Чернявская Юлия Вячеславовна

Замуж через побег [СИ]

Юлия Чернявская

ЗАМУЖ ЧЕРЕЗ ПОБЕГ

Девушка откинула полог шатра, вошла внутрь. С трудом стянув обувь, повалилась на походную лежанку. Когда она только соглашалась на эту работу, ей казалось, что это лучший способ сбежать как можно дальше от навязываемого родней жениха, показать самостоятельность, начать жить своей жизнью на новом месте. Долго ли эта жизнь продолжиться? Кажется, нет. Место оказалось гиблым во всех смыслах этого слова. Из исследовательского отряда в два десятка человек, не считая носильщиков, охранников и проводников, осталось не больше половины. Кто-то не смог преодолеть маршрут, оставшись в джунглях навсегда. Кто-то уже здесь подцепил лихорадку. А кто-то банально сбежал, едва понял, чем все грозит. Искать пятерку самоубийц, что покинула лагерь несколько недель назад, не стали. Сил на это не было ни у кого.

Немного отлежавшись, девушка потянулась к стакану на низеньком столике возле лежанки. Выпив в пару больших глотков мерзкую на вкус жидкость, упала обратно, стараясь отдышаться. Впрочем, последнее не удалось — ее быстро скрутил приступ кашля. А вода только во фляжке, на другой стороне шатра. И не позовешь никого на помощь остальным куда хуже.

Девушка ползком добралась до заветной фляги, сделала несколько глотков чуть затхлой воды. Говорят, нельзя, лихорадку подцепит. Какая разница? Она и так может умереть от воспаления легких, если болезнь не пройдет сама по себе. И не говорите, что она — маг. Простые люди уже давно не в состоянии ничего сделать, на что-то еще способны как раз маги. А что толку? Да, они знают несколько заклинаний от насморка, заживляющие царапины, ускоряющие сращивание костей. Кто знал, что лекаря укусит ядовитая змея? Вот и они не знали. Впрочем, даже если бы и знали, все равно не помогло. Яд подействовал почти мгновенно. К тому же место это было каким-то аномальным. Магия тут работала весьма странно. Заклинание могло сработать, могло не сработать, а могло и самым странным образом отрикошетить по тому, кто его произносил. Стабилизирующие кристаллы и большинство медикаментов остались в поклаже, нагруженной на мула, которого по пути к месту, предназначенному под лагерь, утащил аллигатор. Спасти ни животное, ни поклажу не удалось. Поэтому без особой надобности старались к волшебству не прибегать, держась только на возможности магии восстанавливать организм. Наверное, только потому они еще хоть как-то двигались и помогали тем, кто слег.

Девушка поднялась на ноги, достала другую фляжку и сделала глоток. Поморщилась, но проглотила и замерла. Что бы сказала бабушка, узнав, что ее внучка, потомок одного из древнейших и знатнейших аристократических родов, будет пить чистый спирт, причем наедине с самой собой. А бабушка, бывшая наставницей еще матери нынешнего короля, а ныне активно занимавшаяся судьбой внучки, скорее всего, прокляла бы, после чего вычеркнула внучку из родового списка и числа наследников. Но что делать, когда из всех возможных медикаментов только этот может хоть как-то воздействовать на организм. В том числе помогая восстанавливать внутренний магический резерв. Главное — не переусердствовать, иначе будет обратный эффект.

Медленно выдохнув, девушка вернулась на лежанку, не расставаясь с фляжкой. Покопавшись в ящике столика, извлекла кусок хлеба. После внимательного осмотра, сочла его пригодным в пищу. Подумаешь, с одного бока намек на плесень. Говорят, маги пенициллин как раз из такой вот плесени и вывели. Если что — спирт все вредное в желудке уничтожит, вкупе с магией. Немного поморщившись, все-таки вкус и запах у хлеба были мерзкими, девушка расправилась со скудным ужином, потом сделала еще небольшой глоток. Убедившись, что фляжка хорошо закрыта, девушка вытянулась на лежанке, чтобы через какое-то время вновь зайтись в приступе кашля. На миг закралась мысль, что не надо было никуда уезжать, а согласиться с решением родителей, выйти замуж и жить так, как прикажет муж. Вот только она не собиралась жить с человеком, которого не знала. А еще она хотела сбежать от другого человека, которого любила и ненавидела, без которого не хотела жить, и который, оказывается, сможет прекрасно обойтись без нее.

— Ничего, — усмехнулась она, — если не сдохну через пару недель, то вы обо мне еще услышите.

Понятно, что все это было не больше, чем пустой бравадой, желанием саму себя убедить в том, что все закончится хорошо. Вот только червь сомнения становился все больше. У них почти не осталось еды — что-то потеряли еще в дороге, часть быстро испортилась в условиях, и сейчас они располагали только начавшими покрываться плесенью сухарями, солониной, где то и дело встречались черви, да подгнивающими сушеными овощами. Местные фрукты еще не созрели, равно как и семена, которые они сажали на экспериментальных грядках. К тому же урожай еще предстояло как-то собрать, защитить от местной живности, быстро понявшей, что именно здесь можно разжиться чем-то вкусным.

С питьевой водой тоже были проблемы. Родник находился довольно далеко. Здоровому человеку требовалось около часа, чтобы дойти туда через джунгли и вернуться. Больным и ослабленным, пусть они и были магами, приходилось тратить на дорогу только в одну сторону часа два. Да и воды приходилось набирать больше, чтобы ходить не каждый день. Завтра снова надо будет грузить на тачку пустые фляги и преодолевать этот путь. Да еще потратить какое-то время на расчистку дороги, потому что местная растительность очень быстро восстанавливалась.

Девушка немного повозилась, устраивая подушку так, чтобы не лежать, а скорее сидеть. Неудобно, но что делать. Только так удавалось бороться с кашлем. Устроившись на постели, сделала еще один, последний глоток. Больше нельзя. Иначе магия начнет бурлить, требуя выхода. Колдовать же нельзя. Последняя попытка использовать безобиднейшее с виду заклинание заживления царапины окончилось для одного мага еще и тяжелейшим ожогом. А когда они попытались в первый раз развести огонь, на место стоянки обрушился тропический ливень. Хорошо еще, они расположились на возвышении, вода быстро ушла в низины, и все отделались промокшей одеждой. Дождь закончился быстро, распаковать оставшуюся поклажу никто не успел, так что оставалось переодеться в сухое и развесить на солнышке мокрые вещи.

— А что, если… — прошептала девушка. Но тут же отмахнулась от этой мысли. Это в прошлый раз была вода, причем питьевая. Что будет при новом колдовстве — неизвестно.

Но мысль упорно цеплялась, не давая покоя. Если не огонек, а маленькая искра. Может, она поможет наполнить ту бочку, что стоит в стороне. Только сначала ее надо немного ополоснуть после длительного неиспользования. Но это не большая проблема. Для этого у них достаточно воды из ближайшего озерца. Морской воды, которая была в озере, расположенном не просто далеко от берега, но еще и на приличной высоте над уровнем моря. Как такое могло произойти, никто не понимал. Возможно, под озером находятся залежи соли. Но это было тем более странно, потому что вокруг активно росли деревья, травы, лианы. Солончаками местность явно не была богата. Разве что опять какие-то магические потоки, искажения, завихрения.

Придя к неутешительному выводу, что спать не хочется, а идея и не думает отступать, девушка поднялась и выбралась из палатки. Снаружи было прохладно. Это внутри солнце успело нагреть все пространство, а несколько слоев специально изготовленной и зачарованной ткани не отдавали тепло.

— Мика, — заметил ее один из спутников, тоже маг, — что, не спится.

— Да, — кивнула она, — вот мысль одна пришла в голову. Хочу попробовать.

— Надеюсь, ничего опасного.

— Нет, — девушка присела рядом на бревно возле костра. Еще одна вещь, которая требовала внимания. Огонь старались поддерживать постоянно. Рядом с костром все время кто-то дежурил. Конечно, у них было с собой огниво на тот случай, если что-то случиться и огонь погаснет, но ни у кого не было желания возиться с ним. К тому же ночью он отпугивал хищников. Если они тут водились. Во всяком случае, никто еще не встречался с дикими животными в районе стоянки или у родника. — Помнишь, что было, когда мы в первый раз пытались развести огонь?

— Тот внеплановый душ? Да, такое забудешь. С другой стороны, после перехода через болота ливень оказался весьма кстати.

— Вот я и подумала, Том, может нам повторить? Только с меньшим импульсом. Создать малюсенькую искорку, — к концу предложения взгляд девушки стал умоляющим.

— Малюсенькую, — маг задумался. — А куда воду будем собирать?

— Да вон, — девушка кивнула в сторону бочки.

На этот раз пауза продлилась дольше. Маг задумчиво смотрел то на предложенную тару, то на огонь, потом улыбнулся.

— Можно. Только надо сначала огонь защитить.

Вдвоем они, пусть и с трудом, соорудили небольшой тент, потом занесли в свои палатки запас дров на тот случай, если планируемый дождь окажется сильнее. Немного подумав, достали большие свечи которые использовали для освещения палаток, и установили внутри, обеспечив необходимую изоляцию и помещения как от воды так, и от огня. В последнюю очередь расставили все имеющиеся емкости и грязную посуду. Куда-то воду соберут, что-то вымоется.

Убедившись, что они не останутся без огня, если опять что-то пойдет не так, вода не попадет в расставленные палатки и не повредит продукты, Том кивнул.

Микаэлла мысленно воззвала к богам, потом выдохнула и создала маленькую искорку. Даже не искорку, а скорее тепловой импульс. Первые минуты ничего не происходило. Девушка уже собралась возвращаться в свою палатку, убирать дрова и ложиться если не спать, то просто отдохнуть, когда что-то упало в пыль рядом. Шшш — следующая капля попала на тлеющие угли, не прикрытые навесом. Блям — раздалось со стороны бочки. А потом пошел дождь. Не тот ливень, что обрушился на них когда-то, но все равно достаточно сильный. Девушка сидела на бревне, сложив руки лодочкой, и пыталась собрать дождевые капли как это делают маленькие дети.

— Питьевая, — сообщил маг, попробовав воду из одной тарелки. — Теперь мы знаем, как добывать воду.

— Теперь не нужно ходить к роднику. Разве что периодически чистить тропу, — радости Мики не было предела. Если бы она могла, то пустилась в пляс. Только предательская слабость и сильное головокружение после приложенных усилий намекали, что подобного героизма ее организм не выдержит.

А дождь лил, наполняя все подставленные емкости.

Вдвоем они еле ополоснули от налета соли бочку, после чего с трудом установили ее обратно. Том подумал, и создал еще одну искорку. Чуть сильнее, чем его коллеги, но все равно в совокупности они были намного слабее того первого огонька. Дождь забарабанил сильнее. Из остальных палаток стали появляться другие обитатели лагеря. Даже те, кто несколько дней не вставал с постели, нашли в себе силы выбраться наружу и теперь сидели под теплыми каплями, смывавшими пот и грязь болезни.

Те, у кого было больше сил, помогали переливать воду из кружек и тарелок в ведра, бочку, миски, понимая, что иначе им придется ходить к роднику. А девушка смотрела, как под тентом огоньки сушат подброшенные мокрые ветки, слушала шипение испаряющейся влаги и улыбалась. С тех пор, как она поступила в университет учиться на мага-исследователя, она постоянно сталкивалась с трудностями и не отступала, пока не решала их. Сначала у нее просто не было возможности избегать сложностей, потом преодоление их стало приносить удовольствие.

Вот только от последней трудности она предпочла сбежать. Сказать, что отправляется в простенькую экспедицию на пару-тройку недель. Ну, месяц, самое большее. После чего принять предложение одного из ученых, и отправиться на другой континент, туда, где магия постоянно преподносила сюрпризы, где уже сгинуло несколько исследовательских групп. Прекрасно понимая, что их экспедиция может разделить участь предшественников, девушка подписала договор крови, лишь бы не выходить замуж за неизвестного жениха, увидеть которого в первый раз ей предстояло в день свадьбы.

Старинная традиция аристократических родов уже давно дала сбои. В большинстве семейств детей знакомили заранее, чтобы они успели хорошо узнать друг друга, подготовиться к браку, и только де Блитцы продолжали неуклонно следовать традиции. Точнее, не все члены семьи, а ее глава — Женевьева де Блитц, бабка Микаэллы. Вот только никто не мог сказать слова против, рискуя лишиться немалого состояния. Формально, имущество принадлежало деду, но он давно отбыл в одно из небольших имений, развлекаясь виноделием, охотой, пчеловодством и рыбалкой, предоставив заниматься всеми делами жене. Та, объявив мужа помешанным, благополучно приняла бразды правления, и лихо управлялась с огромным поместьем, двумя особняками в столице и неподалеку от города, доходными домами, заводом и прочим имуществом. Отец отстранился от этого всего, поступив на службу в министерство иностранных дел, и отправившись послом в одну из соседних стран. Жену он увез с собой, а вот маленький ребенок остался с бабкой, и видел родителей несколько раз в год, когда те приезжали на праздники, сначала одни, потом с младшими братом и сестрой.

Выйти из-под власти бабки не помогало ничего. Мака завидовала младшим, но они жили в другой стране, по ее законам. Девушка наделась, что образование и редкая специальность подарят ей свободу. Но связи леди Женевьевы оказались сильнее. И только важность экспедиции вкупе с невозможностью быстро найти другого мага, позволили сбежать от бабки. Даже если она и узнала об истинной цели группы, уже поздно. Есть еще один маг, способный отправиться в это гиблое место, но где он сейчас, девушка не представляла. Давно она не встречалась с ним. А когда попробовала обратиться за помощью — его не было в городе. Может, уже сгинул в одной из экспедиций.

Может, их наниматель решит повторить экспедицию, собрав новый отряд, больше и лучше подготовленный. Может, так и забудут их, и два десятка человек будут думать, как выжить там, где выжить нереально. Пока же Мика еще жива, и она побарахтается. Достаточно вспомнить, через что ей пришлось пройти, чтобы стать в свои годы одной из лучших. Один университет чего только стоил.

Университет. Как же давно это было. Нескладная девочка пятнадцати лет впервые вошла в аудиторию вместе со студентами старше ее как минимум на три года. Все они оканчивали школы или гимназии и только Микаэлла де Блитц пришла после домашнего обучения, сдав одновременно выпускные экзамены за курс обязательного обучения и вступительные. Малявка среди взрослых людей. Не все было понятно в силу разницы в возрасте, но никто не обращал на это внимания, спрашивая как со всех остальных. Девушка прикрыла глаза, вспоминая те годы.

* * *

Здание университета было огромным. Оно давило, нависало, а временами казалось, что сейчас оно обрушится, погребая под собой всех, кто находился внутри. Многочисленные башенки разлетятся на песчинки, витражи из стрельчатых окон цветным дождем просыплются на землю. Девушка зябко передернула плечами. Ей предстояло учиться здесь долгих семь лет: два года в колледже, потом пять лет по основной специализации. Магические способности вкупе с интересом к биологии и географии, а также успешное окончание двухлетнего образования, обеспечивали ей досрочное зачисление на факультет, готовивший магов-исследователей. Микаэлла с тоской смотрела на серые стены, возносящиеся в небеса башни, и пыталась угадать, что же изначально было в этом здании. Может, величественный собор, возведенный в честь бога, чье имя давно забыто. Или дворец могущественного властелина, чья могила давно погребена под толщей земли.

Маги-исследователи — специальность редкая. В основном маги предпочитали направления более полезные и безопасные: боевые, целители, артефактологи, стихиники. Мотаться по всему свету и изучать каких-то букашек или непонятные растения, которые, скорее всего, никогда никому не пригодятся, исследовать местность на наличие ценных ресурсов, без гарантии их обнаружения, при этом забираясь в такие места, где магия нестабильна или ее вовсе нет, жить в условиях, далеких от комфортных, питаться непонятно чем и неизвестно как, многим было не по нраву. Зато ценились такие специалисты если не на вес золота, то все равно очень и очень дорого. Наверное, маги-исследователи получали немного меньше, чем боевые. Только работать им приходилось намного больше. Впрочем, те, кто поступал на эту специальность, о будущем не задумывались. Они просто шли туда, где конкурс меньше, шансов поступить больше. Родители не будут бурчать, что ребенок бездельник, и ладно. Потому и поступало на их факультет много людей, но большинство, отработав обязательный контракт, благополучно забывали все изученное, и устраивались в одну из небольших контор, где зарплата не велика, работа скучна, но не приходиться мотаться по всему миру.

Большинство, но не все. Девушка, точнее девочка, не выбирала, куда она будет поступать. Учителя из гимназии, приходившие заниматься с талантливым ребенком на дом, рекомендовали университет, как место, где она сможет раскрыть свои способности и таланты, а также завязать необходимые знакомства. Таланты леди Женевьеву не интересовали, а вот намеки на полезные связи оказались кстати. Единственное, что было позволено Микаэлле — самостоятельно выбрать направление обучения. И то потому, что отправлять наследницу огромного состояния стоило туда, где ей будет интереснее, где она сможет в очередной раз стать лучше всех остальных.

И никто не задумался, как ребенок, который в свободное от учебы время то занимался рукоделием, то вдруг начинал возиться с игрушками, будет учиться среди взрослых. Бабка считала, что внучка обязана соответствовать всем ее требованиям. Раз она рано начала читать, она может начать обучение не в семь лет, а в пять. Раз она начала так рано учиться, она может достигнуть большего, чем ее сверстники. Двенадцатилетняя программа гимназии была освоена к четырнадцати годам, после чего благополучно сданы экзамены и получен аттестат и грамота за успехи в изучении естественной истории.

Параллельно шли занятия с магом, который тоже, согласно воле леди де Блитц, старался вложить в молодую голову как можно больше. И ему это удалось. К моменту начала учебы Микаэлла знала не меньше, а, возможно, и больше, чем те, с кем ей предстояло учиться. Помимо бытовой магии и необходимого минимума остальных заклинаний, девушка освоила лечение на предельном для себя уровне, изучала магию природы и стихий, могла пользоваться началами боевой магии. Единственное препятствие, с которым ничего не могла сделать леди Женевьева — договориться с директором колледжа, куда предстояло поступить девочке. Он категорически отказывался принимать столь юную студентку, мотивируя это тем, что ей рано знакомиться с нравами взрослых учащихся. Разговор с бабкой проходил за закрытыми дверями, но аргументы возымели действие. Юная леди де Блитц еще год занималась с многочисленными репетиторами, чтобы в пятнадцать с половиной лет перешагнуть порог учебного заведения и оказаться в компании девятнадцати-двадцатилетних однокурсников.

Это было неприятие с самого первого дня. Да и как еще относиться вроде и взрослым, но все равно безмозглым людям к малолетней всезнайке, лучше всех отвечавшей на занятиях, на отлично писавшей все тесты и контрольные работы, и уступавшей разве что на практических боевых занятиях, от которых ее быстро освободили, назначив персональные тренировки. Началась война на выживание. Нет, никто не трогал ее, не обижал физически — за такое можно было не только вылететь из колледжа, но и отправиться отбывать наказание на рудниках с противомагическим ошейником. Вещи девушки не исчезали самым подозрительным образом, на стул не подливали чернила. Но это не мешало однокурсникам отпускать злые шутки и комментарии в адрес девушки. Руководство не вмешивалось. Леди Женевьеву предупреждали, что ничем хорошим столь раннее обучение не кончится, но ей было не важно, что на внучку оказывается такое психологическое давление. Микаэлла старалась обращать внимание на сокурсников как можно меньше. Колледж — промежуточное звено. Два года, после которых она сможет без экзаменов перейти на второй курс выбранного ею факультета. Два года, после которых будет интересная учеба и долгие практики, в ходе которых она окажется как можно дальше от дома и бабки. От леди Женевьевы, которая самых первых дней рассматривала свою внучку как возможность удачно выдать ее замуж и породниться с одним из старинных родов. И не собиралась отступать от своих планов.

И Микаэлла училась, зубрила, заучивала, находя время на чтение книг, которые помогут сдать разницу за первый курс, замыкалась в себе. Даже для родителей и их знакомых она давно стала сродни питомца-медалиста. Те лишь демонстрировали портреты умной дочурки, рассказывали о ее успехах, но об интересах или переживаниях ребенка им некогда было узнавать — жизнь за границей, работа, обострившиеся отношения двух стран требовали напряжения всех сил. Да и не была она им полностью родной, как двое других детей. Помощи от бабушки ждать не стоило. Один раз девочка попыталась пожаловаться ей, на что получила один ответ: «Ты де Блитц, они завидуют тебе. Пройдет несколько лет, и ты будешь отдавать им приказы. Когда настанет это время, ты сможешь припомнить им все свои страдания. Так что не думай о том, как поступает чернь, думай о том, как потом поступишь с ними ты». Вот только совет этот девушку не порадовал. Зато куда лучше стало понятно, как мыслит ее бабка.

А потом эти два года закончились. Произошло это неожиданно не только для Микаэллы, но и для остальных учащихся. И как-то так оказалось, что в попытках задеть самую младшую, они забыли об основной цели поступления — собственно учебе. И только за неделю д экзаменов обнаружилось, что у многих долги по ряду предметов, без которых не будет допуска к экзаменам. Все учащиеся спешно засели за учебники, предварительно во всем обвинив девушку. И все равно не все студенты успели сдать работы и подготовиться к экзаменам. Право на поступление в университет на второй курс без вступительных испытаний получили двое — сама Мика и еще один будущий адепт, обучавшийся в параллельной группе и просто не обращавший на мелюзгу внимания. И как-то так вышло, что после летних каникул они снова встретились на этот раз на исследовательском факультете. Тем удивительнее было для Микаэллы увидеть презрение в его глазах.

Меньше всего девушке хотелось, чтобы отношение прежних ее однокурсников перешло и на новое место учебы. Но, видно, не судьба. Пусть группа магов-исследователей не была малочисленной, несмотря на опасность профессии, но найти себе если не друзей, то временных приятелей в условиях неприятия будет сложно. Знатность и родовитость не имеют значения в годы учебы. К какому бы роду ты ни принадлежал, испытания будут засчитываться не за знатность, а за знания, умения и способность действовать в разных ситуациях. Это потом, когда дипломы будут розданы, кто-то вернется в особняк и будет нанимать менее удачливых товарищей для различных поездок. Но впереди еще пять лет обучения и сложная практика. Пять лет, после которых у Мики появится возможность сбежать из-под удушающей опеки Женевьевы де Блитц, даже если это будет стоить ей доли наследства. Но сначала надо выучиться и стать одной из лучших на курсе. И вот здесь не помогут ни связи бабушки, ни деньги семьи.

Девушка хотела подойти к однокурснику и поинтересоваться, чем вызвана такая реакция, но в последний момент вспомнила фразу бабушки, которую та произнесла после первой и единственной жалобы внучки. Да, она — де Блитц. И вполне возможно, что этот маг, чьего имени она не знает, решил, будто поступила она не из-за своих знаний, а благодаря связям и деньгам семьи. Доказать обратное можно будет одним способом — учиться, показывать лучшие результаты, стать не просто лучшей на курсе, а лучшей за все годы существования этого факультета. Чтобы потом все связи бабушки не могли помешать участвовать в экспедициях, делать карьеру, стать независимой материально. Отцу это удалось, пусть и пришлось уехать, пожертвовать старшей дочерью. Что ж, остается порадоваться за младших, и самой пробиваться к свободе. Это сложно, но все осуществимо. И для этого есть целых пять лет. Бабушка не сможет выдать ее замуж, заставить забрать документы или еще как-то влиять на судьбу внучки. С момента зачисления и до окончания выпускного бала судьбами адептов может распоряжаться только ректор.

Заселение в общежитие происходило за две недели до начала учебного года. Несмотря на все попытки бабушки убедить ректора, что внучка может заниматься дома, Микаэлла, к своей большой радости, переехала в академический городок. Все попытки отправить с ней слугу тоже оказались безуспешными. Правила оказались действеннее всех денег и связей. В колледже магов учили, прежде всего, защите: щитам, блокам, отражению заклинаний, приучали держать активными несколько щитов. Эти тренировки можно было проводить и на дому. В самом университете обучали всему остальному. Исследователи обязаны были владеть боевой магией, пусть не высшего порядка, но широким спектром заклинаний, они осваивали медицину, чтобы иметь возможность справиться с основными травмами, знать заклинания различных школ. Любой выпускник факультета, даже тот, которому не доверили бы сопровождать группу грибников в незнакомый лес, где самым страшным существом был заяц, всегда мог найти работу по сопровождению караванов.

Мика забрала свою сумку и выбралась из кареты. Форму им должны были выдать за несколько дней до начала занятий, так что личных вещей, к величайшему сожалению Женевьевы де Блитц, требовалось брать по минимуму. Адепты находились на полном обеспечении, получали стипендию, и, переступив порог академии, начинали новую жизнь. С родственниками они могли встречаться только по своему желанию. Стоит ли говорить, что их девушка сразу свела к минимуму. Хватит присутствия на праздниках во время каникул, чтобы с легкой улыбкой переброситься парой фраз о погоде с гостями. С удивлением посмотрев, как некоторые поступившие тащат огромные чемоданы, Мика поспешила получить ключ от комнаты, план территории, список литературы на семестр и расписание.

Комната оказалась небольшой, но чистенькой, на одного человека. Кровать с чистым бельем, шкаф для одежды, стол, полка для учебников, стул — вот и вся обстановка. Но матрас был мягким, одеяло легким и теплым. За небольшой дверью скрывалась ванная комната. Не роскошная, но в ванной можно было полежать и расслабиться после сложного дня. Наверное, леди де Блитц немедленно сморщила бы нос и заявила, что ее внучке, наследнице части родового состояния, не пристало жить в таких условиях, но самой Мике все нравилось. В будущем ей предстоит и вовсе ночевать под открытым небом. И бабушка ничего с этим не сможет поделать.

Разложив вещи, девушка отправилась изучать территорию. Ей предстояло получить учебники, письменные принадлежности, а заодно пообедать, или узнать расписание столовой. До этого Микаэлла почти не бывала на территории академии. Колледж располагался немного в стороне, и вход в него выходил на небольшую улочку. Девушку на занятия привозили на экипаже, который дожидался ее рядом с воротами. Уйти куда-то было невозможно уже потому, что встречающий прекрасно знал расписание занятий, обо всех отменах и переносах обязательно сообщалось, поскольку Мика была несовершеннолетней. Изредка их водили в лабораторный корпус, но он располагался рядом — достаточно было пересечь небольшой дворик. К своему стыду, девушка плохо знала не только территорию академии, куда посторонних пускали только с сопровождением, но и город — ей не позволялось покидать особняк без разрешения и сопровождения. Согласно распоряжению бабушки, на небольшие расстояния девочку доставляли слуги с паланкином, а на большие запрягалась карета.

Случайно подслушанный разговор немного прояснил ситуацию. Бабушка вела дела с некоторыми людьми, относящимися к теневым магнатам города. И не всегда действовала честно. Опасения за внучку и побудили ее к таким мерам. С одной стороны девушка поняла, почему ей запрещены самостоятельные перемещения, с другой было неприятно. И сейчас, когда она пересекала двор академии, двигаясь, если верить плану, в сторону библиотеки, этот разговор снова всплыл в ее голове.

Нет, хватит, пора доказывать, что она не собирается отвечать за дела бабули. Пусть она обманывает кого угодно, хоть всех теневых магнатов, хоть городской магистрат, хоть совет пяти, стоящий во главе страны, или сводный синод, ведавший вопросами религии. Это дела леди Женевьевы, и только ее. Микаэлла де Блитц не собирается ни соваться в них, ни отвечать за то, что творит глава рода. Понятно, просто так ходить по улицам ей не желательно, но не для того еще в колледже их учили накладывать щиты и делать заготовки заклинаний, использовать которые можно даже в том случае, когда магия заблокирована. Точнее, преподавали им только теорию и основы, Мика сама, пользуясь окнами между занятий, проводила время в тренировочном зале и училась делать атакующие и защитные заклинания. Оказывается, подслушивать иногда полезно для самообразования.

Сверяясь с планом, девушка добралась до здания, полностью отданного под академическую библиотеку. Вот только внутрь попасть ей не удалось. Объявление в виде светящихся букв по створкам гласило, что выдавать учебники начнут только через два дня. Раньше же пытаться попасть в здание не стоит — слишком мощные на нем стоят защитные чары. Решив, что проникновение куда-либо без разрешения в ее планы не входит, Мика развернулась и собралась уходить, когда путь ей перегородил один из адептов. Девушка не знала его, но, судя по нашивке на мантии, он тоже обучался на ее факультете. Но на третьем курсе.

— А, отродье де Блитцев, — протянул юноша, перебрасывая из руки в руку маленький огненный шар. — Что, бабуля смогла не только в колледже купить всех, чтобы ты училась, но и сюда пропихнуть. Интересно, в какую сумму ей это влетело? Наверное, в приличную. Возможно, получила ее с доходных домов, или от закладов тех, кто там вынужден ютиться вдесятером в одной комнате.

Мика мысленно пожелала бабушке всего самого светлого и доброго, что можно получить от демонов, попутно накидывая защитные щиты. Благо это получалось у нее легко. Другое дело, неизвестно, чего ждать от противника. Хорошо, если только огненный шар, что он держит в руках, а если применит магию иного порядка? И, как назло, рядом никого нет, кто мог бы призвать адепта к порядку.

— Дела леди Женевьевы меня не касаются, — как можно спокойнее произнесла девушка. — Если бы мне было это интересно, я бы обучалась не здесь, а в имперском универсуме на том факультете, который бы она выбрала. Но я надеюсь закончить академию и уехать куда подальше. Желательно так далеко, чтобы леди не смогла достать меня, даже задействовав все свои связи.

Пока девушка говорила, одна из заготовок, привязанных к камушку в кольце, из пассивного состояния перешла в активное. Если потребуется, ее придется использовать. Но лишь в самом крайнем случае. Если не хватит щитов. А их было немало. Точнее, все, что Микаэлла могла использовать. Адепт, судя по расплывавшейся улыбке, противника недооценивал. Иначе давно бы понял, что перед ним не глупая избалованная девица, которую пропихнули в академию благодаря подкупу.

Стычки удалось избежать только чудом. Из-за библиотечного корпуса появился один из преподавателей. Мигом оценив ситуацию, он приблизился к адептам.

— Хм… Адепт Рождерс, если бы вы были на моем занятии, я бы заставил вас полностью пересдавать весь мой курс за первые годы обучения, — поняв, что все не так страшно, как могло показаться, заговорил мужчина. — Угрожать магу, не оценив предварительно его уровень, степень защиты и наличие пассивных заклинаний — верх безрассудства. Учтите, если на занятиях вы допустите такую оплошность, я выполню свою угрозу. Мисс, выше всяких похвал. Кажется, я вас раньше не видел.

— Адепт третьего курса Микаэлла де Блитц, исследовательский факультет, — представилась девушка. — Поступление после колледжа.

— Вот как, — бровь преподавателя удивленно изогнулась. — Сдается мне, экзаменационную разницу мне вы сможете сдать досрочно. Но кто научил вас столь оригинальному морозному щиту?

— Учебники, сэр, — дернула плечиком девушка.

Она успела заметить, что адепт развеял свой огненный шар и теперь тоже изучал ее с позиции соперника. И, судя по удивленному выражению его лица, он не ожидал, что его соперница окажется талантливым магом, который мог бы не только дать отпор но и, после небольшой тренировки, задать жару на тренировочном полигоне. Да еще и учиться им придется на одном курсе.

— Приношу свои извинения, мисс. Я был поспешен в своих выводах, — юноша чуть поклонился, после чего, получив разрешение преподавателя, отправился по своим делам.

— Репутация — страшная сила, — когда адепт ушел, заметил преподаватель. — К сожалению, вас не знает никто, в то время как ваша бабка весьма известная особа. Покажите сразу, что вы здесь не из-за ее денег, тогда многих проблем получится избежать. Первые практические у вас будут через две недели. После первого занятия я дам вам задание. Выполните — сразу прекратите слухи. Думаю, провала вы постараетесь избежать всеми силами.

И, не прощаясь, мужчина поспешил удалиться дальше по делам. Мика озадаченно посмотрела ему вслед. Хотя, чему она удивляется. Этот человек считал ее на раз-два. Маскировке наложенных заклинаний обучают только на четвертом курсе. Придется провести много времени за учебниками и тренировками, чтобы разобраться с этим раньше. Но она не будет собой, если не сделает. За одно бабушку можно было поблагодарить — она научила ее учиться.

Бросив очередной тоскливый взгляд на закрытые двери библиотеки, девушка отправилась просто обследовать территорию академии. Все-таки занятия начнутся через три дня, и надо знать, где какой корпус расположен. Слуг же, чтобы водили за ручку, здесь не будет. Последнее обстоятельство радовало еще и потому, что прислуга имела обыкновение доносить бабушке о каждом шаге ее внучке. С кем выходила из корпуса, кто в ее сторону смотрел, в сторону кого она имела неосторожность взгляд бросить, да даже какое настроение было, и то передавали. А потом начинались долгие лекции на тему дружбы с теми или иными людьми. По сути, все, с кем Мика училась в колледже, были занесены в категорию «люди не нашего круга, и никогда к нему не приблизятся». Общаться с ними было разрешено только в случае крайней необходимости. Благо никто и сам не стремился войти в число друзей младшей де Блитц.

Микаэлла надеялась, что в академии ситуация изменится. Разумеется, если бабушка не подкупит кого-то из студентов, чтобы те доносили ей о похождениях внучки. Или не надавила, шантажируя чем-нибудь. У леди Женевьевы много возможностей получить желаемое. И, судя по реакции того адепта, чаще всего она действует теми методами, кои не приемлемы в приличном обществе. Другое дело, что никто и не обсуждает их, а если случайно узнают, стараются делать вид, что не в курсе. Другое дело, когда человек не пытается скрывать. О, тогда порицание высшего света обрушивается на него, словно лавина. Сама девушка знала минимум о трех изгоях, чье имя было запрещено даже упоминать, не то, что принимать их, или как-то еще общаться. При этом, когда кому-то требовались их услуги, к этим людям обращались, якобы инкогнито.

Мотнув головой, девушка отогнала неприятные мысли. Первый урок в академии она усвоила. Пока никто не будет знать, что из себя представляет Микаэлла де Блитц, ходить по территории стоит, увешавшись щитами, словно побрякушками, и постоянно держать наготове пару блокирующих заклинаний. Но больше пока никаких столкновений не произошло. Адептов было еще мало. Большинство предпочитало приезжать перед самым началом учебы. Чтобы так заранее — или те, кто добирался из дальних мест, и тут как повезет с попутными телегами, или те, кому больше некуда было пойти. Ну или как сама Мика, сбегали из отчего дома при первой возможности.

Прогулка по территории помогла найти все учебные корпуса. Все-таки расположение их имело под собой систему, и Мика быстро ее поняла. Отдельно — общежития, потом большой административный корпус, где, помимо всего, находилась астрономическая башня. Хозяйственные корпуса, включая библиотеку и столовую, корпуса учебные и стадион. Самым неприятным сюрпризом стало то, что столовая, как и библиотека, была еще закрыта. И открываться должна была через неделю. Девушка ознакомилась с объявлением, после чего вздохнула и отправилась в свою комнату.

Разумеется, без денег ее не оставили. О нет, леди Женевьева не могла отпустить свою внучку, не вручив ей увесистый кошель. Вот только наполнен он был отнюдь не золотом. Много меди и немного серебра — вот те средства, на которые внучка должна была существовать до того дня, как им выдадут стипендию. Разумеется, положение можно было исправить, надо только регулярно навещать бабушку, посещать вместе с нею некоторые мероприятия. И, разумеется, давать полный отчет, что и как она делает. И, если ее отчет не совпадет с отчетом доносчика, ей будет плохо.

Мика скривилась. Ну, уж нет. На поклон к бабке она не пойдет. А вот навестить ближайшую к академии лавочку не помешает. Не все же обучающиеся происходят из родовитых семей. Есть и простолюдины, которые вынуждены экономить на всем. Уж как-нибудь продержится она до тех пор, пока столовая не откроется. Кажется, Анья, их горничная, убирала в сумку какой-то сверток. Надо будет посмотреть, что там. От слуг девушка подвоха не ожидала. В отличие от бабушки, она обращалась с ними достаточно вежливо и ласково, и те отвечали взаимностью.

Вернувшись в свою комнату, Микэлла еще раз заглянула в сумку. Так и есть, сверток, переданный горничной, все еще оставался в ней. Темная ткань сливалась с темной подкладкой сумки, потому и осталась незамеченной, когда все остальные вещи вытаскивались и раскладывались по местам. Девушка вытащила его, уже понимая, что надежды на пирожки или курочку от поварихи не оправдаются. Слишком легким он оказался. Но, когда Мика развернула контрабанду, то настроение ее резко улучшилось. Анья положила молодой госпоже ее любимый чай, присовокупив адрес лавки, стоимость и название сбора.

Следующим более чем тщательному изучению подвергся кошель, полученный от бабки. Девушка вынуждена была признать, что леди Женевьева подошла к вопросу укрощения внучки основательно. Видимо, она успела выяснить, что первую неделю адептам придется неделю добывать пропитание самостоятельно. Кто-то привозил на это время еду с собой, кто-то брал деньги, чтобы покупать продукты или обедать в таверне. Кто-то, но не Микаэлла де Блитц. Бабушка передала ей такую сумму, что хватило бы пирожное в одном из тех кафе, куда девушку иногда водили, ну или один хороший обед в обычной таверне. Потому что прожить на двадцать серебряных монет в течении недели, если и было возможно, то тем, кто обитал в трущобах и привык питаться тем, что не ели нормальные люди.

— Ну, нет, леди Женевьева, — зло произнесла Мика. — Если вы думаете, что я приползу обратно, ошибаетесь.

Взяв часть оставленной суммы, девушка отправилась на поиски недорогой студенческой лавки, где можно будет разжиться самым простым хлебом. Какая разница, какого качества продукты покупать, если во время путешествий исследователям приходится питаться, чем боги пошлют. И хорошо, если при жизни оно плавало, летало или бегало. Хотя, бывали случаи, когда в пищу приходилось использовать змей и насекомых. Точнее раньше приходилось. Сейчас не так много неизведанных территорий, поэтому можно было договариваться об отправке дополнительных обозов. В любом случае, отправляться в сад и искать там жуков, которых можно съесть, в планы девушки не входило. Было решено начать с чего-то более естественного.

Лавки нашлись почти сразу у входа в академию. Мика благополучно прошла мимо магазинчиков, где продавали книги, заглянула туда, где можно было купить тетради и карандаши, посмотрела на цены и решила на обратном пути обязательно зайти. О бесплатных принадлежностях никто не говорил. А бабушка не озаботилась купить внучке даже того минимума, что требовался в колледже.

Продовольственные лавки располагались в самом конце улицы. Девушка оценила внешний вид заведения, рассчитанного скорее на людей с нищенским достатком, чем на адептов академии, после чего вошла внутрь.

Как ни странно, внутри лавка выглядела лучше, чем снаружи. Нет, там не было богатой обстановки, полок, ломящихся от товаров, вымуштрованных слуг. Чистое помещение, с простыми витринами вдоль стен, широкий прилавок, достаточно места для покупателей. Цены соответствовали помещению. Девушке пришлось немного подумать, прежде чем сделать покупку. Не глядя в сторону иных товаров, Мика сразу принялась изучать, какой хлеб имеется в наличии. Из лавки она выходила с большим пакетом. Понятно, что купленной еды не хватит на всю неделю, и вообще рацион из хлеба и чая не отличался ни питательностью, ни разнообразием, но выбора не было. Вряд ли будущие однокурсники будут подкармливать мисс де Блитц. С учетом неприязненных взглядом одного адепта и агрессии другого, можно рассчитывать разве что на их злорадство.

На обратном пути девушка все-таки зашла за тетрадями. Остаток меди был потрачен на самые дешевые тетради из серой бумаги. Больше денег не было.

— Микаэлла де Блитц, вот уж не ожидал вас тут встретить, — раздалось от входа.

Девушка повернулась, быстро проверяя, все ли щиты активированы, или что-то успело пропасть из-за потери концентрации. Но нет, все было в порядке. А на пороге лавки она увидела того молодого человека, чей неприязненный взгляд встретил ее по приезду в академию.

Микаэлла не спешила с ответом. Раз этот человек знает ее, значит, он должен быть посвящен и в правила этикета. Девушка из известной семьи никогда не заговорит с незнакомцем, разумеется, исключая случаи неприкрытой агрессии. Да, можно отговориться тем, что они были уже когда-то знакомы. Но это самое когда-то тоже имеет срок давности. Поэтому, если десять лет назад они играли в одной комнате, это не играет никакой роли. Они не были представлены официально, а больше нигде и не встречались. С визитами у бабушки молодой человек не был замечен, а сама Мика нигде не бывала. Если же он считает, что она слышала о нем во время учебы, то ошибается, она и своих-то одногруппников не всех успела узнать, что уж говорить об остальных.

Дернув плечиком, девушка забрала свои покупки и отправилась на выход. Юноша посторонился. Конфликт при свидетелях явно не входил в его планы. В последний момент на лице его мелькнуло что-то вроде удивления, сменившегося тут же равнодушной маской. Но этого адептка уже не видела. Продавец и вовсе предпочел промолчать. Адепты бывают разные, а вот лавочки разносят, если что не так, одинаково. Ему же не хотелось подобного развития событий до того, как большая часть товара переместиться со склада в комнаты.

Вот только судя по решительности, с которой был настроен молодой человек, продавцу явно надо было готовиться если не к неприятностям, то к вопросам, отвечать на которые не желательно, а не ответить не получится. Так и вышло.

— Могу я поинтересоваться, что у вас приобретала юная леди? — приблизившись к прилавку, спросил посетитель.

— Письменные принадлежности, — несколько обреченно ответил продавец.

— А подробнее, — продолжил настаивать юноша.

Мужчина подумал и решил, что проще рассказать самому. Видимо, девушка из очень влиятельной семьи, а этот человек призван присматривать за ней, сделал он такой вывод. И лучше никого не злить, потому что проблемы, которые могут создать люди со средствами, куда страшнее, чем разоренная адептами лавка.

— Юная леди приобрела несколько тетрадей по две медных монеты, набор карандашей за пять медных монет, перо и переносную чернильницу. Всего она оставила тридцать медных монет.

Посетитель нахмурился, но свои мысли оставил при себе. После чего приобрел то, ради чего пришел, и покинул помещение. Хозяин не сдержал вздоха облегчения, после чего поспешил в подсобное помещение. Кликнув сына, он начал переносить наиболее хрупкие предметы в подвал. Пусть потом ходить не так удобно, но мало ли, что произойти может. Так хоть товар целее будет.

Вернувшись в академию, Мика быстро убрала письменные принадлежности, после чего занялась приготовлением своего ужина. Собственно, готовить было особо нечего — порезать хлеб, согреть воду и заварить чай она умела. Все леди обязаны справляться с такой нехитрой обязанностью, как разливать чай. А обязательные для ее направления уроки походной кулинарии, проводившиеся в колледже, научили готовить. Разумеется, индейка с яблоками, запеченный в меду поросенок или фаршированные перепела не входили в список ее умений, но походная похлебка из крупы и минимума овощей, мясо, птица или рыба на вертеле, отварные овощи и яичница не составляли проблемы. Маг-исследователь должен уметь выживать в любых условиях. Если нет магии, чтобы при помощи заклинаний освежевать, ощипать, выпотрошить добычу, он должен делать это руками. Леди Женевьева и слышать не хотела об этих занятиях, а ее внучка не видела в них ничего постыдного.

Теперь, сидя с чашкой ароматного чая и уминая дешевый хлеб из ржаной муки и отрубей, девушка составляла список, что ей надо посмотреть в магазине на следующий день. Комнаты, в которых жили адепты, имели не только помещение для мытья и прочих нужд, но и крошечную кухоньку для тех, кто предпочитает готовить сам. Или остается в академии на лето и не имеет возможности питаться в тавернах. Адептам предоставлялся минимум посуды, а моющие заклинания они обязаны были знать. Теперь девушка радовалась, что исправно посещала все занятия, хотя бабушка была категорически против, и пришлось долго уговаривать ее, чтобы получить разрешение на то, что у остальных считалось само собой разумеющимся.

Отложив список в сторону, Мика взяла чашку обеими руками и поднесла к лицу. Вдохнула любимый с детства аромат чая. Настало время подумать. Все равно больше заняться нечем. А подумать было над чем. Она понимала, что в академии ей будет сложно, надо будет доказывать, что она такая же, как другие адепты. Но она не думала, что с самого первого дня придется доказывать свое право находиться на этой территории. Действительность оказалась суровее, чем девушка думала. Хуже всего то, что ее узнавали сразу, и сразу же показывали свое отношение. Только преподаватель оценил знания, остальным хватало ее имени. Микаэлла де Блитц, внучка леди Женевьевы. Бабушка купила внучке место в академии. И никого не волновало, как она отстаивала право учиться дальше.

Предполагалось, что после колледжа Мика будет компаньонкой своей бабушки, станет сопровождать ее в поездках, визитах, а вместе с тем заведет полезные знакомства. Пару раз леди Женевьева заговаривала с ней о свадьбе, намекая, что не плохо бы было породниться с той или иной семьей. Девушка все эти разговоры пропускала мимо ушей, равнодушно пожимая плечами. Вполне возможно, только мистер Артур Филсинг уже помолвлен с мисс Дороти Вагнер, а мистер Тревис Гордон, говорят, мот и любитель выпить. Бабушка кивала, припоминая разговоры, что да, так и есть, но через какое-то время вновь начинала подбирать кандидатов в мужья из их круга. На счастье внучки все более-менее приличные женихи уже были разобраны, остальные же не дотягивали до требований леди де Блитц старшей. Еще с парой семей они находились в состоянии вражды, поэтому бабушка и слышать ничего не хотела о том, чтобы породниться с ними.

Скандал разразился, когда стало известно, что Микаэлла зачислена на исследовательский факультет. Леди Женевьева категорически отказывалась отпускать внучку в академию, напоминала, что там учатся люди не их круга, юной леди из хорошей семьи просто нечего там делать. Девушку запирали дома, слугам категорически запрещалось выпускать ее из комнаты, разве что в столовую и только в сопровождении дворецкого, преданного бабушке, словно пес. Мика думала, как ей сбежать из-под стражи, но вмешался случай. На одном из приемов леди Женевьеву удостоил своим вниманием один из правящих магнатов. Поздравив ее с успехами внучки в учебе, он выразил надежду, что она и дальше будет держать столь высокую планку. Совет следит за успехами представительницы одной из знатных семей. На следующее утро непокорную внучку выпустили, но бабушка сухо произнесла, что Микаэлла всегда может вернуться домой, если что-то в академии ей не понравиться, или пойдет не так. Что отвечать совету, бабушка придумает.

Сейчас же девушка сидела в своей комнате, практически без денег, без знакомых, которые могли бы помочь, потому что у нее не было никаких знакомых, а пользоваться бабушкиными связями она не собиралась, с враждебно настроенными адептами вокруг, и думала. Сумасшедший дедушка, уехавший чуть ли на окраину страны в глушь ловить рыбу и охотиться, не казался ей больше сумасшедшим, а родители, воспользовавшиеся предложением магнатов и ставшие послами за границей, перестали быть предателями. Леди Женевьева не могла войти в совет, поскольку была женщиной, но она смогла стать главной в семье, получила права распоряжения имуществом, за несколько лет в три раза приумножила состояние семьи и стала вхожа во многие дома. К ее мнению прислушивались, если не в вопросах политики, то когда речь шла о городских делах. Но ей было мало. Ей нужно было еще больше власти. Получить нужные связи можно было только одним способом — породнившись с нужной семьей. Выдав замуж свою внучку за сына нужного человека.

Мика кивнула своим мыслям. Все верно. Все предлагаемые ей женихи были из семей, родственных магнатам. Наверное, только их внимание к юной аристократке, самостоятельно поступившей учиться на такой сложный факультет, заставили бабушку отпустить потенциальную невесту. Дальше дело шло за малым. Внучка поймет, что жизнь в академии не сахар, нет привычного комфорта, приходится делать все самой, а не отдавать распоряжение слугам, и вернется домой. Если добавить негативное отношение окружающих, можно будет выставить юную леди де Блитц жертвой притеснений, сказать, что внучка попыталась, и, может быть, в иных условиях, смогла бы учиться, но ей просто не дали такой возможности. Наверное, как-то так.

— Не дождетесь, — прошипела девушка, — лучше на каких-нибудь болотах помру, чем стану очередной марионеткой в руках бабушки.

Стук в дверь не дал выплеснуться оставшимся «добрым» пожеланиям в адрес «нежно любимой» бабушки. Микаэлла вздохнула, печально посмотрела на свой обед, более уместный у бедняков, чем у аристократки, проверила щиты и защитные заклинания, и только убедившись, что готова к любым неприятностям, пошла открывать. За дверь обнаружился адепт, с которым она столкнулась возле библиотеки.

— Привет, — немного смущенно произнес юноша. Хозяйка комнаты заметила боьшую коробку в его руках. — Я это, извиниться пришел.

Мика посторонилась, пропуская гостя в комнату. Вроде как намерения его враждебными сложно было назвать. Посетитель подошел к столу и поставил на него коробку, подвинув разделочную доску с хлебом.

— Чаю? — подозревая, что может находиться в коробке, предложила девушка.

— Не откажусь, — улыбнулся адепт. — Кстати, я Том. Том Роджерс.

— Микаэлла, — опустив фамилию, представилась она. — Можно Мика.

Гость только кивнул. Девушка быстро согрела чайник, разлила заварку. Том распаковал коробку, в которой оказался большой фруктовый пирог.

— А это у тебя что? — кивнул он на хлеб. — Подготовка к практикам?

— Что-то вроде, — согласилась будущая исследовательница. — Бабушка надеется, что я одумаюсь и вернусь домой.

— Понятно, — несколько задумчиво произнес адепт. — Ладно, пока столовой нет, придется брать тебя под опеку. Не возражаешь, если я расскажу нашим?

— Рассказывай, я не гордая, — пожала плечами Мика.

— Да я уже понял, — кивнул Том. — Просто бабку твою очень в городе не любят. У нас учащиеся больше из простых. У кого-то семьи в доходных домах живут. Мы пару лет назад жили в доме, который бабке твоей принадлежит. Не из лачуг, а приличный. В таких она сама за платой приходит. Понятно, не одна, а с управляющим и охраной. Я на первой практике был, денег своим передать не успел. Отец тоже в отъезде по работе. Он не хотел, но заплатить обещали хорошо. А у матери не набралось нужной суммы. Так леди даже слушать ничего не захотела. Дала три часа, чтобы вещи собрать, и куда хотите, туда и идите. Зима, морозы. Пришлось им в приют идти. Я как вернулся, чуть с ума не сошел. Домой прихожу — другие люди живут, ничего не знают. Позвал ребят, забрали все то, что мама и сестры унести не смогли, и начали поиски. Когда нашел, думал, бабку твою собственными руками задушу, без всякой магии. Близняшки болели сильно, да и остальные уставшие, голодные, замерзшие. Благо в академии помогли. Лекари сразу забрали к себе, а потом новое жилье нашли. Лучше и дешевле.

— Я о бабушкиных делах даже не знала ничего, — извиняющимся тоном произнесла девушка. — Маленькая еще. Зато замуж не маленькая.

Последняя фраза была произнесена с такой злостью, что Том удивился. А потом неожиданно рассмеялся.

— Знаешь, а ты у нас приживешься, — пояснил он. — Хотя, действительно, самая маленькая. Только не обижайся, но сколько тебе лет?

— Семнадцать, — вздохнула Мика.

— Ну вот. А на курсе в основном за двадцать. Кто из колледжа с тобой пришли, те могут и моложе быть. Но в основном все на первый курс идут, или до колледжа еще где-то занимаются, — принялся рассказывать Том. — Парни так обязательно военное дело изучают, девушкам немного проще, но вас тоже будут натаскивать. Так что готовься, у нас факультет самый сложный. Боевой магии немного проще, там теории меньше. Остальные больше по теории, но нет столько физической подготовки и занятий в лагерях. Хотя, какие там лагеря — вывезут куда-нибудь, и будь любезен не только жить там, но и задание выполнить. Еда закончилась — сам добывай. Кроме группы поблизости людей нет. Как хочешь, так пропитание и добывай. И ладно еще летом, это раз в два-три месяца. Могут на несколько дней отправить, а то и на пару недель.

— То, что мне надо, — обрадовалась девушка. — Подальше от бабушки, побольше самостоятельности. А то надоело, что за ручку водят везде. Словно я какая-то драгоценность.

— У нас быстро самостоятельности научишься. Хотя, вроде как начала уже, — снова кивнул он на разделочную доску. — Только слишком дешевые продукты не бери. Не всегда свежими бывают.

— У меня выбора нет, — вздохнула Мика. — Леди Женевьева успешно экономит в том числе на внучке. А мне надо как-то до стипендии дотянуть.

— Не переживай. Я сказал, что беру тебя под опеку, значит, все будет. Так что пьем чай и идем знакомить тебя с ребятами. И не думай, на самом деле у нас новичков обижать не принято. Это у меня личное, не сдержался. Уж не держи зла, я уже вижу, что ты не такая. Сидишь вон со мной, чай спокойно пьешь.

Девушка улыбнулась. За последние несколько лет этот комплимент был единственным, который она с радостью принимала.

— Я сначала подумала, ну, когда тебя увидела на пороге, что ты бабушкин шпион, и пришел смотреть, как я устроилась, — призналась она. — С бабули станется платить кому-нибудь, чтобы ей доносили о том, как я тут живу, как учусь, с кем общаюсь.

— Нет, вот уж на кого я бы никогда работать не стал, — спокойно сообщил ей адепт. — Даже если это будет единственная доступная работа. Но ты, не она, так что все в порядке. Шпионов мы быстро найдем, была бы проблема. Если что, привлечем боевиков. Ребятам это только в радость будет. Ну и наваляем потом так, чтобы думать о деньгах леди забыли. Так что, Мика, пока ты в академии, можешь не переживать, бабушкиных рук не хватит до тебя дотянуться. А если и попробует, обломаем.

Девушка улыбнулась.

Чай допили довольно быстро, после чего Том повел ее знакомить с теми ребятами, что уже прибыли в академию. Сначала Мика думала, что ее поведут по всем комнатам, но ошиблась. Поскольку адептов было еще мало, и у всех были какие-то новости, то собрались они в небольшом зале на своем этаже. Увидев приятеля, все сразу расплылись в довольных улыбках, которые быстро пропали, стоило им увидеть его спутницу. Впрочем, Том на это не отреагировал.

— Знакомьтесь, народ, наше пополнение. Микаэлла. Можно Мика, — представил он девушку. — Поступила заслуженно, без связей. А сейчас, милостью известной родственницы, вынуждена влачить нищенское существование. Хотя, какое нищенское, — махнул он рукой, — нищие и то в месяц больше получают, чем ей выдали.

Мика потупилась. Появившийся на лицах старших однокурсников интерес сильно не радовал. Не хотелось, чтобы ее воспринимали, как неведомую зверушку. Однако девушка ошиблась.

— Слушай, а ты как сплела защиту от оглушения? — поинтересовалась одна из девушек. — Я сколько не пыталась, но никак не получается. Ее и изучают только к концу четвертого курса, говорят, слишком сложно.

— Правда? — удивилась Микаэлла. — Мне никогда не говорили, что сложно, а что нет. Просто я должна была уметь это делать.

— Да, — протянул другой адепт, тоже изучая плетение щитов. — Хорошо, что тебе никто не сказал, что надо учиться скрывать свои заклинания. Обычно это преподают на выпускном курсе, и то не у всех получается.

— Хорошо, что моей бабушке не сказали, что я должна это уметь, — покачала головой Мика. — А со щитом ничего сложного.

И она принялась объяснять, как накладывает защиту. Все внимательно слушали, пытались делать, у кого-то даже начало получаться. Вскоре общий язык был найден, все перезнакомились, а потом и вовсе переместились отмечать знакомство в ближайшую к академии таверну, несмотря на протесты Мики, что у нее нет денег. На девушку только шикнули, чтобы она забыла о такой глупости. Им еще учиться, так что будет просто помогать им, если понадобится. Понятно, не давать списывать, потому как люди взрослые, понимают, что списать может любой дурак, да только где потом смотреть, когда окажешься там, куда сами демоны не заглядывают.

Понятно, что ужин не обошелся без пива. За знакомство, начало учебного года, потом просто так… Мика сидела с одной кружкой, в которой плескалось больше половины напитка, в то время как остальные пошли на третий, а то и четвертый круг. Пить не заставляли, понимали, что девушка не привыкла к подобным возлияниям, да и возраст учитывали. Просто всем было весело, этого хватало. Ровно до того момента, как в зал не вошел новый посетитель. Увидев его, девушка помрачнела и постаралась спрятаться за остальных. Кто-то тоже заметил нового посетителя, шум в компании адептов начал стихать.

— Ребята, а кто это? — полюбопытствовала девушка, когда прибывший удалился на второй этаж, в зал для привилегированных персон.

— А ты разве не в курсе? — удивились остальные.

— Нет, я его пару раз замечала в колледже, но он в другой группе был, мы почти не пересекались. Только в коридоре иногда мимо проходили, — пояснила она.

— Понятно, — одна из девушек покосилась в сторону лестницы, — тогда ты и не могла его знать. Он из семьи де Сентан. Рикьярдо де Сентан. Твоя бабка не знается с его родом. А если она узнает, что он тоже учится в академии…

— Не удивлюсь, что знает, — вздохнула Микаэлла, в очередной раз вспомнив то богатство, которое ей выдали на полтора месяца существования.

Дольше в таверне оставалось не хотелось. Присутствие, пусть и в особом зале, но все равно рядом человека, который явно не выказывал дружеских чувств к компании, тяготило. Поэтому быстро закончили с ужином, ребята расплатились по счету, и все отправились назад в академию.

— Еще и на нашем факультете учиться будет, — вздохнул Том, когда вся компания устроилась в его комнате. Пока это было единственное помещение, где хватало места. Трое его соседей пока не вернулись на учебу, и их кровати были нагло оккупированы.

— Ну что, Мика, будешь приобщаться к нашей жизни, — улыбнулась одна из девушек, выуживая из-под кровати, на которой сидела, гитару. — Надеюсь, Рональд не обидится, что я позаимствовала его инструмент.

— Ты и так его постоянно заимствуешь, — покачал головой хозяин комнаты.

— Ну и хорошо, — девушка проверила настройку, потом пробежалась пальцами по струнам, чтобы убедиться в качестве звука.

Остаток вечера прошел весело. Песни, чай с травами, которые ребята собирали на практиках, выпечкой, за которой мальчишки сбегали к пекарю, уже привычному, что адепты могут явиться за сладким в любое время дня и ночи, особенно в период экзаменов. Расходились по комнатам поздно.

— Лара, — окликнула Мика подругу гитаристки, провожавшую ее, — а вам не запрещают вот так собираться?

— С чего бы? — удивилась та. — Мы люди взрослые. Нам только боевая магия за пределами стадиона запрещена. А так, можно друга привести, можно хоть всю ночь гулять. Вот учеба начнется, и половины веселья не будет. А пока есть возможность, почему нет? Кто знает, в какие трясины нас дороги потом заведут. Лучше уж сейчас все выпить и спеть.

Мика хотела задать еще вопросы, но Лара зевнула, после чего просилась с однокурсницей и отправилась к себе в комнату, оставив девушку размышлять над настроем будущих товарищей по профессии.

Чем ближе был учебный год, тем больше в академии было адептов. Возвращались те, кто уезжал на время каникул домой, заселялись поступившие. Мика успела освоиться, обжиться. Сначала девушка переживала, что ей предоставлена комната на одного человека, в то время как некоторые ее знакомые живут по двое, трое, а то и четверо. Но ребята успокоили ее, что это нормальная практика. Потом она может попросить, чтобы ее поселили с кем-то из адепток, разумеется, если будут места, поскольку обычное расселение все-таки было индивидуальным.

— Не переживай, — смеялся Том, — в комнату ты все равно будешь приходить переодеться, поспать, ну, еще тетради положить или забрать. Так-то мы все делаем вместе. Обедаем в столовой, занимаемся в библиотеке или на площадках отрабатываем заклинания. Еще устанешь от такой толпы вокруг.

Как только открылась библиотека, девушка получила учебники и начала готовиться по тем предметам, которые ей предстоит сдавать в качестве академической разницы. Это было не столько сложно, сколько скучно, но Микаэлла надеялась разделаться с ними как можно быстрее, чтобы потом сосредоточиться на текущих занятиях и заданиях. А после открытия столовой жизнь и вовсе наладилась. Кормили студентов не то, чтобы шикарно, скорее добротно и сытно. Кроме того, был график дежурств для адептов, чтобы они в будущем могли питаться в походах.

К началу учебного года девушка успела познакомиться почти со всеми однокурсниками. Некоторым было все равно, с кем они будут учиться. В основном это были адепты, приехавшие из других земель. Де Блитц, подумаешь. У них своих шишек хватает, чтобы по поводу иноземных задумываться. Если девчонка нормальная, то никаких проблем. А что младше многих — не дура же, раз поступить смогла. Кто-то сначала смотрел настороженно, но, заметив, как она общается с остальными, принимали ее в свой круг.

Все равно получилось так, что лучшие отношения у Мики сложились с теми однокурсниками, с которыми она познакомилась в первый же день. Возможно, сказался тот факт, что они провели вместе больше времени, или были не так настороженно настроены, сумев рассмотреть не имя, а количество щитов на юной студентке. Остальные могли думать, что этому девушка успели научить остальные.

И только один студент держался особняком от всех. Рикьярдо де Сентан не общался ни с кем. Он словно отгородился от адептов стеной, молча проходил мимо, в аудитории сидел один, а после занятий сразу уходил куда-то. Его не видели ни в столовой, ни в библиотеке. Только вечером он возвращался в комнату, да иногда занимался на площадках, причем всегда один.

