Елена Чалова

ЗАОДНО С КОТОМ

Глава 1

Солнце ярко светило сквозь оконное стекло. От весенних тёплых лучиков становилось уютно и приятно. Кот прищурил глаза: его изумруды едва виднелись через щёлочки. Он пытался задремать. Но звонкий хохот весны пробуждал вновь и вновь.

Резкий запах кофе заставил кота окончательно распрощаться с дрёмой, потянуться, выпуская острые коготочки, и усесться, обернув себя пушистым хвостом.

— Весна… — мечтательно проговорил человек с источником кофейного запаха в руках.

Кот забавно подрыгал ухом и в упор уставился на человека, который являлся его хозяином, как наивно полагал.

«Чем не повод окончательно расставить все точки над Ё», — кот мысленно ответил парню и демонстративно спрыгнул с подоконника, всем своим видом показывая, что не намерен продолжать эту беседу.

Кот любил этого парня, хоть и порой считал его бестолочью. Парень тоже любил кота, а ещё любил девушку, которая об этом не догадывалась. В связи с этой непонятной любовью весна сулила только проблемы из-за резко обострившихся чувств, тех, что зимой частенько дремали в старых валенках или в варежках на батарее. Теперь же чувства заметались в сердце хозяина кота, и на это зрелище трудно было смотреть. Другие, может, и не замечали, а вот кот всё знал, понимал и чувствовал.

Домофон заиграл мелодичную трель, и вскоре на пороге жилища появился круглолицый Валёк. Кот незаметно вздохнул. Этот закадычный друг хозяина пусть и звал хвостатого обитателя квартиры «у-у, ты, морда лохматая», но был вполне дружелюбен и безобиден. Во всяком случае, по отношению к коту. Чего не скажешь о его хозяине: Валентин умудрялся давать тому кучу вредных советов. Опять-таки по мнению «лохматой морды».

Валёк сразу начал вываливать на стол содержимое карманов: телефон, наушники, ключи от машины, ключи от дома, но потом их убрал обратно, одну перчатку, вторую перчатку, в это время первая свалилась на пол, мятную жвачку, две монеты… парень удивлённо посмотрел на оных, будто ему их подсунули и так и оставил на столе. А потом плюхнулся на стул, ожидая положенную по правилам хорошего тона и дружеского гостеприимства, чашку кофе.

Бойкий Валентин был одним из немногих, кто знал о беде друга.

— Вань, я тут что подумал… — заговорщицки начал Валёк, — если прямо не пройти, надо с краю обойти!

Кот на полпути остановил лапу, которую собирался вылизать и с интересом посмотрел на Валентина.

— Перегрелся на солнышке? — шутливо хмыкнул Иван, кивнув на окошко, залитое солнечным светом. — Чёрт! — ругнулся он, расплескав немного кофе, неся его от кофе-машины до стола.

Кот закатил зелёные глазищи.

«И как эти золотые руки, умеющие делать всё на свете, могут вытворять такое: ронять, терять, проливать что-то с завидным постоянством? Это был риторический вопрос», — выдал мысль кот и отвернулся к окну, продолжая внимательно слушать.

— Женская логика иногда бывает полезной, — Валентин выдал очередной перл. — Ещё в школе дело было. Одной девчонке нравился парень из нашего класса — Марк. Он смазливый такой, девки на него пучками вешались. Так вот, Алька тогда додумалась к нему подобраться через его лучшего друга. Втёрлась в доверие, Марк её стал воспринимать как девушку друга, как свою в доску, значит. Но Алька не промах, всё вызнала, все привычки Марка, все пристрастия и начала его охмурять. И ведь вышло! — Валёк эмоционально делился подробностями школьной «Санты-Барбары» давно минувших дней.

«Нехорошо, но действенно», — подумал кот.

— Людей, разделяющих наши интересы, угадывающих желания и имеющих те же привычки, мы быстрей впускаем в свою жизнь, — по-философски проговорил Ваня, немного удивился своему лапидарному умозаключению, и даже оживился.

— Вот! — Валентин хлопнул себя по коленке. — Станешь другом её подруги и до неё доберёшься, — подмигнул подстрекатель.

— Нехорошо, — задумчиво сказал Иван, — но действенно.

Кот громко чихнул на подоконнике. За чихом он скрыл смех, который не смог сдержать.

* * *

Осталось выяснить, какие у Лили — у девушки, в которую безнадёжно влюблён Иван — были подруги. Из числа свободных, конечно. Но если свободных не окажется, то цель — выбрать самую дружелюбную и общительную.

«Будем не очаровывать, а брать на дружбу», — подумал Ваня, прикидывая план действий на ближайшие дни, недели, месяцы… Парень развалился на диване, а на груди у него, в ещё более расслабленной позе, развалился кот.

Сквозь приоткрытую створку окна просачивался вечерний, влажный, пахнущий травой и арбузами, воздух. Хотя на улице ни травы, ни, тем более, арбузов и в помине не было. Снег сходил клочками, как будто зима линяла, медленно превращаясь в весну. Но этот любимый многими запах, когда устанавливалась долгожданная погода со знаком «плюс», невозможно с чем-то спутать. Именно так в марте или в апреле пахли: земля, вода, воздух и кораблики в ручейках.

Иван долго думал о той, которая ему очень помогла бы в его деле. Он представлял ту девушку не столько внешне, сколько по характеру, отношению к людям и к жизни. Чем более спокойным и открытым человеком она — эта гипотетическая подруга — окажется, тем проще осуществить свой план.

«Ты мне нужна, Лилина подружка! Обещаю, не разбивать тебе сердце! Буду аккуратен. Без Лили мне счастья в жизни не видать… Войди в моё положение», — мысленно взывал Иван, мерно поглаживая шерстяного друга.

Кот довольно ухмылялся, читая Ванькины мысли. Усатый хитрец много знал. Дорожки должны были пересечься, раз Иван этого так желал.

Глава 2

— Лёнька! Гад ты хвостатый! — Ваня громко высказал недовольство.

«Сам гад! Бестолочь!», — мысленно ответил кот, но на всякий случай шмыгнул под диван.

— Это был мой завтрак! Понимаешь, МОЙ! — не унимался Ванька, смотря на обгрызенный по краям кусок белого хлеба, на котором совсем недавно был ещё и сыр.

«Для дела надо, — молчаливо хмыкнул Лёнька. — Но сыр был вкусный! Ольтермани? Или всё же Гауда?»

— Блин! Это был последний кусок хлеба! Позавтракал, называется… — продолжал возмущаться хозяин кота. Парень вздохнул, оделся и побрёл к машине.

Добравшись до работы и, только-только переступив порог кабинета, Иван был «награждён» пакетом с документами. Секретарь Юля просяще сложила наманикюренные ручки и попросила отвезти документы заказчику. Ждать курьера пришлось бы долго в это пятничное утро, а бумаги нужны клиенту позарез.

— Жан не против? — уточнил Ваня.

— Он сам попросил, — Юленька закивала в такт своим словам.

Жаном в их дружном коллективе прозвали директора — Евгения Евгеньевича. Молодого начальника Евгения сразу начали называть фамильярно — Женя, а потом уже и Жаном величать стали. Впрочем, парню такое прозвище пришлось по вкусу, и он несопротивлялся творческой выдумке подчинённых.

«Заодно и перекушу по пути», — хитро улыбнулся Иван, вертя в руках пакет-папку.

Перекусить удалось в весьма приличном месте и ни каким-нибудь неполезным бутербродом или гамбургером, а вкусной творожной запеканкой, которая, впрочем, в меню значилась «а-ля тру-ля-ля cheesecake», но название содержимое не портило: порция была добротной и по вкусу напоминала бабушкины сырники. И кофе тоже не подвёл.

Ваня, как обычно, листал ленту новостей в соцсетях, и, опять-таки, как обычно, в стотысячный раз любовался фотографиями Лили. Вздыхал. Осторожно отпивал горячий кофе. И снова вздыхал. «Лайки» давно были проставлены, а на комментарий под фото он решиться не мог. В спокойной обстановке кафе можно было полностью отдаться своим мечтаниям и душевным мукам, не то что в рабочей суете.

Год назад Иван заметил Лилю, когда та прокомментировала фотографию их общего знакомого — коллеги Вани. Очень складно и задорно девушка написала, вот в Ваньке и взыграло любопытство и «побежал» он на её страничку… и запал. А потом случилось совместное выездное мероприятие на работе и там неожиданно оказалась Лиля, которая работала в смежной отрасли.

В реальной жизни девушка выглядела даже симпатичней, чем на фотографиях. Немного пообщавшись с ней и понаблюдав, Ваня сделал вывод, что Лилия — добрый, умный и понимающий человек. Вот только всё портил один факт — у Лили был парень. Но это тогда он был, а сейчас, судя по статусам в соцсетях, девушка осталась одна, но желания с кем-либо заводить отношения не имела.

Ивану очень важно было ничего не испортить. По-кошачьи, хитро и мягко подобраться — самый лучший вариант. Иначе ему грозило быть посланным по известному маршруту и всю жизнь прожить, мучаясь от неразделённой любви.

Ваня пролистывал список друзей Лили, ища «жертву своей дружбы». Список друзей у достаточно общительной Лилии был внушительным. Но тут ему прилетела заявка в друзья от Александры. Парень зашёл на её страничку и расплылся в довольной улыбке: на самой последней фотографии Лиля и Александра стояли в обнимку и подпись гласила, что девушки являются лучшими подругами. Их тёплая переписка под фото это только подтверждала.

— Ну, здравствуй, Саша! — невольно полушёпотом проговорил Ванька, с превеликим удовольствием добавив девушку в список друзей.

* * *

Поделившись своим хитроумным планом с ещё одним посвящённым человеком — двоюродной сестрой — Ваня получил такой вердикт:

— Это болезнь и её надо лечить! — нахмурившись, выдала Ульяна. — Для начала можно и психологом обойтись… — Она ненадолго задумалась и продолжила: — Во! Марат!

— Он сам одинок и вообще всегда ходит с кислой миной, — отмахнулся Иван.

Уля почесала затылок, посмотрела в потолок и продолжила:

— А, что, если она тебя приворожила? Случайно. Очень похоже на правду.

— К колдунье меня поведёшь? — усмехнулся Ванька.

— Колдунья — это прошлый век. К биоэнергетику! К Раисе.

— Она тоже в разводе. Два раза. А ещё её дом недавно обокрали и спина у неё больная: скрюченная ходит!

— Тебе не угодишь! — наигранно вздохнула сестра.

— У хорошего психолога не может быть глупых проблем, у хорошего биоэнергетика — глобальных проблем. Если таковые проблемы имеются, то это попахивает или некомпетентностью, или шарлатанством, — деловито растолковал Ванька.

— Ой, всё! Умный нашёлся! — включила актрису Ульяна, но потом заулыбалась: — Прав ты. Но я помочь же хочу.

— Ценю твоё стремление, — Иван отвесил поклон. — Ладно. Погнал я. Хватит рассиживаться.

