chate

НЕКРОМАНТ

Лорд-некромант с простым именем Ландыш зевнул и, застегивая на ходу пуговицы на рубашке, направился к обзорному окну. Из-за эксперимента, который нельзя было прервать, он лег спать незадолго до полудня, и вот теперь его сон прервали самым бессовестным образом. В последнее время все чаще и чаще сюда заявлялись бродячие рыцари, странствующие принцы, изгоняющие злых духов священники и прочие искатели счастья, а вернее денег, коих, по слухам, в башне некроманта водилось великое множество. Месяца не проходило, чтобы пятеро-шестеро глупцов, по одному или парами, не начинали тарабанить в ворота, требуя выйти на честный бой. Угу, честный, как же. Все эти приверженцы доброты ни о какой честности и не думали. В девяти случаях из десяти в лорда так и норовили ткнуть отравленным оружием или метали исподтишка молнии, когда он отворачивался, а десятый юлил, планируя сначала втереться в доверие, чтобы узнать тайну некроманта, и уже потом его прикончить. Все это смешило Ландыша, поскольку он был надежно защищен магическими щитами как от боевой магии, так и от оружия, в том числе от стрел. С ядами благородным искателям приключений тоже не везло, поскольку никакая отрава на некроманта уже давно не действовала.

— Посмотрим, кто к нам пожаловал, нагло прервав мой сон, — пробормотал Ландыш.

Щелчок пальцев — и обзорное окно посветлело, позволяя разглядеть того, кто уже час с упорством дятла долбился в ворота. Там стоял рыцарь, мало того — светлый паладин, судя по белому плащу со стилизованным изображением пламени на спине. Плащ мало защищал своего хозяина от проливного дождя, который не прекращался уже сутки. Позади паладина топтался немолодой и явно усталый конь, к седлу которого были приторочены два мешка.

— Экий нахал, — восхитился упорством паладина лорд-некромант. — Рядом деревня — шел бы туда, переночевал, дождь переждал, потом бы и приходил, так нет, долбится.

Устав работать кулаками, паладин отвернулся от ворот, но не успел Ландыш обрадоваться его уходу, как воин света прислонился спиной к мокрому металлу и начал монотонно долбить в них ногой: сначала левой, потом, видимо утомившись, правой, а через некоторое время вновь левой.

— Ну что ты будешь делать? Этот точно не уйдет.

Ландыш вздохнул, поправил кружевные манжеты на рукавах, проверил завязки на штанах — мало ли что? — и направился вниз, чтобы встретить гостя. Перед тем как выйти под дождь, он навесил над собой отторгающее воду заклинание, но, сделав первый же шаг, поморщился. Увы, но к обуви такое заклинание не прицепишь, а потому пришлось сделать несколько шагов, шлепая по лужам.

— Кто ты? И по какому праву рискнул потревожить покой жителей этого дома?

Усиленный магией голос прогремел над округой. Конь за воротами испуганно всхрапнул, но на паладина это не произвело никакого впечатления. Он еще пару раз долбанул по воротам, видимо, не сразу понял, что это к нему обращались, и только потом отступил, отвечая:

— Я Карс, светлый паладин на службе его величества Копуса Справедливого.

— Скорее Копуса Подкаблучника, — пробормотал себе под нос Ландыш, прекрасно зная, что страной управляла королева, дама весьма решительная и волевая, не позволявшая супругу особо разгуляться. — И что же угодно его августейшему величеству от бедного некроманта?

— Может, впустишь меня в башню? Там и поговорим.

— Наглость — второе счастье, — вздохнул некромант, отдавая воротам приказ открыться.

В принципе, пускать паладина в дом не хотелось: мокрый, он непременно наследит на паркете и намочит ковры, а слуги-зомби настолько тупые, что поручить им качественную уборку невозможно — все равно не справятся. Но любопытство не дало выгнать гостя. Мало того, что Ландыш хотел узнать, зачем понадобился королю, так еще и другой интерес проснулся: как именно паладин будет убивать злобного некроманта? Не верилось, что кто-то может убраться из башни и не попытаться прикончить ее хозяина.

— Коня поставь туда, — Ландыш махнул рукой в сторону сарая, служившего и конюшней, если это было необходимо, — а сам заходи в дом. Только плащ свой и сапоги оставь на входе, нечего мне тут грязь разводить.

Лорд занял свое излюбленное кресло у камина, небрежно скинув туфли, чтобы погреть ноги у огня. Он лениво шевелил пальцами, чувствуя, как тепло обволакивало его, и блаженно прикрыл глаза, прислушиваясь к тому, что происходило в его доме. Паладин действительно задержался, устраивая своего коня на ночь, затем зашел в дом, разулся, снял плащ, повесив его на крючок для просушки, и только потом босиком потопал по коридору, заглядывая по пути во все комнаты в поисках некроманта. Он стучался, заглядывал, но не заходил, что уже было забавно, поскольку до него никто такой щепетильностью не страдал. Когда же дверь в каминный зал отворилась, Ландыш махнул паладину рукой, призывая войти, а затем указал на соседнее кресло.