— Хвала богам, — как-то высказалась Лара. — Мне хватает его самодовольной рожи на занятиях, а слушать, как он отвечает, сущая пытка. И все это с таким видом, словно делает одолжение всем. Как он вообще работать планирует.

— Сомневаюсь, что он вообще собирается куда-то ехать, — заметила Микаэлла. — Ему-то не надо прятаться от собственной родни по непроходимым джунглям.

Подруга промолчала. Сказать было нечего. Все знали, что Женевьева де Блитц словно позабыла о внучке. Отправив девушку в академию, она ни разу не связалась с нею. Ко многим приезжали родственники, писали письма. У ребят были семьи. И только Мика оказалась сиротой при живых родителях. Только через месяц пришло письмо от деда. Девушка светилась от счастья. Якобы сумасшедший родственник заявил, что гордиться своей внучкой, она может во всем на него полагаться, а если решит сбежать куда подальше, он с радостью предоставит список мест, куда их властная бабуля точно не сможет добраться. К письму прилагался маленький кошель, много меньше того, что выдала девушке бабка. Вот только наполнен он был золотыми монетами, «дабы внучка могла сосредоточиться на учебе, а не думать, как дотянуть до стипендии».

Письмо от родителей пришло только спустя два месяца после начала учебы. Мика уже не надеялась на ответ, когда в комнату постучал дежурный по корпусу и передал девушке большой сверток. С удивлением она открыла его и увидела три конверта и записку от горничной.

«Мисс Микаэлла, — было в записке, — это письма ваших родителей. Надеюсь, следующее придет уже на адрес университета. Леди Женевьева приказала сжечь эти, но я решила рискнуть и переслать их вам. Надеюсь, если меня уволят, вы дадите мне рекомендацию. Анья».

Девушка только покачала головой. Почему она сразу не подумала об этом. Странно было бы ждать от бабушки чего-то иного. Что ж, придется отправить родителям маговесть, чтобы они знали, куда теперь стоит писать. Расходы, конечно, приличные, но дедушка позаботился, чтобы у нее не было больше проблем с деньгами. Помимо присланного золота она получала стипендию и могла позволить себе одно дорогое послание.

Разницу по предметам Мика благополучно успела закрыть. Преподаватели только удивлялись, как девушка смогла освоить сложную программу в короткий срок. Возможно, сама бы она и не справилась с этой задачей, и растянула процесс на год, но кстати оказалась помощь однокурсников. Помимо конспектов, они инструктировали, кто и как принимает экзамен. Кому надо рассказывать мелочи, а кто доволен, что адепт знает картину в целом, потому что все равно этот предмет ему в будущем не потребуется. Надо ли говорить, что после такого инструктажа предметы были не просто сданы, а сданы на отлично. Хотя сами преподаватели тоже шли навстречу девушке.

Так что на первую практику, которая приходилась на конец осени, девушка уезжала без задолженностей и с хорошим настроением. Чего нельзя было сказать о нескольких адептах, которые никак не могли закрыть долги с прошлого года, и Рикьярдо, который никак не мог сдать философию. Хотя этот предмет никогда не спрашивали основательно по той самой причине, что магу исследователю это надо лишь для общего развития. Но для преподавателя не было авторитетов. Даже если бы весь совет магнатов вкупе со сводным синодом попытались надавить на него, результат был бы тот же самый.

Стоит ли говорить, что настроение адепта было отвратительным, а всем остальным предстояло находиться в его обществе целый день.

— Хоть бы его хухр сожрал, — бурчал Том, когда рядом не было посторонних. Все были согласны с ним. И без того условия практики были не лучшими — заброшенная деревня, где из удобств только стены, прохудившаяся крыша и забитый мусором очаг. Остальное предстояло делать самим, да еще и задания такие, что иные адепты поспешили бы подать заявление на отчисление.

— Ничего, — Мика постаралась найти хоть что-то хорошее. — Распределение на группы нет, можно выполнять задания вместе, можно индивидуально, так что пусть как хочет, так и делает.

— Да пусть вообще первым себе избу выберет, а мы уже по тем, что останется, разместимся, — поддержала ее Лара. — Не первый такой умник. Только остальные за первый курс сбежали. Может, этот за ними последует.

Так что к практике своеобразный заговор распространился между всеми заинтересованными адептами, которые все свободное от занятий время посвятили подготовке к предстоящей поездке.

— Ну и дыра… — когда портал закрылся, вырвалось сразу у нескольких адептов.

Деревня, в которой им предстояло проходить практику, была не просто заброшена. Судя по ее виду, там никто не жил как минимум последние четверть века. Дома не просто пришли в запустение — они успели порасти травой или кустарником, а сквозь некоторые уже выросли деревья. Кто-то уже вовсю использовал магию, чтобы определить, нет ли тут какой-то нечисти или нежити, кто-то проверял, не иллюзия ли это. Но большинство стояло и растерянно озиралась вокруг.

— Ну что? — первой отмерла Лора. — Кто куда расселяется?

Рикьярдо пожал плечами и первым зашагал к наиболее уцелевшему домику. Остальные проводили его взглядами, после чего принялись выбирать, куда можно устроиться. Том, Лора, Мика и несколько ребят из их группы облюбовали себе небольшую полуземлянку. Внешне постройка была не самой симпатичной, у нее отсутствовали окна и дверь, но именно это и послужило в пользу подобного выбора — не придется решать проблему пустых проемов.

— А тут не плохо, — оглядев помещение в свете магических огоньков, заявил Том.

Остальные согласились. Небольшое пространство было поделено на три части. В одной должны были жить девушки, другая отводилась парням, а середина оставалась общей. Там они устроили очаг, поставили козлы, на которые положили несколько досок, найденные в других домах, в результате чего получилось два стола. Тесновато, но уютно. По стенам развесили огоньки, а дверной проем завесили парой запасных одеял и укрепили магией, чтобы не задувал ветер, да и среди ночи непрошенные гости не забрались.

Пока девушки наводили порядок внутри, мыли, развешивали занавеси, чтобы окончательно отделить мужскую и женскую половины, юноши не сидели без дела. Кто-то отправился за дровами, двое сделали импровизированный порог, чтобы во время дождя вода не заливалась внутрь, а стекала в специально вырытую канавку. Потом проверяли на прочность крышу, укрепляя ее заклинаниями.

Отдельно группа адептов приводила в порядок колодец, чтобы можно было пользоваться им, не боясь отправиться вниз вслед за ведром.

— Вот теперь можно и задание изучить, — когда работы по обустройству жилища были закончены, решила Микаэлла, вытаскивая из сумки конверт.

Рассевшись на чурбаках, призванных заменить стулья, остальные присоединились к девушке.

Задание было объемным, но, по мере изучения, лица их светлели. По сути, они уже выполнили первую часть — обустройство жилья в заброшенной местности. Останется только сделать подробное описание процесса и предоставить зарисовку их землянки со стороны улицы. А вот дальше было сложнее.

— Ну и как мы должны определить, какие съедобные растения можно здесь найти? — обвел взглядом соседей по временному общежитию Никлас. — Я понимаю, когда это задание дают весной или летом, но сейчас поздняя осень. Мы и половины трав не найдем. Я молчу о грибах.

— Значит, опишем то, что можно съесть в данное время года, — пожала плечами Лора. — Не думаю, что кто-то надеется, что мы зимой будем наслаждаться кислицей или мышиной радостью. А вот клюква, брусника, рябина вполне подойдут.

— Шишки, — продолжила перечисление того, что с ходу пришло в голову Нала, сестра-близнец Никласа, — какие-нибудь клубни, дикие яблоки или груши…

Мика быстро записывала предположения, чтобы потом ориентироваться, в том числе, и на них. Все-таки это была ее первая практика.

— Знаете, ребята и девчата, — когда закончили обсуждать первый вопрос задания, жалобно произнесла Нала, — я вас и люблю и ценю, и все такое, и умные вы, но давайте пожрем что ли?

Последние слова были произнесены таким тоном, словно девушка готова была съесть всех, включая брата, если в ближайшее время никто не захочет сделать перерыв на ужин. Остальные со смехом приняли ее предложение. Папку с заданиями убрали, после чего девушки принялись готовить ужин, точнее разогревать то, что успели прихватить из столовой, пока была такая возможность.

После ужина выбрались на улицу. Надо было уничтожить мусор, а заодно все хотели посмотреть, кто и где устроился, чтобы случайно ночью не перепутать своих с каким-нибудь померещившимся мертвяком или забредшим в деревушку зверем. Ну и защиту на свое жилище поставить, чтобы не только от дождя, но и от шумов посторонних, и, что еще важнее, от непредвиденных вторжений.

Чуть в стороне горел большой костер, оттуда доносился смех, звуки музыки. Поставив заклинание от проникновений, обитатели землянки поспешили присоединиться к однокурсникам.

— О, Том, Лара, Мика! — шумно приветствовали ребята подошедших коллег. — Давайте к нам, надо отметить прибытие и расселение.

Разумеется, иного приглашения и не требовалось. Подошедшей пятерке быстро нашлось место возле огня, Тому тут же вручили гитару, придвинули большую кружку.

— Давай, Рождерс, нашу любимую.

Том кивнул. Потом подождал, чтобы его спутникам тоже налили и придвинули ближе к ним блюдо с копченым мясом, после чего начал перебирать струны, проверяя звучание. Хозяин гитары, Рональд, сначала следил, что творится с его инструментом, потом махнул рукой и принялся что-то рассказывать сидящей рядом Нале.

Веселье давно перевалило за полночь. Мика возвращалась от избушки, которую определили под определенные нужды, когда заметила в темноте одинокую фигуру. Поддавшись странному порыву, девушка сошла с тропинки и через поросшую высохшей травой полянку двинулась туда.

— Привет, — она остановилась, не доходя нескольких шагов до мужчины.

— Привет, — вопреки ожиданиям в голосе его все равно слышалось ехидство. — Что, де Блитц, решила снизойти?

— До кого? — уточнила Микаэлла. — До ребят? Ошибаешься. Это они приняли меня в свой круг, сочли равной себе. До тебя? Может, в темноте ты не так пугаешь своей надменной гримасой, и возникает мысль, что де Сентан может быть нормальным человеком, а не одним из надутых индюков, что регулярно собираются в гостиных избранных домов и рассуждают о политике и экономике.

Рикьярдо рассмеялся.

— А тебе палец в рот не клади, — заметил он. — Надутые индюки — это ты подметила верно. Не думал, что похож на них.

— Еще как, — дернула плечом девушка. — Если отбросить возраст и внешность — точная копия. Будь проще, сразу станет меньше проблем. Люди потянутся, преподаватели не будут заваливать. И вообще, жить станет легче. Особенно после того, как закончится учеба и начнутся рабочие будни.

Девушка хотела что-то еще сказать, но от костра раздались зовущие ее голоса. Так что оставалось только извиниться и поспешить в очерченный светом круг. После чего обнаружилось, что кто-то рассказал о ее способности к пению. Пришлось согласиться и исполнить пару песен, а потом еще пару. А потом к костру приблизилась еще одна фигура.

— Я не помешаю?

Воцарилось молчание. Все с удивлением смотрели на Рикьярдо. Тот попытался улыбнуться, но вышло это несколько неуверенно. В результате вместо привычной маски самоуверенности на лице его проступала растерянность. Молчание начало затягиваться. Мужчина уже собрался вернуться в выбранный для обитания дом, но тут две девушки подвинулись, освобождая место.

— Приземляйся, — улыбнулась ему одна. — Я Джемма.

— Я Тиана, — представилась вторая, когда Рикьярдо устроился на свободном пространстве. — Выпить хочешь?

— Не откажусь, — было видно, что он чувствует себя несколько скованно, но девушки уже развили деятельность по адаптации подшефного.

Микаэлла краем глаза до того следившая за тем, как однокурсницы берут под опеку решившего наладить отношения с коллективом де Сентана, тихо прошептала:

— Бабуля меня убьет.

— Твоя работа? — расслышал ее Том.

— Угу. Одно удачное сравнение, и мы видим передо собой не самовлюбленного хлыща а более-менее адекватного человека. Хотя, есть еще над чем работать, — заметила девушка, стараясь говорить так, чтобы ее больше никто не расслышал.

— Думаю, Тиа и Джи справятся, — усмехнулся адепт. — Они на де Сентана глаз давно положили, но все никак не могли подобраться к нему. Ну да ты и сама от него шарахалась, хоть и привычная.

— Эй, голубки, — окликнула их Лара, — хватит миловаться. Пиво разлито. Сейчас предлагаю выпить за то, чтобы с каждой практики мы возвращались таким же составом, каким собрались сейчас здесь. А если кто-то и будет отсеиваться, то лишь потому, что не сдал экзамены, и его отчислили, или сам решил, что это не его специальность.

Все поддержали девушку. После тоста некоторое время над заброшенной деревушкой царила тишина. Все как-то резко стали серьезными, задумались о том, что практика не так проста, как может показаться. Сколько уже было адептов, которые точно также беспечно думали, будто с ними-то ничего не случиться, и чем эти истории, как правило, заканчивались. Том вновь отнял в Рональда гитару и принялся тихо наигрывать негласный гимн магов-исследователей.

Расходились перед рассветом. Вставать рано никто не собирался, если не возникнет особой нужды. Но и беспечностью никто не отличался. Пусть выпито было прилично, но все оставались достаточно трезвыми для того, чтобы опутать деревню следящими заклинаниями. Наверное, именно из-за того, что выпито было больше, чем обычно, с заклинаниями даже немного перестарались, но лучше так, чем не поставить вообще ничего.

Собственно и расходились кто по своим углам, а кто не по своим. Первая и последняя ночи практики, ночь после приезда и ночь перед отъездом, время, когда адепты могут делать все, что захотят. Взрослые люди вправе решать, как и с кем провести это время. Возможно, и потом тоже многое изменится для некоторых, а, может, останется, как было, лишь любопытство будет удовлетворено.

Утром, после завтрака, все вновь собрались возле костра. Собственно огня там не было, но место для общих собраний было удобным. Так что обсуждать задание на практику решили там.

— Обустройство лагеря, — прочитала первый вопрос Мика. — Собственно, почти все сделано. Только зафиксировать, ну и список охранных заклинаний.

— Ага. У меня с собой зеркальца есть, — откликнулась Тиана, сидевшая рядом с Рикьярдо. С другой стороны от мужчины устроилась Джемма. У всех были подозрения, что они и ночь провели вместе, но высказывать их никто не стал. Все здесь люди взрослые, кому что нравится — их дело.

— Отлично, — кивнула Лара. — Дальше, перечисление съедобных растений и тому подобного, что можно здесь раздобыть, если вдруг припасы исчезнут.

— Предлагаю создать поисковый отряд, — после незначительной паузы высказался Рональд. — К примеру, я, Нала, Джемма, Никлас и новички.

После непродолжительного обсуждения состав одобрили. Разве что Тиана надулась, потому что ее не включили в этот список. Но девушке напомнили, что заморозков еще не было, так что в лесу могут встречаться пауки. Палить лес, равно как с воплями убегать в неизвестном направлении, не стоит. Во всяком случае, пока практика не закончится. Аргумент подействовал.

— Дальше, живые существа… — этот пункт явно озадачил Мику.

— Вот будете искать съедобные травки и корешки, — пояснил Том, — заодно обращайте внимание на всяких там мышек, лягушек, змеек, насекомых. Молчу о птицах и достаточно крупных животных. Одних надо опознавать по звукам, которые мы слышим, вторые могут ни разу не попасться нам на глаза.

— Неживые существа, — озвучил очередной пункт Рикьярдо. — С этим все понятно, и я бы не хотел с ними встречаться.

— Все равно придется, — хмыкнула Лана.

— Не на первой же практике, — возразил мужчина.

— Ну, так-то да, — девушка вынуждена была согласиться. На первой практике встреча с нежитью не для всех оканчивалась благополучно.

— И на закуску, — словно этот пункт был у Тома самым любимым, — подробное описание региона: местоположение, карта, климат, природа… Ну, — не стал он зачитывать все подряд, потому что у остальных тоже были эти задания, — все сведения, которые потом можно будет поместить в энциклопедию. Кстати, никто не додумался с собой захватить сие полезное издание?

Понятное дело, вопрос был шуткой. Тащить на практику семидесятитомную энциклопедию никто бы не стал просто потому, что ее некуда было сложить. Всеобъемлющие сумки выдавались только студентам старших курсов, а купить подобное самостоятельно могли бы себе позволить разве что Мика или Рикьярдо, но у них ничего подобного не было.

— Понятно, — после небольшой паузы деланно печально вздохнул Том, — придется самим эту статью писать.

Все рассмеялись, после чего принялись обсуждать, кто какую часть задания будет выполнять, а что придется делать сообща.

Лес, вопреки ожиданиям, был сух и проходим. Кое-где попадалась брусника. Забредшая немного глубже Джемма сообщила, что клюква на болотце есть, что и продемонстрировала, вручив каждому несколько ягод. А вот пора грибов миновала. Встречались только трутовики из тех, что съедобны, но только один раз. Собственно, в это время года съедобных грибов никто и не ждал. Зато кое-какие травы и коренья еще можно было собрать. Хотя, адепты предпочли составить описания. Запас еды был достаточным, чтобы лишить себя удовольствия ковыряться в холодной земле.

Почти не было и живых существ. Хотя, Мика и Рикьярдо внимательно изучали стволы деревьев, траву, даже несколько раз копнули землю. Все, что им удалось обнаружить — один большой муравейник да пара заброшенных осиных гнезд неизвестной давности. Муравьев благополучно внесли в списки живых существ, упоминать ос не стали. Кто знает, были они здесь этим летом или нет. Рональд пару раз делал знаки останавливаться, прислушивался. Потом объяснял, какая птица осмелилась подать голос. Были это по большей части неперелетные пичуги, готовящиеся зимовать в лесу.

После двух часов блужданий небольшой отряд выбрался на полянку. Посреди нее лежало поваленное дерево, рядом с которой было много пустых шишек.

— Дятел? — уточнила у брата Нала.

— Похоже на него, — он подошел ближе. — Но шишки старые. Не раньше прошлого лета. Рон, посмотри, я могу и ошибаться.

— Не ошибаешься, — после быстрого осмотра сообщил тот. — Птичка обитала тут несколько лет, а потом, почему-то, бросила это место.

— Думаю, нам тоже не стоит задерживаться, — огляделся Рикьярдо. Место ему не нравилось, и адепт был бы рад последовать вслед за неведомым дятлом.

Группа исследователей поспешила удалиться. Только оказавшись на приличном расстоянии, они позволили себе облегченно выдохнуть.

— А ведь нам придется идти туда и разбираться, что же выгнало дятла с этой полянки, — поморщившись, заметил Рональд. — Хоть и не хочется.

— Ты дорогу обратно найдешь? — немного скептически поинтересовался Рикьярдо. Мика просто задумчиво смотрела то на тропинку, по которой они, кажется, пришли, то на ребят, которые дружно уверенно кивнули.

— Не переживайте, — ободрила их Джемма. — Вас, скорее всего, летом еще отправят на практикум по ориентированию вместе с первым курсом. Там быстро научитесь находить дороги, по которым проходили хоть раз.

— То есть летом, — поспешила уточнить Микаэлла. — Том же говорил, что у нас и летом тоже должна быть практика.

— Должна, — согласился Никлас. — Но у нас она будет неделю-две, а потом вы до начала учебного года можете забыть обо всех планах. Гонять вас будут знатно.

— У меня планов и не было, — призналась девушка. — Точнее, всего один — держаться как можно дальше от леди Женевьевы.

— В таком случае могу тебя поздравить, — улыбнулась Нала. — Это будет самый реализуемый план, который ты только могла себе представить. Никто, ни твоя бабушка, ни ее знакомые, ни члены совета пяти не смогут отменить практику адепта, если он учится на исследовательском факультете. Можно пойти навстречу ради боевого мага, стихийника, даже лекарям можно перенести отдельные занятия. Но не нам. Слишком дорого может стоить наша ошибка. В первую очередь для тех людей, которые идут с нами. Мы — маги, мы еще можем выжить. У основной группы шансов никаких.

— А разве мы не путешествуем одни? — удивился де Сентан.

— Очень редко, — принялся рассказывать Рональд, пока они двигались в сторону лагеря. — Чаще всего маг или несколько магов сопровождают группу. Цели у экспедиции разные. Мы, прежде всего, должны найти максимально удобное место для лагеря, убедиться в безопасности территории, выявить источники воды, съедобные и несъедобные растения, оказывать магическую поддержку при необходимости. Ну и действовать в зависимости от задач экспедиции. Остальные — сопровождение, которое может рассказать хоть что-то о местности, охрана, без которой не всегда можно обойтись, исследователи, которые должны будут выполнить определенные, узконаправленные работы. Мы не обязаны детально исследовать почвы, чтобы сказать, где какие полезные ископаемые находятся, или предсказать, какие культуры там будут расти. Все, что мы можем — составить карты и подробное описание местности, включая места силы или, наоборот, магические провалы. Обычно это рассказывают на первом курсе, когда мы приходим на самое первое занятие. Так что считайте, я кратко пересказал то, что у преподавателей занимает полтора часа.

— В общем, все зависит от заказчика, — подвела своеобразный итог Мика. — Но, поскольку мы маги, с нас спрос повышенный.

— Именно, — кивнул Рональд, после чего они до самого лагеря шли молча, прислушиваясь к тому, что твориться в лесу. Но было тихо. Подозрительно тихо.

Зато в лагере жизнь бурлила. По центру уже развели большой костер, над которым висел притащенный откуда-то большой котел. За варевом следили три девушки. С другой стороны двое парней тащили небольшое деревце. Мика подумала, что специально приволокли из леса сухостой. Накануне все занимались предварительным обустройством, чтобы было где упасть и уснуть. Сейчас же адепты заготавливали дрова, прочищали колодец, укрепляли те избы, в которых кто-то поселился. Словом, готовились провести ближайшие две недели практики, не беспокоясь о текущих нуждах. Понятно, будут еще походы и в лес, и на болотце, и по дороге пройдут, чтобы примерно понять, куда она ведет. Но первые два-три дня упор делался исключительно на подготовительные работы. Разве что новичков сразу начали знакомить с особенностью жизни мага-исследователя.

— О, вернулись, — увидел их том. — Рон, там водник твоего уровня нужен, посмотри, что с колодцем. Ник, Рик, — Рикьярдо даже не успел возразить по поводу такого сокращения его имени, а уже шло распоряжение, — идите вон за ту избу, помогите ребятам дрова колоть. Мы пока за новой партией.

— Том, осторожнее, не нравится мне это место, — предупредил его Рональд.

— Мне тоже, — согласился с ним адепт. — Лес сохнет. И мне бы не хотелось встретиться с причиной этой напасти до того, как мы приведем лагерь в боевое состояние.

Его сосед по комнате в общежитии только кивнул, после чего поспешил в указанном направлении. Никлас и Рикьярдо тоже не заставили себя ждать на обозначенном им фронте работ. Девушки остались предоставлены сами себе. Впрочем, они не сомневались, стоит только спросить, а работа им найдется.

К вечеру лагерь был почти обустроен. Оставались только незначительные мелочи, больше связанные с комфортом, чем с обеспечением безопасности. Так еще не выложили вокруг костра камни, чтобы угли не расползались, но над огнем подвесили котел и как следует закрепили его магией и при помощи проволоки. Не накрыли еще поленницы дров водонепроницаемой тканью, но уже сделали запас на несколько дней, накинув сверху магическую защиту. Всю деревню огородили небольшим забором из деревьев, с которых еще не спилили лишние ветки, так что они цеплялись за одежду, если кто-то подходил слишком близко. Подобных мелочей хватало. Что-то доделают, а что-то так и останется, потому что задачей было не создать базу, на которую потом прибудут высокопоставленные особы, а подготовить лагерь, из которого они будут отправляться на обследование местности. Ну и который можно будет защитить при необходимости. Забор только казался неказистым и легко преодолимым. На самом деле его защищало такое количество заклинаний, что потом еще долго не только древесная труха, но и сама земля будут носить следы остаточной магии.

— Ну, вроде как все, — когда все, кроме Микаэллы и Рикьярдо несколько раз осмотрели лагерь и не нашли, что еще можно сделать, выдохнул Рональд. — Завтра утром фиксируем все на зеркала, и переходим к исследованию местности.

— Сдается мне, — задумчиво смотрел в сторону леса Том, — что подкинули нам тут ту еще гадость. Заброшенная деревня, лес, где не так много живности и гибнущие деревья. Или это чей-то заказ, который наше руководство решило совместить с практикой, или в академии пока еще не в курсе, что тут не все в порядке.

— То есть, в заброшенные деревни вас еще не посылали? — поспешил уточнить Рикьярдо.

— Почему? Посылали. Пару раз уже были, — пожала плечиками Джемма. — Только летом, и там было уютнее. Да и заброшены они были потому, что поля оставили на пару лет, земле отдохнуть давали. А потом жители обратно думали возвращаться. Может, руководство решило, что и тут та же схема.

— Вот и будем разбираться, — снова огляделся Том. Было неуютно, но почему, адепт не мог объяснить. Просто чувствовал, что есть проблема. Магов-исследователей учили доверять подобным ощущениям.

Впрочем, если какая-то опасность и была, она на время затаилась. Адепты успели выполнить часть заданий, но так никого и не встретили. Собственно, с трудом удалось найти пару жуков в коре большой сосны. Насекомые еще летом прилипли к смоле, да так и остались незамеченными ни птицами, ни кем-либо еще. Собственно, ими да парой птиц, пение которых было слышно по утрам, перечисление живых существ и ограничилось. Неживых не было вовсе. Да и съедобные растения поздней осенью были в небольшом количестве. Разве что запасы рябины радовали глаз. Вот только пробовать ее до первых морозов никто не хотел — не так вкусно. Даже птицы пока игнорировали ягоду.

С описанием местности проблемы были небольшие. Собственно, это была одна проблема — гибнущий лес. Подразумевалось, что по окончании практики адепты с помощью карт и справочников устанавливают, куда их переместили преподаватели. Но на этот раз все справедливо опасались, что координаты по звездам и ряд примет ничем им не помогут. Точнее, помогут, но искать надо будет обычную деревню с одним из распространенных названий типа Лесная.

Попытки понять, из-за чего люди покинули деревню, тоже ни к чему не привели. Такое ощущение, что к переезду жители готовились основательно. Исследователи не нашли вообще ничего. Словно жители забирали с собой все: посуду, белье, мебель, игрушки. В домах ничего не было — голые стены, даже без гвоздей, на которые можно было бы что-то повесить.

А после предварительного исследования окрестностей всем было не по себе, потому что не удалось найти следов кладбища, которое непременно возникает при любом населенном пункте, если только тот не был недавно основан.

— То ли я что-то не понимаю, — когда вечером все собрались у большого костра обсудить итоги дня, задумчиво произнесла Мика, — или в этой деревне никто не жил. Дома поставили, а потом почему-то не стали тут селиться, бросили все, и либо вернулись туда, откуда прибыли, либо искали новое место.

— Или наши преподаватели когда-то сами построили это местечко, чтобы путать студентов неразрешимой задачей, — хмыкнул Рикьярдо.

Последнее замечание вызвало небольшое обсуждение, но в результате все пришли к выводу, что их коллега ошибся.

— В деревню ведет две дороги, — принялся объяснять Никлас. — Причем хорошо накатанные. До сих пор трава так и не смогла прорасти по всей ширине, колеи легко угадываются. Сомневаюсь, что наши преподаватели будут строить дороги на некогда оживленном, а потом заброшенном тракте.

— Кстати, еще одна примета, — сделала пометку в своем блокноте Лара. — Надо будет посмотреть, какими дорогами перестали пользоваться последние лет восемь и почему.

— А почему восемь? — поинтересовалась Микаэлла.

— Потому что у нас места практики раз в восемь лет повторяются. Чтобы те, кто уже там был, успели выпуститься и работу найти, — объяснил Том. — Так гарантия, что младшие не будут у старших списывать ничего. С другой стороны, обмен опытом не помешал бы, но для этого есть другие способы. Типа отправки выпускников вместе с опытными магами. Последний курс мы вообще будем больше путешествовать, чем в академии сидеть. Но до него еще дожить надо.

— Да, что на выпускном курсе будет, мне как-то сейчас не интересно, — согласился с ним Рональд. — Мне куда интереснее, что это за место такое. Никаких зацепок. Да, положение звезд мы зафиксировали, описание местности составлено. Что растет, что пролетает, пробегает… А дальше? Вот уж не хотели в первый день нежити, а теперь наоборот, не отказался бы я встретится с местными обитателям. Может, хоть так поймем, куда нас занесло.

— Обычную нежить мы не встретим, у нее уже спячка началась. А ту, что может попасться, лично я бы предпочла обойти десятой дорогой с подветренной стороны, — покачала головой Нала.

Все тут же замолчали и стали прикидывать, права их подруга или все-таки ошибается. По всему выходило, что девушка все же права. Осень близилась к концу, скоро должны были ударить заморозки. То самое время, когда все живые или не совсем живые, но в меру разумные существа стараются устроиться как можно удобнее: вырыть нору, найти какую-то пещерку или особо удобную ель с низко опущенными лапами, под которыми так удобно пережидать морозы. Те же существа, что не залегали в спячку, могли доставить много неприятностей даже отряду опытных боевых магов, что уж говорить об учащихся.

— Скорее бы нас отсюда забрали, — поежилась Джемма.

Рикьярдо обнял девушку и прижал к себе. Она только слабо улыбнулась ему, краем глаза отмечая, как с другой стороны к адепту прижалась Тиана. И еще неизвестно, кто кого будет спасать, если потребуется. Здоровый мужчина, только поступивший на факультет и еще не успевший ни толком освоиться, ни сдать экзамены, или две внешне хрупкие девушки, за предыдущие годы обучения успевшие много где побывать и много чего увидеть.

Следующие дни в лес ходили только группами не меньше пяти человек. Но все было тихо. Подозрительно тихо. Хотя пели птицы, но или залетавшие в рощу рядом с деревней, или где-то далеко. Из лесных же звуков только ветер шуршал пожухлой листвой да иногда падал на землю засохший сучок, стукаясь о ветки во время недолгого своего полета. Да поскрипывали выросшие близко ель да сосна, когда во время ветра стволы их терлись один о другой.

— Жуткое место, — Микаэлла посмотрела на два практически сросшихся дерева. — Такое ощущение, что мы исследуем деревню, жители которой и есть нежить, впавшая в спячку. Сейчас им холодно, — девушка поежилась, хотя была в теплой куртке, а ветер стих, — но стоит пригреть солнышку, и все повылезут из болота, поспешат домой…

— А давай ты на этом остановишься, — попросила Нала. — Нам и без этих ужастиков не по себе.

— Не буду. Но так и вспоминаются книги, в которых ничто не предвещало, но вдруг… — девушка сделала несколько пометок в блокноте, после чего группа отправилась дальше осматривать местность.

Болото предпочли обойти. Не то, чтобы никто не знал, как там ходить, но без лишней надобности скакать по кочкам желания ни у кого не было. Кто его знает, какие существа обитают в трясине, и насколько крепок их сон.

А вот на дороге их ждал неприятный сюрприз. Накануне прошел небольшой дождь, и земля успела размокнуть. И вот теперь в грязи отчетливо отпечатались следы, ведущие в сторону деревни, где они обитали.

— Один, двое, — принялся изучать отпечатки Том. — Кажется, прошло пятеро.

— Семь, — поправил Рональд. — некоторые следы ложатся один на другой. Так что не меньше семи существ, пытавшихся скрыть свое количество.

Участники вылазки переглянулись и быстро отправились в сторону деревни. Неизвестно, что это за существа такие, но явно не животные. Во всяком случае, Микаэлла никогда не видела, чтобы у животных был след, как у человека, обутого в мягкую обувь, но при этом с когтями. Судя по всему, никто из ее товарищей тоже не встречался ни с кем подобным, потому предпочитали спешить.

— А что мы будем делать, — спросила Микаэлла, догнав Тома.

— По ситуации. Если создания разумные, ребята уже должны были или договориться или не договориться с ними.

— А если неразумные?

— Опять же по ситуации. Может, они просто обошли деревню стороной, тогда останется только считать их параметры и указать в соответствующем разделе заданий. Ну, или вынести как неопознанный вид, а там пусть преподаватели думают. Если не обошли, посмотрим, как развиваются события. В любом случае, с ходу в бой мы не полезем.

Последнее замечание явно ободрило девушку, только недавно начавшую осваивать боевую магию в полном объеме. В колледже у нее была только теория, практики почти не ставили, а заниматься самостоятельно она не могла. Один раз бабушка попыталась заставить ее. Занятие было решено проводить в саду. На счастье Микаллы пошел дождь и серьезно пострадал от огненных искр только куст сирени подле беседки, в которой разместилась леди Женевьева. Больше речи о домашних занятиях боевой магией не шло. Большую часть заклинаний Мика знала в теории, и не была уверена, что на практике они сработают так, как надо.

Когда до деревни оставалось совсем немного, группа сошла с дороги. Кусты вдоль обочины успели сбросить листву, но это было хоть какое-то укрытие и, пусть и незначительное, но все же препятствие, если неизвестные увидят их раньше. Но пока все было спокойно.

Показав знаком остальным оставаться в безопасности, Том выбрался на дорогу, и принялся искать следы. Они никуда не делись, только те, кто их оставил, перебрались на обочину по другую сторону, и двигались там, после чего свернули в сторону от деревни. Убедившись в безопасности, адепт дал товарищам знак выбраться из укрытия и присоединиться к нему.

— Скорее всего, их кто-то спугнул, — изучив следы, заметил Рональд. — Поэтому они решили свернуть. Или затаились неподалеку, или ушли совсем.

— Предлагаешь отправиться за ними? — поморщился Том.

— Отведем девушек в лагерь, соберем ребят и попробуем проследить, — после непродолжительного размышления принял решение глава группы.

Девушки попытались сопротивляться, но никто не стал слушать их возражений. Аргументы ребят были существеннее. Их всего пятеро, Микаэлла новичок, и в случае нападения они не смогут сражаться с такой оравой, неизвестно на что способной. Опять же надо оставить зеркальца, на которых зафиксированы следы, чтобы потом преподаватели могли попробовать вычислить тех, кто их оставил.

Запомнив, где в последний раз видели отпечатки неизвестных существ, адепты поспешили в укрытую всеми возможными заклинаниями деревню.

Их возвращение раньше времени и рассказ о неизвестных, бродящих поблизости, взбудоражил лагерь. Все рвались отправиться и выследить странных существ. В результате собралось десять человек. Из них трое — девушки, к неудовольствию Рикьярдо.

— Между прочим, — возмутился он, — я год с паладинами обучался.

— Вот и будешь защищать слабых дам, — возразил Никлас. — Между прочим, я тебе свою сестру оставляю, де Сентан. Если эти твари нападут, пока нас не будет, лично буду спрашивать.

Пришлось оставить возражения. И с грустью проводить взглядом Джемму, ушедшую вместе с отрядом.

Не успела группа покинуть лагерь, как тут же всем остальным нашлось дело. Опытные исследователи расставляли караулы. Тех, кто не мог ничем помочь на этом этапе, отправляли заниматься тем, что все равно нужно: готовить обед, заполнять дневник практики, просто наводить порядок в лагере. Две девушки на всякий случай готовили одну из свободных изб под лазарет. Мало ли, вдруг произойдет столкновение, и будут пострадавшие. Маленькую полуземлянку подготовили на случай, если удастся захватить одного из этих существ. Убивать его никто не собирался, а вот понаблюдать какое-то время, чтобы составить подробное описания, сочли разумным.

Микаэлла, как самая небоеспособная единица, была отправлена к большому костру, кашеварить вместе с еще одной девушкой.

— Де Блитц и овощи, — хмыкнул проходивший мимо Рикьярдо. — Жаль, лишнего зеркальца нет, так бы сохранил себе эту картину на память.

— Де Сентан, проходил мимо, так проходи, — буркнула девушка.

— А если я целенаправленно сюда шел?

— Тогда говори что надо, и не ерничай.

— Злая ты, — хмыкнул мужчина. — Водички не нальешь?

— Лия, налей нашему защитнику воды, — обратилась Микаэлла к напарнице.

— А сама, значит, не можешь, — он взял кружку у второй девушки, и снова повернулся к Мике.

— Если ты не заметил, у меня руки грязные, — его собеседница кинула еще один вычищенный клубень.

Рикьярдо что-то хмыкнул, отдал кружку Лие и пошел на то место, которое ему указали руководители обороны.

— И чего он к тебе прицепился, — когда де Сентан отошел подальше, повернулась в сторону приятельницы девушка.

— Семейные дрязги высшей аристократии, — деланно безразлично пояснила Микаэлла. — Так что все нормально, я ожидала худшего.

— Никто уже не помнит, что там было триста лет тому назад, но все равно выходят из комнаты, недовольно поджав губы, стоит войти врагу семейства, — рассмеялась Лия. — Вот нечего вам делать. У нас все просто — поспорили, начистили друг другу чайники, потом замирились и пошли пить в таверну. Ну, если женщины, то пооскорбляли друг друга, пораспускали слухи, а потом объединились против третьей.

— Я просто не обращаю внимание. Насколько я знаю, семейство Рика давно бы пошло на перемирие, но бабушка слишком принципиальна в этих вопросах, — хмыкнула Мика. — Можно сказать, в лучших традициях. Так что наше с ним общение будет постоянно натянутым. Надеюсь, что только на словах.

— Да уж, — согласилась ее напарница по кухне, промывая почищенные овощи. — Не хотелось бы наблюдать, как он бросит тебя только потому, что вражда семей не позволяет помочь.

— О нет, такого не будет, — рассмеялась юная де Блитц. — Помимо вражды есть еще понятие чести. Так что помощь врагу ставится в заслугу. Показать всем, какие мы благородные. Потом этим можно гордиться лет так двадцать, или пока твой враг не сделает чего-то подобного в твой адрес. В общем, пережитки многовековой давности. Так что даже не пытайся вникнуть.

— Да я и не думала, — улыбнулась Лия. — Мне главное, что вы в сложной ситуации будете действовать слаженно.

Мика только кивнула, после чего девушки замолчали. В первую очередь потому, что с невидимой им части лагеря донесся какой-то шум.

— Только не говорите, что монстры прорвались, — вздохнула Лия, прикидывая, каким ножом будет удобнее обороняться.

Ее напарница только перехватила клубень, чтобы его можно было запустить во врага, на время дезориентируя. За секунды девушки проверили целость щитов и готовность заранее подготовленных заклинаний. Потом Мика подхватила несколько длинных веток, которые ребята обещали разрубить, но все никак у них не доходили руки, и положила одним концом в костер. Лия только кивнула. Огонь — страшное оружие. Не зря нежить и лесные обитатели его бояться. Если же их противником окажется обычный человек, ему тоже будет неприятно, что в глаза летят искры и угольки.

Оставалось ждать. Девушки устроились так, чтобы их, как они сами надеялись, не сразу заметили из-за большого котла. На скамейке еще стояли большие миски с корнеплодами и крупой — все это должно было пойти в котел, но теперь просто валялось или рядом или плавало в мисках. Если заварушка быстро завершится, то девушки вернуться к приготовлению обеда, в противном случае не жалко, если нападавшим достанется еда сырая, да еще и в песке. Пусть сами чистят и промывают. Если, конечно, они питаются всем этим, а не плотью и кровью живых существ.

Шум становился все громче. Девушки переглянулись, потом стали осматриваться, куда им отступать, в случае опасности. Вот только именно эта часть лагеря была не только на виду, но и хуже всего защищена. Разве что бежать быстро, если принять бой с противником не получиться.

— Лия, Мика, — тихий шорох и не менее тихий шепот все равно заставили девушек вздрогнуть, — все нормально, я с вами.

Обернувшись, они увидели подкравшегося Рикьярдо, в одной руке которого был кинжал, а в другой переливалась заготовка огненного шара. Девушки выдохнули, после чего чуть более уверенно сжали рукояти кухонных ножей и проверили тлеющие деревяшки. Теперь им хоть и было страшно, но уже не так сильно, как минутой раньше.

Вскоре шум стих. Убедившись, что все спокойно, троица решила приблизиться. Впереди шел Рикьярдо, а за ним, вооружившись ножами и обугленными палками, последовали девушки. Вопреки опасениям, защитный периметр не был прорван. Сами защитники выбрались наружу и что-то рассматривали, активно споря.

— Да не может этого быть, — донесся до них голос Тианы. — Ырхи уже лет двести в нашем королевстве не встречаются.

— Или и сама посмотри, — ответила ей Нала. — Настоящий ырх. Уж не знаю, откуда они тут взялись, но это именно он.

— Действительно, ырх, — девушка подошла и осмотрела лежавшее на дороге существо. — И что с ним делать?

— Как что? Сейчас зеркальцем зафиксируем и оттащим в кусты. Очнется, уйдет, — решил Никлас. — Все равно в неволе он не протянет долго. Они живут своим племенем. Или стадом. Уж не знаю, как правильно назвать. Думаю, этот отбился от остальных.

Мика и Лия подошли к остальным. На земле лежало странное существо, отдаленно напоминавшее человека, только полностью покрытое густой серебристой шерстью. Только лицо, кисти рук и стопы были без волос. Зато на ногах обнаружились большие когти. Сразу стало понятно, почему были такие странные следы. Сам ырх был невысокий, но крепко сложен. Лицо широкое, глаза, надо полагать, круглые, нос больше похож на звериный, низкий лоб. И не зверь и не человек, что-то среднее.

— Хорошенький, — выдохнула Мика.

— Ага, пока мелкий, — согласилась с ней Нала. — Этот — еще подросток. Взрослые особи не такие симпатичные и куда опаснее. Но первыми не нападают.

— А с этим что? — де Сентан с интересом разглядывал ырха.

— Отбился от своих, полез на нас, — принялся рассказывать Никлас. — Да даже не полез, скорее на запах пошел. Прямо на забор. Его и оглушило заклинанием. Так что, дамы и господа исследователи, а также леди и лорд, фиксируем находку и переносим подальше отсюда, пока его семейство не принялось искать потерянное дитятко.

Пока разбирались с находкой, вернулась группа разведчиков. Ырха быстро зафиксировали на несколько зеркал, после чего совместными усилиями левитировали его как можно дальше от деревни в том направлении, куда ушли его сородичи. Уложив на обочине, в прямой видимости следов, группа поспешила вернуться. Теперь оставалось только дождаться, когда вернется отряд.

В лагере активно обсуждалась находка. Мике и Рикьядо прочитали целую лекцию об обнаруженном существе, так что к концу дня они знали про ырхов если не все, то почти все. А когда пришел десяток, во главе с Рональдом, практикантам оставалось только переписывать отчеты. Потому что ырхов здесь было несколько десятков.

— Вот же повезло оказаться неподалеку от их места обитания, — вздыхала Лара. — Теперь придется силовую стену ставить, чтобы они к нам не лезли.

— Да теперь лучше вообще из лагеря не выходить, — заметил Том. — Хотя надо бы прогуляться по дороге в другую сторону, посмотреть, куда они ходят. Но девушек не возьмем. Только парни, и только те, кто помимо боевой магии может оружие в ход пустить.

— Ну вот как всегда, — вздохнул Никлас. — Стоит понадеяться, что на этот раз тебя возьмут куда-то, а нет, сиди в лагере, защищай беззащитных дам, которые сами кого угодно ушатают на раз-два.

— Ник, не обижайся, но ырхи имунны к некоторым видам магии, — напомнил Рональд. — И мне бы не хотелось, чтобы по возвращении часть группы стала материалом для практики лекарей. Так что на правах старосты я сам буду решать, кто куда пойдет.

— Да помню я, — вздохнул адепт, — просто возмущаюсь, чтобы душу отвести. Жизнь несправедлива.

Последнее заявление немного разрядило обстановку. После чего все на время разошлись, кто по делам, кто немного отдохнуть перед ужином, чтобы потом собраться у костра и продумать, как быть дальше. Все-таки до конца практики оставалось несколько дней, и надо было выполнить все задания.

Оставшиеся дни исследователи старались одновременно совместить выполнение заданий и наблюдение за ырхами с максимально безопасной позиции. Последним старались не злоупотреблять, лишь составили краткое описание, с нанесением на примерную карту местности, на этом и остановились. Рисковать своими жизнями не хотел никто. Особенно после того, как группа наблюдателей один раз чуть не столкнулась с несколькими крупными особями. Благо вовремя услышали шорох и успели сойти с тропы в глушь, попутно маскируя себя всеми возможными защитными и отвлекающими чарами.

Но даже за то небольшое время посмотреть на нежданных соседей успели все. Мика после пары часов сидения на дереве, согласилась, что взрослые ырхи действительно страшные. Со временем у них отрастают клыки как верхние, так и нижние, шерсть темнеет, становится грязно-серого цвета, самки становятся толстыми, причем чем толще самка, тем она здоровее и плодовитее. Самцы начинают напоминать ходячие шкафы, причем передвигаются иногда и с опорой на верхние конечности, доходящие длиной почти до колен. Если добавить к этому их всеядность, становится понятно, почему с ними никто не хочет встречаться.

Наверное, еще никогда адепты не ждали так возвращения в академию. За день до открытия портала все вещи, кроме самых нужных были собраны. Обычные посиделки в честь конца практики сопровождались минимум алкоголя, а песни под гитару заменили разговорами. Лучше в академии в первый выходной наверстают, чем привлекут внимание. Тем более, ветер дул с деревни в сторону опасных соседей с хорошим обонянием.

Когда же открылся портал, преподаватели были удивлены, что группа совершила переход всего за десять минут, хотя обычно у всех уходило не меньше часа. Еще больше они удивились, когда по закрытии портала все принялись поздравлять друг друга с возвращением живыми и невредимыми.

Три дня, что давались адептам для подготовки подробного отчета, вся группа их тридцати семи человек провела в библиотеке. Изучалось все, что можно было изучить: энциклопедии, учебники, монографии, газеты, журналы, даже листки сомнительного содержания и брошюры из серии «удивительное и невероятное». Искали любое упоминание о встречах с ырхами или просто странными существами, и вообще хоть чем-то, что могло бы помочь понять, куда их закинуло во время практики. Сам отчет был почти заброшен. С одной стороны потому, что они сделали почти все, пока сидели в деревне, с другой, потому что не хватало тех самых материалов, что они пытались активно разыскивать.

Библиотекари только удивлялись спектру запрашиваемой литературы. Обычно хватало пары томов энциклопедии, учебников по географии да большого географического атласа. Но на этот раз явно что-то было не так. Преподаватели, которые должны были изучить отчет, только качали головами, глядя на студентов обложившихся всевозможной литературой. Было странно, что одна из сильных за последние несколько лет групп не может быстро справится с простым заданием. Но пока никто не вмешивался.

— Кажется нашла, — в конце последнего отведенного на подготовку дня, выдохнула Мика. Часы показывали начало первого ночи, до сдачи у ребят оставалось несколько часов. Сотрудники библиотеки давно ушли спать, оставив студентам ключ от помещения под ответственность старосты. — Слушайте. «Деревня Лосиный угол была выстроена по приказу Совета Пяти, чтобы переселить туда промысловую артель из местечка под названием Сухой Бор. Первые жители, преимущественно охотники, прибыли туда в начале весны. Планировалось, что до осени они успеют обжиться и перевезти свои семьи. Но что-то пошло не так. Уже к середине лета люди покинули деревню, забрав весь нехитрый скарб. На вопросы, что случилось, они рассказывали о странных следах вокруг деревни, непонятных звуках ночью и исчезновении оставленной на улице добыче. В результате Советом было принято решение оставить эту деревню, чтобы не рисковать человеческими жизнями». Заметка в «Новостях и сплетнях» пятилетней давности.

Все тут же кинулись проверять по справочника полученную информацию, на карте пятилетней давности действительно обнаружилась данная деревня. На более поздних картах ее уже не было.

Работа закипела с новой силой. К уже имеющемуся отчету добавляли новую информацию, на выданную им карту переносили сделанный план деревни, стойбище ырхов и ту местность, которую они успели исследовать. К утру все было готово. И даже осталось время, чтобы успеть умыться и переодеться перед тем, как отправляться на сдачу задания. А вот на завтрак времени не оставалось, поэтому в аудиторию, где предстояло отчитываться о практике, группа ввалилась, жуя оставшиеся от практики запасы: у кого яблоко, у кого какой-то овощ, а у кого сухарь.

Преподаватели с удивлением посмотрели на группу, но промолчали. Адепты расселись по аудитории, а Рональд пошел со всей пачкой бумаг к председателю комиссии.

— Что ж, молодой человек, рассказывайте, где же вы проходили практику на этот раз, — обратился к нему преподаватель.

— Заброшенная деревня Лосиный угол, — четко отрапортовал староста.

Комиссия переглянулась. То ли они сами до конца не знали, куда на этот раз отправляют группу, то ли были удивлены, что студенты смогли выяснить, где были.

— Заброшенная, — наконец, заговорил один из преподавателей. — Вы уверены? Когда я был там, оотники только заселялись и планировали перевозить свои семьи.

— Да, конечно, — спокойно отвечал на вопросы Рональд. — Местность зафиксирована на зеркала, — он сделал небольшую паузу, после чего с легкой иронией добавил, — равно как и причина, почему люди покинули ее.

Преподаватели переглянулись, после чего один из них продолжил опрос уже всей группы, требуя подробного рассказа, что именно они наблюдали. Когда адепты заговорили об ырхах, возникла пауза, после чего ребятам предложили отправится в столовую перекусить, а сами решили просмотреть все, что успели зафиксировать практиканты за прошедшие две недели.

Когда после перерыва студенты вернулись в аудиторию, настроение преподавателей изменилось. Настроены они на этот раз были серьезно и, видимо ознакомившись с отчетами, спрашивали уже о действиях адептов, когда были обнаружены следы и потом, когда они следили за ырхами.

— Что ж, — когда вопросов больше не осталось, а некоторые студенты откровенно зевали после бессонной ночи, произнес председатель комиссии, — мы еще раз изучим ваши отчеты, уже учитывая то, что вы нам рассказали. Пока же идите, отдыхайте. Практику мы вам засчитываем, но кое-что еще придется уточнить. Уже как у профессиональных исследователей.

Другого приглашения отправиться в общежитие группе не требовалось.

— И что теперь? — спросила Мика у Тома, когда они поднимались на свой этаж.

— А ничего, — пожал он плечами. — Дальше будем учиться, потом снова пошлют куда-нибудь.

— Нет, я не об этом, — пояснила девушка. — Я про то, что им еще надо от нас будет. Вроде как зачет есть, но все эти беседы.

— Думаю, будут спрашивать про ырхов, — предположил адепт. — Не каждый день такие открытия происходят. Им же в Совет Пяти отчет писать, а там могут спросить со всей строгостью за то, что рисковали особо ценными специалистами.

Микаэлла только кивнула. Спросить могли, еще как. Она сама участвовала в одном из походов и с дерева видела, сколько ырхов там было. Если бы их лагерь обнаружили, и все эти существа решили разнообразить свой рацион, еще неизвестно, чем бы дело кончилось. Вполне вероятно, учитывая их иммунитет к магии, вся группа могла стать ужином, завтраком, а если пользоваться экономно, то еще и обедом для редких особей. Так что Совету предстоит поломать голову, как быть с этими местами. Или посылать боевых магов на истребление опасных диких созданий, или объявлять район опасным, чтобы люди без лишней надобности туда не совались.

В течение месяца после практики обо всем словно забыли, но неожиданно, перед отправкой группы на недельное занятие, они были вызваны в здание Совета. Сначала вызов вызвал недоумение, но вскоре все пришли к выводу, что не обошлось без встречи с ырхами. В любом случае посещение было обязательным, уклониться возможности не было. Точнее, она была у Микаэллы и Рикьярдо. Но им было любопытно, зачем такая группа необученных исследователей могла понадобиться высшему руководству страны. В результате вся группа в назначенное время выстроилась перед входом в зал аудиенций. Парадная форма была начищена, сапоги блестели а в пряжки ремней можно было смотреться вместо зеркала.

Когда двери распахнулись, группа, выстроившись в два ряда, со старостой впереди, вошла в зал, после чего разместилась так, чтобы сразу занять предназначенные им кресла. Последовал традиционный обмен приветствиями, после чего все расселись.

— Подозреваю, всем вам интересно, зачем мы вызвали вас перед отправкой на очередную практику, отнимая время от подготовки, — заговорил председательствующий лорд Гаримн.

Рональд склонил голову, обозначая согласие, остальные сидели и внимательно следили за лордами.

— Речь пойдет о вашей практике в Лосином углу, — продолжил лорд Фейвиш. — Точнее, о том, с чем вы там встретились.

— Вернее с кем, — уточнил лорд Жост.

— Да, с кем, — согласился с ним лорд Фейвиш. — Дело в том, что ваша практика являлась заказом со стороны Совета. Ваши преподаватели знали место, расчетные данные о портале, но более ничего им не было известно. Поскольку у вас был аварийный вызов, мы не беспокоились, что с вами что-то произойдет. Но нам надо было понять, что же произошло в деревне, отчего люди покинули деревню. Несколько раз мы отправляли туда наемников, но они так ничего и не нашли.

Лорд Фейвиш развел руками, словно демонстрируя полное бессилие магистрата и тех, кто отправлялся на задание по их распоряжению.

— То есть, — поднялся со своего места Рикьярдо, — вы решили рискнуть жизнями тридцати семи человек, чтобы понять, куда делись двадцать тысяч золотых? При этом, если бы с исследователями что-то случилось, замолчать это происшествие, в отличие от брошенной деревни у вас бы уже не вышло.

— Да, мы рисковали, — согласился с ним лорд Жост. — Но почему вы думаете, молодой человек, что нам бы не удалось замять это происшествие?

— Наверное, потому, что семьи де Сентан и де Блитц провели собственное расследование, — усмехнулся мужчина.

— Кто вы? — потребовал представиться лорд Жост.

— Рикьярдо де Сентан, — студент чуть поклонился, вот только выглядело это не слишком почтительно.

— Даже так, — хмыкнул лорд Гаримн. — Кажется, это будет интересно.

Все, в том числе лорды, посмотрели на него. Но больше ничего лорд председательствующий уточнять не стал. Просто улыбнулся чему-то понятному одному ему. Вместо этого он обратился к коллегам.

— Лорды, думаю, стоит признать, что мы были неправы, когда не сообщили всю полноту информации коллективу академии. Тогда в Лосиный угол отправили бы выпускной курс. Сейчас же предлагаю перейти к тому, ради чего мы пригласили уважаемых студентов. А именно, вручить им награды за успешно проведенное расследование. И попросить не распространяться о существовании ырхов относительно недалеко от столицы. Мы будем думать, как решить эту проблему с наименьшими потерями для всех сторон. Ырхи слишком редки, чтобы просто так их уничтожить, но и слишком опасны, чтобы оставлять их без присмотра.

Повинуясь жесту лорда, открылась неприметная боковая дверь, откуда вышли несколько человек с подносами, на которых лежали медали и наградные листы к ним.

После награждения состоялся небольшой банкет. Адепты вынуждены были остаться, хотя всем хотелось вернуться в академию, закончить сбор вещей, и уже на следующий вечер, оказавшись далеко от столицы, обсудить все произошедшее. Вместо этого приходилось выслушивать похвал лордов и тех, кто прибыл, чтобы присутствовать на публичной части мероприятия.

— Леди де Блитц, — приблизился к Микаэлле лорд Жост, — поздравляю вам. Леди Женевьева уже проинформирована, что вы представлены к награде. Уверен, ваша бабушка вами гордиться.

— Несомненно, лорд, — девушка улыбнулась, как это было принято на светских мероприятиях. — Бабушка рада моим успехам.

— Несомненно. Леди постоянно следит за вашими успехами, — продолжил заливаться соловьем лорд.

Девушка вынуждена была стоять рядом, поддерживая подобие разговора. Мысленно же она пыталась понять, откуда вдруг со стороны этого человека возник такой интерес к ней. К сожалению, во время обучения в академии она практически перестала следить за тем, что происходит к аристократических кругах. Видимо, зря. Мика припомнила, что были какие-то слухи вокруг помолвки племянника лорда Жоста. То ли девушка застала жениха с другой, то ли наоборот. Все это в академию доходило в виде очень обрывочных сведений. Суть в том, что помолвка расстроилась. И, несомненно, бабушка в курсе этого. И не только в курсе. Вон, лорд даже о награждении не поленился сообщить. Надо полагать, не письмом. Хорошо, что адепты, поступив в академию, все свои планы должны согласовывать с руководством. Поездка на каникулы согласуется в деканате, и там дают задание, чтобы будущие исследователи продолжали практиковаться. А вот разрешение на свадьбу надо получать в ректорате. При этом в девяноста процентах случаев будет отказ. Или отчисление, если приказ нарушен. Так что бабушкины планы благополучно обречены на провал. Вряд ли лорд и его племянник будут ждать еще четыре с половиной года.

Пока Мика вынужденно общалась с одним лордом, его коллега, лорд Гаримн, беседовал с Рикьярдо. Эта беседа была имела совсем другую направленность. Один из управляющих городом всерьез интересовался подготовкой на факультете, выспрашивал, что, по мнению де Сентана, необходимо улучшить, насколько необходимо вмешательство Совета в обучение исследователей.

Рикьярдо отвечал сухо, стараясь не вдаваться в подробности. Возможно, этот лорд всерьез заинтересован в улучшении качества образования. А если нет? Если наоборот, попытается найти недостатки, чтобы обвинить ректора и поставить на его место своего человека. После истории с практикой и ырхами удивляться нечему. Конечно, пришлось сказать, что снабжение новыми учебниками, за которое отвечает как раз Совет, недостаточно хорошо. Есть книги, которые доступны только в городской библиотеке. То же самое и с литературой, издаваемой в других странах. И не только учебной, но и обычной. Слишком мало внимание уделяется переводам. Все делают или издатели, или переводчики-энтузиасты, которые требуют за свою работу немалые деньги.

Беседа плавно перешла на вопросы культуры, в которой оба неплохо разбирались. Тут Рикьярдо было проще. Не надо было следить за каждым словом. Но и его поджидали неожиданности. После того, как они обсудили последнюю премьеру в театре, лорд Гаримн неожиданно произнес: — А ведь скоро состав совета немного поменяется. Скоро кресло лорда Жоста займет ваш дядя.

— Неожиданно, — признался Рикьярдо, который был не в курсе планов своего родственника. Собственно, дядя никогда не афишировал своих политических планов и сообщал все родне только когда был абсолютно уверен в успехе. — Но я не удивляюсь. Могу я задать один вопрос. Лорд Жост в курсе таких перемен?

— Еще нет, — усмехнулся лорд Гаримн. — Еще нет. Но нам нужен посол в одну из стран, с которой может начаться конфликт, и иной кандидатуры, к сожалению, у нас нет. Опять же этот скандал с племянником лорда. Думаю, будет лучше, если он отправиться с дяде. Несколько лет в другой стране, да еще под таким присмотром пойдут юноше на пользу. Во всяком случае, я на это надеюсь.

— Думаю, есть люди, которые, напротив, будут разочарованы, — заметил де Сентан, глядя в сторону этого самого лорда, беседующего с Микаэллой. И подмечая то, что могли заметить только однокурсники девушки — немного загнанный взгляд, ясно свидетельствующий, что ее пора спасать.

— О да, — собеседник проследил за его взглядом. — Думаю, в обозримом будущем нас ждет много интересного.

После этого лорд плавно завершил беседу и поспешил к другому адепту, интересоваться его успехами и нуждами. Рикьярдо же поспешил найти Тома. Адепт обнаружился рядом с лордом Ниптосом.

— Прошу простить меня, сэр, — поклонился де Сентан другу своего дядюшки и его бессменному партнеру по игре в бильярд, — я вынужден похитить у вас мистера Роджерса.

— О, Рикьярдо, — просиял тот, — конечно-конечно. Жаль, вам скоро уезжать, а я так надеялся увидеть тебя у себя в воскресенье. Ивонна спрашивала о тебе.

— Простите, сэр, учеба, — развел руками адепт, после чего они с Томом откланялись.

— Что случилось, — когда они отошли в сторону, поинтересовался Роджерс.

— Мику надо спасать. Жост уже пятнадцать минут мучает ее разговорами. Если сейчас его не отвлечь, то могут пойти ненужные слухи, — быстро произнес Рикьярдо. Заметив непонимающий взгляд однокурсника, пояснил. — Для таких приемов слишком долгие разговоры между мужчиной и женщиной, если они не родственники, и не станут родственниками в обозримом будущем, непозволительны. А у Жоста есть племянник, помолвку с которым не так давно разорвала невеста.

— Так что ж ты сам не подойдешь? — по дороге буркнул Том.

— Не могу. Наша семья с ее, мягко говоря, в натянутых отношениях. Если я вмешаюсь, то слухи будут еще хуже.

— Ясно, — Том вздохнул, потом решительным шагом направился в сторону беседующей возле окна пары. — Лорд Жост, прошу прощения, могу я обратиться к вам?

— Да, конечно, — немного растеряно произнес мужчина. — Простите, леди.

Он поклонился Микаэлле, после чего повернулся в сторону подошедшего адепта. Девушка благополучно отошла в сторону, кивнула Рикьярдо, поскольку видела его маневр, после чего присоединилась к Ларе и Нале, которые тут же принялись расспрашивать, что от нее хотел один из лордов.

В академию адептов получилось вернуться только через два часа. Все молча разошлись по своим комнатам и принялись собирать вещи. Обсуждать никому ничего не хотелось. Да и что обсуждать, и без того все было ясно. Бросили группу практикантов на непонятный объект. Не задумываясь особо о последствиях. Точнее, не задумалось руководство академии. Но с ними будет отдельный разговор, уже потом. Чтобы впредь на подобные задания отправляли не третий курс, а хотя бы пятый.

