Оксана Малинская

Новая жизнь

Глава 1

Я чувствовала, как медленно куда-то поднимаюсь. Каждая клеточка моего тела была очень тяжелой. Такое ощущение, как будто я была статуей, которую вдруг решили превратить в человека, и по моим венам внезапно побежала кровь, моим легким неожиданно понадобился кислород, а также я смогла думать. Мой организм словно не привык к такому, поэтому все процессы происходили невероятно медленно. Не понимая поначалу, кто я, и где я, я открыла глаза. Увидев только темноту, я испугалась. Мурашки на моей оцепеневшей коже подсказали, что на меня кто-то смотрит. Оценивающе так смотрит.

Окончательно испугавшись, я начала дергать руками и ногами и вдруг поняла, что нахожусь в каком-то небольшом помещении по размерам гроба. Я в гробу? Но разве я умерла? Я хотела закричать, но почему-то не могла вспомнить, как это делается. Конечности слушались неохотно, однако я постаралась как можно сильнее ударить по крышке этого гроба. Из моего горла вырвался хрип. Да выпустите же кто-нибудь меня отсюда!

— Не шуми! — по ту сторону вдруг послышался чей-то голос. Потребовалось время, чтобы я поняла, что он говорит. Язык тоже воспринимался с трудом, как будто я была иностранкой. — Подожди еще минуту, сейчас я тебя выпущу.

Я отчаянно постаралась успокоиться. Учитывая то, что я находилась в гробу и по-прежнему ничего не видела, а все мое тело с трудом двигалось, это было довольно проблематично. Тяжело дыша и считая удары сердца, я сжала руки в кулаки. Ощущение чьего-то взгляда не покидало меня. Таинственная персона как будто сканировала меня, потом с облегчением вздохнула, словно я была тем человеком, которого она долго-долго ждала и уже начала думать, что он не приедет, и тут я появилась. Удовлетворенно кивнув, «кто-то» удалился. Я понятия не имела, откуда я это все взяла. Я по-прежнему ничего не видела и чувствовала только, как по моему затекшему телу начинает циркулировать кровь. Впрочем, откуда-то снаружи доносились голоса. Я определенно была не одна.

— Ну, вы скоро? — раздался чей-то нетерпеливый голос совсем близко. Он почему-то показался мне знакомым, причем мое тело обдало теплом, как будто я была на улице в пасмурный день, а тут небо озарило солнце.

— Осталось совсем немного, — произнес женский голос. — Кстати, ты почему встал?

— Я уже нормально себя чувствую, — ответил первый человек.

Потом раздался звук, как будто отъехала дверь, и появился третий голос, тоже смутно знакомый.

— О, Крис, вот ты где! А нас уже привели в чувство. Тебе сказали, где мы?

Крис… Неожиданно моя память выдала мне улыбчивое вытянутое лицо с голубыми глазами и белыми волосами. По моему телу пробежала волна чего-то приятного. Следом за ним я вспомнила и все остальное. Я — Кендис. И я была в космосе.

Мое сердце бешено заколотилось, и тут крышка с гудением открылась. Меня чуть не ослепил пронзительный желтоватый свет, и я поспешно закрыла глаза. Однако я успела увидеть молоденькую девушку, всего лет на пять-семь меня старше.

— Да, твои глаза отвыкли от света, — раздался ее голос. — Нужно немного подождать, прежде чем они привыкнут. Ты помнишь, как тебя зовут?

— Кендис, — ответила я тихим и хриплым голосом.

— Хм, верно, — немного удивленно сказала девушка. — А ты быстро отходишь от анабиоза. Твоему другу потребовалось полчаса на то, чтобы вспомнить, кто он. А теперь медленно открой глаза. Я приглушила свет.

Я с трудом отлепила веки, успев забыть, как это делают. Свет теперь был приглушен, так что я смогла, наконец, разглядеть место, где я находилась. Я была на космическом корабле, лежала в анабиозной капсуле. Девушка оказалась миниатюрной, черноволосой и с шикарными формами. Я обвела помещение взглядом и с улыбкой заметила Криса, который стоял рядом. На заднем плане маячили еще какие-то люди, но я не могла оторвать взгляд от человека, который так много для меня значил, что я решилась на столь отчаянный шаг — оставить родную планету и полететь в космос. Он был таким же, каким я его помнила, вот только кожа была гораздо бледнее обычного.

— С возвращением, Кендис! — радостно воскликнул он. — Мы приземлились на первой планете! Ты помнишь Стива и Локи? — он указал на тех парней, которые маячили сзади.

Сфокусировав взгляд на них, я узнала тех ребят, с которыми мы познакомились еще на Земле в лондонском космопорте. Высокий брюнет с карими глазами — Стив. В голове прозвучал его голос: «Лично я считаю, что Земля уже исчерпала все свои возможности. Тут уже столько народа, что почти нет шанса получить приличное образование, если ты не ботан какой-нибудь, да и работу попробуй, найди! Если хочешь чего-то добиться, то лучше делать это там. Лично я планирую обосноваться в Товеносе и профессионально заняться флайбордингом». Потом я перевела взгляд на парня среднего роста, худощавого телосложения, с темно-русыми волосами и серыми глазами — Локи. «Я с самого детства мечтал стать музыкантом, но я понимаю, что перспективы в этом плане на Земле маленькие. Кроме того, у меня нет никого, кроме отца, да и ему наплевать на то, как я живу — появится дома раз в неделю, даст денег, и исчезнет. Мой старший брат три года назад отправился в тур „Новая жизнь“, с тех пор я ничего от него не слышал. Хотелось бы встретить его, спросить, как дела. А потом я и сам выберу себе планету и осяду там, займусь музыкой. По-моему, это лучше, чем вечно загнивать здесь на нелюбимой работе». Все это вспоминалось на удивление легко, как будто я снова читала книгу, любимую мной в детстве, но заброшенную, когда я выросла.

Однако с парнями был еще кто-то. Миниатюрная блондинка, которая тоже казалась смутно знакомой.

— Лора, — представилась она, и в голове всплыло воспоминание с Земли, которое помогло мне узнать ее.

Светловолосая девушка невысокого роста в компании подружек взволнованно щебетала:

— Наконец-то я окончила эту дурацкую школу и могу полететь вслед за Дэнни! Мы с ним договорились встретиться на Кристаллисе. О Боже! — вдруг воскликнула девушка. — А вдруг для него прошло больше времени, чем для нас? Вдруг он совсем состарился за это время? Кто знает, как там со временем в космосе?

— Лора, ты что, совсем, что ли? — сказала ее рыжеволосая подруга. — Наоборот, для них время идет медленнее, корабль летит со скоростью света. А он еще и в анабиозе, так что оно вообще, можно сказать, остановилось. Так что не переживай, к вашей встрече он не сильно состарится!

Черноволосая девушка посмотрела показания на экране в стене капсулы, и представилась:

— Меня зовут Маривонн, я была одним из пилотов этого корабля, а сейчас я помогаю новичкам с адаптацией. Первая планета вашего тура называется Тимор.

— Мы летели до нее семь лет, представляешь? — перебил ее Крис.

Услышав эту цифру, я почувствовала, что мне становится дурно. Семь лет в космосе! Семь лет анабиоза! Неудивительно, что мне так трудно двигаться и говорить.

— Зачем ты ее пугаешь? — недовольно спросила Маривонн, глядя на показания.

— Нет, ничего, все в порядке, — все еще хриплым голосом пролепетала я, постаравшись осознать простую истину: я покинула Землю семь лет назад…

— Так, теперь попробуй встать, — попросила Маривонн.

Я с трудом выбралась из капсулы. Мои ноги дрожали, однако мне все же удалось вспомнить, как стоять. Хлынувшая к ним кровь воткнула тысячи маленьких иголок в мою плоть. Шатаясь, я сделала несколько шагов, и тут обнаружила иллюминатор. Голова немного кружилась, однако я медленно подошла к нему, намереваясь посмотреть, куда это нас занесло. С удивлением я обнаружила, что на улице все было засыпано вполне земным снегом. Свет был слабым, он не походил ни на солнечный, ни на лунный. Неподалеку виднелось что-то типа металлического забора, а еще дальше какие-то причудливые силуэты деревьев. Больше мне ничего разглядеть не удалось.

— Тимор — по-латински «страх», как мне успели объяснить, — возбужденно тараторил Крис. — Эта планета действительно страшная, ведь на ней водятся гигантские десятифутовые волки!

— Не нужно ее пугать, — снова одернула его Маривонн. — Да, волки у нас есть, но все они находятся за забором, который под напряжением, так что сюда они не проберутся.

В этот момент откуда-то и вправду раздался волчий вой, и я почувствовала, что меня обдало холодом. Гигантские волки? Господи, и зачем я только сюда полетела? Мои ноги предательски задрожали, и мне стоило огромных усилий не упасть.

— Эй, Кендис, ты в порядке? — обеспокоенно спросил Крис, глядя на мое бледное лицо, и я поспешила кивнуть. Говорить я по-прежнему была не в силах.

Маривонн тоже с тревогой наблюдала за мной, но когда убедилась, что я не собираюсь падать, успокоилась.

— А ты молодец, хорошо держишься, — улыбнулась она. — Да, Тимор — страшная планета в какой-то степени. Разумных существ на ней нет, но есть волки, несколько разновидностей вампиров, богатый растительный мир и очень низкая температура. Атмосфера близка к земной, но, в отличие от нашей родной планеты, здесь во всех зонах царит вечная зима, просто где-то холоднее, а где-то чуть теплее. Но не нужно ничего бояться. Это была первая планета, которую колонизовали люди, так что здесь давно все обустроено под человека.

Я слушала, что она рассказывает, а вот уже слышавший все это Крис заскучал и пошел к Стиву, Локи и почему-то присоединившейся к ним Лоре и начал о чем-то тихо с ними переговариваться. Я тоже почувствовала, как моя концентрация падает и устремляется вслед за ним.

— Ну, так что, Кендис пришла в себя? — увидев, что я на них смотрю, громко спросил Стив. — Мы уже можем идти?

— Чувствую себя нормально, — уже более твердым голосом ответила я и даже сделала несколько уверенных шагов по направлению к парням.

— А ты быстрее меня приходишь в себя, — немного обиженно протянул Крис.

— Может, пойдем уже? — нетерпеливо сказал Локи.

Но Маривонн покачала головой:

— По кораблю, конечно, можете походить, но на улицу вам пока нельзя: ваши организмы еще не готовы к тиморским температурам, — сказав это, она внимательно посмотрела на меня. — А тебе я бы рекомендовала еще немного полежать и, возможно, даже поспать. Конечно, ты отходишь от анабиоза быстрее других, но все-таки ты очнулась всего пять минут назад, и тебе нужно время, чтобы прийти в себя.

Я согласно кивнула: мое тело все еще плохо слушалось меня, и я сомневалась, что смогу пройти какое-то большое расстояние. Лора тоже выразила желание остаться — она успела уже устать ходить по кораблю. Уходя, Локи подмигнул Лоре, и та покраснела. Я задумчиво проводила его взглядом…

— Пожалуй, я все-таки вздремну, — сказала я, забираясь обратно в капсулу. — Не готова я еще к новым впечатлениям…

— Ага, я тоже, — кивнула Лора и легла в соседнюю капсулу Криса.

Я сдвинула дверь класса и вошла. В первую секунду я ослепла от пронзительного яркого света, который прорывался в окно. Он озарил мои кудрявые каштановые локоны, придав им рыжий оттенок. Сегодня был непривычно теплый и солнечный день для осени, поэтому я надела короткую юбку и открытую кофту с геометрическим узором. Жаль, что не догадалась захватить солнечные линзы.

— А, ты, наверно, Кендис, — раздался мужской голос. — Проходи, мы уже почти закончили.

Прикрывая глаза ладонью, я прошла немного вперед и села на какой-то стул. Как только я опустилась, солнце перестало светить мне прямо в глаза. Простая комната, заваленная ненужными столами и стульями, деревянный скрипучий пол, слой пыли на учительском столе… В ряд поставлено несколько современный кресел, в центре валяются гитарные процессоры, по бокам огромные колонки. Солнечный луч падает на все эти предметы, делая их бледноватыми, как будто это старинная фотография. Но при этом помещение не казалось неуместным. В нашей школе вообще было туго с современными технологиями, и порой казалось, что мы застряли в начале 21 века, но в этом было свое очарование. Закончив созерцание комнаты, я заметила светловолосого худого парня, сидящего с гитарой в руках напротив мужчины постарше. Парень с интересом уставился на меня, и мужчина сказал:

— Крис, это Кендис, наша новая ученица. Кендис, это Крис.

— Очень приятно, — сказала я и тут же добавила: — Вы простите, что я пришла так рано. Я могу подождать, вы не спешите.

— Нет-нет, мы уже почти все. Осталось минут пять. Крис, — обратился он к парню. — Давай еще раз.

Крис склонил голову и заиграл что-то смутно знакомое. Я лениво пялилась в окно, не проявляя никакого интереса к парню. Обычный. Слава Богу, я ничего не почувствовала. А то в последнее время моя влюбчивость совсем мне покоя не давала. К тому же сегодня я проснулась со странным чувством, что должно произойти что-то важное. Ну да, сегодня мое первое занятие по гитаре, но я бы не назвала это судьбоносным событием. А ощущение было именно такое. Но, похоже, я ошиблась и зря пришла так рано. Я начала легонько покачивать ногой. Сначала смущенный парень немного расслабился и заиграл более уверенно песню в стиле рок. Я поймала себя на мысли, что мне нравится, как он играет.

Через пять минут преподаватель отпустил Криса, и настала моя очередь. Я подошла, расчехлила гитару, взяла тюнер и села, чувствуя на себе взгляд парня. Он не спешил уходить, видимо, желая рассмотреть меня. И чего пялится? Мне и так неловко в обществе незнакомых людей.

Я быстро глянула на него, и голубые глаза отвернулись от меня. Кажется, он смущен не меньше меня. Поняв это, я неожиданно почувствовала облегчение и отнеслась к его присутствию уже более спокойно.

Крис напоследок сверкнул блестящей красной гитарой и убрал в чехол.

— До свидания, мистер Уэйнрайт, — сказал он и вышел из класса. А я повернулась к преподавателю и приготовилась слушать.

На планете Тимор царила ночь, однако мало кто спал: прилетел корабль, полный тинэйджеров, готовых начать новую жизнь — это всегда большое событие. Так что те, кто должен был помогать новичкам, а также прочие ответственные занимались подготовкой помещения людского лагеря к их прибытию.

Габриэлла Валери Янг, уже совсем старая женщина, когда-то ученый, а теперь отвечающая за хозяйство, прогуливалась по коридору около главного входа, проверяя, чисто ли в округе. Она задумчиво смотрела на недавно отполированные карониевые стены с вырезанными на них замысловатыми узорами, когда двери главного входа отъехали в сторону, и на пороге появилась молодая черноволосая девушка в зимнем костюме с покрасневшим от холода лицом.

Она радостно огляделась, с удовольствием глядя на знакомые стены, не виденные столько лет, и тут ее взгляд наткнулся на Габриэллу, которая куталась в шаль от нахлынувшего на нее холодного воздуха. Несколько снежинок упали на карониевый пол и поспешно растаяли, превратившись в арайн — местную жидкость типа воды, с немного другим вкусом и составом, но для людей вполне безвредную.

— Габриэлла! — воскликнула Маривонн, бросаясь обнимать старую женщину. — Я так рада вас видеть!

Смущенная и так же обрадованная Габриэлла похлопала девушку по спине и улыбнулась:

— А уж я-то как рада тебя видеть, Маривонн! Ты совсем не изменилась, все такая же молодая и красивая! Ну, рассказывай, как прошел твой первый полет?

Маривонн оторвалась от Габриэллы и радостно улыбнулась. Она была так счастлива вернуться на планету, что не могла перестать восторгаться карониевыми стенами, людьми в комбинезонах, бродящими по коридору, старой женщиной, по которой она так скучала, и с которой у нее всегда были прекрасные отношения…

— Ох, это было великолепно! Конечно, большую часть пути мне пришлось провести в анабиозе, но каждый год меня будили на месяц, и я руководила кораблем… Вы бы видели, Габриэлла, как прекрасен и одновременно устрашающ космос, особенно на скорости света…, — Маривонн улыбнулась воспоминаниям, а потом спохватилась. — Ой, мне нужно бежать! Столько всего еще делать. Завтра большой день, сами понимаете…

— Конечно, понимаю, — успокаивающе кивнула Габриэлла. — Беги, тебя уже все ждут.

И Маривонн устремилась по коридорам. Ее длинные черные волосы закачались, волнами спадая на спину.

Габриэлла продолжила свой путь. Много лет назад Маривонн была одной из первых, кто решил поучаствовать в программе «Новая жизнь». Тогда эта новость больше пугала, чем внушала надежду, поэтому оставить привычный мир решались очень немногие. Это сейчас почти все подростки, едва им исполнится восемнадцать, улетают в космос. Маривонн только окончила школу и устроилась на работу в гостиницу. В любви ей не везло, да и бесконечно грязная Земля ее «в конец достала», так она говорила. Вот и бросила все и улетела, когда представилась ей возможность. Здесь у Маривонн и вправду началась новая жизнь. Она перестала быть дурнушкой. У нее уже появились поклонники — президент Тимора Вилсон и их повар Винтроп.

Поняв, как чудесно в космосе, она решила, что хочет стать проводником для тех несчастных, которых мучает жизнь на Земле, и чьи души отчаянно стремятся к звездам. Она хотела помочь им добраться сюда и показать все те прелести местной жизни, которые когда-то заставили остаться здесь ее. Поэтому она стала пилотом. На такое решится не каждая. И несколько лет ее не было. Однако теперь она вернулась, и Габриэлла удовлетворенно кивала своим мыслям, как будто появление черноволосой девушки было обязательным условием жизни на этой планете.

Зал был полон народу. Все были взволнованы перед первым выступлением, болтали, пытаясь скрыть свою тревогу.

Мои руки медленно скользили по струнам из трактабилиса, вспоминая заученную мелодию, и я радовалась тому, что струны не врезаются в пальцы с болью, как это бывало с гитаристами в прошлом веке. Если бы к моему страху перед выступлением примешивались кровавые мозоли на пальцах, я бы, наверное, умерла.

Я сидела в полном одиночестве. Мне не с кем было поделиться своими тревогами, хотя я, скорее всего, боялась больше всех. Для меня перспектива выступления перед людьми была хуже всего на свете. Я пыталась отказаться, но мистер Уэйнрайт настоял. Небо за окном наливалось красным закатом. Заходящее солнце светило мне прямо в глаза. Я вспомнила свой первый день и того парня, Криса. Интересно, а он волнуется? Я нашла его в зале и неожиданно встретилась с ним взглядом. Он улыбался, он был доволен. Казалось, его ничего не беспокоило. Увидев, что он не волнуется, я тоже перестала волноваться. Интересно, помнит ли он меня?..

На трясущихся ногах я спустилась со сцены. Поверить не могу, что я сыграла без ошибок.

Все-таки оказалось, что играть на гитаре не так уж трудно, как мне казалось. Я села на ближайшее свободное место и натолкнулась на ободряющий взгляд Криса. Он улыбнулся, и неожиданно я поняла, что смутилась. Крис уже не смотрел на меня, а о чем-то болтал с мальчиками, но я стремительно краснела. Наверно, это нервы.

Мистер Уэйнрайт объявлял на сцене следующего выступающего, но я не слушала.

Почему я так смущена? Снова почувствовав на себе взгляд Криса, я заерзала на стуле. Затем, дождавшись минуты, когда на меня никто не будет смотреть, я тихонько встала, подхватив гитару, и вышла. Мне этого совсем не хочется. Совсем-совсем.

Глава 2

На следующий день нас продержали в корабле еще несколько часов, дабы убедиться, что все благополучно отошли от анабиоза. Руки и ноги слушались меня уже лучше, голос больше не хрипел. Крис был, как обычно, бодр и весел. Он вовсю болтал со своими новыми знакомыми, а я, по своему обыкновению, вела себя скромно. Никогда не была мастером в общении с людьми. С нами болталась та девчонка Лора, но я не спешила заводить с ней дружбу. Какая-то она была глуповатая и легкомысленная. Так что я просто весь день таскалась за Крисом, осматривая корабль и время от времени выглядывая в иллюминаторы, но ничего, кроме снега, мне разглядеть не удалось.

К вечеру (ну, во всяком случае, на улице к этому времени стемнело) нас всех разбили на небольшие группы и посадили в снегокары — что-то типа машин, только приспособленных специально для езды по снегу. Они скорее напоминали микроавтобусы, а изнутри были полностью покрыты каким-то странным материалом, напоминающим железо. Я пыталась разглядеть что-нибудь инопланетное в небольших окнах, но летящие снежинки и туман загораживали обзор.

Перед выходом из корабля нам всем раздали зимние костюмы разных расцветок, но даже в них на улице было невероятно холодно. Мы были снаружи всего пару секунд, а у меня успело окоченеть буквально все в моем теле. К счастью, держать на морозе нас не стали и впустили в помещение. Я успела только заметить, что здание, около которого мы очутились, было огромным и, казалось, простиралось вдаль на многие мили, а сделано было из того же материала, что и автобус.

— Добро пожаловать на Тимор! — нас встретила группа людей в обтягивающих комбинезонах, среди которых я узнала Маривонн.

Я вертела головой, ожидая увидеть что-то необычное, но пока все мало чем отличалось от Земли. Мы находились в чем-то типа холла, от которого в три стороны расходились коридоры. В стенах с узорами размещались термические окна, свет был мягкий желтоватый, стальной пол был отдраен до блеска, так что я могла даже разглядеть свое отражение. Интересно, что за материал пошел на изготовление здания? Выглядит похоже на металл, но я готова была поклясться, что это не он.

— Как вам уже сообщили, Тимор означает «страх», — вступила Маривонн, поправляя длинные черные волосы. На ней был простой ярко-розовый комбинезон без рукавов и что-то типа сапог на платформе. — Но не спешите пугаться. Конечно, за периметром ужасов хватает, но все они за забором, а здесь у нас все тихо, мирно и по-домашнему.

Ну, насчет по-домашнему она погорячилась, но все-таки более-менее земная обстановка меня успокоила. Я-то с ужасом ожидала инопланетян неведомых форм и расцветок, а тут вполне обычное здание, правда, сделанное из неизвестного мне материала, да и узоры на стенах были немного странноватые. Холод в здание не проникал, я почувствовала, что согреваюсь, и даже расстегнула куртку.

— Отправившись в этот тур, вы начали совершенно новую жизнь, — продолжала Маривонн. — В течение месяца вы можете ходить, где хотите, пробовать любые занятия, даже те, которыми вы раньше не занимались, можете гулять — только, конечно, не сразу, а через несколько дней — можете знакомиться с разными людьми, в общем, полная свобода.

— Знаешь, а мне это нравится, — шепнула я Крису, который довольно заулыбался и согласно кивнул.

Все больше расслабляясь, я начала себя чувствовать более раскованно, и потихоньку начала разглядывать остальных новичков из моей группы. Всем им было на вид восемнадцать-девятнадцать лет — в общем, только окончившие школу.

Почувствовав необычайную смелость, я вдруг решилась спросить:

— А что-нибудь инопланетное тут есть? Я имею в виду, — покраснев, продолжила я. — Здесь только земные занятия, или где-то можно полюбоваться на Тиморскую растительность и животный мир?

— Ты что, хочешь ходить по такому морозу? — вдруг спросила Лора, которую, несмотря на довольно теплую температуру внутри здания, до сих пор трясло.

Я несколько растерялась, но Маривонн с готовностью ответила:

— Разумеется, мы непременно организуем вам несколько походов за периметр, но сделаем это позже, когда ваши организмы привыкнут к атмосфере планеты.

— Понятно. Спасибо, — поспешно ответила я, недовольно косясь на Лору, которая что-то сердито бурчала себе под нос.

— А теперь прошу пойти за мной. Мы распределим вас по комнатам, в которых вы будете жить этот месяц, — сказала еще какая-то девушка и направилась в левый коридор. Остальные последовали за ней, ну и я с Крисом тоже.

— Жаль, что здесь флайбордов нет, — огорченно протянул Стив. — Я бы покатался…

— А мне нравится, — заметила я. — Я пока не готова к чему-то неожиданному.

— Эх, поскорее бы за периметр! — восклицал Крис, вертя головой по сторонам и с сожалением не замечая ничего интересного.

Комнаты тоже не отличались особой оригинальностью. Пара-тройка кроватей, шкаф со стандартным набором одежды, да стол со стульями. Заселялись по несколько человек, хотя были и комнаты на одного. Крис, разумеется, заселился вместе со своими новыми друзьями Стивом и Локи, а мне предложили жить вместе с Лорой. Я согласилась. Хоть она мне и не нравилась, мне не хотелось нарываться на конфликт, да и вряд ли мы будем много времени проводить в своих комнатах.

После заселения нас всех отвели в Главный зал. Высокий потолок, серые стены, что-то типа сцены вдалеке. Зал был забит до отказа и, как оказалось, сегодня намечалась большая вечеринка в нашу честь. Похоже, что здесь собрались все жители Тимора, а это, как мне сообщили, около трех тысяч человек.

Узнав про вечеринку и увидев такое большое скопление народа, я почувствовала, что мне становится плохо. Вот не люблю я такие сборища! И что мне тут делать?

Вовсю играла музыка. Звучал психоданс, призванный возбудить толпу и дать им установку на веселье, только на меня он никогда не действовал. Свет не горел, вместо этого на стены вывели карту звездного неба в этой системе. Танцевать я не умела и не хотела, знакомиться с кем-то тем более, так что просто забилась куда-то в угол и стала искоса поглядывать на окружение.

Вскоре мое внимание привлекла Лора. Серый комбинезон-шорты, подчеркивающий ее роскошную фигуру, волосы, взлохмаченные и свободными волнами спадающие на спину волосы, довольно вызывающий макияж. Она ни капельки не стеснялись огромного количества народа вокруг нее и самозабвенно танцевала. Надо признать, в ритм она попадала, да и двигалась просто потрясно. Все парни восхищенно на нее смотрели, но из всех именно Локи танцевал к ней ближе всех и то и дело менялся с ней многозначительными взглядами.

Я нахмурилась. Если я правильно помнила, то у этой девушки был парень по имени Дэнни, с которым она договорилась встретиться на Кристаллисе. Однако взгляды Лоры, которые та бросала на Локи, были более чем заинтересованные. Я так и знала, что она легкомысленная.

Скривившись, я недовольным взглядом обвела завороженно уставившихся на нее парней и с облегчением заметила, что Криса среди них нет. Зато был один кадр в строгих земных брюках и выглаженной белой рубашке. Ну и наряд для тусы. Его глаза смотрели на Лору с таким восхищением, как будто он увидел ангела во плоти, что мне его даже стало жаль. Даже если Лора и решится изменить своему парню, этому стармэйту ничего не светит.

Я наблюдала, как Лора танцует, еще пару песен, потом музыка затихла, и на далекую сцену, на которой зажегся свет, вышел мужчина лет пятидесяти или чуть больше на вид в черном комбинезоне, обтягивающем его мускулистое тело. Похоже, на Тиморе все их носили. Вид у него был довольно внушительный и солидный, так что я сразу распознала в нем кого-то из властей. Однако взгляд его оказался довольно теплым, он с радостью смотрел на нас всех, как будто мы были подарком на Рождество, которого он долго-долго ждал. Чего не скажешь о его спутнице. Высокая тощая блондинка примерно тех же лет, одета она была в длинное платье, которое состояло из трех кусков ткани (синего, голубого и белого), и каждый из них наподобие цветка раскрывался к низу. Она была очень красивой, но лицо выражало равнодушие и скуку, как будто она видела нечто подобное сотню раз (а скорее всего, так оно и было) и ей уже успело надоесть.

К голове мужчины была прицеплена гарнитура, голос был усилен в тысячу раз, чтобы его могли услышать на самом дальнем краю зала. Понятия не имею, где тут были спрятаны колонки — звук шел как будто бы отовсюду. В общем, мужчина откашлялся и заговорил:

— Добро пожаловать на первую планету вашего тура под названием Тимор, — сказал он и, казалось, посмотрел в глаза каждому из нас. — Меня зовут Вилсон Рид, и я президент людской колонии на этой планете. Это Ева Кэмбелл, вице-президент и, хм, моя жена, — на этих словах я удивленно подняла брови. — Прежде всего, хотелось бы вас поздравить с тем, что вы впервые выбрались за пределы атмосферы родной планеты и совершили такое долгое путешествие, пусть для вас оно и промелькнуло незаметно. Я не был на Земле уже долгое время, однако слышал о том, что перенаселение достигло критических масштабов, и что уровень жизни там значительно упал. К счастью, уже конец 22 века, так что мы можем себе позволить подняться вверх и устремиться к звездам, ведь мы открыли другие планеты. Так и был создан тур «Новая жизнь» — чтобы дать шанс молодежи, которая не может реализовать свой потенциал на Земле, сделать это в другом месте. И даже более того — вы можете посмотреть все планеты, которые входят в этот тур, и выбрать ту, которая подойдет вам больше всего. Но не будем торопить события. Итак, все начинается здесь — на Тиморе. Возможно, в первое время вас ввело в заблуждение его похожесть на вашу родную планету, но, поверьте, это совсем не так. Да, в нашем лагере постарались все сделать привычным для вас, но за забором находится опасный мир. Многие из вас слышали о гигантских псах, поедающих людей, и поверьте, это не слух. Там, за забором, снежный и опасный мир, совсем не похожий на земной. Коренного разумного населения здесь нет, так что планета идеально подходит для колонизации. Если вы, проведя месяц на этой планете, захотите остаться, мы будем только рады.

— Хочу увидеть волка! — взволнованно воскликнул Крис мне на ухо. — Кому нужны эти земные тусовки?

Услышавшая его Лора недовольно скривилась и повернулась к нам:

— Ты что, хочешь быть съеденным гигантским псом? — воскликнула она. Ну, в этом я не могла с ней не согласиться.

— Да ладно тебе, наверняка мы к ним близко подходить не будем, — заметил Локи и сделал глоток какого-то напитка из банки. Готова поспорить, что это было что-то алкогольное.

— Я понимаю, что вам хочется увидеть что-то новое, — говорил Вилсон, как будто услышав наш разговор, хотя мы находились довольно далеко от сцены. — Мы организуем вам несколько походов за забор, но позднее. А пока вам следует запомнить, что, вы, конечно, вольны здесь делать, что хотите, но за забор без присмотра лучше не ходить. Это слишком опасно.

Президент строго посмотрел на нас. При упоминании об опасностях я судорожно сглотнула, некстати вспомнив, как чувствовала, что на меня кто-то смотрит, когда еще находилась в капсуле анабиоза. Интересно, кто это был? Или у меня галлюцинации после снотворных?

По залу пронесся недовольный ропот, и тут в дело вступила блондинка:

— Поверьте, скучать вам и в четырех стенах не придется, — она сказала это равнодушным тоном, однако на этих словах по моей спине побежали мурашки, хотя в зале было довольно тепло. Почему-то эта фраза показалась мне обещанием чего-то зловещего.

Крису же явно ничего такого не показалось, и он расстроенно протянул:

— Ну вот, и чем же мы будем здесь заниматься, если нам ходить никуда нельзя? — в этот момент он был похож на маленького мальчика, у которого отняли любимую игрушку. Я почувствовала желание обнять его, но сдержалась, так как сомневалась, что он адекватно на это отреагирует.

Блондинка продолжала со скукой смотреть на зал, а Вилсон важно продолжил свою президентскую речь:

— А пока что вот вам мое последнее напутствие: вы совершили воистину смелый поступок, оставив привычный мир и отправившись сюда. И я хочу вас обрадовать тем, что теперь все изменится к лучшему. Какой бы ни была ваша жизнь до этого, помните: вы вольны начать все с чистого листа, заняться тем, чем раньше не занимались. Вы можете пробовать любые занятия. Здесь нет ограничений. Вы можете быть, кем хотите.

Мурашки пробежали по моему телу, когда я окончательно поняла: назад дороги больше нет. Как бы мой характер не мешал мне приспосабливаться к новому, я должна это сделать. У меня просто нет другого выхода.

Через пару часов я устала от грохота музыки и медленно пьянеющих новых знакомых. Крис, на мое счастье, пить не собирался, так что, убедившись в том, что он не выкинет ничего опасного для жизни, я тихонько выскользнула из зала.

Музыка громыхала так, что в коридоре сотрясался пол, я недовольно поморщилась и постаралась вспомнить путь в нашу комнату с Лорой. С трудом восстановив в памяти маршрут по однообразным коридорам, я двинулась вперед.

Здание выглядело опустевшим: все жители были на вечеринке. Оставшись в одиночестве, я почувствовала, как будто тяжелая ноша наконец-то упала с моих плеч. Мне даже как будто стало легче дышать. Глубоко вздохнув полной грудью, я задумалась над последними словами президента, и настолько погрузилась в свои мысли, что на одном из поворотов невольно налетела на какого-то мужчину.

— Ой, простите, я вас не заметила! — поспешно сказала я.

В ответ раздался сухой кашель, и я с ужасом обнаружила, что налетела на старого деда, на которого был надет вполне земной теплый свитер. От моего удара он с трудом удержался на ногах. Лицо его было таким дряхлым и морщинистым, как будто ему было лет сто, а стоять он мог, только опираясь на деревянную трость. Его взгляд непонимающе пробежался по коридору, словно он не понимал, где находится, а потом остановился на моем лице.

— Ничего страшного, юная леди, — рассеянно ответил он.

Я почувствовала себя так ужасно, что чуть не сбила с ног бедного старичка, что смущенно мялась, не зная, что еще сказать. Его ноги дрожали, а дыхание было хриплым и тяжелым, так что я даже испугалась, как бы он не умер прямо здесь. Интересно, откуда на этой планете такой старик? Разве тур «Новая жизнь» — программа не для молодых?

— Еще раз извините, — пробормотала я. — Я, правда, не хотела вам помешать.

— А почему вы не на вечеринке? — спросил старик. — Вся молодежь сейчас тусуется, отмечает начало новой жизни.

Я невольно улыбнулась, услышав из его уст слово «тусуется».

— Не люблю вечеринки, — ответила я. — Я чувствую себя неловко в местах большого скопления людей.

Старичок тоже улыбнулся мне в ответ.

— Прекрасно вас понимаю, — кивнул он. — Меня зовут Джон Эбрамсон. Если вам потребуется какая-то помощь, то я здесь уже сто лет живу, могу помочь с обустройством. Вы сможете найти меня в кибернетруме, я провожу большую часть своего времени там. Обращайтесь.

— Спасибо, — кивнула я и пошла к себе в спальню, на этот раз двигаясь более осторожно.

— Можно? — спросил Крис, подходя к моему столику в школьном кафе. Я кивнула.

— Ты же Кендис, да? — спросил он, усаживаясь рядом.

— Да, — снова кивнула я.

— Классно сыграла на концерте. Мне понравилось, — сказал он и принялся за бифштекс.

— Спасибо. На самом деле я жутко волновалась, — покраснев, призналась я.

— Да? Совсем не было похоже. Ты в каком классе?

— В одиннадцатом.

— И я, — Крис улыбнулся. — Сегодня идешь на гитару?

— Да.

— Отлично. Тогда, может, там и увидимся? — за это время Крис доел бифштекс. Он встал, махнул рукой на прощание и ушел. А за окном светило солнце.

Мой не очень глубокий сон оказался прерван, когда чья-то рука вцепилась в мое плечо и усиленно затрясла его. Очнувшись в темноте, я вздрогнула. Мысли двигались вяло, как уставшие мухи, и я не сразу поняла, где нахожусь, однако склонившийся надо мной Крис в светящейся куртке расставил все по своим местам. В комнате было темно, как будто мы находились на планете, не имеющей звезды, вокруг которой она могла бы вращаться (знаю, что такое невозможно, но все же), и на какую-то секунду мне стало страшно. Однако Крис нетерпеливо подпрыгивал, глядя на то, как я протираю глаза и отвожу спутанные пряди волос с лица, и на лице его играла слабая улыбка, так что я поняла, что бояться. Нечего. Во всяком случае, пока. Задорный блеск в глазах моего друга не предвещал ничего хорошего.

— Что происходит? — зевая, спросила я.

— Мне нужно кое-что тебе показать. Пошли на улицу! — как всегда, Крис не мог долго стоять на одном месте, и подбежал к соседней кровати, чтобы разбудить Лору. Та в ответ на его попытки ее растрясти начала возмущенно что-то бормотать.

— Среди ночи? — я недовольно покосилась на окно, но вокруг было так темно, что я даже его не разглядела. — Там холодно, и я хочу спать.

— Кендис, ты серьезно? — снова подпрыгнул на месте Крис. Лора морщилась под ярким светом его куртки и прикрывала глаза ладонью. — Мы же на другой планете! Как можно спать, когда на улице такое происходит?

— Что может происходить на улице в таком зверски холодном месте? — недовольно простонала Лора.

— В небе огромный черный шар размером с планету! — с довольным видом провозгласил Крис, как будто объявил о том, что нашел клад с сокровищами.

Я снова перевела взгляд на невидимое сейчас окно и поморщилась:

— Но там не было никакого шара, тем более размером с планету. А если он там и есть, то почему нам о нем ничего не сказали?

— Короче, жду вас в коридоре, — как всегда, Крис стремился сменить локацию как можно скорее.

Как бы мне ни хотелось спать, слова Криса все-таки сумели меня заинтриговать, так что я откинула одеяло и, когда Крис вышел в коридор, принялась отыскивать в темноте одежду. Маривонн рассказывала, что на улице по ночам температура была минус пятьдесят пять градусов, так что я натянула на себя все самые теплые вещи. Лора тоже встала, не переставая недовольно бормотать.

Одевшись, мы вышли в коридор. Помимо Криса, здесь были так же Стив и Локи. У этих двоих вид был усталый, волосы их были взлохмачены, а еще они, не переставая, морщились, как будто у них болели головы. Стив широко зевнул, даже не попытавшись прикрыть рот рукой, а вот Локи, едва заметил выскользнувшую за мной блондинку, встрепенулся и нервно пригладил прическу, явно пытаясь хорошо выглядеть.

Лора же не спешила радоваться встрече и скрестила руки на груди:

— И куда же мы направляемся в такую темень?

— А когда здесь не темень? — легонько улыбнувшись и лениво склонив голову, спросил Локи. К слову, он вообще-то прав: Маривонн сказала, что двадцать пять часов в сутки из тридцати на этой планете царит ночь.

— Мне нужно вам кое-что показать, — снова повторил Крис и поспешил по коридору.

Едва мы выскользнули на улицу, как холод набросился на нас, подобно оголодавшему хищнику, мимо пещеры которого наконец-то прошла дичь. Он вонзился тоненькими иглами в мою кожу, и даже теплая зимняя одежда не очень-то спасала. Я снова вспомнила слова Маривонн о том, что наши организмы еще не привыкли к тиморским температурам, и что должно пройти время, прежде чем мы сможем выходить в темное время суток. Однако Криса это, похоже, не волновало. Наверняка уже успел обежать весь периметр, пока я спала.

На улице было на самом деле очень темно, и, если бы не светодиоды на куртках, вряд ли нам бы удалось хоть что-то разглядеть. Нас окружал бескрайний снежный пейзаж. Повсюду были сугробы, снег скрипел под нашими ногами, которые проваливались в него чуть ли не на фут, и я порадовалась, что зимние сапоги были достаточно плотными, иначе я бы давно себе отморозила ноги. Забор терялся где-то вдалеке, растений видно не было, кого-то из людей или животных тоже. Тишина нарушалась только воем ледяного ветра и, даже если бы я уже не дрожала от холода, наверняка бы задрожала от страха. Однако Крис не дал нам много времени, чтобы оглядеться, и сразу показал пальцем в небо. Мы подняли головы и застыли.

Крис не ошибся. По меньшей мере, половину неба закрывала огромная черная сфера. Поверьте, вы никогда не видели такого черного цвета. Он был гораздо темнее, чем окружающий космос. Казалось, кто-то вырезал кусок вселенной в это месте. Да и, хотя объект имел круглую форму и наверняка был шаром, больше это напоминало бескрайнюю пропасть, которую неведомым образом занесло на небо. На какую-то секунду мне показалось, что гравитация сейчас откажет, и нас унесет прямо в эту дыру, и мы больше никогда оттуда не выберемся.

— Ужас какой, — тихо пробормотала я, но меня услышали.

— Вот уж действительно — ужас! — Лора снова принялась дрожать и даже прижалась к Локи, который, кажется, был рад такому вниманию и легонько ее приобнял. — Но что это такое? — спросила она голосом маленькой потерявшейся девочки.

— Не знаю, — Крис пожал плечами. Похоже, он был единственным, кого вид черной сферы не напугал. — Но выглядит круто, да?

— Не скажи, — мне очень хотелось, подобно Лоре, прижаться к нему, но я сдержалась и сжала руки в кулаки. Нужно рассуждать разумно. — Скорее всего, это какой-то спутник. Вряд ли такой цвет мог возникнуть в природных условиях, так что, вероятно, он искусственный.

— Не нравится мне этот спутник, — серьезно сказал Стив. — Чую, ждут нас от него большие беды.

— Зато это объясняет, почему тут так темно, — проворчала я. — Он же все звезды от нас закрыл.

Какое-то время мы стояли, молча глядя на бездонную черноту. Этот объект сумел заставить меня забыть о холоде, и я, словно завороженная, не сводила с него глаз. Я бы долго так на него смотрела, если бы по моей коже не пробежали мурашки. Я снова ощутила на себе чей-то взгляд, и ночью, в этой снежной пустыне, это казалось еще более страшным, чем в анабиозной капсуле. Нервно оглянувшись, я ничего не увидела. Остальные явно ничего такого не почувствовали, так что я предпочла промолчать.

В конце концов, тишину нарушил голос Локи:

— Раз уж мы все здесь, я хотел у вас спросить: вы придумали, чем будете здесь заниматься?

Среди этого зловещего безмолвия вопрос казался странным и несколько неуместным, однако все с готовностью за него ухватились, явно стараясь хоть на секунду отвлечься от окружающего нас ужаса. На лицах отразилась сосредоточенность, и я тоже поспешила задуматься. Кроме холла, своей спальни и Главного зала, я пока ничего не видела. Перед сном я много думала над тем, чем мне здесь заниматься, но я полетела в этот тур вслед за Крисом, и изначально моей идеей было просто делать все вместе с ним. Да и, в конце концов, имеет ли смысл здесь обосновываться, если мы заранее договорились посмотреть все планеты?

Первым, разумеется, ответил Крис:

— Я лично собираюсь здесь все исследовать.

— Я тоже, — поспешила добавить я.

— Мои цели тебе известны, — развел руки Стив. — Флайбордингом здесь не позанимаешься, так что я, наверно, присоединюсь к Крису и Кендис.

— А ты, Лора? — повернулся Локи к девушке.

Та не сразу смогла оторвать пронзительные голубые глаза от черного шара, но потом все же посмотрела на парня. Локи смотрел на нее так, как мне хотелось бы, чтобы когда-нибудь на меня посмотрел Крис, и явно старался держаться непринужденно, хотя в его движениях чувствовалась некоторая скованность. Да он же нервничает, как мальчишка! Вот уж не подумала бы, что он может так переживать из-за какой-то девчонки.

Тем временем Лора все же соизволила ответить:

— Дома я всегда мечтала стать рок-звездой… ну, петь, выступать на сцене. Не знаю, возможно ли что-то такое здесь, но если да, я бы попробовала.

На лице Локи отразилось облегчение:

— Неплохая цель. Я занимался музыкой на Земле, на гитаре играл. Моего брата, скорее всего, здесь нет, так что я могу помочь тебе в этом.

Лора задумчиво кивнула.

— Ладно, холодно здесь, пошли в помещение, — сказала я.

Возражать никто не стал. Думаю, всем хотелось убраться отсюда как можно скорее. Кроме Криса, конечно. Так что мы вернулись в свои комнаты и снова улеглись в мягкие постели. Откинувшись на подушку, так легко было бы расслабиться и заснуть. Однако теперь я не могла выкинуть из головы образ черного шара в небе. Мое сердце почему-то быстро стучало, и я еще долго лежала без сна, боясь чего-то. А на соседней кровати точно так же тряслась Лора. В этой зловещей тишине, окутавшей планету и навевающей ощущение одиночества, до меня донесся ее тихий всхлип. И я бы не сказала, что могу ее в этом упрекнуть.

После вечеринки Маривонн, успевшая соскучиться по планете, отправилась не к себе, а в комнату Габриэллы. Она привезла с Земли в термобоксе (специальном устройстве типа холодильника, которое могло сохранять еду свежей долгое время) немного печенья, и очень хотела угостить старую женщину, которую совершенно искренне считала своей подругой. Габриэлла не спала, так что они разлили по чашкам травяной напиток, положили на блюда печенье и принялись обсуждать последние новости.

Габриэлла первым делом выпила какое-то лекарство, запила его глотком воды, а потом спросила:

— Ну что, как тебе новенькие?

— Пока сложно сказать, — задумчиво протянула Маривонн. — Ну, вечеринка точно удалась на славу, и я рада. Это мой первый опыт как организатора подобных мероприятий.

— Ты справилась великолепно! — Габриэлла отхлебнула напиток и закусила печеньем. — Жаль только, что это вряд ли убедит хоть кого-то из них остаться на планете.

— Почему? — посерьезнев, Маривонн отложила чашку. — Что-то произошло за время моего отсутствия?

— Ты же видела ту черную сферу в небе? — Габриэлла со страхом покосилась на занавешенное окно.

— Да, видела, — Маривонн задумчиво скрестила пальцы. — Кстати, что это? Раньше ее не было.

— Никто не знает, — голос Габриэллы был растерянным. — Появилась в небе месяц назад, никто даже не заметил, как это произошло. Черная, газовая. Всех Центавр загораживает, да еще и не греет. Лучше бы она снег растопила, а то я уже слишком стара для таких температур, да и Джон на кости жалуется.

— Выглядит жутко, — передернулась Маривонн и взяла печенье. — Вы к ней не летали?

— Летали. Но, кроме того, что это газ, ничего установить не удалось. Еще ближе подлететь не можем — вокруг него какой-то невидимый барьер. Жутковато как-то это все.

— Вот уж точно — Тимор, — усмехнулась Маривонн. — Вы говорили, еще что-то произошло?

— Псы подбираются к забору, — сказала Габриэлла, и, словно в ответ на ее слова, раздалось рычание, отчего Маривонн передернулась. — Не знаю, что им нужно. Пока они внутрь не проникли, но иногда пойдешь на улицу, а там у забора пес в девять футов высотой стоит и рычит… зрелище не для слабонервных. А вдруг внутрь пройдут?

— Забор под напряжением… не должны, — пожала плечами Маривонн.

Однако обеим женщинам стало по-настоящему жутко. Тимор отнюдь не был легкой планетой для проживания. Псы, потом еще и странная сфера в небе… Планета нагоняла страх, и многие размышляли о том, чтобы покинуть ее. Но Габриэлла была слишком стара и не осилила бы перелет, а у Маривонн были свои причины. Она и так только вернулась из своего полета.

Габриэлла тяжело вздохнула и постаралась улыбнуться:

— Ну что, сколько ты планируешь с нами пробыть? Когда в следующий раз полетишь?

— Думаю, где-нибудь через полгода-год, — сказала Маривонн и покраснела. — Скажите, Габриэлла… а как тут Вилсон поживает?

— Хорошо поживает, — произнесла старая женщина. — Если не считать сферы и собак, то жизнь на Тиморе тихая и спокойная, как президенту ему особенно напрягаться не приходится.

— На вечеринке он сказал, что Ева все еще его жена, — Маривонн нервно раскрошила в своих руках печенье.

— Да, это так, — кивнув, Габриэлла снова сделала глоток своего напитка.

— Она мерзкая, — выпалила Маривонн, поспешно тоже сделала глоток и поморщилась, обжегши язык.

— Не могу в этом с тобой не согласиться, — Габриэллу исказила недобрая усмешка.

— А меня он, наверное, даже не вспоминает…

— Тебя просто давно не было, — заметила Габриэлла. — Попробуй проявить немного больше активности…

— Ну, Вилсон не единственный мужчина на Тиморе, — взгляд Маривонн стал мечтательным. — Есть еще Вин, и он свободен.

— Тебе решать, — глотнула напиток Габриэлла.

— Да, решать мне, — Маривонн окончательно погрузилась в свои мысли.

Едва мрак ночи отступил, и на снежный покров планеты упал первый розоватый луч рассвета, Крис беспокойно зашевелился на своей кровати. Он еще не очнулся до конца, но странное волнение, всегда нападающее на него по утрам, уже подталкивало его, не давало надолго унестись в мир мечтаний. Поэтому, когда луч добрался до окна и озарил комнату мягким утренним светом, он открыл глаза. Сон пропал, будто его никогда и не было, и парень уже спускал ноги с кровати и принимался за поиски раскиданной вчера как попало одежды. Его возня разбудила Стива и Локи, которые недовольно приоткрыли веки и уставились на неугомонного друга. У обоих голова раскалывалась от принятого вчера алкоголя, поэтому вставать они не спешили.

— Куда ты, Крис? — подал голос Стив, когда парень начал натягивать куртку.

— Я думаю отправиться за забор! — радостно объявил Крис с таким видом, как будто предлагал совершить прогулку по парку, а не выйти за пределы известного мира навстречу диким зверям.

— Чего? — поднял голову Локи. — Тебе жить надоело? Там же псы!

— Псы далеко, в лесу, а я просто хочу осмотреться, — сказал Крис. — Пойдемте со мной, наверняка найдем что-нибудь интересное.

— Это опасно, — упрямо заявил Локи, даже не шевелясь.

— Ничего не опасно. И вообще: ты прилетел сюда спать весь день и жить в земном доме или все-таки что-то новое увидеть?

Никому из парней вовсе не хотелось идти с этим безумцем, однако Стив приподнялся на кровати и хмуро посмотрел на Криса. Они были не так давно знакомы, и вряд ли их можно было назвать закадычными друзьями, однако при мысли о том, чтобы отпустить парня одного, у него почему-то на душе заскреблись кошки. Поэтому он кивнул, хотя все внутри него твердило, что это плохая идея:

— Ладно. Только давай девчонок с собой брать не будем, хорошо?

— Почему? Мы с Кендис договорились делать все вместе, — как-то испугался Крис.

— А в туалет ты тоже с ней вместе ходить будешь? — усмехнулся Стив. — Хватит того, что мы рискуем. Я как-то не хочу, чтобы Кендис с Лорой съел гигантский пес. Сами справимся.

— Ну ладно, — согласился Крис.

Локи недовольно покосился на Стива, но ничего не сказал. Брюнет выглядел непередаваемо серьезным, брови его хмурились, а карие глаза смотрели на Криса так, как будто он подозревал, что тот смертельно болен. Локи гораздо больше хотелось встретиться с Лорой и немного позаниматься с ней музыкой, но Стив был его лучшим другом, наверное, единственным по-настоящему близким человеком в этом мире, и он привык во всем полагаться на него. Поэтому парни поспешили вылезти из кроватей и одеться.

К тому времени, как они вышли на улицу, на улице уже совсем рассвело, и их встретило небо такого же голубого цвета, как и на Земле. Черной сферы больше в небе не было, и яркий свет двух далеких звезд бросал на снег блики, заставляя его искриться. Так легко было поверить, что это просто еще один морозный день на их родной планете, и что единственное, что им может грозить — это столкновение с огромной толпой народа и не попадание в пункт назначения из-за того, что они не справились с потоком. Но, в отличие от Земли, здесь было безлюдно. Возможно, все еще спали, а может, просто никому не хотелось гулять в такой мороз. Днем стало потеплее, но температура поднялась всего лишь до минус тридцати, и холод по-прежнему ощущался.

Снег скрипел под ногами, и парни шли к забору. Теперь, когда было светло, окружающий пейзаж лениво посверкивал. Однако их не ждало ничего удивительного, чего ожидаешь, когда попадаешь на другую планету. Снежная пустыня и редкие синие бревна, на которых можно было посидеть, если устал от ходьбы. Крис выглядел несколько огорченным.

Однако примерно на середине пути Локи замер и сказал:

— Смотрите!

Парни уставились на забор и обнаружили, что прямо за ним стоит три гигантских черных пса. Выглядели они совсем как земные собаки, не считая огромного размера и немного волчьей формы морды. Они скалили гигантские клыки и громко рычали. Крис в восторге расширил глаза:

— Вот это да! Вы только посмотрите, какие красавцы! — и шагнул вперед, но Стив схватил его за куртку.

— У тебя совсем инстинкта самосохранения нет, что ли? — возмутился он. — Они же тебя съедят! Не глупи, пошли обратно.

— Они за забором, а забор под напряжением. Пошли, посмотрим поближе!

— По-моему, их и так хорошо видно, — возразил Локи, но Крис уже вырвался и направился к забору. Стив и Локи тяжело вздохнули и направились за ним.

Крис подошел к забору так близко, что, чтобы рассмотреть морды псов, нужно было задрать голову вверх. Звери, почуяв пищу, зарычали с удвоенной силой. Однако они, похоже, знали, на что способен забор, поэтому не пытались пробраться через него.

— Просто жуть, — сказал Локи.

— Уж извини, Крис, но за забор нам идти никак нельзя, если мы не хотим стать их обедом, — заявил Стив.

— Пожалуй, ты прав, — с сожалением признал Крис. — Интересно, чего они пришли? Разве они не должны быть в лесу?

— Должны, — раздался старческий голос, и перед парнями появилась Габриэлла, одетая в какую-то шерстяную шаль на молнии поверх зимней одежды. — Примерно месяц назад они стали появляться у забора и стоять. Мы не знаем, что им нужно, надеемся только, что внутрь они не пройдут.

— Может, у них в лесу еда закончилась, вот они и пришли? — предположил Локи.

— Может быть, — согласилась Габриэлла. — А вот вам лучше отправиться на завтрак. Нечего тут стоять.

— Я думал, у нас полная свобода действий, — сказал Стив.

— Полная свобода, да. В пределах периметра лагеря. Не забывайте про это. А так можете хоть весь день стоять и на них смотреть, мне все равно. Удачи, — и Габриэлла тяжело заковыляла через снег к зданию.

Крис еще минут пятнадцать стоял и любовался собаками. Конечно, ему было страшно, но забор все-таки внушал уверенность. В конце концов, Стив и Локи совсем замерзли и сказали:

— Ладно, все, Крис, пошли. Ясно же, что за периметр мы выйти не можем. Здесь холодно.

— Пошли, — тяжело вздохнул Крис, и парни тоже пошли к зданию.

Несколько расстроенный парень передвигал ногами очень быстро и скоро вырвался вперед, явно стремясь найти себе какое-то новое занятие. Стив и Локи же немного отстали, с трудом передвигаясь по заснеженной земле. На этот раз тишина была не зловещей, а вполне мирной. Страх отступил, а на лице Локи царило мечтательное выражение. Его друг пристально смотрел на него и недовольно качал головой. В конце концов, парень заметил это, и спросил:

— Что?

— Думаешь об этой блондинке? — усмехнулся Стив.

— Ну да, а что?

— Ты только-только расстался с Кэти. Не лучше ли немного подождать, прежде чем бросаться в омут с головой? Тебе уже восемнадцать лет, нужно быть более осторожным.

На какую-то секунду лицо парня исказилось, но он все же сказал:

— Слушай, Стив, да, у меня было несколько неудачных отношений, но это не значит, что они все будут такими. Возможно, в этот раз все будет по-другому. К тому же она явно интересуется тем же, что и я. По-моему, отличная почва для любви.

— Для любви, — фыркнул Стив. — Не знаю, как тебе, стармэйт, но мне кажется, что с такими, как Лора, любовь невозможна. Да, она красивая и умеет держать себя, но это лишь значит, что у нее было много поклонников. С какой стати ей любить именно тебя? Я не говорю, что ты какой-то плохой. Просто это все маловероятно.

Локи вздохнул и опустил голову. Слова Стива напомнили ему о том, что до настоящего момента его нельзя было назвать везунчиком. В его жизни было много потерь, и любой другой бы на его месте давно бы уже ожесточился. Однако он почему-то не переставал верить в хорошее. И сейчас, когда он вырвался с Земли, он действительно надеялся, что у него начнется новая жизнь. Однако не так-то просто было избавиться от призраков прошлого. Он шел по снегу к кампусу, а на дороге как будто выстроились все те, кого он потерял. Призрачные и неощутимые, они все же казались настоящими. И каждый из них как будто твердил: «Ты столько потерял. Поверь, ты просто не создан для любви. Ты неудачник».

Похоже, Стив заметил, что его друг помрачнел, потому что опустил руку ему на плечо. Этот жест поддержки немного приободрил Локи. Он усмехнулся и постарался сказать как можно более бодрее:

— Я знаю, что до сих пор меня преследовали сплошные неудачи. Но в этот раз все будет по-другому. Во всяком случае, я приложу все усилия, чтобы это было так.

Стив не стал больше его мучить. Приятно видеть, что, несмотря ни на что, человек не теряет надежду. Детские и подростковые годы Локи нельзя было назвать счастливым временем, он многое пережил и потерял, и Стив понимал, почему тот так стремиться найти кого-то, кто полюбит его, как умел любить он сам. Однако путь этот был тернист, слишком многое могло пойти не так. И ему не хотелось, чтобы его друг страдал. Однако он знал, что если Локи кем-то увлекся, то это серьезно.

— Ладно, может, я и ошибаюсь, — выдохнул Стив. — Но просто… будь осторожен. Я не хочу, чтобы ты сильно мучился.

Возможно, в это раз все на самом деле будет по-другому.

Я зашла в класс для занятий гитарой. Сегодня я пришла немного раньше, рассчитывая встретить Криса. Начинало темнеть раньше, поэтому солнце больше не светило мне в глаза, зато небо теперь окрашивалось в яркие цвета. Когда я зашла, первое, что мне бросилось в глаза, это то, что Крис сидел на подоконнике открытого окна, свесив ноги наружу, и что-то напевал.

— Крис! — неожиданно испугалась я и бросилась к нему. — Ты что делаешь, ты же упадешь!

— Да расслабься, все в порядке, — отмахнулся Крис и вдохнул холодный воздух.

— Ничего не в порядке! — воскликнула я. — Где мистер Уэйнрайт?

— Его срочно куда-то вызвали. Скоро придет, наверно.

Я осторожно стала рядом с Крисом. Я боялась делать что-то: вдруг он упадет именно из-за меня? Но и оставлять все так мне тоже не хотелось. В растерянности я аккуратно взяла его за плечо, чтобы хотя бы придержать, если что, и сама смутилась своего порыва. Но Крис не задергался и вообще никак не отреагировал на это. Он просто смотрел вдаль. Я тоже посмотрела. Вид, конечно, был офигенный. Перед нами лежали все близлежащие улицы, и даже наши дома. Морозный воздух прорывался в комнату, но мне не было холодно.

— Крис, слезай, ты же можешь упасть, — постаралась уговорить его я.

— Кендис, ну чего ты такая скучная? — поморщил лоб он. — Не упаду я. Ты всегда все делаешь по правилам?

— Вовсе нет, — возразила я. — Как раз-таки по правилам я редко поступаю, но сидеть на подоконнике — верх глупости.

— Ты лучше посмотри, какой вид, — Крис обвел рукой пейзаж.

Я посмотрела наружу. Конечно, было впечатляюще так смотреть на маленькие здания вдали и небо, подкрашенное яркими красками заката. Я присела рядом, но ноги на улицу свешивать не стала, оставив в комнате на полу, и обвила Криса за талию. Он не сопротивлялся. Пожалуй, в этом что-то было. Определенно.

Глава 3

— Гигантские псы у забора? — переспросила я, сидя в большущей столовой и жуя тосты с каким-то странным голубоватым джемом.

— Ага, здоровенные такие, футов десять ростом. Рычат чего-то, — весело заявил Крис.

Парни только что рассказали нам с Лорой о том, как утром они хотели пробраться за забор и столкнулись с тремя здоровенными псами. Что могу сказать… Крис, как всегда, в своем репертуаре. Боится до чертиков, однако все равно лезет туда, куда не следует. Он еще в школе любил посидеть на окне. Пыталась я уговорить его спуститься… не получилось. С тех пор я поняла, что спорить с ним бесполезно. Лучше пойти с ним и подстраховать, если что.

— Они точно сюда не проберутся? — немного испуганно спросила Лора.

— Не знаю, — не сводя с нее глаз, сказал Локи. — Мы встретили какую-то старую женщину, она, по-моему, сама не была уверена.

Я прикончила тост, быстро допила чай и сказала:

— Ну что, пошли псов смотреть?

Стив, Локи и Лора поперхнулись, а Крис обрадовался.

— Ты что, от Криса заразилась? — странно посмотрел на меня Локи. — Тоже теперь сломя голову к опасности несешься?

— Крис же все равно туда пойдет, правда, Крис? — я перевела на него взгляд.

— Да, я действительно хотел предложить, — удивился он. — Как ты это поняла?

— Я же тебя уже сто лет знаю, — заметила я. — Пошли? Только за забор мы не полезем. Просто посмотрим.

Все быстро доели и пошли в комнату за теплыми вещами. На улице уже рассвело, светило два вполне земных солнца, одно ближе, другое дальше. Температура была повыше, чем ночью, однако все равно было довольно холодно, так что одеться пришлось тепло. Я уже застегивала куртку, как вдруг увидела, что Лора не одета.

— Ты чего? Не пойдешь, что ли? — удивилась я.

— Нет, не пойду, — Лора уселась на кровать с ногами и посмотрела в окно.

— Боишься? Так они же за забором!

— Нет, просто я уже договорилась с подругой встретиться… ну помнишь, рыженькая такая? — спросила она и я кивнула. Когда я впервые ее увидела, у нее действительно были подруги, поэтому я и удивилась, когда она к нам прибилась. — Едва я очнулась от анабиоза, парни меня заговорили и приняли в вашу компанию, но у меня уже есть друзья, с которыми я собиралась полететь, так что я хотела бы уделить и им немного времени. Ты не обидишься?

— Нет, конечно, иди, если тебе нужно, — сказала я и обмотала голову шарфом. На самом деле я была даже рада, но говорить этого не стала.

— Передашь парням?

— Хорошо. Увидимся позже, — я натянула перчатки и пошла к выходу.

У главного входа меня уже ждали Крис и Стив. Локи с ними не было.

— А где Локи? — спросила я.

— Он сказал, что ему нужно поговорить с Маривонн о чем-то важном и попросил его не ждать, — сказал Стив.

— А где Лора? — спросил Крис.

— Она пошла встретиться с подругой, — сказала я, хотя после этой новости я уже в этом сомневалась. Я вспомнила, как она переглядывалась вчера с Локи на вечеринке… ну и Лора! Ладно, хоть не с Крисом, и на том спасибо.

— Ну, пошли тогда, что ли, — предложил Стив.

— Пошли, — кивнула я.

Стоило нам выйти на улицу, как все тут же принялось болеть. Я плотнее замоталась в шарф, оставив снаружи только нос и глаза. Кругом лежал снег, небо было голубым и ясным, две звезды были маленькими желтыми точками вдалеке, одна из которых уже клонилась к горизонту. Мы прошли совсем немного, как я уже увидела что-то черное и гигантское вдали. Еще несколько футов, и я смогла их разглядеть.

Псы действительно были жуткие. Большие, с гигантскими клыками, они злобно глядели на нас и рычали. Я, честно говоря, испугалась и замерла на месте.

— Ужас, — выдохнула я.

— Вот и я про то, — согласился Стив. — А их больше стало. С утра здесь только трое стояло, а сейчас уже семь.

— Крис, ты можешь пообещать мне, что не будешь пытаться проникнуть за забор? — обалдело спросила я. — Крис? Крис!?

Я оглянулась, и увидела, что Крис уже подошел к забору чуть ли не вплотную и смотрит псам прямо в пасти. Они злобно рычали и явно были недовольны, что еда стоит прямо перед ними, а из-за какого-то забора они не могут ее достать! Когда я увидела, насколько маленький Крис рядом с ними, меня словно переклинило, и я бросилась к нему.

Вцепившись в него изо всех сил, я попыталась его оттащить:

— Крис, давай уйдем отсюда, я прошу тебя!

— Кендис, перестань! — он постарался от меня отмахнуться. — Они же за забором!

— А вдруг они до тебя дотянутся? — я в отчаянии пыталась оттянуть его, но он вырывался и не слушался. — Крис, уходи отсюда!

— Хватит! — вдруг разозлился он. — Псы за забором, они мне ничего не сделают! А ты просто психопатка! Зачем я только взял тебя с собой?

Крис отпихнул меня и направился к зданию. Я в шоке замерла. Шарф слетел с моей головы, и холодный воздух набросился на мою незащищенную кожу, но мне было все равно. Первый раз в жизни Крис так на меня кричал. Что это с ним случилось?

Я отошла от забора к Стиву и растерянно спросила:

— Что это с ним?

— Что это с ним? — воскликнул Стив. — Что это с тобой, Кендис? Ты словно с цепи сорвалась!

— Я просто испугалась, что псы причинят ему вред, — опустила глаза я. — Я не могла смотреть на то, как он опять лезет к опасности. Это не на подоконнике посидеть, это серьезно.

— Что? — поразился Стив. — Псы за забором! Боже, Кендис, он что, тебе нравится?

Я покраснела и пробурчала:

— Тебе-то какое дело?

— Мне — никакого. Но так ты точно его симпатию не завоюешь. Крис прилетел сюда, чтобы изучать новый мир, и если ты в этом будешь ему мешать, то он просто отмахнется от тебя и пойдет дальше, и ты потеряешь его даже как друга, понимаешь?

— И что же мне, стоять и смотреть, как он умирает?

— Если он будет умирать, тогда, ясное дело, нужно будет его спасать. Но сейчас ты перегнула палку. Псы бы ничего ему не сделали.

Я тяжело вздохнула. Стив прав. Сама не знаю, что это на меня нашло. Просто я реально перепугалась, когда увидела его рядом с ними. Дура, что тут сказать. Еще и выдала себя.

— Ладно, пошли в лагерь, — сказал Стив.

Я замотала голову шарфом, и мы направились к зданию.

— Так, неплохо, — довольно кивнул Локи, сидя вместе с Лорой на кровати в комнате девочек. — А «Smells Like Teen Spirit» знаешь?

— Разумеется, — Лора обворожительно улыбнулась и заиграла на гитаре начальный проигрыш.

Когда остальные ребята ушли, Локи и Лора нашли Маривонн и выспросили, где на Тиморе можно взять гитару. Это оказалось довольно проблематично, поскольку на планете мало кто интересовался музыкой, однако через некоторое время им все-таки удалось отыскать одну, хоть и акустическую. И вот теперь Лора демонстрировала парню свое умение играть и петь. Ее пальцы с черным маникюром быстро порхали по струнам, выдавая знаменитую мелодию. Отыграв вступление, Лора запела:

— Load up on guns and bring your friends

It's fun to lose and to pretend

She's over-bored and self-assured

Oh no, I know a dirty word…[1]

Ее голос был довольно мощным и уверенным, он сразу привлекал внимание, как пение сирены. Локи завороженно слушал, начав отстукивать ритм ладонями по коленям, когда Лора затянула: «Hello, hello, hello, how low?». Свет Альфы Центавра, пробивающийся через окно, играл бликами на золотистых волосах девушки, а музыка идеально дополняла ее прекрасный голос.

На припеве они с Локи запели вместе в октаву:

— With the lights out, it's less dangerous

Here we are now, entertain us

I feel stupid and contagious

Here we are now, entertain us…[2]

После первого куплета и припева Лора остановилась и вопросительно посмотрела на парня. Тот показал ей большой палец:

— Супер! Ты точно прославишься на всю Галактику!

— Думаешь? — Лора кокетливо улыбнулась.

— Уверен. У тебя сильный голос, — начал перечислять Локи. — Ты круто играешь. И ты очень, очень красивая!

— Я красивая? — она начала накручивать прядь волос на палец.

— Офигенная, — Локи посмотрел ей в глаза с такой страстью, что Лора почувствовала, как ее всю обдало жаром.

Между ними обоими как будто пробежал заряд тока. Лора отложила гитару, а Локи потянулся к ней, словно его притягивал магнит. Не успела девушка хладнокровно оценить ситуацию, как они уже целовались.

Разумеется, Лора не забыла о том, что у нее вообще-то был парень, с которым они договорились встретиться на Кристаллисе. Вот только сопротивляться тому огню, что охватил ее и Локи, она не могла. Это была сжигающая страсть, сметающая на своем пути все запреты. Еще вчера на вечеринке девушка почувствовала, что ее сильно тянет к этому парню. И теперь она не могла противиться взаимному влечению. Жадные руки Локи пробежались по ее талии и начали стягивать с нее футболку. Своими наманикюренными пальцами Лора расстегнула на парне комбинезон. Его губы спустились на ее шею, а потом ниже, и ниже, и ниже…

Нелли задумчиво и немного грустно смотрела в окно, как вдруг раздался громкий писк. Девушка подпрыгнула на месте и не сразу сообразила, что это такое. К другим людям постоянно кто-то заходил, и им было не привыкать к звонкам в дверь, для нее же это послужило огромной неожиданностью. Тихое безмолвие этого светлого утра, наполненного спокойной музыкой, которую в данный момент слушала Нелли, нарушилось, и та растерянно бросила взгляд на металлический прямоугольник. Что в такой ситуации полагалось делать? Наверное, сдвинуть дверь. Однако девушка не спешила этого делать. Прикусив губу и нервно барабаня пальцами по коленке, она размышляла, кто бы это мог быть. Возможно, кому-то понадобилась ее помощь в лазарете. Хотя Нелли всех предупредила, что сегодня она собирается остаться у себя и провести день в тишине и покое, наслаждаясь одиночеством, вполне могло такое быть, что случилось нечто экстренное. Однако почему тогда ее не вызвали по внутренней связи?

Писк раздался снова. Она опять подпрыгнула, сердце ее бешено колотилось. Нужно, наверное, посмотреть, кто это. С трудом поднявшись на ноги и нервно оглядев свою аккуратную комнату, где каждая вещь лежала на своем месте, Нелли подошла к двери и коснулась сенсорного экрана рядом с ней. На нем тут же отобразилось изображение русоволосого парня в строгой рубашке и брюках, настолько не соответствующих местной моде, что его вид казался диким. Девушка провела руками по своему обтягивающему белому комбинезону и снова прикусила губу. Этого парня она не знала, однако что-то в его чертах лица казалось знакомым. Включив звук, она спросила:

— Кто это?

— Нелли…, — раздался неуверенный голос. — Это я, Ансон.

Ансон? Она бы так и села, окажись под ее пятой точкой подходящая поверхность. Звонок в дверь уже сам по себе был неожиданностью, а появление же Ансона было чем-то за гранью фантастики. Ей всегда казалось, что скорее люди изобретут путешествия во времени, чем она снова встретиться со своим братом. Однако вот он, повзрослевший и странно скованный, стоит перед ее дверью и настойчиво просит, чтобы она его впустила. И вид у него такой, как будто он сейчас расплачется. Наверное, нужно его впустить.

Легкое касание, и дверь скрывается в стене. Теперь Ансон стоит перед ней во плоти. Последний раз она видела его совсем маленьким мальчиком, который уже в детстве показывал необычайную дисциплину. Эта привычка у него сохранилась и сейчас. Волосы приглажены, тонкие губы почти слились в прямую линию, все пуговицы на рубашке застегнуты до самого верха. Нелли нервно заправила темные волосы за уши, не зная, что предпринять. Ансон тоже молчал, явно не вполне осознавая, что он на самом деле встретился со своей сестрой, которая оставила дом много лет назад, и тут вдруг случилась третья невозможная вещь за это утро. Ансон расплакался.

Слезы градом катились по его щекам, глаза некрасиво покраснели, а лицо сморщилось. На Нелли окончательно напал ступор, но Ансон уже приблизился к ней и рыдал в ее объятиях. Нерешительно обняв его, девушка погладила парня по спине. Опыта в общении с людьми ей явно недоставало, однако это не имело значения. Через полчаса ее брат все ей рассказал.

— А потом мама сказала: жаль, что я так и не узнала, как там Нелли. Пригляди за ней для меня, хорошо? — голос Ансона срывался, когда он это говорил.

— Ну, тихо, тихо, — шептала Нелли. Она не видела своих родных уже больше десяти лет, поэтому известие о смерти их мамы не сильно расстроило ее, хоть она и помрачнела.

— Это я во всем виноват! — продолжал сокрушаться Ансон. — После смерти папы мама часто болела. Мне нужно было больше внимания уделять ей, а не учебе. Я думал, в университет поступлю… а она… у нее…

— Все будет хорошо, — растерянная Нелли совершенно не представляла, как успокоить своего брата. Вести из прошлого всколыхнули старые воспоминания, которые она похоронила на дне озера много лет назад, и теперь, видя, как они всплывают, она не была уверена, что готова вновь их принять… Впрочем, у Ансона было более тяжелое горе, чем у нее самой.

— Я просто должен был полететь, узнать, как ты, понимаешь? Это была ее последняя просьба…

— И ты ее выполнил, — рука Нелли успокаивающе гладила брата по спине.

— И я теперь совершенно не представляю, что мне здесь делать…

В это Нелли легко могла поверить. Уже в детстве Ансон не интересовался ничем, кроме учебы, и отсутствие четкого расписания и плана действий могло свести его с ума. Чем он мог заниматься в месте, предоставляющем полную свободу?

— Ты можешь делать, что угодно, — постаралась вдохновить его Нелли. — Вот буквально, что хочешь! Это твой шанс начать абсолютно новую жизнь!

— Какую новую жизнь? У меня даже нет друзей, — покачал головой Ансон. — Я не умею заводить знакомства.

— Поговори с кем-нибудь, — посоветовала Нелли. — Может, кто-то привлек твое внимание?

Ансон неожиданно покраснел. В ответ на недоуменный взгляд сестры он смущенно признался:

— Вчера на вечеринке я увидел девушку… Она была такая красивая и энергичная…

— Девушку? — лицо Нелли сделалось непроницаемым.

Упоминание о чувствах ей не нравилось. Особенно теперь, когда потайная дверь ее разума открылась…

— Как думаешь, у меня есть шанс? — с сомнением спросил Ансон.

— Не знаю, — Нелли старательно отводила взгляд. — Я не эксперт в любовных отношениях, ты же знаешь.

— Ой, прости, я не хотел тебе напоминать, — встревожился Ансон, видя, как напряглась сестра.

— Ничего, — Нелли лишь отмахнулась. — Если она тебе нравится, думаю, тебе стоит попробовать с ней познакомиться.

— Хорошо, я так и сделаю, — пообещал Ансон.

На Тиморе начинался вечер. Из-за горизонта потихоньку появлялась черная сфера, загораживая свет. Президент планеты Вилсон в сопровождении охранника в однотонном синем комбинезоне шел по коридору здания, тепло улыбаясь на все приветствия. Все знали, что президент необычайно добр и вовсе не пытается отгородиться от своего народа, как это делали другие правители, поэтому не было ничего удивительного в том, чтобы столкнуться с ним в коридоре, пока идешь по каким-то своим делам. Он обязательно тепло поздоровается, а возможно, даже спросит, как твои дела, и примет к сведению все твои замечания. Все к этому давно привыкли и реагировали совершенно спокойно, не падая в обморок от того, что представитель власти проявил к ним внимание.

Вот только Маривонн, встретив президента, всегда терялась.

— Здравствуй, Маривонн, — Вилсон добродушно улыбнулся, увидев покрасневшую девушку. — Как впечатления после первого полета?

Маривонн вспыхнула еще сильнее и выронила планшет из своих рук. Она нагнулась, собираясь поднять его, но президент ее опередил:

— Вот, возьмите, — он протянул ей прибор.

— Спасибо, — Маривонн поспешила принять его. Президент стал заметно старше с их последней встречи много лет назад, однако ее симпатия к нему не исчезла. — Впечатления самые лучшие. Это было восхитительно!

— Я рад, — под теплым взглядом карих глаз девушка совсем растаяла.

— Я имею в виду, космос — он удивительно красив, — продолжила она. — Да и приятно было снова наведаться на Землю. Она так изменилась с того времени, когда я последний раз там была. Конечно, чистота воздуха оставляет желать лучшего, да и ресурсы стремительно заканчиваются, но все-таки это мой дом. Возвращаться всегда приятно.

— Не сомневаюсь, — кивнул Вилсон. — А как помощь новичкам? Вчерашняя вечеринка, по-моему, прошла на ура.

— Рада, что вы так считаете, — начала Маривонн и осеклась, увидев появившуюся в коридоре Еву.

Ева, как всегда, была безупречно одета и причесана, одежда на ней была по последней моде. Она смерила Маривонн презрительным взглядом, отчего та опустила взгляд в пол и почувствовала себя маленькой девочкой, какой и была по сравнению с ней, особенно теперь, затем подошла к Вилсону и крепко поцеловала его, как будто обозначая свое. Маривонн сжала руки в кулаки, но ничего не сделала.

— Дорогой, я как раз тебя ищу, — сказала Ева и посмотрела на Маривонн. — Вы что-то хотели?

— Я? Нет-нет, ничего. Мы просто поздоровались. До свидания, — сказала Маривонн и пошла дальше.

Вилсон тяжело вздохнул:

— Ну, зачем ты так с ней?

— Я вижу, как она на тебя смотрит. Пусть даже не надеется, — презрительно скривила губы Ева. — Но вернемся к делу. Псы вокруг забора становятся реальной проблемой. Боюсь, если так и дальше будет продолжаться, мы не сможем больше выходить наружу.

— Я как раз собирался поговорить с биологами. Ты со мной?

— Разумеется, — Ева поправила волосы.

И Вилсон с Евой направились в сторону лабораторий биологов.

Крис со мной не разговаривал. Когда за обедом я попыталась что-то ему сказать, он презрительно скривился и завел оживленную беседу со Стивом, в которой мне не было места. Обидело ли меня это? Безусловно. Он даже не дал мне возможности извиниться! В общем, Крис говорил со Стивом, Лора с Локи счастливо сияли и были поглощены друг другом (что подтверждало мою догадку, что эти двое провели время вместе), так что я снова почувствовала себя лишней среди людей, как это без конца происходило на Земле. У меня всегда были проблемы с коммуникацией, так что большую часть времени я проводила одна. И вот, планета новая, а проблемы старые. «Новая жизнь» называется.

После обеда оба солнца зашли, вернее, оказались скрыты. На Тимор снова опустилась темнота, а в небе повисла черная сфера. Лора с Локи куда-то исчезли, а Крис со Стивом собрались на улицу, любоваться бездной. Я хотела пойти с ними, но Стив сказал, что Крис еще злится, и что лучше пока его оставить в покое. Я взяла со Стива обещание, что тот не даст ему наделать глупостей, и отпустила их. Таким образом, я оказалась предоставлена сама себе.

Я взяла на кухне еще чая и задумалась, чем мне заняться. Будь я все еще на Земле, такой вопрос бы передо мной не стоял: я бы почитала, или посмотрела бы фильм, или послушала бы музыку, или просто полистала бы новости в интернете… Точно, интернет! Джон Эбрамсон упоминал кибернетрум. Возможно, я смогу найти что-то интересное в космическом интернете?

Так что я допила чай и направилась туда. Едва я открыла дверь, первое, что бросилось мне в глаза — это гигантский экран во всю стену с изображением Земли. Знакомые материки, синие океаны, подернутая серой пеленой атмосфера… Когда я увидела родную планету, у меня в груди что-то защемило, и я задумалась, попаду ли я когда-нибудь туда снова? На глаза навернулись слезы, и я не сразу заметила, что у экрана стоит человек.

— Простите, мистер Эбрамсон, я вас не заметила, — я поспешно вытерла слезы рукавом.

— Джон. Зовите меня Джон, — сказал старик, опираясь на свою трость и явно с трудом удерживаясь на ногах.

— Джон, — сказала я и подошла к экрану. — Это показ в реальном времени?

— Нет, — грустно сказал он. — Видео поступает с опозданием в 4,3 года. Мы слишком далеко от Земли, чтобы точно знать, что там происходит.

— Наверно, — кивнула я. — Вы хотите туда вернуться?

— Я бы очень хотел, — мечтательно произнес Джон. — Я знаю, что многие говорят, что на ней жить уже невозможно, но, по крайней мере, там в небе не будет висеть черная сфера, а во дворе не будут поджидать гигантские псы-людоеды.

— Это уж точно, — усмехнулась я.

— Но здоровье мне не позволяет совершить еще один перелет. Скорее всего, погрузившись в анабиоз, я из него не выйду. Так что остаток своих дней мне придется провести на этой страшной планете.

— Страшной — не то слово, — сказала я.

Мы замолчали. Я молча смотрела на Землю и понимала, что скучаю. Хоть мне и казалось, что прошла всего пара дней, на самом деле я улетела с родной планеты далеких семь лет назад. И я уже скучаю. Скучаю по книгам, интернету, солнцу, звездам, облакам… деревьям, кустам, кошкам, нормальным собакам, бабочкам… маме и папе, школе, подругам…

Неожиданно я снова заплакала, но быстро успокоилась.

— Извините, — пробормотала я.

— Ничего-ничего, такое бывает. Вы скучаете?

— Очень, — кивнула я.

— Почему вы полетели сюда, простите, как вас зовут?

— Кендис. Я полетела за одним человеком, — я смущенно опустила глаза.

— Брат, сестра?

— Парень, — я покраснела еще больше. — Вернее, он мне не парень, он мне просто нравится, но… я не могла отпустить его одного, понимаете?

— Мне кажется, что понимаю, — задумчиво сказал Джон и закашлялся. — Знаете, я думаю, что вам нужно выговориться. Не желаете выпить чашку чая?

— С удовольствием.

Солнце светило так ярко, что весь остальной мир казался тусклым. Но не для меня. Мое персональное солнце сидело рядом со мной и согревало меня так, как не греет ни одно солнце в мире. Лето… лето — это его время. Летом и без того энергичный Крис превращался в фонтан энергии. Он ни секунды не мог сидеть на месте, все куда-то бежал, что-то делал. Присаживался отдохнуть и начинал ерзать, а через пять минут снова вставал и снова отправлялся в путь. Вечный двигатель, так я его называла про себя. Интересно, он когда-нибудь спит?