Парень подмигнул сестрёнке, подкинул ключи от автомобиля и ловко поймал их, попрощался и умчался прочь. Над дверью зазвенел ловец ветра, покачиваясь причудливыми фигурками. Уля проводила брата с задумчивым видом и принялась создавать очередной букетный шедевр. Работа в цветочном магазине девушке нравилась. К тому же, хозяйкой магазинчика была её мама, поэтому при желании можно было работу прогулять.

Поддержкой Ульянки Ваня не заручился, но это дело времени: любопытство сестрёнки и тяга к приключениям всегда берут верх над здравым смыслом. Возможно, что уже к вечеру Ульяна объявится с кучей вариантов и советов.

Заглянув в соцсеть, Иван был приятно удивлён, что «не только Магомед идёт к горе, но и гора бежит к нему навстречу». Александра лайкнула его фотографии и даже написала под фото с котом: «Очень мило!».

Ваня ликовал. Повод для общения нашёлся — кот Лёнька. Раз из всех фоток именно этой Саша умилилась, то сие означало, что девушка неровно дышит к представителям семейства кошачьих. Впрочем, Лиля так же всегда приходила в восторг от пушистиков, поэтому Ванька обрадовался вдвойне такой удобной теме, которую потом можно хитро использовать.

Иван никогда не считал себя коварным или расчётливым типом, но полезная хитринка в нём присутствовала, и это он не отрицал.

Глава 3

Вечером Ваня никак не мог придумать, что бы такое написать Саше, чтобы сразу её зацепить, увлечь беседой. Правильные первые фразы при знакомстве — это половина успеха. Написать с юмором? Это действенно, но не все с этим самым чувством юмора дружат. Написать серьёзно? В таком случае можно показаться скучным и заурядным…

На выручку пришёл Лёнька, резко запрыгнув к Ваньке на колени, из-за чего первое сообщение Александре выглядело так: «гырхыжмяу». Ваня хотел сразу удалить это случайное безобразие, но Саша шустро ответила.

— И вам гырхыжмяу, — написала девушка и поставила хихикающий смайлик.

— Мой кот оказался смелее меня и первым вам написал, — Иван поддержал шутливый настрой.

На благодатной почве Лёнькиных проделок беседа полилась рекой. Молодые люди сразу нашли кучу общих тем: от домашних любимцев до уровня грамотности в стране.

* * *

Ваня и Саша стали общаться каждый день. Девушка оказалась ему очень близкой, хоть и немного загадочной. Он не упускал возможности лишний раз спросить у неё, как поживает Лиля, и с завидным постоянством передавал приветы своей знакомой и вызнавал подробности о ней.

Шаг за шагом Иван подбирался к Лилии. Вскоре и она стала в шутку слать ему приветы через Сашу.

— Наверное, это выглядит по-дурацки, — Ванька поделился умозаключением с Вальком, когда двое друзей колесили по городу в поисках приключений… хотя нет, в поисках супермаркета, где продавался натуральный йогурт без добавок, который понадобился маме Валентина для очередной кулинарной задумки.

— Не спорю, — хихикнул Валёк, щёлкая кнопкой на пульте от магнитолы с целью найти свою любимую песню. — Эта Саша тебе уже не очень-то и нужна. Миссию выполнила. Почти. Теперь ты напрямую можешь к Лиле подкатить. Она тебя определённо заметила и поставила «плюсик», раз её лучшая подруга с тобой тесно общается и, в чём я уверен, хорошо о тебе отзывается. Мой план был гениален, согласись! — на лице парня засияла «чеширская улыбка».

— Да-да, — подтвердил Иван, но потом задумался. Из колонок полилась любимая Валентином песня на английском языке, где в припеве нежный девичий голосок пел, что больше не позволит себя использовать и что несчастная девица была лишь игрушкой, которую выбросили на обочину жизни…

— Ну-у-у, Ваня! — сокрушался Валёк. — Проехали поворот же! Опять разворачиваться придётся! — фырчал он, как ёжик.

* * *

Время шагало вперёд. Общение с Лилией перешло на новый уровень: из виртуального в реальное. Собираясь на встречу с Лилей, Ваня нервничал, как подросток.

Лёнька потянулся, придирчиво окинул взором хозяина, но остался доволен. Высокий зеленоглазый брюнет одинаково хорошо выглядел и в футболке и спортивных штанах, и в строгом деловом костюме. А уж в модных джинсах и тёмно-зелёном пуловере, удачно оттеняющем цвет глаз, парень смотрелся более чем презентабельно.

Иван приехал на полчаса раньше назначенного времени, припарковался у Лилиного дома и стал просто выжидать.

Весна отвоёвывала территорию, раскрашивая пригретые солнцем участки в сочно-зелёный цвет. Грязь понемногу начала подсыхать. И только большой нахлобученный сугроб на углу дома всё никак не хотел сдаваться. Он сдвинул шапку на лоб, выпятил грязно-снежное пузо и смотрелся неуместным пятном на весеннем празднике жизни.

Ваня вглядывался в окна типичного многоквартирного дома: то тут, то там вспыхивал свет, обнажая жизнь «коробчонок». Разный интерьер, разные люди, но такой похожий жизненный уклад. Особенно вечером это чувствовалось, когда мир будто бы сжимался до размера квартиры. А ведь кто-то нигде больше и не был. Не видел этот большой, странный, но интересный мир. Четыре квартирных стены, магазин за углом, поездка в гости на другой конец города и хорошо, если дача есть… Вся жизнь в коробке. Хорошо это или плохо — непонятно.

Лилия выпорхнула из подъезда и остановилась, ища взглядом Ванин автомобиль. Подмигивание фарами направило девушку в нужном направлении.

Красивая, благоухающая цветочными духами, она уселась на сиденье. Тоже зеленоглазая, и тоже брюнетка. Эти двое были так похожи.

Ванька продолжал нервничать, но, якобы непринуждённо, болтал. Он умел собраться и правильно подать себя, если того требовали обстоятельства.

Его тянуло к этой девушке, как магнитом. Все её фразы, тембр голоса, милая улыбка, лёгкие движения — нравились ему.

«…Самая прекрасная глупость на свете,

Мы в этот вечер одни на планете,

В наших сердцах теплота нарастает,

Это весна! Между нами лёд тает…

…мы влюблены…

…весенние сны…»

Хит этой весны в очередной раз пропел свои незамысловатые слова по радио, но в данном случае песенка не показалась наскучившей, а блеснула актуальностью.

Глава 4

Лилия была прекрасна! Умная и добрая. В меру общительная, в меру спокойная. Не обделённая энтузиазмом. С великолепным музыкальным слухом и голосом: она постоянно что-то мурлыкала себе под нос, или же, наоборот, бойко выдавала куплеты радио-хитов.

Находясь рядом с Лилей, Ваня чувствовал себя по-настоящему счастливым. Спустя некоторое время девушка перебралась в квартиру Ивана. Он спешил домой с работы, как никогда раньше. Они вместе готовили ужин, строили планы на выходные.

«Ох, Ваня-Ваня, как мало тебе для счастья надо», — мысленно улыбался кот.

Лиля быстро нашла подход к Лёньке, подкупив его вкусной едой и почёсыванием за ушком. Конечно, такого кота подобным было не провести, но он видел, что Лилия — добрый и искренний человек, посему легко поддавался на её уловки.

Жизнь — сложная штука. Если два человека одинаково хороши, это ещё не значит, что они созданы друг для друга.

Похожесть Ивана и Лилии заканчивалась там, где она и начиналась — во внешности. В остальном же, они были совершенно разные. Эти двое любили разные блюда, разные книги, разные фильмы… Лиля обожала свежий воздух и проветривания, а Ванька мёрз, но терпел. Но не всегда было так. Устав делать вид, что всё устраивает, пара начала спорить. От мелочей, типа марки кофе, до политической ситуации в мире. Два разных мнения, и самое интересное, что оба правильные (или же неправильные, смотря с чем сравнивать).

Так прошёл год. Устав доказывать друг другу правоту, они отдалились друг от друга. Почти перестали разговаривать, ибо не было в беседах смысла — каждый оставался при своём мнении и, вдобавок, с испорченным настроением.

«Они были такие разные: он любил белые розы, она — красные», — часто повторяла Ульяна, цитируя излюбленную фразу своей мамы. Вроде бы одинаково розы любят, но если придётся выбрать цвет, то согласия никогда не достигнуть.

Ваня и Лиля расстались. Тихо и мирно. Перегорев. Без истерик и претензий. Наверное, больше как друзья, хотя друзьями они никогда не были. Ведь на то он и друг, чтобы быть близким и понятным человеком, иметь общие интересы и взгляды на жизнь. Ваня получил вполне счастливый год жизни с девушкой, которую почти любил, но всё же это была просто сильная влюблённость. Лиля, благодаря Ивану, смогла вновь поверить в искренность чувств, понять, что не все мужчины одинаковые и обязательно «козлики», как считала после расставания с парнем, с которым имела отношения до Вани. Они помогли друг другу стать мудрее и сумели спокойно отпустить.

Но всё равно было тяжело.

Как себя чувствует человек, который привык о ком-то заботиться и что кто-то заботится о нём, а потом вдруг эта взаимная забота исчезает? Опустошённым себя чувствует. Будто потерял что-то, а что — не знает. Будто тоскует по чему-то, чего уже нет и не будет. Это гнетущее и болезненное состояние, но оно не смертельно, и проходит достаточно быстро, если есть на что отвлечься.

Но Ване пока не на что было отвлечься, да и не хотелось. Бывают такие моменты в жизни, когда надо бы что-то изменить и ты это понимаешь, но что-то тебя останавливает. Возможно, лень. А возможно, подсознательное чувство, что время ещё не пришло и нужно «доболеть», плавно выздоравливая.

Он поймал себя на мысли, что хотел бы пообщаться с Сашей. Но не с той, кем она была на самом деле, а с тем человеком, которым показалась емув начале общения. Будто это были две разные личности. Грешным делом, Иван даже выдвигал версии, что переписывался, например, с Сашиной сестрой или мамой, или же, за Александру вообще писала Лиля, и они вместе хохотали над наивным Ванькой. Он пытался прощупать почву у Лилии на этот счёт, но девушка вроде бы как честно не понимала, к чему он клонит.

Иван сделал вывод, что Александра была типичным текстовертом, и в переписке чувствовала себя, как рыба в воде, а вот при реальном общении казалась безбашенной, излишне активной, и, увы, даже немного глуповатой. Впрочем, попытавшись с ней возобновить дружескую переписку, Ваня разочаровался ещё больше. Всё же она была не той, кем ему показалась в начале, пусть и сыграла важную роль в его взаимоотношениях с Лилей.

Было обидно, но Саша даже не запомнила, с чего началось их знакомство, забавное Лёнькино «гырхыжмяу» помнил только Иван. Лишившись истории переписки при взломе его странички в соцсети, он уже и сам сомневался, было ли это слово вообще, раз у Александры оно не осталось в памяти. Да и Валёк, которому Ванька точно рассказывал, тоже так некстати запамятовал.