Не успела Мика проверить, все ли она взяла, как на столе появилась записка от вахтера. Девушке пришло письмо. Дежурная просила ее спуститься за ним, чтобы самой не подниматься на четвертый этаж. Немного удивленная девушка поспешила вниз. Кто бы мог ей писать? Деду и родителям она отнесла ответы в начале недели, указав, когда она будет отсутствовать в городе. Так что ждать писем ей было не от кого. Наверное, если бы не защита от проникновения чужих, она бы не рискнула отправляться за странной почтой, но вахтера она знала, равно, как была уверена, что ей ничего не грозит, поэтому решила забрать конверт. Во всяком случае, у нее будет время написать ответ.

Уже в коридоре она столкнулась с Ларой, тоже направлявшейся вниз. Вместе они спустились вниз. Одна — как раз передать пачку писем для отправки, вторая, наоборот, получить корреспонденцию. Вахтер сразу протянула девушке белоснежный конверт с золотым вензелем. С первого же взгляда Мика поняла, что это письмо от бабушки. Не прошло пяти месяцев, прежде чем леди Женевьева написала внучке. Ни на что особо не рассчитывая, девушка, пока подруга отдавала свою пачку писем и деньги на отправку, распечатала конверт.

«Микаэлла, жду тебя в эти выходные на чай. Будут важные гости. Просьба не опаздывать. Леди Женевьева де Блитц».

— Что там? — поинтересовалась подруга, когда они возвращались на этаж.

— Бабушка как всегда в своем репертуаре, — рассмеялась Мика. — Поставила меня перед фактом, что я обязана явиться на вечер в выходные. Кажется, я даже знаю, какие гости там будут. Готова поспорить на что угодно, что это лорд Жост и его племянник. Очередная попытка выгодно меня продать.

— А она не в курсе, что ты будешь далеко от столицы, и чисто физически не сможешь присутствовать? — рассмеялась Лара.

— Зачем? — Тоже развеселилась Мика. — Леди Женевьеве не принято отказывать. А уж лорду… Причем этот самый лорд, надо полагать, куда больше удивиться, если увидит меня у бабушки.

— Так ответь ей, что уезжаешь на практику, — пожала плечами девушка.

— Отвечу, разумеется, — юная леди вздохнула. — Проблема в том, что бабушка не успокоиться, пока не породнится с кем-то из Совета. В свое время не удалось выгодно женить отца, но только потому, что дед умудрялся сдерживать ее амбиции. Сейчас же меня спасет только побег туда, куда не доберется ни один нормальный человек.

— Угу, только группа магов-исследователей, — хихикнула Лара. — Стой, ты что, этот факультет выбрала для того, чтобы сбежать от родни на край света?

— Примерно, — не стала спорить Микаэлла. — Ну и мне все-таки нравится это направление. Есть возможность проявить себя. Опять же, среди аристократов было достаточно известных исследователей. Так что все сложилось. Так что мне надо выучиться, а потом сбежать куда подальше, и пусть они меня ищут, сколько угодно. Главное сейчас избежать повышенного сватовства со стороны Жостов.

— Девочки, что грустим, — подкравшийся сзади Рикьярдо, обнял девушек за плечи. Они вздрогнули, и у обеих засветились огненные шары, но разобравшись, кто напугал их, обе развеяли магию.

— Рик, не подкрадывайся, — выдохнула Лара. — А то рано или поздно схлопочешь огненным шаром в лоб.

— Щиты — наше все, — расплылся в довольной улыбке мужчина.

— Ты что, пил? — уловила аромат вина Мика. — Завтра же отправка.

— Пил, — не стал отрицать он. — Но не напивался. Проверял одну очень интересную информацию. Кстати, что вы тут про Жоста говорили?

— Да Мику бабушка пристроить пытается, — сообщила Лара прежде, чем ее подруга успела что-то сказать. — Вон, приглашение на вечер прислала.

— А, это не новость, — рассмеялся Рикьярдо. — Так что, Мика, можешь не переживать, в обозримом будущем перед твоей бабушкой будет стоять сложный выбор. Потому что вместо Жоста в совет войдет Себастиан де Сентан. Мне об этом сначала рассказал лорд Гаримн, а после я припер дражайшего дядюшку к стенке, и он подтвердил.

— Правда? — Мика с радостным визгом повисла на шее мужчины. — Спасибо за такую шикарную новость. Обязательно после практики навещу бабушку. Думаю, к тому времени все будет известно.

После чего девушка поцеловала Рикьярдо и побежала в комнату писать вежливое, полное глубокого сожаления письмо, объясняющее, почему она не сможет присутствовать на вечере.

— Знаешь, — повернулся он к Ларе, — меня эта наследственная семейная вражда напрягает, но леди Женевьеву я готов придушить собственными руками.

— Не ты один, — заметила девушка, после чего они разошлись по своим комнатам, чтобы на следующий день с рассветом отправиться на встречу новым испытаниям.

Утро нового дня началось с головной боли и сильной слабости. Микаэлла лежала в своей шатре и смотрела в потолок, мысленно взывая ко всем известным богам, чтобы не начался новый приступ кашля, потому что его она уже не переживет. Откат от простенького колдовства был ужасным. То, что никто не замечал в обычной жизни, в этой местности убивало не хуже болезней, змей и прочих опасностей. Стараясь дышать глубоко, она осторожно огляделась. И замерла. По полу шатра ползла змея. Звать на помощь было некогда — пока хоть кто-то доберется до нее, может быть поздно. Действовать надо было самостоятельно и быстро. Потому что эти змеи отличались повышенной активностью и могли преодолеть небольшое расстояние в считанные секунды. Так что действовать предстояло быстро.

«Мясо, — мысленно облизнулась девушка. — Полтора метра свежего мяса. Главное поймать его прежде, чем оно вонзит в тебя свои зубы».

Все-таки магов-исследователей готовили не просто хорошо, а очень хорошо. И не только как специалистов своего дела. Но и как кулинаров. Так что приготовить шашлыки из змей, лягушек или мышей они могли. Мика с благодарностью вспоминал их преподавателя, который объяснял, как правильно ловить и готовить некоторых существ, напоминая, что голод — лучшая приправа к любому кушанью, и могут настать дни, когда они будут рады обычному червяку. Настал. Конечно, припасы у них были, но мало. Что-то погибло в пути, а то, что оставалось, приходило экономить.

И тут такой подарок судьбы. Грех им не воспользоваться.

Девушка замерла, следя за потенциальной добычей из-под полуприкрытых ресниц. Рептилия медленно ползла по полу, постепенно приближаясь к лежанке и еще не подозревая, какая участь ее ожидает. Микаэлла успела вспомнить все, что она знает об этом виде змей. Все известные ее родственники относились к ядовитым, но яд их был медленного действия, и можно было успеть использовать противоядие. Но все равно хотелось бы обойтись без этого. Слишком мало у них было лекарств, чтобы лишний раз подставлять свои конечности под зубы ядовитых гадов. Опять же, неизвестно, чем конкретно этот вид отличается от тех, что были известны ученым. Вдруг тут не успеешь даже до сумки с ценным пузырьком доползти.

Вот змея доползла до лежанки, и Мике остался виден только ее хвост. Что делала голова, оставалось гадать. И это было самое неприятное. Змея могла продолжить медленно подползать, попутно изучая незнакомое пространство, а могла атаковать сразу. Собственно этот вид славился тем, что мог броситься, причем они могли в таком прыжке-полете преодолеть большое расстояние. Да и присутствие добычи она успела почувствовать много раньше, чем ее заметили. И теперь вопрос, кто кого перехитрит. Девушке оставалось лежать без движения, чтобы ввести в заблуждение охотника.

Но вот голова приподнялась над краем походной койки. Рептилия вновь высунула язык, пробуя воздух на вкус. Девушка осторожно напрягла руку, которой планировала перехватить голову. Убедившись, что жертва ни о чем не подозревает, змея медленно двинулась дальше. На этот раз она все чаще останавливалась, словно подозревала что-то. Но все равно медленно приближалась. Микаэлла ждала, давая ей подобраться ближе. Мысленно девушка жалела, что оставила нож на столике. Придется вставать, а сделать это с такой добычей будет сложно. Но иначе никак. Надо будет отрезать голову, чтобы избежать отравления. Да и вряд ли она сможет сломать позвоночник рептилии. И раньше ей приходилось иногда прибегать к магии, чтобы справиться с подобным заданием на муляжах, как оно будет с настоящей змеей, неизвестно. Магией пользоваться нельзя.

Когда змея подползла достаточно быстро, Мика успела схватить ее, мысленно благодаря богов за то, что бдительная рептилия отвлеклась на какой-то шум снаружи. Но, едва пальцы сжались рядом с головой, она забилась, стремясь заполучить свободу. Попытки вонзить зубы в руку окончились неудачей — не было возможности дотянуться. Оставалось извиваться, вырываясь.

Микаэлла чувствовала, что пальцы вот-вот разожмутся. Удерживать опасного противника становилось все тяжелее. Она постаралась подняться, чтобы дойти до столика с ножом, но ничего не получалось. Извивающаяся рептилия не давала удержать равновесие. Плюнув на все, девушка поползла на четвереньках, в одной руке удерживая свою добычу, и моля всех богов, чтобы они дали сил преодолеть небольшое расстояние.

Наконец, столик оказался рядом. Борясь с дурнотой и стараясь сохранить сознание, она принялась рукой нашаривать нож. Встать сил уже не было. Большинство их уходило на то, чтобы удерживать ценную добычу.

— Ну же, де Блитц, — зашипела она на себя, — давай. Столько лет с такой гадюкой выдержала, а тут какую-то змейку не можешь прибить. А ведь это не просто змея, это питательный бульон для тех, кто еще жив.

Наконец, пальцы сомкнулись на рукояти ножа. Мика осторожно опустила руку. Еще не хватало сам себя продырявить. Потом перехватила его удобнее, порадовавшись, что их учили пользоваться обеими руками, и нанесла удар, вложив оставшиеся силы. Увы, перебить позвоночник не удалось, поэтому девушка продолжила пилить добычу, устроив голову змеи на ножке стола. Только когда ее хвост перестал извиваться по полу, она оставила недообезглавленную змею в покое. Больше она не опасна, остальное ерунда. На улице есть топор. Можно будет попробовать использовать его. Понятно, что поднять не получится, но просто подсунуть змеюку под него и надавить можно. Главное, она смогла. Он добыла эту змею, а не наоборот. Значит, еще день она проживет. А может и дольше.

Девушка растянулась на полу, в одной руке сжимая мертвую змею, в другой нож. В головекрутились мысли. Может, он все-таки вернулся в столицу и получил ее письмо. Может, ее уже ищут. Или бабушка, обнаружив, что внучка не возвращается, подняла на уши всех, кого только можно и нельзя, чтобы вернуть беглянку, и сейчас большой отрад пробивается по затерянным среди джунглей болотам, чтобы вернуть ее домой.

Нет, не стоит на это надеяться. Он уехал, уехал надолго. Они здесь уже второй месяц, значит, он вот-вот вернется в столицу. Пока обнаружит, что ее нет, пока выяснит, куда отправилась, соберет отрад, пока они доберутся до этого места…

— Зато жених не доберется, — зло прошептала она, хотя из глаз потекли слезы. — И бабушка. А если и доберутся, то чтобы полюбоваться на мой труп.

Немного собравшись с силами и успокоившись, Мика поднялась на ноги и направилась к выходу из шатра. Надо было разделывать змею и варить бульон.

Благо воды у них было достаточно.

Повозиться с топором пришлось несколько минут. Сначала Мика с трудом затащила его на колоду, потом надо было приподнять и подсунуть под него змею, потом опустить и надавить. Зато когда дело было сделано, девушка радостно улыбнулась. Кто бы мог подумать, что действия, которые когда-то казались простыми, сейчас будут отнимать столько сил. В предыдущей экспедиции она с легкостью сама колола дрова, таскала воду и делала еще много всего, чем обычно занимаются мужчины.

Девушка усмехнулась. Она же сказала бабушке, что это ее последняя экспедиция. Не крайняя, не очередная. Последняя. Магию слов никто не отменял.

Из последних редко возвращаются. Разве что происходит чудо. Но это не про нее.

Вздохнув, Микаэлла подняла тушку змеи, оставив голову валяться рядом с колодой, и поплелась к костру.

Огонь почти потух, еще немного, и пришлось бы разводить его заново. Бросив немного сухой листвы на угли, а сверху накрыв их небольшими щепочками, девушка принялась заново раздувать костер. Повезло. Пламя занялось почти сразу. Мика кое-как придвинула к костру большой котел, потом натаскала туда воды. Оставив ее греться, она принялась свежевать свою добычу. Подумать только, когда-то ей казалось, что она не сможет не то, что зарубить, ощипать и выпотрошить курицу, а у мертвого комара крылышки оторвать. Но преподаватели заставили научиться. Да, убийство живого существа не доставляло удовольствия, но только сейчас юная аристократка окончательно осознала всю правоту тех жестоких заданий. Когда от выбора грызть кору или съесть собственноручно убитую живность зависит только твоя жизнь, ты вправе раздумывать.

Когда же от тебя зависят жизни других людей, выбора не существует.

Возня девушки не прошла незамеченной. Из ближайшего к костру шатра, пошатываясь, выбрался второй ее коллега. Несколько минут он, щурясь, осматривался, потом заметил подругу и поспешил к ней.

— Мика, ты в порядке? У тебя кровь.

— Не моя, змеи, — успокоила она друга.

— Змеи? — только сейчас мужчина заметил шкуру, содранную с рептилии. — Но как, откуда…

Неужели ты не могла позвать на помощь? Зачем так рисковать?

— Не могла, — Мика помешала в котле ложкой, потом добавила немного соли, сушеных трав и перца — продуктов, которых у них было больше, чем достаточно. — Она каким-то образом забралась в мой шатер. Когда я ее заметила, было поздно. Оставалось положиться на удачу, ну и на то, что я голоднее.

— Видела бы тебя твоя бабушка, — рассмеялся маг.

— Том… — простонала Мика, — неужели обязательно напоминать о том человеке, из-за которого мы дохнем здесь.

— Ну, я не думаю, что леди Женевьева уж настолько виновата, — попытался воззвать к разуму девушки Роджерс. — Полагаю, что без тебя этот отряд даже не добрался бы до места. Все-таки ты успела зарекомендовать себя как один из лучших магов-исследователей.

— Но есть и лучше меня, — помрачнела Мика. — Думаю, будь он с нами, мы бы не оказались в такой заднице.

— Юная леди, подобные выражения не пристало использовать особе вашего положения, — попытался разрядить обстановку Том, попутно принюхиваясь к запаху из котла. — Кстати, а змея очень большая?

— Где-то полтора метра, — пожала плечами девушка. — Но не очень толстая. Мяса там маловато. А вот бульона, пусть и не очень крепкого, должно хватить на всех.

— Надо будет потом отправиться на охоту. Если пару змей не поймаем, так хоть лягушек или каких жуков принесем, — подумал мужчина.

— Или в трясине утонете, — предложила еще один вариант развития событий девушка, — и у нас на два или три рта меньше будет. Обидно только, что эти рты могли еще что-то делать.

— Хорошо, — без дальнейших уточнений произнес Том. С чем он соглашался, можно было не уточнять. Они успели хорошо узнать друг друга, чтобы не задавать лишних вопросов. Так что оба дальше сидели молча и смотрели в огонь.

Повисшая тишина не была тягостной, как если бы рядом оказался кто-то другой. Микаэлла давно заметила, что молчать, когда рядом кто-то из ее бывших однокурсников, было легко. Они понимали друг друга даже не с полуслова, с полувзгляда. Не зря их выпуск был признан лучшим за последние пятьдесят лет. Преподаватели не уставали отмечать это везде, где только могли. Те, кто окончил этот факультет раньше, воспринимали похвалы как нечто Сомнительную рекламу, но лишь до того момента, пока не оказывались в одном отряде с кем-то из ребят.

— А все-таки обидно будет сдохнуть здесь, — неожиданно заговорила девушка. — Столько записей, фиксаций. Как подумаю, что все это пропадет, вместо того, чтобы сослужить кому-то добрую службу.

— Уверен, что через год на это место будет отправлена новая экспедиция, — после недолгого размышления заговорил Том. — Так что надо будет все надежно упаковать.

Микаэлла рассмеялась, вот только смех быстро перешел в новый приступ кашля. Девушка согнулась, рискуя упасть в костер, и надеясь, что на этот раз она все-таки избавится от остатков легких, чтобы больше не мучиться. О том, что без этих важных органов она не проживет и минуты, она даже не задумывалась.

Том не растерялся. Быстро зачерпнув из котла немного бульона, он разбавил его водой, потом размешал и подсел с кружкой к Мике, старательно стиравшей выступившую на губах кровь.

Приобняв подругу, он заставил ее немного разогнуться, после чего помог выпить все содержимое чашки. Постепенно кашель девушки утих. Какое-то время они еще сидели рядом, мужчина поддерживал ослабевшую девушку, мысленно проклиная и леди Женевьеву, и Совет Пяти, с которым та так хотела породниться, и матримониальные планы неугомонной бабки, и лучшего друга, который отправился сопровождать группу разработчиков золотого прииска, в то время как он безумно нужен здесь.

Состояние Микаэллы внушало магу справедливые опасения. Без стабилизирующего кристалла та часть их способностей, которая была основана на магии, оказалась бесполезна. Постоянная сырость, отсутствие лекарств, погибших вместе с кристаллом, и обычная простуда, быстро развившаяся в пневмонию, убивали девушку. Сделать ничего было нельзя. Разве надеяться, что болезнь волшебным образом пройдет сама. Попытки найти травы, из которых можно было сделать лекарство, чуть не завели их в болото, после чего пришлось смириться, что их возможности ограничены.

Садеть и смотреть, как его подруга медленно, но верно умирает, Том тоже не мог. Он старался подкармливать ее, чтобы внутренний магический резерв боролся с недугом, но девушка быстро пресекла эти поползновения. Мужчина втайне от Мики экспериментировал, какие из растущих неподалеку растений съедобны. Если небольшой объем не причинял вреда, он пробовал уже большее количество ягод, стеблей, клубней. Так в их рацион уже добавился местный тростник, который был противным на вкус, и много его от этого съесть не получалось, ягоды и плоды одного из деревьев. Вот только ягоды и плоды заканчивались, да и людям требовалась не только трава, но и мясо. С последним было грустно. Жуками питаться никто не рисковал из-за странной окраски, лягушки же появлялись только ночью, оглашая окрестности кваканьем, а днем их было не найти. Лезть на болото никто не хотел. Пойманная Микаэллой змея была первой дичью за все время, с тех пор, как группа исследователей разбила лагерь.

Разговор плавно умолк. Девушка сццела, привалившись к другу, потому что боялась, что иначе просто упадет с бревна или в костер, или завалиться назад, а помочь подняться некому.

Вода в котле постепенно побулькивала, распространяя ароматы специй по лагерю. Обитатели не спешили выбираться. То ли накануне намучились с водой, то ли не верили своему обонянию.

— Том, ладно я, а тебя-то что понесло в это богами забытое место? — неожиданно поинтересовалась Мика.

— Да так, — неопределенно махнул он рукой. — Есть причины?

— Дома проблемы?

— Нет, — он улыбнулся, вот только глаза оставались грустными. — Дома все хорошо. Это другое.

— Понятно, — девушка покачала головой, потом неожиданно произнесла. — А ведь я в тебя влюблена была.

— Знаю, — он потрепал ее по плечу. — Первые пару лет. А ближе к концу учебы я в тебя влюбился.

— Знаю, — кивнула она. — Но я уже была занята. А потом ты женился.

— Между прочим, по любви, — на этот раз улыбка была искренней, светящейся.

— Знаю, — девушка снова кивнула.

Вновь воцарилось молчание. Каждому было о чем подумать, кого вспомнить. Мике было что вспомнить. Последние полтора года обучения пролетели для нее почти незамеченными. Практики, учеба, экзамены, выпускной проект. Любовь. Наверное, тогда она не сносила головы только тем, кто уже успел не только обзавестись второй половиной, но и определиться с датой свадьбы. Или тем, кто строил планы, ставя во главу угла работу, а не личную жизнь. Остальным же предчувствие свободы кружило голову больше, чем в ранней юности. Не обошло это поветрие и Мику.

На тот момент бабушка успела успокоиться с устройством личной жизни внучки. Изменения в составе Совета нанесли серьезный удар по матримониальным планам леди Женевьевы. Конечно, неженатых родственников у лорда Сенгана было больше, чем достаточно, но давняя вражда не позволяла леди де Блитц даже помыслить о том, чтобы намекнуть этому человеку на возможность породниться. Внучка оказалась предоставлена сама себе. Большее ее не пытались выдернуть на чаепития, свести с нужными людьми, познакомить, посватать. Мика понимала, что это временное явление, но и этого хватало, чтобы все свободное время посвящать учебе или проводить с друзьями. Девушка понимала, что рано или поздно все начнется заново, и неизвестно, сможет ли она противостоять бабушке. Как оказалось, все, что она смогла, это сбежать. Но то, что было в академии, того стоило.

— Де Блитц, — преподаватель внимательно посмотрел на девушку, после чего озвучил результат, — не зачтено.

Мика вздохнула. Строй адептов, выстроившийся перед преподавателем боевой магии начал удивленно перешептываться. В первый раз Микаэлла что-то не смогла сдать. При этом до сегодняшнего дня даже в боевой магии девушка уступала лишь немногим. Но после зачетного спарринг-боя она не получила зачет. А без него ей не позволят сдавать практикум-экзамен.

— Мэтр, — Рональд вышел из строя и подошел к преподавателю, — можно будет этот зачет пересдать?

— Да, конечно, — покивал преподаватель, сам удивленный результатами одной из своих лучших учениц. — Думаю, через месяц я соберу всех, кто что-то не смог сдать, и повторим. Но больше пересдач не будет.

Мика кивнула, после чего принялась старательно изучать носки своих туфелек. Оказаться в числе должников на середине седьмого курса было неприятно. Она так привыкла быть в числе первых, что первая неудача удручала.

— Мика, все будет хорошо, — похлопал ее по плечу стоявший рядом Том. — Немного позанимаемся, и ты все сдашь.

— Не уверена, — вздохнула девушка. — Ты же сам видел, у меня с нападением проблемы.

Только одно заклинание в цель и то на излете.

— Фигня, — ободрил ее однокурсник. — Сегодня одно на излете, а через месяц все и как надо попадут.

Мика только покачала головой. Что делать, не могла она бить по живой мишени. Даже зная, что там не просто щиты, а специальная защита, полностью нейтрализующая атакующие заклинания, она не могла нанести удар по своему противнику. До этого дня ей казалось, что в ответственный момент получиться собраться. Не получилось.

Закончив подводить итоги зачета, преподаватель показал, что все свободны, после чего, деактивировав часть защиты, покинул зал. Адепты вслед за ним потянулись на выход. Мика замешкалась, потом махнула рукой Тому, ждавшему ее возле двери. Тот вопросительно посмотрел на подругу, но девушка кивнула, подтверждая, чтобы он не ждал. Практическая боевая магия была последней в расписании, и можно было не торопиться.

Остановившись перед зеркалом, Мика создала огненный шар и бросила его в свое отражение. Защита с яркой вспышкой, сигнализировавшей, что заклинание было сильным, поглотило энергию. Вслед за шаром в зеркало отправились почти все заклинания боевой магии, кроме тех, что не рекомендовалось применять в закрыть* помещениях. Девушка била в полную силу, не переживая о том, что навредит кому-то.

— Что, де Блитц, — раздалось от двери, — только по собственному отражению и можешь бить?

А если на тебя нападут? Или не на тебя. Вдруг толпа озверевших от крови и вседозволенности воинов в полной экипировке нападет на того, кто не сможет постоять за себя. Например, дочь начальника экспедиции? Так и будешь стоять и хлопать глазами, пока они убивают и насилуют?

— Де Сентан, — вздохнула Микаэлла. — Вот мне только тебя не хватает.

— Значит, я не зря пришел, — расплылся он в широкой улыбке. — Должен же кто-то заставить тебя признать, что ты выбрала не ту специальность. Лучше возвращайся под крыло бабушки. Там от тебя будет больше пользы.

— Ты издеваешься? — прошипела девушка сквозь зубы, развеивая очередное заклинание.

Слишком велик был соблазн бросить его в Рикьярдо.

Мужчина лишь отвесил шутовской поклон, после чего прошел в зал.

— Ну что, порепетируем? — предложил он, издеваясь.

Микаэлла сжала зубы. Больше всего хотелось убежать на чердак, где пару раз пересиживала нашествие бабушки на академию, забраться на подоконник, и выплакать обиду, слабость, горечь поражения. Но нельзя, ни в коем случае нельзя показывать извечному противнику семьи, что он вывел ее из себя. Стоит один раз показать, что он нашел ее уязвимое место, и этот тип будет бить туда постоянно.

— Порепетируем, — прошипела она. Огненный шар сам появился в руке, а потом полетел в ухмыляющуюся рожу, впитываясь защитой.

— Слабовато как-то, — словно не заметив атаки, рассмеялся Рикьярдо. — Если ты будешь так защищаться в настоящем деле, то ваш отряд быстро отправят на тот свет.

Больше ничего сказать де Сентан не успел. Все те заклинания, что до этого Мика посылала в зеркало, полетели в него. Вот только ни одно не то, что не достигло цели, даже не ослабило защиту адепта.

— Зараза, — выдохнула Мика.

— Я такой, — приосанился мужчина. — Давай, малышка, покажи мне, какая ты на самом деле. Слабая, неуверенная…

Поток сырой, не оформленной в заклинание, магии преодолел щиты и отбросил адепта в сторону. Девушке показалось, что послышался звон разбившегося зеркала. Но она уже ничего не видела из-за выступивших на глазах слез.

Шаг назад. Еще один. Поворот. Кажется, двери открыты. Да, открыты. Она пробегает мимо, выскакивает из корпуса на улицу. Быстрым шагом, чтобы не привлекать лишнего внимания, преодолевает расстояние до общежития. Подняться по лестнице, пройти по этажу. На миг она задержалась у двери в свою комнату. Она почти рядом с черным ходом, что ведет на чердак. Никого нет. Преодолеть оставшееся расстояние. Дверь открылась почти неслышно. Мика скользнула за нее, осторожно закрыла. Дальше можно не сдерживаться, никто не увидит.

Осторожно поднявшись по неосвещенной лестнице, потому что было страшно использовать магию после срыва, Микаэлла оказалась на небольшой площадке перед приоткрытой дверью.

Чердак не запирали, в случае необходимости адепты могли вынести туда из комнаты что-то ненужное или, напротив, найти себе удобный стул или лишнюю тумбочку. Судя по слою пыли, уборщица посещала это место довольно давно. Только дорожка следов, тоже начавшая теряться, свидетельствовала, что туда кто-то заходит. Мика несколько раз пряталась там или от бабушки, или, когда хотелось побыть одной, а в комнату постоянно заглядывали друзья. Иногда она готовилась там к экзаменам, чтобы никто и ничто не отвлекало. Или просто любовалась на закат.

Сейчас она хотела спрятаться там, пока ее будут искать. А ведь будут, если с Рикьярдо что-то случилось. Надо хоть немного побыть одной, восстановить душевное спокойствие.

Добравшись до любимого окна, выходившего на городской парк, девушка прижалась щекой к стеклу и расплакалась.

Мужчина осторожно пошевелился. Потом с помощью магии проверил, нет ли внутренних повреждений. Обошлось. Были мелкие порезы — скорее всего зеркало, в которое его отправил удар Микаэллы. А еще гудела голова, и немного мутило. Посмотревшись в уцелевшее зеркало, он недовольно хмыкнул. Да, не подумал, мягче надо было. Но откуда он мог знать, что эта девочка — такой сильный маг. Ну и что она не станет бить заклинанием, а сметет его просто потоком сырой, не оформленной ни во что, магии. Обычно к этому способу прибегают, когда противник имеет иммунитет к определенной школе заклинаний или их слишком много.

Посмотрев на поврежденное зеркало, Рикьярдо произнес короткое заклинание. Осколки закружились в воздухе, и через минуту ничего не напоминало о произошедшем инциденте. Почти ничего, одежда де Сентана все же пострадала. Тратиться на заживляющее заклинание маг не стал — ссадины затянутся быстро, а то, что мозги встряхнуло — сам виноват. Опять же, у него появилось дело важнее, чем тратить час на восстановление — надо было найти Микаэллу. Не приведи все боги и демоны, девчонка побежит в деканат, рассказывать о произошедшем. Мало того, что отчислят, потом будет разбирательство, и хорошо, если ограничивающий ошейник. А то каторга. С магами-преступниками не церемонятся.

Так что Рикьярдо снял мантию, благо погода позволяла ходить без нее, свернул, чтобы не было видно повреждений, и поспешил из тренировочного зала на поиски девушки. Несколько встреченных адептов сказали, что видели, как она отправилась в общежитие. Так что де Сентан поспешил туда. По пути забросив порванную мантию в комнату, он поднялся на этаж выше и постучал в ее комнату. Тишина. Рик постучал еще громче, но никто не отозвался. И еще раз. Никого? Зато его стук привлек внимание соседей Мики по этажу. Из комнат выглянули Лара и Том.

— Где Мика? — не утруждая себя объяснениями, поинтересовался мужчина.

Студенты переглянулись.

— Вроде она оставалась позаниматься в зале, — задумалась Лара.

— Знаю, я ее видел, — Рикьярдо поморщился. — Мы немного пообщались.

— Пообщались? — Том прищурился, рассматривая мужчину явно при помощи магии. — Так это теперь называется.

— Да, я идиот, — решил не нарываться Рик. — Но это не важно. Мне надо ее найти, пока она что-нибудь не сотворила. Комендант сказал, она пришла и больше не выходила.

— Хочешь досказать то, что не успел? — Роджерс явно был не доволен. — Или мало получил, хочешь, чтобы тебе добавили? Типа семейная вражда, сцепились, она не сдержалась, так что я, так и быть, проявлю благородство, и не буду настаивать на каторге, ведь я почти не пострадал…

— Р-роджерс… — прошипел де Сентан, — где Мика? Где она может быть? Ты что, не понимаешь, что она сейчас напридумывает себе невесть что, потом пойдет, хорошо, если к декану, и нам всем потом получится замять эту историю. А если сразу к ректору? Ты хоть понимаешь, что будет потом? Если знаешь, где ее можно найти, скажи.

— Я сам поговорю с ней, — Том передернул плечами. — Вы уже поговорили…

— Мика на чердаке, — оборвала его Лара. — Она там пару раз пряталась, когда бабушка приезжала в академию, ну и вообще, когда хочет побыть одна, уходит туда.

Рикьярдо не стал слушать дальше. Быстро преодолев остававшееся до двери расстояние, он скрылся на лестнице. Бегом преодолев темную лестницу, замер на площадке, борясь с очередным приступом тошноты. Все-таки бегать в таком состоянии чистое безумие. Но все потом, сначала поговорить с девушкой, успокоить, убедить, что с ним все в порадке, что она не сделала ничего непоправимого, а легкая встряска мозгов некоторым идиотам идет только на пользу.

На чердаке было тихо и сумрачно. В свете лучей, проникавших через щели в занавесях, кружились пылинки. Рикьярдо пытался прислушиваться, но так и не смог понять, если ли здесь кто-то. Но не верить Ларе он не мог. Микаэлла не выходила из корпуса общежития, в комнате ее не было. Или, все-таки заперлась. Вряд ли. Она бы все равно открыла. Не важно, друзьям или ректору. Потому что привыкла отвечать за свои поступки и проступки.

Странный звук привлек его внимание. Словно кто-то пытался сдержать то ли вздох, то ли всхлип. Значит, все-таки здесь. Спряталась ото всех, чтобы понять и принять произошедшее, подготовиться к тому, что ее ждет. Она что, всерьез думает, что убила его? Да, столкновение со стеной было не из приятных, но щиты немного смягчили его и не дали получить более тяжелых повреждений. А царапины уже почти прошли.

Мужчина сделал шаг на чердак. Дверь за спиной с тихим скрипом закрылась, отрезая от остальной академии. Немного подумав, де Сентан поставил защиту. Мало ли кому взбредет в голову подняться сюда и случайно помешать разговору. Присмотревшись, он заметил на полу следы. Небольшая дорожка в пыли, не заметная на первый взгляд. Частично и она начала скрываться, но были и свежие отпечатки. Рикьярдо улыбнулся. Тепеь найти девушку не представлялось труда. Ну, почти не представлялось. Еще бы не кружилась голова, и не накатывали приступы тошноты. Ему лежать надо, желательно под присмотром профессионалов, а не разыскивать маленьких аристократок. Ничего, пусть потом сама тащит лечиться, в качестве искупления.

Он медленно пошел по следам, заранее окружив себя заклинаниями тишины. Колдовать в таком состоянии было тяжело, но выбора не оставалось. Не хотелось спугнуть девушку раньше времени. Иногда неожиданность действует куда лучше. А следы уводили все дальше от входа, за загромождения шкафов, столов, тумбочек, кроватей и стульев, целых и сломанных, старых и новых, через весь корпус, на другую сторону. Обогнув горы мебели, поворачивала назад, а потом резко сворачивала к одному окну, занавесь возле которого чуть заметно подрагивала.

— Вот кто тебя просил… — Том с досады ударил кулаком по стене. — Если бы Мика не хотела, она бы не стала прятаться.

— Если бы, — передразнила его интонации Лара. — Том, это говорит маг-исследователь или его ревность? Неужели ты не понял, что у вас с Микаэллой нет общего будущего. Даже если вы сойдетесь, очень быстро окажется, что брак незаконен, или тебя подставят так, что каторгой не отделаешься. Ты об этом думал? У леди Женевьевы большие связи, и не все из них чисты.

— Да думал, думал, — раздражение адепта не прошло, но постепенно уменьшалось. Он посмотрел на девушку. — А с этим ее что, ждет тоже что-то хорошее? Семейная вражда для аристократии куда большее препятствие.

— Угу, препятствие. Учитывая то, что дядя Рика входит в Совет, а бабка Мики спит и видит, как бы породниться с кем-то из пятерки, вражда утрясется. Все это вопрос времени. Да, будет сложно, долго, так никто не говорит, что ребята должны сами эти споры улаживать. У них будет профессия, будет работа. Глядишь, вернутся из экспедиции, а семьи договорились.

— Угу… Главное, чтобы потом не перегрызли друг друга, как пауки в банке, — пробурчал Том.

— А что тут происходит? — поднявшаяся на этаж Джемма удивленно смотрела на друзей. — Сначала Мика пролетает, ничего не замечая, словно за ней хурх гонится, потом Рик откуда-то плетется в таком вцце, будто его кошки драли. Теперь вы тут разборки устроили. Эпидемия что ли какая?

— Как я понимаю, — прежде чем Том попытался что-то сказать, начала Лара, — Мика с Рикьярдо столкнулись. Уж не знаю, что там было, подозреваю, ничего приятного, но она явно испугалась последствий. Судя по состоянию де Сентана, они могут быть неприятными. В общем, он сейчас успокаивает девушку, убеждает, что ничего ей не будет, а наш Роджерс дико ревнует.

В общем, забирай тепленького, пока он в неадеквате.

С этими словами Лара скрылась в своей комнате. Джемма и Том несколько долгих секунд смотрели друг на друга, после чего девушка медленно подошла к нему. Мужчина, не мигая, смотрел, как она приближается. Когда между ними оставалось меньше метра, хрипло поинтересовался:

— А как же Тиана? Вы же всегда все вдвоем.

— Мы решили, что в чем-то пора уже расходится. Так что она благополучно соблазняет Рона.

— А ты?

— А я… — она сделала шаг, сокращая оставшееся расстояние, — а я тебя.

— Не пожалеешь? — почти касаясь губами ее губ, прошептал Том.

— Зато я попробовала, — так же тихо ответила Джемма, после чего сама поцеловала мужчину.

Страстный поцелуй, начавшийся в коридоре, продолжился в комнате студента, куда они ввалились практически на ощупь, даже не заметив, что из соседней комнаты за ними подсматривали три пары глаз.

— Ну, кажется все, — покачала головой Нала, отходя от двери.

— Пристроили, — не уточняя кого, улыбнулась Лара.

— Еще бы эти двое миром поговорили, не разнося академию, и не поубивав друг друга, — вздохнула Тиана, косясь на потолок.

Девушки переглянулись, после чего вернулись к изучению карты, по которой предстояло сдавать заковыристое задание. При этом все трое постоянно прислушивались и были готовы, eon придется бежать на выручку друзьям.

— Тук-тук, — тихо произнес Рикьярдо, прежде чем отдернуть занавеску. Получить от девушек! еще раз ему не хотелось. Щиты он давно снял, просто потому, что не было сил поддерживать их.

Девушка медленно повернула голову.

— Уйди, — тихо произнесла она. — Уйди, пожалуйста.

— Хорошо, если ты поможешь мне спуститься, — он тяжело привалился к стене.

Девушка внимательно посмотрела на мужчину. Выглядел он более чем потрепанным. И, почему-то, без мантии. Хотя, последнее было понятно. Рикьярдо не хотел привлекать к себе лишнего внимания.

— Кто-то знает-‘ — девушка подвинулась ближе к окну, освобождая место.

— Наши догадываются, — не стал скрывать он, присаживаясь рядом. — Но они никому не расскажут.

— А ты?

— А оно мне надо? — он пожал плечами. — Хотел бы рассказать, был бы сейчас не тут, с тобой, а в ректорате требовал строгого наказания за покушения на родственника представителя Совета. Вот как ты представляешь себе, чтобы я побежал на тебя жаловаться? — рассмеялся он, потом нагло обнял девушку и притянул ближе.

— Мало ли, — настала ее очередь пожимать плечами и пытаясь осторожно отстраниться. — Старая семейная вражда, а тут такой способ утереть нос леди де Блитц.

— Я предпочту другой способ, — Рик немного повозился, устраиваясь удобнее. В результате девушка оказалась зажата между ним и окном, словно в ловушке. Деваться было некуда. — Например, соблазнить ее внучку, жениться на ней, обеспечить старую каргу большим количеством правнуков.

— Не шути так, — прошептала Микаэлла, боясь посмотреть на мужчину.

— Я не шучу, — задумчиво произнес он. — Просто я хочу понять, неужели для тебя затянувшаяся семейная вражда из-за какой-то давно развалившейся мельницы на пересохшем ручье значит куда больше, чем реальные люди?

— Я вообще не знала, из-за чего все это, — девушка все-таки подняла голову, чтобы столкнуться с пристальным немигающим взглядом.

— Не удивлен, — де Сентан улыбнулся. — Сомневаюсь, что леди Женевьева будет распространяться об этом. Достаточно того, что вражда старая, многовековая.

— И ты решил ее прекратить, — вздохнула Микаэлла.

— Скажем, это будет побочный эффект, — усмехнулся он. — Потому что я просто хочу отобрать у старухи ее главное сокровище.

— Рик… — девушка попыталась выбраться из ловушки, в которой оказалась, но не тут то было.

Мужчина держал ее достаточно крепко.

— Осторожнее. Еще не хватало, чтобы к сотрясению ты мне добавила сломанные ребра, — рассмеялся он. — А нам на практику через три недели.

— Ой, — девушка постаралась снова отдвинуться подальше, но, кроме как выдавить стекло и вывалиться наружу, пути не было. А отодвигаться мужчина явно не собирался.

— Не надо, Мик, — он снова притянул ее к себе. — Пожалуйста. Хотя бы сейчас.

— А Тиана с Джеммой? — Микаэлла наконец задала тот вопрос, который больше всего мучил ее. — Ты же, вроде как, с ними.

— Давно нет, — признался он. — Девушки вообще решили, что пора уже устраивать свою жизнь по отдельности. Так что мы просто остались друзьями, коллегами, которые не оставят в беде, прикроют спину. Что-то еще?

Девушка промолчала. Как сказать, что ей просто страшно. Страшно, что этот мужчина, еще недавно казавшийся ей чем-то недоступным, вдруг оказался рядом. Как признаться, в том, о чем даже думать себе запрещала. Прошла первая влюбленность в Тома Роджерса, хорошего парня, помогавшего ей первые года полтора. А что теперь, она не знала. Точно не любовь, для этого надо начать отношения, узнать друг друга, их обмен колкостями на что-то серьезное не тянет.

Любопытство? Возможно. Симпатия? Да, имеется. И необъяснимое притяжение к запретному назло бабушке. А еще страх, что ничем хорошим эти отношения не кончатся.

Рикьярдо наконец позволил себе выдохнуть и расслабиться. И не думать, как ему спускаться вниз сначала по лестнице с чердака, а потом еще на свой этаж. Ничего, было и хуже. Правда, давно, еще когда он обучался с боевыми магами. Те ребята активно пользовались не только магией, но и оружием, и собственными кулаками. Не готовый к подобному юноша в свое время успел заработать пару переломов и сотрясение, прежде чем усвоил простой урок — для боевых магов нет запрещенных приемов. Но то боевые маги. Кто бы мог подумать, что хрупкая аристократка может так ударить. Пусть даже просто силой чистой магии. Надо запомнить на будущее и не злить Мику.

Его Мику. Рикьярдо улыбнулся. Все-таки эта девочка его. Да, завоевание проходило не по классической схеме, только кто бы ему позволил сделать все, как надо. Понятно, что за Микаэллой присматривали. Он лично успел выявить несколько студентов, с которыми потом общались Рональд, Том, Никлас и другие ребята с их факультета. Пару раз особо несговорчивым приходилось объяснять, почему шпионить для леди Женевьевы не хорошо, в жесткой форме, зато новым адептам старшие курсы быстро объясняли, чем чревато общение с де Блитц старшей. Зато теперь никто не донесет, кто ухаживает за ее внучкой. А все остальное он постарается уладить.

Правда, сначала придется объясниться с семьей. Отец, скорее всего, будет на его стороне, мать, братья и дядя — неизвестно. Но у него есть еще время, чтобы донести свои мысли и желания. Ну и выгоды от такого союза. Последнее для семьи важнее, так что придется прослыть меркантильным мерзавцем.

— Если бабушка узнает… — тихо заговорила девушка.

— Не узнает, — уверенно произнес мужчина. — В академии давно нет никого, кто мог бы ей сообщить, на практике тем более, а за ее пределами мы просто будем появляться порознь.

— Хитрый жук… — Микаэлла не удержалась от легкого тычка в бок Рика. — Все придумал, даже не посоветовавшись со мной.

— Возможности не было, — он прижал ее локти к бокам. — Но я готов выслушать все, что ты предложишь.

— Компания у нас все равно одна, странно будет, если все сидят вместе, а ты или я в стороне.

Просто оставим привычные пикировки на грани. Или будем заказывать на всех отдельное помещение. В трактирах, где мы бываем, слугам не важно, кто и с кем сидит рядом, главное, чтобы счет оплатили и обстановка уцелела.

— Можно и так, — кивнул он, — вообще, сейчас не хочу об этом думать. Хочу просто сидеть рядом с тобой.

Он устроил свой подбородок на ее макушке, осторожно обнимая. Стьщно признаться, но на самом деле так было просто легче. А ведь надо бы позвать кого-то из парней, чтобы они помогли ему добраться до комнаты, и пару дней провести в постели. Но туда не хотелось. Надо пользоваться моментом, приручать свое маленькое счастье. Ну и не хотелось в глазах девушки выглядеть совсем размазней. Понятно, что за прошедшие годы она его разве что без одежды не видела, и валяющегося в кровати по причине болезни. А так, и перемазанного всем, чем только можно, и обгоревшим на солнце после колки дров, и клюющего носом перед костром после того, как на лагерь ночью набрела стая волков, оголодавшая по весне.

Мика осторожно повернулась в кольце его рук и принялась изучать бледное лицо мужчины.

Царапины успели затянутся, но часть еще оставалась. Организм магов легко справляется с ранами и переломами. А вот со всем остальным, что нельзя срастить, дело обстоит много хуже. Понятно, что поправляются они быстрее, но все равно нужны лекарства, нормальное питание и покой. Кое-кому покой нужен прямо сейчас.

— Рик, может, тебе лучше пойти лечь? — осторожно предложила она.

— Да ничего, не все так страшно, — адепт попытался сделать вид, что он если не полностью здоров, то почти. А почти не считается.

— Угу, это ты декану рассказывай, — она осторожно провела по следу от царапины над бровью. — Ладно, растрепанный, одежда помята, словно хурхи тобой свое логово убирали. А вот бледность с зеленоватым отливом чем объяснишь?

— Съел что-то не то, — пожал он плечами.

— Угу, съел… И щуришься ты от этого, нерв вон подергивается, да и говоришь несколько замедленно, — перечислила Мика заметные симптомы. — Давай я сейчас за Томом сбегаю, он поможет тебе спуститься.

— Думаю, Том не лучшая кандидатура, — признался Рикьярдо. — Мы немного поспорили, и ему надо время признать, что я прав. А если сейчас его просить мне помочь, то он милостиво добьет.

— Мужчины, — вздохнула Микаэлла, прикидывая, есть ли хоть кто-то в корпусе, к кому еще можно обратиться. Получалось, не к кому. — Ладно, сама тебя потащу. Маг я или как. Может, заклинания уменьшения веса на людях использовать нельзя, есть еще левитация, усиление себя любимой и всякие для повышения проходимости дороги.

— А еще я могу передвигаться сам, у лестницы есть перила, а если я буду спускаться спиной вперед, а ты просто сделаешь огонек, то я справлюсь сам, с твоей минимальной помощью, — решил он, пресекая дальнейшие споры.

— Хорошо, — девушка решила не спорить. Иногда лучше оставить мужчину в покое, чем задевать его гордость. А в том, что у аристократов с этим проблем куда больше, она давно успела убедиться. Там, где остальные ребята быстро признавали поражение, де Сентан еще мог расшибать лоб. И, нередко, добивался успеха. — Поползем?

— Позже, — он улыбнулся, — хочу еще побыть с тобой. А то будут бегать потом кругом, лечить пытаться, чтобы на следующей неделе на занятиях выглядел прилично.

— А ты что думал, — покачала головой девушка. — Нельзя же тебя в таком состоянии показывать преподавателям.

— Я и не буду им показываться, — пожал он плечами, и снова поморщился. — Подумаешь, немного прогуляю. Надо попробовать и прогульщиком побыть. Потом возьму у тебя конспекты и все подготовлю.

— А если не дам? — поинтересовалась Мика.

— Так по чьей вине я пострадавший, — Рик скорчил жалобную рожицу.

— Шантажист.

— Да, я такой, — довольно произнес он, после чего снова прижал к себе девушку. — Наглый шантажист, который никому тебя не отдаст. Что бы там ни придумала твоя бабушка. Благо ты уже вполне совершеннолетняя, и ее благословение нам не понадобится.

— Благословение, может, и нет, но ее связей достанет, чтобы устроить тебе веселую жизнь.

— Ничего, — хохотнул он, — пусть на старости лет развлечется. У нас связей не меньше. Так что давняя вражда так на ней и закончится.

Мика только покачала головой. Она сама не все знала о делах бабули, но имя последнего жениха, которого ей предлагали, и ради которого леди Женевьева даже дошла до ректора, требуя разрешить брак ее внучки, девушку пугало. Благо, в ректорате она получила отказ. Но еще полтора года, и она вновь поступает в ее распоряжение. Увы, законы таковы, что девушка не может заключить брак без согласия семьи, пока ей не исполнится двадцать семь лет, а если невеста против, достаточно согласия жениха и семьи, то есть бабушки. Потому что родители и дед могут просто не успеть приехать. И так же легко расторгнуть брак, который был заключен без согласия семьи, признав его не действительным. Дурацкие законы. Вот только менять их пока никто не собирается, потому что они выгодны совету.

— Боюсь, бабушка пойдет на все, лишь бы не допустить нашей свадьбы. А тайком… Даже влияния твоего дяди не хватит, если она упрется.

— Да, — он на время задумался, — дебильные законы. Я все забываю, что ты младше. Придется мне навестить родственника пораньше. К примеру, завтра. Заодно будет объяснение моему состоянию. Ничего, я решу эту проблему. У нас еще полтора года в запасе. А если не решу — украду тебя и увезу туда, куда не дотянутся руки леди Женевьевы. Думаю, пару-тройку лет в другой стране мы благополучно проживем.

— Ты все так продумал, что меня мучает вопрос, кто же опаснее, бабуля или младший де Сентан, — улыбнулась Микаэлла.

— Ну, не самый младший, но зубы у меня есть. И связи. Пусть не такие, как у твоей бабушки, но, если их поднапрячь, то кому-то будет очень грустно. Думаю, на леди де Блитц найдется хороший компромат. Так что не захочет по-хорошему, придется общаться с ней по-плохому.

Девушка предпочла промолчать. Да, Рикьярдо все продумал. Причем не сегодня. Но как-то боязно спрашивать, давно ли. Да какой там спрашивать, она поверить не может, иго они сидят на пыльном чердаке, где только одно окно чистое и то потому, что она тут периодически бывает, и прибрала свое любимое место. И не просто сидят, а этот невозможный мужчина обрисовывает ей планы на будущее. А ведь еще летом на практике она с завистью смотрела, как он дурачится в озере с Тианой и Джеммой, а ее словно и не замечает. Смотрела, ревновала, отказываясь признаться, что ее влюбленность в Тома прошла, а на смену пришли чувства к де Сентану.

— Ничего, выкрутимся, — он осторожно заставил ее повернуть голову и посмотреть в глаза. — Ты мне веришь?

— Да? — выдохнула девушка.

Рикьярдо медленно наклонил голову и осторожно поцеловал девушку. Первый поцелуй, непродолжительный, без дикой страсти, но очень нежный, обещающий, что в будущем у них будет все так, как они захотят сами. А потом он просто прижал ее к себе и зарылся лицом в волосы.

— Рик, — тихо выдохнула Микаэлла.

— Моя, — так же тихо прошептал он в ответ. — Никому тебя не отдам.

Девушка хотела, было, сказать, что отдавать некому, но не стала. Сейчас, может быть, а что будет после окончания академии? Кто знает, что придет в голову леди Женевьеве, куда занесет их с Риком судьба. Одно хорошо, у нее будет два года, в которые она обязана участвовать в экспедициях вместе с адептами выпускного курса, чтобы отработать полученные знания. Как бы бабушка ни надеялась решить вопрос деньгами — у нее это не получится. Выпускники обязаны передать те знания, что получили за годы обучения, рассказать о своем опыте, поделиться найденными хитростями. В следующем году будут рассказывать им, а еще через пару лет, уже они сами, но для этого нужен опыт самостоятельной работы, без крылышка академии.

— Если попытаются кому-то отдать, сбегу на край света и буду ждать тебя там, — пообещала Мика, — если только не помру.

— Позову друга некроманта, чтобы он тебя поднял, выскажу что думаю, причем ругаться буду долго и занудно, а потом упокою в извращенной форме, — усмехнулся он. — Это тебе так, информация для размышлений. Заранее сообщаю, что тебя в таком случае ждет.

— Лучше так, чем бабушка, — вздохнула она.

Рикьярдо предпочел промолчать, не развивая эту тему. Не так много мест, куда еще не ступала нога мага-исследователя, осталось на их материке. Разве что отдельные острова на севере, да на юго-западе непроходимые джунгли, о которых даже преподаватели не могли ничего толком рассказать, кроме того, что там слишком неустойчивый магический фон, много опасных животных, легко подцепить какую-нибудь неизвестную медицине заразу да слишком тяжелые условия жизни. Интереса для торговцев или крупных мануфактур они пока не представляли, так что тратить огромные деньги на их исследование никто не спешил.

Вместо того чтобы объяснять девушке, что он думает о ее бабушке и ее идеях, мужчина снова поцеловал Мику. На этот раз поцелуй длился дольше, и кроме нежности в нем была уже и страсть. Но все равно адепт старался не напугать своим напором. Это не подружки, у которых до него было достаточно мужчин, и еще неизвестно у кого сколько будет после. Нет, это другая девушка. Нежная, ласковая, ранимая… Он успел за эти годы изучить ее и понимал, что под маской сильной и независимой личности прячется маленькая девочка, которую недолюбили в детстве. И меньше всего Рикьярдо хотелось стать еще одним из тех, кто обидел. Нет, лучше не спешить.

Все-таки у них еще достаточно времени до окончания учебы.

На этот раз девушка отвечал на поцелуй увереннее. Ее руки обняли мужчину, пальцы зарылись в волосы. С одной стороны ей было странно такое свое поведение, с другой нравилось, что она делает. И не потому, что это нельзя, а потому, что хочется самой. И именно с этим мужчиной. Да, она замечала возросший к себе интерес нескольких адептов, но держала всех на расстоянии. Но не с Риком. Здесь ее желания были иным, пугали ее саму. Тем приятнее было сознавать, что их разделяют.

— Наверное, нам все-таки надо спускаться, — через какое-то время произнесла Мика. — И кому-то надо отдыхать.

— Надо, — вздохнул мужчина, не отпуская ее. — Но так не хочется. С тобой хорошо. А там расспросы начнутся.

— Я никуда не денусь, — она потерлась щекой о его плечо. — Точнее если и денусь, то только в свою комнату.

— Я денусь, — напомнил он ей. — Завтра к дяде, и могу там на пару дней застрять. Или, если он меня отпустит, то в лазарет. Выставлю себя идиотом, но не страшно. Подумаешь, забыл о щитах при встрече с дядюшкиным догом, который любит меня и всегда бурно радуется встрече. А собачка та еще, сбивает с ног только так, особенно с разгону. В общем, никто и не подумает, что ты хоть в чем-то виновата.

— И все равно я не должна была, — вздохнула она.

— Мик, значит так надо, — он снова поцеловал ее макушку. — Иначе не сидели бы мы тут с тобой так хорошо.

Спорить девушка не стала. Наверное да, эта встряска оказалась для них тем самым толчком, который и расставил все по местам. Думать о том, что будет дальше, не хотелось. Какая разница, что там будет, у них есть еще время до выпуска, чтобы или как-то решить проблему, или просто побыть вместе. Даже если ничего не получится потом, она позволит себе быть счастливой хотя бы сейчас, чтобы в будущем не жалеть об упущенной возможности.

— Поползли? — предложила она.

— Угу, — Рикьярдо вздохнул, после чего заставил себя подняться на ноги, мир вновь начал кружиться перед глазами.

Осторожно они преодолели лестницу, вышли на жилой этаж. Де Сентан осторожно двигался по коридору.

— Если случайно наткнемся на постороннего, — прошептал он, — скажу, что решил посмотреть себе новый шкаф, и случайно стукнулся о мирно лежащую полку. Щиты такой подлянки не ждали, потому не сработали.

Мика только кивнула. От таких случайностей они не защищают, ведь магу не грози опасность. Но посторонних не обнаружилось. Встретившийся им на пути Никл ас не стал задавать никаких вопросов, просто молча кивнул девушке, подхватил Рика и дальше поволок друга сам, ни о чем не спрашивая.

А на следующее утро девушка зашла за ним, чтобы помочь собраться и проводить до проходной. Выглядел он лучше. Все-таки отлежался, ну и ребята постарались насколько это возможно помочь. Девушек он прогонял, заявляя, что не инвалид и может сам о себе позаботиться.

— Вот упертый идиот, — шипела Тиана.

— Как и остальные аристократы, — заверила ее тогда Мика. — Скорее помрут, чем покажут женщине свою слабость.

Подруга покачала головой, после чего заметила, что оно в какой-то степени лучше, чем мужчина, начинающий умирать от небольшой простуды. Посмеявшись, они вечером разошлись по комнатам, при этом Мика то и дело проверяла оставленную Никласом по ее просьбе следилку.

Собственно, по ней она и обнаружила, когда утром Рикьярдо начал собираться, и отправилась караулить его на лестнице.

Вечером, как и предупреждал, де Сентан в общежитие не вернулся. Прибывший слуга передал старосте группы записку, где говорилось, что из-за небольшого семейного недоразумения, по причине излишней радости домашнего питомца, господин Рикьярдо вынужден нарушить правила комендантского часа, и, если потребуется, будет приложена записка от врача, который был вызван для определения степени полученных повреждений.

— Они что, всегда так заковыристо пишут? — с трудом продравшись через текст, уточнил у Мики Рональд.

— Иногда еще хуже, — обрадовала девушка. — Но это официальная записка в деканат, так что пусть проникаются.

— А поверят, что домашний питомец мог причинить такие травмы? — на всякий случай уточнил староста.

— Некоторые на радостях и не такие могут, — рассмеялась девушка. — Вот представь, ты приезжаешь в гости к родственнику, и на тебя несется собачка размером если не с теленка, то около того. И не для того, чтобы покусать, а потому, что рада тебя видеть, хочет играть с тобой.

Вот только с прошлой встречи чутка подросла, а по молодости и дурости пока еще не осознает свои силы.

— Тут не помогут никакие щиты, — прикинув ситуацию, подумал Рон. — Существо опасности не представляет, нацелено дружелюбно. И то, что ты неожиданно полетел кубарем и приложился обо что-то головой — это не его вина, а твоя. Крепче на ногах надо стоять. В общем, поверят они, или решат, что де Сентан просто выпил лишку и полетел с лестницы, уже не важно. Можешь не переживать. Никто тебя не сдаст.

— Вот уж из-за чего я точно не переживаю, — вздохнула девушка. — Я волнуюсь, как он один добираться обратно будет.

— Понятно, — протянул адепт. — Ладно, сильно не волнуйся. Не сам, так с помощью слуг доставят. Все с ним будет хорошо. Лучше думай, что будет, когда твоя бабушка обо всем узнает.

— Хорошо бы, отравилась собственным ядом, вот только ей это не грозит, она не змея, надеяться, что язык прикусит, бестолку.

— Надежда умирает последней, — подбодрил ее Рон. — Может, все не так страшно, как вам кажется. Все-таки у Рика дядя в совете — лакомый кусок для твоей бабушки.

— Твоими молитвами, Рональд, твоими молитвами.

После чего Мика поспешила в тренировочный зал готовиться к пересдаче зачета. Лучше было поторопиться, пока уставшие ждать ее Нала, Лара и Джемма не придут сами. Тогда придется и выслушать много чего, и потом еще долго будут в шутку поминать. Ей же надо закрепить успех.

После стычки с Рикьярдо пользоваться магией против людей стало легче. Опять же, пусть приходилось применять ее на друзьях, она помнила, что все ее сильные заклинания поглотили щиты, усиленные защитой зала. Поэтому надо было дружно отработать и атаку, и блоки, пока есть возможность. У подруг тоже были небольшие проблемы, которые они решали за счет выделенного на дополнительные тренировки время.

Выходные прошли в активных занятиях. Помимо дополнительных практических все занимались персональными заданиями — надо было расписать подробный план подготовки экспедиции в заданный регион определенным транспортом. От адептов требовалось указать абсолютно все, мотивируя это особенностями места, куда им предстоит отправиться. Девушка с тоской изучала страницы энциклопедии. Ей достались пустынные северные острова. Как назло, в ее распоряжении были только два парусных корабля сравнительно небольших размеров, а рассчитать надо было запасы на три месяца пребывания. Да одного только топлива требовалось по меньшей мере одно такое судно. Помимо этого запасные снасти, питание, вода, оружие, еще куча всего. Да и людей девать куда-то надо. Приходилось изучать, какие имеются заклинания поддержания тепла, облегчения веса, расширения пространства и много чего еще. Времени на все было полторы недели, и половина этого срока прошла. Благо большая часть задания была выполнена. Микаэлла искренне завидовала коллегам, которым достались вопросы по теплым регионам, пусть даже это были болотистые джунгли. Им не надо было брать запасы теплой одежды, которая занимала прилично места.

Рикьярдо вернулся в академию только в середине недели и первым делом отправился к лекарям. Пожилой маг только покачал головой, диагностируя состояние адепта, после чего выдала пару микстур и рекомендовала до конца недели соблюдать постельных режим. Оставлять у себя не стали, но предупредили, если увидят, что он не лежит в своей комнате, а активно перемещается по академии, то постельный режим придется соблюдать уже под присмотром лекарей и их помощников. Поскольку перемещения адептов отслеживались, нарушать распоряжение мужчине в голову не пришло. Лежать, так лежать. Все равно в его комнату быстро набьется толпа посетителей, жаждущих помочь больному.

— В ванную вставать хоть можно? — на всякий случай поинтересовался Рикьярдо, или терпеть и ждать, пока добрая душа заглянет и подаст известный сосуд?

— Можно, — махнул рукой лекарь. — И душ можно, но не долго. Встал, быстро привел себя в порядок, и обратно отдыхать. Последствия расписывать не буду. Сам потом почитаешь. Или попросишь, чтобы кто-то зачитал.

После уточнения еще пары мелочей, де Сентан сгреб прописанные пузырьки и побрел в свою комнату. Все друзья были на занятиях, но, к счастью, у вахтеров была смена, и ему помогли подняться в комнату. Оценив как свое состояние, так и возможные перспективы перемещения в лазарет, мужчина быстро переоделся и отправился в постель.

Просто так лежать было скучно, но читать еще не было возможности, буквы плавали перед глазами. Мужчина улыбнулся. Зато Мика больше не боится, сдаст этот зачет, ее не отчислят на радость леди де Блитц. А то, что другой адепт получил сотрясение мозга — в их случае оно того стоило.

Немного поворочавшись с боку на бок, он все-таки махнул рукой на жесткость режима, забрал со стола планшет и карандаш и принялся думать над заданием, которое ему придется сдавать вместе со всеми, чтобы получить допуск к очередной практике. Преподаватели факультета славились неуступчивостью. Обычно все сводилось к одной фразе: «А в реальной жизни никто не будет ждать, пока вы поправитесь, посмотрите энциклопедию, проконсультируетесь со специалистами».