Сейчас я сидела на лавочке в Гайд-парке, лениво щурясь на солнце, позволяя свету окутать меня, и, возможно, покрыть загаром, хотя насчет этого я погорячилась, наверно. Мой мистер Лето только что сидел рядом и объяснял мне, как играть в какую-то модную игру на палме. Не успела я понять, почему драконы так опасны, как он сунул прибор мне в руку и куда-то побежал. Секунду я сидела, не осознавая, что произошло. Похоже, солнечная погода, как обычно, притупила мои мозги. Растерянно я встала, поправила примявшееся платье из воздушной ткани, которое меняло цвет в зависимости от освещения (на солнце, например, небесно-голубой), и поискала глазами Криса. Оказывается, он встретил одноклассника, и именно к нему так радостно бросился. По-моему, его звали Фил. Я решила, что Фил притормозит эту волну, готовую обрушиться на мир, поэтому направилась к ним медленно, не спеша.

Я шла, как вдруг оба парня посмотрели на меня. Я отчего-то смутилась. Солнце слепило мне глаза, так что я поспешно вставила себе солнечные линзы. Теперь я смогла видеть мир четко. Крис смотрел на меня слегка удивленно, как будто вдруг неожиданно что-то понял обо мне и не был уверен, что ему это нравится. Холодок пробежал по спине, что странно, потому что в парке не было ветра. Нахмурившись, я, наконец, подошла к ним.

— Вот, возьми, ты оставил, — я протянула палм Крису, и тот осторожно взял. — Привет, Фил.

— Привет, — Фил смерил меня насмешливым взглядом и я, покраснев, поспешно проверила, все ли в порядке с моим нарядом.

— Слушай, Кендис, мне надо идти, срочные дела вдруг образовались, — затараторил Крис так быстро, что, казалось, он говорит не по-английски. — Пока!

И он побежал вперед с такой скоростью, как будто сам Дьявол за ним гнался. Что, конечно, глупости, потому что всем известно, что Дьявола не существует.

— Что это с ним? — растерянно спросила я у Фила.

— Пусть лучше он сам тебе скажет, — ничего не объяснив, Фил пошел за Вечным двигателем.

Я же растерянно смотрела им вслед. Почему мне казалось, что Крис убежал от меня?

Глава 4

— Но есть же хоть какие-то предположения, почему они так себя ведут? — растерянно спрашивал Вилсон.

Они с Евой все-таки добрались до лабораторий биологов. Всего ученых, изучающих растительный, животный и микроскопический мир на планете, было пятеро, и, вообще-то, у каждого из них был свой кабинет. Но иногда они собирались в общей комнате, когда им необходимо было провести совместные исследования или пообщаться между собой.

Как и везде, в лаборатории были стены из карония, который вроде бы выглядел как металл, но на самом деле был совсем не им и имел совершенно другие свойства, вот только запах там стоял специфичный. Там пахло разнообразными лекарствами, которые тут изобретали. Растениями, которые выращивали. И даже животными, которых частенько тут содержали. Длинное помещение было заставлено лабораторными столами с различными приборами для исследований.

Вилсон и Ева задумчиво оглядели ученых. Это были сорокалетний светловолосый Гейл, специалист по ботанике, который занимался выращиванием растений и изучением их свойств. Относительно молодой Френсис, зоолог, изучавший животный мир. Норман, вообще-то хирург, но в свободное от операций время помогающий биологам во всем, что касалось человеческой анатомии. Деклан, фармаколог. И Миранда, вирусолог, изучавшая типично тиморские болезни.

— Ну…, — нерешительно протянул Френсис, решив, что, раз вопрос относится к зоологии, то отвечать нужно ему. Он нервно взлохматил светлые волосы и продолжил. — Так как это происходит с тех пор, как в небе появилась эта сфера, следует предположить, что это как-то связано с ней.

— И как же? — волновался Вилсон.

В диалог вступила Миранда, миниатюрная женщина с тонкой талией:

— Если вы хотите знать мое мнение, то это инопланетный объект.

— Но было же доказано, что это газовый шар вроде звезды, только не светящийся! — недовольно воскликнула Ева, подозрительно сузив глаза.

— Ну, так-то да, — ни капельки не напуганный приходом властей, в отличие от своих коллег, русоволосый Деклан поправил на своем носу очки. — Наш объект состоит из газа, удерживается гравитацией, и наши приборы показали, что там происходят реакции. Но почему он черный? Почему дает так мало информации о себе? И почему он вообще появился так внезапно? Как мы могли не заметить его появления? По-моему, здесь все указывает на его искусственное происхождение.

— По-моему, вы не говорили, что изучали небесные тела, Деклан, — процедила Ева, направив ледяные шарики голубых глаз прямо на него.

— Ну не то чтобы изучал… так, читал что-то в свободное время… плюс я общаюсь с нашими физиками, — сказал Деклан, никак не отреагировав на ее пристальный взгляд. — В общем, объект, несомненно, искусственного происхождения. Это означает, что его кто-то создал. Так почему бы этому загадочному кому-то не поместить внутрь объекта какое-то устройство, которое будет испускать излучения, привлекающие псов и заставляющий их собираться вокруг нашего лагеря? Или наоборот, отталкивающие их от опасных мест и привлекающие их к единственному безопасному?

— Какая интересная теория! — скептически воскликнула Ева. — Но это же только теория, ведь правда?

— Не совсем, — возразил Деклан, выпрямляясь на своем стуле. — Я недавно разговаривал с Кельвином, это один из наших физиков, и он сказал, что недавно обнаружил, что на планете повысился уровень электромагнитного излучения, однако причину и его источник пока не удалось определить. Смею предположить, что дело именно в странном объекте, и из-за этого псы так странно себя ведут.

— Это представляет опасность для наших жизней? — мигом посерьезнел Вилсон.

— Пока нет, но кто знает, что будет дальше и почему вообще это происходит. Возможно, кто-то из инопланетян решил уничтожить нас.

— Невозможно! — твердо сказал Вилсон. — Мы со всеми сохраняем дружеские отношения!

— В общем, ваша теория нам ясна, — сузила глаза Ева. — Если узнаете что-то еще, непременно сообщите нам… Деклан. А как фамилия того физика?

— Маршман, а что?

— Ничего… нужно будет с ним поговорить. Ну ладно, работайте дальше, — и Ева утянула Вилсона за собой, оставив биологов в полнейшей растерянности.

— Деклан, вот тебе очень нужно было строить из себя крутого парня? Ева была недовольна, — боязливо заметила Миранда.

— Ой, да что она мне сделает? — Деклан лишь отмахнулся. — Пока Вилсон в уме и здравии, у нее нет реальной власти.

— Очень на то надеюсь, — сказала Миранда.

Согласно пошумев, биологи вернулись каждый к своим исследованиям.

Маривонн, завернувшись в теплую шаль, брела по коридору, чувствуя себя одинокой и как никогда глупой. И почему только рядом с Вилсоном она превращалась в такую идиотку? Она поежилась. Было холодно, но вовсе не оттого, что она находилась на, возможно, самой холодной планете в этой Вселенной. Холодно было оттого, что она пообщалась с Евой. Эта женщина была, как будто сделана изо льда. Она даже не испытывала никаких эмоций, кроме, может, неприязни к самой Маривонн. И как Вилсон может с ней быть вместе? Насколько теплым и сопереживающим был президент, настолько же равнодушной была его жена. Казалось, что ее ни капельки не волнует то, что происходит на планете, как будто она была выше этого, и у нее были какие-то свои дела, а вместо этого приходилось вникать в детские игры в песочнице. И что только могло привлекать в ней президента?

Неожиданно Маривонн остановилась. Глаза пробежались по резной стене, и она вдруг поняла, где очутилась. В минуту отчаяния ноги принесли ее к месту, где она всегда чувствовала себя лучше всего. Поправив волосы и платье, она решительно коснулась двери своей рукой. Та послушно отъехала в стену.

Преодолев небольшую прихожую, она очутилась на кухне. В воздухе витали запахи различных вкусностей, отчего у нее заурчало в животе. На стенах, выстроившись в длинные ряды, висели термобоксы, в которых хранились разнообразные продукты и готовые блюда. Также вдоль одной из стен тянулись длинные ряды столов и плит, за которыми трудились повара и их помощники, спешащие приготовить тысячи блюд к очередному приему пищи — а так как почти все на планете имели свой режим, то прием пищи происходил постоянно — они что-то резали, помешивали, сыпали… Однако взгляд Маривонн привлек один мужчина, казавшийся смутно знакомым. Он был невысокого роста, простоватого вида, возрастом примерно от тридцати пяти лет до сорока, однако, кажется, девушка поняла, кого она видит. Она чуть не задохнулась от шока, осознав, что он теперь старше ее на много лет, совсем как Вилсон.

— Вин, это ты? — девушка нерешительно подошла к повару, помешивающему что-то в серебряной кастрюле, и пораженно заглянула ему в лицо.

— Мари, ну наконец-то! — мужчина отбросил в сторону ложку и повернулся, с восхищением смотря на девушку. От подростка, когда-то прилетевшего на Тимор, полного сил и желания начать новую жизнь, почти ничего не осталось. Нет, его лицо не покрылось морщинами, а волосы не поседели. Но куда-то исчезли молодость и чистота, черты стали более мягкими и широкими, тут и там виднелись следы обморожений, как будто он много времени проводил на улице, что, вообще-то было странно, потому что зачем повару ходить на улицу? Вин прилетел на планету позже нее, и раньше был моложе, и теперь девушка испытала шок, увидев на месте того мальчишки совсем уже взрослого мужчину. Но в следующую секунду его лицо озарила лучезарная улыбка, мигом отбросив все прожитые года. — Ты такая же, какой я тебя помнил. Такая же молодая и красивая!

Маривонн несколько смутилась. Она не знала, как себя вести с этим резко изменившимся Вином. Увидеть повзрослевшим Вилсона был не такой шок — он ей всегда казался невообразимо далеким, она привыкла держаться на почтительном расстоянии и любоваться издалека. С Вином же ей раньше было всегда легко и просто, как будто он был просто мальчишкой со двора. Но теперь она вовсе не была уверена, что готова общаться с ним совершенно свободно. Да, этого следовало ожидать, если она решила стать пилотом.

— Спасибо, — наконец, смущенно выдала она. — А ты так повзрослел…

— Годы идут, — печально вздохнул Вин. — Садись пока, у меня для тебя кое-что есть.

Маривонн нерешительно присела за небольшой столик у стены, и сказала:

— Все так изменились за это время… я теперь даже не знаю, правильно ли поступила, решив стать пилотом…

— Если тебе это нравится, то, конечно, правильно.

Вин довольно быстро добежал до одного из термобоксов, отстучал потолстевшими пальцами что-то на сенсорном экране, после чего бокс с гудением открылся, и достал оттуда…

— Это же лединичный пирог! — с восторгом воскликнула Маривонн. — Я так по нему скучала!

— Тогда скорее ешь, — Вин поставил пирог на стол и сам сел рядом, краем глаза следя за кастрюлей на плите. — Я приготовил его специально для тебя.

— Спасибо, — Маривонн откусила кусок и с наслаждением закрыла глаза. — Обожаю лединику. Ты потрясающе готовишь!

— Много лет практики, — неожиданно лицо Вина стало грустным.

Маривонн почувствовала себя виноватой за то, что внутренне ей не хотелось принимать этого нового мужчину, с которым она совсем не знакома, поэтому поспешила добавить:

— Не переживай. Я не стану к тебе по-другому относится только потому, что ты немного изменился за время моего отсутствия.

— Чертово релятивистское замедление времени, — Вин покачал головой, но взгляд его немного посветлел.

— И анабиоз, — Маривонн отложила пирог в сторону и посмотрела повару в глаза. — Знаешь, для меня ведь прошло всего полгода.

— Как там, в космосе? — Вин спрашивал как будто с любопытством, но в глазах его была отстраненность и какая-то застарелая грусть, как будто он вспомнил о какой-то трагедии, которая произошла давно, но все еще его беспокоит.

— Вин, — она положила свою ладонь ему на руку. — Что-то случилось, пока меня не было?

Вин лишь покачал головой. Его ореховые глаза казались усталыми, как будто все то время, что ее не было, он тащил на своей спине какой-то тяжелый груз. И все же это был он, ее родной Вин, к которому она всегда приходила, когда ей было плохо. И не было ничего странного в том, чтобы просто протянуть руку и коснуться его.

— Ничего, — лишь сказал он и снова улыбнулся, отчего внутри нее все потеплело.

— Хорошо, — Маривонн снова взяла пирог и откусила. Слегка холодноватый пирог со снежным привкусом начал таять у нее во рту. — Я скучала по тебе.

— По мне или моему пирогу? — Вин подмигнул, сразу отбросив несколько лет, и подошел к плите, чтобы снять кастрюлю. Накрыв ее крышкой и посыпав каким-то порошком жарящееся на сковородке мясо, он вернулся и сел рядом с Маривонн. — Я тоже соскучился. Почему ты не зашла, как только приехала? Я ждал тебя.

— Ох, прости. Это просто безумие какое-то… прилет новичков всегда большое событие, а когда выяснилось про псов и звезду, я совсем забегалась…, — она лепетала что-то в свое оправдание, прекрасно понимая, что не заходила потому, что боялась того, что может увидеть.

Вин мягко погладил ее по руке. Затем посмотрел на нее. Под этим взглядом Маривонн почувствовала, что холод, окутавший ее после встречи с Евой, постепенно отпускал ее. Просто находясь рядом, мужчина согревал ее, и через минуту Маривонн уже сняла свою шаль. Вин одобрительно осмотрел голубое платье с узором, изображающим снежинки.

— Ты все такая же красивая, — сказал он.

— Спасибо, — улыбнулась девушка.

Вин медленно наклонился к ней. Маривонн не стала отстраняться. Ей так необходимо было, чтобы ее кто-то согрел. Вилсон тоже грел ее, но он всегда был для нее недоступен, как солнце, которое светит где-то далеко в небе. И пока он с Евой, она не могла ни на что рассчитывать. А Вин был здесь, рядом — как огонь в домашнем камине. И совсем ничего страшного, что он немного повзрослел за это время. Она знала, что так будет, отправляясь в полет. Главное — что он здесь, рядом с ней, а не с ледяной Евой.

Поэтому, когда его губы мягко коснулись ее губ, она ответила на поцелуй.

Холодный воздух, словно тысячи тонких и острых крупинок льда, вонзался в кожу. Ветер доносил рычание псов из-за забора. Светодиоды на куртках освещали лежащий вокруг кампуса снег странным белым светом.

Стив и Крис, кутаясь в куртки, сидели на каком-то бревне, почему-то синем, а не коричневым, каким положено было быть деревьям. Впрочем, это был другой мир, другая планета. Наверное, не стоит удивляться, что деревья здесь неправильного цвета. И кто вообще сказал, что это дерево?

— Мне скучно, — протянул Крис. — Эта сфера ничего не делает. Она просто висит в небе. Да, она черная, да, похожа на бездну. Ну а дальше-то что?

— Это же сфера, а не сериал какой-нибудь, — сказал Стив. — Чего ты ожидал? Что с нее спустятся зеленые человечки и украдут твой мозг?

— Не знаю. Чего-нибудь, — и Крис махнул ногой, поднимая лежащий снег в воздух. Подхваченный ветром, он тут же улетел в сторону забора.

— Ты лучше скажи, ты с Кендис мириться собираешься?

— Ой, да ну ее, — Крис снова взметнул снег.

— Вы же как сиамские близнецы! Всюду вместе ходите!

— Нет, большую часть времени с ней можно общаться, но когда она выкидывает что-то подобное, я в очередной раз понимаю, что она…, — Крис замолчал и взметнул в воздух еще одну кучу снега.

— Она что? — спросил Стив.

— Неважно, — отмахнулся Крис. — Слушай, пошли, поищем ход за забор, а?

— Там псы, — возразил Стив, смотря на кусок бездны посреди неба.

— А я не говорю, что мы сразу за него перелезем. Пока просто найдем. Пригодится, — следующий комок снега прилетел Стиву прямо в рот.

— Тьфу ты, блин! — он раздраженно сплюнул. На вкус этот снег был, как протухшие яйца. Нет, Стив никогда не пробовал протухших яиц, ведь с изобретением термобоксов вся еда оставалась свежей, но этот снег определенно был протухшим. — Хорошо, пошли, а то ты меня тут с ума сведешь. Или снегом отравишь. Кстати, не вздумай его когда-нибудь попробовать — жуткая гадость.

* * *

Я сидела во дворе своего дома на скамейке расстроенная. В наушники в ушах через интернет, распространяемый из дома, вливалась песня «Yesterday» группы «Битлз». Что мне делать с Крисом?

Вот уже неделю он меня избегает и гуляет с какой-то брюнеткой не из нашей школы. Нет, я не ревную, нет (хотя кого я обманываю? Конечно, ревную), но почему он мне даже не пишет?

Что же тогда ему такого Фил сказал обо мне? Что могло его оттолкнуть?

«Yesterday all my trouble seemed so far away[3]»…

«Мастерская дизайна костюмов» — так было написано на металлической табличке на двери.

Когда-то давно, под влиянием мамы, я пыталась придумывать новые оригинальные фасоны платьев. Это было еще до знакомства с Крисом, до того, как я увлеклась лингвистикой. Я просто сидела все время дома и набрасывала в специальной программе эскизы платьев. У меня не очень получалось, поэтому я вскоре забросила это дело. Ну и плюс мама со своей любовью к традициям постаралась.

Я уже полдня (вернее, полночи) болталась по лагерю, не зная, чем себя занять. Легко сказать — делайте, что хотите. Без Криса мне ничего не хотелось. А он в очередной раз начал от меня прятаться.

И чем я должна без него заниматься? В кибернетруме космический интернет, там пишут про другие планеты, и я в этом ничего не понимаю. Можно, конечно, как старик Джон, часами любоваться изображением Земли, но я подумала, что я сюда прилетела не за этим.

Хоть и сама не знаю, зачем.

Нет, серьезно. Гулять я не люблю, да и ходить здесь особо некуда. Если только на псов смотреть. Или на сферу в небе по ночам.

Вот Локи и Лора сейчас разучивают какую-то песню. Сидят у нас в комнате и бренчат.

Нет, надо признать, голос у Лоры действительно мощный. Поет она хорошо — похоже, она нашла свое призвание.

На Земле у меня тоже было любимое дело. Мне нравилась лингвистика. Я довольно неплохо знала японский и в свободное время смотрела аниме на языке оригинала.

Но здесь переводить нечего.

Какого черта я вообще сюда полетела?

В общем, бродя по зданию, я наткнулась на вот эту дверь. От Джона я уже слышала, что именно здесь придумывают всю одежду на Тиморе. А потом и шьют. Вчера за чаем с Джоном я вдоволь наслушалась о том, чем здесь можно заниматься (он такой милый старик оказался… похоже, он единственный мой друг здесь). Он внимательно выслушал мой рассказ о Крисе и искренне посочувствовал. Он тоже скучал по близким, оставшимся на Земле. Хотя они все уже умерли. Он сказал, что Крис непременно одумается, как он всегда и делает.

Я неуверенно мялась у двери. Джон вчера настоятельно советовал мне найти себе занятие помимо Криса. Наверное, это правильный совет. Потому что такие ситуации будут периодически случаться, и мне нужно во время них чем-то заниматься.

В самом деле, такое уже бывало не раз. Он несколько раз переставал со мной разговаривать, а потом просто снова появлялся и говорил: «Прости, я был занят» — и мы снова общались, как ни в чем не бывало.

— А что случилось-то? — спрашивала я.

— Да неважно, проехали, — отмахивался он.

Как будто я не понимала, что все это происходит из-за того, что я что-то делаю не так. Понять бы только, что. В чем был мой косяк? «Ты ни в чем не виновата, это я просто был занят» — только я от него и слышала.

Вот и как это понимать?

Джон вчера сказал: «Судя по всему, твой Крис очень непостоянный. Он как ветер. Просто прими это и жди, когда он вернется».

Так что я не стала с утра докучать ему, и они со Стивом снова куда-то пошли.

Вот только без Криса так тоскливо! Он даже не смотрел на меня за завтраком. Шептался о чем-то со Стивом. Интересно, чем они занимались? Вряд ли он провел бы вечер, тупо пялясь на сферу. Это совершенно не в его характере. Мне остается только надеяться, что Стив не даст ему наделать глупостей.

А мне стоит занять себя чем-то на время ссоры.

А Крис обязательно появится. Он снова скажет «Прости, что накричал на тебя» — и мы снова будем общаться.

И, конечно же, снова ничего не объяснит. Ну что такого в том, что я о нем беспокоюсь?

Ну, хорошо, возможно, я немного перегнула палку, ведь эти псы были за забором.

Но они же гигантские! А я не хочу, чтобы с Крисом что-то случилось. Вдруг бы они нашли способ проникнуть за забор? Наверняка они едят людей. Нельзя к ним подходить так близко.

Хорошо, забор прочный и пока ни один из них на территорию не проник. Я просто беспокоюсь слишком сильно.

Ладно, вообще-то я хотела себе дело найти, а не думать о Крисе. А в результате стою перед дверью и гадаю, что со мной не так.

Нет, надо послушаться Джона.

В этот момент дверь отъехала в стену, и меня встретил невысокий мужчина средних лет, который представился Анатолем.

Деклан сидел за столом в лаборатории и разглядывал в сверхмощный микроскоп засушенные листья лединики. Голубые и потрескавшиеся от высокой температуры, они были довольно необычными. Возможно, они могли бы пригодиться в качестве добавки к какому-нибудь лекарству. Деклан был настолько погружен в работу, что не заметил странного металлического запаха и тихих шагов. Он обернулся, чтобы взять с соседнего стола нож, и тут вздрогнул.

— Тьфу ты, Миранда! — воскликнул он, когда увидел миниатюрную женщину. — Ты меня до смерти напугала. Нельзя же так подкрадываться!

— Прости, Деклан, — виновато улыбнулась она, одетая в лабораторный халат. — Но вообще-то мы договаривались встретиться в столовой. Ты забыл?

В свете голубых лабораторных ламп она казалась сделанной из хрусталя. Ее бледная кожа выглядела прозрачной. Деклан хлопнул себя по лбу:

— Точно, прости! Но, боюсь, нам придется отложить наш обед. Я совсем забыл, что Ева требовала отчет по моей разработке лекарства от волчьего гриппа. Его нужно сдать сегодня. Мне нужно исследовать.

— Да ничего страшного, — Миранда присела рядом на стул и перекинула ногу на ногу. — Возможно, я могу тебе чем-то помочь?

— Помочь? — Деклан смотрел на ее пухлые губы, подкрашенные слегка голубоватой помадой.

— Деклан, ты здесь? — рассмеялась Миранда.

— Ой, прости, — спохватился Деклан. — Тебе так идет этот цвет.

— Цвет чего?

— Помады, — и Деклан склонился к ней, нежно целуя. Миранда обвила руками его за шею и ответила ему. Влюбленные так были увлечены друг другом, что совершенно не замечали, как по лаборатории распространялся сильный запах металла. Неожиданно лампы мигнули и погасли.

Миранда испуганно вскрикнула и отстранилась от мужчины. Деклан поспешил успокаивающе обнять ее:

— Успокойся, у меня есть фонарик, — и он включил его, осветив белым светом испуганное лицо Миранды.

— Что это было? — растерянно спросила она. — Эти лампы не могут перегореть! Это же гармонический свет!

— Да, действительно странно, — задумчиво прикусил губу Деклан. — Впрочем, они стоят здесь с момента первой постройки лаборатории, а это было лет пятьдесят назад. Возможно, гармонический свет рассеивается через пятьдесят лет. Эх, надо было остаться на Гармонии и исследовать этот вопрос…

— Тогда бы ты никогда не встретил меня, — возразила Миранда. — К тому же ты биолог, а не физик.

— Да, ты права, — сказал Деклан. — Надо сходить к Кельвину, пусть он разберется.

— Я схожу, — Миранда встала. — А ты пока продолжай работать над отчетом. Ева убьет тебя, если ты не сдашь его вовремя. Ты вполне можешь работать при свете фонаря.

— Хорошо, — Деклан напоследок чмокнул Миранду в губы. Потом женщина ушла, а он снова погрузился в свои исследования. Он как раз разглядывал особо странную клетку, как вдруг холодок на коже подсказал ему, что кто-то стоит у него за спиной. Металлический запах ударил ему в нос. Неожиданно ему стало страшно.

— Миранда, это ты? — хриплым голосом спросил он.

Не получив ответа, он обернулся.

Миранда с Кельвином шли в лабораторию. К их вящему удивлению, свет был выключен не только в лабораториях, но и в близлежащих коридорах, так что им приходилось освещать путь фонарями.

— Никогда раньше такого не было! — говорила она, растерянно оглядываясь по сторонам. — Чтобы лампы с гармоническим светом погасли!

Кельвин согласно кивал. Ему ли не знать, как работают гармонические лампы. Дойдя до лаборатории, они сдвинули дверь. В следующую секунду Миранда закричала.

Гигантские псы стояли чуть ли не по всему периметру лагеря. Они провожали взглядами Криса и Стива, пока те шли вдоль забора, выискивая брешь. Но в этом заборе не было дыр. Возможно, это было и к лучшему, ведь именно это сдерживало псов и не давало им пробраться внутрь. Вот только не все были готовы довольствоваться тем, что находится в границах.

— Ну, неужели нигде хода нет? — взметая ногами снег, ворчал Крис. — Не могут же они все время за забором сидеть, они же хоть иногда должны выходить!

— Может, и должны, но ясно же, что пока нас окружают вот эти создания, никто наружу не пойдет! — сказал Стив. — Потому и хода невидно.

Крис промолчал. Ему совсем не хотелось сидеть в четырех стенах. В периметре лагеря не было ничего интересного. В здании все было совсем как на Земле. На улице только снег, черная сфера и собаки. Неужели это все, что мог ему предложить этот мир? Да он же со скуки тут помрет, прежде чем тут пройдет месяц. Неужели все планеты такие? Может, зря он вообще в этот тур поехал?

Сильный порыв ветра неожиданно сорвал капюшон с его головы, и тут Крис заметил вдалеке какого-то мужчину в темном зимнем костюме и с подозрительно большой сумкой. Сам не зная, почему он это делает, Крис вдруг схватил Стива за рукав и прижал к стене здания.

— Ты чего творишь? — возмущенно воскликнул Стив, но Крис на него шикнул:

— Смотри! — и осторожно выглянул из-за угла.

Мужчина странно озирался, как будто проверяя, не наблюдает ли за ним кто. Но улица была пустынна: мало кто хотел гулять в такой мороз. Крис не знал, почему он прячется, однако чувствовал, что этот мужчина делает что-то нехорошее, и лучше всего к нему не подходить.

На мужчину был надет капюшон, так что разглядеть его лицо не представлялось возможным. Было очевидно только то, что он невысок ростом. Крис и Стив подождали еще некоторое время, чувствуя, как от холода немеют конечности. Мужчина все это время странно оглядывался, потом подошел к стене небольшой постройки у забора, что-то быстро отстучал на сенсорном экране. В свете его куртки стены странно и даже зловеще блестели. Смотря в оба глаза, Крис отмечал, как, подобно паукам, двигаются его пальцы в перчатках, как он опять подозрительно оглядывается, и тут забор неожиданно загудел. Судорожно сглотнув, Стив и Крис наблюдали, как гигантские псы начинают беспокойно переступать на лапах и зловеще скалить морды. Но мужчину это, казалось, не волновало. Немного погудев, решетка забора в одном месте открылась наподобие старомодных дверей.

Крис возликовал: отсюда все-таки был выход! Стив не разделял его восторга: а что, если гигантские псы теперь проникнут внутрь? Но мужчина совершенно спокойно вышел наружу, а волки принялись отступать, как будто это был не обычный человек, а нечто гораздо крупнее, способное перекусить их пополам. Он вышел, сердито посмотрел на них и пошел дальше. Через пару секунд ворота закрылись, и волки снова приблизились к воротам, рыча еще более яростно.

— Ну, вот и ответ! — радостно воскликнул Крис, выбегая из-за угла и приближаясь к постройке. — Вот где выход!

— Я надеюсь, ты не собираешься наружу за ним? — спросил Стив, со страхом глядя на злобные пасти, скалящие зубы высоко наверху.

— Конечно, собираюсь, — Крис задумчиво оглядывал сенсорный экран на стене постройки. — Хм, что же он набирал?

— Крис, погоди, — Стив развернул его к себе. — Ты что, серьезно?

— Абсолютно, — кивнул Крис и хотел вернуться к экрану, но взгляд Стива неожиданно стал жестоким.

— Мы никуда не пойдем, — строго сказал он, отмахиваясь рукой от летевшего ему в рот снега.

— Пойдем, — упрямо заявил Крис.

— Крис, ты совсем сдурел? Опасно там, слышишь? Мы уходим, — и потащил упирающегося Криса подальше от входа.

Но Крис вовсе не желал удовлетвориться этим.

— Слушай, Стив, тебе может, и нормально здесь торчать, на звезду любоваться и снег глотать, а я хочу чего-то большего, понимаешь? — горячо тараторил Крис, пока друг оттаскивал его подальше. — Посмотри туда! — он указал за забор, где вдалеке виднелись причудливые силуэты деревьев. — Там есть что-то интересное, я знаю это! И я хочу это увидеть! Нас никогда туда не пустят, и нам придется весь месяц сидеть взаперти! А я летел сюда не за этим.

Стив ошарашенно смотрел на друга. Потом нахмурился и сказал:

— Вот ты знаешь, сначала я думал, что Кендис перегнула палку, но теперь я понимаю, что она абсолютно права. Тебя на цепи держать надо, чтобы ты никуда не лез.

— При чем тут вообще Кендис? — разозлился Крис. — Или ты туда же? Да я могу и один пойти, я не боюсь!

Увлеченные спором, они даже не заметили, как мужчина с сумкой, которая стала теперь еще больше, вернулся, и открыл ворота.

— Эй, вы? — недовольно окликнул он парней. — Что тут происходит?

Сначала Крис хотел огрызнуться, мол, не ваше дело, но тут он обнаружил, что ворота распахнуты, а все псы снова разбежались подальше. Такую возможность он терять не хотел.

— Счастливо оставаться! — и Крис, не обращая внимания на хлынувший на него холодный ветер, рванул вперед.

— Крис, немедленно вернись! — крикнул Стив, но довольный Крис не отреагировал. — Черт! — он повернулся к мужчине. — Вот надо было вам открыть ворота именно сейчас, а? Ладно, фиг с вами, живите пока. Кендис меня убьет, если узнает, что я отпустил Криса одного. Крис, подожди! — и Стив тоже вышел за забор.

Мужчина же, который на самом деле был поваром Вином, растерянно смотрел им вслед, совершенно не понимая, какого черта только что произошло. Должен ли он побежать за ними? Или закрыть ворота и оставить справляться самих? Или побежать кому-то докладывать?

Ох, это вот вообще не входило в его планы! И что теперь вы прикажете ему с этим делать? Двое подростков взяли и выбежали за периметр! Нужно было быстрее закрывать ворота, но он никак не ожидал, что эта парочка так быстро выпрыгнет! А ведь снаружи было целое море опасностей, о которых эти парни не имеют ни малейшего понятия. Да и ей не понравится, что он так разбрасывается материалом. Но что он мог сделать? Пойти за ними? Вряд ли ему в одиночестве удастся их увести. К тому же неизвестно, куда они пошли. Нужно кого-то позвать. Но кого? К правительству или полиции нельзя, они не должны ничего знать о том, что он тут делал. К ней? Ни за что. Хотя был у него на примете один человек… Возможно, он согласится помочь ему? Обычно он не задает лишних вопросов. Конечно, нехорошо посвящать в это дело людей… Но не может же он бросить этих парней там! А один он вряд ли справиться. Решено, он пойдет к нему.

Задвинув капюшон на голову, он двинулся к зданию.

Одетая в простой синий комбинезон, Лора сидела в полупустой столовой в полном одиночестве. Перед ней стояла тарелка с чем-то вроде супа из каких-то странных фиолетовых овощей, но она не ела, лишь задумчиво вертела в одной руке ложку, а второй подпирала свою голову. В голове лишь одна мысль: что же ей теперь делать?

Локи, похоже, был страстно увлечен ей. Они проводили все время вместе, говорили, пели, целовались, спали… Девушка была поражена силе чувств, вспыхнувших у них обоих, и она не могла сопротивляться, ведь ее так пугала эта холодная и страшная планета, и так хотелось прижаться к кому-нибудь и забыть обо всем. Но как же Дэнни?

Она предала его. Не смогла подождать еще немного. Нужно было потерпеть всего одну планету. Нужно было просто потерпеть. А она так легко сдалась. Она его просто недостойна.

Лора была настолько погружена в свои раздумья, что не заметила, как рядом с ней кто-то сел. Она бы и не обратила на него внимания, если бы парень не сказал:

— Привет!

Она вздрогнула и подняла голову. Ее светлые волосы красиво упали вдоль ее лица. С изумлением она заметила незнакомого парня, чьи серые глаза смотрели на нее так, как будто она была восьмым чудом света. Чем она сейчас себя вообще не чувствовала, отчего ей стало даже неловко. Легонько нахмурившись, она спросила:

— Мы знакомы?

— Вообще-то нет, — парень немного смутился и начал крутить тонкими пальцами пуговицу рубашки. — Меня зовут Ансон. Я видел тебя на вечеринке.

— А, привет! — вспомнила Лора. Однако ей было совершенно не до еще одного знакомого. Впрочем, быть невежливой не хотелось. — Как дела?

— Да все хорошо, — сказал парень. — Прости, как тебя…?

— Лора, — девушка протянула ему руку, и он ее пожал. — Чем занимаешься здесь?

— Да пока ничем. Хожу, осматриваюсь. А ты?

— Я…, — Лора тяжело вздохнула. — Ой, лучше не спрашивай.

— Почему? — участливо спросил Ансон. — Что-то случилось?

Ей совершенно не хотелось рассказывать незнакомому парню о своих проблемах. Она так запуталась в том, что происходит. Она все еще любила Дэнни… но при этом она изменяла ему с Локи… и чувствовала себя из-за этого просто отвратительно… и с каждым днем становилось все труднее, ее чувства становились все сложнее и наполняли ее изнутри, отчего ей казалось, что она уже трещит по швам и вот-вот лопнет… И вот она не выдержала и разрыдалась.

— Эй, ты чего? — совершенно растерялся Ансон. — Я что-то не то сделал?

— Н-нет, — всхлипнула девушка, вытирая себе лицо рукавом комбинезона. — Это я все себе испортила. Дура. Просто дура.

— Перестань, — и, повинуясь внезапному порыву, Ансон обнял ее.

А Лора уткнулась ему в плечо и заплакала еще сильнее.

Глава 5

Жуткая металлическая вонь заполняла всю комнату. Но даже она не могла заглушить другой запах — запах смерти.

Смерть. Как будто приобретая черный оттенок, ее запах распространялся по комнате, смешиваясь с молекулами кислорода и вылетая через открытую дверь. Постепенно этот аромат распространялся по коридорам, долетая до самых дальних закутков кампуса, и вскоре уже весь лагерь пах металлом и смертью. Почуявшие это люди запирались в своих комнатах. Как будто это могло их уберечь. На Тимор пришла смерть. Проклятая планета, над которой висела сама бездна, которая медленно притягивала их к себе — они были просто обречены.

В биолаборатории запах был хуже всего. Миранда со стеклянными глазами сидела на полу у самого входа. Свет по-прежнему не горел, ведь никто не разбирался с ним — произошло нечто гораздо более страшное и требующее более пристального внимания. Находящиеся в комнате светили фонарями. Помимо Миранды, там были Кельвин, остальные биологи, криминалисты, Вилсон и Ева. А еще скелет и кровь. И больше ничего.

— Я не понимаю, — вид у президента был непривычно потерянный. Его карие глаза испуганно следили за лучом света из фонаря, который постепенно открывал взгляду пол, стены, столы, листья леденики. Все это было забрызгано кровью. — Куда делось его тело?

Криминалисты сухо осматривали пятна крови, светя фонарями в каждый угол помещения, однако ни одного куска плоти найдено не было. Только скелет, разбитые очки, нож и кровь… Много крови, которая подобно океанской волне растекалась и захватывала все большие пределы. Где же плоть? Криминалисты лишь разводили руками.

— Эй, мы у вас спрашиваем! — даже в такой ситуации Ева сохраняла привычное хладнокровие и самообладание. — Куда делось его тело?

Но никто не мог дать ответа на этот вопрос. Биологи прятали глаза, в их глазах стояли слезы. Только что их коллега был жив, а теперь от него остались лишь кровь и скелет…

— Мы ничего не можем пока сказать, — наконец, ответил один из криминалистов. — Нам неизвестно ничего такого, что могло бы поглотить тело, а кровь оставить.

— Какой тогда в вас смысл? — убийственным взглядом смерила его Ева. — Но мы должны разобраться, что именно произошло, чтобы предотвратить последующие смерти. А для этого нужно, чтобы вы собрались с мыслями и сказали, наконец, куда подевалось его тело?

Криминалист лишь развел руки в стороны. Хотелось бы ему знать ответ на этот вопрос. Но к такому его не готовили.

— Простите, чем так воняет? Уже весь лагерь пропах…, — вошедшая в лабораторию Маривонн замерла, широко открыв рот. Она изумленно перевела взгляд с неподвижной Миранды на скелет в луже крови и побледнела.

— Что… что… что случилось? — тихо спросила она, осторожно приближаясь к скелету. — Кто это?

— Деклан Макензи, — убитым голосом сказал Вилсон. — Он изучал свойства леденики, с ним была Миранда, — он показал на все еще неподвижную женщину у входа. — Потом неожиданно погас свет, она вышла за помощью, а когда вернулась — вот…

— Какой ужас, — Маривонн с трудом сдержала подступившую тошноту. — Но что это? Неудачный эксперимент?

— У биолога, изучающего леденику? — покачал головой Кельвин. — Леденика безвредна, и ее можно употреблять в пищу, это давно доказано. Что бы он с ней ни делал, она не могла поглотить всю его плоть. Его кто-то убил.

— Убил? Но кто? — Маривонн расширила глаза.

— Так, слушайте, то, что его убили, еще не доказано, — несколько раздраженно сказала Ева. — В конце концов, он был ученый. Возможно, он действительно проводил эксперимент, который в какой-то момент пошел неправильно. Почему бы нам не допросить ее? — и она повернулась к Миранде.

На лице Миранды не было никаких эмоций. Губы лишились природных красок и теперь казались голубыми от нанесенной помады. Голубые глаза застыли, будто превратились в кусочки льда. Спутанные каштановые волосы унылыми прядями свисали вдоль ее лица. Абсолютно не было похоже, что она хоть когда-нибудь пошевелится.

— Ева, имей совесть, — укоризненно произнес Вилсон. — Бедная женщина только потеряла любимого человека. Она сейчас в таком шоке, что ничего не сможет ответить. Кельвин, Маривонн, — обратился он к двум ближайшим людям. — Отведите ее в комнату. Накормите чем-нибудь, и уложите спать.

— Хорошо, — Маривонн с Келвином кивнули и под холодным взглядом Евы направились к Миранде.

За забором, огораживающим лагерь, было еще холоднее. Только здесь еще и дул ветер, который подхватывал комья снега с земли и швырял их Крису в лицо. Стив был прав — снег здесь на редкость гадкий. На Земле он был гораздо более приятным. Какое-то время Крис вообще ничего не видел, кроме белой светящейся массы, несущейся ему в лицо. На его счастье, псы разбежались от неведомого мужчины и пока не решались подойти, так что он спешил отбежать от них прочь. Отойдя подальше от лагеря, Крис почувствовал, что холод стал совсем невыносимым, и что руки и ноги болят даже через плотную ткань костюма. Лицо же вообще как будто в кипяток окунули. Онемевшими пальцами он замотал его шарфом, оставив снаружи только глаза. Сунув руки в карманы, он двинулся дальше.

Он шел недолго, всего минут пять, как услышал голос Стива:

— Крис, подожди меня!

Крис остановился и позволил приятелю догнать его. Стив тоже дрожал от холода и застегивал молнию на какой-то девчачьей шали. Когда Стив подошел достаточно близко, Крис прокричал через шарф:

— Если ты хочешь позвать меня вернуться, то я не пойду! Я хочу посмотреть, что есть на этой планете!

— Крис, да мы же здесь замерзнем насмерть! Мы на планете всего три дня, нас эти температуры угробят! — кричал в ответ Стив.

— Ты как хочешь, а я иду дальше! — прокричал напоследок Крис и двинулся дальше через снег. Стив уныло поплелся за ним.

— Слушай, ну что ты тут хочешь увидеть? Тут же ничего нет, кроме снега и собак, которые могут тебя загрызть!

— Да? А вот это тогда что? — Крис показал куда-то вперед.

Стив сделал несколько шагов в нужную сторону и заслонил глаза от летевшего в них снега. Среди сугробов невысоко возвышался маленький голубой кустик, больше напоминающий коралл со дна моря. Порывы ледяного ветра никак не влияли на него, он, даже не покачиваясь, твердо стоял на земле.

— Какая-то местная растительность, — равнодушно произнес Стив. — Ну, голубая, ну и что дальше? Пойдем обратно!

Но Крис уже приближался к кустику. Завороженно глядя на его сверкание, он протянул к нему руку. Но, едва коснувшись, отдернул и вскрикнул.

— Что случилось? — Стив поспешил подбежать к другу.

— Он жжется, — потрясенно произнес Крис и стянул перчатку. В том месте, где он коснулся куста, на его коже вырос лед.

— Ничего себе, — пораженно пробормотал он. — Сквозь перчатку…

— Дай сюда, — Стив схватил Криса за руку и дохнул на лед. Тот тут же растаял, превратился в воду, которую мгновенно подхватил порыв ветра. Вода превратилась в несколько снежинок, и вместе с комьями снега полетела в сторону лагеря.

— Вау! — воскликнул Крис. — И ты хочешь, чтобы я отсюда ушел? Ни за что!

Вырвав свою руку, он снова натянул на нее перчатку и пошел дальше. Стиву ничего другого не оставалось, кроме как последовать за ним. Казалось, чем дальше они отходят от лагеря, тем ниже падает температура. У Стива уже все онемело, он с трудом переставлял ноги и не представлял, как Крис может продолжать двигаться вперед, да еще и с такой энергией.

— Гляди! — Крис показал на еще одно небольшое растение. На синих стебельках в окружении синих листочков покачивались кусочки льда в форме ягод.

— Только не вздумай это есть! — поспешил воскликнуть Стив.

— Не буду, — согласился Крис, восторженно разглядывая ледяные ягоды. Недолго думая, он протянул руку, чтобы потрогать.

— Не трогай! — запоздало крикнул Стив, но ничего не случилось. Крис осторожно подержал одну ягоду и сказал:

— Эй, а она совсем не твердая. Это не лед! — он легонько надавил на плод, и из него брызнула голубоватая вода. — Готов поспорить, что их можно употреблять в пищу.

— Давай не будем проверять, хорошо? — Стив с тревогой наблюдал за другом. — Не жжется?

— Нет, не жжется, — Крис опустил руку. — Ладно, пошли дальше.

Парни двинулись вперед. Какое-то время не было видно ничего, кроме снега и редких кустов со странноватыми ягодами. Потом вдалеке Крис заметил что-то большое.

— О, кажется, сейчас еще что-то будет! — довольно воскликнул он и понесся вперед. Стив еле поспевал за ним.

Когда они приблизились, то удивленно раскрыли рты. Перед ними начинался лес, но деревья в нем были совсем не похожи на земные. Синий ствол был абсолютно без какой-либо текстуры, он закручивался спиралью и поднимался вверх на нереально большую высоту. Чтобы увидеть вершину дерева, приходилось задирать голову высоко вверх. Но если посмотреть на небо, то среди летящего в разные стороны снега и серых туч, бешено носившихся туда-сюда, становилась видна черная сфера… или спутник, или что там это было. От взгляда на этот кусок бездны, вырезанный прямо в небе, пробивал озноб.

— Круто, — выдохнул Крис. — Пошли!

— Стоп! — Стив схватил его за куртку. — Ты что, не видишь, что это лес? Наверняка там кто-то водится!

— Все будет хорошо, псов издалека видно, мы успеем убежать, — Крис выдернул свою руку из руки друга.

— А ты думаешь, псы единственные звери на этой планете? — раздраженно сказал Стив. — Вспомни, что нам рассказывали, когда мы только прилетели! Не просто же так планету назвали Тимором! Вряд ли это из-за тех ягод.

— Слушай, это новый и неизведанный мир! — воскликнул Крис. — Мы почти ничего не видели! Я прилетел сюда не в четырех стенах сидеть!

— Не знаю, как ты, но я уже ни ног, ни рук не чувствую, — озябшими губами проговорил Стив. — Нам не выжить при такой температуре. Помнишь, Маривонн говорила, что должно пройти время, чтобы мы адаптировались к здешнему климату. Давай вернемся в лагерь, отогреемся, и вернемся сюда через неделю, если тебе так хочется.

— Другой возможности выбраться у нас не будет, и ты это прекрасно знаешь! — отчаянно заявил Крис. — Ворота открываются только с паролем, и никто нам его не даст, пока снаружи топчутся эти псы. Я иду туда, и иду сейчас.

Крис плотнее замотался в шарф и решительно двинулся в лес. Он не прогнется под обстоятельствами, и ничто его не сломит. Стив, с трудом продираясь через снег, пошел за ним.

Вин зашел в здание и растерянно замер в коридоре. Он собирался обратиться за помощью, но, едва ступив в помещение, он почувствовал запах металла вперемешку с ароматом смерти. Разумеется, он прекрасно знал, что это значит. Черт! Все происходит быстрее, чем он ожидал. Теперь он замер у входа в холл, не зная, чем заняться в первую очередь. Необходимо было узнать, кого убили и зачем. Сколько осталось времени до активации сферы. Потом спасти двух обезумевших подростков. Для этого нужно было договориться с человеком, который согласится помочь ему при том, что он не будет посвящать его в то, чем он на самом деле занимается. Отправиться с ним за периметр, найти парней, которые к этому времени будут уже далеко, и привести их обратно. И еще приготовить ужин. Впрочем, ужин можно сразу отмести. Его может приготовить и кто-то другой, в конце концов, он здесь не единственный повар. Что сначала: парни или убийство?

Вин в отчаянии стукнул кулаком по стене. Он ведь так не хотел в это все ввязываться! Не хотел участвовать в этом черном, как сфера в небе, деле! Но разве у него был выбор? И вот убийства уже начались. А вдруг убита Маривонн?

Стараясь побороть дрожь в голосе, он остановил проходившую мимо с испуганным видом девушку лет двадцати пяти и спросил:

— Прости, что беспокою… ты не знаешь, кого убили?

Девушка вздрогнула и сказала:

— Биолога. Деклана. Но с чего вы взяли, что его убили?

— Неважно. Иди, — Вин облегченно выдохнул и махнул рукой, и потрясенная девушка поплелась дальше.

Значит, не Маривонн… Это хорошо. Он всегда боялся, что первой жертвой будет она. Но пока пронесло. Ладно, он сильный, его так просто не сломить. Итак, что же ему делать? Убили биолога. А вот парни еще живы, по крайней мере, он на это надеялся. Значит, лучше всего попытаться их спасти.

Итак, по фиг на все ужины и все остальное — он должен раздобыть себе помощника, и сделать это как можно быстрее.

Вин поспешил по коридору к единственному человеку, который мог согласиться помочь ему, не спрашивая, что он делал за периметром.

Он свернул по коридору и оказался перед железной дверью. Он нервно огляделся: вдруг кто-то его здесь обнаружит? Но обычно эта часть здания пустовала. Так это было и сейчас. И хорошо: лучше, чтобы его никто не заметил. Глубоко вздохнув, он коснулся двери и вошел в помещение.

Он оказался в маленькой комнате, полной экранов на стенах. На стуле со скучающим видом сидел мужчина крепкого телосложения. Это был Олдвин, и он был кем-то типа охранника: смотрел через камеры, чтобы псы не проникли на территорию. Мужчина вскинул брови, и Вин сказал:

— Олдвин, мне нужна твоя помощь.

Мужчина скрестил руки на груди и недовольно на него посмотрел:

— А разве я уже тебе не помогаю тем, что никому не рассказываю о твоих прогулках снаружи?

— Олдвин, так получилось, что двое подростков выскочили наружу, — поспешил добавить Вин.

— Знаю. Видел, — буркнул Олдвин, покосившись на один из экранов на стене.

— Ты должен пойти со мной и помочь их вернуть, — продолжал повар.

— Ээ, нет, так мы не договаривались, — мотнул головой Олдвин.

— Но они же погибнут там!

— Погибнут, — кивнул охранник. — Сообщи властям, пусть они разберутся.

— Ты же знаешь, что я не могу этого сделать, — возразил Вин. — Никто не должен знать, чем я занимаюсь!

— А если я отлучусь, и это кто-то заметит, тогда все и подавно узнают, — заметил Олдвин.

— Но должен же быть какой-то выход?

В окно смотрела бездна. Черная всепоглощающая дыра, которая вытягивала из Тимора все положительные эмоции, оставляя только страх. А теперь она начала вытягивать и жизнь.

Вилсон лежал на своей кровати, накрывшись синим одеялом из шерсти весперов, и растерянно смотрел в окно. Смерть пришла на планету. Не то что бы на Тиморе раньше никто не умирал. Со времени становления Вилсона президентом многие люди умерли. Но в основном это были первооткрыватели и старые люди, которым здоровье не позволяло путешествовать на другие планеты, и они мирно доживали свои дни здесь. Кто от чего, потихоньку они умирали. Сейчас из старых людей на Тиморе остались только Габриэлла и Джон, и те уже из последних сил держатся. Им осталось несколько месяцев, не больше. А может, и меньше. Но в любом случае, это закономерные смерти, их следует ожидать. Было еще несколько больных молодых людей. Прекращение их жизни тоже не было неожиданностью. Но чтобы относительно молодой здоровый биолог? Да еще и вся плоть пропала, оставив только кровь и кости! Никогда еще такого не было!

Вилсон тяжело вздохнул и укутался в одеяло посильнее. Жуть какая. Криминалисты не смогли объяснить таинственную смерть. Они постановили, что что-то поглотило всю плоть Деклана, оставив по неизвестной причине только кости, кровь и некоторые телесные жидкости, которые смешались с кровью. Куда делась плоть — неизвестно. Вряд ли бы она исчезла сама по себе или в результате эксперимента — ничего такого, что могло поглотить мясо, в лаборатории не нашлось. Все пришли к мнению, что было совершено убийство. Все… кроме Евы.

Ева продолжала настаивать, что никто не мог убить Деклана. Вилсону тоже не хотелось верить, что кто-то из нынешних жителей Тимора способен на убийство, но такой вывод напрашивался сам собой. Но зачем? Что такого сделал обычный биолог, за что его нужно было убить?

— Не спишь? — дверь комнаты сдвинулась, и Ева осторожно вошла.

— Как я могу спать, когда на моей территории произошло убийство? — расстроенно пробормотал Вилсон.

Ева осторожно присела на кровать, глядя на него своими ледяными глазами.

— Но нет никаких оснований полагать, что это было убийство.

— А что же еще? — немного раздражённо сказал Вилсон. — Куда подевалась его плоть, вот скажи? Кто-то содрал ее с него и унес. Вопрос только, зачем.

— Ты переутомился. Тебе нужно отдохнуть, — Ева сказала это мягко. Ну, настолько мягко, насколько она могла.

— Да, наверно, ты права, — вздохнул Вилсон и откинулся на подушки. — Иди ко мне.

— Одну минуту, — холодно улыбнулась Ева и начала переодеваться в домашний халат.

У нее была замечательная фигура. Несмотря на свою холодность и равнодушие, Ева была очень красивой и умной женщиной. Вилсон был очарован ей в самую первую встречу, когда он еще совсем молодой и зеленый прилетел на Тимор, чтобы построить новую жизнь. Он влюбился в ее холодную красоту, так подходящую снежному пейзажу на планете. Эта планета и Ева — они словно были созданы друг для друга. Он был еще на нескольких планетах, но никак не мог забыть прекрасную девушку. Поэтому он решил вернуться сюда, к ней. Вилсон совсем не понимал, чем может привлекать эта ледяная и страшная планета, но он был готов пойти за ней на край света. Так они оба и оказались здесь. А потом он стал президентом. А потом…

В мысли Вилсона невольно ворвалась другая девушка. А потом… А потом он встретил Маривонн. Она была совсем другой, нежели Ева. Ева была высокой стройной блондинкой, с холодным взглядом и немного равнодушным отношением ко всему. Иногда ему казалось, что его жена лишена человеческих чувств. Маривонн же была молодой, невысокой, черноволосой, фигуристой, и очень живой. В ее глазах всегда светилось тепло, она на самом деле беспокоилась о жителях Тимора. Кроме того, она помогла новичкам добраться и адаптироваться на их планете. Может, она и не была столь умной и столь похожей на ледяную статую, как Ева, но в ней было добро, и Вилсон невольно к ней тянулся. Он видел симпатию девушки к нему, и сам чувствовал, что она ему нравится, но… Он был женат. И точка. Он взрослый мужчина, президент колонии, он не может позволить гормонам свести его с ума.

Вилсон невольно перевел взгляд на окно и снова уставился в бездну. Эх…

— Как же мне надоел этот спутник! — раздраженно воскликнул он. — А вдруг излучения, которые он испускает, сводят людей с ума и заставляют делать такие вещи?

— Какие излучения? — спросила Ева, уже в халате устраиваясь рядом на кровати.

— Ну, помнишь, Деклан…, — Вилсон осекся, но потом все же продолжил. — Деклан говорил, что сфера искусственная, и что она испускает излучения и приманивает собак к лагерю?

— Чего? — Ева ненатурально засмеялась, но ее смех всегда был таким. — Дорогой, Деклан ничего такого не говорил.

— Ну как же, — Вилсон несколько растерялся и наморщил лоб, вспоминая. — Он сказал… что сфера искусственная, и что из-за нее на планете повысился уровень электромагнитных излучений, и что ее построили инопланетяне.

Ева так громко засмеялась, что Вилсону показалось, будто это звук ломающегося льда, так странно он звучал. Его жена нечасто смеялась. Но почему она смеется сейчас?

— Что смешного я сказал? — совсем растерялся президент.

— Дорогой, ну у тебя и фантазия, — Ева покачала головой. — Инопланетяне построили сферу и запустили какие-то излучения, чтобы приманивать собак? Откуда ты взял эту чушь?

— Как же, Деклан это говорил! И ты там тоже была и все слышала!

— Деклан ничего такого не говорил, — ледяные глаза смотрели прямо на него. Лицо Евы не выражало никаких эмоций. — Он сказал, что не знает, в чем причина такого поведения псов, вот и все. Ты не помнишь?

— Не может этого быть, — растерялся Вилсон. — Но я же слышал…

Могла ли жена ему соврать? Он не знал. Ее лицо никогда не выражало эмоций, кроме холодной ярости иногда. Он не знал, способна ли она на ложь. Голубые глаза смотрели прямо на него. Неожиданно ему стало страшно. Ему показалось, что это глаза убийцы. Но Вилсон тут же отогнал эту мысль. Это его жена, а не убийца! Просто она от природы очень холодна.

— Ты переутомился, — снова сказала она. — Перенервничал. И это неудивительно, ведь сегодня ты обнаружил на своей планете такое… Деклан ничего не говорил. Спи.

Вилсон лег на кровать и задумался. Неужели Деклан такого не говорил? Может, он сходит с ума? Однако почему он тогда не может отделаться от ощущения, что Ева врет, и он лежит в постели с причиной всех бед?

Глава 6

Белый потолок. Жгучая боль в груди. Тысячи кинжалов. Безмолвные крики. Душевная рана. Месяц.

Крис все еще не дает о себе знать. Девушка у него уже новая. Какая-то низкорослая кривозубка. Понятия не имею, где он ее откопал. Неужели она лучше меня?

Пару раз я сталкивалась с ним на улице, но он лишь сухо здоровался и шел дальше. Как будто мы просто знакомые. Я-то думала, что мы друзья, ну, хотя бы приятели. Как видно, нет.

Рот отчаянно ловит воздух. Вряд ли дело в жаре, у нас дома своя температура. Почему же тогда так трудно дышать?

Дверь отъехала в сторону. Вошла мама. Ее лицо было встревоженным. Я лишь поморщилась:

— Мам, дай мне спокойно поплакать, — хриплым голосом сказала я.

— Кендис, — как-то странно сказала она. Только тут я заметила, что она переживает не за меня. — Я думаю, тебе нужно знать… Крис в больнице.

— Что? — я аж подскочила. Мои душевные страдания тут же отступили на второй план. — Я немедленно иду к нему.

Я очнулась оттого, что мне в нос ударил противный металлический запах. Фу, чем это так пахнет? Я почувствовала, что меня мутит. Подняв голову, я с изумлением обнаружила, что уснула прямо на эскизе платья, над которым весь день работала. Карандаш немного размазался, но рисунок все равно можно было разглядеть. Посмотрев на свое отражение на идеально отполированном столе, я недовольно скривилась: та половина лица, которая лежала на листе, покрылась графитом. Взяв со стола ластик, я принялась оттирать следы карандаша с лица, невольно цокая языком, когда моя кожа тянулась вслед за резинкой.

Едва я закончила, я заметила, как на меня изумленно смотрит светловолосая девушка с шоколадным загаром. Я невольно удивилась: и где это она на этой планете умудрилась так загореть? Насколько я успела заметить, все здесь были бледные. Девушка продолжала на меня смотреть, и я недовольно буркнула:

— Чего уставилась?

— Никогда не видела, чтобы лицо терли ластиком, — сказала она, встала со своего места и подошла ко мне. — Ты же новенькая, да? Меня зовут Трейси, — и она протянула мне руку.

Я вовсе не была уверена, что хочу заводить новые знакомства, но девушка выглядела вполне безобидно, и я пожала ей руку:

— Кендис, — представилась я.

— Очень приятно, — Трейси широко улыбнулась, продемонстрировав идеально ровные и белые зубы. — Ну как тебе Тимор? Я тут живу уже год, и мне очень нравится.

— Неплохая планета, — согласилась я и снова поморщилась. — Слушай, а чем это так пахнет?

— А фиг его знает, — беспечно сказала Трейси. — Я слышала, что что-то говорили про биолабораторию. Может, они там какой-нибудь химический опыт проводили.

Я задумчиво кивнула. Похоже, что Трейси была расположена поболтать, но мне этого совершенно не хотелось. По своей природе я была одиночкой, и единственное, что могло заставить меня общаться с людьми — это Крис. Кстати, о нем. Надо бы найти Стива и узнать, не успокоился ли мой друг по отношению ко мне. Да и вообще выяснить, чем они занимаются уже два дня.

Я хотела мягко отшить Трейси, как вдруг прямо передо мной нарисовался парень с широкой улыбкой на лице. Его черные волосы с красной прядью были взлохмачены, а в глазах светилось восхищение, невольно напомнившее мне взгляд того ботана на вечеринке, когда он смотрел на Лору. Лично я не видела в себе ничего такого, чем можно было бы восхищаться, поэтому отнеслась к его появлению несколько настороженно.

— Привет, красотка, — выпалил он, отчего моя настороженность повысилась вдвое. — Может, познакомимся?

— Отвали, Ирвинг, — неожиданно резко ответила ему Трейси. — Кендис не знакомится с такими, как ты.

— А ты будешь за нее решать, да? — Ирвинг залился краской, и я заметила, как нервно крутит он застежку от комбинезона.

— Так как Кендис новенькая и по незнанию может и пообщаться с тобой — да, — отрезала Трейси.

— И что такого, если пообщается? — еще сильнее распалялся Ирвинг.

— А то, что ты…, — и она осыпала его такими ругательствами, каких я даже не знала.

По-прежнему не испытывая желания общаться ни с кем из них, я воспользовалась тем, что они вовлечены в перепалку, подхватила лист со своим эскизом со стола и поспешила к Анатолю. Анатоль добродушно улыбнулся, одел очки и спросил:

— Ну, что тут у нас? — его глаза с любопытством посмотрели на лист с карандашным наброском, и я, краснея, стала ждать вердикта. — Хм, ну что ж, весьма неплохо. Пожалуй, мы можем попробовать сшить твое платье.

Я с облегчением выдохнула:

— Спасибо.

— Из какого материала ты его видишь? — спросил Анатоль, продолжая изучать мой неряшливый рисунок.

— Кендис, если тебе нужна помощь с материалами, то обращайся ко мне, — неожиданно нарисовался рядом Ирвинг, отчего я вздрогнула. — Я — специалист по материалам.

Ощущение было такое, как будто я стояла рядом с каким-то мерзким насекомым, и мне жутко хотелось уйти, но не хотелось показаться невежливой по отношению к Анатолю, поэтому я лишь скромно потупила взгляд:

— Если Ирвинг разбирается в материалах, то пусть он и решает.

— Если ты считаешь, что так лучше, то я, пожалуй, передам твой эскиз ему, — Анатоль протянул парню лист с моим наброском, и тот принял его с таким видом, как будто это была Нобелевская премия. — Ты, Кендис, можешь идти.

Я вздохнула с облегчением, тут же сморщилась от неприятного запаха и собралась было пойти на выход, но Ирвинг схватил меня за плечо, отчего я вздрогнула и отпрыгнула в сторону:

— Кендис, может, встретимся, погуляем?

— Нет, — буркнула я, вырвалась и бросилась к выходу из мастерской так, как будто за мной гнались тигры.

Я очень хотела покончить с общением в этот день, но моим мечтам не суждено было сбыться. За дверью меня ждала улыбающаяся Трейси:

— Правильно сделала, что отшила Ирвинга. Он такой придуурок!

Я тяжело вздохнула, понимая, что мне от нее не отделаться.

— Он что, твой бывший? — спросила я, удаляясь прочь от этого места.

— Ты что, с дуба рухнула? — Трейси вспылила и даже всплеснула руками от возмущения. — Неужели ты думаешь, что я стала бы встречаться с таким, как он?

— Откуда мне знать, я с тобой всего пять минут знакома, — недоуменно сказала я. На самом деле, судя по тому, как она возмущается, он ей очень даже нравился, но подлавливать на этом я ее не собиралась.

— Нет, он, конечно, просто гений в том, что касается материалов, и довольно неплохой дизайнер, но я тебя умоляю! — воскликнула Трейси. — В прошлом он был конченым лохом. А потом прилетел сюда и решил, что только из-за того, что он придумал делать шали из шерсти весперов, он стал мечтой всех девушек!

Интересно, кто такие весперы?

— Но я тебя уверяю: он так лохом и остался! Так что встречаться с ним категорически не рекомендую! — продолжала распинаться она.

— И в мыслях не было, — заверила ее я.

Первым делом я решила пойти в столовку и поесть, к тому же, возможно, Стив и Крис находились там. Навязчивая болтовня Трейси раздражала меня так же, как и жуткая вонь, окутавшая весь лагерь, она казалась мне назойливой мухой, крутящейся летом вокруг пикника, которую невозможно было отогнать. Ох, как же мне не хотелось с ней общаться! Поэтому, завернув за угол, я коснулась рукой первой попавшейся металлической двери и вошла в открывшееся помещение…

И наткнулась на взгляд двух недовольных мужчин.

— Простите, что ворвалась. Мне нужно было спрятаться, — смущенно пробормотала я, надеясь, что Трейси за мной не последует.

— Ты кто такая? — спросил тот, что пониже ростом и с ореховыми глазами.

— Никто, — поспешно выпалила я. — Просто Кендис.

— Кендис? — в глазах мужчины мелькнуло что-то наподобие узнавания. — А ты случайно не знакома с Крисом и Стивом?

Я удивленно на него уставилась. Когда это он успел пообщаться с ними? Во что они влезли?

— Знакома, — с подозрением посмотрела на него я.

— Вот и отлично, — неожиданно сказал второй мужчина. — Ее и возьми.

— Куда взять? — растерялась я.

— Я с тобой не пойду, Вин, — продолжал мужчина. — Мне нельзя отлучаться с поста.

— И ты что, серьезно думаешь, что эта девчонка может мне чем-то помочь в лесу? — скептически посмотрел на меня Вин. — По-твоему, она сможет справиться со зверями, которые там обитают? Да она же тощая!

— Может, у нее какие друзья-парни есть? — предположил второй мужчина. — В любом случае, я не пойду, и точка.

— У тебя есть еще друзья, кроме тех двоих? — спросил у меня Вин.

— Друзья-парни, желательно, — добавил другой.

— Ну, есть один, Локи зовут, — растерянно пробормотала я. — Погодите, Крис и Стив ушли в лес?

— Ага, — кивнул второй мужик. — Выскользнули, пока Вин ворота открывал.

— О Боже, — я почувствовала, что мир уходит из-под моих ног, но тут же приказала себе собраться. — Я иду за ними!

Вин скептически посмотрел на меня, но я была настроена решительно.

Несмотря на то, что каждый атом его тела болел, Крис продолжал продираться через снег. Теперь его окружали какие-то белые кусты, испускающие странный сладковатый аромат. От него у Криса разболелась голова. Пройдя еще немного, он вышел на что-то типа снежной поляны, которая была сплошь покрыта разными мелкими растениями. Он восторженно уставился на нее. Странные серые шары на черных стеблях, фиолетовые цилиндры на тонких ледяных прутиках… Темно-розовые пирамиды из непонятных биологических тканей, устремляющиеся ввысь, уже знакомые ледяные ягоды… И светло-розовые лианы, тянущиеся с соседних деревьев, украшающие поляну, как гирлянды. Все растения испускали свой собственный запах, которые вместе сливались в невероятно приятный аромат. Крис замер на месте, наслаждаясь видом. Стив тоже остановился, недовольно поглядывая на него, но ничего не говоря. Он постоянно оглядывался, проверяя, не появился ли какой-нибудь зверь.

Налюбовавшись диковинными растениями, Крис хотел двинуться дальше, но Стив схватил его за руку и воскликнул:

— Крис, мы уже увидели достаточно, пошли обратно!

Но Крис лишь отмахнулся от него. Вот еще, поворачивать назад, когда самое интересное только начиналось! Он присел и понюхал какое-то растение. Оно пахло чем-то сладким. Тут вдруг раздался крик Стива:

— Крис, осторожно!

Крис недоуменно оглянулся, и прямо у него над головой пролетело что-то крылатое, но двигающееся слишком быстро, чтобы он успел разглядеть его. Немного помявшись, Крис снова повернулся к поляне. Смутное беспокойство окутало его, но он отогнал это чувство. Лишь двинулся дальше через снег.

— Слушай, стармэйт, я уже окоченел! — восклицал Стив, идя за ним. — Нам нельзя так долго находиться на таком морозе!

Крис промолчал.

Поляна оказалась очень большой. Когда Крис дошел до края, то притормозил, так как увидел, что снег впереди немного другого цвета и движется. Внутренний страх подсказал ему, что от этого места лучше держаться подальше. Среди коричневатой снежной реки кое-где торчали островки белого снега, явно стабильно стоящие на месте. По ним можно было пройти через реку. И Крис пошел по ним дальше. Разумеется, он понимал, что долго он на таком морозе не продержится — он уже не чувствовал рук и ног. К тому же лес был жутким, почти как сфера с неба, и, по правде говоря, ему было до чертиков страшно. Он знал, что в этом лесу водятся не только псы, были твари и пострашнее. Но повернуть сейчас обратно значило показать свой страх, а этого он сделать не мог. Осторожно проверяя почву, он шел по стабильному снегу, стараясь избегать движущийся. Стив шел за ним по пятам, не переставая ворчать, что тут они и умрут. В конце концов, Крис не выдержал и бросил:

— Если ты так боишься, можешь идти в лагерь, я тебя тут не держу!

— Я не брошу тебя здесь одного, — твердо сказал Стив.

Когда он снова дошел до леса, то остановился. Все те же синие деревья, закручивающиеся спиралью. Они уходили куда-то вверх, и вершин не было видно. Крис пошел дальше. Неужели в этом лесу нет ничего, кроме растений? Еще через полчаса они нашли какое-то маленькое синее здание-пирамиду. Оно выглядело заброшенным, очевидно, что там никто не живет. Крис все же заглянул внутрь. Но ничего интересного там не обнаружил — когда-то в этом доме явно жил человек с Земли.

Вдруг раздался какой-то странный звук. Стив встревоженно оглянулся и выбежал на улицу. Недоумевающий Крис вышел за ним. Где-то высоко среди деревьев летело что-то крылатое. Стив прищурился, стараясь ее разглядеть, но летящий в лицо снег мешал. Тогда он схватил за руку Криса и принялся его тянуть:

— Все, мы уходим!

— Слушай, это просто какая-то птица, она летает и не трогает нас! — снова отмахнулся Крис.

Хотя, возможно, пора было уже возвращаться, поскольку в животе у него заурчало. Вот только как они найдут дорогу обратно? Когда он шел в лес, он особо не заморачивался над направлением и шел, куда глаза глядят. Еще эта река заставила его изрядно поплутать. Крис снова ощутил страх. Скинув руку Стива, он осмотрелся, стараясь не показать, что боится. Стив должен думать, что он бесстрашный. И вдруг прямо перед лицом он увидел нечто черное, бесформенное и в обрамлении клыков, к чему его мозг не смог подобрать название. Его парализовал ужас. И тут все почернело.

Мужчина, который сообщил мне о побеге Криса, оказался нашим поваром Вином. Первым делом мы нашли Локи, который тоже вызвался идти с нами: ясное дело, Стив был его другом. Я хотела отправиться немедленно, но Вин настоял, чтобы мы сначала заглянули на кухню. На улице в это время уже дул сильный ветер, а черная сфера была почти не видна из-за туч. Вин несся почти со скоростью звука, ведь неизвестно, жив ли еще Крис. С улицы доносилось рычание псов. Войдя в кухню, я поспешила задвинуть дверь, чтобы отгородиться от жуткого смрада, отравляющего воздух в лагере. Я что-то слышала о том, что произошло убийство, но не могла как следует на этом сосредоточиться, потому что беспокойство за Криса было сильнее. Вин что-то раздраженно бормотал, складывая в рюкзак какие-то приспособления. Я мысленно его торопила. Локи с тревогой смотрел в термические окна. Он выглядел встревоженным. Я задалась вопросом, где Лора, но спрашивать не стала, понимая, что в этом деле она нам только помешает.

Мы с Локи встревоженно переглянулись.

— Вин, ты не мог бы побыстрее? — нервно спросил он. — По-моему на улице сейчас буря начнется.

И тут огромный ком снега, сопровождаемый диким воем не то ветра, не то псов, залепил вид из окна. Локи вздрогнул и отскочил. Похоже, что он прав, и на Тиморе началась буря.

— Черт, и вправду буря! — Вин оторвался от сборов и подошел к термическому окну, залепленному снегом. — Дело плохо.

Ком снега отлепился от окна, и тут же стало видно, как беспорядочно ветер гоняет его по улице.

— Мы не можем туда выйти, пока ветер не утихнет, — процедил Вин. — Ладно, зато больше вещей собрать сумею.

— Черт! — выругалась я.

Пока шла буря, я решила тоже собрать сумку и поспешила в свою комнату. Она была пуста. Я прислонила ладонь к двери, и она задвинулась. Честно говоря, я удивилась, не обнаружив здесь Лоры, я думала, что раз она не с Локи, то здесь. Но кровать была застелена, а на тумбочке стояла ваза с какими-то синими ветками. На моей кровати, как и в моей голове, царил полнейший хаос. Я рассеянно прикрыла ее белым одеялом с узором из снежинок. Сев в кресло рядом, я схватила свою сумку. Я положила туда совсем немного вещей, в основном шерстяные накидки, на случай, если придется отогревать Криса. Моя немногочисленная одежда хранилась в небольшом комоде у кровати. Немного подумав, я запихнула в сумку зимние штаны, плотную куртку и еще одну шаль, которые нам выдали здесь. Запихав кое-как в сумку вещи, я удовлетворенно кивнула. Теплой одежды вполне хватит, чтобы продержаться за периметром какое-то время. Я помнила, что нас предупреждали, что первые несколько дней следует воздержаться от ночных прогулок, так как наши организмы еще не привыкли к подобным условиям. Плотно застегнув сумку, я сменила голубой комбинезон с черной снежинкой на груди на плотные зимние штаны и теплый свитер с Земли, затем подумала, что нам пора бы уже идти. Но в окно было видно, что буря еще не утихла, и я понимала, что в такую погоду мы просто ничего не найдем, а потеряемся сами. Вдруг дверь открылась, и вошел Вин. Он сказал, что буря слишком сильна, и на улице ничего не видно. Я сухо кивнула, стараясь унять внутреннюю тревогу.

— Не бойся, все будет хорошо, — неуверенно сказал он и вышел.

Застегнув шаль, я вернулась на кухню. Вин уже заканчивал набивать сумку продуктами. Как оказалось, у него есть термосумка, которая сохранит их свежими. Я подошла помочь. Сунула Вину мясо, длинную палку чего-то ярко-красного, несколько запечатанных банок с готовой едой. Посмотрела в кастрюли, стоящие на плите. В одной варилось что-то типа картофеля, в другой странные круглые серые шары, на сковородке жарились котлеты. Я вдруг вспомнила, что не ужинала, и схватила одну. Съев ее, увидела, что на полке стоят пучки каких-то голубых растений и несколько огурцов. Задумавшись, сунула в сумку и их.

Постепенно ветер начал стихать. Я продолжала складывать продукты, на что Вин проворчал, что мы не на неделю туда собираемся. Он пил какой-то «леденичный» напиток, причем, как оказалось, алкогольный. Вин начал вслух перечислять, что еще нам может понадобиться.

Буря утихла. Я надела куртку и вышла на улицу. Вин отправился на поиски Локи, который куда-то вышел. Все вокруг было занесено снегом. Я вдохнула свежий ледяной воздух. За забором продолжали рычать псы. Я нерешительно подошла к забору. Псы встретили меня злобными взглядами. Их глаза блестели дикой яростью. Присев, я отгребла немного снега, проверяя, до какого уровня доходит забор, но снега было слишком много. Псы снова зарычали, глядя, как я копошусь прямо у их ног. Я вернула снег на место, с опаской косясь на них.

— И чего вам тут нужно? — спросила я почему-то. — А ну, проваливайте!

Псы лишь вывалили гигантские языки из пастей. Их хвосты, достающие до земли и больше напоминающие гигантских змей, взметали снег. Три дня я на этой планете, и все три дня эти псы топчутся здесь. А теперь еще и Крис сбежал туда, где таких тварей тьма тьмущая. И как ему не страшно? И почему Стив позволил ему уйти, я же просила его присматривать за ним! Просила же, чтобы они не наделали глупостей. И вот теперь они ушли за периметр. Вин рассказал, что вокруг лагеря растут лишь маленькие кустики, некоторые с растениями, которые мы употребляем в пищу. А вот дальше начинается лес. В этом лесу уйма опасностей, например, снежные реки. Конечно, иногда жители Тимора наведывались туда, но очень редко, потому что жить в лесу было невозможно. Хотя раньше, до возникновения современного здания, первые жилые постройки были именно там. Но люди быстро смекнули, что так они легко станут добычей всяких зверей.

Странно, что вообще кто-то счел Тимор пригодной для жизни планетой. Да, конечно, атмосфера тут близка к земной, и человек может существовать здесь даже без всяких приспособлений, как это было на некоторых планетах. Но в целом это было жуткое место, и мало кто решался остаться жить здесь. В основном из-за тех ужасов, которые ждали за забором. По крайней мере, так сказал Вин. Снежные реки, в которых можно утонуть по незнанию — лишь вершина айсберга. Люди избегали лес и ходили туда лишь в случае крайней необходимости. Разумной жизни здесь никто не нашел, но Вин утверждает, что ученые ошибаются, и кто-то в лесу живет. Мне это казалось сомнительным. В конце концов, разве может повар знать лучше, чем ученые? Эту планету исследовали не один год, и раз не нашли разумной жизни, значит, ее тут нет. А Вин что-то выдумывает. Хотя в опасных созданий я верила, и беспокоилась, что Крис ушел туда. И почему он вечно лезет, куда не следует? Я почувствовала тревогу. Жив ли он? Может, он ранен? Я должна найти его!

Маривонн и Кельвин отнесли как будто окаменевшую Миранду в ее комнату. Ее взгляд был безжизненным, она не реагировала ни на движения, ни на запах, ни на смену обстановки. Если бы не биение сердца и еле слышное дыхание, можно было бы подумать, что она умерла. Кельвин нежно уложил женщину на кровать, а Маривонн устало опустилась на стул и пробормотала:

— Это все так ужасно… бедная Миранда…

— Не могу поверить, что Деклана больше нет…, — отчаянно сказал Кельвин, тоже присаживаясь на стул, только рядом с кроватью. — Он был моим лучшим другом…

— Мне очень жаль, Кельвин, — Маривонн хотела приобнять его, но мужчина резко вскочил со стула и яростно заходил по комнате.

— Ничего! — воскликнул он. Его глаза гневно сверкали. — Кто бы это ни сделал, я так этого не оставлю! Я узнаю, кто убил его, и отомщу! Непременно отомщу!

В этот момент взгляд Миранды неожиданно стал осмысленным, и она застонала. Еле двигая затекшими руками и ногами, она попыталась сесть. Маривонн поспешила помочь ей в этом. Сев и откинувшись на подушки, Миранда рассеянно посмотрела на девушку, не узнавая ее.

— Деклан? — еле шевельнула губами она.

Маривонн опешила. Неужели у женщины амнезия на все последние события? Маривонн совсем не хотелось быть той, кто раскроет ей глаза на правду. Кельвин снова присел на стул рядом с кроватью, взял Миранду за руку, нежно погладил ее ладонь и как можно более мягко сказал:

— Его больше нет. Он умер. Мне очень жаль.

— Что? — женщина непонимающе на него уставилась. — Что ты такое говоришь?

— Деклан умер, — снова повторил Кельвин, сжимая ее руку.

— НЕТ! — выкрикнула Миранда и неожиданно задергалась на кровати. — Он не мог умереть! Не мог! Я же только что с ним разговаривала! Не-ет…, — последний возглас перешел во всхлип. Секунда, и Миранда разрыдалась.

Маривонн поспешно обняла ее, и та уткнулась в ее платье. Гладя бедную женщину по голове, Маривонн шептала какие-то утешительные слова, но до ушей Миранды они не доходили. Кельвин лишь растерянно смотрел на них, не зная, как помочь.

У всех разрывалось сердце от горя. Миранда плакала и плакала, и Маривонн продолжала ее обнимать, чувствуя, что происходит что-то неправильное, что-то, наверное, сломалось, раз в их мирном сообществе стали происходить такие ужасные вещи. Наконец, рыдания Миранды утихли. Ее глаза закрылись, дыхание стало ровным и тихим. Она заснула. Маривонн осторожно опустила ее на кровать и посмотрела на Кельвина:

— Слушай, я понимаю, что у тебя сейчас большое горе, но я просто хотела бы знать: не связана ли с убийством сфера в небе?

Кельвин непонимающе на нее уставился. Потом нахмурился. Маривонн его не торопила. За это время на улице уже успела начаться буря, но они не обратили внимания, хотя жуткие завывания ветра и полумрак комнаты заставляли Маривонн чувствовать страх. Страх за свою жизнь, за жизнь дорогих людей, обреченных жить на этой планете. Что же будет с ними дальше, если уже начали умирать люди?

— А ведь ты знаешь, может и связана. Недавно я обнаружил повышение уровня электромагнитных излучений, но не смог разобраться, откуда они исходят. Я лично предполагаю, что от сферы. Только вот что все это означает? Не могут ли они быть причиной того, что произошло с Декланом?

— Электромагнитные излучения? — задумчиво прикусила губу Маривонн. — Ты так думаешь? А ты обсуждал это с кем-нибудь?

— Да, я говорил…, — тут Кельвин запнулся, и глаза его помрачнели. — Я говорил Деклану. Он предположил, что именно эти излучения привлекают собак к нашему лагерю, но я в этом не уверен. Хотя, может, это все связано. Излучения могут действовать на всех живых существ, только собаки больше размером, и на них это действует медленнее, сначала просто заставляя искать пищу. Но почему с остальными людьми все в порядке? И почему от Деклана почти ничего не осталось? Куда подевалось его тело, и откуда этот жуткий металлический запах? — Кельвин устало вздохнул и посмотрел на мирно спящую Миранду. — Ты побудешь с ней? Я бы хотел еще раз сходить в лабораторию. Возможно, мы что-то упустили.

— Иди, — кивнула Маривонн и накрыла Миранду голубым одеялом. — Я все равно сейчас не усну. Да и ей нужна поддержка. Не представляю, что бы со мной стало, если бы умер мой любимый…

— Терять любимых людей — самое страшное, что может быть в жизни, — задумчиво сказал Кельвин, потом вдруг наклонился и поцеловал в щеку Миранду. Маривонн удивленно на него посмотрела, но спящая женщина никак не отреагировала. — Спи спокойно, Миранда…

Потом встал со стула и покинул темную комнату.

Локи быстро шел по коридору. На Тиморе стояла глубокая ночь, большинство его жителей спали. Запах стоял отвратительный, но ему было не до того. Два его друга ушли в лес. В лес, полный жутких тварей, как объяснил Вин. Подумать только! Необходимо было идти их спасать, но он не мог уйти, не попрощавшись с Лорой.

Не найдя ее в комнате девочек, он задумчиво брел по коридору, заглядывая в каждое открытое помещение. Куда же она могла запропаститься?

Заметив дверь голубоватого цвета, он вспомнил, что именно в этой комнате они несколько раз репетировали. Помещение пустовало, кроме нескольких столов, стульев и странных голубых растений в горшках там ничего не было. Возможно, она пошла туда поиграть на гитаре? Звуков музыки слышно не было, однако, может быть, она сейчас сочиняла текст?

Приложив руку к двери, Локи дождался, пока она отъедет в сторону. Свет не горел, помещение освещалось только из коридора. Очевидно, что Лоры здесь нет. Однако, сам не зная почему, он коснулся рукой маленького сенсорного экрана у двери, и желтоватое сияние гармонических ламп осветило комнату. Локи посмотрел прямо перед собой и замер. Перед ним на одном из столов сидела Лора. Ее сжимал в объятиях Ансон, чья рубашка была уже наполовину расстегнута, и они страстно целовались.

