачить жалкое существование. Поэтому пульсационный подход и прочие техники, пробуждающие энергию, имеют огромное значение.

Так или иначе, а одна из трудностей катартической работы такова: люди слишком зацикливаются на эмоциональном выражении, зато очень неохотно учатся локализовать разбуженный заряд. Пациент должен суметь превратить собственное тело в надежное хранилище для чувств и энергии, а экспрессия может составлять лишь некоторую долю данного процесса. Конечно, нужно понимать разницу между локализацией и контролем, но не стоит однозначно относить контроль к негативным тенденциям, ведь порой он нам по-настоящему необходим и полезен. К примеру, эмоционально травмированный человек должен научиться себя контролировать и не пускать ситуацию на самотек – только тогда он со временем сможет по-настоящему расслабиться и исцелиться.

В сбалансированном подходе к психотерапии найдется место и экспрессии, и локализации. Такой метод принимает во внимание и то, насколько быстро (или медленно) с тем или иным клиентом можно приступать к главной проблеме. Безопаснее всего работать не спеша, периодически убеждаясь, что подопечный чувствует достаточную поддержку и доверие. Слишком торопливые пациенты, которые хотят мгновенно добиться всего и сразу, обычно не осознают собственных страхов и подавляемых чувств.

Три способа дыхания

По тому, как человек дышит, можно понять и его отношение к жизни. Мы вдыхаем кислород и выдыхаем углекислый газ, мы получаем жизненную энергию, а отдаем все ненужное нашему телу. С каждым новым циклом происходит небольшая зарядка и разрядка. Делая вдох, мы позволяем себе чувствовать, делая выдох, мы выражаем и отпускаем свои чувства.

Под влиянием воспитания этот естественный процесс отдачи и получения нарушается. Как результат, люди привыкают либо вдыхать неполной грудью, либо выдыхать неглубоко, либо же дышать поверхностно в обоих направлениях. Тип дыхания формируется в течение долгих лет как условный рефлекс; по нему можно определить образ жизни человека и его взаимоотношения с собственными эмоциями.

Тот, кто выдыхает не полностью, препятствует высвобождению исходящих потоков – в том числе и отрицательных эмоций вроде злости. Обычно таких людей переполняет энергия на периферийных участках тела, поскольку часть ее не может найти выражение. Специалист должен помочь пациенту выпустить такие излишки на выдохе. Этого можно добиться движениями рук, ног, глаз и челюстей, а также при помощи слов и звуков.

Тот, кто неглубоко вдыхает, препятствует входящим потокам дыхательной пульсации, а значит, не позволяет накопиться достаточному заряду. Вот почему такие люди постоянно выглядят уставшими и обессиленными. В этом случае необходимо помочь клиенту полнее прочувствовать свои эмоции (особенно страх или ужас), и тогда заряд постепенно начнет накапливаться в организме.

Третий неправильный способ характеризуется тем, что человек не вдыхает и не выдыхает полностью и носит мощный заряд в самом центре тела. Люди данного типа обычно имеют миниатюрное телосложение. Психотерапевт должен помочь такому пациенту задышать полной грудью, чтобы скорректировать оба направления пульсации. Поначалу это может вызвать болезненные ощущения.

Каждый из трех вышеописанных способов соотносится с определенным типом телосложения и отвечает за блокирование определенных эмоций. Какое бы откровение ни снизошло на клиента в процессе глубокого дыхания, ему прежде всего необходимо осознать свою изначальную, неправильную модель, чтобы иметь возможность ее исправить.

И в заключение скажем: человек должен использовать дыхательную методику для того, чтобы полнее осознать настоящий момент, а принесет ли ему этот момент эмоциональную разрядку, уже не столь важно. Фокус внимания всегда остается на чередовании вдохов и выдохов, а не на той энергии, что выходит на поверхность. Дыхание служит человеку проводником, и он всегда должен помнить о его первостепенной важности.

Конечно, некоторые действия и усилия от клиента все же потребуются, но эти усилия должны быть «непринужденными». Мы не стараемся ускорить процесс или результат. В то же время пациенту нельзя позволить совсем ничего не делать, ведь в таком случае не будет и исцеления. Избегайте этих двух крайностей, и тогда пульсационная (или иная) дыхательная методика поможет вам отправиться в увлекательное путешествие к самопознанию.

Пример сеанса пульсационной психотерапии

Вольфганг – высокий мужчина, ему около сорока лет. У него сильное тело, причем в верхней части корпуса, вокруг рук и плеч, отчетливо заметна напряженность. Что касается характера Вольфганга, он кажется вполне дружелюбным, и не похоже, чтобы ранее ему уже приходилось иметь дело с дыхательными упражнениями.

Предварительно побеседовав с клиентом, психотерапевт просит его лечь на спину, согнуть ноги в коленях, а ступни поставить на матрас. Таково стандартное положение тела для пульсационных сеансов – оно помогает человеку почувствовать себя уверенней, оставаться в полном сознании и не заснуть (если это случится, ноги упадут в сторону).

Пациента просят открыть рот и дышать через него, постепенно усиливая глубину и интенсивность процесса. Ему нужно представить, будто воздух опускается до самых глубин его живота. Вначале все внимание сосредоточено на вдохах – они должны быть продолжительными и бесперебойными; между вдохом и выдохом нельзя допускать длительных пауз. Это способствует накоплению заряда энергии в теле и помогает клиенту войти в контакт с собственными чувствами.

Психотерапевт поощряет дыхание, дотрагиваясь до живота пациента и снимая таким образом напряженность в мышцах. Спустя некоторое время он уделяет внимание и диафрагме, которая является одним из важнейших участков тела, задействованных в дыхании. Именно здесь чаще всего кроется источник проблем, ведь для того, чтобы заблокировать нежелательную эмоцию, достаточно всего лишь прекратить дышать. Вот почему у большинства людей диафрагма напряжена. Если ослабить напряжение слишком быстро, человека захлестнет волна эмоций. Поэтому психотерапевт должен действовать уверенно, но осторожно, не стремясь к быстрой развязке и учитывая возможности пациента.

Ситуация Вольфганга такова, что он привык сдерживаться на вдохе, а это в свою очередь не позволяет ему и выдохнуть до конца. Кроме того, мужчина постоянно порывается закрыть рот, и консультант периодически касается его подбородка, напоминая о том, что рот нужно держать открытым.

Доктор просит Вольфганга постепенно увеличивать интенсивность и глубину дыхания, но не напрягаться и не допускать длительных промежутков. Психотерапевт слегка касается ног и ступней пациента, помогая тому не терять связи с нижними конечностями. В дальнейшем он просит Вольфганга подвигать тазом в такт дыханию, и пациент начинает совершать произвольные движения, которые еще больше укрепляют его связь с нижней частью тела. Одновременно высвобождается и вся заблокированная в тазовом отделе энергия.

В общем и целом, психотерапевт старается увеличить объем перемещающейся по телу энергии, ведь она помогает распознать «замороженные» участки – те, что не участвуют во всеобщей пульсации. Таким образом, доктор может понять, куда (и для чего) нужно приложить руки.

Вольфганг продолжает накапливать заряд энергии в организме, и его плечи, шея и челюсти напрягаются все больше и больше – это отчетливо видит специалист. Он просит мужчину обратить внимание на проблемные участки и поэкспериментировать: какое телодвижение сможет помочь ослабить натяжение? Одновременно (с той же целью) психотерапевт прикасается к сведенным мышцам.

Спустя некоторое время Вольфганг по просьбе доктора открывает глаза и смотрит на него – это способствует высвобождению энергии через глаза. Кроме того, теперь пациент должен определить: не сковывает ли его движения страх – в частности, страх показаться сердитым? В случае Вольфганга именно исходящий поток энергии требует поддержки.

У Вольфганга достаточно веры и внутренней уравновешенности, чтобы радоваться растущему ощущению силы, мощи и жизненной энергии, которое он испытывает по мере накопления заряда. Сеанс продолжается, и вот уже пациент начинает стучать по матрасу пальцами и подошвами; он производит немало шума, входя в контакт с прежде подавляемым чувством злости. Его обычная улыбка уступает место более правдоподобному выражению лица.

После каждого периода экспрессии психотерапевт просит Вольфганга снова сфокусироваться на дыхании и обратить внимание на возросшую емкость легких, а также на внезапно расширившиеся границы сознания. Посредством прикосновений и вербальных подсказок консультант помогает пациенту возобновить связь с собственным телом и дыхательным процессом и открыться навстречу любым ощущениям настоящего момента – в том числе, воспоминаниям о прошлом.

Таким образом, Вольфганг поочередно проходит стадии заряда и разрядки и постепенно начинает ощущать все возрастающую силу и целостность. Вместе с тем повышается и его общий жизненный тонус. При этом фокус внимания все время остается сосредоточен на дыхании.

По окончании третьего цикла психотерапевт помогает мужчине расслабиться. Прежде чем завершить сеанс, он дает подопечному время на интеграцию, позволяя «закрепить» новообретенное ощущение жизненной силы во всем теле. Телесные ощущения помогли Вольфгангу осознать собственную привычку сдерживаться при общении с людьми. Он постоянно спрашивал одобрения окружающих, что оказывало неблагоприятное воздействие на его энергетику и в итоге выливалось в эмоциональное и физическое напряжение.

В конце сеанса мужчина понимает: теперь он может просто радоваться своей силе и энергии и не зависеть от окружающих, не искать их одобрения. А значит, теперь ему уже не нужно так часто надевать «добрую» маску. Он открыл путь к настоящему счастью. Достаточно было лишь осознать: не прочувствовав негативные стороны собственной энергетики (к примеру, злость), невозможно по-настоящему испытать и положительные чувства вроде любви.

Таков всего лишь один пример пульсационного подхода в действии. Мы увидели, как психотерапевт помог клиенту достичь внутренней гармонии и полноты бытия, используя базовый метод заряда-разрядки для высвобождения заблокированной энергии и возобновления природного ритма тела.

Глава 15

Работа с энергией

При работе с энергией психотерапевт подходит к проблеме не напрямую, а окольными путями. В то время как специалист по пульсационной терапии концентрируется на напряженных участках тела и пытается высвободить заблокированные эмоции, в данном подходе все внимание направлено на поддержку и подпитку уже свободной и здоровой энергии. Основная идея такова: сосредоточившись на состоянии полноты бытия, клиент вспоминает о своих положительных качествах; это создает позитивный настрой, который помимо прочего помогает человеку преодолеть склонность разума зацикливаться на неприятностях.

Таким образом, здоровые аспекты личности получают поддержку и развиваются; отрицательные же стороны требуется на определенном этапе признать и принять – не бороться с ними, а просто осознать. Этот подход базируется на принципе, о котором мы рассказывали в начале книги: любое негативное качество представляет собой лишь отсутствие естественного положительного состояния – так, например, тьма есть не что иное, как отсутствие света. Пытаясь устранить нежелательные состояния, мы материализуем их и делаем реальными.

Конечно, на определенном этапе работы нам все же может понадобиться устранить негатив, однако это допустимо, только когда пациент уже достиг достаточной духовной зрелости, и ни в коем случае не в начале сеанса. Вместо того чтобы атаковать эго напрямую, основные усилия должны быть направлены на поддержку внутренней гармонии, поскольку «структура эго» в реальности не существует – она есть лишь отсутствие. Например, если клиент хочет избавиться от злости, психотерапевт не станет помогать ему выпустить гнев на свободу; вместо этого доктор поощрит в подопечном чувство любви к себе, даже если гневные эмоции никуда не уйдут.

Иными словами, стоит только поддержать обделенные вниманием качества характера пациента, и тогда преображение затронет и все остальные аспекты (в виде побочного эффекта). Аналогичный подход должен применяться и в отношении других отрицательных эмоций: скажем, страх можно классифицировать как отсутствие доверия, боль – как отсутствие радости, и так далее. А значит, главное в данной методике – сформировать прочную позитивную связь человека с его собственной сущностью. Лишь установив такую связь, можно приступать к разрешению каких бы то ни было личностных проблем.

Американский психотерапевт Сагаприя Делонг разработала две методики работы с энергией: психический массаж и Звезда-Сапфир – на примере этих моделей мы и расскажем вам о данном подходе к консультированию. И в психическом массаже, и в методе Звезда-Сапфир с самого начала сеанса все внимание должно быть направлено на самосознание. Не следует слишком много думать о динамическом движении энергии. Вот почему термин «работа с энергией» порой вводит людей в заблуждение – судя по названию, несложно решить, будто психотерапевт фокусируется на состоянии энергетических токов в организме пациента, тогда как на самом деле он обращается к сознанию подопечного. Далее мы увидим, что энергию и сознание возможно рассматривать отдельно друг от друга.

Самосознание – это не то качество, которое психотерапевт может дать клиенту, ведь оно у человека присутствует с рождения. Поэтому нужно лишь создать благоприятную атмосферу, и все скрытое самопроизвольно выйдет на поверхность. Общераспространенное представление, будто специалист должен ответить на вопрос, с которым пациент приходит на прием, и тогда тот сразу поймет, что делать, в корне неверно. Преображение происходит, когда на человека снисходит внезапное озарение, откровение, причем он до всего додумывается сам. Психотерапевт же словно выступает в роли повивальной бабки, помогая клиенту произвести на свет высшее состояние сознания.