Рикьярдо понимал, что они правы. Лекари могли при помощи магии поддерживать человека, пока коллеги решают, что сделать. Боевые маги слушали приказы, в крайнем случае сами должны были ориентироваться в тактике и стратегии, или иметь возможность принять командование над небольшой группой воинов. Стихиные маги чаще всего работали с конкретными заказами, или связывали свою жизнь с определенным регионом. Можно было рассмотреть так каждый факультет, но только выпускники исследовательского вынуждены были принимать решения в условиях, когда рядом нет не только справочников или более опытных коллег, но когда даже времени на размышление не остается, а сам ты держишься на ногах только за счет упрямства, которое тоже в них активно воспитывают и культивируют.

Мысли путались, что он пишет, мужчина и вовсе не присматривался. Уж свои-то каракули потом как-нибудь прочитает. Главное, потом проверить еще раз, что он такого насочинял, пока валялся, а то окажется, что полная ересь, а пересдать практику очень сложно. Хорошо, если летом окно будет. А если нет, это еще год обучения, за который леди Женевьева может насильно выдать внучку за какого-нибудь хлыща. Не на дуэль же его вызывать. Да еще повод надо найти будет, чтобы потом под суд за преднамеренное убийство заведомо слабого противника не пойти.

Тут дядя при всем желании не поможет. Скорее все отстранятся, чтобы не влиять на ход расследования. Зато дражайшая леди де Блитц расстарается, чтобы насолить де Сентанам.

Рикьярдо усмехнулся. Позанимался, называется. Мысли не туда уплыли. А ему потом еще сдавать то, что пропустит. Благо хоть на практике можно будет нагнать. Попасть бы на нее. Он постарался максимально отвлечься от размышлений о Микаэлле, ее бабушке, планах старой карги, и заняться обдумыванием вопроса. Уж думать ему запретить лекари не могли, даже если бы очень захотели. Когда башенные часы академии возвестили полдень, он заставил себя подняться, принять лекарства, после чего заглянул в ванную, а после попытался найти что-то из еды. К сожалению, запасов почти не было. А тащиться в столовую, сначала спускаться с третьего этажа общежития, потом подниматься на второй, и обратно вниз, потом наверх, не было никакого желания. Все-таки не настолько он голоден. Опять же, просил коменданта сообщить ребятам, что он вернулся, и будет отлеживаться в комнате. Так что пропасть не дадут. Вот только ближайшие три часа вряд ли кто-то появится в общежитии. Так что придется подождать.

Мужчина собрался дальше расписывать, как бы он распределил припасы между членами своей группы, когда в дверь постучали, а потом в нее просунулась голова Тома.

— Вернулся, болезный?

— Угу, Утром дядя подвез по пути на заседание, — Рикьярдо отложил записи и собирался сесть, но на него только махнули рукой.

— Да лежи, стукнутый ты наш, — Роджерс положил рядом с товарищем взял стул, повернул спинкой вперед и с комфортом устроился на нем. — Вот, приволок тебе пока бутерброды, ничего другого пока в столовой не добыть. Но наши поварихи обещали, что позднее тебе принесут нормальной еды. Им еще из лазарета не передали, что очередной покалеченный на постельном режиме в своей комнате.

— Спаситель, — просиял де Сентан, разрывая упаковку. — Ты, кстати, откуда узнал, что я уже здесь.

— Ворон считал, — усмехнулся Том. — Нежитеведение. А сегодня еще какой-то аспирант. Так что те, кто ближе к окну сидели, еще в выгодном положении оказались, было чем развлечься.

Остальные вынуждены были мужественно изображать неподдельный интерес, медитируя на доску.

— Ууу, несчастные. Что хоть он рассказывал-то?

— Классификацию, — поморщился побывавший на пере адепт. — Сейчас продолжит на второй паре. Я решил, что один прогул за пару месяцев — не самое страшное, что может произойти.

— Считаю себя везунчиком, — хохотнул Рик. — Я ее сдавал, когда с боевиками занимался, потом в колледже, ну и на третьем курсе вместе с вами расширенную. Так что при необходимости могу хоть сейчас рассказать со всеми подробностями.

— Да все мы можем, а он то ли первый раз занятие проводит, то ли сам до конца не понимает, что к чему. Он же с теоретического.

— Тогда все ясно, — адепт дожевал последний бутерброд и осторожно сложил упаковку, чтобы не рассыпать крошки. — Не удивлюсь, если на второй паре будет пустая аудитория. Нашли к кому ставить, надо было к третьему курсу запускать, а не к седьмому, пусть спасибо скажет, что никто не уснул.

— Ну, может, кто-то и решил доспать. Кто-то что-то быстро по заданиям дописывал, если не успел или с черновика не успел переписать. Но это те, кто подальше сидели. Первые парты типа конспектировали, — Том вытащил из сумки тетрадь и показал какие-то замысловатые каракули. — Вот, когда надо было изображать, что активно пишу. Тайнопись разрабатываю.

— Потом поделишься? — Рик сощурившись оценил масштаб трудов. Просить посмотреть ближе не стал, все равно оценить по достоинству не получится.

— Когда до ума доведу, — пообещал адепт. — А ты тут с чем развлекаешься?

— Да так, задание выполнять пытаюсь.

— Можно?

Рикьярдо протянул Тому свои записи. Тот какое-то время изучал их, потом прищелкнул языком.

— Однако масштабно.

— Собственно, все обоснования я указал, дальше дело преподавателя, засчитывать работу или нет, — пожал плечами де Сентан. — Риски потом пропишу детальнее, это надо в справочники лезть и кое-что уточнять. Тут скорее наброски.

Том покивал, после чего продолжил дальше вчитываться в неровные, скачущие строки. Чем дальше, тем больше он соглашался с коллегой.

— Да, к делу ты подошел серьезно. Понятно, всего не предусмотреть, но те, кто решит нанять тебя для исследования именно этого направления, должны будут понимать, или все делается так, как скажешь ты, или с тобой даже связываться не стоит.

— Может, я просто не хочу совать голову в пасть льву, предварительно не убедившись, что он не сможет ее захлопнуть.

— Так и представляю, как ты вставляешь бедной животине в пасть распорку, а потом еще проверяешь, насколько надежно она там держится.

Мужчины рассмеялись. Картина, и правда, вырисовывалась забавная.

Новый стук в дверь раздался раньше, чем должны были закончиться занятия. Том поспешил открыть, и обнаружил с другой стороны работницу столовой. Та быстро оценила состояние очередного немощного, оставила на столике тарелки, попросила приятеля потом занести грязную посуду и удалилась.

— О, кормят, — просиял прогульщик. — Значит, скоро конец пар. Пойду, займу нашим местечко. А к тебе потом делегация подтянется, так что передохни.

— Том, ты прости, что оно так вышло, — неожиданно попросил мужчина.

— Да ладно, — махнут тот рукой. — Что ни делается, все к лучшему. Я свой шанс упустил уже давно. И в любом случае ничего хорошего мне в перспективе не светило. А ты смотри мне, если обидишь Мику, всем курсом тебе голову оторвем.

— Понял, — усмехнулся адепт. — В моих планах обидеть разве что ее бабушку.

— Нужна будет помощь — только свисни, нас тут много таких желающих обидеть леди Женевьеву.

Оба они рассмеялись, после чего Том все-таки отправился по своим делам, а Рикьярдо остался обдумывать как свое задание, так и новую информацию, которую его друг вроде и не сообщил, но намекнул на нее.

Мика облегченно выдохнула, когда нудная лекция закончилась. Едва она увидела не своего преподавателя, а нового человека, как поспешила спрятаться в задние ряды. Благо успела быстро сориентироваться. Прикрываясь спинами коллег можно было заниматься своими делами. В результате успела написать письма деду и родителям, после чего принялась на чистовую переписывать одно из заданий. Пусть сдавать только завтра, почему бы не потратить время с пользой, чем в очередной раз слушать то, что не только выучили и сдали, но и не один раз отработали на практиках.

В то же время работа над проектом экспедиции мало того, что увлекательна сама по себе, так еще позволяла на будущее разработать необходимые навыки. Понятно, сюда пока не входило общение с организаторами экспедиции, торговцами, спонсорами, наемниками и прочими людьми, с которыми придется сотрудничать, спорить, ругаться, торговать. Но базовые знания оно давало. Уже в следующем году им предстоит самим организовать небольшую экспедицию, правда под руководством преподавателя, в соответствии с поступившими заказами. Но уже в конце учебного года они сами смогут поучаствовать в одной из непродолжительных исследовательских миссий.

Девушка уже присматривала направление, куда бы ей хотелось отправиться. Понятно, все самое интересное было рассчитано на длительный срок, но были и задания специально для адептов. Детальное изучение некоторых земель, которые собирались покупать для строительства загородного дома, разработки полезных ископаемых или разведения скота. Туда-то активно посылали адептов последних двух, а иногда и трех курсов, в зависимости от длительности и сложности задания. Понятно, что преподаватели добавляли к каждому выезду свой список вопросов, чтобы поездка не казалась отдыхом.

Сам отдел, который занимался приемом заявок на исследования и поиском тех, кто готов взяться за выполнение заказа, относился к исследовательскому факультету, и был ориентирован прежде всего на выпускников, не важно, закончили они свое обучение только что или много лет назад. Все равно больше ни у кого не хватило бы знаний для подготовки и осуществления подобных экспедиций. Уже были известны случаи, когда группы из боевых и стихийных магов возвращались ни с чем, и хорошо, если в том же составе, что отправился в путь. Так что адепты были в курсе, что происходит в этой области, какие направления сейчас пользуются популярностью, какие экспедиции готовятся к отправлению, а куда никак не найти желающих отправится.

Девушка решала, куда ей ехать, но пока не могла окончательно сделать выбора. Но, в свете задания, решила, что будет интересно отправиться на две недели на один из островов, где планировали строить промысловый завод, и магам надо было определить, какие морские обитатели там встречаются. Заодно на деле проверит то, что прорабатывала уже вторую неделю в теории.

Раннее окончание пары вызвало у Мики легкое сожаление, что она не успела дописать часть проекта, и придется тратить вечер на то, чтобы перенести все в одну тетрадь, а не сдавать на куче листочков. Придется сидеть ночью, потому что никто не отменял дополнительные тренировки перед пересдачей зачета, да и текущих заданий хватало. А вот время было тем самым ценным ресурсом, которого постоянно не хватало.

Выбрав столик почище, девушка оставила сумку, после чего прошла к стойке. Быстро взяв себе кофе и пару булочек, она вернулась за столик. До начала тренировок оставалось часа полтора, так что она надеялась успеть как можно больше. Так что придется пожертвовать обедом ради дела. Ну да ничего, один раз не пообедает нормально, так ничего страшного не произойдет.

На практике отъестся.

— Эй, великий открыватель, — влетевший в столовую Том затормозил возле ее столика. — Пока ты тут планируешь великие свершения, там герой-любовник от тоски по прекрасной деве помирает. Еще немного, и будет слюни пускать на столовских работниц.

— Ты о чем? — Микаэлла оторвалась от своих записей и подняла голову.

— Рик вернулся, правда, пока на постельном режиме, — сообщил однокурсник, после чего направился в сторону раздачи.

— Когда? — встрепенулась девушка.

— В середине предпоследней пары, — уточнил Том. — Если бы смотрела в окно, то сама бы увидела.

— Некогда мне было, — Мика убрала в сумку тетрадь, черновики и письменные принадлежности. — Я проект в порядок приводила, чтобы не сдавать листочки.

— Да ты покажи, что все готово. Знаешь же, что оформить прилично этот препод дает время, главное, чтобы черновик наличествовал.

— Угу, — собрав вещи, адептка притянула к себе скромный обед. — Как будто у меня есть это время. Проект, задания текущие, которых все больше и больше, зачет несчастный. Кстати, надо узнать, можно ли сдать уже на следующей неделе, а то тренировки много времени отнимают.

— Дай ты своей мишени после прошлого оклематься, — усмехнулся Роджерс.

— Вот еще тянуть время — столь же многозначительная усмешка появилась и на лице Микаэллы. — Попрошу, чтобы другую мишень выдали. А то стоит тут один кандидат, усмехается, совсем обнаглел. Того и глади, на мои пирожки посягать начнет.

— Вот еще, — буркнул Том, косясь на тарелку, — мне мясо надо и много, а не ваше кот наплакал. Ладно, я тебе сообщил, кушай и отправляйся к болезному прощения вымаливать. А то стукнула парня ни за что ни про что.

— Это мы уже обсудили, — пожала она плечами, — равно как и то, что меня просили. Но это уже наше дело.

— Намек понял, — поднял руки ее собеседник. — Пойду обедать. А то думал первым прийти, а оказываюсь последним.

— Отпустили раньше, — просветила его Мика.

Том только кивнул, после чего направился к раздаче. Девушка быстро проглотила свою еду и поспешила в общежитие. Не то, чтобы ее подгоняли слова Тома, просто в нем говорила ревность, но она соскучилась по одному нахальному типу. Ну и нужно было убедиться, что его слова тогда, на чердаке, до сих пор в силе.

Возле комнаты Рикьярдо Мика замерла. Внезапно стало страшно. Вдруг домашние отговорили его связываться с внучкой Женевьевы де Блитц. Мало ли что бабушка сотворила в очередной раз, да такого, что семья де Сентанов не захочет не только видеть ее внучку радом со своим сыном, но даже слышать ее имя. Нет, пока не войдешь, ничего не узнаешь. Вдохнув, словно перед прыжком в воду, девушка постучала.

— Не заперто, услышала она голос мужчины.

Выдохнув, толкнула дверь и вошла.

— Привет, — голос звучал хрипло. Да волнуется, а кто бы не волновался на ее месте.

— Привет, — он приподнялся на локтях и с радостной улыбкой посмотрел на девушку. — Извини, что так встречаю, но наши лекари запретили лишний раз вставать с постели под угрозой перемещения меня в лазарет.

— Ничего, — она подошла, кинула сумку на оставленный Томом стул и замерла, не зная как быть дальше.

— Иди сюда, — де Сентан протянул ей руку. — Я скучал.

Девушка немного не смело вложила пальцы в его ладонь и сделала последний шаг, после чего присела на край постели. В следующее мгновение ее опрокинули, а мужчина навис над ней.

— Рик, — пискнула она, — тебе же надо лежать.

— Мне надо географически находиться здесь, — расплылся он в довольной улыбке и похлопывая рукой по постели. — А уж как именно и с кем — другой вопрос. И вообще, я соскучился.

Дальнейших возражений не последовало просто потому, что девушку поцеловали.

Сопротивляться Микаэлла и не думала. Один полный страсти поцелуй мигом развеял все ее сомнения и тревоги. Не важно, как отнеслась семья Рика к его новостям, он ее не оставит.

— Все, сомнения из этой хорошенькой головки улетучились? — поинтересовался мужчина, когда поцелуй все-таки прервался.

— Не то, чтобы совсем все, но те, что касаются тебя, да, — выдохнула Мика.

Рик откинулся не подушки, но так и не отпустил девушку. Она вынуждена была устроиться удобнее, чтобы ноги в ботинках не пачкали постель.

— И что за сомнения? — поинтересовался де Сентан.

— Согласится ли препод принять пересдачу раньше указанного срока, — принялась перечислять Микаэлла, — успею ли привести проектную работу в приличный вид, в общем, все связанное с учебой. Иногда кажется, что преподаватели озверели. Уже практику жду, как не ждала никогда каникулы. Хотя бы высплюсь.

— Представляешь, а мне еще за пропуски отчитываться, — Рик улыбнулся и пальцем нежно нажал на нос девушки. — Так что твои проблемы — это цветочки. И у меня тоже проект, куча заданий, ну, разве что зачет сдан. Но ты теперь тоже сдашь. Только не надо по своим коллегам больше сырой магией кидаться. Она плоховато поглощается.

— Не буду, — она вздохнула. — Я и в тебя не собиралась, но ты тогда довел.

— Да, немного перестарался, — дернул он плечом. — Зато результат того стоит, ты знаешь, что все заклинания поглотятся защитой помещения, поэтому не будешь бояться их использовать.

Хотя, ты и так это знала, но какой-то блок мешал тебе. А теперь его нет.

— Угу, — она потерлась носом о его плечо. — Если бы я знала, что тебе так сильно достанется, то не стала бы срываться.

— И неизвестно, сколько бы мы еще ходили кругами, — заметил он. — Зато теперь мне все ясно, дядя и родители благополучно проинформированы и будут потихоньку заниматься решением проблемы в лице твоей бабушки. Надо будет найти рычаги влияния, может, через кого-то из других лордов зайти. Но это уже их дела. Время есть.

— А нам что делать, — Мика боялась раньше времени радоваться, ведь все могло закончиться совсем не так, как хотелось им обоим.

— Нам за пределами академии не сильно афишировать наши отношения, — он потрепал ее по волосам. — Так что в тавернах будем занимать отдельные кабинеты. А здесь шпионов устранили уже давно. Так что можно не переживать.

— Я и не переживаю, — улыбнулась девушка. — Том давно сказал, что разобрались с теми, кто пытался работать на бабулю. Я больше об учебе думаю. Не хочется вылететь с предпоследнего курса. А столько всего надо, что я боюсь не успеть все сдать.

— Успеем, — бодро завил Рик. — Не отчислят же они своих лучших адептов. А, если верить их заявлениям, лучше нас давно никого не было. Не в этом столетии так точно. Так что успокоятся, дадут время все сделать. Слухи ходили, что на зимних каникулах никаких тренировок нам устраивать не станут.

— Хорошо бы, — Мика прижалась к мужчине. — Хочется немного выдохнуть. Хотя бы пару дней ничего не делать.

Рикьярдо только улыбнулся. Сам он уже устал от вынужденного безделья. Но говорить, что девушка приложила его несколько сильнее, чем казалось сначала, не стал. Зачем лишний раз ее расстраивать. И без того видно, что переживает. Лишние пару дней в постели — не такая проблема, чтобы кого-то упрекать, особенно, если это любимая девушка. Проект он почти сделал, осталось немного довести его до ума. А с остальными преподавателями договориться. В основном там надо показать конспект пропущенных занятий, перепишет, не проблема.

Главное, в личной жизни все вопросы решились ко всеобщему удовольствию. Понятно, родители были не в восторге от его выбора. Понятно, пара дней у них ушла на то, чтобы навести справки. Да, особого восторга в первый вечер от новости они не испытывали. Правда отец потом сам чуть не добавил, когда узнал, за что девушка отправила его в незапланированный полет.

Пригрозил, если повториться, не посмотрит, что сын взрослый, спустит штаны да отходит вожжами. Угроза существенная, поскольку Ромир де Сентан сам боевой маг, паладин одного из рыцарских орденов, и с сыном вполне мог справиться. Проверять, будет он выполнять свою угрозу или нет, не хотелось.

А когда родительские шпионы или кто там еще доложили, что собой представляет Микаэлла де Блитц, выбор сына признали достойным. То, что она внучка леди Женевьевы, было признано недостатком, но у кого их нет. Пусть уж такой, им не с бабушкой жить. Так что в какой-то степени этот вопрос был решен. На прощание отец отозвал его и тихо сказал:

— Если уж совсем ничего не получится, устроим вам побег. Поживете за границей, пока твоей невесте не исполнится двадцать семь, а потом бабка ей ничего сделать не сможет. Ну, или экспедицию какую сообразим куда подальше и подольше. Ты уж сам реши, куда лучше будет, чтобы и климат более-менее приличный, и опасностей для жизни не очень много.

Такое предложение окончательно убедило Рикьярдо, что родители на его стороне. Осталось убедить в этом Мику.

— С тобой хорошо, — подняла голову девушка, — но у меня еще тренировка, и проект. И два реферата к понедельнику.

— Намекаешь, что тебя надо отпускать? — прищурился мужчина.

— Придется, — она вздохнула, но вставать не торопилась.

— Так, может, после тренировки придешь? — предложил он. — Возьмешь все, что надо, будешь заниматься у меня. Учебники все есть, а если что-то понадобиться дополнительно, всегда можно сбегать в библиотеку.

— Еще скажи, взять одежду и остаться ночевать, — попыталась пошутить она, но натолкнулась на серьезный взгляд.

— Если только сама решишь остаться. А я был бы рад. Обещаю, не будет ничего, на что ты не согласишься.

Микаэлла отвела взгляд. Вот же, пошутила, называется, на свою голову. И как теперь выкручиваться.

— Рик, я…

— Все хорошо, милая, — улыбнулся он, — я понимаю, что это просто шутка. Все-таки с моей стороны было бы наглостью настаивать, чтобы ты сразу переехала ко мне. Просто даже вот так лежать рядом с тобой, это уже большое счастье.

— Спасибо, — прошептала девушка.

Она стала подниматься, но в последний момент Рикьярдо удержал ее. Не успела она возмутиться, как мужчина поцеловал ее. Разумеется, все возражения тут же испарились. Равно как вылетели из головы воспоминания о том, что она куда-то должна была идти. Были только нежные губы, сильные руки, удерживающие ее, ну и кровать, на которой они лежали.

— Тебе пора, — мужчина заставил себя прервать поцелуй. — Иначе я никуда тебя не отпущу. И ни тренировок, ни рефератов, ни чего там еще сегодня у тебя не будет.

Микаэлла только вздохнула, потом быстро на прощание поцеловала Рика, вывернулась из его рук и, подхватив сумку, вышла из комнаты. Как ни хотелось ей остаться, валяться рядом с первой язвой факультета, разговаривать обо всем и ни о чем, строить планы, но надо было учиться.

Иначе отчисление на радость бабушке.

В тренировочном зале ее уже ждали. Причем за столом в углу сидел тот самый преподаватель, что перед этим отправил девушку на пересдачу. Показав рукой, что он просто заканчивает работу, предложил студентам заниматься своими делами. Мика только пожала плечами и отправилась на точку, с которой адепты вели атаки. Дальше все шло, как обычно: она нападала, ее коллеги защищались. Разминка, чтобы проверить защиту, установленную в помещении, потом атаки все сильнее. Обычно на занятии можно было бросаться в атаку сразу со всей дури, но сейчас было не занятие, а преподаватель, который до этого проводил практикум в этом зале, любил в конце дня зачем-то отключать защиту, или снижать ее мощность. Так что никто не рисковал.

Но нет, в этот раз все работало. Микаэлла прикинула, сможет ли атаковать одновременно пятерых. Если цепь молний смогла задеть троих, то солнечные искры должны иметь разлет заметно шире. Или стоит использовать заклинание иной школы. Пока она размышляла, попутно создавая небольшие пульсары, преподаватель внимательно следил за ней. Но вот огоньки полетели в сторону целей и, словно задумавшись, повисли неподалеку, не спеша атаковать. Пока противники думали, какой будет атака на этот раз, за их спинами в воздухе возникли ледяные иглы.

— Достаточно, — произнес преподаватель, переводя защиту помещения на максимальный уровень. Чары тут же развеялись. — Что ж, адептка де Блитц, на этот раз зачет сдан. Надеюсь, больше вы не будете ставить ваших наставников в столь неудобное положение.

— Спасибо большое, — Мика несколько растерялась, но постаралась ничем не выдать этого. — Надеюсь, больше такого не повториться.

— Только зная, о чем мечтает ваша бабушка, я разрешил вам пересдать предмет, — заметил преподаватель, — но больше не ждите поблажек.

Девушка кивнула. Она и раньше не надеялась на благосклонность преподавателей, предпочитая добиваться всего за счет знания. Собственно, положение в обществе, влияние, связи в магической среде не работали. Какая разница, сколько у тебя золота, если возникнет необходимости, и ты все равно побежишь за тем, кто может помочь, устранить проблему, решить вопрос. И никакое золото не поможет при встрече на дороге с ырхами, во время пожара или наводнения.

— Ну что, отмечать? — похлопала ее по плечу Нала.

— Проект, — вздохнула Микаэлла. — Сейчас к себе, собираю все нужное и ползу к Рику. Буду его развлекать и заниматься.

— О, — многозначительно протянула подруга. — Вот как это теперь называется.

— Балаболка, — рассмеялась девушка. — Нет, чтобы свою личную жизнь устраивать, пока время есть, она других пристраивает.

— Свою успею, — показала ей язык Лана. — Мое от меня не убежит, пусть только немного погуляет еще, дозреет.

Спорить было бессмысленно, так что девушка подхватила сумку и поспешила в библиотеку за парой нужных книг, а потом к себе, собирать необходимые записи. Сданный, наконец, зачет освободил достаточно времени, чтобы успеть до практики подготовить все необходимые проекты и отчеты. А что не успеет, то придется тащить с собой и делать хоть за столом под лампой, хоть у костра на коленке.

— В кои-то веки с практикой повезло, — Рональд осмотрелся, довольно улыбаясь.

Местность, где им предстояло в этот раз выполнять задания, приятно удивила. Это было побережье то ли большого озера, то ли моря. Жить адептам предстояло в небольших домиках, располагавшихся рядом. Едва за спинами прибывших закрылся телепорт, они быстро пошли в сторону поселка. Почему-то все ждали какой-то подвох.

Задание на практику обнаружилось на площадке, предназначенной для общего сбора группы, рядом с местом, на котором их предшественники разводили костер. Все ждали подвоха. Пока Рональд вскрывал толстый пакет, настроение у всех стремительно таяло. Но вот упаковка была разорвана, и староста вытащил пачку листов бумаги.

— Дорогие адепты, — принялся он читать оставленное в конверте послание, — На этот раз вас ждет всего один вопрос — определить, где вы находитесь. Это задание не должно составить для вас сложности. Надеемся, эта практика запомнится вами надолго. А чтобы совсем не было скучно, можете ознакомиться с вопросами к грядущим экзаменам.

— И все? — удивлению группы не было пределов.

— Все, — Рональд и сам недоумевал. — Ну и вопросы. Как раз по экземпляру каждому. Думаю, в этом и заключается главная полдянка — сдавать столько, что учить пора начинать уже вот сейчас.

Раздав всем тонкие брошюры вопросов, староста подхватил свою сумку и все отправились по домикам. Расселялись уже кто как и с кем хотел. Мика заметила, как Том повел куда-то Джемму.

Ну да, условия позволяли жить хоть по одному, если такое желание возникнет.

— Ну что, — Рикьярдо подошел незаметно, — рискнешь жить со мной, или предпочтешь устраиваться с кем-то из девочек?

Лицо девушки быстро утратило безмятежность. Выбор, который предстояло сделать, был серьезным. Одно дело — и встречи в академии, когда они могли допоздна валяться рядом, читая, каждый свой учебник, то и дело целуясь, а потом расходясь по комнатам.

Несмотря на свой опыт общения с другими женщинами, Рикьярдо не спешил перевести их отношения на новую стадию. А сама Микаэлла старалась не задавать вопросов, как он обходится без секса. Страшно было услышать, что есть кто-то для здоровья. Все-таки у него такой опыт уже есть.

А потом в голову пришла мысль совсем другого плана. Да, ее давно мечтают выдать замуж. И да, чем старше невеста, тем меньше требований в плане ее непорочности. Вот только бабушка постоянно наставляет ее, чтобы она не смела и думать о каких-то отношениях с мужчиной, потому что невеста из рода де Блитц должна быть девственницей, или навлечет позор на всю семью.

Почему бы и не отомстить дражайшей бабуле, пусть и таким образом. А если это будет с мужчиной, которого она, кажется, любит, то никто не упрекнет ее, что она использовала Рика в своих целях. Ну, может, отчасти, но не только. Опять же самой и любопытно, и каждый раз, когдг он резко обрывает поцелуй, возникает ощущение, что опять чего-то не случилось.

— Неси, — Микаэлла вручила ему сумку. — Раз ты мужчина, ты и выбираешь, где мы будем жить.

Рикьярдо удивленно посмотрел на девушку, удивленный таким поведением, но от комментариев предпочел воздержаться. Лишь огляделся, выделив несколько домиков, которые еще не успели занять, и пошел к тому, что был чуть дальше от воды. Пусть потом придется пройти несколько десятков метров, но лучше находиться подальше и повыше на всякий случай.

Особенно, зная их преподавателей. С них станется отправить группу на отдых в райское местечке накануне сезона дождей или в период высокого прилива.

Домик был небольшой. Маленькая прихожая, явно рассчитанная на то, чтобы там снимали обувь, к которой прилип песок, а в случае дождей оставляли мокрые плащи. Почти весь первый этаж занимала большая кухня, она же столовая. Только под лестницей находилась ванная комната, которой могли пользоваться и гости и хозяева. При необходимости там можно было разместить минимум двоих.

На втором этаже находилось де комнаты и большое свободное пространство перед ними, которое обитатели окрестили верандой. Мебели там почти не было — раскладной диванчик между дверями, два кресла, столик, маленькая скамеечка. Еще одна небольшая дверь отделяла гардеробную. Ванная комната была общей на обе комнаты.

— Уютно, — огляделась Мика. — Можно посиделки устраивать, можно заниматься.

— А можно просто проводить время вдвоем, и никто не будет мешать, — заметил Рикьярдо.

Положив сумки, он подошел к девушке и обнял ее со спины. — Видишь, все окна домов снаружи не прозрачны. Магия.

— Подозреваю, что здесь находится какой-то закрытый курорт для сотрудников и выпускников академии, — девушка откинула голову ему на грудь. — Место, где никто не будет тебя тревожить.

— Надеюсь, наши коллеги думают также.

Они замерли, любуясь на море. Солнце медленно приближалось к кромке воды, когда влюбленные решились разорвать свои объятья и перейти к более насущным делам, как разбор сумок, оно успело пройти большую часть своего пути.

— Так не хочется идти к общему костру, — заметила Мика.

— Традиция, — Рик поймал ее, быстро поцеловал и снова отпустил.

Мика слабо улыбнулась. Да, традиция, которую адепты не нарушали вот уже несколько десятков лет, передавая заветы молодым студентам. Куда бы вас ни послали, первый день все должны собраться у большого костра. Что бы ни произошло во время практики, все, кто может передвигаться, собираются у костра в ночь перед возвращением. Тех, кто не мог дойти сам, приносили к костру, чтобы маг был среди своих. Как бы ни складывались отношения в коллективе, на эти две ночи забывались разногласия. Кто знает, как оно потом сложится. Не придется ли тебе вытаскивать своего врага из трясины, не потащит ли он тебя на себе до базового лагеря. Часто полный состав экспедиции собирался только в день отправления, поэтому никто до того момента не знал, кто еще присоединился к группе.

Переодевшись в легкие брюки и блузку, девушка спустилась вниз. Рикьярдо успел разложить продукты, и теперь стоял у окна, глядя на море.

— Идем? — позвала его Микаэлла.

Де Сентан медленно подошел к девушке и поцеловал ее.

— Спасибо, — прошептал он.

— За что?

— За то, что не побоялась. Обещаю, будет только то, что захочешь ты. Я всегда смогу остановится.

Девушка улыбнулась. Благо в темноте ее улыбку не было видно. Иначе Рик бы понял, что останавливаться ему вряд ли придется.

Держась за руки, они подошли к костру. Группа постепенно собиралась. Том уже настраивал гитару Рональда. Сам староста о чем-то беседовал с Никласом. Разговор был тихим, но, судя по жестам, довольно активным. С другой стороны что-то свое девичье обсуждали Нала и Лара.

Сидящая радом с Томом Джемма изредка вставляла в их беседу комментарий. Девушки смеялись, после чего продолжали свой треп.

— Тишина и покой, заставляющие думать, что в любой момент все может измениться, — заметила Мика.

Рикьярдо кивнул. Судя по всему, это ощущение было не только у него. Потому что, заметив подошедших, Рональд что-то сказал своему собеседнику, а Джема положила руку на плечо Тома.

Тут же подошли еще трое мужчин и две девушки. Группа собралась полностью, все разместились вокруг костра, кто парами, кто так.

Убедившись, что все здесь, староста заговорил.

— Итак, все в курсе, какое нам дали задание. В свое время я успел выяснить, что на восьмом курсе есть какая-то особая практика, о которой никто не распространяется. Может, потому, что это как раз не практика, а отдых. Может, наоборот. Подробностей никаких не узнать. Но я предлагаю сегодня установить минимальную защиту, завтра довести ее до состояния обычной, как на любой другой практике, ну и сильно не расслабляться. Кто знает, что за подлянку нам подсунули.

Возражений ни у кого не последовало. Чтобы поставить защиту у группы ушло полчаса, после чего все снова устроились у костра. Дальнейший вечер прошел как обычно: песни, шашлыки, вино. Кто-то решил не ждать и искупаться уже этой ночью. В результате расходились ближе к рассвету.

Войдя в домик, Мика зевнула. Шутка ли, почти сутки на ногах. Сначала занятия в академии, потом розыск преподавателей, чтобы отдать несколько работ Рика, пока он сдавал устную часть.

Потом последняя проверка сумок, отправка, и вот уже тут расселение, разбор вещей, отмечание приезда.

— Завтра не будить, — выдохнула она, направляясь к лестнице.

Мужчина только кивнул, после чего скрылся в соседней комнате. Девушка несколько минут постояла возле двери, думая, может, ей стоит сейчас выйти и пойти спать рядом с мужчиной.

Потом покачала головой. Нет, сейчас лучше всего для них обоих, если они будут ночевать по разным углам. Пусть они и не пили много, но все важные решения стоит принимать на трезвую голову, а не под влиянием хмеля. Так что она заставила себя переодеться и лечь. Какое-то время Мика еще прислушивалась, но из соседней комнаты не доносилось ни звука.

Рикьярдо устало разделся, побросав вещи куда попало и упал на кровать. День был не только долгим, но и нервным. Если бы не помощь Микаэллы, на эту практику он бы точно не попал.

Шутка ли, сдать всю разницу за то время, что он провел в постели, подготовить три отчета и два реферата. Благо друзья помогали. Но пара преподавателей долго трепала нервы, отказываясь принимать зачет по теории. Пришлось идти в деканат, и только после этого ученые мужи совершенно неожиданно нашли время, чтобы выслушать адепта. В последний момент он успел предоставить зачетную книжку, в которой стояла отметка допуска к практике.

Собственно размещение, раскладывание вещей по полкам шкафа, продуктов, изучение, что в домике есть, а без чего придется обойтись, ну и посиделки у костра. Песни, танцы, шутки.

Искупаться в море тянуло, но он не рискнул. Незнакомые течения в его случае лучше изучать после того, как отдохнешь и протрезвеешь. Вот завтра он и сам с удовольствием искупается и поныряет, благо преподаватели заранее дают информацию о климате, чтобы адепты не оказались во льдах в легкой одежде, или в тропиках в шубах.

Попутно с размышлениями о прошедшем дне, мужчина прислушивался к шорохам в соседней комнате. Мика переодевалась, раскладывала одежду, потом зашла в ванную. Рик только позавидовал, что у нее на это хватает сил. Судя по всему, она даже не стала зарываться от него.

Можно было бы встать, войти… Лень. Вот девушка вышла из ванной и легла, немного поворочалась, устраиваясь, и затихла. Мужчина улыбнулся. Радом. Пусть он еще не обнимает ее ночами, но даже то, что она лежит с другой стороны стены, радовало. А совместные ночи — они успеют.

Большая часть следующего дня у практикантов ушла на установку защиты и обследование местности. Довольно быстро выяснилось, что с защитой особо мудрить не стоило, потому что они находились на не очень большом острове. Чтобы обойти его у одного человека потребовалось бы пару дней, а группа при помощи магии и поисковых сетей установила это за пару часов. На горизонте виднелся другой остров, и, если бы адепты задались такой целью, они бы смогли увидеть еще несколько, пройдя по берегу.

— Будем надеяться, что из воды не вылезет кто-нибудь не слишком дружелюбный, — покосилась в сторону столь желанного пляжа Лара. — Иначе я разочаруюсь в этом месте.

— Кажется, я знаю, где мы, — опустив подзорную трубу, задумчиво произнес Рикьярдо. — Архипелаг небольших островов, явно курортного типа, даже зимой здесь тепло. Скорее всего, мы на Шамельене.

— Элитный курорт для аристократов? — не поверил Том. — И нас вот так вот запросто перекидывают сюда?

— Для избранных аристократов, — уточнила Микаэлла, — особо приближенных к Совету Пяти.

Бабушка много лет мечтает попасть на эти острова, но до сих пор не получила приглашения.

— Тем более, — не унимался Роджерс, — чтобы в такое элитное место отправили каких-то студентов.

— Ну, во-первых, не каких-то, а элиту магии, — заметил Рон. — Во-вторых, я читал где-то, что пара островов находится в полном распоряжении магов, в обмен на защиту курорта от различных подводных чудишь ураганов. Вполне возможно, нам решили продемонстрировать, на что мы будем иметь право, когда станем успешными в своем деле.

— Когда бабушка узнает, на каком песочке я провалялась две недели, она помрет от зависти, — улыбнулась Мика. — Хотя нет, не помрет. Но ад из нее сочиться будет очень долго. Надеюсь, часть ее партнеров после этого расхотят сотрудничать с такой особой.

— Не любишь ты свою бабулю, — рассмеялась Нала.

— Почему же, люблю, — возразила Мика, — на расстоянии. Вот сейчас я далеко, и очень люблю бабушку, хочу, чтобы она увидела, где я нахожусь, прониклась положением внучки. А то развела активность в связи с грядущим возвращением лорда Жоста.

— Она что, не в курсе, что его единственный племянник уже женился? — удивился де Сентан.

— В совет его тоже возвращать не планируют. Кажется, скоро лорда ждет новое назначение, на этот раз куда-то в южные земли, чтобы наши аристократы могли участвовать в какой-то концессии.

— Значит, бабушка влезет туда, — Мика вздохнула. — Будто вы леди Женевьеву не знаете. Она использует все, что возможно, чтобы или упрочить положение семьи, или пополнить счета кругленькой суммой.

— Все бы это было похвально, — покачала головой Тиана, — если бы не методы, к которым она прибегает.

Возразить было нечего. Юная леди де Блитц была прекрасно осведомлена о методах, к которым ее бабушка прибегала для ведения дел. Большинство из них были не то, чтобы запрещенным, но в обществе о них предпочитали умалчивать. Впрочем, не так много людей прибегало к ним. Разве что вездесущие теневые магнаты. Но они были общеизвестным исключением из всех правил, а за оказание услуг требовали не малые суммы. Не многие решались с ними сотрудничать, еще меньше — повторно прибегать к их услугам. Леди Женевьева была одной из немногих. Поговаривали даже, что еще немного, и она станет одной из магнатов.

Предположение Рикьярдо об их местонахождении было решено считать основным, но все равно проверить по возвращении. То есть все равно требовалось наблюдение за звездами, течением, ветром, изучить растительность, животный мир, или хотя бы птиц и морских обитателей. А еще были небольшие брошюрки с вопросами к экзаменам, которые накануне большинство адептов оставило старосте. Мика и Рик свои забрали, но бросили в домике еще на первом этаже. Теперь же, прикинув, какой объем работы их ждет, все пришли к одному простому выводу: им просто предоставили чуть более комфортные условия для учебы. В остальном же работы предстояло не меньше, чем на обычной практике.

— И стоило нас в такое место отправлять, — вздохнула Лия, ознакамливаясь со своим экземпляром вопросов. — Да тут для допуска надо только поселиться на месяц в библиотеке.

Лучше бы просто дали две недели отдыха.

— Да, — Рикьярдо сбегал за их с Микаэллой брошюрками, и теперь в его взгляде было не меньше скепсиса. — Плюс большая работа по итогам обучения. Первые наметки по которой надо будет представить перед экзаменами.

— О, есть возможность или развивать свой проект, или выбрать что-то новое, — обрадовалась Джемма.

— Тогда я продолжу работать над своей экспедицией к островам, — обрадовалась Мика. — Выслушаю замечания куратора, а потом продолжу разработку уже более детальную. Или самой пригодится, или кому-то еще.

После краткого обсуждения все пришли к выводу, что куда лучше и дальше работать по начатым направлениям. Только двое решили сменить тематику, потому что по тем заданиям, что они получили, уже было все изучено.

— Как хотите, а я купаться, — потянулась Нала. Скинув свободное платье-пончо, девушка осталась в купальном костюме. — Кто со мной, догоняйте.

И она побежала по песку к воде.

Остаток дня прошел в купании, играх на пляже, отдыхе. Думать о задании, проектной работе, грядущих экзаменах не хотелось никому. Только вечером, расходясь по домикам, все разобрали свои брошюры, чтобы или перед сном или утром более внимательно ознакомиться с вопросами и заданиями.

Мика принялась внимательно изучать книжечку едва вошла в домик. Сделать предстояло очень много. Вопрос в том, успеют ли они все, или кто-то вылетит, так и не сдав необходимого минимума. Впоследствии такие маги продолжали работать по специальности, но исключительно под контролем дипломированного мага с опытом работы. Позднее им предоставлялась возможность сдать все минимумы и экзамены и получить диплом, вот только защита ректората на них не распространялась.

— На второй год, что ли, попроситься, — задумчиво произнесла Микаэлла. — Хотя бы двадцать три будет к моменту окончания обучения.

— Ты еще скажи аспирантура, докторантура, подготовка на преподавателя академии… — попытался пошутить Рикьярдо.

— Если понадобится, буду у ректора в ногах валяться, лишь бы он меня в стенах академии продержал эти годы, — буркнула девушка. — Вам проще. Исполнилось двадцать два, и можете делать, что захотите.

— В рамках интересов семьи, — поспешил уточнить де Сентан. — Чтобы жениться все равно приходится уговаривать, уламывать, упрашивать, строить всяческие многоходовые комбинации. В общем, делать то, чем сейчас за меня будут заниматься отец и дядя. Хотя, мне тоже придется находить время для нужных визитов, чтобы одна юная исследовательница случайно не оказалась в лапах какого-нибудь теневого магната.

— Нет, вот этого точно не будет, — успокоила его девушка. — Бабушка, конечно, любит и деньги, и власть, но так рисковать своей репутацией не станет никогда.

— Это ты меня так успокаиваешь? — хмыкнул Рик. — Зная леди Женевьеву, я уже ничему не удивлюсь.

— Да я тоже, но об этом сама случайно услышала. Кто-то уже намекал бабуле, что можно устроить выгодный брак, и какие-то ее проблемы решатся без малейших затрат, ну и в будущем стоит только намекнуть. Она тогда сказала, что семья де Блитц может позволить себе оплачивать услуги, а вот внучка у нее одна, и устраивать войну кланов ей бы не хотелось. А когда этот тип ушел, долго ругалась на то, что он вообще осмелился сделать ей, аристократке, подобный намек.

И никогда наша семья не породниться ни с одним из этих типов, а если вдруг кто-то решит на свой страх и риск — будет стерт с семейного древа и лишен всех прав.

— Повезло, что жажда власти оказалась слабее гордости аристократки, — хмыкнул Рикьярдо.

— Но все равно рисковать тобой я не хочу. Только не жди результатов сразу, дядя издалека пойдет, изучит ее дела, через посредников завяжет общение, а потом не уговорами, так шантажом, но своего добьется. Уверен, если как следует поискать, найдется, на что можно будет надавить.

— На ее отношения с законом, — не задумываясь, произнесла Микаэлла, — Там, если поискать, будет много сомнительных махинаций. Если им заинтересуется Совет, магнаты не помогут, разве что вывезут из страны, не более.

— Вот, дядя думал в том же направлении, — маг улыбнулся, потом бросил свою брошюру на стол. — Хватит о твоей бабушке. Сейчас хочу обнять тебя и поцеловать, чтобы ночью мне снились не ужасы об экзаменах, а наше будущее.

Больше просить девушку было не надо. Уж чем-чем, а поцелуями она награждала своего избранника весьма щедро. И уже подкрадывалась мысль, что пора одти дальше. Пока у них есть свобода, надо использовать ее. После окончания академии жизнь может сложиться не так, как они планируют, так пусть будет о чем вспоминать с теплом.

Идиллия длилась не долго. Хорошая погода продержалась еще два дня, после чего начала постепенно портиться. Утром появились облака, уже к полудню они почти затянули небо.

Поднимался ветер. К вечеру небо было затянуто тяжелыми тучами. У костра было неуютно, зябко.

— Лето закончилось, — пошутил Никлас. — Кажется, грядет сезон дождей.

— Так и есть, — вздохнула Лара. — Хорошо, если тут он не такой как на болотах Урега, которыми я занимаюсь. Вот уж где льет, так льет. Днем просто дождь, ночами ливни. И знаете, подумала я и решила, что сменю направление. Там мало кто был, но мало кто и захочет туда отправляться, чтобы не смыло. Непонятно, как там что-то добывать или выращивать, если девять месяцев в году дожди.

— Так еще три есть, — напомнил ей Рон.

— Есть, морозы, — просветила его девушка. — Разве что воду добывать, но пока с этим ресурсом ни у кого нет проблем.

Больше эту тему не обсуждали. Постепенно все перешли на обсуждение сделанных наблюдений, или делились успехами в изучении заданий. То, что в первый день всем показалось издевательством, после основательного изучения и обдумывания выстраивалось в четкий план действий. Некоторые уже приступили к набрасыванию плана действий, а кто-то просто достал список билетов и прикидывал, что стоит ответить на тот или иной вопрос, благо общие представления уже имелись, а детали потом можно в библиотеке посмотреть или на лекции услышать.

Первые капли дождя упали на камни вокруг костра, когда все, что можно было обсудить, уже было обговорено, и все думали, под каким бы предлогом спрятаться в уютных домиках от наползшей с моря сырости.

Микаэлла вошла в домик и сразу направилась к камину. Рикьярдо немного замешкался, стряхивая на крылечке песок с обуви. Неожиданно, он позвал девушку.

— Мик, иди сюда!

— Что там?

Девушка оторвалась от разведения огня и подошла. Мужчина посторонился, давая ей возможность увидеть то, что до этого мог наблюдать сам.

— Ух ты, — выдохнула она.

На берег из моря выбирались черепахи и спешили оказаться как можно дальше от линии прибоя, после чего принимались разрывать ямки. Одни успевали закопаться в песок, а другие все еще выходили из моря. Десятки, сотни черепах. Спешили отложить яйца, пока не начался сезон дождей и штормов.

— Кажется, я чуть поторопился с выводами, — промолвил потрясенный мужчина.

Мика его не слушала, она быстро помчалась в свою комнату, искать зеркальце, чтобы зафиксировать на него происходящее. Как оказалось, не она одна успела заметить черепах.

Несколько человек уже выскочили обратно под дождь, держа в руках зеркала. Только когда стемнело, все вернулись обратно в домики.

Девушка сбросила куртку, после чего поспешила к огню, который успел развести Рик.

Протянув руки, некоторое время грела их. Мужчина подошел и протянул кружку с горячим чаем.

— Не заболеешь? — набросил он ей на плечи плед.

— Не знаю, — радостно улыбнулась она. — Но это зрелище того стоит.

Рик только многозначительно кивнул. Самому ему хватило одного зеркала, после чего он махнул рукой на не слышавшую ничего Микаэллу и пошел разводить огонь и делать чай, чтобы замерзшая и промокшая исследовательница сразу попала в тепло.

— Допивай и марш в ванную.

— Раскомандовался, — попыталась возмутиться она, но ничего не вышло.

Рикьярдо только покачал головой.

— Спешу тебе напомнить, что все лекари остались в академии, зато в наличии толпа советчиков, которые тебя своей заботой и экспериментами точно до лазарета доведут. Если насмерть не отравят супер действенным рецептом.

Аргумент был убедительным. Микаэлла один раз испробовала на себе пару рецептов Тома и Лары по лечению простуды. И, если горчица в носки была вполне себе действенна, то водка с перцем только добавила на утро к насморку головную боль. Том, правда, утверждал, что она выпила совсем мало, но девушка после этого предпочитала сразу бежать в лазарет. Здесь же такой возможности не будет, а надеяться на защиту Рика от доброжелателей не стоит. Он первый будет лечить ее всеми способами.

Допив чай, в который явно было добавлено что-то согревающее, она пошла наверх. Мужчина занялся посудой, которой пусть и было немного, но мьггь все равно приходилось. Эту обязанность они решили выполнять по очереди, тогда как готовили вместе, каждый раз посмеиваясь, как бы отреагировала прислуга, если бы увидела своих хозяев возле плиты или раковины.

Поднявшись в комнату, Мика разделась, взяла халат и прошла в ванную. Пару минут постояла, думая, стоит ли закрываться, потом решила, что не обязательно. С одной стороны, она верила Рику, с другой — ей даже хотелось, чтобы он вошел. Только она точно знала, что мужчина никогда так не поступит, если его не позовут. Сейчас звать не хотелось. Хотелось погрузиться в теплую воду и согреться. А потом… Потом она и решит, чего же ей хочется.

Горячая вода расслабляла, девушка подложила под голову подушечку и прикрыла глаза. Было хорошо, уютно. Ощущение холода постепенно уходило. Все-таки она успела замерзнуть, пока бегала за черепашками. Но оно того стоило. Они не просто засняли процесс, но и отметили, где именно расположены кладки, чтобы можно было проходить на пляж. А еще помогали обессиленным черепахам добраться до воды.

Кто-то, как Рик, ушел раньше, Мика отдала ему большую часть своих зеркал, чтобы не разбить и не потерять, а кто-то еще оставался на пляже под дождем. Только когда все черепахи вернулись в воду, они поняли, что промокли и замерзли.

Девушка потянулась, надо выбираться из ванной, иначе она рискует уснуть. Понятно, что утонуть ей не дадут, но для этого Рик должен будет войти в ванную комнату, но неизвестно, сколько времени пройдет, прежде чем он забеспокоится. При мысли о мужчине, щекам стало жарко. Мотнув головой, она постаралась отогнать непрошенные мысли. Потом поднялась, выдернула затычку и включила душ. Надо было вымыть волосы, которые тоже пропитались солью от брызг, и вымыться самой, а утром выстирать промокшую одежду.

Вымывшись, она выбралась из воды, заклинанием высушила волосы и завернулась в полотенце. Задумчиво посмотрела сначала на халат, потом на свою дверь. Нет, у нее было время все обдумать и принять взвешенное решение. Ночевки в соседних комнатах стали сродни пытки.

Постоянно прислушиваться, и бояться применить магию, потому что Рикьярдо может подумать, будто она следит за ним. Пора с этим заканчивать. Сделав глубокий вдох, Мика открыла дверь в комнату мужчины.

Рик вздрогнул от неожиданности, когда за его спиной раздались шаги. Повернувшись, он замер. Мика стояла перед ним в одном полотенце. Темно-русые волосы рассыпались по плечам.

Было видно, что она смущается, но явно не собирается менять свое решение.

— Мика, — неожиданно хрипло произнес он. — Это…

— Это оно и значит, — по ее губам скользнула улыбка и пропала.

— Ты уверена?

— Да. — Скорее, тихий выдох, чем слово, но он расслышал. Шаг, второй. Мужчина оказывается рядом.

Легкое прикосновение ладони к щеке, скользит ниже по шее, плечу. Кажется, он сам не верит в то, что происходит, боится спугнуть видение. Новая улыбка возникает на губах девушки.

— Недоверчивый, — она делает последний шаг и обнимает его, заставляет нагнуться и поцеловать, чтобы в следующее мгновение оказаться прижатой к его телу.

Поцелуй, долгий, словно время остановилось. Пока еще скромные прикосновения, боязнь напугать.

Когда на нем стало меньше одежды, Микаэлла не поняла. Вроде только что ее пальцы ощущали ткань рубашки, но ее уже нет. Как они вдруг переместились на кровать? Куда исчезло ее полотенце.

Впрочем, последний вопрос быстро перестал волновать. Прикосновение рук и губ Рика стирало из сознания все лишнее. Вскоре, во всей вселенной остались только они. Да еще дождь, колотивший в окно и по крыше маленького домика. И шум моря, который фиксировало сознание.

Мике казалось, будто они плывут посреди океана, то взлетая на гребне волн, то погружаясь под воду, чтобы через считанные мгновения оказаться вновь высоко. Переживания за свою неопытность забылись, девушка полностью отдалась мужчине, растворяясь в тех ощущениях, что несли его прикосновения.

Утро приветствовало влюбленных дождем и ветром. Микаэлла открыла глаза и с тоской посмотрела на стекло, по которому стекали капли воды, потом вновь опустила Глову на подушку.

Рядом с Рикьярдо было уютно. А рука мужчины, по-хозяйски прижимавшая ее к себе, давала ощущение безопасности.

— Проснулась? — он ткнулся носом в затылок девушки, потом поцеловал ее.

— Угу, — она чуть потянулась, после стала устраиваться удобнее. — Не хочу вставать. Погода закончилась.

— Значит, будем пока валяться, — решил он, крепче прижимая девушку к себе. — Я тоже не хочу вылезать никуда.

Девушка улыбнулась. Накануне она думала, а как это будет, когда утром они проснуться.

Было немного страшно, как говорить, что делать, куда смотреть. На самом деле все оказалось куда проще, словно они привыкли всегда быть рядом, засыпать и просыпаться вместе. Ей казалось, что эта ночь у них не первая, было легко и свободно.

— Нет, не могу так, — вздохнула она минут через десять. — Хочу кофе. И чего-нибудь скушать.

Она шутя куснула Рика за руку.

— Эй, ты чего, это моя единственная правая. Запасных не было в комплекте, — в шутку возмутился он.

— А что в комплекте было запасным? — облизываясь, поинтересовалась девушка.

— Ничего, — вздохнул он. — Увы, но запасных частей не предусмотрено.

— Жаль, — Мика вновь вздохнула, после чего выбралась из кровати и направилась в ванную, на ходу наклоняясь и подбирая полотенце.

Рикьярдо шумно втянул в себя воздух, после медленно выдохнул.

— Издевательница, — бросил ей вслед.

Девушка показала ему язык, после чего скрылась в ванной комнате.

Рикьярдо перевел взгляд на окно, хотя на самом деле хотелось отправится вслед за юной нахалкой и наглядно объяснить, как такое поведение действует на мужчину, и какое наказание можно заработать. Тем более, он не слышал щелчка задвижки, то есть, Мика если и не надеялась, что он за нею последуют, но и не отметала такую возможность. Но он решил дать девушке время восстановиться после ее первой ночи. Уж немного подождать он сможет, прежде чем повторять то, что было между ними.

Когда шум воды стих, и хлопнула дверь, ведущая в комнату девушки, де Сентан тоже поднялся и отправился приводить себя в порядок. Пусть на улице дождь и они не ждут гостей, это не повод ходить по домику в халате или испачканных накануне вещах. Другое дело, что и домашних вещей у него не было. В академии это или мантии, под которыми форма для занятий в залах или на стадионе, или просто что-то удобное. На практику он брал одежду, чтобы можно было много времени проводить на улице, а не валяться на полу перед камином. Немного покопавшись, мужчина все-таки нашел что-то более-менее подходящее и тоже отправился в душ.

Когда он спустился вниз, по комнате уже распространился аромат кофе и свежей выпечки.

Микаэлла обнаружилась в кресле, которое было повернуто боком к камину, чтобы можно было любоваться на море. Даже в ненастную погоду пейзаж завораживал. Вода цвета свинца, волны, белые барашки, проносящиеся над ними облака. В противоположном окне можно было с трудом различить соседние домики, расплывавшиеся в каплях, которые усеивали стекло.

— Что-то ты долго, — заметила девушка, после чего откусила булочку, которую пристально изучала перед этим. — Не думала, что мужчины могут копаться дольше, чем мы. Я начала бояться, что все остынет.

— Откуда? — тонкий намек на упрек мужчина предпочел проигнорировать. Возможно, кто-то возмутился бы, но не Рик. Мика после их первой ночи стремилась порадовать его вкусным завтраком, а он, как самая последняя модница, закопался в вещах, решая, что надеть. Да какая разница, когда такая девушка готовит завтрак.

— Замороженное тесто в поддерживающем температуру коробе, — верно поняла его вопрос исследовательница. — Остается только вытащить, дать немного растаять, после чего отправить в печь.

— Вкусно, — де Сентан отложил надкусанную булочку на тарелку и налил себе кофе. Потом придвинул втрое кресло ближе к тому, что занимала девушка, поставил между ними табурет, на который переставил блюдо с выпечкой, и устроился сам. — Спасибо большое. Честно, я не ожидал.

— Спасибо, — не отводя взгляда от моря, поблагодарила Мика. Спустя минуту, она тихо заговорила. — Кажется, можно смотреть на разгул стихии бесконечно. Мы — маги, но гладя на то, что твориться в море, начинаешь чувствовать себя песчинкой, которую эта стихия может подхватить, и начать творить с ней все, что вздумается. В какой-то степени, я и есть та самая песчинка. Пока есть возможность, я живу так, как хочется мне. Но сколько осталось той жизни.

Полтора года, и неизвестно, что меня ждет.

— Целых полтора года, — поправил ее мужчина. — За это время многое может измениться. А мы успеем найти выход из сложившейся ситуации.

— Да, — она хитро улыбнулась. — В крайнем случае, придем к ректору. Кто знает, может, он пойдет нам навстречу. Не думаю, что за месяц до выпуска он откажет в такой просьбе, зная нашу ситуацию.

— Надеюсь, — по лицу девушки мелькнула довольная улыбка. — В крайнем случае, всем кандидатам в мужья я буду рассказывать об обязательных отработках, красивейшем пейзаже северных островов, куда мне придется регулярно отправляться, шикарнейших условиях, в которых живут исследователи, и в приказном порядке заявлять, что он, как истинный мужчина просто обязан сопровождать меня в этих поездках, а то мало ли какие слухи будут распускать.

— Коварная, — рассмеялся Рикьярдо. — Во всяком случае, я знаю только одного ненормального, который на это согласится.

— Это кого же? — прищурилась Микаэлла, мысленно перебирая всех свободных женихов среди высшей знати, но не находя подходящей кандидатуры.

— Себя, — гордо произнес он.

На этот раз смеялись оба. Действительно, за ненормальной женой может отправиться точно такой же муж. Всем остальным хватит информации, что в летний период в указанном месте температура поднимается не выше десяти градусов, при этом откуда-то берется большое количество мошкары, ходить приходится в болотных сапогах по колено, а то и выше. В общем, те еще условия для проверки чувств и степени жадности. Потому что львиная доля состояния де Блитцев перейдет к младшему братишке Мики, которому скоро должно исполниться восемь лет. А за девушек пусть и дают приличное приданое, но оно не покроет карточных долгов половины кандидатов в мужья.

Оставшиеся дни практики пролетели в череде попыток установить местонахождение острова, точнее архипелага, подготовки плана ответов на вопросы, прогулках, когда стихал дождь.

Купаться было холодно, к тому же все помнили о кладке. Над местом общего сбора растянули большой тент, а оставшееся пространство огородили от холодного ветра воздушными стенами.

После этого вечерние посиделки проходили практически при любой погоде, отменяясь, только когда ветер становился совсем уж сильным. Тогда не помогали никакие стены, а тент держался на честном слове и магии, но все равно регулярно пытался улететь, а в щели постоянно попадали дождь или приносимые ветром соленые брызги.

И все равно эта практика была для студентов праздником. Она давала им возможность передохнуть перед экзаменами, после которого их ждала новая практика, причем много серьезнее, чем предыдущие. Ну и занимались личной жизнью. Том с Джеммой почти не расставались, так же как Микаэлла и Рикьярдо. Но если у первых не было серьезных проблем с родней, то вторые пытались использовать каждую минуту. В целом одиночек среди исследователей оставалось мало. У кого-то вторая половинка обучалась на другом факультете, или вовсе была не из академии, кто-то успел расстаться, а кто-то терпеливо ждал, пока на него обратят внимание.

Откровенное сводничество у этой группы было не принято. Они могли слегка подтолкнуть, посодействовать, если вццели, что двое нравятся друг другу, но никак не могут в этом признаться, но специально подстраивать свидания никто бы не стал.

Ночи были не менее насыщенными чем дни. Микаэлла и Рикьярдо словно старались успеть как можно больше, пока у них есть такая возможность. Понятно, в академии никто не следит за взрослыми людьми, не учит, что им делать, а что нет, но учеба, задания, тренировки отнимали много времени и сил, пренебрегать же ими в угоду собственному удовольствию никто не собирался.

Но, как ни тянулось время на острове, этой практике настал конец. За пару дней до отправления погода улучшилась, студенты нашли небольшую бухту, спуск к которой зарос травой, и ходили туда купаться. А вечерами искали ответ на главный вопрос практики: куда и перенесли на этот раз.

— Подведем итог, — открыл последнее собрание группы Рональд. — Мы находимся на одном из островов некоего архипелага. Поздней осенью здесь начинаются штормы, по началу не сильные.

Что там дальше — мы не знаем. И как-то узнавать не особо хочется, — поежился он, когда порыв ветра одарил всех очередной порцией брызг. — Кажется, будет только хуже. Потом, здесь откладывают яйца черепахи. Процесс у всех зафиксирован, так что нам останется уточнить, какой это род, после чего можно установить ареал их обитания. Ну и положения созвездий, течения, растительный мир нам в помощь.

— Опять сутки в библиотеке, — простонала Нала.

— У тебя есть альтернатива, — холодно заметил староста, — просто заучить все девяносто три тома и двадцать дополнительных выпусков.

— Спасибо, за совет, — буркнула девушка. — Пока только пятьдесят успела. Но обещаю, за оставшиеся полтора года доучу.

— Уж будь любезна…

— Слушайте, вам не надоело, — фыркнула Лара. — Может уже или встречаться начнете, или нормально общаться. Если вы друг к другу дышите не ровно, то пора перестать вести себя как дети в младшей школе.

Повисла тишина. Нала уставилась на носки туфель, Рон что-то высматривал в костре.

Остальные молча переглядывались. Неужели они стали свидетелями практически исторического события, когда их староста и милая тихоня перестанут ходить кругами друг вокруг друга, ну или объяснят, что никто не испытывает никаких чувств.

— А не пойти бы вам всем, — неожиданно вскинула голову девушка. — Может, я таким образом со скромностью своей борюсь, а вы напридумывали неизвестно чего.

И, подскочив со своего места, она отправилась куда-то в сторону от костра. Рон посмотрел на ребят, после чего покачал головой.

— Лара, деликатности тебе не занимать. Хотя спасибо.

После чего поднялся и отправился вслед за девушкой.

— Ну что, Никлас, — когда оба были далеко, усмехнулся Том, — поздравляю, сестра пристроена. Теперь не будет отмечать, когда ты от Майи притащился.