Локи замер, свет ослепил парочку, и они судорожно отскочили друг от друга. Лора поправила футболку и только тут заметила Локи. Его лицо отражало боль.

— Локи, ты все не так понял! — она поспешно спрыгнула со стола и поспешила подойти к парню, но тот лишь отшатнулся от нее.

— А я-то думал, что на самом деле нравлюсь тебе, — презрительно бросил он, отчего девушка поморщилась. — А ты… да еще с кем…, — он посмотрел на Ансона, чье лицо было малиновым от стыда. — Не подходи ко мне больше! — и он выбежал из комнаты.

Лора сначала растерянно стояла посреди комнаты, непонимающе глядя перед собой, а потом расплакалась. Какая же она… Ансон поспешно застегнул рубашку и бросился ее утешать.

— Тихо, тихо, все будет хорошо, — сказал он, обнимая ее.

— Ничего не будет хорошо! — она вяло отпихнула его. — Я дважды изменщица. Сначала изменила Дэнни… а теперь Локи… я ужасная девушка!

— Перестань, — Ансон снова обнял ее. — С Локи у тебя была просто страсть, мы же это уже обсудили. Прости, что поцеловал тебя. Я знаю, что у тебя есть парень, но просто не смог удержаться… я еще никогда не встречал девушки красивее и эмоциональнее тебя…

— Вот и что мне теперь делать? — не слушая его, восклицала девушка.

На это Ансон не знал, что ответить.

Глава 7

Вин и Локи отсутствовали целый час. Но вот, наконец, они пришли, и мы отправились за периметр лагеря. Повар положил в наши сумки какой-то прибор, так что псы разошлись в стороны, даже не тронув нас. Снега снаружи навалило даже больше, чем внутри, так что через него приходилось буквально продираться.

На самом деле, все происходящее до жути пугало меня, но я продолжала идти вперед. Я не могла бросить Криса. На улице уже забрезжил рассвет, когда Вин предложил разделиться, мол, так быстрее найдем. Я и Локи пошли в одну сторону, а Вин в другую.

— Так, я знаю Криса дольше тебя, — сказала я. — Он, несомненно, пошел бы искать что-нибудь интересное. Вряд ли бы он стал блуждать по снежной равнине. Он точно отправился в лес.

— Хорошо, — кивнул Локи, наматывая шарф на лицо. — Однако и холодно же здесь!

— Возьми шаль! — достала я шерстяную накидку из сумки.

— Да что я, старушка, что ли, с шалью ходить? — возмутился Локи. — Переживу. В конце концов, уже утро, а значит, потепление.

Я не стала настаивать. Шали мне пригодятся, когда я буду отогревать замерзшего Криса. Он-то тут всю ночь бродил.

— Пошли к тем кустам, — махнула я рукой.

— Пошли, — согласился Локи.

Я убедилась, что зимний костюм плотно меня закрывает, застегнула шаль, обмотав ей голову, подхватила сумку и отправилась в «кустарную зону», как ее назвал Вин. Снег не утихал, и постоянно летел в лицо. Ветер дул сильный, почти сбивал с ног. На вкус он был ужасен, мне приходилось постоянно отплевываться. Мы шли чуть больше часа, но кусты все не кончались. Я остановилась, достала из сумки бутылку воды, выпила немного. Локи оглядывался по сторонам, но Криса нигде видно не было.

— Надо идти в лес, — сказала я.

Локи молча кивнул.

Несмотря на бессонную ночь, я чувствовала в себе достаточно сил, чтобы пойти на столь опасную миссию. Да, холод продолжал иголками колоть мое тело, но это только подогревало мою кровь, мои мышцы были напряжены и готовы действовать. Но вот Локи, похоже, был не в лучшей форме. Его лицо было опущено к заснеженной земле и было таким белым, что почти сливалось с окружающим его пейзажем. Вскоре он даже по сторонам смотреть перестал, брови его сдвинулись, а сам парень сгорбился. Меня, конечно, снедало беспокойство за Криса, но и такое явное подавленное настроение я не могла игнорировать.

Быстро осмотревшись по сторонам и не увидев среди сугробов ни малейшего признака какой-либо жизни, я робко подошла к нему и спросила:

— У тебя что-то случилось?

Локи на меня даже не посмотрел, лишь засунул руки поглубже в карманы и пробурчал:

— Ничего.

Наверное, стоило оставить в покое, но я почему-то не могла. От парня как будто исходили какие-то темные волны, и я почти услышала среди завываний ветра крик о помощи. Это меня подтолкнуло спросить:

— Что-то с Лорой?

Локи тяжело вздохнул, а потом посмотрел на меня, и в его глазах я увидела такую тоску, что у меня аж сердце защемило, хоть я и не знала, в чем его горе.

— Что-то со мной, — парень произнес это тихо, но я услышала. — Не знаю, почему я постоянно только теряю. Каждый раз, когда я думаю, что с кем-то удалось наладить близкие отношения, он исчезает из моей жизни или глубоко меня ранит. Стив был моим единственным близким другом, а теперь и он пропал. Что, если с ним что-то случилось? Как я буду дальше совершенно один?

Я тоже переживала из-за Криса, и чем больше времени проходило, тем сильнее становилась моя тревога. Но я не могла позволить плохим мыслям отвлечь меня от того, что мне нужно было сделать.

— Мне жаль, что так получилось, — осторожно сказала я. — Не знаю, какие потери ты пережил, но я понимаю, что ты беспокоишься из-за Стива. Я тоже не представляю, что со мной будет, если с Крисом что-то случится. Но я не буду сидеть и скорбеть. Я пойду и найду его, и Стива тоже, и с ними все будет в порядке. А о том, что может быть по-другому, даже думать не стоит. Уверена, что вдвоем мы сможем их отыскать.

Я немного стеснялась высказывать свои мысли, но мой голос звучал твердо. Видимо, достаточно твердо, потому что Локи с некоторым удивлением произнес:

— А ведь ты права. Понятия не имею, чего это я так расклеился. Спасибо за поддержку.

Я робко улыбнулась:

— Ничего страшного. Я тоже боюсь. Главное — не позволить страху мешать тебе. А теперь нам пора. За это время с Крисом могло произойти что угодно.

Локи кивнул. Конечно, после моих слов он не успокоился, но, по крайней мере, он решил оставить свои тревоги позади. И правильно, ведь мы идем в лес, полный волков. Если мы будем сидеть и ныть, то и сами погибнем, и Криса не спасем.

Минут через двадцать деревья стали приближаться. Обе Альфы Центавры поднялись уже высоко, они освещали нам дорогу. Воздух стал немного нагреваться, было уже не так холодно. Но шали я снимать не стала, потому что знала, что мне нужно сохранять тепло, и что на улице все еще холодно. Дойдя до спиралевидных деревьев, мы вошли в лес.

Крис очнулся явно внутри какого-то помещения. Стены из синего дерева сужались и сходились в одной точке где-то высоко наверху. Крис моргнул, вспоминая, как он здесь очутился, но в голове было пусто. Он лежал на чем-то мягком, напоминающим матрас, и был укрыт большим куском материала, похожего на ткань. Матрас лежал прямо на полу из синего дерева. Крис поспешно сел. Холод отпустил его, и он снова мог чувствовать руки и ноги. Рядом с ним располагалась какая-то ледяная статуя сидящего мужчины. Поежившись от немного нечеловеческих черт лица, Крис отодвинулся подальше. Статуя была сделана из такого прозрачного льда, что его почти не было видно. Лишь приглядевшись, можно было заметить контур человека на фоне окружающей обстановки. Причем чем сильнее вглядываешься, тем сильнее он проступает. У статуи были зачесанные назад ледяные волосы, открывающие высокий лоб, большие глаза и даже что-то типа улыбки. И тут статуя поднялась и что-то заговорила. Голос был тонкий, но определенно мужской. Крис перепугался и отодвинулся дальше в угол. Говорящая статуя! Странное существо, не мигая, смотрело на него.

— Что происходит? Где я? — спросил перепуганный Крис.

— Успокойся, ты в безопасности, — ответила на английском статуя. — Я не причиню тебе вреда. Я нашел тебя в лесу без сознания. Ты уже был совсем холодный. Так что я забрал тебя сюда и отогрел. Не нужно меня бояться, — статуя старалась говорить мягко, ее голос располагал к себе.

— В лесу? Я ничего не помню, — растерялся Крис.

— Совсем? — спокойно уточнила статуя.

— А вы…, — начал Крис и осекся, вспомнив о страшной морде, которую он увидел перед отключкой.

Нет, это, наверное, какой-то кошмарный сон. Статуя продолжала смотреть на него.

— Не помню, — покачал головой Крис. — Я только помню, что гулял по лесу с другом. А где Стив? — встревоженно спросил он. — Что вы с ним сделали? И кто вы?

Он поспешно вскочил, готовый начать драться, если будет необходимо. Но статуя лишь открыла что-то типа двери. А может, это был ветер.

— Тебе не нужно знать, кто я, — сказала статуя. — Тебе нужно вернуться в лагерь.

— Где Стив? — спросил Крис, выскакивая из здания.

На улице на него снова набросился холод. Отбежав по снегу подальше, он растерянно оглянулся.

— Я не знаю, о ком ты говоришь, я нашел лишь тебя, — статуя вышла за ним. — Возможно, твоего друга подобрал кто-то еще. В лесу много кто живет.

— Кто, например? — спросил Крис. — И кто вы такой?

— Как ты себя чувствуешь? — лишь спросила статуя.

— Нормально, — отмахнулся Крис. — Хорошо, если вы не хотите мне помогать, то я сам найду его.

— Что ж, воля твоя, — развела руками статуя. — Но помни: в лесу опасно. Не все такие дружелюбные, как я.

— Но кто вы? — снова спросил Крис.

— Я не могу тебе сказать, потому что не хочу, чтобы кто-то знал обо мне, — сказала статуя. — Ваши люди думают, что разумных форм жизни на планете нет, но они ошибаются. Просто у нас есть причины не показываться. К тому же лишь немногие способны нас увидеть. Прошу, не говори своим людям, что встречался со мной.

— Хорошо, — согласился Крис. — Спасибо, что приютили меня!

Маривонн проснулась оттого, что услышала звук отъезжающей двери. Вяло шевельнувшись и приоткрыв глаза, она заметила, что уснула, сидя на карониевом стуле рядом с кроватью Миранды. На улице уже наступило утро. В окно заглядывал слабый свет Альф Центавр, стали видны немногочисленные предметы мебели, выполненные в голубовато-синеватых тонах. Миранда по-прежнему спала, ее грудь вздымалась и опускалась. Протерев глаза, Маривонн оглянулась на дверь. В комнату осторожно заглядывала Габриэлла, укрывшаяся серой шерстяной шалью.

— Маривонн! Можно тебя на минутку? — тихо спросила она, стараясь не разбудить спящую на кровати женщину.

— Да, сейчас, — шепнула в ответ Маривонн, поправила одеяло на кровати Миранды и тихо вышла из комнаты, сдвинув за собой дверь. — Что случилось?

— Мы нигде не можем найти Вина, — сказала Габриэлла. — Вчера он не пришел на ужин, а сегодня не явился на завтрак. Конечно, у нас полная свобода действий, а на крайний случай есть и другие повара, которые приготовят еду, но в свете последних событий я забеспокоилась. Вдруг с ним что-то случилось? Он к тебе не приходил?

— Нет, — с беспокойством сказала Маривонн. — Вчера мы с Кельвином привели Миранду в ее комнату, потом я осталась, а Кельвин ушел. А вы точно везде смотрели?

— Я и несколько поваров с кухни обошли уже все здание, но нигде его не нашли, — покачала головой Габриэлла. — Не нравится мне все это.

— Мне тоже, — Маривонн задумчиво прикусила губу и обернулась на дверь. — Слушай, Габриэлла, ты не могла бы побыть с Мирандой? Мне кажется, ей сейчас не следует оставаться одной, все-таки такое горе… А я тем временем поищу Вина.

— Конечно, — согласилась Габриэлла и открыла дверь комнаты. — Иди, я справлюсь.

— Да, — Маривонн напоследок оглянулась на Миранду, а потом решительно зашагала по коридору.

Крис шел по лесу где-то четыре часа. На улице уже было утро, и далекие звезды еле освещали холодную планету. Больше никаких говорящих статуй он не встретил и был рад, так как совсем не был уверен, что они не опасны. В лагере его, наверное, уже ищут. А Кендис, должно быть, сошла с ума от тревоги. Он прошел еще немного, и вдруг увидел еще одно синее строение, из которого вышел лохматый Стив.

— Стив! Ты в порядке! — радостно воскликнул он.

Стив увидел друга и поспешил его обнять. Довольные, что нашли друг друга, они даже забыли о холоде.

— Слушай, ты не поверишь, что я видел! — покончив с объятиями, воскликнул Крис.

Стив же покосился на строение. Крис заметил, что он смотрит с опаской. Недоумевая, Крис поспешил зайти. В доме стояла тишина, и, на первый взгляд, было пусто. Однако, присмотревшись, он заметил силуэт женщины.

— Простите, — нерешительно позвал он. — Спасибо, что приютили моего друга.

Статуя двинулась, и ее очертания стали более четкими. Крис вздрогнул, вспомнив слова предыдущей статуи, что не все существа в лесу дружелюбны.

— Здравствуй. Прости, что не смогла забрать и тебя тоже, но моих сил хватило только на одного человека, а когда я вернулась, тебя уже не было. Ты в порядке?

— Да, спасибо, — поспешил заверить Крис. — Меня подобрал какой-то мужчина, похожий на вас.

— Не думаю, что его можно назвать мужчиной, хотя тебе, наверно, это понятие ближе, поэтому он и предстал перед тобой в таком облике, — заверила статуя. — Можно спросить у тебя, зачем вы пошли в лес?

— Мне надоело сидеть в четырех стенах, и я решил посмотреть, что здесь интересного, — сказал Крис. — И здесь уйма такого, как я погляжу!

— Ну, для тебя, наверно, да. Как по мне, все обыденно, — сказала статуя. — Тебе не холодно?

— В помещении нет, — сказал Крис. — Знаю, что вы не скажете, кто вы, так что не буду вас отвлекать. Нас, наверно, в лагере ищут.

— Да-да. Но больше нигде не задерживайся. Здесь не так безопасно, как кажется, — серьезно сказала статуя.

— Да, все мне это говорят, — отмахнулся Крис. — Однако никого страшнее вас я пока не встретил. А вы вроде бы не злые.

— Мы — нет, — статуя кивнула. — Но, кроме нас, здесь есть и другие, более опасные создания.

— Ну, я здесь больше никого не видел.

— Твое счастье. И еще: твой друг нас не видит, хотя до него и доносятся вибрации, поэтому не говори о нас даже ему, — тихо сказала статуя.

— Как это не видит?

— Нас могут видеть не все, — отрезала статуя. — Идите в лагерь, и никому о нас не говорите.

— Но почему он вас не видит?

— Я не могу этого сказать. А теперь иди.

Крис совершенно растерялся. Как это Стив может их не видеть? Но он решил не спорить со странными существами, так как по-прежнему не был уверен, что они не опасны. Между прочим, еще неизвестно, что они с ним делали, пока он был в бессознательном состоянии. Конечно, вроде бы он чувствовал себя нормально. Сон снабдил его энергией, так что он чувствовал себя полным сил. И внешне никаких ран не было. Даже обморожений не было, что вообще-то странно. Увидев зеркальную поверхность на стене, он к ней подошел. Кожа была чистой, глаза сияли голубым светом, конечно, был легкий румянец на щеках, но вовсе не было похоже, что он что-то себе отморозил. А ведь еще вчера каждый атом его тела болел от холода.

«Кто эти существа? — думал он. — И до чего обидно уходить сейчас, когда началось самое интересное!»

В лесу жили разумные существа, и он единственный из людей, кто их видел! Интересно, почему никто из ученых их не обнаружил? Вот же он, силуэт женщины. Конечно, прозрачный и трудно различимый, но он был! Он его видел! Эх, пора возвращаться. Кендис, наверно, с ума сходит. Интересно, а ей-то можно рассказать? Вдруг она тоже сможет их увидеть? Интересно, почему Стив никого не видит? Кто знает…

Кельвин проторчал в лаборатории всю ночь. Он исследовал каждый уголок помещения, собрал все образцы крови, каждый раз содрогаясь, когда смотрел на скелет и понимал, что это все, что осталось от его друга. Его руки тут же начинали дрожать, а мысли путаться, но он старался собраться с силами. Он что-то упускает. Кто-то убил его друга, и он обязан выяснить кто.

Убийца ушел, не оставив ни одной улики, кроме странного металлического запаха, который за ночь выветрился. Между прочим, что это за запах? Но даже он успел ускользнуть за то время, что Кельвин провел здесь.

На улице уже совсем рассвело, как вдруг Кельвин вспомнил, что убийца оставил еще одну улику: он погасил гармонические лампы. За все тридцать лет своей жизни Кельвин ни разу не слышал, чтобы хоть что-то, работающее на гармоническом свете, погасло. Этот свет был вечным, как и все жители Гармонии. Однако неведомое что-то все-таки заставило их погаснуть.

Кельвин встал на стул, чтобы добраться до потолка, и начал разбирать лампу. Как только он открутил дроссель, из тонкого провода вдруг рванул поток света, мгновенно ослепивший его. Зашатавшись на стуле, Кельвин упал. На его счастье, он успел сгруппироваться, поэтому только немного ушиб колени и руки, а сам остался цел. Зажмурившись, он тихо чертыхался. Чистый гармонический свет! Он теперь еще час как минимум ничего не будет видеть! О чем он только думал, разбирая лампу без специальных очков? Впрочем, удивляться тут нечему. Его лучший друг умер, его скелет валялся рядом с ним, потому что никто не решался убрать его, пока не будет точно выявлена причина смерти, к тому же он не спал всю ночь. Неудивительно, что он забыл о простых мерах предосторожности.

Зажмурившись, он на ощупь попытался пробраться к выходу. Нужно найти гармонические очки или линзы, а потом, когда зрение вернется, починить лампу. Однако как интересно. Чистый гармонический свет был вреден для человеческих глаз, поэтому в лампы было встроено специальное устройство, подавляющее его и делающее пригодным для жизни. Однако, похоже, дроссель ламп в этой комнате подавлял свет полностью, поэтому они погасли. Интересно, отчего так произошло? Не было ли это частью плана убийцы? Но чем ему помешал свет?

Неожиданно Кельвин услышал звук отъезжающей двери и поспешно прокричал:

— Не входите! Лампа сломалась, тут гармонический свет на всю комнату, вы можете ослепнуть!

Не услышав ответа, Кельвин нащупал валяющуюся рядом с ним лампу, вслепую поднялся на стул, схватил провод и начал прикручивать дроссель на место. Кельвин ничего не видел, но он полагал, что дроссель заглушит свет, и стоящий у дверей сможет войти. Осторожно спустившись со стула, он сказал:

— Простите, я ослеп и не вижу вас. Кто вы?

Ответа не последовало, лишь звук тяжелых шагов. Неожиданно на Кельвина снова обрушился запах металла, на этот раз намного более сильный, чем раньше. Он даже зажал нос рукой. Откуда он взялся? Ему казалось, что он выветрился. Тут он вдруг похолодел. Убийца Деклана. Он здесь. Кельвин понял это. А он слепой и даже не сможет дать отпор. Кельвин на ощупь двинулся к стене, но шаги приблизились и замолкли. Секунду ничего не происходило. А потом на Кельвина обрушалась дикая боль. Он хотел закричать, но неожиданно понял, что кричать ему нечем. Он перестал ощущать свое тело. А потом он исчез.

Вилсон проснулся, когда на улице было уже светло. Открыв глаза, он понял, что один, и вздохнул с облегчением. Это было странно. Ева все-таки его жена, и он любил ее, тогда почему он рад, что проснулся один? Он лениво потянулся, любуясь узорами на одеяле, как вдруг вспомнил. Убийство. На его территории произошло убийство. Кто-то убил биолога Деклана, и никто не знает, почему.

Вилсон мгновенно пришел в себя. Сегодня будет тяжелый день. Встав, он нацепил облегающий белый комбинезон, который обычно носил, следуя тиморской моде, умылся и вышел из комнаты. Едва он шагнул в коридор, как едва не задохнулся от мощного металлического запаха. Неужели за ночь он не исчез? Такое ощущение, что он как будто усилился. Стараясь дышать ртом, Вилсон нашел своего охранника и направился в столовую. Несмотря на то, что уже было время завтрака (хоть на планете и предоставлялась свобода действий, большинство жителей Тимора были англичане, а они были несколько консервативны касательно того, что завтракать нужно по утрам), в столовой было почти пусто.

Вилсон взял на кухне чай и тост с леденичным джемом, сел за свой обычный стол в столовой и задумчиво оглядел зал. Столовая была довольно большой комнатой со стенами голубого цвета и карониевыми столами. Обычно она всегда была битком набита, ведь все любят поесть, но сейчас в ней сидело всего несколько человек. Несколько врачей, быстро уплетающих свой завтрак. Старик Джон, задумчиво ковыряющийся в тарелке с едой. Парень лет двадцати пяти на вид, у которого на подносе высилась целая гора всяких разностей. Грустная блондинка с подавленным видом, которая смотрела на тарелку с кашей и ничего не ела. Парень в голубой рубашке, который встревоженно смотрел на нее и что-то говорил тихим успокаивающим голосом. И сам Вилсон с охранником. И все. Плюс металлический запах.

Вилсон жевал свой тост, не чувствуя морозного привкуса леденики, как вдруг ему показалось, что запах металла усилился. Подняв голову, он увидел, что к нему приближается его жена с тарелкой хлопьев в руке. Встретившись с ее ничего не выражающим взглядом, он вздрогнул. Почему-то ему стало страшно. Но он отогнал это чувство и сказал:

— Доброе утро, любимая.

— Доброе утро, — спокойно сказала Ева, быстро поцеловала его и села рядом.

— Ты давно встала? — спросил Вилсон.

— Нет, — покачала головой Ева и положила ложку хлопьев себе в рот. Прожевав, она спросила: — Как ты?

— Если честно, то ужасно, — сказал Вилсон, отложив еду. — От этого запаха у меня болит голова. Что же за оружие использовал тот убийца, что запах до сих не выветрился… до сих пор не могу поверить, что Деклана больше нет…

— Да, запах мерзкий, — только и сказала Ева. Вилсон недовольно на нее посмотрел.

— Тебя что, вообще не расстраивает, что человек умер? — вдруг спросил он.

— Почему же, расстраивает, — спокойно сказала Ева.

— Ты так спокойно об этом говоришь, — неожиданно разозлился Вилсон. — Ты вообще хоть какие-нибудь эмоции испытываешь? Ты всегда так спокойна! Так холодна! А если завтра от меня останется только скелет и кровь? Ты тоже просто скажешь, что запах мерзкий?

— Дорогой, с тобой все в порядке? — кусочки льда уставились на Вилсона, но это его не охладило.

— Нет, со мной, черт побери, не все в порядке! Одного из моих людей убили! А тебя это ни капельки не волнует! — он вскочил из-за стола, не доев, и вышел из столовой. Встревоженный охранник поспешил за ним. Немногочисленные посетители замолкли и проводили его недоуменными взглядами. Первый раз они видели, чтобы их президент вышел из себя. Обычно он всегда был спокоен. Что же его разозлило? Они перевели взгляд на Еву. Но та лишь спокойно ела свои хлопья, как будто ничего не произошло.

Крис и Стив снова брели по лесу. Днем было не так холодно, как ночью, однако за время нахождения на улице они снова успели замерзнуть, и теперь натягивали капюшоны на лица и заматывались в шарфы. Их окружали только спиралевидные деревья и снег. Они понятия не имели, куда шли, поскольку давно перестали понимать, где находятся, однако шли, и Стив рассказывал о том, что произошло с ним.

— То есть, я помню, что мы с тобой были в лесу, — говорил Стив сквозь шарф. — Потом я вдруг увидел какую-то клыкастую морду и отключился. Очнулся уже в каком-то помещении. Что-то типа пирамиды из синего дерева. Я никого не видел, однако меня не покидало ощущение, что там кто-то есть. И я уверен, что там кто-то был! Я выскочил из пирамиды, а тут ты. С тобой-то что произошло?

— То же, что и с тобой, — Крис выглядел непривычно вялым и задумчивым. — Только пирамида была другая. Потом я несколько часов бродил, пока тебя искал.

— Что-то ты какой-то странный, — сказал Стив. — Вялый. Ты даже по сторонам не смотришь, а ведь мы только что прошли мимо зарослей голубых лиан. Даже я заметил. А ты нет. Что, не хочешь еще что-нибудь посмотреть?

— Знаешь, с меня, пожалуй, хватит, — поморщился Крис. — Я есть хочу. Нужно вернуться в лагерь.

— А я все думал, когда же в тебе завод закончится, — невесело пробормотал Стив. — Вдруг с тобой что-то сделали, пока ты в пирамиде лежал? Мы до сих пор не знаем, кто нас туда отнес. И что это за клыкастая тварь была? Может, она нас покусала, и мы теперь заражены смертельно опасной болезнью?

Но на Криса это не произвело впечатления. Стив видел, что друг о чем-то думает. Неожиданно ему показалось, что с Крисом произошло что-то еще, но только он почему-то не хочет об этом рассказывать.

— Есть идеи, где мы? — спросил Стив спустя минут пятнадцать молчаливого блуждания.

Крис неожиданно замер. Прислушавшись к себе, он вдруг почувствовал какую-то странную тягу. Ему казалось, что кто-то пытается его найти. Он понятия не имел, насколько близко к лагерю он находится, однако знал, куда ему нужно идти. Это его немного напугало. Что с ним сделали те существа?

Парни растерянно осматривались. Синие спирали деревьев, белый снег, слабое свечение далеких звезд. И кромешная тишина. Казалось, что вокруг не было ни души. Вдруг вдалеке послышалось рычание. Парни вздрогнули.

— Неужели это волк? — с тревогой спросил Стив.

Крис поежился, вспомнив гигантских псов с оскаленными пастями. Понадеявшись, что он успеет убраться из леса до того, как они на кого-нибудь наткнутся, он осторожно двинулся. Стив шел за ним. Однако рычание раздалось снова, на этот раз ближе. Крис почувствовал, что на этот раз на него накатывает ужас. Он вспомнил, что в лесу не только псы водятся. Что, если они столкнутся с кем-то еще? Рычание повторилось.

— Все, кажется, мы доигрались, — еле слышно прошептал Стив.

Парни растерянно озирались, ища источник звука. Но их окружал лишь снег. Потом Крис вдруг вспомнил, что их преследовала какая-то птица. Холод пробежал у него по спине. Внезапно он почувствовал жуткий ужас. Он сам не знал, как это понял, но то самое странное существо непонятной формы, которое он видел перед отключкой, смотрит на них сверху. И намерения у него были явно не добрые. Он просто знал это. Схватив Стива за руку, он медленно поднял голову вверх. Вершины деревьев заканчивались где-то далеко. Одна из Альф Центавр уже близилась к горизонту. В этом розоватом освещении деревья казались фиолетовыми. Но самое страшное было не в этом. А в том, что с самой вершины дерева к ним стремительно спускалось что-то черное. Он еще не видел, что это, но знал, что им ни в коем случае нельзя с этим встречаться. Об этом ясно говорила тревога, которая накатывала на него и громко кричала: «Беги! Спасайся!». Больше не думая о том, что он будет выглядеть трусом, если покажет свой страх, Крис просто рванул через снег на максимальной скорости вперед. Стив побежал за ним. На таком морозе бежать было очень тяжело, тем более что опять начал подниматься ветер, швыряя комья снега в лицо, но парни все равно бежали, потому что знали: что бы это ни было, оно идет за ними и хочет убить.

Маривонн встревоженно носилась по зданию. Вина не было нигде: ни на кухне, ни в столовой, ни в его комнате, ни еще где-то. Уже начался закат, и девушка была в тревоге. Куда он мог подеваться? А вдруг с ним что-то случилось?

Закусывая губу до крови, она побежала к лестницам, ведущим к лабораториям. Она понятия не имела, мог ли туда пойти Вин, но в других местах его тоже не было, так что, наверно, имело смысл проверить и здесь. Но едва она спустилась, как металлический смрад стал еще сильнее. Странно, она думала, что он уже рассеялся. Как вдруг она остановилась. Смерть. Вперемешку с запахом металла пахло еще смертью. И это не был запах вчерашней смерти. Нет. Это была новая смерть. Кто-то еще умер совсем недавно. Ноги Маривонн подкосились, и ей пришлось схватиться за поручень. Нет… только не Вин…

Маривонн медленно пошла на запах. Как ни странно, пахло из той же лаборатории, в которой убили Деклана. Она медленно подошла, положила руку на дверь, и та отъехала в сторону. Свет из коридора осветил темную комнату. Маривонн поморщилась от хлынувшего на нее запаха. В первую секунду ей захотелось убежать, но она знала, что должна посмотреть. Сделав несколько шагов, она огляделась и, взглянув налево, окаменела. Новый скелет лежал в луже крови. Она еще даже не успела свернуться. Все-таки умер. Перед глазами все почернело.

Глава 8

— Ты не понимаешь, Нелли, она просто запуталась, — сбивчиво объяснял Ансон. — Она уже год не видела своего парня. Она даже не могла связаться с ним. Ей одиноко, ей хочется тепла. Вот она и пытается получить его всеми доступными способами.

Нелли лишь качала головой. Глаза выражали осуждение. Ей с самого начала не нравилась идея заводить с кем-то отношения, но все-таки даже она не ожидала, что девушка, которая так понравилась ее брату, окажется… легкого поведения. А судя по тому, что она о ней услышала, Лора была именно такая. У нее был парень, она ждала его год, и вот, когда оставалось потерпеть всего месяц, она переспала с другим парнем, который проявил к ней внимание. Как бы ей ни было одиноко, измена, она и на Тиморе измена. Ладно, еще можно предположить, что за время разлуки ее чувства погасли, она встретила другого парня и полюбила его. Так нет же, она умудрилась изменить и ему, причем не с кем-нибудь, а с Ансоном, у которого до этой поездки и девушки-то никогда не было! Нет, Нелли это категорически не нравилось.

— Ансон, это необычайно легкомысленная особа, — сказала Нелли брату. — Вы с ней чуть было не переспали в первый же день знакомства! Хорошо, что этот Локи так вовремя вошел. Мне это категорически не нравится. Почему бы тебе не поискать другую девушку, пока она и тебе не изменила?

Ансон лишь вздохнул и посмотрел в окно. Обе Альфы Центавры уже почти зашли, а из-за горизонта начала выкатываться жуткая сфера, про которую только и говорили в лагере. Нет, там говорили не только про нее. Еще про гигантских псов, которые собирались вокруг забора и с каждым днем рычали все злее. И про загадочное убийство биолога. А пока Ансон шел к сестре, он успел услышать, как возле дизайнерской мастерской шептались, что убили еще кого-то. От всего этого просто голова шла кругом. А тут он еще и влюбился.

Да, впервые в жизни Ансон влюбился. Конечно, он понимал, что Лора ведет себя… не очень хорошо. Однако с того момента, как он впервые увидел ее, его душа к ней потянулась. Его словно молнией пронзило, настолько эта хрупкая блондинка была прекрасна. А когда он поговорил с ней и узнал, что у нее в душе, он понял, что это он должен быть тем, кто согреет ее. Тем, кто даст ей защиту на этой страшной планете.

Нет, Ансон не собирался отказываться от Лоры. Так он и заявил Нелли.

Девушка лишь устало прикрыла глаза. Гормоны. Чувства. Она и забыла, насколько сжигающей может быть страсть. Когда-то и Нелли любила так же сильно. И тоже она думала, что тот парень просто запутался в своих чувствах. Она думала, что уж с ней-то он будет навсегда. Однако он изменил и Нелли, а потом и следующей своей девушке, а потом и следующей, а потом и еще следующей. Он просто оказался бабником. Нелли еще помнила ту жгучую боль, что одолевала ее, когда она поняла, что тот парень ее совсем не любил. Мучимая страданием, она провалила экзамены, и никуда не поступила. Хорошо, что Нелли тогда как раз исполнилось восемнадцать, и она смогла улететь. После боли и разочарований она мечтала о тихой мирной жизни где-нибудь, где будет немного народа, и никто не будет доставать ее своими утешениями. С тех пор для нее прошло уже больше десяти лет, острота ощущений притупилась. Боль приходила отголосками, но основную часть жизни она проводила спокойно. Новую любовь она не нашла, но и не стремилась к этому. С тех пор она разочаровалась в парнях. Лучше быть одной. Боли меньше. Ей нравилась спокойная жизнь. Большую часть времени она была предоставлена сама себе, ходила, где хотела, проводила время в кибернетруме, иногда помогала в медицинском крыле, в лабораториях биологов. Друзей у нее особо не было, но ей и не хотелось. На себе Нелли давно поставила крест, но вот для брата ей хотелось лучшего. И вот он наступает на те же грабли. Нелли не думала, что у нее есть шанс найти свою любовь, но для Ансона еще не все потеряно. Ему было всего восемнадцать лет. Он еще мог найти себе хорошую девушку. Но эта Лора… она определенно не то, что нужно. Но какой аргумент можно привести разбушевавшимся гормонам?

— Ансон, в тебе сейчас говорит та же страсть, что и в Лоре, — как можно более спокойно говорила Нелли. — У тебя никогда не было девушки, и вот появилась. Это может свести с ума, уж я-то знаю. Но просто если ты отойдешь от нее подальше, остынешь немного… тогда ты поймешь, что любви тут нет. Поэтому лучше откажись от нее, пока не поздно. Иначе тебе будет очень больно.

— Нелли, тут совсем не так, как с твоим бывшим, — сказал Ансон, и Нелли ощутила глухой укол старой боли. — Лора действительно просто милая запутавшаяся девушка. Если бы ты с ней пообщалась, ты бы это поняла… Ой, а может, мне вас познакомить? — обрадовался Ансон.

Нелли поморщилась. Впускать в свою тихую жизнь кого-то еще, кроме брата, ей не хотелось. С другой стороны… а вдруг она действительно судит предвзято из-за того, что Лора похожа на ее бывшего?

— Хорошо, пусть приходит, — согласилась Нелли.

Ансон просиял.

В лесу было жутко. И это еще слабо сказано. Я и Локи шли по нему уже так долго, что короткий день на Тиморе подошел к концу, звезды зашли, и началась ночь. А это означало падение температуры. Так что через несколько часов у нас уже все окоченело и онемело, но уйти мы не могли. Я должна найти Криса. С его побега прошли уже почти сутки. Какова вероятность, что он выживет здесь?

О том, что он может быть мертв, я старалась не думать. Да и что-то странное подсказывало мне, что он жив. Я вглядывалась вдаль, искала его. Как ни странно, ни одного живого существа мы не встретили, но я почему-то была уверена, что в лесу есть кто-то еще. Иногда мне казалось, что я почти чувствую чье-то присутствие рядом с собой, хотя никого не было. Честно говоря, это пугало.

С заката прошел где-то час, как вдруг что-то изменилось. Нет, температура по-прежнему была очень низкой, снег все так же бешено кружился в воздухе, черная сфера по-прежнему висела в небе, синие спиралевидные деревья все так же, даже не качаясь, устремлялись ввысь, а никаких живых существ так и не было видно. Однако определенно произошли какие-то изменения.

Я чувствовала что-то еще. Поняв это, я остановилась. Локи тоже замер.

— Что-то увидела? — спросил он, оглядываясь и дрожа от холода.

— Нет, — ответила я и прислушалась к своим ощущениям. Холодно. Хочется спать. Боюсь за Криса. И что-то еще.

Я оглядела лес. Он был пустынен, не считая деревьев и снега. Почему-то мне вспомнился мой первый день на Тиморе. Я была еще в капсуле, но уже слышала голос Криса. И… на меня кто-то смотрел.

Я замерла от ужаса. Вот оно. На меня кто-то смотрит. Я в страхе огляделась, но никого не увидела.

— Ты чувствуешь это? — спросила я у Локи.

— Если ты про зверский холод, то да, — ответил он.

— Нет… ты чувствуешь, что на тебя смотрят? — спросила я.

— Нет, — Локи тоже огляделся. — На меня никто не смотрит. Ты себя нормально чувствуешь?

— Это не паранойя, — раздраженно сказала я. — И не галлюцинации. На меня кто-то смотрит.

Я посмотрела вдаль. Снег мешал видеть, но я вдруг почувствовала, что там кто-то стоит. Я заслонила лицо рукой и посмотрела из-под пальцев. Ничего. Хотя…

Я прищурилась. Кто-то там был. Я не могла разглядеть его, потому что этот кто-то был прозрачным, но он слегка двигался, и я видела странный контур. Вроде человеческий. Но человек не может быть прозрачным. Вспомнились слова Вина про то, что на этой планете есть разумные формы жизни. Но почему их никто не обнаружил? Я же вижу.

Я прислушалась к своим ощущениям и вдруг почувствовала тягу к этому существу. Как будто что-то внутри меня узнало его. Мне хотелось подойти к нему. Нет, вдруг нахмурилась я. Ему хотелось, чтобы я к нему подошла. Я онемела. Откуда я знаю, чего оно хочет? Но чем больше я думала об этом существе, тем больше я о нем понимала. Оно не причинит мне вреда. Я могу его видеть и понимать, значит, я отличаюсь от остальных жителей Тимора. Сегодня я уже второй человек, который может его увидеть. А первый был… я вдруг ясно увидела такие любимые черты: узкое лицо, голубые глаза с жаждой открытий, почувствовала тепло при мысли о нем. Кто бы это ни был, он знал Криса.

Поняв это, я открыла свой разум шире. В моей голове замелькали сцены. Крис без сознания лежит на снегу, а странные комки шерсти начинают к нему подбираться, на его обнаженном горле укусы. Затем Крис уже в каком-то помещении наподобие пирамиды, он весь светится какой-то голубой энергетикой. Укусы заживают, обморожение на лице исчезает, кожа приобретает здоровый оттенок. Крис приходит в себя, существо изумлено — он может его видеть. Не получив ответы на свои вопросы, Крис убегает на поиски Стива. Существо думает, что он мог бы увидеть и больше, но ему не хватает усидчивости, он цепляется за каждый энергетический порыв в атмосфере, и он уводит его в сторону. Поняв, чего хочет существо, я опустилась на колени в снег, закрыла глаза и направила каждую частицу своего сознания на этот мир.

Я вздрогнула. Лес был виден очень четко, но в нем были уже не только деревья и снег. Волны различных энергий проносились по нему, по воздуху летали крылатые существа таких форм, какие ни один земной язык описать не сможет, деревья были почти прозрачными. Посмотрев на себя, увидела, что я сама прозрачна. Я вся искрилась зеленоватой энергией, она тянулась через весь лес куда-то в сторону. Посмотрев на существо сейчас, я пораженно вздохнула. Оно ни капли не напоминало человека. Оно было огромным, у него не было рук, или ног, или головы, или чего-то еще, что может показаться знакомым человеку. Это были бесконечные нагромождения различных энергий, более плотных и насыщенных, чем у летающих существ вокруг. Оно все переливалось различными цветами, я видела, как оно колышется и плавно перетекает из одной невообразимой формы в другую. Однако оно было живым, оно было разумным, и оно передавало мне информацию.

Эта информация не была словесной, однако я вполне могла перевести ее на английский. Тимор населен разумными существами, но почти никто из людей не мог их увидеть или почувствовать, потому что это была очень далекая от них форма жизни. Человеческий мозг не был способен воспринять эту информацию. Однако иногда случалось, что кто-то мог увидеть их или почувствовать, но так как это были единичные случаи, таких людей считали сумасшедшими и не верили им. Поэтому считается, что на Тиморе разумной жизни нет.

Оно могло бы долго мне рассказывать, но оно чувствовало тревогу, исходящую от меня, оно знало, что я беспокоюсь за Криса. Оно знало, что я его люблю. Поэтому оно решило мне помочь. Раньше моя способность спала, но теперь существо пробудило ее во мне, и теперь мое сознание останется расширено, и я смогу найти Криса по энергетическому следу. Мне просто следует положиться на свои ощущения. Но по возвращению в лагерь, забор заглушит все то, что не подвластно человеческому мозгу, и я снова стану собой.

«А теперь иди».

Я открыла глаза. Оказалось, что я лежу на снегу, а меня тормошит Локи. Его человеческий образ ускользал от меня, вместо этого я видела что-то оранжево-красное. Вокруг него плясали цветовые пятна. Снег забился под шаль, и голове было холодно.

— Кендис, очнись! — в очередной раз воскликнул Локи, и я быстро села.

— Я в порядке. О Боже, ты не поверишь, что я сейчас видела…, — начала я и осеклась. Локи не мог увидеть того, что вижу я. Значит, ему и не нужно это знать.

— Кендис! — окликнул он меня. — Ты в порядке? Ты вдруг закрыла глаза и упала. Что ты увидела?

— Неважно, — отмахнулась я и вытряхнула снег из-под шали. — Главное, что я знаю, где искать Криса.

— Что? — удивился Локи. — Откуда?

— Так, сейчас, — я постаралась сосредоточиться на Крисе. На его жизнерадостных глазах, бархатном голосе, тепле, которое он всегда оставлял во мне… Мое сознание снова потянулось вперед. Человеческие образы почти угасли, я видела странных крылатых существ, но у меня не было времени удивляться. Я тянулась, пока не почувствовала это тепло рядом с собой. Крис. Я увидела яркий солнечный свет, через который все четче прорисовывался сам парень. И тут на меня накатил ужас. Крис боялся. За ним гналось что-то страшное. И он бежал.

Я вскочила. Локи тоже встал.

— Крис там, — я показала рукой в нужную сторону. — И он в смертельной опасности.

Крис бежал из последних сил. Что бы ни гналось за ним, оно не собиралось останавливаться. Оно хотело крови. Его крови. Оно ее уже пробовало, и было очень удивлено, что он остался жив. Но это было хорошо, ведь оно могло снова выпить его крови.

Крис понятия не имел, откуда он все это знает. Просто знал и все. Анализировать было некогда, да он никогда и не предавался анализу. Он всегда следовал своим порывам. Так уж он был устроен. А сейчас у него был только один порыв — бежать. Он и бежал.

Стив догнал его и, задыхаясь, прокричал:

— Крис, почему мы бежим?

— Потому что, если мы остановимся, оно выпьет нашу кровь! Снова, — крикнул в ответ Крис.

— Чего? — удивился Стив. — Кто выпьет?

— Тот, кто бежит за нами!

— А откуда ты знаешь, что он кровь пить собирается?

— Сам не понимаю. Но он точно собирается, уж поверь мне, поэтому беги!

И Крис ускорился. Они бегут, по меньшей мере, час. Силы кончались. Он чувствовал, что еще немного, и просто упадет. Снег залетал ему в рот, и его тошнило от его противного вкуса. Существо гналось за ними. Он так устал… ноги шевелились все медленнее и медленнее… Глаза закрывались.

— Эй, друг, ты в порядке? — спросил Стив, который успел обогнать его.

Силы покидали его. Крис знал, что долго он не продержится. Сердце бешено стучало. Холод набрасывался. Он замедлялся… вдруг его ноги обо что-то запнулись, и он упал в снег. Обжигающий холод окутал все его тело изнутри. Он не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Вдруг он услышал голос Кендис, зовущий его. Он хотел ответить, но неожиданно понял, что не может выдавить из себя ни звука.

— Крис! — крикнула я, когда он споткнулся об куст и упал. Упал и остался лежать.

— Кендис! Локи! — восклицал Стив, от шока переставший бежать. — Вы откуда здесь?

— Неважно! — отмахнулась я, поспешно подбегая к Крису и тормоша его. Я знала, что он еще в сознании, однако силы его стремительно покидали, он не мог шевелиться и говорить и скоро должен был отключиться. Я направила свой разум вперед и почувствовала того, кто летел за ними. На меня накатил ужас. Существо хотело крови. И оно стремительно приближалось.

Неожиданно я снова начала различать в цветовой мешанине людей, но мне некогда было размышлять об этом. Локи рассказывал Стиву, как Вин прибежал к нам и рассказал, что они ушли в лес, но я перебила их:

— Нам сейчас не до разговоров. Прямо сейчас сюда летит что-то типа вампира. Оно хочет крови, и нам нужно срочно придумать, как его остановить.

— Откуда ты это знаешь? — удивленно поднял брови Стив. — Вот ты не поверишь, но Крис то же самое говорил, когда мы бежали.

— Это неудивительно, — пробормотала я, вспомнив, что Крис тоже способен частично воспринимать то, что сейчас воспринимала я.

— Вампир? — Локи содрогнулся. — И что же нам делать?

— Дай подумать, — сказала я, рассеянно поглаживая Криса по руке.

Мое сознание полностью переместилось к существу. Оно было уже близко. Я увидела черную массу с клыками на крыльях, напоминающую птицу лишь отдаленно. Его энергетика была бездонно-черной. Глаза отсутствовали, оно шло на те же ощущения, что и я. Оно уже знало, что нас теперь четверо, и было очень этим довольно. Что же могло навредить ему?

Оно не было той формой жизни, которую человеческий мозг не мог воспринять. Значит, существо вполне материально. А значит, все то, что вредит нам, вредит и ему. Мое сознание вернулось на место и оглядело окружающую обстановку. Вдруг голубое свечение привлекло мое внимание. Куст, об который споткнулся Крис. Он был опасен. Он мог заморозить живое существо. Я почувствовала, что вампир уже рядом. Не оставляя себе времени для раздумий, я вцепилась руками в куст.

— Не трогай! — закричал Стив и попытался оттащить меня, но я крикнула:

— Не мешай мне! Это единственный способ справиться с ним.

Мои руки обожгло, но я тянула и тянула куст, пока не вырвала его. Огонь пошел дальше по рукам. Я знала, что еще немного, и вся покроюсь льдом. Я встала, продолжая сжимать куст. И тут увидела его. Человеческим взглядом я видела клыки, крылья. Оно спикировало на Криса, но я вовремя ударила его кустом. Существо завизжало: в месте удара оно покрылось льдом. Локи и Стив вскрикнули от изумления. Лед прибавил веса твари, и она не успела взлететь. Чувствуя, что лед охватил весь мой торс, я подпрыгнула, придавила вампира кустом сверху и впечатала его в снег. Несколько мучительных секунд, и он весь покрылся льдом.

— Ух ты! — воскликнул Локи. — Ничего себе кустик! Кендис, ты как?

Но я уже не могла ничего ответить. Мои руки замерзли и не могли отпустить куст, а значит, оледенение продолжалось.

Когда Маривонн очнулась, металлический запах слегка ослабел, однако дышать все равно было трудно. Голова раскалывалась. Простонав, она открыла глаза. Первое, что она увидела, это лицо Вилсона, склонившееся над ней. Его глаза были полны тревоги.

— Маривонн? — обеспокоенно спросил он. — Ты в порядке?

— М-м… где я? — она повернула голову и снова увидела скелет. — О Боже, Вин!

— Вин? — удивился Вилсон. — При чем тут Вин?

— А это…, — девушка рассеянно показала на скелет.

— Это? Это Кельвин, — лицо Вилсона помрачнело.

— Кельвин? — в голосе Маривонн прозвучало такое облегчение, что ей стало стыдно. Человек умер, а она радуется тому, что это не ее любимый.

— Он всю ночь провел в этой лаборатории. Пытался узнать, отчего умер Деклан. Вот и узнал, — Вилсон сокрушенно покачал головой.

Только он свыкся с одной смертью, так не прошло и суток, как умер еще один человек. В том же помещении, и при тех же загадочных обстоятельствах. Это ужасно. Кому понадобилось убивать ученых? Почему именно они? У Вилсона зарождалась мысль, что неведомый убийца устраняет тех, кто может пролить свет на истинное происхождение сферы в небе. А еще у него было неприятное предчувствие касательно своей жены, но он старательно отгонял свои мысли.

Вилсон помотал головой и спросил у Маривонн:

— Ты в порядке? Ты помнишь, что случилось? Ты видела, как Кельвин умер?

Маривонн поморщилась от резкой боли в голове и сказала:

— Нет, не видела… Я… я искала Вина… нигде во всем кампусе не нашла, решила проверить в лаборатории, — девушка содрогнулась, вспомнив, какой ужас она испытала, когда почувствовала свежий запах металла, перемешанный с ароматом смерти. — Я спустилась по лестнице, почувствовала эту вонь, меня начало тошнить… я поняла, что кого-то убили, и испугалась, что это Вин. Пришла в лабораторию, а тут, — Маривонн всхлипнула.

— Ну, тише, тише, — немного помявшись, Вилсон обнял девушку. Но та была в таком ужасе, что даже никак не отреагировала на его объятия.

— Это ужасно! — воскликнула она. — Почему это происходит с нами? Почему?

— Я сам не знаю, — Вилсон был растерян и напуган не меньше ее. — Значит, ты говоришь, Вин тоже пропал?

— Вин? — неожиданно из-за плеча Вилсона выглянула Ева. Как всегда, она была безупречно одета, но взгляд ее излучал холод. — Вин не пропал. Просто он выполняет задание, которое я ему поручила.

— Серьезно? — слезы на лице Маривонн высохли. — Ох, а я уж подумала…

— Вин не пропал. Вилсон, будь добр прекратить обниматься и подойти сюда. Кажется, криминалисты хотят что-то сказать, — она строго посмотрела на них, и Вилсон поспешил встать.

— Да, конечно, — кивнул он. — Ты в порядке? — напоследок спросил он у Маривонн.

— Ага, идите, — та постаралась приподняться и осмотреться. Вилсон отошел к группе криминалистов где-то в углу и о чем-то с ними тихо заговорил.

Маривонн осторожно потянулась и осмотрела помещение. Лампы по-прежнему не работали, так что освещалась комната фонарями людей. Рядом с ней тоже лежал небольшой фонарь, который она поспешила включить. Неподалеку от девушки по-прежнему находился скелет. Поежившись, она отодвинулась от него. Скелет лежал вдоль стены в луже запекшейся крови. В слабом свете ее цвет был почти неразличим. На стене тоже остались пятна крови. Честно говоря, она почти полностью покрывала нижнюю ее часть. Маривонн оглядела пространство стены и заметила одну странность. В одном месте часть стены, не забрызганная кровью, образовывала почти ровный прямоугольник. Прямо как будто кто-то провел в этом месте кистью с краской. Девушка нахмурилась. Затем оглянулась на криминалистов. Они вместе с Вилсоном и Евой что-то обсуждали и даже не смотрели на скелет. Тогда Маривонн быстро наклонилась вперед и осмотрела прямоугольник. Оказалось, что он как будто бы приклеен. Маривонн поддела слой ногтем, и прямоугольник легко отвалился. Под ним в окружении пятен крови была видна надпись, чем-то нацарапанная на стене. «Боится гармонического света». Девушка удивленно вскинула брови. Кто боится гармонического света? Однако сейчас было не время рассуждать об этом. Поспешно приклеив прямоугольник на место, она медленно поднялась и, не оглядываясь, вышла. И даже не заметила, что ее провожал ледяной взгляд Евы.

— А что, Кендис сегодня не придет?

Трейси недовольно скривилась. Ирвинг ее безмерно раздражал. А еще больше ее раздражало то, что его заинтересовала Кендис. Она Кендис не видела со вчерашнего дня, когда та скрылась в какой-то комнате, даже не попрощавшись. Честно говоря, Трейси немного переживала. Вряд ли Кендис не пришла сегодня потому, что ей что-то не понравилось. Ее эскиз похвалили, да и с самой Трейси они легко нашли общий язык. Конечно, Ирвинг бесит, но стоит ли из-за него бросать то, что нравится? Нет, дело тут было в чем-то другом. Хотя, конечно, было странно, что она так резко скрылась вчера. Но, может, она просто куда-то спешила?

— Видимо, нет, — сказала Трейси и углубилась в прорисовку снежинки на комбинезоне.

— А почему? Ей что-то не понравилось? — не успокаивался Ирвинг.

— Откуда мне знать? — поморщилась Трейси. — Вообще-то мы тут все можем делать, что хотим. Если ей не хочется, она может не приходить. И насильно ее тащить сюда я не буду.

— Понятно, — Ирвинг сразу погрустнел. — А ты не знаешь, где она живет?

— Нет, не знаю, — совсем уже разозлилась Трейси и даже отложила акварельный карандаш в сторону. — И вообще, можешь даже не тратить время. У нее есть парень, она вместе с ним прилетела.

— Серьезно? — Ирвинг совсем расстроился.

— Да, серьезно. Может, они вместе где-то, — Трейси отложила эскиз и взяла чистый лист.

Ирвинг тяжело вздохнул и пошел к своему месту. Трейси же задумалась, почему Кендис не пришла, и почему ей самой так не нравится, что Ирвинг интересуется Кендис.

Миранда очнулась через некоторое время после того, как зашли звезды. Несмотря на довольно продолжительный сон, она чувствовала усталость. И слабость. И еще было ощущение, что жизнь не имеет никакого смысла. Сначала она непонимающе нахмурилась, а потом реальность навалилась на нее и придавила к кровати. Деклан умер. Умер и больше уже никогда не вернется.

Едва она вспомнила об этом, из глаз женщины заструились слезы, а ее руки судорожно заскребли по простыне, и прикорнувшая было Габриэлла проснулась. Очнувшись и увидев плачущую Миранду, она взяла со стоящего рядом столика голубую кружку.

— Вот, выпей, — протянула она кружку Миранде.

Но Миранда не хотела ничего пить. Она не хотела ни пить, ни есть, ни дышать. Какой во всем этом был смысл, если Деклан умер? Он мертв, и никакие настои или что там ей пытаются предложить это не исправят.

— Зачем? — горько спросила она. Но Габриэлла хоть и была уже довольно старой женщиной, однако сохранила в себе достаточную силу, поэтому она смогла удержать Миранду и влить ей в рот немного настоя. Минута вялых протестов, и вот уже Миранда сама держит кружку и пьет из нее.

— Я очень сочувствую тебе, — мягко сказала Габриэлла. — Это ужасное горе, но ты можешь с ним справиться.

— Нет, — отрезала Миранда, отдала кружку Габриэлле и снова закрыла глаза. На дальнейшие уговоры она не реагировала. Габриэлла не стала настаивать и оставила женщину в покое.

Глава 9

Я старалась не поддаваться панике, но лед продолжал покрывать мое тело. Пальцы сковала обжигающе холодная тюрьма, я не могла даже шевельнуть ими. Еще немного, и лед покроет меня всю.

— Кендис, брось немедленно! — встревоженно сказал Локи.

— Не м-могу, — от холода мои зубы стали стучать.

— Так, стоп, — Стив замер и нахмурился. — Когда Крис коснулся этого коралла, у него на руке тоже вырос лед, я стянул перчатку и подышал на него, тогда лед растаял! Нам нужно ее раздеть!

— Чего? — возмущенно воскликнула я. — И думать не смей!

— И вправду, Стив, если мы ее разденем, это не то, что некорректно, это просто ее убьет, здесь же -50 градусов! — заметил Локи. — А нельзя на коралл подышать?

— Не п-получиться, — нахмурилась я. Информация по-прежнему продолжала ко мне поступать. — Лед м-можно растопить д-дыханием, но для самого к-коралла этого мало. Он испаряется от контакта с д-диоксидом углер-рода, но для к-коралла этого вещества нуж-жно очень много, — мои ноги тоже онемели. Я чувствовала, как горячий лед подбирается к моему горлу. — Ааа, черт, как больно-то!

— Откуда ты это знаешь? — изумился Стив, но Локи отмахнулся:

— Это неважно. И где еще его можно взять?

— НЕ ЗНАЮ! — закричала я, чувствуя боль на горле. — Кто-нибудь, дышите мне на лицо, быстро!

Стив поспешил опуститься на снег рядом и дохнуть на мой подбородок. Я скривилась от его мерзкого дыхания (видимо, он давно не ел), но зато лед, успевший настигнуть лицо, превратился в воду, а затем, подхваченный ветром, превратился в снег. Однако остальной лед это не остановило.

— Не останавливайся, — процедила я, продолжая кривиться. Локи присел рядом:

— Кендис, где еще есть диоксид углерода?

— Не знаю. В отбросных газах производства, — простонала я.

— Не подходит. Может, его можно как-то получить? — упорствовал Локи, в то время как Стив продолжал дышать на меня.

— М-м…, — начала я, но тут раздался еще один голос:

— Что здесь происходит?

Я не могла повернуть голову, но я узнала голос Вина. Локи подтвердил мою догадку:

— Вин! Она сейчас вся льдом покроется! Вы можете что-нибудь сделать?

— Что? — Вин нарисовался у меня перед лицом. — Черт! Зачем ты гласиник выдернула?

— Кого? — удивился Локи.

— Коралл, — пояснил Вин.

— За нами летел вампир, — со страданием в голосе сказала я. Ну чего он тормозит, я же знала, что он может меня спасти? — Давайте быстрее доставайте этот баллон! — заорала я.

— Чего? — опять не понял Локи.

Вин удивленно вскинул брови, но спрашивать, откуда я про это знаю, не стал. Скинув рюкзак с плеч, он быстро расстегнул молнию и достал серебристый баллон, похожий на огнетушитель. Схватив его поудобнее, он направил его на меня.

— Стив, отойди! — сказал Вин.

— Но она заледенеет! — быстро вымолвил Стив и поспешно дохнул на меня.

— ОТОЙДИ! — заорала я, и испуганный Стив отскочил. Я поспешно вдохнула побольше воздуха и закрыла глаза. Огонь наконец-то добрался до моей головы, и дальше я уже не могла наблюдать за происходящим. Шансов на спасение было мало. Меня окутал дикий страх. Неужели я сейчас умру? Я старалась отбросить панику, но это было трудно, поскольку я не могла дышать, а все мое тело болело. Что ж, по крайней мере, с Крисом будет все в порядке, это я знала точно. Значит, я прожила жизнь не зря. Какое-то время ничего не происходило. Вдруг боль стала совсем невыносимой, и я потеряла сознание.

Я осторожно приоткрыла дверь в палату. Белые стены, серый плиточный пол. На широкой кровати лежал Крис. Лицо его было измученным, под глазами чернели круги, однако он был в сознании и даже слабо улыбнулся, увидев меня.

— Привет, — осторожно сказала я. — Можно?

— Проходи, — Крис сел, откинувшись на подушки.

Я прикрыла дверь и села на кончик кровати. Крис выглядел… больным. Он как будто стал еще худее, лицо осунулось, однако голубые глаза сохраняли ясность.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила я.

— Живот болит, а так нормально, — отмахнулся он, но я видела по его лицу, что это не совсем так.

— Крис, ты прости, конечно, но… о чем ты только думал? — недовольно воскликнула я. — Бутылка виски? Серьезно? Ты же знал, что у тебя язва!

Крис поморщился:

— Кендис, не нужно… я уже все понял, мне врачи десять раз лекцию прочитали…

— Ладно, прости, — поспешила добавить я.

— Да нет, это ты меня прости, — неожиданно сказал Крис.

— За что? — удивилась я.

— За то, что сторонился тебя в последнее время. Спасибо, что пришла. Это много для меня значит, — он потянулся ко мне и неожиданно обнял. Я потрясенно замерла. От его прикосновения по мне пробежала волна чего-то приятного. Нерешительно я обвила руками его худое костлявое тело.

— Да не за что. Я просто беспокоилась о тебе, — пробормотала я.

— Я знаю, — выдохнул Крис.

Непривычно пустые коридоры казались затишьем перед бурей. Как перепуганные крысы, люди разбежались по своим норам, опасаясь, как бы новая волна не захватила их. Маривонн чувствовала непривычное одиночество и некоторую долю вины. Да, конечно, по сути, она не была ни в чем виновата, не она убила тех ученых, но она привезла новичков — подростков, вчерашних школьников — в такое опасное место. Предполагалось, что они покинут тот ад, в который превратилась Земля, и начнут новую жизнь с чистого листа, будут пробовать разные вещи, а не станут жертвой неведомого убийцы. И то, что никто из новеньких пока не умер, ни капельки ее не успокаивало.

После пережитого шока ее все еще бил озноб, отчего она все плотнее заворачивалась в шаль, накинутую на плечи. Но она не могла позволить себе, подобно щенку, напуганному грозой, забиться в угол и жалобно скулить. Она должна была собраться, выяснить, кто же убийца и победить его, чтобы другие могли жить спокойно и как следует адаптироваться к тиморским реалиям. Хоть планета и была названа «страхом», на самом деле все было не так ужасно, как могло показаться на первый взгляд. Жизнь в колонии была тихой и мирной, каждый спокойно занимался своим делом. А теперь…

Так, ей нужно собраться. Кто боится гармонического света? Маривонн не сомневалась, что это послание оставил Кельвин. Возможно, он смог что-то узнать об убийце. И его решили устранить. Ладно, хоть это был не Вин, хотя какое-то странное задание от Евы ей не нравилось… вдруг это как-то связано с убийствами? И что же ей теперь делать с полученными знаниями?

— Маривонн! Подожди!

Девушка вздрогнула, но остановилась. Вскоре ее догнал Вилсон в сопровождении неизменного охранника, чьего имени Маривонн не знала и так и не удосужилась узнать. Да это было и неважно, потому что мужчина был молчаливым и равнодушным. Девушка вообще не понимала, к чему он Вилсону. До произошедших убийств преступность на Тиморе была почти нулевая.

— Ты в порядке? — встревоженно спросил президент, с беспокойством глядя на ее бледное лицо.

— Нет, я не в порядке, — задумчиво она прикусила губу. Стоит ли рассказывать президенту об ее находке? Откуда она может знать наверняка, что за происходящим стоит не он?

— Маривонн? — обеспокоенно спросил Вилсон. — Что-то случилось? Ты так быстро ушла из лаборатории… хотя я тебя понимаю. Самому не по себе.

— Да, это ужасно, — Маривонн содрогнулась, вспомнив залитый кровью скелет.

— Я вот что хотел спросить…, — Вилсон замялся. — Ты же последняя видела Кельвина, правильно? Вы с ним вместе понесли Миранду в ее комнату.

— Ну, наверное, — Маривонн кивнула. — А что?

Вид президента стал необычно сухим и деловым:

— Просто я хотел узнать, не говорил ли он тебе чего-нибудь? Его же почему-то решили убить. Вдруг он что-то знал об убийце?

Отсутствие эмоций в его голосе неприятно напомнило Маривонн о его равнодушной ко всему жене. Хотя, конечно, возможно, он просто пытался выполнять свою работу. Вряд ли ей стоит его за это осуждать.

Маривонн посмотрела на Вилсона испытующим взглядом. На чьей он стороне? Однако, несмотря на сухость тона, глаза президента были такими добрыми и пронзительными, что от его взгляда Маривонн почувствовала, что дрожит. Даже в такую минуту близость президента сводила ее с ума. Он ей очень-очень сильно нравился. И сейчас, когда, казалось, стены ее привычно крепкого дома рушатся, он возводил вокруг нее новые, отчего она чувствовала себя защищенной. Она знала, что, в отличие от своей жены, Вилсон всегда беспокоился о жителях Тимора, ему на самом деле было не все равно, что станет с планетой и людской колонией. Он был теплым и добрым и совсем не походил на среднестатистического правителя в их время. Гораздо больше он походил на отца большого семейства. Маривонн не хотелось верить в то, что этот великолепный во всех отношениях мужчина — убийца или соучастник преступления. Вздохнув, она задумчиво начала:

— Ну, мы говорили о Деклане… потом… по-моему, я спросила, не связана ли с убийством сфера… и… он сказал, что недавно на планете повысился уровень электромагнитных излучений и предположил, что из-за этого собаки подходят к лагерю…

— Что? — вдруг перебил ее Вилсон. Его глаза были изумленно расширены. — Это он тебе так сказал?

— Да. А что такое? — Маривонн несколько удивилась его реакции.

Вилсон некоторое время помолчал. Стоит ли ему говорить? Ведь речь шла о его жене. Как он может вообще допускать мысль, что его любимая имеет какое-то отношение к происходящим на планете ужасам? И тем более, стоит ли ему распространять такие сплетни? Однако он знал, что Маривонн — девушка, на которую можно положиться. Если она смогла пересечь 4,3 световых года, отделяющие их от Земли и вернуться обратно, да еще привести с собой в целости и сохранности тысячи молодых людей и девушек, то она сможет сохранить в секрете его тайну. Во всяком случае, он был уверен на сто процентов, что это не она стоит за теми убийствами. И он сказал:

— Незадолго до смертей мы с Евой ходили к биологам… и Деклан сказал про сферу и про излучения… а потом он умер… и…

— И? — нетерпеливо спросила Маривонн, нервно теребя руками застежку на шали.

— Ева сказала мне, что он ничего такого не говорил, — закончил Вилсон. — Сначала я подумал, что мне это показалось… но теперь… она мне соврала. Но почему?

Маривонн почувствовала, как страшные подозрения подкрадываются к ней и замирают у нее за спиной, готовые в любой момент атаковать. У всегда такой бесстрастной и равнодушной блондинки были свои скелеты в шкафу. Не те ли это скелеты, которых в последнее время обнаруживают на Тиморе?

— Она как-то связана с этими убийствами, — наконец, медленно проговорила она. — Простите Вилсон, что говорю так о вашей жене, но мне кажется, что это так.

— Но зачем ей это? — президент казался растерянным.

— Убили тех, кто подозревал связь между сферой, собаками и убийствами, — задумчиво протянула Маривонн. — Это все не просто так. А слышали об этом только Ева и вы.

— Там еще четверо биологов было, — возразил Вилсон.

— Значит, они тоже в опасности, — запальчиво сказала Маривонн, всплеснув руками. — Не знаю, может, убийца и не Ева, но она как-то с этим связана. Иначе… зачем ей делать вид, что такого не было?

Вилсон почувствовал, как волна страха, пробивая дамбу, которую он так старательно выстраивал, накрывает его с головой. И его куда-то уносило этим течением, и он не мог с этим ничего поделать. Лишь плыл с потоком воды и боялся, что эта река окончится водопадом.

Ева замешана в убийствах… самое ужасное было в том, что это не казалось ему невероятным. Он признавал, что его жена была способна заниматься чем-то таким мерзким. В конце концов, она всегда казалась ему неприятно хладнокровной и расчетливой. Идеальный мозг для убийцы. Оставался только один вопрос: почему она это делала? Зачем нужно было убивать людей, да еще и таким странным способом?

— Что же мне теперь делать? — растерянно проговорил Вилсон.

— Вы президент. Вам решать.

Шестеренки в мозгу постепенно начинали снова вращаться, а ледяная пелена спадала с глаз. К телу снова возвращалась чувствительность, однако это означало, что тысячи ос атаковали каждую молекулу его кожи, настолько ледяным был воздух. Почему так холодно? Даже сквозь зимнюю плотную одежду прорывался ветер. Чувствительность вернулась и ко рту, отчего он почувствовал, как на языке лежит что-то с до жути мерзким вкусом, таким мерзким, что это даже невозможно было описать. Приходя в себя, Крис решил выплюнуть неведомую дрянь, но в этот момент его остановили:

— Не плюй, глотай! — Крис узнал голос Стива.

И в эту секунду кошка вцепилась острыми когтями в его желудок с такой силой, как будто пыталась удержать еще брыкающуюся мышь. Крис согнулся пополам, хватаясь руками за живот. Глотать, говорите? Ну, уж нет! Он поспешил выплюнуть эту гадость. Открыв глаза, он успел увидеть, как комок чего-то синего проваливается сквозь снег, а потом тысячи когтей снова впились в его желудок, и он застонал от боли.

— Вин, он выплюнул, — сообщил Стив стоящему рядом повару.

Мужчина несколько непонимающе наблюдал за тем, как Крис кривится на снегу, хватаясь руками за живот и пытаясь оторвать от себя кошку, которой на самом деле не было. Сначала Вин подумал, что на парня напал кто-то из невидимых существ, но потом догадался:

— У тебя какая-то болезнь желудка, что ли?

— Язва, — выдохнул Крис.

— Черт, прости, парень, — Вин поспешно полез в рюкзак и вытащил оттуда какую-то банку из уже привычного металла. — Я не знал. Но тебя нужно было привести в порядок.

— Что ты мне дал? — держась за живот, спросил Крис.

— У тебя было гласиничное отравление. Это растение — оно всегда покрывает льдом тех, кто его трогает. Ты коснулся гласиника всего на секунду и через обувь, поэтому он не смог покрыть тебя льдом, однако успел каким-то образом ввести в тебя яд. Ты мог заледенеть изнутри, и диоксид углерода, которым он питается, тут бы не помог. К счастью, у меня было лекарство на этот случай. Вот только при язве это противопоказано. Прими это.

Повар протянул Крису какую-то таблетку и бутылку воды. Крис вцепился в нее, как умирающий от жажды в пустыне. Едва он положил таблетку на язык, как она начала действовать. Глоток воды, и боль в животе прошла, вместе с тем он перестал чувствовать и боль от холода. По всему телу распространилось онемение, но Крис был этому даже рад.

— Лучше? — спросил Вин. Крис кивнул. — Ладно, это временная мера, как придем в лагерь, обязательно сходи к врачу.

— Что происходит? — не чувствуя ног, Крис постарался подняться. Это было трудно, учитывая, что он теперь не чувствовал вообще ничего, однако ему удалось. Тут его взгляд наткнулся на еще одного человека, валяющегося на снегу без сознания. — Кендис! — забыв про онемение, он бросился к ней и опустился на колени. — Что с ней?

— Сейчас она просто спит, — сказал Вин, подбирая отброшенную Крисом бутылку и укладывая ее в сумку. — А до этого она прикончила вампира, который гнался за вами со Стивом гласиником. К сожалению, гласиник нельзя брать в руки, потому что мгновенно леденеешь. Хорошо хоть я вовремя подоспел.

— Что ты сделал? — Крис подозрительно на него уставился.

Вин поднял со снежной земли что-то типа пустого огнетушителя и сказал:

— Это диоксид углерода — единственное вещество, способное растопить гласиник. Вернее не растопить, просто оно тогда оставит вас в покое, если обнаружит его. Она уже начала умирать от обледенения, но я вовремя успел им воспользоваться, — он перевел взгляд на Кендис, чья грудь медленно опускалась и поднималась.

— Может, ее разбудить? — спросил Стив, с тревогой глядя на девушку.

— Не стоит. Она была на грани смерти. Пусть отдохнет, — сказал Вин, проверяя что-то в сумке.

Крису не очень нравилось, что они связались с этим подозрительным мужиком, который неизвестно что делал за периметром, и кого почему-то избегали собаки, но сосредоточиться на этой мысли как следует он не мог. Он смотрел на Кендис. Лежа на снегу, она казалась воином, сраженным в битве. Он знал, что Кендис, хоть и была довольно скромным человеком по натуре, в те минуты, когда ему угрожала опасность, превращалась в настоящую фурию и делала все, чтобы защитить его. И вот в этот раз она победила вампира, который хотел выпить у него всю кровь. Она была настоящей воительницей, готовой защищать то, что ей дорого. И все-таки Крису стало совестно. Это из-за него она пошла в лес. Это из-за него она чуть не умерла. А все потому, что Крису захотелось что-то доказать себе и своим новым друзьям. Теперь парень чувствовал себя виноватым.

— Ладно, раз больше никто не умирает, я думаю, мы можем теперь поговорить, — сказал Стив, подрагивая от холода. — Крис, как, черт побери, ты понял, что то существо именно вампир и что оно хочет нас убить?

— Не знаю, — Крис отвел взгляд. — Просто понял, и все.

— А почему я этого не понял? — продолжал спрашивать недоумевающий Стив.

— Вот-вот, Кендис тоже вдруг потеряла сознание, а потом встала и сказала, что знает, где Крис, а откуда знает — не объяснила, — вставил свое слово Локи.

— Кендис тоже? — вдруг поднял глаза Крис.

— Ага, — кивнул Локи. — Я лично ничего не понял, что произошло. Почему этой парочке вдруг в голову поступили какие-то знания, а нам со Стивом нет?

Это все было очень странно, однако на этой мысли он тоже не смог сосредоточиться, потому что наткнулся на странный взгляд Вина. В своей черной одежде он вдруг стал напоминать коршуна, который ждет, пока волки разделаются с добычей, а ему останется просто подобрать остатки. Мурашки ужаса пробежали у Криса по спине. Что он делал в этом лесу? Есть ли у них причины доверять ему? Как-то не было похоже, чтобы в колонии хоть кто-то, кроме него, мог пройти мимо псов. Но если он делает что-то плохое, то почему помогает им? И что он сделал с Кендис? Да и вообще, разве не он их выпустил наружу?

Страшные догадки, как вороны, кружили у него в голове, но у Криса не было ни сил, ни желания все это обдумывать, поэтому он лишь вяло от них отмахивался. Совершенно растерянный, Крис перевел взгляд наверх. Как всегда, над планетой висела бездонная чернота.

— Ладно, пора возвращаться в колонию, пока нас не хватились, — поспешил вставить Вин. Крис с подозрением посмотрел на него. — И, пожалуйста, никому не говорите, что ходили за периметр. В лагере происходят страшные вещи, и я не хочу, чтобы следующей жертвой стали вы. Кто много знает, тот долго не живет.

— Ладно, пока что оставим это. Я слишком устал, — проворчал Стив. — Мы будем молчать, но не думайте, что мы об этом забыли. Вы что-то знаете про сферу и про псов. И я вам не доверяю, хоть вы и спасли нас.

— Пусть так, — кивнул Вин. — Кто-нибудь может донести Кендис до лагеря? У меня слишком много вещей в рюкзаке, я не могу ее взять.

Стив сказал:

— Я возьму.

Осторожно, боясь резким движением потревожить девушку, парень поднял Кендис на руки. Она никак не отреагировала на его прикосновения и даже не проснулась. Убедившись, что все готовы, Вин повел их к колонии.

— Опять твой Крис, — недовольно проворчала мама, не отрывая взгляда от палма, в который вбивала новости о моде в свой блог. — Ты хоть о чем-нибудь еще думаешь, кроме него? Куда поступать будешь, например?

— Мама, — недовольно протянула я, соля суп. — Его только выписали. Ты можешь с ним быть помягче?

— Конечно, могу. Просто мне не нравится, как ты убиваешься из-за парня, которому ты безразлична. Он не любит тебя, понимаешь?

— И что? — накрыв кастрюлю крышкой, я села на стул. Слышать это было неприятно, но я не подавала виду.

— А то, что…

По дому полилась нежная кантри-мелодия, и я подскочила.

— Крис пришел, — я не смогла сдержать улыбки. — Последишь за супом?

— Послежу, — недовольно буркнула мама, отложила палм и подошла к плите.

Я поправила волосы, убедилась, что макияж не размазался, и поспешила к входной двери. Я коснулась ее ладонью, и она отъехала в стену. Яркое летнее солнце залило всю прихожую и засверкало на металлических поверхностях. Я прикрыла глаза ладонью, так как снова забыла про линзы, и из-под нее увидела Криса. Он стал как будто еще худее, хотя я даже не знала, что такое возможно. На нем были серая футболка и короткие шорты. Несмотря на неделю в больнице, его кожу покрывал аккуратный загар, в отличие от моей, которая по-прежнему оставалась бела, как снег. Если бы не белое платье с разрезами, можно было бы подумать, что розового цвета в моей коже отродясь не водилось. Я не сдержала радостной улыбки и сказала:

— Привет.

Крис посмотрел на меня пронзительными голубыми глазами.

— Привет, — сказал он своим восхитительным голосом, и по моему телу пробежала дрожь. Все слова мамы забылись, забылись и те недели, что я провела в одиночестве, мучительно стараясь не помереть от душевной боли. После долгой-долгой ночи наконец-то начался рассвет, и я снова увидела, до чего красочен этот мир. Я увидела, что небо голубое, а трава зеленая, а вовсе не серая, как мне казалось в разлуке. И все стало так просто. Так легко. И так понятно.

— Зайдешь? — спросила я.

— Конечно, — и Крис зашел в мой дом, а вместе с тем и в мою жизнь.

Глава 10

Когда я открыла глаза, то обнаружила, что лежу в своей комнате в главном здании Тимора. На мне был теплый свитер и зимние штаны, также я была накрыта голубым шерстяным одеялом, видимо, от этого мне было так жарко. В термическое окно пробивался яркий свет двух Альф Центавр. Похоже, на Тиморе было утро. Что же произошло? Вспомнить, чем закончился вчерашний день, удавалось смутно, ведь только что во сне я снова была на Земле и видела Криса…

— Крис! — воскликнула я и резко села, вдруг вспомнив.

— Что? — раздался знакомый голос.

Отвернувшись от окна, я вдруг увидела, что на длинном голубом стуле из незнакомого мне материала, похожего на металл, сидел мой самый любимый человек на свете.

— Ты жив! — воскликнула я и хотела броситься его обнять, но осеклась, увидев у дальней стены Локи и Стива. Смущенно покраснев, я спросила: — Как ты?

— Все хорошо, — Крис широко улыбнулся, и внутри потеплело. — От вампира ты меня спасла. Я был на грани истощения и почему-то не мог двигаться, хотя оставался в сознании, но Вин меня привел в порядок. Потом у меня начался приступ язвы, но местные врачи с этим разобрались, так что я себя чувствую замечательно. А ты как?

— Все хорошо, — сказала я и снова посмотрела на Стива и Локи. — А где Лора?

Лицо Локи исказила такая боль, как будто я со всего маху всадила в него нож.

— Я не хочу об этом говорить, — сказал парень.

— Прости, — поспешно сказала я. Ну и девчонка эта Лора! Так и знала, что от нее можно не ждать ничего хорошего. Ух, попадись она мне…

— Кендис, Крис упорно молчит, может, хоть ты нам расскажешь, откуда вы двое узнали в лесу о вампире? — спросил Стив, переводя разговор на другую тему.

Мы с Крисом переглянулись. Похоже, нам многое стоило обсудить, но оба мы понимали, что этим двоим не нужно знать то, чего они не знают.

— Нет, ты только посмотри на этот взгляд! — посмеиваясь, сказал Локи. — Я так понимаю, вы оба ничего нам рассказывать не хотите? Секретики завели?

— Простите, парни, но вам реально это лучше не знать, — сказала я.

Стив и Локи тоже переглянулись и только тяжело вздохнули. Похоже, они решили смириться. Тогда Стив нахмурился и задал другой вопрос:

— Ладно, с этим проехали. У меня вопрос к тебе, Крис. Ты совсем с головой не дружишь или как? — его голос неожиданно стал резким.

Крис удивленно моргнул:

— Чего?

— Того, — Стив скрестил руки на груди. — Какого черта тебе понадобилось в этом лесу? Что ты понесся туда, невзирая на псов, вампиров и прочие глупости? Кендис вон чуть не умерла, спасая тебя. Да мы все чуть не умерли!

Крис потупил взгляд:

— Простите. Я не хотел подвергать ваши жизни опасности. Просто… не знаю, нужно ли это говорить…

— Что говорить? — спросил Локи.

— Ну, в общем… Я ищу кое-что, — Крис воровато огляделся. — Я полетел в это путешествие за одной штукой. Я не знаю точно, на какой именно планете она находится. Я просто хотел осмотреться.

— Какую еще штуку? — не понял Стив.

— Погоди, — перебила я. — Я думала, тебе просто надоело жить в перенаселенном городе с загазованным воздухом, и ты хотел посмотреть другие миры. Почему ты не сказал мне, что что-то ищешь?

Крис тяжело вздохнул и опустил глаза в пол. Его руки нервно дергали застежку на комбинезоне:

— Потому что я думал, что вы посчитаете меня дураком. В общем… Есть такая легенда, — начал он. — Якобы на одной из планет спрятан особый камень, способный вызывать различные эмоции. То есть, если тебе грустно, он может заставить тебя радоваться, что-то в этом роде. Он отличается от всех этих препаратов-наркотиков, к которым обычно обращаются люди. Он не приносит вреда здоровью. Я бы очень хотел найти его.

— Камень, влияющий на настроение? — скептически произнес Локи. — Что за чушь, стармэйт?

— Ничего не чушь! — возмутился Крис. — Такая штука есть. Многие путешественники говорили о том, что он существует. Только я не знаю, на какой именно планете. Я думал, что, может быть, здесь. Но, похоже, что я ошибся. Если такая вещь есть, то явно не здесь. Еще раз простите, что подверг всех вас опасности. Я этого не хотел.

Он грустно вздохнул, и я примирительно заметила:

— Ну, по крайней мере, это объясняет, почему ты так стремился в лес.

— Да уж, — покачал головой Стив. — Ну, ладно, может и есть где такая штука. В общем, удачи тебе в твоих поисках.

— Спасибо, — слабо улыбнулся Крис.

Теперь, когда стало понятно, что Крис не просто сорвался с катушек, а преследовал какую-то цель, я заметила, что Стив с Локи стали относится к нему лучше. Ладно, с этим разобрались. Но у нас еще одна серьезная проблема.

Я встала с кровати, взяла со стола расческу, аккуратно причесала спутанные волосы и поинтересовалась:

— Локи, ты рассказал им про то, что произошло в колонии в их отсутствие?

— Да, сказал, — поспешно затараторил Крис. — И у меня новое предложение: давайте расследовать эти убийства!

— Ты что, сдурел? — возмутился Стив. — Мы еле выбрались живыми из леса, а ты снова несешься к опасности? Кендис, скажи ему!

— Нет, он прав, — покачала я головой. — Конечно, это опасно, но я вам так скажу: на планете уже происходит что-то опасное. И у меня есть подозрения по поводу повара. Что-то с ним нечисто. Не знаю, как вы, а я не могу спокойно чем-то заниматься и не думать о том, что следующей жертвой могу быть я. Мы сюда полетели, оставив все привычное и знакомое, в неизвестность, не для того, чтобы умирать. Мы должны бороться за нашу новую жизнь.

— Как бороться? — саркастически спросил Стив. — Предлагаешь вызвать преступника на бой?

Честно говоря, я сама еще не была уверена в том, что мне нужно сделать. Задумавшись, я на какое-то время замолчала. Мне было жутко из-за того, что я очутилась в таком опасном месте, и происходящие вокруг убийства наводили ужас на мою еще не готовую к такому психику, но сдаваться я так просто не собиралась.

— Ты посмотри на ее лицо, — Стив пихнул Локи локтем. — Мне кажется, или она полезет в это дело, даже если мы откажемся?