Таким образом, эффективен тот сеанс, на котором сознание пациента переключается с разума на бытие, с плохого на хорошее; на котором человек начинает смотреть внутрь себя, а не на окружающих, и радоваться тому, что имеет сейчас.

Энергия и сознание

Отражение абсолютно любых событий можно «увидеть» или «засвидетельствовать» на внутренней поверхности нашего сознания. Порой они проявляются в виде картинки, иногда – в виде чувств, ощущений или мыслей. Медитация напрямую обусловлена способностью человека за этими событиями наблюдать, и такая способность у всех людей разная. Кому-то созерцать, не отождествляя себя с происходящими событиями, легко, другим это дается сложнее. Личностный рост связан с развитием навыков самонаблюдения; кроме того, пациент должен научиться говорить «да» всему, что происходит вокруг. По-другому это называется приятием.

Представим, к примеру, что один человек завистлив и полностью солидаризуется с данным качеством – он совершенно не способен от него отстраниться и посмотреть на себя со стороны. Другой тоже завистлив, но знает об этом, и такая черта собственного характера ему совсем не нравится, он отвергает ее как неприемлемую. Третий, опять же, завистлив, знает об этом, однако принимает себя таким, как есть, и не осуждает. Всех трех человек объединяет одна и та же отрицательная черта – зависть, но относятся они к ней совершенно по-разному.

Итак, в ходе сеанса психотерапевт обычно замечает две вещи: он может, во-первых, почувствовать энергетику клиента (в нашем случае это энергия зависти), а во-вторых, способен определить уровень самосознания подопечного и его готовность сказать «да» настоящему. В методиках психического массажа и Звезда-Сапфир такая готовность сказать «да» обозначается специальным словом – «резонанс». Как уже говорилось в третьей главе, определив уровень резонанса, психотерапевт может понять, насколько его пациент солидарен с собственным разумом и насколько сильна его связь с самим собой. Дальнейшие шаги консультанта будут зависеть уже от конкретного уровня резонанса каждого клиента.

Семь чакр: чтение энергии и резонанс

В предыдущей главе мы рассказали о том, как эмоции могут блокироваться в теле и мышцах. На самом деле весь наш жизненный опыт, включая мысли, воспоминания и тончайшие оттенки эмоций, нередко остается внутри нас. Тело не просто содержит в себе всевозможные энергии, но и в разных участках бывает более или менее «живым» или сознательным – иными словами, более или менее «резонансным».

Разработав методику «считывания» резонанса клиента и его энергетики, Сагаприя Делонг нашла путь к пониманию различных человеческих эмоций и черт характера. Кроме того, ее техника позволяет выяснить, в каких участках тела у пациента сосредоточено максимальное сознание.

Сеанс проходит следующим образом. Предварительно побеседовав с клиентом, психотерапевт просит его лечь на спину на кушетку и закрыть глаза. Когда тот уляжется поудобнее, специалист вытягивает одну руку на расстояние около десяти сантиметров над пациентом, чтобы оценить его энергетику и уровень резонанса.

Доктор водит рукой над каждой «чакрой» и считывает энергию и резонанс всех ключевых точек. Многие из вас наверняка знают, что концепция чакр зародилась в Индии, и данным термином обозначаются энергетические центры тела. Они обладают определенными качествами, причем каждый из них отражает разные аспекты энергетики человека. Количество чакр варьируется от пяти до девяти (существуют разные религиозные системы), однако традиционно из общего количества выделяется семь:

1. Корневая чакра, или центр секса, – в основании позвоночника.

2. Эмоциональная чакра – немного ниже пупка.

3. Чакра власти – в зоне солнечного сплетения.

4. Сердечная чакра – посередине грудной клетки.

5. Горловая чакра – посередине шеи.

6. «Третий глаз» – между бровями.

7. Венечная чакра – на макушке головы.

Чакрам и их свойствам посвящены целые тома, однако для того чтобы понять основной принцип работы с энергией, будет достаточно и нашего краткого определения. Считывая информацию с чакр, психотерапевт получает подробную карту энергетики пациента, его чувств, структуры мозга и самосознания. Например, он может увидеть, в каких местах тело человека открыто и расслаблено (то есть находится в состоянии резонанса), какие чувства, эмоции и воспоминания хранятся в каждом конкретном мускуле.

Эта информация вкупе с тем, что клиент рассказал в начале сеанса, очень полезна психотерапевту. Она помогает ему решить, с чего начать работу, на чем сосредоточить основное внимание и как много поддержки оказывать, а также стоит ли обращаться к проблеме напрямую, и какого результата можно ожидать по окончании лечения.

Изначальное предназначение данной книги – помочь психотерапевту организовать свою работу. Так или иначе, а в ходе сеанса специалист обычно рано или поздно рассказывает клиенту о том, что ему удалось выяснить. Это нужно делать, ориентируясь исключительно на потребности подопечного (и ни в коем случае не из желания поделиться своими знаниями).

Четыре потенциальные возможности

Помимо исследования чакр, специалист считывает еще и общий уровень резонанса и энергетики клиента. Таким образом он словно бы составляет полное представление о доме, после того как заглянул в каждую из его комнат. С точки зрения резонанса, этот этап проходит в форме количественной оценки (причем к общей картине добавляется еще и оценка каждой отдельной чакры). Он позволяет доктору понять, когда клиента стоит прервать или вступить с ним в конфронтацию, поработав над корнями его личностной структуры, а когда – поддержать и помочь наладить связь с самим собой.

По общему уровню резонанса пациентов можно разделить на четыре основные категории: без резонанса, со слабым резонансом, со средним резонансом и с высоким резонансом. Такая классификация в определенной мере произвольна, поскольку данное понятие не поддается количественному исчислению, однако на практике она оказывается весьма полезной.

1. Клиенты без резонанса

Если психотерапевт не обнаруживает резонанса ни в одной части тела, а также в организме в целом, то его пациент относится к первой категории. Это обычно означает, что у человека прежде не было опыта медитации, он не умеет говорить «да» настоящему моменту и не осознает собственной сущности. Во время сеанса безрезонансному клиенту прежде всего необходимо научиться медитировать. У людей данного типа всегда много желаний и личностных проблем, но эти проблемы вряд ли получится разрешить на приеме у специалиста. Правильнее будет помочь такому пациенту перестать отождествлять себя с неприятностями. Он должен научиться радоваться жизни, даже когда не все его проблемы улажены.

2. Клиенты со слабым резонансом

Если психотерапевт отчетливо улавливает резонанс хотя бы в одной чакре, причем общий уровень резонанса невысок, значит, пациент относится ко второй категории. Такие люди обычно знакомы с медитацией и могут достигать внутренней гармонии, однако при малейших трудностях сразу же теряют связь с собой. Порой они бывают по-настоящему счастливы, но стоит лишь проблеме появиться на горизонте, как клиент вновь переключается на волну разума и погружается в заботы и тревоги. Тогда как первому типу людей нужно помочь обрести себя, этих пациентов стоит поддержать, чтобы они обрели уверенность в своих способностях к релаксации.

3. Клиенты со средним резонансом

Пациенты третьей категории обладают средним резонансом как минимум в одной чакре и более или менее различимым – в остальных чакрах (при среднем общем уровне резонанса). В таком состоянии человек словно бы одной ногой стоит в области желания, а другой – в мире внутренней гармонии. Пятьдесят процентов времени он проводит в состоянии тревоги и напряженности, а остальные пятьдесят радуется и расслабляется. Он обладает способностью к самонаблюдению, однако при длительном противостоянии трудностям начинает отождествлять себя с мыслями и чувствами, забывая свою «истинную сущность». Соответственно, работа психотерапевта должна на пятьдесят процентов состоять из поддержки и на пятьдесят – из конфронтации. Когда клиент впадает в самоидентификацию, доктор поддерживает его и помогает вновь наладить контакт с собой; когда же ему это удается, специалист обращается собственно к проблемам. Принцип работы в данном случае такой же, что и в маятниковых колебаниях, описанных в двенадцатой главе.

4. Клиенты с высоким резонансом

Пациенты последней категории обладают средним резонансом более чем в одной чакре и высоким уровнем общего резонанса. Такие люди способны долгое время осознавать собственную суть, даже если ситуация накаляется и становится по-настоящему трудной. Это единственный случай, когда нам не нужно начинать сеанс с поддержки, ведь клиент уже обладает внутренней гармонией. Он достаточно зрел, чтобы оставаться на связи с собой и без посторонней помощи. А значит, мы можем сразу сосредоточиться на беспокоящей человека проблеме.

Типы обследования

Каждая из этих четырех категорий клиентов в соответствии с присущим ей потенциалом требует особого типа лечения, даже если проблема одинакова для всех. К примеру, когда дело касается болезненного разрыва любовных отношений, возможные сценарии могут выглядеть так.

Первый тип: психотерапевт всеми силами старается установить связь с истинной сущностью человека, чтобы тот хотя бы на секунду смог отстраниться от ситуации и расслабиться. Доктор не «работает» непосредственно с проблемой – слишком сильна самоидентификация с ней клиента; все, что требуется от его подопечного – научиться абстрагироваться от неприятностей.

Второй тип: клиент знает, что такое релаксация, но постоянно впадает в состояние желания (желания потерянного партнера). Психотерапевт напоминает несчастному о положительных аспектах его жизни, где тот может найти успокоение. Доктор помогает подопечному понять, что с потерей партнера из его жизни ушла далеко не вся любовь, и работает над укреплением его уверенности в себе. Психотерапевт сочувствует его боли, но не поощряет желания вернуть любовника назад, как и стремления с головой погрузиться в грусть и тоску. Основная работа направлена на поддержку пациента, и здесь можно ориентироваться на пример, приведенный в девятой главе.

Третий тип: сначала такого человека нужно поддержать, как и предыдущего. Затем психотерапевт может приступать к конфронтации – он просит клиента вспомнить о том, что привело к разрыву отношений. Когда пациент слишком увлекается – скажем, начинает винить себя и теряет связь с реальными чувствами, – специалист делает паузу и обращается к приятным воспоминаниям. Он помогает подопечному вспомнить об ответственности и о своей истинной сущности. В ходе терапии внимание попеременно уделяется то поддержке, то разрешению проблемы, как показано в десятой главе.

Четвертый тип: такой человек не нуждается в поддержке, поэтому прием можно начинать непосредственно с работы над самой проблемой. Как мы уже отметили, данный тип клиентов живет в состоянии полноты бытия; они способны сохранять внутреннюю гармонию, даже вспоминая о недавней душевной боли, утрате и сценариях поведения в любовных отношениях. С этим человеком можно безбоязненно вступать в конфронтацию – в ходе нее он сможет понять, в какой мере сам способствовал разрыву, и посмотреть на свои отрицательные стороны. Бо́льшую часть времени следует уделить исследованию различных аспектов проблемы. Пример такого сеанса вы найдете в конце этой главы.

Мужская и женская полярности

В психическом массаже и в методике Звезда-Сапфир применяется та самая модель полярности внутренний мужчина – внутренняя женщина, которая была описана в восьмой главе. Она помогает лучше понять процесс личностного развития. Как вы уже знаете, если мысленно разделить тело человека вертикально пополам, то левая половина будет олицетворять женскую энергию, а правая – мужскую.

Основа, или корень, обеих энергий располагается в ногах пациента. Поэтому психотерапевт, применяя психический массаж или методику Звезда-Сапфир, считывает информацию с обеих конечностей. Это позволяет ему оценить уровень резонанса и энергетику мужской и женской сторон. В начале сеанса доктор по очереди берет в руки каждую из ступней клиента – таким образом он проникает в суть внутренней полярности. После этого специалист может решить, какой энергии стоит уделить основное внимание и оказать максимальную поддержку: мужской или женской.

Как правило, одна сторона у человека обладает бо́льшим резонансом, чем другая – то есть одна из них духовно более развита. У клиентов со слабым резонансом нередко именно менее развитая сторона оказывается источником проблем. Она, к примеру, может пытаться доминировать над противоположной энергией, уверенная в собственном превосходстве. Более зрелую половинку в таком случае нужно поддержать и создать ей условия для роста, чтобы она (или же он) смогла за себя постоять. У людей с высоким резонансом, наоборот, трудности обычно вызывает сильная сторона – нередко бывает, что она осуждает слабую и не дает ей покоя. Подобным образом проявляет себя так называемое «духовное» эго, которому психотерапевт противостоит в ходе сеанса. Однако все это лишь общие ситуации, и не стоит забывать: каждый случай уникален и требует индивидуального подхода. Несколько распространенных примеров мы приводили в седьмой и восьмой главе.

При психическом массаже мы воздействуем на внутреннюю полярность человека, главным образом при помощи растираний и прикосновений (и еще в конце сеанса с пациентом можно немного поговорить). А в методике Звезда-Сапфир применяется уже знакомая нам разновидность гештальт-терапии, когда женская и мужская половинки раскрывают свою сущность и начинают общаться друг с другом. Здесь мы рассматриваем внутреннюю женщину и внутреннего мужчину как двух партнеров и обращаем внимание на особенности их взаимоотношений. При этом наша главная задача – помочь каждой стороне обрести силу и найти выражение.