— Балабол, — бросил тот, а сидевшая рядом Джемма отвесила своему кавалеру легкий подзатыльник.

— Ну что вы сразу, — взвыл тот, вызвав у остальных собравшихся приступ смеха.

— Думаю, пора расходится, — когда все отсмеялись и отметили усиление ветра, предложила Тиана. — Погода лучше не становится. Искать нашу парочку обидевшихся смысла нет, им давно поговорить надо. Лчно я бы не отказалась сейчас от горячей ванны, бокала чего согревающего и теплого одеяла.

— Потому что твоя грелка во весь рост осталась постигать основы боевой магии, — заметила ее близкая подруга.

— Ну и ладно, пару недель переживу. Все равно толку от него разве что по выходным. Их гоняют так, словно война уже завтра, — пожала плечами девушка. — Так что, расходимся, или будем ждать, не явятся ли наши голубки.

Все поддержали девушку. Сидеть, мерзнуть и мокнуть никому не хотелось, а если что-то произойдет, у них по острову раскидано множество маяков. Никлас первым поднялся со своего места.

— Если что, я первым почувствую. Зря что ли на сестру кучу следилок навешал, чтобы никуда не пропала. Вроде как они тут не далеко. Общаются.

Остальные только покивали и потянулись к своим домикам.

— Надеюсь, они хоть до чего-то договорятся, — когда они подходили к своему домику, заметила Мика. — Все эти перепалки хороши, но не когда идут важные обсуждения.

— Да, это было бы хорошо, — согласился с ней мужчина. — Но сейчас я бы хотел обсудить иной вопрос. А именно, что вы делаете этой ночью?

Девушка рассмеялась. Вопрос, ответ на который был известен заранее, заставлял все внутри трепетать от предвкушения.

На следующий день все начали собираться. Несмотря на любопытство, все старательно игнорировали главных виновников. Те нарочито подчеркнуто старались не замечать друг друга.

Первым не выдержал Рональд.

— Нала, — остановил он девушку, проходящую мимо с деловым видом, — Может, хватит делать вид, что ничего не было.

— А разве что-то было? — удивилась она.

— Понятно, — мужчина выдохнул, потом сгреб ее в объятия и поцеловал.

Со всех сторон тут же раздались аплодисменты. Девушка попыталась вырваться, но ничего не получилось. Рон крепко держал ее. Скосив глаза в сторону Никласа, Мика увидела его довольную улыбку.

Рональд явно смутился, а вот Нала, ко всеобщему удивлению, показала всем кулак, после чего притянула к себе мужчину и поцеловала сама. Окружающие усмехнулись. Вот вам и тихоня.

Вечером прощались с островом. Перед обычными посиделками девушки сходили проверить кладки черепах и обновить защиту от разных хищников, которые любят лакомиться черепашьими яйцами. Потом обычные посиделки у костра, который оградили таким количеством заклинаний, которых могло бы хватить на небольшую армию. Или караван, путешествующий в зимнее время.

Но будущие исследователи не видели смысл экономить на собственном комфорте, тем более что уже на следующее утро они покинут остров и, скорее всего, больше никогда сюда не вернуться.

— А я все равно скажу бабушке, что была на курорте, — хитро улыбнулась Микаэлла. — Загореть успела, видно, что отдохнула. Пусть завидует.

— Мик, и не жалко тебе старую женщину? — стараясь сохранить серьезное выражение на лице, поинтересовалась Джемма. — Все-таки возраст уже не тот, чтобы такие переживания. Еще плохо станет.

— Как-то я в этом сомневаюсь, — пожала плечами девушка. — Максимум, вилку сгрызет или от чашки кусочек откусит. Так что ничего страшного. Ну, придется менять обеденный сервиз.

Ерунда.

— Добрая ты… — заметил Том.

— Какую воспитали, — рассмеялась Мика.

— Что-то я тебя бояться начинаю, — Рикьярдо сделала вид, что собирается отодвинуться подальше. Девушка протянула руку и, заставила его придвинуться обратно.

— Ты куда собрался?

— Да так, никуда… — они оба рассмеялись. — Куда я от тебя денусь?

— Вот и я про то же.

Новый взрыв смеха раздался над костром. Кажется, не замечали ничего только двое — новоиспеченная парочка то целовалась, то что-то обсуждала вполголоса, не реагируя на происходящее вокруг.

* * *

— Как ни жаль, змея закончилась быстро, — глядя на пустой котел, заметил Том. — А состояние наших запасов таково, что людей ими кормить не реально.

Микаэлла только грустно кивнула. Овощи почти сгнили. То немного, что удалось спасти, сварят вечером. Мясо, пусть и с червями, еще оставалось, но хватит его на пару дней. Все, что было съедобного вокруг лагеря, давно съедено. Даже насекомые старались не приближаться близко к этому месту. За исключением, кровососущих и ядовитых, как ни странно. Те, напротив, атаковали палатки людей, почти не замечая расставленных жаровен, в которых курились травы, активированных ловушек и просто густого дыма.

— У нас есть еще дня два, — продолжил маг. — Потом останется варить сапоги и надеяться на чудо.

— Надеюсь, Дин Ричардс и его люди сгинули в самом глубоком болоте, — скривилась Мика. — В противном случае я его из-под земли достану и в лучших традициях разбойников темных веков заставлю мерить шагами собственные кишки. А остальных заставлю самостоятельно удавиться.

Причем собственными руками.

Том только покачал головой. Жестокость подруги была понятна. Когда стало понятно, что стабилизирующие кристаллы не спасти, восемь человек покинули отрад, забрав с собой несколько оставшихся вьючных мулов. Почти весь запас лекарств и большая часть продовольствия. Те, кто дошел до конечной цели, уже потом обнаружили, чего они лишились. Но было поздно. Возвращаться назад без проводников, карт, продовольствия и кристаллов было сродни безумству.

— Что-нибудь придумаем, — Том попытался улыбнуться, но выходило плохо.

Собственно, придумать можно было много чего, вот только два дипломированных мага-исследователя, успевших побывать в десятке экспедиций каждый, три боевых мага и один лекарь были весьма ограничены в возможностях. Пусть им удалось решить проблему воды, с едой было много сложнее.

— Может, с заклинаниями роста растений помудрить, — присел радом с ними мужчина лет сорока, маг природы.

— Не боитесь, мастер Чейз? — повернулась к нему Мика.

— Боюсь, — пожал он плечами, — но что-то делать надо. Если не ускорить созревание урожая, мы умрем от голода и болезней. Нам еще повезло, что все семена были в моей поклаже, и их никто не тронул.

— Это опасно, — напомнил Том. — Неизвестно, как это заклинание отразится на вас. Может, вы у нас уменьшитесь в два раза. Опять же, у нас есть мулы. Можно будет пожертвовать ими, чтобы продержаться еще немного.

— Нет, — твердо произнес мужчина. — Пока есть возможность, животных мы трогать не будем.

Пока они есть, мы еще можем попробовать выбраться. Они предупредят об опасности, чувствуют дорогу. Сами мы не пройдем и десятой части пути.

Спорить никто не решился. Да и особой проблемы животные не доставляли. Пятерка мулов спокойно паслась на длинной привязи, и все, что требовалось от обитателей лагеря — иногда перегонять их с одной стороны на другую, где была трава. Хищники пытались покушаться на них в первые дни, теперь же они обходили людей стороной, понимая, что могут сами стать добычей, причем весьма желанной.

Том подкинул в огонь очередное полено. Единственное, с чем у обитателей лагеря пока еще не было проблем — это дрова. Словно предчувствуя дальнейшие проблемы, они заготавливали их в огромном количестве, заодно расчищая места для шатров, выпаса мулов, грядок. Сначала поленницы всех раздражали, кто-то даже предлагал скинуть половину запасов в болото. Потом, когда начались болезни, те, кто еще немного держался, вновь взялись за топоры и пилы, чтобы обеспечить себя запасом на тот день, когда не будет сил взять в руки инструмент.

— Может, стоит присмотреться, что едят наши животные, — отвернувшись от пасущихся копытных, задумчиво произнесла Мика. — Скорее всего, мы тоже можем пустить эту траву в котел.

— Никогда не думал, что соглашусь на это, — скривился Том, — но у нас нет выбора. А что скажете вы, мастер?

— Скажу, что сам задумывался над этим, но не решался предложить. Пока были овощи, была надежда, что мы еще сможем справиться с проблемами, я просто наблюдал за животными, отмечал, что они едят, а какие растения пропускают. Так что я с радостью поделюсь своими наблюдениями.

Микаэлла кивнула. Потом посмотрела на большое дерево, начавшее сбрасывать лепестки. Они ждали его плодов и не верили, что смогут дождаться, но вот они, первые завязи. Еще немного, и можно будет попробовать сбить их и дать на пробу одному из мулов. Если животное выживет, на какое-то время им хватит еды. А потом они найдут другое дерево, на котором плоды дозрели.

— Как мне надоело сидеть и думать, где взять еды, — вздохнула девушка. — Даже когда мы остались практически без всего в том путешествии на корабле Стинса, и то все было проще. И с водой проблему решить смогли, и рыба была. Скорее думали, как бы до берега добраться. А тут ты понимаешь, что от голода соРщешь с ума. Плюс ответственность за тех людей, которые с трудом встают.

— Ничего, милая, — успокоил ее мужчина, — мы справимся. Меня куда больше беспокоит ваш кашель, чем все остальное.

Мика только махнула рукой. Собственное здоровье перестало ее беспокоить, когда на платке появилось первое пятнышко крови. Сейчас она старалась сделать как можно больше для других, пока ее саму держат ноги и исцеляющая магия, которой не нужны никакие стабилизаторы.

— В общем, нам пора заняться тем, ради чего нас наняли, — попыталась она улыбнуться, а именно исследовательской деятельностью. Пусть не совсем той, что требуется, но у нас нет выбора.

— А ведь Пала выучила всю энциклопедию, — с откровенной завистью в голосе произнес ее бывший однокурсник.

— Я не всю, — честно ответила его подруга, — но растительный мир и всяких ядовитых постаралась заучить как следует. Не знаю, поможет нам это или нет. Мастер Чейз, скажите, вы же смотрели, что тут растет. Вам удалось найти что-то знакомое.

— Именно что-то, — кивнул маг. — Есть растения, которые похожи на те, что произрастают у нас, есть те, которые похожи на растения обследованных тропиков. Но много таких, которые пока еще неизвестны науке. Собственно, некоторые из них вошли в рацион наших мулов. Но насколько они безвредны для человека, прццется выяснять на собственной шкуре.

— Готова быть дегустатором, — бодро произнесла Мика.

Том пристально посмотрел на нее, но предпочел промолчать. Потом он скажет своей ненормальной подруге все, что думает о таком героизме, но это будет наедине. Сейчас же не стоит заострять внимание остальных на проблемах тех, от кого зависит благополучие оставшихся людей. Пока они верят в исследователей, можно надеяться на их помощь, на содействие, на послушание, в конце концов. Так что не стоит выносить свои сомнения на всеобщее обозрение.

— Думаю, об этом мы поговорим уже завтра, — маг поворошил палкой угли в костре, после чего поднялся. — Вроде кости погрелись, можно и укладываться.

Исследователи пожелали ему доброй ночи. После того, как мужчина удалился, Том подкинул еще дров, после чего пристально посмотрел на девушку. Та сначала игнорировала его взгляды, потом все-таки не выдержала:

— Что?

— Да вот интересно, с чего такое геройство взялось.

— Может, с того, что я отсюда уже не выберусь? — не стала юлить она. — Так хоть не напрасно сдохну.

— Кто ж тебе даст? — прищурился Роджерс.

— Банальное воспаление легких, которое надо лечить не спиртом внутрь и наружу и травками внешне похожими на те, что вроде как лекарственные, а нормальными средствами, — фыркнула девушка. — Третья неделя, Том. Сам подумай, во что это может перейти в этих условиях.

— И ты молчала все время? — ее напарник с трудом сдержал рвущиеся на волю выражения, кои не прилично произносить в присутствии женщин. И то потому, что понимал, ругаться бестолку.

— А чем бы ты мог помочь? — вздохнула девушка. — И так понятно, что у нас ни кристаллов, потому что руководитель группы сунул их все в один мешок, ни лекарств, кроме бинтов и йода.

Ни нормального продовольствия.

Том только покачал головой. Он мог ругаться, возмущаться, уговаривать, но что толку в словах. Да, он знает подходящие заклинания, но какой от них толк, если их применение может напротив убить человека. Остается скрипеть зубами и мысленно возносить молитвы богам, чтобы их друзья как можно скорее начали беспокоиться.

— Ничего, мы еще потрепыхаемся, — скривился он. — Просто назло всем. Ты же успела столько всего сделать, столько всего добилась. Даже твоя бабушка признала, что ты стала отличным специалистом.

— А что толку? — Мика подняла голову и посмотрела на друга. — Если бы все было так, как мне хочется, и, как меня заверяли, все должно быть, я бы не сидела тут. Да и ты тоже. Но причуды судьбы не предугадать.

Оба замолчали, стараясь не поднимать неприятную для обоих тему.

— Все равно не верю я, что оно все так, — через какое-то время произнес Том. — Мозгами понимаю, но не верю.

— Думаешь, я что-то не так поняла? — девушка кинула в огонь прутик, который до того вертела в руках. — Но я не глухая, та женщина говорила достаточно громко, четко и ясно. Так что, какая теперь разница.

Вновь повисла тишина. Том тоже перевел взгляд на огонь, и задумался. Что сейчас делают его жена и ребенок? Думают о нем? Может, почувствовали, что он в опасности? Или считают, что все хорошо, и он только через полгода сможет вернуться домой? Хватит ли его самого на этот срок. И еще на тот, чтобы Джемма подняла на уши всех, кого только можно и собрала новую экспедицию.

Мика молчала. Все, о чем она сейчас думала — как помочь людям, которые борются за жизнь из последних сил.

— Завтра надо будет перегнать мулов на новое место, — заговорила она о делах, — потом я хочу немного обойти окрестности, может, найду что-нибудь пригодное в пищу. Или кого-нибудь.

Мы устроили хороший дождь накануне, вполне возможно, появились ящерицы, или мелкие змейки.

Том только покивал. Может быть. Вся их экспедиция в последние дни превратилась в одно большое может быть. Может быть, они выживут. Может быть, вторая группа отправится раньше, чем было запланировано изначально. Может быть, Мика ошиблась, когда сбежала в экспедицию за два месяца до свадьбы с неизвестным человеком, и теперь ее ищут.

— Всемогущие боги, — одними губами прошептал он, — пусть упрямство леди Женевьевы окажется таковым, что она поднимет всех, кого только можно в поисках внучки. Не может же эта особа упустить свою выгоду. Даже если эта свадьба сорвется. Пусть только она узнает, куда нас понесли самые ненормальные из демонов, и не пожалеет денег на поисковые отрады.

Том понимал, что леди де Блитц не шевельнет и пальцем, чтобы спасти остальных, но для возвращения внучки она пойдет на любые расходы. Все-таки, ближайшие два года это ее возможность заключить выгодный брак и породниться с одной из влиятельных семей, тем самым пусть не став одной из совета, но той, к кому постоянно прислушиваются.

— Что ты там говоришь? — повернула голову девушка.

— Молюсь, — дернул плечом Роджерс. — Что еще нам остается.

— Ничего, — вздохнула Микаэлла. — Ладно, пойду ложиться. После тебя дежурит Эван или Маркус?

— Эван. Тебе от него что-то надо?

— Нет, ничего, просто. Пусть разбудит меня не сразу в конце смены, а чтобы я успела немного проснуться.

Том кивнул. Мика не договаривала, но он не стал спрашивать. И без того понятно, что все хуже, чем она показывала.

Вот только сам он не собирается складывать руки и терпеть. Ну и питаться как мул. Нет, прццется, конечно, и траву есть, но это временная мера. Пусть подруга говорит все, что хочет, но он завтра отправится на охоту. Понятно, по разведанной территории. А еще попробует выкопать ловушку, как их учили в свое время. На глубокую сил не хватит, но ящерицы тоже добыча.

Главное, не сдаваться, бороться до последнего. Да он, наверное, даже оказавшись в пасти местных хищников будет трепыхаться. Во всяком случае, попытается откусить от этого хищника кусок побольше, чтобы не таким голодным отправляться к нему в желудок. А то, что это не устраивает охотника — кто его спрашивать будет. Иногда дичь сама превращается в охотника.

Жаль, сам он в качестве дипломного проекта разрабатывал пусть и болотистые территории, но умеренной полосы. Тропиками занималась Джемма, но и у нее были несколько иные условия.

Но они много обсуждали у кого что, и надо только хорошенько напрячь память, чтобы вспомнить, какие существа, пригодные в пищу, могут водиться конкретно в этой местности.

Первое, что приходило на ум — мулы. Пять упитанных мулов, подъедавших траву в разных частях лагеря. Даже одного хватило бы на несколько дней. Пока мясо не протухнет или не загниет. Один из минусов их положения заключается в том, что не сделать запасов — продукты просто гниют, покрываются плесенью, тухнут… Даже запасы воды не получается делать дольше, чем на два дня. Благо они могут не таскаться каждый день к роднику, а вызывать дождь, если возникнет такая нужда. Теперь воды должно хватать на всех.

Мужчина задумался. Если они перестанут так часто появляться рядом с источником воды, туда вполне могут приходить звери. Ну, так он надеялся. Значит, можно попробовать соорудить ловушки. Понятно, много они не сделают, но хоть что-то, хоть какую-то ерунду, которая поймает им или мелких зверей, или ящериц, или какую-нибудь птицу. Ведь есть они где-то здесь, вон, перекликаются где-то не далеко. Только стараются держаться подальше от голодных глаз.

Кончиком прута Том вырисовывал на земле схемы ловушек, ловчих ям, примитивных силков — все, что мог припомнить из детства, и что могло пригодиться во взрослой жизни исследователя, оказавшегося в безвыходной ситуации. Нет, не совсем безвыходной, тут же поправил он себя. У них есть как минимум два выхода: помереть здесь от голода или попытаться вернуться, пробираясь через местность, где обитает не меньше сотни крокодилов. Есть и третий вариант — попытаться выжить, найти съедобные растения, научиться охотится, найти гнездовья птиц, реку с рыбой, прццумать что-то еще, чтобы дождаться урожая. Ведь ждать осталось не так долго.

Семена взошли, ростки благополучно развиваются. Бобы обещают дать отменный урожай, по поводу зерновых сказать что-то определенное было сложнее. Два саженца фруктовых деревьев с трудом прижились, и только недавно выпустили новые листья. Всего-то и надо придумать, как дождаться первого урожая, сразу посадить новый, а остальное отправить в котел.

Исследователь невесело усмехнулся. Всего-то. Вот только люди уже с трудом выползают из своих шатров, а маги только и могут, что скрипеть зубами от невозможности помочь. Еще была Микаэлла, чье состояние внушало Тому наибольшие опасения. Девушке было плохо. Да, она держалась, но в большей степени на собственном упрямстве. Что будет, когда оно закончится, ему не хотелось даже думать. Понятно, что ничего хорошего. Вот только Роджерсу не хотелось терять подругу из-за тупости и жадности тех, кто организовывал эту экспедицию. Сами они остались в базовом лагере, а сейчас, скорее всего, вовсе вернулись домой, убедившись, что отряд благополучно углубился в джунгли и не повернул через неделю.

— Ничего, мы еще подергаемся, — усмехнулся он, — нас так просто не возьмешь. И ырхов мы пережили, и с хурхом встретиться довелось, подумаешь, какие-то джунгли с крокодилами. Между прочим, один крокодил — это много мяса.

По лицу мужчины скользнула довольная улыбка. Дело было за малым — сделать крепкий лук, стрелы да использовать снотворное, о наличии которого он даже забыл. А ведь брал на всякий случай. Например, если какой-нибудь хищник повадится навещать лагерь. Благо до места обитания крокодилов идти не так далеко. Можно будет использовать одного из мулов для приманки. Разумеется, если остальные участники экспедиции согласятся. В противном случае придется действовать на свой страх и риск.

— Прорвемся, — кивнул сам себе мужчина. — Я еще надеюсь стать отцом пары мальчишек, дочь выдать замуж, внуков нянчить. Да меня жена поднимет и закопает лично, если я не вернусь.

Нежная и немного печальная улыбка озарила лицо Тома. Схема ловушки, на тот случай, если мула ему не дадут, уже была готова. Оставалась сущая ерунда — справиться с опасным хищником, сытым и полным сил. Но, как успел убедиться маг за пусть и не долгую самостоятельную работу исследователем, сильнее оказывается тот, кто хочет жить, выжить. Да, крокодил не откажется съесть его, но сам он куда голоднее, и ему много больше хочется жить, потому что есть, что терять, в отличие от безмозглой твари, подчиняющейся своим инстинктам.

Нет, мозги у потенциальной добычи есть, тут же поправил себя Роджерс. Вот только направлена их деятельность на разное. Крокодил заботится о себе, а он собирается не только свой голод удовлетворить, но и помочь другим людям. Так что правда на стороне того, у кого цели важнее. Главное, поймать этот ходячий чемодан и освежевать.

Микаэлла переступила порог особняка. Дворецкий кивнул девушке и чуть заметно улыбнулся — знак, что хозяйки дома нет.

— Мне ванну, — распорядилась прибывшая, — потом обед в мой кабинет.

— Как прошла поездка, — забрав у юной леди де Блитц сумку, поинтересовался мужчина.

— Могло бы быть и лучше, Митворт. Напомните мне в следующий раз, когда я решу связаться с лордом Ортом, чтобы я выставила ему счет в три раза больше, чем он запрашивает.

— Да, мисс, — дворецкий чуть наклонил голову. — Непременно. Надеюсь, ничего серьезного не произошло?

— Нет, серьезного ничего, — покачала головой девушка. Уточнять, что лорд решил немного сэкономить и нанять всего трех магов, она не стала. Да, группе пришлось приложить усилия, но заказ они выполнили.

— Когда следующая поездка? — дворецкий внес сумку в комнату Микаэллы, после чего особым образом позвонил в колокольчик. Девушка так и не смогла запомнить этот перезвон. — Или вам, наконец, дадут немного отдохнуть.

— Именно что немного, — Мика вздохнула, — Через полторы недели надо прибыть за новым заказом. Но в этот раз обещали исследовательскую экспедицию в качестве ассистента мага, практикующего не меньше десяти лет. Так что буду ходить следом дай-подаем и перенимать опыт.

Мужчина хотел сказать что-то еще, но в это время в комнате появились слуги и принялись готовить ванну для вернувшейся внучки хозяйки.

— Ваша бабушка не довольна, — когда те скрылись в ванной комнате, заметил дворецкий. — Она рассчитывала, что вы выйдете замуж после окончания обучения, но никто не хочет брать в жены женщину, которая проводит дома не больше месяца за год.

— Ничего, — улыбнулась девушка, — меня эта ситуация вполне устраивает.

— Юная леди, не забывайте, ваша бабушка уже не в том возрасте, чтобы самостоятельно вести все дела, ей нужен помощник, мужчина. К тому же она хочет успеть застать правнука… — попытался возмутиться дворецкий, но Микаэлла прервала его.

— Неужели вы считаете, что в нашей семье должна повториться история Мелинды Бактон, муж которой потребовал признать их брак не действительным, едва выделенное ей приданое закончилось? Этот скандал дошел даже до той глуши, где мы находились. Бедная девушка, это же ужас. Мало того, что ее выдали за мужчину, годящегося ей в отцы, так еще совершенно не умеющего распоряжаться средствами, — девушка сделала паузу, пока служанки покидали комнаты, мысленно прикидывая, не переигрывает ли она. Вроде бы нет. — Или вы считаете, что я должна стать женой первого попавшегося хлыща, носящего известную фамилию, чтобы он сначала проиграл мое приданое в карты, а после потребовал развод. Или, если дела нашей семьи ухудшаться, он просто сделает вид, что не причем? Я считаю, что мой муж должен быть рядом со мной если не во всех, то, хотя бы, в длительных экспедициях, чтобы я могла положиться на него так же, как на тех, с кем вместе училась. Только такому человеку можно будет доверить дела семьи, не опасаясь, что он сбежит только при намеке на незначительные трудности.

Возразить на это дворецкому было нечего. С поклоном он покинул комнаты, оставив девушку отдыхать. Лишь сообщил, что распорядится, чтобы в ее комнату принесли сок и легкие закуски.

Микаэлла прошла в ванную, скинула пропылившуюся одежду и опустилась в горячую, едва терпит кожа, воду. Можно не сомневаться, едва бабушка вернется, как ей будет доложено все, о чем они разговаривали. Ну, не страшно. С такой постановкой вопроса спорить сложно. Благо громкий скандал и в самом деле дошел до самых отдаленных деревень. Подобного позора бабушка никогда не допустит. В этом вопросе леди Женевьева была принципиальна.

После ванной настроение улучшилось. Мика выбралась из воды, набросила халат и вышла в комнату. На столе уже стоял кувшин, фрукты и печенье. Хватит чтобы дождаться обеда и не перебить аппетит. Девушка налила сок в стакан, после чего подошла к окну. Садовник подрезал кусты роз, убирал начавшие вянуть цветы, поломанные листья.

Краем глаза девушка следила за его работой, в то время как в голове крутился отчет об экспедиции, который она должна была сдать в академии. Было два варианта, смягчить действительность или описать все, как есть. К сожалению, она не знала, что в своих отчетах укажут другие участники, ведь с них станется написать, что в целом все было спокойно.

Да, пару раз возникли небольшие сложности, но все укладывалось в рамки допустимого. С другой стороны, она может пригладить ситуацию, а остальные напишут все, как было на самом деле.

— Микаэлла де Блитц, — услышала она резкий окрик, заставивший ее вздрогнуть.

— Бабушка? — девушка поставила сок на подоконник, потому что руки дрожали. Слишком неожиданным было появление леди Женевьевы.

— Я стучала, но ты не слышала. Тогда я решила войти, думая, что ты все еще принимаешь ванну. Но ты стояла и смотрела в окно, словно увидела там что-то необычное, и даже на имя свое не реагировала.

— Задумалась, — призналась девушка.

— О чем, если не секрет?

— Да вот, — она вновь взяла в руки стакан и сделала глоток, — как лучше составить отчет. В этот раз все было не так хорошо, как раньше, и теперь думаю, стоит описать все как есть, или замолчать ряд моментов. Почему-то забыла уточнить это у коллег.

— Разумеется, как есть, — тут же вскинула подбородок леди Женевьева. — Не стоит выгораживать того, кто не потрудился обеспечить вас информацией, или чем там еще.

Мика кивнула. Наверное, назови она бабушке имя нанимателя, и та была бы не столь категорична, но девушке было интересно, что скажет эта женщина, не зная деталей.

— Да, так и сделаю, — кивнула Мика. — Могу я до обеда воспользоваться кабинетом?

— Разумеется, — кивнула женщина. — Сегодня он мне не нужен. Можешь поработать, только переоденься. Ко мне могут прийти.

— Конечно, — уточнять, кто еще может нанести визит леди, ее внучка не стала. Понятно, что потенциальные женихи или их родственники, под благовидным предлогом приглашенные в дом.

— Твои письма лежат в ящичке возле книжного шкафа, — между тем проинформировала ее бабушка. — Я не смотрела, не переживай. Не опаздывай на обед.

И леди Женевьева покинула комнату.

За переписку Мика не переживала. Те, чьи письма бабушка могла бы вскрыть или выбросить, давно уже писала на адрес Джеммы и Тома. Остальные просто зачаровывали конверты, чтобы их нельзя было выбросить, уничтожить, прочитать или сделать что-то еще, до чего бы могла додуматься леди де Блитц или слуги. Ректор и работники исследовательского корпуса просто слали свои послания, не задумываясь, что письмо может не дойти до адресата. Просто один раз хозяйку дома предупредили, чтобы не лезла в то, к чему не имеет отношения, или на нее наложат какое-нибудь хитрое заклинание, снять которое не сможет никто. Существование в виде жабы или фикуса явно не входило в планы леди Женевьевы, так что она предпочитала не рисковать.

Мика переоделась, выбрав в гардеробной простое светлое платье, после чего спустилась вниз. Из столовой доносился звон приборов — слуги начали накрывать стол к обеду. Убедившись, что времени достаточно, девушка вошла в кабинет.

Ящичек был полон письмами. Несколько предложений возглавить экспедиции. Девушка бегло просмотрела их, но ничего интересного не наблюдалось. Каждый хоть чего-то добившийся бывший лавочник а ныне промышленник тут же пытался найти сырье в и без того не раз обследованных местах, для чего тут же снаряжал или небольшую экспедицию, или нанимал мага-исследователя для определенных задач. Иногда они соглашались проверить местность на определенные полезные ископаемые или иные ресурсы, но, чаще всего, отправляли отказ, мотивируя тем, что данный регион уже давно изучен, а нанимателю стоит внимательно изучить труды предшественников. Несколько раз девушка уже писала подобные отказы, придется и на этот раз. Увы, промолчать она не имеет право, в противном случае возможна жалоба на мага в исследовательский корпус и длительные разбирательства, почему не было ответа на запрос.

Еще несколько писем — рекламная рассылка специальных товаров. Практика эта началась не так давно, но шла весьма активно. Девушка быстро пробежала взглядом предложения, после чего отправила бумаги в камин. У нее давно были свои проверенные мастера, чтобы менять их на производителей «широкого спектра товаров», большая часть которых будет более чем сомнительного качества. Пусть у них закупаются те, кто пытается выдавать себя за исследователей. Настоящие маги предпочитают заплатить дороже, но купить товар соответствующего качества.

Кроме того, было несколько писем из академии, тоже с предложениями поучаствовать в экспедициях, но большей частью они отправились до того, как Мика вернулась. На эти послания можно было не отвечать, все равно ей в корпусе отмечаться. Там же выберет и что-то интересное для себя. Может, на севернью острова будет поездка. Зря она, что ли, потратила несколько лет, разрабатывая детальный проект путешествия в эти негостеприимные места. И несколько писем от друзей. Ребята писали, кто куда отправился, или кто откуда прибыл. Ничего такого, чтобы стоило скрывать от бабушки. Действительно важные письма будут ждать ее по другому адресу. Завтра она обязательно зайдет к друзьям. Даже если они в отъезде, у Мики есть ключ, а где лежит ее почта, девушка знает.

Отложив отдельно письма от друзей, девушка устроилась за столом. На написание отчета ушло не так много времени, как могло показаться. Все-таки не итоги практики. Здесь требовалось просто указать место, цель, и выполнение задачи. Понятно, если происходили неприятности, их описывали подробно, чтобы в будущем знать, стоит ли связываться с этим заказчиком, особенно, если проблемы возникали часто.

Следующим этапом стали ответы на обращения. Большую часть девушка написала сразу по заранее заготовленному шаблону, мол, так и так, в связи с большой загруженностью возможности поучаствовать не имею. Еще несколько раз пришлось писать, что клиенты обратились не к тому магу, и им нужен или природник, или боевой маг или еще кто-то, но не исследователь, который в первую очередь занимается изучением местности, и только потом борется с нежитью или дикими животными, ищет потерянные вещи, вызывает дожди или подсушивает местность и много чего еще делает, но только если это нужно для непосредственной работы. К счастью, подобных обращений за год оказывалось не больше двух десятков. Хотя, встречались и весьма настойчивые люди, которым кто-то рассказал, что такой-то маг совершил. При этом все свято верили, что этот самый маг тут же с радостью откликнется на просьбу вывести из дома клопов или вылечить корову. Мика сразу отвечала категоричным отказом, после чего передавала список таких вот клиентов не по адресу вместе с письмами в академию, где их подшивали к личным делам, чтобы в будущем избегать недоразумений.

Несколько экспедиций вызвали у девушки неподдельный интерес. К ее сожалению отправляться на север никто не спешил. Приближалась осень, плавать между островами становилось опасно. Но были направления, которые вызывали интерес. Одно место и вовсе манило близостью к их усадьбе, где обосновался дед. За годы относительно вольной жизни исследователя Мика пару раз бывала у него, и теперь планировала согласиться на это задание, чтобы проездом завернуть в гости хотя бы на пару дней.

— Еще не закончила? — на этот раз стук девушка услышала, только отвечать не стала, сочиняя очередной отказ на в целом интересный но слишком долгий заказ — поездка в пустынные земли с целью изучения тамошних мест.

— Почти, — ответила она. — Отказалась отправляться в пустыню. Все-таки жара и пески немного не мое.

— А я бы съездила, — бабушка протянула руку и взяла листок с описанием задания. — Зимой там как раз хорошо. Не так жарко, дожди идут изредка, все цветет.

— Леди Женевьева, да в вас умер романтик. Вот уж не ожидала, — удивленно произнесла девушка.

— Да, — чуть заметно покачала головой та. — Романтик умер в страшных муках, но сделал меня тем, кем я стала в итоге. Ты, наверное, хочешь спросить не жалею ли я об этом. Иногда. Когда задумываюсь, что бы было, сложись все иначе. С другой стороны все сложилось не так плохо, как могло бы. Да, твой отец оказался слабым мужчиной, я все-таки надеялась, что он поведет себя иначе. Ну да что уж теперь. Зато ты, Микаэлла, моя гордость. Известный маг, к которому обращаются даже те, кто не берет на работу новичков. Завидная невеста, которая не бросается на шею первому попавшемуся, а думает о последствиях. Так что мне есть чем гордиться. Я смогла вырастить достойную наследницу рода де Блитц.

— Бабушка, осмелюсь напомнить, что семейное состояние наследует мой брат. Мне же будет выделена доля в качестве приданого, — осторожно произнесла девушка.

— Ошибаешься, милая, — довольно улыбнулась женщина. — Пока ты проводила время в разъездах, я успела обратиться в Совет с просьбой передать все имущество рода де Блитц не по мужской линии, а тебе. Не спорю, Совет долго думал, в академию были отправлены запросы, общались с некоторыми заказчиками. И после этого было принято решение удовлетворить мою просьбу. Понятно, там будут нюансы. Твой муж не сможет распоряжаться этим имуществом, а наследовать его сможет твой второй сын. Но ты пока не забивай этим свою хорошенькую головку. Вечером у нас гости?

— Очередные женихи, жаждущие заполучить в жены богатую наследницу? — ядовитее, чем оно было нужно, поинтересовалась девушка. — Мужчины, смеющие надеться, что выгодный брак сможет решить проблему их долгов?

— На этот раз нет, — леди Женевьева поджала губы, а отвечала сухо. — У нас будет лорд Себастиан де Сентан.

Девушка на долю секунды замерла, и только потом дописала то, что собиралась. Каким образом по лицу ее не расплылась широкая улыбка, было неизвестно. Понятно, от бабушки не укрылась ее реакция, но, Микаэлла на это очень надеялась, та могла списать ее на неожиданность. Все-таки за последние двести лет ни один де Сентан не переступал порога их дома.

— Неожиданно, — отложив перо, произнесла девушка. — Бабуля, я понимаю, вы любите устраивать сюрпризы, но от этого я чуть не испортила письмо.

— Да, я сама была удивлена, когда лорд впервые решил обратиться ко мне, — было видно, что леди де Блитц приятно обсуждать это. — Сначала я думала, что он в очередной раз затеял тяжбу, которую его семья проиграла перед тем, но оказалось, что Себастиан хочет положить конец нашей вражде. Все-таки он лорд Совета, а я одна из влиятельных людей не только в столице, но и в стране в целом.

Мика видела, что бабушке приятно рассказывать ей это, так что оставалось отодвинуть бумаги и внимательно слушать. Тем более девушке было любопытно, на какой стадии находится дело примирения семей и возможное сватовство. Из-за активной деятельности они с Рикьярдо встречались редко, но старались переписываться как можно чаще. Вот только мужчина и сам не знал, как обстоят дела. Дядя и отец почти ничего не говорили ему, в силу того, что и сами почти не видели молодого мага, стремившегося сделать себе имя и заработать, чтобы потом как можно меньше зависеть от родни. Так что на этот раз новости он услышит от подруги. Главное, узнать как можно больше, чтобы рассказать все с подробностями.

— Думаю, мне стоит сейчас подняться и переодеться к обеду во что-то более подходящее, — заметила Микаэлла. — А дела подождут.

— Не обязательно, — остановила ее бабушка. — Ты выгладишь прилично. Особенно для мага только что вернувшегося с задания. Так что работай спокойно, а я пойду, распоряжусь, чтобы накрывали. Лорд вот-вот прибудет. Когда подадут обед, я пошлю за тобой.

Леди Женевьева покинула кабинет, оставив внучку в раздумьях. Понятно, что у нее есть секреты, и основной разговор пойдет без посторонних в лице внучки, но Мике было любопытно.

Вот только подслушать не получится. Подкрадываться незаметно или подслушать не выйдет.

После того как внучка вернулась домой из академии, по всему дому были расставлены глушители магии и системы, сигнализирующие, что кто-то пытается подслушать. Придется усмирить свое любопытство и ждать, когда им с Риком все расскажет сам лорд Себастиан.

Собравшись с мыслями, девушка вернулась к разбору писем. Изучение оставшихся предложений заняло немного времени, больше пришлось потратить на отказы. Потом девушка перешла к письмам от бывших однокурсников и нескольких человек, с которыми успела познакомиться за время отработки после окончания академии. В основном они информировали о новых поездках или сообщали, что вернулись из очередной экспедиции и делились впечатлениями. Такую практику завел курс Микаэллы после того, как пропала одна из экспедиций, а с ней Амин, тихий паренек, талантливый исследователь, сильный маг и просто хороший друг. Возможно, знай все, куда отправилась его группа, и когда они должны вернуться, то успели бы помочь. Но все, что удалось — найти место последней стоянки, тела погибших и их записи. К сожалению, не выжил никто.

После этого все решили заранее уведомлять друг друга о планах на поездки. Пусть лучше все бросят дела и сорвутся на поиски, чем потеряют еще кого-то.

С этими письмами все было еще быстрее. Чтобы долго не тратить время на разбор почты, они сначала ставили даты, после местность, куда отправлялись, и только потом указывали подробную информацию, чтобы те, кто получит послание, сразу видел, актуально оно, или уже нет. Так что Микаэлла разобралась с ними за считанные минуты. Записав в тетрадь, которую держала в предоставленном ей ящике стола актуальные даты, имена и направления, она сложила письма от друзей. Вечером, когда будет больше времени, она прочитает их внимательно. А завтра наведается к Джемме и Тому, которые должны быть в городе, заберет остальное, выслушает свежие новости.

Звонок колокольчика возвестил о приходе гостя. Мика с трудом заставила себя оставаться в кресле. Хотелось выйти и посмотреть, кто пришел. Но это бы нарушило все правила приличия.

Официально Себастиан де Сентан гость леди де Блитц старшей. Значит, именно она будет встречать его в гостиной. Если бы дедушка находился в городе, он бы присоединился к жене.

Кроме них там мог находиться еще сын. Невестка и дети должны ждать, пока за ними не пошлют.

И не важно, что ты уже взрослая, маг с именем, признанием. Все равно ты остаешься несовершеннолетней, и три года все серьезные решения за тебя принимает семья.

Девушка недовольно стукнула ладонями по столу. Что за дурацкие правила? Кажется, этих норм придерживаются только аристократы. Все остальные давно уже не задумываются, что там как надо. Никто и не посмотрит, что делает женщина, если она заработала имя. Джемма и не подумает отсиживаться на кухне или в комнате, если к Тому придет возможный клиент. Не важно, что сама она выберет другое направление, выслушать и дать совет ничто ей не помешает.

Убедившись, что сделала все, что было возможно, Микаэлла поднялась и принялась ходить по кабинету. Ожидание угнетало. Но вот она услышала шаги, а после и голоса. Девушка осторожно подошла к двери кабинета и замерла. Небольшая щель облегчала подслушивание. Тот факт, что подобное поведение неприемлемо для девушки ее круга, исследовательница не задумывалась.

— Де Сентан, ваше предложение возмутительно. Я еще могу пойти навстречу касательно вопроса земель и согласиться провести межу посередине, но о чем-то большем не может быть и речи.

— Леди Женевьева, и все равно я прошу вас подумать еще раз, — раздался приятных мужской голос. — Ваша дружба с лордом Жостом не должна закрывать вам глаза на очевидное. Он уже не вернется в совет, как бы сам ни уверял в обратном.

Лорды имели возможность сравнить нас, и пришли к выводу, что со мной им работать много удобнее. В то время как деятельность уважаемого Теренса зачастую вызывает сомнения в ее законности.

— Лорд Себастиан, — леди де Блитц старалась говорить твердо, но Мика распознала нотки неуверенности, — повторяю, я согласна прекратить затянувшуюся вражду, которая приносит много неудобств не только вам, но и мне, я согласна перенести межу, но об остальном можете забыть.

— Просто подумайте, леди. Смена совета произойдет еще не скоро. Кто туда войдет, неизвестно. У вас есть возможность осуществить вашу мечту. Кто знает, может новый лорд будет отцом девочек. Пока же я откланиваюсь. Завтра мой поверенный навестит вашего.

— Де Сентан, ваша настойчивость не знает границ. Если бы ваш отец в свое время проявил не меньшее упрямство…

Голоса и шаги стали тише. Микаэлла отошла от двери и опустилась в кресло. Подслушивать не хорошо, но то, что она услышала, давало повод для размышлений. Первый был неприятным.

Судя по всему, лорд приходил не только решать вопросы прекращения старой вражды, но и намекнуть на скрепление перемирия взаимовыгодным браком. Но бабушка отказалась. Почему — не понятно. То ли эта самая старая вражда в ней говорит, то ли просто не хочет приобретать таких родственников. Собственно, надо набраться терпения и ждать, пока она сама не расскажет.

Или лорд Себастиан не поговорит с Риком, а тот не перескажет все Мике.

Второй повод подогревал и без того разошедшееся любопытство. Что такое могло связывать бабушку и покойного лорда де Сентана. При чем тут его настойчивость. Или бабуля в свое время закрутила тайный роман с этим человеком? Хотя, в это верится меньше всего. Бабушка вся такая правильная, без одобрения родителей вряд ли бы стала поощрять ухаживания мужчины. Значит, дело в чем-то другом. Но в чем? Может, стоит спросить у деда. Все равно больше не у кого. Надо будет согласиться на то исследование, которое запрашивали рядом с их поместьем. Пусть и так все ясно и понятно, зато можно встретиться с родственником и узнать кое-что интересное.

Бабушка в кабинет возвращаться не стала. Просто передала через дворецкого, что обед подан.

— Гость ушел? — уточнила Микаэлла.

— Да, — подтвердил мужчина. — Леди настаивала, но он отказался. Дела.

Девушка кивнула, потом убрала все в ящик и вышла из кабинета.

В столовой было пусто. Один слуга застыл возле столика с напитками, если вдруг кому-то захочется что-то кроме выставленного на столе. Бабушка стояла у окна задумчиво глядя в сад, однако, едва внучка сделала несколько шагов, оглянулась и не менее задумчиво посмотрела на нее. Потом покачала головой своим мыслям, видимо, отгоняя какую-то идею.

— Как прошла встреча? — поинтересовалась Микаэлла, занимая свое место за столом.

— На удивление лучше, чем я могла представить, — вопреки предположениям девушки ответила леди Женевьева. — Думаю, с этим де Сентаном можно договориться.

— Договориться о чем? — осторожно произнесла девушка.

— Разумеется, об улучшении отношений между семьями, — фыркнула бабушка, подходя к своему месту во главе стола. — Все-таки моя внучка маг-исследователь, вполне возможно, что вы с племянником этого окажетесь в одном отраде. И я не хочу, чтобы в случае намека на опасность отношения между семьями поставили твою жизнь под угрозу.

— Бабуля, не хочу тебя огорчать, но мы с Рикьярдо смогли найти общий язык, — осторожно заметила Мика. — Как раз по этой самой причине.

— Вот тем более, — махнула та рукой, попутно подзывая слугу. — Дин, налей мне вина. И внучке, если будет. Так вот, — вернулась она к разговору, — раз уж вы смогли договориться, то и нам от этого хуже не будет. Во всяком случае, не будем посмешищем в обществе.

Девушка предпочла оставить комментарии при себе. Обед прошел в обсуждении ничего не значащих вопросов. Леди де Блитц рассказывала последние новости и наиболее занимательные сплетни, Мика поведала, как прошла последняя поездка. В целом обе старались не касаться спорных тем и получить от разговора удовольствие.

Потом девушка решила, что времени не так много, и можно будет наведаться за почтой. Во всяком случае, Джемма может быть дома, с ребенком по экспедициям не разъездишься. Вот только дома никого не было. Соседка, у которой всегда оставался ключ, сообщила, что хозяйка уехала с ребенком в гости к своим родителям, чтобы не скучать без отправившегося в экспедицию мужа. Мика поблагодарила женщину за информацию, взяла ключ и пошла забирать почту.

Писем было мало. Одно от отца, два от деда, по одному от Тома, Налы, Лары и Никлэса. От Рика не было ничего. Девушка вздохнула. Собственно, она особо и не надеялась. Все-таки он отправился в такое место, откуда почти нет связи с внешним миром, но мало ли удалось с кем-то передать послание. Читать почту на месте Микаэлла не стала. Бабушка давно не лазила по ее вещам. Хватило одного защитного заклинания, чтобы навсегда истребить эту привычку. Хотя, с молнией она все-таки немного перестаралась, леди Женевьеве пришлось пару дней провести в постели. Да и потом она еще какое-то время не выходила из дома, поскольку ноги ощутимо подрагивали.

По пути домой Микаэлла завернула в академию. Отчета с собой не было, но уже сейчас можно было подробнее ознакомиться со списком предлагаемых исследований и решить, что она согласна взять. Как оказалось, было несколько заявок как раз радом с имением, куда уехал дед.

Секретарь с удивлением посмотрела на бланк, который передала ей исследовательница.

— Леди де Блитц, вы уверены, что вам будет интересно именно это исследование. Ведь та местность изучена уже много лет назад.

— Абсолютно, Ана, — улыбнулась девушка. — Думаю, черновой отчет для клиента я подготовлю перед поездкой, зато у меня будет возможность навестить одного родственника, не вызывая подозрений у бабушки.

— Тогда все понятно, леди, — расплылась в широкой улыбке секретарь. — Я начну оформление документов. Думаю, через три дня вы сможете отправиться.

— Можно бы и раньше, но вы правы, надо для приличия хоть пару дней провести дома, — согласилась Мика.

Собственно, эти дни ей были нужны, чтобы проверить снаряжение, составить список вещей, которые стоит обновить, ну и написать друзьям, что решила устроить себе небольшой отдых, поэтому новое ее назначение может показаться бредом, но на самом деле необходимо. Опять же, заказчик достаточно солвдный человек. И требования его пусть больше подходят землемеру, но исследователь может и согласится. Все-таки планируется деятельность рядом с заброшенным кладбищем.

Когда леди Женевьева узнала, что внучке снова придется уехать, она только вздохнула.

— Раньше ты от женихов шарахалась, теперь они от тебя, — только и заметила она.

— Что, так прямо все? — искренне удивилась Мика.

— Ну, не то, чтобы все, — не стала спорить бабушка, но большинству давно отказано от нашего дома. А остальные или пьяницы, или картежники, или проводят слишком много времени с дамами определенного поведения.

Мысленно Микаэлла улыбнулась. Ее цель достигнута. Молодые люди из приличных семей не готовы бросить все и поехать за молодой женой куда-то, где жить придется в палатке, мыться раз в несколько дней, хорошо, если не под дождем, питаться сухарями и солониной, луком и лимонами, при этом твоя женщина еще будет постоянно занята. Никто из них не был готов на такой подвиг. Кроме одного мужчины, который и сам привык проводить время подобным образом.

Жаль, разговор с лордом Себастианом проходил без свидетелей, да еще в бабушкиной личной приемной, куда Мике одной вход был воспрещен. Если бы в гостиной или библиотеке, можно было бы активировать одну из следилок и узнать, что обсуждалось. Но бабуля словно просчитала, что большая часть дома находится под присмотром. Пусть ее обнаружители и прочие ухищрения не всегда действовали, переиграть эту женщину было практически невозможно.

— Ничего, — когда леди Женевьева покинула помещение, тихо прошептала девушка, — ничего, бабуля, скоро у тебя просто не будет выбора. Или Рик, или какой-нибудь лавочник. Но отдать свою наследницу за какого-то торговца ты откажешься, можно даже не сомневаться. Остается один вариант — выдать меня за де Сентана.

Улыбнувшись своим мыслям, девушка принялась готовить отчеты. Один чистовой, который надо предоставить уже завтра секретарю. Второй — черновой, касающийся предстоящей экспедиции. Понятно, потом она все равно наведается в указанную местность, чтобы снять показания общего фона, посмотрит кладбище, и в целом проверит, насколько реальность совпадает с книгами. Но основную работу стоит сделать заранее, чтобы было больше времени на отдых и общение с дедом. Почему-то девушке подумалось, что ее коллеги напрасно не берутся за такие дела — отдохнуть на законных основаниях, да еще получить за это деньги, редко когда получается.

В черновике отчета появилось несколько исправлений. Микаэлла покачала головой. Ну а что еще хотеть от книг, которые составлялись в лучшем случае несколько десятилетий назад.

Все-таки в природе происходят изменения. Вот и сейчас несколько поменялась растительность.

На смену хвойному лесу пришел лиственный. Изменения произошли и в почве. Маленький ручеек успел превратиться в небольшую речушку. Еще не хватит для судоходства, а вот мельницу поставить можно.

Коллеги еще удивляются, зачем такие исследования подают. Да вот за тем самым, что время идет, все меняется то в одну сторону, то в другую. Вчера были луга, сегодня болота, завтра озеро. Наверное, стоит по возвращении похватать таких вот заказов, пока Рик в экспедиции. Что самое обидное, темой северных островов занималась она, а отправиться туда повезло ему.

Вдвойне обидно, что это длительное путешествие. Собственно, он надеялся, что она успеет, тогда бы они провели вместе больше года, но увы. Не сложилось. Отряд, с которым путешествовала Микаэлла, задержала песчаная буря. В результате была потеряна неделя времени.

Ну да ладно, ждать осталось уже не так много, каких-то полгода, может месяцев восемь, и они снова встретятся. Можно будет утащить его в одну из таких вот поездок, когда дается тебе две недели, а по факту работы на два дня. Точнее, два дня на исследование, фиксацию, замеры.

Еще дня два или три уйдет на составление отчета, с месяц — на подготовку нового описания в официальные издания и прочую бюрократию. Но все это такие мелочи, когда можно побыть вдвоем.

Закончив последние замеры, девушка внесла результаты в таблицу. К счастью изучать обитавшую в этом краю живность ей не надо было. Достаточно указать общий магический фон, отдельно выделить темный спектр, чуть подробнее остановиться на районе кладбища.

Собственно, главные переживания были связаны с ним — вдруг в один прекрасный день, точнее ночь, поднимется нежить да доставит неприятности тому, кто решил здесь обосноваться.

Закончив работу, исследовательница вернулась к шатру, который она разбила на берегу речушки. Хорошее место. Вроде и не далеко от дороги, но спокойно тут. Птички поют, насекомые летают, белки на ветках скачут. Намеков на присутствие ырхов, хурхов и прочих опасных существ нет. Раскиданные на большом расстоянии следилки и сигналки фиксировали только зайцев, лис, да раз медведя. Даже волков не было, хотя их вой слышно было. Собственно, наличие животных и птиц в большом количестве являлось верным подтверждением того, что местность эта в целом безопасна для живых существ.

Бросив взгляд на часы, Мика задумалась, ждать ей до утра, или уже сейчас сворачивать лагерь и отправляться в гости к деду. С одной стороны, добраться до поместья она уже не успеет, с другой, можно заночевать на постоялом дворе, а утром отправиться дальше. Долго размышлять не пришлось. Погода вмешалась в планы. Утром ярко светило солнце, припекало, день обещал быть жарким. Но ближе к полудню поднялся ветер, постепенно наползли облака.

Сейчас над головой висели массивные тучи, а вдалеке раздавались раскаты грома.

Вздохнув, девушка принялась собирать имущество, оставленное снаружи, укреплять шатер, обновлять защитные заклинания. Придется задержаться в этом лесу чуть дольше, чем она планировала. Убедившись, что сама от непогоды не пострадает, она поймала свою лошадку и привязала под навесом. На всякий случай глаза закрыла повязкой, а то мало ли что привидится животинке в непогоду. Последнее, что она успела сделать до того, как первые капли дождя упали на землю — поставить защитные заклинания, чтобы лошадь не промокла и не пострадала.

На следующий день рано утром Микаэлла свернула лагерь и отправилась заканчивать работу в более комфортные условия. Дорогу после сильного дождя развезло, лошадь медленно двигалась вперед. К сожалению подходящего заклинания у исследовательницы не было. Те, что были известны магам, позволяли высушить небольшой участок поверхности, поэтому пришлось смириться. Все равно она должна успеть добраться если не до поместья, то до таверны.

Вскоре выглянуло солнце, грязь начала постепенно подсыхать. А потом они и вовсе выбрались на сухую дорогу. Вццно, накануне дождь прошел полосой, или просто тучи шли в другом направлении. Так или иначе, но Микаэлле это нравилось куда больше. Девушка пришпорила лошадку, которая с не меньшей радостью пошла трусцой по твердой поверхности.

До поместья они добрались ближе к вечеру. Дед отдыхал в саду, когда копыта лошади простучали по камням подъездной дорожки. Девушку явно ждали, потому что словно из-под земли возник слуга, принял поводья и повел животное в конюшню.

— Вот и моя красавица прибыла, — мужчина лет пятодесяти, крепкого сложения с чуть посеребрившей виски сединой пересек лужайку и сгреб Микаэллу в охапку. — Порадовала старика, порадовала. Совсем взрослой стала. Бабку с собой считаться уже заставила. Еще немного, и сама себе жениха сможешь выбрать. Или кто есть?

— Ну, так, — не стала скрывать девушка. — Я тоже рада видеть тебя, дед.

— А теперь выкладывай старику, зачем приехала. Да еще тайком от Женевьевы.

— Дед, — предприняла попытку возмутиться Мика.

— Да, дед, старше, умнее, больше многих понимаю в жизни, — он выпустил внучку из объятий, после чего жестом предложил пройти в беседку, где до этого занимался своими делами. — Сейчас ужин принесут, поговорим. А пока давай сразу о делах, чтобы потом не тратить потом на них время.

Исследовательница только усмехнулась. Сколько она себя помнила, дед всегда был таким.

Сначала быстро решить все вопросы, а потом уже приятно проводить время. В данном случае, расспрашивая внучку о поездках, личной жизни, планах на будущее.

— А что нашу бабушку связывало когда-то с де Сентанами? — когда они уселись на стол, спросила Мика.

— И с чего это, любопытная моя, у тебя этот интерес возник? — нахмурился дед.

— Ну… — девушка замялась, потом мысленно махнула рукой и рассказала, что узнала. — Ты не одобряешь, что бабуля решила пойти на мировую?

— Пффф, — он посмотрел на внучку, словно на какое-то странное существо, — вообще-то я уже давно с Ромиром на охоту хожу. Он в соседнем селе останавливается, и мы в лесу встречаемся. Ну, в таверну заглянем, кружечку-другую пивка пропустить. Если бы не Женевьева, то мы бы давно уже мировую заключили.

— Но бабушка же из другого рода, — уставилась на деда Мика. — Ей ваша вражда изначально должна быть непонятна.

— Должна, да только у нее свои счеты, — покачал головой мужчина. — До того, как нас с ней сговорили, она в старшего де Сентана влюблена была, Томаса, отца Ромира и Себастиана. Да только он с ней ночь провел, а в качестве жены ее лучшую подругу предпочел. Вот Женевьева и взъелась на весь их род. А тут такая оказия — давняя вражда двух семей. Как не воспользоваться.

— Какая прелесть, — иронии в голосе исследовательницы могло хватить на десять человек. — Получается, она не столько за тебя замуж выходила, сколько за вашу вражду.

— Вполне возможно, — пожал плечами мужчина. — В то время я об этом не думал, все-таки бабка твоя была красивой в молодости. Да и сейчас не утратила привлекательности. А много ли надо молодому мужчине? Уже позднее стал понимать, что характер у нее не самый лучший. Ну да ты и сама видишь, всех под себя подмяла. Кажется, только с тобой не может справиться, и то потому, что боится твою магию. Если бы не это, давно бы воспитала так, как хотелось.

— Дедуль, — Микаэлла на время замолчала, но потом все же решилась задать вопрос, который не оставлял ее долгие годы, — почему родители оставили меня бабушке?

— Умеешь ты вопросы задавать, — покачал головой мужчина, после вздохнул и начал рассказывать, осторожно подбирая слова. — Дело в том, что твои родители на самом деле не родные тебе. У нас с Женевьевой было двое детей. Сыновья. Близнецы. Женились они на сестрах. Род не очень знатный, но со связями. Ты была еще маленькой, когда скончалась тетка твоей матери, и родители вынуждены были отправиться на похороны. Тебя оставили с нами, поскольку ты болела, а дорога была тяжелой. Потом нам сообщили, что экипаж, следуя по дороге, сорвался в обрыв. Никто не выжил. Растить тебя стали дядя и тетя, но по нашим законам до достижения тобой совершеннолетия ты должна жить с главными опекунами, то есть со мной и бабушкой. Когда отца отправили за границу, Женевьева пыталась добиться разрешения, чтобы ты уехала с ними. Маленький ребенок мешал ее делам. Но совет отказал, предпочитая не выпускать невесту с большим приданым за пределы страны.

Повисло молчание. Девушка задумчиво водила пальцем по столу, собираясь с мыслями. Что-то не давало ей покоя, понять бы только, что именно. Но нет, никак не ухватить мысль за хвост.

— Дед, — наконец подняла она голову, — почему вы раньше мне не рассказали?

— Мы не скрывали, — покачал он головой. — Тебе года четыре было, когда все произошло. Я помню, мы с Женевеьевой долго собирались с мыслями, но все-таки решили не скрывать ничего.

Все-таки это лучше, чем объявить ребенку, будто родители уехали куда-то. Тогда бы ты переживала, что тебя бросили. Но мы не думали, что ты так все воспримешь. Нет, то, что ты плакала, говорила, будто мы тебя обманываем, это нормально. Но потом ты заболела. Бабка несколько дней от тебя не отходила. Врачи говорили, что ты уже не встанешь. Но нет, после полутора недель жара ты вдруг проснулась абсолютно здоровой. Но почему-то решила, что погибли не родители, а дядя и тетя. Видимо, что-то в твоей голове стало так думать. Врачи разводили руками, маги качали головами. Такие случаи они не могли объяснить ничем. Вот только твоя тетя, как бы ни любила тебя, не смогла взять на себя заботы о ребенке. Он постоянно винила себя в гибели сестры, и слышать, как ты называешь ее мамой, было выше ее сил. А потом Антуану предложили новую должность представителя за границей, и он согласился. В какой-то степени он даже рад был, что ты останешься с нами. Я не говорю о Риане. За какую-то неделю она потеряла и тетку, которую любила почти как родную мать, и сестру.

— Но что она могла сделать? — вырвалось у девушки.

— Говорит, могла настоять, чтобы она выехала с ними раньше, а твой отец отправился бы уже потом. Тогда у тебя была бы хотя бы мать. Но Риана отказалась ехать одна. Переубедить ее было невозможно. В этом она очень похожа на твою бабку, так что характер у тебя от обеих, такой же упрямый.

Микаэлла кивнула. Кажется, теперь все становилось на места. Она знала, что ее родители на самом деле ими не являются. Она не скучала без них так, как мог бы скучать ребенок по настоящим маме и папе. Ее не тяготило, что они уехали и оставили ее. Она все это знала, но мозг отказывался принимать факты.

— А потом вы не пытались мне сказать? — спросила девушка очевидное.

— Мы боялись, что опять повториться эта болезнь, но на этот раз ты уже не поправишься.

Женевьева так и не рискнула снова завести этот разговор. Мы решили, что пока оставим все как есть, и если ты сама захочешь узнать, тогда все и расскажем. Но ты не спрашивала, — развел руками мужчина. — Тебя баловали, позволяли почти все, пока в тебе не проснулась магия. Я не знаю, как это произошло. Ты была в саду с нянькой. Она за что-то стала тебя отчитывать, и ты очень разозлилась и то ли подожгла беседку, то ли сделала еще что-то. К счастью, никто не погиб. Понятно, мы сразу стали искать лучших преподавателей. И первое, что нам сказали, перестать баловать тебя, иначе ты не сможешь контролировать свою силу. После этого все изменилось, для тебя началась учеба.

Мика только кивнула. Да, сколько она себя помнила, у нее почти не было времени на развлечения. Только в академии им сказали, что детей магов надо воспитывать именно так, как ни тяжело родителям — полный контроль, чтобы ребенок случайно не навредил себе или окружающим. Уже потом, когда она стала старше и научилась сама контролировать свои эмоции, ей начали позволять различные увеселения.

— Ладно, дед, — девушка постаралась улыбнуться, но вышло как-то не очень убедительно, — не будем об этом. Собственно, я и так получила даже больше ответов, чем планировала.

Называется, будь осторожен с вопросами. Не всегда ответы тебя порадуют.

— Может, оно и хорошо, что ты сейчас все узнала? — подмигнул он ей. — Лучше, когда заранее все известно, чем всякие слухи за спиной.

— Это ты о чем сейчас? — Мика уставилась на деда так, словно у того начали прорезаться рога.

— Да все о том же. Ромир интересовался, как я отнесусь к тому, чтобы наши семьи, наконец, замирились окончательно и породнились. Понятно же, что речь о вас с его Рикьярдо, а не о детях Антуана и Риммы. Малы они еще для такого союза.

— И? — напряженно выдохнула девушка.

— И ничего, — буркнул дед, — я-то согласился, а вот что твоя бабка решит — неизвестно. Да и твое мнение надо бы узнать.