— Кендис? — вопросительно посмотрел на меня Локи.

Я смущенно покраснела, но кивнула. Теперь, когда у меня появилась цель, сбить меня с пути будет непросто.

— Она не будет одна! — решительно заявил Крис. — Она будет со мной!

— Вот это меня и беспокоит, — тяжело вздохнул Стив. — Знаешь, Локи, как бы рискованно не было это предприятие, меня лично совесть замучает, если я брошу их сейчас. Конечно, в лесу Кендис проявила себя с лучшей стороны, но она все-таки, как-никак, девушка. А у Криса отсутствуют тормоза. Вдвоем они вляпаются в беду, и следующими трупами, которых обнаружат на планете, будут они.

Локи посмотрел на своего друга с сомнением, но я с удивлением обнаружила, что у него в глазах тоже стояло беспокойство за нас с Крисом. Меня это удивило, ведь мы не так уж и долго общались, чтобы сильно привязаться друг к другу. С чего это вдруг такое благородство?

— Ладно, мне тоже не хочется бросать их одних, — вполне миролюбиво произнес Локи. — Думаю, это правильно, что мы не бросим дело на самотек и чем-то поможем сами. Вот только как это сделать? Я бы не назвал себя хорошим детективом.

— Нужно собрать информацию о Тиморе, — осторожно произнесла я. — Вот честно, об этой планете мы почти ничего не знаем. На уроках астрономии в школе обычно говорят про Гармонию и Кристаллис и другие крупные поселения, а маленькая снежная планета на краю системы Альфа Центавра никого не волнует, ведь ее население ничтожно мало и на ней нет ничего, кроме снега и странного леса. Однако на Земле о космосе вообще не распространяются, так что, узнав что-нибудь, мы сможем понять, что здесь происходит.

— Тогда в кибернетрум? — предложил Стив.

— Да, пожалуй, — согласилась я. — Но сначала — в столовую.

Когда Миранда в очередной раз открыла глаза, на Тимор опустилась ночь. Вот уже третий день прошел со смерти Деклана. Но легче ей не становилось. Боль по-прежнему сковывала ее сердце, и она отказывалась вставать с кровати. После Габриэллы с ней сидел Джон, который был слишком слаб физически и духом, чтобы уговорить ее съесть что-нибудь, потом опять приходила Габриэлла и запихивала в нее немного тостов с лединичным джемом и какой-то напиток, потом снова пришел Джон. Краем уха она слышала, что произошло еще одно убийство — погиб ее друг Кельвин. Это вогнало в ее сердце еще один кинжал, но она и так была раздавлена смертью Деклана, так что вряд ли ей могло стать хуже. Постепенно боль притуплялась, однако огромный груз придавливал ее к кровати, так что она почти не шевелилась, лишь иногда вставала в туалет, но потом снова падала на кровать и засыпала или предавалась раздумьям о бессмысленности жизни.

Женщина чуть повернула голову. В кресле сидел Джон. Судя по тихому храпу, он спал. На столике стояла тарелка с тостами и еще какой-то едой, но Миранда не сделала даже попытки притронуться к ней. Уставившись в потолок, она старалась очистить голову от мыслей, но у нее это плохо получалось.

Неожиданно дверь отъехала в сторону. Миранда подумала, что это пришла Габриэлла, чтобы сменить Джона, поэтому никак не отреагировала. Она продолжала смотреть в потолок, как вдруг прямо в нос ей ударил металлический запах.

Несмотря на то, что жить ей в последнее время совсем не хотелось, сердце бешено заколотилось от страха. Убийца Деклана и Кельвина пришел за ней. Ну, вот и все, подумала она. Вот и пришел конец ее бессмысленной жизни. Она даже не будет сопротивляться. Скоро, совсем скоро она увидится с Декланом…

Убийца медлил и, не сдержав любопытства, Миранда повернула голову. И закричала от ужаса. Посреди комнаты стоял металлический скелет. На скелет медленно перетягивалось тело бедного старика Джона. Выглядело это отвратительно. Однако в комнате был еще кто-то, кто отреагировал на ее крик. Тело Джона окончательно перекочевало на металлический скелет, а его кости упали с кресла, обрызгав все вокруг кровью. Давно Миранда не испытывала такого ужаса. На нее смотрели необычно холодные глаза Джона. Забыв о том, что она вообще-то не собиралась жить, Миранда вскочила с кровати и бросилась в окно, разбив стекло. Обжигающе холодный снег смягчил падение, а термический комбинезон, который она не снимала три дня, помог пережить падение температуры. Быстро вскочив, Миранда бросилась бежать, куда глаза глядят. А в голове застыла картина: Джон с непривычно холодными глазами, а за ним высокая стройная блондинка, жена президента Тимора.

— Что ты смотришь? — спросила я, присаживаясь на диван рядом.

Крис сидел, уткнувшись в свой палм, в котором что-то показывали. Когда я села рядом, он придвинулся ближе, чтобы мне лучше было видно экран, и меня обдало жаром.

— Аниме, — пояснил он.

Вглядевшись в происходящее, я увидела движущиеся картинки на экране.

— Это же мультики! — рассмеялась я. — Причем графика ужасная. Где ты это откопал?

— Ты что, это же «Унесенные призраками»! — возмутился Крис. — Величайшее аниме всех времен! В наши дни уже так не могут.

— Конечно, в наши дни могут лучше, — кивнула я.

— Да ты на графику не смотри, ты сюжет смотри!

Прямо сейчас на экране гигантская черная лягушка пожирала каких-то невообразимых существ.

— Жуть какая, — процедила я.

— А по-моему, прикольно, — заявил Крис. — Смотри, ща он всех их съест!

Я с сомнением на него покосилась, но ничего не сказала и продолжила смотреть. Несмотря на местами воистину жуткие вещи, история Тихиро меня увлекла, и я даже расплакалась в конце, когда она ушла из призрачного мира и рассталась с Хаку.

— Эй, ну ты чего? — удивился Крис.

— Это так красиво… и так грустно, — сказала я, вытирая слезы рукавом.

— Вот, а ты говорила! — довольно сказал Крис.

Честно говоря, не ожидала, что мне может понравиться мультик. Движущиеся картинки, это может быть интересно только детям, так мне казалось. Я всегда предпочитала на живых людей смотреть. А вот теперь…

— А еще что-нибудь подобное есть? — спросила я.

Я очнулась оттого, что в комнату кто-то вошел. Голова была тяжелой, мысли путались. Весь день сегодня мы с парнями провели в кибернетруме, и я чувствовала себя жутко уставшей от переизбытка информации. Понять, что конкретно происходит на планете, нам не удалось, однако мы многое узнали. Крису это быстро наскучило, и он стал носиться по комнате, активировать разные экраны и один раз даже случайно вырубил электричество, чем очень нас разозлил. Завтра было решено продолжить, и я очень хотела выспаться, однако валялась без сна несколько часов и вот, когда, наконец, заснула, кто-то вошел в комнату и разбудил меня.

Я недовольно проворчала:

— Ну, кто там еще?

— Ой, прости, я не хотела тебя будить, — раздался женский голос.

Узнав его, я поспешно села. У двери стояла Лора. Тусклый свет с верхней одежды на крючке вяло освещал ее стройную миниатюрную фигуру. На девушке был розовый комбинезон-шорты, на лице довольно вызывающий макияж. И ни тени раскаяния.

— Ну и где ты ходила все это время? — сердито спросила я. — Что ты сделала с Локи? На нем лица нет от расстройства.

Лора тут же помрачнела и села на кровать.

— Знаю. Это я виновата. Я сделала ему больно, — голос девушки неожиданно сорвался, и она расплакалась. Я несколько растерялась. Я-то думала, что эта вертихвостка сейчас будет строить из себя невесть что, но она выглядела испуганной и растерянной, как потерявшийся ребенок, а вовсе не роковой женщиной, какой я себе ее вообразила.

— Ну, перестань, — нерешительно сказала я. — Расскажи, что случилось?

Лора несколько раз всхлипнула и поведала мне всю историю происходящего. Закусив губу, я задумалась. Не этого я ожидала. Совсем не этого.

— И во-от теперь, — всхлипнула она. — Я чувствую себя просто ужасно, потому что по-прежнему люблю Дэнни, но и Ансон мне тоже нравится, а еще мне жалко Локи… я запуталась, — она спрятала лицо в ладони. — У тебя когда-нибудь такое было?

Я вздохнула. Понять Лору мне было сложно. Для меня самым главным человеком в жизни был Крис, и вряд ли я смогу когда-либо полюбить кого-то так же, как и его. Не то что бы Крис был моей единственной любовью за всю жизнь. Я влюблялась и раньше, но после того, как в мою жизнь вошел он, я поняла, что все это было несерьёзно, не по-настоящему. У Лоры же была немного другая ситуация.

Когда-то я была влюблена в известного актера, но через пару лет неожиданно поймала себя на мысли, что мне нравится одноклассник. Тогда мне тоже казалось, что я его предаю, что мне не хватило немного терпения, что еще немного бы подождать — и актер будет моим. Но разве можно сравнить принятие того, что актер никогда не будет моим, и что в мире есть и другие парни, кроме него, с тем, что испытывает Лора?

А что, если бы нам с Крисом пришлось расстаться на какое-то время? На год или даже на два? От одной только мысли об этом мне стало дурно. Смогла ли бы я его дождаться, или, как Лора, пыталась бы зажечь ночью свечи, только бы не сидеть в темноте?

В детстве я всегда боялась спать с выключенным светом. Родителям пришлось установить в моей комнате ночник, чтобы я могла уснуть. Потом я выросла и перестала его использовать. А может, просто получила во владение персональное солнце? Но оно же не может светить вечно. Когда-нибудь наступит ночь. И что тогда делать?

— Что мне делать? — всхлипывая, спросила Лора.

Я вздрогнула и оторвалась от своих мыслей. Будем надеяться, что мне никогда не придется расставаться с Крисом. Сейчас он рядом, и это главное.

— Если честно, я в такой ситуации никогда не была, — протянула я. — Если мне и начинал нравиться какой-то парень, то тогда, когда я была одна. Впрочем, честно сказать, у меня вообще парня никогда не было, — призналась я.

— Что? — удивилась Лора. — Серьезно? А как так получилось?

— Не знаю, — я немного стеснялась этого факта своей биографии, однако, раз уж затронула эту тему, пришлось сказать. — Не то что бы я никогда не любила… Просто тем, кто мне нравился, не нравилась я, и наоборот. А потом я познакомилась с Крисом, мы стали дружить, и больше мне уже никто интересен не был.

— Ты любишь Криса? — поинтересовалась девушка.

— Что? Вовсе нет, — покраснела я. — И вообще, причем тут я? Мы, кажется, о тебе говорили.

— Ну да, — Лора снова помрачнела.

— Знаешь, может, у меня и не было никогда отношений, но мне кажется, что быть надо с тем, кого любишь, — задумчиво произнесла я. — Кого ты любишь?

— Дэнни, — не задумываясь, сказала Лора.

— Ну, тогда скажи Ансону, что ты не можешь с ним быть. По-моему, следующая планета Кристаллис, так что скоро ты встретишься с Дэнни, и все будет нормально, — сказала я и снова откинулась на подушки. — А теперь давай спать. У меня завтра тяжелый день.

— А почему? — спросила Лора, расстегивая комбинезон.

— С парнями в кибернетрум собираемся, — уклончиво сказала я. — Нужна кое-какая информация. Тебе лучше с нами не идти. Локи, он… ему очень больно. Я тебя не обвиняю, но… вряд ли ему станет легче от твоего присутствия.

— Понятно, — переодевшись в топик и шорты, Лора легла в свою кровать. — Передай ему, что… что мне жаль.

— Хорошо, — пробормотала я и перевернулась на бок. Я постаралась прогнать из головы все мысли и начала мечтать о том, как Крис однажды признается мне в любви. Постепенно реальность уплыла от меня, и я погрузилась в сон.

Сама от себя не ожидала, что какие-то мультики так меня увлекут. Раньше я всегда относилась к подобным развлечениям скептически, считая, что это для малышни, но многие аниме по сюжету были ничуть не хуже фильмов. Теперь, если я не виделась с Крисом и не была в школе, то смотрела все новые и новые аниме, которых за три века создалось бесчисленное множество. Никакой жизни не хватит, чтобы все их посмотреть. Но я могла попытаться. С Крисом мы теперь говорили только об аниме. Гитару мы оба бросили, а я начала заниматься японским. Поначалу мама ворчала, что мое новое увлечение отнимает много времени, но на моей учебе это никак не отразилось, а когда я сообщила, что собираюсь стать переводчиком, она совсем обрадовалась.

Для меня это было в новинку — увлекаться вместе с любимым человеком чем-то. Обычно я просто любила кого-то, не пытаясь начать интересоваться тем, что было интересно ему. Однако оказалось, что Крис открыл мне целый мир, мы оба прониклись культурой Японии.

— Когда-нибудь я полечу туда, — заявил Крис, когда мы вместе сидели у него дома и смотрели фотографии японских пейзажей на палме.

— И я, — согласилась я, положив голову ему на плечо. Он не возражал.

Ярость, как ядовитый газ, быстро заполняла все ее тело изнутри. Перетекая из газообразного состояния в жидкое, она начинала переливаться за край. Всем, на кого попадет эта жидкость, очень даже не поздоровится. А в особенности не поздоровится одному человеку, перед которым Маривонн прямо сейчас стояла.

— Я у тебя еще раз спрашиваю: ГДЕ — ТЫ — БЫЛ? — вскричала она, глядя на Вина, который совершенно спокойно помешивал что-то в кастрюле.

— Я же тебе уже сказал: выполнял секретное задание от Евы. Секретное, — подчеркнул он и посмотрел ей в глаза. — Я не могу тебе объяснить, в чем оно состояло.

— Какое у повара может быть секретное задание? — недоумевала Маривонн. — Изобретал торт к Хэллоуину?

— Не могу сказать, — Вин подчерпнул ложкой свое варево и попробовал на вкус. — Соли маловато, — задумчиво сказал он.

— Да оставь ты уже свой суп и посмотри на меня! — Маривонн схватила его за руку и развернула к себе. — Когда я увидела тот скелет, я подумала, что это ты… я думала, что ты умер…, — неожиданно девушка заплакала.

Она так перепугалась, пережила такой стресс! Да как он только посмел в такое время исчезнуть и не дать ей знать о том, где находится! Вин посмотрел на рыдающую девушку, отошел от кастрюли и мягко обнял ее, шепча что-то утешительное. Вся ядовитая жидкость испарилась, так на него и не попав.

— Ну, все, тише, тише… я жив-здоров, со мной все хорошо. И ничего со мной не случится, — уверенно сказал он, и девушка отстранилась.

— Вин…, — она немного помялась. — Ева как-то связана с этими убийствами?

— С чего ты взяла? — равнодушно спросил парень, возвращаясь к плите, но Маривонн видела, что он напрягся.

Девушка почувствовала, как ее мир зашатался. Итак, ей все-таки не показалось. Вин казался ей каким-то не таким вовсе не потому, что он повзрослел за то время, что они не виделись. Он все-таки ввязался во что-то нехорошее. И дело касалось Евы. А значит, касалось и убийств.

— Так, догадки, — уклончиво сказала она. — Ева мне не нравится.

— Она никому не нравится, — усмехнулся Вин. — Кроме Вилсона. И что, теперь ее в убийцы записывать?

— Но, согласись, если кто-то из нас и способен на убийство, так это она, — Маривонн не знала, почему продолжает это говорить, в то время как ей хотелось убежать отсюда без оглядки, но просто не могла остановиться. Ее мозг отказывался принять простую правду: Вин связан с убийствами. Не исключено даже и то, что это именно он их всех убил. Но даже если не он, то все равно имеет к этому какое-то отношение.

— Я так не…

Вин осекся, когда дверь, ведущая на кухню, сдвинулась, и впустила новую порцию отвратительного аромата металла. Маривонн почувствовала, как к ее горлу подкатывает тошнота: о нет, неужели еще кто-то умер? Ей казалось, что еще немного, и она просто забудет о том, что она не маленькая девочка и начнет хныкать и умолять, чтобы ее забрали домой. В помещение вошла Габриэлла. Печальное выражение ее лица подсказало о том, что Маривонн не ошиблась в своих догадках.

— Кто? — сразу спросила она у старой женщины.

— Старик Джон, — выдохнула Габриэлла. — Я зашла сменить его, а там…, — на лице старой женщины стоял невыносимый ужас.

Маривонн почувствовала, что у нее закружилась голова. От бедного старика Джона остались только скелет и кровь. Конечно, все видели, что мужчина уже совсем сдает в последние дни. Ясно, как день, что долго ему прожить бы не удалось. Однако почему его убили? Разве Джон тоже что-то знал? И тут воспоминания закружились у нее в голове:

— А Миранда? Ее тоже…? — она не договорила, боясь услышать ответ.

— Что самое странное, нет, — сказала Габриэлла, кутаясь в свою неизменную шаль. — Скелет был только один. Миранда пропала.

— Как пропала? — вдруг встрепенулся Вин.

Маривонн подозрительно на него посмотрела. Повар был совершенно спокоен с той минуты, как к ним в кухню ворвалась Габриэлла со своими ужасными вестями, однако сообщение о пропаже ученого его встряхнуло. Он мгновенно стал холоден и сосредоточен, что напомнило Маривонн о всегда такой хладнокровной Еве. Нет, пожалуйста, этого не может быть…

— Не знаю, — тяжело вздохнула Габриэлла. — Но в комнате ее нет, и нигде во всей колонии нет.

— Странно, — задумалась Маривонн. — Наверно, пока убивали Джона, она успела спрятаться.

С трудом отогнав свои мысли от Вина, девушка постаралась сосредоточиться. Что бы ни происходило, она не может позволить обстоятельствам раздавить ее. Миранда присутствовала при том разговоре, значит, основной целью убийцы была все же она. Абстрагироваться от ситуации и просто не начать причитать, всхлипывая, было трудно, но Маривонн приказала себе сосредоточиться: она должна разобраться в этом деле. Она должна сделать Тимор безопасной и пригодной для новых жителей планетой. Иначе получится, что все они оставили свой старый мир зря. Итак, если цель — Миранда, то Джона устранили просто как препятствие на пути к ней. Надо полагать, справиться с и так умирающим стариком было не так уж сложно. Тошнота снова подступила к горлу: рассуждать, как убийца, для Маривонн было непросто. Бедный, бедный Джон… какая ужасная смерть…

— Нужно ее найти, — заявил Вин и снял кастрюлю с плиты. — Я этим займусь.

Маривонн просто окаменела, когда он начал снимать фартук и колпак. Ей казалось, что она находится в кошмарном сне и вот-вот проснется. Однако этого не происходила. Теперь девушка больше не сомневалась, что Вин причастен к этому. Он хочет найти Миранду, чтобы ее убить. Конечно, может, он не сделает этого сам, лишь отведет ее к Еве, которая позаботится об этом, но это ничуть не лучше. Она больше не знала этого мужчину, не знала, кто он. Но он точно не ее Вин, которого она любила всем сердцем. Ее Вин никогда бы не стал ни в чем таком участвовать. Сердце обожгло болью предательства.

— Не ходи, — сказала она дрожащим голосом.

Она должна была его остановить. Она должна была защитить бедную женщину-биолога. Однако что могла сделать хрупкая девушка против взрослого и сильного мужчины? В том-то и дело, что ничего. Особенно, если этим мужчиной был ее бойфренд.

— Я буду осторожен, — Вин поцеловал ее на прощание.

Разумеется, он подумал, что она беспокоится из-за него, из-за того, что он тоже натолкнется на убийцу. Но это было совсем не так. Однако она не собиралась дать ему понять, что раскусила его. Она должна делать вид, что по-прежнему доверяет ему. Она должна быть сильной, чтобы сделать то, что она собирается сделать.

Вместе с поваром она покинула кухню. Вин направился в одну сторону, она же пошла в другую. Внутри нее все кипело и бурлило, однако она изо всех сил старалась изобразить полнейшее спокойствие.

Но стоило ей завернуть за угол, как Маривонн бросилась бежать так, как будто за ней гналась целая армия обезумевших убийц. Она должна найти Миранду первой. Во что бы то ни стало.

Запах чего-то металлического противно защекотал ему нос, стремительно вырывая из и без того неглубокого сна. Сначала он махнул рукой, полагая, что кто-то поднес ему к лицу тряпку, облитую чем-то вонючим, но наткнулся лишь на пустоту. Тогда Крис непонимающе открыл глаза и поморщился:

— Фу, чем так воняет?

Комната была темна, единственное, что помогало ему разглядеть силуэты его друзей на их кроватях, это свечение светодиодов куртки, висящей на крючке. Их тусклый свет лишал вещи цвета, делая все призрачным, как будто они уже все умерли. От этого сравнения Крис передернулся. Реагируя на его слова, Стив и Локи задвигались на кроватях, тоже недовольно морща носы.

— Бе-е, ну и гадость, — проворчал Стив.

Однако Локи, едва проснувшись, сразу же узнал этот запах. Как будто услышав срочный призыв на войну, он резко сел на кровати и спустил ноги в домашние тапки. Стив недоуменно посмотрел на друга:

— Эй, что случилось?

— Убийство, — бледным голосом сказал он. — Такой запах появляется, когда кого-то убили.

— Что? — Крис и Стив вскочили с кровати.

Крис снова почувствовал ужас, как тогда в лесу. Вот только в лесу он отлично знал, кто его враг и какая именно опасность от него исходит. Здесь же он почувствовал себя слепым и беззащитным, как будто его атаковала армия призраков, которых он не мог видеть. И это напугало его гораздо сильнее вампира.

Но долго зацикливаться на одной мысли Крис, как всегда, не смог. Сам не успевая за потоком ветра, который увлекал его разум в неведомые дали, он поспешно начал одеваться, натягивая первое, что попадалось под руку.

— Ты куда? — спросил все еще сидевший на кровати Локи.

— Я должен это увидеть, — протараторил Крис. — Я должен знать, кого убили.

— Ты думаешь, это может быть Кендис? — со страхом спросил Стив.

Руки Криса, застегивающие молнию на комбинезоне, застыли. Об этом он совсем не подумал. Что если действительно жертвой неведомого убийцы стала Кендис? Его обдало ледяным холодом.

— Нет, этого не может быть…, — неуверенно протянул он.

— Пошли, — решительно сказал Стив и тоже начал одеваться.

Локи тоже поспешил подняться с кровати и натянуть оставленный с вечера на стуле комбинезон. Вскоре все трое были готовы, и вид у них был самый что ни на есть решительный, как у солдатов, идущих в битву.

Они поспешили выбежать в коридор. Металлический запах усилился и теперь буквально сводил с ума, перекрывая доступ кислорода в легкие. В этот раз коридоры были необычайно людны для такого позднего часа. Выкуренные вонью из своих спален, перепуганные люди сбивались в кучки и перешептывались, с подозрением глядя на остальных. Страх ядом распространялся по этажам, отравляя воздух отвратительным смрадом и желанием скрыться, убежать с этой проклятой планеты… но следующий космический корабль улетал только через три недели.

Крис, Стив и Локи не обращали внимания на то, как испуганно на них все таращились. Быстро и решительно они поднимались на верхние этажи, куда их вел усиливающийся металлический запах. Запах уводил их от комнаты девочек, но это не успокоило никого из них. Разумеется, Кендис могли убить и не в ее спальне.

Спустя некоторое время они добрались до такого столпотворения людей, что там буквально было негде протолкнуться. В этом коридоре свет не горел, так что все, кто рассчитывал что-то разглядеть, пользовались фонарями. Однако Крис на своей обычной скорости звука раньше других проскользнул между людьми и очутился перед комнатой, дверь которой была спрятана в стене, открывая взгляду ужасающий вид. Внутри свет тоже не горел, однако фонари набившихся внутрь людей освещали скелет, валяющийся в луже еще не успевшей засохнуть крови. И никакой плоти в округе. В комнате толпились криминалисты и полиция, президент с женой отчаянно пытались добиться от них ответа на вопросы, но те лишь растерянно разводили руками. И это вовсе не было кадром из фильма, это все было реально. Это были настоящие скелет и кровь человека, который только что был жив и тут — раз! — и его больше нет. Это настолько ошеломило Криса, что тот почувствовал, что теряет почву под ногами. Тяжело дыша, он прислонился к стене и сполз по ней на пол.

— Эй, с тобой все в порядке? — Стив обеспокоенно опустился рядом с другом.

Но Крис лишь помотал головой. Казалось, ему не хватает воздуха, он жадно ловил ртом кислород, но противный запах металла вызывал лишь тошноту.

Ужас того, что это все реально, наваливался на него, подобно рушащемуся зданию в землетрясение, и он знал, что не успеет убежать до того, как оно его раздавит. Теперь он осознал, насколько реальными были все опасности здесь, и каким он был дураком, когда думал, что сможет со всем этим справиться и даже что-то искать. На словах все это было совсем не то, что увидеть скелет когда-то живого человека собственными глазами. А вдруг это Кендис?

— Крис, — встряхнул его за плечи Стив. — Это не она.

Небольшому количеству кислорода все же удалось пробиться в его легкие. Сделав несколько вдохов и выдохов, он испуганно посмотрел на друга.

— Не она? — его голос был бледным и слабым.

— Это старик Джон, — успокаивающе говорил Стив. — Это не Кендис. С ней все в порядке.

Груз, навалившийся на него, стал чуть легче, но не сильно. Конечно, хорошо, что умерла не Кендис, без нее он бы здесь совсем сошел с ума, но все равно кто-то был убит. Это означало, что где-то среди жителей этой планеты прячется убийца. И следующей его жертвой может оказаться кто угодно. Даже он сам.

— Локи, по-моему, ему плохо, — голос Стива доносился откуда-то издалека.

Крис чувствовал, что падает на дно невероятно глубокой ямы. И ему никак оттуда не выбраться.

— Привет, больная! — Крис в белоснежной толстовке вошел в мою комнату.

— Привет, — прохрипела я.

Вот уже две недели я валялась дома с больным горлом. Врачи только прописывали разные таблетки и отмахивались. ОРВИ, говорят. Ага, а такой жуткий кашель и боль в груди у меня от ОРВИ? Очевидно же, что бронхит или даже воспаление легких. Но им лишь бы не работать.

— Ты не заразишься? — с беспокойством спросила я.

— Меня это не берет, — отмахнулся Крис и пошел по комнате, хватая каждый плохо лежащий предмет. Я вяло за ним наблюдала. Он нашел мой учебник японского, подкинул на руке и выдал:

— Ни хрена себе, им и убить можно! — воскликнул он и сделал вид, что пришибает им голову противника. — Хрясь! И все, нет человека, — он отложил книгу и оглянулся в поисках других развлечений.

— Крис, — снова прохрипела я.

— Да? — он повернулся ко мне.

— Спасибо, что пришел.

— Не за что, — сказал он и присел рядом. — Ты как?

— Уже лучше, — улыбнулась я.

Глава 11

Утром я проснулась одна в пустой спальне. Интересно, где пропадала Лора? После нашего с ней разговора моя неприязнь к ней прошла. Пожалуй, я даже могла бы ей посочувствовать. Я медленно потянулась, распрямляя спину, глубоко вздохнула и сморщила нос. Как только до меня дошло, что воздух опять заполнен запахом металла, я застыла. Нет, только не это опять… Снова убийство? И кто же на этот раз? Страх, подобно дикому зверю, впивался когтями и клыками в мое тело. А вдруг это Крис?

Дальше я обнаружила себя уже вскочившей с кровати и натягивающей первый попавшийся под руку комбинезон. Не давая себе времени на рассуждения, я понеслась со всех ног в комнату парней. Если дело касалось Криса, я всегда действовала без промедлений.

На мое счастье, Крис живой и здоровый обнаружился на своей кровати. Я тут же расслабилась и испустила вздох облегчения: это не он. Рядом с ним на стульях сидели обеспокоенные Стив и Локи. Встревожившись, я подошла ближе и заметила, что Крис весь дрожит, как будто в лихорадке.

— Что случилось? — спросила я, подходя и трогая его за лоб. Вроде не горячий.

— Мы ходили на труп смотреть, — пояснил Стив. — Зрелище, конечно, жуткое, но на него что-то сильное впечатление произвело. Теперь вот, — он показал рукой на все еще трясущегося Криса.

— Понятно, — я присела на край кровати и осторожно взяла парня за руку. — Все будет хорошо, — как можно мягче сказала я.

— Н-нет, м-мы в-все ум-мрем, — заикаясь, сказал Крис.

— Бедный, — протянула я. — Кого убили на этот раз? — спросила я, ожидая услышать, что какого-нибудь ученого.

— Старика Джона, — сокрушенно покачал головой Локи.

Хрясь! Меня словно стукнули по голове толстенным учебником японского, который у меня когда-то был. Голова зазвенела. Бедняга Джон… он не заслуживал такой смерти. Он был милым и добрым старичком. Он так сопереживал мне, когда я за чашкой чая поведала ему о своих сложных отношениях с Крисом… Он мне нравился, один из немногих людей на Тиморе, к кому я чувствовала искреннюю симпатию. А ведь со всеми последними событиями я так и не нашла времени навестить его…

— Кендис, что с тобой? — Стив, видимо, заметил, как я переменилась в лице.

Но в горле у меня стоял ком, и я не могла говорить. Бедный Джон… Он был таким слабым и трогательным, он так напоминал мне земных старичков… Я уже больше не могла сдерживать слезы, и они водопадом хлынули из моих глаз.

— Боже, у нее истерика! — воскликнул Стив и положил руку мне на плечо, но я лишь отмахнулась от него.

— Сволочи! — восклицала я. — Как я их ненавижу! Как можно было убить Джона? Он был таким хорошим, таким добрым… ну кому он мог навредить? — плача, я даже не заметила, что Крис очнулся и осторожно поглаживает меня по спине.

— Кендис, — тихо сказал он.

Услышав его бархатный голос, я повернулась и посмотрела на него сквозь слезы. Альфа Центавра, пробиваясь в окно, заставляла его волосы светиться, как на солнце.

— Солнце, — прошептала я и неожиданно для самой себя уткнулась ему в плечо.

Мое поведение немного ошарашило Криса — я редко нуждалась в утешениях, однако убегать от меня он не стал. Он осторожно обнял меня, и я сидела так, пока слезы окончательно не высохли у меня на глазах.

— Так, понятно… но зачем кому-то понадобилось убивать Джона? — спросила я, осторожно отстраняясь от Криса и стараясь не смотреть ему в глаза. — Он самый безобидный человек из всех, кого я знаю.

— Видишь ли, — осторожно начал Локи, как-то странно глядя на меня. — Скорее всего, главной целью убийцы был не Джон. Джон сидел вместе с Мирандой, она биолог и подруга Деклана, первого убитого. После его смерти она впала в депрессию и отказывалась вставать с кровати. С ней поочередно сидели Габриэлла и Джон. Скорее всего, убить хотели ее, а Джон просто попал под горячую руку. Но, видимо, пока убийца занимался Джоном, Миранде удалось скрыться. Скелет только один. Женщина пропала. Ее ищут по всему зданию, но не могут найти.

— Что? — удивилась я. — Кто-то выжил? Несомненно, она знает убийцу! Потому и прячется!

Неожиданно я поняла, что убийство Джона не просто расстроило меня. Оно меня разозлило. Я никогда не любила, когда-то кто-то посягал на мое, будь это любимый или просто друг. Теперь я обязана была отомстить за смерть моего чуть ли не единственного друга здесь. И я не собиралась больше сидеть, сложа руки и ждать, пока убьют кого-то еще. Я решительно встала.

— Так, планы меняются, — мой голос стал серьезным. — Нужно найти эту Миранду и расспросить ее обо всем. Но сначала поговорить с Вином. Он тут первый кандидат в убийцы, и необходимо понять, что он знает.

— Кендис, ты что, серьезно? — недоверчиво протянул Стив. — Ты предлагаешь пойти в самые лапы к человеку, который, возможно, стоит за всеми этими преступлениями? Тебе тоже жить надоело?

Я на секунду задумалась, но мысль, что я буду сидеть и ничего не делать, пока на планете происходит что-то страшное, что может коснуться меня и Криса, слишком меня тревожила, чтобы пустить это все на самотек.

— Стив, — осторожно сказала я. — Вас я ни в коем случае не заставляю тоже этим заниматься. Я пойму, если вы сочтете это слишком большим риском для себя. Но я должна во всем разобраться. Я просто не смогу спокойно спать, зная, что убийца разгуливает на свободе.

— Я с тобой, Кендис, — решительно заявил Крис.

Стив с Локи переглянулись, а потом первый махнул рукой:

— Ладно, не можем же мы вас двоих бросить… Мы вам поможем.

Я облегченно вздохнула, поняв, что мне не придется разгребать все это одной. Все-таки расследовать убийство в компании трех парней, пусть даже двое из них не самого мощного телосложения, надежнее, чем лезть в это дело одной или даже вдвоем с Крисом, который известен своим «бесстрашием».

Дав пять минут на сборы, я повела их на кухню, как солдат на поле боя. Люди в коридорах напоминали испуганных сусликов. Они сбивались в кучки и с подозрением смотрели на всех проходящих мимо, как будто по коридорам ходила стая львов или тигров. Хотелось бы мне присоединиться к ним, но я не могла этого сделать, пока убийца оставался на свободе. Я должна защитить Криса и отомстить за Джона.

Мы уже приближались к кухне, как вдруг меня кто-то окликнул:

— Кендис!

Я непонимающе оглянулась: что-то я не могла припомнить, чтобы я с кем-то завела знакомство, кроме уже мертвого старика Джона. И тут с раздражением увидела девушку с золотистыми волосами и шоколадным загаром. Пока Трейси к нам подходила, я беззвучно стонала: вот только ее мне сейчас и не хватало! Я уже успела забыть про нее, но девушка, похоже, решила, что мы теперь подруги.

Она кокетливо улыбнулась:

— Не представишь друзьям?

Я тяжело вздохнула и сказала:

— Трейси, это Крис, Стив и Локи, — представила парней я. — Ребята, это Трейси, она дизайнер одежды.

— Очень приятно, — улыбнулась Трейси.

Крис и Стив лишь сухо кивнули, отчего я вздохнула с облегчением. Слава Богу, что Крис ей не заинтересовался, потому что времени на ревность у меня сейчас не было. Однако серые глаза Локи блеснули. Хм…

— Куда ты так быстро исчезла в тот раз? — Трейси сияла, как ребенок в рождественское утро. — Почему в мастерскую не ходишь?

— Трейси, мне сейчас вот вообще не до дизайна, — вздохнула я. — И мы с парнями немного торопимся…

— Понятно, — погрустнела девушка. — Ну, ты заходи, если что. Эскиз нарисуешь. Или просто поболтать заходи.

— Обязательно. Пока! — махнула я ей рукой на прощание.

Я со своей армией пошла дальше, испытывая легкую досаду оттого, что Трейси влезает в мою жизнь самым наглым образом. Похоже, у девушки было совсем мало друзей, раз она решила записать меня в свои подруги. Меня это несколько удивляло, ведь мало кто в моей жизни хотел со мной общаться. На самом деле я, наверное, отшила ее слишком резко. Мне бы на ее месте было неприятно. Возможно, когда все это закончится, мне стоит дать ей еще один шанс, но сейчас важнее было разобраться с убийствами. Потому что если мы умрем, то уже никому ни с кем не придется дружить.

Я погрузилась в мысли о том, что мне стоит выяснить у Вина, как вдруг Локи спросил:

— А у Трейси парень есть?

Я немного удивилась, но ответила:

— Нет.

А как же Лора? Они всего пару дней, как разбежались. Неужели его так называемая «любовь» прошла? Ну вот, еще один бабник на мою голову. Он что, перенял эстафету у Криса? Хотя даже Крис так быстро никогда девушек не менял. Расставался он с ними довольно через маленький срок, это да, но перерывы между новыми отношениями, как правило, были приличными.

Пока я проговаривала все это у себя в голове, Локи остановился.

— Тогда извините, ребят, но дальше вы без меня, — он обращался к нам, но по взгляду его было ясно, что мысли его уже далеко. — Мы все в любой момент можем умереть, и я не хочу тратить свое время зря.

То есть для него спасать мир — тратить время зря? Ну-ну…

— Эх, все с тобой понятно, — вздохнул Стив. — Ладно, иди уж. Она и вправду ничего.

— Удачи вам! — Локи махнул рукой.

— И тебе, — сказала я. Ну вот, в моей армии теперь на одного человека меньше. Может, Лору позвать? Ах, точно, кстати. — Локи, — позвала я, когда парень пошел за Трейси и успел отойти на приличное от меня расстояние.

— Да? — он обернулся.

— Лора просила передать, что ей очень жаль, — я постаралась и сама сказать это с сожалением. Вообще-то они были бы красивой парой. Если бы не Дэнни.

Лицо Локи тут же исказила боль. На мгновение маска ловеласа слетела с него, и я увидела хрупкого и ранимого парня. Похоже, что эта история подкосила его не меньше, чем Лору. Скорее всего, за Трейси он помчался в надежде все забыть, убежать от этой боли… Но неожиданно мне показалось, что дело не только в этом. Что-то уже произошло в его прошлом, что глубоко ранило его и так и не прошло до конца. Что это было? Я не знала, но видела, что парню отчаянно хотелось любви в своей жизни, и каждая неудача только подрывала его веру в то, что все будет хорошо. Я видела глубокое страдание на его лице, и мне его стало очень жалко. Справившись со своими эмоциями, Локи кивнул.

— Передай ей, что мне тоже, — он снова отвернулся, закрыл на замок ту историю, которая произошла у него с миниатюрной блондинкой, и пошел дальше. Найдет ли он с Трейси то, что ищет? Я очень надеялась, что да.

— Трейси, подожди! — раздался голос какого-то парня, зовущий ее из-за спины.

Девушка обернулась и увидела парня среднего роста, с русыми волосами и серыми глазами. Он был с Кендис, когда она пыталась с ней поговорить. Кажется, его представили, как Локи.

Пока парень ее догонял, она со вздохом подумала, что встреча с Кендис прошла не так гладко, как ей хотелось бы. Почему-то высокая брюнетка не желала с ней общаться, это было ясно, как день. Правда, поначалу Трейси подумала, что причина в ее скромности: в обществе людей Кендис казалась перепуганным оленем, готовым в любой момент умчаться прочь. Хотя вот именно сегодня у нее был вид самый что ни на есть решительный. Интересно, какие такие у них дела?..

— Привет. Куда идешь? — едва подойдя, спросил Локи.

— В мастерскую. А вы разве не торопились куда-то? — подняла она брови.

— Я — если только за тобой, — улыбнулся парень, и Трейси не смогла сдержать ответной улыбки.

— Ну-у, тогда можешь проводить меня, если хочешь, — сказала она, а сама подумала, что было бы неплохо, если бы Ирвинг увидел ее с этим парнем. Почему неплохо, она не знала. Просто неплохо.

Локи обрадовался так, как будто она была его любимой актрисой или певицей и только что выдала ему автограф. Настроение девушки поползло вверх. Приятно, когда кто-то обращает на тебя внимание и сам хочет с тобой общаться. А то в последнее время, стоило ей проявить к кому-то внимание, как все тут же куда-то убегали. Как та же Кендис, к примеру. Интересно, почему?

— Давно живешь на Тиморе? — спросил Локи, когда они пошли дальше вдвоем.

— Год уже. А ты новенький, да? — она кокетливо состроила глазки.

— Да, вот только прилетел, — с готовностью ответил Локи.

— Уже решил, чем будешь здесь заниматься? — продолжала задавать стандартные вопросы Трейси.

— Похоже, планета сама за меня решила, — пробурчал себе под нос Локи, но потом сказал уже громче. — Ну, сначала мы с одной девушкой пытались музыкой заняться, я играл на гитаре, а она пела, но потом так получилось, что мы перестали, — немного помрачнел парень.

— О, так ты музыкант? Как интересно! — неожиданно Трейси остановилась. — Зайдешь? — спросила она, кивнув на дверь.

Локи растерялся:

— Вообще-то я ничего не смыслю в дизайне…

— А и не нужно. Просто посмотришь. Здесь все могут ходить, где хотят, — уверенно заявила Трейси.

— Ну, давай тогда, — решился парень.

Трейси прислонила ладонь, и карониевая дверь отъехала в сторону. В мастерской, как всегда, стоял галдеж. Дизайнеры сидели за столами из самых разнообразных материалов, зачастую забрызганных красками, и делали эскизы карандашами на бумаге или в специальных программах на мониторах — кому как больше нравилось. Специалисты по материалам, вроде Ирвинга, просматривали уже готовые эскизы и модели и подбирали необходимые ткани, продумывали практичную часть работы. После чего компьютерный файл вместе со всеми указаниями и эскизами передавался в соседнюю комнату, где специально обученные люди следили за тем, чтобы высококлассные машины сделали костюмы правильно, качественно и быстро. Готовые наряды, как правило, лежали в отдельном кабинете Анатоля и его жены. Если кому-то нужен был дополнительный наряд сверх того, что уже находилось в шкафах в каждой комнате, то эти люди приходили в мастерскую и спрашивали у него. Вдохнув воздух, пропахший красками (были в 22 веке оригиналы, которые хотели работать ими), девушка почувствовала, что расслабляется. Наконец-то пришло время творчества!

Она прошла небольшую прихожую и, сопровождаемая Локи, вошла собственно в то помещение, где и происходила основная работа. Анатоль тут же вопросительно поднял брови, и Трейси объяснила:

— Это Локи. Друг Кендис. Он просто посмотреть, — и направилась к своему рабочему месту.

Локи выглядел донельзя растерянным. Дизайнеры выглядели разнообразно: у кого-то волосы были выкрашены в яркие цвета, кто-то был весь покрыт пирсингами и татуировками, у кого-то глаза сверкали, подобно драгоценным камням, у кого-то электрические часы были вшиты прямо в кожу… Среди такого разнообразия он немного струхнул. Трейси, ухмыляясь, провожала его насмешливым взглядом. К внешнему виду большинства дизайнеров еще нужно привыкнуть.

Едва Трейси села за свой стол и притянула ближе палм, к ней тут же подскочил Ирвинг и спросил:

— Ты виделась с Кендис? Как она? Она не собирается в мастерскую заглянуть?

— У Кендис и ее парня какие-то дела, — подчеркнуто холодно сказала Трейси, но Локи ее перебил:

— Кхм, у Кендис нет парня. Стив и Крис — просто ее друзья.

— Правда? — обрадовался Ирвинг.

— Серьезно? — Трейси осеклась, посмотрев на Ирвинга. — А мне показалось, что она что-то говорила о парне, — выкрутилась она.

— Возможно, она упоминала Криса, но он не ее парень, это точно, — сказал Локи.

— Понятно, — процедила Трейси, а Ирвинг незаметно выскользнул за дверь.

Почему-то этот факт ее немного расстроил. Заводить дружбу с Кендис ей окончательно расхотелось. Что она, насильно ее заставлять, что ли, будет? Пока загружался ее компьютер с заставкой в виде системы Альфы Центавра с вращающимися планетами, а Локи что-то рассказывал ей о своих друзьях, она размышляла о том, почему же ей вдруг стало так грустно.

Нелли сидела на полу и, хмуря брови, сосредоточенно разглядывала скелет. Рядом с ней растеклась лужа засохшей крови, отчего девушке было жутко. Она сама не понимала, что рассчитывала здесь найти. Она только знала, что не может больше жить в лагере, в котором происходят такие жуткие вещи, разбираться в медицине и оставаться в стороне. Но вот она сидела здесь уже час и разглядывала кости бедного старика Джона, но ничего не могла понять. Каким образом всю плоть отделили от него? И почему оставили только кровь и кости?

— Ну что, Нелли, нашла что-нибудь? — спросила Кларисса, главный врач их колонии.

— Нет, ничего, — покачала головой девушка и поднялась с пола. — Простите.

— Ну что ты, — сочувственно сказала Кларисса, высокая женщина сорока лет с каштановыми кудрями. — Мы все в недоумении, как такое могло произойти. Похоже, что мы имеем дело с неизвестной инопланетной технологией.

— Похоже, — согласилась Нелли. — Миранду не нашли?

— Нет, — выдохнула Кларисса. — Интересно, куда она могла запропаститься? Мы уже весь периметр обыскали.

— Понятно, — Нелли еще раз осмотрела комнату, положила руки в карманы халата и спросила. — Я могу идти?

— Да, конечно, — согласилась Кларисса. — Если вдруг узнаешь что-нибудь, сразу сообщи.

— Обязательно, — Нелли поправила халат и пошла к себе.

По дороге она, как и все, подозрительно смотрела на каждого проходившего мимо человека. Не стоит ли сейчас убийца прямо перед ней? От последних событий у нее просто голова кругом идет. А еще Лора таки бросила ее бедного брата…

Нелли зашла в свою индивидуальную комнату, рассчитанную на одного, швырнула халат на кровать и подумала, что неплохо было бы принять ванну. Ее спокойный, уравновешенный мир зашатался, и ей требовалось что-то привычное, чтобы вернуться в колею. Она сдвинула дверь ванной комнаты и изумленно подняла брови. В белоснежной ванной сидела женщина со спутанными волосами и посиневшей кожей, которая испуганно тряслась.

— Не выдавай меня, прошу! — умоляюще сказала она.

Нелли ошеломленно молчала. О да, она прекрасно знала, кто это, но меньше всего она ожидала увидеть ее у себя, да еще и в таком виде. Похоже, ванны не будет.

— Миранда, — наконец выдохнула она.

Мир вокруг Маривонн рушился, но она отчаянно пыталась не запаниковать. Реальность такова, что Вин заодно с теми, кто проворачивает эти ужасающие убийства, и она должна принять это с как можно большим хладнокровием. Конечно, все это оказалось для нее большой неожиданностью, как будто на голову вдруг вылили ушат холодной воды, но ради всех жителей Тимора она должна собраться. Однако сердце все же разрывалось от боли, ведь ее Вин оказался совсем не тем человеком, которого она знала. Такое чувство, что она пригрела змею. Похоже, что наступил конец света. Смогут ли они все спастись?

Девушка устала бежать, поэтому теперь просто шла, заглядывая в каждый закуток большого здания. Миранда пропала, и никто так ее и не нашел, как будто она села на космический корабль и улетела, оставив их тут самих разбираться с этими скелетами и прочим. Однако Маривонн знала, что это не так. Тогда почему ее не могли отыскать? Вдруг Вин уже нашел ее и убил? Очень не хотелось об этом думать, но девушка больше не верила в то, что ее парень не связан с этим. Она чувствовала, что начинает падать в ту самую бездну, что висела над планетой.

После почти целого дня поисков пропавшей женщины она чувствовала себя измотанной, как после месяца пилотирования на скорости света. Но она упорно продолжала идти и искать дальше, потому что она должна. Так, соберись, Маривонн, где ты еще не смотрела?

Задумавшись, она остановилась и прижалась к стене, чтобы отдышаться. И вдруг обнаружила, что стоит перед лестницей, ведущей в подвальные помещения. Давным-давно, когда первооткрыватели впервые высадились на этой планете, они построили здание гораздо меньше, чем сейчас. И внизу — то, что от него осталось. Свет туда больше не проводили, так что внизу было устрашающе темно. И туда никто не ходил, так что это было идеальное место, чтобы спрятаться. Возможно, Миранда, зная об этом, схоронилась там?

Около одной из стен валялся старый электрический фонарь, который, к удивлению Маривонн, оказался вполне рабочим. Странно, в подвале уже несколько десятков лет никого не было. Хотя откуда ей знать наверняка? Маривонн настороженно вглядывалась в темноту, как вдруг по ее спине пробежал холодок. Она ничего не видела и ничего не слышала, но ей почему-то показалось, что внизу кто-то есть. И, возможно, не один. Она почти чувствовала на себе взгляд чего-то неведомого. Неожиданно она вдруг почувствовала такой ужас, что чуть было не бросилась отсюда бежать со всех ног.

— Маривонн? — прозвучавший в гробовой тишине голос так напугал ее, что она подпрыгнула и вскрикнула.

Однако, обернувшись, она обнаружила всего лишь президента Вилсона в сопровождении неизменного охранника. Оба выглядели настороженными и испуганными не меньше самой девушки, так что она облегченно вздохнула и откинула со лба прядь прилипших к потной коже волос.

— Вилсон! — улыбнулась она мужчине. — Как я рада, что это всего лишь вы!

— Что ты здесь делаешь? — президент Тимора нахмурился.

— Тсс, — шикнула она. — Никому не говорите, но я ищу Миранду.

— Полиция ее тоже ищет, — тяжело вздохнул Вилсон.

— Ой, а то вы не знаете тиморскую полицию, — отмахнулась Маривонн. — Здесь в полицейские идут только те, кто не хочет ничего делать — преступность-то у нас невысокая.

— Вынужден признать, что ты права. Остается только надеяться, что она жива. Ты думаешь, что она могла спрятаться здесь? — он настороженно вгляделся в мрак.

— Ну, согласитесь, такое вполне возможно, — пробормотала Маривонн. — Вот только тут как-то жутковато.

— Мы можем сопроводить тебя. Тревис может прикрыть спину нам обоим, — президент посмотрел на скучающего мужчину, и он кивнул.

— Мне это совсем не трудно, мисс, — сказал он.

На самом деле, после бесчисленных миль пустого космического пространства, когда на весь корабль из живых только она и еще пара пилотов, да еще и на скорости света, когда тебя без конца плющит, даже при наличии амортизаторов, этот подвал не казался ей таким уж страшным. Разве темнота может напугать космического пилота? Да и живых людей вокруг нее было пара тысяч. Что тут может произойти такого страшного? Вот чего ей совсем не хотелось, это чтобы вдруг в неожиданный момент выяснилось, что Вилсон тоже заодно с убийцей — а что, такое вполне могло быть!

— Вообще-то я и сама могу справиться, — девушка старалась держаться как можно более спокойно. — По-моему, тут уже лет пятьдесят никого не было, вряд ли мне что-то угрожает.

— И все-таки, учитывая сложившуюся на планете ситуацию, я считаю неразумным молодой девушке исследовать заброшенный подвал в одиночестве, — заметил Вилсон.

— Вы так думаете? — Маривонн закусила губу, прикидывая, какова вероятность того, что президент вместе со своей женой стоит за этими убийствами. — Кстати, как продвигается расследование?

— Ну, вы же сами все знаете о наших полицейских, — Вилсон развел руками.

— Ну да, — Маривонн тянула время, прикидывая: довериться ему или нет? — А как ваша жена? Не замечали за ней больше ничего странного?

— Вынужден признать, что Ева всегда была довольно странной, — вздохнул Вилсон. — Однако, если кто-то и способен на убийство на этой планете, так это она, это я вам как ее муж говорю.

— А Вин? — вдруг спросила Маривонн. — Как вы считаете, Вин способен на убийство?

— Повар? Нет, конечно, нет, — Вилсон покачал головой. — Знаешь, если ты намерена пойти в этот подвал, то мы определенно тоже спустимся.

— Тут совсем нет ничего опасного, — Маривонн не понравилось, как резко сменил тему разговора президент. — Я вполне могу справиться сама.

— Это не обсуждается, — твердым голосом сказал президент, и девушка осеклась.

Да какого черта, так с ума можно сойти, если совсем никому не доверять! Вилсон не Вин, вряд ли он окажется тем человеком, кто стоит за убийствами. В пользу президента говорило то, что он всегда ко всем жителям относился с теплотой. А идти одной в заброшенный подвал и в самом деле было неразумно.

Тревис забрал фонарь у Маривонн и первый начал спускаться по лестнице, освещая путь вниз. За ним пошел президент, а следом и сама девушка. Лестница оказалась на удивление длинной. Похоже, что они уходили под землю. Пейзаж был однообразный: голые карониевые стены без каких-либо украшений. Маривонн начинала нервничать все больше: а вдруг внизу их на самом деле кто-то поджидает? Да ну, глупости, никого тут нет. Она собрала всю волю в кулак: она должна найти Миранду. Никакой убийца внизу не прячется. Она пилот, а не какая-то там изнеженная девица.

Вскоре они спустились вниз. Вершину лестницы не было видно даже с фонарем. Они оказались в пустом помещении с привычными карониевыми стенами. Вот только они не были тщательно отполированы, и их покрывала ржавчина. У противоположной от лестницы стены была дверь со странной изогнутой карониевой палкой, торчащей из нее. Собрав волю в кулак, Маривонн решительно подошла и коснулась ее. Но она не открылась.

— Странно, — пробормотала девушка. — Наверно, вышла из строя за столько лет.

Вилсон и Тревис переглянулись и тяжело вздохнули. В их глазах сквозила вялая насмешка.

— Маривонн, это дверь 21 века, — мягко пояснил президент. — Ими пользовались не так.

Он кивнул Тревису, и тот подошел к двери, положил ладонь на палку и осторожно повернул ее, отчего раздался жутковатый скрип. Маривонн ожидала, что дверь тут же отъедет в стену, как и положено всем нормальным дверям, но вместо этого она подалась вперед. Девушка изумленно раскрыла рот. Однако она сюда пришла не для того, чтобы поражаться дверям из прошлого века. Тревис направил свет фонаря в открывшееся пространство, но, кроме привычного карониевого пола, ничего не обнаружил.

Тогда мужчина первым зашел в открывшуюся комнату. А Вилсон и Маривонн медленно за ним последовали. Сердце Маривонн гулко стучало у нее в груди. Сделав глубокий вдох, она неожиданно поморщилась: в помещении стоял такой же запах металла, который окутывал здание во время очередной смерти. О нет, неужели Миранду все же убили, а скелет спрятали здесь, чтобы ее не нашли? Маривонн пришлось приложить огромное усилие, чтобы не броситься тут же бежать.

Вилсон крепко сжал ее ладонь и сказал:

— Если вдруг со мной что-нибудь случится — беги.

Маривонн лишь отмахнулась: она не какая-то изнеженная девушка. Она в состоянии справиться со всем, что приготовила ей судьба, даже со встречей с убийцей.

Тревис продолжил освещать фонарем открывшееся им помещение. Подняв взгляд, Маривонн окаменела: почти вся комната была заставлена металлическими каркасами человеческих скелетов. Скелеты зловеще поблескивали в свете фонаря, вызывая желание броситься прочь.

— Ничего себе, — выдохнула Маривонн. — Интересно, сколько их здесь?

Тревис направлял луч света все дальше и дальше, но, похоже, скелетам не было конца. Приглядевшись внимательнее, Маривонн смогла увидеть некоторые различия в строении и размерах: скелеты явно предназначались для разных людей. Какие-то были выше, какие-то ниже, какие-то шире, какие-то уже, некоторые мужские, некоторые женские… Фонарь перебегал с одного на другой, отчего создавалось впечатление, что они дышат.

— Боже, Вилсон, — еле выдавила из себя Маривонн. — Вы думаете, это связано с убийствами?

— Точно не знаю, но запах говорит сам за себя, — настороженно оглядывался Вилсон. — Точно такой же запах оставался после каждой смерти.

— И на месте убийства оставались только кости и кровь, — добавила Маривонн. — Ой, неужели…

— Тихо, — вдруг шикнул на нее Вилсон. — Кто-то идет.

Они замерли на месте, прислушиваясь. Среди мертвой тишины раздавались тяжелые, грузные шаги, отчего карониевый пол звенел. В окружении тысяч скелетов это было особенно жутко. Маривонн хотелось бежать отсюда, она не желала видеть, что за страшное нечто идет к ним с дальнего конца, но она словно приросла к полу. Вилсон и Тревис тоже стояли, всматриваясь вдаль.

Долгое время они слышали только шаги, но потом вдалеке появились три силуэта людей. Сначала Маривонн видела только смутные очертания, но вскоре их можно было разглядеть. Маривонн почувствовала, что пол уходит у нее из-под ног. Приближающимися к ним людьми оказались Кельвин, Деклан и Джон.

— Невозможно, — пробормотал Вилсон. — Они же мертвы…

— Это не они, — вдруг решительно сказала Маривонн. — Господи, Вилсон, вот зачем им понадобились тела… это больше не Деклан, Кельвин и Джон… это кто-то другой в них!

И на самом деле, эти новые Деклан, Кельвин и Джон отличались от себя старых, как звездный свет от света луны. Их кожа была невероятно бледна даже для жителей Тимора, выражение лиц стало равнодушным, а глаза… стали необычайно холодными. В них больше не было ни капли жизни, теперь они были безразличны к происходящему, как и все мертвецы.

Выражение этих лиц показалось настолько знакомым Маривонн, что она почувствовала, как вот-вот потеряет самообладание. И вдруг ее взгляд уперся в Тревиса. Его лицо было таким же равнодушным, как и у шагающих к ним мертвецов. И он ни капельки не испугался их появления, в отличие от Вилсона, в чьей невиновности Маривонн теперь не сомневалась. Ужас, подобно дикому зверю, выпрыгнул из кустов и набросился на нее. И тут от одного из ближайших к ним скелетов начало раздаваться гудение, похожее на осиное.

— Вилсон, скорее уходим! — Маривонн хотела броситься бежать, но тут Тревис перегородил ей дорогу.

— Никуда вы не пойдете, — равнодушие в его глазах было почти жестоким.

— В смысле? Что происходит, Тревис? — растерялся Вилсон.

— Еще как пойдем, и ты нас не остановишь, — вид у Маривонн был решительный.

Она замахнулась и врезала ногой Тревису прямо в промежность. Мертвый он там или не мертвый, однако боль чувствовал, поэтому тут же согнулся в три погибели. Тогда девушка схватила совсем переставшего понимать, что происходит, Вилсона за руку и бросилась бежать со всех ног из подвала. Ошеломленный президент позволил себя увести.

Несмотря на мой решительный настрой, отыскать повара нам так и не удалось. На кухне сообщили, что Вин отправился на поиски Миранды, что, если вы спросите меня, было довольно странно — что, разве у них полиции нет для этого дела? Как бы то ни было, уйдя еще прошлой ночью, он так и не вернулся.

В моих глазах это сделало его еще больше подозрительным. Крис и Стив со мной согласились. Так что мы тоже присоединились к поискам Миранды, полагая, что хоть кого-то из них мы найдем, и уж тогда-то они объяснят нам, что происходит. Чем мы и занимались потом целый день. Вот ведь важная персона эта Миранда. Вся колония искала ее так, как будто она была пропавшей особой королевской крови, а вовсе не всего лишь каким-то биологом, изучавшим непонятно что на краю Галактики. Вот только найти ее никому не удавалось.

Мы обшарили каждый угол гигантского здания. Обе Альфы Центавры давно уже закатились за горизонт, на небе появилась жуткая черная сфера. Мы со Стивом валились с ног, Крис, как обычно, демонстрировал чудеса бодрости и начал забегать вперед. Однако поиски были безуспешны: все равно, что искать иголку в стоге сена. У полиции, как мы слышали, результаты были не лучше.

Когда подошло время ужина, Стив начал возмущался:

— У меня за весь день ни крошки во рту не было! Очевидно же, что мы так можем вечно бродить. Давайте уже закончим на сегодня и пойдем, поедим.

Как бы мне ни хотелось продолжить наши поиски, я уже тоже была на последнем издыхании. В боку кололо, ноги болели, сердце отстукивало чуть ли не сто ударов в минуту, руки уже тряслись. Я была вся потная и взлохмаченная. Стив выглядел не лучше. Только Крис был бодр, хотя некоторая доля усталости отразилась и на его лице. Пора было делать перерыв. Вряд ли мы сделаем кому-то лучше, если доведем себя до изнеможения и облегчим убийце работу. К тому же мы привлекали внимание: я уже наткнулась на несколько подозрительных взглядов от жителей. Хотя какое им дело, даже если мы и носимся по коридорам, как подорванные? У нас полная свобода действий. Может, мы пробежку устраиваем?

Услышав слова Стива, я устало прислонилась к стене и попробовала отдышаться. Было такое ощущение, что еще немного, и я свалюсь с ног. Нет, точно, пора сворачиваться. Где бы ни были Вин и Миранда, они хорошо спрятались. Возможно, завтра кто-то из них объявится.

— Пожалуй, на сегодня хватит, — согласилась я. — Идемте в столовку.

Даже Крис вздохнул с облегчением, услышав мои слова. Потратив еще минут десять на то, чтобы прийти в себя после забега, мы направились к лифту.

В столовой мы набросились на еду, как стая голодных волков. По тиморским часам стояла уже глубокая ночь, так что столовая была почти пустынна, и мы избежали очередных косых взглядов. Я с огромным наслаждением набила рот какой-то пародией на рыбу с чипсами. Пародией потому, что у них тут не было рыбы. Так что, скорее, это было какое-то мясо с чипсами. С голодухи мне все казалось вкусным, так что оценить как следует это блюдо я не смогла.

Пока я ела, мне вдруг вспомнилось, что я не была на Земле уже семь лет. Конечно, по ощущениям было меньше, ведь эти семь лет я проспала, однако стоило только об этом подумать, как становилось жутковато. Семь лет я не видела своих родителей… Интересно, как они там? И что вообще сейчас на Земле происходит? Почему-то мои воспоминания о Земле казались смутными, как будто подернутыми туманом. Единственное, что я помнила до мельчайших деталей — это свои мгновения с Крисом. Они оставались такими же яркими, как и семь лет назад.

Я смотрела в его голубые глаза и понимала, что рада, что полетела с ним, хоть тут и творились страшные вещи. Каждый день на меня сваливались все новые и новые ужасы, но мне это почему-то даже нравилось. Наконец-то я не просто проводила дни, убивая свое время от встречи до встречи с Крисом, а была занята чем-то важным. И Крис был рядом, хоть его чувства ко мне не изменились. Нет, я не считала себя какой-то супергероиней, способной спасти мир. Но мне нравилось не только читать или смотреть фильмы о других мирах, но и самой стать частью этого. И я была благодарна Крису за то, что он привел меня сюда.

Я была погружена в размышления и ела медленно. За это время Крис успел прикончить всю еду, и теперь скучающе глазел по сторонам. Тоскливо посмотрев на нас со Стивом, который, как и я, успел съесть едва ли половину порции, он сказал:

— Ну и что мы будем делать дальше?

— Я смотрю, ты окончательно отошел от шока, — проворчал Стив с набитым ртом. — А я-то уж было обрадовался, что у тебя наконец-то появился инстинкт самосохранения…

— Нет у меня никакого инстинкта, — отмахнулся Крис.

Скорее всего, инстинкта у него и вправду не было, или был, но он к нему не прислушивался, вот только Стив ошибся в своих суждениях, что Крис перестал бояться. Я знала парня уже сто лет, и прекрасно видела тень страха за маской его обычной жизнерадостности. Впрочем, проливать на это свет я не стала: ну хочется ему попонтоваться, кто я такая, чтобы мешать?..

— И ничему его жизнь не учит, — тяжело вздохнул Стив. — Кендис, я ума не приложу, как ты с ним уже три года общаешься! Он мне за несколько дней уже весь мозг вынес.

— Да, я такой, — довольно улыбнулся Крис, а я пожала плечами:

— Привыкла уже, — проглотив кусок мяса, я сказала: — Так, давайте подытожим все, что нам известно. В небе висит гигантская сфера неизвестного происхождения. Она газовая и черная, гораздо более черная, чем все остальное в этом мире. Плюс у нас есть подозрительный повар. Вы с Крисом видели, как он выходил за периметр с какой-то большой сумкой. У него есть прибор, отгоняющий собак, но не похоже, чтобы хоть кто-то еще из лагеря имел такой же и вообще знал о его существовании. Судя по следам обморожений на его лице, он не первый раз уже уходит в лес, к тому же он там неплохо ориентируется. Что именно он делает — неизвестно, но то, что он все это явно скрывает, не предвещает ничего хорошего. А в лесу…, — я осеклась, посмотрев на Стива.

— В лесу? — переспросил он.

Но я молчала, осознав: он не должен знать того, чего не знает. Ни к чему это. Однако, вспомнив бессловесный рассказ того странного существа, я поняла, что Крис тоже много чего видел в лесу. Возможно, мне стоит обсудить с ним все это наедине?

— Неважно, — пробормотала я и отложила тарелку. — Что-то я устала. Пойду-ка я спать, — и я встала из-за стола.

— А как же подведение итогов? — недовольно спросил Стив.

— Завтра, — сказала я, покосившись на Криса. Тот поспешно вскочил:

— Я тебя провожу.

— Черт, а я еще не доел, — Стив с сожалением уставился на недоеденное мясо и гору печенья на тарелке.

— Да ты ешь, — вставил Крис. — Мы все равно сегодня уже ничего делать не будем.

Стив какое-то время вертел головой, смотря то на еду, то на нас с Крисом, но, в конце концов, видимо, голод взял верх. Он снова вернулся к своему мясу, а я вздохнула с облегчением: мне нужно было поговорить именно с Крисом.

Выйдя из столовой, мы пошли к моей комнате. Час был довольно поздний, так что в коридорах не было ни души. Даже никаких звуков не слышно: похоже, все жители Тимора или, во всяком случае, их основная часть, уже спали. На меня тоже уже накатывала усталость, глаза слипались, но перед сном нужно было покончить со всеми сегодняшними делами.

Казалось бы, после всего произошедшего ночью в коридорах должно было быть жутко, но рядом со мной шел Крис, при ходьбе его рука иногда касалась моей, и мне как-то уютно рядом с ним. Как будто я сидела дома осенним вечером перед камином с фантастической книгой в руке.

Я не хотела обсуждать что-то там, где нас могут услышать, поэтому до моей комнаты мы дошли молча. Я приложила руку к двери, и та беззвучно отъехала в стену. На мое счастье, Лоры в комнате не было. Я не нуждалась в лишних ушах, однако все же мне стало интересно, где пропадает эта девчонка. Чем она занимается целыми днями, если она рассталась и с Локи, и с Ансоном?

Быстро коснувшись сенсорного экрана на стене, я включила свет. Я села на кровать, а Крис на стул напротив. Посмотрев на меня, он выпалил:

— Ты тоже кого-то видела в лесу, да?

— Да, — ответила я и задумалась, как же ему описать то, что я обнаружила.

— Таких прозрачных людей? — спросил Крис, не давая мне времени на раздумья.

— Одного человека, — поколебавшись, ответила я. — А ты что, видел нескольких?

— Двоих, — лицо Криса стало задумчивым, что для него очень необычно. — Я очнулся в странной постройке, и рядом со мной сидел кто-то, похожий на ледяную статую. Эта статуя двигалась и говорила со мной, правда, мне потребовалось время, чтобы понять и разглядеть ее. Выглядел этот кто-то как мужчина. Он не объяснил мне, кто он, лишь сказал, что нашел меня в лесу и отогрел. Я отправился на поиски Стива и нашел еще одно существо, только женщину. Стив не мог ее видеть. Она мне тоже не объяснила, кто они. Лишь сказала, что единицы могут их увидеть, и попросила ничего никому не говорить о них, — Крис вздохнул. — А ты?

Я немного помолчала, размышляя, а потом сказала:

— Когда мы с Локи искали тебя, я увидела вдалеке прозрачный силуэт. Но существу не нужно было со мной разговаривать. Я понимала все, что он хочет. Закрыв глаза, я открыла свое сознание, и все поняла, — я улыбнулась, вспомнив. — Ох, Крис, если бы ты только видел! На этой планете существует гораздо больше форм жизни, чем думают люди. Но они не материальны. Нет. Они состоят из энергии. Человеческим глазам они недоступны. Они летали по всему лесу, переливаясь различными цветами. Саму себя я почти не видела, — я нахмурилась. — Почему-то мое сознание воспринимало только зеленое свечение какой-то энергетики. Но я видела того мужчину, что нашел тебя. Он совсем не мужчина. Не знаю, как описать то, как он выглядел… это были просто скопление различных энергий, объединенное сознанием. И он сказал… нет, не сказал, — я задумалась, как лучше назвать тот обмен информацией, что произошел между нами, но потом махнула рукой. — В общем, я узнала, что эти существа всегда были здесь, но люди не могут видеть их, поэтому считается, что у Тимора нет коренного населения. А потом он помог мне найти тебя и спасти. Вот, собственно, и все.

Крис смотрел на меня немного обиженно:

— Так нечестно! Почему ты увидела больше меня? Почему тебе открылся целый мир, а я обнаружил только прозрачных людей, которые говорили со мной по-английски?

— Не знаю, — несколько растерянно произнесла я. — То существо сказало мне, что ты… ты не можешь сосредоточиться. Ты цепляешься за каждый энергетический порыв, и он уводит тебя в сторону от предыдущего. Если бы ты просто стал на месте и сосредоточился на чем-то одном, возможно, ты бы тоже смог это увидеть. Но все же, для Стива и Локи те создания вообще не существуют. Так что радуйся.

— Это да, — кивнул Крис. — Но почему никто другой их не видит? Почему это открыто только нам?

— Не только нам, просто очень немногим, — вспомнила добытую в кибернете информацию я. — Помнишь, мы читали, что в первом поселении на Тиморе, когда еще были только ученые, а тура «Новая жизнь» не существовало, один из них подхватил какую-то болезнь. По-моему, ее назвали «цветной слепотой», и заболеть ею могут только те, кто живет на Тиморе. Та женщина видела, что весь мир переливается цветами, что по воздуху что-то летает, но никто другой не мог это обнаружить. Ее приняли за сумасшедшую, однако остались свидетельства, что она порой говорила разумные вещи, предупреждала об опасности задолго до ее появления, откуда-то знала все о свойствах неизвестных доселе растений, о животных. И ведь она не ошибалась! Но никто не смог это объяснить, потому что никто не мог увидеть того же, что видела и она. За всю историю человечества на планете было только пять людей, болевших «цветной слепотой». И вот теперь еще мы. И, возможно, Вин, — подумала я.

— Ты думаешь, что он тоже может их видеть? — протянул Крис.

— Я не знаю, но он необычайно хорошо осведомлен о том, что находится в лесу. Для обычного повара, я имею в виду, — задумчиво добавила я.

— Не знаю, видит он их или нет, но он мне не нравится, — заявил Крис.

— Мне тоже. Какой-то он странный, — согласилась я.

— А ведь он так нам и не объяснил, что именно он делает в лесу. Вряд ли у простого повара может быть там какое-то адекватное занятие, — заметил Крис.

Вин был очень подозрительной личностью, однако мой мозг никак не хотел на нем сосредотачиваться. Я прожила долгий день, наполненный беготней по этажам, а ведь я совсем недавно вышла из анабиоза, в котором провела семь лет. Мой организм не был к такому готов, и сейчас отчаянно требовал, чтобы я легла спать и восстановила силы. Время давно уже перевалило за тиморскую полночь, так что я вполне могла лечь. Размышлять о таинственном поваре не хотелось. Я посмотрела на Криса:

— Мы должны найти Вина и расспросить его обо всем. Но не сегодня. Слышишь меня? Иди в свою комнату и никуда до утра не ходи.

— Ты говоришь, как моя мама, — проворчал Крис. — Но вообще-то я и сам слишком устал, чтобы еще что-то делать, — и он широко зевнул.

— Иди спать, — строго сказала я.

— Иду, — никак не отреагировав на командный тон, Крис встал. — Спокойной ночи, Кендис.

— Спокойной ночи, Крис, — я проводила его влюбленным взглядом.

— А прикольные эти кейцуот… или как их там, — сказал Крис под звуки грустной песни «Прощай, привет и прощай».

Я не ответила. Из моих глаз текли слезы. Аниме «Ловцы забытых голосов» оказалось очень красивым, трогательным и поучительным. Мне было жалко жену учителя и того умершего мальчика, еще жальче было самого учителя и Асуну, но при этом я не могла не признать, что концовка правильная. Хоть и грустная. Мертвые должны оставаться мертвыми.

Крис, похоже, совсем не оценил гениальность этого аниме. То есть, ему, конечно, понравилось, но он особо не проникся сюжетной линией. Его прикольнули монстры. Но я не была расстроена. Как я могу быть расстроена, ведь если бы не Крис, я бы вообще не посмотрела это аниме.

— Кендис, почему ты опять плачешь? — осторожно спросил Крис.

— Это было очень красиво и грустно, — печально сказала я.

— Действительно, — кивнул Крис. — Еще что-нибудь посмотрим?

— Да, — сказала я, опустив голову ему на плечо.

Глава 12

— Маривонн, ну это же бред какой-то! — возмущенно сказал Вилсон. — Я президент этой планеты, почему я должен прятаться?

После того, как выяснилось, что Тревис заодно со скелетообразными существами, Вилсон как будто потерял почву под ногами и совершенно перестал понимать, как же ему теперь жить дальше, поэтому командование на себя взяла Маривонн. У нее же был только один инстинкт: бежать, и они бежали до тех пор, пока не достигли первого этажа, и схоронились в ангаре для снегокаров. Вилсон был в шоке, поэтому не стал возражать против того, чтобы провести остаток дня там, прячась, и лишь когда часы перевалили за полночь, вспомнил о том, что он вообще-то президент и ему не пристало прятаться, как какому-то преступнику.

— Вы что, не понимаете, что дело серьезное? — шепотом спросила Маривонн. — Кто эти существа? Почему они убивают людей? Если бы мы там остались, они бы нас уже прикончили.

— Слушайте, я президент, — официальным тоном сказал Вилсон. — Я могу дать знать, кому надо, и с этой кучкой скелетов быстро разберутся.

— Кому надо? — скептически спросила Маривонн. — Ваш собственный телохранитель был заодно с ними, и вы этого не заметили. Ваша жена, скорее всего, тоже заодно с ними, и вы этого тоже не заметили. Откуда вы вообще знаете, кому можно доверять, а кому — нет? Может, половина вашего окружения участвует в заговоре, а вы даже не в курсе!

— И что ты предлагаешь — до конца жизни прятаться в ангаре? — недовольно буркнул президент. — Нас тут очень скоро обнаружат!

— Ой, да никто снегокарами не пользуется, если только не нужно добраться до космопорта или выехать за периметр, — отмахнулась девушка. — Пока у забора толпятся волки, наружу никто не пойдет, а следующий космический корабль прилетает только через три дня — я узнавала. За это время мы что-нибудь придумаем.

— И все равно, — упрямо заявил президент. — Я отвечаю за безопасность народа этой планеты. Если какие-то неведомые существа убивают людей, я должен с ними разобраться. Это мой долг. Я должен сделать хоть что-то.

Маривонн возмущенно на него уставилась:

— Вы меня вообще слушаете? Мы не знаем, кому можно доверять. Вот выйдете вы туда — и что дальше? К кому вы пойдете? Вдруг вы наткнетесь на еще одного участника заговора? Это не говоря уже о том, что те существа уже в курсе, что нам что-то известно — а значит, мы следующие кандидаты на убой. Не исключено, что нас вообще прикончат еще на входе.

— Ну не можем же мы тут вечно сидеть! — Вилсон мрачно обвел взглядом помещение.

Свет в ангаре не горел, поэтому освещался он только фонарем, который Маривонн отняла у Тревиса. Включать верхний свет она боялась — это может выдать их местонахождение. Они сидели между двумя машинами. Сейчас снегокары, напоминающие микроавтобусы с Земли, одиноко стояли в ангаре, как забытые игрушки давно повзрослевшего мальчика. Маривонн была права, и мало кто на планете пользовался ими — низкие температуры заставляли людей не покидать помещение без крайней нужды. Отсутствие людей и включенной техники создавало гробовую тишину. Карониевые поверхности неровно блестели в свете фонаря. Создавшаяся тишина еще больше сводила с ума Вилсона, для которого привычный мир скатился в тартарары. Он привык быть добродушным правителем одной из самых мирных планет в Галактике и оказался совершенно не готовым к вторжению неведомых инопланетян. Он просто не знал, что в такой ситуации делать. Но и сидеть в ангаре, пока, возможно, люди, за которых он отвечает, гибнут один за другим, он тоже не мог.

Осторожно выпрямив затекшие ноги, Вилсон отчаянно пытался придумать хоть какой-то выход из сложившейся ситуации, но в его голове было совершенно пусто. Надо признать, что, как президент, он совершенно провалился. Маривонн тоже хотела что-то придумать, но она была всего лишь молодой девушкой и не знала, как полагается спасать мир.

— Маривонн, — осторожно спросил Вилсон. — А как ты думаешь, кто это был? Кому понадобились тела?

— Кому-то, кто не имеет материальной формы, — рассудила девушка. — Вы знаете кого-нибудь из инопланетян, кто состоит только из сознания?

— Из сознания? — Вилсон наморщил лоб. — Нет, не знаю. Все живые формы, обнаруженные на других планетах, конечно, в основной своей массе отличались от людей, но, без сомнения, были материальны. Исключение составляют только гармонианцы — это разумный свет, вряд ли их можно назвать материальными. Но больше мне никто не известен. А почему вы решили, что мы столкнулись с каким-то сознанием?

— Ну а с чем же еще? — Маривонн откинулась на стену. — Какое-то сознание летает тут, выталкивает наше собственное из тел и занимает их место. Мне только одно интересно: почему оно выбрасывает кости и кровь и заменяет их металлическим скелетом? И почему оно боится гармонического света?

— Загадка, — тоже задумался Вилсон. — Постой, разве они его боятся?

— Ну, это же очевидно, — сказала Маривонн, разминая затекшие руки. — Они прячутся в единственном месте, где такого света нет. Чем-то он им мешает.

— Но Ева же ходит при свете! — воскликнул Вилсон. — Да и Тревис тоже.

— Ой, и правда, — спохватилась Маривонн. — Почему тогда остальные там прячутся?

— Может, они все-таки не имеют никакого отношения к убийствам? — с надеждой спросил Вилсон.

— Почему тогда Тревис пытался нам помешать уйти из подвала? — с вызовом спросила Маривонн.

— А кто вообще сказал, что они собирались нас убить? — заметил Вилсон. — Может, они просто хотели поговорить.

— Трудно сказать, чего они хотели, но, учитывая то, что они отняли тела у троих наших людей, я бы не стала с ними вести разговоры, — задумчиво прикусила губу Маривонн.

— Как бы то ни было, я не вижу серьезных оснований подозревать кого-то из моих людей, — принялся настаивать Вилсон.

— Я совсем запуталась, — простонала Маривонн. — Мне уже начинает казаться, что вся колония с ними заодно.

— Ну, не переживай так, — сказал Вилсон и слегка приобнял Маривонн за плечи. — Мы что-нибудь придумаем. Как-нибудь все наладится.

— Что тут может наладиться? — грустно сказала Маривонн. — Люди умирают, а мы совершенно не знаем, кому можно довериться, чтобы он все разрешил.

Вилсон совершенно растерялся, когда девушка к нему прижалась. Он знал, что ей хочется хоть какой-то защиты в такой ситуации, но не был уверен, что он способен ее предоставить. К тому же его очень смущала ее близость — в первый раз за многие годы у них был настоящий телесный контакт. Он и сам чувствовал себя незащищенным, лишившись телохранителя, и ему казалось, что они сейчас две бездомные бродяжки, жмущиеся друг к другу холодной ночью. Маривонн дрожала в его руках, и он чувствовал, что и сам начинает дрожать. Кто их теперь защитит?

Вдруг все его тело охватил жар. Он смутился, что прижимает к себе совсем еще молодую по сравнению с ним девушку. В его руках она казалась такой хрупкой. Неожиданно он почувствовал, что весь трясется. Он знал, что Маривонн это чувствует. Девушка подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза. И он чуть не задохнулся — в ее взгляде стояла такая нежность… такая …

В следующую секунду Вилсон обнаружил себя целующим ее мягкие губы. Сначала девушка была смущена, но вскоре начала становиться все более раскованной, отвечая на его поцелуй.

Этот поцелуй отличался от поцелуев с женой, к которым он привык. Губы его жены всегда касались его равнодушно, и даже в постели она всегда владела собой и никогда не теряла голову от страсти. Иногда его это заводило, однако большую часть времени он чувствовал легкую досаду, что ему не удается пробудить в Еве вулкан, который ее заставит оттаять. Он никогда не чувствовал должного удовлетворения, занимаясь с ней сексом. Но с Маривонн все было по-другому…

Все те годы, что он провел с женой, он только поливал себя бензином, а Маривонн была той спичкой, которая заставила его загореться. Они оба вспыхнули страстью и все крепче прижимались друг к другу, все более пылко целовались…

В эти минуты они забыли о страхе, забыли о том, что, возможно, весь лагерь был уже мертв к этому времени, забыли о том, что они в смертельной опасности, забыли о Еве и Вине… В эти минуты не существовало ничего, кроме них самих и огня, который разгонял кровь по венам.

Лора медленно брела по опустевшим коридорам. Ночью Тимор становился как будто более жутким, чем днем, но девушка совсем этого не замечала. Теперь, когда она сообщила Ансону о том, что намерена дождаться следующей планеты, где ее будет ждать Дэнни, у нее оказалась куча свободного времени, которое она не знала, куда деть. В компанию Кендис ей вряд ли стоило возвращаться — у нее не было иллюзий насчет того, захочет ли ее видеть Локи. Она пыталась пообщаться со своими старыми подругами, но те уже вычеркнули ее из своей компании. У них были какие-то свои дела, которыми они не желали с ней делиться. Она пыталась сочинять музыку и петь, но как-то в последнее время это уже не доставляло удовольствия. Да еще и эти таинственные убийства… Честно говоря, Лоре было до жути страшно и одиноко, и она просто не могла дождаться, когда же положенный месяц на этой планете истечет, и она сможет наконец увидеться с Дэнни.

Медленно Лора направлялась к своей комнате. Спать ей совсем не хотелось, но чем еще заниматься ночью? Она задумчиво брела по коридору, подергивая пальцами застежку на комбинезоне, как вдруг заметила впереди черноволосую девушку. Выглядела она как-то странно. Нет, с одеждой и прической все было более-менее нормально: серый комбинезон, черные туфли на высокой платформе, волосы заплетены в некое подобие косы-колоска. Все обычно. Но то, как подозрительно она оглядывалась, да еще и прижимала к себе поднос с едой так, как будто несла что-то краденое… Когда девушка скрылась за поворотом, Лора осторожно выглянула за угол. И тут поняла: эта девушка была сестрой Ансона, Нелли! Лично они знакомы не были, но Лора не раз наблюдала издалека, как Ансон с ней общается.

