МУШКА

Однажды Люда пришла домой и принесла маленькую чёрную собачку. Собачка была грязная, худая и хромала на переднюю лапку. Когда Люда пустила её на пол, она поджала под себя больную лапку и со страхом оглядывалась по сторонам.

Мне очень не хотелось заводить в доме собаку. Придёшь с работы усталая, а тут надо то комнату убрать, то обед приготовить - где же здесь ещё держать собаку! Всё это я объяснила дочке, но она заплакала и стала просить разрешения оставить собаку.

- Ведь она совсем маленькая, а потом, у неё даже нет хозяина,- плакала Люда.- Ну, как я её выгоню…

Пришлось собаку оставить.

Назвали её Мушка. Ухаживала за Мушкой Люда. Она перевязывала ей больную лапку, кормила, выводила гулять. А если кто-нибудь угощал Люду конфетой, то она всегда оставляла кусочек для Мушки. И нужно сказать, что Мушка привыкла к Люде и любила её больше всех. Она даже не хотела спать на мягком коврике, который ей постелили в углу около двери, и всё время ложилась под Людину кровать, хотя спать на полу было жёстко и неудобно.

Скоро Мушка поправилась и перестала хромать. Шёрстка у неё стала пушистая, блестящая, а хвостик завивался тугим колечком.

Когда Люда приходила из школы, Мушка её всегда встречала около дверей. Она радостно прыгала, ласкалась, потом хватала в зубы Людины варежки и несла в комнату.

Клала она их всегда на своё место - под кровать, и попробуй кто-нибудь из домашних варежки взять, кроме Люды… Мушка их никому не давала.

Потом Мушка ещё научилась служить и танцевать. Делала она это очень забавно. Становилась на задние лапки, подолгу на них ходила и даже кружилась, будто танцевала вальс. Все смеялись её фокусам, а когда она кончала танцевать, хлопали в ладоши и угощали чем-нибудь вкусным. Такое внимание Мушке нравилось, и она часто танцевала даже тогда, когда её никто не просил.

Вообще Мушка была очень забавная собачка, одно плохо, что пугливая. Наверное, когда она жила на улице, её часто обижали. Случалось, выйдет Люда с ней во двор погулять, а она всего боится. Хлопнет кто-либо из ребят в ладоши или крикнет, а Мушка уже хвост подожмёт, отбежит в сторону и смотрит, куда бы ей спрятаться. Во дворе да и в квартире все смеялись над Людой.

- Ну и собаку завела! Заяц и то храбрей. От такой защиты не жди.

Только это оказалось совсем неверно. Как-то раз, когда Люда играла с детьми во дворе, из соседней квартиры вдруг выскочила огромная серая собака. Она залаяла и бросилась к детям. Дети испугались и побежали. Люда тоже побежала, но за что-то зацепилась и упала.

Собака кинулась на Люду. Она уже была готова укусить её, но тут откуда ни возьмись выскочила Мушка. Словно маленький чёрный шарик, визжа и лая, бросилась она на большую, страшную собаку. Собака так растерялась, что даже не тронула Мушку. Она с удивлением смотрела на маленькую собачку, которая, вся дрожа от страха, всё же не отступала перед ней и всё старалась загородить собой упавшую девочку.

В это время подоспел хозяин собаки. Он схватил её за ошейник и увёл домой, а Мушка подбежала к Люде, стала к ней ласкаться и лизать её заплаканное лицо.

После этого случая Мушку уже никто не называл трусишкой, потому что она хоть была маленькой и пугливой, но всё же свою хозяйку в беде не оставила.

КАК ХОРОШО!

Люда позвонила очень рано:

- Мама, я получила подарок и не знаю, что с ним делать!

- То есть как не знаешь? - удивилась я.

- Видишь ли… даже не знаю, как сказать… Понимаешь, мне подарили цыплят…

- Цыплят?! - ещё больше удивилась я.- Да кто же зимой дарит цыплят и как ты намерена с ними поступить?

- Сама не знаю,- громко вздохнула в трубку Люда.- А что, если… если я подарю их тебе!

- Мне?!-возмутилась я.- Твои друзья наградили тебя зимой цыплятами, а ты собираешься подарить их мне! Нет уж, уволь от такого подарка!