Ваня скучал, растянувшись на диване. Был включен телевизор, в руках у парня в телефоне болтал бодренький мужичок, рассказывая какой-то лайфхак, во всей квартире горел свет… когда нам одиноко, то эта иллюзия присутствия кого-то, хоть немного скрашивает жизнь.

— Гырхыжмяу! — неожиданно прилетело сообщение от Саши.

— О! Ты вспомнила! — сам не зная, почему, сильно обрадовался Ваня.

— Я и не забывала, — загадочно ответила Александра.

— Но ты же говорила, что не помнишь это слово, — не сдавался Иван.

— Всё не совсем так, — написала Саша и поставила подмигивающий смайлик.

Разговор сразу закрутился, как в старые добрые времена.

Ваня открыл фотографии: она! Снова этот взгляд, словно гипнотизирующий. Эта лёгкая, едва поднимающая уголки губ, улыбка. Почему он весь год видел на фотографиях и в жизни будто бы другую девушку? Вроде и внешность та же, но что-то было не так. Эта девушка с волосами цвета шоколада и серо-голубыми глазами казалась ему настоящей, а ту, которую он достаточно хорошо узнал за год, являлась лишь жалким подобием её.

— Саш, неудобно просить, но давай посидим где-нибудь, а? По чашке кофе по дружбе. Настроения совсем нет, — написал Ванька и скрестил пальцы, затаив дыхание.

— От кофе не откажусь, — сразу согласилась девушка.

Иван очень боялся упустить этот момент, когда Александра показала себя такой, какой ему понравилась: близкой и родной.

Ваня спешно засобирался, на бегу перепрыгивая через развалившегося кота.

«Можешь так не торопиться, бестолочь», — заботливо промурлыкал Лёнька. Он прищурил глаза, цвета майской травы, что буйно начала расти на улице, в связи с резким потеплением, и сладко потянулся. Этот кот как обычно знал очень-очень много.

Глава 5

Иван подъехал к дому Саши. Пред ним предстал миленький двухэтажный домик в частном секторе.

— Люблю грозу в начале мая… — Ваня вслух процитировал классика, подняв взгляд на тёмное небо. Туча неслась, как табун лошадей, чертя яркие полоски молний и громыхая. Штормовое предупреждение, пришедшее на телефон, парень конечно же проигнорировал. Да и кто будет относиться к этим посланиям всерьёз, когда они чуть ли не каждый день приходят? Ветер с неистовой силой начал качать провода и клонить к земле деревья, едва опушённые листвой. Чем ближе была туча-апокалипсис, тем сильнее бушевал ветер. Вскоре, в стекло полетели первые звучные, будто стальные, капли.

Ванька увидел в окне дома силуэт девушки, и тут же раздался телефонный звонок.

— Может быть, переждём? — обеспокоенно предложила Александра. — Давай, я тебе сейчас ворота открою, заезжай в гараж.

Ничего не оставалось делать, как согласиться. Автоматические ворота гаража поднялись и Ванина машина, вся в «тучкиных слезах», плавно заехала. Гараж был частью дома, а не отдельно стоящим зданием. Александра встретила гостя и повела за собой.

Хлоп! И свет потух.

— Чего и следовало ожидать, — посетовала Саша, ища дверную ручку. Внутри помещения, куда они проникли, как воры, прикрываемые тьмой, оказалось гораздо светлее за счёт больших окон.

— Блин, я телефон в машине забыл, — пробормотал Ваня. Не зря Лёнька на него бубнил за рассеянность и забывчивость. — А, ладно, — махнул рукой Ванька, не желая снова ходить по лабиринтам Сашиного дома. Тем более, ему пришлось бы в провожатые брать хозяйку.

— Точно? — уточнила Александра. — А если кто-то будет тебя искать?

— Если только кот, — усмехнулся Ваня. — Кому я могу срочно понадобиться в дождливый вечер понедельника?

Саша улыбнулась. Снова эта загадочная улыбка и мудрый взгляд. И голос будто другой: чуть тише и вкрадчивей, чем обычно.

Подсвечивая себе фонариком с телефона, Александра достала портативный фонарь и пару больших свечей, а потом водрузила на газовую варочную панель металлическую турку, пояснив, что без кофе они не останутся и никакой локальный конец света им не помеха.

За чашкой кофе, в мерцании свечей и, уставившегося в одну точку, света фонаря, они болтали о разных мелочах. К беседующим присоединились две кошки, развалившись: одна у ножки стола, а другая — на свободном стуле.

Александра, что-то вспомнив, резко вскочила и открыла дверцу шкафа. Так на столе появилась коробка с вкусными шоколадными конфетами: тёмный шоколад пришёлся как нельзя лучше к ароматному кофе.

Майский ураган бушевал за окном уже добрых полчаса, не собираясь утихать. Редко буря расходится так надолго, но глобальное изменение климата никто не отменял, поэтому с причудами погоды становилось проще смиряться, чем пытаться найти логику.

Но, несмотря на ненастье, электрики как-то сумели вернуть электроснабжение и неожиданно, до рези в глазах, вспыхнул свет.

— Ура! — игриво проговорила Саша.

Они вдвоём ринулись к окну: дождь нещадно бросался на стекло. В итоге, девушка и парень решили посмотреть фильм, раз оказались заложниками погодных условий.

У Ивана выдался трудный день. Усталость накатила так некстати.

Под финал фильма он, неожиданно для себя, задремал. Подложив руку под голову, прислонившись к спинке дивана, мерно сопя, с отрешённым видом… парень был так мил, расслаблен, непосредственен. Саша тихо выскользнула из помещения, услышав шорох: кошка скребла в дверь, пытаясь попасть в закрытую комнату. По пути девушка зашла в ванную и вымыла руки, но полотенца под рукой не оказалось. Когда Александра вернулась на кухню, то остановилась и залюбовалась Ваней, как любуются спящим ребёнком. Не сводя взгляда, и еле заметно улыбаясь, она вытерла мокрые руки о кухонное полотенце и так и не выпустила тряпицу из рук.

Иван пошевелился, ресницы его задрожали и, вздохнув, лениво приоткрыл глаза. Встретившись с Сашиным пристальным и умилённым взглядом, он, не отдавая себе отчёта, тоже улыбнулся, а потом смутился. Она не собиралась делать вид, что не наблюдала за ним, хотя могла бы вовремя отвернуться или даже уйти.

— Извини. Заснул, — Ваня проговорил виновато, чуть охрипшим после сна голосом. Он поднялся, постоял пару секунд, но потом снова присел на диван.

— Всё равно больше делать нечего. Спи, — заботливо ответила Александра, перестав на него смотреть, и полезла в шкаф за чашкой. — Я тебя разбужу, когда дождь закончится, — добавила она, всматриваясь в заплаканное окно.

Иван нерешительно замер: очень хотелось продолжить приятное занятие и вновь угодить в царство Морфея, но стало немножко не по себе, начало казаться, что это неправильно.

— Спи, — повторила Саша с улыбкой и, плеснув в чашку кипятка, отчего чайный пакетик заплавал «кверху брюшком», ушла с кухни, будто бы в поисках одной из кошек.

Оставшись в одиночестве, Ваня снова прилёг. Сон сладко обволакивал, пытаясь вернуть беглеца обратно.

«Как бы мне хотелось, чтобы она оказалась рядом. Слышать её мерное дыхание — вот предел моих мечтаний сейчас», — подумал он.

Ванька невольно усмехнулся и начал тонуть в мыслях, плавно перетекающих в картинки сна.

Сквозь пока ещё чуткий сон Иван услышал, что Александра вернулась: аккуратно поставила чашку на столешницу, не собираясь её мыть, чтобы не разбудить его. А потом неожиданно, очень тихо и мягко, присела на выступающую часть большого углового дивана, где он спал.

Ваня незаметно приоткрыл глаза: Саша уткнулась в телефон и что-то увлечённо смотрела, или читала. Она переместилась ближе, прижавшись спиной к спинке дивана, и бросила взгляд на парня. Он еле успел зажмуриться и притвориться спящим. Александра встала, но не ушла, а потом что-то тёплое и мягкое окутало его — это был плед. Бережно укрыв парня, девушка вернулась на своё место. Ваня засыпал, слушая её мерное дыхание. И пусть Саша сидела там — на другом краю дивана, но в полнейшей тишине каждый звук отчётливо слышался, вдох-выдох, вдох-выдох… Откуда взялась полнейшая тишина? Наверное, дождь закончился…

* * *

Иван проснулся в своей постели. Нет, он не телепортировался сюда с Сашиного дивана. Немного подремав у Александры в гостях, он пробудился и, как положено вежливому гостю, спешно раскланялся и умчался домой. Сейчас его тревожили мелодичные звуки будильника, призывая начать сборы на работу. Не любил Ваня резкие и излишне бодрые мелодии по утрам, поэтому всегда устанавливал лиричные песни, которые иногда играли с ним злую шутку — убаюкивали.

«Что бы ты без меня делал?», — со вздохом подумал Лёнька и, как парашютист, спрыгнул с подоконника, аккурат приземлившись Ваньке на грудь.

— Сдурел?! — завопил Ваня. — Сколько времени? Чёрт! Чуть не проспал!

По пути на работу, стоя в небольших локальных пробках, Иван думал о Саше. Что за загадку таила в себе эта девушка? Отчего она такая разная? То чужая и непонятная, то родная… впрочем, всё равно непонятная. Словно это были два разных человека — как сёстры-близняшки.

«Близняшки? — Ванин разум уцепился за логичную мысль. — Не-а, Лиля говорила, что Сашка — единственный ребёнок в семье».

Подумав о «сёстрах», Ваня решил позвонить своей сестрёнке:

— Привет, Динь-Динь, — шутливо начал он разговор. Впереди выстроился ряд машин, что даже светофора не видно, хоть он и должен быть где-то там… за вереницей…

— Привет, Иванушка… ду… дорогой, — не осталась в долгу Ульяна. Она уже привыкла к профессиональному прозвищу, но это не означало, что не будет парировать.

— Ночь. Улица. Фонарь… — хохотнул Ванька, — в смысле, вечер. У меня. В семь. Пицца. Как на это смотришь?

— Спрашиваешь ещё! Буду! Жди в семь, — оживилась Уля. Эта девчонка обожала ходить по гостям. Любой поход в гости, даже к близким родственникам, был для неё как праздник.

Рабочий день у Ивана выдался бестолковый: делать было нечего, но и сбежать нереально. Ещё и Жан решил устроить совещание, на котором вопросов, касающихся Ваниных обязанностей, не было. Нет ничего скучнее, чем делать вид, что слушаешь совершенно не интересующие тебя разговоры.

Дома тоже пришлось поскучать до прихода сестры.

И вот, кое-как скоротав время, под аппетитные запахи пиццы с грибами, которую обожала Ульяна, он дождался появление оной.