Нелли еще раз подозрительно огляделась, затем коснулась стены у двери и нервно побарабанила пальцами. Лора нахмурилась: она что, закрыла свою комнату на пароль? Интересно, зачем? Все это было очень странно. Обычно Лора шарахалась от странностей и старалась не влипать в неприятности, но сейчас, наверно, была во всем виновата скука, потому что она, едва Нелли скрылась в комнате, скользнула к двери, прижалась ухом к щели и прислушалась.

— Я принесла немного еды, — говорила Нелли. Ее голос был каким-то растерянным. — Но сначала выпей это.

— Что это? — раздался хриплый голос. Лора не смогла определить, кому он принадлежит, мужчине или женщине. — Это яд?

— Ты что, какой яд? — удивилась Нелли. — Послушай, я понимаю, что тебе пришлось пережить, но это вовсе не значит, что я хочу твоей смерти. Я не причиню тебе вреда.

— Она найдет меня, — снова раздался дрожащий голос, и Лора подумала, что, наверно, это все-таки женщина. — Она убила Деклана… и Кельвина… и…, — женщина начала рыдать.

Сердце Лоры бешено застучало. Кажется, она поняла, что за женщина скрывалась в комнате сестры ее бывшего. Это же Миранда! Сегодня вся колония была поставлена на уши. Полицейские стучали во все двери весь день. Эта женщина пропала прямо из своей комнаты, а стороживший ее старик Джон оказался убит таким же зверским образом, что и ученые. И вот, теперь ее обнаружил не кто-нибудь, а сама Лора, да еще где — в комнате Нелли! Оставался один вопрос: что же ей теперь делать?

— Кендис, Хэллоуин же! — умоляюще воскликнул Крис.

Он держал в руке бутылку пива. Конечно, типа праздник. А про то, как он летом чуть коньки не отбросил, уже забыл.

— Ты с ума сошел? — спросила я, нервно одергивая руками с черными ногтями свое готическое платье с корсетом. — Да, мы идем на эту чертову вечеринку, но пить тебе нельзя!

— Блин, да ничего не случится с одной бутылочки! Это всего лишь пиво, — Крис обиженно надул губы, словно маленький ребенок. В его пиратском костюме это выглядело нелепо.

— Никакого пива, — твердо сказала я и решительно вырвала у него бутылку. Крис немного поныл, но потом сказал:

— Ты прям как будто моя мама, — и направился ко входу в клуб.

Сегодня намечалась Хэллоуин-пати. Обычно я не хожу по клубам, и уж тем более не стараюсь себя как можно больше изуродовать, но Крис собрался пойти — должна же я его проконтролировать! И вот, уже вижу, что правильно сделала, что пошла — если бы не я, он бы уже напился и был в больнице.

Атмосфера была по-настоящему жуткой. Все люди в очереди были наряжены в костюмы ведьм, зомби, вампиров, оборотней, монстров… среди них странно выглядели девушки в каких-то платьях принцесс, феи и еще кто-то добрый. Казалось, что именно они должны были стать жертвами. Вот-вот прозвучит сигнал, и вся нечисть накинется на хрупких и беззащитных девушек. Сама я была вампиром — с моей бледной кожей мне даже гримироваться почти не пришлось.

Крис был по обыкновению возбужден, но меня почему-то охватывало смутное беспокойство. Страшные лица людей пугали меня. Как, например, вон та ледяная красотка в узком голубом платье, сужающемся к низу русалочьим хвостом. Но пугал меня не грим, которого, кстати, и не было. Пугал ее холодный взгляд.

Картина пошла рябью, я почувствовала, что меня куда-то тянет. Возвращаясь из сна в реальность, я чувствовала себя так, как будто выныриваю со дна глубокого озера. Бессильно стоная, я открыла глаза. Какого черта, я же только-только уснула! Я лежала на животе, лицо было повернуто к стене. Утро еще не наступило — в комнате было темно. По ощущениям, я спала не больше часа. Перевернувшись на спину, я быстро осмотрела комнату. Пусто. Конечно, в слабом свете светодиодов на куртке мало что можно было разглядеть, но все мое существо говорило мне, что я одна. И вправду, соседняя кровать пустовала. И где это Лора шляется по ночам?

Неожиданно мне стало жутко. Что меня разбудило? Я чувствовала страшное желание спать. Тем не менее, мой мозг упрямо не желал отрубаться надолго. Странно. По всему телу пробежали мурашки, как будто я что-то услышала, вот только сама еще не поняла что. И это что-то было на самом деле ужасным.

Стараясь успокоиться, я снова перевернулась на живот, закрыла глаза и начала мечтать о Крисе. Однако смутное беспокойство не давало мне сосредоточиться на приятном. Сознание двоилось: одна часть меня думала о Крисе, другая отчего-то нервничала. Проворочавшись около часа, я раздраженно откинула одеяло. Какого черта, кто мне не дает спать?

Я снова прислушалась, но стояла мертвая тишина. Сердце почему-то гулко стучало. Что происходит?

Я встала с кровати, стянула ночную рубашку, нацепила черный комбинезон и кое-как расчесала волосы. Быстро посмотрев в окно на пугающую бездну, я коснулась рукой двери и вышла в коридор.

В первую секунду я ничего не увидела. В коридоре царила беспроглядная темнота. А вот это уже странно. В коридорах всегда должен гореть свет — вдруг ночью кто-то не спит?

Сначала я хотела вернуться в комнату. Даже если я не могу уснуть, можно почитать книги на палме, который я принесла с Земли. Зачем мне куда-то идти? Однако неведомая сила тянула меня вперед.

Поэтому, несмотря на пугающую темноту, я сделала один шаг. Потом второй. И вот уже я, рукой держась за стену, иду по коридору, отходя от своей комнаты все дальше и дальше. Поворот. Еще один. Свет нигде не горел.

Что же такое произошло? Может, перегорело что-то? Хотя вроде я читала, что в космосе на всех планетах, даже на такой маленькой и захолустной, как Тимор, давно стоит гармоническое освещение. А оно не может перегореть.

Я шла долго, минут пятнадцать, как вдруг тишину нарушил звук шагов. Я почему-то замерла. Что-то мне в этих шагах не нравилось. Какие-то они были слишком тяжелые для людей. Тут мой нос уловил запах металла. Мое сердце почти остановилось. Металл! Именно им всегда пахло после убийств. Неужели я сейчас слышу убийцу?

Шаги приближались, и я запаниковала. Что же делать? Я провела ладонью по ближайшей двери. На мое счастье, это оказалась пустая комната, в которой стояли две застеленные кровати. Видимо, здесь никто не жил. Я быстро проскользнула туда, и дверь вернулась на свое место. Легкое движение руки по стене, и передо мной появился маленький светящийся экран, отражающий происходящее снаружи. В темноте не было ничего видно, однако теперь я могла слышать.

К тяжелому звуку шагов добавились голоса. Один ледяной и женский, а другой знакомый и мужской. Пара секунд, и я уже могла различить слова.

— Мне абсолютно все равно, что она твоя девушка, — говорила женщина с ледяным голосом. — Никто не должен знать правду о нас. Они узнали то, что не следовало. Значит, они должны умереть.

— Вообще-то один из «них» — ваш собственный муж! — ответил мужчина, и я с удивлением узнала в говорившем Вина. — Да еще и президент!

— И что? — женщина была невозмутима (а теперь я поняла, что это была Ева). — Мы захватили всего троих. Да еще и эта беглянка… Кто бы мог подумать, что человек в депрессии так быстро передвигается! Нас пока слишком мало, чтобы объявить об этом всем.

— И все равно это не повод их убивать…

Голоса постепенно отдалялись, сопровождаемые тяжелыми шагами. Причем, судя по всему, с ними шел еще кто-то — я прекрасно помнила, что ни у Вина, ни у Евы нет такой тяжелой походки.

С трудом переведя дыхание, я сползла спиной по стене на пол. Мои руки в отчаянии вцепились в волосы. Теперь я знала, кого собираются убить следующими — президента и девушку Вина. Вопрос такой: что мне с этим знанием делать?

Обычно Крис не любил, когда Кендис пыталась, так сказать, «заботиться» о нем, но сегодня он что-то слишком сильно устал, чтобы заниматься чем-то еще. Поэтому после разговора с девушкой он направился в свою комнату и лег в кровать. Однако, несмотря на усталость, уснуть у него не получилось. Он долго ворочался. Пришли Стив и Локи, легли спать. Крис раздраженно смял подушку, перевернулся на один бок, потом на другой, снял одеяло, снова накрылся им, потом снова снял. Стив сонным голосом проворчал:

— Крис, ну чего ты мечешься? Спать мешаешь.

— Аааа…, — простонал Крис и сел. — Не могу уснуть.

— Никуда мы ночью не пойдем, — сразу предупредил Стив. — И тебя одного я тоже не пущу.

— И что делать тогда?

— Ну, просто полежи, — Стив зевнул.

— Мне скучно, — пожаловался Крис.

— Хотите, подкину вам тему для размышления? — неожиданно сказал Локи.

— Давай, — поспешил ответить Крис, а Стив лишь застонал.

— Мне Трейси сказала, что завтра на Тиморе Хэллоуин.

— А разве на Тиморе есть такой праздник? — удивился Крис.

— Ну, мы же земляне на самом деле. На Земле есть. Короче, — Локи тоже сел в кровати. Его русые волосы были смешно взлохмачены. — По-моему, завтра примерно с четырех утра по тиморскому времени наступит 31 октября. Ну, то есть, на Земле в это время наступит. Своих праздников на Тиморе нет, поэтому они заимствуют земные. И завтра будет карнавал!

— Да, как будто на планете мало жути… нет, давайте еще добавим, — мрачно заявил Стив. — Ты что, хочешь пойти на карнавал?

— Ну…, — Локи немного помялся. — Трейси там будет.

— С тобой все понятно, — усмехнулся Стив. — Не происходи тут что-то непонятное, я бы и сам сходил. Но вообще-то у нас и так дел хватает, правда, Крис?

— Ну не знаю, — задумчиво протянул парень. — Может, заглянем туда ненадолго?

— А может, поспим хоть немного? — вздохнул Стив. — Утром встанем, тогда и решим, что делать.

— Ладно, ладно…, — пробурчал Крис.

Парни затихли. Стив и Локи довольно быстро уснули, а Крис еще долго лежал, глядя в потолок, и размышлял о Хэллоуине и всем том жутком, что происходило в этом мире.

Глава 13

Маривонн проснулась, накрытая шерстяной шалью и в объятиях Вилсона. Сначала она удивилась и решила, что еще спит, а потом все вспомнила и залилась краской. И как это она позволила этому произойти? Хотя, учитывая то, что Вин и Ева оказались замешанными во всех темных делах, что происходили на Тиморе, наверное, ей не стоит слишком сильно корить себя.

Вилсон еще спал, поэтому Маривонн постаралась подняться как можно аккуратнее, но у нее ничего не получилось. Мужчина открыл глаза и неожиданно широко улыбнулся. Маривонн смутилась:

— Что такое? — спросила она.

— Ты такая красивая, — хриплым голосом сказал Вилсон и накрыл ее рот своим.

Какое-то время они просто целовались, наслаждаясь друг другом, но потом девушка мягко отстранилась.

— Нам пора, — сказала она.

— Неужели? — с сарказмом сказал Вилсон. — А я думал, что сидеть нам здесь до конца жизни…

— Не ерничай, — улыбнулась Маривонн. — Ясное дело, вечно мы здесь сидеть не можем. Думаю, те создания перестали нас искать. К тому же, сегодня Хэллоуин — нам будет проще затеряться в толпе.

— Ну да. А что мы собираемся делать? — спросил Вилсон, пока Маривонн надевала платье и застегивала шаль.

— Рассказать как можно большему количеству людей не из правительства о том, что мы видели. И стараться не попадаться на глаза Еве, — Маривонн неожиданно погрустнела. — Это будет нелегко.

— Мы справимся, — Вилсон сжал Маривонн за руку. — Я буду рядом.

Маривонн быстро чмокнула его в губы. Затем поднялась с холодного пола и сказала:

— Пойдем. Нам нужно еще как-то успеть раздобыть костюмы.

Анатоль вместе со своей женой стояли посреди мастерской в черно-бордовых одеждах в викторианском стиле и торопили всех остальных:

— Скорее, скорее! Мы должны успеть разнести костюмы по всем комнатам. Карнавал всего через два часа!

Дизайнеры, художники и помощники из мастерской возбужденно галдели, суетились и толкались. В эти минуты казалось, что все забыли об ужасе последних дней и радовались предстоящему празднику, и дизайнеры в особенности — ведь это их шанс продемонстрировать свои работы!

Трейси упаковывала один из своих нарядов в специальную оберточную бумагу. На ней было маленькое черное платье с рукавами-крыльями — она представляла летучую мышь. Это платье она подготовила для самой себя заранее, поэтому сейчас могла сосредоточиться на работе. Вот только этого почему-то не получалось. Ее взгляд то и дело возвращался к Ирвингу, который был в простом синем комбинезоне с каким-то узором, напоминающем паутину. Взгляд его казался непривычно равнодушным и холодным, он механически выполнял работу, даже не смотря по сторонам, как бывало раньше. Как будто саму искру жизни вытянули из него.

Задумчиво завернув в упаковочную бумагу какое-то платье, она сделала несколько шагов по направлению к Ирвингу. Тот встретил ее равнодушным взглядом.

— Привет. Как дела? — почему-то покраснев, спросила она.

— Привет, — холодно поздоровался Ирвинг. — Все нормально.

— У меня тоже, — брякнула Трейси, хотя он у нее и не спрашивал.

— Угу. Ты что-то хотела?

— Я? Нет, ничего, — поспешила сказать Трейси, чувствуя себя полной идиоткой. — Увидимся на карнавале!

И она поспешила вернуться к своему рабочему месту. Длинные черные ногти раздраженно впились в кожу на руке. Какого черта она делает? Что вообще происходит? Нельзя так сходить с ума из-за какого-то Ирвинга! Это полнейшая глупость! А на карнавале ее встретит Локи. Вот о нем она и будет думать. Трейси поспешно упаковала последний наряд, сунула его в пакет и направилась к выходу.

Остаток ночи я провела, трясясь от страха в той пустой комнате. Почему-то я не могла выйти в темный коридор, мне казалось, что стоит мне только показаться, как Ева и Вин схватят меня и убьют. Так что я залезла под одеяло на одной из кроватей и пролежала там до рассвета. Заснуть так и не удалось, и после бессонной ночи гудела голова. Жутко хотелось спать, руки и ноги двигались вяло. Да, и как мы теперь будем продвигаться дальше в нашем расследовании, если я никакая?

Я осторожно выглянула в коридор и с облегчением увидела, что свет снова горит, а по коридорам ходят люди. С удивлением я заметила, что основная часть населения раскрасила себе лица и нарядилась в страшные костюмы. Сегодня что, Хэллоуин? Помнится, в тот единственный раз, когда я была в мастерской, я слышала, как Анатоль что-то говорил об этом. Забавно, ведь я вылетела сюда из лета, а на планете вообще вечная зима. Как-то не так я себе Хэллоуин представляю… Ну да ладно, у меня есть дела и поважнее, чем какой-то дурацкий карнавал.

Я выскочила в коридор и поспешила в свою комнату. Там я, к удивлению, обнаружила Лору. В длинном черном платье и с черными ангельскими крыльями она выглядела очаровательно. Она стояла перед зеркалом и красила глаза, когда я вошла.

— Привет, — как-то вяло улыбнулась она. — Ты где была ночью?

— Да так, дела были, — уклончиво сказала я, глядя в зеркало. Просто ужас! Под глазами стояли черные круги, в глазах усталость и безысходность, кожа была еще бледнее обычного, а кости как будто резче выступили. И без всякого грима могу сойти за зомби. Тяжело вздохнув, я потянулась за консилером.

— Уж не Крисом ли зовут твои дела? — игриво спросила Лора, но глаза ее остались безучастны к происходящему.

— Нет, не Крисом, — я быстро замазала круги, пробежала по волосам расческой, а на остальное махнула рукой.

— Видок у тебя еще тот, уж прости, — мягко заметила Лора.

Я лишь тяжело вздохнула:

— Знаю. Всю ночь не спала. Понятия не имею, что с этим можно сделать, — я обвела рукой свое лицо, которое даже без черных кругов выглядело каким-то не таким.

— На, держи, — Лора протянула мне тональник, тушь и тени. — Я сама сегодня ночью не спала, но разве похоже, что это было так?

Я недоверчиво посмотрела на нее. Кожа Лоры была чистой и сияющей, темных кругов под глазами не видно, губы были соблазнительно припухлыми, а светлые волосы волнами спадали на плечи. Если не считать легкой усталости во взгляде, я бы ни за что не подумала, что у нее тоже была тяжелая ночь.

— А ты-то почему не спала?

— Узнала кое-какую информацию, и размышляла, что с этим делать, — говорила Лора, пока я накладывала на лицо макияж.

— Какую? — левый глаз капризно дергался, когда я пыталась поднести к нему кисточку.

Лора как-то недоверчиво на меня посмотрела, но ничего не сказала. Я не стала настаивать.

— Спасибо, — завершив макияж, я протянула косметику Лоре. Она взяла ее и положила на тумбочку. — Не представляю, как бы я показалась перед Крисом в таком виде.

— Везет тебе, — вздохнула Лора. — Твой парень рядом. Ты увидишь его сегодня.

— Крис не мой парень, — возразила я.

Лора лишь махнула рукой и спросила:

— В чем пойдешь на карнавал?

— Я не пойду, — сказала я, скептически оглядывая черный комбинезон. Он был жутко растянутый, и моя стройная фигура в нем терялась. Оставить или все-таки переодеться?

— Как же так? — удивилась Лора. — А тебе костюм принесли.

— Какой еще костюм? — удивилась я.

— Не знаю. Какой-то парень пришел утром и оставил. На пакете написано, что это из мастерской и для тебя.

Парень? Это что-то странное. Какой еще такой парень мог принести для меня костюм на Хэллоуин? Я бы поняла, если бы Трейси проявила инициативу, рассчитывая заслужить мою дружбу… хотя может, это была и она, а тот парень просто курьер.

Я шагнула к своей кровати. На ней лежал черный пакет с изображением Хэллоуиновской тыквы. К одной из ручек была прикреплена черная этикетка с оранжевой надписью на ней: «Мастерская дизайна костюмов. Для Кендис Эбигейл Гиббс». Разве я называла Трейси свое полное имя? Как-то это все было странно. И жутко.

Я осторожно, как будто опасаясь, что из пакета на меня что-то выпрыгнет, вытащила из него сверток. Медленно развернув, я вздрогнула. Это был черный обтягивающий комбинезон с изображением скелета во весь человеческий рост. Я скривилась: костюм напомнил мне о происходящих убийствах. Не хватало только пятен крови.

— Скромненько так, — прокомментировала наряд Лора. — Наденешь?

Я задумалась. В принципе, комбинезон достаточно удобный и не стесняет движений. Раз уж сегодня праздник и вся колония нарядится в костюмы, то в этом я меньше буду бросаться в глаза, чем если просто буду расхаживать в чем-то черном и растянутом.

— Надену, — решительно сказала я и поспешно поменяла старый комбинезон на новый.

Как ни странно, костюм мне шел не меньше, чем ангельское платье Лоре. Я всегда была длинной и тощей, и комбинезон подчеркивал это, придавая мне настоящее сходство со скелетом. Сам принт немного отталкивал, но если забыть на время о погибших, то можно было бы признать, что выгляжу я хорошо. Немного портила впечатление волна каштановых волос. Подумав, я затянула их в гладкий узел на затылке. Вот теперь я точно скелет.

Одно только меня удивляло: почему Трейси изготовила для меня именно такой костюм? Мне казалось, что ее, как и всех остальных, пугали жуткие скелеты, остающиеся на месте преступлений. Она мне совсем не показалась любительницей инфернальщины. Напротив, она была очень гламурной, я бы скорее ожидала, что она изготовит для меня какое-нибудь платье принцессы.

Чем больше я вглядывалась в свое отражение, тем больше мне становилось не по себе. Мне неожиданно показалось, что я на самом деле уже ходячий мертвец. Конечно, по физическим ощущениям мне действительно казалось, что я одной ногой в могиле. Но не могла же Трейси заранее знать, что ночь я проведу в чужой комнате, трясясь от страха? Черт, да даже я сама этого не знала! Может, это какой-то намек?

Я мрачно усмехнулась про себя. Намек на что? На то, что я следующая жертва? Однако эта мысль мне почему-то не показалась дикой.

— Перестань так убиваться, Ансон! — Нелли как-то нервно поглаживала брата по спине, постоянно косясь на закрытую дверь ванной комнаты. — Все у тебя будет хорошо. Найдешь себе другую девушку, которая будет тебе верна.

— Но ты же не нашла, — парень осторожно вытирал платком градом катящиеся из глаз слезы.

— Я и не искала, — заметила Нелли. — Мне и одной хорошо. Кстати, между прочим, нет ничего страшного в том, чтобы не иметь пары. Это абсолютно нормально.

— Нелли, ну как ты не понимаешь! — отчаянно воскликнул Ансон, а его сестра снова покосилась на ванную. — Дело не в том, что я думаю, что быть одному — это ненормально. Я люблю ее!

Нелли тяжело вздохнула. Ей было очень жаль брата, она была очень зла на эту неведомую Лору, которая так с ним поступила, но сейчас ей было вообще не до подростковых страданий. В очередной раз покосившись на дверь ванной, она предложила:

— Почему бы тебе не пойти на сегодняшний карнавал? Развеешься.

— У меня нет костюма. Да и не нужны мне эти маскарады, — с отвращением бросил Ансон.

— А я все-таки считаю, что тебе нужно сходить, — нетерпеливо сказала Нелли. — А что касается костюма…

Девушка встала, сняла с висящей на ручке шкафа вешалки белый халат и протянула Ансону.

— Вот, возьми. Будешь безумным ученым. Так, — затем она взяла со стола футляр для очков и достала их. — Вообще-то это медицинские очки, в них ты будешь видеть каждую клетку на коже, но я могу настроить их на обычное зрение, — она покосилась на Ансона. — У тебя же нет близорукости или чего-то в этом роде?

— Есть немного, — вяло отозвался Ансон. — Близорукость, левый минус три, правый минус четыре.

— Ты от компьютера не отходил, что ли? — проворчала Нелли и легонько несколько раз провела пальцем по дужке очков. — Вот, держи.

Ансон осторожно надел их. Удивленно моргнул и воскликнул:

— Ого, какой четкий мир! Прямо экстра-эф-эйч-ди!

— Возможно, теперь ты будешь видеть вещи ясно, — улыбнулась Нелли. — Последний штрих, — она взлохматила ему волосы так, чтобы они стояли торчком. — Готово!

— А сама-то ты пойдешь? — покосился на нее Ансон.

— Загляну ненадолго, — Нелли снова посмотрела на ванну. — Но позже. А ты иди.

— Ладно. Пока, сис, — Ансон махнул Нелли рукой и вышел из ее комнаты. Наконец-то.

Девушка посмотрела на дверь ванной, но сначала легонько провела рукой по стене рядом с дверью в коридор. Маленький экран отразил происходящее снаружи. Люди в различных костюмах ходили по коридору. Спина Ансона в белом халате медленно удалилась. Нелли облегченно выдохнула и закрыла дверь на пароль. Затем подошла к окну. Еще одно движение руки, и стекла потемнели до черноты, не позволяющей увидеть хоть что-то. И только потом постучала в дверь ванной комнаты и сказала:

— Миранда, выходи. Он ушел, и я все закрыла.

Дверь сдвинулась и вышла Миранда. По сравнению со вчерашним днем она выглядела неплохо. Волосы она затянула в гладкий узел на затылке, губы и глаза были слегка подкрашены голубым цветом, стройную фигуру обтягивал голубой комбинезон с узором в виде ДНК. Она уже не казалась умирающим подростком, хотя в глазах до сих пор таилось горе. Вид у нее был решительный.

— Спасибо, что приютила меня, — сказала она. — И прости за то, что я оказалась таким нытиком.

— Ты вовсе не нытик, — возразила Нелли. — Терять любимого человека всегда тяжело, и никто и не ждал, что ты будешь плясать и песни петь в такой момент.

— Ну, в любом случае, я уже пришла в себя, — Миранда села на ближайшее кресло и посмотрела ей в глаза. — Нелли, мы должны остановить Еву.

— Остановить Еву? — Нелли тоже села. — Она вице-президент. А мы с тобой третьесортные ученые в этой дыре. Что мы можем сделать?

— Я не знаю, — Миранда рассеянно покосилась на черное стекло окна. — Знаешь, когда умер Деклан, мне казалось, что я больше не хочу жить, — мрачно сказала она. — На самом деле я и сейчас не хочу. Но теперь, когда я понимаю, что в опасности все люди на Тиморе… Я не могу этого так оставить. Тем более что в этом замешана жена президента, что категорически мне не нравится. Поэтому мы и должны остановить ее. Мне все равно, если я погибну в этой борьбе. Но мне совсем не все равно, если погибнет кто-то еще.

— Мне тоже не хочется, чтобы кто-то умирал, — сказала Нелли. — Но Ева… она опасна. И что мы вообще об этом знаем? Зачем ей отбирать тела у наших людей и перетягивать на металлические скелеты?

— Я не знаю, — покачала головой Миранда. — Я даже не знаю, как она это проделала, не повредив структуру тела!

— Что мы будем делать?

— Мы, — Миранда задумалась. — Мы пойдем на карнавал.

— Гейл, ну, сколько можно сидеть за своими растениями? Карнавал вот-вот начнется, нам давно уже пора!

Гейл нехотя покосился на свою жену. Ну, какой карнавал? Кажется, он на пороге открытия! Еще немного, и ему удастся узнать, почему гласиник замораживает все, что его касается, и как можно этого избежать!

— Джойс, ну кому нужен этот карнавал? — моляще протянул он. — Глупый языческий праздник! Никаких духов не существует. А вот то, чем я занимаюсь, вполне реально…

— Ты так погружен в свою работу, — покачала головой Джойс. — Нужно хоть иногда отдыхать, Гейл! Давай ты забудешь о своем исследовании хоть на один день, и просто пойдешь повеселиться. Со мной! Ты совсем не уделяешь мне времени, — обиженно надула губы она.

Гейл отодвинул свои инструменты и снял медицинские очки. Затем встал и посмотрел на свою жену. Джойс была слегка полноватой женщиной среднего роста, с темными волосами, собранными в неряшливый хвост и добрыми глазами. Они были в браке уже пять тиморских лет. Джойс всегда с пониманием относилась к тому, что ее муж ученый, никогда не мешала ему с исследованиями и всегда во всем поддерживала. Она следила за тем, чтобы он всегда был сыт и здоров, тайком уносила для него вкусности с кухни, где работала поварихой, убирала комнату и никогда не ругалась, какие бы дикости он не приносил с собой. Гейл же был одержим биологией, в частности тиморской ботаникой, и почти все время проводил в изучении местных растений. Благодаря ему было сделано несколько открытий. Но порой он забывал о бедной Джойс. А ведь следовало бы задуматься об этом сейчас, когда Деклан и Кельвин погибли. Никто до сих пор не знает, кто их убил. И кого он собирается убить дальше. Похоже, что основной целью таинственного маньяка были ученые. Вдруг следующим будет сам Гейл? И если это так, если его жизнь на самом деле вот-вот оборвется… он должен проводить время с женой!

— Хорошо, я пойду! — Гейл обнял и крепко поцеловал Джойс.

На ее лице появилась такая радость, что ему стало стыдно, что он так мало времени ей уделяет.

— Только вот у меня нет костюма, — задумчиво прикусил губу Гейл.

— Как это нет? — удивилась Джойс. — А тебе что-то прислали из мастерской.

— Что? — широко открыл глаза Гейл. — Но я ничего не заказывал…

На маленьком столике рядом с кроватью стоял черный пакет с рисунком-тыквой. Гейл, помня о том, что уже двое его коллег погибли, а еще одна бесследно пропала, взял со своего лабораторного стола скальпель и легонько тронул им пакет. Ничего не произошло. Джойс с тревогой смотрела на него.

— Что такое? — испугалась она. — Ты думаешь, это мог прислать убийца?

— Не знаю, — процедил Гейл. — Но лучше перестраховаться.

Медленно, очень медленно ученый подошел к таинственному пакету ближе. Заглянул внутрь и увидел черный сверток. Тяжело вздохнув, как будто ему предстояло разминировать бомбу, он опустил руку в пакет и достал его. Ничего страшного не произошло. Гейл развернул его и с удивлением обнаружил черный комбинезон с принтом в виде человеческого скелета. Рисунок напомнил ему о том, что произошло с его коллегой, но он понимал, что создававший костюм, скорее всего, и думать не думал об убийцах и просто старался создать что-то жуткое, подходящее духу праздника.

— Хм, странно… и вправду костюм. Это ты заказала? — он повернулся к жене.

Но Джойс покачала головой:

— Я и себе-то не заказывала. Не знала, согласишься ли ты пойти. У меня есть несколько цветастых юбок с Земли. Думала, что если уговорю тебя, то оденусь испанкой.

— Даже не знаю, стоит ли его надевать в свете последних событий, — Гейл задумчиво укусил себя за руку.

— А почему нет? — спросила Джойс. — Вряд ли костюм может тебе как-то навредить. А рисунок вполне в духе Хэллоуина.

— Да? — Гейл и сам не видел ничего опасного в костюме. Убийца не стал бы присылать смертоносный наряд для праздника, на котором будут присутствовать все жители. Это совсем не его стиль. — Пожалуй, я надену его.

— Спасибо, любимый, — и Джойс поцеловала его в щеку.

Френсис открыл глаза и сморщился от жуткой головной боли. Комната поплыла перед его глазами, а в ушах зазвенело от звериного писка. Ээ, что же он пил вчера? Он еле повернул голову в сторону и вдруг увидел симпатичную светловолосую девушку, которая мирно посапывала рядом с ним.

Ха, похоже, он вчера не только напился… Вот только жаль, что он ничего не помнит. Вроде бы он вчера ушел из лабораторий совсем рано, покормил Стэнли, а потом… ничего. Совсем ничего. Писк все не прекращался, и Френсис швырнул подушкой в сторону клетки:

— Да замолкни ты!

— Ммм? — протянула девушка, открыв глаза. — Что происходит?

— Да Стэнли развопился… сейчас-сейчас, встаю я уже, — Френсис поднялся с кровати и с удивлением обнаружил, что он спал голый. Он усмехнулся, а девушка проводила его восхищенным взглядом. Пока он надевал трусы, она повернула голову в ту сторону, откуда раздавался писк, и неожиданно завизжала.

— Эй, тише, тише, Стэнли напугаешь! — и Френсис поспешил к клетке, в которой сидел черный комок шерсти, скалящий острые клыки и пронзительно пищащий.

— О Господи, Френсис! — девушка с ужасом смотрела на создание в клетке, пока Френсис доставал из термобокса пакет с кровью и подсоединял его к трубке, ведущей в клетку. — Ты что, держишь у себя веспера? Он же опасен!

— Чем он опасен? — Френсис с некоторой нежностью посмотрел на зверя, который прильнул клыкастым ртом к трубке, по которой лилась кровь. — Он в клетке, и он никого не кусает! Правда, Стэнли?

Зверек быстро пискнул и снова вернулся к крови. Девушка покачала головой.

— Ладно. Но если тебя поймают, не говори, что я не предупреждала, — она выбралась из кровати и поспешно оделась. Затем подошла к Френсису и кокетливо улыбнулась. — Пойдешь сегодня на карнавал?

— Естественно! — Френсис нагло притянул ее к себе и поцеловал. — Прости, как тебя…?

— Хейли, — пояснила девушка, ничуть не разозлившись, что он не помнит ее имя. — А в чем ты будешь?

— Я буду в…, — и тут его взгляд уперся в черный пакет, стоящий рядом с кроватью. — О, отлично, уже принесли!

Он поспешил достать из пакета костюм, развернул его, и тут его лицо скривилось:

— Че за фигня? Я не это заказывал!

Вместо костюма Бэтмена он держал черный комбинезон с изображением человеческого скелета. Френсис поспешил заглянуть в пакет снова, но там больше ничего не лежало. Нахмурившись, он посмотрел на этикетку. Но на ней стояло его имя.

— А по-моему, неплохо, — сказала Хейли. — Да и какая разница? Главное же не костюм.

— Впрочем, действительно, — неожиданно согласился Френсис. Лично он собирался повеселиться сегодня, а комбинезон выглядел вполне удобным. Он не помешает ему. Хоть рисунок скелета и напомнил ему о смерти одного из его коллег, не будет же он из-за этого портить себе праздник?

— Что ж, увидимся на карнавале, — поцеловав его на прощание, промурлыкала Хейли. — Я буду женщиной-кошкой.

— Ага, увидимся, — Френсис проводил ее хищным взглядом.

Норман с тоской смотрел на статью о человеческих скелетах на своем палме. Когда он семь лет назад прилетел на Тимор, то рассчитывал стать здесь хирургом и поэтому закачал себе всю необходимую информацию о человеке. Хирургом он действительно был первоклассным, но еще также получилось, что он сдружился с Декланом, Гейлом и Френсисом — здешними биологами, и теперь в то время, когда его не вызывали на операции, он проводил время в их лабораториях, вместе с ними всеми изучая все живые организмы на этой маленькой снежной планете.

Но вот теперь… Деклан умер. Миранда пропала. Норману было трудно сосредоточиться на работе в такие минуты. Он должен был разобраться в том, что убило людей. И как это вообще возможно — забрать мясо, а кровь оставить? Однако в статьях на палме не было ничего написано по этому поводу. Поэтому Норман с тоской пялился в окно на заходящих Альф Центавр.

Тяжело вздохнув, он покосился на часы. Пора было идти на карнавал. Вообще-то ему не очень хотелось идти веселиться, когда вокруг такое происходит, но Хэллоуин всегда был жутким праздником. Почему бы и не сходить, развеяться немного? Все равно в голову ничего не лезет. Да и жалко будет, если костюм пропадет.

Норман встал из-за стола и взял с кровати пакет, который ему доставили из мастерской этим утром. Пару недель назад он сделал заказ, не уточняя конкретно, кем бы он хотел быть. Ему было интересно, что могут ему подготовить здешние дизайнеры. Стараясь внутренне поднять себе настроение, он достал черный сверток и развернул его.

Это что, чья-то шутка? Если так, то очень несмешная. С тех пор, как один из его друзей погиб, он стал несколько болезненно реагировать на скелеты. Из-за этого он уже несколько дней не делал операций. А теперь ему присылают костюм скелета! Хотя, наверно, неведомый дизайнер не хотел ничего плохого. Сейчас же Хэллоуин и многие наряжаются в вампиров или зомби… так почему бы не нарядиться ходячим скелетом?

Норман постарался заглушить боль в сердце и начал переодеваться.

— Черт, Крис, это все из-за тебя! — возмущенно завопил Локи, проснувшись, и обнаружив, что на улице уже темно.

Парни сегодня проснулись необычайно поздно, и Локи разозлился, так как собирался встретиться с Трейси, а теперь он опаздывает.

— Да ладно тебе, до карнавала еще полчаса, — посмотрев на часы, проворчал Крис. Проворочавшись всю ночь, он заснул только на рассвете, и теперь чувствовал себя не выспавшимся.

— Ладно, хоть костюм уже здесь, — пробормотал Локи, доставая из черного пакета, стоящего на тумбочке у кровати, черный сверток. — Я вчера попросил Трейси прислать нам что-нибудь для карнавала.

— Нам? — недовольно пробурчал Стив и тут увидел еще два пакета рядом с его кроватью и кроватью Криса. — Откуда ты знал, что мы согласимся?

— Ну, я так, предположил, на всякий случай, — Локи задумчиво посмотрел на черный комбинезон в своих руках. — Хм, скелет. Не самый крутой костюм, но это лучше, чем наряд снежинки.

— У меня тоже скелет, — удивленно сказал Крис, доставая свой наряд из пакета.

— И у меня, — добавил Стив. — Она нам че, все одинаковые прислала, что ли?

— Наверно, больше ничего не осталось, — пожал плечами Локи. — Мы же в последний день попросили. Ну да ладно. Идем на карнавал?

— Окей, — кивнул Крис. — Я совсем не против немного потусить.

— Да что мы делать-то там будем, на этом карнавале? — пробурчал Стив, разглядывая комбинезон. — Мы вроде хотели с Вином поговорить. Кто с убийствами-то разбираться будет?

— На карнавале и поговорим! — жизнерадостно заявил Крис. — Наверняка он тоже туда придет.

— Вот и отлично! — Локи поспешил натянуть на себя комбинезон. — Вы одевайтесь, а я пойду на встречу с Трейси. Встретимся на карнавале!

Вилсон и Маривонн чувствовали себя немного скованно, возвращаясь на верхние этажи. Они не были уверены в том, что за время их отсутствия не произошли какие-либо страшные изменения, и что власть над планетой уже не захвачена страшным неведомым сознанием. Снег на улице не шел, и черная сфера в небе бросалась в глаза, как никогда, пока они поднимались наверх и смотрели в небольшие окна. Псы, которые теперь, похоже, заняли каждый фут вокруг забора, зловеще рычали. Маривонн неожиданно поежилась от страха, но Вилсон крепко сжал ее ладонь.

Вернулись они уже во время карнавала, так что в коридорах почти никого не было. Но это им было только на руку, ведь они не знали, что и кому известно. Осторожно крадясь по зданию, как будто какие-то преступники, они добрались до мастерской костюмов.

— Ну что, рискнем? — спросил Вилсон.

— Да давай уж. Вряд ли это самое опасное место на Тиморе сейчас, — решительно сказала Маривонн.

Легкое касание, и дверь отъехала в сторону. В мастерской никого не было, кроме одного парня в синем комбинезоне с узором из паутины, который сидел к ним спиной и что-то делал в своем палме. Видимо, все уже ушли на карнавал.

— Простите, — откашлявшись, начал Вилсон. — Мы немного поздно спохватились, и у нас нет костюмов на карнавал… не найдется ли у вас чего-нибудь?

— Посмотрите там, — не поворачиваясь, парень ткнул пальцем куда-то в сторону, а сам продолжал смотреть в палм.

Маривонн и Вилсон подошли к указанному столу и увидели там два черных комбинезона с рисунком в виде скелета во весь рост. Один был явно мужской, а другой женский.

— Н-да, негусто, — сказала Маривонн, разглядывая костюм. — Впрочем, мы же поздно пришли. Сойдет и это, — потом она снова повернулась к парню. — Простите, а масок у вас каких-нибудь нет?

— Может, в ящике, — бросил парень, не поворачиваясь.

Вилсон отодвинул ящик стола и вздрогнул. Там лежали две маски с изображением черепа, но очень натуралистические.

— Слушай, как-то мне не очень хочется с вот этим на голове разгуливать, — проворчал Вилсон.

— Не привередничай, — сказала Маривонн, беря в руки маску. — Зато нас никто не узнает.

Так как парень по-прежнему не смотрел в их сторону, они быстро надели костюмы. К их удивлению, они идеально им подошли, как будто специально на них шили. Спрятав старую одежду в ящик, Маривонн сказала парню:

— Спасибо, мы возьмем у вас эти два костюма скелета. Мы оставим у вас нашу старую одежду, потом заберем, хорошо?

— Хорошо, — равнодушно сказал он.

Маривонн и Вилсон поспешили покинуть мастерскую. Тогда парень, который был на самом деле был Ирвингом, отложил палм, на экране которого погасла фронтальная камера, и повернулся к столу, на котором еще недавно лежали два костюма скелета. Он мрачно усмехнулся, довольно потирая ладонями. Его глаза были необычайно холодны сегодня.

— Что это за дрянь? — резким голосом спросила Ева.

Вин поставил на стол на колесах тарелку с гигантским черным шаром.

— Это сфера, разве не видите? — сказал Вин, убеждаясь, что тарелка сможет удержать его изделие, если оно вдруг покатится.

— Зачем ты привлекаешь к ней внимание? — Ева смерила его ледяным взглядом.

— Да сегодня же такой праздник, Хэллоуин, сегодня принято всех пугать. А сфера вот уже месяц всех пугает. По-моему, интересная идея, — произнес мужчина.

Ева посмотрела на него ничего не выражающим взглядом. Сегодня, в честь Хэллоуина, на ней было роскошное голубое платье в пол, оно плотно обтягивало ее фигуру и было похоже на лед. Даже ее кожа с волосами, уложенными в замысловатую прическу, казались прозрачными. Как будто она была ледяной статуей.

— Не понимаю, зачем ты так стараешься. Все равно всем сегодня будет не до еды, — равнодушно добавила она. — Что это, хоть? Торт?

— Ага, — Вин довольно улыбнулся. — Внутри бисквит, лединичный джем, мелокрем, шоколад…

— Да-да-да, мне это неинтересно, — Ева задумчиво покосилась на часы. — Остался час. Если ты хочешь, чтобы твой торт хоть кто-то попробовал, выноси его сейчас. И, — она строго посмотрела на него. — Я надеюсь, мы все выяснили насчет Маривонн?

— Да, — взгляд повара помрачнел.

— Имей в виду, — пригрозила она. — Если узнаю, что ты пытаешься предупредить ее… еще не поздно включить в список еще одно имя. Ты тоже знаешь… многовато.

— Я все понял, — лицо Вина стало непроницаемым.

— Ну что ж, — Ева взяла с соседнего стола печенье в форме волка и задумчиво прожевала. — Это будет настоящий Хэллоуин!

Вин про себя мрачно с ней согласился.

Глава 14

Не знаю, как они это сделали, но сцены главного зала были выкрашены в черно-бордовый цвет. Еще вчера они были серые. Повсюду слонялись разнообразные монстры, исторические персонажи и другие личности. Кто-то просто был в костюмах, кто-то в костюмах с гримом, кто-то в костюмах с масками, а кто-то видимо, не стал сильно заморачиваться и просто забрызгал привычную одежду краской, изображающей кровь. Я не сильно выделялась на всеобщем фоне, что радовало.

— Ну как тебе? — спросила Лора, которая пришла вместе со мной.

— Ну…, — я замялась. — Не люблю такие сборища. Мне становится неуютно в месте, где много людей.

— Странная ты, — усмехнулась Лора, слегка пританцовывая под музыку.

Звучало что-то земное, из прошлого века. Проталкиваясь через толпу в поисках Криса, я с удивлением разглядела вдалеке сцену, на которой стоял микрофон и акустическая гитара.

— А что, кто-то петь будет? — спросила я.

— Да, я буду, — улыбнулась Лора. — Я вчера договорилась, что мне дадут исполнить две песни.

— Ну, круто! — поздравила я Лору. — Погоди, а разве вы не вместе с Локи репетировали? Как же ты будешь без него?

— Ой, ну что я, сама себе на гитаре не подыграю? — пожала плечами Лора. — Лучше бы, конечно, чтобы у меня группа была, но гитара электро-акустическая, голос у меня сильный, думаю, все услышат.

— А что петь будешь?

— Ну, кое-что по теме, «This is Halloween», и еще одну свою песню, я ее написала на днях, ты ее еще не слышала, — улыбнулась Лора.

— То есть мечты сбываются? — спросила я.

— Ага, — Лора продолжала пританцовывать.

Мы продолжали идти вперед. Я вглядывалась во всех проходящих мимо монстров, выискивая среди них Криса, как вдруг увидела двух людей в таких же костюмах, что и я. Приглядевшись, я с удивлением узнала Криса и Стива. Честно говоря, увидеть Криса в виде скелета мне было неприятно — он и так почти скелет, а тут еще эти напоминания об убийствах… Я поспешила протолкнуться к ним и воскликнула:

— Крис, Стив! Вам что, тоже Трейси прислала костюмы?

— Ага, Локи ее попросил, — пояснил Стив, и тут его взгляд помрачнел. Я обернулась и обнаружила, что рядом со мной по-прежнему стоит Лора. Она покраснела и собралась уйти, но я схватила ее за руку и остановила.

— Послушайте, я понимаю, что Лора вела себя по отношению к Локи не очень хорошо, но она раскаивается в этом, и она моя подруга, — неожиданно для самой себя заявила я. Как ни странно, мы действительно подружились с Лорой в последнее время, хоть при первой встрече она мне и не понравилась. Но когда мы с ней обсуждали чувства, я вдруг поняла, что она, в общем-то, неплохая девчонка, только слишком влюбчивая. Да и она певица, творческий человек, так что ничего удивительного. — Поэтому давайте забудем все обиды и снова примем ее в нашу компанию? Локи теперь вместе с Трейси, а Лора извинилась.

— А твоя «подруга» в курсе, что у нас происходит? — спросил Стив, пока Крис возбужденно оглядывался.

— Нет, но…, — я посмотрела на Лору, которая выглядела смущенной. — Я думаю, мы можем ей рассказать.

— Окей, валяй, рассказывай, — согласился Стив. — Нам все равно нужно Локи дождаться.

Я повернулась к Лоре и, тяжело вздохнув, принялась за рассказ обо всем том, что произошло с того момента, как Крис убежал в лес.

— И что мы собираемся тут делать? — проворчал Вилсон.

Они с Маривонн только что в костюмах скелетов прокрались на карнавал и теперь топтались неподалеку от выхода, нервно озираясь в поисках Вина или Евы.

— Во-первых, нужно понять, люди ли они все до сих пор, — задумчиво сказала Маривонн и начала пробираться через толпу, заглядывая всем в глаза. Тиморовяне шарахались от зрелища того, как пристально вглядывается в них скелет.

Вилсон раздраженно схватил ее за локоть:

— Ты так только привлечешь к себе внимание! Так или иначе, похоже, что все они люди. Что дальше?

Маривонн его не слушала. Она смотрела куда-то вперед.

— Гляди-ка, — показала она туда рукой.

Вилсон перевел взгляд и увидел светловолосого мужчину лет сорока на вид, одетого в такой же костюм, что и они с Маривонн, который танцевал с полной женщиной в народном испанском наряде.

— Это же Гейл! — воскликнул он. — Хм, не думал, что он пойдет на карнавал, да еще и наденет костюм скелета после того, что случилось с Декланом.

— Странно, правда? — нахмурила брови Маривонн. — А теперь посмотри туда, — она указала на правую стену.

Неподалеку от двери, ведущей на кухню, стоял Норман, жевал какой-то бутерброд и нехотя озирался. Самое странное было то, что он был одет в точно такой же костюм, что и на них с Гейлом.

— А вот это уже подозрительно, — протянул Вилсон. — Два биолога, присутствующих при том разговоре, и в костюме скелета? Что-то мне это не нравится.

— Смотри, — толкнула его Маривонн.

В зал только что зашел Френсис в точно таком же костюме скелета. Весь его вид говорил, что он очень доволен собой. К нему тут же подбежала женщина-кошка, он крепко и страстно поцеловал ее и потянул танцевать.

— Все биологи в костюмах скелетов, — выдохнула Маривонн. — И мы тоже. Что это значит?

— Не может ли это быть простым совпадением? — Вилсон беспокойно оглядывался. — В конце концов, разве кто-то знал, что мы придем в мастерскую за костюмами?

— Может, знали, — растерянно сказала Маривонн. — Вилсон, мне страшно.

— Тихо, тихо, — мужчина крепко обнял девушку и начал переступать ногами в танце. Маривонн последовала его примеру. — Мы еще ничего не знаем. Надо посмотреть, нет ли еще кого-то в костюме скелетов. Может, это не связано с убийствами.

И они, пританцовывая в такт музыке, стали медленно пробираться через толпу. Их сердца быстро стучали, но отнюдь не от близости друг друга.

— Ты опоздал! — капризно надула губы Трейси.

— Прости, Крис всю ночь ворочался, не давал уснуть, и я проспал, — извиняясь, поднял руки Локи. — Но вот я здесь. Кстати, почему ты нам всем прислала одинаковые костюмы скелета?

— Я? — подняла брови Трейси. — Я просто сказала Ирвингу, что мне нужно три мужских костюма для вас. Он сам решал, что отправить. Может, другие костюмы кончились? По-моему, ты выглядишь ничего так, — она кокетливо провела пальцем по его груди. Локи почувствовал, что его обдало жаром.

— Ты тоже ничего. Такая секси в этом платье, — он восхищенно смотрел ей куда-то в область декольте.

Трейси довольно усмехнулась. Она специально сделала вырез себе поглубже, чтобы привлечь внимание.

Неожиданно она обратила внимание на то, что в зал вошел Ирвинг и встал у стены, как-то странно осматривая всех присутствующих, как будто подсчитывал что-то. Свой комбинезон он так и не сменил.

— Пойдем танцевать, — вдруг прервала Трейси Локи, который что-то ей рассказывал о своих друзьях.

— Что? — удивился Локи. — А, конечно, пошли.

И Трейси потянула его поближе к тому месту, где стоял Ирвинг. Звучала медленная музыка. Девушка, сама не зная, почему, начала извиваться вокруг Локи, крепко прижимаясь к нему в разных местах. Парень, кажется, обалдел от такого счастья и начал поглаживать ее за бедра. Время от времени Трейси бросала взгляд на Ирвинга, но он остался равнодушен к происходящему. Постепенно до Трейси дошло, что ее поведение ничего не дает, и она остановилась. Ей стало стыдно.

— Ой, прости, Локи, — смущенно сказала она. — Понятия не имею, что на меня нашло.

— Ничего страшного, — Локи был весь красный от возбуждения и с трудом смог от нее оторваться. Увидев, что Трейси помрачнела, он постарался вернуть себе ясность сознания и предложил: — Может, поищем Кендис и остальных?

— Ну, давай, — равнодушно сказала Трейси и позволила парню увести себя.

Скелет и летучая мышь начали проталкиваться сквозь толпу других монстров. Голова Ирвинга была направлена в их сторону. Вот только смотрел он вовсе не на девушку, а на Локи. И в его холодном взгляде сквозило что-то похожее на предвкушение.

Ансон вяло шел по залу, ища свою сестру среди этого маскарада. У него не было ни друзей, ни девушки, и он вообще не понимал, зачем он сюда пришел. Танцевать ему не хотелось, знакомиться с кем-то тоже. Может, хоть Нелли сможет поднять ему настроение?

Он взял со стола с закусками маленькое печенье в виде волка и задумчиво захрустел. Взгляд его блуждал по залу, пока не остановился на девушке в костюме ангела с черными крыльями. Сердце его сжало ледяными клешнями. Это была Лора. Она стояла рядом с двумя парнями и девушкой в костюмах скелетов, которых он уже с ней видел. Она была так прекрасна, что он почти задохнулся от восхищения. Ну как так вышло, что эта девушка любила другого? Как? Почему они не могли быть вместе?

Не в силах отвернуться, он наблюдал за тем, как Лора сначала с сосредоточенным лицом что-то слушает, а потом вдруг принимается за рассказ. Говоря, она жестикулировала, и вдруг Ансон обнаружил, что она куда-то показывает. Проследив за направлением взгляда шатенки в костюме скелета, он с удивлением обнаружил свою сестру. Она с невиданной ранее решимостью и сосредоточением оглядывала зал, как будто готовилась в любой момент отразить атаку. С костюмом она, похоже, решила не заморачиваться, так как на ней было простое белое платье, забрызганное «кровью». Зато ее спутница была бабочкой. Тело покрывало обтягивающее черное трико, за спиной раскрывались роскошные голубые крылья, а лицо скрывала затейливая маска, повторяющая узор на крыльях. Интересно, кто это? Ансон никогда не видел раньше сестру в компании с кем-то, если только она не работала. Парень снова перевел взгляд на Лору. Почему она показывает на его сестру? В груди заворочалось нехорошее предчувствие. Хмурясь, Ансон стал подбираться к компании скелетов ближе.

— Хм, кто-нибудь раньше видел Миранду? Это может быть она? — спросила я, разглядывая женщину в костюме бабочки.

Стив и Крис покачали головами. Неужели та самая Миранда, которой удалось сбежать от убийцы, стояла сейчас рядом с сестрой Ансона? Рассказ Лоры добавлял новые подробности в складывающуюся историю. Вот и что же нам теперь делать? Пойти искать Вина и потребовать от него отчет о происходящем на планете? Или познакомиться с Нелли и как бы невзначай расспросить Миранду о том, кто же неведомый убийца? Музыка больно давила на барабанные перепонки, мешая думать.

— Эй, стармэйтс! А вот и мы! — раздался жизнерадостный голос Локи. — Я прив…

Парень осекся. Повернувшись снова к своей компании, я стала свидетелем такой сцены: Локи стоял с застывшей улыбкой в том же костюме скелета, что и мы все, его рука лежала на талии Трейси, чей взгляд почему-то казался невероятно грустным; Лора густо покраснела и смотрела в пол; Стив продолжал сверлить взглядом Нелли и женщину-бабочку, стараясь не упустить их из виду; Крису же, похоже, все было до лампочки, он слегка пританцовывал на месте и вертел головой по сторонам. Я закатила глаза. Да уж, этого следовало ожидать.

— Привет, Локи, — как можно более радостно сказала я, стараясь сгладить создавшуюся неловкость. — Привет, Трейси. Спасибо за костюмы!

— Мм? — казалось, Трейси пребывала в каком-то другом месте, а здесь стояла лишь ее бренная оболочка. — Костюмы? Я ничего не делала. Я просто попросила Ирвинга.

— Понятно, — при упоминании имени парня я скривилась. Интересно, можно ли посвятить в происходящее Трейси? Я видела девушку всего два раза в жизни, мне сложно было судить. — Локи, ты говорил Трейси о…?

— Знаете, я, пожалуй, пойду, — вдруг выдала Лора.

— Нет, Лора, не уходи, — схватила ее за руку я. — Я уверена, что Локи не возражает против твоего присутствия здесь…

— Да нет, дело не в этом, — говорила Лора, при этом стараясь не смотреть на своего бывшего, который сейчас уставился в потолок. — Мне на сцену пора. Я к вам подойду… позже.

— Ааа, — растерянно протянула я. Разумеется, я понимала, что Лора уходит вовсе не поэтому, но не могла найти слов, чтобы остановить ее. — Ну, удачи тебе.

— Спасибо, — сказала Лора, и ее белые волосы затерялись в толпе различных монстров.

Я же повернулась к своей компании и подумала, что уход Лоры очень некстати. Как же мы теперь подкатим к Нелли?

— Кто-нибудь из вас общается с Ансоном? — спросила я.

Краснея и злясь на себя, Лора проталкивалась через толпу к сцене. Вот ведь идиотка она! Неужели теперь ей до конца своих дней будет неловко стоять рядом с Локи? Ладно, сейчас ей стоит отбросить все эмоции. Она собиралась выйти на сцену, чего она не делала уже год (если не считать время, проведенное в анабиозе), и не было во всей Вселенной ничего такого, что могло бы отвлечь ее от самого лучшего занятия на свете — пения!

— Привет, Лора! — перед ней нарисовался русоволосый парень в очках.

Ничего, кроме Ансона…

— Прости, Ансон, я спешу, — постаралась отмахнуться от него Лора, но парень схватил ее за руку.

— Я тебя не задержу надолго, — Ансон явно был смущен и не знал, как вести себя с ней после того разговора, но голос его был твердым. — Я понимаю, что тебе нужно на сцену, но… что ты говорила тем ребятам о моей сестре?

— Чего? — Лора несколько растерялась. Все ее мысли сейчас занимали Локи и предстоящее выступление, а о подслушанном разговоре она и думать забыла. — Ах, да…

Лора прикусила губу и нашла глазами в зале женщину-бабочку и Нелли. Кендис и остальные были заняты расследованием того странного, что происходило на Тиморе, и Миранда с Нелли были частью головоломки. Миранда могла много чего полезного рассказать об убийствах, но ни Кендис, ни Крис, ни Стив, ни Локи не были знакомы с ними. Так почему бы не помочь им напоследок?

— Слушай, Ансон, — вдруг сказала Лора. — Твоя сестра как-то замешана в тех убийствах, которые здесь произошли…

— Чего? — возмутился Ансон. — Нелли не убийца! Наоборот, она работает врачом…

— Я не говорю, что она убийца, — Лора задумалась. Ей пора на сцену, и вряд ли она сумеет все как следует рассказать. — Короче, видишь вон тех ребят? — она ткнула пальцем в Кендис и остальных «скелетов».

— Ну, — Ансон кивнул.

— Иди к ним и скажи, что ты брат Нелли и что тебя послала я. Они тебе все объяснят, — выпалила Лора и хотела идти дальше, но Ансон грустно сказал:

— Локи меня ненавидит после того, что мы с тобой сделали. Вряд ли они захотят со мной разговаривать…

— Ансон, речь идет о безопасности всей планеты, — резко сказала Лора. — Так что отбрось глупые комплексы и поговори с ними. Если начнут воротить нос, говори с Кендис. Она там самая разумная.

— Но…

— Все, Ансон, мне некогда, — и Лора побежала к ди-джею, махнув рукой, чтобы он остановил музыку. Он в ответ ей показал два пальца, говоря тем самым, чтобы она подождала две минуты, и девушка кивнула, поправляя волосы и нервно наблюдая за тем, как Ансон медленно направляется к Кендис. Все, она со своей стороны сделала все, что смогла, а теперь настало время того, ради чего, собственно, она и полетела в этот тур. Время осуществлять мечты!

Маривонн и Вилсон, покачиваясь в такт музыке, проходили мимо разнообразных монстров, нервно оглядываясь по сторонам в поисках еще кого-то в костюмах скелетов. Кто им только не попадался: ведьмы, зомби, вампиры, бэтмены, люди-пауки, принцессы, феи, ангелы, демоны, Наполеоны, Гитлеры, королевы, волки, кошки, мыши, кролики, весперы… однако до сих пор не было видно ни одного скелета, кроме них самих и группы ученых. Люди пили, ели, танцевали, целовались, разговаривали… Казалось, все забыли о таинственной черной сфере в небе, о жутких псах у забора и об ужасающих убийствах…

— Это действительно перестает мне нравиться, — прошептал Вилсон Маривонн на ухо, крепко прижимая ее к себе. — Похоже, что этим костюмом отмечены кандидаты на убой.

— И они тоже кандидаты? — Маривонн показала на группу новичков, трех парней и двух девушек. Кроме светловолосой красотки с шоколадной кожей, все они были одеты в точно такие же комбинезоны-скелеты, что и Маривонн с Вилсоном. Скелеты о чем-то жарко спорили, красотка же стояла с безучастным видом и смотрела куда-то вдаль. Проследив за ее взглядом, Маривонн похолодела.

— Ну, они вряд ли, — задумчиво протянул Вилсон. — Ладно, наверное, это тоже просто глупое совпадение, а мы с тобой уже стали параноиками. Не пора ли нам начать…

— Вилсон, — Маривонн схватила его за плечо. — Ты только не нервничай. И не волнуйся. Но… мы все трупы. Ты был прав. Эти костюмы… они…

— Маривонн, с тобой все хорошо? — Вилсон с беспокойством смотрел на девушку.

— Посмотри туда, — Маривонн показала рукой. — Только не пугайся.

Вилсон посмотрел в сторону выхода из зала. Около спрятавшейся сейчас двери было немного пустого пространства. С одной стороны стоял стол с закусками, накрытый черной скатертью, а с другой… Вилсон судорожно сглотнул и сильно сжал Маривонн за руку. С другой стоял тот самый парень, которого они встретили в мастерской. Лицо его было необычайно холодным, каким-то безжизненным, а рядом с ним стояла и что-то говорила… Ева.

— Ева, — выдохнул Вилсон и почувствовал, что весь мир катится в пропасть. — О нет, ты посмотри на его лицо…

— Они заодно, — кивнула Маривонн. — Эти костюмы нам достались не просто так. Это… какой-то план… сейчас произойдет что-то ужасное…

— Скорее, — пришел в себя Вилсон. — Нам нужно предупредить об опасности!

— Да, но с кого нам начать? Нас всего двое…, — отчаянно воскликнула Маривонн. — Те подростки или ученые?.. Кому сказать первым?..

У меня уже голова раскалывалась от бессонной ночи, громкой музыки и споров. Нужно было заговорить с Нелли и выяснить у нее про Миранду, но как? Стив и Локи предлагали разные варианты, один безумнее другого, Крис нетерпеливо подпрыгивал на месте, ему явно хотелось действовать, Трейси вообще стояла с безучастным видом, даже не выказывая удивления тому, о чем мы говорим… Я же готова волосы на себе рвать от отчаяния. Тут вдруг раздался неуверенный голос:

— Привет.

Я повернулась и с удивлением увидела Ансона. Чего это он к нам подошел? Лора вроде бы уже куда-то упорхала. Появление парня все встретили ледяным молчанием. Локи, Стив и Крис синхронно презрительно отвернулись. Я чуть не зарычала. Вот только еще одной неловкой паузы мне не хватало!

— Привет, — так же растерянно ответила я. — Ансон, да?

— Да, — парень кивнул. — Меня… к вам Лора прислала. Я брат Нелли. Что у вас тут происходит?

Лора? Ай да молодец же эта девочка! Она только что прислала нам ключ к Нелли!

— Ансон, — затараторила я. — На этой планете происходит нечто совершенно ужасное. Ты же слышал про убийства, да? Похоже, что твоя сестра покрывает единственную жертву, которой удалось спастись. Видишь ту женщину-бабочку? Это Миранда!

Проследив за направлением моего пальца, Ансон потрясенно выдохнул:

— Да нет, не может быть… у Нелли нет подруг… они никогда с ней не общались вне работы…

— Может, — выпалила я. — Нам очень нужно поговорить с твоей сестрой, и ты нам можешь помочь!

— Кендис, смотри! — Стив неожиданно схватил меня за руку.

Я повернулась в нужную сторону и увидела, как открылся проход, ведущий на кухню, и из него вышел Вин. Он катил стол, на котором стояла тарелка с гигантским черным шаром из чего-то съедобного, напоминающем о сфере. Взгляд его был сосредоточен, он явно что-то искал в зале, хотя и старался выглядеть радостным.

— Черт! — выругалась я. — Вот надо же было им одновременно появиться!

И, разумеется, Лора выбрала именно этот момент, чтобы начать свое выступление.

— Всем привет, — сказала она в микрофон. — Меня зовут Лора и, в первую очередь, я хотела бы вас всех поздравить с Хэллоуином!

Толпа одобрительно загудела, а я быстро осмотрела своих спутников, пытаясь понять, у кого из них больше причин ненавидеть Ансона. Разумеется, его не любили все трое… но кто больше всего?

— Я начинающая певица, — голос Лоры разносился по всему залу. — И сегодня я бы хотела исполнить для вас две песни. Первая — традиционная, по теме праздника, «This is Halloween».

— Так, я, Локи и Трейси отправимся к Вину и попытаемся понять, что происходит, — поспешно сказала я. Локи кивнул, Трейси сохраняла безучастное выражение лица. — Стив, — я повернулась к парню, которого считала самым разумным в своей компании. — Возьми Криса и Ансона, и постарайтесь разузнать что-нибудь у Нелли и Миранды. Хорошо?

Лора пробежалась пальцами по струнам, проверяя, настроена ли гитара.

— Хорошо, — сказал Стив и собрался было пойти, но нехорошее предчувствие заставило меня его остановить и сказать еще кое-что.

— Стив, — серьезно произнесла я под аккомпанемент бренчания акустической гитары. — Если вдруг что-то начнется, — я тяжело вздохнула. — Если что-то случится, пожалуйста, проследи за тем, чтобы Крис был в безопасности?

— Кендис, ну что ты так говоришь, как будто я маленький мальчик! — возмущенно воскликнул Крис.

— Стив, ты можешь мне пообещать, что с ним все будет хорошо? — не обращая внимания на недовольное бормотание своего друга, я смотрела Стиву прямо в глаза. — Обещаешь?

— Обещаю, — Стив не стал подшучивать надо мной или Крисом, как будто он тоже чувствовал, что на нас что-то готово обрушиться. — Идемте, парни.

Крис и Ансон, не смотря друг на друга, отправились вслед за ним проталкиваться через толпу, которые стояли и смотрели на сцену. Лора выделывала невообразимые вещи своим голосом, выводя:

— In this town we call home

everyone hail to the pumpkin song

In this town, don't we love it now

Everyone's waiting for the next surprise[4]

«Это уж точно» — подумала я. Песня подходила не только к самому празднику, но и к тому, что происходит на планете. Все мы ждали следующего сюрприза, и что-то мне подсказывало, что он нам совсем не понравится. Голос у Лоры был невероятно мощный. Даже не верилось, что эта маленькая девушка способна ТАК петь. Очень хотелось остановиться и, подобно всем остальным, открыв рот, послушать песню, но у меня еще были дела. Не сводя глаз с Вина, который аккуратно переставлял тарелку со своим кулинарным изделием на стол, я в сопровождении Локи и равнодушной ко всему происходящему Трейси, направилась к повару.

— In this town..

Don't we love it now?

Everyone's waiting for the next surprise!

Skeleton Jack might catch you in the back

And scream like a banshee

Make you jump out of your skin[5]

— Как верно она подобрала песню…

— Вилсон! — одернула его Маривонн, и президент вздрогнул. На секунду ему показалось, что сейчас за спиной окажется один из тех жутких металлических скелетов, что он видел в подвале, и заставит его «выпрыгнуть из кожи». — Мы сюда не музыку слушать пришли! Они разделились! Что делать будем?

— Мм? — Вилсон оглянулся и увидел, что трое парней, двое из компании «скелетов», а один — тот парень из столовой (и когда он успел прибиться к этой компании?), направлялись к заляпанной кровью девушке и еще кому-то в маске и с крыльями бабочки. В этой женщине ему смутно почудилось что-то знакомое… где-то он уже ее видел… — Слушай, Маривонн, а вон та женщина — она не кажется тебе знакомой?

— Какая? — спросила Маривонн, и президент указал ей в нужную сторону. Девушка, прищурившись, наблюдала за тем, как парень «ученый» что-то втолковывал девушке с пятнами крови. У стоящей рядом с ними женщины-бабочки лицо наполовину было скрыто маской, прям как у них с Вилсоном, вот только ее маска была гораздо роскошнее и повторяла узор на крыльях. Маривонн пристальнее вгляделась в ее лицо, отметив знакомые очертания губ, подкрашенных голубой помадой. Где же она уже такое видела?

— Вилсон, — теперь Маривонн, наконец, поняла, кто это. — Кажется, мы нашли ее…

— Кого? — не понял Вилсон.

— Миранду, — выдохнула Маривонн.

Вин явно не хотел разговаривать со мной, но, к его несчастью, он заметил меня слишком поздно. Едва он водрузил свой шар на стол, и к торту потянулись первые руки голодных людей, он повернулся, и тут же увидел меня.

— Кендис, — он встревоженно огляделся. — Нам нельзя с тобой говорить…

— Ну, уж нет, — упрямо заявила я, хватая его за руку и мешая смыться. — Вы сейчас же мне объясните, какого черта происходит на этой планете! И больше никаких выкрутасов!

— Кендис, если она увидит, что мы с тобой говорим, она решит, что я тебе все рассказал, и убьет меня! — испуганно тараторил Вин.

— Ева, что ли? — брякнула я, но тут лицо Вина исказил шок.

— Откуда ты знаешь? — пролепетал он.

— Подслушала ваш разговор. А ну, говорите, зачем вы убиваете людей! Что такого узнали Маривонн и президент?

— О, проклятье, Кендис, — Вин устало накрыл лицо ладонями. — Ладно. Но у нас мало времени. Ева меня прикончит, если узнает, что я говорю тебе это, но я должен предупредить тебя. Вам всем, всем, кто что-то знает, угрожает серьезная опасность.

— Какая опасность? — спросила я. Равнодушие моих спутников меня раздражало. Трейси продолжала безучастно стоять рядом, а Локи зачарованно смотрел на Лору, которая закончила петь первую песню и произносила вступительную речь ко второй.

— Вторую песню я начала писать вместе с одним парнем, но закончить мне пришлось ее одной, — говорила Лора, а весь зал ей внимал. — Это песня вдохновлена тем, что пришлось пережить всем нам, кто отправился в это путешествие навстречу неизвестности, оставив привычный мир. Эта песня о борьбе за мечту.

— Это же наша песня…, — потрясенно пробормотал Локи.

— Ты можешь хоть на секунду перестать думать о своей бывшей девушке и сосредоточиться на том, что происходит сейчас? — я что, единственная понимаю, что мы можем умереть? — Какая опасность, Вин?

— Все, мне пора идти, — Вин неожиданно посмотрел в ту же точку, куда смотрела Трейси. — Кендис, собери своих друзей, и бегите, бегите. Но не забудьте попробовать мой торт, — и повар стрелой куда-то умчаться.

— Стой! — крикнула я и хотела броситься за ним, но Локи схватил меня за плечо и сказал:

— Кендис, пожалуйста, послушай это…

— Черт! — выругалась я, когда Вин исчез в толпе. Растерянная и не знающая, что дальше делать, я отрезала себе кусок от торта-сферы и начала его есть. Что-то невообразимо восхитительное со сложным вкусом наполнило мой рот. Что ни говори, а поваром Вин был великолепным. Что ж, послушаю песню Лоры, что ли, а то как-то невежливо получится по отношению к моей подруге.

Прежде чем начать играть, Лора еще раз пробежалась пальцами по струнам. Глаза ее блуждали по залу. Ее первое исполнение было воспринято на ура, все люди в зале стояли и смотрели на нее, как будто она была Бритни Спирс, только поющая не под фонограмму. Конечно, от ее внимания не укрылось, что все ее друзья носились по залу, решая какие-то проблемы. Наверное, они пытались спасти этот мир, но сейчас, когда она приготовилась исполнить свое, даже Кендис повернулась к ней. Лора успела заметить и восхищенное лицо Локи, и бедного Ансона, потрясенно смотрящего на блеск ее платья в гармоническом свете. Даже его сестра Нелли отбросила боевой вид и смотрела на Лору. Сейчас она делала то, ради чего прилетела сюда, ради чего терпела все ужасы этой планеты. Стоило ли оно того? Несомненно. Девушка глубоко вздохнула и заиграла перебором.

Отыграв несколько тактов проигрыша и убедившись, что все в зале ее слушают, она запела:

— They said: «You can't go far away

From emptiness behind.

Your dream is silly. You must stay.

You're just out of your mind!»

Все в зале смотрели на нее, узнавая слова, которые говорили им все знакомые, когда они только собирались покинуть Землю. Они были настолько заворожены, что даже не заметили, как вице-президент выскользнула из зала.

— But I know they don't understand.

I know that it's extreme.

Come on, go on, my dear friend.

We're fighting for a dream.

Локи смотрел на Лору, не отрываясь. В его взгляде было столько любви, что, казалось, он в ней утонет. Я перестала жевать торт и заметила, что даже Трейси смотрит на Лору несколько удивленно.

«You will face fire, ice and rain.

There's no reason to fight.

You'll feel just sorrow, lost and pain.

You know it can't be right».

Ансон почувствовал, что на его глаза наворачиваются слезы… как же прекрасно звучал ее голос! Нелли с тревогой смотрела на него. Крис и Стив с удивлением признали, что Лора — офигенная девчонка, и что они понимают, почему Ансон и Локи так ей увлеклись. Миранда же вся собралась, неожиданно заметив, что Ева вышла из зала.

But I know they don't understand.

I know that it's extreme.

Come on, go on, my dear friend.

We're fighting for a dream.

Маривонн и Вилсон забыли о том, что они собирались предупредить всех об опасности. Голос Лоры увлек их, и они смотрели, как ее тонкие пальцы перебирают струны.

We've lost so much. We don’t remorse.

And now I want to scream:

«We are the kings of universe.

We're warriors of dream».[6]

Едва прозвучала последняя нота, свет в зале погас.

Глава 15

По всему помещению понесся испуганный ропот. В зале не было окон, так что наступившая темнота была абсолютной. То есть совершенно непроглядной.

Лора растерянно стояла на сцене, продолжая сжимать в руках гитару. Она просто не понимала, что это значит. Только что все было хорошо, она блистала на сцене, все в зале ее слушали, и вдруг — раз — зал погас, как одинокая свеча под дуновением ветра. И не было видно ничего, даже своих рук Лора больше не видела.

Стоп, ну чего она так разволновалась? Ну, погасло электричество, и что? Наверное, это просто какие-то неполадки. Сейчас все исправят, и снова зажжется свет. Конечно, немного обидно, что все это случилось именно во время ее выступления, но, в конце концов, песню она допела, все в восторге. Нужно просто постоять немного спокойно, и свет снова зажжется. А то сейчас вообще ничего не видно, если она попробует спуститься со сцены в темноте, чего доброго, шею сломает…

Но, подождите… Перед глазами Лоры в зале заплясали какие-то огни. Девушка улыбнулась. Ну вот, кажется, у кого-то были с собой переносные источники света. Боятся совершенно нечего. Еще немного, и вернется весь остальной свет…

Но, когда огни, разбросанные по залу в разных местах, стали обретать форму, сердце Лоры неожиданно гулко забилось, обдав ее холодной волной чего-то непонятного еще до того, как девушка поняла, что за форму приняли огни. Она вцепилась изо всех сил в гитару, так как это единственное, в существовании чего она была уверена сейчас. Струны больно впились в ладони, но Лора не отпустила инструмент. Она, наконец-то, поняла, что за форму приняли огни.

Это были человеческие скелеты.

Когда погас свет, Гейл стоял неподалеку от стола с закусками, положив на талию Джойс свою руку. Мгновенная вспышка — и света больше нет, и ничего не видно, и люди испуганно что-то лепечут.

Джойс испуганно вскрикнула, а потом крепче прижалась к мужу и спросила:

— Что это значит? Так было запланировано, чтобы нагнать ужаса?

— Не знаю…, — Гейл был растерян. Свет так и не зажегся снова, и все вокруг стали пугаться. — Может быть.

— Или лампы перегорели? — продолжала спрашивать Джойс, надеясь разговорами отвлечься от ужаса, который медленно накрывал ее.

— Они не могут перегореть, — нахмурился Гейл. — Гармонический свет… он вечен.

Неожиданно Гейл вдруг обнаружил, что к нему возвращается зрение. Он стал различать испуганное лицо своей жены, силуэты мечущихся по сторонам людей, стол с закусками, бокал вина в своей руке. Однако свет все же не зажегся, потолок по-прежнему оставался бездонно-черным, как будто сразу над их головами начинался космос. Лампы не починили. Однако почему же тогда он снова видит?

— Ох, Гейл! — воскликнула жена. — Твой костюм!

Ученый изумленно опустил глаза вниз и обнаружил, что рисунок скелета, покрывавший все его тело, начал светиться странным зеленоватым светом, выделяясь из темноты. Сердце мужчины екнуло, когда он увидел кости на месте своего тела. Глупости, попытался отмахнуться он. Наверное, так действительно было задумано. Совершенно нечего бояться, просто дизайнер решил соригинальничать…

Гейл отчаянно старался успокоиться и не паниковать, как вдруг он услышал. Тяжелые, грузные шаги. Человек не может издавать такие звуки.

— Что это, Гейл? — Джойс выглядела донельзя испуганной. — Мне страшно!

— Тише, — настороженно сказал Гейл, крепче прижимая к себе жену. — Наверное, это часть программы.

Но даже он больше не смог себя уговаривать тем, что все это — задумка организатора, когда на него обрушился нестерпимый, пронзительный запах металла. Воспоминание о гибели коллег было еще слишком свежо, да и никто бы не стал ТАК пугать людей на Хэллоуин.

— Джойс, только спокойно, — прошептал он на ухо жене. — Нам нужно как можно скорее убраться отсюда…

Вот только для него это было слишком поздно. В свете своего костюма он неожиданно различил блеск металла. Толпа с визгом разбегалась в стороны, открывая путь страшному созданию. Чем ближе оно приближалось, тем четче становилось видно. Гейл и Джойс начали испуганно пятиться, однако тяжелые шаги звучали все ближе и ближе. Еще несколько секунд, и глазам ученого открылся металлический человеческий скелет одного с ним роста. Запах металла стал совсем нестерпимым, его замутило.

Гейл подумал, что ему стоит бежать со всех ног, но странное существо не собиралось дать ему такой возможности. Едва он сделал шаг в сторону, он вдруг почувствовал, что его куда-то тянут, выкручивают, рвут на части. Пара секунд, и Гейла больше не было. Джойс, на которую вылилась вся кровь биолога, издала пронзительный крик.

— Вилсон, мы должны снять эти костюмы! Скорее! — отчаянно закричала Маривонн, увидев в отдаленном свете армию металлических скелетов, шагающих по залу. Девушка не сомневалась, что направляются они к тем, чьи костюмы так странно и зловеще сверкали в темноте. Они сияли, как маяки, ведущие к себе ночью корабли.

— Но у меня под ним ничего нет, — попробовал протестовать Вилсон.

— Они идут на костюмы! Плевать на стеснение, тут речь идет о нашей жизни! — Маривонн усердно пыталась совладать с застежкой у нее на спине, но руки не слушались.

Скелеты угрожающе приближались, хотя, к счастью, люди, которые, увидев странных существ, бросились в разные стороны, дико крича, немного сдерживали наступающую волну, которая терялась и не знала, как обойти эту визжаще-кричащую массу.

— Ладно, — буркнул Вилсон, понимая, что на препирательства нет времени. Схватившись за ткань, чтобы стянуть рукав, он неожиданно понял, что тот плотно приклеился к его коже. Дернув его пару раз и чуть не взвыв от боли, президент воскликнул:

— Он не снимается!

— Проклятье, мой тоже, — Маривонн, отстегнув застежку, тоже не смогла оторвать костюм от своей кожи.

— Скелеты приближаются! — Вилсон был на грани отчаяния.

Маривонн несколько раз яростно дернула ткань костюма, надеясь оторвать его, несмотря на боль, даже если это лишит ее кожи, но жуткие металлические шаги, все ближе звучащие, подсказали ей, что она не успеет этого сделать. Бросив бесполезные попытки, она схватила Вилсона за руку и потащила его вслед за людским потоком.

— Бежим отсюда! Если они приблизятся, нам конец.

Начался ад. Запах металла накрыл весь зал, скелеты вышагивали ровным строем через входную дверь, а дикий вопль какой-то женщины, усиливший панику, подсказал мне о том, что уже есть первая жертва. Тарелка с остатками торта выпала из моих рук, я испуганно закричала:

— Крис!

Только не он, пожалуйста, кто угодно, только не он. Я знала, что это жестоко — так думать, но в эту секунду мне было плевать на всех остальных в зале. Пусть хоть всех эти существа выкосят, мне все равно! Главное — я должна найти Криса и спасти его.

Я рванула через толпу, забыв о своей обычной стеснительности, расталкивала людей в стороны, оглядываясь по сторонам и зовя Криса. Мой костюм очень кстати начал светиться, так что я могла разглядеть лица, искаженные ужасом. Конечно, наверняка это тоже не просто так, и, возможно, мне стоит остановиться и прямо сейчас снять этот комбинезон, но времени не было.

— Кендис! Подожди нас! — раздался голос Локи.

Я быстро оглянулась и увидела, что Локи, чей скелет сейчас светился зеленоватым светом, вместе с ожившей внезапно Трейси проталкивались через толпу вслед за мной. Но я не могла их ждать. Я должна найти Криса.

— Крис! — снова закричала я, но мой голос был почти не слышен среди воплей испуганной толпы.

Черт! Нет, он не может умереть. Стив пообещал мне, что позаботится о нем. Он выведет его из зала, отыщет безопасное место и там они переждут бурю. А я просто должна найти его. Однако паника не желала утихать. И зачем мы только вообще полетели в это путешествие? Если он умрет, это будет моя вина. Я должна была остановить его, связать, не пустить… ага, так бы он меня и послушался. Он бы все равно полетел. А так у меня хотя бы есть шанс его спасти.

— Кендис, ну куда ты так несешься? — кричал Локи, но мне было не до него.

Я бежала изо всех сил, вглядываясь в лица всех проходящих мимо людей, но ни один из них не был Крисом. От отчаяния я готова зарыдать. Как я найду его в этой толпе? Почти все жители Тимора пришли на этот дурацкий карнавал, а это значит, по меньшей мере, две тысячи людей сейчас с криками разбегались от скелетов.

Споткнувшись обо что-то, я упала, больно ударившись рукой. Подняв голову, я увидела, что прямо ко мне приближается один из скелетов. В следующую секунду я вдруг почувствовала, что меня куда-то тянет.

Вин несся по коридорам быстрее молнии. Он знал, что адские скелеты уже начали свою работу, и мог только надеяться на то, что как можно больше народу успели попробовать его торт. Ева, скорее всего, занята в зале, значит, у него есть время.

Вин, наконец, добежал до нужного крыла и поспешно забарабанил пальцами по стене рядом с одной из дверей. Пароль он узнал заблаговременно. Дверь нехотя отъехала в сторону, недовольно скрипнув, как будто предостерегая. Да-да, разумеется, он знал, что это опасно, но иного выхода не было. Он должен сделать, хоть что-то.

Быстро влетая в комнату, он включил свет. К счастью, в этом помещении он не был заглушен. Гармоническое сияние заскользило по серебристым стенам. Комната была почти пуста, не считая огромного экрана во всю стену. Сейчас он сиял потрясающе черным цветом, однако будучи знакомым со сферой и ее ужасами, он видел, насколько блеклым был этот цвет. Одно касание, и экран загорелся. Руки Вина быстро заскользили по поверхности, открывая план энергоснабжения здания. Сердце бешено стучало, дорога была каждая секунда. За то время, что он здесь возится, могли погибнуть еще сотни людей. Память услужливо выдавала ему пароли, которые он выискивал все это время. Вот и карта всей территории… Ограждение… Вот отсюда поступает электричество…

Из коридора донесся топот ног. Кто-то уже успел сбежать. Это хорошо, но как скоро появятся все остальные? Он должен остановить это. Интересно, как там Маривонн? Он так и не смог ее найти, но он знал, что на ней должен быть один из костюмов-скелетов. Она — маяк, на который тянутся жуткие металлические твари. Он должен был предупредить ее… но Ева слишком пристально следила за ним, и ему нужно было осуществить свой план. Единственный шанс на спасение многих…

Наконец, финальный пароль был введен. Глубоко вздохнув и собрав всю свою решительность в кулак, Вин надавил пальцем на возникшую на экране кнопку. Секундное гудение, и это свершилось. Напряжение с забора было убрано.

В следующую секунду раздался волчий вой.

На счастье, Маривонн и Вилсону таки удалось ускользнуть из зала вместе с потоком людей. В панике народ Тимора несся по коридорам, однако скелеты за ними почему-то не последовали, хотя в коридоре тоже было темно. На шум выглядывали те немногие, кто не пошли на карнавал и удивленно смотрели на причудливо наряженных тиморовян, уносящихся от главного зала, как звери от лесного пожара.