— Итак, чем могу быть полезен?

— А как мне к вам обращаться? — Карс неловко потоптался у светлого кресла, явно не решаясь присесть.

— Обращайся на «ты», а зовут меня Ландыш. И, прежде чем начнешь спрашивать, почему именно так, отвечу, что это довольно ядовитое растение, хотя и прекрасное, — некромант поправил кружевные манжеты и откинул за спину белесые волосы, стянутые в низкий хвост. — А теперь сядь — терпеть не могу разговаривать с запрокинутой головой — и начинай рассказ.

Устроившись в кресле, паладин опустил на пол мешки, что снял с седла своего верного коня, и полез в один из них, чтобы извлечь…

— Это еще что такое? — брови Ландыша недоуменно приподнялись, пока он разглядывал труп птицы со свернутой шеей, что держал в руках паладин.

— Это любимый белый кречет королевы. Он погиб по вине… не важно, по чьей вине, но его нужно срочно воскресить, чтобы королева через три дня могла отправиться с ним на охоту, иначе…

— Иначе его величеству грозит крупный скандал, а возможно, и рукоприкладство со стороны его дражайшей супруги.

— Ну, можно и так сказать. Сумму за работу назначь сам, — паладин достал увесистый кошель с королевским гербом, демонстрируя платежеспособность.

— Хм, — некромант усмехнулся, прикрыв глаза. История становилась все интереснее и интереснее, вызывая желание… поиграть. Паладин был хорош собой, молод и, чего уж греха таить, привлекателен, а у Ландыша давно никого не было. — Я могу воскресить кречета, но мне не нужны деньги или еще какие-либо материальные блага от короля. Чем расплачиваться будешь?

— А-а… а чем надо? — Карс непонимающе похлопал ресницами, и Ландыш умилился, до чего убедительно у него получилось сыграть святую простоту. Или это не игра?

— Ты девственник?

Паладин от такого вопроса закашлялся, побелел, покраснел, а потом еще и позеленел, видимо, для разнообразия.

— Так, спокойно, только в обморок мне тут не падай. — По мановению руки к некроманту подплыла бутылка вина и пара бокалов. — На вот, выпей, сразу полегчает. Это особое вино, мой личный сбор, больше нигде такого не попробуешь.

О том, что в вино входили особые травки, помогающие расслабиться, Ландыш умолчал. Карс тяжело вздохнул, послушно сделал несколько глотков и задохнулся с непривычки. Крепкими винами он явно не часто угощался, а если еще и все заветы светлого воинства соблюдал… Да-а, игра обещала быть интересной.

— Сколько тебе лет, детка?

— Я не детка, мне двадцать два, — паладин гордо вскинул подбородок, демонстрируя свою взрослость, но Ландыш недоверчиво хмыкнул, и Карс смутился, отводя взгляд. — Через два дня исполнится, — добавил он едва слышно, а потом помолчал немного и спросил: — А поесть у тебя ничего не будет?

— Боги, мало того, что молоко на губах едва обсохло, так еще и голодный, — всплеснул руками некромант, пролив немного вина из бокала на рукав, отчего по кружеву расползлось красное пятно. — Ладно, посиди пока, сейчас что-нибудь приготовлю.

Слугам-зомби готовку тоже нельзя было доверять: или спалят что-нибудь, или сырым подадут, а Ландыш любил питаться хорошо и вкусно. Наскоро оглядев свои запасы, он взялся за тесто, замесив его на кислом молоке. Тушеная капуста пошла на начинку, и вскоре на сковороде уже шкварчали пирожки, которые было решено подать к холодной говядине, оставшейся с обеда. Рядом на огне закипел чайник, в который некромант всыпал горсть сушеных ягод, так что вскоре по кухне поплыл приятный аромат.

Когда еда была готова, Ландыш сложил все на поднос, вызвал слугу-зомби и, велев ему нести все следом, направился в центральную каминную комнату. Гость оказался на месте: свернувшись в кресле калачиком, он мирно… спал.

— Н-да, двадцать лет, а ведет себя как подросток, — вздохнул некромант, отобрал у зомби поднос и велел принести к камину маленький столик, на который и опустил ужин для паладина. — Эй, господин светлый воин, подъем!

Карс вздрогнул, сел, опустив ноги на пол, и потер глаза, сладко зевая.

— Ух, как вкусно пахнет, — восхитился он и мигом ухватился за ближайший пирожок. Жадно откусив, начал жевать, блаженно постанывая.