— Лорд де Сентан приходил к нам, — Попыталась избежать вопросов о своем мнении Мика.

Даже деду не хотелось признаваться, что они с Риком уже давно все для себя решили, а их общение далеко отошло от просто дружеского. — Не знаю, что они обсуждали, но на какое-то предложение бабушка ответила отказом. Знать бы на какое.

— Разумеется, подслушать ты не пробовала.

— Разумеется, что могла, то услышала, — парировала внучка. — Бабушка всяких штук понаставила, чтобы я не могла ни магией, ни сама услышать, что в ее личной приемной происходит.

— Ну, может оно и к лучшему. Меньше знаешь, крепче спишь, — покачал он головой.

— Это точно, — вздохнула Микаэлла. — Ладно дед, разговоры хороши, но то, что я узнала, на мой аппетит повлиять не смогло. Так что отдавай распоряжение об ужине.

Лорд де Блитц довольно ухмыльнулся, после чего дернул за шнур, другой конец которого вел в людскую. Через несколько минут появились слуги и принялись сервировать стол. Пусть поместье находилось в глуши, приборы были не из серебра, хрусталя и фарфора, это не значило, что обед должен проходить абы как.

Какое-то время хозяева молча ели. Каждому было о чем подумать. Микаэлла старалась уложить в голове то, что узнала, попутно удивляясь, почему раньше не задала такой простой вопрос — почему родители уехали, а ее оставили с бабкой. Она постоянно думала, что леди Женевьева вынудила их так поступить. Может, отец женился против ее воли, вопреки законам, вот и пришлось им оставить старшего ребенка, чтобы сохранить брак. Или она — плод связи отца на стороне. Но реальность оказалась иной. Неожиданной. Печальной. Вот только оплакивать родителей не хотелось. Правда, возникла мысль съездить на то место, где произошла трагедия.

— Дед, а где родители погибли? — когда с едой было покончено, и на столе остались только вино и закуски, спросила девушка.

— Арванкийский перевал, — выдохнул мужчина. — Но он давно уже закрыт для проезда.

Слишком часто дилижансы там падали с обрыва.

— Я не на дилижансе, — возразила девушка. — Хочу побывать там. Может, что-то смогу понять.

— Почему там гибли люди? — уточнил дед. — Было проведено расследование. Установили, что дорога там недостаточно широкая и слишком крутая, а часто стекающая с ледника вода стачивает ее в сторону обрыва. Лошади просто не могли удержать экипаж, а ограждения сбивались самим дилижансом.

— Нет, пойму себя, — возразила девушка. — Просто странно как-то ощущаю себя. По идее мне должно быть грустно из-за того, что я узнала, а я ничего подобного не чувствую. Вроде как не родители, а чужие люди.

— Потому что ты взрослая, разумная девушка, — заметил дед. — Явно не будешь обниматься с родней, о которой никогда не знала, размазывая по лицу слезы. Опять же, ты почти двадцать лет жила без них. Когда родители были нужны тебе, их не было рядом. Сейчас ты научилась жить без них, у тебя появились друзья, надо полагать, ухажер, есть мы с бабушкой, а где-то далеко те, кого ты привыкла считать родителями.

— Возможно, — не стала спорить исследовательница. — Но я считаю, что так будет правильно.

— Так я не отговариваю, — пожал плечами дед. — Ты взрослый человек, можешь сама решать, что правильно, а что нет. Просто знай, что бы в твоей жизни не происходило, я всегда на твоей стороне.

— И даже готов принять в зятья одного из де Сентанов? — прищурилась Мика.

— Желательного того, что помоложе будет, — хитро улыбнулся лорд де Блитц. — Но не самого молодого, понятное дело. Рикьярдо меня вполне устроит.

— Ну вот, — его внучка вздохнула. — Мы тут, понимаете ли, стараемся не привлекать внимание к нашим отношениям, я уже забыла, когда видела его в последний раз, а спрятавшийся в глуши дедуля давно в курсе личной жизни своей внучки.

— Так еще бы не в курсе быть, когда у меня интересуются, не против ли я буду такого зятя.

Понятно, поинтересуюсь, с чего вдруг такой вопрос вообще возникает, — внес ясность мужчина. — Не переживай, бабка твоя пока не в курсе, ее иначе будут обрабатывать. Подведут к мысли, что это наиболее удачное предложение из всех, что были сделаны до того.

Разговор с дедом успокоил и ободрил, пусть и оставил некоторую горечь. С последним Микаэлла ничего не могла поделать. Разве что остановиться и не задавать вопросы, ответы на которые не порадуют ее. Собственно, таких вопросов почти и не осталось. Почему тетя и дядя так отреагировали? А как бы сама она поступила, окажись в подобной ситуации. Почему бабушка ни разу не пыталась объяснить ей, что поступает так на благо внучки, а не по собственной прихоти? Где гарантия, что она сама захотела бы услышать то, что ей говорят? Наверное, некоторые умнеют только с возрастом. До поступления в академию девушка мечтала об одном — получить свободу от власти семьи, начать самой распоряжаться собственной жизнью. Сейчас у нее есть если не сама свобода, то ее призрак. Она выбирает, куда отправиться в экспедицию, сама решает практически все вопросы, которые ее касаются. Только один пока повис в воздухе — вопрос о ее будущем муже. Не в последнюю очередь потому, что она боится.

Юная леди де Блитц вздохнула. Ей было не страшно следить за ырхами, не страшно лазить по пещерам, своды которых могли в любой момент обвалиться, но ей до дрожи в коленях страшно подойти к бабушке и сказать, что единственный мужчина, с которым она будет жить — это Рикьярдо де Сентан. В противном случае дражайшая бабуля может заранее думать, какая каторга будет лучше для ее внучки, потому что любого другого мужчину она убьет до того, как закончится свадебный прием.

— Трусиха, — зло прошептала девушка. Лошадка, мирно трусившая по дороге, дернула ухом, после чего повернула голову и удивленно посмотрела на всадницу. Мика погладила умную морду.

— Ты хорошая. А вот хозяйка у тебя…

Девушка вздохнула. Прошло два месяца после общения с дедом. И уже пять заказов на исследование отдельных местностей. По итогам трех планировались ощутимые поправки в карты, атласы и указатели. Некоторые молодые исследователи быстро поняли, что подобные задания несут определенные перспективы и уже не так активно рвались в дальние поездки, количество заявок на которые все снижалось.

После возвращения от деда она еще раз поговорила с бабушкой. Та подтвердила все, что уже стало известно девушке, и выразила желание сопроводить ее в поездке. Но Микаэлла предпочла отказаться. Прежде всего, потому, что наметила другого сопровождающего. Долгожданное письмо пришло. Рикьярдо должен был скоро вернуться в столицу. Об этом сообщила юной леди де Блитц Джемма. Мика надеялась, что он согласится сопроводить ее.

Сейчас сама девушка возвращалась из очередной краткосрочной поездкой с небольшим отчетом о поездке для заказчика и куда более внушительной информацией для географического отдела академии. Незадолго до отъезда она имела возможность лично познакомиться с Себастианом де Сентаном, зачастившим в особняк. Лорд внимательно осмотрел юную наследницу состояние де Блитцев, и, видимо, был доволен увиденным.

Непродолжительная беседа с человеком, который должен был сыграть не последнюю роль в ее будущем, дала понять, что он всецело на их с племянником стороне. Микаэлла была рада такой поддержке. Оставалось надеяться, что обработка бабушки будет вестись активнее, потому что, по слухам, в столице ждали прибытия после очередной миссии лорда Жоста. А его посещения леди Женевьевы не заканчивались для девушки ничем хорошим. Несмотря на то, что ближайшая его родня мужского пола уже была жената, оставались дальние родственники. Пусть они не казались бабушке столь же удачной партией, как некогда племянник бывшего члена совета, мысли о родстве с этим влиятельным человеком не оставляли его.

В последний свой визит лорд де Сентан даже намекнул, что в последнее время совет не доволен лордом Жостом, поскольку он все хуже справляется с порученными ему обязанностями.

Возникала мысль и вовсе устроить проверку лояльности этому человеку, потому как есть подозрение, что он стал работать еще на кого-то. Насколько это соответствовало действительности, присутствовавшая при разговоре Мика знать не могла. Оставалось надеяться, что бабушка поверит в эти высказывания. Во всяком случае, после того, как лорд Себастиан покинул их дом, леди Женевьева молча удалилась в свою комнату, недовольно поджимая губы — верный признак того, что она не довольна услышанным.

Мика покачала головой, отгоняя неприятные мысли и стараясь сосредоточится на деле. Ей еще предстояло составить отчет, согласно которому для своих целей заказчику придется искать новый участок. Равнина, которую он считал пригодной для пастбища, за те несколько лет, что туда не заглядывали люди, ответственные за картографию и описания местности, успела превратиться в болото не в последнюю очередь из-за того, что русло реки изменило свое направление.

Для подробной информации нужна была уже хорошо подготовленная экспедиция, в состав которой входил бы природный маг. Одного исследователя, путешествующего на лошади, было мало. В крайнем случае, можно отправить на практику студентов.

Думая то об одном, то о другом девушка не сразу заметила, что уже какое-то время передвигается не одна. Чуть позади следовал еще один всадник. Самого его она не могла видеть, но расслышала стук копыт еще одной лошади. Обострив при помощи магии слух, она убедилась, что преследователь у нее всего один. Даже если это обычный разбойник, который ждет, когда закончатся поля, на которых трудились крестьяне, и начнется очередной лесок, он явно выбрал не ту жертву.

— Леди де Блитц, — раздалось позади, — вот что за дурная привычка. Если не сырой магией, то огненными шарами бросаетесь.

Микаэлла вздрогнула и обернулась. На дороге стоял, держа в поводу коня, Рик. Через считанные секунды лошадка Микаэллы уже объедала траву по обочине, а сама она обнималась с мужчиной.

— Вот уж не думал, что встречу тебя здесь, — улыбался Рикьярдо, то целуя девушку, то отстраняя на расстояние вытянутых рук, чтобы лучше рассмотреть. — Вот так просто, на дороге, где не так часто ездят люди. Думал, ты куда-то уехала.

— Вот, возвращаюсь, — дернула она плечом. — Куда-то далеко уезжать не хотела, брала мелкие заказы, там посмотреть, что изменилось, сюда заглянуть…

— Как будто нельзя в атлас посмотреть, — поморщился де Сентан. — Нет, будут исследователей гонять.

— Вот и будешь ты по полгода неизвестно где находиться, а потом приедешь в имение, задумаешь коров разводить начать, а там лягушки по пастбищу на листьях кувшинок квакают, — рассмеялась Мика. — Атлас был составлен хорошо, если сто лет назад, а природа имеет привычку меняться. У меня уже шестое изменение будет за последние два месяца. И новая статья в «Исследовательском вестнике». Так-то вот.

— Ничего, — мужчина осторожно нажал на кончик ее носа, — у меня тоже будет что опубликовать.

— Расскажешь? — тут же принялась подлизываться девушка.

— Хорошо, — улыбнулся он, — а ты мне о своих достижениях.

Оставшаяся часть пути прошла практически незамеченной. Ночью они почти не спали, стараясь восполнить долгое время разлуки. Ласки прерывались разговорами, признаниями, интересными историями, которые произошли с ними во время путешествий. Уснули влюбленные ближе к рассвету, чтобы через пару часов подняться и отправится дальше. И только в городе снова вынуждены были расстаться.

— Не хочу тебя оставлять, — тихо произнес мужчина.

Увы, даже просто прикоснуться друг к другу они больше не могли, мало ли кто случайно заметит и донесет леди Женевьеве. Рисковать, когда родня уже добилась определенных успехов, Рикьярдо не хотел.

— Надеюсь, следующая поездка будет совместной, — выдохнула девушка. — Я слишком соскучилась, чтобы так быстро отпустить тебя. Лучше не встречаться, чем увидеться и снова расстаться через такое короткое время.

— Не буду ничего обещать, — он устало потер переносицу. — Вроде у ректора было какое-то срочное задание. Кто знает, куда тебя за это время зашлют. Вдруг решат, что разведку местности могут с тем же успехом совершать и выпускники.

— В корпусе об этом уже задумались, — покачала головой Мика.

Рик предпочел оставить это заявление без комментариев. Все равно ничего путного в голову не шло. Надо было отправляться домой, отдыхать, готовить отчет, а потом уделить внимание еще и делам, которые ему поручают родители. Несмотря на то, что он выбрал для себя исследовательскую деятельность, постепенно его вводили в дела семьи. Приходилось осваивать основы управления поместьем, участвовать в переговорах отца с партнерами, присутствовать на обедах, ужинах, посещать клубы. И все это только для того, чтобы связи отца стали его связями.

Все для того, чтобы в глазах леди Женевьевы де Блитц выглядеть не богатым бродягой, носящимся по всему свету, словно вольный ветер, а серьезным человеком, способным решать серьезные проблемы. Рику это не нравилось, но выбора не было. Впрочем, ради Микаэллы он готов был пойти не только на это, но и вовсе оставить исследовательскую деятельность.

Мика с грустью проследила, как фигура мужчины скрывается в толпе, после чего повела лошадь в сторону особняка. Увы, работа была на первом месте, да и отдых не помешал бы.

Все-таки ползанье по болоту, пусть и недолгое, а потом активная ночь с любимым мужчиной, заставили напомнить о себе даже те мышцы, которые ранее не давали о себе знать. Видимо, прежде чем приступать к подготовке отчетов, надо сначала принять ванну и отдохнуть. И только потом заниматься бумажной работой.

В этот раз бабушка была дома и вышла встречать внучку.

— Как хорошо, что ты рано вернулась, — когда стандартный ритуал приветствий и объятий закончился, заметила она. — Вечером у нас будут гости.

— Бабуль, — устало вздохнула Микаэлла, — я понимаю, что это важно, но я сама хочу одного — вымыться и поспать. Не так-то просто скакать по кочкам и поваленным стволам на болоте.

— Мика, — на этот раз голос бабушки звучал строго, словно ей было лет десять, и она опять нашкодила, не понимая последствий, — ты обязана присутствовать на этом ужине. Надеюсь, ты меня услышала.

— Если это лорд Жост, — девушка заставила себя говорить уверенно, все-таки она выросла, — то я еще не вернулась.

— Это лорды Себастиан и Ромир де Сентаны, — по лицу женщины было невозможно понять, довольна она этим фактом или нет.

— Хорошо, бабуль, — устало вздохнула девушка. Пусть этот ужин был нужен и ей, отец и дядя такого же исследователя, несомненно, поняли бы ее и простили. — Я буду на ужине. Но прошу, не заставляй меня выряжаться, словно это прием на пару сотен человек.

Вопреки ожиданиям, Рикьярдо на ужине не было. Его родственники пояснили, что едва вернувшегося мага срочно вызвали в Академию. Леди Женевьева только посочувствовала родне, выразив полное понимание. Куда это годится, когда человеку даже отдохнуть не дают. Не успеет он порог переступить, а уже от него что-то надо.

Сама Микаэлла молча сидела сначала на своем месте за столом, позднее в гостиной на диване с какой-то вышивкой, которую не могла доделать уже несколько лет. Хоть бери с собой на очередное задание и коротай долгие вечера при свете магического огонька. Может, хоть тогда закончит эту работу.

— Леди Микаэлла, а вас тоже часто заставляют вот так все бросать и отправляться неведомо куда, — поинтересовался лорд Себастиан. Отец Рика предпочитал общение со старой леди. — Или к женщинам-исследователям более лояльное отношение. Расскажите немного о своей работе.

— Бывает, лорд, — кивнула девушка. — Поэтому я немного умерила свою деятельность и в последнее время отдала предпочтение незначительным заданиям, чтобы немного отдохнуть. Хотя, иной раз местность, которую нас просят проверить, меняется так, что узнать ее невозможно. В последний раз мне пришлось изрядно попрыгать по кочкам. В какой-то момент даже закралось опасение, что я вот-вот начну квакать.

Лорд улыбнулся, оценив шутку. Собственно, бабушка и лорд Ромир тоже прислушивались к этой беседе, иначе чем еще объяснить улыбки и на их лицах.

— А вы не думали, чтобы оставить эту работу, — неожиданно поинтересовался отец Рикьярдо.

— Выйти замуж, заняться семьей, домом.

— Возможно, рано или поздно, я так и поступлю, — сделав вид, что задумалась, ответила на его вопрос Мика. — Как я уже говорила бабушке, мне нужен такой мужчина, который готов отправиться со мной хоть на соседний луг, считать лютики, хоть на Северный архипелаг на пару лет. Пока я не встретила такого мужчину, разумеется, если не брать в расчет тех, с кем я училась.

Судя по всему, ответ девушки удовлетворил будущих родственников. Да и бабушка с довольным вццом кивала головой.

— Да, Мика очень хорошо обозначила, кого видит своим мужем, — с явным удовольствием произнесла она. — Знатность рода, конечно, имеет значение, но до определенного момента. Можно вести свою родословную от далеких королей или лордов, но обрасти таким количеством скандалов, что иной торговец будет смотреться предпочтительнее.

В самый разгар дискуссии, что важнее, знатность, репутация или что-то еще, в помещение вошел дворецкий и громко объявил:

— Молодой лорд Рикьярдо де Сентан желает засвидетельствовать свое почтение леди де Блитц и юной леди де Блитц.

— Проси, — немедленно распорядилась бабушка. — И прикажи слугам подать еще один чайный прибор.

Рикьярдо появился спустя пару минут.

— Прошу простить за опоздание леди Женевьева, — он поцеловал руку бабушке, — Микаэлла, — девушка просто кивнула ему, после чего Рик занял свое место в свободном кресле. — Я надеялся, что успею вовремя, но, к сожалению, в исследовательском отделе не привыкли считаться с нашими планами.

— Не стоит оправдываться, молодой человек, — хозяйка дома приветливо улыбнулась ему, — я прекрасно знаю эту кухню. Сколько раз Мика точно так же отлучалась минут на десять, а возвращалась хорошо, если в тот же день.

— Бабушка, наконец, нашла благодарных слушателей для своих жалоб, — легкая улыбка скользнула по губам девушки. — Меня дома почти нет, а больше никто не принимает ее жалобы всерьез.

— Да, — покивал отец Рика. — Когда начинаешь сетовать, что сына постоянно нет дома, поручить какие-то нужные мелочи некому, остальные только хмурятся и говорят, чтобы я запретил ему участвовать во всех этих экспедициях. Словно это возможно.

— И не говорите, лорд Ромир, — поддержала его хозяйка дома.

Мика только закатила глаза. Началось. Рик осторожно ей подмигнул. Главное, найдена общая тема для разговоров и возмущений. Глядишь, одна, другая беседа, и точки соприкосновения будут находиться все чаще и в большем количестве. Девушка чуть заметно склонила голову в ответ. Этот безмолвный разговор остался незамеченным.

Поняв, что старшим сейчас не до молодых, девушка осторожно прокашлялась. Бабушка тут же повернулась в ее сторону.

— Прошу прощения, но, если наше присутствие здесь не обязательно, — произнесла она делано скучающим голосом, — думаю, я могу показать Рикьярдо сад?

То, как была произнесена фраза, опущен титул гостя, заметили все. Это лишний раз напомнило, что дети давно знакомы, и между ними выстроились иные отношения, нежели между их старшими родственниками. Может, они и не стали друзьями, но все великосветские условности давно перестали быть важны. Да и не нужны эти титулы и вежливые обращения, когда тебе срочно надо позвать на помощь или предупредить об опасности. Поэтому леди Женевьева только кивнула.

— Идите. Только возьми шаль, в саду похолодало.

— Бабушка… — рассмеялась Мика, качая головой. Ну какая шаль, когда она давно привыкла путешествовать в любую погоду.

Леди только махнула рукой в сторону двери.

Выйдя в сад, девушка выдохнула.

— Опасность на время миновала, — попытался пошутить Рик.

— Хорошо, что многое в нашем общении списывается на совместную учебу, — покачала она головой. — Иначе бабушка могла бы заподозрить что-то.

— В таком случае не будем будить ее подозрительность, — решил мужчина, подавая руку избраннице, чтобы помочь спуститься по лестнице в лучших традициях высшего общества.

— Так будет лучше, — согласилась Микаэлла. — Я не знаю, кто из слуг шпионит за мной, чтобы докладывать ей. А рисковать не хочется.

— В таком случае, ты просто покажешь мне сад, а потом мы устроимся на открытой всем возможным свидетелям лавочке, я расскажу тебе о своих поездках, ты мне о своих, — предложил Рикьярдо.

Так они и поступили. После непродолжительной прогулки по тропинкам, на которых их могли видеть или из особняка, или случайно выйдя на улицу, они устроились практически под окнами одной из гостиных и обсуждали последние поездки, делились открытиями, вспоминали друзей по академии. Отбыл мужчина вместе с отцом и дядей.

Микаэлла вернулась в дом и хотела распорядиться, чтобы ей принесли чай, когда бабушка позвала ее в свою приемную.

— Знаешь, а этот молодой человек очень даже ничего, — заметила она, когда слуги расставили приборы и чашки, разлили напиток и удалились. — Мне он понравился куда больше остальной его родни. Уверенный, спокойный, чувство юмора ему не чуждо.

— Бабуль, ты на что сейчас намекаешь? — нахмурилась Мика.

— Я не намекаю, я прямым текстом говорю, что ты можешь не скрываться, когда общаешься с младшим де Сентаном, — строго произнесла леди Женевьева. — Я навела справки. Он очень перспективный исследователь. Собственно, вы с ним стоите друг друга в профессиональном плане. С такими людьми надо дружить, а не враждовать, чтобы потом не возникло неожиданных проблем.

Девушка мысленно выдохнула. Вот оно что. Бабушка сейчас говорит о полезных связях, а не о возможной свадьбе. С одной стороны, жаль. С другой же, оно и к лучшему. Хуже, когда начинаются намеки на какие-то отношения с практически незнакомым мужчиной. В таком случае разговоры о свадьбе начинаются быстро, но не менее быстро заканчиваются, стоит всплыть малейшему намеку на скандал.

— Мы умудрились преодолеть семейное противостояние и стать друзьями, — заметила девушка. — Равно как с Ларой, Налой, Джеммой, Томом, Рональдом, другими однокурсниками.

Леди Женевьева кивала. Да, внучка общается с людьми не их круга. Пришлось собирать информацию и о них. Все достаточно сильные маги, талантливые исследователи, не бояться браться за трудные дела. Внучка может им доверить свою жизнь. Жаль, в свое время она так поступила с семьей Тома. Но что делать. Прошлого не вернуть, иначе она бы поступила иначе.

Хорошо, что этот молодой человек согласился принять и выслушать ее. Леди де Блитц не пристало извиняться, но иногда приходится это делать. Кто бы что ни говорил, мало ли как прошлое скажется на ее внучке. Не хотелось бы, чтобы ей стали мстить через Микаэллу. Ничего, иногда надо уметь признавать ошибки и находить в себе силы лично просить за них прощения.

Даже если простили ее только на словах, все равно между сторонами было заключено подобие нейтралитета. Во всяком случае, этот мужчина, Том, не собирался никаким образом вредить ее семье. Этим однокурсники ее внучки выгодно отличались от большинства аристократов.

— Бабушка, да ты меня совсем не слушаешь, — воскликнула Мика, обнаружив, что даже несколько фраз явно по другой теме прошли мимо ушей родственницы.

— Прости, милая, задумалась, — быстро нашлась леди Женевьева. — Что ты говорила? Повтори, пожалуйста.

— Я говорила, что в исследовательском корпусе мне сделали два предложения, — произнесла девушка. — И там и там хотят, чтобы за дело взялась именно я. Одно рассчитано на два месяца, надо будет обследовать несколько пещер, убедиться, что они не грозят обвалами. Все бы хорошо, но я не любительница подземных работ. Для этих целей куда больше подошел бы маг земли. И, поговаривают, что там нестабильное магическое поле. Второе на три месяца, оно интересное, но придется отправиться на север. Вот я и думаю, померзнуть или забираться под землю, где не бывает морозов, зато бывают обвалы и прочие неприятности.

— Если бы я была на твоем месте, — пожала плечами леди де Блитц, — то согласилась бы на второе предложение. — Опять же, ты разрабатывала северную тематику несколько лет. Пусть это не острова, но ты хорошо знаешь, что нужно для этой экспедиции, кого надо звать с собой, и много чего другого.

— Это да, бабуль, — Мика вздохнула. — Вот только оплата работы идет большей частью по получении отчета. А на снаряжение, оплату другим магам, проводникам, ту же дорогу, надо много денег.

— Ну, это как раз не проблема, — улыбнулась бабушка. — Побуду разок меценатом. Пусть этот заказчик, как с вами рассчитается, выплатит мне половину затраченной суммы.

Микаэлле хотелось сказать, что меценаты действуют полностью бесплатно, но предпочла промолчать. Раз леди готова вернуть половину суммы, надо пользоваться моментом и выезжать.

Жаль, вновь не получится отправиться с Риком. Там какой-то опасный заказ, и берут только мужчин, причем после специальной боевой подготовки.

— Скорее бы ты уже отработала свои обязательные заказы и смогла больше времени бывать дома, — вздохнула бабушка. — Ведь мечтала когда-то, как будешь блистать на балах, танцевать с красивыми мужчинами…

— А вместо этого привлекаю взгляды комаров, блистаю в диких лесах, а вместо танцев ползаю на пузе, — закончила за нее девушка. — И, что самое странное, мне это нравится.

Леди Женевьева внимательно посмотрела на внучку, но предпочла промолчать. Прежде всего, чтобы не начинать ссору. Переубедить Микаэллу не получится, более того, с девчонки станется собрать сумку да исчезнуть на полгода, если не на год, отправившись изучать неведомые земли или искать новый континент. И ведь найдет. Упрямством она явно пошла в свою бабушку.

— Ладно, бабуль, пойду я, — девушка поднялась и потянулась. — Все-таки день этот оказался долгим. Пусть я и смогла немного передохнуть, но этого было мало.

— Иди. Завтра опять эти твои отчеты, бумаги, — махнула рукой женщина. — И зачем только я позволила тебе поступить в академию.

Последнюю фразу девушка оставила без внимания. Бабушка сетовала на это так часто, что высказывание стало сродни семейной шутки. Понятно же, что ничего не изменить, а бабушка в какой-то степени переживает за ребенка, у которого нет никого, кроме нее и деда. Особенно, когда этот ребенок мотается по белу свету неизвестно где, подвергаясь всевозможным опасностям.

Северная экспедиция, благодаря помощи леди Женевьевы, оказалась на редкость хорошо подготовлена. Собственно, заказчики, поняв, что юная исследовательница хорошо понимает, куда отправляется, и не сопротивлялись. Куда больше их смущало, что придется выплатить ее бабушке половину суммы, вложенных в экспедицию, но действительность оказалась не такой страшной.

Убедившись, что никто не пытается нажиться на них, владельцы выдохнули и с радостью согласились и нанять еще одного мага стихийника, и взять пару наемников, и, даже, несколько разнообразить рацион путешественников.

Сама Микаэлла немного волновалась, но старалась подготовиться к сложным условиям как можно лучше. Наверное, только поэтому все и проходило не просто удачно, а более чем идеально.

Возможно, впервые за долгое время поездка на далекий северный архипелаг обошлось без происшествий. Не только люди, но и собаки, к подбору которых тоже подошли основательно, чувствовали себя великолепно. А задачи, поставленные организаторами, удалось выполнить много быстрее.

Единственное, что пошло не по планам — с возвращением пришлось повременить. Несмотря на то, что в группе был еще один маг, они ничего не могли сделать с сильным южным ветром, который не давал кораблю покинуть импровизированную гавань. Приходилось ждать, когда же все-таки ветер изменится, и можно будет, наконец, отправиться домой. Люди не переживали, потому что верили в мага-исследователя, девушку, показавшую себя профессионалом во всем.

Сама же Мика нервничала. Запасы воды у них были неограниченны, а вот с продовольствием могли возникнуть сложности. А ветер не хотел меняться.

На счастье, такое положение дел длилось не так долго, как опасались все участники экспедиции. Уже к концу второй недели ветер начал меняться. Корабль тут же покинул гавань и взял курс на юг. Через три дня, словно стараясь компенсировать потерянное время, ветер стал еще сильнее, и корабль на полных парусах нес людей к дому. Микаэлла, пользуясь тем, что от нее больше ничего не зависит, готовила отчеты, чтобы как можно меньше времени тратить на них и позволить себе отдохнуть хотя бы пару недель перед следующей поездкой.

Девушка признавалась себе, что успела достаточно намотаться и по стране, и по ряду малоизученных мест, попасть куда уже считалось подвигом. Хотелось остановиться, хотя бы на время, успеть узнать, что произошло нового за то время, что ее почти и не было в столице, пообщаться с друзьями, разобраться, наконец, с личной жизнью, с тем, что твориться в семье.

Корабль качнуло. Мика покачала головой. Ветер разыгрался. Как бы ни пришлось спускать паруса, чтобы не изорвало. Только шторма не хватало для полного счастья. Она выглянула наружу в небольшое оконце. Вроде, все в порядке, солнце светит. Пока в порядке, тут же поправила она себя. Сейчас солнце, а через полчаса небо затянет тяжелыми тучами, ветер будет сдувать людей с палубы, а волны переливаться через кораблик. Отложив караццаш, исследовательница поспешила наверх. Надо было проверить, все ли в порядке, не остались ли там какие важные пробы.

— Что, магиня, — приветствовал ее капитан, — порядок проверяешь? Не бойся, у нас все четко.

Все ваши вещи давно в трюме разместили.

— Спасибо, — кивнула девушка, осторожно перемещаясь по палубе. — А что про погоду скажете?

— А что о ней сказать можно, — довольно попыхивая трубочкой, мужчина чуть повернул штурвал, — хорошая погода. По осени в этих широтах часто ветры бывают. Быстро до дома домчимся. Словно и не стояли в бухте, пока штиль был.

— Как бы ураган не начался? — Микаэлла вглядывалась в пока еще ясное небо, на котором лишь кое-где проплывали полупрозрачные облака.

— Не успеет, — мужчина вытащил изо рта трубку и показал ею в сторону небольшого пятнышка на горизонте. — Вон он идет, да только не на нас, а чуть в стороне. Нет, понятно, что и нас слегка заденет, но ребята давно все паруса поставили, чтобы мы заранее выйти успели.

— Спасибо, — исследовательница кивнула. — Пойду, отчеты ждать не будут.

Капитан кивнул. У каждого своя работа: ему кораблями с командой управлять, исследователям сначала изучать разные уголки света, потом расписывать, что они там нашли.

Сколько из них начинали с того, что обследовали берега, обнаруживали мели и рифы. Сколько исследователей становилось со временем моряками, чтобы самим бороздить водные глади, изучая, открывая, помогая другим.

Микаэлла вернулась к своим бумагам. Раз капитан обещал, значит, непогода их заденет самым краем. И все равно, хорошо бы оказаться как можно дальше от его центра. Но просить мага, сопровождавшего их, воздействовать на корабль, девушка не стала. Кто знает, как бы хуже не стало. А если потребуется, они вдвоем будут оберегать хрупкий транспорт от ветра и воды.

Капитан не обманул. Ураган задел их самым краем. К вечеру небо затянуло тучами, и пошел сильный дождь. Качка стала немного сильнее, но люди могли спокойно ходить по коридорам.

Только выходят на палубу, обвязывались веревками на всякий случай. Да все, что могло причинить травму, убрали в сундуки. На ужин те пассажиры, кого не измучила качка, получили жаркое в глубоких оловянных мисках вместо привычной сервировки, да вместо вилок и ножей обычные ложки. Но спорить и возмущаться никто не стал, поесть бы да в каюты вернуться.

Кто чем занимался, Микаэлла не выясняла. Сама она лежала в гамаке, подвешенном к потолку, предпочтя его койке, и в свете магического огонька читала книгу. Это был тот редкий момент, когда от нее ничего не зависело, заниматься писаниной не позволяла ситуация, и можно было отдыхать. Вот только девушка все равно сохраняла бдительность, вдруг придется выходить наверх и накрывать корабль куполом.

Но уже началась ночь, качка начала ослабевать. Помощь магов не потребовалась. Ураган бушевал позади, а команда и пассажиры одинокого кораблика мысленно возносили благодарность богам за то, что им не пришлось испытать на себе всю свирепость осенней непогоды. Девушка мысленно пообещала себе, что больше никогда не будет соглашаться на подобные экспедиции с отправлением в середине лета. Только весной, как только в северных морях открывается навигация. А еще лучше, чтобы это был не один корабль, а два-три, и с зимовкой. Почему-то невозможность подобной экспедиции ее в тот момент не смущала, равно как сопряженные с нею опасности и тяготы.

Беспокойство по поводу погоды оказалось напрасным. Уже утром распогодилось. Светило солнце, лишь чуть более густые, чем накануне, облака. Это радовало всех, поскольку солнце припекало ни на шутку. Мика, закончив готовить отчеты, лежала на палубе в гамаке, и то дремала, то просто наслаждалась путешествием. В кои-то веки ей не надо было никуда бежать, ничего проверять, продумывать, готовить. Все бумаги написаны, разве что переписать их на берегу, без качки, нормальными чернилами. Остальные участники экспедиции брали пример со своего лидера и тоже отдыхали.

Девушка старалась не думать, что может ждать ее дома. Рикьярдо уехал на пару дней раньше, чем она, и будет отсутствовать еще несколько месяцев. До конца отработки ей надо было провести в поездках еще не меньше двухсот дней. Так что Микаэлла просто думала, куда ей выгоднее будет отправиться. Все-таки зимой заказов было много меньше. А те, что предлагались, или рассчитывались на более долгие сроки, или подразумевали безумную сложность, подходящую для опытных исследователей.

В подобных размышлениях прошло три дня, а утром четвертого матрос, сидевший в вороньем гнезде на мачте сообщил, что видит землю. Путешествие подходило к концу. Исследователи отправились по своим каютам собирать вещи. Очередная экспедиция подошла к своему завершению. Пусть на этот раз в самом деле не было ничего сложного, все равно по ходу возникло много мелких неприятностей. Оставалось выдохнуть и забыть о них, словно о надоедливых мухах, которые исчезают по осени.

На причале корабль уже встречали. Микаэлла только удивлялась, откуда о возвращении корабля стало известно не только заказчикам, но даже леди Женевьева.

— А ничего удивительного, леди магиня, — улыбнулся капитан, попыхивая своей трубкой, — с башен море далеко просматривается. Вот и заметили наше приближение. А дальше — дело техники. Сопоставить сроки, кто должен был прибывать в порт, сличить паруса. Вот и засуетились. Понятно, заказчикам сообщили, ну и вашей бабушке из уважения к вам.

Девушка рассеяно кивнула. Ну да, от тех, кто дежурит на смотровых площадках, не укроется ничто. Пусть страна сейчас умудряется поддерживать политику, когда ни с кем нет конфликтов, но где гарантия, что кому-то не придет в голову напасть на внешне слабого соседа. Понятно, что уже через пару недель обнаружится, что внешне слабый сосед внезапно выставляет одну из сильнейших армий, костяк которой составляют маги, но рисковать никто не хочет.

Корабль медленно приблизился к причалу. Якорь медленно лег на дно. Матросы перебрались на настил, крепили канаты. Пассажиры уже собрались на палубе и ждали, когда можно будет сойти на землю. Микаэлла стояла немного в стороне, рассматривая толпу встречающих. Сразу бросались в глаза заказчики, многие родственники как исследователей, так и экипажа. Экипаж де Блитцев стоял в стороне, но кроме кучера никого видно не было. Наверное, бабушка просто прислала его встретить внучку.

Когда на причале стало свободнее, исследовательница взяла свою сумку и направилась к экипажу. К ее удивлению, бабушка прибыла, чтобы лично встретить ее. Один этот факт заставил девушку насторожиться. За все время, что она провела сначала в академии, а после в поездках, это был второй раз, когда леди Женевьева приезжала лично. Первый раз, чтобы забрать внучку из академии по окончании учебы.

— Бабушка, — удивилась Мика, — вот уж не ожидала, что ты решишь приехать.

— Я не могу встретить внучку после долгого путешествия? — прищурившись, посмотрела на нее женщина.

Девушка предпочла промолчать. Только когда экипаж тронулся, леди де Блитц вновь заговорила.

— Лорд Жост прибыл в столицу.

— Да? — на этот раз Мике пришлось постараться, чтобы не выдать удивления. То, что она успела узнать, подразумевало, что бывший член Совета Пяти предпочтет оттянуть свое возвращение хотя бы на пару лет, чтобы улеглись все слухи о его финансовых махинациях.

— Увы, — покачала головой бабушка, — его жена недавно скончалась после долгой болезни.

Бедняжка, она так измучилась. А разлука с мужем только усугубила ее положение. Ну да уже все, отмучилась.

Микаэлла только вздохнула. Она не была лично знакома с этой леди, но сама новость означала одно — в столице появился еще один жених. Пусть в летах, и на него откроют охоту, прежде все, старые девы и вдовы, но слишком часть лорд бывал в их доме.

— Да, это большая утрата, — осторожно заметила она. — Надеюсь, вы сказали лорду, что я сочувствую ему.

— Разумеется, моя дорогая, — покивала бабушка.

— А как давно это произошло? — на всякий случай решила уточнить девушка. Вдруг им придется присутствовать еще на каких-то принятых в свете траурных мероприятиях, вроде дня поминовения или обязательного собрания на кладбище через пятьдесят дней после похорон.

— Почти сразу после того, как ты уехала, — сообщила леди Женевьева, и Мика порадовалась, что все обязательные мероприятия прошли без нее. Теперь траур лорда был не столь глубоким.

Пусть ему еще нельзя было появляться на балах и приемах, он мог посещать небольшие вечера, скромно отмечать семейные праздники, наносить визиты. Главное условие — никакой пышности и большого скопления народа, только близкие друзья и родственники.

— Жаль, я лично не смогла поддержать лорда, — путь это было не так, но приходилось вести игру на публику в лице одного зрителя — бабушки.

— Ничего, — успокаивающе произнесла женщина, — ты еще сможешь лично все сказать ему.

Сегодня вечером лорд ужинает с нами. И я прошу тебя, отложи свои поездки в академию до завтра. Сегодня вечером ты должна быть дома.

Последнее было сказано таким тоном, что спорить не хотелось. Вот только по спине пробежал холодок. Мика слишком хорошо знала эти интонации, чтобы не сомневаться, вечером ее ждет неприятная новость. Мысленно она взмолилась, чтобы заказчики попытались вьввать ее. Тогда бы можно было пригласить их обсудить все вопросы в особняке де Блитцев, и все бабушкины новости можно отложить на время.

— И чтобы я не видела этого обреченного выражения лица, — не удержалась от комментария леди.

Ее внучка только кивнула.

Остаток пути прошел в молчании. Когда карета подъехала к дому, Микаэлла первой выбралась наружу, проигнорировав помощь дворецкого, и отправилась в дом. В комнате ее уже ждали чистое платье на вечер и пижама для отдыха. Пусть на этот раз исследовательницу и не тянуло в сон, она все равно переоделась после мытья и юркнула под одеяло. Таким образом, для всех она отдыхает, бабушка точно не сунется к ней с очередными нравоучениями, да и прислуга не станет беспокоить.

Свернувшись клубочком под одеялом, Мика напряженно думала, анализировала услышанное и пыталась понять, что ее может ждать. Судя по всему, выходило нечто не самое приятное.

Ну почему лорд Жост не забрал свою жену с собой. Умерла бы она благополучно где-то там, и не было бы таких проблем. С другой стороны, все знали, что отношения у них давно остыли, если было чему остывать. Леди почти все время проводила в загородном особняке, ее муж позволял себе все, что угодно, в рамках допустимого светом. Были и любовницы. А уж что было, пока он находился за границей, отдельный вопрос.

Жаль, что леди скончалась. Пусть это будет корыстная, эгоистическая мысль, но Мике прежде всего было ее жаль в свете того, что лорд и вовсе поселится в их доме. И неизвестно еще, что может прийти в голову бабушке. Ведь совсем недавно обработка ее де Сентанами шла успешно. Но то старые враги, а тут старый друг.

Девушка мысленно простонала. Жаль, что Рик уехал. Так у нее был бы повод пообщаться с ним, пусть даже как коллега с коллегой. Сейчас же просто так прийти в их дом возможности не было. Она пока никто. Все, что можно — просто узнать, не было ли от Рикьярдо новостей, и когда он должен прибыть в столицу. Остальные вопросы, тем более просьбы выходят за пределы допустимого. Не важно, что его родители знают если не всю правду об их отношениях, то большую ее часть, она в их доме никто.

Надо думать, что делать, как быть дальше. Потому что ужин не сулил для девушки ничего хорошего. Жаль, не сказаться больной. Можно было бы избежать многих неприятных моментов.

Сейчас же придется сидеть, качать головой, сочувствовать, изредка вставлять пару слов по теме разговора, выражать сочувствие.

— Как же противно, — прошептала она, — И ничего не сделать.

Увы, даже если бы сейчас в дом прибыл посыльный из академии, он бы не смог спасти исследовательницу от предстоящей пытки. В лучшем случае, его бы не пустили на порог, просто забрали бумаги и отправили обратно, в худшем беднягу выволакивали бы из дома охранники.

За такими невеселыми размышлениями наступил вечер. Служанка постучала в комнату, после осторожно вошла. Микаэлла вынуждена была выбраться из кровати. Сначала умывание, потому как девушка умудрилась пригреться и задремать, потом переодевание к ужину и прическа.

Последнее не радовало исследовательницу. Она чувствовала себя скорее жертвенным поросенком, нежели внучкой хозяйки дома. Но выбора не было. Оставалось в очередной раз пожалеть, что лорд Жост не покинул столицу раньше. И что она не должна была сразу по возвращении, сдав бумаги в отдел, отправляться в новую поездку, как делали многие другие исследователи.

Когда служанка закончила свою работу, Мика бросила взгляд в зеркало. Отражение было непривычным. На нее смотрела юная леди, утонченная, нежная, хрупкая. Никто бы не поверил, что эта самая девушка может неделями ползать по полям или лесам, по уши в грязи, ругаться так, что извозчики прекращают перебранки и начинают старательно записывать, а тому, кто решит напасть на эту красоту, не поздоровится.

Лорда Жоста еще не было, когда Мика спустилась вниз. Леди Женевьева внимательно осмотрела внучку, и не нашла к чему придраться. Даже украшения были выдержаны строго в соответствии с требованием момента. Единственное, что немного нарушало эту гармонию — печатка выпускника на указательном пальце левой руки. Но с этим ничего нельзя было поделать.

Это кольцо носили не снимая. В него была заложена вся информация о владельце, и при несчастных случаях оно служило идентификатором для своего обладателя.

— Даже не верится, что эта красавица и есть моя внучка, — довольно произнесла женщина. — Жаль только, что тебе еще надо отрабатывать почти год. Так бы хотелось, чтобы ты уже в этом сезоне начала появляться на вечерах и балах.

— Думаю, многие будут долго вспоминать, кто такая Микаэлла де Блитц, — усмехнулась девушка. — Все-таки круг моих знакомств несколько иной. Более того, те, в чьи дома ты вхожа, вряд ли обрадуются мне.

— Ничего, дорогая, — ободряюще улыбнулась леди Женевьева, — это не самое страшное. Ведь с тобой буду я, ну и твой муж, разумеется.

— Что? — Мика пошатнулась и только чудом успела схватиться за спинку кресла. — Какой муж?

— Ну что ты так переживаешь, дорогая, — ее бабушка опустилась на диванчик, и девушке ничего не оставалось, как последовать ее примеру и сесть в кресло напротив. Тем более, ноги неожиданно задрожали. — Отработок тебе осталось примерно на год, а это не такой большой срок, чтобы мужчина отказался провести с тобой время, пусть даже вой поездки далеки от комфортных. Ну и потом он не запретит тебе заниматься любимым делом. Разумеется, придется немного сократить время нахождения не дома, но я подозреваю, что ты и сама будешь этому рада.

— И вы, леди, вот так говорите об этом, — возмутилась девушка, — просто ставите меня перед фактом, не подумав о том, чего хочу я.

Поднявшись, Мика нетвердой походкой вышла из помещения, с трудом поднялась по лестнице и дошла до своей комнаты. Только заперев изнутри замок и наложив пару заклинания, девушка позволила себе со стоном упасть на кровать. Ну, как так могло получиться, что бабушка все-таки оттает ее этом противному Жосту. Ведь, казалось, что все на их с Риком стороне. И его родители не против их отношений, и самой бабушке он понравился. И что теперь? Все усилия последних двух лет пошли прахом, стоило появиться этому противному типу?

Девушка вздохнула. Нет, сам по себе лорд Жост не был ни уродом, ни стариком. Да, под пятьдесят, но выгляди он моложе. У него есть деньги, определенное положение, связи. Даже, несмотря на все обрушившиеся на него проблемы, он все равно умеет производить впечатление на людей. Видимо и бабушку он умудрился очаровать, и с тех пор не выпускает из-под этих чар.

Или приворожил. Кстати, стоит проверить этот вариант. Всякое может быть.

Но делать надо что-то и как можно быстрее. Пока о помолвке не сообщили, еще есть шанс избежать ненавистного брака с минимальными потерями. Как только газеты опубликуют эту информацию, уже ничто не поможет. Разве что скацдал. Или побег.

Последнее слово натолкнуло девушку на определенные мысли. В самом деле, если не останется шансов на спасение, она просто сбежит. Отправится в первую попавшуюся длительную экспедицию. Желательно туда, где ее не найдет только кто-то из коллег. Как раз ей еще дней двести отрабатывать, ну чуть больше. Можно будет на год отправиться куда-нибудь. А потом рвануть к дяде с тетей, и отсидеться у них до полного совершеннолетия.

Приняв пусть и сомнительное, но хоть какое-то решение, Микаэлла заставила себя подняться с постели, снять платье и украшения, смыть макияж и распустить прическу. Жаль, что труды служанки пропали даром, но она придумает, чтобы отблагодарить ее.

На следующий день, когда Мика проснулась, леди Женевьевы в особняке уже не было.

Дворецкий передал, что она отправилась по каким-то своим делам и пробудет в разъездах до вечера. Именно это девушке и было нужно. Она собралась, взяла подготовленные еще на корабле отчеты, и тоже отправилась по своим делам. Первым пунктом в ее маршруте значился дом семейства де Сентан.

Чем ближе девушка подходила к дому семьи Рика, тем больше волновалась. А вдруг его нет дома, вдруг вообще никого нет. Пусть сейчас уже глубокая осень, но где гарантия, что его родители не уехали куда-то по своим делам или просто не отправились в загородное имение до начала зимнего сезона.

Вопреки опасениям, в особняке кто-то был. Даже если это всего лишь слуги, решила для себя Мика, она может просто узнать, когда молодой лорд де Сентан вернется в столицу. Уж это они должны знать. Если же никто ей ничего не скажет, она будет проверять переписку, а если письма от Рика не будет, придется искать тех однокурсников, кто в это время еще находился в столице.

Та же Джема может знать хоть что-то. Том поддерживал общение с Рональдом, а тот всегда был в курсе местонахождения всех исследователей их выпуска. Даже если сам только что вернулся из очередной поездки.

До двери особняка Микаэлла дойти не успела. Ее окликнула женщина сорока с небольшим лет, расположившаяся в уютной беседке возле дома.

— Вы к кому?

— Простите, — девушка немного сменила направление и по аккуратной тропинке подошла к беседке. — Мне нужен Рикьярдо де Сентан. Я его бывшая однокурсница, хотела обсудить с ним пару вопросов.

— А Рикьярдо нет, — покачала та головой. — Он несколько дней назад отправился в очередную свою поездку. На этот раз на долго.

— И когда его ждать, хотя бы примерно, — поспешила уточнить Мика прежде, чем к ней потеряют интерес.

— О, не раньше чем через год, милая.

— Спасибо.

Исследовательнице стоило больших усилий развернуться и спокойно покинуть этот участок.

Рика нет, и вернется он не скоро. Ее надежда решить вопрос со свадьбой, прибегнув к помощи любимого мужчины, умерла. Ноги сами собой направились к зданию академии.

— Мика, не знаю, говорили тебе это, или нет, но ты точно сдурела, — Том поднялся и нервно заходил по комнате. — Это надо было додуматься, отправиться в Товердор. Да там уже столько человек сгинуло, а все, чего добились — небольшое поселение, оно же базовый лагерь.

Магический фон нестабильный. Да случись там с тобой что — никто и не узнает. Даже наши печатки не помогут.

— Возможно, да, с головой у меня не в порядке, но только там я могу быть уверена, что бабушка с ее маниакальным желанием выдать меня замуж, не доберется до меня, — всхлипнула девушка.

— Может, стоит поговорить с ней? — предположил ее приятель. — Спросить, кто, что, куда. А то ты услышала о свадьбе, а больше ничего и не узнала. Вдруг это все-таки Рик. Не зря его семья так окучивала ее столько времени.

— Сразу видно, что ты не знаешь мою бабушку, — Мика постаралась хоть немного успокоиться. — Во-первых, раз она не сказала ничего сразу, значит, не скажет до последнего момента. Ну и это точно не Рик, потому что он уехал, и вернется не скоро. Это я уже точно узнала. Я ходила к нему, хотела поговорить, сказать, что произошло.

— И? — нахмурился исследователь.

— И ничего, — выдохнула девушка, потом взяла небольшую паузу, чтобы голос не дрожал так сильно. — Мне сказали, что его нет. Он уехал где-то на год. Даже если предположить, что результаты будут получены раньше, ну месяцев девять-десять. Только мне от этого не легче, моя свадьба раньше состоится.

Том нахмурился. Да, Рикьярдо как-то говорил, что планирует одну интересную поездку. Но не уточнил, когда. А письма этот великий конспиратор отправляет или когда они отправляются в путь, или, если таковое возможно, из последнего порта. Спрашивать в исследовательском отделе, куда отправился тот или иной человек, смысла нет. Чаще всего они не рассказывают об этом на тот случай, если изначально у заказчика была договоренность с другим магом, но потом они решили все переиграть.

— А что ты скажешь своей бабушке?

— Скажу, что мне нет смысла сццеть дома все время подготовки, а месяц-другой поездок только сократит пытку для моего будущего мужа.

— В общем, я отправлюсь с тобой, — неожиданно заявил Том.

— Я не знаю, насколько это возможно, — замялась Микаэлла.

— Вообще-то в такие поездки требуется трое исследователей. И еще не меньше пяти магов, трое из которых боевые.

— Хм… — исследовательница постаралась вспомнить, что ей говорили о предполагаемом составе группы. Вроде как еще одного исследователя они планировали пригласить, но всего получалось пять магов. — Знаешь, лучше не надо. Оставайся с Джеммой. Ты нужнее семье.

— Я нужнее тебе, — безапелляционно заявил маг.

Спорить у Мики не было сил. Да и хотелось, чтобы рядом был хоть кто-то из знакомых.

Сделать с этим эгоистическим желанием она ничего не могла. Может, в иной ситуации, попыталась бы. Но не сейчас. К тому же ей нужен был кто-то, кто лучше разбирается в болотистой местности. Сама она, хоть и побывала в разных местах, упор в подготовке делала на умеренные и северные широты. Том же занимался юным направлением. Вдвоем они должны справиться, пусть наниматели и пытались сэкономить на подготовке экспедиции. Так что она плавно перевела разговор на подготовку к поездке.

— И все равно я не понимаю одного, — когда был готов список необходимого на поездку, решил уточнить Том, — как именно ты будешь уговаривать бабушку отпустить тебя. Ведь подготовка к свадьбе отнимает много времени.

— Ничего, прццумаю, — девушка и сама не очень четко представляла себе это. — Главное, пусть мерки для платья снимут. А все остальное мне и не доверят организовывать. Так что как-нибудь найду подходящие аргументы.

Маг только кивнул. Дальнейшие вопросы прервал приход почтальона. Мужчина поспешил забрать письма, часть которых предназначалась и Микаэлле.

Девушка перебирала конверты, пока не нашла один, который хотело получить больше остальных.

— Странно, — задумчиво произнесла она. — Почерк вроде как Рика, а вроде и нет.

— Открой, — посоветовал Том. — Вдруг с ним что-то случилось.

«Мика, — значилось в письме. — Мне предложили очень выгодный контракт, так что я уезжаю на год или больше. Передай тем, кто не в курсе, чтобы не волновались. Пишу в седле, потому что времени почти не было. Кому успею, тем еще напишу. Удачных исследований».

Точно такое же письмо получил и Роджерс. Слово в слово, разве что имена были иными.

Друзья удивленно переглянулись.

— Не похоже на него, — заметил маг. — Обычно Рик подробно рассказывает, куда он отправился, когда будет, что будет делать.

Мика кивнула. Да, Рикьярдо всегда подробно расписывал свои планы. Практически, мини доклад делал на всякий случай, чтобы его можно было легко найти, если возникнет такая необходимость. Кто славился краткостью, так это Лара, и то растягивала письма хотя бы на страничку. Здесь же была скорее отписка.

— С другой стороны, он пишет уже в пути. А на коне не так-то удобно этим заниматься.

Возможно, подробности будут, когда они остановятся в каком-нибудь городе, если он будет на пути, — предположил Том.

Мика только покивала. Одно оставалось неизменным. Рик уехал. Уехал на долгий срок. А это письмо, составленное по единому шаблону… Да, они всем писали одинаковые письма, но друг другу чуть теплее, позволяя несколько лишних ласковых слов. Хотя, кто знает, может, нет возможности написать как обычно. Иногда такое бывало. Она уже получала пару писем, но потом ее любимый всегда объяснял, почему не мог составить текст иначе. Сейчас же мужчина уехал, и бабушка решила воспользоваться его отсутствием в своих интересах. И не важно, будет ее мужем надоедливый прилипала Жост или кто-то другой. Микаэлла де Блитц не собиралась выходить замуж за человека, которого увидит только в день бракосочетания.

— Ладно, я породу своих в парке искать. Прикинем с Джеммой, что да как. А ты пока не раскисай. Держись. А то бабушка твоя догадается, и будешь к свадьбе готовиться запертая в четырех стенах с ограничителем на шее. Уточнишь, когда отправляемся, и с завтрашнего дня принимаемся за подготовку к экспедиции. Не нравится мне это все, но иного выхода не вижу. Был бы тут кто еще из наших, я бы тебя с ними отпустил. Но ребят нет, а я больше никому свою подругу не доверю, будь он хоть сто раз опытный исследователь.

Девушка улыбнулась. Забота друга была ей приятна. Неизвестно, что бы она делала без Тома.

Пусть он ругался, но понял ее, не стал отговаривать от бредовой идеи, более того, он отправляется с ней.

И уже не так боязно, потому что она во всем может положиться на своего товарища. Да, у них не так много опыта, как бы хотелось, но он постараются сделать все в лучшем виде и вернуться.

Точнее, Том вернется со всеми отчетами, а она в определенный момент сменит маршрут. Главное, чтобы хватило денег добраться до тети и дади, до людей, которых она долгое время считала родителями. В письмах они обещали, что помогут в любой ситуации. Пришло время проверить, можно ли верить этим обещаниям.

Всю дрогу до дома Микаэлла думала, что и как она скажет бабушке. Все-таки надо было разыграть этот спектакль как можно достовернее. Особенно, учитывая, что лорд Жост обещался быть у них сегодня. Словно не сиделось ему дома. Хотя нет, он же бедный и несчастный вдовец, которому в своем особняке все напоминает о безвременно почившей супруге. Но леди Женевьева, его старый добрый друг, не прогонит несчастного, позволит ему прикоснуться к теплу ее очага.

Девушка скривилась. Хорошо, что она сама этого не слышала, не то не сдержалась бы и сказала что, не приличное в обществе. Все это она узнала случайно, когда подслушала разговор двух служанок. Все-таки иногда сплетни прислуги оказываются полезны.

Бабушки дома не было. Равно как и лорда, который не злоупотреблял гостеприимством де Блитцев чрезмерно. Мика сразу же ушла в библиотеку, наложила заклятие замка, чтобы никто посторонний не вошел, и принялась изучать все имеющиеся в этом доме энциклопедии, чтобы составить более четкое представление, куда ее вот-вот понесут демоны.

Радостного было мало. Энциклопедия сообщала о влажном климате, перепадах температур от жары днем до холода ночью. Все это приводило к болезням. Плюс много хищных животных, насекомых, ядовитых тварей. Нестабильность магического фона приводила к тому, что маги вынуждены были использовать дорогие стабилизирующие кристаллы. Вроде бы наниматели обещали обеспечить группу этим ценными артефактом. Единственное поселение располагалось на побережье, и от него до указанного места добираться приходилось через джунгли. Девушка даже задумалась, стоит ли браться за это дело. Но взгляд на письмо от Рикьярдо отмел все сомнения.

Стоит. Или она станет женой какого-нибудь лорда в летах, с кошельком и связями.

К сожалению, информации в книгах оказалось недостаточно. Микаэлла поняла, что должна будет заглянуть в библиотеку академии, там вполне можно будет найти что-то новое. Пока же девушка поняла, что с собой необходимо взять дополнительный запас лекарств, продовольствия и крепкого алкоголя. Последний для дезинфекции, потому что некоторые организмы можно убить только спиртом. Да и протирать укусы насекомых им будет лучше, чем многочисленными мазями, которые продают в лавках аптекари. Профессионалы их не берут, в отличие от обывателей.

Вернув все книги на место, словно никто их и не трогал, Мика собрала свои записи и отправилась в комнату. Еще предстояло решить, какие вещи стоит взять с собой. Понятно, ничего легкого, тонкого, пусть там, куда ей предстоит отправиться, бывает жара. Обувь только плотная, на толстой подошве. И охлаждающие кулоны, чтобы не умирать от жары в защитной экипировке.

К тому времени, как леди Женевьева вернулась домой, девушка составила представление, что ей понадобится в этой поездке. Что-то она возьмет из дома, что-то придется передать Тому, а что-то будет покупать уже в базовом лагере.

— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовалась бабушка, входя в комнату, которую ее внучка использовала как небольшой кабинет, если не хотела спускаться вниз, а в спальне не было возможности работать. — Вчера ты меня напугала. Я даже сказала лорду Жосту, что ты приболела из-за резкой смены климата.

— Уже лучше, — попыталась улыбнуться Мика. Что-то уточнять не хотелось.

— Вот и хорошо, — женщина прошлась по помещению. — Я сегодня была у модистки.

Послезавтра она приедет снять мерки. Потом надо будет составить меню… — леди Женевьева принялась перечислять все, что нужно сделать перед свадьбой.

Микаэлла сидела, слушала, изредка кивая и с трудом сдерживаясь, чтобы не зевнуть.

Бабушка явно вошла во вкус со всей подготовкой. А с учетом того, что до свадьбы еще несколько месяцев, женихом вполне может быть и лорд Жост, чей траур к тому времени успеет закончиться. И пусть общество не слишком восторженно отнесется к этому замужеству, никто не сможет слишком активно выражать недовольство. Опять же, девушка знала, что о ней говорят в некоторых семьях. Скорее всего, будут говорить, что никого более подходящего для внучки леди де Блитц не нашлось, вот и выдала за того, кто первым под руку подвернулся.

— Бабуль, — дождавшись, когда леди закончит делиться своими планами, осторожно протянула девушка, — а я так нужна тебе на это время? Все равно я ничего не понимаю ни в кулинарии, разве в приготовлении походной пищи на костре, ни в этих всех салфеточках, букетиках, вазочках. Может, мне съездить на пару месяцев куда-нибудь? Тут вот есть несколько вариантов.

Зато потом меньше кататься придется. И места не самые безлюдные, да и на обратном пути могу чего полезного купить.

Мика надеялась, что выгляди не слишком несчастной, и не переигрывает, иначе бабушка может разгадать ее планы.

Леди Женевьева замерла, внимательно посмотрела на внучку и задумалась. Мика молчала, понимая, что сейчас стоит помолчать, а в мыслях подбирая дополнительные аргументы за свою поездку.

— Я думала, что ты вместе со мной нанесешь визиты, передашь приглашения. Все-таки это ты выходишь замуж, а не я, — словно в чем-то сомневаясь, заметила она.

— Приглашения развозятся за месяц до события, если это не похороны, — спокойно заметила девушка. — К этому времени я уже буду дома. Как раз модистка успеет довести платье до того состояния, когда останется только окончательно подогнать по фигуре. Опять же, не успею растолстеть за время спокойной жизни, и не придется в последний момент ничего переделывать.

После очередного размышления женщина кивнула.

— Да, наверное, так будет лучше. А по возвращении как раз настанет время для визитов, репетиций, предсвадебных церемоний.

Мысленно девушка обрадовалась. Все прошло легче, чем она думала. Бабушка даже не подозревала, что внучка может не вернуться из экспедиции. Возможно, подействовало то, что она периодически советовалась, куда ей лучше поехать, рассказывала о своих планах. Раз так, она поступала правильно. Пусть она надеялась таким образом показать, что стала взрослой, а не хотела получить разрешение или одобрение. Уже не важно, как это было расценено бабушкой.

Сейчас надо будет рассказать об одной из заявленных экспедиций, в которую она, якобы, отправится. Проверить, так ли это, в ближайшее время никто не сможет. А когда все засуетятся, будет поздно. Птичка будет далеко от клетки. Браки заключались, если невеста была против, достаточно было слова родителей или опекуна, но еще не было заключено ни одного брака, если жених или невеста отсутствовали.

— Единственное, что мне не нравится, — когда Мика рассказала, куда планирует отправиться, заметила леди Женевьева, — что ты постоянно отправляешь одна. Ну, не постоянно, но очень часто. Да, ты сильный маг, но и на мага может найтись управа.

— На этот раз это будет группа. К тому же со мной отправиться Том.

Девушка решила, что некоторые детали лучше раскрыть. Да, они отправляются в южные топи, такая заявка была в исследовательском отделе. Она не стала скрывать, что с нею будет ее друг. Пусть бабушка относилась к людям, которые не входили в высшее общество, снисходительно, маги явно были исключением. Или те маги, с которыми водила дружбу ее внучка.