Условные рефлексы и резонанс

Под выработкой условных рефлексов понимается некий процесс, в ходе которого происходит отрицание, подавление или изоляция различных аспектов человеческой психики. Такое отрицание обычно навязано идеалами и убеждениями, позаимствованными ребенком у общества. Они-то и указывают нам, как себя следует вести. Столкнувшись с проявлением неприемлемой с точки зрения этих идеалов энергии (скажем, со злостью, чувственностью, печалью или даже радостью), человек начинает ее отвергать. Одновременно он старается сымитировать поведение, которое принято считать рекомендуемым и желательным. В четвертой главе мы объясняли, что такая привычка порождает лицемерие; а в четырнадцатой рассказали о том, как происходит подавление реальных чувств.

Отвергнутая частичка личности никуда не исчезает – она остается с нами в виде отринутой энергии. Психотерапевт, считывая энергетику пациента, способен такую энергию уловить; ее восприятие будет зависеть от степени ее отчужденности. Одновременно доктор определяет уровень внутренней гармонии и выносит вердикт: безрезонансен ли клиент или же (как в большинстве случаев) некоторое количество резонанса все-таки присутствует. Немаловажно и то, насколько глубоко «спит» та или иная часть тела. Области, где любая энергия принимается благожелательно и радушно, специалист сочтет «резонансными». Чем выше степень приятия, тем более гармоничным является участок. Итак, градация существует не только у резонанса, но и у его отсутствия.

Если образно представить тело человека в черно-белом цвете, то «белые» оттенки будут олицетворять резонанс и жизненную силу, а «черные» – дисгармонию и нежелание жить. Светлые блики относятся к нашей истинной сущности, а затененные зоны – к разуму и условным рефлексам. А значит, посмотрев на эту картинку, мы должны расширять свои «белые», резонансные участки тела. Так метафорически можно описать суть релаксации, самоприятия и духовного развития.

Переучиться и исправиться

Процесс перевоспитания представляет особый тип работы с энергией, когда человек забывает старые правила жизни и возвращает свой организм в резонансную систему. Например, если прежде клиент мыслил в стиле: «Я добрый и могу радовать окружающих, не требуя ничего взамен», ему нужно научиться прислушиваться к самым потаенным участкам своего сознания – именно им порой известна противоположная истина. Этот внутренний голос старается рассказать нам о наших настоящих потребностях, и чтобы суметь его услышать, человек должен отказаться от навязанных ему когда-то представлений о мире. К примеру, не стоит больше верить, будто только слабые люди могут в чем-то нуждаться, а значит, это «плохо».

На такую работу можно посмотреть и несколько иначе: в процессе нее мы помогаем энергии вернуться в свое естественное состояние, отказываемся от желаний и начинаем радоваться сегодняшнему дню. Любая отвергнутая эмоция получает шанс на преобразование – к примеру, то, что в начале сеанса казалось человеку «слабостью», позднее он сочтет ранимостью.

В рамках динамики внутренний мужчина – внутренняя женщина каждой из сторон необходимо научиться самостоятельности. Не стоит надеяться на партнера, который исполнил бы все наши желания – нужно просто расслабиться и наслаждаться жизнью.

В рамках практической работы на сеансе многое зависит от того, как специалист прочтет резонанс и оценит потенциал пациента, поскольку именно эти индикаторы позволяют психотерапевту решить, что делать дальше.

Здесь можно выделить четыре основных шага:

1. Обнаружение резонанса.

2. Поддержка резонанса.

3. Усиление резонанса.

4. Восстановление естественного состояния.

Последний пункт относится к работе с безрезонансными частичками личности – им психотерапевт помогает расшевелиться и вернуться к жизни. Такой результат достигается не благодаря неким действиям в привычном смысле слова (ведь личностное развитие и отказ от желаний – это не то, что можно «сделать»), скорее, он приходит как побочный продукт осознания. Психотерапия помогает подготовить для такого осознания богатую почву.

Научившись слышать собственный внутренний голос, человек обязательно заметит, как его повседневная жизнь мгновенно начинает меняться к лучшему. К примеру, во время сеанса он сразу поймет, что по-настоящему любят делать его внутренний мужчина и внутренняя женщина, в чем кроется их творческий потенциал, какую роль каждый из них хочет играть в отношениях, где мечтает жить и так далее.

Таким образом, пациент учится жить в гармонии со своей истинной внутренней реальностью. В ней хватает места и мужскому, и женскому началу, и оба они находят способы выразить себя – а ведь именно это самовыражение и предопределяет предпочтения человека в повседневной жизни. Все скрытое внутри должно найти выход на волю, а все, что лежит на поверхности, должно существовать в ладу с внутренним миром. Только так можно обрести целостность и стать счастливым.

Резонанс есть качество, которое постепенно развивается в человеке по мере роста самосознания и способностей к медитации. Здесь не стоит рассчитывать на мгновенные перемены после одного сеанса. И все же психотерапевт может рассказать подопечному, какая обстановка и какие события в жизни будут способствовать его дальнейшему личностному развитию, а какие, наоборот, помешают. Это поможет пациенту выбрать правильный стиль жизни и организовать личное пространство вокруг себя так, чтобы оно приносило пользу. И тогда человек без опаски начнет прислушиваться к прежде отвергаемой половинке своей внутренней полярности.

Общая оценка

Наверное, ни один другой подход к психотерапии не уделяет столько внимания мастерству медитативного созерцания. А ведь здесь у нас к тому же имеется еще и специальный инструмент, который помогает человеку достичь этого благостного состояния и интегрировать его в процесс лечения. Таким инструментом является считывание резонанса. Оно позволяет специалисту объективно измерить уровень внутреннего самосознания клиента и построить дальнейшую работу в соответствии с полученными результатами. Психотерапевт видит, насколько разнятся потенциалы у людей, выросших в разной обстановке, и к каждому пациенту находит особый, индивидуальный подход, отвечающий его нуждам и возможностям. Кроме того, наш инструмент помогает минимизировать риск переоценки или недооценки человека, поэтому даже малейшая вероятность давления на клиента со стороны консультанта исключена.

Данный подход к работе с энергией не ориентирован на достижение цели. Он имеет отношение лишь к настоящему моменту и работает «здесь и сейчас». Пациенту не обязательно проходить целый курс психотерапии, как в пульсационной методике – для того чтобы хорошо понять себя, людям обычно хватает одного-единственного сеанса.

Духовный рост здесь понимается как нечто, происходящее в процессе релаксации и созерцания – а не как результат сознательного усилия, направленного на достижение цели или идеала в будущем. А значит, данный подход противоречит отношению к жизни большинства людей, ведь многим из нас застилают глаза желания и амбициозные цели. Именно поэтому с его помощью можно выкорчевать структуру эго с корнем, а на ее место вскоре придет глубокое состояние полноты бытия.

Итак, подведем итоги. По сравнению с другими видами психотерапии, здесь мы больше фокусируемся на подпитке уже здоровых аспектов личности, нежели боремся с проблемными местами. В основе методики – одно простое утверждение, которое специалист принимает на веру: если структуру эго лишить поддержки, она разрушится сама по себе. Данный подход помогает пациентам научиться жить в согласии с внутренними полярными энергиями своего организма – мужской и женской.

Возможные трудности

А сейчас мне хотелось бы рассказать о некоторых ситуациях, которые могут привести к обратному эффекту.

Система, в которой применяется считывание энергетики, порой вводит психотерапевта в заблуждение – он начинает думать, будто узнал о клиенте и структуре его личности всю подноготную. А ведь на самом деле доктору обычно открывается только один аспект характера подопечного. Неопытному консультанту следует иметь такую опасность в виду и не изображать из себя гения, который во время считывания видит и знает «все». Вместо этого он должен просто сопровождать клиента в процессе работы, позволяя его самосознанию расти шаг за шагом. Красота и сила сеанса как раз и заключаются в том, чтобы сохранить элемент тайны и неожиданности.

Кроме того, концепцию резонанса можно использовать как своеобразную систему балльной оценки, где предпочтительным считается иметь высокий уровень этого качества. Не стоит забывать: данный инструмент помогает психотерапевту точнее определить состояние клиента; самому же клиенту о его уровне резонанса нельзя рассказывать ни в коем случае. Ведь в противном случае человек решит, что доктор его осуждает или критикует.

Как следствие, эго может вернуться обратно через другую дверь, проявившись в виде желания стать более зрелым и сознательным. Подобная опасность всегда присутствует в моделях и системах, где клиенты подвергаются категоризации и где им навязывается некое представление о духовном здоровье.

Отметим и еще кое-что: существует множество способов работы с энергией. Некоторые из них имеют дело исключительно с энергией и не затрагивают психологического измерения, другие же нацелены лишь на элементарный сбор информации – таково, в частности, считывание чакр (психотерапевт просто узнает о состоянии и содержимом чакр, но не выдвигает никаких идей относительно дальнейшего хода лечения). Эта глава не претендует на то, чтобы быть исчерпывающей – она лишь представляет пример применения такого подхода в психотерапии и консультировании.

Уникальность данной методики в следующем: она не только помогает получить информацию, но и отчетливо показывает, что из этой информации будет полезно для клиента и его дальнейшего развития.

Пример сеанса по методике Звезда-Сапфир

Нашему клиенту Рольфу около сорока пяти лет; он обладает прекрасным здоровьем и достаточно солидным опытом в медитации. Ему уже доводилось заниматься с психологами и работать над личностным развитием. Пациент знаком с концепцией внутреннего мужчины и внутренней женщины, но до сегодняшнего дня не посещал сеансы, ориентированные именно на эту полярность. На прием к психотерапевту его привело недовольство собственной работой.

Сперва доктор проводит подготовительную беседу, расспрашивая клиента о его профессии, личных отношениях и религиозных предпочтениях. Затем он просит Рольфа лечь и считывает информацию с обеих ног и со всех чакр. Специалист обнаруживает высокий уровень общего резонанса, средний резонанс в правой ноге, небольшой – в левой ноге и различный – в разных чакрах.

Внутренняя женщина Рольфа принадлежит к «эзотерическому» типу: она мало интересуется практической стороной жизни. Внутренний мужчина более интеллигентен, он увлекается литературным творчеством и знает, как преуспеть в этом мире. Вместе с тем его самооценка определенно завышена, по отношению к женской половинке мужская нередко ведет себя заносчиво и любит ту покритиковать. Внутренняя женщина кажется несколько опечаленной и неудовлетворенной, ведь ей не позволяют исследовать собственные желания и предпочтения. Мужчина же, с другой стороны, выглядит усталым, поскольку уже давно несет груз ответственности за двоих.

Итак, Рольф прекрасно осознает свою истинную сущность, а значит, наш сеанс определенно будет относиться к четвертому типу. Поэтому психотерапевт решает без промедлений обратиться к проблеме. Он рассказывает клиенту о том, что почувствовал во время считывания его энергии. Доктор намеревается вступить в конфронтацию с внутренним мужчиной, который занимает в жизни Рольфа слишком большое место и мешает развиваться внутренней женщине. Сейчас она не способна постоять за себя и обрести самостоятельность. Следовательно, специалисту в ходе сеанса предстоит поработать над поддержкой женской половинки. Доктор поможет ей обрести свободу и поставит на место внутреннего мужчину – тот слишком много возомнил о себе и своем профессионализме, тогда как на самом деле ему просто нужно отдохнуть и уступить место «менее важным» занятиям.

Психотерапевт сообщает Рольфу, что его внутренний мужчина очень устал, практически выбился из сил, ведь долгие годы ему приходилось нести на своих плечах всю тяжесть трудовой жизни хозяина. Женщина же, напротив, все это время не делала ничего, поэтому ей совсем не знакома «обыденность повседневной земной жизни». Она словно живет в башне из слоновой кости, где-то очень далеко от реальности.

Рольф согласен с такой характеристикой. Он признает: его мужская сторона устала, ведь ее хозяин долгие годы работает редактором религиозного журнала практически без выходных. Пациент рассказывает, что раньше уже задумывался о смене работы на что-нибудь менее трудоемкое. Психотерапевт одобряет такой план действий и рассказывает о его преимуществах:

1. Внутренний мужчина клиента сбросит с плеч непосильную ношу, и у него появится больше времени для отдыха.

2. Женская половинка будет полнее участвовать в реальной жизни хозяина. Она сможет развивать свои творческие способности и найдет время для занятий, которые интересны именно ей. Очевидно, что она получает огромное удовольствие от тех редких моментов, когда Рольф ничего не делает.

В результате последующей гештальт-терапии Рольф усваивает важные уроки. Энтузиазм переполняет его. Пациенту нравится идея доктора, и он спрашивает, как ее реализовать. Как помочь внутренней женщине занять равноправное место в его жизни? В то же время, будучи человеком прагматичным и обладая определенными профессиональными навыками, Рольф начинает подыскивать себе новое занятие, которое оставляло бы ему больше свободного времени и иногда позволяло расслабиться и отдохнуть.

Несколько месяцев спустя на контрольном сеансе пациент сообщает, что ему удалось найти подходящую работу по профессии. Теперь Рольф работает всего три часа в день, и у него остается уйма свободного времени, которое он посвящает досугу. Клиент обнаружил, что его внутренняя женщина любит посидеть вечером за чашечкой кофе и поболтать с другими дамами. Поэтому теперь все свои вечера он проводит в кофейнях.