Люда молчала, и я ехидно добавила:

- Гм, интересно, сколько же штук они тебе преподнесли?

- Что-то около десяти,- робко ответила Люда.

- Вот и сиди со своими «около десяти». Да, кстати, не забудь их накормить,- напомнила я.- Свари рассыпчатую пшённую кашу, мелко наруби крутое яйцо,- и, ещё раз подтвердив, что брать цыплят не собираюсь, повесила трубку.

И всё-таки в этот же день коробка, полная маленьких пуховых комочков переселилась ко мне. Их оказалось двадцать.

- Ты же говорила, что цыплят около десяти! - строго сказала я.

Но Люда, пробормотав, что столько, наверное, выживет, поторопилась скорее уйти. Ей казалось, это был самый верный способ избавиться от моих нравоучений.

Впрочем, я и сама думала, что из этих маленьких, нежных комочков вряд ли кто останется жив. Ведь они так много путешествовали в этот морозный февральский день, да ещё в такой холодной коробке.

Однако живыми остались все. Все до одного.

Сначала я их поместила в фанерном ящике из-под посылки, но очень скоро им стало там тесно. Стоило мне снять крышку, как они тут же вспархивали на край ящика, махали крылышками и старались удрать, порезвиться на просторе.

Пришлось им отгородить часть кухни, потом часть комнаты. А чтобы не перелетали загородку, верх затянули сеткой. С цыплятами было ужасно много хлопот: то напои, то накорми, то убери. Убирать приходилось буквально каждый час, и это не считая других забот. Ведь чтобы малыши правильно росли и развивались, их надо было разнообразно и правильно кормить. Цыплятам нужна была трава, угли, ракушки, а где это взять зимой?

Правда, с травой было легче: я сеяла её в ящиках, и ими были заставлены все окна нашей квартиры. А вот с ракушками гораздо труднее, их приходилось добывать из песка, который лежал замёрзшей кучей в нашем дворе. Сначала песок разбивался ломом, потом оттаивался, потом сушился и только после всего этого просеивался, и получалась лишь небольшая горсть ракушек. Но самое страшное случалось, если пернатым сорванцам удавалось удрать из отгороженной части комнаты. Немало приходилось потрудиться, прежде чем водворить их на место и навести в комнате порядок.

Помню, однажды мне надо было отлучиться из дома на весь день. Я приготовила цыплятам еду, разделила её на несколько порций и попросила нашу соседку Любовь Ивановну их накормить.

- Только осторожней еду ставьте, чтобы не выскочили,- на всякий случай предупредила я.

- Не волнуйтесь, Вера Васильевна! Небось цыплята не звери, уж как-нибудь справлюсь,- сказала Любовь Ивановна, принимая от меня посуду с кормом для цыплят.

Ушла я спокойно.

Пришла домой уже вечером. Открыла дверь и понять ничего не могу: посредине комнаты на стуле сидит Любовь Ивановна и плачет, а кругом творится что-то несусветное. Все двадцать цыплят по квартире разгуливают- кто на гардеробе, кто на кровати, словно в песке роется, кто на столе закусывает. А на ковре, на полу - везде, где только доступно, цыплята постарались оставить свои визитные карточки! Это не считая разбитой хрустальной вазы да обклёванных и обломанных цветов.

После такого происшествия я еле квартиру отмыла, а Любовь Ивановна ещё долго этот случай вспоминала:

- И надо же, я чуть краешек сетки приоткрыла, чтобы кашу им поставить, отвернулась за миской, а они уже в комнате…

Из-за цыплят всей нашей семье пришлось переехать на дачу не в июне, как всегда, а в начале мая. Здесь я сразу выпустила цыплят в просторный загон, который специально для них отгородили. Вот когда для них наступило настоящее раздолье! С раннего утра до самого вечера они то купались в песке, то дрались, то бегали друг за другом. Теперь, когда все трудности остались позади, и я, и муж, и внучка мечтали о том, как из цыплят вырастут куры и как будут они нестись. Я даже заранее подготовила гнёзда, пусть к ним пока привыкают. Но увы, нашим мечтам и надеждам не пришлось сбыться: из всех цыплят оказалась лишь одна курочка. Одна-единственная, а остальные петухи. Девятнадцать петухов с большими красными гребнями. Девятнадцать горлопанов и драчунов.