«Всегда не с пустыми руками», — мысленно похвалил Лёнька, увидев, как Уля начала выкладывать фрукты, сок, конфетки и пакетик с лакомством для кота.

Ульяна была добрейшим человеком, но не наивным и открытым. Из-за этого её настоящую знали только самые близкие люди. Остальные же считали излишне впечатлительной и, как бы странно это ни звучало, излишне позитивной. Этот образ порой портил представление о ней, не каждый мог догадаться, что перед ним умный человек, любящий анализировать и логично рассуждать.

— Что, хитрый Лис, делись! — выдала Ульянка, жуя кусок пиццы. — По взгляду вижу, что-то там в твоём внутреннем мире опять творится, — заулыбалась она.

Лёнька, запрыгнул к девушке на колени и начал приглядываться к пицце, лежащей у неё на тарелке.

— Одиночество меня гнетёт, — выдал братец.

Уля аж перестала жевать. Она взяла чашку, в которой был сок, заглянула туда и задумалась.

— Ты там ответ не увидишь, это не кофейная гуща, — хохотнул Ваня, разрядив обстановку. Ульяна улыбнулась в ответ. Один её вид — голубоглазая блондинка небольшого роста — уже нёс свет, а когда она улыбалась, то на душе становилось теплее. Работа в цветочном магазине накладывала свой отпечаток — девушка и сама выглядела, как нежная роза, но шипы, как и положено, тоже имелись.

— Посмотри на это с другой стороны. Ты не только одинок, но и свободен. Да, семья, любовь — это лучшее, что может быть в жизни, но это и ответственность. Каждый твой шаг под контролем, пусть и под заботливым. — Подумав, выдала Уля. — А сейчас ты можешь тратить деньги на что захочешь, можешь взять и поехать кататься по городу в два часа ночи, потому что тебе так захотелось, можешь разбрасывать вещи по квартире, не боясь получить за это нагоняй… Цени то, что имеешь, но стремись к тому, чего бы тебе хотелось. Цени! Понимаешь?

— Блин, вот зачем я начал с тобой беседовать по душам? — усмехнулся Ваня. — Знал же, что этим всё закончится.

— Всё только начинается. Умничать — это у нас семейное, так что ты недалеко ушёл, — девушка показала брату язык.

Лёнька спрыгнул с коленей и важно протопал к Ваниным ногам.

«Слушай, что тебе говорят, бестолочь», — по-доброму возмутился кот.

— Не ценим то, что мы имеем. А потеряем, так жалеем, — Ивану вынужденно пришлось озвучить эту фразу. — Хотел тебе рассказать одну вещь… историю… странность. К Марату или другим горе-помощникам меня вести не надо, сразу предупреждаю, — хитро улыбнулся Ванька. — Просто поделюсь. Валёк не поймёт, хотя и ты тоже, но с тобой шансов больше, — после этой фразы Ульяне ничего не оставалось делать, как заставить себя понять, раз к её эмпатии больше доверия, чем к Валентиновой.

Выслушав брата, Уля присвистнула (это она умела делать очень хорошо).

— Что за мистика? — довольно потёрла она руки. — У этой твоей Саши…

— Не моей, — поправил Иван.

— У этой не твоей Саши, — хохотнула Уля, — или раздвоение личности, или…

— Вот и интересно, что за второе «или»! Лиля про психические проблемы подруги мне точно рассказала бы. Ты же знаешь, Лилька с теми, кому доверяет, всем делится… — Ваня погрустнел и вздохнул, вспомнив свою бывшую девушку. Нет, его не тянуло к ней, а просто снова нахлынули мысли об одиночестве.

«Это всё весна…», — подумали одновременно и кот, и его хозяин, отчего Лёньке снова пришлось по-актёрски чихнуть, спрятав смех.

— Будь здоров, маленький! — сразу отреагировала Уля.

Ульянка взяла из фруктовой вазы мандарин и начала его чистить. Она, в отличие от основной массы людей, могла есть эти цитрусовые круглый год.

— Саша тоже мандарины любит, — припомнил Ваня и расплылся в глупой улыбке.

— И котов? — веселилась Уля.

— Представь себе! — усмехнулся брат.

Иван обожал забавную Ульянкину фразочку, что если кто-то любит мандарины и котов, то он априори не может быть плохим человеком. Она подметила это чисто случайно и, как это бывает в дружных семьях, фраза прилипла и ею стали пользоваться все близкие.

Причисление к хорошим людям только за одну любовь к оранжевым фруктам и пушистым мурчалкам, выглядело мило и глупо одновременно. Но Ульяна была не так проста. Однажды, подшучивая над сестрой, Ваня получил исчерпывающее разъяснение. Уля объяснила, что любовь к котам подразумевает любовь ко всему живому. Если человек сильно любит кошек, то он и других животных будет любить. Ведь все одинаково хороши, одинаково нуждаются в заботе, внимании и добром отношении: неважно, речь о кошке, собаке, хомяке или ком-то ещё, тут и до людей недалеко. А вот любовь к мандаринам означает, что человек умеет радоваться мелочам. Ведь эти цитрусы сразу ассоциируются с Новым годом, а значит, с подарками, с нарядными ёлками, с семейными посиделками…

Услышав разъяснения Ули, Ваня поразился своему домашнему психологу, читающему людей, как книги. Впрочем, книги читать она тоже обожала, и цветочный магазин давал ей такую возможность.

— Два варианта, — деловито выдала Ульяна, прикинув и сделав пока только ей понятные выводы: — Или, как умелый детектив, собирай улики и подробности и складывай свою мозаику под названием «Странная Саша», или откровенно в лоб задай ей мучающие тебя вопросы. Вот честно, не знаю, какой из способов тут сработает лучше.

Иван вздохнул. Выяснять было глупо, спрашивать — ещё глупее. Он, вроде как, взрослый серьёзный, или почти серьёзный, мужик, мечтающий о нормальной семье, о карьерном росте и о мире во всём мире, а тут придётся устраивать шпионские игры с налётом мистики.

Ваня незаметно улыбнулся.

«Кого мы обманываем? — подумал он, представляя в своём лице всё среднестатистическое население. — Волшебства в жизни хочется, приключений, сказки, мистики… Вот он — шанс вынырнуть из серых будней».

«Ох уж, эти люди-человеки, — хмыкнул кот Лёнька. — Ничего не смыслят в мироздании, — он махнул лапой и огляделся: вроде никто не заметил. — Да, Вселенная?»

«Да, котэ!» — прозвучал ответ, ласковый, игривый и мудрый, словно мурлыканье.

Кот свернулся клубочком, убрал любопытную мордочку под пушистую лапку и умчался навстречу Вселенной, то есть заснул.

Глава 6

Ваня собрался с силами и позвонил Саше на следующий день. Его пугал и сам факт звонка девушке, которая ему интересна, но более волновало то, что она вновь может оказаться не той, которую хотелось бы услышать.

Как это странно… С людьми, которые нам нравятся мы ведём себя так, словно слегка не в себе. Порой два слова связать не можем и лишний раз что-то спросить, а порой, наоборот, бахвалимся и строим из себя самоуверенных крутышек. Из-за такого поведения не все объекты симпатии «доживают» до момента, когда могут узнать нас настоящих. Хотя, может, в этом и состоит своеобразный естественный отбор и выявление родственности душ, вопреки причудам психики и стереотипам.

— Привет! Предлагаю повторить! — бойко начал Ванька, не уточняя, что именно, чтобы выстроить диалог. Эта уловка очень часто срабатывает при общении по телефону. Вот при переписке подобное может вызвать другую реакцию, а когда слышишь интонацию в голосе, то можно и психологически поиграть.

— Привет, Вань! Повторить кофе? Грозу? Или ещё что-то? — Александра сразу поймала волну.

Иван довольно заулыбался и чуть не врезался тележкой в блуждающего по супермаркету, как и он, покупателя.

— Чуть ДТП в магазине не устроил, — смешливо проговорил Ваня, поделившись произошедшим. — Наезд продуктовой тележки на пешехода с колбасой и батоном.

В трубке послышалось хихиканье. Да, определённо Саша была «той самой» — правильной.

— Так, что? Кофе повторим? Можно и грозу попытаться устроить, — Ванька вернулся к вопросу.

— Сделать хотел грозу, а получил козу… — напела Александра, но потом смутилась. Видно, что девушка имела хороший голос, но редко показывала способности на публике.

— Розовую козу с какой-то там полосой, — поддержал Ваня и сквозь трубку почувствовал, что Саша благодарно улыбнулась: меньше всего ей хотелось обсуждать сейчас свои вокальные данные или стать объектом шутки.

Разговор вышел лёгким и позитивным и вылился в договорённость встретиться в восемь и поехать в кафе.

Собираясь почти что на свидание, Иван мучился мыслями:

«Понаблюдать или спросить?», — чесал он макушку.

«Она прикольная всё же», — глупо улыбнулся Ванька.

«А что, если?.. Встречаться с Лилиной подругой — это странно…», — озарила очередная мысль светлую Ванину голову, хотя это забавно звучит, применяемо к брюнетам.

«Хи-хи-хи!», — это уже подумал Лёнька, следя изумрудами глаз за хаотичными передвижениями Ивана по квартире. Когда мы задумчивы, то можем повторять одни и те же действия и не замечать этого, или же, ходить-бродить по чудной траектории.

Вместо грозы майский вечер решил побаловать горожан теплотой и полным штилем. Приятнейшая погода. Тепло, пахнет сиренью и нежными ароматами цветущих плодовых деревьев. На ещё светлом небосводе начинают проклёвываться первые звёзды — едва уловимые. Город тихонько жужжит, замедляя суету, снуёт машинами, которые всё чаще спешат по приятным делам, а не по рабочим, вынужденным.

— Какое дерево красивое! — восхищённо проговорила Александра, рассматривая опутанный гирляндой клён, растущий у входа в кафе, куда как раз выходило окно. Один-единственный свободный столик в кафешке и такое удачное расположение.

— Ага. А я как-то видел берёзу в звёздах, — поделился Ваня. Про это он никому не рассказывал — казалось глупостью. Но с Сашей почему-то захотелось поделиться.

Александра улыбнулась, подтверждая интерес и готовность слушать.

— Этой зимой, у Валентина на даче. Мы там на праздниках были. Пошли прогуляться компанией, заодно и собаку его выгулять. На обратном пути я немного отстал: шнурок завязывал, — заулыбался Иван, — а потом стал их догонять и мельком обратил внимание на дерево и даже остановился: берёза стояла чуть в стороне на опушке лесочка, а за ней раскинулось яркое звёздное небо. А веточки у берёзки голые, вот и кажется, что звёзды повисли на ней, как фонарики. Ни одно дерево в гирляндах не сравнится с такой природной красотой! Ведь это неповторимый момент. Даже спустя час небо будет другим… И не факт, что можно вновь такой ракурс поймать, что звёзды «повиснут» на ветках… — Ваня увлёкся рассказом. — Глупо, да? — засмеялся он, заметив Сашину улыбку.