Такой поворот событий импонирует и внутреннему мужчине Рольфа, поскольку ежедневное общение с женщинами – это еще и отличная возможность пофлиртовать. Мужчина оставляет свою привычную серьезность и с радостью вступает в игру.

Глава 16

Системные подходы

В системном подходе к психотерапии человек рассматривается не сам по себе в отдельности, а в контексте некоторой группы. Нас интересует его поведение по отношению к окружающим людям – в особенности к членам родительской семьи: к отцу и матери, к бабушкам и дедушкам, к братьям и сестрам. Иными словами, человек видится нам частью семейной системы, которая функционирует как единое целое. Если один член семьи вдруг изменит свое поведение, это отразится и на всех остальных.

Самым современным и наиболее известным подходом к системной терапии является метод системно-семейных расстановок, разработанный немецким психотерапевтом Бертом Хеллингером. Данный метод заключается в следующем: пациент выбирает несколько человек из группы (это могут быть как знакомые люди, так и незнакомцы), которые будут играть роль его родственников, а также его самого. Без каких-либо предварительных разъяснений и инструкций клиент просит этих людей «занять места» членов его семьи. Он просто расставляет их так, как сочтет правильным.

Очень скоро начинает вырисовываться яркий и очень правдивый семейный портрет. Участники отчетливо видят, какова степень близости, любви или же страдания и разъединения, которые каждый из членов семьи испытывает по отношению к остальным.

Под руководством опытного психотерапевта «актеры» в ходе сеанса периодически меняются ролями. При этом они произносят небольшие предложения (обычно короткие односложные фразы), отражающие истинную суть взаимоотношений в семье, которую они представляют. Со временем участники находят наиболее приемлемые позиции, где каждый из них чувствует себя комфортно. Клиент на протяжении большей части сеанса остается пассивным наблюдателем, однако в конце обычно вступает в расстановку – он занимает место человека, игравшего роль его самого.

Такова первоначальная разновидность метода системно-семейных расстановок; в ней психотерапевт сам меняет участников местами и сам предлагает ролевые слова. Однако специалисты постоянно развивают и совершенствуют данную технику. Сегодня консультант нередко предлагает клиентам создать расстановку с меньшим количеством действующих лиц. Участники при этом должны прислушиваться к своим спонтанным импульсам и следовать им, не вступая в разговоры. Таким образом, роль психотерапевта сводится к минимуму, а основное внимание уделяется самопроизвольным проявлениям чувств «актеров» и их невербальному взаимодействию.

Таинственный мир энергии

Динамику метода системно-семейных расстановок определяет особое невидимое энергетическое поле. Оно позволяет участникам процесса познать чувства и ощущения представляемых ими людей – людей, о которых им известно совсем немногое, которых они никогда не встречали. «Актеры» словно погружаются в энергетику семейной системы и мгновенно осознают всю правду о взаимоотношениях внутри нее. Этому феномену исследователи придумали разные названия: «морфогенетическое поле», «информационное поле» и «поле познания».

Даже сам Хеллингер порой выбирает одного-единственного «актера», а затем наблюдает за его спонтанной жестикуляцией; впоследствии он иногда добавляет и второе действующее лицо. Эту жестикуляцию (нередко она бывает едва уловимой и становится заметной лишь спустя продолжительное время) Хеллингер именует «движениями души» или «движениями духа». Тем самым доктор стремится подчеркнуть: такие телодвижения способны пролить свет на подверженность каждого человека влиянию общества. Нравится нам это или нет, а все мы связаны друг с другом некой общечеловеческой универсальной силой.

Даже не вдаваясь в дальнейшие особенности данного стиля работы, несложно увидеть, что метод системно-семейных расстановок уже не очень похож на традиционную психотерапевтическую технику. Скорее он представляет собой особую разновидность медитации. Ведь здесь, наблюдая за процессом, человек входит в контакт со скрытой частичкой самого себя – или с неким внутренним порывом, лежащим за пределами его сознания.

И хотя на первый взгляд между этими двумя подходами к расстановкам нет абсолютно ничего общего, оба стиля объединяет одинаковое понимание принципа функционирования семейной системы. В «старой» разновидности представлены все родственники без исключения, и нам понятно, кто кого изображает. В работу напрямую включаются те или иные факты из прошлого семьи. В «новой» модификации мы опираемся на наличие общего энергетического поля этой семьи. Здесь ситуация видится участникам несколько менее четко, и «душа» может сама додумать и прочувствовать все, что важно для лечения.

Скрытая сила коллективного сознания

Как мы уже знаем из предыдущих глав, семейное воспитание затрагивает всех детей без исключения и составляет неотъемлемый этап развития личностного сознания. Благодаря наличию биологической связи с матерью ребенок перенимает от нее не только то, что важно для выживания, но и весь набор ценностей и убеждений. Впоследствии эти ценности становятся частью его собственного характера.

Метод системно-семейных расстановок пролил свет на существование (помимо индивидуального сознания) еще и сознания семейного, коллективного – оно обладает большой силой и оказывает равное воздействие на всех членов семьи. Порой кто-нибудь из них желает следовать собственному мировоззрению, и это мировоззрение вступает в противоречие с коллективным разумом – вот тогда-то и начинаются проблемы.

Представим, к примеру, что ребенок видит страдания матери – ему нелегко это пережить, ведь он очень сильно к ней привязан. Их взаимосвязь побуждает его сделать хоть что-нибудь для человека, который так много сделал для него. Малыш хочет вернуть маме «долг» или хотя бы немного облегчить ее боль. И вот он решает, что если будет страдать сам, то сможет избавить от страданий родителей – но такого не бывает в реальной жизни.

Например, если женщина потеряла горячо любимую сестру или старшего ребенка и горько оплакивает утрату, ее маленький сын подсознательно решает быть грустным. Он тоже начинает страдать и верит, будто так сможет волшебным образом облегчить непосильную ношу мамы. В системно-семейных расстановках подобная любовь ребенка к матери называется «слепой», поскольку она не признает простого факта: никто не способен принять на себя чувства и судьбу другого человека.

Даже взрослым людям бывает нелегко оставаться в хорошем расположении духа, когда кто-то из близких переживает не лучшие времена. Поэтому можно только представить, насколько труднее приходится в таких случаях маленькому ребенку, вынужденному мириться со страданиями матери или отца. Очевидно, что если малыш останется веселым и жизнерадостным, то будет испытывать угрызения совести. Вот почему, даже став взрослыми, многие люди так и продолжают жить в унынии – ведь страдать проще, чем радоваться жизни и быть счастливыми. Радость у них нередко сопровождается чувством вины. И хотя каждый утверждает, что хочет быть счастливым, на самом деле многим из нас куда как комфортнее живется в мучениях.

Соблюдаем священный порядок

Одно из важнейших открытий метода системно-семейных расстановок – это обнаружение незыблемого порядка, который существует в каждой семье. Те, кто появился в ней первыми, обладают определенным преимуществом по отношению к тем, кто пришел позже. Таким образом, каждый человек занимает в семейной структуре свое собственное место, которое принадлежит только ему. Никто, кроме него, не имеет права занять это место. Родители есть родители – просто потому, что появились первыми, а дети есть дети, ведь они пришли позднее. Стараясь «помочь» маме и избавить ее от боли, малыш пытается занять позицию «родителя своего родителя», тем самым низводя положение самой матери до ребенка. Это нарушает устоявшийся порядок семьи и неизбежно приводит к проблемам.

Следующий важный закон семейных систем таков: все члены той или иной системы имеют равные права на признание. Если одного из них родственники отвергают и забывают, закон нарушается. Позже «отторгнутый» человек будет замещен другим членом семьи – обычно ребенком следующего поколения. Таким образом коллективное сознание пытается вернуть «бедного родственника» назад и предоставить ему «право» на уважение и признание.

Существует множество причин, по которым люди забывают или демонстративно отказываются от своих близких: кто-то сошел с ума, кто-то убил жену, кто-то стал алкоголиком, кто-то опозорил семью, кто-то уехал в другую страну и не вернулся… или же просто слишком рано умер. Однако согласно закону принадлежности, все эти люди нуждаются в признании. То есть, если один из представителей первого поколения был забыт или отвергнут, то впоследствии он будет замещен кем-то из младших членов семьи.

Под влиянием неведомой силы ребенок перенимает чувства и мировоззрение «забытого» родственника, несмотря на то, что сам никогда его не видел. Именно поэтому возникают так называемые трансгенерационные связи – вот еще одно важное и удивительное открытие метода системно-семейных расстановок.

На индивидуальном уровне каждый из нас понимает: все, что мы отторгаем, никуда не исчезает, а навсегда остается с нами и серьезнейшим образом воздействует на наше подсознание и поведение. В системных расстановках похожий принцип можно наблюдать и на коллективном уровне: коллективное бессознательное признает важность забытых и отвергнутых членов семьи.

Порой к системе могут принадлежать даже посторонние люди, которые не приходятся родственниками остальным. Например, если в прошлом произошло убийство или насилие, и один из членов семьи стал либо жертвой, либо преступником, то в будущем несчастного заместит кто-нибудь другой (как убитого, так и убийцу).

Таким образом, метод системно-семейных расстановок помогает понять, как мнения и суждения об «ушедших» родственниках способствуют формированию невидимых связей, неподвластных нашему контролю. Как только мы начинаем считать одного из членов семьи «лучше» или «хуже» других, мы нарушаем коллективный закон о равных правах каждого на признание. Никто не должен судить о том, что случилось в прошлом.

Модель личности

В этом подходе к психотерапии межличностные отношения людей рассматриваются в контексте баланса между получением и отдачей. На индивидуальном уровне, приняв что-нибудь от другого человека, мы стремимся вернуть ему нечто равноценное. На коллективном же уровне мы подчиняемся особой силе, которая ищет равновесия во всем, что с нами происходит, словно некий стабилизатор.

Так или иначе, взаимоотношения между взрослыми партнерами значительно отличаются от взаимоотношений между родителями и детьми. Женщина и мужчина вполне способны достичь баланса в том, что касается двусторонней отдачи и получения. Если этот баланс не соблюдается, партнерство будет нарушено, и отношения, вероятно, разладятся, поскольку подобная диспропорция порождает неравенство.

Между родителями и детьми такое равновесие невозможно, ведь ребенок получает от отца и матери гораздо больше, чем когда-либо сможет вернуть. Их взаимоотношения неравны от природы. Неравенство приводит к тому, что дитя рано или поздно отделяется от родителей, и на самом деле это совсем не плохо. И все же и здесь существует один способ достичь баланса – повзрослев, человек начинает отдавать уже своим собственным детям. Таким образом, потребность в гармонии можно считать силой, которая помогает выжить семье и коллективу.

Согласно теории системно-семейных расстановок, ребенок по отношению к родителям навсегда остается «маленьким» и никогда не уходит из положения «получателя». По отношению к своим детям он уже «большой» и занимает позицию «дающего». Однако в общении с любимым супругом человек не бывает ни «большим», ни «маленьким» – в таком союзе партнеры равноправны (конечно, если речь идет о здоровых отношениях), ведь оба они «дают» и «получают» поровну.

Вот так, вкратце, выглядит модель личности, которая применяется в методе системно-семейных расстановок. Одна часть нашего характера подобна беспомощному ребенку, а другая достаточно сильна, чтобы отдавать, не ожидая ничего взамен. Вторая половинка тоже нуждается в первой, но нуждается не как неразумный ребенок, а как взрослый человек, осознающий собственную неполноту. Таким образом, эта сторона личности способна и получать, и делиться одновременно.

Данная модель помогает понять, откуда берутся возможные проблемы. К примеру, если женщина нуждается в любви и уважении со стороны ребенка, значит, психологически она видит в нем не сына, а своих родителей. Если же ребенок осуждает мать или отца или хочет оказать им моральную поддержку, в такие моменты он пытается вести себя как родитель по отношению к собственным родителям. В союзе двух супругов один из партнеров может подсознательно требовать для себя безусловной любви, выбирая таким образом роль «ребенка»; тогда как другой вынужден смириться с поведением любимого и занять позицию «взрослого».

При работе с супружескими парами метод системно-семейных расстановок помогает найти источник проблемы – он показывает партнерам, способствует ли их поведение миру и гармонии в семье. Если это не так, причину следует искать в нездоровом отношении к одному из родителей.

Например, пациентам отнюдь не всегда нужно стараться наладить общение друг другом. Возможно, один из них в ходе лечения поймет, что выбрал для себя роль беспомощного ребенка, который ждет от партнера безусловной любви. Таким образом, супругам станет ясно, в чем заключается настоящая проблема – во взаимоотношениях партнера-«ребенка» с родителями. Отталкиваясь от этого вывода и используя системный подход, клиент может также осознать, к примеру, что его мама рано потеряла одного из родителей и поэтому не получала достаточно любви. Наш пациент изо всех сил старался восполнить ее горькую утрату. Подсознательно он вел себя не как ребенок, а как родитель по отношению к собственной матери – именно это и привело к проблемам уже во взрослой жизни.

Распутываем семейный узел

Порой клиент осознает, что корень его проблемы кроется вовсе не во взрослых взаимоотношениях с его партнером-любовником. Такого рода ситуации очень распространены, и когда нам нужно распутать семейный узел, метод расстановок бывает очень эффективен.