Мы просто не знали, что с ними делать. Целые дни петухи дрались, таскали друг друга за гребни, дружно перелетали через изгородь и так же дружно перекапывали засеянные грядки и портили клумбы с цветами. А уж если случайно забудешь закрыть дверь на террасу, то пеняй на себя. Мигом очутятся там, всё перевернут, всюду побывают; сколько раз, бывало, оставляли нас без обеда.

Вдобавок ко всему они ещё стали клеваться. Правда, меня они знали и не трогали, зато Марининым друзьям, которые приходили к ней поиграть, не давали прохода - так и норовят клюнуть. Только и слышишь весь день, как Марина кричит:

- Бабушка, проводи Машу!

- Бабушка, дай йоду - петух клюнул Колю!

- Бабушка, помоги Кате!

Вот и бегаешь, петухов гоняешь; совсем с ног сбилась.

Конечно, мы давно могли бы от них избавиться, но останавливал нас один петух. Все кричали своё обычное петушиное «ку-ку-ре-ку-у-у», а он один словно выговаривал: «Как хо-ро-шо-о-о!» Да так звонко, так красиво, что просто заслушаешься. Особенно красиво звучал его голос по утрам, на зорьке, когда солнце золотит росу, а воздух напоён запахом трав и цветов. Тут, как пропоёт он своё «как хо-ро-шо-о-о!», не пожалеешь, что рано встал и не выспался.

И не только мы или наши знакомые, даже незнакомые люди этого петуха заслушивались и говорили:

- Вам обязательно его сохранить надо.

А наша соседка баба Ганя, та просто сказала:

- Девятый десяток живу, а такого не слыхивала. Хошь продай, хошь отдай, а губить не смей!

Губить такого петуха нам тоже не хотелось, а бабу Ганю мы любили, уважали и были рады подарить ей нашего певца. Но как это сделать? Как найти его? Как узнать среди девятнадцати петухов того, который так интересно поёт? Тем временем приближался день переезда в город, а певец по-прежнему оставался неизвестным.

Думали, гадали и наконец пришли к выводу, что таинственный певец, наверное, тот красивый большой и самый сильный петух, который всегда ходил с нашей единственной курочкой и старательно угощал её то найденным зёрнышком, то червяком. Остальные петухи тоже пробовали ухаживать за курочкой, но красавец быстро их отвадил, а после нескольких схваток они уже держались поодаль.

Не знаю, почему мы решили, что неизвестный певец именно он, во всяком случае так хотелось думать всем, так думала и баба Ганя.

За петухом баба Ганя пришла за несколько дней до нашего отъезда. Последний раз мы любовались красивой парочкой, а петух, словно красуясь, выпятив грудь и заботливо кокая, вышагивал рядом со своей избранницей.

- Не иначе, как он и есть тот самый певун,- любовалась петухом баба Ганя.- Ишь как выхаживает, и грудь колесом, это всё от храбрости да от голоса…

И вдруг камнем откуда-то ястреб. Миг… и нет ни одного петуха, словно пух разлетелись. Нет и нашего красавца, только хвост мелькнул в кустах. А курочка уже бьётся под хищником, кричит… И тут, тут из этой перепуганной петушиной стаи вдруг вырвался ничем не приметный белый петушок. Вихрем налетел на ястреба! Сбил грудью… клюёт… Полетели в разные стороны серые ястребиные перья, смешались с белыми…

Не знаю, чем бы кончился этот неравный бой, если бы не баба Ганя. Она опомнилась первой.

- Кши, кши, проклятый! - завопила она и, грозно размахивая корзиной, бросилась на помощь петуху.

Увидев столь внушительную подмогу, серый разбойник поспешно взмыл кверху, а маленький храбрец встряхнулся, оправил свои растрёпанные в борьбе перья, потом захлопал крыльями и громко, во весь голос прокричал:

«Как хо-ро-шо-о-о!»

Да так звонко прокричал, что мы только диву дались, как красиво он выговаривал эти хорошие слова.

Content

МУШКА

КАК ХОРОШО!