— Нет, не глупо, — девушка замотала головой, подтверждая свои слова. — Мило. Правильно.

Ванька удивился и чуть приподнял брови.

— Правильно, что ты решил уделить внимание этому моменту. Так и нужно делать! — сразу объяснила Александра. — Ты заметил красоту и запомнил. Маленькая радость в копилочку важных и приятных воспоминаний.

Иван поймал себя на мысли, что ему легко. Вот именно так. Не нужно выстраивать сложные схемы, не нужно бояться сказать что-то не то, не нужно вообще кого-то из себя строить — Саша его понимает и поддерживает. Это было новое и странное чувство. Он ни разу его не испытывал с чужими людьми — с не родственниками и старыми друзьями. Даже с Лилей, к которой у него были самые сильные чувства по сравнению с другими девушками, с кем он заводил отношения, нечувствовалось такого родства. Лилия являлась прекрасным, чутким человеком, но столь далёким от Ванькиного внутреннего мира.

— Саш, — Ваня посерьёзнел. Он поймал взгляд серо-голубых глаз, которые не пытались спрятаться за длинными волосами, поскольку те были собраны в тугой хвост. — Саш, я сейчас спрошу у тебя полную чушь, если хочешь, то можешь проигнорировать вопрос и забыть о нём.

В глазах Александры заиграли огоньки: от интереса или… или опять это «или»?

— Почему ты такая разная? С чем это связано? Я познакомился с тобой в интернете, мы переписывались часами напролёт, ты мне казалась близкой, но потом, весь год, мы практически не общались, ты смотрела на меня, как на чужака! — Иван задумался, и Саша его не торопила. — Или это всё из-за Лили? Из-за наших с ней отношений? — снизошло на него логичное озарение, и он мысленно начал себя ругать, что раньше об этом не догадался и теперь выставляет себя дураком перед Лилькиной подругой.

Ваня сбился с мысли и резко умолк, хотя со стороны казалось, что он сказал всё, что хотел, и продолжать не собирался.

— Я была тебе полезной? — без обиняков неожиданно спросила Александра.

— Да, — тихо ответил Иван. Ведь так и было: Саша сблизила его с Лилей тогда и вытаскивала из тоски сейчас, значит, не просто «была», а приносит пользу до сих пор.

— Ты скучал по мне этот год? — с мягкой улыбкой вновь задала нетипичный вопрос Саша. Это не было кокетством или торжеством женской уверенности, что она настолько незабываема, что по ней обязательно должны скучать. Это было что-то другое. Что-то странное…

Ваня молча кивнул, не желая выдавать подробности.

Александра вздохнула и посмотрела в окно — на подмигивающий огоньками клён.

— Если есть польза, то есть и человек. Разве не тот настоящий, по кому мы скучаем? — философски высказалась Саша. — Вань, меня не было тут этот год. Если расскажу, как есть, то ты не поверишь и сбежишь, не желая меня больше видеть — и тогда точно не увидишь.

Иван, пусть и почитывал фантастику и любил фильмы в таком жанре, пусть и был готов к приключениям и мистические истории всегда щекотали нервы и вызывали жгучий интерес, но Сашин тон и содержание фраз заставили его задуматься: а так ли он хочет знать эту странную правду?

— Мистика! Загадки! — Ваня сделал шаманские пасы руками, веселясь. — Саш, что между нами, как ты думаешь? — обаятельно улыбнувшись, парень перевёл тему, попытавшись застать девушку врасплох. Иван струсил и не захотел узнавать непонятные подробности: была вероятность, что после подобного разговора он начнёт считать сумасшедшим человеком или Александру, или себя. Правда не всегда приносит облегчение, порой она только разочаровывает.

— Между нами не любовь, — чуть смутившись, но с игривыми чёртиками во взгляде, проговорила Саша, — но это не мешает нам быть двумя половинками чего-то целого. Чего-то важного и личного. Чего-то, что касается только нас двоих.

Эффект получился обратный — Саша застала врасплох Ивана. Он прищёлкнул языком, сказал: «Ха! Даже так!», и надолго задумался. Из мыслей его выдернула официантка и терпко-карамельный запах кофе на подносе.

Не сговариваясь, дальше парень и девушка продолжили беседовать на простые темы, обсуждая погоду, события дня и новости у друзей.

Глава 7

Александра и Иван неторопливо сближались. Всё больше и больше времени проводили вместе. Сашина тайна, в наличие которой он не сомневался, не давала ему покоя, но Ваня не хотел рушить их, ставшие тёплыми, дружескими, отношения.

«Влюблённые такие дурачки! — мечтательно думал Лёнька в упор уставившись на хозяина, — но самые прекрасные дурачки на свете».

На пороге квартиры появился Валёк.

— У-у, ты, морда лохматая! — он погладил по голове кота, скорее даже потрепал его, как собаку.

Лёнька решил, что надо срочно подложить Валентину в ботинок игрушечную мышь. Пусть удивится. На более изощрённые проделки с ботинками кот никогда бы не пошёл — он был слишком умён и хорошо воспитан.

— Ну, бро, давай рассказывай, — теперь порция дружеского внимания досталась и Ване. — Как ты до такой жизни докатился? Видели-видели тебя с Сашей. Не зря ты с неё начал, — загоготал Валёк, — или ты опять на Лильку лыжи навострил?

— Иди ты, знаешь куда? — незлобно огрызнулся Иван и улыбнулся.

— Куда бы ты меня ни послал, всё равно придётся идти со мной, — подняв указательный палец, глаголил друг.

— Саша хорошая девчонка, — ответил Иван, чтобы Валёк отвалил со своими расспросами.

— А весь год твердил, что она тупая!

— Я такого не говорил! — возмутился Ваня и даже привстал с дивана, на котором до этого сидел в расслабленной позе. — Она… она… — Ванька подбирал слова, чтобы попытаться рассказать о «раздвоении личности» и не вызвать встречных ненужных вопросов. — Отстань! Ничего тебе не скажу! — выдал он в итоге.

Хотелось и говорить о Саше постоянно, и ничего о ней не рассказывать. Непонятное желание.

Иван влюблялся в неё постепенно. Словно его затягивало в космический водоворот. Та ситуация, когда начинаешь задыхаться без любимого человека. Ощущаешь себя неполноценным, лишённым части, будто душа потеряла одно крыло и с нимутратила способность летать. Уже не можешь радоваться жизни, как прежде, без этого человека. Объект симпатии должен присутствовать во всех важных и обычных будничных событиях. Ты думаешь о нём и невольно улыбаешься, ты пытаешься разговаривать о нём с близкими и даже с посторонними — так кажется, что любимый человек становится ближе. Но, в то же время, стараешься спрятать свои чувства от окружающих, потому что они сокровенные, самые важные и ценные.

— Хе-хе. Дурачок такой. Точно влюбился! — выдал эксперт по сердечным делам, то бишь Валентин.

«Ладно, прощу. Не буду мышами пугать», — мысленно заулыбался кот и гордо прошёлся по спинке дивана.

* * *

В один из летних вечеров Ваня и Саша увлечённо переписывались. Незаметно своим пологом город укрыла ночь — пока ещё светлая и тускло светящая звёздами, но быстро сгущающая краски. У Ваньки на работе были заморочки — вроде бы не серьёзные, но всё равно неприятные. Ещё и у родителей запланированная поездка сорвалась. В общем, тот самый случай, когда мелкие неприятности, сговорившись, собираются в большого «хомяка» и грызут тебя изнутри, как яблочко.

— Я прям сейчас сорвался бы и приехал к тебе, — полушутя, полусерьёзно написал Иван.

— Приезжай, я не против, — ответила Александра.

Ваня задумался. Полдвенадцатого! Удобно ли? Из вежливости и сочувствия Саша так ответила? Или, может, действительно рада будет его увидеть — даже такого смурного и грустного?

«Лучше сделать и жалеть, чем не сделать и жалеть. Всё равно жалеть», — прокрутил он в голове известную истину.

Сев в машину, Иван покатил по ночному городу, который как всегда не спал. Город снял дневную строгую одежду и надел загадочный ночной костюм. Огни, музыка, пары, компании… тишина спальных районов, где дома, как детишки в кроватках, закрытые веки окон в офисных зданиях, пёстрые светофоры, и бесконечная белая разделительная полоса. Она делит жизнь на попутных и встречных, ведёт вперёд, как путеводитель.

Когда Ваня оказался в районе города, где жила Александра, картинка сменилась. Думалось, что тут — в частном секторе — ещё тише, чем в спальных районах, но нет. И здесь сон не мог поглотить всех. Собравшись уютной компашкой, хаотично расставив скутеры и велосипеды, местная молодёжь восседала за столиком под фонарём у одного из домов. Ребята спорили, подкалывали, смеялись, что-то показывали друг другу в своих телефонах. На столе лежала старенькая потрёпанная колода карт.

«Есть что-то, что неподвластно времени», — усмехнулся Иван, заприметив карты.

Саша встретила Ваню у ворот и потянула пить чай. Её родители уже спали, и Иван чувствовал себя не совсем уместно в доме. В итоге, он уговорил Александру посидеть на улице — погода располагала к этому.

Усевшись на широкие ступени лестницы, что вела из второго (дополнительного) выхода из дома с кухни, парень и девушка начали беседовать. В руках тёплые чашки. Над головой мириады звёзд, что набрались сил и засветились по-ночному, по-настоящему. Вдалеке, на большой иве монотоннонапевала птичка. Лёгкий шаловливый ветер при порывах запрыгивал в чашки, пробуя чай, а потом выныривал и трепал волосы.

Ваня всё говорил и говорил, а Саша слушала. Внимательно, вдумчиво, отвечая на его вопросы, но не перебивая. В этот момент казалось, что в серебристо-небесных глазах девушки плескается космос — отсветы от фонаря играли бликами.

Жестикулируя, Ванька случайно не больно задел Сашино плечо.

— Ой, извини, — смутился он, по инерции дотронувшись до места, куда угодил рукой. При прикосновении к плечу девушки, пальцы его предательски дрогнули.

«Не лучше пацанов, что там за столиком сидели», — Иван мысленно возмутился своему поведению. Вроде не мальчишка, вроде не романтичный и не сентиментальный. Вроде уже прилично вкусил жизни и женской ласки. Но тогда, что это? Почему сердце заходится? Почему дрожь унять невозможно, какие психологические методы ни применяй?

Саша с нежностью на него посмотрела. Та девушка, которую Ваня знал весь год, та Лилина подруга, точно отпустила бы шуточку насчёт Ваниного мандража или непонимающе спросила: «Ты, что, замёрз?», но Александра деликатно не стала акцентироваться.

Иван ловил себя на мысли, что он хочет стать ближе к Саше, но не хочет торопить события. Она казалась ему хрупким цветком, который нельзя было срывать. Такими цветами нужно любоваться, вдыхать их аромат и заботливо пересаживать в отдельный цветочный горшок, если захочешь, чтобы цветочек стал твоим.