Существует много способов решить проблему. Прежде всего нужно сделать один важный шаг – понять, кого семья исключила из своих рядов, кого перестала любить и помнить. Вернув этого человека в структуру расстановки и в сознание клиента, вы принесете подопечному чувство облегчения и внутренней гармонии. Помните, мы говорили о радости самоприятия и любви к себе, которую люди испытывают, признав прежде отвергаемую черту собственного характера? Так вот, нечто подобное произойдет с вашим пациентом и теперь.

Специалист по системно-семейным расстановкам обращает внимание на того члена семьи, которому не нашлось в ней подходящего места. Он помогает клиенту проникнуться любовью и уважением к бедняге. Иногда это становится непростой задачей, особенно если отвергнутый родственник оказался злодеем-преступником.

Уважение в данном контексте означает не только сближение с человеком, но иногда и признание его права на собственную жизнь и судьбу, отдельную от нашей. Чрезмерная привязанность к кому-либо способна породить не меньше трудностей, чем отрицание.

В конечном счете, этот метод, как и все другие, направлен на расширение сознания; он помогает человеку достичь того особого состояния, когда любовь становится уже не просто эмоцией, а некой формой уважения и благодарности. К примеру, если мы выясняем, что клиент несет в душе боль матери, то наша задача – научить его уважать страдания родителей, не вмешиваясь при этом в чужую жизнь. Таким образом мы восстанавливаем и «порядок» в структуре семьи. Ведь здесь наш пациент – всего лишь ребенок, и должен оставаться в положении «получателя», а не «дающего». Именно в этом и заключается любовь детей по отношению к родителям.

Чаще всего системно-семейные расстановки показывают, что мать вовсе не хотела переложить свои страдания на плечи ребенка. Это помогает клиенту понять истинное положение дел и освободиться от слепого желания. Ведь на самом деле, увидев сына или дочь счастливыми и довольными, мать обрадуется намного больше, чем раньше, когда дети пытались избавить ее от душевных мук.

Слепая любовь не позволяет пациенту увидеть ничего, кроме собственных желаний, а любовь сознательная открывает ему и желания окружающих. Здесь мы можем упомянуть и другой аспект системно-семейных расстановок: человек хорошо видит чувства и жизненные обстоятельства членов своей семьи и способен научиться понимать их еще лучше. Когда мы осознаем, что не вправе никого судить, наши сердца открываются. Ведь каждый из нас является частью большого коллектива, в котором нет «плохих» людей – все считаются равными.

Уникальность метода системно-семейных расстановок

Итак, отметим вкратце основные черты системной психотерапии.

1. Если мы посмотрим на себя как на часть коллектива, а не как на самостоятельного индивида, нам будет проще понять и полюбить окружающих. Любой клиент принадлежит к определенному сообществу и подвергается его влиянию. Это сообщество включает в себя не только семью, но и нацию и расовую или этническую группу – они тоже воздействуют на жизнь человека, хочет он того или нет.

2. Данная методика практична и рассчитана на неподготовленного человека. Она позволяет клиенту установить контакт с биологическими корнями и своим естественным местом в семейной системе. Мы приходим в этот мир благодаря родителям, и наша связь с ними чрезвычайно важна. Вот почему в психотерапии огромное внимание уделяется лечению любой возможной дисфункции в данных основополагающих отношениях. Увидев себя рядом с матерью и отцом в рамках системной расстановки, человек может обрести немало важных знаний. К тому же клиент при этом словно проходит некий тест, который определяет, насколько далеко он продвинулся в личностном развитии.

3. Системно-семейные расстановки можно рассматривать с двух позиций: как эффективную разновидность психотерапии и как медитацию. С точки зрения психотерапии, это краткосрочный подход, который оказывает благотворное влияние даже после одного-единственного сеанса. Вот почему в данном случае не рекомендуется назначать пациенту длительный «курс лечения» – ведь мы не собираемся «прорабатывать» проблему традиционным методическим способом. Как медитация, этот подход помогает клиенту научиться созерцать и говорить «да» своему внутреннему состоянию, не пытаясь изменить настоящее положение дел. Системно-семейные расстановки призывают радоваться тому, что мы имеем, и оставить желание стать кем-то другим. В том числе нужно принять и полюбить такими, как есть, собственных родителей – это кратчайший путь к внутренней силе и гармонии. Высшая ступень медитации есть чистейшее состояние сознания, свободного от всех связей и условностей, – а значит, уважение к семейной иерархии может показаться не вполне логичным. Однако как бы парадоксально это ни звучало, именно семейные связи позволяют нам переступить пределы сознания.

4. Метод системно-семейных расстановок прост и направлен на решение имеющихся проблем. Он не предполагает длительного анализа. Психотерапевт фокусируется на том, что придает силы клиенту и приводит его энергию в движение. Многие люди привыкли говорить о своих проблемах, им нравится пересказывать свою историю всем, кто готов слушать. А ведь именно так проще всего добиться обратного эффекта. Однако с данным подходом этот номер не пройдет – истина обычно сразу выходит на поверхность, а также ощущается на энергетическом уровне. Вот почему здесь, в отличие от традиционного консультирования, нам не нужна обстоятельная беседа в начале сеанса.

5. Системно-семейные расстановки оказываются довольно эффективным методом, когда необходимо обойти так называемое сопротивление человека. Ведь психотерапевт не работает непосредственно с самим пациентом – он обращается к участникам расстановки, а клиент остается лишь пассивным наблюдателем. Он имеет право взять все, что способен усвоить, и отказаться от того, к чему пока не готов. Доктор уважает свободу и достоинство подопечного и не допускает ситуаций, в которых сам он предстает «всезнающим», а клиент – «невеждой».

6. Системно-семейные расстановки позволили психотерапевтам установить важнейшую взаимосвязь между определенными физиологическими и психосоматическими заболеваниями и семейными проблемами, которые являются их первопричиной. Таким образом, данная методика внесла весомый вклад в лечение и понимание серьезнейших болезней: рака, булимии, депрессии, шизофрении, атопического дерматита и различных зависимостей – и это далеко не полный перечень.

Направления для доработки

Говоря о недостатках методики, стоит отметить следующие моменты, которые требуют повышенного внимания.

1. Системно-семейные расстановки не затрагивают физического измерения. Порой психика человека осознает проблему, а тело продолжает следовать старому сценарию, не позволяя заблокированной энергии выйти на свободу. А ведь только признав нежелательную эмоцию и позволив ей найти выражение, мы можем избавиться от нее навсегда. Поэтому физиологию тела необходимо интегрировать в комплексный подход (в нашем случае хорошо подходят активные и экспрессивные методики – например, динамическая медитация Ошо).

2. В некоторых случаях одного сеанса может оказаться недостаточно. К примеру, когда мы имеем дело с душевной травмой, клиенту нужно поработать над укреплением некоего физического «контейнера» для своих эмоций. Психотерапевт же должен подготовить подопечного к тому, что откроется в результате расстановки. Вот почему в ряде случаев пациента нельзя отпускать после одной-единственной встречи. Специалисту необходимо соблюдать хрупкое равновесие: во-первых, поддерживать клиента, но не взваливать его работу на себя; во-вторых, позволить человеку самостоятельно решать проблемы, адекватно оценив его потребность в помощнике.

3. Некоторые приверженцы данной методики любят делать выводы, руководствуясь приобретенными знаниями, а не прямым наблюдением. Это представляет особую опасность, когда сложные проблемы на первый взгляд кажутся простыми, и психотерапевт пытается отнести ситуацию к той или иной категории. В таком случае он не учитывает энергетику расстановки, и сеанс не приносит пациенту никакой пользы.

Пример сеанса по методу системно-семейных расстановок

Наш клиент Юрий – уроженец Венгрии, страны, в которой несколько десятков лет просуществовал коммунистический режим. С тех пор, как год назад Юрий развелся с женой, эпилепсия его дочери прогрессировала. Именно это главным образом и привело мужчину на прием к психотерапевту. В ходе опроса он не смог назвать ни одной веской причины разрыва с супругой. Что касается семейной истории пациента, выяснилось следующее: он происходит из антикоммунистической среды; когда-то его деда приговорили к смертной казни за участие в заговоре против существовавшего режима. Приговор не был приведен в исполнение, однако дедушке пришлось жить вдали от родного города и семьи. Жена Юрия, напротив, происходит из семьи коммунистов; ее дед был известным деятелем коммунистической партии.

Психотерапевт просит мужчину выполнить расстановку участников, играющих роли самого клиента, его жены и дочери. Юрий размещает их таким образом, что ни один из родителей не смотрит на ребенка. «Актер», изображающий его самого, устремил взор в необозримые дали, а представительница супруги уставилась в пол. Ребенок поднимает руки, словно пытаясь кого-то защитить – оказывается, своего отца.

Получившаяся картина позволила психотерапевту предположить, что в ней кого-то не хватает. Кроме того, как известно доктору, если в системно-семейных расстановках человек смотрит себе под ноги, то на самом деле он обращается к умершему (или умершим). Опираясь на данные предварительного опроса, консультант выдвигает следующую гипотезу: супруга Юрия в действительности смотрит не на пол, а на жертв коммунистического режима, сам же Юрий, обозревая горизонт, видит там коммунистических лидеров.

Такое предположение доктор сделал, вспомнив об одном простом правиле: все, кто был когда-то отвергнут семьей, позже обретают замену – их замещает ребенок следующего поколения. В семье Юрия ненавидят коммунистов, а в семье его жены – антикоммунистов. Однако эту гипотезу еще предстоит проверить – необходимо найти отсутствующие элементы системы и выяснить их влияние на остальных членов семьи.

Психотерапевт выбирает еще трех участников и назначает их на роль лидеров компартии; он ставит их напротив Юрия. Другие трое становятся жертвами коммунистов; они ложатся на пол – как раз туда, куда смотрит супруга пациента. Женщина сразу же подходит поближе к жертвам, а Юрий пристально смотрит на лидеров партии.

В этот момент психотерапевт перестает вмешиваться в происходящее и позволяет энергии сгуститься. Никто не произносит ни слова, но все чувствуют, как участники постепенно все больше вживаются в свои роли.

Наконец, супруга ложится на пол рядом с жертвами режима. Юрий издает странные звуки, затем вскрикивает, тоже ложится на пол и начинает по нему кататься не то в агонии, не то в судорогах. Его поведение похоже на эпилептический припадок.

И тут психотерапевту становится ясно как белый день: дочь взвалила на себя боль отца. В действительности эпилептиком является именно Юрий, а девочка избавила его от страданий, приняв их на свои плечи. Кроме того, как показывает развитие событий, эпилепсия стала проявлением агрессивных порывов. Эту агрессию породил не Юрий, а вся его семья, которая терпеть не могла коммунистов, а также и сами коммунисты, угнетавшие родных клиента – в особенности его деда.

Исцеление в данной семейной системе возможно только в том случае, если обе стороны возьмутся за руки и вспомнят обо всех, кто страдал и потерял жизнь в этой борьбе. Юрий и его жена соглашаются: им нужно оставить родных в покое и позволить тем жить своей жизнью. Постепенно они начинают отдаляться от предков и родителей.

Теперь психотерапевт вводит еще одно действующее лицо – он просит человека представлять страну целиком. Таким образом доктор показывает, что все участники крепко связаны друг с другом. Каждый из них почтительно кланяется «актеру», назначенному на роль Венгрии, и только после этого Юрий и его жена могут посмотреть друг другу в глаза. Они осознают, что долгие годы отождествляли себя с противоборствующими политическими силами, поэтому их брак был обречен на неудачу.

В конце концов, супруги обращают внимание и на свою дочь. Девочка расплакалась от счастья, ведь она наконец-то избавилась от груза прежних страданий. Родители заключают ребенка в объятия, и в семье воцаряется любовь. На данном примере мы увидели, как крупномасштабный конфликт, затронувший целую нацию, повлиял на события в отдельно взятой семье. Здесь некого винить в том, что брак разрушился.

Недуг дочери, очевидно, стал результатом ее подсознательного желания взвалить на свои плечи судьбу отца и всей семьи. Когда Юрий развелся с супругой, болезнь обострилась, поскольку девочка осталась с матерью. Это лишь усугубило стремление ребенка принять боль отца на себя – так она надеялась искупить перед ним вину за то, что папа остался один. Дети всегда стараются поддерживать связь с обоими родителями, и если один из них кажется им менее счастливым, они пытаются так или иначе восстановить равновесие.

В конце сеанса Юрий осознает: все это время он невольно принимал участие в давно ушедшей в прошлое семейной борьбе – борьбе против коммунистической партии. Клиент понимает: ему необходимо отстраниться от родственников. К тому же он должен стать ответственным отцом и позаботиться о своем ребенке – больше Юрий не позволит дочери его защищать, а защитит малышку сам. Итак, с подсказки психотерапевта Юрий рассказывает девочке, что папа хочет остаться с мамой, и это приносит ей настоящее счастье.

Глава 17

Работа в группе

В этой последней главе мы постарались привести некоторые рекомендации для психотерапевтов, которые работают (или планируют работать) с группами людей. Групповой сеанс строится на тех же принципах, что и индивидуальный. Основное различие – специалист должен уметь завладеть вниманием нескольких человек сразу и руководить ими в совокупности. Ему нужно быть готовым к большему напору энергии. Поэтому не удивительно, что многие психотерапевты, прежде чем приступать к групповой терапии, пробуют свои силы в индивидуальных занятиях.