Надо полагать, она успела навести справки, еще когда внучка обучалась в академии.

— Хорошо, — кивнула леди Женевьева. — Том не плохой человек. Ему я могу доверять. Он не даст тебе натворить глупостей.

Микаэлла удивилась. Такого от бабушки она не ожадала. Что ж, одобрение леди Женевьевы ей только на руку. Она сможет уехать, не вызывая никаких подозрений. И лишь потом, когда невеста не вернется в срок, все станет понятно. Но будет поздно. Найти же ее будет практически невозможно.

Подготовка к экспедиции шла полным ходом. Микаэлла успела встретиться с заказчиком, составить списки необходимого снаряжения, объяснить, кто будет нужен из специалистов. Было видно, что люди до конца не понимают, что ждет группу на месте. Они спорили, возражали, что-то отвергали, с чем-то соглашались. Девушка видела, что они стараются экономить на всем, чем только могут, понимала, что придется вложить свои деньги, чтобы не угробить группу в первые же дни в джунглях. Оставалось надеяться на тех людей, которых, по ее настоянию, пригласили участвовать в экспедиции.

К сожалению, из десяти рекомендованных ею магов заказчики согласились взять еще троих.

Микаэлла пыталась объяснить им, что двух боевых магов и одного природного мало, но заказчики отказывались тратить лишние средства. С трудом удалось убедить их увеличить количество мулов с десяти до двадцати пяти, добавить еще пять человек сопровождения и столько же проводников. И все равно окончательная численность группы казалась ей слишком маленькой. Но выбора не было. Если она откажется, найдется кто-то другой, кто согласится на все условия людей, стремящихся вложить как можно меньше, а получить как можно больше. Только у другого не будет возможности потратить еще пару сотен золотых на дополнительное снаряжение, продовольствие, оружие, амулеты. Возможно, что-то не пригодится, но лучше взять лишний груз, чем оказаться вообще без всего.

Том не отставал от нее, только его подготовка носила иной характер. Он собирал информацию о том, что их ждет, рассылал письма однокурсникам, уведомляя, куда они с Микой планируют отправиться, не скрывая причин такого решения, общался с будущими участниками экспедиции. Словом, делал все то, что открыто не могла делать его подруга и начальница на время поездки. Не будет же леди Женевьева проверять, чем он занимается.

Неделя подготовки пролетела незаметно. Микаэлла устала вдвойне. Помимо подготовки к экспедиции ей пришлось поучаствовать в снятии мерок, подборе тканей для платья, цветов к нему, камней для украшений и еще множества мелочей, выбрать которые без девушки не представлялось возможным. Оставалось радоваться, что все это делалось быстро, мастера, получавшие большие деньги, старались закончить подготовительные работы как можно быстрее, чтобы потом спокойно шить платье, создавать украшения, формировать букеты — словом, делать все то, что нужно сделать перед свадьбой.

Том только качал головой и посмеивался. Не могут эти аристократы без лишней пышности. То ли дело они с Джеммой. Да, купили себе костюмы, кольца, заказали ужин в хорошем трактире, и то больше потому, что друзья настояли на необходимости отметить такое событие. Нала и Рон вообще втихаря все провернули, когда были в поездке. Даже Никлас ничего не знал. И ничего, никто не обиделся. А тут стоит кого-то забыть, обиды будут несколько лет длиться.

Уже в последний перед отправлением день Микаэлла столкнулась с лордом Жостом. Девушка собиралась в исследовательский отдел, чтобы получить необходимую документацию, а бабушка отправилась навестить одну из знакомых, когда дворецкий доложил о госте. Как ни старалась исследовательница избежать этой встречи, пришлось спускаться вниз. Приличия требовали, чтобы она уделила гостю хотя бы несколько минут.

— Лорд, — приветствовала она его, спускаясь по лестнице.

Мужчина протянул руку и помог преодолеть последние пару ступеней.

— Леди де Блитц, — довольная улыбка промелькнула на лице гостя, после чего он запечатлел поцелуй на тыльной стороне ее ладони, — вы как всегда великолепны.

— А вы как всегда льстите, — обычно девушки произносили эту фразу с какими-то мурлыкающими интонациями, отчаянно кокетничая с собеседником. Ничего подобного не было в голосе Микаэллы.

— Что вы, — по лицу лорда пробежала тень, но он очень быстро взял себя в руки. — Я всего лишь хотел увидеть вас до того, как лучшая девушка столицы снова отправиться изучать неизведанное. Даже не представляю, как буду обходиться без вашего общества все это время.

Лишь тот факт, что в будущем нас ждет более частое и, я надеюсь, доверительное общение, и только это утешает меня.

Мика только чудом не скривилась от последних слов. Доверительное общение. Да ни за что.

Вот уж кому она никогда не будет доверять, даже если на кону будет стоять ее жизнь, так это лорду Жосту.

— Могу я предложить вам что-нибудь? — поспешила она сменить тему и, вместе с тем, продемонстрировать гостеприимство, хотя единственное, что хотелось, это послать незваного посетителя куда подальше, желательно, в товердорские джунгли, чтобы не отправляться туда самой. — Чай, кофе, лимонад?

— Нет, благодарю, — покачал он головой. — Вообще-то у меня было дело к вашей бабушке, но, раз леди Женевьевы нет дома, я, пожалуй, зайду позже.

— Как вам будет удобно, — вежливо ответила Мика, хотя приличия требовали пригласить гостя подождать. Но в данной ситуации соблюдать их девушка не собиралась. И без того они провели наедине куда больше времени, чем это было принято в обществе. Пусть и находились они в гостиной, а неподалеку ждал распоряжений слуга.

Прощание лорда было тоже продолжительным, он облобызал ее руку, так что девушка с трудом сдержалась и не вытерла ее о подол юбки.

— Когда вы отправляетесь в эту поездку? — напоследок поинтересовался он.

— Как только заказчик завершит приготовления, — пожала плечами исследовательница. — Я не могу ничего говорить за других людей. К сожалению, сейчас это зависит не от меня.

Лорд покивал.

— Надеюсь, мы еще сможем с вами встретиться. Я бы хотел пригласить вас на прогулку.

Сейчас в саду совета зацветают вишни.

— Если будет такая возможность, — уклончиво заметила девушка.

— Что ж, передавайте вашей бабушке поклон. Я зайду завтра, — наконец лорд Жост удалился.

Микаэлла поспешила к себе в комнату вымыть руки, после чего передала последние распоряжения дворецкому на тот случай, если еще кто-то явится в гости без предупреждения, и покинула особняк. Встреча с лордом, его двусмысленные намеки и настойчивость испортили настроение. Вот уж без кого она прекрасно могла бы обойтись. Увы, этот человек не понимал намеков, а к своей цели двигался с настойчивостью мадхебских носорогов.

— Его бы энергию, да на благие цели, — морщась, пробурчала она, подходя к академии. — Сколько бы полезного можно было сделать. А сейчас из совета выперли, обратно попасть не получится, вот и пытается упрочить положение, пока за финансовые махинации не попал под следствие.

В исследовательском отделе Микаэллу ждала хорошая новость. Все для экспедиции было готово. Корабль, на котором им предстояло отправиться на другой материк, уже стоял в порту под погрузкой. Том лично присматривал за всем, если было необходимо, спешно докупал то, что могло понадобиться. Деньги ему передала девушка. К сожалению, не удалось убедить заказчикоЕ нанять еще хотя бы двух боевых магов, и теперь два исследователя пытались хоть как-то компенсировать эту проблему.

Единственное, что не удалось сделать — приобрести еще один стабилизирующий кристалл.

Слишком дорого они стоили. Нужной суммы у исследователе не было, а просить у бабушки, не вызвав подозрений, не хотелось. Девушка думала, как им быть, поскольку артефакт у них был один на всех. И, если на стоянках его можно было помещать в центре лагеря, в дороге караван растягивался, и использование магии становилось проблематичным.

«Ничего, что-нибудь придумаем, — поставив последнюю подпись на последнем согласовании, решила Мика. — Не в первый раз задача оказывается сложной. Ырхов нам тоже никто не планировал».

Наверное, у Тома были на это иные взгляды, но ее товарищ предпочитал держать их при себе.

Единственное, о чем жалели оба, что придется надолго оставить близких и друзей. Мика с легким стыдом думала, что из-за ее авантюры друг не скоро увидит жену и ребенка, но отговаривать его было уже поздно. Отозвать документы можно было только в случае смерти исследователя или отмены заказа.

Следующим утром корабль покинул порт. По версии для бабушки, они с Томом должны были сойти на берег через три дня и отправиться дальше верхом, чтобы еще через неделю оказаться на месте, а прибыть обратно в столицу самое позднее через два с половиной месяца, если не повезет с погодой.

Микаэлла смотрела на столицу и мысленно прощалась с ней. Девушка не думала, что вернется сюда. Во всяком случае, не раньше, чем через несколько лет.

Дождь барабанил по навесу над костром, словно надеялся пробить в нем дыру и лишить людей огня. Микаэлла зябко куталась в теплый плащ и осторожно пила горячий отвар из трав.

Рядом с ней Том что-то обсуждал с парой исследователей, скорее всего пытались решить, как быть со зверем, который около недели назад добрался до лагеря. Жертвой неведомого хищника стал один из мулов. Ночью людей разбудил громкий крик животного. Напавшего удалось отпугнуть огнем, но спасти животное не представлялось возможным. Зато теперь у людей было мясо. Едва питание улучшилось, здоровье многих стало улучшаться. Многих, но не молодой исследовательницы.

— Ты как? — девушка не заметила, как к ней подсела одна из женщин, которая еще несколько дней назад с трудом поднималась на ноги. Кажется, она была лекарем.

Мика только дернула плечом. Как она? Плохо. Накануне ночью, когда она дежурила, неведомое существо попыталось повторить попытку добраться до исследователей. Девушка бросилась на него с факелом в одной руке и создавая какое-то водное заклинание другой.

Результат не заставил себя ждать — пламя вспыхнуло, заставив странное существо, похожее на кота и кролика одновременно броситься в темноту, а девушку тушить вспыхнувшую одежду. Ну и вспоминать огненное заклинание. После чего начался сильный ливень, который не спешил заканчиваться.

— Врать не буду, хуже не бывало, — девушка зашлась в долгом кашле. Собеседница присела рядом, забрала из здоровой руки Мики чашку, после чего помогла допить отвар.

— Ты бы легла, милая, — посоветовала она пострадавшей, но исследовательница только покачала головой.

— С людьми мне лучше. И тут теплее от огня.

Женщина не стала спорить, просто коснулась ладонью лба девушки, после чего нахмурилась.

Ожоги вызвали жар. Организм исследовательницы не справлялся одновременно ни с болезнью, ни с травмой, ни с воздействием пространства на мага. Надо было делать новый отвар, на этот раз от жара, а еще попытаться сделать мазь от ожогов, придумать хоть что-то, замедляющее течение болезни. Вот только под рукой не было ничего пригодного. Все травы давно сгнили, аналогов же в этой местности не было.

— Придется попрощаться с животными, — услышала девушка голос Тома. — Пока это существо не сожрало их и нас.

— Вы же говорили, что это наш небольшой шанс на спасение, — прозвучал голос мастера Чейза. — Или ваши планы резко изменились?

— В мои планы не входит стать завтраком, обедом или ужином местному хищнику, — возразил Рождерс. — В то время как надежда на спасение живее всего остального. Более того, я думаю, ближайшие пару недель нас должны найти.

— Думаешь? — нахмурился Маркус. — Я так считаю, что нас просто забудут, и мы или загнемся, или каким-то чудом сможем выжить, основать новое племя, а там, глядишь, умудримся выбраться к цивилизации.

Мика с трудом сдержала смех, и то потому, что тот мог перейти в долгий кашель, выворачивающий внутренности. Интересно, откуда этот боевой маг планировал взять племя? Или они с целительницей должны были стать матерями некоему количеству детей? Это более чем сомнительно. Одна уже в том возрасте, когда рожать если и не поздно, то процесс сопряжен с трудностями. А второй не помереть бы ближайшие несколько недель. Да даже если допустить, что она каким-то чудом поправиться, все равно само племя очень быстро загнется из-за мутаций, потому как это будут потомки двух женщин.

— О нет, — между тем развивал свою мысль исследователь. — Не думаю, что леди Женевьева де Блитц позволит нам долго тут прохлаждаться. Месяц на дорогу до материка, две недели в базовом лагере, потом полтора месяца дороги… Почтенная леди к тому времени уже подняла всех, кого только можно, на уши. Мы тут находимся не меньше трех месяцев, так что спасатели скоро появятся. Ну, если только не свернут где не в ту сторону. Хотя, я точно указывал координаты конечной точки.

— А с чего это леди де Блитц должна беспокоиться о какой-то экспедиции, — поинтересовался мастер Чейз. — Насколько я знаю, она никогда не интересовалась исследованиям.

— Может, потому, — встретившись взглядом с другом, заговорила Мика, — на этот раз в экспедицию отправился не абы кто, а ее родная внучка, у которой через четыре месяца после отправления должна была быть свадьба. Вот только невеста благополучно не явилась не то, что к алтарю, сбежав в последний момент, а вообще в город. Не думаю, что бабушка оставит такое положение дел без внимания.

Девушка хотела бы сказать еще, что очень надеется, что, даже если их найдут, этой свадьбы уже не будет, но все-таки закашлялась, не замечая уже, как все взгляды сошлись на ней. Да, она с самого начала не афишировала своей фамилии. Только имя, но сколько таких Микаэлл в столице. Поскольку в отряде больше не были ни одного исследователя, никому не пришло в голову, что она может происходить из знатного рода. Это коллегам хватало имени, чтобы сразу сказать фамилию, род, год выпуска.

— А еще я надеюсь, что наш общий друг, Рикьярдо де Сентан, все-таки вернулся в столицу раньше, чем нас уведомили, и лично возглавит отряд спасателей. Хотя бы потому, что он готовил проект экспедиции в эти места, — добавил Том.

Услышав это имя, Мика плотнее закуталась в одеяло и перевела взгляд на огонь. Она уже не верит ни во что. Возможно, кто-то, а то и почти все ребята, соберутся, бабушка даст денег, и новая экспедиция состоится. Даже не возможно, именно так и будет. Вот только Рика не будет.

Том своими глазами вццел письма. Ее и свое. Рик уехал куда-то, и вернется не скоро. Ждать его нет смысла. Друг может говорить что угодно, людям надо во что-то верить. Сама она больше не верила ни во что.

Услышав эти новости, те, кто собрался у костра, то внимательно смотрел на Микаэллу, от чего девушке становилось совсем неуютно, то на Тома, то принимались прислушиваться, словно подмога не просто в пути, а чуть заплутала в темное, и вышла на соседнюю полянку, и сейчас разбивает там лагерь, чтобы на утро начать поиски пропавших. Том подобных надежд не поддерживал, но и не опровергал. Возможно, он хотел, чтобы люди верили в лучшее, может, решил поддержать подругу, объяснять своих мотивов он не собирался. Мика с трудом удержалась, чтобы не дернуть плечом. Возможно, у ее спутников еще есть надежда на возвращение. Сама она успела проститься с родным домом. Первый раз, стоя на палубе корабля, когда еще верила, что после полного совершеннолетия вернется. Второй раз, когда поняла, что обычная с вцду простуда и не думает проходить, плавно перетекая сначала в бронхит, потом в воспаление легких, а теперь неизвестно во что вообще.

Том заметил, то, что не могли заметить другие. Мика не верила. Если не в то, что помощь будет, так в то, что она дождется ее. Сам он не сомневался в этом еще по одной причине. А именно в том, что леди Женевьева положит все силы на спасение внучки. Не в последнюю очередь потому, что сам отправил ей письмо. Точнее не отправил, а оставил Джемме с распоряжением, если она получит от него только одно письмо, отправленное из базового лагеря, то сразу же передаст послание бабушке подруги. Там он подробно рассказывал, куда, зачем и почему отправилась ее внучка, оставлял копии всех бумаг, которые им передавали заказчики, включая секретные сведения. Собственно, секретного там были только координаты конечной точки и маршрут. Именно поэтому он настоял, чтобы отрад, оставшись в уменьшенном составе, продолжал путь и достиг заданной цели.

Уже из базового лагеря он написал жене, чтобы она немедленно по получении письма отправилась к бабушке Микаэллы, потому что шансов у экспедиции на благополучное завершение не было. Это было через полтора месяца после их отъезда. Еще полтора месяца письмо шло обратно, а они пробирались по топям. На сбор новой экспедиции, зная энергию и финансовые возможности старой леди, он отводил не более двух недель. И еще месяц на дорогу, потому что Женевьева де Блитц не поскупиться и наймет не меньше двух магов воздуха для того, чтобы корабль как можно быстрее попал на другой материк. Все остальное — время на то, чтобы пройти по опасному маршруту и найти пропавших.

Но мужчина предпочитал пока молчать. Случиться могло всякое: шторм на море, отсутствие в порту кораблей, которые могла бы нанять леди, недостаточное количество магов в столице, еще какие-то проблемы. Поэтому Том не хотел вселять в других надежду. Лучше он будет молчать, поддерживать спутников и присматривать за подругой. Вот уж кто реально заставлял волноваться, так это Мика. Девушка бодрилась, когда радом были другие участники экспедиции, поскольку для них лидером была она, но оставаясь наедине, она не скрывала, что уже смирилась со своей участью. Попытки ободрить или расшевелить ее, заставить собраться, ничего не давали.

Даже сейчас, когда он упомянул Рика, она отреагировала совсем не так. Откуда только взялось это равнодушие.

Люди в самом деле оживились. Они начали задавать вопросы, уверен ли Том в том, что обещает им. Краем глаза он отметил, что Микаэлла тоже прислушивается к разговору, хотя старается не подавать вида. Это хорошо. Раз любопытство еще живо в этой хорошенькой девушке, значит, не все потеряно. Он же обещал другу присмотреть за его невестой, пока тот в поездках. Пусть не всегда получалось, но, тогда исследовательница не отправлялась в столь опасные места. Жаль, сейчас он не смог выполнить обещание, но это не значит, что он не пытался. Ведь смог же он раздобыть крокодила. Пусть маленького, щуплого детеныша, но это не так важно. Вот только кровь, попавшая в воду, явно привлекла внимание какого-то другого животного. Кто мог подумать, что в этих местах может водиться еще кто-то, кроме демоновых рептилий.

— Леди, — дворецкий возник в дверях кабинета, как всегда неслышно, и, как всегда, его появление уже ожидалось. — К вам посетитель. Девушка. Явно из простых, но ведет себя уверенно.

— Ты уверен, что спрашивают меня, а не Микаэллу? — после краткого размышления уточнила женщина. Не каждый день ей наносили визиты в ее собственном доме люди, не принадлежащие к аристократии.

— Абсолютно, леди. Она говорит, это как-то связано с последней экспедицией юной леди.

— Немедленно зови, — тут же распорядилась Женевьева де Блитц.

Дворецкий кивнул и вышел из кабинета, а женщина заставила себя глубоко вдохнуть, после медленно выдохнуть и попытаться успокоиться. Племянница вот же три месяца, как не возвращалась и не давала о себе никаких вестей. А до свадьбы оставалось все меньше времени.

Леди Женевьева уже отправила курьера в тот городок, где должна была находиться эта девушка и ее приятель, но пока не было никаких вестей. Возможно, эта девушка, однокурсница Мики, прольет свет на пропажу внучки.

Стук каблучков возвестил, что девушка уже рядом. Еще через несколько секунд открылась дверь, и дворецкий впустил внутрь молодую посетительницу.

— Мисс Джемма Роджерс, — представил он ее.

— Принеси нам кофе, Митворт, — тут же распорядилась хозяйка дома, — или мисс желает что-то иное.

— Нет, благодарю, кофе меня вполне устроит, — поспешила успокоить волновавшуюся женщину гостья.

Леди де Блитц кивнула, одновременно отпуская дворецкого и соглашаясь с девушкой. Когда за Митвортом закрылась дверь, она внимательно посмотрела на Джему.

— Как я поняла, вы пришли, чтобы рассказать, куда пропала моя внучка?

— Да, леди, — гостья покрутила на пальце печатку, такую же, какая была у Микаэллы. — Ваша внучка и мой муж отправились в Товердор.

— Что? — воскликнула леди Женевьева. — но Мика сказала мне…

— Она сказала вам, что они с Томом согласились провести исследование в окрестностях Ифцина, но на самом деле Микаэлла сбежала на другой материк, чтобы не выходить замуж за лорда Жоста, — пожала плечами Джемма. — Том отправился с ней, потому что он ее друг, и потому, что обещал Рикьярдо де Сентану присмотреть за вашей внучкой в его отсутствие.

— Ничего не понимаю, — честно призналась леди. — Жост, де Сентаны, ваш муж… Я так волнуюсь за внучку, что просто не успеваю следить за вашей мыслью.

— Насколько я знаю, — спокойно принялась объяснять девушка, — вы планировали выдать вашу внучку Микаэллу замуж в ближайшее время.

— Да, все верно, — подтвердила это хозяйка дома. — И я сообщила об этом Микаэлле. Мне казалось, она вполне спокойно восприняла это известие.

— Да, внешне она не стала с вами спорить, но решила отправиться в достаточно продолжительную экспедицию поближе к границе, чтобы оттуда не возвращаться домой, а уехать к родителям и пробыть с ними до совершеннолетия. Но настойчивость лорда Жоста заставила ее опасаться, что вы или каким-то образом доберетесь до нее там, или она просто не сможет покинуть страну. И Мика согласилась отправиться в Товердор, хотя вся организация этой поездки изначально оставляла желать лучшего.

— Боги, но причем тут лорд Жост, — воскликнула женщина.

— Так вы же планировали их с Микой свадьбу, — выдохнула Джемма.

— Это вам сказала моя внучка? — гостья кивнула. — Боги великие. Девочка даже не поинтересовалась именем жениха. Я-то думала, она уже все знает, и не стала вдаваться в подробности.

— То есть, — настала очередь насторожиться гостье, — вы планировали ее свадьбу не с лордом Жостом?

— Конечно нет, — покачала головой леди де Блитц. — Когда-то я думала вьщать ее за племянника лорда, но чтобы за него самого, нет, я еще не настолько сошла с ума. Тот юноша подавал большие надежды, чего нельзя сказать о его дяде. При должном руководстве он бы смог со временем избавиться от пагубных привычек и занять достойное место в обществе. Но все вышло, как вышло. А потом Себастиан сделал мне предложение, от которого я не смогла отказаться, тем более, что внучка много раньше смогла найти общий язык с его племянником. И я решила, что это будет лучший вариант. Заодно и вражда между семьями прекратиться.

— То есть, — настала очередь Джеммы удивляться, — вы планировали выдать вашу внучку за Рикьярдо?

— Разумеется. И я была уверена, что мальчик уже сообщил об этом Микаэлле. Пусть я и старая, но не дура. Вццела, как они перегладывались.

— Видимо, он сам не был в курсе, потому что уехал куда-то. Как было написано в письме Тому и Мике, на год или больше. А когда ваша внучка пришла к нему, то какая-то женщина сказала ей то же самое.

— Теперь все, наконец, становится на свои места, — задумчиво произнесла леди Женевьева. — А я еще не могла понять, почему девочка так стремительно собралась и отправилась что-то исследовать. Да еще не одна, хотя места безопасные.

В это время дверь в кабинет вновь распахнулась, и в кабинет вошли две служанки с подносами. Одна несла кофейный прибор, вторая — вазочки с печеньем и конфетами. За их спинами стоял дворецкий, присматривая с прислугой.

— Митворт, — заметила его хозяйка дома.

— Да, леди, — с легким поклоном он сделал несколько шагов внутрь.

— Немедленно отнеси записку лорду Себастиану. Лично, — женщина написала на листке несколько слов, после чего вложила в маленький конвертик и передала дворецкому. — Мне нужно кое-что обсудить с ним. И передай, что это на самом деле вопрос жизни и смерти. Жизни или смерти моей внучки.

Мужчина вздрогнул, но многолетний опыт работы в этом доме заставил его воздержаться от вопросов. Судя по всему, сейчас для них еще не пришло время. Вряд ли леди оценит его разговорчивость, когда надо действовать.

Когда в кабинете вновь остались только хозяйка и ее гостья, леди де Блитц лично разлила напиток по чашкам, после чего принялась расспрашивать девушку о том месте, куда отправилась Микаэлла и муж посетительницы.

— Наверное, будет лучше, если вы обратитесь к Рикьярдо, — в какой-то момент предложила Джемма. — Именно он готовил проект экспедиции в Товердор. Кстати, преподаватели признали эту работу самой основательной и реализуемой. Правда, в нее придется вложить много денег.

Одни только стабилизирующие кристаллы стоят немерено.

— Жизни людей важнее, — отмахнулась от последнего замечания леди Женевьева, так что Джема удивилась такой реакции. — Остается надеяться, что модой де Сентан в столице. В противном случае, мне придется нанимать весь ваш курс. Как думаешь, они согласятся?

— Мы все готовы отправиться бесплатно, если у нас будет достойное сопровождение и оснащение, — уверенно произнесла девушка. — Там достаточно хищников, непредсказуемые магические потоки сплетены так, что колдовать без защиты сродни безумию. Ну и нужны просто боевые маги, лекари, маги стихий. Плюс сопровождение, проводники, вьючные животные.

— Все это будет, — заверила ее собеседница. — Главное, если Рика нет в городе, найти того, кто сможет его заменить.

Остальной разговор женщины обсуждали, что может быть необходимо в этой экспедиции.

Точнее, Джемма прикидывала численность отряда, основные вещи, и их примерную стоимость, а леди Женевьева делала пометки на большом листе. Кофе был давно выпит, но больше ни к чему они не притронулись. В какой-то момент хозяйка дома достала с полки энциклопедию, над которой проводила время ее внучка, и раскрыла на странице с описанием местности. Между страничек обнаружился лист бумаги, исписанный мелким почерком Микаэллы. Девушка прикидывала на нем необходимый минимум того, что предстоит с собой взять в экспедицию.

— Мика, сама того не зная, помогла нам, — изучив записи, заметила Джемма. — Если Рик не появится в городе, можно будет основываться на них. Потому что времени у нас не так много, как хотелось бы.

— Значит, ты выясни, кто из ваших друзей в городе, — принялась распоряжаться леди де Блитц, — узнай, кто из магов согласится участвовать в спасательной экспедиции. Я пока выясню, есть ли в порту два корабля, начну закупку продовольствия, мулов, ваших кристаллов и всего остального, что может понадобится. Заодно выясню насчет лекарей и наемников. Ну и вызову мужа. У него тоже были кое-какие знакомые, которые могут нам помочь. В том числе, среди паладинов.

Джемма только кивнула. Спорить не хотелось. Да, бабушка Мики привыкла отдавать распоряжения. Но девушка понимала, все они по делу. А раз так, лучше делать то, что поручают.

Тем более, все будет оплачиваться этой женщиной. И, что самое важное, от ее действий зависит, в том числе, и судьба Тома. Как бы хорошо сама исследовательница ни относилась к подруге, муж для нее будет все равно важнее.

Рикьярдо возвращался домой злой и уставший. Мало того, что пришлось спешно покидать столицу, не успев даже толком со всеми попрощаться, так еще и дело оказалось не таким важным, как ему живописали. Никаких странных существ, привидений, даже просто диких животных в том поместье, которое его просили обследовать, не водилось. Мужчина на всякий случай изучил все окрестности, но и там не было намека ни на какие проблемы. А соседи только посмеивались над исследователем, уверяя его, что в этих местах даже кладбища никогда не было. Зато времени на дорогу, исследование, составление подробного описания у него ушло много. Да еще так неудачно попал, когда сезон охоты, и местные представители знати, точнее не самые известные семейства сочли за честь завалить его приглашениями, то на травлю зайцев, то на лису, то на лося. Рик скрипел зубами, отказывался от некоторых, но в ряде мероприятий участвовать приходилось.

— Рикьярдо, дорогой, — уже спешила к нему мать. Видимо, заметила в окно возвращение сына-путешественника.

— Доброго дня, матушка, — он осторожно поцеловал ее, после чего приказал слугам отнести его вещи в комнату.

— Я так рада, что ты наконец-то вернулся, — заворковала женщина. — Я так волновалась. Ты так внезапно уехал.

— Ну что ты, мам, — вздохнул исследователь, — было бы о чем переживать. Просто надо было помочь знакомому тетушки. Только я сам не понял, к чему такая спешка.

— И как все прошло? — тут же заволновалась леди де Сентан. — Надеюсь, ничего страшного не случилось? Ты не подвергался опасности?

— Мама, — несколько недовольно произнес Рик, — может, хватит. Я маг, исследователь, несколько лет стажировался с боевыми магами и паладинами, а ты до сих пор пытаешься удерживать меня возле своего подола.

Женщина предпочла промолчать. Что поделать, если она безумно хочет взять своих детей и увезти как можно дальше от столицы, чтобы до них никто не мог добраться. Сестра постоянно рассказывает о разных ужасах, которые творят маги. Несмотря на то, что это взрослые люди, вели себя они хуже подростков. Постоянные пьянки, дебоши, беспорядочные связи, драки. И в этой среде вращались ее дети. Старший постоянно в непонятных отлучках, младшие только поступили в академию. А она вечно переживает, что там с детьми. Благо Рикьярдо в свое время через день наведывался домой, и то один раз пришел травмированным. Жаль, ректора тогда в столице не было, иначе бы она ему все сказала, что думает о его заведении. Младшие же особого желания дома появляться не изъявляют. Словно забыли туда дорогу.

Рикьярдо какое-то время подождал, вдруг мать решит сообщить что-нибудь более полезное, нежели причитания по вернувшемуся сыну, словно тот участвовал в самой страшной войне, а не разбирался, воет в доме ветер в трубах или привидение в подвале. Поняв, что ничего, кроме причитаний, больше ждать не стоит, он отправился в свою комнату, по дороге распорядившись доставить все письма, что успели прийти на его имя и позвать кого-то из слуг, чтобы тот рассказал новости. Тот появился в комнате со связкой бумаг, которые пришли на имя младшего лорда де Сентана.

— Хм, — оценил, сколько всего придется прочитать, исследователь. — Ладно, можешь своими словами рассказать, что успело произойти с моими друзьями.

— В большинстве своем ничего, господин, — призадумался мужчина. — Кто-то вернулся в город, кто-то отправился в путь. Но в последние два дня тех, кто находится недалеко от столицы, спешно собирают обратно. Леди Женевьеве де Блитц зачем-то понадобились те, с кем вместе училась ее внучка. Собственно, она имела какой-то разговор с лордом Себастианом, но подробности я не знаю.

— А что знаешь? — буркнул мужчина. Вроде как человека выбрал толкового, чтобы рассказать мог, что к чему, а на деле хоть самому слухи собирать. Видимо, придется навестить вечером Джемму. Мать будет не довольна, но что делать.

— Кажется, леди Микаэлла отправилась куда-то, и теперь ее не могут найти.

Рик вздохнул, после чего отправил слугу обратно. Все равно ничего толкового не сообщит.

То ли матушка старалась избегать каких-либо разговоров о его работе, то ли в доме на самом деле никто не говорит о тех вещах, что интересны наследнику. Проще дождаться вечера, когда дома соберутся отец и дядя, и уже им устроить основательный допрос, а пока прочитать письма.

По большей части в письмах не было ничего содержательного. Кто-то вернулся из очередной поездки, кто-то куда-то поехал. Но Рик искал в них не это. Как ни странно, ничего из того, что он надеялся увидеть, в пачке бумаг не обнаружилось. Маг нахмурился. Его не было больше трех месяцев, и как-то странно, что несколько друзей за это время не успели вернуться и снова куда-то уехать. Нахмурившись, мужчина полез в тайник. Небольшой выступ в стене, добраться до которого можно было только сдвинув массивный комод, не раз выручал его с тех пор, когда молодой лорд освоил заклинание левитации.

Записная книжка лежала не тронутой. Да и как бы ее открыли, если ее защищали заклинания.

Возможно, излишняя предосторожность, но, зная гиперопеку матери, лучше перестараться.

Внимательно просмотрев свои записи, он положил книжку в карман, после чего вернул всю мебель на место. В свете того, что рассказал слуга, а также он сам смог прочесть и не прочесть, выводы можно было делать определенные. И не самые приятные. Жаль только, этот молодчик почти ничего не сказал. Или не стал говорить. Ну да есть те, кто может рассказать подробнее, не утаивая важные моменты.

Быстро собравшись, Рикьярдо спустился вниз и вышел из дома. Сидевшая в беседке мать тут же метнулась к нему, оставив кого-то внутри. Присмотревшись, мужчина заметил, что компанию ей составляли тетушка и еще одна женщина, которую он раньше не видел. Или видел на одном из обязательных к посещению мероприятий, когда он просто не утомлял себя запоминанием десятков имен.

— Сынок, — встревожилась леди де Сентан, — куда ты? Ты же только приехал. Отдохнул бы хоть пару дней.

— Да, — он с трудом удержался от резкости, но что-то в голосе все-таки проскользнуло. — А пока я отдыхаю в неге и тиши, отрезанный от информации, что-нибудь случится с моими друзьями. Где письма мама?

— Какие письма? — не понимала, или делала вид, что не понимает, женщина.

— Письма от Микаэллы, Тома, Никласа и Тианы, — перечислил Рик. — Я, конечно, человек занятой, но кое за чем слежу, и даже оставляю себе заметки. Так, на всякий случай, чтобы не возникло потом путаницы, а вы, дорогая матушка, не могли делать вид, что за забором особняка ничего не происходит.

— Да как ты можешь так говорить, — отшатнулась женщина, словно на нее замахнулись или ударили.

— Может, потому, что мне уже не десять, и даже не пятнадцать лет, мама, — Рик постарался взять себя в руки. — И я вижу, как вы пытаетесь душить нас своей опекой. Это хорошо до определенного момента, когда мы могли натворить много дел, не зная, что делать со своей силой.

Но сейчас и я, и младшие выросли, можем сами принимать решения. И нам не нравится, когда к нам относятся, словно мы глупые малыши, только недавно начавшие ходить.

— Сынок, я же стараюсь для вас, — мать попыталась прибегнуть к одному из своих аргументов. — Я хочу для вас самого лучшего.

— Настолько, что скрываете исчезновение моей невесты, прячете ее письма? — нахмурился маг. — Или я еще о чем-то не знаю?

— Невесты? — ахнула леди. — Сынок, но ты еще так молод. Можешь подождать еще лет пять или десять. А там я присмотрю девушку из хорошей семьи, скромную, которая будет почитать тебя, уважать, во всем слушаться.

Рикьярдо рассмеялся. Разговаривать с матерью не было смысла. Надо будет поговорить с отцом, чтобы пригласить домой лекарей. Пусть они пообщаются с ней, попытаются выяснить ее душевное состояние. В последнее время оно стало серьезно беспокоить старшего сына. Не исключено, что леди пора отправлять в один из специальных загородных пансионатов для людей с нарушением восприятия реальности.

— Я не знаю, когда вернусь, — бросил он, после чего поспешил покинуть территорию особняка.

Леди де Сентан сделала несколько шагов за сыном, после чего остановилась, беспомощно опустив руки.

Рикьярдо почти бегом преодолел то небольшое расстояние, которое оставалось до улицы, после чего выдохнул. Материнская забота душила. Все это было хорошо в далеком детстве, когда строгость наставников компенсировалась ее заботой и ласками. Но дети выросли, а поведение ее не изменилось. Занятый такими мыслями он добрался до дома, где жили Том и Джемма.

Поднявшись на крыльцо, Рикьярдо постучал. Ответом ему была тишина. Мужчина постучал снова. Прислушался. Но на стук никто не реагировал. Тогда он забарабанил в дверь.

— А нет никого, — выглянула на стук соседка. — Приехал экипаж, и хозяйка с дочкой уехали на нем.

— Экипаж? — не понял Рик. — Какой экипаж? Куда это Джемма на экипажах катается, пока мужа дома нет.

— Вроде бы от леди какой-то, с которой Роджерс училась, — напрягла память соседка. — Я в эти дела не суюсь, мне своих проблем хватает, чтобы еще с магами ссориться. Мое дело маленькое, что видела, то и сказала, а дальше сами думайте.

С этими словами женщина скрылась в своем доме. Исследователь задумался. В свете того, что он уже успел узнать, эта самая леди могла быть только Женевьевой де Блитц. Слуга же обмолвился, что она ищет всех, кто когда-то учился с Микой. Что ж, придется нанести визит потенциальной родственнице и узнать, что происходит на самом деле. Все равно никто точнее не расскажет, что произошло, и куда делась Микаэлла.

Поймав извозчика, мужчина назвал адрес.

В особняке леди Женевьевы было шумно, людно. Создавалось впечатление, что там идет подготовка к какому-то масштабному мероприятию. К примеру, балу, на котором будут присутствовать все главы страны с семьями. Или большой прием.

Дверь открыли не сразу, видимо, не услышали стука и звонка. Служанка с удивлением посмотрела на посетителя.

— Простите, лорд, но леди Женевьева сегодня не принимает, — пощебетала она.

— Думаю, меня она примет, — возразил маг. — Передайте ей, что пришел…

Договорить он не успел. Появившаяся откуда-то Нала с радостным визгом бросилась ему на шею.

— Рик, как хорошо, что ты приехал. Ты нам так нужен! — потом, повернувшись к служанке, девушка сообщила: — Это наш однокурсник. Сообщите леди, что прибыл лорд Рикьярдо де Сентан. Она будет рада видеть его. Да и не только она. Все мы.

— Как прикажете, — девушка сделала книксен, после чего поспешила доложить леди о госте.

— А теперь можешь мне рассказать, что происходит, — маг отвел подругу в сторону, чтобы они никому не мешали, потому как слуги сновали по дому, выполняя чьи-то распоряжения, только чудом не сталкиваясь друг с другом.

— Подробностей я не знаю. Кажется, даже Джемма не в курсе. Дело в том, что Мика решила, что ее собираются выдать за лорда Жоста, и сбежала.

— В смысле сбежала? — не понял Рик.

— Она сказала бабушке, что отправится в какое-то поселение на не самое сложное задание, а сама согласилась на поездку в Товердор. Причем подготовка экспедиции была отвратительной. С ней отправился Том. Из базового лагеря он отправил письмо домой, где просил Джемму рассказать обо всем леди Женевьевы. Сейчас мы готовим свою экспедицию, но лучше тебя никто не знает, что нам может потребоваться.

Исследователь простонал. Мало ему матери, готовой посадить своих детей под замок, лишь бы они находились под ее постоянным контролем. Теперь еще эта новость. Хотелось высказать обо всем долго, нудно, в выражениях, которые в таких домах употребляются только в подсобных помещениях, ну или среди своих коллег, когда все складывается плохо. Благо произнес он только пару слов, но поймал укоризненный взгляд подруги и замолчал. Как оказалось, вовремя, потому что к ним уже спешила леди Женевьева.

— Рикьярдо, — она обняла мужчину, но быстро отпустила. — Вот уж не думала, что буду рада тебя видеть. Проходи, прошу. Распорядится что-то подать? Ты же только вернулся, а у нас тут почти военные действия.

Женщина говорила быстро, чего никогда не позволяли себе люди ее положения, не скрывала своего волнения, при этом пыталась проявить заботу о госте.

— Не стоит беспокоиться. Ваше дело важнее. Я бы хотел ознакомиться с наработками.

— Нала, будь добра, проводи Рика, — попросила ее леди, — а я пока распоряжусь, чтобы вас накормили, лорд.

— Пойдем, — девушка потянула его за руку.

В большой гостиной, ставшей своего рода штабом спасателей, царило подобие хаоса.

Большой стол, принесенный сюда из другого помещения, вперемешку лежали книги, бумаги, карты и планы. Кто-то что-то изучал, кто-то то ли сочинял очередной список, то ли редактировал уже имевшийся. Кто-то старательно сверял данные разных карт и пытался соотнести их на одной.

— Смотрите, кого я привела, — радостно сообщила девушка.

Тут же все головы поднялись и уставились на мужчину, а уже через несколько секунд Рикьярдо обнимали, хлопали по плечу.

— Ты же помоешь им? — всхлипнула Джемма.

— Разумеется, — немного растерянно ответил маг.

Обилие новостей, поведение леди де Блитц, да и усталость после долгого переезда привели к тому, что исследователь несколько запутался. Надо было взять паузу и попытаться понять, что к чему. Но сначала надо выпить кофе, в этом леди права. Только сейчас Рик осознал, что ничего не ел с раннего утра. А дома было не до того. Благо успел помыться и переодеться в чистое.

— Ребята, дайте вы нашему командиру хоть немного в себя прийти, — распорядился Рональд.

— А ты, приятель, давай, переваривай новости, и вспоминай, где твое исследование по Торвердору и все наработки касаемо экспедиции. Сейчас у нас имеется два больших корабля, десять исследователей, не считая тебя, столько же стихийных и боевых магов, три лекаря и два десятка стабилизирующих кристаллов. Проводников наймем на месте, все равно тут их не найти. Осталось решить, что надо брать с собой, что покупать там. Ну и сколько обычных наемников, потому что у леди Женевьевы есть два знакомых, которые готовы предоставить нам до ста человек.

— Хватит десятка, — машинально ответил маг, после чего рассмеялся. — Да, такое ощущение, что я только вчера проект защищал. — У нас даже перебор получается. Но, с Товердором, лучше больше, чем меньше. Что у нас с финансированием?

— Все деньги рода де Блитц, — раздалось от двери. — Сейчас я могу спокойно предоставить вам два миллиона. При необходимости могу продать три доходных дома, правда, благо желающие найдутся. И получить кредит. Так что в самое короткое время можно получить до десяти миллионов.

Женщина пересекла свободное пространство и лично поставила перед Рикьярдо поднос с чаем и бутербродами.

— Думаю, мы уложимся в куда меньшую сумму, — усмехнулся мужчина, усилием воли отгоняя мысли о Мике и Томе. Паниковать и переживать он будет, когда корабли выйдут из порта. Тогда у него будет на это неблагодарное дело недели три, пока они не доберутся до материка. Сейчас же надо действовать. Для начала понять, что уже сделано, самому все посмотреть, поговорить с магами, отдать распоряжения о закупках, и успеть сделать еще много всего. Благо вопроса о помощниках не стоит.

Вся подготовка заняла не больше трех дней. В основном потому, что многое уже было сделано. Рикьярдо поднял свои наработки со времен студенчества, а настойчивость леди Женевьевы привела к тому, что запасы продовольствия, лекарств, амулетов с маленькими стабилизирующими кристаллами и вооружения было взято больше. Исследователь сначала пытался сопротивляться, потом махнул рукой. Спорить с этой женщиной было сложнее, чем с матерью. С другой стороны, они не надеялись, что смогут что-то добыть охотой. Им придется спешить, чтобы как можно быстрее выйти на заданные координаты, при этом пытаться сканировать местность, если та группа сбилась с курса. Поэтому запасы лишними не будут.

Уже на следующий день после возвращения Рик перебрался в особняк де Блитц, поскольку мать устроила истерику. Сначала она дожидалась его до позднего вечера, а потом упрекала в бесчувственности, черствости, что какие-то распутные девки ему дороже родной матери. На шум пришел отец и быстро отправил женщину в ее комнату. После этого состоялся короткий разговор, по итогам которого лорд Ромир пообещал пригласить лекарей, чтобы те выяснили, насколько леди де Сентан адекватна.

Никто не мог поверить, что новая экспедиция в Товердор может быть снаряжена в столь короткие сроки, но людям удалось невозможное. Единственная сложность, которая возникла у магов — отговорить леди де Блитц и Джемму от поездки с ними. Если девушка еще прислушалась к доводам друзей, и осталась с ребенком ждать мужа, то бабушка Микаэллы не хотела ничего слушать.

— Леди Женевьева, — в последний вечер перед отправкой не выдержала всегда спокойная Нала, — вы что, хотите, чтобы мы не добрались до места? Вы же будете нас всех задерживать.

Поход по Товердору — это вам не загородная прогулка в лесу радом с поместьем. Это жара, насекомые, болота, хищники. Неподготовленный человек просто не выдержит всех условий местности. Максимум, что мы можем вам позволить — добраться с нами до базового лагеря, и дожидаться там результатов.

Это заставило женщину задуматься. А более подробное объяснение девушки окончательно убедило, что лучше оставить эту затею. Вернувшийся из дальнего поместья лорд Анри подтвердил, что неподготовленным людям лучше оставаться дома и ждать результатов в привычном климате. В результате леди пришлось смириться.

В результате, через четыре дня после возвращения Рикьярдо стоял на палубе корабля, полным ходом двигавшегося к берегам другого континента. Маги воздуха следили, чтобы ветер был попутным, водники контролировали стихию. Остальные просто отдыхали, понимая, что их работа начнется позже.

Рикьярдо мерил шагами палубу, стараясь не мешать людям.

— Сейчас ты все равно ничего не можешь сделать, — подошел к нему Рональд.

— Знаю, — вздохнул тот. — Поэтому сейчас я делаю то единственное, что остается — переживаю и нервничаю. Думаю, лучше занятья этим сейчас, а не когда надо будет действовать.

— Тогда иди на корму и не путайся у людей под ногами, — посоветовал друг. — Или спустись в трюм. Там тебя никто не увидит, и не будет заранее настраиваться на неудачу. Поверь, мы все волнуемся, но держим себя в руках.

— Потому что это не твоя невеста, Рон. Ты же знаешь, что Мика сбежала не просто так.

Сначала намеки Жоста, которые она неверно истолковала, потом это письмо. Вернусь, непременно выясню, кто его писал.

— И что сделаешь?

— Пока не знаю. Зависит от итогов нашей экспедиции.

Рональд нахмурился. Стало понятно, для того, кто написал подложные письма, будет лучше, чтобы Микаэлла и Том выжили.

Остальные участники экспедиции старались поменьше строить предположений. В основном они просто готовились к предстоящему переходу через джунгли. Пусть еще дома была проделана большая работа, всегда найдутся мелочи, которые не были предусмотрены изначально, но которые начали всплывать, когда вернуться обратно было невозможно.

Никто не возмущался, если что-то подобное обнаруживалось неожиданно. Все-таки места, куда они отправлялись, посещались редко. Никто не знал, насколько та вещь, которую забыли, на самом деле будет им нужна, но старались придумать, чем ее можно будет заменить. Так, дополнительные тенты для шатров было решено или приобрести в базовом лагере, или, если такой возможности не представится, использовать ветки деревьев или листья. Упряжь для животных, если та начнет приходить в негодность, думали заменить простыми веревками, вплетая в них кольца и крепления из поврежденных элементов. Заклинаниями решили без лишней надобности не пользоваться. Стабилизирующие кристаллы тоже имеют свой срок службы, и уменьшать его никто не хотел. Еще неизвестно, что ждет путников в дороге.

Против хищных животных готовили запасы стрел и копий, благо заготовки были взяты с собой с запасом. Собственно, изначально предполагалось, что этим будут заняты во время перехода те, для кого не найдется иного дела. И все равно свободного времени у людей было очень много. Собираясь вечером на палубе, они большей частью молчали, или обсуждали возможное развитие событий. Не было привычных песен и шуток. Вместе с тем, никто не строил предположений, что происходить с пропавшими друзьями.

Сам Рикьярдо по большей части молчал, или делился с теми, кто плыл с ним на одном корабле всей информацией, которую он смог найти за годы обучения, и за последние перед отправлением дни. Увы, ничего нового обнаружить не удалось. За ту пару лет, что прошло после окончания академии, серьезных попыток исследовать болотистые джунгли не было. Несмотря на прогнозы ученых о залежах полезных ископаемых, богатом животном и растительном мире, желающих поближе с ним познакомиться было не много. А те, кто решался на подобное путешествие, не уходили далеко от базового лагеря. Экспедиция, в которой была Микаэлла, оказалась первой за много десятилетий, кто решился забраться так далеко в джунгли.

Каждый день Рикьярдо начинал, убеждая себя в том, что все будет хорошо. Каждый день он старался как можно меньше думать о том, что может ждать их в Товердоре. Но каждую ночь во сне его преследовали кошмары. Он просыпался, долго приходил в себя, анализируя каждый сон и пытаясь при помощи логики опровергнуть привидевшиеся ужасы, вновь забывался, а утром поднимался, когда ночная вахта сменялась дневной.

Так продолжалось до тех пор, пока не вмешались Тиана и Нала. Девушки сначала заставили друга рассказать, что происходит, а потом, после недолгого совещания, вручили ему пузырек со снотворным. Средство помогло, пусть не совсем так, как хотелось подругам. На утро Рик помнил, что снилось ему что-то неприятное, но что именно, сказать он не мог. Единственным плюсом стало то, что он все-таки немного отдыхал. Себя же он успокаивал одним — когда кончится плавание, и они выйдут на маршрут, мозг будет занят решением иных вопросов, на пустое беспокойство не останется времени, и ночной отдых перестанет быть пыткой.

Три недели потребовалось кораблям, чтобы пересечь океан и достигнуть нужного континента. Обитатели базового лагеря были удивлены появлению столь внушительного отряда.

Когда же те стали уточнять маршрут, по которому планировала отправиться предьдущая группа, всем стало понятно, что дело серьезное. Очень быстро нашелся один из представителей организаторов, у которого хранилась так называемая карта с планируемым маршрутом.

Рикьярдо внимательнейшим образом изучил ту бумажку, что им предоставили. Благо удалось хоть как-то понять, куда следовало двигаться отряду. Исследователь ругался, высказал представителю нанимателей все, что думал о них самих, тех, кто на них работает, и порекомендовал человеку как можно скорее расторгнуть с ними договор, потому что леди Женевьева, скорее всего, займется ими, пока ждет внучку и тех, кого послала за ней. Мужчина лишь покивал, после чего отправился выяснять, когда ближайший корабль из тех, что заходили набрать пресной воды и пополнить запасы провианта, отправятся в путь.

— Три дня на последнюю проверку, — распорядился де Сентан, — ищем проводников.

Желательно трех-четырех, на оплату не скупимся. И сразу говорите, что всю сумму они получат только после того, как мы найдем наших товарищей и их спутников. На рассвете четвертого дня выходим.

Все только покивали. Их друг и командир во время этой экспедиции забыл сказать всего одну фразу. Найдут они Мику, Тома и остальных живыми, или же обнаружат только следы лагеря и их кости. Но эта мысль напросилась, словно сама собой. И только усилием воли удалось отогнать ее.

Проводники нашлись на удивление быстро. То ли предложенная за их труды сумма повлияла на это, то ли просто не сезон для изучения окрестностей, но пятеро охотников вызвались если не довести отряд до нужной точки, так помочь им в переходе по джунглям. Этого было больше, чем достаточно, но Рик распорядился присматривать за ними. Мало ли, что придет в голову этим людям.

Выступили в путь, как и было запланировано. Стабилизирующие кристаллы были равномерно распределены между всеми. Маги, помимо больших кристаллов в поклаже, носили украшения с маленькими кристаллами, чтобы иметь возможность при помощи заклинаний изучать дорогу и высматривать следы тех, кто прошел по этому маршруту ранее или предупреждать нападения хищников.

Уже через пару часов они поняли, что все предыдущие испытания были всего лишь легкой прогулкой на фоне того, чем их встретил Товердор. Сырость, лианы, препятствующие продвижению, жара и духота. К магии старались без лишней надобности не прибегать. Дорогу расчищали при помощи топоров, мачете, ножей и кинжалов. Редко когда сжигали самые густые препятствия. Хотя, горели они ужасно все из-за той же самой сырости. Первая же попытка разбить преграду с помощью магии показала, что это почти невозможно. На расстоянии заклинания теряли силу и начинали действовать странным образом, вплоть до того, что сплетение лиан становилось еще гуще.

В конце дня, когда отрад разбивал лагерь для ночлега, Рикьярдо попытался подсчитать, сколько они успели пройти и нанести маршрут на карту, к нему подошел один из проводников.

— Вижу, вы хорошо подготовились к этому походу, но вы не знаете, что такое Товердор, — загадочно произнес он. — Это место хранит много тайн и старательно охраняет их. Лучше вернитесь обратно.

— Не могу, — покачал головой маг.

— Все могли, — возразил мужчина.

— Они да, я нет. Моя невеста и мой друг где-то в этих лесах. Я должен или найти ее и вернуться домой, или вернуть родным то, что от них осталось, — рявкнул Рик.

— Да, это веская причина, — обдумав услышанное, ответил мужчина. — Я постараюсь провести вас по тропе, которой могли пройти и они. Это один из самых простых путей, хотя сначала может показаться иное. И я не буду брать оставшуюся плату.

Де Сентан кивнул, после чего извинился перед проводником и продолжил свою работу.

Какими бы ни были результаты их экспедиции, надо оставить для потомков более подробную карту хотя бы части местности.

С другой стороны костра сидела Нала и тоже что-то активно записывала. Судя по тому, что девушка умудрялась в дороге собирать листья, веточки растений, какие-то цветы и много чего еще, становилось понятно, что их знаток энциклопедии тоже старается использовать время не только для беспокойства.

Огладевшись, Рикьярдо заметил, что все исследователи что-то или старательно изучают, или записывают, или читают. Боевые маги спокойно приводили в порадок свое оружие, которым днем прокладывали себе путь. Остальные просто отдыхали, готовясь к новому переходу. Товердор не любил незваных гостей, старательно оберегал от них свои дороги, секреты, тайны. Но этим гостям было ни к чему то, что принадлежало лесу, если только оно не мешало им двигаться дальше. Все, что было нужно этим людям — найти своих друзей и помочь им вернуться домой.

На следующий день встали рано, и, едва стало достаточно светло, чтобы не прибегать к магии, двинулись дальше. Проводник держал обещание, и скоро они выбрались на то, что можно было бы назвать тропой. Вот только проложена она была явно не человеческими ногами.

Исследователи беспокоились, что не смогут найти следов тех, кто шел этим путем за несколько месяцев до них, но довольно быстро нашли подтверждение обратного. Довольно быстро они обнаружили след от костра, который еще не успели полностью скрыть травы. После короткого осмотра удалось найти еще несколько предметов, указывающих на то, что экспедиция Микаэллы и Тома тоже шла этим маршрутом.

Исследователи приободрились. Да и остальные, увидев наглядное подтверждение того, что им предстоит найти и вывести обратно людей, иначе посмотрели на свою миссию. Одно дело, много раз услышать, ради чего предстоит отправиться в неведомые джунгли, совсем другое — получить этому неоспоримые доказательства. А то мало ли зачем понесла этих исследователей нелегкая туда, куда и демоны остерегаются забираться в одиночку без лишней надобности.

Дальше двигались пусть не так быстро, как хотелось, но без какого либо недовольства со стороны наемников. Впрочем, те ворчали больше для вида. Те деньги, которые им обещала леди де Блитц и лорды де Сентан, если они найдут юную леди и ее спутников, могли обеспечить им, вкупе с уже накопленными средствами, спокойную старость. Некоторые подозревали, найдись девушка живой, и денег будет несколько больше. Кто-то уже планировал купить домик и завести огород, кто-то — открыть таверну на тракте, а кто-то жениться.

Проводники исправно выполняли свои обязанности, правда до тех пор, пока местность была им знакома. Вскоре первый признался, что дальше дорога ему неизвестна. Конечную точку маршрута они все видели с одной из прибрежных вершин, но только один из них приближался к ней на расстояние одного дневного перехода. Обо всем этом они рассказали уже следующим вечером, добавив, что во всем лагере нет ни одного человека, кто бы был в указанном месте.

После непродолжительного обсуждения, исследователи решили, что никого отправлять обратно они не будут, пусть люди остаются с отрядом. Зато потом новый опыт может пригодиться им в нелегкой работе.

Остальным участникам тоже рассказали, как обстоят дела. Те были недовольны, но выбора не было. Возвращаться обратно никто не хотел хотя бы потому, что не получат оставшуюся часть оплаты. Но никто не знал, как быть.

— Значит так, — вспомнив годы учебы, принял решение Рональд, — сейчас двигаемся по маршруту, которым нас ведут, тем более что он совпадает со следами костров. Если следы тех, кого мы ищем, теряются, возвращаемся к последним их следам, и запускаем поисковое заклинание. Не думаю, что это будет расточительством кристаллов.

Спорить никто не стал. В любом случае, выбора у них не было. Сейчас надо дойти, найти людей и помочь им вернуться обратно. Время играет против спасателей, возвращаться в лагерь и искать того, кто, может быть, знает, как им добраться до нужного места — непозволительная роскошь.

Том со вздохом отправил в огонь очередное полено. Вопрос питания в последние дни был решен самым простым образом — мулы пошли на мясо. Неведомый хищник умудрился загрызть еще одного зверя. Благо дежуривший в этот вечер Эрик смог вспомнить, как в нынешних условиях создавать огненные заклинания и ранил животное. Больше рисковать не стали. Жертву сварили в тот же день, остальных же загнали в центр лагеря, ближе к костру. Через три дня в котел отправилось еще одно вьючное животное. Оставшиеся два ждали своей участи в небольшой загородке.

Удалось определить, какими травами питались животные, после чего они появились и в котле людей. Пока все было не так плохо, за одним исключением — на жаре мясо быстро портилось.

Такими темпами они очень быстро останутся без него, а значит, без достаточно сытной еды. А это опять приведет их на грань гибели.

Покосившись в сторону запасов топлива, маг пришел к выводу, что пора бы его пополнять.

Надо будет позвать кого-нибудь и свалить очередное дерево. Процесс этот был не простой, потому что для начала надо было найти то, которое подходит для костра. Большинство растительности после того, как высыхало, прогорало в считанные минуты. Надо было постараться, чтобы найти подходящее, потом свалить его, распилить и перетащить к лагерю. На все это уходило много времени из-за жары и одолевавших работников мошек, благо ядовитых среди них не было.

Но эти вопросы были для Тома вторичными. Больше всего он переживал за подругу. После того, как питание улучшилось, Мика немного приободрилась, но маг понимал, все это лишь временно. Болезнь продолжала точить хрупкий организм, не имевший возможности использовать все свои резервы для лечения. Увы, всем магам приходилось тяжело. Лес стремился избавиться от них. Выгнать, убить, сделать все, что угодно, лишь бы эти люди покинули его пределы. Аномалия старалась сделать все, лишь бы ее тайны не были разгаданы.

Место это было не единственным. Было известно еще около двух десятков таких участков, но все они были небольшими. Один даже располагался на территории академии. Его старались изучать, но до сих пор безуспешно. Единственное, что удалось сделать — разработать стабилизирующие кристаллы. Увы, производство их было сложным, времени уходило много, и стоили они соответственно. Иначе бы Том и Мика озаботились их приобретением, а группа не оказалась в столь тяжелой ситуацией.

Маг мотнул головой. Со стороны могло показаться, что он отгоняет какую-то мушку, но на самом деле это была попытка отмахнуться от навязчивых мыслей. Получилось ли у Джеммы поговорить с леди Женевьевой. Отправит ли та экспедицию для спасения внучки, или придется обращаться в ректорат. Разумеется, преподаватели не оставят своих выпускников в беде. Вот только печатки, на которые можно было настроить телепорт, здесь бессильны, а времени на подготовку спасателей у них уйдет много больше, чем у бабушки Микаэллы.

Словно прочитав его мысли, девушка появилась из своего шатра. Вот уже несколько дней, как они жили вместе с лекарем. Сначала Мика пыталась спорить, возражать, потом поняла, что никто не собирается ее слушать, и смирилась. Потом оценила заботу женщины. Та помогала унять приступы кашля, подавала воду, поддерживала, отвлекала. Да и всякие ползучие гады больше не представляли такой опасности. Еще одна змея, проползавшая возле порога, пополнила запасы провианта.

— У меня создается впечатление, что ты не отдыхаешь, — заметила она, устраиваясь возле огня.

Том отметил, что подруга с каждым днем выглядит все хуже. Да, она смогла чуть поправиться, равно как остальные обитатели лагеря, но лихорадочный румянец не сходил с ее лица. О возможном спасении девушка не заговаривала, равно как и о том, что ждет ее в обозримом будущем.

— Так получается, — развел он руками. Ответ можно было трактовать любым образом, но Том не собирался уточнять. — Уоррен Чейз говорит, что наши посадки скоро зацветут. Есть шансы, что мы получим хороший урожай.

Мика улыбнулась. Поддерживать разговор о грядках ей хотелось меньше всего, но следовало оставаться вежливой. Нет, с самим Томом она могла говорить о чем угодно, называть все своими именами, высказывать свое мнение. Но на другой стороне сидел их проводник, последний оставшийся с отрядом. Еще веривший, что сможет вернуться домой. Поэтому девушка предпочла промолчать.

Изначально проводников было четверо. Но один сбежал с теми, кто решил покинуть отряд.

Или его просто купили. Сейчас это уже не важно. Еще двое скончались. Одного укусила змея, другой умудрился провалиться в болото. Вытащить его не смогли. Остался последний.

Единственный, кто знал дорогу до этого места. Кто мог еще вывести их. Мог бы, если бы у них было достаточно запасов и сил нести на себе то, что раньше тащили мулы. Поэтому сама Микаэлла не верила в их спасение. Но старалась делать все, чтобы остальные не потеряли надежды. Вдруг, бабушка, в самом деле, расщедриться на спасателей. Пусть не вернется домой она, зато другие смогут выбраться из этого гиблого места. Или преподаватели решат вытащить своих непутевых выпускников. Правда, потом Тома могут лишить права заниматься исследованиями, но это такие мелочи.

— Как думаешь, сколько времени им потребуется, чтобы добраться сюда? — неожиданно поинтересовалась девушка.

Том чуть не попал себе по пальцу ножом, которым обстругивал прут. Потом удивленно посмотрел на подругу.

— Кому им? — на всякий случай уточнил он.

— Бабушке, ее людям, — пожала плечами Мика.