Маривонн и Вилсон пробежали немного, а потом решили заскочить в одну из комнат. Она не была защищена паролем, а внутри находилось лишь несколько столов и стульев, видимо, ей давно никто не пользовался. Свет не горел, и включаться не желал — вероятно, гармонический свет был заглушен во всем здании. Лишь закрыв дверь, они выдохнули.

— Что… что это было? — заикаясь, спросил Вилсон.

Маривонн тяжело дышала после бега, поэтому не ответила. Она поспешно стянула с головы маску, благо та не была приклеена, и снова начала остервенело дергать костюм, морщась от боли.

— Черт бы их побрал! — возмущенно воскликнула она. — И кто только придумал эти дурацкие костюмы?

Она еще раз резко рванула костюм на руке и вскрикнула. Ткань плотно прилипла к коже и, казалось, могла сняться только вместе с ней. Вилсон подошел к девушке и осторожно взял ее за плечи.

— Маривонн, перестань. Так ты только кожу порвешь. Послушай, там, снаружи, происходит что-то ужасное. Ну, я же их президент, в конце концов. Мой народ убивают, я должен что-то сделать!

— Если бы я знала, что нам делать, — грустно сказала Маривонн под аккомпанемент топота бегущих людей в коридоре. — Похоже, миру пришел конец.

— Маривонн, ну ты чего? — президент заглянул девушке в глаза. — Ты же всегда была такой смелой! Мы должны что-то сделать!

— Мы ничего не можем сделать, — отчаянно сказала Маривонн, пряча лицо в ладони. — Ты что, не видишь? Эти скелеты захватят тела всех людей. Это не физические существа, я понятия не имею, как с ними бороться. Стоит к ним приблизиться — и они начнут выталкивать тебя из твоего тела, забирая его себе. Мы можем только бежать…

— Но они же боятся гармонического света! Значит, их как-то можно остановить?

— Боятся ли? — Маривонн задумчиво прикусила губу. — Ева спокойно ходила по лагерю и при свете.

— Да, это странно, — согласился Вилсон. — Однако не просто же так все лампы потухли перед их появлением.

— Вот именно, — Маривонн рассеянно теребила прядь волос. — Вилсон, вспомни, может, Ева носила при себе постоянно что-то, какой-то амулет или браслет? Может, что-то давало ей защиту?

— Нет, ничего такого, — Вилсон покачал головой. — Она моя жена, так что, уж поверь мне, я много раз ее видел голой. Но на ней ничего не было. Если она раздевалась, то раздевалась полностью, даже при свете.

— Н-да, загадка. А ведь тот парень из мастерской — он тоже находился при свете! — вспомнила Маривонн. — Ему он тоже почему-то не мешал.

— Интересно, почему… А что, если…

— Вилсон, тихо!

Маривонн подняла руку вверх, и президент замолчал. По коридору по-прежнему бежали. И тут раздался пронзительный вой. Он прозвучал очень близко, а потом послышались тяжелые грузные шаги, от которых задрожал пол.

Маривонн побледнела.

— Ну вот. Теперь в здании еще и волки.

Продолжая сжимать в руках гитару, Лора, спотыкаясь, побежала со сцены. Крылья зацепились за занавеси, и она чуть было не упала со ступенек, однако ей удалось спуститься живой. Оставаться в стремительно пустеющем зале наедине со скелетами ей не хотелось, так что она побежала к выходу за остальными. Но не успела она пробежать и двух шагов, как споткнулась на своих каблуках. С трудом удержавшись на ногах, она поспешно начала расстегивать застежку на босоножках. Пока дрожащие пальцы пытались справиться с туфлями, ее взгляд успел заметить одного из скелетов.

Однако скелет, тяжело ступая металлическими ногами, совсем не заинтересовался девушкой, вместо того направляясь к мужчине в обтягивающем костюме скелета, как у Кендис и компании. Забыв про туфли, Лора смотрела на происходящее широко открытыми глазами. В зеленоватом свете костюма мужчины она увидела, как металлический скелет останавливается и начинает странно гудеть. Мужчина, поначалу пытавшийся бежать, неожиданно замер. Его тело начало тянуться в сторону. Костюм разошелся по шву сбоку и… о Боже, что это? Лору чуть не вырвало. Тело мужчины медленно отделилось от его скелета, окатив ноги девушки фонтаном крови, а потом так же медленно обвилось вокруг металлического скелета… И вот перекочевавший на другой скелет мужчина начал поворачиваться.

— Лора! Скорее бежим! — раздался сзади знакомый голос.

Не успела девушка сообразить, что происходит, как чьи-то руки отстегнули ее туфли, сняли с нее так и болтающуюся на ремне гитару, потом резко поставили ее на ноги и потянули за собой. Подчиняясь, она бросилась бежать, и только потом узнала в держащем ее за руку парне Ансона.

Они бежали вслед за толпой, прочь от скелета, прочь от металлического запаха, прочь от крови. Ансон уверенно вывел ее из зала и стремительно влетел в одну из близлежащих комнат. Ни в коридоре, ни в комнате свет не горел, однако несколько курток, которые висели в этой комнате, слегка светились, так что Лора с удивлением обнаружила в помещении Стива, Криса, сестру Ансона Нелли и женщину-бабочку Миранду, уже снявшую маску. Тяжело вздохнув, Лора плюхнулась на стоящий у двери стул, а Ансон поспешил обнять сестру.

— Зачем ты ее сюда притащил? — смерила Лору недовольным взглядом Нелли.

Лора поморщилась: ну вот, теперь ее все ненавидят!

— А что, я ее должен был там бросить? — с вызовом спросил Ансон. — Рядом с ней убили какого-то мужчину!

Услышав это, Лора вздрогнула и уставилась на пятна крови на своих руках. Волна ужаса неожиданно накатила на нее, и она начала всхлипывать, пытаясь оттереть бурые пятна подолом платья. Убили! Те скелеты убили человека у нее на глазах! И могли убить и ее, если бы не Ансон…

— Ансон, — пролепетала она. — Спасибо, что вытащил меня…

— Не за что, — улыбнулся парень.

— Да не убили бы ее, — раздраженно махнула рукой Нелли. — Им сначала зачем-то нужно было убить тех, на ком эти костюмы, — она показала на Стива и Криса, скелеты на чьих комбинезонах зловеще светились.

— Кстати, кого убили-то? — неожиданно подала голос Миранда.

— Не знаю, мужчину какого-то, — развел руками Ансон.

— Он был один? — уточнила Миранда.

— Да.

— Тогда, вероятно, это был Норман, — ее лицо ожесточилось. — Жаль. Мы с ним часто общались вне работы.

— Так, стоп! — неожиданно воскликнул Стив. — Кто-нибудь может мне объяснить, что происходит? И почему этот костюм ко мне приклеился? — он демонстративно потянул за рукав комбинезона, который потянул за собой его кожу.

— Они их приклеили? — удивилась Нелли. — Хм, хитро. Скорее всего, это хирургический клей.

— Чего? — не понял Стив.

— Хирургический клей, — повторила Нелли, но парень продолжал недоуменно хмуриться. — Эй, ты в каком веке живешь, парень? С его помощью заклеивают раны после операции. Он плотно сдерживает кожу, стимулирует процесс регенерации. Пока он сдерживает края, рана затягивается сама собой, а потом он растворяется, впитываясь в кожу.

— Что, самая умная, что ли? — неожиданно взъярился Стив. — Тут не все ученые, между прочим. Я вообще ушел из школы после 11 класса.

— Причем тут ученые или не ученые? — резонно заметила Нелли. — Я тоже не ученый. У меня нет медицинского образования. В мое время все знали, что такое хирургический клей, и если тебе повезло не столкнуться с операциями, это не значит, что я какая-то суперумная…

— В твое время! — фыркнул Стив. — Так ты старушка, что ли? Еще в 21 веке, небось, с Земли улетела?

— Стоп-стоп! — неожиданно воскликнула Миранда. — О Господи, за что мне это все? Почему я должна разгребать все это вместе с кучей подростков, которые ругаются без конца? Нелли, ну хоть ты-то можешь вести себя нормально!

Все замолкли, а Нелли покраснела.

— Прости, — пробормотала она.

— Так-то лучше, — кивнула Миранда и перевела взгляд на Лору, которая все еще сидела с немного испуганным видом. — О, я смотрю, у тебя тоже крылья? Как думаешь, может, пора от них избавиться?

— Наверное, — согласилась Лора и поспешила снять свои черные крылья, а Миранда сняла свои.

— Так что мы делать-то будем? — спросил Стив.

Молчавший до этого Крис вдруг встрепенулся и выпалил:

— Мне кажется, нужно найти Кендис.

— Разумно, — согласилась Лора. Кендис хотя бы ее не ненавидела. Возможно, она сможет сгладить неловкость. — Надеюсь, с ней все в порядке.

— Я тоже так думаю, — Стив беспокойно оглянулся на дверь, за которой по-прежнему бежали люди.

— Тогда вперед! — Крис рванул к двери, но Стив поспешно схватил его за руку:

— Эй, стармэйт, мы с тобой ходячие мишени, ты забыл? Сначала нам нужно снять эти костюмы! Или мы будем ждать, пока клей рассосется? — ехидно добавил он, посмотрев на Нелли. Но ответила ему Миранда.

— Если вы будете ждать, пока он рассосется, то костюмы станут частью вашего тела, и вам от них уже никогда не избавиться. Но в операционной должно быть немного растворителя. Нам нужно туда проникнуть…

Едва она это сказала, из коридора послышался волчий вой, и пол задрожал. Все испуганно переглянулись.

— Ну и как мы пройдем мимо волков? — скептически спросил Стив.

Мое сознание отчаянно сопротивлялось, стараясь удержаться в теле. Кто-то другой, чем-то похожий на то существо, что я встретила в лесу, пытался вытолкнуть меня, отправить мою энергию парить по воздуху, а плоть забрать себе. Ну, уж нет, свое тело я никому не отдам! Вцепившись ногтями в пол, я изо всех сил отталкивала чужеродное сознание. Кажется, оно было удивлено, что я вообще могу сопротивляться. Обычно захват тела не представляет труда, ведь мы, люди, так слабы перед ними… Но не я. Однако даже у меня не было достаточно сил, чтобы справиться с ним, и я почувствовала, как лопается шов моего костюма сбоку, а вместе с тем кто-то как будто провел ножом вдоль моего тела — брызнула кровь. Я схватилась левой рукой за правую, стараясь удержать свою плоть на месте, но мясо медленно отрывалось от костей. Мое сознание теряло хватку. Я почувствовала, что проигрываю битву за свое тело.

И в этот момент пол задрожал, как будто на него ступил великан. Неожиданно я почувствовала, что таинственное создание отпустило меня, и тело снова принадлежит только мне. Плоть больше не отрывалась от костей, однако из открытых ран сбоку ручьем струилась кровь. Я с трудом подняла голову с пола и чуть не задохнулась от ужаса. Всего в нескольких шагах от меня стоял гигантский пес. Его пасть была широко открыта, с языка каплями размером с баскетбольный мяч стекала слюна. Хищные глаза смотрели на металлический скелет, как на самое вкусное лакомство в этом мире. Неожиданно я вдруг почувствовала жгучее желание закрыть глаза. Расслабившись, я опустила веки, и поняла, что снова вижу, как тогда в лесу. Сначала я не могла ничего понять среди тысяч разноцветных энергий, что парили сейчас по залу, но потом неожиданно до меня дошло, что гигантский пес (который в таком диапазоне был лишь огромным черным пятном) пьет эту энергию, как сок. Сгусток черно-белой энергии тянулся от скелета прямо волку в рот, и он быстро сглатывал, как вампир, приникший к горлу своей жертвы. Несколько секунд, и существа, напавшего на меня, больше не было. Металлический скелет с жутким грохотом упал на пол, и я открыла глаза.

Теперь я снова видела жуткую пасть пса в девяти футах надо мной, но в обрамлении черного. Свет от моего комбинезона неведомым образом достигал самой его морды, и я ясно видела хищный оскал и сверкание его клыков. Каким-то образом я снова начала понимать все происходящее вокруг, и теперь я знала, что этот пес может питаться как мясом, так и энергией. Но предпочитают все же энергию. Обычно человеческая энергия его не очень привлекала, однако было во мне что-то такое, что показалось ему вкусным. Сглатывая слюну, я попыталась отползти по полу, оставляя кровавый след, но понимала, что от такого существа мне не убежать. Что ж, оставалось лишь надеяться, что Стив позаботился о Крисе. Сейчас он выпьет мою энергию…

Неожиданно я почувствовала недоумение существа. Моя энергия была очень вкусной, он чувствовал ее запах, однако находилась она как будто бы за каким-то барьером. Потыкав своим энергетическим ртом в разные места и так и не найдя бреши, пес медленно развернулся и отправился атаковать другой скелет.

Я обессиленно упала на пол, не веря своей удаче, как вдруг надо мной склонился Локи, вот только силуэт его был почему-то черным. Впрочем, кого это волнует.

— Кендис! — обеспокоенно воскликнул он. — Ты в порядке?

— Неужели не видно, что нет? — простонала я, зажимая рану в боку, из которой продолжала сочиться кровь. — Та тварь чуть всю плоть с меня не содрала…

— Да уж, вижу, — мрачно кивнул Локи. — Трейси, не одолжишь немного своих крыльев?

Трейси молча сняла свои бэтменовские крылья и протянула Локи. Парень осторожно приложил их к моим ранам в боках, которые тут же защипало, отчего я ойкнула.

— Тебе нужно к врачу, — обеспокоенно сказал Локи. — Мне только одно непонятно: почему он остановился? Почему не довел дело до конца?

— Тот пес выпил всю его энергию, — прошипела я сквозь зубы.

— Что? — округлил глаза Локи. — Откуда ты знаешь?

— Просто знаю.

— Опять как в лесу? Понятно, — Локи оглянулся на пса, который, судя по звукам, вгрызался в чье-то тело. — Странно еще, почему пес тебя есть не стал. Как и нас, кстати.

— Он вас тоже не ел? — приподняла брови я.

— Не ел, — неожиданно подала голос Трейси. — Когда мы увидели, что тот скелет атаковал тебя, мы подумали, что тебя не спасти, и бросились к выходу, как вдруг в зал вошел пес. Я уж подумала, что все, так все и закончится, однако он лишь порычал на нас немного, и сразу к тебе пошел.

— Странно, — пробормотала я.

— А вон того парня он почему-то ест, — голос Локи дрогнул. Наверное, это было ужасное зрелище, и хорошо, что я его не видела. — Ладно, похоже, псы разогнали всех скелетов. Тебе нужно к врачу!

— Нет, — упрямо заявила я, садясь и борясь с головокружением. — Мне нужно найти Криса.

Когда вой стих, Маривонн решилась выглянуть из комнаты. Коридор опустел, как будто волна прошлась по всему зданию и с отливом смыла всех людей. Из зала доносилось рычание и еще какие-то звуки, но, похоже, пес увлекся надолго. Она махнула Вилсону, и они вдвоем выбрались из комнаты. Ступая очень осторожно, чтобы не привлечь внимание псов в зале, они двинулись подальше от этого крыла здания.

Здание казалось зловеще пустынным. Судя по всему, псы успели пройти по коридору и напасть на нескольких людей — тут и там в зловещем свете костюмов виднелись обглоданные человеческие трупы. Маривонн старалась на них не смотреть, а вот Вилсон, обводя их взглядом, сокрушался:

— Какой ужас… позор мне, позор… эти люди погибли из-за меня…

— Перестань, Вилсон, — ободряюще сжала руку ему Маривонн. — Ты ничем бы им не помог. Против псов нет спасения.

— Это все произошло по моей вине, — настаивал президент. — Я женат на той женщине, которая все это устроила, и за все эти годы я даже не понял, что она не человек.

— Никто не думал, что Ева не человек, — возразила Маривонн. — Конечно, все отмечали ее необычную холодность, но никто не сомневался в ее принадлежности к нашей расе.

— Эти все не видели Еву каждый день, не спали с ней в одной постели. Я должен был что-то заметить.

— Между прочим, — поменяла тему девушка. — Мы так и не поняли, при чем тут псы. Они что, должны были доесть отбракованный материал или…?

— Маривонн, пожалуйста, — взмолился Вилсон. — Мы же говорим о людях, которые жили на этой планете… и они погибли. «Отбракованный материал», это как-то…

— Грубо? Может быть, — Маривонн тяжело вздохнула. — Прости. Но действительно, зачем они запустили псов? Я думала, их замысел состоит в захвате наших тел, а не избавлении от них. Это странно.

— Меня больше беспокоит, скольким людям удалось спастись, и где они сейчас?

Маривонн неожиданно остановилась. Вилсон увидел по левую сторону обычную дверь, блестевшую в свете костюмов. Она показалась ему смутно знакомой. Президент нахмурился.

— Габриэлла? — спросил он.

— Ее не было сегодня на карнавале, — медленно сказала Маривонн. — Как думаешь, она жива?

— Надеюсь, что да, — президент погрустнел. — После смерти Джона Габриэлла стала последней из первооткрывателей. Не хотелось бы ее лишиться. Она может что-то знать о тех странных существах.

— Я тоже так думаю. Зайдем?

— А у нее дверь не под паролем?

— Под паролем. Но я его знаю, — Маривонн легонько отстучала пальцами рядом с дверью какое-то слово.

Скрипя, дверь отъехала в сторону. Свет в комнате, как и во всем здании, не горел. Судорожно сглотнув, девушка решительно шагнула внутрь.

Лора сидела на стуле, цепляя ногтем подол своего черного платья, на котором остались пятна крови, и пытаясь их отскрести. Рядом на кровати лежал Ансон, беспокойно барабаня пальцами по спинке. Крис носился по комнате, хватая все, что плохо лежит. Стив с мрачным видом смотрел на дверь. Едва вой затих, Нелли с Мирандой отправились в лазарет, чтобы добыть немного растворителя, а остальным наказали не выходить из комнаты. Никто и не торопился, кроме Криса. Вяло наблюдая за его метаниями, Лора удивилась, как это Кендис не устала от него за три года. Он же вообще на месте не сидит.

На девушку навалилась жуткая усталость. Прошлой ночью она вообще не спала, а нынешний день был очень насыщенным, к тому же она стала свидетелем ужасающего убийства. Ей совершенно не хотелось во все это ввязываться. Не хотелось разбираться, что за жуткие создания управляют теми скелетами, не хотелось разбираться, почему псы проникли в здание. Даже препираться с Нелли и другими ей не хотелось. Отправляясь в это путешествие, она рассчитывала, что наконец-то сможет заниматься тем, что ей нравится — петь на сцене, сочинять песни и быть вместе с Дэнни. Что касается Дэнни, то она изрядно накосячила в пути, и ей страшно было представить, что случится, если он об этом узнает. Однако сбылась ее мечта — она впервые в жизни выступила на сцене перед такой толпой, да еще и со своей песней. На какую-то секунду она почувствовала себя на седьмом небе от счастья. А потом все пошло наперекосяк. Если бы она знала заранее, что так случится, то попросила бы не будить ее на этой планете. Какой смысл умирать после того, как ты достиг, чего хотел? У нее даже нет времени насладиться триумфом.

— Эй, ты в порядке? — неожиданно подал голос Ансон.

Лора вздохнула и посмотрела на парня. Его серые глаза светились такой нежностью, что Лоре стало стыдно, что она играла чувствами бедного Ансона. Он еще такой невинный… такой молодой… такой неискушенный… а у нее уже есть парень. И в это путешествие она отправилась не только ради музыки, но и ради него. Ужасно, что она предала его, но больше она такой ошибки не допустит. Она знала, что Ансон по-прежнему любит ее, но теперь она собиралась держаться.

— Не очень-то, — вяло ответила она. — Я совсем не спала прошлой ночью. Устала.

— Так ложись, поспи, — парень с готовностью вскочил с кровати.

— Не нужно, — отмахнулась она. — Я не смогу сейчас уснуть. До сих пор перед глазами… это…, — она передернулась.

— Ужасно, что они так поступают, да? — кажется, Ансон захотел поговорить. — Зачем только им это понадобилось…

Лора пожала плечами и мрачно проводила взглядом Криса, который добрался до ее крыльев и теперь примерял их. Ей не хотелось сейчас об этом думать. Хотелось уснуть, а проснуться в тот день, когда им нужно будет улетать. Вот только перед глазами раз за разом мелькало тело мужчины, переходящее с одного скелета на другой.

Ансон сел на стул рядом и положил руку ей на плечо.

— Слушай, я понимаю, как тебе тяжело. Здесь происходит что-то воистину ужасное, и если тебе нужно…

— Ансон, пожалуйста, перестань, — она устало сняла его руку с плеча. — Да, мне сейчас плохо, но это не значит, что я изменю свое решение. У меня уже есть парень. Извини.

Ансон густо покраснел и вернулся на кровать. Лора снова начала перебирать подол платья и заметила, что Стив и Крис посмотрели на нее одобрительно. Она вяло улыбнулась. Просто поразительно, что отказать Ансону она смогла именно сейчас, когда ей действительно нужна была поддержка. Ох, интересно, как там Дэнни? Она искренне надеялась, что с ним не происходит сейчас ничего плохого… пусть хоть у него жизнь проходит мирно…

Комната была пуста. Окна были зашторены на старинный манер. На журнальном столике стояла остывшая чашка с чаем. Палм модели 21 века стоял на подзарядке. Кровать была аккуратно заправлена. В общем, все выглядело так, будто Габриэлла просто на секунду вышла из комнаты и не вернулась.

— Ее тут нет, — сказала Маривонн, когда Вилсон вслед за ней вошел внутрь. — Чашка холодная… что-то я беспокоюсь.

— Может, она просто отлучилась? — предположил президент, оглядываясь. — Не похоже, чтобы на нее кто-то напал.

— Отлучилась, а снаружи на нее напал или скелет, или пес, — напряженно сказала Маривонн. — Ох, а я так надеялась, что мы сможем с ней поговорить… я в такой растерянности, совершенно не представляю, что нам дальше делать…

— Может, подождем ее здесь? — предложил Вилсон. — Все равно уже ночь… ты устала… давай мы ляжем спать здесь, а если до утра Габриэлла не вернется, тогда и решим, что делать.

— Возможно, ты прав, — Маривонн почувствовала, что на нее навалилась дикая усталость.

Вилсон мягко поцеловал Маривонн и потянул за собой на кровать. Они уютно устроились рядом, его рука нежно прижимала к себе девушку.

— Надеюсь, Габриэлла не расстроится, если узнает, что мы спали на ее кровати, — улыбнулся Вилсон.

— Не расстроится, — пробормотала Маривонн, чувствуя, как закрываются глаза. — Она всегда хотела, чтобы мы были вместе…

— Вот и хорошо, — Вилсон еще раз коснулся губами ее щеки. — А теперь спи. Все будет хорошо. Я рядом.

И Маривонн быстро уснула, согретая его объятиями.

Я перевернулась в воздухе и приземлилась прямо на правую руку. Мое тело не остановилось с приземлением, так что я еще немного проехалась по дощатому полу. Рука зацепилась за торчавший откуда-то гвоздь, и я почувствовала, как кожу словно обожгло огнем. Из моего горла вырвался крик. Черт побери, ну где в наши дни еще продолжают делать деревянные полы с гвоздями? В нашей школе, вот где. Наконец, тело завершило путешествие, и я уткнулась носом в стену, чудом не разбив и его.

— Кендис! — ко мне уже спешил испуганный Крис. — Ты как?

— Все хорошо, — пробормотала я. Но вовсе ничего не было хорошо: из моей правой руки струилась кровь и, кажется, я ободрала лицо.

— Ох, ни хрена ж себе! — Крис отпрянул от моей физиономии и тут же принял виноватый вид. — Прости, нужно было остановиться. Я не заметил ту скамейку…

— Сама виновата, — буркнула я, зажимая рану платком. Не нужно было мне хватать за руку Криса, когда тот на всех парах куда-то несется. Давно было ясно, что мне за ним ни за что не поспеть.

— Давай, я помогу, — он помог мне подняться, и от его прикосновения меня обдало жаром. — Может, к врачу?

— Может, — согласно кивнула я, стараясь не позволить лицу растянуться в блаженной улыбке. Пожалуй, Крис не поймет, чему я радуюсь, когда из руки у меня хлещет кровь.

Глава 16

Нелли и Миранда вернулись только через три часа. Лора и Стив успели задремать на своих стульях, и даже Крис прилег на кровать и закрыл глаза. Только Ансону не спалось. Сначала он снова переживал из-за того, что Лора не хочет быть с ним, а потом забеспокоился, что Нелли долго нет. Так ли безопасно было отпускать сестру туда, где бродят гигантские волки и жуткие металлические скелеты, отнимающие твое тело?

Но, к счастью, Нелли вернулась. Обрадованный Ансон бросился обнять ее, но тут увидел, насколько обеспокоенно она смотрела на Миранду, чье лицо приняло какое-то отрешенное выражение. Ансон тихо спросил:

— Что случилось?

— Мы видели Деклана, — сказала Нелли, а Миранда лишь покачала головой:

— Нет, это был не он, это кто-то другой в его теле… но как это гнусно — отобрать у него все… я думала, что я смогу справиться, но нет… это выше моих сил…, — биолог неожиданно зарыдала.

От звуков плача проснулись Стив, Крис и Лора и недоуменно уставились на женщину.

— Что-то случилось? — обеспокоенно спросил Стив. — Кого-то убили?

— Нет, просто… мы встретили Деклана… вернее его тело, — Нелли успокаивающе обняла женщину и погладила ее по спине.

— О, — Стив выдохнул. — Мне жаль.

— А что там вообще происходит снаружи? — спросил Ансон. — Почему вас так долго не было?

— Это был какой-то ужас, — сказала Нелли, и парень только сейчас заметил, насколько бледное и измученное у нее лицо. — Света нигде нет, по коридорам шляются скелеты и что-то выискивают, но людей они почему-то не трогают. Наверное, им нужно убить всех, кто в костюмах. Не знаю, зачем. Это еще ладно. Иногда мы встречали кого-то из жителей, но большинство погрызли волки, которые тоже совершенно спокойно гуляют по коридорам. Кругом лежат окровавленные трупы. Мы встретили одного волка, но, к счастью, он нами не заинтересовался, вместо этого погнался за каким-то скелетом. И это странно — насколько мне известно, псы питаются мясом. Чем их металлический скелет-то привлек?

— Еще они питаются энергией, — вдруг выпалил Крис. — Скелетами управляет сознание, за ним волки и охотятся. Оно вкуснее, чем мясо, и сил дает больше.

Все в комнате уставились на него расширенными глазами.

— Откуда ты это знаешь? — удивился Ансон.

— Просто знаю, — пожал плечами Крис, поспешно отводя взгляд.

— Опять он, как в лесу! — воскликнул Стив. — Слушайте, мы тут на днях за периметр выходили…

И Стив поведал остальным историю о побеге Криса в лес и о том, как его героически спасла Кендис, а также обо всех сопутствующих странностях.

— И вот они оба теперь держат какую-то тайну, — закончил Стив. — Крис, колись, давай, откуда ты все это знаешь?

— Да я и сам не понимаю, — покраснел парень под взглядами всех остальных.

— А ты, случайно, не видишь, как воздух переливается разными цветами? — спросила Миранда.

— Нет, а что?

— Есть такая болезнь на Тиморе — «цветная слепота», — пояснила биолог. — Очень редкая. Один из ее симптомов — то, что люди начинают откуда-то понимать окружающий мир и знать все о нем до редчайших мелочей. Но, как правило, это сопровождается расстройством зрения. Возможно, ты начинаешь заболевать.

— Возможно, — равнодушно сказал Крис, но Ансон вдруг по выражению его лица понял, что Крису что-то известно, о чем он не хочет говорить. Однако выпытывать Ансон не стал, а вместо этого спросил:

— А разве это болезнь — все знать?

— Если бы они просто все знали…, — задумчиво протянула Миранда. — Они еще и видели всякое, чего не было на самом деле. Ты точно ничего необычного не видишь?

— Нет, — покачал головой Крис.

— Так, ладно, давайте вернемся к тому, что он сказал, — вставила Нелли. — Псы питаются сознанием тех существ? Ну, тогда это объясняет, по крайней мере, почему они собирались вокруг забора. Наверное, эти создания давно уже прячутся среди нас, они-то и привлекли волков.

— Но как волки попали в здание? — спросил Ансон.

— Так электричество же вырубилось, — сказал Стив.

— Нет, вырубилось не электричество, а только свет, — сказала Миранда. — Когда Деклан… умер, тоже в лаборатории свет погас.

— Видимо, чем-то он им мешает, — протянула Нелли.

— Ясное дело, мешает, — опять заговорил Крис. — Они не выносят гармонического света, да и вообще жителей Гармонии, если на то пошло, — тут он осекся.

Все снова на него уставились.

— И все-таки это странно — то, что ты все это знаешь, — вставил Стив. — И странно то, что ты снова начал говорить именно сейчас, после нападения. Когда мы вернулись из леса, что-то ты не продолжал всезнайствовать. Что изменилось сейчас?

— Погас свет — это раз, — начала загибать пальцы Миранда. — Отключился забор и силовое поле — это два. Появились волки — это три.

— И что из этого прояснило ему мозг? — спросил Стив.

— Слушайте, нам обязательно это сейчас выяснять? — брякнул Крис. — Мы собирались пойти искать Кендис. Вы растворитель принесли?

— Да, конечно, — Нелли протянула ему баночку со спреем.

Крис взял ее и мрачно посмотрел на всех в комнате.

— И прекратите меня расспрашивать. Ничего не скажу, пока не поговорю с Кендис, — и он начал распылять жидкость над рукавом.

— Кендис! Кендис, ты в порядке?

Я с трудом разлепила глаза и обнаружила себя лежащей на полу в коридоре. Из ран по-прежнему сочилась кровь, а обеспокоенные Локи и Трейси склонились надо мной. Вернее, Локи был обеспокоен, а Трейси, похоже, просто желала убраться куда-то подальше. И найти… ей тоже кого-то очень нужно найти. Вокруг них продолжал находиться черный силуэт. Борясь со слабостью, я села и спросила:

— Что случилось?

— Ты упала, — пояснил Локи, помогая мне встать. — И закрыла глаза. Ты… тебе плохо или ты что-то увидела? Как тогда, в лесу?

— Упала? Нет, ты ни за что не поверишь. Я уснула. Просто взяла и уснула, — недовольно покачала головой я. — Никогда еще не засыпала стоя.

— Ты уверена, что именно спала? — уточнил Локи. — Ты что-то видела?

— Видела. Но это точно был сон. Воспоминание из прошлого, — на меня навалилась жуткая слабость, и я покачнулась, поспешно хватаясь за плечо Локи.

— Кендис… не хочу тебя пугать, но кровь не останавливается. Тебе срочно нужно к врачу, — из моего бока, от которого отвалились крылья Трейси, прямо на костюм Локи струилась кровь. Что-то мне подсказывало, что еще немного, и мне наступит конец, но сознание путалось. Единственное, о чем я могла сейчас думать, это о том, что я должна убедиться, что с Крисом все в порядке, и что его не прикончили ни скелеты, ни псы.

— Я должна найти Криса, — упрямо повторила я.

— Кендис, ты…

— Мне плевать, если это меня убьет. Я должна его найти, — ноги заплетались, и вскоре я уже не могла сделать ни шага, только стоять с трясущимися коленями и держаться за Локи.

— Черт, что же мне с ней делать? — совсем растерялся Локи и беспомощно оглянулся на Трейси. Та равнодушно развела руками:

— А мне откуда знать? Я не врач. По-хорошему, ей нужно в лазарет, но учитывая то, что творится вокруг, я не уверена, что мы успеем доставить ее вовремя.

Интересно, а что творится вокруг? Сейчас у меня были силы только смотреть в лицо Локи, повернуть голову я не могла. Я продолжала чувствовать запах металла, из зала по-прежнему доносилось рычание пса — кажется, ему там нашлось, чем поживиться, плюс мои ноги чувствовали отдаленные вибрации — где-то еще ходили волки, я знала, что в здании полно тех скелетоподобных созданий… Где же Крис? Странно… почему-то я чувствовала его совсем рядом. Он здесь. Он…

— Вон та дверь, — еле слышно прошептала я и показала рукой.

— Что? — не понял или не расслышал Локи.

— По-моему, она хочет, чтобы мы сдвинули эту дверь, — сказала Трейси. — Я сейчас.

Обессиленно я наблюдала, как она прислоняет ладонь к двери. Та отъехала в сторону, и я тут же услышала голоса.

— Трейси! — воскликнул, кажется, Стив. — Где ты…

— Потом, Стив, — прямо над ухом раздался голос Локи. — Ей нужна помощь.

— О Боже! — это, кажется, Лора. Хм, интересно, я выгляжу так же ужасно, как и чувствую себя? Или хуже?

— Что с ней? — спросил Ансон.

— Скелет едва не совершил свое грязное дело, — Локи с трудом втащил меня в комнату. Мои ноги заплетались, и я пару раз чуть было не упала вместе с ним.

— Скелет? — недоумевала Нелли. — Но как она выжила?

— Потом! Кладите ее на стол, — раздался незнакомый взрослый голос, но я откуда-то знала, что это Миранда. — Да не на спину! У нее в боку рана, кладите на здоровый.

У меня перед глазами начали переливаться различные цвета. Люди неожиданно предстали передо мной цветовыми пятнами. Ой, какая красивая у них аура… Надо мной склонилась женщина с такой глубокой фиолетовой энергией, что я невольно залюбовалась ее мягкими переливами в голубой.

И все же… я же чувствовала, что он здесь. Неужели я ошиблась?

— Крис? — слабо спросила я.

— Я здесь, Кендис, — оттолкнув в сторону фиолетово-голубую, рядом со мной появилась насыщенная солнечная аура, потемневшая посередине от тревоги. Он беспокоится обо мне.

— Ты жив, — облегченно выдохнула я. Теперь наконец-то все в порядке. Убедившись, что Крис цел и невредим, я благополучно отключилась.

Маривонн проснулась оттого, что на ее лицо упал луч света. На Тиморе после жуткой ночи наконец-то настало утро. Девушка открыла глаза и обнаружила себя лежащей в объятиях Вилсона. Президент спал, крепко прижимая ее к себе. Она почувствовала, что согревается изнутри. Конечно, на планете происходило что-то страшное, но, по крайней мере, ее любимый был жив, здоров и рядом.

Ей не хотелось снова нырять в этот океан ужасов, поэтому она не стала будить Вилсона, лишь лениво оглядела помещение. Вскоре она вспомнила, где они вчера уснули, и ощутила укол тревоги: Габриэлла так и не вернулась. Со вчерашнего дня комната ничуть не изменилась, лишь свет стал ярче и придал комнате немного красок. Хотя теперь Маривонн снова разглядела давно известные ей темные, мрачные тона, гору лекарств на столе, костыль из темного металла, который Габриэлла использовала лишь в особо тяжелые дни, когда ее больная спина снова давала о себе знать. В комнате было душно: терморегулятор старая женщина себе не ставила из-за противопоказаний по состоянию здоровья. Рассвет бросал на карониевые поверхности кровавый отблеск, и Маривонн поежилась. Неужели старушку убил кто-то из вчерашних монстров? Ей не хотелось в это верить… Несмотря на большую разницу в возрасте, Габриэлла была ее лучшей подругой на планете. Никто другой не понимал ее так, как она, никому другому она не рассказывала о том, что влюблена в Вилсона… Маривонн знала, что между Вином и Вилсоном Габриэлла всегда предпочитала президента, несмотря на то, что он женат.

Маривонн тяжело вздохнула. Как же Габриэлла оказалась права! Девушка знала, что старая женщина только обрадуется тому, что у Маривонн с Вилсоном наконец-то все срослось, но что, если ее больше нет? Что, если она навсегда лишилась своей подруги?

Не удержавшись, девушка всхлипнула, и разбудила сжимавшего ее в объятиях Вилсона.

— Что-то случилось? — встревожился он.

— Габриэлла так и не вернулась, — выдохнула Маривонн. — Вилсон, а что, если…?

— Никаких «если», — строго сказал президент. — Она жива, и точка. И вообще: пора мне снова брать планету под контроль. Президент я или как?

Вилсон поднялся с кровати и поправил волосы. Маривонн осталась лежать. Что они могли сделать, если миру пришел конец?

— Что мы будем делать? — растерянно спросила она. — Наверняка большинство жителей или мертвы, или ранены.

— Вовсе нет, если они успели спрятаться в своих комнатах, — возразил Вилсон. — Прямо сейчас мы осмотрим лагерь и оценим обстановку. А там решим, что делать. Вставай.

Маривонн не оставалось ничего другого, кроме как подчиниться.

— Ты уверена, что хочешь пойти? Это может быть опасно, — Миранда с сомнением посмотрела на Лору.

Та вздохнула. Она знала, что совсем не храбрая и не спортивная, и в случае нападения кого-либо сможет лишь сыграть «даму в беде», что может только все осложнить, но находиться среди этой компании стало совсем уж невыносимо. Кендис была без сознания. К счастью, оказалось, скелет не успел прорвать плоть до самой кости, и артерия не была задета, поэтому крови она потеряла не так много, а Миранда и Нелли прихватили из лазарета не только растворитель. Хирургическим клеем они скрепили рану, плюс сделали несколько уколов необходимых лекарств. Кровь у нее начала восстанавливаться, но пока что девушка находилась без сознания. Крис, Стив и Локи с беспокойством окружили ее. Они оставались ассистировать Нелли, которая периодически делала Кендис нужные уколы и проверяла процесс заживления раны. Трейси вообще выглядела какой-то раздраженной и на контакт с Лорой не пошла. Нелли то и дело кидала на Лору злобные взгляды, а парни были слишком обеспокоены состоянием Кендис. Миранда и Ансон, единственные люди, сохранявшие спокойствие в сложившейся ситуации, собирались совершить рискованную вылазку за лекарствами и едой. Лора решила пойти с ними.

— Теперь везде опасно, — грустно заметила Лора. — Здесь я вряд ли чем-то помогу.

— Ну, смотри сама, — не стала возражать Миранда.

Они осторожно выглянули из-за двери, и вышли в коридор. Когда девушка увидела, во что превратился лагерь на Тиморе, ее чуть не вырвало. Все стены и пол были измазаны кровью. Свет по-прежнему не горел, но Миранда и Нелли догадались прихватить электрические фонарики, так что теперь они могли разглядеть ужасные обглоданные трупы. Лора судорожно сглотнула. Страшно представить, что может случиться, если они столкнутся с псами. Конечно, Локи поведал им о том, что собаки почему-то не тронули ни Кендис, ни его с Трейси, но никто не смог придумать внятного объяснения такому их поведению, поэтому надеяться на то, что Миранду, Ансону и Лоре тоже ничего не угрожает, не приходилось.

— Ступайте тихо, — шепнула Миранда, осторожно посветив фонарем вдаль коридора. — Первым делом отправимся в лазарет.

Ансон и Лора судорожно кивнули. Троица осторожно двинулась по коридору. Тут и там валялись окровавленные трупы, однако ни собак, ни скелетов они не встретили. Хотя пару раз Лора слышала, как содрогается потолок у нее над головой. Скорее всего, волки проникли на верхние этажи. Возможно, эти странные существа там же.

Поэтому до лазарета, находившегося недалеко от лабораторий на первом этаже, они добрались быстро. Свет по-прежнему нигде не горел, и Миранда шла очень медленно, так как не была уверена, что там никого нет.

Когда они сдвинули дверь одной из палат лазарета, они тут же услышали какой-то шорох. Лора тихонько вскрикнула, и Миранда шикнула на нее. Затем осмотрела комнату. Несколько коек для больных, сейчас пустовавшие, пара столов, закрытые на пароль шкафы с медицинскими принадлежностями, еще одна дверь вдалеке, ведущая в ординаторскую, устойчивый запах лекарств вперемешку с металлической вонью, которая окутала весь лагерь… Ни собак, ни скелетов, ни еще кого-то. Неужели им послышалось?

— Кто здесь? — Миранда предположила, что, кто бы там ни прятался, он не хочет причинить им вреда, иначе бы уже начал действовать, а поэтому подала голос.

— Фух ты, черт, Миранда! Я чуть не обделался со страха, думал, скелеты нагрянули, — из-под одной из кроватей выполз Френсис в одном врачебном халате на голое тело.

— Френсис, — выдохнула Миранда. — Ты меня напугал. Давно не виделись, кстати.

— Ага, с тех пор, как…, — парень осекся. — Ох, прости. Тебе, наверное, сейчас нелегко, да?

— Да, нелегко, — грустно сказала Миранда. — Но я уже смирилась с произошедшим. И пытаюсь разобраться с тем, что происходит сейчас.

— Да, — кивнул Френсис. — Повезло тебе, что ты смогла удрать тогда…

— Н-да уж, — протянула Миранда и тут вспомнила про своих спутников, которые потрясенно молчали с тех пор, как биолог вылез из-под кровати. — Это Лора и Ансон. Лора, Ансон — это Френсис, мой коллега.

— Привет, — Френсис помахал рукой и тут уставился на Лору. — Эй, а это же ты на карнавале пела, да?

— Ну, да, — неожиданно смутилась Лора.

— Охрененный голос, — Френсис показал ей большой палец. — Ой, совсем забыл…, — он наклонился к другой кровати. — Эй, ты, как там тебя… вылезай, это свои.

— Хейли меня зовут, пора бы уже запомнить, — недовольно пробурчала, вылезая из-под кровати, светловолосая девушка в костюме женщины-кошки. — Всем привет, я Хейли, местная журналистка. Веду сайт Тимора в кибернете. А вы та самая Миранда, которую все уже несколько дней ищут?

— Ох, Френсис, ты в своем репертуаре, — покачала головой Миранда. — Да, это я, но что-то мне подсказывает, что какое-то время тебе будет не до репортажей. Френсис, какого черта ты голый?

— Я не голый, я в трусах, — Френсис распахнул халат, и Миранда с Лорой поспешно отвернулись. — Пардон, забыл, что здесь дамы. Этот костюм дурацкий, он манил скелетов, а сам приклеен оказался. Ну, я рванул сюда за растворителем, когда там мочиловка началась, Бейли за мной увязалась…

— Хейли, — поправила девушка.

— Пусть Хейли, — Френсис закатил глаза. — Костюм снял, а потом в коридоре псы нарисовались. Ну, я не дурак, лично их исследовал, знаю, что к ним лучше не подходить. Решил здесь переждать. Они там долго бегали, рычали что-то. Потом уснул. Проснулся — вроде тихо. Хотел было пойти на разведку, а тут вы. Что там происходит?

— Кошмар происходит, — тяжело выдохнула Миранда. — Псы половину населения загрызли, скелеты гуляют по коридорам… По-моему, они почему-то нацелены на тех, на ком были эти костюмы светящиеся. Хорошо, что ты свой снял. Света нет. Те, кто выжил, попрятались по комнатам, и выходить не рискуют. Мы вот, — она показала на себя, Лору и Ансона. — Пошли за лекарствами, там одной девушке плохо, скелет чуть было с нее плоть не содрал.

— А почему не содрал? — удивился Френсис.

— Волк остановил, — неожиданно заговорил Ансон. — Оказывается, волки ими питаются. Ну, теми существами, что управляют скелетами.

— Ха, а это объясняет, какого черта они у забора толпились. А я-то голову ломал, — почесал затылок Френсис.

— А ты не знаешь, кто-нибудь из наших жив? — с надеждой спросила Миранда.

— В смысле, из биологов? Ну, насчет Нормана не знаю, но Гейла самым первым убили, — лицо Френсиса помрачнело. — Это произошло прямо у меня на глазах.

— Мне жаль, — Миранда тоже погрустнела. — И Нормана тоже убили. Лора видела, да?

— Да, — ответила девушка хриплым голосом и содрогнулась от воспоминаний. — Это было ужасно.

— Получается, только мы остались? — спросил Френсис.

— Получается так, — кивнула Миранда. — Слушай, там девушка на грани гибели… Нам нужно взять лекарства, потом найти еду и вернуться. Ты с нами?

— Ясен пень, с вами, — Френсис кивнул. — Не торчать же мне тут вечно.

— Ну, тогда вперед, — сказала Миранда и отправилась к шкафам с лекарствами.

— И что же, вы все это время сидели здесь и ничего не сделали? — Вилсон был просто в ярости.

Собравшиеся в небольшой тесной комнате с длинным карониевым столом опустили головы. Первым делом, выбравшись из комнаты Габриэллы, Вилсон отправился на поиски Совета Безопасности Тимора. Как выяснилось, остальные пятеро из Совета оказались загрызены псами, так что остались только трое: Бенджамин Джефф, министр инопланетных дел, Милфорд Финч, министр обороны и Элеонора Ральф, министр внутренних дел. Именно эти люди должны были принять решение по защите населения в сложившейся чрезвычайной ситуации, но они этого не сделали.

— А что мы могли сделать? — неуверенно начал Бенджамин, полноватый мужчина сорока лет. — С такой формой жизни мы никогда раньше не сталкивались. Ее нет ни на одной из известных нам планет. Мы не знали ни кто они, ни на что они способны, ни чего они хотят… К тому же мы не можем ничего сделать без вашего разрешения, а вы куда-то пропали. Вас два дня никто не видел. А потом кто-то отключил напряжение и силовое поле в заборе, в лагерь проникли псы. Нам всем пришлось прятаться, чтобы спастись.

— А где военные были в это время? — продолжал сердито вопрошать Вилсон. — Почему не отстреляли псов?

— Ну, так карнавал был…, — растерянно произнес Милфорд, совсем уже близкий к старости мужчина с проседью в каштановых волосах. — Там собралась почти вся планета. Когда начались убийства, все так переполошились, что риск того, что пострадают невинные люди, был слишком высоким. К тому же, насколько мне известно, когда несколько солдат попыталось дать отпор, псы их загрызли. Мы вообще не в курсе, остался ли кто-то из военных в живых.

— Полнейшее безобразие! — воскликнул президент. — На планету напали, а все те, кому полагалось ее защищать, разбежались, как маленькие дети!

— Но ведь никто не думал, что во время карнавала…, — начала Элеонора, блондинка лет тридцати пяти.

— И что, что никто не думал? — вспылил Вилсон. — Вы здесь сидите не просто так! И что, что меня не было? А если бы меня тоже убили, что бы вы тогда делали?

— Но ведь вас не убили! — заметила Элеонора. — Простите за такой тон, господин президент, но вы два дня пропадали неизвестно где, да еще и не один, — она метнула недовольный взгляд на Маривонн, которая тихо сидела у входа в комнату. — А ведь вы президент! Такое поведение недопустимо!

— Я хотя бы выяснил, что происходит, — слегка стушевался президент, но потом быстро взял себя в руки. — Значит так. В связи с произошедшим я объявляю на планете чрезвычайное положение. Скоро должен прилететь космический корабль с туром из Соединенных Штатов — отмените его, отправьте им сообщение, чтобы сразу летели на следующую планету: у нас слишком опасно для новичков. И разыщете, черт побери, кого-нибудь из военных. У нас по территории волки бегают, невозможно в коридор выйти, не рискуя быть загрызенным. Пусть они их отстреляют, наконец!

— Но ведь волков было решено не трогать, оставить их жить, согласно закону Конституции Тимора от 22…

— Их было решено не убивать, только пока они находятся за территорией людского лагеря. Если существует угроза жизни народу Тимора, тогда они подлежат отстрелу.

— Как скажете, господин президент.

— Если никого из наших не осталось, напишите на Кристаллис, пусть пришлют подмогу. А теперь последний вопрос: где моя жена?

— Прошу прощения? — недоуменно поднял брови Бенджамин.

— Моя жена, Ева Кэмбелл, вице-президент Тимора, — четко, по слогам произнес Вилсон. — Если бы я умер, обязанности президента временно перешли к ней. Где она?

— Мы не знаем, — растерянно произнес Милфорд.

— В общем, так, печальные новости: Ева заодно с теми скелетоподобными тварями, которые навели шорох на планете. Более того, с прискорбием вынужден констатировать, что она сама — одна из них, — Вилсон тяжело вздохнул. — Я официально снимаю ее с должности вице-президента. Не подчиняйтесь больше ни одному ее приказу. При ее обнаружении Ева должна быть задержана и доставлена ко мне. Все ясно?

— Ясно, — дружно сказал Совет Безопасности.

— Тогда за работу, — и Вилсон устало вытер пот со лба.

— Нет, ты просто спятил! — возмущенно воскликнул Ансон. — Весперы официально признаны опасными, держать их в качестве домашних животных категорически запрещено!

— Заткнись, а, зануда малолетняя, — недовольно поморщился Френсис. — Ничего они не опасны, если уметь с ними обращаться. И вообще, я — биолог, я имею право изучать всех животных Тимора. Если что — я его изучаю.

— По-моему, на фоне скелетов и волков, один маленький веспер в клетке не выглядит таким уж опасным, — примирительно сказала Миранда. — Но мы не будем делать такой крюк, чтобы забрать твоего питомца, Френсис. Это слишком рискованно.

— Я не оставлю Стэнли одного, — сердито сказал биолог. — Его давно пора уже кормить. Да ладно вам, вы же сказали, что этой вашей Кендис уже лучше. К тому же, вы можете пока пойти к ней, а я только заберу Стэнли, и присоединюсь.

— Он точно спятил, — буркнул Ансон.

— Ох, хорошо, — тяжело вздохнула Миранда. — Давайте так: Ансон, Лора — вы отнесете лекарства Кендис, а по дороге заглянете на кухню и по возможности постарайтесь унести оттуда немного еды. Я, Френсис и…

— Я пойду с ними, — Хейли поспешно стала рядом с Ансоном и Лорой.

— Ох… ладно. Я и Френсис сходим к нему в комнату, заберем его дурацкого веспера и тоже придем. Пока мы не вернемся, ничего не предпринимайте, хорошо?

— Хорошо, — кивнул Ансон.

— Тогда пошли.

Миранда и Френсис, осторожно озираясь, отправились в одну сторону, а испуганные окружающей обстановкой до чертиков Ансон, Лора и Хейли — в другую.

Глава 17

— Эй, ты как? — спросил Ансон у Лоры, когда они покинули кухню с небольшими запасами еды.

— Все нормально, — равнодушно ответила Лора, но парень видел, насколько утомленным и испуганным выглядит ее лицо.

Коридоры отнюдь не были пустынны. Пару раз они чуть было не столкнулись с волками. К счастью, дрожание пола вовремя предупредило об их появлении, и они успели спрятаться в комнатах. Короткий Тиморский день клонился к концу. Небо налилось кровавым цветом заката, из-за горизонта потихоньку начинала выкатываться бездонно-черная сфера. Обстановка в лагере не менялась к лучшему. Люди боялись выходить из своих комнат. Волки по-прежнему ходили по коридорам. Время от времени сгущающийся металлический запах указывал на приближение скелетов. Интересно, что делало правительство в это время? Разве оно не должно было разобраться со сложившейся ситуацией? Или их тоже всех убили, и им остается только доживать свои дни в этом жутком кровавом мире? Как-то не так Ансон себе представлял новую жизнь, когда покупал билеты в этот треклятый тур. Он всего лишь хотел найти свою сестру. Кто же знал, что за это придется платить сердечными ранами и проживанием в этом ужасном месте? А если бы он знал, что все так будет — решился ли бы он улететь? Стоило ли нахождение Нелли всей той боли, что он пережил, и той, что еще предстоит? А ведь по-прежнему остается возможным, что его загрызет волк. Стоит ли это его жизни?

Ансон снова покосился на Лору. Интересно, не жалеет ли она, что полетела? Да нет, ей-то с чего жалеть… У нее все еще впереди… Она полетит на Кристаллис, найдет своего парня и…

— Слушай, Ансон, — неожиданно заговорила Лора. — Мне очень жаль, что все так получилось. Я вовсе не хотела сделать тебе больно. Сама не знаю, что со мной такое происходит в последнее время…

— Просто тебе одиноко. Я понимаю, — кивнул Ансон.

— Нет, я… впрочем, ты, наверное, прав. Мне действительно одиноко. Целый год я ждала Дэнни… целый год одна…

— Наверное, это тяжело — так долго жить без любимого… Наверное, ты его сильно любишь, раз согласилась столько ждать?

— Дэнни, он… он всегда мечтал исследовать инопланетную жизнь. Он любил меня, и я любила его, но он так отчаянно хотел улететь… А он меня старше… Я не хотела вставать между ним и мечтой…

— Я… понимаю, что ты его любишь, но… я не буду претендовать на что-то большое… может, мы можем остаться друзьями? — с надеждой спросил Ансон.

— Если ты этого хочешь, — улыбнулась Лора.

Маривонн осторожно выглянула в коридор. Металлическая вонь была умеренной. Пол не дрожал. Похоже, путь сейчас вполне безопасен. Она задвинула за собой дверь и пошла вперед.

С тех пор, как Вилсон снова взял на себя президентские обязанности, они с ним почти не говорили. Он и Совет Безопасности пытались отыскать по внутренней связи хоть кого-нибудь из военных, но, похоже, основная часть населения полегла. На Тиморе и так-то жило совсем немного народу, на Земле в любом городе живет больше, а теперь, похоже, вообще никого не осталось. Возможно, кто-то, подобно им с Вилсоном, успел добежать до комнат, но вряд ли таких людей очень много. Неужели скелеты с собаками могли сотворить такое? Насколько же хрупким и неустойчивым был Тимор, если их оказалось так легко победить…

Маривонн медленно пошла по коридору. Она не знала, что хочет найти. Ее мир, мир, в котором она жила уже почти пять лет по субъективному времени — этот мир разваливался на части. А Вилсон со своим Советом как будто пытались собрать осколки, сложить их вместе и надеялись, что все срастется само собой. Но этого не произойдет. Связи между атомами разорвалась. Теперь их можно скрепить только хирургическим клеем. Вот только где же они найдут хирурга, если все умерли?

Маривонн шла, вяло смотря по сторонам, стараясь не пропускать окровавленные трупы, которые до сих пор никто не потрудился убрать. Ее взгляд лениво блуждал по стенам, как вдруг остановился на чем-то впереди. В конце коридора, по которому она шла, стоял человек. Маривонн судорожно втянула воздух, пытаясь понять: это чудом спасшийся житель или кто-то из шайки Евы? А возможно, она сама?

Фигура шагнула вперед, свет от фонаря упал на нее, и девушка ахнула.

— Вин? — нерешительно спросила она.

— Мари? — казалось, повар обрадовался, что увидел ее. — Мари, ты жива!

Мужчина бросился к ней, и не успела девушка сообразить, что ей делать, как он заключил ее в страстные объятия и крепко поцеловал в губы. Сначала Маривонн по инерции ответила на поцелуй, но в следующую секунду оттолкнула его и воскликнула:

— Да как ты только смеешь меня целовать после всего, что натворил!

— Мари, ты чего? — повар растерялся. — Это же я, Вин!

— Я вижу, — Маривонн внимательно посмотрела ему в глаза, но они оставались человеческими. — Можешь больше не притворяться: я знаю, что ты заодно с Евой!

— Мари, — опустил голову Вин. — Все совсем не так, как ты думаешь.

— Это из-за тебя те скелеты на нас напали! — кричала Маривонн, не слушая его. — Это из-за тебя волки проникли на территорию лагеря! Вот это вот, — она показала на один из трупов. — Вот это вот тоже из-за тебя! И так вот по всему лагерю! И все это из-за тебя!

— Маривонн? — вдруг раздался сзади встревоженный голос Вилсона. — Ты чего кричишь? Что случилось?

В следующую секунду рядом с девушкой появились президент и члены Совета Безопасности. Увидев их, Маривонн поспешила крикнуть:

— Хватайте его, он один из тех, кто все это устроил!

— Да я как бы и не собирался никуда бежать, — заметил Вин.

— Что ж, тогда, уважаемый Винтроп Кук, я полагаю, вы по доброй воле последуете за нами и объясните, что за чертовщина происходит сейчас на планете, — с подозрением глядя на повара, сказал Вилсон.

— Конечно, — кивнул Вин. — Ведите.

— Стэнли! — Френсис, едва войдя в комнату, тут же бросился к клетке. — Вот ты где, мой хороший! Прости, что оставил тебя… Сейчас-сейчас, я тебя покормлю!

Миранда ошарашенно наблюдала за тем, как биолог носится вокруг клетки с пакетом крови и присоединяет его к трубе. Наконец, шок прошел, и она смогла выдавить из себя:

— Френсис, неужели ты сказал «мой хороший»? Вот уж не знала, что ты можешь так сюсюкаться! — из Миранды вырвался смешок.

— Заткнись, а? — буркнул Френсис, наблюдая за тем, как комок шерсти сосет кровь.

— А я-то думала, что может смягчить нашего Френсиса — а оказывается, кровожадный веспер! — Миранда совсем развеселилась и засмеялась в голос.

Веспер оторвался от своего питья и возмущенно пискнул. Френсис шикнул на нее:

— Я очень рад, что хоть кому-то сейчас весело, но, вообще-то, мир катится ко всем чертям, и ты сама говорила, что нас там кто-то ждет, но мы никуда не пойдем, пока Стэнли не поест. Так что прекрати пугать его!

Миранда напоследок усмехнулась и сделала жест рукой, как будто закрывает рот на замок. Веспер повращал маленькими глазенками и снова принялся пить кровь.

Когда кормление закончилось, Френсис завернул клетку в какую-то ткань, достал из термобокса несколько пакетов с кровью, положил их в термосумку, потом натянул простой черный комбинезон, взял с собой еще пару вещей и повернулся к Миранде:

— Вот теперь можем идти!

Они осторожно выскользнули в коридор. Обстановка оставалась прежней: отсутствие света, умеренный металлический запах, тут и там лежащие трупы, добавляющие смрада к и без того вонючему воздуху. Сморщив носы, биологи отправились в путь.

Комната Френсиса располагалась довольно далеко от места, где притаились выжившие подростки. Идти пришлось долго. Миранда была обеспокоена тем, что до сих пор она не видела улучшений к лучшему. В конце концов, Тимор — это не просто какая-то группа людей в снежном лесу, это государство, пусть даже самое маленькое во всей Галактике. Где правительство? Где военные? Почему они ничего не делают? Неужели их всех победить — всего лишь как муху прихлопнуть?

И что же им-то делать? Ее союзники — компания новичков, медсестра без образования, журналистка и Френсис. Как им справиться с этими жуткими созданиями в виде скелетов? И почему, черт побери, почему никто не обнаружил их раньше? Откуда они взялись вообще?

Размышления Миранды вдруг прервал внезапно заверещавший веспер. Женщина вздрогнула и шикнула на Френсиса:

— Уйми своего зверя! Сейчас на этот шум все местные монстры сбегутся.

— Сама тише, — неожиданно серьезно сказал Френсис. — Ты биолог или как? Не знаешь, что ли, почему весперы могут шуметь?

— Моя специализация — вирусология, — напомнила Миранда. — Ты у нас зоолог, ты и скажи.

— Весперы обладают сильной чувствительностью, — тихо сказал Френсис. — Они способны почуять живое существо за милю от себя. Если ты вдруг пойдешь в лес, через некоторое время к тебе обязательно прибегут весперы — они чуют запах крови. А если они поднимают такой шум, значит, они чувствуют запах чего-то, что им не нравится.

— Ну, тут весь лагерь воняет, неудивительно, что им этот запах не нравится, — заметила Миранда. — Он и мне не нравится.

— Однако он всю дорогу молчал, а заголосил только сейчас, — нахмурился Френсис. — К нам что-то приближается. Понять бы только с какой стороны.

Френсис посветил фонарем сначала в тот конец коридора, откуда они пришли, а потом в другой. Никого видно не было. Коридоры были пустынны и молчаливы. Неожиданно тишина показалась Миранде зловещей.

— Говоришь, за милю чует? — уточнила Миранда.

— Ага, — Френсис продолжал напряженно смотреть то в один, то в другой конец коридора.

— Кто бы это ни был, пока что он далеко, — постаралась успокоиться она.

— Я думаю, это кто-то из скелетов, — добавил Френсис. — На волков они вряд ли так реагируют, они же постоянно в лесу с ними сталкиваются.

Миранда вспомнила о том, как они с Нелли выбирались в лазарет в первый раз.

— Френсис… а они могут так реагировать на человека, который уже не человек? — осторожно спросила она.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурился Френсис.

— Ну, если скелет перетащил на себя человеческую плоть… он может так реагировать?

— А хрен его знает, — буркнул Френсис. — Мы с таким впервые столкнулись. Впрочем, допускаю, что запах у такого существа может быть какой-то не такой. Ты думаешь, он кого-то из уже захваченных чует?

— Возможно. Они тут тоже ходят, — Миранда содрогнулась от воспоминания.

— Н-да, даже не знаю, кого встретить хуже — просто скелета или ходячего мертвеца…

Тут вдруг веспер замолк. В тишине стало слышно, как нервно и быстро у нее бьется сердце. Миранда судорожно сглотнула:

— Он ушел? Ну, кого он чует…

Но Френсис не слушал ее. Он осторожно приподнял ткань с клетки. Комочек меха испуганно жался к стенке, скаля острые клыки. Френсис выдохнул:

— Он не ушел. Он уже здесь.

Сквозь сон, в котором я снова видела Криса, что-то пробивалось. Какой-то странный синий свет рассеивал солнечный, который пронизывал мои сны, как будто чьи-то гигантские руки пытались раздвинуть воду. Я сопротивлялась, упрямо сгущая солнечный свет. Я не хочу возвращаться в реальный холодный мир. Здесь так хорошо и тепло… Отстаньте от меня, прошу вас…

Однако синий свет сменился розовым, потом желтым, потом зеленым, потом красным. Я неожиданно поняла, что меня окутывает какая-то энергия. Нет, не энергия… тысячи энергий. Разумное существо!

Я тихо застонала и вдруг почувствовала, что мою руку кто-то сжал. Знакомое тепло подсказало мне, что это Крис. Я вяло улыбнулась сквозь сон: мой мальчик жив. И он рядом. И до чего же не хочется просыпаться.

Однако кто-то хотел поговорить со мной. Боже, ну о чем нам разговаривать? Крис жив, я чуть не умерла, Тимор захвачен, что вы от меня хотите? Дайте мне поспать… Однако я ощутила, что в меня вложили какую-то информацию. Я послушно поместила ее где-то на дальнем конце своего сознания, а сама попыталась снова провалиться в сон. Существо медленно отдалилось от меня, я вдруг почувствовала тревогу и изумление Криса. Тревога? Отчего он тревожится? Я должна это знать.

Я открыла глаза. Сначала я увидела всплеск чего-то солнечного, с оранжевыми завихрениями. Это была аура Криса. Голова разболелась от обилия цвета вокруг него, и я усилием воли заглушила непонятно откуда взявшееся второе зрение. Оно не исчезло совсем. Я все еще видела и яркий солнечный свет, и всплески других энергий, плывущих по воздуху, но сквозь него я уже могла различать лица и привычные человеческие предметы. Как будто в каком-то графическом редакторе я наложила одну картинку на другую и у одной из них уменьшила непрозрачность. Как ни странно, это вообще не повлияло на качество зрения, наоборот, я даже как будто стала видеть в тысячу раз лучше.

Крис с изумленным лицом проводил взглядом утекающую через стену разноцветную энергию, а потом повернулся лицом ко мне.

— Кендис! — радостно воскликнул он. — Ты очнулась! Что это было? — шепотом вдруг спросил он.

— Ты о чем? — не поняла я.

— О стеклянном человеке, который только что прошел через стену, — быстро шепнул он и замолк.

Еще до того, как я повернула голову, я знала, что увижу Нелли, сестру Ансона. Она была все так же одета в запачканное фальшивой кровью платье, вокруг нее сгущалась аура спокойного земляного оттенка, хотя в глубине, прямо у сердца, я видела кровавые вкрапления боли — в прошлом у нее была какая-то неприятная история, которая до сих пор ее мучает. Края были каменистые, но с трещинами — ее спокойствие рушится. Она в тревоге, ей не нравится происходящее. Я могла бы еще долго изучать Нелли и понимать все новые и новые вещи о ней, но девушка заговорила со мной, и мне пришлось сосредоточиться на своих человеческих пяти чувствах.

— Ты Кендис, да? — спросила она. — Как ты себя чувствуешь?

— Чувствую себя… странно, — задумавшись, заключила я.

— Странно? — подняла брови Нелли. — В каком смысле странно? Что-то болит? Голова кружится?

Голова действительно кружилась, но скорее от обилия информации, поступающей в меня. Трейси была раздражена происходящим и хотела отправиться на поиски кого-то важного. Локи был занят тем, что поглаживал Трейси по спине и заглядывал в ее декольте, испытывая желание взять ее прямо сейчас. Стив радовался, что я очнулась. Нелли была обеспокоена тем, что Лора и Ансон до сих пор не вернулись. А Крис… едва мое сознание коснулось его, как парень вдруг занервничал, солнечная аура пошла рябью, я вдруг увидела, как его личная энергия заметалась, как будто пытаясь убежать от меня. Его мысли стало невозможно прочитать: он перескакивал с одного на другое, не успевая на чем-то сосредоточиться достаточно надолго, чтобы это оставило след.

Растерявшись от этого, я невпопад брякнула:

— Сейчас Лора и Ансон придут. И с ними еще кто-то.

Не успели остальные спросить, откуда я это знаю, как дверь отъехала в сторону, и в комнату вошли Лора, Ансон и какая-то светловолосая девушка в костюме женщины-кошки. Все только рты открыли.

— Чего вы на меня так уставились? — женщина-кошка приняла это на свой счет. — Да, я не успела переодеться после карнавала. Можно подумать, вы успели.

— Ансон…, — начала Нелли. — Кто это? И где Миранда?

Я прикусила губу, чтобы снова не выдать, что я все знаю, и Ансон сообщил за меня:

— В лазарете мы встретили коллегу Миранды Френсиса и его девушку Хейли…

— Вовсе я не его девушка, — возразила Хейли. — Мы просто тусовались вместе, когда это все произошло. Он даже имени моего не помнит, — обиженно добавила она.

— В общем, оказалось, что Френсис держит у себя веспера в качестве домашнего питомца…

— Кого? — не понял Стив.

— Зверь такой, — пояснила Нелли. — По сути, маленький вампир — питается кровью. Очень опасен. И что, Френсис держит такого у себя?

— Ага, совсем с ума сошел, — кивнул Ансон. — Он ни за что не хотел бросать его одного, так что они с Мирандой отправились к нему в комнату, чтобы забрать его.

— Нам только веспера для полного счастья не хватало, — тяжело вздохнула Нелли.

Я же с любопытством разглядывала Ансона и Лору. Теперь, когда я могла видеть недоступные глазу вещи, я видела, сколько любви вертится вокруг них. Красные вкрапления у Ансона были расположены по всей его глубокой синей ауре — он был влюблен с головы до ног. А вот у Лоры красный цвет был запрятан за толстым слоем персикового — свои чувства она скрывала или, скорее, отказывалась признаваться даже самой себе, что они у нее есть. И я не думала, что в данном случае имеется в виду Дэнни. Поискав в ней Дэнни, я обнаружила, что этот красный цвет настолько потемнел, что почти стал коричневым: чувства почти угасли, и думала она о нем скорее по привычке, чем по какой-то другой причине. Я недовольно нахмурилась: мне такое было непонятно. Но говорить ничего не стала, потому что это явно личная тема разговора.

Переведя взгляд на Хейли, я обнаружила бледно-желтый, какой-то пастельный свет. Хейли определенно была общительной и любопытной, хотя и слабой. Журналистка, — вдруг поняла я. И тут вдруг на меня накатила тревога, предчувствие чего-то. По бледно-желтому цвету пробежала волна золотистых искорок. Что-то вызвало ее любопытство.

Прежде чем я успела разобраться, что привлекло внимание Хейли, Нелли снова обратилась ко мне:

— Как ты поняла, что они сейчас придут, да не одни? — ее взгляд стал подозрительным, а аура приобрела темно-синий оттенок.

— Эм…

— И она тоже ничего не скажет, — вставил Стив. — С ней в лесу было то же самое, что и с ним, — он махнул рукой в сторону Криса.

— Так…, — Нелли стала очень серьезной. Я знала, что она взбешена тем, что происходит, но отчаянно пыталась сохранить почву под ногами. — А ну, вы двое, признавайтесь, кто в вас закачал всю эту информацию? Или вы все же страдаете «цветной слепотой»?

Я тяжело вздохнула. Должна ли я им рассказать? Возможно, теперь, когда мир на краю гибели, и нам снова нужно разбираться с теми скелетами, которые вполне реальны, мои способности смогут сослужить хорошую службу. Я смогу обнаружить скелеты, понять, чего они хотят… я могу всех спасти, — вдруг поняла я. Чего? Каким это образом я всех спасу? Я не какая-то там супервумен. Черт, да с меня только что чуть всю плоть не сорвали! Кстати, об этом.

Я наконец-то обратила внимание на себя. Костюм-скелет с меня сняли, вместо этого натянув просторные синие штаны и белую футболку с сине-черной снежинкой и надписью «fear». Плоть идеально скрепилась хирургическим клеем, мельчайшие раны были восстановлены вызванным им процессом регенерации. Все мои потери в плане крови и энергии вернулись от лекарств Нелли и лечения энергетического существа. В общем, я была здорова, как никогда в жизни. Что это существо хотело от меня? Должна ли я молчать обо всем?

Обратив внимание на свою энергию, я неожиданно нахмурилась. Если смотреть прямо перед собой или просто на что-то или кого-то, то это было незаметно. Но вот если смотреть на свое тело, то сразу становилось видно, что вся моя энергия была плотно закрыта черной пленкой. Прям как та сфера в небе, только чуть более светлая. Но раньше такого не было! Откуда оно взялось?

Мое расширенное сознание подсказало мне еще что-то, на что я поначалу не обратила внимания. Я резко встала и пошла прямо к Локи и Трейси. Кажется, их мое поведение напугало. Но я не могла оторвать глаз от черного цвета на месте их энергий. Нет, их энергия осталась там же, где и была, эта странная черная штука просто закрыла ее. Неожиданно я поняла, что уже видела черноту на них до того, как отключилась. Локи смотрел на меня так, как будто я превратилась в огнедышащего дракона.

— Что? — странным голосом спросил он.

Я расширила свои глаза еще больше.

— А это что за штука? — спросила я сама не знаю у кого.

Глава 18

Сердце Миранды быстро застучало. Сгорая от страха, она направила свет фонаря в один из концов коридора. Трупы, пятна крови… тишина. Не с этой стороны? Зверек продолжал испуганно жаться к клетке, Френсис напряженно всматривался в другой конец. Миранда постаралась найти ближайшую дверь. Та находилась в нескольких футах от них. Она показала Френсису на нее. Тот молча кивнул. Тяжело вздохнув, она сделала один шаг. Потом второй. Тишина пугала. Миранда начала двигаться быстрее, и вдруг осознала, что слышит грохот. Женщина замерла. Грохот не затих. Тут уже страх накинул на нее свои сети, и она изо всех сил бросилась бежать к двери. Грохочущие шаги тоже ускорились, как будто поняли, что жертва намеревается сбежать. Пара секунд, и Миранда уже прислоняет руку к металлической поверхности… нет, только не это! Рядом с дверью в стене вспыхнул красным экран. Комната под паролем!

— Нет! — в отчаянии крикнула Миранда и замолотила руками по двери. — Впустите нас, пожалуйста!

Коридор заполнил металлический запах смерти и перебил все остальное. Грохот звучал уже совсем близко.

— Миранда, хватит! — Френсис схватил ее свободной рукой. — Бежим, он уже в коридоре…

Женщина тоже схватила Френсиса за руку, и они бросились бежать. Грохот стал почти постоянным: похоже, скелет тоже бежал за ними. Представив в голове эту картину, Миранда почувствовала, что ее мутит. Френсис уверенно вел ее по коридорам, свет фонаря мерцал на карониевых стенах.

На максимально возможной скорости они забежали за поворот и резко затормозили. Их головы задрались вверх. Возвышаясь в девяти футах над полом, и почти упираясь головой в потолок, скалил зубы гигантский волк.

— О Боже! — вскричала Миранда.

— Не шевелись, — шепнул ей Френсис. — Он, как и земная собака, реагирует на движения. Если ты побежишь, то он погонится.

Какое-то время они стояли под взглядом хищника, который странно обнюхивал воздух. Миранда, вся дрожа, прислонилась к Френсису. Тот одной рукой крепко прижимал ее к себе, а в другой он продолжал сжимать клетку с веспером, который не издавал ни звука. Глаза Френсиса были опущены в пол. Миранда вспомнила о том, что собакам смотреть в глаза нельзя, и уткнулась Френсису в шею.

Время замедлилось. Женщина ничего не видела, она лишь чувствовала теплую и надежную руку Френсиса на своей талии и слышала биение своего сердца. Тук-тук, тук-тук… Постепенно ритм замедлился. Почувствовав вибрацию пола и услышав тяжелые шаги, женщина вздрогнула, но Френсис успокаивающе прижал ее к себе, и она лишь замерла. Наконец, тяжелые шаги затихли вдали, и Миранда оторвалась от Френсиса. Тот смотрел вслед ушедшему псу немного изумленным взглядом.

— Почему он на нас не напал? — озвучила его вопрос Миранда.

— Не знаю, — Френсис был так же растерян, как и она. — Возможно, его сбил с толку металлический запах.

— Запах? — Миранда неожиданно принюхалась. — Но его же больше нет!

Френсис тоже принюхался.

— Хм, и вправду нет. Что, неужели скелеты псов боятся?

— Скелеты…, — Миранда неожиданно нахмурилась. — Помнишь, Ансон говорил: псы питаются энергией тех существ, которых захватили скелеты. Возможно, это и произошло?

— Чего? — Френсис изумленно расширил глаза. — А, ну да, он говорил. Может быть. Но откуда он это узнал? Даже мне это было неизвестно, а ведь я их изучал.

— Ты не можешь знать всего, — заметила Миранда. — А вот у парня, от которого мы это впервые услышали, похоже, «цветная слепота». Понятия не имею, откуда люди с этой болезнью берут информацию, но они, как правило, не ошибаются в своих замечаниях.

— Ну, допустим, — решил не спорить биолог. — В любом случае, нам нужно убираться отсюда, пока волк не решил, что мясом полакомиться ему тоже не помешает.

Миранда с сомнением посмотрела в ту сторону, куда удалился волк. Не было слышно ни звука.

— Ты думаешь, он уже ушел?

— Не знаю. Но той дорогой идти нельзя. Пойдем в обход, — Френсис направился в другую сторону, подсвечивая путь фонарем.

— Но мы так еще на пару часов дольше идти будем!

— И что ты предлагаешь? Не знаю как там насчет скелетов, но у людей они точно мясо едят. Я как-то не хочу становиться их кормом. Пойдем в обход.

— А все ты и твой дурацкий веспер, — буркнула Миранда, но послушно последовала за коллегой.

— Какая еще штука? — не понял Локи. — И чего ты на нас так уставилась?

Я постаралась успокоиться и разобраться в природе этой черной пленки. Как всегда, ответ пришел почти сразу же, как только я попыталась разобраться. Единственное, почему-то я не могла понять, откуда она у нас появилась. Раньше ее точно не было. Я еще раз осмотрела всех, собравшихся в комнате (они продолжали на меня пялиться, отчего мне стало неловко), и убедилась, что эта странная защита есть только у меня, Локи и Трейси. Хм… ну, мы определенно отделились от другой группы на карнавале, потом с нами что-то произошло, и мы получили эту странную пленку. Потом нападение скелета, потом пес решает меня не трогать… Нет, это было что-то более ранее. Что-то произошло еще до того, как появились скелеты. Но что? Лора спела песню. Но песню слышали все, а пленка только у нас. Да и не научно это как-то. Мы разговаривали с Вином. Может, он что-то с нами сделал? Возможно. Но что, и почему я этого не заметила?

Пока я размышляла, ошарашенно таращась на Локи и Трейси, которым от моего взгляда становилось все больше не по себе, аура Нелли окончательно пошла тревожными волнами (не спрашивайте, как я увидела это спиной) и она вставила:

— Дай-ка угадаю: цветовые волны плывут по воздуху?

Я скептически на нее посмотрела. Рассказывать о своих способностях все еще не хотелось, но я понимала, что если и дальше буду молчать, то все примут меня за сумасшедшую. Впрочем, они уже так считают, неожиданно поняла я и покраснела. Смущенно устремив взгляд в пол, я протянула:

— Что-то вроде того… только я почему-то могу накладывать обычное зрение поверх цветовых пятен, от этого картина получается более полной, — на задворках сознания я снова почувствовала как рябит аура Криса. Моя голова разболелась, и я, не выдержав, ляпнула: — Крис, прекрати так делать! У меня от тебя голова кругом идет. Если ты не хочешь, чтобы я читала твои мысли, так и скажи, я не буду.

— Что? — разом воскликнули все, кроме Криса, и я почувствовала, как они напряглись. Крис же тоже смущенно опустил взгляд и сказал:

— Просто не лезь в мою голову, хорошо?

— Хорошо, постараюсь тебя обходить стороной, — пробормотала я. Мне было очень любопытно, что такое важное скрывает от меня Крис, но мне бы не удалось прочитать его мысли, даже если бы я захотела: он немедленно это почувствует и снова создаст энергетические возмущения. А вот остальные, похоже, даже не догадывались, что все это время я их сканировала.

— Кендис, какого черта, ты что, читаешь мысли? — Стив мгновенно напрягся и попытался выставить оборону вокруг своего сознания, вот только у него ничего не получилось.

— Не совсем, — сказала я. — Я, если можно так сказать, получаю информацию отовсюду чем-то вроде шестого чувства. Я пока не очень разобралась, как это работает, но это включает в себя и второе зрение, благодаря которому я могу видеть энергию. Это, я так полагаю, и есть те цветовые волны, про которые говорила Нелли. Вот только я могу совместить это со своими человеческими чувствами. Я ясно вижу и вас самих, и вашу энергию или ауру, если вам так понятнее.

— Это что-то новенькое, — теперь энергия Нелли приобретала сиреневый оттенок: она почувствовала себя незащищенной рядом со мной, и ей это не нравилось. — Никогда еще люди с «цветной слепотой» не могли видеть человеческими глазами…

— Это потому что у них не было Криса, — опять не подумав, ляпнула я, и все тут же на него уставились, отчего солнечный цвет начал бледнеть. Но, почувствовав, что я к нему подобралась, его аура снова зарябила, и я схватилась за голову: — Да не смотрю я, не смотрю! О Боже, куда же мне направить свое сознание, чтобы никто не нервничал?

Когда я это произнесла, все напряглись еще сильнее, и я застонала.

— Черт, не могу я так! — я вернулась к столу и забралась на него, опустив голову в ладони. Но мое шестое чувство продолжало видеть все и всех. Не зная, что делать, я решила проверить радиус действия моих новых источников информации и обнаружила, что прекрасно вижу коридор и близлежащие комнаты вместе с залом. Мое сознание могло раскинуться не больше чем на пару миль во все стороны, и кроме пары испуганных людей на верхних этажах, которые умирали от голода, но слишком боялись, чтобы рискнуть проникнуть на кухню, я никого не обнаружила.

— Все в порядке, она сейчас в коридор смотрит, — неожиданно в реальном мире раздался голос Криса, и я с огромным трудом заставила себя не прикасаться к его энергии.

— Та-ак…, — судя по голосу, Стив был на грани истерики. — Я вообще ничего не понимаю! Она читает мысли или нет? Каким образом она смотрит в коридор, если у нее глаза закрыты? А ты, Крис, такой же? Ты тоже все это можешь? И почему она говорит, что она может видеть обычным зрением, потому что у нее есть ты?

— Эм, Кендис…, — позвал меня Крис. Он явно не знал, что говорить. Хотела бы я сама знать ответы на эти вопросы.

Я подняла голову и посмотрела на Стива. Он тут же напрягся, ожидая, что я начну копаться у него в голове. Но я вместо этого сосредоточилась на себе. Неожиданно я заметила, что зеленая энергия моего сознания тянется к солнечно-желтой Криса. Это было слишком тонко, чтобы он смог почувствовать, и слишком быстро даже для него, однако я тут же поняла, что все это значит. Вернее, я всегда это знала, но сейчас просто смогла описать это словами.

— По порядку, — начала я. — Я не то что бы именно читаю мысли, скорее мое сознание может принимать информацию с вашего без помощи ушей, или глаз, или еще каких-то органов чувств. Именно поэтому я могу обойти стены стороной и заглянуть в коридор, хоть и вижу я таким образом не все, а лишь то, что может считать сознание. Прежде чем ты спросишь, Нелли, скажу, что Миранды и Френсиса в радиусе ближайших пары миль нет — это все, что я могу сказать, — Нелли не понравилось, что я прочитала ее мысли, но она промолчала, лишь еще больше зажалась. — Это и есть пресловутая «цветная слепота», вот только на предыдущих «больных» она наваливалась слишком сильно, так что задавливала все человеческие органы чувств. Крис же, — я повернулась к другу, который продолжал смотреть в пол, нервно дергая ногой. — «Болеет» чем-то другим. У меня сознание другого типа, чем ваше, но оно встречается среди людей чаще, чем сознание Криса. Сам он ничего не считывает, но вся информация, которую получаю я, почему-то проходит через него. Таким образом, он перенимает часть нагрузки на себя, и я могу совместить два зрения. Разумеется, это значит, что он понимает все то же, что и я. Вот только самого себя он каким-то образом блокирует, его сознание слишком рябит, и я не успеваю его прочитать. Остальным, конечно, от меня спрятаться не получится, но я обещаю не лезть к вам в голову без крайней необходимости.

Закончив, я выдохнула. Все остальные молчали, в шоке переваривая информацию. Я почувствовала, что в горле у меня пересохло.

— Лора, — позвала я, и девушка вздрогнула. — Ты не дашь мне попить?

Пока Лора доставала из термосумки бутылку с минеральной водой, я вдруг поняла, что она единственная, кто не пытается от меня отгородиться. Кажется, Лоре нужно было ответить на какой-то вопрос о себе, и она думала, что я могу помочь. Я задумалась, как бы мне остаться с ней наедине.