Сеанс состоит из тех же ключевых этапов. Как и в случае с одним-единственным клиентом, сначала помощник способствует созданию доверительной атмосферы, затем исследует суть проблемы и, наконец, на финальной стадии оставляет время для интеграции.

Этапы групповой психотерапии

Ошибочно полагать, будто основная задача руководителя групповой психотерапии – отдавать указания пациентам-участникам. Он, скорее, выступает как координатор – следит за соблюдением необходимых правил и подсказывает верное направление движения.

Для того чтобы все прошло гладко, перед началом сеанса необходимо четко обозначить для участников правила поведения. Они, в свою очередь, должны быть согласны, так сказать, играть на одном стадионе. Придя к подобному соглашению, пациентам будет легче проникнуться доверием к психотерапевту – ведь теперь они знают, что доктор внимательно следит за каждым из них и не допустит нарушения правил. А значит, теперь людям проще обрести уверенность и расслабиться.

Итак, самое важное правило в групповых занятиях – все участники имеют равное право высказаться и выразить свои переживания, причем каждый из них должен говорить о себе, а не о других. Недопустимо осуждать окружающих за то, о чем они рассказывают и в чем признаются.

Для начала нам нужно сформировать единую энергетику группы и дать людям время втянуться в процесс, подготовить их к обсуждению конкретных личностных проблем. В связи с этим рекомендуется отложить разговор с «проблемными» клиентами (теми, у кого не получается с ходу влиться в работу) до дальнейших этапов сеанса; в начале же основное внимание следует уделить «способным» беспроблемным участникам.

Помните, мы говорили о том, как в индивидуальной психотерапии консультант сперва поощряет присутствие, и лишь затем обращается к корням структуры эго клиента? Похожим образом и на групповых сеансах участники с высокой степенью присутствия способны помочь доктору – особенно в начале процесса. Они задают правильный настрой и служат хорошим примером для остальных. Таким образом, руководителю становится проще работать и с менее способными клиентами, и их уже не обязательно на время отделять от группы.

Данный принцип необходимо иметь в виду и когда участники начинают задавать вопросы, а также во время группового общения (в ходе которого пациентам предлагается рассказать обо всем, что они сейчас чувствуют). Отнюдь не всегда тот, кто говорит дольше всех, вносит наибольший вклад в процесс – к этой теме мы еще вернемся немного позже.

Завершив первый этап, можно приступать к изучению основных проблем. Теперь мы имеем право использовать более жесткие методы, которые, вероятно, вызовут у некоторых участников дискомфорт и не вполне приятные чувства.

На третьем и последнем этапе необходимо дать клиентам время на интеграцию. Они должны полностью усвоить и переварить полученные знания. Как и в случае с индивидуальными сеансами, участникам важно выйти от доктора умиротворенными. Опыт психотерапии не должен оставлять в душе бурю эмоций – неважно, положительных или отрицательных.

Конечно, уровень сил и подготовки клиентов далеко не всегда оказывается одинаковым. Изначальные способности людей влияют, в частности, на скорость процесса лечения. Хороший руководитель должен уметь сохранять равновесие между теми участниками, кому работа дается легко, и теми, кто несколько опаздывает.

Как организовать пространство для семинара

Любой курс лечения необходимо адаптировать под помещение, в котором он проводится. Некоторые детали при этом можно менять соответственно настроению, которое задумал создать психотерапевт. Такие мелочи, как, например, интерьер комнаты, позволяют сформировать благоприятное поддерживающее энергетическое поле – или наоборот, несколько напряженную атмосферу. Они помогают людям расслабиться и обрести уверенность, или же напротив, почувствовать некоторую неопределенность, а иногда и вдохновить на творческие порывы.

Итак, приведем примеры возможной обстановки.

В психотерапевтическом кабинете можно расставить стулья, а можно разложить подушки – на них впоследствии будут сидеть участники. Их конкретное расположение задаст определенную атмосферу. К примеру, мы можем поставить стулья в круг, и руководителя посадить туда же наравне со всеми, а можем выдвинуть его место вперед, так, чтобы доктор стал «лидером», а участники – его аудиторией. Третий вариант – пригласить людей в пустую комнату и попросить выбрать себе место по вкусу; при этом клиенты могут как сидеть, так и стоять.

Когда все садятся в круг, консультанту проще добиться единения и командной работы. Если же руководитель стоит впереди, некоторые участники наверняка станут воспринимать его как старшего. Обе структуры бывают в равной степени полезны – все зависит от результата, которого хочет добиться специалист.

Если комната каждый день выглядит одинаково, согласно заведенному образцу, пациенты чувствуют себя спокойно и уверенно. Они знают, куда лучше сесть, и порой даже находят любимый уголок, который на время словно бы становится им вторым домом. Недостаток такой стратегии связан с тем, что люди любят действовать по привычке, поэтому уже через несколько дней они нередко начинают думать и поступать машинально.

При свободной обстановке без заранее расставленных стульев (или подушек) участникам приходится делать самостоятельный выбор. Они решают, где сесть и что при этом делать, ориентируясь на собственное настроение и самочувствие. Такой подход более творческий и интересный, однако у некоторых людей он может вызвать чувство неуверенности.

Кроме того, многое зависит и от замысла психотерапевта, или помощника. В общем и целом, после первого этапа бывает полезно удивить пациентов – тогда они поймут, что не стоит терять бдительности. Это поможет людям быстрее забыть о привычных моделях поведения.

Помощник

Внутреннее состояние психотерапевта – руководителя группы – должно быть таким же, что и у индивидуального доктора. Ему важно доверять и следовать собственному ритму и самостоятельно принимать решения, когда стоит вмешаться и что-либо сказать или сделать. Кроме того, необходимо соблюдать установленные временные рамки, время от времени делать паузы и уметь ждать подходящего момента. Все это играет огромную роль в формировании благоприятной групповой энергетики.

При работе с отдельным клиентом психотерапевт заботится о том, чтобы ни один аспект характера подопечного не остался отвергнутым. Подобным образом и в группе доктор следит за всеми участниками и никому не позволяет отсидеться в уголке, не вступая в разговор. Зачастую именно аутсайдеры обладают наибольшим потенциалом. Руководитель группы должен расшевелить таких пациентов и объяснить (не обязательно словами), что они являются полноправными участниками процесса.

В общем и целом, основная цель нашей работы – поощрить в пациентах чувство ответственности, а вовсе не научить вести себя по правилам. Иногда, например, люди не могут (или не хотят) участвовать в определенном упражнении или структуре – в таких случаях доктору не стоит настаивать на своем, пусть человек отдохнет и понаблюдает за процессом со стороны. Позже его можно позвать обратно – обычно для этого достаточно просто спросить, как он себя чувствует.

Лучше всего позволить клиентам самим решать, в каких структурах они хотят быть задействованы. Не стоит принуждать их к участию против воли. Как вариант, можно попытаться объяснить «строптивцу» назначение и цель той или иной структуры, таким образом приглашая его присоединиться.

Проводя курс лечения, важно соблюдать баланс между структурированными сеансами и «свободными» встречами. Последние нужны для того, чтобы дать пациентам возможность следовать собственным импульсам, а также переварить опыт предыдущих сеансов.

Если психотерапевт покажет, что доверяет участникам, те ответят ему взаимным доверием. Стремление к чрезмерному контролю свидетельствует о неуверенности специалиста, у такого доктора и пациенты начинают испытывать страх.

Особые моменты, когда психотерапевт не знает, что делать дальше (как и способность такие моменты допустить), составляют важнейший ингредиент любой групповой терапии. Если в группе все заранее предопределено и подчинено жесткой структуре, в ней не остается места спонтанности и неожиданности, – а ведь именно спонтанность придает лечению глубину и особую ценность. Руководитель, когда он не знает, что делать дальше, должен уметь выжидать, а при острой необходимости – действовать решительно и смело. Тогда и участникам будет несложно достичь баланса между бдительностью и релаксацией.

Структура против свободы

В общем и целом, в начале сеанса следует опираться главным образом на структуры и четко разъяснять людям порядок действий. Это поможет пациентам обрести спокойствие и уверенность. Позднее, когда участники расслабятся и вольются в обстановку, психотерапевт предоставляет им больше свободы – а она предполагает и бо́льшую ответственность.

К примеру, в начале доктор проводит групповую медитацию и дает некоторым людям особые указания – где лучше встать, сесть или лечь; нужно ли выпрямиться; закрыть ли глаза и так далее. На следующем этапе он уже предлагает некоторую альтернативу – скажем, «встаньте или сядьте – как вам больше нравится». А еще позже доктор и вовсе отказывается от ограничений и говорит: «Позвольте вашему телу занять наиболее удобное положение». Если бы он сказал это в начале сеанса, некоторые участники пришли бы в замешательство, не зная, что делать. Вероятно, они бы выбрали наиболее привычный вариант и не стали бы прислушиваться к голосу собственного тела. Этот простой пример показывает, насколько важно соблюдать постепенность в том, что касается ответственности, свободы выбора и гибкости психотерапии.

Конечно, важно обратить внимание и на тип пациентов, с которыми нам предстоит работать. Если это духовно зрелые люди, прежде уже имевшие опыт медитации, им можно предоставить большую свободу с самого начала. Таких пациентов доктор даже иногда просит помочь ему наметить направление сеанса. В противном случае они могут заскучать и потеряют всякий интерес к происходящему.

Если же мы имеем дело с новичками, не обойтись без четких инструкций и указаний. Причем такие указания, как «следуйте вашим чувствам», порой оставляют неопытного человека в замешательстве. Он просто не знает, чего ему на самом деле хочется.

Эффективность лечения зависит от степени присутствия участников и психотерапевта. Чем глубже присутствие, тем лучше результат. Если мы строим сеанс исключительно на структурах и инструкциях доктора, нам никогда не добиться необходимой глубины. Присутствие возможно обрести, лишь уважая личность и индивидуальность каждого человека. Таким образом, от умения специалиста работать с индивидуальными клиентами зависит и успех группового процесса. Тот, кто не силен в одном, вряд ли добьется хороших результатов и в других видах психотерапии.

Иногда индивидуальная работа требуется в ходе группового общения, иногда – как демонстрационный пример для остальных участников. Последнее применяется, когда нужно показать клиентам действие определенного метода или наглядно разъяснить сложную тему. Беседа с одним человеком в не меньшей степени повлияет и на остальных членов группы.

Вдохновляя окружающих

Чтобы вдохновлять окружающих, психотерапевт и сам должен чувствовать одухотворенность. Тогда он сможет поделиться своим мировоззрением и энтузиазмом с клиентами. А значит, руководитель группы должен получать удовольствие от всего, что он делает – до мельчайших мелочей. Ему стоит обращать внимание и на музыку, которая играет в его кабинете (вдруг однажды эта музыка ему надоест), и на применяемые упражнения, и на теоретические материалы.

Однако энтузиазм – это еще и палка о двух концах. Харизматичный лидер может просто-напросто задавить людей своей энергией и силой духа, и тогда клиенты примкнут к стану его обожателей и почитателей, позабыв о себе и своем внутреннем росте. Методичный руководитель, возможно, выглядит не столь воодушевляюще, зато умеет направить учеников по верному пути и выбрать для них наилучший метод. Он не станет демонстрировать клиентам свое превосходство.

На самом деле хорош тот психотерапевт, кто от природы не является лидером. Такой доктор просто сопровождает учеников, не одергивая их назад и не подталкивая вперед. Он скорее друг, нежели руководитель. При необходимости он делится своими знаниями, не углубляясь в рассказы о себе самом.

Групповое общение

«Общение» – это общеупотребительный термин, который обозначает определенный период в лечении, когда пациентов просят рассказать о своих переживаниях всей группе, задавать вопросы и иным образом изъясняться друг с другом. Такая структура позволяет руководителю полнее прочувствовать энергетику группы и решить, что делать дальше. Кроме того, это отличная возможность включить в работу растерявшихся поначалу клиентов, которые до тех пор не участвовали в процессе.

Психотерапевт не должен вести себя одинаково по отношению ко всем говорящим. Кому-то он может ответить коротко и просто, другим дать более развернутый ответ, а в особых случаях – и вовсе уделить одному клиенту солидное количество времени (если требуется подробно обсудить какую-либо важную проблему). Обычно специалист выбирает такого участника и такую тему, которая была бы интересна и полезна всем присутствующим.

Как уже упоминалось в начале главы, все члены группы обладают равными правами на самовыражение, однако они не должны комментировать опыт других рассказчиков. Максимум, который могут себе позволить клиенты, это сказать: «Меня глубоко тронули слова Х…», а затем поведать о своих ощущениях.

Порой во время группового общения некоторые участники вступают в беседу чаще других и говорят дольше, другие же больше хранят молчание. Это вовсе не значит, что разговорчивым людям и в самом деле есть что сказать – напротив, именно тихони зачастую могут поделиться настоящими откровениями. Поэтому руководителю группы стоит попросить молчунов высказаться – особенно если доктор чувствует, что те хранят в душе нечто важное.