— Ты запивай, а не стони. Подавишься еще, не ровен час.

Угукнув, паладин отхлебнул ягодного напитка, блаженно вздохнул и вновь взялся за пирожки.

— Боже, — простонал он, беря последний пирожок с тарелки, — как же хорошо. Был бы ты дамой, нарушил бы я свой обет безбрачия и женился — слово чести.

— Да-а? — некромант прикрыл глаза, и губы его растянулись в коварной улыбке. — Был бы я женщиной — согласился бы, а так… надо подумать.

Паладин от этих слов поперхнулся, отчаянно краснея.

— Я это… того… ну, как бы…

— Пошутил?

— Да-да, пошутил. Пошутил, — Карс отчаянно закивал, так что Ландыш даже испугался, не сломается ли его тонкая шея. И как вообще это недоразумение в паладины попало? Воины света — могучие бойцы, а этот… Впрочем, чего голову ломать, если можно спросить.

— А как ты в паладины попал?

И снова Карс покраснел, но на этот раз заалели даже уши, хорошо видимые из-за короткой стрижки.

— Отец похлопотал.

— И кто у нас папа?

— Я… не могу сказать, — потупился паладин, поджимая губы. Ландыш же взглянул на короткие рыжеватые волосы, синие глаза, чуть курносый нос, тонкие черты лица, явно благородные, хотя и не обязательно доставшиеся в наследство от обоих родителей. Потом прикинул, на кого из дворян Карс мог бы походить, и… присвистнул.

— Вот уж не думал, что наш тихоня Копус решится завести ребенка на стороне.

— Как ты?.. — Карс даже побледнел, но некромант поднял ладони, показывая, что не причинит вреда.

— Твой секрет не выйдет за стены этого дома. Не бойся меня. Я просто догадался. Некоторые черты отца у тебя во внешности присутствуют, и внимательный человек догадается без проблем. Ты закончил ужинать? — Карс кивнул, все еще с недоверием глядя на некроманта. — Комнату тебе уже подготовили. Есть еще пожелания? Оживлением до завтрашнего утра я все равно заниматься не буду.

— Пожелание только одно, — паладин с сомнением оглядел помещение, — мне бы место, чтобы помолиться.

— Ну, знаешь… — Ландыш подобной просьбы никак не ожидал. — Молельной комнаты у меня не предусмотрено, поэтому молись где хочешь. Спальня для тебя приготовлена — слева вторая дверь. Теплая вода в ванной комнате постоянно, можешь пользоваться. Полотенца там же, а вот запасной пижамы, извини, нет.

— Мне не надо, — мотнул головой Карс, — я без пижамы сплю.

Он был так увлечен своими размышлениями, что не обратил внимания на хищный взгляд некроманта.

Как только паладин вышел из комнаты, Ландыш подождал несколько минут, чтобы увериться наверняка, что тот уже не вернется, и подошел к стене справа от камина. Легкий пасс рукой — и часть стены беззвучно отъехала в сторону, обнажая темное нутро потайного хода. Пройдя два десятка шагов по коридору, некромант нашарил на стене выпуклость потайного глазка и сдвинул ее в сторону, припадая к образовавшемуся отверстию: Карс принимал душ, блаженствуя под теплыми струями, изредка ловя их губами. Глядя на то, как по стройному, поджарому, молодому телу текла вода, Ландыш чуть не застонал, настолько соблазнительным было зрелище.

Однако долго плескаться Карс не стал. Наскоро вытершись, он направился в спальню, даже не обернувшись полотенцем. Ландыш тоже переместился по коридору, выискивая лучшую точку обзора. Сразу паладин спать не лег, а подошел к окну, за которым уже царила ночь. Сквозь тяжелые дождевые тучи не было видно ни звезд, ни луны, да и в открытое окно веяло довольно прохладным воздухом, но паладина это не смутило. Он опустился на колени, сложил руки в молитвенном жесте и забормотал молитву, призывая благость на… хозяина этого дома. Некроманту даже на минуту стало стыдно за свои намерения, но… только на мгновение.

Дождавшись, когда Карс помолится и ляжет в постель, Ландыш вернулся в комнату, взял початую бутылку вина и двинулся по коридору к комнате паладина. Стучаться не стал — все-таки он был у себя дома, — а просто толкнул дверь и вошел, отметив, с какой скоростью Карс накрылся одеялом, натянув его до подбородка.

— Я пришел пожелать тебе спокойной ночи и принес вина. С ним сон станет слаще, — Ландыш налил вино в бокал и протянул его паладину. Тот нехотя выпростал руку из-под одеяла, принял подношение и быстро осушил бокал, после чего вопросительно уставился на некроманта.

— И что теперь?