Их дружба, их одухотворённые и понимающие отношения, что постепенно выстраивались, стоили гораздо дороже «статуса пары».

Ваня вспомнил фразу Александры, что между ними не любовь, но это не мешает им чувствовать себя двумя половинками чего-то целого. Возможно, она была права. Но насчёт любви всёоказалось не так просто. На пути к нейоставалась лишь одна преграда — Сашина тайна.

Глава 8

Спустя некоторое время Ваня твёрдо решил, что пора прояснить все «туманности и шероховатости». Парень прекрасно понимал, что, начни он разговор с Александрой о её двойственности, то получит ответ. Она не будет юлить. Девушка словно оберегала его от правды, но при его желании была готова открыть карты.

Договорившись с Сашей о встрече вечером у него, Иван по пути с работы заскочил к группе поддержки в лице одного человека — Ульяны. Сестра подбодрила его. Всем бы таких двоюродных сестёр!

Ванька жутко нервничал. Одно дело, вести странные разговоры с человеком, который тебе безразличен, но совершенно другое — с тем, в кого влюблён.

Александра сказала, что приедет сама и забирать её не нужно, поэтому Ваня просто слонялся по квартире, ожидая оговоренного часа «Х».

Девушка чуть опоздала, чем заставила его ещё больше нервничать.

Войдя в Ванино жилище, Саша принялась умилённо рассматривать всё вокруг.

«Здравствуй, загадочная Саша!», — мысленно поприветствовал её кот.

«Привет, котэ!», — ответила Александра.

«О! Да ты меня слышишь!», — оживился Лёнька.

«А то! Конечно, слышу. Телекинезирую», — улыбнулась девушка и принялась гладить кота по шёрстке.

«Давно я тебя ждал, — мурлыкнул Лёнька. — Уверен, мы сработаемся!», — он выгнул спину дугой, а потом приподнялся на задних лапках, «боднув» Александру в подбородок.

— Милаха! — выдала Саша.

— Он не со всеми такой, — сразу оживился Ванька, выглянув с кухни. — Ты ему просто понравилась.

«И не только ему, то есть мне», — добавил кот.

«Прекрати выдавать все тайны хозяина!», — Александра взяла кота на руки, мерно поглаживая.

«Ничего. Сейчас и до твоих тайн очередь дойдёт. Он тебя не просто так позвал в гости», — съехидничал Лёнька.

«Спасибо за предупреждение», — чуть посерьёзнела Саша.

Александра медленно проследовала на кухню. Она встала рядом с холодильником, не зная, куда идти дальше. Ваня не слышал, как девушка пришла, и она его немного напугала своим бесшумным появлением, но он виду не подал.

— Ты так тихо ходишь, как привидение, — Иван всё же решил акцентироваться на этом. Он обаятельно улыбнулся.

— А ты слышал, как ходят привидения? — парировала Саша тоже с улыбкой.

— Если ты не призрак, то не слышал, — Иван поддержал тему.

Кофе-машина закончила свою работу и можно было приниматься за умопомрачительно пахнущий напиток.

Из четырёх стульев, окруживших стол, Александра выбрала тот, что стоял ближе к окну. Из приоткрытой створки просачивался пьянящий летний аромат. Пахло тёплым вечером, сочной листвой, сладко-пряными цветами… и могло бы пахнуть автомобильными выхлопами, потому что на парковку заехало сразу несколько машин, но не пахло, будто окно решило отфильтровать романтические запахи от обыденно-житейских.

«Ой, что сейчас будет…», — подумал Лёнька, предвкушая необычную беседу. Он, как Саша ранее, бесшумно пришёл на кухню. Но ему, будучи представителем семейства кошачьих, положено уметь так ходить.

За кофе с пирожными парень и девушка разболтались о чём-то несерьёзном, они смеялись, шутили, но каждый из них знал, что разговор всё равно уйдёт в нужное русло.

Когда очередная тема была исчерпана, и буквально на несколько секунд повисла тишина, Иван решил задать мучавший его вопрос:

— Саш, мне не даёт покоя наш тот разговор… — он вздохнул. — Ты говорила, что тебя не было весь год. Но… так не бывает, чтобы человек и был, и не был где-то, — Ваня потёр лоб, понимая, что его слова звучат как чушь.

— Надо быть там, где ты действительно нужен, — выдала Александра. Она тоже вздохнула, посмотрела в окно, собираясь с мыслями. Лёнька потёрся об её ногу, давая понять, что с ней заодно.

Иван ждал разъяснений, какими бы они ни были.

— Я думаю, ты часто слышал, что привычная картина мира не совсем правильная, — Саша начала издалека, но иначе невозможно было объяснить. — Помнишь, ты очень желал, чтобы у Лили была подруга, которая будет тебе полезна? Открытая, добрая, желающая помочь.

Ваня кивнул, но потом подумал, что придавался подобным мечтаниям наедине с собой, ну или озвучивал мысли коту на автопилоте. Если и говорил о подобном Валентину или Ульяне, то вскользь, без подробностей.

— Вань, ты сам притянул меня в свою жизнь. Твоё желание было настолько сильным и чистым, что Вселенная откликнулась на призыв. Ты не чинил себе преград, как чаще бывает. Вот с Лилей, например. Ведь даже и помыслить не мог, чтобы она взяла и сама тебе написала. У тебя были установки, что это невозможно, что она тебя не помнит, что тебе надо сначала самому её заинтересовать и тому подобное… А со мной всё было иначе. Ты просто захотел этого безо всяких внутренних «но» и получил.

— Ничего не понимаю! — занервничал Иван. Не похоже было, что Саша морочит ему голову и издевается, но и на правду всё это тоже не сильно походило. — Подруга у Лили была и до того, как я захотел с ней… с тобой познакомиться. Как это — сам притянул?

Парень встал и подошёл к стене, прислонившись к ней спиной и скрестил руки на груди.

— Тебя удивляет, что я на неё похожа? Логично. — Александра старалась сохранить серьёзный тон, но не потерять мягкость и дружелюбность. — Использовать похожие образы — двойников — гораздо проще при изменении реальности. Так меньше приходится подстраивать, меньше убирать несостыковок.

— Двойников?! — Ваня чуть повысил голос, но потом осёкся. Даже если у Александры и было не всё в порядке с головой, то она в этом не виновата.

«Не верит…», — вздохнул кот.

«Сами творят чудеса, но не понимают этого… Я ожидала, что так будет», — девушка печально ответила Лёньке.

— Это сложно, — Саша попыталась продолжить объяснение. — Дело не в двойниках, а в разных реальностях.

Ванька хмыкнул. Они словно обсуждали книгу или фильм, но никак не настоящую жизнь.

— Саш, если у тебя какие-то психические проблемы, то я пойму. Раздвоение личности. Даже шизофрения. Я привык к тебе. Ты мне нравишься. И ты вроде не опасна для общества, — выдал Иван и испугался своих же слов. И чего больше испугался сам не понял: то ли, что девушка обидится, то ли, что его предположения — правда.

Лёнька укоризненно глянул на хозяина. В его зелёных глазах читалось разочарование и чувство превосходства одновременно.

«Бестолочь…», — подумал кот и демонстративно отвернулся к стене, будто в гладких нежно-сиреневых обоях было что-то и впрямь интересное.

Саша поняла, что в разговоре, утёкшем в такое русло, уже невозможно объяснить то, что она хотела.

— Вселенная играючи меняет реальности, — немного отстранённо проговорила девушка. — Как нужно, так и делает. И никто не замечает изменений.

— Тогда, почему я заметил? — Иван проявил интерес, и Александра немного оживилась.

— Потому что ты сам притянул меня. Но у тебя был и помощник, — Саша бросила беглый взгляд на кота, смотрящего в стену, как в экран телевизора, и решила, что это уже будет перебор — рассказывать о роли кошек и других домашних животных в системе мироздания.

— Саш, ты мне мозг сломаешь! — раздосадовано выдал Ванька и сел на стул. Он посмотрел в пустую чашку и решил приготовить ещё чашечку кофе, а может, и пару-тройку.

— Извини, — выдала девушка. — Мне лучше уйти, — как можно беспристрастней, но с едва уловимой ноткой горечи в интонации, проговорила она.

Саша встала и тихо вышла с кухни. Ваня проводил её растерянным взглядом: он не знал, стоит ли её задерживать? Возможно, единственным верным решением было — забыть эту девушку, пока влюблённость не переросла в нечто большее.

— Так ты — не она? Не Лилина подруга? — не удержался он и ухватился за соломинку, от которой сам же только что отмахивался.

Ваня проследовал в коридор за своей гостьей.

— Я — не она. Но я Лилина подруга, — мягко проговорила Александра. В этой реальности я существую.

Саша неожиданно дотронулась до Ваниной руки — прикосновение было нежным и тёплым.

— Я живая. Я настоящая. Просто пришла сюда иным путём. Кто-то вселяется во вновь создаваемое тело, растёт, взрослеет… Этот способ ты и сам знаешь. Но есть и другой — можно появиться «уже готовым человеком». Но для этого необходимо быть тут действительно нужным и полезным. В тебя должны закачать много энергии, чтобы возникла способность проявиться здесь физически. — Александра умолкла, понимая, что её откровения вызывают у Ивана ещё большее непонимание. — Это не так невообразимо, как кажется. Ведь мы все — энерго-информационные структуры. Если нет тела, не значит, что нет разума, — добавила она, завязывая шнурки на ярких кедах.

Ванька бросил на Сашу прощальный взгляд. Он понимал, что теряет её.

— Пока, — тихо проговорил он. — Я подумаю над всем этим, — добавил Ваня, но получилось, что будто сказал это из вежливости.

— Пока, — кивнула Александра и грустно улыбнулась.

«Очень жаль», — кот мысленно поддержал девушку и даже мяукнул от досады.

«Тупиковая ветвь Вселенской эволюции!», — это Лёнька адресовал уже Ивану, но парень, конечно же, его не услышал.

За Александрой захлопнулась дверь, и Ваня ещё долго смотрел в одну точку, как Лёнька ранее.

— Может, это просто я бестолочь, — выдал Иван.

«Да неужели! Что вы говорите!», — съехидничал кот и вонзил коготки в колено хозяину, потянувшись.

— Лёнька! Гад! Я тебе не когтеточка! — шикнул Ванька, но Лёньки и след уже простыл. Кот с разбегу взобрался на подоконник и проводил взглядом уезжающую машину Александры.

Глава 9

После странной беседы с Сашей Иван впал в непонятное состояние, близкое к меланхолии. Но на людях этого не показывал. Он продолжал вроде как радоваться жизни, шутить, не отказывался от предложений друзей развлечься… Вот только приходя домой и оставаясь наедине со своими мыслями, он чувствовал, что на душе скребли кошки.

Ваня скучал по Саше. Скучал по той, которая, пусть и была странноватой, но казалась понимающей, искренней и родной.