Однако есть у данной стратегии один существенный недостаток – психотерапевт, принимая на себя ответственность за менее разговорчивых участников, нарушает естественный ход событий. Тут многое зависит от интуиции доктора. Он должен соблюдать баланс между поощрением самовыражения и самостоятельности пациентов. Ему нельзя становиться «вожаком» или «родителем», но необходимо обеспечить каждому возможность выразить свои чувства.

Если психотерапевт приглашает участников к общению, а никто не желает высказаться, это обычно означает, что в данный момент у людей нет потребности в словесном самовыражении. А может быть, пациенты просто боятся – тогда консультанту придется выждать некоторое время. Он должен стать более приветливым и постараться снизить общий уровень тревожности.

Есть один хороший способ подготовить клиентов к групповому общению – для начала нужно попросить их побеседовать маленькими подгруппами или даже в парах и лишь затем перейти к обсуждению переживаний всем коллективом.

Некоторые участники всячески стараются заслужить похвалу психотерапевта. В докторе они видят отца и наставника, ждут его одобрения или внимания – и это, между прочим, бывает хорошей мотивацией для проявления активности. Однако психотерапевту важно не злоупотреблять ситуацией. Он может рассказать клиенту или всей группе о задуманной им стратегии – таким образом он не просто окажет человеку внимание, но и расскажет, зачем это делает.

Глубина и качество группового общения в ходе сеанса будут естественным образом расти. Поначалу психотерапевт довольствуется хотя бы тем, что люди просто делятся своими переживаниями, впоследствии он уже предлагает участникам обсудить более отвлеченные психологические, эмоциональные или энергетические явления.

Вопросы и ответы

Иногда бывает полезнее выделить отдельное время для сеанса типа «вопрос-ответ», нежели проводить такое общение между делом в рамках обычного сеанса. Это оправданно, к примеру, когда клиенты знакомятся с определенной методикой или техникой и постоянно спрашивают психотерапевта о непонятных моментах.

Постановка вопросов и получение ответов – это интеллектуальный труд. Он необходим для того, чтобы понять сложный процесс, однако он же мешает человеку установить связь со своей внутренней сущностью. Например, иногда пациент задает вопросы лишь потому, что не хочет взглянуть на собственные чувства. Психотерапевт в этом случае должен спросить подопечного о мотивах, побудивших его заинтересоваться данной темой. Таким образом доктор позволяет человеку стать частью процесса, а не оставаться на периферии.

Как помочь клиенту выразить свои чувства

Помочь клиенту выразить свои чувства в группе можно так же, как и при индивидуальных занятиях. В общих чертах психотерапевт поощряет присутствие и игнорирует разум и желания пациента – или вступает с ними в конфронтацию. Конкретная тактика зависит от множества факторов: что за характер у говорящего, какого этапа достиг сеанс, как много времени мы можем уделить групповому общению и так далее.

Участники с высокой степенью присутствия заслуживают большего внимания и сил, чем те, кто не желает покинуть интеллектуальный уровень. Однако попросить установить связь с собственными ощущениями нужно всех, независимо от внутреннего состояния или глубины процесса. Когда человек начинает рассказывать о своем прошлом опыте, его монолог необходимо деликатно прервать и попросить сосредоточиться на ощущениях настоящего момента.

Если вы трижды попросили пациента рассказать о себе, а он все никак не желает вас услышать, не стоит настаивать – лучше перейти к следующему участнику. Слушая откровения подопечных, психотерапевт обязательно должен обращать внимание на язык тела и на общее поведение – именно оно порой отражает истинное положение дел лучше любых слов.

Кому-то бывает легче выразить свои чувства, кому-то – сложнее; это естественно. В результате одним участникам достается больше внимания, чем другим. Но консультант должен следить за тем, чтобы высказались все, и никто не остался за бортом. В этом и заключается основная функция координатора – не только в психотерапии, но и где бы то ни было: он помогает каждому человеку реализовать свое право на членство в группе.

Как преодолеть проецирование

Проецирование, которое мы обсуждали в восьмой главе, представляет одну из главных сложностей в психотерапии. Руководитель группы должен хорошо понимать данное явление и уметь с ним бороться. При групповом процессе вероятность его возникновения возрастает. Этому способствует не только бо́льшая численность участников, но и особенность такого рода терапии: клиенты более склонны проецировать свои чувства на руководителя группы, нежели на индивидуального консультанта.

Проецирование является своеобразным защитным механизмом. Мы вымещаем нежелательные или непонятные эмоции на другого человека и начинаем думать, будто они исходят не от нас, а от него. Эти эмоции могут быть как отрицательными, так и положительными. Однако решение всегда одно: человек должен научиться смотреть не на окружающих, а на себя. Тогда он сумеет увидеть и признать свои прежде скрытые отвергаемые чувства. Например, если вам кажется, будто все вокруг черствые и невнимательные, стоит спросить себя: «А внимателен ли к себе я сам? Люблю ли я себя?» или «Люблю ли я и уважаю ли окружающих?»

Когда проецирование происходит в направлении от одного члена группы к другому, консультант отмечает динамику еще до того, как начнет бороться с проблемой. Если же клиент проецирует себя на психотерапевта, ситуация выглядит несколько сложнее, ведь тогда человек может болезненно реагировать на любой комментарий помощника. В таком случае лучше не говорить пациенту правды, поскольку замечание «Вы переносите свои чувства на меня» не будет воспринято всерьез.

Куда более продуктивной обычно оказывается следующая тактика: психотерапевт поначалу нисколько не препятствует проецированию (и, возможно, даже ему способствует). Тем самым он дает клиенту возможность открыть свою настоящую энергию и со временем принять ее всем сердцем.

Однако сначала специалист должен подумать: а не спровоцировал ли подобное поведение он сам? Не явились ли причиной его собственные скрытые чувства, положительные или отрицательные? Если дело обстоит именно так, лучше откровенно признаться в этом участникам сеанса. Не нужно притворяться, будто мы здесь ни при чем. Рассказав группе правду, можно приступать к разрешению ситуации. Прежде всего необходимо обрести присутствие, поскольку именно в состоянии присутствия психотерапевт способен помочь и страдающим от подобной проблемы подопечным.

Эффективным методом является гештальт-терапия, описанная в шестой главе: пациента просят поместить две подушки друг напротив друга (одна из подушек олицетворяет его самого, а другая – консультанта). Между двумя сторонами происходит диалог, причем обе роли поочередно играет клиент, а психотерапевт остается наблюдателем. Таким образом специалисту проще работать с человеком, чем когда вся энергия направлена непосредственно на него. Однако этот подход сработает лишь при условии, что доктор не старается защититься и не испытывает страха или желания обороняться.

Данная методика эффективна и в случае, если клиент проецирует себя на другого члена группы. Тогда мы занимаемся только с инициатором проблемы, а второй участник отдыхает. Это помогает психотерапевту избежать цепной реакции, когда проблема одного человека вызывает проблему в другом, а следом нарушается и вся совокупная энергетика группы.

Как бороться с помехами

Групповой процесс иногда нарушают и иные помехи. Порой кто-то из участников бывает негативно или критически настроен, другой может постоянно задавать каверзные вопросы, не стараясь углубиться в процесс самопознания. Руководителю важно не поддаваться на провокации, особенно в начале сеанса. Он не должен стараться повлиять на возмутителей спокойствия, поскольку это лишь усугубит ситуацию. Напротив, нужно сосредоточиться на положительной энергетике группы, и тогда «плохое» поведение потеряет силу и исчезнет само собой. Если все же помеху устранить не получается, к проблемному пациенту следует вернуться позже, когда будет налажен основной процесс. Мы не станем уделять слишком много внимания негативу – так нам удастся избежать ненужной потери сил.

Когда, наконец, наступит подходящий момент для работы с «трудным» клиентом, мы будем придерживаться той же тактики, что и в индивидуальном сеансе. Психотерапевт ждет, пока поток желаний и мыслей не иссякнет – рано или поздно это обязательно произойдет. Дождавшись паузы, специалист приступает к действиям. Он произносит слова, которые отсылают строптивца к присутствию, и сразу умолкает. Таким образом разум лишается поддержки и энергии, и клиент теряет негативный настрой.

Как и при индивидуальных занятиях, лидеру группы нужно в любой ситуации оставаться непринужденным, избегать соблазнов и не злоупотреблять властью. Не стоит накладывать на участников строгие ограничения. Лечение подразумевает свободу для пациентов – этот принцип идет несколько вразрез с традиционными представлениями о «помощи». Доктор должен позаботиться также и о собственном комфорте и релаксации.

Как провести групповую медитацию

На курсах личностного роста не обойтись без групповой медитации. Она позволяет участникам наладить контакт с собственным внутренним миром, и в нем появляется пространство для новых знаний и впечатлений, а старые предрассудки и сценарии поведения уходят в прошлое.

Прежде чем приступить к руководству групповой медитацией, психотерапевту нужно четко определиться с намерениями и направлением работы. Он должен почувствовать связь как со своей энергией, так и с энергетикой группы. Это помогает ему принимать верные решения относительно курса медитации: стоит ли сосредоточиться на движениях или покое; на теле, разуме или сердце.

Самый простой способ начать медитацию – поддаться нашей естественной потребности в движении. Затем нужно проследить за тем, как клиенты выполняют инструкции, и ненавязчиво задать направление дальнейшего процесса. Наблюдать всегда полезнее за духовно зрелыми участниками – их поведение помогает психотерапевту понять, соответствуют ли его указания энергетике момента.

«Успешные» клиенты порождают мощнейший позитивный импульс, и ему уже никто не в силах противостоять. Таким образом, менее зрелые члены группы выигрывают благодаря своим способным товарищам. Никто никого ни к чему не принуждает – положительная энергия все делает за нас.

Руководитель групповой медитации должен давать советы мягко и ненавязчиво, с небольшими паузами – ведь людям необходимо время, чтобы обрести связь со своей сущностью.

Заключение

На курсах личностного роста прежде всего должна царить атмосфера любви, спокойствия и взаимовыручки. Тогда участники смогут многому научиться друг у друга и обретут ценный жизненный опыт. Самосознание растет только в благоприятной среде. Руководитель группы выполняет две функции: во-первых, координирует процесс и следит за соблюдением правил структуры; во-вторых, поощряет моменты спонтанной любви и озарения.

Если мы хотим научить клиентов определенной методике или технике, важно соблюдать баланс между обучением и интеграцией. Людям необходимо время на то, чтобы усвоить новые знания, расслабиться и отдохнуть. В противном случае наши старания произведут обратный эффект – в состоянии стресса пациенты вряд ли обретут полезные навыки. На самом деле обучение обусловлено не столько интеллектуальными способностями, сколько личным опытом человека.

Эпилог

Одна древняя индийская притча повествует о пяти слепцах, которые, повстречав слона, пытаются определить, что он из себя представляет. Первый слепец трогает бивень и говорит: «Слон твердый и гладкий – как камень». Другой касается ноги и возражает: «Нет, он мощный и высокий, словно древесный ствол». Третий натыкается на ухо и делает вывод: «Нет, слон плоский и широкий, он похож на парус корабля…» – и так далее.

Каждый из пятерых по-своему прав, однако в действительности слон – это совокупность всего перечисленного и даже больше. Подобным образом спиритуалистический подход к психотерапии объединяет великое множество техник, но в целом представляет собой больше, чем просто сумму его составных частей.

Разные виды психотерапии рассматривают клиента, или человеческую личность, под разными углами. Каждый подход по-своему уникален, но притом и ограничен. Ни одна точка зрения не способна дать исчерпывающую характеристику человека. Все они по-разному смотрят на физическое, психологическое и духовное здоровье. В данной книге мы подробно остановились на трех основных стилях психотерапевтической работы:

• Пульсационный подход предполагает, что душевное здоровье напрямую зависит от пульсации (или природного ритма) тела. Если восстановить этот ритм, энергия вновь начинает беспрепятственно перемещаться в мышцах.

• Понятие «работа с энергией» включает в себя довольно широкий спектр психологических и психотерапевтических методик. По большому счету, все их объединяет один основной принцип: самочувствие возможно поправить через развитие самосознания. Применительно к полярности внутренний мужчина – внутренняя женщина моральное здоровье представляется как некая высшая точка сознательности и полноты бытия в одиночестве. Парадоксально, но именно в этой точке мужское и женское начало способны встретиться и полностью раствориться друг в друге.

• Согласно методу системно-семейных расстановок, здоров тот, кто живет в ладу с настроением духа или души (выберите из двух формулировок более привычную). Следуя за движениями духа, человек принимает мир таким, какой он есть, и радуется каждому прожитому дню.

Данные три подхода обращают внимание на разные аспекты одной и той же истинной реальности. Если сравнить их между собой логически и систематически, то откроется любопытный факт: они и дополняют друг друга, и в то же время противоречат друг другу. Например, в пульсационной методике, дабы исцелиться, пациент должен выплеснуть из себя подавленные эмоции (скажем, затаенную злобу). Однако в прочих подходах такое выражение чувств не поощряется: считается, что это может усугубить самоидентификацию человека с отрицательной энергией. Пульсационную терапию идеально проводить курсом из нескольких сеансов, а метод системно-семейных расстановок способен открыть человеку нечто важное всего за один-единственный прием. Порой то, что видится нам истинным и верным сквозь одну пару очков, в других преображается с точностью до наоборот.