— Теперь? А давай побеседуем, — как будто ничего особенного не происходило, произнес Ландыш, усаживаясь на кровать и отпивая глоток вина прямо из горлышка.

— О чем? Я вообще-то спать хочу.

— Да? А я не хочу, — Ландыш притворно вздохнул и подлил вина в бокал Карса. Тот машинально отпил, потом удивленно посмотрел в полупустой бокал, пожал плечами и, допив остальное одним глотком, закашлялся.

— По-моему, кха-кха, ты решил меня споить. Зачем?

— Хочу. Я тебя накормил?

— Накормил.

— Помолиться дал?

— Э-э, ну да, дал. А при чем тут?..

— А теперь я хочу любви. Хоть чуть-чуть, — Ландыш развел пальцы, показывая, насколько малую толику любви он просил за свои благодеяния.

— Ну, я не знаю, — Карс смущенно отвел взгляд и подтянул одеяло повыше. — Я давал клятву безбрачия.

— Так я замуж тебя и не зову. К тому же в паладины тебя определили, чтобы избежать появления детей, которые могут претендовать на власть в обход законных наследников. Самим паладинам запрещено занимать руководящие посты в светском обществе, так что тебе корона не светит. К тому же паладинов поят специальным отваром, предотвращающим зачатие, даже если кто-то нарушит клятву и свяжется с женщиной, но и тут тебе со мной ничего не грозит — я рожать от тебя не собираюсь.

— Это все я и так знаю. Его величество со мной говорил, когда меня принимали в корпус паладинов, и все пояснил, только…

— Что? Только ты слова нарушить не можешь? Так ты и не нарушишь. Просто позволь тебя поцеловать. Одному так пусто и тоскливо, а ты один, как и я, даже если тебя окружают тысячи людей. Кому, как не мне, знать это.

— Я не знаю. Но от одного поцелуя ведь ничего не будет?

— Ничего, — проурчал Ландыш, склоняясь над паладином.

Карс впоследствии мало что мог пояснить из происходящего, зато Ландыш понимал все. Он искусно соблазнял, используя ласку ртом и руками, выцеловывал кожу в чувствительных местах и рисовал языком замысловатые узоры. Когда же его губы обхватили член, Карс взвыл, запрокидывая голову, и кончил, пачкая спермой лицо некроманта. Пока он переводил дыхание, Ландыш принес полотенце, вытер паладина и прилег рядом, поглаживая пальцами его живот.

— Понравилось? — голос некроманта напоминал урчание сытого кота.

Карс кивнул, облизывая пересохшие губы, и Ландыш тут же поднес ему бокал с вином, а когда тот опустел — перекинул ногу через бедра паладина и поерзал обнаженным задом по начавшему вновь наливаться силой члену.

— Продолжим?

Паладин на это вновь молча кивнул, глядя на Ландыша широко открытыми глазами. Он немного боялся того, что должно было произойти, но все получилось немного иначе, чем ему представлялось. Ландыш сам принял его в себя, даря такое удовольствие, какого Карс еще никогда не знал.

Заснули они в одной кровати, а утром, когда паладин открыл глаза, некроманта рядом не было, зато на спинке кровати сидел нахохлившийся белый кречет, неодобрительно поглядывающий на разоспавшегося человека, а рядом стоял походный мешок, наполненный горячими пирожками. Карс наскоро оделся и обошел всю башню, обыскал каждую комнату, чуть не зарубил пару зомби-слуг, попавшихся ему по дороге, но Ландыша нигде не было. Он словно сквозь землю провалился.

— Так, значит, да? — разозлившийся паладин остановился у камина, сжимая кулаки. — Ешь, молись, люби, а потом убирайся вон, поскольку надоел? Так я навязываться не привык. Прощай!

В потайной комнате у обзорного окна стоял некромант, задумчиво глядя на удаляющегося всадника.

— Как думаешь, вернется он?

Слуга-зомби, замерший около хозяина, промолчал, что было вполне естественно, но Ландышу его ответ и не нужен был.

— Вернется. Мы еще не все выяснили. Да и пирожки мои ему явно понравились. Обязательно вернется.

Ландыш прижал ладони к холодному стеклу, с тоской глядя вслед удаляющемуся всаднику. Он просто терпеть не мог прощаться, особенно зная, что это может быть навсегда.

— Вернется…

***

Грохот в ворота разбудил Ландыша на рассвете. Он сел на кровати, широко зевая, и со стоном потер ладонями лицо, пытаясь отогнать остатки сна.

— Кого там принесло в такую рань?

И даже подскочил на месте, когда услышал громкий крик за окном:

— Дяденька некромант, дайте покушать, а то так помолиться охота, что даже отлюбить некого!</p>

Content

chate
НЕКРОМАНТ