Он вспоминал её дымчато-голубые глаза. Их цвет, как весеннее небо, по которому рябью пошли тучки. Вспоминал её длинные, оттенка шоколада, волосы, которые прядками лезли на лицо, пытаясь спрятать хозяйку. Вспоминал её нежные руки, с изящными тонкими пальцами — как у прирождённой пианистки. Эта девушка была красива, но не казалась куколкой или дивой, она одна из тех, кого увидишь и не забудешь. И самая большая глупость и абсурдность состояла в том, что это он мог сказать именно про «свою Сашу», а не про Лилину подругу, с которой общался весь год.

«Какие же эти две девушки разные! Даже внешне. А что говорить про характер…», — прокручивал мысли Иван, смотря в засвеченное городское небо. Но столь разные ипостаси одного и того же человека не укладывались в логику и привычную картину мира, поэтому Ванька гнал подобные мысли прочь. Ему хотелось забыть Александру, но в равной степени и помнить о ней.

«Если хочешь забыть, то забудешь, — мудро выдал кот. — Да, Вселенная?»

«Да, котэ. Я помогаю, а желания вы создаёте сами».

— Не хочу её забывать! — сказал Иван и испугался своего голоса. — Чокнешься! — констатировал он вновь вслух, сетуя, что начал разговаривать сам с собой.

* * *

После последней встречи Иван так и не осмелился поговорить с Сашей или написать ей. Парень не хотел окончательно разочароваться, оттягивая момент их беседы. Ведь он обещал подумать «надо всем этим», но чем больше думал, тем сильнее запутывался. Она тоже играла в молчанку.

Несколько раз возникала мысль позвонить и пообщаться как ни в чём не бывало. Вдруг прокатит? Или вообще извиниться за своё поведение и сделать вид, что он ей поверил и замять тему, продолжив приятное общение. Но честно ли так? В первую очередь нечестно перед собой. Да и не любил Ванька извиняться. Этот парень старался по жизни как можно меньше косячить, потому что извинения ему давались нелегко. И уж если он просил прощения у кого-то, то это было выстрадано, искренне и от души.

Увидев на сайте новую фотку у Лили, Ваня начал с ней разговор, написав комплимент — правдивый и непредвзятый. Он уважал Лилию за то, что она не держала зла и с мудростью прошла через разрыв их отношений. Да, не друзья, но уж и конечно, не враги. Ванька знал, что Лиле можно доверять.

Иван умело увёл разговор, пытаясь что-то вызнать про Сашу. Глупо и забавно это выглядело: ситуация повторялась, но с точностью наоборот.

«Сашка на отдыхе. Греется на солнышке», — поделилась Лиля.

Ванькино сердце ёкнуло. Поездка на отдых не укладывалась во временные рамки. Возможно, Лилия напутала даты, но ситуация казалась крайне подозрительной…

— Неужели, другая реальность? — прошептал он. — А вдруг, всё правда? Не так уж и сказочно выглядел Сашин рассказ.

Лёнька прыгнул с дивана, и Иван от неожиданности вздрогнул.

«Что мы знаем о Вселенной? — подумал парень. — Если у нас в физике есть величины, которые мы принимаем на веру. Все наши эталоны меры расстояния, веса, времени… — это всего лишь наша придумка: придумали себе и от этого пляшем. А сколько всего мы не знаем! Сколько всего не воспринимается нашими органами чувств и оттого мы считаем, что этого нет. Ведь мы не слышим ультразвук, но он есть. И летучие мыши им мастерски пользуются…»

Ваня улёгся на диван, уставившись в потолок.

«Как много рассказов про странных двойников. И про дежавю. И про то, что наши мысли материальны и фантазии могут оживать. А коллективный разум! Если несколько человек закачают энергию мысли в какой-то образ, то это сила! Что, если Сашины слова — правда? Вселенной ничего не стоит менять реальность и подстраивать что-то. Как мы, играя с детьми, можем показывать им фокусы, можем прятать какие-то вещи, которые им брать не нужно, и говорить, что вещь исчезла. А они (дети) верят! И мы — дети Вселенной — верим…»

«Ёшкин кот! Снизошло просветление! Дай, я тебя обниму, что ли, на радостях!», — повёл ухом кот и прошёлся по спинке дивана, а потом увалился рядом с Ваней.

За такими сложными мировоззренческими мыслями Иван почти задремал.

— Саша! — неожиданно резко привстал он, чем потревожил прикорнувшего Лёньку. — Другая реальность! Я её потерял! Навсегда! Дело не в поездке. Теперь её тут нет, поэтому она молчит!

«Без истерик, молодой человек», — недовольно махнул хвостом кот. — «Будет тебе урок», — добавил он и закрыл мохнатой лапкой мордочку, скручиваясь в клубок.

Иван заглянул в соцсеть и вновь пересмотрел фотографии Александры — не она…

Ваня не знал, что делать дальше. Нужно было посоветоваться. Но с кем? Выбирая между Ульяной и Валентином, он решил, что лучше «взять оптом». Иван договорился с другом и сестрой о встрече в небольшом кафе недалеко от дома. Сборища в таком составе уже бывали, поэтому Ванькино желание попить кофейку двое приглашённых восприняли с энтузиазмом.

— Мне помощь нужна, — выдал Ваня, когда новости были исчерпаны. Иван слушал Валька и Улю всё это время, кивал, что-то добавлял, но мысли его находились далеко. Ему хотелось поскорее перейти к делу.

— Что стряслось? Давно тебя таким не видела, — запереживала Ульяна.

Посмотрев на сосредоточенное лицо Ули, Валентин удержался от шуточки, которая возможно пришлась бы к месту.

— Я не псих. У меня не переутомление. Я высыпаюсь. Я не насмотрелся фильмов. Я не шучу, — Ваня сразу перечислил все возможные варианты, а потом приступил к рассказу о «Странной Саше».

Валёк сначала усмехался, потом пытался найти подвох, затем начал чесать затылок, и под конец разговора положил подбородок на сцепленные руки, с задумчивым видом смотря на друга.

Ульяна же, напротив, изначально напряглась и барабанила длинными ногтями по крышке стола, но чем больше рассказывал брат, тем воодушевлённее становилось её лицо, а в глазах читался неподдельный интерес.

— Чертовщина какая-то, — закончил Ванька. — Знаю. Звучит, как бред. Но это моя жизнь. Реальная, блин!

Валентин и Ульяна слишком хорошо знали этого парня, наверное, как никто другой. Даже родители не всегда могли угадать, где Иван шутит, а где — нет. А вот друг и двоюродная сестра прекрасно улавливали оттенки интонации и взгляд Вани, когда тот издевался или прикалывался.

Валёк и Уля переглянулись, подтверждая свои догадки, что Ванька говорил всё на полном серьёзе, и теперь он просит помощи в поисках девушки из параллельной реальности.

Сестра и друг находились в шоке, и Иван их отлично понимал, потому что ранее и сам не поверил в Сашин рассказ.

Все трое договорились подумать и выдвинуть предложения, а сейчас лучшим вариантом было — отправиться по домам.

Уже будучи дома и готовясь лечь спать, Ваня получил сообщение от Ули в соцсети.

— Вань, ты там как? — вопрошала заботливая сестра.

— Да, нормально. Как и до этого, — отозвался парень.

Лёньке даже взгрустнулось на волне этих событий. Он уставился в окно — на дорогу вдалеке, по которой, будто бы летела стайка светлячков, но на самом деле это был нескончаемый поток машин. Движение, не прекращающееся ни днём, ни ночью. Благо и проклятье больших городов — никогда не спать.

— Нет ничего горестней тоски по несуществующему, — выдала Уля. — Это как влюбиться в книжного или киношного героя. Уж поверь, я знаю про это не понаслышке, — девушка добавила смайлик с улыбочкой. — Хотя твоя ситуация куда хуже. В случае с персонажами ты точно уверен, что никогда их не встретишь, а тут ты уже видел, ощущал, прикоснулся к ней, а потом она растаяла. И нет такой силы, которая может её вернуть.

— Ну, спасибо, сеструха, подняла настроение, ничего не скажешь, — съязвил Ванька.

— Я надеюсь на лучшее, но готовлю тебя к худшему. Ведь мы обычные людишки, а не боги. Если ничего не выйдет, то придётся пережить и идти дальше, — философствовала Ульяна.

— Пойду-ка я лучше спать, — ответил Иван, но добавил весёлый смайлик с подмигиванием. — Разберёмся. Доброй ночи, Динь-Динь.

«Эй, Вселенная, приём!» — мысленно обратился кот, при этом щуря глаза и делая вид, что безмятежно дремлет.

«Уверен, котэ? Ты же не хотел помогать!»

«Я же добрый. А ты всемогущая. Давай что-нибудь нашаманим. Надо спасать положение!», — ответил Лёнька.

«И нет такой силы, которая может её вернуть, — это уже подумал Ваня, прокручивая обрывки фраз из переписки. — Сила есть. Та же, что её сюда и отправила. Эй, Вселенная, приём!»

Лёнька стукнулся лбом о стекло и чуть не уронил горшок с цветком.

«От Саши была польза! И без неё мне хуже, чем с ней. Я скучаю. И чувствую потребность в её присутствии, — Иван медленно отчеканивал мысли, словно Вселенная была умственно отсталой, и при иной подаче вряд ли бы смогла его понять. — Разве это не причина, чтобы она вернулась? Разве не тот настоящий, по кому мы скучаем? Может быть, я сам её придумал, но Саша реальна! И она мне нужна…»

«Ничто не мешает миру быть таким, как в фантастических книгах, а не в учебниках по физике, — помыслил кот. — Думай о ней, — Лёнька аккуратно спрыгнул с подоконника и пришёл к хозяину на кровать, — думай об Александре, верь в неё, в то, что её присутствие тут необходимо. Этим ты усилишь её до такой степени, что она сможет материализоваться здесь. Пусть дух обретёт плоть. Ведь она тоже хочет вернуться к тебе, бестолочь! — котэ ласково посмотрел на засыпающего Ивана. — И другие пусть тоже верят и надеются. Сила мысли, сила желания и мечты, сила доброго намерения — безграничны и могущественны».

— Ты прав, Лёнька… — пробормотал Ваня, проваливаясь в сон. Наутро он, конечно, не вспомнит, что слышал речь кота, но содержание кошачьего монолога в подсознании точно останется и поможет.

Глава 10

Нас разделяют прослойки миров,

И паутина из нитей-реальностей,

Чудо впустить в свою жизнь я готов,

Хочет душа распахнуться для странностей

Я до тебя всё равно дотянусь,

Пусть все твердят: «Мироздание — физика!»

Слышишь, Вселенная, я не боюсь!

«Если за это сочтут меня шизиком», — сдерживая смех, добавил кот и прыгнул к Ивану на колени. Парень отрешённо посмотрел на Лёньку, потом на ложку, которой ел творог. Ваня завтракал и одновременно записывал стихотворение в блокнот телефона. Он пытался придумать последнюю строчку, но вдохновение покинуло его так же неожиданно, как и нагрянуло.