— Спасибо, — вслух сказала я, принимая от нее бутылку. Открутив крышку, я с наслаждением сделала несколько глотков.

— Так, подожди, — вставил Локи. — А чего ты на нас с Трейси так уставилась? С нашей энергией что-то не так?

Я слишком устала, чтобы снова объяснять, поэтому лишь посмотрела на Криса. Сначала он снова заволновался, но потом понял, чего я от него хочу, и быстро сказал:

— У тебя, Трейси и Кендис откуда-то взялась защита от волков, и она не понимает, почему.

— Защита? — Локи недоуменно поднял брови.

— Черная пленка, как та сфера, — пробормотала я. — Она есть только у нас. Потому тот пес и не стал нас есть. Но откуда она — я не знаю.

— Час от часу не легче, — Локи поежился и крепче прижал к себе равнодушную Трейси.

У всех головы просто кипели от переполнявшей их информации, а Хейли уже обдумывала, какую статью она обо мне напишет, когда это все закончится. Я устало запустила руки в волосы. Хоть я и только-только вернулась из бессознанки, мне снова захотелось спать.

— Миранды и Френсиса поблизости нет, — сказала я. — Предлагаю поесть и лечь спать, а когда они вернутся, тогда и решим, что делать будем.

Все утвердительно что-то пробурчали. Через свое шестое чувство я знала, что они тоже были измотанными: события на карнавале изрядно потрепали нас всех. Я первая полезла в термосумку и извлекла оттуда какой-то загадочный фрукт голубого цвета, который я раньше не видела. По форме он напоминал яблоко.

— Это точно еда? — уточнила я, и тут же мое сознание дало мне ответ. — Да, еда. Очень полезная штука, кстати.

— Не делай так больше, ладно? — вдруг поморщилась Нелли. — Это меня раздражает.

— Окей, — я запустила зубы в сочную мякоть фрукта, которая оказалась чем-то похожей на апельсиновый банан. Или банановый апельсин. В общем, вместе с фруктом я отошла в дальний угол комнаты и села на стул.

Мой расчет оказался верным. Все сгрудились вокруг термосумки, а Лора с пачкой диетических крекеров в руке подошла и села рядом.

— Ну и о чем ты хотела со мной поговорить? — спросила я, откусив от фрукта.

— Ты же все знаешь, — рассеянно пробормотала Лора, крутя в руках пачку с крекерами. На ее лице читалась усталость и обреченность, а персиковый цвет ауры потускнел.

— Ты хочешь спросить о Дэнни, — осторожно спросила-сказала я.

— Да, — Лора не смотрела мне в глаза, но знала, что я прямо сейчас ее сканирую. — Мои чувства к нему…

— Они изменились, — медленно произнесла я.

— Да, — голос Лоры начал дрожать. — Вот уже целый год… с тех пор, как он улетел в этот тур, я каждый день думала о нем и мечтала о том, как мы воссоединимся. Однако когда я прилетела сюда… сначала эта история с Локи, потом Ансон… я скучаю по Дэнни и постоянно думаю о нем… но… почему меня так тянет к Ансону? — на ее глаза набежали слезы, и она быстро вытерла их рукой, пока никто не заметил.

Я снова откусила фрукт и помедлила с ответом. Сколько живет любовь? Неужели один год разлуки способен убить ее? Мне не хотелось говорить Лоре правду о том, что она чувствует. Мои ногти впились в голубую кожуру, и розоватый сок потек по моим пальцам. Я смотрела на следы ногтей на кожуре. При определенном ракурсе фрукт напоминал по форме сердечко. Не настоящее, а то, которое часто рисуют, изображая любовь. Я успела съесть значительную часть фрукта, так что теперь сердце получилось обгрызенным. Ничто не может длиться вечно?

Я перевела взгляд на Криса, стараясь не касаться его ауры, чтобы он снова не задергался. В своей любви к нему я не сомневалась. Она горела в моей груди огнем. Когда я думала, что кто-то может причинить ему вред, мне хотелось вскочить и броситься его защищать до последней капли крови. А потом мягко обнять его, прижать к себе и, уткнувшись ему в шею, вдыхать неповторимый запах. Но неужели это когда-то закончится? Мне не верилось, что кто-то сможет коснуться моей души так, как это сделал Крис. Но если это произошло с Лорой, то почему не может произойти со мной?

Я устало помотала головой и отложила фрукт в сторону. Мои отношения с Крисом сложны и своеобразны, и мне не стоит сравнивать себя с Лорой. И к чему сейчас думать о том, что, может, произойдет, а, может, и не произойдет в будущем? Сейчас я люблю его, и он рядом, хоть и опять пытается от меня закрыться. Я никому не позволю причинить ему вред. Я полетела в этот чертов тур из-за него. А остальное неважно.

— Ну что ты молчишь, Кендис? — голос Лоры скатился до отчаянного шепота. — Скажи что-нибудь.

— Что сказать… твои чувства к Дэнни почти угасли. Ты думаешь о нем по привычке, но на самом деле ты не хочешь быть с ним. Прости, но это правда, — мой голос тоже был тихим и грустным.

Я не смотрела на Лору, но поняла, что она плачет. Она чувствовала себя предательницей. Я не знала, как ей помочь.

— Что же мне делать, Кендис? — утерев слезы, спросила она.

— Я не знаю. Прости, но я просто не знаю, — грустно вздохнула я, отгоняя от себя неприятные мысли. — Я пойду спать. Попробуй тоже вздремнуть… Может, на свежую голову чего и придумается, — и я встала со стула.

Огрызок фрукта так и остался лежать на столе.

Из моего рта вырывался пар. Небо было тускло-серым. Даже в теплой куртке я мерзла. Холод колол маленькими иголками мои руки, ноги потихоньку начинали содрогаться. Поскорее бы дойти уже до дома. Черт бы побрал эти уроки японского. Может, сказаться больной на недельку? А то очень уж не хочется в такую погоду лишний раз выползать из дома…

Я быстро шла по улице, стремясь побыстрее преодолеть расстояние, когда в моих ушах зазвенела рок-мелодия. Я улыбнулась. Именно эту песню играл Крис, когда мы впервые встретились, и именно она стояла на звонке его номера. А еще она была моей любимой. Запустив руку в карман, я одним прикосновением ответила на вызов.

— Да? — спросила я.

— Кендис! — в наушниках зазвучал мой самый любимый голос на свете. — Как дела?

— Хорошо, — выдохнула я. А разве могло быть иначе, когда он позвонил? — А у тебя как?

— Тоже, — тут голос Криса стал смущенным. — Слушай, я, наверное, не смогу прийти к тебе сегодня…

— Почему? — мне хотелось, чтобы мой голос не звучал так расстроенно, но я ничего не могла поделать. А я-то так надеялась…

— Ну… у меня тут дела кое-какие образовались…

Врет. Ясное дело, врет. За полтора года я успела изучить его с ног до головы и всегда могла сказать, когда он врет. Что, опять пришло время меня сторониться?..

— Ну, ладно, — тоскливо протянула я. А что еще я могла сказать? — Позвони или напиши, как освободишься.

— Ага, конечно. Ну, пока тогда, — и он повесил трубку.

— Пока, — выдохнула я в воздух.

Дома я первым делом настроила температуру потеплее, а потом достала из сумки палм и вышла в интернет. По традиции, первое, куда я захожу — это страница Криса в твиттере. Обычно он редко там пишет, так что я была готова уже перейти на сайт с аниме и найти какой-нибудь мульт посмотреть, как вдруг мое внимание привлекла сегодняшняя запись. Она была сделана всего полчаса назад. В твите красовалась фотография Криса. Он стоял в Гайд-парке в темно-желтой куртке и черных брюках, а какая-то русоволосая невысокая девушка целовала его в щеку. Его рука лежала у нее на талии. И подпись: «гуляем с любимой (целующий смайлик)».

Мои пальцы затряслись, и палм упал мне на колени. Боль из моих отмерзших рук резко перекочевала в сердце. Легким отчаянно не хватало воздуха. Кажется, я только что погрузилась на дно моря.

Так вот какие у него дела…

— Итак, Винтроп, — начал президент, усаживаясь во главе стола Совета Безопасности. — Что же сейчас происходит на планете? Расскажите все, что знаете.

Единственные выжившие три члена Совета недоверчиво смотрели на него, а Маривонн… что-то кольнуло повара в сердце. Его любимая села на стул рядом с Вилсоном, и его рука властно притянула ее к себе. Девушка не сопротивлялась.

«Так вот оно, значит, как» — мрачно подумал Вин и спросил:

— Вы ели мой торт?

Все посмотрели на него, как на слабоумного. Маривонн растерянно накрутила локон на палец и переспросила:

— Какой еще торт?

— Ну, черный, в форме сферы, я приготовил его на карнавал, — пояснил Вин.

— Простите, конечно, но… вы в своем уме? — осторожно спросил Вилсон. — При чем тут ваш торт?

— Ну как же, — Вин закинул ногу на ногу. — Я знал, что будет проведено нападение скелетов, а единственное, что может их отпугнуть — это наши псы. Так что я был вынужден отключить силовое поле у забора и впустить их…

— Подождите, — остановил его Милфорд Финч. — Так это вы отключили забор?

— Я, — кивнул Вин.

— Но как? — подняла брови Элеонора Ральф. — Вы же… просто повар, верно? У вас не могло быть нужных паролей.

— Я к этому событию уже долгое время готовился…

— Да как вы могли такое сделать! — неожиданно разъярился Вилсон и убрал руку с талии Маривонн. — Впустить собак на территорию! Так это по вашей вине все наши коридоры залиты кровью?

— Если бы я этого не сделал, то сфера была бы активирована уже на карнавале, и мы бы тут с вами не сидели! — покраснел Вин. — Но я не оставил вас совсем без защиты! Я приготовил торт.

Он обиженно насупился. Маривонн с беспокойством посмотрела на него и мягко уточнила:

— Вин… ты спятил, что ли?

— Я не спятил, — повар скрестил руки на груди. — Я добавил в торт особый ингредиент, который создал защитный барьер вокруг тех, кто его ел. Им собаки были не страшны. Но, судя по всему, мало кто успел его попробовать. Вы ели мой торт?

— Нет, — Маривонн покачала головой, и президент с членами Совета повторили за ней.

Вин разочарованно вздохнул:

— Тогда вам повезло, что вы остались в живых. Второй вопрос: почему вы до сих пор не сняли костюмы?

Маривонн и Вилсон только сейчас вспомнили, что на них все еще надеты комбинезоны с принтом в виде скелетов.

— Они приклеены, — сердито заявил Вилсон.

— Ясное дело, — Вин закатил глаза. — Это же хирургический клей. Еще немного, и костюм срастется с кожей, и ходить вам так до конца своих дней.

— О Господи! — Маривонн вскочила со стула и снова начала дергать ткань костюма, шипя от боли.

— Маривонн, успокойся, — Вилсон потянул ее за руку и снова усадил за стул. — Мы разберемся с этим позже.

Вин лишь тяжело вздохнул, глядя на испуганное лицо Маривонн. Не так он представлял себе встречу с ней, ой, не так… он нервно забарабанил пальцами по столу.

— Так, а теперь серьезно, — строго сказал Вилсон. — Какое отношение вы имеете к этому делу? Что за существа владеют скелетами? Причем тут сфера в небе? И где моя жена?

Вин устало посмотрел на свои туфли. Вот оно. Вот сейчас он и скажет все, что он знает. Скорее всего, Еве известно о его предательстве. Он надеялся, что ему удастся всех спасти и остаться шпионом, но, похоже, у него не получилось. Он всех подвел… не видать ему больше своей семьи… Ох, хоть бы удалось Маривонн спасти…

— Я все расскажу, только, пожалуйста, дослушайте меня до конца, — он перестал стучать по столу и сложил руки вместе на коленях. — На Земле я жил в маленьком поселении, которое постепенно приходило в упадок. Смог из заводов так отравлял воздух, что все перебирались в крупные города, где были только офисы и небоскребы, оставив у нас только самые примитивные возможности заработка, где зарплата, соответственно, была небольшая. Я ушел из школы после 11 класса и пошел работать в местную забегаловку, чтобы прокормить семью. Отец был пьяницей и бросил нас, когда мне было восемь. Мама серьезно болела, что-то там с сердцем, и она не могла работать. Помимо меня, в семье было еще две моих младших сестры. Денег не хватало. Я боялся, что скоро мама умрет. Я слишком любил ее, и не мог этого допустить.

В школе я учился не очень хорошо, однако я слышал об удивительных технологиях гармонианцев, способных исцелить даже рак. Когда маме стало хуже, я пошел в турагентство и стал умолять продать мне и моей семье билеты в тур «Новая жизнь». Там мне пытались объяснить, что это тур только для молодых людей в возрасте от восемнадцати до двадцати трех, и что даже я смогу полететь только через два года, а моя мама вообще слишком стара. Я продолжал настаивать, и тогда появилась та женщина. Я не знаю, кто она, но выглядела в точности так же, как и те, кто умер, но чье тело оказалось захвачено: необычайно холодный взгляд, спокойствие, сдержанность.

— Она не была человеком? — удивился Вилсон. — Но как она оказалась на Земле?

— Я не знаю, — Вин покачал головой. — Я тогда не знал, что она инопланетянка. Все, что меня волновало — это как доставить маму на Гармонию. И она сделала мне предложение.

— Какое? — спросила Маривонн и прикусила губу.

— Она согласилась отвести мою маму и сестер на Гармонию, где ей предоставили бы необходимое лечение. Я же взамен должен прилететь на Тимор и вступить в контакт с ее родственницей. Якобы она выполняет какое-то важное задание там, и я должен ей в этом помочь. Этой родственницей была Ева.

— И ты согласился, — понятливо кивнул Вилсон.

— Конечно, согласился! — горячо воскликнул Вин. — Я был готов на все, только бы спасти мою маму. К тому же, я тогда не знал, что мне предстоит участвовать в инопланетной войне.

— Войне? — переспросили все.

— Да, войне. Когда я прилетел сюда, Ева заставила меня участвовать в подготовке к великому плану — плану по обратному захвату планеты минорами.

— Кем? — не понял Вилсон.

— Существами, которые владеют металлическими скелетами, — пояснил Вин. — По крайней мере, так их называла Ева. Люди прилетели на эту планету и решили, что на ней нет разумной жизни, но они ошиблись. Просто здесь обитали создания из чистой энергии — ее не увидишь человеческим глазом, не услышишь человеческими ушами и не почувствуешь человеческой кожей. Лишь некоторые избранные люди, чье сознание как-то отличалось от остальных, могли их увидеть. Но вы называли их сумасшедшими, и дали название этой болезни — «цветная слепота».

— Так они не сумасшедшие? — удивился Милфорд. — Все, что они видели — правда?

— Конечно, правда, — кивнул Вин. — На этой планете жило два народа из чистой энергии — магнуры и миноры. Миноры хотели захватить власть, и была война, в результате которой они проиграли и были высланы с планеты. Однако с появлением людей что-то изменилось. Ева утверждает, что, захватив человеческие тела и активировав сферу, они смогут уничтожить всех магнуров, и планета снова будет принадлежать им.

— Какой ужас, — выдохнула Маривонн. — Но что это за сфера? И почему они убивают людей? И почему боятся гармонического света, а Ева нет?

— Ева мало что мне рассказывала о конкретике их планов, — сообщил Вин. — Я знаю только то, что в сфере какое-то оружие, которое сработает, если в лагере наберется достаточно смертей и достаточное количество тел окажется захвачено. Живые люди им не нужны — тела трупов будут служить чем-то вроде защиты, поэтому кровь им ни к чему. А тиморский металл — в тысячу раз прочнее человеческих костей, поэтому они заменили скелеты на него. Но это не касается Евы.

— Почему же? — Вилсон заметно напрягся. Ну, еще бы, речь шла о его жене.

— На самом деле, когда-то давно, когда Ева была еще человеком, она страдала «цветной слепотой», — продолжил рассказ Вин. — И она каким-то образом, который нам с вами не понять, смогла пообщаться с одним из миноров. Они давно летали вокруг человеческого лагеря, ища подходящего человека для исполнения своих планов. Не знаю, как они это сделали, но минор слился с самой Евой. Она теперь и не человек, и не минор, а нечто среднее. Ей не страшен гармонический свет, который для миноров смертелен, и в ее жилах течет человеческая кровь. Но остальные люди не могут пообщаться с минорами, а те немногие, кто могли, отказывались им помогать. Так что было решено забирать тела силой. Таким образом, они и перешли к этим ужасным убийствам. На карнавале они хотели разом убрать всех, кто знал что-то лишнее. Их передвижения ограничены, так что был выключен свет. Они бы убили всех, кого нужно, и активировали бы сферу, да вот только я испортил им все планы. Теперь миноры охотятся по всему зданию за людьми, и только благодаря псам, пожирающим их энергию, они до сих пор вас не нашли.

Вин закончил и выдохнул. Как же он устал… А ведь это еще только цветочки. Как же ему спасти оставшихся в живых жителей Тимора и свою семью?

— Какой-то дурдом, — пробормотал Вилсон. — Ну а ты-то что делал для них?

— Так, мелкие поручения, — отмахнулся Вин. — Ева и другие не могли ходить за периметр, ведь там магнуры, и они могли разгадать их план, но я-то мог — я обычный человек и не могу соприкоснуться с ними, мы слишком разные формы жизни для этого. В суть плана меня не посвящали, так что это вполне безопасно. Так, принести-унести металл из старых шахт и еще некоторые необходимые для их существования вещи. А чтобы я не жаловался никому, они держали мою семью в заложниках на Гармонии. Там есть такие, как Ева — люди-миноры, им гармонический свет не страшен. Подозреваю, что и на Земле они есть. Только, наверное, теперь уже Ева знает, что я ее предал. Успеть бы разобраться с ней до того, как вести дойдут до Гармонии…

— Прости меня, Вин, — вдруг сказала Маривонн. — Я плохо думала о тебе, а ты, оказывается, всех спасал…

— Нам нужно решить, что делать дальше, — перебил ее Вилсон. — Должен же быть какой-то способ с ними справиться!

— Нужно остановить активацию сферы, — сказал Вин. — Но как это сделать — я не знаю.

Вилсон и члены Совета заметно приуныли.

Глава 19

Хейли проснулась раньше всех. На улице еще — а возможно, уже — было темно. Трудно судить о времени, когда наступает конец света.

Хейли потянулась, оглядела спящих на соседних кроватях девушек и дремлющих на стульях парней и с удивлением обнаружила, что один из них не спит. Крис сидел, откинувшись на спинку стула и барабаня пальцами по нетерпеливо дергающейся ноге. Хейли невольно улыбнулась, глядя на неусидчивого парня. В полутемном помещении его лицо было плохо видно, но девушка вспомнила, каким выразительным оно было вчера. Тревога, удивление, радость, желание сбежать, любопытство — все эти эмоции легко считывались с его лица. И эта его неспособность усидеть на месте… он вообще спал ночью?

К тому же вчерашние события… на планете явно происходит что-то интересное! Нет, разумеется, Хейли не была какой-то там дурочкой и понимала, что им всем грозит смертельная опасность, но ее журналистский дух подсказывал, что, когда все закончится, это будет такая история! Возможно, она сможет прославиться по всей Галактике! А этот парень… Хейли чувствовала, что именно ему предстоит сыграть главную роль в предстоящих событиях.

Так что Хейли не стала терять времени даром и потянулась, демонстрируя, что она проснулась. Затем медленно поднялась с кровати, краем глаза наблюдая за тем, каким взглядом провожает ее Крис. Ее стройное тело в обтягивающем трико было очень привлекательным, и она это прекрасно понимала. Не смотря в сторону парня, она прошествовала к термосумке, нашла в одном из карманов жвачку со вкусом леденики, положила одну подушечку в рот, потом взяла пачку диетических крекеров и баночку сока и села на один из стульев. И только потом «заметила», что Крис на нее смотрит.

— Ой, привет! — обворожительно улыбнулась она. — А я думала, что все еще спят.

— Все еще спят, — повторил за ней Крис. — Ну, остальные.

— А ты почему нет? — она незаметно вытащила жвачку изо рта и спрятала ее в салфетку, а потом принялась за крекеры. — Хочешь?

— Да, спасибо, — Крис поспешно достал из пачки пару крекеров. — Да я вообще мало сплю.

— Понятно, — съев несколько штук, Хейли стала открывать баночку сока. — Я смотрю, Миранда с Френсисом не появились.

— Нет, — покачал головой Крис. — Как думаешь, с ними что-то случилось?

— Не знаю, — Хейли задумчиво покрутила баночку в руках. — По коридорам сейчас ходить опасно. У них же нет этого суперзрения, как у твоей подруги. Возможно, на них напали.

— Френсис твой парень? — вдруг ни с того ни с сего спросил Крис.

— Нет, — Хейли усмехнулась. — Так, провела с ним пару ночей, но ничего серьезного. А Кендис, — она кивнула в сторону спящей девушки, — твоя девушка?

— Кендис? Нет, ты что, — Крис смущенно опустил глаза вниз. — Мы с ней просто друзья. Вместе полетели сюда.

— Вот как? И давно вы с ней знакомы?

— Три года. Ну, для нас прошло три года, во всяком случае, — Крис снова нервно задергал ногой. — А ты здесь сколько?

— Лет пять где-то, — прикинула Хейли.

— И чем ты тут занимаешься?

— Я — журналист, — Хейли перекинула ногу на ногу и заметила, как Крис машинально на них посмотрел. — Пишу различные новости о Тиморе в кибернете. Правда, до последних событий здесь мало что происходило. Поселение небольшое, сам понимаешь. Почти никто не хочет здесь оставаться, а те, кто все же решается, обычно тихие и спокойные домоседы. Которых устраивает то, что они сидят в четырех стенах.

— А сама-то ты почему здесь? — спросил Крис. — Ты не похожа на домоседку.

— На других планетах и так журналистов хватает, — отмахнулась Хейли. — А тут я чуть ли не в единственном экземпляре. Помимо меня еще двое: один пишет политические новости, а другой научные. Скука, — она изобразила зевок.

— Я бы не сказал, — усмехнулся Крис. — С этими собаками, скелетами, суперзрениями…

— Вот я и говорю: наконец-то на планете что-то происходит! — воскликнула Хейли. — Слушай, я же тут в вашей компашке новенькая, может, расскажешь мне о последних событиях?

— Про что? — напрягся Крис.

— Ну, ты же у нас тоже какой-то необычный? Ты сейчас слышишь мои мысли? — Хейли с любопытством на него уставилась.

— Нет, — Крис мотнул головой. — Я сейчас вообще ничего не знаю. Наверно, это потому, что Кендис спит — я же для нее информацию принимаю.

— Хм, ну а как вообще события развивались? Вы же давно тут что-то расследуете, — она кокетливо намотала прядь волос на палец, и Крис растаял.

— Вообще я не мастер рассказывать, ну, да ладно… короче, дело было так….

И Крис рассказал ей обо всем, что с ним произошло, с того момента, как он вышел из анабиоза. Говорил он не то что бы связно, то и дело перескакивал с одного на другое, да еще и постоянно менял позу. Хейли жалела, что у нее нет камеры или хотя бы диктофона, потому что вычленить из этой болтовни сюжет было очень сложно, ей часто приходилось переспрашивать. Однако кое-что ей понять удалось. Хейли была права: в этом определенно была та еще история. Осталось только узнать, чем же все закончится…

Едва я проснулась, мое сознание снова стало разрываться на части. По воздуху опять что-то поплыло, чужие мысли устремились ко мне в голову, а по коридору наверху проходил волк и злобно рычал: он уже сутки ничего не ел и был готов наброситься на первого, кто ему попадется, неважно, человек это или скелет. Я помотала головой, подождала, пока мое сознание найдет Криса, и открыла глаза.

За окном было уже утро. Все остальные уже проснулись. Трейси и Локи валялись на кровати и целовались, хотя мысли девушки опять витали где-то далеко. Лора жевала яблоко и размышляла о Дэнни и своих почти угасших чувствах к нему. Ансон украдкой поглядывал на нее, думая о том, какая она красивая. Нелли и Стив сидели вместе, и Нелли ему рассказывала о том, как хорошо ей жилось, пока она однажды не пришла к себе в комнату и не обнаружила Миранду. А Крис… едва он меня почувствовал, его аура снова задергалась, а вот Хейли такой фокус проделать не могла, и я с удивлением обнаружила, что она… флиртует с Крисом!

Не в силах сдержать накатившую на меня злость, я резко села. Кроме Криса, никто не догадывался о том, что я проснулась, так что все остальные прекратили делать то, что делали и испуганно замерли, не зная, что от меня ожидать. Чувствуя себя каким-то диковинным зверем, который всех одновременно и интригует своей необычностью, и пугает тем, что никто не знает, что от него ждать, я сердито потерла глаза и постаралась успокоиться. Ну, флиртует она с ним, и что? Как будто Крис раньше никогда не проявлял интереса к другим девушкам. Проявлял, да и много раз. Вот только я никак не могу привыкнуть к тому, что это так больно.

Отгоняя свои мысли подальше от Хейли, я выбросила свое сознание на милю вперед и поняла, что ни Миранда, ни Френсис так и не вернулись. А значит, из более-менее взрослых и умных людей у нас имелась только Нелли, чья аура так пульсировала, как будто над ней склонился гигантский волк. Закрыв лицо руками, я бессильно застонала. Господи, ну почему со всем этим должна разбираться я, да еще при том, что меня все боятся?

Я подняла голову и увидела, что все на меня таращатся. Покраснев, я недовольно буркнула:

— Ну, чего уставились?

Все испуганно отвели взгляд и вернулись к своим разговорам, но я чувствовала, что они напряглись. Замечательно, просто замечательно. Слезая со стола, на котором я спала, я поправила футболку, пригладила волосы и, чувствуя, что все на меня настороженно косятся, как на тигра, вышедшего из клетки, направилась к термосумке и достала оттуда что-то типа картофельного пюре, но из какого-то странного неземного овоща.

— Я так понимаю, ни Миранда, ни Френсис не вернулись? — спросила я, пытаясь справиться с крышкой банки.

— Нет, — сказала Лора, единственная, кого, похоже, не пугала моя новоприобретенная способность.

— Это не дело, — сказала я и отложила банку. — Что мы собираемся делать дальше? Я иду их искать, — зачем-то доставая из шкафа куртку, сказала я.

— Я с тобой, — Крис поспешно вскочил со стула.

— Само собой, без тебя я ничего не увижу, — согласилась я. — Только не лезь вперед меня, хорошо?

— Хорошо, — кивнул Крис, и вслед за ним встала Хейли.

— Я тоже пойду, — сказала она.

— Ладно, — скрепя сердцем, согласилась я. Я достала из шкафа еще две куртки и протянула им, а сама старалась унять боль в сердце, как будто от ножевого ранения.

— И я, — Трейси оторвалась от Локи.

— А ты-то зачем? — подняла брови я, а потом снова почувствовала, что Трейси отчаянно хочет найти кого-то, но не хочет, чтобы я знала, кого. Усилием воли прогнав себя из ее головы, я сказала: — Хорошо, без разницы, Локи тоже тогда пойдет? — и полезла в шкаф за еще двумя куртками. Ни фига себе тут комнаты снарядили бесплатной одеждой…

— Я-то пойду, но вот ты мне скажи, зачем нам эта экипировка? Мы на улицу пойдем? — Локи с подозрением принял куртку из моих рук.

Я на секунду замерла, задумавшись, какого черта нам понадобились куртки, но ничего не поняла.

— Не знаю, — бросила я. — Так надо. Так… что еще… шали? — я достала несколько кусков шерстяной ткани на молниях с узорами.

— Мне не надо. Я не девчонка! — заявил Локи.

— Мне тоже, — поспешно вставил Крис.

— Трейси, Хейли? — я повернулась к девушкам.

— Шали — это очень модно, мальчики, — сказала Трейси, принимая из моих рук серую шаль с фиолетовыми снежинками. — Даже парни их носят.

— Ага, — Хейли тоже взяла шаль.

— Куда вы собрались-то? — спросил Стив.

Я осмотрела оставшихся и задумалась. Сначала я хотела пойти искать Миранду и Френсиса, но теперь вдруг поняла, что нам нужно было куда-то еще. Остальная информация была почему-то скрыта, и я решила не заморачиваться по этому поводу.

— Куда-то, — беспечно сказала я, застегивая куртку и шаль. Потом вдруг замерла и стала серьезной: — Значит, так, если мы до завтра не вернемся, вам нужно будет пойти, найти правительство, и рассказать им все, что вы знаете.

— А у нас еще осталось правительство? — удивился Стив. — Почему они тогда ничего не делают?

— Может, и делают, просто мы не в курсе, — заметил Ансон.

— Просто сделайте, как я скажу, ладно? — я натянула на ноги сапоги.

— А если Миранда вернется? — спросила Нелли.

— Если она вернется, то тогда она и решит, что делать, — заключила я. — Но мне почему-то кажется, что она не вернется.

— Почему? Кендис, если ты что-то знаешь, то лучше скажи, — заметил Стив, сжав руку Нелли.

— Ничего я не знаю, — раздраженно буркнула я. — У меня просто странное предчувствие. Но у нас есть дело, — я повернулась к своим спутникам.

— Какое? — спросил Локи.

— Понятия не имею, — сказала я и повернулась к двери, вторым зрением заметив, как все недоуменно переглянулись. — Ну что ж, как сказал бы Доктор, Allons-y! Или джеронимо, как вам больше нравится[7].

— И почему ты у себя в термобоксе только кровь хранишь? — с недовольным видом Миранда уставилась на то, как веспер присосался к трубке. — Сам-то ты что ешь?

— У меня была еда, — заметил Френсис. — Но ты сама сказала, что там, куда мы придем, те двое отнесут продукты, и я не стал ее брать.

— Откуда я знала, что нам придется спасаться от скелетов и псов, и мы забредем неизвестно куда? — буркнула Миранда.

— Вот и я не знал, — Френсис развел руками.

Удаляясь прочь от пса и скелета, они попали в совершенно другую часть лагеря, которую никто из них не знал. Там было почище в коридорах, зато, похоже, это была какая-то бизнес-часть: они нашли большую кучу кабинетов, совершенно безлюдных, с погасшими экранами в стенах, что-то типа завода, на котором что-то производилось до карнавала, складские помещения и все в таком духе… Здесь никто не жил, и запах металла и смерти почти не чувствовался.

Ночь они провели на диванах в одном из кабинетов, но теперь, когда настало утро, им обоим захотелось есть. Еды они нигде не нашли, и Миранда с завистью смотрела на веспера, который лакал красную жидкость из трубки.

— Если бы мы могли пить кровь, — простонала Миранда под аккомпанемент урчащего желудка.

— Так давай выпьем, — предложил Френсис.

— Ты что, с ума сошел? — Миранда с подозрением на него уставилась. — Мы же люди, мы не можем!

— Почему же, можем, — Френсис откинулся на спинку стула, на котором сидел. — Я точно знаю, что в пакетах кровь чистая, без всяких инфекций. Если выпить совсем немного, ничего страшного не случится.

— Ты еще скажи, что ты так делал, — скептически заметила Миранда.

— Не делал, — согласился Френсис. — Но как биолог знаю, что такое вполне возможно. Выпьем?

— Нет, спасибо, — Миранда передернулась от отвращения. — Давай лучше твоего веспера зажарим.

— Эй, ты что! — возмутился Френсис. — Стэнли — мой друг, да и мясо веспера совершенно непригодно в пищу! Вот уж не знал, что ты такая кровожадная.

— Станешь тут кровожадной, когда больше суток ничего не ешь, — проворчала Миранда. — Ладно, расслабься, я пошутила.

— Я знаю, — Френсис тяжело вздохнул и отсоединил пустой пакет от трубки. — Ну что, пойдем играть в героев фильма «Я — легенда» дальше?

— Пошли, — Миранда устало поднялась с дивана.

Они вышли в коридор, привычно посветили фонарями по сторонам, но никого не обнаружили. Тимор действительно как будто вымер, и Миранде стало жутко, когда она представила, что на всей планете остались только они и ходячие мертвецы. Действительно, «Я — легенда» какая-то.

Френсис попробовал запустить компьютер в одном из кабинетов, и нашел в нем карту Тимора. Они удалились довольно далеко от зала и той комнаты, где Миранда оставила Нелли и остальных. Однако теперь они хотя бы знали, куда идти. Френсис попытался поискать палм, но ничего не обнаружил, так что им пришлось положиться на свою память.

Коридоры были совершенно пустынны, даже пятен крови на стенах не видать. Биологи расслабились и стали перешучиваться, вспоминая разные смешные случаи из своего прошлого, стараясь не думать о еде.

— Да, было раньше время…, — отсмеявшись, протянула Миранда. — Ты тогда был еще совсем зеленый…

— Миранда…

— Что?

Френсис на нее удивленно посмотрел.

— Это сказал не я, — вдруг побледневшим голосом сказал он.

Миранда в шоке замерла. Френсис тоже остановился и посмотрел на свою клетку: веспер жался к стенке, пытаясь закрыть маленькими лапками свой нос. Биолог посмотрел вперед:

— О черт!

— Миранда…

Только сейчас женщина поняла, что узнает этот голос. Он немного изменился, стал более холодным, равнодушным, однако при этом таким знакомым… Она знала, что должна бежать, бежать без оглядки, но воспоминания оказались слишком живыми… она вспомнила, как зашла в лабораторию… а там… кровь… везде кровь… ее любимый… его больше нет… Она должна бежать, но ужас… ужас ее парализует…

— Миранда, скорее уходим! — воскликнул Френсис, но ноги ее не слушались…

Она снова была в том дне. Она снова видела скелет… и кровь… почему столько крови? Где Деклан? А потом осознание… и нечто черное, весом с тонну, нахлынуло на нее…

— Миранда…

— Деклан, — выдохнула она и повернулась лицом вперед, не обращая внимания на попытки Френсиса утащить ее.

Всего в нескольких шагах от нее стоял Деклан. Он выглядел точно так же, как и при жизни, вот только у него никогда не было такого холодного и равнодушного взгляда… Френсис упрямо тащил ее назад, но ее ноги не двигались, а мужчина боялся ее уронить.

— Миранда, — произнесло существо в теле Деклана.

— Деклан, ты умер, — всхлипнула Миранда и неожиданно упала на пол. Не предвидевший этого Френсис тоже упал, клетка с веспером выпала из его рук и отлетела к стене. Больно стукнувшись локтем, Френсис застонал и не сразу обратил внимания на то, что всхлипывания Миранды — не единственный звук в коридоре.

В нос ударил металлический запах. Френсис нащупал рукой выроненный фонарь, направил прямо перед собой, и с ужасом застыл: прямо перед ним стоял жуткий металлический скелет, и он начинал странно гудеть. Френсис хотел дернуться и бежать, но он неожиданно понял, что больше не владеет своим телом. Веспер пронзительно заверещал.

Услышав знакомый звук, Миранда прекратила плакать и подняла красные глаза. К визгу веспера примешивалось странное гудение. С ужасом Миранда обнаружила, что посреди коридора стоит металлический скелет, а тело Френсиса замерло на полу. Когда она встретилась с биологом глазами, его взгляд был полон ужаса.

— Нет! — воскликнула она и бросилась вперед, но было уже поздно. Сбоку тела Френсиса как будто разошелся шов, плоть медленно начала отделяться от костей. Миранда снова упала на колени, и ее окатило фонтаном крови. Пока тело Френсиса воровали, отнимали самым жестоким образом, который только мог быть, по лицу женщины текли слезы, смешиваясь с кровью ее друга, и она опять вспоминала. О да, она прекрасно помнила тот день, когда ее горе было столь велико, что придавило весом с тонну ее к кровати. Она помнила, насколько серым и бессмысленным был ее мир. И она помнила, как стала свидетелем жестокого убийства бедного старика Джона… И вот она снова видит это, вот только у нее больше нет сил бороться. Гигантская волна отчаяния нахлынула на нее, и женщина просто привалилась к стене, смиренно ожидая смерти.

Незнакомец в теле Деклана смотрел на нее. Ей было больно видеть такие знакомые черты с совершенно чужим выражением лица. Однако было приятно, что последним, что она видит — был он… она никогда и не хотела жить без Деклана… никогда…

— Деклан, — шепнула она и закрыла глаза. Она приготовилась к смерти.

Опора у нее за спиной неожиданно исчезла, и Миранда вдруг почувствовала, как чьи-то руки затаскивают ее внутрь какой-то комнаты.

— Ты можешь объяснить мне, куда мы идем? — уже в десятый раз спрашивал Локи.

Я в десятый раз пожала плечами и пошла по коридору вперед. Хотела бы я сама знать, куда мы идем! Хоть расширенное сознание и помогало мне лучше понимать окружающий мир, оно ни капельки не объясняло, откуда я взяла этот маршрут. Я уверенно шагала по коридорам, которых раньше в глаза не видела, или видела, но не запомнила, и знала лишь одно: сейчас я должна дойти до конца этого коридора и свернуть налево. Едва я доходила до нужного места, новый кусок пути возникал в моей голове. Я понятия не имела, откуда это все берется. Может, это часть моих новых способностей — возможно, я могла видеть будущее, хоть сама этого не осознавала. Оставалось только надеяться, что я не веду нас всех в какую-нибудь ловушку. Могло ли быть такое, что меня взял под контроль один из тех пришельцев, которые управляют скелетами? Вроде бы я никого из них не ощущала, но мало ли что…

Благодаря моим способностям я могла вести нас безопасным путем. Едва я замечала поблизости волка или скелета, расхаживающих по коридорам в поисках жертвы, как я тут же уводила свою компанию в противоположную сторону, или сворачивала в другом месте. Тимор сейчас напоминал поле после битвы. Понятия не имею, где было правительство все это время, но трупы никто не убирал, и они заполонили весь лагерь мерзким запахом. Впечатлительная Трейси тяжело воспринимала все это, и вскоре я начала выискивать более чистые коридоры. К счастью, чем дальше мы отходили от зала, тем меньше было крови.

Теперь я понимала, что информацию я каким-то образом получаю через Криса, поэтому старалась не отходить от него далеко. Это было тяжело: Крис и Хейли всю дорогу мило беседовали. Прошло уже довольно много времени с тех пор, как Крис с кем-то встречался, и я успела отвыкнуть от ревности. Я и забыла как больно бывает на душе, когда ты видишь, что твой любимый разговаривает с другой девушкой и смотрит на нее так нежно-нежно… Да и его симпатия определенно взаимна…

Я очень старалась не лезть в голову к Хейли. Правда, старалась. Но отголоски симпатии и любопытства не могли до меня не долететь. Он интересовал ее потому, что она надеялась написать в дальнейшем крутую статью обо всем произошедшем, но так же он ей казался милым и забавным, «лучше Френсиса», поймала одну из ее мыслей я. Ногти больно впились в ладонь, стараясь заглушить сердечную боль. Хейли знала, что я могу узнать ее мысли, но ее это не сильно волновало. По-моему, Крис сказал ей, что я не его девушка, и она успокоилась. К тому же она меня побаивалась, в отличие от Криса, и старалась лишний раз не подходить.

Трейси с самого начала была какой-то рассеянной и оглядывалась по сторонам. Интересно, кого она хочет найти? Я могла бы ей в этом помочь. Несколько раз мы проходили мимо комнат, в которых прятались люди, но я не останавливалась и шла вперед. Что бы мы ни искали, это были явно не люди.

Так как Трейси перестала обращать на него внимания, Локи прицепился ко мне и каждые несколько минут пытался понять, куда мы идем. Я чувствовала, что он беспокоится из-за равнодушия Трейси, но очень старается об этом не думать. Быстро проверив верхний слой ауры девушки, чтобы не сильно лезть в ее мысли, я не обнаружила ни капли красного цвета и поняла, что его беспокойство вполне обосновано. Любви у нее не было, по крайней мере, той, что на виду. Возможно, где-то прятались скрытые или неосознанные чувства, относящиеся не к Локи, но я не стала копать глубже и влезать в чужие тайны. Сообщать о своих наблюдениях бедному парню тоже не хотелось. Если я скажу ему, что Трейси его не любит, боюсь, он только расстроится.

— Я уже вспотел, — проворчал Локи. — Зачем мы куртки напялили? Куда мы идем?

Я тяжело вздохнула и смахнула прядь волос с лица. Стараясь не сильно злиться, я ответила:

— Все еще без понятия.

— Тогда как ты понимаешь, куда идти? — не сдавался Локи.

— Как-то, — я знала, что эти слова его не удовлетворят, но и больше ничего не могла ответить. Тут я вдруг зацепилась за что-то на самом краю своего радиуса действия где-то сзади и остановилась. Не успела я понять, что же именно я увидела, как оно исчезло. Я недоуменно нахмурилась.

Локи по инерции прошел вперед на пару футов, но потом заметил, что я больше не иду, и тоже остановился.

— Мы пришли? — нетерпеливо спросил он.

Нас догнали Крис, Хейли и Трейси и тоже остановились, с ожиданием глядя на меня. Я еще раз пробежалась по краю, но ничего не обнаружила. Странно, я готова была поклясться, что на секунду там что-то — или кто-то — появилось. Я изо всех сил постаралась заглянуть дальше, но у моих способностей были свои пределы. Этот кто-то ушел? Или он просто замер?

Не обращая внимания на недоуменно смотревших на меня спутников, я сделала шаг в обратном направлении. Ничего. Еще один. Опять ничего. Еще один…

— Мы свернули не туда? — поинтересовалась Хейли.

— Нет, просто…, — два быстрых шага и мое сознание успело уловить край чего-то, прежде чем оно снова исчезло. Однако разобраться я опять не успела. Снова я мысленно наткнулась на пустоту.

— Что происходит, Кендис? — немного испуганно глядя на меня, спросил Локи. Ну вот, опять я всех напугала.

— Мы здесь не одни, — сказала я, сделала еще один шаг и опять наткнулась на пустоту.

— Скелеты? — я почувствовала, как всех пробирает страх, черными точками вплетаясь в цвета их аур.

— Не знаю, — уклончиво сказала я. Еще шаг. Ничего. — За нами кто-то идет, но он выходит за пределы моего диапазона зрения.

— Что-то мне это не нравится, — Трейси беспокойно поежилась.

Да я и сама почувствовала, что ко мне начинает подступать паника. Кто бы за нами не шел, ему было известно о том, что я могу его почувствовать за милю, и он старался не подходить к нам так близко. Так же ему становилось известно, когда я собиралась сделать шаг, а это могло означать только одно: его сознание шире человеческого, что бросало свет на кого-то из тех непонятных существ.

— Ну что, Кендис? Он идет к нам? — Локи со страхом светил фонарем в другой конец коридора, боясь увидеть, как что-то к нам приближается из дальнего конца.

— Нет, — сказала я. — Думаю, он стоит на месте и ждет, когда мы пойдем дальше.

— Если он не нападает, возможно, он не желает зла? — предположила Хейли.

— Не обязательно, — я пробежалась сознанием по другим границам, но ничего нового не обнаружила. — Просто этому кому-то прекрасно известно о моих способностях, поэтому он не подходит близко, чтобы я не могла прочесть его мысли. А это уж значит, по крайней мере, что он не задумал ничего хорошего. Возможно, он просто знает, что нас много, и не рискует нападать один. Может, он уже послал за подмогой, а пока просто не хочет выпускать нас из виду.

— И что же мы будем делать? — Локи странно на меня посмотрел.

— Хм…, — задумалась я. Что-то подсказывало мне, что мы должны идти дальше, но мысль о том, что кто-то у нас на хвосте, очень сильно меня пугала. А вдруг это он нас куда-то ведет? Нет, вряд ли.

— Нам нужна какая-то защита, — вслух пробормотала я.

Мне трудно было понять, что может справиться с неизвестной угрозой, однако я помнила, что скелетами питаются собаки. Если бы удалось их столкнуть… Но у Криса и Хейли не было защиты от волков, и я не могла ими рисковать. Вдруг они сочтут энергию Криса вкусной? Н-да… и что же делать теперь? Идти дальше незащищенными? Было бы у нас оружие какое-нибудь…

Оружие! Мое сознание быстро пробежало на несколько футов вперед и нашло оружейный склад. Я подбежала к той двери и коснулась ее, но она была под паролем. Однако для меня это больше не было проблемой. Цифры пароля возникли у меня в голове, и я быстро отстучала их на стене сбоку. Дверь отъехала в сторону.

Направив фонарь внутрь, я обнаружила длинные ряды шкафов с ящиками. Мое второе зрение ясно видело в них разнообразное оружие, от луков и стрел до бластеров. Каждый ящик тоже был под паролем, карониевые поверхности угрожающе сверкали, пахло гарью. Я осторожно прошла вперед и вдруг увидела мужчину лет сорока на вид, валяющегося на холодном полу. Он был мертв. Вокруг его головы растекалась лужа крови. А вот это было странно. Псы бы его съели. Скелеты, скорее всего, завладели бы его телом. Или нет? Может, они все уже захватили необходимые тела, а эти им просто без надобности?

— Кендис, что здесь? — мои спутники тоже заглянули в комнату и испуганно ахнули.

— Он мертв? — побледнев, спросила Хейли.

— Да, — сказала я, стараясь не смотреть на мертвого человека. У моих спутников вид был до жути перепуганный.

Я, светя себе фонарем, пошла к длинным рядам с оружием.

— А что мы здесь ищем? — это спросил уже Крис, внимание которого привлекли блестящие ящики.

— Так, — строго сказала я и потянула его за руку. — Стань позади меня и ничего не трогай!

— Что ты со мной, как с пятилетним? — насупился Крис.

— Мы пришли сюда за оружием, но тебе в руки я его не дам, — я вторым зрением осматривала содержимое ящиков.

— Это почему еще? — начал возмущаться Крис, но тут заговорил Локи:

— Я бы тебе тоже оружие не дал. Застрелишь еще себя ненароком, — а потом повернулся ко мне. — Мы собираемся воевать?

— Нет, но мне не нравится, что мы так беззащитны, — протянула я, и тут мой взгляд зацепился за белое свечение. — Ага, нашла!

Я подбежала к ящику, чье покрытие было плотнее других, а замок держался аж на семи паролях, и поспешно начала вводить на сенсорном экране нужные слова и цифры. Наконец, крышка с гудением открылась, и я увидела два металлических бластера. Они были полностью заряжены, что не могло не радовать.

— Ух ты, что это? — с интересом заглянул мне за плечо Локи.

— Гармонический бластер, — я с трепетом провела рукой по холодной рукояти оружия. — На Земле таких не делают. Стреляет гармоническим светом высокой концентрации — прожигает человека насквозь. Надеюсь, что и против тех существ поможет… Интересная эта планета, Гармония… Хотелось бы мне там побывать.

— Еще побываем, — уверенно сказал Крис. — Вот прикончим всех этих скелетов — и побываем!

Мы с сомнением на него посмотрели. Он вообще понимает, насколько рискованно все происходящее? Мы просто ходим по краю пропасти, и в любой момент можем туда упасть, прихватив с собой всю планету. Я вот отнюдь не была уверена, что мы сможем выбраться из этой переделки живыми. Особенно учитывая то, что я не знаю, куда нас заведет шестое чувство.

— Так, ладно, — вернулась к теме оружия я. — Локи, возьмешь бластер?

— Конечно, — парень поспешно взял в руки холодный металл. — А можно на чем-нибудь попробовать?

— Наверное, — неуверенно протянула я. Мой взгляд привлек деревянный стол, смотрящийся на Тиморе странно. — Выстрели туда. Только сразу после нажатия глаза закрой, — предупредила я.

— Зачем это? — удивился Локи.

— Иначе ослепнешь, — сказала я. — Это всех касается, — я оглядела остальных. — Особенно тебя, Крис.

— Да понял я, — пробурчал Крис и послушно закрыл глаза.

Вскоре это сделали и все остальные. Вот только с закрытыми глазами я продолжала видеть, в том числе и белое свечение в бластере. Моему второму зрению гармонический свет не мог навредить, это я знала точно. Локи прицелился, глядя в маленький экран сзади оружия, который показывал, куда польется свет при выстреле. Я видела, как нервно пульсирует его аура. Маленькая черная полоска на месте пальца нажала на курок. Белый свет вырвался на свободу, широкий луч настиг стол, после чего он вспыхнул огнем и в мгновение ока сгорел, не оставив даже пепла.

Частицы гармонии мигом рассеялись по всей комнате, озарив ее белым светом. Энергия была вечной, и я знала, что теперь свет здесь не погаснет, пока мы не откроем дверь. Какая она красивая… белый свет сплетался с другими энергиями, летавшими по комнате, и немного искрил при этом.

— Ай! — вдруг услышала я голос Криса.

— Немедленно закрой глаза! — с тревогой вскрикнула я.

— Еще не закончилось, что ли? — спросил Локи, опуская бластер.

Я рассерженно прикусила губу. Ну вот, теперь из зрячих только я осталась.

— Все стойте на месте и не открывайте глаза, — предупредила я и пошла к двери. Одно касание — и поток гармонических частиц устремился в коридор, освещая все там. Я с сожалением провожала свет, на прощание коснувшись рукой нескольких искорок.

— Можете открывать, — я подняла веки и повернулась к своим спутникам.

Все ошарашенно уставились на пустое место там, где раньше был стол, но я смотрела на Криса. Белки его глаз покраснели, но, похоже, он не успел ослепнуть.

— Эй, Крис, ты как? — мягко спросила я, подходя к нему.

— Глаза болят, — он потер их кулаком. — Что это было?

— Чистый гармонический свет, — я тяжело выдохнула. — Ты видеть можешь?

— Могу, — голубые глаза посмотрели на меня.

— Вот и хорошо, — я снова повернулась к Локи. — В закрытом помещении используем это оружие только в крайнем случае. Слишком опасно.

— Так мы все-таки идем на улицу? — Локи поднял брови.

— В стотысячный раз объясняю: я понятия не имею, — раздраженно вздохнула я. Потом повернулась ко второму бластеру. — Пожалуй, этот возьму я: я смогу стрелять даже с закрытыми глазами, если что.

— Кендис…, — капризно начал Крис, но я его осекла:

— И не проси! Слишком опасная вещь для тебя. К тому же, я не думаю, что ты можешь видеть с закрытыми глазами, верно?

— Я вижу и знаю все то же, что и ты, просто не все понимаю, — голубые глаза умоляюще посмотрели на меня, но я была непреклонна.

— Это значит, что ты видишь не в полном объеме, а с этим оружием нужна точность. Бластер беру я, и разговор окончен, — строго сказала я.

Я почувствовала неодобрение Хейли. Повернувшись к ней, я заметила, как темнеет в ней недовольство. Заметив, что я на нее смотрю, она послала мне мысль, которую я поспешила принять: «Зачем ты его унижаешь?». Я унижаю Криса? Вот уж и в мыслях не было. Я всего лишь стараюсь его защитить. Жалея, что не могу так же телепатически переслать ей ответ, я только покачала головой. Она просто не знает, куда его может завести любопытство… просто не понимает…

Неужели я и вправду его унижаю?

Бип-бип… бип-бип… бип-бип… Тяжелые вздохи. Бип-бип… бип-бип… бип-бип… Кто-то нетерпеливо заерзал на месте. Еще один тяжелый вздох. Бип-бип…

— Нет ответа, — голос Милфорда Финча был натянут, как струны на скрипке.

— Проверьте другое помещение, — поспешно сказал Вилсон. — Не может быть, чтобы на всей планете не осталось ни одного военного! Они же проходили специальную подготовку, в конце концов, не могли же какие-то собаки, пусть даже гигантского размера, убить их всех?

Милфорд вздохнул. Стук пальцев по сенсорному экрану. Легкое шебуршание, показывающее, что идет соединение. Бип-бип… бип-бип… бип-бип…

Маривонн лежала в дальнем углу на чем-то вроде дивана, уставившись в потолок. Как и почти все на Тиморе, он был карониевым. Слабый свет фонаря оставлял на нем блики. В нем отражалось уставшее лицо Маривонн. Под глазами синяки от почти бессонной ночи… кожа бледная… волосы спутались и напоминали просто какой-то ком… руки рассеянно дергали край футболки, которую Вин принес ночью вместе с растворителем, после чего она смогла наконец-то снять этот дурацкий комбинезон. Ни сил, ни желания двигаться не было.

Бип-бип… бип-бип…бип-бип…

Неужели и вправду все военные умерли? Как такое возможно? Маривонн чувствовала себя стоящей посреди огромного снежного поля в ярком костюме, ожидающей, что придет к ней первым: хищники или помощь? Она ставила на то, что хищники. Это просто был вопрос времени…

Бип-бип… бип-бип… бип-бип…

— Мари, ты как?

Услышав это обращение, девушка вздрогнула. В последние дни она привыкла жить с мыслью, что Вин ее предал, предал всех жителей, что он злой… она отказалась от домашнего камина, выбрав солнце и прожив вместе с ним несколько прекрасных и одновременно мучительных дней. А теперь оказалось, что он всегда был на ее стороне. Что причина, по которой он помогал этим… минорам… настолько грустна, что у нее просто больше не было сил обижаться. Да и с наступлением зимы солнце не очень-то греет… Маривонн покосилась на Вилсона, который полностью включился в роль президента и почти перестал думать о ней. Похоже, без камина ей все-таки не обойтись.

— Мне грустно, Вин, — сказала, наконец, она, садясь и освобождая место для мужчины.

Вин сел рядом, не решаясь обнять ее.

— Прости, что врал тебе, — осторожно начал он. — Но я не мог сказать тебе правду. Для активации нужны были людские тела… и они забирали всех, кто что-то знал.

— Почему они это делают? — пальцы Маривонн безостановочно дергали край футболки, как будто желая вырвать из нее клочок. — Я имею в виду, зачем им всяпланета? Почему они не могут жить мирно?

— Мне мало что известно, — Вин вздохнул. — Я рад, что ты жива.

— Я тоже рада, что ты… жив, — Маривонн неуверенно улыбнулась.

Вин покосился на президента, который напряженно вслушивался в биканье, раздававшееся из аппарата внутренней связи и с каждой секундой выглядел все более и более отчаянно.

— Ты теперь вместе с Вилсоном? — тихо спросил повар.

— Вин…, — начала Маривонн и тяжело вздохнула. — Я думала, что ты предатель… я не знала, что ты все равно нам помогаешь, даже при таких обстоятельствах… а потом все как-то завертелось… мы нашли тех скелетов в подвале, жутко перепугались, и я…

— Все понятно, — голос Вина неожиданно стал жестким. — И ты воспользовалась шансом. Ты же всегда была в него влюблена, не нужно мне врать, Мари.

Маривонн стало горько. Она думала, что это Вин предатель, а на самом деле предательницей оказалась она. Как она могла так легко забыть его, переключиться на Вилсона и сделать вид, что ничего не было? Как она могла?

— Мне так жаль, — выдохнула она, и из ее глаз заструились слезы. Вин воровато оглянулся, а потом протянул руку и провел по ее щеке. Маривонн замерла, наслаждаясь нежностью прикосновения…

— Алло? — вдруг неожиданно раздался неуверенный женский голос. — Кто это?

Маривонн встрепенулась, поспешно вытерла слезы и бросилась к Вилсону, который продолжал сидеть у аппарата. Вид у него был изрядно растерянный, как будто он неожиданно столкнулся с единорогом, которого искал всю жизнь, и теперь не знал, то ли радоваться, то ли фотографировать, то ли проверить, не умеет ли он говорить…

— Ну же, говорите, — шепнул ему Милфорд, и Вилсон пришел в себя.

— С вами говорит президент Тимора Вилсон Рид, — деловым тоном начал Вилсон. — Назовите, пожалуйста, свое имя и профессию.

— Президент? — голос скатился до шепота. — Ой, мамочки… то есть, простите… Меня зовут Нелли Ларкинс, я медсестра… ну, была медсестрой, пока все это не произошло…

— Нелли, где вы? Вы одна? — продолжил Вилсон.

— Я, ну… в какой-то комнате недалеко от зала… пустая спальня, я полагаю, тут пара кроватей…

— Вы одна? — еще раз спросил президент.

— Нет, не одна, — послышался отдаленный шепот, кажется, девушка с кем-то переговаривалась.

Маривонн судорожно сжала плечо Вилсона, но тот даже не обратил внимания.

— С вами кто-то из военных? — с надеждой спросил он.

— Военные? Нет, со мной трое новичков… один из них мой брат…

Милфорд разочарованно вздохнул, но Вилсон не растерялся.

— На планете объявлено чрезвычайное положение, Нелли. Мы сейчас обзваниваем все комнаты по внутреннему аппарату. Мы непременно найдем вас и пришлем помощь. Никуда не уходите, пока не прибудет кто-нибудь из людей. Защитите комнату паролем, и не впускайте никого, кто не будет выглядеть как человек. Если у человека холодные глаза, тоже не впускайте, хорошо?

— Да знаем мы, как скелеты выглядят, — раздался в трубке недовольный мужской голос.

— Это кто? — спросил президент.

Кто-то ойкнул, и снова послышался голос Нелли:

— Так, никто. Всего лишь Стив. Мы вас поняли, господин президент. Будем ждать. До свидания.

И девушка повесила трубку.

В комнате повисло напряжение.

— Ну что ж, по крайней мере, мы теперь точно знаем, что четыре человека выжило, — как можно бодрее постарался сказать Вилсон.

— Четыре человека из трех тысяч, не считая нас? — скептически поджала губы Элеонора. — Я бы не была так оптимистично настроена, Вилсон. К тому же, кого мы пришлем на помощь этим бедным людям, если мы до сих пор не нашли никого из военных?

— Еще найдем, Элеонора, еще найдем, — уверенно сказал Вилсон, хотя в глубине души никакой уверенности не чувствовал. — А что касается, кого послать… Вин, ты не сходишь к ним?

Вин с готовностью встал с дивана и спросил:

— А где они?

— Комната 35Е, в том крыле, где Главный зал, — поспешно сказал Милфорд. — Только вот что мы можем сделать? Мы сами в таком же положении, что и они.

— И вправду, Вилсон, что мне сделать? — спросил Вин.

Президент на минуту задумался, не обращая внимания на то, как нежно поглаживала его по спине Маривонн. Он казалось, вообще не замечал ее присутствия, как будто она превратилась в одно из тех существ, которые настолько отличались от людей, что их невозможно было увидеть. Девушку уколола жгучая боль обиды. Вот, значит, как теперь?

— Знаете, медсестра, это, конечно, не военный, но в сложившейся ситуации она бы нам пригодилась, — задумчиво пробормотал Вилсон. — Приведи ее сюда, Вин.

— Но это же опасно! — воскликнула Элеонора. — Как мы можем вывести людей из безопасного убежища, в то время как по коридорам ходят злые волки и скелеты, крадущие чужую плоть?

— Кто сказал, что там безопасно? — поднял брови Вилсон. — К тому же, я считаю, что нам сейчас необходима вся помощь, которую мы можем получить. Возможно, нам удастся найти еще кого-то из жителей, и, вполне вероятно, что кто-то из них ранен. Медсестра сможет нам помочь в этом деле.

— Ох, конечно, вы президент, вам лучше знать, — сквозь зубы сказала Элеонора. По ее лицу было видно, что она категорически не одобряет решение Вилсона, но перечить правителю не смеет.

— Вот и отлично, — сказал Вилсон. — Вин, отправляйся в комнату 35E, забери оттуда медсестру и остальных троих, и приведи их сюда.

— Хорошо, — кивнул Вин, и собрался было уходить, как вдруг Маривонн сказала:

— Я пойду с ним.

— Что? — возмутился Вилсон. — Ни в коем случае! Это слишком опасно!

— Действительно, Мари, — заметил Вин. — Если на нас кто-то нападет, я не смогу тебя защитить. Торт ты не ела, поэтому волки смогут напасть на тебя. У меня есть прибор, способный их отпугнуть, но я не могу его включить, когда по коридорам шастают миноры — псы единственное, что способно их прогнать. А если нас застанут вдвоем, Ева точно поймет, если уже не поняла, что я ее предал, и тогда нам несдобровать.

— То есть четырех беззащитных людей, трое из которых вообще новички, вести по коридорам от Главного зала досюда не опасно, а мне выйти из комнаты опасно? — недовольно воскликнула Маривонн. — Может, вы забыли, но я вообще-то пилот, который пересек космический путь от Тимора до Земли и обратно! Помогать новичкам добираться до пункта назначения — моя работа! И меня ни капельки не пугают ни волки, ни скелеты! Чтоб вы знали, беспроглядная чернота космоса гораздо страшнее, и ведь я полгода провела без анабиоза, в отличие от вас, которые тихо-мирно спали, пока такие, как я вели ваш корабль по дороге в новую жизнь! Я иду с Вином, и никто из вас меня не остановит!

— Маривонн, в конце концов, я президент…, — начал Вилсон.

— Вилсон, ради Бога, — вздохнула Элеонора. — Это действительно ее работа. К тому же вдвоем у них будет больше шансов выжить.

Вилсон посмотрел прямо в глаза Маривонн. «Вот теперь-то ты меня увидел» — подумала Маривонн, но отказываться от своего намерения она не собиралась. Дело не только в том, что она хотела привлечь внимание Вилсона к себе. Она на самом деле чувствовала ответственность за тех четверых, ведь это она их привезла на эту планету, чтобы они могли начать новую жизнь… Вместо этого оказалось, что она отвела их на убой. Она обязана позаботиться о них и убедиться, что с ними все в порядке, оказать необходимую помощь и в целости и сохранности довести их до нужного места. Это ее долг перед этими бедными людьми, которые оказались здесь по ее вине. И неважно, что это не она заставила их купить билеты в этот тур. Она должна им помочь.

Маривонн подошла к Вину и посмотрела на него серьезным взглядом.

— Я иду с тобой, и точка, — строго сказала она.

Вин тяжело вздохнул, но решил согласиться.

— Хорошо. Будем надеяться, что нам удастся добраться до нужной комнаты, никого не встретив. В конце концов, лагерь большой, — пробормотал Вин себе под нос и пошел к выходу. Маривонн последовала за ним, даже не посмотрев на прощание на Вилсона.

Глава 20

Ее окружала чернота. Беспроглядная, холодная, ужасающая… Это была даже не чернота, а пустота. Вакуум. Но не космический, нет. Даже в космическом вакууме что-то есть. Планеты, звезды, астероиды, космические корабли… А в этой пустоте не было ничего.

Миру наступил конец. Все, кого она знала и любила, погибли. Никого и ничего не осталось. Она была одна в этой ужасающей пустоте. Вот только есть ли смысл жить в месте, в котором нет ничего? Наверное, будет правильно, если и она умрет, покинув этот пустой мир. Но как ей умереть, если она даже своего тела не чувствует?

В ту секунду, когда она захотела что-то почувствовать, она вдруг поняла, что лежит на чем-то мягком. Мягком? Неужели в этом мире что-то еще осталось?

Чьи-то руки осторожно убрали волосы с ее лба. Руки? В этом мире есть кто-то живой? Возможно, она не права в своих суждениях, и конец света еще не наступил? Но почему тогда ей кажется, что окружает ее лишь пустота?

Миранда открыла глаза и с удивлением обнаружила перед собой лицо старой женщины. Габриэлла? Почему она здесь? Может, все происходящее было всего лишь сном? И никто не убивал старика Джона, и не сдирал с него плоть? И не было вовсе никакого карнавала, после которого погибла большая часть населения Тимора? Вот только Деклан в этом мире все равно умер.

— Я все это время спала? — хриплым голосом спросила Миранда и попыталась сесть.

— Смотря, какое время ты имеешь в виду, — сказала Габриэлла. — Ты определенно спала все время с тех пор, как на твоих глазах убили беднягу Френсиса.

— Так это все-таки случилось? — спросила Миранда и почувствовала, что ее замутило. Нет, она не ошиблась, миру все же пришел конец.

— Случилось, — вздохнула Габриэлла и тяжело опустилась в серое кресло.

Миранда вернулась в лежачее положение. Взгляд устремился в высокий карониевый потолок, на котором кровавыми пятнами отражались краски заката, врывавшегося в комнату через окна. Миранда лежала на сером диване в одном из бизнес-помещений. Вот только теперь работать было некому, да и незачем. Зачем работать, если все закончилось? Работать — значит, думать о будущем, планировать что-то… А у них больше нет будущего.

Миранда подняла равнодушные глаза на Габриэллу:

— Как вы выжили? — спросила она, цепляя ногтем выскочившую из трико нитку.

Габриэлла снова тяжело вздохнула. Ее руки слегка тряслись, на дряхлом лице читалась вселенская усталость. Какая же она старая, вдруг подумала Миранда. Последняя из первооткрывателей, тех, кто прилетел на эту маленькую заснеженную планету сто лет назад. Как она прожила все это время? Чего только, наверное, не видела эта мудрая женщина. Похоже, что и ее дни скоро сочтены, думала Миранда, вслушиваясь в тяжелое дыхание Габриэллы. Она дышала медленно и с хрипами, как будто на ее груди кто-то сидел.

— Я умираю, — подтвердила догадку Миранды Габриэлла. — Мне уже сто тридцать семь лет, и организм потихоньку начинает отказывать…

— Ничего себе, — выдохнула Миранда. — А по вам ни за что не скажешь.

— Спасибо, конечно, за комплимент, но в моем возрасте внешность уже ничего не значит, — Габриэлла закашлялась. — Но, прежде чем я умру, я должна сделать кое-что. Я должна отдать последний долг Тимору, отблагодарить его за то, что он давал мне дом на протяжении последних ста лет…

Миранда недоуменно нахмурилась:

— О чем вы? Тимора больше нет. Есть только горстка выживших людей, которые ютятся по своим комнатам и боятся выйти. Они победили. Все закончилось.

— Ничего еще не закончилось, — Габриэлла медленно покачала головой. Ее глаза лихорадочно блестели. — Пожалуй, у меня еще есть немного времени, чтобы я могла рассказать тебе свою историю.

Взгляд Миранды снова поскучнел.

— Я знаю вашу историю, — пробормотала она, глядя в потолок. — Вы — одна из первооткрывателей.

— Ты только это и знаешь, — вяло усмехнулась старая женщина. — А знаешь ли ты, что я тоже была вирусологом?

— Вы? — Миранда удивленно подняла глаза. — Я думала, вы ботаник или еще кто.

— О да, я была вирусологом, — Габриэлла поправила свою шаль. — Именно я открыла «цветную слепоту».

— Разве вы? По-моему, это был Майкл Томпсон…

— Он изучал эту болезнь, пытался разобраться в ней, это да, — сказала Габриэлла. — Но ему это не удалось. Она слишком отличается от того, что человек в принципе способен понять. Но я понимала ее. О да, понимала, хоть и была первой.

— В каком смысле «первой»? — не поняла Миранда.

— Ох, Миранда, — Габриэлла вздохнула и снова закашлялась. — Я была первым человеком, который заболел «цветной слепотой».

Миранда уже больше не могла оставаться равнодушной к происходящему. Она села на диване и широко раскрытыми глазами уставилась на усталое лицо старой женщины.

— Вы не можете ей болеть, — возразила биолог. — Вы абсолютно нормальны. За все семнадцать лет, что я провела на этой планете, вы ни разу не наблюдались у врача по этому поводу. О вас не хранится никаких данных. Вы разумно рассуждаете, но не знаете больше, чем положено. И вы не видите никаких цветных пятен. У вас нет «цветной слепоты».

— Увы, но она есть, — Габриэлла тяжело вздохнула и опять закашлялась. — Просто с появлением силового поля вокруг лагеря мы оказались отгорожены от большей части атмосферы Тимора, постепенно вся энергия внутри преобразовалась в человеческую и, по сути, мы устроили на планете кусочек Земли, а на ней «заболеть» невозможно. Но сейчас…, — Габриэлла с улыбкой посмотрела на Миранду. — Я вижу не тебя, а фиолетово-голубую энергию.

— Силовое поле…, — пробормотала Миранда. — Его отключили.

— Чтобы остановить этих существ, пришлось открыть доступ тому, что миллионы лет боролось с ними, — Габриэлла поправила шаль, ее руки при этом тряслись. — Не буду посвящать тебя в подробности, ты все равно не поймешь. Скажу лишь, что создания, захватившие скелеты и наши тела, называются минорами, и необходимо их остановить. Они убивают эту Вселенную, они вынашивали эти планы много лет. И начинают они с этой планеты.

— Но что они делают? — спросила Миранда. — И зачем?

— Они хотят уничтожить магнуров — других существ, живущих на планете, чтобы те не могли им помешать, потом занять их место, а потом…, — Габриэлла тяжело вздохнула. — Зачем-то им нужны человеческие тела, но пустые, без самого человека внутри. К сожалению, в отличие от людей, миноры все это время прятались за силовым полем, так что мы не можем понять ни в чем их план, ни что за штуковину они спрятали в той сфере, которая защищена барьером…

— Мы? — перебила ее Миранда. — Кто это «мы»?

Габриэлла задумчиво на нее посмотрела, перебирая костлявыми пальцами складки шали, а потом сказала:

— Люди болеют «цветной слепотой» не просто так, знаешь ли. В этом есть план.

— И какой же?

— Если у тебя ее нет, то ты не часть его, так что не забивай свою голову ненужной информацией, — сказала Габриэлла. — Ты не сможешь защитить свой разум от миноров, так что так для тебя безопаснее.

— Безопаснее? — Миранда недовольно нахмурилась. — Меня больше не волнует моя безопасность. Все, кого я знала и любила, умерли. И я знаю, что скоро последую за ними. Миру конец, Габриэлла. Моему миру точно.

Габриэлла устало вздохнула и бросила взгляд на темнеющее небо за окном. Когда она заговорила, ее голос стал печальным.

— Возможно, ты и права, Миранда. Возможно, тебе не выбраться из этой истории живой. Я-то уж точно не дотяну до конца дня. Я знаю, что ты видела страшные вещи и совсем потеряла волю к жизни. Именно поэтому для этого задания я выбрала тебя.

— Какого задания? — опять равнодушно спросила Миранда.

Габриэлла посмотрела ей прямо в глаза.

— Они видели, что я тебя забрала, значит, они будут думать, что ты важна. Что ты что-то знаешь. Ты должна совершить отважный поступок, Миранда. Ты должна пожертвовать собой.

Миранда промолчала. Пожертвовать собой? А разве не это она делала с той самой секунды, когда пришла в себя и решила, что, что бы ни планировала Ева, она должна ее остановить? Она и не собиралась выбираться живой из этой переделки. Особенно теперь, когда ее мир представляет собой сплошную черную пустоту, заполненную ничем.

— Что именно я должна сделать? — решительно спросила она.

— Просто иди к ним. Найди их, хотя, я думаю, они и сами скоро найдут тебя. Возможно, ты снова увидишь людей, которых любила, Миранда, и должна быть к этому готова.

— Я готова, — Миранда старалась не думать о тех ужасных картинах, которые она видела.

— Но ты не должна прятаться от боли, — мягко сказала Габриэлла. — Наоборот, когда ты увидишь Деклана, или Кельвина, или Френсиса, ты должна этому поддаться. Позволь отчаянию накрыть тебя. Это скроет от них твои мысли, и они не смогут понять, знаешь ли ты что-то на самом деле, или нет.

Миранда сглотнула. В общем-то, все понятно. Она должна умереть.

— А вы что будете делать? В чем заключается ваш план? — спросила она.

— На всякий случай я не буду тебе говорить, — Габриэлла выглядела измученной, как будто этот разговор у нее отнял последние силы. — Этот план от тебя не зависит. И он уже начался. Просто иди и позволь этому миру окончательно сокрушить тебя.

Миранда кивнула. Это было просто. У нее самой не осталось ни сил, ни желания бороться.

— Думаю, что скоро моя жизнь иссякнет, — прохрипела Габриэлла. — Так что сделай напоследок еще кое-что: отпусти этого зверя на волю, — и она указала куда-то себе за спину.

Миранда судорожно сглотнула. Кажется, она знала, что там увидит. Осторожно поднявшись со своего дивана и обойдя кресло Габриэллы, она обнаружила металлическую клетку, в которой забился в угол маленький шерстяной комочек. Стэнли… вспомнив, каким нежным становился Френсис, когда дело касалось его веспера, Миранда улыбнулась. Вот только биолога больше нет, и никто никогда не пожалеет этого зверька, не даст ему крови, не будет считать самым лучшим существом на свете… Хоть Френсис и был довольно развязным человеком, в нем скрывалось доброе сердце, и зоологом он был потому, что искренне любил животных… Он даже смог разглядеть что-то в этом комочке, который всех остальных жителей Тимора пугал. Теперь и Миранда совсем не боялась веспера. Вот только на сердце было так горько.

С усталым видом наблюдая за выражением лица Миранды, Габриэлла медленно произнесла:

— Все правильно. Пусть будет больно.

— Да, — кивнула Миранда и подобрала клетку с пола. На прощание она обернулась к старой женщине, которая уже успела закрыть глаза и откинуться на спинку кресла. — Мы с вами больше не увидимся, так что… я хотела сказать спасибо. За то, что приглядывали за мной, когда я… была не в состоянии что-либо делать. Вы удивительная женщина.

Габриэлла ничего не ответила. Миранда нахмурилась, она ожидала, что та скажет хотя бы стандартное «не за что» или что-то в этом роде. Медленно она подошла ближе и прислушалась. Стояла мертвая тишина. Миранде показалось, что чего-то не хватает, какого-то звука, которого она постоянно слышала. Наклонившись к старой женщине, она поняла, в чем дело: она больше не слышала ее дыхание. Габриэлла умерла. Грудь Миранды сдавило горе, но она помнила о том, что не должна этому сопротивляться. Поправив напоследок шаль на ее плечах, она бросила взгляд на окно. На планету опустилась ночь, и на карониевых поверхностях больше не играли блики кровавого заката.

«Вот и настал конец», — подумала Миранда. Пора и ей пойти ему навстречу. Она снова подхватила клетку с веспером и вышла в коридор.

Отправившись в комнату 35Е, Маривонн и Вин не сказали друг другу ни слова, вслушиваясь в ужасающую мертвую тишину. Звук их шагов отдавался гулким эхом. Фонари блуждали по стенам, играя зловещими бликами. Жизнь как будто остановилась в этом месте.

Маривонн чувствовала ответственность за бедных новичков, находившихся так близко от места, где произошло то ужасающее кровавое событие. Она представляла, насколько им было страшно, оказавшись так далеко от дома, угодить в инопланетную войну. Они отправлялись в это путешествие такие радостные, уверенные, что где-то среди звезд они найдут лучший мир — а что вместо этого?.. Разве это похоже на начало новой счастливой жизни, что обещали им буклеты из турагентства? Именно поэтому она должна их спасти. Нет, даже не должна, а обязана.

Еще ее в последнее время стал расстраивать Вилсон. Почему-то он больше не был похож на того доброго и чуткого человека, которого она привыкла видеть все эти годы. Такое ощущение, что тот Вилсон исчез или умер, а на его место пришел президент. Наблюдая за ним, она видела, что он необычайно собран и сосредоточен, но в нем не было беспокойства именно за жителей планеты. Скорее всего, его беспокоило то, что он облажался, позволил этим существам обвести его вокруг пальца. И больше всего ему хотелось именно победить их, а не помочь оставшимся в живых тиморовянам. Его не беспокоило, какой опасности могут подвергнуться новички, если их провести по коридорам. Он просто пытался снова вернуть себе власть. Собрать вокруг себя жителей и сделать вид, что он все еще президент.

— Что, уже жалеешь, что провела время с Вилсоном? — неожиданно спросил Вин, глядя на ее напряженное лицо.

Маривонн покраснела:

— С чего ты взял? — недовольно буркнула она.

— Ну как же, ты там такую сцену устроила, — Вин усмехнулся. — Что тебя не устраивает, Мари?

Маривонн какое-то время помолчала, а потом ответила:

— Я думала, что он добрый, чуткий, сопереживающий… а потом он вдруг так отдалился от меня. И даже не только от меня. Я понимаю, что все мы видели ужасные вещи, но нельзя же становиться после этого жестоким! Я не понимаю, как мы можем в такой обстановке вести бедных новичков по коридорам, полных волков.

— Ну, мы с тобой идем уже час, а пока никого из волков не встретили, — Вин задумчиво посветил фонарем вперед. — Но вообще-то, Мари, а чего ты хотела? Он же президент. И всегда в первую очередь будет президентом, а потом уже твоим возлюбленным или кто он там тебе.

— Он не мой возлюбленный, — неожиданно начала отпираться Маривонн. — Да, мы провели с ним вдвоем пару дней, но… ох, Вин, я так жалею, что поспешила с выводами о тебе.

Вин недоверчиво на нее уставился:

— Уж не хочешь ли ты сказать, что считаешь, что я — лучше, чем Вилсон?

— Не лучше и не хуже. Просто я… я люблю тебя, Вин, и мне жаль, что я смогла так поступить с тобой, — Маривонн опустила глаза в пол.

После этих слов Вин резко остановился, и девушке пришлось сделать то же самое. Его сильные и надежные руки легли ей на плечи и мягко развернули ее. В его теплых ореховых глазах светилась любовь. Медленно склонившись к ней, он ее поцеловал. Его руки мягко прижимали ее к себе, а ее руки обхватили его за шею. И, как это было всегда, когда она целовалась с Вином, она почувствовала, что согревается изнутри, и что костер внутри нее растопляет лед, которым она покрылась от холодности Вилсона. На самом деле президент как был далек от нее, так и остался. Он всегда будет где-то далеко в небе, и максимум, что она сможет делать — это любоваться им. А Вин… он не далеко от нее. Он рядом. И теперь, когда она знает его трагичную историю, он близок как никогда.

— Ах, как романтично, — равнодушно сказал чей-то мужской голос.

Маривонн и Вин спешно отпрыгнули друг от друга, как будто они были подростками, встречающимися против воли родителей. Маривонн залилась густой краской, а Вин поправил воротник своего комбинезона.

— Ох, простите, увлеклись немного, — поспешил сказать Вин.

Но Маривонн смотрела на стоящего рядом с ней мужчину, широко открыв глаза. В обтягивающим белом комбинезоне равнодушными глазами на нее смотрел Тревис. Рядом с ним стоял еще один мужчина лет пятидесяти на вид, чье лицо показалось девушке смутно знакомым, но она никак не могла вспомнить, где же его видела. Фонари в их руках осветили ее испуганное лицо. Прежде чем девушка успела дать деру, Тревис крепко схватил ее за руку.

— Ха, похоже, мы имеем дело с самой Интрижкой Президента, — голос второго мужчины оставался таким же равнодушным, когда он холодно осматривал Маривонн.

— И с самим Повелителем Собак, — Тревис уставился на растерявшегося Вина. — Ах, какая пара, какая пара!

— А ну отпустите ее! — Вин хотел вырвать Маривонн из рук Тревиса, но оказался скручен вторым мужчиной.

— А то что? — серые глаза Тревиса казались стальными. — Что ты нам сделаешь, тортами закидаешь?

— Отпустите Маривонн, она никому ничего не сделала! — пытался настаивать Вин, однако решимости в его голосе поубавилось.

Мужчины никак не реагировали на бессмысленные попытки Вина вырваться. Тревис был телохранителем президента, а значит, отличался хорошей физической подготовкой, и пытаться сдвинуть его — все равно, что пытаться сдвинуть скалу. А второй ни в чем не уступал ему, он даже казался выше и мощнее. Глаза миноров были бездушны, даже сарказм, который они явно пытались изобразить, звучал безжизненно, как будто люди безо всяких актерских способностей читали текст. Маривонн охватило отчаяние — неужели они так глупо попадутся?

— Неужели ты думала, что тебе удастся сбежать от меня? Я ничего не забыл, дорогуша, — прошипел ей на ухо Тревис.

Маривонн пыталась извернуться и как-то вырваться, но она была всего лишь маленькой хрупкой девушкой — ей ли справиться с телохранителем президента? В прошлый раз она просто застала его врасплох, но теперь Тревис знал, чего от нее можно ждать, и уже не поддался бы так просто. Мужчина, державший в плену Вина, тоже был невероятно силен — низкорослому повару с ним никак было бы не справиться. Вин пытался со всего маху наступить ему на ногу, но тот всегда вовремя ее убирал, отчего повар лишь терял равновесие.

— Слушайте, вы зря меня схватили! — попытался по-другому Вин. — Может, я и не минор, но я тоже участвую в вашем плане. Разве вам Ева не рассказывала? Я поставлял вам металл из заброшенных рудников!

— Ох, какой ты глупый, — вздохнул мужчина, его державший. — Может, ты не в курсе, но мы прекрасно можем читать твои мысли и знаем, что, хоть ты нам и помогал, по-настоящему на нашей стороне ты никогда не был. И сейчас ты лишь пытаешься спасти ее, — он показал в сторону Маривонн.

Услышавший это Вин словно окаменел. Как так, все это время Ева копалась у него в голове? Но почему же она тогда не помешала ему впустить волков в Хэллоуин? Он думал, что только магнуры на такое способны… А разве им не должно было мешать силовое поле? Возможно, именно поэтому ему разрешили его отключить?

— Вы мне врете! — заявил Вин. — Раз так, то почему я до сих пор жив?

— Ну, ты же не знал, что мы знаем, — заметил мужчина. — А металл нам действительно был нужен.

Маривонн чувствовала, что земля выскальзывает у нее из-под ног. О том, что эти существа могут читать мысли, Вин не предупреждал. Отчаяние готово было захлестнуть ее с головой. К тому же она, кажется, поняла, откуда знала второго мужчину. Видела пару раз в свой прошлый прилет на Тимор, вот только он тогда был моложе.

— Вы фельдмаршал Оливер Лэрд, да? — она вперила испытующий взгляд во второго мужчину.

Вин в шоке на него уставился. Он и не подозревал, что фельдмаршал может тоже оказаться минором, и теперь не понимал, как он мог этого не заметить. Он слышал, конечно, что Ева говорила, что часть правительства была на ее стороне, но он и не подозревал, что именно она имеет в виду. Ну, по крайней мере, это объясняло, почему военные ничего не сделали, чтобы предотвратить начавшийся на планете кошмар.

— Да, вы все поняли правильно, — холодно улыбнулся Тревис. — Вот только Оливер последний, кто остался на этой планете из военных. Остальных мы убили.

— Не может быть! — выдохнул Вин, окончательно теряя надежду на спасение.

— Может быть, — сказал Оливер. — Так что ваш глупый президент может не пытаться найти кого-то из них — все мертвы.

— Кстати, что нам делать с президентом? — спросил Тревис, продолжая держать брыкающуюся Маривонн. — Заберем и его тоже, или пусть там сидит?