Но мы не будем делать из этого проблему. Жизнь слишком сложна и многогранна, чтобы подчиняться единой системе. Если вам интересно духовно расти и развиваться, стоит попробовать разные подходы к психотерапии. Не пытайтесь подвести их под общую базу – просто примите противоречия как данность. Любая попытка свести все к единой системе (такой целью задавался, в частности, психосинтез) лишь приведет к потере уникальности и значимости ее составных частей.

Кроме того, многое зависит и от потребностей конкретного клиента на конкретном этапе, который он в данный момент проходит. То, что кажется важным сегодня, завтра может потерять актуальность, а то, что бесполезно поначалу, впоследствии нередко выходит на первый план. Человек, умеющий использовать противоречия себе во благо, никогда не отстанет от жизни – ведь жизнь сама по себе полна контрастов и противоположностей.

Вот почему нашему подходу мы дали название «Путь дзен» – дзен-буддизм экзистенциален и не ограничен ни линейным мышлением, ни логикой. Его учения не похожи на доктрины. Дзен-мастер не ставит перед собой задачу разъяснить некую философию, вместо этого он помогает ученикам преодолеть пределы разума и там, в новом измерении, постичь настоящие откровения.

Таким образом, душевное исцеление не касается привычных нам параметров здоровья. Оно совершается как таинство, в ходе которого люди обретают внутреннюю гармонию, познают неведомое и учатся любить жизнь со всеми ее недостатками. Иными словами, данная методика основана на медитации – ведь именно медитация помогает людям наладить связь со своей внутренней сущностью и сказать «да» окружающему миру.

Отметим и еще один важный аспект спиритуалистической психотерапии (или консультирования) – она подготавливает почву для нового, креативного образа жизни. Как результат, пациент прекращает зацикливаться на проблемах; вместо этого он концентрируется на творчестве и саморазвитии.

И наконец, нам следует признаться: данная книга содержит в себе изначальный парадокс. Ведь, как учит дзен-буддизм, настоящую мудрость нельзя выразить словами – на нее можно лишь тонко намекнуть. Эта проблема известна и самим буддистам, о чем свидетельствует следующая забавная история.

Однажды любопытный путешественник повстречался с дзен-мастером. Мудрец сидел на берегу моря, когда незнакомец подошел к нему и спросил:

– Что такое медитация?

Мастер долго молчал, погрузившись в себя.

– Прошу прощения, – сказал путешественник, – ваше молчание мне не понятно. Пожалуйста, дайте более развернутый ответ.

С минуту мастер продолжал сидеть неподвижно, а затем взял в руки палочку и начертил на песке: «Дзен».

– К сожалению, я опять ничего не понял, – огорчился путник. – Вы не могли бы объяснить поподробнее?

Мудрец и на этот раз ответил не сразу. А спустя минуту он вывел на песке огромными буквами: «Дзен»!

– И опять вы ничего не рассказали, – заключил путешественник.

– Напротив, я поведал слишком много, – отозвался мастер. – Больше этого я не могу сказать, я и так зашел чересчур далеко.

Библиография

The Roots of Love: A Guide to Family Constellation by Svagito Liebermeister (Perfect Publishers, 2006).

The Master’s Touch, Psychic Massage by Sagarpriya (Sandvik Publishing, 1994).

Tantric Pulsation by Aneesha Dillon (Perfect Publishers, 2005).

Waking the Tiger: Healing Trauma by Piter Levine (North Atlantic Books, 1997).

Acknowledging What Is. Conversation with Bert Hellinger (Zeig Tucker & Theissen, Inc. 1994).

Love’s Hidden Symmetry. What Makes Love Work in Relationship by R. Hellinger, G. Weber, H. Beaumont (Zeig Tucker & Theissen, Inc. 1998).

To the Heart of the Matter. Brief Therapies by Bert Hellinger (Carl-Auer-Systeme Verlag, Heidelberg, 2003).

The Great Pigrimage by Osho (Rebel Publishing House, India).

Beyond Psychology by Osho (Tao Publishing Pvt. Ltd., India).

The Rebellious Spirit by Osho (Rebel Publishing House, India).

Satyam, Shivam, Sunderam by Osho (Tao Publishing Pvt. Ltd., India).

Meditation. The First and the Last Freedom by Osho (St. Martin’s Press, USA)

Об авторе

Свагито Р. Либермайстер родился в Германии в 1957 году, имеет диплом по психологии Мюнхенского университета, а также более чем двадцатипятилетний опыт практической работы с людьми в качестве психотерапевта.

Он изучал самые разнообразные подходы к психотерапии – среди них терапия глубоких тканей, неорайхианский метод работы с энергией (пульсационный подход), психический массаж, учение Звезда-Сапфир, консультирование и системно-семейные расстановки. По каждой из этих методик он организовал немало обучающих программ – и продолжает организовывать вот уже более двадцати лет.

Параллельно с занятиями психотерапией с 1981 года Свагито является последователем индийского мистика Ошо и исследовал немалое количество техник медитации. Интерес писателя представляет совместное применение психотерапии и медитации. Искусству работы с людьми он обучил уже сотни специалистов-практиков по всему миру.

В настоящее время Свагито является координатором ежегодной программы тренингов для психотерапевтов на Медитационном курорте Ошо в Пуне, в Индии – одном из крупнейших центров личностного роста в мире. Он много путешествует по Европе, Азии, Центральной Америке и другим частям света; его курсы и обучающие программы доступны более чем в пятнадцати разных странах.

Его первая книга, «Корни любви. Семейные расстановки – от зависимости к свободе» (2006)[10], переведена на восемь языков.

Если вас интересует более подробная информация о курсах и тренингах Свагито, а также для заказа его книг и DVD рекомендуем посетить сайт: www.family-constellation.net

Если вас интересует более подробная информация об Ошо и его подходе к медитации, рекомендуем посетить сайт: www.osho.com

Примечания

1

Сагаприя. Психический массаж – прикосновение Мастера. СПб.: ИГ «Весь», 2009. – Примеч. ред.

2

Левин П. Исцеление от травмы. СПб.: ИГ «Весь», 2011. – Примеч. ред.

3

Англ. «mindfulness». – Примеч. пер.

4

Интенциональность (от лат. «intentio» – намерение) – понятие в философии, означающее центральное свойство человеческого сознания: быть направленным на некоторый предмет. – Примеч. ред.

5

Первичная терапия – способ лечения психосоматических расстройств, известный также под названием «метод первичного крика». Разработан психоаналитиком Артуром Яновым, который считал, что основой человеческих проблем является неосознаваемая психическая травма, возникающая в раннем детстве. – Примеч. пер.

6

Пуна – город в Индии, расположен в ста пятидесяти километрах к юго-востоку от Мумбаи. – Примеч. пер.

7

Вацлавик П. Как стать несчастным без посторонней помощи. М.: Попурри, 2003. – Примеч. ред.

8

Англ. «I would love to be with her… I would love to be his girlfriend… I would love him to notice me…». – Примеч. пер.

9

Грэй Дж. Мужчины с Марса, женщины с Венеры. К.: София, 2011. – Примеч. ред.

10

СПб.: ИГ «Весь», 2008. Эта же книга была опубликована под названием «Источник любви» в издательстве «Весь» в 2012 году. – Примеч. ред.

Content

Свагито Р. Либермайстер
Путь дзен. Медитативный подход к консультированию

Благодарности

Введение

Часть 1 Ключевые элементы консультирования

Глава 1 Терапия и медитация

Две школы: Фрейд и бихевиоризм

Субъективная реальность и наука

Гуманистическая психология: третья школа

Психотерапия и медитация: первая встреча

Что такое медитация?

Разум, изучающий сам себя

Что является нормой?

Бесконечный процесс лечения

Как лицезреть мышление

Новая форма консультирования

Глава 2 Разум и бытие

Проблема – в отождествлении

Процесс самопознания

Истоки разума

Жизнь в прошлом и будущем

Состояние полноты бытия

Кардинальный переход в настоящее

Упражнение: скажем «да» настоящему моменту

Глава 3 Харизма и присутствие: целительная сила

Харизма и присутствие

Работа в состоянии присутствия

Установление связи с медитативным пространством

Основа сеанса

Как научиться присутствию: пять подсказок

1. Положение тела

2. Осознанное дыхание

3. Расслабление в сердце

4. Вспоминаем мгновения медитации

5. Следуем импульсу

Упражнения по медитации, способствующие обретению присутствия

Упражнение по медитации № 1: скажем «да» своему телу

Упражнение по медитации № 2: внутреннее наблюдение

Упражнение по медитации № 3: раскачиваем тазом

Упражнение по медитации № 4: медитация сердцем

Упражнение по медитации № 5: спонтанность (вместе с партнером)

Достигаем присутствия: оно ценно само по себе

Глава 4 Природа желания

Сущность разума есть «хотение»

Желание взаимосвязано с «нет»

Как мы учимся не ценить себя

Счастливые мечты, разбитые мечты

Страх потери

Подавление нежеланных чувств

Преображение через приятие

Примеры из сеансов

Упражнение: осознаем желание

Глава 5 Влияние любви

Множество параметров любви

Произрастающая из области «да»

Биологически, эмоционально, психологически и духовно

Льющаяся через край

Распространенные заблуждения о любви

Формирование поведения начинается в детстве

Ставим под сомнение глубоко укоренившиеся убеждения

Глава 6 Первичные отношения

Процесс освобождения

Развитие ребенка

«Верблюд», «лев» и «ребенок»

«Верблюд»: «да» собеседнику

«Лев»: «нет» собеседнику

«Ребенок»: «да» себе самому

Как психотерапевту работать с моделями поведения

Разыгрывание ролей в гештальт-терапии

Выходим из состояния «верблюда»

Выходим из состояния «льва»

«Верблюд» под маской «льва»

В новом измерении

Глава 7 Отношения между мужчиной и женщиной

Два типа любви

Соглашение о сотрудничестве

Принимаем двоякие ощущения

Мужчины с Марса…

Кто сильнее?

Упражнение по медитации, которое поможет понять суть взаимоотношений

Признаем потребность друг в друге

Глава 8 Внутренняя полярность: мужчина-женщина

Внутренний мужчина, внутренняя женщина

Феномен проецирования

Как работает проецирование

Признаем свои скрытые стороны

Гармония и дисгармония

Смещение образа

«Слабая» женщина и «сильный» мужчина

«Пожалуйста, дай мне больше свободы»

Предоставим свободу каждому

Упражнение: знакомство с внутренним мужчиной и внутренней женщиной

Часть 2 Работа с людьми

Глава 9 Первая стадия: оказываем поддержку

Что такое поддержка?

Что в нас реально?

Это правда?

Почувствуйте, как вас коснется присутствие

Обратите внимание на присутствие

Поможем клиенту открыть присутствие

Сделайте акцент на самосознании

Цените небольшие успехи

Глава 10 Вторая стадия: конфронтация и маятниковые колебания

Что такое конфронтация?

Что такое маятниковые колебания?

Отрицание и признание

Преодолеваем самоидентификацию

Этапы преображения

Стадия поддержки

Стадия конфронтации

Стадия поддержки

Стадия интеграции

Создайте атмосферу расслабленности

Глава 11 Третья стадия: интеграция

Этапы сеанса

И это когда-нибудь пройдет

Не навреди

Даем четкие практические разъяснения

Не вмешиваемся в жизнь клиента

Совет – это недорогое лечение

Когда результат достигнут

Время: основной ресурс

Глава 12 Положение психотерапевта

Немного о помощи

Движущая сила помощи

Основные принципы

Психотерапевт как друг

Принимая отвергнутое

Искусство наблюдать

Глава 13 Отношения между помощником и клиентом

Сексуальное манипулирование

Как психотерапевту себя вести

Пять способов избежать «родительского» подхода

Ответственность пациента

«Трудные» клиенты

Относитесь к себе с юмором

Притча о мухах

Часть 3 Основные психотерапевтические модели

Глава 14 Телесно-ориентированные методики и эмоциональное самосознание

Воспитание и подавление чувств

Трехуровневая модель личности

Социальная маска

Формула оргазма

Мудрость тела

Усилие, не требующее сил

Уравновешиваем негативное

Подавление, экспрессия и локализация

Три способа дыхания

Глава 15 Работа с энергией

Энергия и сознание

Семь чакр: чтение энергии и резонанс

Четыре потенциальные возможности

1. Клиенты без резонанса

2. Клиенты со слабым резонансом

3. Клиенты со средним резонансом

4. Клиенты с высоким резонансом

Типы обследования

Мужская и женская полярности

Условные рефлексы и резонанс

Переучиться и исправиться

Общая оценка

Возможные трудности

Глава 16 Системные подходы

Таинственный мир энергии

Скрытая сила коллективного сознания

Соблюдаем священный порядок

Модель личности

Распутываем семейный узел

Уникальность метода системно-семейных расстановок

Направления для доработки

Глава 17 Работа в группе

Этапы групповой психотерапии

Как организовать пространство для семинара

Помощник

Структура против свободы

Вдохновляя окружающих

Групповое общение

Вопросы и ответы

Как помочь клиенту выразить свои чувства

Как преодолеть проецирование

Как бороться с помехами

Как провести групповую медитацию

Заключение

Эпилог

Библиография

Об авторе

Примечания