«Какие мы стали мечтательные и тонко чувствующие. Стихи пишем. Ба! — по-доброму усмехнулся кот. — Вот что любовь с людьми делает. Да не только с людьми, со всеми».

Был выходной. Редкий случай — полное отсутствие планов. Иван выключил кондиционер и распахнул окно: в комнату ворвались звуки города и поток воздуха — по-летнему тёплый, но пока ещё похожий на свежий. Мужчина на стоянке громко разговаривал, нарезая круги вокруг машины, и обрывки фраз залетали в окно, но суть трудно было уловить. Двое детей гулко стучали мячом по асфальтированной дорожке: они ждали кого-то у подъезда. А ведь там, за глазастыми длинноногими многоэтажками, за блестящими крыльями машин, за близнецами-супермаркетами была река. И так, наверное, хорошо на её берегу. Ветерок стал бы колыхать футболку, прибрежная высокая трава принялась бы шептаться, облака, как сливочное мороженое, плыли бы по двум мирам: воздушному и водному.

— Себя не узнаю, — вздохнул Ванька, а кот кивнул, но потом осознал свою оплошность. — Чего киваешь, друг? — усмехнулся Иван. — Можно подумать, что меня понимаешь, — Ваня решил поговорить с котом. Почему бы и нет? — Все мысли были забиты насущным: работа, дом, развлечения. А сейчас что-то изменилось. И почему принято считать, что мужики не умеют размышлять о красивом, о любви, о трепетном и нежном? Эх, как мало девушек, которые понимают, что мужчина — существо ранимое в душе, хоть и с виду сильное.

Лёнька поставил лапки на плечо хозяина, проявив мужскую солидарность.

— А Саша понимала… — добавил Иван. — А я дурак, — подвёл он итог и отошёл от окна.

«Хватит на себя наговаривать, — пожалел его кот. — Иди лучше строчку последнюю допиши. И тарелку помой, а то вон мухи из окна налетели. О! Мухи!» — Лёнька нашёл себе занятие на ближайшие минут десять-пятнадцать.

Ближе к обеду Ваня решил поддаться настроению и поехать к реке. На самом деле ему хотелось побыть там одному, но он обмолвился о поездке Валентину и тот захотел присоединиться вместе со своей девушкой, с которой только-только начал встречаться. А потом и Ульяна изъявила желание. Пошла цепная реакция, на речку вместе с Иваном собралось ещё пять человек, помимо уже имеющихся троих компаньонов.

«Сам всех собрал, но впору самому не ехать», — невесело усмехнулся он от этой мысли.

Как это здорово — быть компанейским человеком: тем, у кого всегда есть в запасе пара-тройка приятелей; тем, у кого часто интересуются: «Как поживаешь? Что у тебя нового? Всё ли в порядке?». Это приятное чувство нужности и возможности в любой момент устроить себе праздник, даже без повода, потому что всегда рядом люди, готовые поддержать любой кипиш. Иметь большой круг общения — прекрасно. Вот только за исключением одного-единственного случая, когда с сердцем не всё в порядке и на душе тоскливо, что волком выть хочется. В такие моменты никто не сможет тебя по-настоящему отвлечь или развлечь, все будут только раздражать. Нужно дать себе время, чтобы поиграть в хмурого одиночку, главное, — не заиграться.

Желание поехать к реке пересилило нежелание натянуто улыбаться в толпе, и Ваня не отказался от поездки.

Непривычную нелюдимость Ивана друзья списали на головную боль: именно на неё парень и сослался. Голова действительно побаливала, но самую малость, но для «приставучих с вопросами» пришлось прикинуться актёром и рассказать, что она нещадно трещит. Получив порцию шуточек о бессонной ночи и загуле накануне, а потом заботливые хлопоты Ули с предложением таблетки, Ванька, наконец, был оставлен загорать на солнышке, а все остальные умчались купаться.

Ваня крутил в руках телефон, и пару раз уронил его в песок, чертыхаясь при этом. Приходили сообщения в соцсети и когда оповещений накопилось слишком много, Иван решил заглянуть туда.

— Гырхыжмяу! — увидел Ваня и его словно током прошибло.

— Саша, это ты?! — написал он полнейшую глупость, если смотреть со стороны.

— Это я, — ответила девушка с позитивным смайликом.

— Настоящая? — не унимался Ванька. — Моя? — добавил он и заулыбался своему вопросу.

Александра какое-то время не отвечала, и Иван занервничал.

— Твоя, — ответила Саша. — Привет тебе от Вселенной!

Ваня сорвался с места, собирая вещи. В этот момент как раз из воды вышла мокрая и запыхавшаяся Уля.

— Ты чего? Ты куда? — растеряно спросила она у брата.

— Долой физику! Да здравствует фантастика! — выдал Ванька, чмокнул сестру в нос, возмутившись, что она холодная, как лягушка, махнул «водоплавающим» друзьям и уехал.

— Ой, дурной какой! — имея в виду Ивана, отрешённо проговорила Уля подошедшему Вальку.

— Куда он? — теперь пришла очередь Валентина вопрошать.

— Навстречу приключениям, — ответила Ульяна, постепенно догадываясь, что или кто мог так сильно взбудоражить умирающего от головной боли брата. — Зря мы сомневались, Валёк. Вселенная нас слышит.

— Может, мне у неё тоже чего-нибудь заказать? — заговорщицки поговорил Валентин, потирая мокрые руки.

— Она не официант, а друг! Бестолочь! — Улька по-дружески ткнула парня кулаком в плечо.

— А я верил, что Саша вернётся, — неожиданно признался Валёк.

— И я, — тепло улыбнулась Ульяна.

Глава 11

Ваня летел с ветерком под звуки бодрой песенки. Мир из унылого и раздражающего превратился в радужный и весёлый. Интересно, это мир поменялся или всего лишь восприятие?

Примчавшись домой, Иван первым делом позвонил Саше:

— Прости, что сразу не поверил! Что мне нужно сделать, чтобы ты больше не ушла «туда»? — в лоб спросил Ванька.

— Верить в меня. Пока я нужна и полезна тебе и этому миру, я буду здесь, — вкрадчиво ответила девушка.

— Ты мне нужна! И всегда будешь нужна! — разоткровенничался Ваня. — Мы родственные души.

«Одна душа на двоих у нас», — подумала Саша, но не озвучила это.

— Да, Вань, так и есть. Может быть, тебе кажется, что я мудрая, как Вселенная, раз могу уходить и приходить сюда, но это не так. Я тоже не знала, что мы настолько близкие. Я просто была нужна здесь, и я пришла, но оказалось, что пришла к своему человеку.

Их разговор был столь откровенным, словно общались люди, которые не первый год вместе, а они ведь даже толком не встречались. Но им не казалось странной эта честная задушевная беседа. Взаимные искренние чувства не гоже марать недомолвками и игрой на публику.

— Обними своего кота! Он молодец! — сказала Саша, и Ваня бросил подозрительный взгляд на Лёньку, а тот ему подмигнул, а потом сощурил зелёные изумруды.

Александра была сейчас с родителями в гостях и не могла вырваться, поскольку они туда только приехали. Мудрая Вселенная умело встраивала «нужных людей» в этот мир. Никто не замечал изменений. Жизнь будто бы текла своим чередом. Конечно же, существовали и избранные, которые знали правду: у них свои цели, они помогали, наблюдали, контролировали. Были и те, кто помнил какое-то время, а потом безболезненно забывал: в их памяти происходила замена воспоминаний — такая участь ждала Ульяну и Валентина. Но Ваня уже точно не забудет, потому что он и Саша — две половинки единого целого. Эти двое — то редкое исключение, которому Вселенная даёт шанс познать чуть больше тайн мироздания.

Глава 12

Ближе к ночи Иван и Александра наконец встретились. Они решили добраться до кафе и поболтать за чашечкой столь любимого ими кофе.

Город переключался на ночной режим. Он был тёплый, пахнущий бензином, духами и грозовой тучей, которая огибала его, не желая заглядывать в гости. Она мерцала далёкими зарницами, что едва можно различить на фоне огней и задравших носы зданий.

Ваня остановил машину.

— Приехали? — Саша завертела головой, удивляясь, что не заметила, как они добрались до места.

— Пока нет. Сейчас. Есть одно дельце, — пробубнил Иван и резво выскочил из автомобиля. Он открыл дверь с пассажирской стороны, выпуская Александру.

Она вышла, продолжая осматриваться: пустая парковка у супермаркета, вдалеке — яркая цветная вывеска, с другой стороны — жилой квартал.

Ваня неожиданно прижал девушку к себе. Порывисто притянул, но потом нежно погладил по плечам и спине. Саша молча уткнулась ему в грудь и ощутила приятный запах парфюма, в котором смешались насыщенные цитрусовые нотки и лёгкая, грозовая, как у далёкой тучи, свежесть. Он же чувствовал аромат шоколада в её духах, таких пленительных и манящих, как сладкое ночью.

— Давай наделаем глупостей? Самых дурацких! Таких, о которых можно вспоминать до старости… — предложил Иван. Никто из них уже не сомневался, что старость они встретят вместе. А как иначе, когда сама Вселенная с ними заодно?

В машине зазвучала мелодия. «Imagine Dragons». Кто же ещё?

Ванька ловко дотянулся до ручки, не выпуская Сашу из объятий, и распахнул дверь: мелодия вылилась на них, как летний дождь в открытое окно при порыве ветра.

Ваня отстранился, сделав шаг назад, и протянул Саше руку, приглашая на танец.

— Шутишь? — проговорила Александра, но в серо-голубых глазах забегали игривые чёртики.

— Нет, — с улыбкой ответил Иван.

Ночь. Звуки музыки из машины. И странная парочка, которая танцует… и целуется. Исчезли город и все его обитатели. Все перешли в другое измерение, а в этом только двое — он и она.

* * *

— Вселенна-а-ая?

— Что, котэ?

— Что для счастья надо?

— Быть счастливым.

— А как быть счастливым?

— Разрешать себе быть таковым и не чинить преград. Разве ты не знаешь, кот? — улыбчиво уточнила Вселенная.

— Я-то знаю, а многие — нет. Для них стараюсь, — обвил себя хвостом Лёнька. — Невозможное возможно?

— Возможно, если ты это таковым считаешь. Честно считаешь. Каждой частичкой души и разума.

— А ты со всеми заодно?

— С теми, кто творит добро. А ещё я люблю мечтателей.

— И людей с чувством юмора, — деловито дополнил кот.

— Ага. Я же сама — шутница.

— Благодарю, Вселенная!

— И я тебя, помощник.

Лёнька свернулся клубочком и принялся путешествовать по другим мирам — там столько дел! «Конь не валялся»! Но очень интересных дел: важных и нужных.

Content

Елена Чалова
ЗАОДНО С КОТОМ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12