И в этот момент мертвую тишину коридора нарушили тяжелые, грузные шаги. Маривонн осознала, что они сильно отличались от шагов Тревиса и Оливера — те явно были наполовину людьми и ступали тихо, а вот тот, кто к ним приближался, имел внутри себя металлический скелет. Холодок пробежал по спине Маривонн, когда она осознала, что прямо сейчас к ним приближается мертвый человек. Неужели их с Вином хотят превратить в таких же?

— На этот счет можете не беспокоиться — все миноры давно нашли себе тела, — ответил на невысказанный вопрос Оливер.

Тревис направил свет фонаря в ту сторону коридора, откуда слышались шаги, позволяя Маривонн разглядеть приближающегося к ним мертвеца. Сначала был виден лишь силуэт вдалеке, и девушка вспомнила, как впервые увидела их тогда, в подвале, вместе с Вилсоном. Она вспомнила тот страх, охвативший ее в те минуты. К ее горлу подкатила тошнота. Конечно же, она знала того человека, который взирал на нее сейчас мертвыми глазами. Это был Кельвин. Вернее то, что от него осталось, с кем-то другим внутри.

Однако удержать язык она не могла, потому пораженно выдохнула:

— Кельвин…

— Уже не он, — голос физика был необычайно холодным и равнодушным, отчего у девушки мурашки побежали по коже.

Теперь Маривонн видела разницу между минорами, слившимися с людьми, и настоящим мертвецом. Хоть Тревис и Оливер и казались холодными и равнодушными, все-таки в них осталось что-то человеческое — они пытались шутить, сохранили человеческие интонации и предпочитали говорить вслух. Кельвин же явно был мертвецом — кожа была бледна, как бывает у трупа, лицо вообще ничего не выражало, какие-либо интонации в голосе отсутствовали, и, похоже, он что-то мысленно передавал телохранителю и фельдмаршалу — выражение их лиц говорило о том, что они внимательно слушали. Кроме того, инстинкт девушки вопил о том, что это противоестественно, и что она должна бежать отсюда со всех ног. Ах, если бы она могла…

— Так президент нам нужен или нет? — спросил вслух Оливер, чем подтвердил догадку Маривонн о том, что Кельвин что-то долго им рассказывал.

— Да, ты права, — вдруг среагировал Кельвин на мысленный поток девушки, и она вздрогнула, когда мертвые глаза уставились на нее. «Беги!» — кричало что-то внутри нее, и она чуть не задохнулась от осознания, что внутри физика находится что-то настолько далекое от человека, что она даже не способна этого воспринять.

— Я еще заметил, что они направлялись в комнату 35Е, там прячутся какие-то люди. Они нам нужны? — спросил Тревис, а у девушки снова возникло ощущение, что она пропустила какой-то огромный кусок разговора.

— А кто именно? — Кельвин явно ответил вслух для нее, и Маривонн содрогнулась от его загробного голоса.

— Похоже, какая-то медсестра и трое новичков, — продолжал Тревис. — Медсестра Нелли Ларкинс, а одного из парней зовут Стив.

— Стив? — снова раздался мертвый голос. — Он был в списке. Пожалуй, я бы все же его доставил.

Что-то он все же сказал мысленно, поскольку Тревис с Оливером убрали свои руки с плеч пленников. Но не успели Маривонн с Вином решить, в какую сторону им бежать, как Кельвин схватил одной рукой девушку, а другой повара. Хватка его была стальной: внутри мертвеца были не кости, а металлический скелет.

— Отпусти меня, ты, зомби! — Маривонн пыталась вырваться, но рука Кельвина не сдвинулась ни на дюйм.

Но минору было все равно, что пытались донести до него Маривонн и Вин. Их слабые трепыхания для него были подобны метаниям мухи, пойманной в стеклянную банку.

И он потащил брыкающуюся парочку по коридору.

Ева сидела в главной комнате энергоснабжения, скучающе глядя в черный монитор, на котором зловеще пульсировало изображение сферы. Глубина черного шара выделялась на фоне, показывая, насколько блеклый остальной мир. Для кого-то другого это служило отличным барьером, защитной оболочкой, скрывающей то, что находилось внутри. Ева же прекрасно видела все.

Она сидела, абсолютно не нервничая, и рассеянно наблюдала за тем, как открывается дверь и в помещение входит Кельвин. Конечно, на самом деле это больше не Кельвин, но для человека, которым когда-то была и она сама, это все еще оставалось человеческим телом, а у тела было имя. Кельвин пришел не один: из его железной хватки пытались вырваться Винтроп и Маривонн. Ева с легкостью считывала с них ужас, страх перед смертью, а со стороны Вина еще и тревогу за его семью. Какой он все-таки глупый…

Ева сидела в кресле, наблюдая за происходящим, как за не очень интересным спектаклем, разворачивающимся на сцене. История персонажей давно перестала ее волновать, однако деньги были заплачены, и нужно было досидеть до конца.

— Ева! — воскликнул Вин. Женщина поморщилась: как будто ей нужно что-то говорить. Она все прекрасно знала, знала то, что он чувствует, о чем думает, что его волнует, что он хочет сделать… но нет, зачем-то ему нужно было сотрясать воздух… — Ева, послушай, все совсем не так, как ты думаешь! Я по-прежнему помогаю тебе… я по-прежнему на твоей стороне…

— Лжец, — совершенно спокойно сказала Ева. — Впрочем, ты всегда им был. Но неужели ты думал, что я об этом не знала?

Вин осекся и судорожно сглотнул. Ева наблюдала, как пульсируют голубые цвета его энергии, стараясь придумать, как из этого выкрутиться. Ева скучающе зевнула. Затем устремила глаза-льдинки на Вина и сказала:

— Ты непередаваемо глуп, Вин. Я с самого первого дня твоего появления на планете знала, что ты не на моей стороне. Я знала, что ты помогаешь нам только потому, что хочешь спасти свою мать, но также ты хотел помешать нашим планам. Я знала об этом, но предпочла делать вид, что верю твоему притворству, чтобы ты продолжал помогать нам. И уж поверь, я прекрасно знала о том, что ты собираешься отключить силовое поле в день карнавала. И, если бы это не совпадало с моими планами, я бы тебя остановила.

Вин широко раскрыл рот, а потом закрыл. Тогда в разговор вступила Маривонн:

— Зачем мы вам? Почему вы нас просто не убьете?

— О, терпение, Мари, — Маривонн удивленно на нее уставилась, она не ожидала, что Ева настолько хорошо знает все о Вине. — Все будет, просто сначала у меня есть еще одно дело, в котором вы мне поможете.

— Я отказываюсь вам в чем-либо помогать! — заявила Маривонн.

— Твое согласие не требуется, — Ева снова скучающе уставилась на сферу на экране.

Маривонн снова постаралась вырваться, но ее человеческий организм не был способен справиться с металлом.

Через несколько минут дверь отъехала в сторону снова. Ева повернулась, уже зная, что увидит. Оливер и Тревис привели еще четырех людей. Это были Нелли, ее брат Ансон, Стив и Лора.

— Вин! — удивленно воскликнул Стив, увидев повара. Ева мгновенно считала с него воспоминания о его походе в лес. — Что здесь происходит?

Вин растерянно смотрел на появившихся. Он никак не ожидал их увидеть. Впрочем, больше удивления вызвала немного нетипичная компания. Куда подевались Крис, Кендис и Локи? Вместо этого преступники привели темноволосую девушку в забрызганной фальшивой кровью одежде, выражение ее лица было таким, как будто мир под ее ногами рушился, впрочем, так оно и было. С ними был молодой парень в очках и белом халате, черты его лица напоминали черты лица темноволосой, что наводило на мысль, что они родственники. И последней была миниатюрная блондинка, которая, кажется, выступала на карнавале. Вид у нее был испуганный, как у зверька, забившегося в угол.

— Сам не знаю, — ответил Вин.

«А где же остальные?» — подумал повар, и тут же раздался равнодушный голос Евы.

— Если я правильно понимаю, Кендис и другие пошли в лес, — сказала она, и появившаяся четверка изумленно расширила глаза: она-то откуда все знает? — О, не смотрите на меня так. Я во многом превосхожу способности Кендис. Ничего страшного, мы в курсе обо всех их планах. Они не успеют ничего сделать. У меня есть человек на хвосте.

Ева оглядела комнату, как режиссер перед началом спектакля. Итак, актеры на месте, реквизит готов к действию. Осталось только поднять занавес.

Услышав ее, из соседней комнаты, полной различных микросхем, вышли остальные миноры в телах людей. Ева услышала, как девчонка Лора испуганно ахнула, увидев Нормана — человека, свидетелем убийства которого она стала. Нелли изумленно выдохнула:

— Френсис…

Ева мгновенно почувствовала, что Нелли испытывает облегчение от того, что среди оживших трупов не было Миранды. Да, вирусолог имела неприятную привычку выживать, даже когда все окружающие ее близкие умирали, как заметила Ева. Впрочем, это не имело значения. Все необходимое для активации сферы у них уже было, и одна шатающаяся где-то по лагерю женщина ничего не меняла. Ходить ей осталось недолго.

Оставалось последнее. Ева легонько провела пальцем по экрану, и изображение сферы сменилось на искаженное тревогой лицо Вилсона.

— Привет, дорогой, — холодно поздоровалась Ева.

— Ева? — Вилсон поднял взгляд с пола, и его лицо исказилось ужасом. — Как ты…?

Ева равнодушно улыбнулась. Занавес поднят. Пора начинать.

Глава 21

Если сказать, что, увидев на стене комнаты Совета Безопасности огромный экран с лицом своей жены, Вилсон испугался, это значит, ничего не сказать. Никогда еще его не охватывал такой ужас, даже когда люди начали умирать, даже когда он начал что-то подозревать, даже на карнавале. Он судорожно вцепился пальцами в перила стула, на котором он сидел, и в шоке спросил:

— Какого черта? Ева, где ты?

— Я там же, где и должна быть, — спокойно ответила ему жена, глядя леденящими душу глазами прямо на него. — Я подумала, что тебе, как президенту, захочется узнать, что именно я хочу сделать с планетой. И, надо же, — удивление у нее совсем не получилось, однако Вилсон понял, что Ева хотела изобразить именно его. — Смотри-ка, кто у меня тут еще!

Ева отодвинулась от монитора, и Вилсон с удивлением узнал главную комнату энергоснабжения. Так же его сердце сжали ледяные клешни ужаса, когда он увидел всех четверых биологов, старика Джона, Тревиса и даже фельдмаршала, а также Кельвина… который сжимал за руки Вина и Маривонн.

— Маривонн! — встревоженно воскликнул президент. — Немедленно отпусти ее!

— Чтобы ты и дальше мог изменять мне с ней? — ледяным тоном уточнила Ева. — Впрочем, мне все равно. Я никогда не любила тебя, знаешь ли. Просто это было так удобно для моего плана — быть женой самого президента. Так я могла проникать туда, куда мне было необходимо.

— Я тебе не изменял! — покраснел Вилсон.

— Вообще-то, изменял, — говоря об этом, Ева оставалась равнодушной. — Но, как я уже сказала, это не имеет значения. Так ты хочешь услышать о моем плане или нет?

— Каком еще плане? — вступил в диалог Бенджамин. — Миссис Кэмбелл, попрошу объяснить, что здесь происходит!

— Происходит вот что, — с готовностью начала Ева. — Во-первых, мы собираемся устранить всех магнуров на этой планете. Но наша природа слишком похожа, чтобы мы могли нанести им вред, не навредив себе. Именно за этим нам нужны были человеческие тела. Но это лишь одна из причин. Есть и еще одна, более глобального масштаба.

На этих словах голубые глаза Евы зловеще блеснули.

Когда их схватили какие-то мужчины и куда-то потащили, Лора почувствовала, что еще немного, и она сорвется. Только появилась надежда на спасение, как тут же она была жестоко оборвана. Девушка с трудом сдерживала слезы. И вот, их притащили в эту дурацкую комнату, под завязку набитую ходячими мертвецами. Это было жутко — смотреть им в глаза и осознавать, что когда-то это были люди, а теперь кто-то другой смотрит через холодные хрусталики. С удивлением Лора отметила, что пойман оказался и Френсис, которого она совсем недавно видела живым и здоровым. До этого биолог был довольно подвижным и развязным, теперь же его ноги передвигались с трудом — наверное, тяжело было шевелить металлическими конечностями. Хотя Лора вообще не понимала, как он двигается — крови-то в его венах уже нет. Им что, не нужно дышать?

Комната, в которой они оказались, была главной комнатой энергоснабжения их планеты. Она была набита какими-то проводами, также там были стол, несколько стульев, монитор во всю стену, одинокое окно, в которое пробивался слабый свет. Лора чувствовала, как на нее наваливается паника. Их тоже собираются превратить в таких созданий?

Мужчины швырнули их на что-то наподобие дивана, а сами сгрудились вокруг, чтобы охранять. Лора испуганно сжалась в комочек, и тут почувствовала, как чья-то рука обвивает ее за талию и крепко прижимает к себе. Это был Ансон, и он пытался хоть немного ее успокоить. Бояться девушка отнюдь не перестала, однако доверчиво прижалась к нему и стала вслушиваться в слова Евы, которая зачем-то позвонила по внутренней связи президенту и теперь распиналась о каких-то магнурах и минорах.

— Мы, разумные жители Тимора — одни из самых древнейших существ во Вселенной, — Ева говорила равнодушным голосом, как скучающий преподаватель истории, повествующий о сотни раз рассказанной теме. — Мы были живы еще тогда, когда планет и звезд в принципе не существовало. Тогда Вселенная была полна энергии.

Но со временем энергетическая Вселенная начала умирать. На ее место приходил материальный мир, планеты, звезды, существа с телами… Мы слишком отличались от этого всего, и не могли общаться. Нам стало одиноко. Мы пытались приспособиться, поселились на Тиморе, планете, где еще были следы энергии… Но материя брала свое. Ее становится все больше и больше. Настолько много, что скоро мы могли бы прекратить существование. Таким образом, умирала сама вечность, отдавая предпочтение скоротечности жизни.

Магнуры решили, что, возможно, так оно и должно быть. Что нам пришло время умирать. Вот только мы с ними не согласны.

Ева резко поднялась из кресла, провела рукой по монитору, после чего изображение разделилось на две половины: на одной по-прежнему оставалось встревоженное лицо Вилсона, а на другой появился тот самый символ страха, который стал уже привычным для жителей Тимора — гигантская черная сфера.

— Мы собираемся вернуть Вселенную в первоначальное состояние, когда не было ничего, кроме энергии, и начнем мы с этой планеты, — продолжила скучающим голосом Ева. — В этой сфере спрятано величайшее оружие, построенное на Гармонии — преобразователь материи в антиматерию. Лишь только выпустив наружу нужное количество антиматерии, мы сможем сначала уничтожить всех магнуров — чтобы они нам не мешали, ну и потому, что они, в общем-то, сами этого хотят. А потом мы добавим нужное количество антиматерии в саму планету, после чего мы все окончательно сможем стать чистой энергией.

Все, что происходило в последнее время на Тиморе — не просто так. Вы думаете, люди болеют «цветной слепотой» из-за своего безумия? Нет, это глупая попытка магнуров остановить нас. Вы думаете, мы нагоняли панику, производя эти кровавые убийства просто так? О, вовсе нет. Мы убивали тех, кто что-то знал. Таким образом, мы пытались вычислить тех людей, которых магнуры подготовили для предотвращения нашего плана. Ну и плюс, нам нужны были тела, чтобы пережить первый выстрел преобразователя. Кое-кого нам удалось вычислить, но мы не знали наверняка. Мы решили устранить их во время карнавала. Мы предположили, что это заставит действовать тех, о ком мы еще не подозревали, но, чтобы не убить случайно лишних, пришлось пометить специальными костюмами людей из нашего списка. Ты думаешь, — Ева посмотрела на Вина. — Что я не знала, что ты собираешься впустить псов в день Хэллоуина? Конечно же, знала. Таким образом, мы хотели создать хаос, вывести из строя все правительство. Конечно, нам и так удалось захватить многие посты, но если бы нас стало слишком много, делами на Тиморе мог бы заинтересоваться Высший Совет — а этого нам не нужно было. Именно поэтому я заняла место вице-президента, а не президента — президент чаще имеет дело с другими планетами. Мы точно знаем, кто именно умер за это время. Все эти смерти — не просто так. Это часть плана по предоставлению необходимых ингредиентов для сферы. В живом человеке есть частица энергии, пусть и не совсем такой, как у нас — именно благодаря ей он осознает себя. Но, когда он умирает, энергия покидает его — и остается только материя. Именно она нужна нам для того, чтобы сфера сработала так, как мы того хотим. Мы готовы уже начать…

В общем, если в двух словах, то намечался Конец Света с большой буквы. Честно говоря, Лора была бы не прочь сбежать из этой жуткой комнаты, вот только куда ей податься? И зачем она только полетела в это путешествие? Те десять минут на сцене совсем не стоили того, что происходит сейчас. К тому же оказалось, что Дэнни она больше не любит…

Любовь… Неожиданно Лора вспомнила о том, кто прижимал ее к себе крепко-крепко и шептал на ухо, что все было хорошо. Девушка знала, что, даже если они сбегут, это не спасет их от той штуковины, которая зависла в небе. Что они могли сделать? Они обречены. И, зная это, она не могла больше молчать.

— Я люблю тебя, Ансон, — шепнула на ухо парню она и впилась в его губы страстным поцелуем. Ансон немного опешил от неожиданности, но с готовностью ответил на него. Лора заметила краем глаза, как недовольно на них уставилась Нелли, но это было уже неважно. Ничто в этом мире больше не было важным, потому что они все умрут.

Нелли отчаянно старалась не впадать в панику, но у нее это плохо получалось. Ногти до крови впились в ладони, однако ничто не могло отвлечь ее от того ужаса, который здесь происходил. Рассказы Евы о возвращении Вселенной в первозданное состояние… это казалось чем-то за гранью фантастики. Возможно, она спит? Только бы проснуться… только бы проснуться…

Но нет, она не спала. Мир стал выскальзывать у нее из-под ног, и она почувствовала, что все-таки начинает скатываться в пропасть. И не за что было ухватиться, чтобы остановить это падение.

Но вот ее ладонь кто-то крепко сжал. Стив.

— Не волнуйся, — уверенно сказал он. — Эти другие существа, магнуры, у них есть какой-то план. Они неспроста наделили Криса и Кендис такими способностями. И Кендис куда-то пошла, помнишь? Я уверен в том, что они нас спасут.

— Вот только я не уверена, — дрожащим голосом сказала Нелли. — Ева же сказала, что они в курсе, а значит, они смогут им помешать!

— Ты так в этом уверена? — усмехнулся Стив. — Я думаю, магнуры такие же могущественные существа, как и эти. Они что-нибудь придумают.

— Поторопились бы они, — Нелли нервно прикусила губу. Почему-то их тела скелеты не стали захватывать. И это было странно.

Ева посмотрела прямо на Нелли и заговорила, как будто отвечая ей. Впрочем, если они, как Кендис, могут читать мысли, это неудивительно.

— Вы гадаете, почему мы не используем ваши тела для своих сознаний? — как всегда, холодно и равнодушно, начала Ева. — Потому что у нас все еще есть одна проблема. Для должного функционирования сферы не хватает еще одного тела. Мертвого тела.

Нелли судорожно сглотнула и почувствовала, как Стив сжимает ее руку еще крепче. Только бы он смог ее удержать.

— Осталось только решить, кому именно из вас…, — Ева вдруг замолчала. Потом ее лицо исказила недовольная гримаса. — Ох, да, конечно. Только ее нам здесь и не хватало.

Нелли и остальные пленники непонимающе переглянулись. Краем глаза она заметила, как президент на экране о чем-то шепчется с членами Совета. Девушка почувствовала, что, кажется, наткнулась ногой на выступ почвы.

— Приведите ее, раз уж она здесь, — сказала Ева остальным существам, а сама устало опустилась в кресло.

Нелли проводила беспокойным взглядом Френсиса, а вернее, минора, находящегося в его теле. Тяжело ступая по полу, он вышел в коридор.

Какое-то время ничего не происходило. Нелли беспокойно смотрела то на Еву, то на Стива, то на остальных пленников. На лице повара отразилось напряжение. Кажется, его мучил какой-то вопрос. Он уже открыл было рот, но Ева опередила его:

— С твоей семьей все в порядке. Пока что, — она повернулась к экрану, на котором президент тут же замолк. — И о чем же ты там говорил, мой дорогой?

— Тебя это не касается, — сердито заметил президент и скрестил руки на груди.

— Если ты хочешь найти военных, то можешь не беспокоиться на этот счет, — равнодушно заметила она, разглядывая голубой маникюр на ногтях. — Они все мертвы. Я уж об этом позаботилась.

Лицо Вилсона осталось беспристрастным. Нелли снова начала нервничать: если военных нет, а Кендис окажется схвачена тем существом, то как же они спасутся?..

Спустя еще несколько напряженных минут молчания дверь снова отъехала в сторону, и в комнату вошла… Миранда.

Нелли охнула, а ее сердце бешено заколотилось. По правде говоря, она всегда хорошо общалась с их вирусологом, даже до появления сферы, а последние события еще больше сблизили их. И теперь видеть ее такой… Волосы женщины превратились в колтун, макияж давно уже размазался по лицу, одежда и кожа были забрызганы засохшей кровью, шов трико разошелся на боку, обнажив кусок бледной кожи, а в глазах было такое безнадежное горе, что у Нелли чуть не разорвалось сердце. Однако Миранда, несмотря на вид, как будто она уже умерла, и смысла жить не осталось, что-то говорила ведущему ее не-Френсису:

— И вот представляешь, Френсис, как только я выпустила твоего мерзкого зверя на улицу — он меня укусил! Нет, ты представляешь, он меня укусил! Просто поверить не могу, что ты сам решил умереть, а веспера оставить на меня… не очень-то красиво с твоей стороны, знаешь ли…

Ее язык заплетался, а ноги подгибались. Стив недоуменно спросил у Нелли:

— Что это с ней?

— Похоже, веспер укусил, — Нелли только сейчас заметила рану у женщины на ладони, из которой на пол стекала свежая кровь. — В слюне веспера содержится вещество, которое по своему воздействию на человека схоже с алкоголем.

— Она умрет?

— Что? Ну, от укуса веспера нет, — протянула Нелли. — Просто какое-то время будет такой.

Ева посмотрела ледяными глазами на биолога, а потом спросила вслух:

— Кому-нибудь удается узнать, зачем ее забирала Габриэлла?

Услышав это, Маривонн встрепенулась:

— Габриэлла жива?

— Габриэлла мертва, — резко помрачнев, пролепетала Миранда. — Она умерла прямо на моих глазах… О, я смотрю, и Кельвин здесь, — Миранда с трудом развернулась к бывшему физику. — Ты тоже мертв, знаешь ли… и мы все мертвы, — по щекам женщины заструились слезы.

— Она пьяна и раздавлена горем, — голосом мертвеца сообщил не-Френсис. — В ее голове сейчас невозможно разобраться.

Нелли с ужасом смотрела на женщину-биолога. Бедная Миранда видела столько смертей. Неудивительно, что она сошла с ума… Мозг девушки лихорадочно заработал, размышляя, как бы ей помочь.

— Возможно, они специально сделали ее такой, — сказала Ева. — Возможно, она так скрывает свое сознание от нас…

Отсутствующий взгляд Миранды блуждающе пробежался по комнате и вдруг остановился на Деклане.

Сердце Нелли сжалось.

— О Деклан, — простонала Миранда. Ноги перестали ее держать, и она упала на пол. Только ее рука оказалась задранной вверх, потому что не-Френсис продолжал ее сжимать. Ногти свободной руки заскребли по полу, а грудь ее сотрясали рыдания.

— Во всяком случае, ее сознание совершенно обычное, — сказал не-Деклан, и, услышав его голос, Миранда разрыдалась еще сильнее. Нелли разозлилась, что эти сволочи продолжали ее так мучить, напоминая ей о том, кого она потеряла, и вырвала руку из кулака Стива.

— Ну да, и нам уже известно, кого именно обработали магнуры, — Ева задумчиво прикусила губу и с презрением посмотрела на рыдающую женщину. — Значит, хочешь умереть? Что ж, я в этом с радостью тебе помогу.

Ева резко обернулась и схватила со стола что-то напоминающее бластер. Когда она направила его на Миранду, Нелли напряглась. На лице президента на экране отразилось беспокойство:

— Ева, ты же не собираешься…

— Собираюсь, дорогой, — холодно сообщила Ева, и палец, лежащий на курке, начал сгибаться.

До последней секунды Нелли не знала, что именно собирается сделать. Наверное, именно поэтому ее никто не остановил. Но как только палец Евы начал сгибаться, Нелли рванулась вперед. В ушах раздался отчаянный крик Ансона «Нелли, нет!», бросающегося за ней, но это было уже неважно. Выберутся они из этой переделки или нет, спокойной жизни пришел конец. А другая жизнь Нелли была не нужна. Девушка успела упасть на пол впереди Миранды, как раз вовремя, чтобы смертоносный луч, предназначавшийся биологу, прошел сквозь нее. Жуткая боль пронзила все ее тело, и из горла Нелли вырвался последний крик. Последнее, что успела увидеть Нелли перед тем, как все закончилось, это лицо Ансона, который опоздал всего на секунду.

Мы все-таки выбрались на улицу. На планету уже опустилась ночь. Мне кажется, или на улице стало еще холоднее, чем обычно? Наверное, дело было в том, что поле отключено. Я судорожно куталась в шаль, продвигаясь к воротам. Мои спутники шли за мной. Локи настороженно оглядывался по сторонам. И даже Крис и Хейли перестали оживленно переговариваться. Мы ждали подвоха от любой тени, от любого шороха. Не улучшало обстановку и то, что я так и не смогла понять, что же меня ведет вперед. Самое главное для меня, конечно, — это безопасность Криса. Я отнюдь не была уверена в том, что там, куда я его приведу, будет безопасно. Но что еще мне оставалось делать? Повернуть обратно? Но что, если на нас кто-то нападет?

Мы подошли к выходу. Часть забора была открыта наподобие старомодных дверей. Как я догадалась, силовое поле было отключено. Немного странно было не видеть гигантских черных псов, окружающих его. Как-то за время, проведенное на планете, я успела к ним привыкнуть. Теперь они гуляли по лагерю, как у себя дома. Я надеялась, что в лесу никого из них не осталось, потому что Крис был так беззащитен…

— Мы что, отправляемся в лес? — спросил меня Локи. Я почувствовала его страх и сомнение.

Прислушавшись к себе, я ответила:

— Да.

— А разве это не опасно? — Трейси явно трусила. Эх, и зачем она только пошла с нами? Только мешать будет, честное слово.

— Опасно, — кивнула я, всматриваясь в далекие силуэты деревьев. Что-то неудержимо тянуло меня туда, и я чувствовала, что должна подчиниться. — Но нам туда нужно. Если ты боишься, можешь не идти.

— Ну, уж нет, одна я обратно не пойду, — Трейси обиженно насупилась. — А зачем нам туда нужно? — она посмотрела на лес с опаской.

Я задумалась, но ответа по-прежнему не было. Тяжело вздохнув и содрогнувшись от ледяного воздуха, ворвавшегося в мои легкие, я ответила:

— Не знаю. Но это каким-то образом позволит разрешить все, — из моего рта вырывался пар. — Так, Крис, Хейли и Трейси — идите сразу же за мной. Локи пусть прикрывает сзади. Ничего не трогайте и глядите внимательно по сторонам. Я не знаю, что мы собираемся там найти, но допускаю, что это может быть опасным.

— А разве не ты у нас эксперт по опасности? — недоверчиво посмотрела Хейли. — Разве не ты со своим суперзрением должна предупреждать нас?

— Должна, — кивнула я. — Но осторожность не помешает. Итак, вперед.

И мы двинулись в лес, пробираясь через снег, проваливаясь в него чуть ли не по колено и старательно пряча лица от обжигающего ветра. Все молчали, даже Крис. Испуганная Хейли прижималась к нему, как я видела спиной, но я не стала возражать и тратить время на ревность. Сейчас должно было что-то произойти, и мои любовные страдания были далеко не главной бедой.

Вместо этого я стала вспоминать свой первый поход в лес. Тогда я была готова рискнуть своей жизнью ради спасения Криса, убежавшего в лес по причине своей дурацкой неусидчивости. Чего ради я рискую собой и им сейчас?

Через некоторое время мы миновали «кустарную зону», полную гласиников и кустов лединики. Я содрогнулась, вспомнив, как чуть не умерла подо льдом, спасая Криса от жуткого вампира, летевшего за ним по пятам. Холодный воздух заставлял открытые участки кожи болеть. Страх за себя и Криса одолевал меня все больше, пока я приближалась к лесу, я даже не замечала энергетических крылатых существ, так красиво проносившихся по воздуху.

И вот, когда мы подошли к спиралевидным деревьям, я, наконец, почувствовала. Мои ноги застыли. Второе зрение пронеслось на милю вперед, и я увидела его. Нагромождения энергий, переливавшихся разными цветами, устремилось ко мне. Крис тоже ахнул, увидев, хотя для него с его фильтрами восприятия это был всего лишь стеклянный или ледяной человек. Наши энергии соединились, и потайной ларец, в котором это существо спрятало ответ о том, как именно возможно остановить созданий, захвативших тела мертвых, открылся. Осознание нахлынуло на меня ужасающей волной отчаяния. Не в силах держать этого внутри, я выкрикнула:

— Нет!

Локи, Трейси и Хейли, не видящие и не знающие того, что теперь знали я и Крис, испуганно вздрогнули. Локи мгновенно встал в боевую позицию, готовясь броситься в драку, если необходимо.

— Что случилось? — сосредоточенно спросил он. — Объявились скелеты? На нас хотят напасть?

Не слушая его, я обернулась и схватила ошарашенного не меньше, чем я, Криса за руку.

— Мы немедленно уходим, — бросила я и пошла прочь от этого леса.

Когда та черноволосая девушка решила пожертвовать собой, чтобы спасти биолога, Маривонн почувствовала, как сердце разрывается от боли. Еще кто-то умер. О Господи, когда же это все закончится? Миноры, кажется, опешили от того, что такого они не предусмотрели, и на пару секунд на них напал ступор. Миранда была в шоке: она-то полагала, что оружие поразит ее, и теперь не знала, что делать. Блондинка на диване вся сжалась. Высокий парень тоже был растерян. Но гораздо важнее было то, что сейчас происходило с парнем в очках, в котором Миранда распознала брата черноволосой.

Выражения его лица сменилось с шока на отчаяние, потом на горе, а потом на злость. Он поднял стальные серые глаза на Еву и громко взвыл, как раненый зверь. Затем он крикнул:

— Ты убила ее! — и бросился вперед.

К сожалению, он действовал не так быстро, как его сестра, и его успел перехватить не-Гейл. Ансон принялся яростно брыкаться, брызжа слюной и вопя истошным голосом «Ты убила ее!». Маривонн ожидала, что на этом все и закончится, однако не-Гейл неожиданно выпустил его, и парень рванул дальше. Его перехватил не-Джон, но, даже несмотря на то, что металлический скелет гораздо прочнее человеческих костей, удержать парня ему удавалось с трудом. На прежде холодных лицах миноров неожиданно появилось выражение боли, даже у тех, кто был мертв. Ева, морщась, приказала:

— Да держите же его!

— Он создает энергетические возмущения, — прохрипел не-Норман, перехватывая Ансона у Джона.

В голове Маривонн быстро зашевелились колесики. Она не знала, каким образом устроены эти самые миноры, чем конкретно их энергия отличается от людей и что собственно, вообще такое энергия в их понимании, однако гнев Ансона, потерявшего сестру, явно мешал им думать. Кельвин даже ослабил хватку, и Маривонн поняла, что сможет вырваться. Этим стоило воспользоваться. Но как? Скорее всего, они сейчас не слышат, о чем она думает, но до бластера добежать она все равно не успеет. Она растерянно оглядывала комнату, ища что-то, что поможет ей остановить миноров, но, кроме бластера в руках Евы, не было видно никакого оружия. Взгляд ее наткнулся на экран, на котором Вилсон обеспокоенно наблюдал за происходящим. Заметив взгляд девушки, президент вдруг куда-то показал пальцем. Маривонн посмотрела в нужном направлении. Сначала она не поняла, что он имеет в виду. К тому же в полутемном помещении мало что было видно. Однако не зря Маривонн была именно пилотом. Она знала, что такое комната энергоснабжения. И в этот раз она увидела: проводник гармонического света, который стоял на отметке «заглушить». Через специальные устройства он принимал свет прямо с Гармонии в обычное время для всего здания, кроме комнат, имеющих собственные проводники. Если снова нажать на включение… Не давая себе больше времени на раздумья, она бросилась вперед.

Кельвин, не ожидавший такого, выпустил ее, но тут же побежал вперед. Маривонн еле выскользнула из его цепких лап, но тут дорогу Кельвину перегородил Вин. Не обращая внимания на то, как человек и минор сходятся в драке и, пользуясь тем, что остальные были слишком заняты яростно кричащим Ансоном, чтобы заметить, что она делает, Маривонн в мгновение ока добежала до проводника. Коснувшись невидимого сенсорного экрана, она включила передачу гармонического света на полную мощность. Проводник тут же загудел, а комната медленно озарилась светом. Маривонн устало выдохнула и повернулась лицом к происходящему.

Раздался жуткий вопль, от которого чуть не лопнули барабанные перепонки. Один за другим тела миноров начали падать, и даже Ансон прекратил орать, удивленно глядя на происходящее. Мертвые люди с тяжелым грохотом упали на металлический пол, и Маривонн почудилось, что она видит энергию, покидающую их тела. Разумеется, ничего такого она не видела, ведь сознания миноров были далеки от человеческого понимания. Она растерянно посмотрела на людей, которые замерли каждый на своем месте, не веря тому, что так легко отделались, а потом перевела взгляд на Вина. И тут ее сердце екнуло: Вин лежал на полу, а его тело было выкручено в неправильную сторону.

— Вин! — девушка бросилась к мужчине и обнаружила, что он еще дышит. — Вин, не умирай, пожалуйста, нет! Ты должен жить! Мы их победили!

— Мари, — еле слышно выдохнул он. — Кажется, это конец. Я люблю тебя…

— И я люблю тебя! — она провела рукой по его щеке.

— Мари, — глаза повара вдруг посмотрели куда-то ей за спину. — Ева, — вдруг выдохнул он.

Маривонн обернулась. Как оказалось, гармонический свет уничтожил не всех миноров. И как только Маривонн могла забыть? Ева была наполовину человеком, а значит, гармонический свет не мог ей причинить вреда, как, собственно, и Тревису с Оливером. Они стояли со своими обычными холодными лицами, Ева сжимала в руке бластер и равнодушно осматривала своих собратьев.

— Ева, — Маривонн медленно, стараясь не совершать резких движений, поднялась с пола. — Ева, сдавайся. Все закончилось.

Ева постаралась изобразить усмешку.

— Нет, Мари, ничего еще не закончилось, — сказала она, а потом ее пальцы быстро отстучали что-то на экране.

Где-то над головами раздался грохот, как будто великан толкнул гигантское домино, и оно со стуком начало падать. Маривонн сразу поняла, что это значит: Ева активировала сферу.

Глава 22

Я тащила Криса за руку прочь от этого проклятого леса, как маленького мальчика от витрины магазина с понравившейся игрушкой. В том смысле, что он точно так же упирался. Но мне было плевать, унижает это его сейчас или нет. Мне было плевать даже на то, что капюшон слетел у меня с головы, и вся открытая кожа на ней адски болела, как будто я встала под душ с кипятком. Я просто не могла этого допустить.

— Кендис, да что, черт побери, происходит? — заорал Локи. — Зачем мы уходим, если столько времени тащились сюда?

Но Локи не понимал. Никто не понимал. Никто не понимал, что я не могу пойти на такое, даже ради спасения планеты.

На лице Криса читался ужас перед открывшейся ему информацией. Он боялся, конечно же, он боялся. Не мог не бояться. Однако продолжал упираться, бормоча:

— Кендис, но если это единственный выход…

— Это не выход! — отрезала я.

— Что не выход? — встрял Локи, но я не обратила на него внимания, отчего он разозлился. — Да можете вы оба прекратить ваши штучки с чтением мыслей и объяснить обычным людям, что происходит!

Я отмахнулась от него, как от назойливо жужжащей мухи. Но тут Крис все-таки вырвался и посмотрел на меня серьезным взглядом. Никогда в жизни я не видела у него такого взгляда, и, если честно, лучше бы он никогда так и не смотрел. Глядя прямо мне в глаза, Крис сказал:

— Кендис, если я этого не сделаю, все умрут!

— Плевать на всех! — вдруг заорала я так, что остальные испуганно от меня отшатнулись. — Плевать, если каждый чертов человек на этой планете умрет! Я не позволю тебе этого сделать!

— Вот как? — горько усмехнулся Крис. — И как же ты меня остановишь?

Я открыла рот и тут же закрыла. Он был прав. Если Крис решится сделать это, то я никак его остановить не смогу. Из моих глаз потекли слезы отчаяния, мгновенно замерзая на лице и превращаясь в лед. Я так крепко сжала кулаки, что мои ногти прорвали кожу перчаток и впились в ладонь до крови. Бластер я успела где-то выронить, но это не имело значения. Имело значение только то, что в этот раз я все-таки привела Криса на смерть.

Я повернулась лицом к существу, которое вышло за нами из леса. Я повернулась к нему, к тому, что заставил меня прийти сюда, и послала мысленно всю ненависть, которую сейчас к нему испытывала. Мой энергетический крик «Я тебя ненавижу!» взбаламутил всю атмосферу вокруг меня, и, кажется, повлиял на погоду, отчего снег заметался еще более яростно, чем до этого. Крис, через которого это все прошло, поморщился, и я поспешно бросилась к нему.

Больше не стесняясь своих эмоций, я крепко прижала его себе, как будто желая срастись с ним в одно существо, посмотрела прямо в его пронзительные голубые глаза и умоляюще прошептала:

— Пожалуйста, не делай этого…

— У меня нет иного выхода, — его голос дрогнул. — Кендис, ты думаешь, я очень этого хочу? Я полетел в это путешествие, чтобы исследовать другие миры, а вместо этого…, — он тоже заплакал.

Локи ошарашенно смотрел на нас.

— Кендис, Крис, о чем вы? Что он должен сделать такого страшного?

Крис был слишком занят тем, что плакал, поэтому ответила ему я. Мой голос дрожал:

— Эти создания… вторые, которые хорошие… узнали о том, что хотят сделать другие, когда силовое поле отключилось. Вон в той сфере, — я показала рукой в небо. — Преобразователь энергии. Сначала он выжжет всех хороших существ с планеты… а потом превратит саму планету в энергию. Единственный шанс остановить его — это если Крис пропустит всю энергию через себя…

— Чего? — разом воскликнули Локи, Трейси и Хейли.

— Я и Крис — результаты того, что получается, если одно из тех существ сливается с человеком, — всхлипывая, продолжала я. — Они прилетели на Землю много лет назад в поисках спасения…Стали сливаться с людьми, чтобы жить в новом мире, отторгающим вечность… И вот что из этого получилось… Я — человек, несущий в себе энергию, как и все остальные, страдающие «цветной слепотой»… Крис — тот, через кого энергия проходит… он может фильтровать ее, подавлять ее количество. И только он может остановить этот прибор.

Я затихла и тоже разразилась рыданиями. Но Локи на этом не успокоился:

— Но если он может нас спасти… то почему вы оба плачете?

Мой голос стал совсем срывающимся:

— Да потому что, даже отфильтровав, такого количества энергии ему не вынести! Ему придется направить ее в себя, чтобы никто больше не пострадал. Он умрет, и это я его привела на смерть!

Теперь уже и остальные почувствовали весь ужас того, что ему предстояло сделать.

— Не делай этого, прошу тебя, — снова попросила я. — Не умирай…

— Кендис, если я этого не сделаю, то все равно умру, — его голос стал еще более отчаянным. — Конечно, я до чертиков боюсь, но я уже обречен! Если я не отфильтрую эту чертову энергию, то мы все погибнем! А так хотя бы ты будешь жить… сможешь полететь дальше…

— Да какой смысл в жизни без тебя? — оторвавшись от него, снова закричала я. — Я полетела в это путешествие из-за тебя! Моей целью с самого начала было быть рядом с тобой! Я хотела быть рядом, чтобы оберегать тебя от опасностей типа вот этой! Как смысл в этой поездке, если в ней не будет тебя? Ты должен жить!

Кажется, все вокруг обалдели от моих откровений, но мне было плевать. Обычно я старалась не показывать, как именно я отношусь к Крису, но сейчас я уже больше не могла сдерживать любовь, раздувавшуюся вокруг меня. Я знала, что Крис может теперь почувствовать, как каждый атом моего тела кричит «я люблю тебя». И впервые в жизни он не убежал, почувствовав это. Он лишь грустно-грустно посмотрел на меня и прошептал:

— Мне так жаль…

Отчаяние снова захлестнуло меня, и в эту секунду что-то произошло. В космосе над нами что-то заворочалось, как будто гигантское чудовище очнулось ото сна. Мы все задрали головы вверх. Вонючий снег попал мне в открытый рот, но я не сплюнула. Защитная оболочка сферы исчезла. Теперь в небе больше не висел черный шар.

Это была гигантская пушка, готовая выстрелить необходимой концентрацией энергии. Вторым зрением я видела, как в ней искрилась антиматерия, готовая потоком лавы обрушиться на нас. При виде этой мощной громадины нам стало жутко.

И вот я увидела, как внутренний механизм запускает ее. Крис тоже это понял, и приготовился к тому, чтобы принять все на себя. Я мысленно умоляла его не делать этого, но он меня не слушал. И вот, спусковой механизм выстрелил потоком антиматерии, способным уничтожить всех энергетических существ на Тиморе, если он только коснется атмосферы.

Мощный поток хлынул на Землю. Концентрация была настолько велика, что даже обычные люди могли его увидеть: я услышала, как ахнули Локи, Хейли и Трейси. Дрожа с головы до ног и не переставая плакать, Крис глубоко вздохнул и собрал всю свою решимость. Сжав руки в кулаки, он мысленно потянул этот гигантский поток к себе. Я смотрела вторым зрением, как энергия приближается к нему, а потом… входит в него, проходит через этот фильтр, и остается в нем, не причиняя никому вреда. Вот только энергии было так много, что Крис с криками упал на колени, потому что эта волна жгла его изнутри, выжигая в нем все, что давало ему жизнь. Я упала на снег рядом, не зная, как помочь, как облегчить его страдания…

И вот тогда-то это и случилось. Энергетическое существо, которое все это время стояло рядом с нами, открыло последний потайной замок в моей памяти, и последнее знание выбралось на свободу. И тогда я поняла, что это было то самое существо, которое помогло мне спасти Криса в мой первый поход в лес. Оно знало о том, что я люблю его, и знало о том, что я хочу его спасти. И до последнего момента молчало об этом, чтобы Крис не узнал раньше времени.

Получив знание, я не колебалась ни секунды. Я схватила тот поток энергии, который проходил через Криса, и потянула его на себя. Крис был слишком раздавлен болью, которую причиняла ему эта энергия, и понял, что происходит, когда уже было слишком поздно.

Громко закричав, я повалилась в снег. Я впитывала энергию в себя, предварительно протягивая ее через Криса, но, даже отфильтрованная, она невыносимо жгла все клетки моего тела. Крис перестал кричать, с ужасом посмотрел на меня и схватил меня за руку:

— Кендис, прекрати сейчас же! Я этого не стою!

Но я не перестала, хотя мне было очень больно. Я чувствовала, как поток разрушает энергетическое создание, которое жило во мне, и знала, что еще немного, и он начнет разрушать мои физические ткани.

— Что такое? Что она делает? — закричал как всегда ничего не понимающий Локи.

— Она перетягивает энергию на себя, — быстро затараторил Крис. — Я понятия не имел, что она так может! Это существо скрывало информацию до последнего момента! Кендис, не умирай, пожалуйста!

Кажется, он снова заплакал. Задыхаясь от боли, я выдавила:

— В этом мире… есть вещи… за которые стоит умереть.

После этого все мое тело исказила новая волна боли, и я выгнула спину, выпустив на волю нечеловеческий крик. Я знала, что происходит: я умираю.

Когда-то, не так давно, он был человеком. Не самым умным, немного придурковатым, слабым. У него были какие-то свои мысли и эмоции. Но это было до того, как один из миноров решил слиться с ним. Теперь он был высшим существом, и с радостью присоединился к плану миноров. Он помог вычислить скрытых в людях магнуров. И, после того, как стало ясно, кто это, ему было поручено проследить за ними до леса, чтобы узнать, в чем же именно состоит их план.

Переработанными людьми оказались высокая девчонка с каштановыми кудрями и тощий голубоглазый блондин. Он знал о том, что она может почувствовать его, поэтому не подходил к ней близко, держался на достаточном расстоянии.

Он проводил их до леса. Девчонка подозревала, что он за ней следует, но ничего поделать не могла. Своим вторым зрением он невольно залюбовался ее насыщенной зеленой аурой такого роскошного оттенка, которого он никогда не встречал.

Неожиданно в голове его замельтешили воспоминания. Оказывается, будучи человеком, он встречал эту девчонку. Чем-то она его привлекла… его тело неожиданно заволновалась, рождая какие-то одновременно приятные и неприятные чувства. Но поначалу он не обращал на это внимания.

Когда они добрались до леса, план магнуров наконец-то открылся. В этот момент ему следовало уничтожить парня, однако он почему-то этого не сделал. Он засмотрелся на то, как зеленая энергия девчонки полностью залилась красным цветом, который пробил даже покрывающую ее защитную пленку от псов. Это было так красиво, что он лишь молча наблюдал за красной фигурой. Он чувствовал отчаяние девушки, и почему-то ему захотелось утешить ее. Утешить? Странно, почему бы ему такое захотелось?

И вот, когда сфера активировалась, а поток энергии устремился не на магнуров, а на парня, он просто стоял и смотрел. Минор внутри него подталкивал его к действию, и он даже подошел настолько близко, что вошел в радиус действия способностей девчонки, но она была слишком поглощена своим отчаянием, чтобы заметить его. И только когда открылась последняя часть плана магнуров, и девчонка начала умирать, перетянув энергию на себя, он вдруг понял, почему медлил все это время.

Потому что, несмотря на наличие минора внутри него, он все-таки был человеком. Его имя было Ирвинг. И при жизни он любил эту девушку, которую звали Кендис. И он не мог допустить ее смерти.

Именно поэтому он сделал это. Он выбежал на заснеженную поляну, и перетянул остатки энергии на тебя. Жгучая боль пронзила все его тело, он громко закричал, а потом умер.

Боль внезапно остановилась. Отголоски ее пробежали по моему телу, как эхо, но во мне не осталось больше ни капли энергии, поэтому я не смогла понять, куда исчез поток. Сначала я подумала, что все-таки умерла, однако я чувствовала, как бешено колотится мое сердце, какой противный на вкус снег, попавший ко мне в рот, как больно обжигает мою голову лед, на котором я лежу, и как крепко сжимает мою руку теплая рука Криса. Я все-таки жива. Но почему?

— Кендис? — раздался встревоженный голос Криса. — Ты как?

— Я… я в порядке, — тяжело дыша, ответила я. — Я жива…

Не успела я понять, что еще странного я ощущаю, как Крис вдруг крепко обнял меня так, что кости затрещали. Я сначала опешила от неожиданности, а потом почувствовала тепло, заструившееся у меня по телу, и тоже обняла его в ответ, позволив себе осознать простую истину: Крис жив, и я жива, и мы оба в порядке, и он обнимает меня… вот только почему? Куда подевался мощный поток энергии, который должен убить меня?

— Почему я до сих пор жива? — хриплым от долгого крика голосом спросила я. — Куда подевалась вся энергия?

— По-моему, вот сюда, — раздался голос Локи.

Мы с Крисом оторвались друг от друга и посмотрели туда, куда он показал. На снегу лежал мертвый парень. Я понятия не имела, откуда он взялся. Я совершенно не заметила, как он появился. И немудрено, такое же происходило…

Поднявшись с земли, я подошла поближе, чтобы разглядеть его, хотя было совсем мало что видно. Вспомнив, что в одном из карманов у меня был фонарь, я достала его и посветила парню на лицо. Мои глаза изумленно расширились:

— Ирвинг! Но что..?

— Он просто вдруг выскочил и перетащил поток энергии, который видел даже я, на себя, — объяснил Локи. — По-моему, я видел его на карнавале, и взгляд у него был прямо как у тех скелетообразных существ. Наверное, один из них.

— Но если он один из них, зачем ему спасать меня? — продолжала удивляться я.

— Потому что он был влюблен в тебя, — вдруг раздался чей-то голос у меня за спиной.

Я резко повернулась и посветила фонарем в ту сторону. В нескольких футах от меня стояла Трейси. Лицо ее было невероятно злобным, глаза яростно сверкали, а в руках она сжимала, направив прямо на меня… гармонический бластер. По-видимому, она подобрала тот, что я выронила.

— Трейси, ты чего? — удивился Локи, но Трейси рявкнула:

— Заткнись, Локи! — потом снова посмотрела на меня. — Он был влюблен в тебя. Ирвинг был влюблен в тебя, и я это знала. Не знаю, скелет он или нет, но он любил тебя, и предпочел умереть сам, чем позволить умереть тебе. Он погиб из-за тебя!

— Трейси, — мягким голосом говорил Локи. — Опусти бластер…

— Заткнись! — еще раз крикнула она. — Если хочешь знать, я никогда тебя не любила. Я любила Ирвинга, а с тобой встречалась только для того, чтобы вызвать у него ревность. Но у меня ничего не получилось, потому что он любил Кендис! — глаза, в которых читалась ярость, снова уставились на меня. — Он погиб из-за тебя! И я тебя убью.

Я судорожно сглотнула. Так как я больше не ощущала энергетический мир, то не могла больше знать, что происходит в головах у других людей, но такой злой я Трейси еще никогда не видела. Я не сомневалась, что она выстрелит. Вот только сработает ли оружие на таком ветру, как надо? Вдруг она промажет и заденет кого-то еще?

— Крис, пожалуйста, отойди от меня…

— Ни за что, — Крис крепко сжал мою руку. — Трейси, опусти бластер. Даже если Ирвинг любил Кендис, она в этом не виновата.

— Вот именно, Трейси, — неожиданно подала голос Хейли, про которую я уже успела забыть. — Этим ты Ирвинга не вернешь.

— Зато я могу отомстить, — глаза Трейси злобно бегали по нашим лицам.

— Ирвинг умер, чтобы Кендис могла жить, — заметил Локи. — Если ты убьешь ее, то сделаешь его смерть напрасной. Ты уверена, что хочешь этого?

По щекам Трейси заструились слезы. Я напряженно на нее смотрела. Ее руки задрожали. Она бросила бластер в снег и выдохнула:

— Ненавижу тебя.

Мы все облегченно вздохнули. Крис снова повернулся ко мне лицом и спросил:

— Кендис… я заметил, что ко мне больше не поступает информация о том, что происходит вокруг…

— Я думаю, что энергия выжгла существо в моей голове, которое могло видеть больше, чем человек. Оно отдало свою жизнь, вечную жизнь, чтобы спасти нас, — я грустно покачала головой. — Жаль их. Хотя что-то хорошее в этом есть. В этом мире есть вещи, которые лучше не знать.

— Да, пожалуй, — Крис кивнул и посмотрел в небо. — Как думаешь, мы их победили?

— Да, победили, — уверенно сказала я.

Он улыбнулся той самой улыбкой, которая всегда согревала меня изнутри, и крепко прижал меня к себе. Я насладилась теплом, которое окутало меня, несмотря на внешнюю температуру, и положила голову ему на плечо. Кажется, вот так и выглядело счастье.

Эпилог

Хейли удовлетворенно нажала кнопку закрыть на окошке браузера. Она наконец-то закончила статью о том, что произошло на Тиморе в последний месяц, получила разрешение редактора на публикацию, разместила на сайте планеты в кибернете и прочитала первые комментарии. В кои-то веки о самой маленькой и неприметной планете системы Альфа Центавра заговорили, а случилось это благодаря ей. Она все-таки получила историю, которую хотела.

— Ну что, ты довольна? — спросил у нее Крис, который сидел на соседнем кресле и нервно болтал ногами. — Теперь ты знаменита по всей Галактике.

— Ну, предположим, не по всей…, — Хейли задумчиво накрутила прядь волос на палец. — Но знаменита, это точно. Спасибо, что согласился давать мне интервью. Ты оказался не таким уж плохим рассказчиком…

— Да ладно, не за что, — Крис рассеянно смотрел в окно, в которое ярко пробивался солнечный свет.

Хейли с улыбкой посмотрела на этого неусидчивого парня. Она не ошиблась, когда поняла, что он особенный. Именно благодаря ему Тимор был спасен от гибели. Он очень нравился девушке. Френсис погиб, и она думала, что именно с Крисом могла бы построить отношения. Однако…

— Итак, ты сегодня улетаешь, — она с интересом посмотрела на Криса. — Что ты чувствуешь по этому поводу?

— Это опять интервью? — засмеялся Крис. — Не знаю. Облегчение, наверное. Облегчение, что все закончилось. И… предвкушение. Дальше-то, я думаю, интереснее будет.

— О да, мегаполисы великолепны! — сказала Хейли. — Я посетила пару из них, перед тем как остановиться здесь. Надеюсь, ты там классно проведешь время.

— И я надеюсь, — Крис как-то странно на нее посмотрел.

Хейли почувствовала знакомое тепло, окутавшее ее после этого взгляда. Эх, если бы не то, что она наблюдала… Хейли привыкла наблюдать за людьми и находить что-то там, где другие ничего не замечали. И она была права, когда предположила, что Крис совершит нечто особенное. Он был необычным парнем. И на редкость привлекательным.

Поддавшись внезапному порыву, Хейли мягко притянула Криса к себе и нежно поцеловала его в губы. Сначала парень замер от неожиданности, а потом положил руки ей на талию, рассчитывая на продолжение. Но Хейли уже отстранилась. Крис огорченно вздохнул.

— Может, полетишь с нами? — предложил он. — Уверен, что на корабле найдется место. Зачем тебе сидеть в этой дыре?

Но Хейли лишь покачала головой:

— Я не хочу писать о том, о чем все пишут. Конечно, я не сомневаюсь, что на Кристаллисе или какой-нибудь Гармонии каждую секунду происходит что-то интересное. Но там найдутся люди, которые сделают из этого новость. А кто сделает новость здесь?

— Ожидаешь нового вторжения? — усмехнулся Крис.

— Почему бы и нет? — спросила журналистка. — Где еще вершить темные дела, как не на самой крайней и одинокой планете?

— Тогда, наверное, мы больше не увидимся, — Крис окончательно погрустнел.

— Наверное, — Хейли посмотрела на его выразительное лицо и сказала: — Не расстраивайся. Ты же получишь то, чего хотел — сможешь посмотреть Галактику.

— К тому времени, как я долечу до последней планеты, ты уже умрешь, — его пальцы, нервно стучавшие по столу, остановились.

Хейли помолчала. Это была проблема путешествий в космосе: стоит тебе покинуть какую-то планету достаточно надолго — и ты никогда больше не увидишь людей, к которым успел привязаться.

— И что, ты бы отказался от возможности увидеть мир ради того, чтобы быть со мной? — Хейли недоверчиво на него посмотрела.

Крис поспешно отвел взгляд, вместо этого уставившись в окно, в которое как раз начинали пробиваться первые лучи солнца, еще окрашенные розоватыми тонами рассвета.

— Нет, конечно же, нет, — пробормотал Крис.

— Вот и молодец, — Хейли ободряюще улыбнулась. — Ты бы очень меня разочаровал, если бы ответил иначе. А теперь иди, собирайся. Твой корабль скоро улетит.

Крис еще немного постучал пальцами по столу, а потом повернулся к девушке.

— Ты же понимаешь, что у меня просто не было иного выхода? — с каким-то надрывом спросил он. — Я вовсе никакой не герой, что бы ты ни написала в своей статье. Я бы умер, если бы не Кендис.

Хейли успокаивающе обняла его:

— Я все понимаю. И, тем не менее, тебе хватило смелости принять тот поток на себя. Не принижай то, что ты сделал. Прощай, Крис.

— Прощай, — легкое касание теплых губ напоследок, и Крис, такой худой и бледный после пребывания на Тиморе, покинул ее кабинет, а вместе с тем и ее жизнь.

Хейли устало опустилась на кресло. И все-таки она навсегда запомнит его, как парня, который всех спас.

Миранда долго стояла в коридоре, не решаясь зайти. Коридор был пустынен, все стены и пол вычищены, металлический запах наконец-то выветрился. Свет снова горел. Все снова вернулось к обычному распорядку. Однако все же что-то не так.

Она прикусила губу, подняла руку, потом опустила, тяжело вздохнула, переступила с ноги на ногу, расстегнула верхнюю пуговицу на халате, подняла руку, опустила… да какого черта, так она долго тут стоять будет! Нужно просто стиснуть зубы и сделать это!

Быстро, не давая себе времени передумать, Миранда прислонила ладонь к двери. Реагируя на прикосновение, та отъехала в сторону. Шаг вперед, привычно коснуться выключателя… приглушенный гармонический свет мягко озарил помещение. Дверь бесшумно вернулась на свое место.

Металлические стены. Ряды лабораторных столов с микроскопами, препаровальными инструментами и лупами. Застекленные шкафы с образцами. Двери, ведущие в их личные кабинеты. Мониторы на стенах. И мертвая тишина.

Тяжело дыша, Миранда медленно пошла вперед. Она прошла мимо маленького столика, за которым обычно биологи обедали, когда не было времени дойти до столовой. На нем все еще стояла чашка с остывшим чаем. Женщина вспомнила, как Норман, бывало, часто оставлял так чашки, когда его срочно вызывали на операцию. Щелкнув ногтем по фарфору, она долго слушала звон, наслаждаясь им, пока он не затих.

Она шагнула дальше. Коснулась рукой двери и вошла в открывшееся ей помещение. Вот стол, за которым обычно сидел Гейл. Уже покрылся толстым слоем пыли за все это время. Миранда провела рукой, рисуя грустную рожицу, и случайно задела монитор на стене. Реагируя на прикосновение, монитор отразил заставку: фотография улыбающихся Гейла и Джойс, его жены. Биолог судорожно сглотнула ком в горле. Ко рту подступила горечь. Прочь, скорее прочь…

Несколько неуверенных шагов к следующему кабинету. Дверь прячется в стене. Большая металлическая клетка. Сейчас пустая, но Миранда помнила, что Френсис часто держал там каких-то зверей из леса, которых изучал. Один раз даже умудрился притащить детеныша волка. Он заботился о нем, пока Вилсон не узнал об этом и не заставил вернуть щенка в лес. Миранда улыбнулась. За фасадом эдакого крутого тусовщика скрывалось доброе сердце. Скрывалось…

Часто моргая глазами, чтобы не расплакаться, Миранда пошла к противоположной стене и остановилась у другой двери. Именно в этой комнате сидел Деклан, когда…

Острый кинжал вскрыл успевшую зарубцеваться рану. Из нее хлынул поток утекающей жизни, сопровождаемый дикой болью. Миранда прижала ладонь к груди и даже удивилась, что на ней не осталось крови. Почему ей так больно?

Задыхаясь, женщина приземлилась на первый попавшийся стул и разрыдалась. Жестокая реальность, которую она избегала все эти недели, наконец-то догнала ее и придавила к полу. Она чувствовала себя Атлантом, держащим на себе планету. Они все умерли, все! И только она одна осталась!

Но зачем? Почему так произошло? Габриэлла обещала ей, что она умрет. Миранда пошла на поиски миноров, потому что рассчитывала умереть и избавиться от мук, ежедневно терзающих ее сердце. Почему милая девочка Нелли, такая молодая, решила ее спасти? Стоит ли бессмысленная, опустошенная жизнь Миранды такой жертвы?

Они победили миноров. Вот только к этому времени у нее совсем не осталось причин жить…

Ну, раз нет причин, то, наверное, и не стоит продолжать. Сердито смахнув с лица слезы, Миранда поднялась и решительно направилась к шкафу. Несколько символов пароля, и вот уже в руках биолог сжимает фиолетовый цилиндр из мягкой растительной ткани. Один только укус и…

— Не смейте! — чья-то рука резко выбила цилиндр. — Не смейте это есть!

Миранда сначала ошарашенно какое-то время стояла, подняв руку в воздух, и только потом повернулась. И с изумлением увидела Ансона, брата Нелли, той самой девушки, которая погибла из-за нее.

За прошедшие недели Ансон изменился до неузнаваемости. Волосы сильно отросли, черты лица приобрели какую-то резкость, под глазами стояли синяки… Вместо аккуратной рубашки и чистых брюк на нем был растянутый черный комбинезон на пару размеров больше. Но самое большое изменение произошло в его глазах. Невинный взгляд мальчика, только окончившего школу, сменился лихорадочным блеском, как будто он горел изнутри. С изумлением Миранда поняла, что точно такие же глаза смотрели на нее каждое утро из зеркала.

Опустив взгляд на пол, на котором теперь валялось ядовитое растение, Миранда равнодушно спросила:

— Почему? Все, кто был мне дорог, умерли.

— Все, кто был дорог мне, тоже, — резко сказал Ансон.

Миранда вяло усмехнулась:

— Что ж, тогда ты должен понять, почему я хочу покончить с этой жизнью как можно скорее.

— Не смейте умирать! — глаза Ансона заблестели еще сильнее. — Если вы умрете, вы сделаете смерть Нелли напрасной. Она хотела, чтобы вы жили.

Миранда вздрогнула. Об этом она не подумала.

— И что ты мне прикажешь делать? — раздраженно спросила она. — Все мои коллеги мертвы. Друзья тоже. Моя семья умерла на Земле много лет назад. А «цветная слепота», как оказалось, вовсе не вирус. Я, конечно, могу попробовать продолжить исследования других биологов, но как я могу это делать одна? — голос женщины повышался с каждым тоном.

Она чуть не задохнулась, осмотрев когда-то столь людную лабораторию.

— Слышишь? — она подняла палец к верху.

Ансон прислушался и нахмурился.

— Я ничего не слышу, — сказал он.

— Вот и я о том, — Миранда опустила руку. — Абсолютная тишина.

Ансон помолчал, пиная ногой ядовитый цилиндр на полу, а потом выдал:

— Возьмите меня в ученики.

Миранда опешила от неожиданности.

— Зачем тебе это надо? Твой космический корабль сегодня улетает. Здесь почти ничего не осталось. Улетай, исследуй миры, радуйся жизни…

— Почему же вы не улетаете? — сердито нахмурился Ансон.

Миранда лишь покачала головой:

— Я сейчас не в том состоянии, чтобы адекватно воспринимать перемены. Да и не думаю, что когда-либо буду в таком состоянии…

— Возьмите меня в ученики, — снова повторил Ансон. — Я никогда не хотел полететь в космос, исследовать миры, искать себя… Если бы мама не умерла, я бы никогда не решился купить билет в этот тур. Я полетел в это путешествие, чтобы найти сестру. И я потерял ее. Я не хочу ничего исследовать дальше, но и на Землю возвращаться мне нельзя — у меня там больше никого нет, и денег тоже. Возьмите меня к себе в ученики.

— А как же та девушка, Лора? Она же вроде тебе нравилась.

Ансон промолчал.

Миранда задумчиво обвела взглядом лабораторию и поморщилась от полного отсутствия каких-либо звуков. Вряд ли она сможет работать здесь в одиночестве…

— Хорошо, — наконец, согласилась она. — Но тебе придется смириться с тем, что какое-то время у меня будет очень подавленное состояние. Возможно, это даже навсегда.

— На этот счет не беспокойтесь: я точно в таком же состоянии, что и вы, — мрачно усмехнулся Ансон.

— Что ж, тогда мы с тобой прекрасно поладим, — улыбнулась Миранда.

— Маривонн, я тебя еще раз прошу: останься, — Вилсон умоляюще смотрел на девушку, пока она собирала вещи.

— Вилсон, ты же знаешь, что я обещала. Я не могу подвести его еще раз, — сосредоточенным взглядом девушка обвела все свои комбинезоны, пересчитывая.

Президент тяжело вздохнул:

— Послушай, мне очень жаль, что Вин погиб, и все же…

— Вот именно, Вилсон: он погиб! — Маривонн резко захлопнула крышку чемодана и повернулась к стоящему у дверей мужчине. — Погиб из-за меня и из-за того, что я, какого-то черта тебя послушавшись, понеслась чинить этот чертов проводник, а он тем временем прикрывал мне спину, — она изо всех сил стукнула кулаком по металлической стене и поморщилась от боли. — Если бы я не… если бы…

— Ты ни в чем не виновата, — успокаивающе произнес президент.

— В том-то и дело, что виновата, — Маривонн устало опустилась на кровать. — Я провинилась перед ним гораздо раньше, когда поверила в то, что он пытается нас всех убить. Я поверила в это, и вместо того, чтобы во всем разобраться, спуталась с тобой.

— Мне не нравится слово «спуталась», — недовольно нахмурился Вилсон.

— Тем не менее, я именно это и сделала. Ты же…, — ее взгляд стал сердитым. — Занявшись мной, ты совершенно забыл о своих обязанностях президента. А когда мир покатился в тартарары, ты забыл обо мне. Именно тогда, когда мне очень была нужна поддержка, ты внезапно стал холоден.

— Я исправлюсь, я тебе это обещаю…

— Нет, — покачала головой Маривонн. — Ты это говоришь только потому, что Ева в тюрьме, и тебе больше некого положить в постель рядом с собой. Но, правда в том, что ты не можешь одновременно быть со мной и быть президентом. Так что…, — девушка серьезно посмотрела на него. — Лучше будь президентом и постарайся, чтобы ничего подобного больше не произошло.

Вилсон устало вздохнул. Он прекрасно понимал, что он виноват во всем этом. Его жена устроила массовые убийства на планете, президентом которой он являлся, а он даже не заметил, что она не человек. И, подумать только, в минуты кризиса мир спас не он, а двое подростков-новичков! О да, Вилсон читал статью этой журналистки, которая была очевидцем событий, и он видел, как через всю статью прямо-таки сквозит осуждение правительства. Он не удивится, если через некоторое время сверху придет приказ о его смещении. И больше всего на свете ему не хотелось сейчас потерять Маривонн.

— Хорошо, возможно, ты права, — кивнул он. — Но я не понимаю, зачем тебе улетать? Это может быть опасно.

— Вилсон, — Маривонн погрустнела. — Всю дорогу до лазарета, все то время, что он умирал, Вин твердил мне: «Найди мою семью. Убедись, что с ними все в порядке». Неизвестно, что с ними сделали, как только узнали о поражении миноров здесь. Поэтому я лечу на Гармонию. Я должна выполнить его последнюю просьбу. Я не могу подвести его еще и в этом.

— Но сегодняшний корабль долетит до Гармонии еще не скоро, — заметил президент.

— Я знаю. Но я же все-таки пилот, — Маривонн встала и застегнула свой чемодан. — Я полечу отдельно, на другом корабле, сама и с небольшой бортовой командой.

— Мари, не делай этого, — вдруг сказал Вилсон, и на глаза Маривонн выступили слезы.

— Не называй меня так, — покачала она головой и решительно направилась к двери. Покидая комнату, на Вилсона она даже не оглянулась. По ее щеке стекала одинокая слеза.

Холодный ветер обжигал руки, сжимавшие ледяную банку с напитком внутри нее. Альфа Центавра светила где-то вдалеке, но небо было серым: шел снег. На душе царила странная пустота. В его глазах давно пропала искра радости. Он глотнул напиток и поморщился от высокого градуса. Отреченный взгляд был направлен в пустоту.

— Слушай, а что за дрянь мы пьем? — Стив тоже глотнул из банки и поморщился от разливающегося по пищеводу холода.

Локи посмотрел на банку в своих руках, сказал:

— Лединичное виски, — и снова глотнул, чувствуя, как ему медленно становится на все наплевать.

— А разве нам можно? Мы же сегодня улетаем, — заметил Стив, дрожа от ледяного ветра.

— Можно, нельзя, кого это волнует, — Локи тяжело вздохнул. — Хотя, возможно, ты прав, и мне стоит прямо сейчас выбросить эту банку. Но я уже устал от боли…

— И что, помогает? — Стив сделал большой глоток из банки, опустошив ее до конца, и отбросил в сторону.

— Неа…, — Локи поморщился. — Какой же я придурок…

— Слушай, она не стоит того, чтобы так по ней убиваться, — слова Стив выговаривал нечетко, голос его стал блуждающим. — Я знаю, что ты хотел утешиться после Лоры…

— Вот именно, что хотел. Почему от меня все уходят? Что со мной не так, а? — руки Локи вертели холодную банку в руках, не обращая внимания на обжигающую боль.

— Все с тобой так, — Стив поскользнулся на скользком полу и чуть не упал. — Просто девчонки попались дрянные…

— Лора оказалась совсем не такой плохой, просто ей было очень одиноко, — заметил Локи.

— Возможно, — согласно кивнул Стив. — Но вот Трейси точно та еще штучка! Ты понимаешь, что она просто пыталась заставить того парня ревновать?

— Да уж, я этого никак не ожидал. Когда она сказала мне, что никогда меня не любила, она ранила меня сильнее, чем я думал. Еще одна девушка, которую я потерял, — Локи снова поднес банку ко рту.

— Потерял? — недовольно хмыкнул Стив. — Стармэйт, прости, но ее у тебя никогда и не было. Не хочется упоминать о том, что я тебя предупреждал, но я на самом деле предупреждал. Не нужно было так сразу бросаться к Лоре, и сразу после нее к Трейси. Большинство девушек не такие уж и хорошие, какими ты их себе представляешь. И вообще, тебе нужно быть аккуратнее. Я понимаю, что ты до сих пор переживаешь из-за того, что произошло с твоей матерью, но…

— Я не хочу об этом говорить, — тяжело вздохнул Локи. — Подумать только, все это время она мне морочила голову…

— Да плюнь ты на нее! — вдруг сказал Стив. — Много чести переживать из-за какой-то дуры с этой захолустной планеты!

— Она не дура, — Локи недовольно посмотрел на друга.

— Может, и нет, — примирительно сказал Стив. — Но правда в том, что повела она себя как конченая стерва. И мне даже не жалко ее. Ай, все равно мы не собирались здесь оставаться! Нас еще ждут флайбординг и твой брат. Возможно, оно все и к лучшему?

— Может быть, — Локи тоже отбросил банку и сказал. — Пошли. Я еще вещи не собрал.

И двое друзей повернули к зданию, их следы мгновенно заметал снег…

Я подняла взгляд на Лору, которая сидела на кровати перед открытым чемоданом и грустно смотрела куда-то в пространство. Она выглядела такой подавленной, что я спросила:

— Уверена, что не хочешь остаться?

Лора вздрогнула от звука моего голоса и сказала:

— Уверена.

— Ансон с нами не летит? — уточнила я, складывая свои немногочисленные вещи в сумку, с которой приехала.

— Не летит, — Лора грустно вздохнула. — Он собирался попросить Миранду, чтобы она научила его биологии.

— Биологии? Ух ты, — сказала я, но увидев взгляд Лоры, осеклась. — Слушай, никто не заставляет тебя ехать. Если ты из-за Ансона, то просто дай ему время. В конце концов, у него умерла сестра. Тут любой бы стал черствым.

Лора оторвала нитку от футболки и сказала:

— Дело не в этом. Просто… я должна найти Дэнни.

Я не знала, что на это ответить. Мои способности пропали, и я больше не могла знать, что чувствует Лора. Однако я прекрасно помнила, что ее чувства к Дэнни угасали. Разумеется, я бы хотела, чтобы они были вместе. Все девушки мечтают о вечной любви. Но вечна ли она на самом деле? И, если нет, зачем пытаться упрямо доказать обратное?

— Ты точно этого хочешь? — все-таки спросила я.

Лора долго не отвечала, и я успела за это время собрать свои нехитрые пожитки. Все те вещи, которые нам выдали на Тиморе — комбинезоны, куртки, шали — я оставила в шкафах, положив на стул только один зимний костюм, в котором собиралась добраться до космического корабля. В сумку положила только пару футболок и кофточек, джинсы, черные леггинсы, нижнее белье — все с Земли, палм с зарядкой и адаптером и немного гигиенических принадлежностей. На мне была розовая футболка с черной сферой и надписью «ТИМОР», которую я решила оставить себе, и тонкие обтягивающие черные брюки, на которые я собиралась надеть зимние, мои подросшие ногти выкрашены в черный цвет, распущенные каштановые волосы кудрями спадали на спину, а на лице легкий макияж. Я готова покинуть эту планету. А вот Лора все еще сидела перед чемоданом и колебалась.

Я уже успела забыть о том, что жду от нее ответа, когда она вдруг заговорила.

— Я не знаю, чего я хочу. После всего того, что произошло, я опустошена и совершенно растеряна. У Ансона умерла сестра, и я это понимаю, и мне очень жаль. Но также я понимаю, что не видела Дэнни уже целый год, даже больше. Я понимаю, что мои чувства к нему угасают, но я обещала ему, что прилечу, как только окончу школу. Мы договорились с ним встретиться на Кристаллисе. И, даже если я его разлюбила, он заслуживает хотя бы объяснения.

Устало опустившись на кровать, я предложила:

— Если хочешь, я могу сделать это за тебя. Я имею в виду, найти и объясниться.

— Он заслуживает личного объяснения, — Лора задумчиво начала дергать застежку на одном из комбинезонов. — Да и к тому же… откуда я знаю, как все может произойти? Я имею в виду, все это время у него была какая-то своя жизнь. Возможно, он так изменился, что я прилечу, пойму, что это уже не тот человек, которого я любила, и смогу с чистой совестью вернуться к Ансону. Я сказала ему, что, возможно, вернусь, вот только он не обратил на это внимания. А возможно, я прилечу и пойму, что это все тот же Дэнни, и что я по-прежнему его люблю. Или что даже он изменился, но я люблю его даже таким, понимаешь? — она вопросительно подняла на меня глаза.

Конечно, я ее понимала. Лениво щурившись в слабом свете далекого солнца, я откинула прядь волос с лица и философски спросила:

— Мне ли тебя обвинять в том, что не перестаешь надеяться?

— Ты так и не поговорила с Крисом, да? — догадалась Лора.

Я огорченно покачала головой:

— Нет. Последние недели он только и делал, что давал интервью Хейли, — я отчаянно постаралась затушить огонь ревности, который снова зажегся во мне при упоминании этого имени, но безуспешно.

— Они вместе, что ли? — удивилась Лора.

— Какая разница? — устало отмахнулась я. — Он улетает, а она остается.

Даже если у них что-то и было, это уже не имеет значения.

Лора странно посмотрела на меня.

— А он знает, что ты его любишь?

— Конечно, знает, — я поморщилась. — Я думаю, что он всегда это знал. Но, даже если нет, то в ту ночь наверняка узнал, потому что каждая моя клетка на всех уровнях вопила о том, как сильно я его люблю. Он не мог это не услышать. Однако он предпочел сделать то же, что делал всегда: сделать вид, что ничего не было. И спрятаться до тех пор, пока я не успокоюсь. Он так делает все те три года, что мы знакомы. Он меня не любит в том смысле, в котором я его люблю, и пора бы мне уже это принять.

— Вот оно как…, — кажется, Лора была немного в шоке от нашего с ним формата отношений. — И ты не жалеешь?

— О чем? — буркнула я. — Если о том, что мы все еще не вместе, то да, жалею. А если о том, что полетела в этот треклятый тур, то нет, нет и нет, — я резко выпрямилась. — Когда я сообщила о своем решении дома, все почему-то думали, что я решилась на эту поездку потому, что рассчитывала таким образом добиться его любви, потому, что хотела стать его девушкой. Я хочу, да. Но полетела я потому, что люблю его больше всех на свете и беспокоюсь о нем. Я полетела, чтобы, когда случится какая-нибудь дрянь, оказаться рядом и спасти его, что я и сделала. И, если будет нужно, я без колебаний сделаю это еще раз, даже если больше никто не примет удар на себя вместо меня, и я умру…

Сказав это, я неожиданно задумалась. Была одна мысль, которая не давала мне покоя. Как соринка в глазу, она не давала мне смотреть на мир нормально и мешалась, пока я ее не достану.

— Эй, Кендис? — спросила Лора. — Ты в порядке?

— Знаешь, что меня беспокоит? — задумчиво протянула я. — Если миноры могли заглядывать другим в голову, то они не могли не знать, что Ирвинг меня любит. Конечно, я понимаю, что им нужен был человек, который разошлет костюмы, но почему из всей дизайнерской мастерской они выбрали именно его? И ведь они не просто отняли его тело, как поступали с другими. Один из них слился с ним, и человек в нем все еще был жив. Но это еще ладно. Они взяли и отправили на мой след того, кто меня любит. Разве так трудно предположить, что он захочет спасти меня? Странно как-то. Да и вообще это бред, что, как ты говоришь, несла тогда Ева. Антиматерию нельзя получить из каких-то трупов, будь она в телах, мы бы взрывались, а не жили. И как вообще создания вечности могут погибнуть от соприкосновения с энергией, из которой состоят?

— Ну и что? — не поняла Лора.

Я посмотрела в окно на усиливающийся ветер, который начал бешено гонять снег по улице.

— А то, что все их планы, что магнуров, что миноров, были какими-то странными и нелепыми с первой до последней минуты, — прядь волос снова упала мне на глаза, но в этот раз я не стала ее убирать. — У меня такое ощущение, что от нас что-то скрыли. Все было совсем не так, как нам представили дело магнуры.

— Господи, Кендис, да какая разница? — отмахнулась Лора. — Даже если мы чего-то недопоняли, и тут скрывается нечто большее, мы сегодня улетаем. Ты покинешь эту планету и, скорее всего, больше никогда сюда не вернешься. Пусть с ее проблемами разбираются ее жители. Тебя это уже не касается.

— Но, возможно, касается тебя, если ты все-таки решишь вернуться, — напомнила я.

Но Лору это ни капельки не взволновало.

— Может, вернусь, а может, и нет. Даже если с Дэнни ничего не получится, я все еще хочу быть певицей. Вряд ли на Тиморе у меня много шансов прославиться, — она встала и все-таки начала собирать вещи. — Подождешь меня?

Я кивнула. Но все-таки не могла отделаться от мысли, что что-то во всем этом было не так.

Мы встретились в тиморском космопорте у самого выхода. Тучи наконец-то убежали с неба, и тут наступило что-то вроде полудня — солнце стояло в зените. Я, Крис, Стив, Локи и Лора. Невольно вспоминался наш последний день на Земле, пусть и подернутый сейчас туманом. Мы не знали о том, что ждет нас в космосе, боялись лететь, но все же мы понимали, что Земля уже изжила себя, и что настало время двигаться вперед. Новая жизнь оказалась более трудной. В ней было гораздо больше боли. И теперь мы все выглядели потрепанными. Лора казалась немного грустной из-за того, что ей пришлось оставить здесь Ансона. Взгляды Стива и Локи были пустыми, а стояли они немного нетвердо — кажется, они успели выпить перед отъездом. Крис, как обычно, что-то быстро тараторил о планете, на которую мы должны были приземлиться дальше, но даже в его глазах я видела скрытую печаль.

Это путешествие оказалось отнюдь не таким, каким мы ожидали. Мы столкнулись с опасностями, которые не могли предвидеть, чуть не умерли и пережили много потерь. Наши души были истерзаны в клочья, но, тем не менее, мы готовы были продолжить наш путь.

Стоило ли покидать Землю, такую привычную и родную? Мне кажется, что стоило. И дело не только в том, что мне казалась бессмысленной жизнь без Криса (хотя это, безусловно, основное). Просто действительно для человечества, да и вообще для всех, настало время двигаться дальше. Миноры были глупы, когда отчаянно цеплялись за вечность, которую потеряли — в нашем мире нет ничего вечного… Время энергетических существ прошло, точно так же, как и прошло время Земли.

Согласны ли со мной остальные? Наверное, об этом лучше спросить у них. Но я думаю, что согласны, потому что никто не собирался поворачивать назад. Конечно, возможно, на нашем пути будет еще много опасностей. Но все же мы полетим дальше навстречу нашей новой жизни.

Примечания

1

Заряжайте ружья и приводите друзей

Терять и притворяться — весело

Ей очень скучно, она самоуверенна

О, нет, я знаю грязное слово

2

С выключенным светом это не так опасно,

Вот и мы, развлекай нас,

Я чувствую себя глупым и заразным

Вот и мы, развлекай нас

Nirvana, песня «Smells Like Teen Spirit»

3

«Вчера все мои проблемы казались такими далекими…»

The Beatles, песня «Yesterday»

4

В этом городе, который мы зовем своим домом,

Все приветствуют песню тыквы

В этом городе, разве мы его не любим?

Все ждут следующего сюрприза

Мэрилин Мэнсон, песня «This is Halloween»

5

В этом городе…

Разве мы не любим его?

Все ждут следующего сюрприза.

Скелет Джек может поймать тебя сзади

И закричать, как банши.

Заставить тебя выпрыгнуть из кожи

Мэрилин Мэнсон, песня «This is Halloween»

6

Они сказали: «Ты не сможешь уйти

От пустоты позади.

Твоя мечта глупа. Ты должна остаться.

Ты просто сошла с ума».

Но я знаю, что они ничего не понимают.

Я знаю, что это экстрим.

Давай, продолжай, мой друг,

Мы боремся за мечту.

Ты столкнешься с огнем, льдом и дождем.

Нет причин бороться.

Ты почувствуешь только сожаление, потерянность и боль.

Ты же знаешь, это не может быть правильно.

Но я знаю, что они ничего не понимают.

Я знаю, что это экстрим.

Давай, продолжай, мой друг,

Мы боремся за мечту.

Мы так много потеряли. Мы не сожалеем.

И сейчас я хочу прокричать:

«Мы — короли вселенной.

Мы — воины мечты»

(Автор стихотворения на английском Малинская Оксана)

7

Доктор — персонаж британского научно-фантастического телесериала «Доктор Кто».

Content

Оксана Малинская
Новая жизнь

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Эпилог

Примечания