— Не знаю, — он задумался. — Дорога сюда, плюс обратно. Пока письма рассортируют, доставят Джемме, пока твоя бабушка согласиться ее принять… Думаю, от недели до пары месяцев.

— Долго, — вздохнула девушка, после чего сорвала чудом уцелевшую возле костра травинку и принялась завязывать ее узелками.

Роджерс внимательно смотрел на нее. Девушка хотела верить в спасение, но не позволяла себе этого. Еще никогда он не видел Мику такой, отчаявшейся и все равно где-то глубоко внутри хватающейся за соломинку надежды. Сам он не переставал молиться всем богам, чтобы у нее хватило если не сил, то упрямства. Это то немногое, что досталось ей от бабки, что леди Женевьева, сама того не подозревая, взрастила в своей внучке, развила, что не давало девушке сложить руки и перестать бороться в безвыходных ситуациях. Вот и сейчас она не верила в спасение, но держалась, чтобы поддерживать остальных.

И люди верили ей. Прежде всего, потому что не знали так, как знал ее маг. Уж его-то не могли обмануть ни улыбки, когда глаза блестели не от искренности, а от болезни, ни кажущийся оптимизм фраз. Все, что могу сделать исследователь — давить на упрямство подруги. Действовать приходилось осторожно, чтобы она не заметила подвоха, но иначе Микаэлла давно бы сдалась. Ну уж нет. Пока он верит, он заставит всех держаться. Иначе нельзя.

Нож чуть глубже врезался в прут, рассекая тот на две части. Одна полетела в огонь, вторая осталась в руках мага. Рискнуть, или не стоит? Заклинание не проверенное. Знакомый теоретик только разработал его, но практических испытаний еще не было. Еще не прошла проверку базовая конструкция и построение схемы. Первая практика была назначена на начало учебного года, когда все преподаватели вернутся в академию и успеют ознакомиться с разработкой.

Само заклинание предназначалось для работы в условиях нестабильности магических потоков. Собственно, оно должно было на время стабилизировать магический фон в местности вроде Товердора. После этого можно было применить несколько заклинаний, не боясь, что они сработают не так как надо. Но что, если само заклинание не сработает? Можно обсудить все с Микой, но с нее станется самой опробовать его. Ведь девушка постоянно повторяет, что ей нечего терять. Ей-то, может, и нечего, а вот ему не хочется терять подругу.

— Что-то случилось.

— Да так, — исследователь пожал плечами, после чего кинул вторую часть прута в огонь, — дом вспомнил. Мелкая, наверное, уже бегает шустро и мать вопросами засыпает, а Джемма мечтает сдать ее на время родителям или мне, и хоть на неделю куда-нибудь исчезнуть, чтобы потом меньше отрабатывать.

— Я думала, ей срок практики сократили, — удивилась Мика.

— Наши? Держи карман шире. Сказали, когда ребенок сможет обходиться без матери, отработаете, — Том фыркнул, потом потянулся, отрезал от ветки новый прут и принялся аккуратно очищать его от коры.

— Да уж, не могли простить оставшийся срок. У нее, кажется, не так и много оставалось.

— Не больше пяти месяцев, — припомнил Том. — Ну, они сказали, что месяца два еще можно, но тут слишком много. Подозреваю, что исследовательский отдел просто старается за наш счет выполнить как можно больше заказов.

— Все может быть, — не стала спорить Мика. — Но некоторые оказываются интересными.

Помнишь, как мы вшестером взялись за пещерный комплекс в Арфине.

— И наткнулись там на остатки какого-то поселения, — улыбнулся Том.

— И как потом прибывшие на место исследователи ругались, что мы чуть не угробили ценнейшее свидетельство того, что первые поселения в этой местности возникли на сколько-то там раньше, чем где-то еще.

Том кивнул и продолжил вспоминать. Ему нравилось видеть, что подруга сейчас действительно весела, а не притворяется. Уже давно он не видел такую Микаэллу. А другие участники экспедиции и вовсе не имели возможности узнать ее с этой стороны. Том надеялся, что этот разговор немного подбодрит ее, даст новый заряд сил, чтобы продержаться еще несколько дней. К тому времени он успеет придумать еще что-нибудь. Или вспомнить. Главное, чтобы этих мыслей и идей хватило до прибытия помощи.

— Слушай, а как думаешь, — отсмеявшись, серьезно заговорила девушка, — не могла та дама соврать мне, что Рик уехал надолго. Да и письмо от него какое-то странное было. Даже когда он торопился, то всегда старался написать что-то вроде люблю или целую. А тут и этого нет, да и почерк какой-то…

— Не исключено, — кивнул Том. — А теперь подумай, возвращается Рик домой, тебя нет, куда исчезла — неизвестно. Твоя бабушка говорит одно, сроки проходят, а ты не возвращаешься. Что он будет делать?

— Поставит всех с ног на уши, чтобы понять, где я, — задумалась Мика. — Потом разовьет активную деятельность, чтобы отправится на мои поиски… Ой, ты думаешь, что он уже…

Допустим, я ничего не думаю, — пожал плечами маг, — и, как ни странно, больше надеюсь на твою бабушку, но такого варианта не исключаю. А если они будут действовать совместно…

Мика как-то съежилась и вжала голову в плечи, словно на нее должен обрушиться гнев и леди де Блитц и молодого лорда де Сентана.

— Ну и натворила я дел… — вздохнула она. — Теперь расхлебывать…

Том оставил в покое прутья, убрал нож, после чего устроился рядом с подругой и обнял ее, потом погладил по голове, словно маленького ребенка, и тихо прошептал:

— Ничего, не переживай. Никто тебя ни в чем не обвиняет. Собственно, даже если бы мы не пошли в эту экспедицию, остальные ее участники все равно бы отправились сюда. И еще неизвестно, чем бы для них закончилась вся эта история. Может, все бы давно погибли, если бы не ты.

Девушка промолчала. Просто сидела, прижимаясь к другу, словно к надежной стене в рушащемся мире. Не хотелось думать о том, что все кончилось.

Страшно было во что-то верить. И очень сильно хотелось жить. Именно сейчас Микаэлла понимала, как мало успела сделать, сколько было планов, и как глупо она повела себя.

И та фраза лорда Жоста уже казалась ей неоднозначной. Почему она решила, что он станет ее мужем. Может, он намекал на то, что скоро у нее закончится отработка, сам он оставит службу, и они будут чаще встречаться на приемах и вечерах у общих знакомых. Самая же большая глупость заключалась в том, что она сбежала и не спросила у бабушки имени жениха.

— Том, какая я дура, — тихо прошептала она. — Я же сделала выводы исключительно исходя из того, что хотела услышать. Я же ни у кого ничего не спросила. У бабушки, у того же лорда Себастиана. Я просто слышала то, что хотела услышать, а потом надумывала себе то, чего больше всего боялась.

— Бывает, — осторожно подбирал слова мужчина. — Все мы глупости творим. Кто-то сбегает в глушь, кто-то любовниц заводит, а кто-то просто в порыве отчаяния города с землей сравнивает.

— Так, — девушка выпрямилась и посмотрела на него, — ты что, Джемме изменил?

— Нет, — он покачал головой, — так, мелкие разрушения в рамках одного хутора. Причем за этот сарай я расплатился с его хозяином, но тот меня решительно достал. Думаю, если бы не я, то постройка все равно через год развалилась бы. Жуки стенки все проели — одна труха. Между досок щели такие, что пройдет не то, что крыса, а куница или лиса. Крыша проваливалась. И за это дело я ему два десятка золотых отвалил, после чего он еще собирался обращаться в ректорат и к судье.

Мика рассмеялась. Пару раз и она сталкивалась с такими клиентами, но их быстро охлаждал намек, что можно получить массу неприятностей, потому что ректор непременно настоит на проведении экспертизы, после чего стоимость ее придется оплачивать тому, кто действительно виноват. Более того, придется заплатить и ущерб, нанесенный несправедливыми обвинениями в адрес исследователя. А вся история будет опубликована не где-нибудь, а в центральной газете, чтобы окончательно развеять слухи, что исследователь попался некомпетентный.

Том внимательно слушал инструктаж, как надо поступать в подобных ситуациях, кивал там, где следовало, а сам радовался, что подруга снова хоть немного стала похожа на саму себя, а не на бледную тень, которую даже привидением не назвать из уважения к последним. Главное, чтобы все это не сошло на нет из-за какой-нибудь ерунды.

— Умеешь ты в истории влипать, — произнесла девушка. — У меня обычно все куда банальнее.

Или отповедь подробная, или, если не помогло, фамилия отпугивает. Связываться с бабушкой никто не хочет.

— Ну, смотря в каких вопросах и на чьей стороне, — заметил Том.

— Это да, — кивнула Мика, после чего закашлялась.

Исследователь сразу плеснул в кружку отвар из котелка и передал его подруге. Та благодарно кивнула, после чего залпом выпила содержимое.

— Ну и гадость. Что это?

— Витаминный отвар, — скривился Роджерс. — Чего только пить не станешь, чтобы силы поддерживать. Особенно, когда заставляют.

Микаэлла снова улыбнулась.

Рикьярдо внимательно осматривал следы. Рядом с ним, нахмурившись, стояли остальные выпускники. Радом со следом костра валялись какие-то вещи, чуть в стороне бесформенным куском ткани повисла на кустах чья-то палатка. А в стороне от дороги, за кустами, оставались самые страшные находки — объеденные кости, некогда принадлежавшие людям. И то это установили с большим трудом лекари.

— Сканируем мест, — распорядился Рик. — Надо понять, что тут случилось.

— Подождите, — один из магов, носящий на груди большой амулет с черным камнем вышел вперед. — Не тратьте энергию камней. Давайте сначала попробую я.

Рональд кивнул, после чего осторожно дотронулся до локтя друга. Де Сентан нехотя отошел в сторону, позволяя некроманту работать. Остальные тоже потеснились к краям полянки. Если сначала люди недоумевали, зачем им этот маг, то теперь предусмотрительности леди Женевьевы оставалось только завидовать. Хотя, женщина вряд ли думала, что ее внучка погибнет, когда нанимала этого человека.

Маг вырезал ножом в земле какой-то рисунок, который лишь условно можно было назвать пентаграммой, после поставил в центре красную свечу, а вокруг нее натыкал зажженные палочки благовоний. После чего произнес какую-то молитву и плеснул непонятной синей жидкостью на одну из линий. Первое мгновение ничего не происходило, но потом поляну начал медленно окутывать туман. Как только ничего, кроме белесой субстанции не стало видно, он мгновенно растаял, и перед путешественниками открылась картина того, что происходило на этом месте. Маг снова что-то сделал, и изображение ускорилось.

Вот на поляну со стороны чащи вышел небольшой отряд, состоящий из незнакомых мужчин.

Они разбили лагерь, развели костер, принялись готовить пищу, что-то обсуждали. Звуков слышно не было, оставалось только догадываться, о чем шла речь. Стемнело. Люди собрались вокруг костра, вытащили две большие фляги и пустили их по кругу, прикладываясь по очереди. Вот первый человек поднялся и шатающейся походкой отправился куда-то за границу света. Через какое-то время за ним последовал второй.

А потом все неожиданно подскочили, забегали, хотя движения были все равно замедленными, шатающимися. Кто-то не мог удержаться на ногах и падал на землю, после чего перемещался уже на карачках. Дрова в костре прогорали, огонь затухал. Но даже в скудном свете можно было рассмотреть, как на поляну выскочили три большие кошки странного окраса. Они ловили людей, словно мышей, грызли, распарывали животы когтями. Потом, когда бегать было некому, одна из кошек подхватила свою добычу и куда-то ее поволокла. Другая принялась за еду прямо на этом месте. Вьючные животные или разбежались, кто куда, или разделили участь своих хозяев.

Некромант задул свечу. Туман рассеялся. Но теперь было понятно, что Микаэллы и Тома на этом месте не было.

— Кто-нибудь знает этих людей? — спросил у проводников Рикьярдо.

— Только того, что в большой шляпе, — сообщил один из них. — Это Дейв, один из нас.

Репутация у него была та еще. Брал за свою работу больше всех, вроде как он лучший из всех нас. Но, если грозила опасность, мог благополучно сбежать. Если клиенту удавалось выжить, возвращал ему часть суммы, но, чаще всего, приходить с претензиями было некому. Странно, что наняли именно его.

Рикьярдо только пожал плечами. Мотивы нанимателей были ему неизвестны. Если повезет, те, кого они ищут, потом прояснят этот вопрос.

— Судя по всему, проводник и еще несколько человек просто бросили отряд, — заметил Рональд, когда они отправились дальше.

— Очень на то похоже, — согласился де Сентан. — Их счастье, что пошли на обед диким кошкам, иначе бы я сам разделался с ними, а потом попросил бы нашего некроманта поднять, и повторил все еще раз.

Рон предпочел оставить это без комментариев. Все, кто учился с Микаэллой и Томом поступили бы с предателями примерно также, тем более что суда тут нет, а свидетели благополучно ничего бы не увидели.

— Странно, что опытный проводник не распорядился выставить дозор, — заметила подошедшая к ним Лара. — Оставить лагерь без защиты, напиться… Может и хорошо, что эта компания сбежала. Мике меньше проблем.

— Мне не нравилось то, что у этой группы было много поклажи, — признался Рикьярдо. — Думаю, нам стоит спешить.

Лара только покачала головой. Спешить надо, но как? И без того они двигаются на пределе возможностей. Только переход по джунглям и по лесу очень отличаются между собой.

— Другой дороги нет, — словно прочитав мысли девушки, заявил проводник. Остальные согласно закивали.

— И нет гарантии, что они не свернули куда-то в пути, — поддержал его другой. — Сейчас вы идете, проверяя правильность маршрута магией, но что, если в конечной точке будут расхождения, и за дальностью расстояния вы не сможете найти ваших друзей.

Возразить на это было нечего. Рикьярдо кивнул.

— Будем идти без дневного привала, есть можно и на ходу. Выходить раньше и двигаться, пока возможно, — распорядился он. — Выдвигаемся.

Через считанные минуты отряд выдвинулся дальше.

Леди де Блитц медленно ходила по гостиной. Лорд сидел в кресле и читал последние газеты.

— Как ты можешь быть таким спокойным? — не выдержала женщина, повернувшись к мужу. — Наша девочка неизвестно где, мы не знаем, что с ней происходит, а тебя интересуют какие-то ставки?

— Котировки, — поправил ее муж. — Меня интересуют последние котировки с рынка бумаг и валюты, рынок недвижимости и прочие вопросы, которые ты забросила, — спокойно произнес он.

— Все равно мы ничего не можем сделать. А от того, что ты протопчешь в ковре дыру, Микаэлле не станет ни лучше, ни хуже. Так что лучше я буду делать то, что могу, чем предаваться страданиям и панике.

— Я и не знала, что мой муж — бессердечный чурбан.

— Почему же? — он отложил в сторону газету. — Вообще-то бессердечной всегда была ты.

Твои манеры воспитывать внучку, а те годы, когда она поступила в академию… Да у девочки денег было меньше, чем у ее друзей из бедных семей. И этот постоянный контроль, давление, попытка сломать, сделать под себя.

— Да? — леди де Блитц внимательно посмотрела на мужа, потом опустилась в кресло напротив.

— Значит, со стороны это выглядело так?

Он кивнул, но говорить ничего не стал, понимая, что сейчас не время. Судя по всему, наступил один из тех редких моментов, когда его жена готова объяснить, что ею двигало.

— А ты не думал, что я просто боялась за нашу Мику? — посмотрела она на него. — Я читала истории, как молодые маги уничтожали сами себя, потеряв контроль, и боялась, как бы нечто подобное не произошло и с ней. Я боялась потерять после сына еще и внучку. А потом второй сын уехал, и я вообще потеряла голову. Я постоянно жила в страхе, что останусь одна, не понимая, что тем самым еще больше отдаляю близких мне людей. Жила своим горем… Я даже не могу объяснить все, настолько это сложно выразить словами. Только когда Мика сбежала, я поняла, что натворила. Вся эта жестокость, эти недомолвки, недосказанность, приказы, без которых можно было бы прекрасно обойтись… Если бы можно было вернуться назад и все изменить…

Женщина достала из-за пояса платок и промокнула ставшие влажными глаза.

— Ну-ну, не стоит, — осторожно произнес лорд де Блитц, протянул руку и накрыл ею ладонь жены.

— Я очень хочу, чтобы Мику нашли, — всхлипнула женщина. — Чтобы Антуан с семьей вернулись в страну. Пусть они не будут жить с нами, но я смогу хоть иногда навещать внуков.

Чтобы все, наконец, закончилось.

— Почему бы тебе самой не написать сыну, — предложил лорд Анри. — Думаю, он будет рад получить от тебя такое письмо, а не пару сухих строчек.

— Да, — кивнула леди Женевьева, — я напишу ему. Хотя нет, лучше потом, когда эта история закончится, мы съездим к ним. Думаю, так будет намного лучше. Мне будет о чем поговорить с сыном, попросить прощение, рассказать все, как есть.

Лорд только кивал. Он хорошо знал это состояние жены. Состояние глубокого раскаяния. Вот только последний раз видел его давно, когда погиб сын и невестка. И увот теперь, спустя много лет, жену накрыл новый приступ. Хорошо это или плохо, будет понятно потом. Радовало то, что она, наконец, дала эмоциям выход. Холодная и расчетливая стерва исчезла, хорошо бы навсегда.

Еще лучше, если сын вернется. Сам он уже не раз просил об этом Антуана, но тот находил причины для отказа. Может, он послушает мать. Пока еще можно вернуть ту женщину, на которой он когда-то женился.

Пока же лорд де Блитц взял колокольчик и позвонил.

— Принесите леди успокаивающий чай, — распорядился он, едва заметил слугу. — Да и мне, пожалуй, тоже.

Слуга с поклоном удалился. Лорд Анри молча поднялся и подошел к окну. Наверное, надо будет навестить Себастиана. Понятно, что новостей в ближайшее время не будет, но даже просто поговорить уже хорошо. И обязательно заглянуть к этой девочке, Джемме, чей муж пропал вместе с их внучкой.

Леди Женевьева приняла из рук появившейся служанки чай и сделала большой глоток. Потом подняла голову и посмотрела на мужа, стоявшего у окна. На миг мелькнула мысль, что ему много проще. Он не рассорился с родными, даже с де Сентанами поддерживал хорошие отношения. В то время как она сама… Нет, не хочется об этом думать. Сейчас на это нет сил. Потом же… Потом придется думать, как быть. Как минимум придется приносить извинения. А есть люди, у которых прощения уже не попросить. И как искупить свою вину перед ними — неизвестно.

Под ногами хлюпало. Кочки так и норовили сбросить с себя тех, кто имел наглость тревожить обитателей болот, но отрад продолжал продвигаться все дальше. Если бы не магия, неизвестно, что бы было с людьми и вьючными животными. Последних так вовсе плавно левитировали, чтобы уберечь не только от падений, но и от крокодилов, сползшихся, наверное, со всего болота.

— Нам надо пересечь это болото, — сообщил проводник. — Останавливаться тут негде. Даже если и найдем небольшую сухую площадку, остаются крокодилы. Сейчас их еще отпугивает огонь и летающие животные, но неизвестно, как они будут реагировать, если мы остановимся.

— Не думаю, что тут будет достаточно сухого места для всех нас, — пробурчал Рональд, обновляя заклинание левитации. Шедшая радом Нала страховала часть отрада, чтобы никто не сбился с тропы, не завяз и не отстал.

Постепенно темнело, а конца болота не было видно. Проводники обещали, что уже скоро, но люди шли не потому, что верили им, а потому, что боялись остановиться. Магия магией, но неизвестно, на что способна местная живность. Вместо магических огней зажгли факелы. Пусть свет их не столь ярок, сейчас и без того задействовано слишком много заклинаний. А резерв камней восполняется очень медленно даже в обычной среде, что уж говорить об этом странном месте.

Но проводники не обманули. Факелы не успели прогореть до половины, когда трясина сначала стала уступать место нормальной почве. Какое-то время под ногами еще хлюпало, но идти стало много легче, и люди спешили оказаться как можно дальше и от воды, и от тех, кто поселился в этом месте.

В этот раз лагерь охраняли не только часовые, но и заклинания. Вид зубастых рептилий намекал на то, что они будут не прочь поживиться путниками, забредшими в их владения. Когда очередность дежурств была распределена, защитные заклинания опутали лагерь, исследователи собрались около одного из костров.

— Что ты сегодня ловил в этой трясине? — ожидая, пока будет готов ужин, повернулась к Никл асу Тиана.

Разговоры тут же стихли и все повернулись к нему.

— Когда мы проходили через ту поляну, — мотнул головой в сторону, откуда они пришли мужчина, — я заметил, что среди тех, кто там был, не оказалось магов. Ну и среди вещей мы не нашли ничего, что могло понадобиться для колдовства. А потом в болоте я заметил кости, чем-то похожие на лошадиные. Рядом была сумка. Меня насторожило то, что она была целой.

— Если на нее не позарились крокодилы, значит, там не было ничего съедобного, — заметила его сестра.

— Я подумал примерно также, — кивну исследователь, — тем больше мне хотелось понять, что же такого оставили на дне.

— И как? — нахмурился Рик.

— Теперь мне хочется узнать другое, — поморщился Никлас, — бедное животное погибло на пути туда, или обратно, — и он вытащил потемневшую от воды сумку для поклажи, а уже из нее — стабилизирующий кристалл. — Он не новый, но его резерв полон.

Рикьярдо нахмурился. Если камень с полным резервом, значит, в трясине он мог оказаться до того, как отряд попал на искомое место. Хотя, кто знает, как тут развивались события. Не исключено, что та группа, которую они обнаружили убитой, повернула обратно еще до перехода болота. Или вновь преодолевала ее. Без показаний пропавшего отряда картина полностью не восстановится.

— Я не думаю, что они бы пошли дальше без кристалла, — заметил, подошедший проводник.

— Вы слишком плохо знаете Микаэллу и Тома, — вздохнула Нала. Сидевший рядом с женой Рональд кивнул. — Если им что-то надо, они сделают это, даже не прибегая к магии. Другой вопрос, чего им это будет стоить.

Проводник предпочел оставить этот вопрос. Обсудив планы на следующий день, он вернулся к своим товарищам, оставив нанимателей обсуждать свои проблемы. Собственно, его дело маленькое, помочь отряду дойти до заданной точки, потом помочь вернуться, и в порту получить оставшуюся сумму за услуги. Сумма, которую им предложили, была таковой, что даже те, кто изначально водил желающих по краю Товердора, требуя немыслимые деньги, сейчас даже не думали разрывать контракт и поворачивать обратно.

— Больше всего я боюсь опоздать, — глядя на кристалл, произнес Рикьярдо. — Мало того, что это место отвратно само по себе, теперь еще и это.

— Отвратное, не то слово, — согласилась Лара, потом достала носовой платок и высморкалась.

— Вот как я тут простыла? Вроде всегда в тепле, холодного не пила, ноги не промочила, а, поди ж ты, умудрилась.

— Лекарям сказала? — тут же нахмурился де Сентан.

— Да, еще утром. Вьдали зелье, еще какие-то лекарства. Вот согреется вода, буду пить, — девушка продемонстрировала то, чем ее снабдили. — Словно сама природа нас отсюда выжить пытается.

Рик кивнул. Не исключено, что простуда подруги магического происхождения. В любом случае, надо торопиться. Судя по тому, что говорят проводники, до места им осталось не больше недели пути. Если пробиваться при помощи магии, может и меньше. Но так не хотелось рисковать. И без того приходится отслеживать следы прошедшего до них отряда. Иначе бы давно забрели неизвестно куда. От заданного маршрута предшественники несколько отклонились, и теперь возникал вопрос, действительно ли они вышли на заданную точку, или остановились в стороне от нее. Без магии проверить это сложно. А, даже если и достигли конца маршрута, была ли там возможность развернуть лагерь, или пришлось устраивать его немного в стороне. В любом случае, маги предпочитали следовать по следам своих друзей, чем потом искать их по всему Товердору, опасаясь не успеть с помощью.

— Ладно, хватит разговоров, пора укладываться, — распорядился маг, кидая Ларе один из амулетов из своего запаса. — Держи, болящая, лишним не будет. Лекари из академии новый эксперимент ставят. Вроде как простуду они лечат. Не знаю, как насчет местной, неизвестного происхождения, а с обычной справлялись.

— Лишним не будет, — повесила его на себя исследовательница. — Спасибо.

Первая смена дежурства досталась Рикьярдо, Никлэсу и еще двум мужчинам, нанятым леди Женевьевой. Надо было отдать им должное, свою оплату люди эти отрабатывали на совесть. Вот и сейчас обе двойки по очереди обходили лагерь внутри охранного кольца, и еще неизвестно, кто внимательнее следил за творившимся снаружи. Сам де Сентан к своим спутникам не имел никаких претензий. Разве что проводники не внушали ему особого доверия, но выбирать все равно было не из кого. Можно было положиться на магию, но эти люди знали местность, повадки обитателей этого неприятного леса, разбирались в растениях. Претензий к ним пока не было. Но исследователи все равно старались фиксировать каждую мелочь и отмечать на картах. Не в последнюю очередь потому, что уже видели останки тех, кто решил бросить нанимателей и сбежать.

Рикьярдо порадовался, что отбор этого сопровождения, пусть на все ушло немного времени, проводился основательно. Точнее, он собрал тех воинов и магов, которым предстояло отправляться вместе с исследователями, и подробно рассказал, куда и зачем они едут, что может ждать там, какие меры безопасности планируется предпринимать, после чего долго и обстоятельно отвечал на вопросы. С два десятка человек отсеялось, но на их место очень быстро нашли добровольцев, которые не против сунуть голову в логово демонов, если понадобится.

Сначала и маг и леди Женевьева скептически относились к таким энтузиастам, но постепенно пришли к выводу, что на этих людей можно положиться. Вот и сейчас один из таких искателей приключений вместе с Никлэсом обходил лагерь. Маг проверял безопасность своими способами, наемник же внимательно вглядывался в темноту и прислушивался.

Утром поднялось задолго до рассвета. Несмотря на возражения проводников, что тропу плохо видно, никто не хотел оставаться на месте. Дело даже не в том, что их друзья попали в беду.

Никто не ходил лишние минуты находиться так близко к обитателям здешних болот.

— Я, конечно, читала, что крокодилы обитают в водоемах, в жарком климате, — Нала поправила рюкзак, после чего потерла лоб, — но чтобы в джунглях, в болотах. Тут должны змеи водиться, а не эти твари.

— Милая, — Рональд придержал ее, помогая перебраться через поваленный ствол, — ты только местным обитателям не начинай рассказывать, кто и где должен жить. Вдруг они тебя послушают, а мне бы очень не хотелось знакомиться со змеями, которые водятся в местной сырости.

— Ладно, не буду, — рассмеялась она. — Хотя, даже если бы попробовала, они все равно меня…

— И все равно, любимая, давай мы не будем так рисковать, — тоже с улыбкой заметил ее муж, — кто знает этих существ. Магия тут странная, может и они такие же.

— Хорошо, убедил, — якобы согласилась исследовательница.

Остальные, кто слышал этот разговор, заулыбались. Кто знает, может и есть в разговоре этих двоих доля правды, но проверять, какая, никто не хотел. Так что пусть местные обитатели остаются в неведении, что должно быть на самом деле. И они не обадятся, и тем, кто забредет в Товердор, спокойнее.

Дорога шла по возвышенному сухому месту, хотя внизу оставалось сыро. Проводник попытался спорить, что попасть в нужное место можно только по трясине, но Рикьярдо спускаться никому не позволил. Опять же, они шли по следу, терять который не хотелось. Последний довод оказался убедительным. Да и двигаться отряд умудрялся быстрее, поэтому все, что требовалось от проводников — рассказывать, какая еще гадость может встретиться в этих местах.

Еще один день закончился. Том кивнул пришедшему на смену Эвану, после чего направился в шатер к Мике.

Сидевшая рядом с девушкой лекарка подняла голову, но, увидев, кто пришел, только кивнула. Маг придвинул свободный стул и, повернув спинкой вперед, оседлал.

— Как она? — чтобы не молчать, спросил исследователь.

— Борется, — тихо ответила женщина. — Она сильная. Другая на ее месте…

— Будь на ее месте другая, — покачал головой Том, — ее бы тут не было. Она бы сейчас благополучно нянчила детей, боясь сказать хоть слово поперек мужу и бабушке.

Женщина приподняла бровь, но промолчала. И без того понятно, что обычный человек, даже маг, не сорвался бы неведомо куда неизвестно зачем. Кто-то решил заработать, кого-то привлекло новое неизведанное. Что заставило отправиться в эти места Микаэллу, лекарь не спрашивала. Не ее это дело. Если бы хотела, сама бы рассказала.

— Ты обещал помощь, — вместо этого произнесла она. — Хорошо бы они поспешили. Я не знаю, сколько она еще продержится.

— Все так плохо? — Том протянул руку и осторожно погладил тонкие пальчики подруги.

Кажется, не так давно они были не такими тоненькими. А сейчас только что не просвечивают, и то, наверное, потому, что лежат на одеяле.

— Точно я ничего сказать не могу, — вздохнула женщина. — Если бы у нас остался стабилизирующий кристалл, у ее организма был бы шанс справится с болезнью. Но сейчас, когда все силы уходят на поддержание баланса между внешними условиями и магической составляющей организма… Нет, я не скажу ничего определенного. Может, она продержится еще пару недель, может пару часов.

Мужчина только кивнул. Голос отказывался слушаться. Мика, их бойкая, веселая Мика, не боящаяся ни влезать во всякие приключения, ни стоять потом в деканате, слушая, как ругается куратор, попала в такую передрягу, выбраться из которой сама не сможет. И не отработать, не написать еще пару рефератов, остается надеяться только на свои силы. А сколько их, этих сил осталось? Если бы можно было ими поделиться. Но она же откажется. Потому что у него жена, ребенок, у остальных тоже есть что-то, а у нее…

— Мик, держись, — сжав ее ладошку, тихо прошептал Роджерс. — А то потом с Рика станется пригнать некроманта и заставить тебя поднимать, пока не устанет лично убивать самыми извращенными способами.

— А я не явлюсь, — прохрипела девушка, с трудом открывая глаза. — Пусть зовут.

— Ага, и поднимут они тут всех, кто до того помереть умудрился, — хмыкнул Том, — В радиусе пары километров.

— Зараза ты, — губы девушки тронуло подобие улыбки, — даже помереть не дашь спокойно.

— Не дам, — довольно произнес Том. — Вот ты помрешь тут, а с меня потом де Сентан спросит.

И хорошо, если один, а то еще есть его папа и дядя. Да и бабушка твоя тоже до подробностей будет охоча. А у меня, между прочим, жена, дочка, я им еще живой пригожусь, а не поднятым бодрым умертвием. Так что подумай о ближнем, будь любезна.

Мика фыркнула. Лекарь напряглась, ожидая, что ее подопечную может скрутить приступ кашля, но на этот раз обошлось.

— Я же говорю, зараза, — после небольшой паузы выдохнула Микаэлла. — Ладно, подожду помирать. Только дай хотя бы выспаться.

— Договорились, — кивнул он на полном серьезе. — Я утром приду с тобой сидеть.

— Нашел инвалида, — буркнула девушка, хотя внутренне понимала, что он прав.

— Вы уж присмотрите за нашим светилом науки, — попросил Том у лекаря. — И если что, сразу будите меня.

— Непременно, — кивнула та, — вы на нее действуете, как на некоторых амулеты.

— Я просто знаю, за какие струны надо подергать, чтобы юная леди де Блитц собрала всю свою гордость и снова начала доказывать всем, что она способна на многое сама, а не благодаря бабушкиным деньгами и связям.

— Вообще-то я все слышу, — подала голос Мика. — И если ты расскажешь, каким образом бабушкины деньги и связи могут влиять на крокодилов или местных кошкообразных, я с радостью послушаю.

— Утром расскажу, — ответил Том, поднимаясь. Кажется, еще одна ночь была выиграна.

Главное, самому ее пережить, а то как бы и он не свалился под натиском местной простуды.

Вообще, странная зараза, словно избирательно липнет к людям. Сюда бы лекарей из академии, вот бы была им радость исследования.

Выйдя из шатра подруги, Роджерс покачал головой. Где бы ни был сейчас Рикьярдо, лучше ему поторопиться. Разумеется, если он знает, что происходит. Уж леди Женевьева всяко должна действовать. Другое дело, что на пути может оказаться множество препятствий, начиная от подготовки корабля и отряда, заканчивая погодой.

Отправляться к себе не хотелось, поэтому Том предпочел вернуться к костру. Эван покосился на исследователя, но промолчал. Раз хочется ему сидеть полночи, его дело. Все равно от магов толку не больше, чем от простого воина. Тем и то проще, не надо постоянно сдерживать себя, чтобы не использовать какое-нибудь заклинание. Хорошо, хоть разобрались, что огненная и водная магии здесь перемешаны, и надо малой капли, чтобы или спалить все дотла, или устроить потоп. С остальным экспериментировать не стали. Разве что их маг природы что-то пытался делать с растениями, но, судя по тому, что все конечности были при нем, этот вид магии просто не действовал.

— Иногда мне начинает казаться, что я зря сказал о возможной помощи, — неожиданно заговорил Том. — Зря подарил вам надежду.

— Думаешь, я не знаю, Роджерс, для кого все говорилось на самом деле, — после недолгой паузы ответил тот. — Ты любишь эту девчонку и пытаешься вытащить ее всеми силами. Смирись, вряд ли ей что-то поможет.

— Ошибаешься, — покачал он головой, — люблю я жену и дочку. А Мика — хороший и верный друг, в котором можешь всегда быть уверен. Мы с ней и ырхов наблюдали, и от хухров прятались, и в академии в неприятности влипали. Пару раз в шаге от отчисления были, но чтоб она кого-то сдала… Со всеми в беспорядках участвовала, со всеми и отвечала.

Эван только дернул плечом. Видимо, уже сложил для себя какую-то картину, и придерживался этих взглядом. Том мысленно махнул рукой. Хочется ему так думать, пусть.

Главное, чтобы была возможность потом убедиться в ошибочности этого мнения. Самому исследователю хотелось, чтобы эта ночь как можно быстрее закончилась. Было что-то в ней такое, что заставляло постоянно быть напряженным. Словно от нее зависело, будет жить его подруга или нет.

— Демоновы джунгли, — не выдержал маг, — демонова экспедиция, демоновы наниматели. И два демоновых идиота, которые не только сами поперлись сюда, да еще и людям обещали, что все будет хорошо. Надеюсь, леди Женевьева уже использовала свои связи, и эти горе предприниматели благополучно остались без денег.

— Если вернемся, можешь обратиться в суд, — равнодушно посоветовал дежурный. — Может, получится с них что стрясти. Я лично так и поступлю.

— В суд, — Том рассмеялся. — Приятель, ты хоть раз в подобных экспедициях участвовал?

— Нет. А какая разница? — на этот раз в голосе была заинтересованность.

— Большая, — вздохнул исследователь. — Одно дело, стандартный контракт на определенную деятельность. Нежить упокоить, караван сопроводить, разбойников приструнить. Тут ты выполнил работу, тебе заплатили, не выполнил — сиди без денег, а то и неустойку выплачивай, или ущерб компенсируй, — Эван кивал, что да, все так. — А вот с исследованиями все сложнее. Ты соглашаешься участвовать в экспедиции, отправляемой в ту или иную местность с теми или иными целями. Наниматель снаряжает ее, исходя из имеющейся у них информации, обеспечивает тебя едой, водой, топливом, минимумом амулетов. Собственно, это они и сделали. Запасы продовольствия были, стабилизирующий кристалл предоставили, амулетики всякие запасли основные.

— Толку-то от них, — буркнул маг.

— А это уже другой вопрос, — усмехнулся Роджерс. — Ты в контракте когда расписывался, там перечислялось, что тебе предоставлено. Остальное сам приобретай. Мы с Микой и так вложились основательно. Была бы возможность, еще бы кристалл купили, да только стоят они… Кто бы знал, что крокодил утащит именно того мула, что этот кристалл нес. Мы же это обнаружили, только когда из топи выбрались. До того момента радиус действия артефакта магией пользоваться позволял.

Эван вынужден был согласиться. Исследователи лучше знали, что к чему.

Жаль, конечно, что с нанимателя неустойку не стрясешь. Но на будущее урок, думать и советоваться со знающими людьми, прежде чем в авантюры влезать. Да, плату обещали втрое больше той, что он привык получать. Оказалось, что усилий надо приложить вдесятеро больше.

Если повезет, больше не полезет никуда, не переговорив со знающими людьми. Если повезет…

Том отметил, что его товарищ по несчастью задумался, и решил оставить разговоры. Да и о чем еще разговаривать. И без того все ясно и понятно, а по десять раз переливать из пустого в порожнее смысла нет. Ну проговорит он в очередной раз, кто и почему может прибыть им на выручку, быстрее от этого люди двигаться по джунглям не станут. Опять же, они стоянку должны были у родника разбить, а не здесь, в получасе быстрой ходьбы по расчищенной тропе. Только место там оказалось, мягко говоря, неудобным. Заболоченный ровный участок, узкая полоса твердой поверхности, а дальше выступающие из почвы валуны. Спасибо, смогли найти полянку относительно не далеко. Но спасателям об этом не скажешь.

Исследователь мысленно обозвал себя идиотом. А магия слежения на что? Неужели его друзья такие тугодумы, что не применят ее? Скорее они будут идти по магическому следу, чем искать затерявшуюся группу по всему Товердору.

Задумавшись, маг не заметил, как на смену Эвану подошел Маркус. Мужчины обменялись парой фраз, после чего один отправился отдыхать, а другой занял его место у костра, покосился на Тома, но ничего не сказал. Да и что тут говорить. И так ясно, что за подругу переживает.

Говори, не говори, ситуация у них хуже некуда.

— Рассвет, — неожиданно произнес Маркус.

Том поднял голову. И правда, небо становилось светлее. Еще одна ночь позади. Долгая, тяжелая ночь.

— Ты бы отдохнул, — предложил ему дежурный маг.

— Не хочется, — покачал головой Роджерс. — Сон не идет, а лежать просто так, таращась в темноту. Уж лучше у огня.

— И то верно, — кивнул тот. — Здесь хоть живым себя ощущаешь. А там давить сразу начинает. Выгоняет нас это место.

— Верно сказано, выгоняет. Раз сами уйти не хотим, заставит. А не заставит, все равно способ избавиться найдет.

Маркус кивнул.

— Как думаешь, хватит нас еще на неделю?

— Нас да, а вот ее… — Том вздохнул.

— Значит, твоим друзьям лучше появиться как можно быстрее, — заметил маг.

Вновь повисло молчание.

Из своих шатров стали появляться люди, обессиленные, но все еще цепляющиеся за жизнь.

Кипятили воду, готовили отвар, варили траву с зажаренным до состояния сухаря, чтобы не портилось быстро, мясом. Обычная жизнь, обычные заботы в надежде пережить еще один день.

— Смотрите, тропа, — один из боевых магов показал на участок дороги, который казался не таким заросшим, как другие. — Кажется, тут не так давно ходили, причем весьма активно.

Все повернулись и стали изучать указанное место. Действительно, по обе стороны валялись явно обрубленные ветки, лианы, корни. Лара высморкалась, после чего использовала заклинание.

— Тут часто ходили, — после тщательного обследования, заключила она. — Туда и обратно.

Видимо, за водой. Но последние дни этой дорогой не пользовались.

— Люди? — напрягся Рикьярдо.

— Да. Следы те же, что и у группы, — подтвердила девушка.

— Тогда вперед.

Отряд свернул на тропинку, обрадованный тем, что поиски, кажется, подошли к концу, но, вместе с тем, напряженный из-за полученной информации. Почему люди перестали пользоваться этой дорогой? Погибли? Нет сил? Нашли новый источник воды? Ответ можно было получить одним способом — как можно быстрее добраться до лагеря.

Маги в лагере не сразу поняли, что происходит. Просто внезапно стало легче дышать, словно с плеч сбросили тяжесть всего небесного свода. Потом кто-то попробовал использовать самое безобидное для них заклинание — создать крохотную искру. И вместо дождя у него на руке действительно заплясала огненная точка.

— Огонь! — раздался радостный возглас. — Огненная магия создала огонь.

Том встрепенулся, потом сам попытался залечить пару царапин, полученных, когда ломал прутья возле костра. Заклинание подействовало как надо.

— Мика, — вбежал в шатер подруги, радостно выпалил он, — нас нашли! Слышишь, подруга, нашли нас!

Девушка приоткрыла глаза и устало посмотрела на друга.

— И зачем так орать, я только засыпать начала.

— Помощь пришла, — уже спокойнее произнес Роджерс. — Скоро будут здесь. Магия действует как надо.

— Хорошо, — вздохнула юная леди де Блитц, вновь закрывая глаза. — А я так хочу спать. А сейчас так хорошо стало, можно и отдыхать.

Том беспомощно посмотрел на лекарку, но лишь развела руками. То ли стабилизировавшаяся магия принялась восстанавливать девушку, то ли сил у той уже не было, сказать она не могла.

— Ну, подруга, не спи, — попытался расшевелить девушку Том. — Давай немного потерпишь, а потом я от тебя отстану.

— Немного, это сколько, — слабым голосом поинтересовалась она.

— Ну, — мужчина развел руками, — пока спасатели не подойдут.

— Чтобы некроманту подсунуть достаточно свежее тело? — не удержалась от шпильки Микаэлла.

— И это тоже, — в то ней ответил маг. — А то скажут, что я не мог твою тушку сохранить.

Объясняй потом, что условия не те.

— Угу, — девушка явно несколько приободрилась, возможно, это было уже родовое упрямство, полученное от бабушки по наследству. — Ледника нет, вот тельце и завонялось чутка. Ну и пятнышками пошло, и, местами, уже разлагаться начало. А так ничего, в меру целое. В любом случае, поднять можно. Некроманты и не с таким работают, было бы желание.

— Вот-вот. Другое дело, де Сентана не устроит бывший труп в постели. Ему свежачок подавай. Чтобы не заметно было следов поднятия.

— Подумаешь, какой неженка, — скривилась в подобии улыбки Мика. — Радоваться надо, что можно использовать. А то мог бы и скелетик получится. В меру бодрый.

— Скелет, это, конечно, эстетично, но неудобно и травмоопасно, — заметил Том.

Мика рассмеялась, после чего зашлась кашлем. Женщина, до того молча следившая за бессмысленной беседой друзей, поднялась со своего места и принялась помогать девушке.

— Шли бы вы отсюда, — посмотрела она на Тома, — а то как бы леди де Блитц хуже не стало.

Будто не знаете, как ей каждый приступ дается.

Том не стал спорить. Сам он лечить при помощи магии мог, но совсем не то, что требовалось в данной ситуации. Поэтому он только снял с шеи один из поддерживающих амулетов и повесил на подругу. Ее сиделка неодобрительно покачала головой, но больше ничего не сказала. Роджерс во избежание покинул шатер подруги и как раз вовремя. В это время на тропе, что вела к роднику, появились первые участники спасательной экспедиции.

— Кто бы сомневался, — увидев Рикьярдо, расплылся в абсолютно идиотской улыбке Роджерс.

— Вот теперь я абсолютно уверен, что те письма были подложными.

Прибывший на помощь отряд оглядывался, оценивая состояние лагеря. Де Сентан уже беседовал с окружившими его людьми, попутно отдавая распоряжения, поскольку прибывшие с ним люди начали постепенно распределяться по всей территории. Одни привязывали мулов, другие начали готовить места для шатров, третьи поспешили к костру, явно намереваясь заняться готовкой.

Выдохнув, Том поспешил к друзьям. Сейчас предстояла самая сложная часть — объяснение, что тут происходило, а самое главное, что с подругой.

Вопросов не последовало. Одного взгляда на друга хватило, чтобы все быстро справились с приступом любопытства, сдав Роджерса прибывшим лекарям. Точнее, вопрос был только один:

— Где она?

Том только кивнул в сторону шатра, откуда недавно вышел. Позвав за собой одного из лекарей, Рикьярдо рванул туда. А Роджерса начал засыпать уже иными вопросами другой человек.

— Да в норме я, — в какой-то момент взвыл исследователь. — Да, истощение, усталость, но я ни с кем не дрался, насморк только вчера или позавчера начался, так что ничего серьезного. У нас только Микаэлле досталось.

— И Ларе, — на полном серьезе заметила Нала, когда лекарь оставил друга в покое. — Судя по всему, здешняя простуда имеет явно не природное происхождение.

— Сказал бы я, какое, — буркнул Том, после чего обнял девушку. — Как я рад тебя видеть, энциклопедия.

— Чисто потому, что мы все действительно рады, что ты, зараза такая, жив и здоров, я тебя ревновать не буду, — оттеснил друга от жены Рональд, после чего сам стиснул того так, что кости затрещали.

— Полегче, а то доделаешь то, что Товердор не смог, — просипел Том, после чего на него благополучно налетели остальные.

— Ты не обижайся на Рика, — когда настала ее очередь, прошептала Тиана. — Просто он очень переживал за Мику.

— Даже не думал, — покачал головой маг. — Думаю, будь с вами Джемма, она бы реагировала так же.

Все дружно закивали. Потом переместились к одному из костров, Тому вручили миску с кашей, после чего начались расспросы, что же произошло с отрядом. Тот принялся есть, рассказывая друзьям все их злоключения от плохо подготовленной экспедиции, вспомнив съеденного мула с кристаллом, сбежавших наемников и проводника, и прочие мелкие неприятности.

— Вот и оставалось у нас два варианта: тащиться через Товердор обратно, рискуя жизнью, или сидеть на месте и ждать неведомо чего, — подвел он итог рассказу. — Наверное, только нехватка припасов и останавливала. Ну и тот факт, что мимо крокодилов мы уже не сможем пройти.

Друзья слушали внимательно, лишь иногда задавали уточняющие вопросы. Хотя, в целом картина, составленная ими, была верна. Разве что судьба мула с кристаллом требовала уточнения, все остальное они смогли восстановить и сами.

Постепенно остальные обитатели лагеря тоже подтянулись к этому костру. Пришлось снова повторить то, что уже рассказали Тому, после чего на прибывших обрушился град вопросов.

— А назад мы как будем выбираться? — прозвучал самый насущный вопрос.

— Так же, как пришли, — пожал плечами Рональд. — Может, еще на крокодилов поохотимся.

Больно морды наглые у них. Понятно, сначала всех подлечим, подкормим, чтобы вы спокойно добрались до корабля.

— А с этими, наниматели которые, что будет? — поинтересовался еще один участник похода.

— С точки зрения закона, ничего, — расплылся в довольной улыбке Никлас, — а вот со всеми своими денежками им точно придется проститься. Леди Женевьева обещала заняться ими лично.

— Жалко мужиков, — заметил кто-то. — Мало им проблем от леди де Блитц, так еще и от семей прилетит за все хорошее.

Люди рассмеялись. Действительно, наказание выглядело суровым. Не стоит забывать, что потом им еще как-то содержать семьи. Нет, без работы не останутся, но доход будет уже не тем.

А привыкшие к роскоши жены явно будут не в восторге от изменения материального благосостояния.

— Кто теперь экспедицией руководит? — выбрался вперед Эван.

— Теперь всем командовать будет Рикьярдо, — просветил боевого мага Рональд, — но когда он занят, можете обращаться ко мне.

— Ничего себе, — присвистнул Том, — ты отказался от роли первой скрипки в этом оркестре?

— Э нет, приятель, — покачал тот головой. — Как раз я и остался первой скрипкой, а вот Рик у нас вместо дирижера будет. Теперь кто не успел пообщаться с нашими медиками, отправляйтесь к ним. Еду вам принесут уже скоро. За безопасность лагеря можете не переживать, мы уже установили магическую защиту. Все, что сейчас от вас требуется — набираться сил перед дорогой обратно. А мы тут немного кругами походим, посмотрим, что растет, летает, бегает и ползает.

— Разумеется, исключительно из личного энтузиазма, — не удержался Том.

— Не то, чтобы, — хихикнула Нала. — Это потом и статьи научные, и выгодные заказы. Ну и ректора можно будет подвигнуть на масштабное исследование. Все-таки организация профессиональной группы ученых, где будут не только такие вот практиканты-стажеры, как мы, но и профессионалы с большим опытом, а то и преподаватели, это вам не абы что. Ну и мы в ассистенты напросимся…

— Я тебе, ассистентка, — усмехнулся Рон. — Давно пора дома с детьми посадить.

Нала только смеялась, угрожал муж с самого первого дня после свадьбы, вот только исполнять угрозу не торопился. Понимал, что жена не просит, мстить будет. Ничего, вот отработает обязательную программу, благо осталось немного, и они вплотную займутся этим вопросом.

— И это мои друзья, — улыбнулся Том.

Люди, которые видели прибывших впервые, после этого заявления немного расслабились.

Значит, все в порядке, просто исследователи, и чувство юмора у них странное. А так такие же люди, как и остальные. Разве что маги, но где вы найдете человека без недостатков. Этот не худший.

Рикьярдо вошел в шатер и остановился возле входа. Рядом с девушкой уже колдовал один из прибывших медков. Вот только выглядела Мика так, словно ее поднимал некромант. Хотя мужчина точно знал, этот парень сейчас находится возле одного из костров, помогает кашеварам, раз в его услугах больше никто не нуждается.

Незнакомая женщина посмотрела на посетителя, после чего снова сконцентрировала свое внимание на том, что ей говорят прибывшие. Сама Мика лежала, закрыв глаза, и только присмотревшись можно было заметить, что она дышит. Иначе ее легко можно было принять за мертвую.

Выдохнув, де Сентан выскользнул наружу. Не хотелось, чтобы она открыла глаза и увидела его вот такого: испуганного, растерянного. Мало ли что надумает. Зато теперь есть несколько минут, чтобы собраться с мыслями, подготовиться к предстоящему разговору. Мика должна видеть его уверенным, сильным, готовым ко всему.

Вот консилиум закончился, лекари поспешили наружу. Остановив одного из них, исследователь сразу спросил:

— Как она.

— Очень истощена/ — не стал скрывать мужчина. — Болезнь серьезно подкосила ее здоровье.

Сильнейший бронхит вкупе с пневмонией. Собственно, на моей памяти это первый такой случай.

На чем она еще держалась — неизвестно. Разве что, назло всем. К счастью, мы успели вовремя. Ей нужны покой, усиленное питание и лекарства. Ну и кто-то, кто не даст вскакивать и бегать на помощь другим.

— Я понял, — кивнул Рик. — Можно к ней сейчас?

— Да, конечно. Сиделке юной леди самой нужен отдых, она будет только рада, если ее кто-нибудь сменит, хотя бы на несколько часов.

— Разумеется, — покивал де Сенган, после чего вернулся в шатер девушки.

Находящаяся там женщина смерила его недовольным взглядом.

— Микаэлле нужен покой, — холодно заметила она. — Ей дали специальный отвар, она будет спать до вечера. Можете прийти потом, когда она проснется.

— Вам тоже не помешает отдохнуть, — возразил Рик. — Я не буду будить ее. Просто хочу быть рядом. Один раз уже уехал в экспедицию, и что в итоге.

Последние слова прозвучали с такой грустью, что женщина не удержалась от вздоха. И мужчина прав, ей самой тоже надо отдохнуть.

— Хорошо, — смилостивилась она, — я пока пойду. Но если вы разбудите ее, то больше вас сюда не пустят.

Рикьярдо уселся на стуле и принялся рассматривать девушку. Худая, с синевой вокруг глаз, спутанными волосами она все равно казалась ему красавицей. Внешность всегда можно привести в порядок, всего-то и нужно, что качественное лечение, хороший отдых и покой. Главное, они не опоздали. Лекари и собственная магия, переставшая конфликтовать с магией места, быстро поднимут Микаэллу на ноги.

Как только она будет готова к путешествию, они двинутся в обратный путь. И Рикьярдо лично поговорит с ректором, чтобы девушке отменили оставшиеся отработки. Тем более что останется там всего ничего, в худшем случае пара месяцев.

Неожиданно Мика открыла глаза.

— Рик? — ее голос заставил мага вздрогнуть. — Это не сон? Ты здесь.

— Не сон, — он не смог сдержать улыбки, после чего осторожно взял ее за руку, отметив, какими тонкими и невесомыми стали ее пальчики. Сейчас на них ни одно кольцо не удержится.

— Том обещал, что ты придешь, а я и верила, и не верила. С жизнью точно попрощалась.

— Тише, — он перебрался со стула на край постели, предварительно воспользовавшись очищающим заклинанием. — Все позади. Я здесь. А теперь отдыхай, тебе надо восстанавливаться, набираться сил на дорогу обратно. Бабушка беспокоится. Дед твой домой вернулся.

— Дед? — удивилась Мика. — Они же с бабушкой уже лет десять, если не больше, даже разговаривать не могут друг с другом.

— Смогли, — заверил ее де Сентан. — Не удивлюсь, если и твои дядя с теткой со всей семьей приедут.

— Пока сама не увижу, не поверю, — выдохнула Мика, после чего закашлялась.

— Ну, тише, тише, — Рик взял со столика стакан и помог девушке выпить специальное зелье. — Теперь отдыхай. Магия магией, но тебе можно расслабиться и спокойно лечиться. Больше не надо никуда бегать, никому помогать. Для этого есть мы.

Девушка хотела уточнить, что за мы подразумевались, но глаза сами собой начали закрываться. Не иначе в зелье было подмешано снотворное. Она зевнула, закрыла глаза и завозилась, устраиваясь удобнее рядом с мужчиной. Уснула быстро, так и не выпустив его руки из своей.

Рикьярдо же сидел, смотрел на нее и думал, что им просто повезло. Повезло, что они успели.

Что погода на море стояла спокойной, хотя в это время уже начинаются штормы. Что так удачно нашли проводников, которые пусть и не знали всей местности, но могли показать направление, или провести через опасные участки. Что они быстро преодолели джунгли, не встретившись ни с кем из местных обитателей. Крокодилы не в счет, тем более, что они не хотели нападать.

Повезло, что с ними был некромант, который мог найти след даже тогда, когда магия оказывалась бессильна, или он просто сбивался по каким-то причинам. Столько мелочей, которые сложились в одну большую удачу. Видно, есть среди богов и такой, кто отвечает за нее, так как молитвы возносились сразу всем, без разбора. Вдруг хоть кто-то да поможет.

А потом его лицо осветила шальная улыбка. Мика, сама того не заметив, умудрилась сблизить разных людей. Стоило вести о ее пропаже дойти до его родителей, ее деда, как все включились в активные подготовительные мероприятия. Лорд де Блитц предпочитал отмалчиваться, когда спрашивали, скольких лошадей он загнал, прибыв из имения в столицу всего за два дня.

Наверное, не одну и не двух. Но о взял на себя те дела, заниматься которыми не могла его супруга. Дядя Себастиан и отец использовали свои связи и смогли найти достаточное количество людей, которые готовы были отправиться в экспедицию. Пусть некоторые из них потом отказались от этой миссии, все равно удалось собрать хороший отряд. Два капитана с радостью предоставили свои корабли, хотя собирались отправиться в другую сторону. Обе семьи смогли предложить сумму, достаточную, чтобы этим людям захотелось передумать. Говорить же о друзьях не приходилось. Все, как один, из тех, кто был в это время в столице, выразили готовность отправиться с ними. А те, кого не было, пожалеют, что в этот момент отсутствовали.

Понятно, упрекать в спешке не станут, но посокрушаются, что обошлись без них, точно.

И все это для того, чтобы спасти одну девушку, даже во сне крепко сжимавшую своими ладошками руку мужчины. Рику оставалось только поражаться, откуда в ней столько силы. Или это магия? Какая разница. Главное, он нашел ее, вот она, спит рядом. В этот момент девушка пошевелилась, и маг побоялся, как бы она не проснулась. Но нет, Мика лишь немного повозилась, отчего рука де Сентана оказалась прижата к ее щеке.

— Никуда я не убегу, — тихо прошептал он, потом все-таки воспользовался заклинанием, погружая ее в еще более крепкий сон и высвобождая руку, иначе неудобно было сидеть. — Больше я тебя не оставлю одну. А то еще натворишь дел. И где тебя в следующий раз искать?

Девушка подтянула одеяло и обняла его, словно кто-то лежал рядом, после чего замерла. А по ее лицу расплывалась счастливая улыбка. Видно, снилось что-то приятное.

— Так, погодите, я ничего толком не понимаю, — Рикьярдо поднял руки, показывая, что его логика начала пасовать перед заключениями, сделанными девушкой. — Давай еще раз, спокойно, по порядку. А то у меня в голове каша.

— Да? — удивилась Микаэлла. Девушка сидела на кровати, лекари еще не разрешали ей на долго покидать шатер, но заставить проводить все дни в горизонтальном положении уже не могли. — Я же и так все понятно объясняю.

— Смотря для кого, — возразил мужчина. — У меня мозги немного иначе заточены.

— Ну ладно, — вздохнула она, потом, немного подумав, легла, устроив голову на коленях у жениха. — Попробую еще раз.

— И не тарахти, — он погладил ее по голове, потом принялся подхватывать пряди волос и пропускать их между пальцами.

— Все началось, когда бабушка сообщила, что я скоро выйду замуж, — начала припоминать последовательность событий Мика. Рикьярдо слушал внимательно, не перебивая. Что-то он успел узнать еще от Джеммы и леди Женевьевы, что-то рассказал Том. Теперь ему надо было услышать позицию невесты.

Мика рассказывала медленно, иногда останавливая повествование, чтобы вспомнить, как все было на самом деле. Было видно, что тогда она действовала на эмоциях, почти не воспринимая половину происходящего. И только сейчас большая часть того, что случилось, начала доходить до сознания.

— В общем, как-то так, — подвела она итог рассказу. — Наворотила я знатно.

— Во всяком случае, ничего неисправимого ты не совершила, — попытался успокоить ее де Сентан.

— А те люди, которых растерзали хищники?

— Не думаю, что это связано с твоими действиями, — возразил исследователь. — Не покинь они отрад, все могло сложиться иначе. Пусть и без камня, у вас бы было продовольствие, оружие, лекарства. Вы бы смогли охотиться. Так что не ты виновата в их предательстве. К тому же проводники многое рассказали мне о них. На совести пары или тройки тех, кто был в той группе, тоже несколько жизней будет.

Мика задумалась, после чего предпочла согласиться с Риком. Действительно, не оставь их эти люди, еще неизвестно, как бы они пережили это время. Во всяком случае, с едой было бы проще.

— Хорошо, за них я не буду переживать. Но, согласись, мне надо было все-таки подумать, поговорить с бабушкой. Но я так привыкла, что она не замечает ничего, кроме своих желаний, и предпочла решать все сама. Дорешалась.

— Ничего, осталось разобраться с рядом мелочей, — Рик наклонился и поцеловал ее. — Ты можешь вспомнить, как выглядела женщина, которая сказала, что я уехал?

— Описать не смогу, — пришла к выводу девушка. — Но если увижу, узнаю.

— Хорошо. У меня есть некоторые подозрения, так что будем выявлять виновную уже после возвращения. Собственно, раньше все равно не получится. Я хочу лично пообщаться с нею и выяснить, зачем.

— Ревность, — предположила юная леди, — зависть, излишняя забота. Вариантов множество, выбирай, какой больше нравится.

— Извини, милая, но тут все зависит от человека. Если это была мать, то там, скорее всего, нездоровая голова. Если тетушка, то будет замешана личная выгода, возможно, даже материальная. А если кто-то из питавших желание стать моей женой, то тут да, ревность и зависть.

— Как все сложно, — Мика потянулась, от чего фигурка ее приняла провокационное положение. — Надеюсь, меня никто не отравит от слишком большой заботы или зависти.

— Не беспокойся, я займусь этим вопросом в первую очередь. Если отец сам не отправит мать в один из загородных пансионов для леди с подобными проблемами, — Рикьярдо вздохнул. — Кто бы мог подумать, что у нее такая патологическая любовь именно к старшему сыну. Есть же и другие дети.

— Они далеко, — напомнила девушка, — а ты рядом.

— И ты тоже вовсю пользуешься этим, — усмехнулся маг, — тем, что радом. Принимаешь тут всякие соблазнительные позы.

— Что делать, я соскучилась, — вздохнула исследовательница.

— Шустрая, — покачал он головой. — Ты еще не восстановилась. Вон, ходишь с трудом, кашель еще не прошел.

— Да знаю я, — она потерлась щекой о его бедро, — но что делать. Я слишком долго была без тебя.

Рикьярдо только улыбнулся, после чего растянулся радом с девушкой, обнял ее и прижал к себе. Мика удобно устроила голову на его плече. Раз нельзя чего-то большего, то просто полежать вот так, радом, как когда-то в академии. Только учебников и конспектов нет. Тогда они учили, теперь пользуются полученными знаниями. Жаль только, не научили их анализировать всю получаемую информацию, а не только ту, что по работе. Скольких проблем удалось бы избежать. Увы, думать в некоторых ситуациях девушка начинала уже потом, когда оказывалось поздно.

Мужчина молчал. Говорить, что ничего страшного не произошло, не хотелось. Да и сказано все уже не один раз. Страшное не произошло только потому, что они успели. Микаэлла и сама все понимает, не маленькая. Ругаться он не собирался изначально. Трястись и требовать, чтобы девушка больше никогда, ни за что и тому подобное… Она, конечно, сейчас согласится на все, что угодно, вот только потом будет жалеть. Равно как и сам он. Так что лучше просто отдыхать.

Жизнь лагеря налажена, кристаллы размещены так, чтобы магия воздействовала на большую площадь, лекари занимаются больными и истощенными людьми, исследователи аккуратно изучают местность, остальные отдыхают перед обратной дорогой, охотятся, укрепляют лагерь на тот случай, если сюда вернуться или их группа, уже хорошо подготовленная, или преемники. Дело нашлось всем, никто не бездельничал, даже проводники нашли себе занятие. И, что самое главное, в лагере царили дружелюбие и доброжелательность.

Лагерь стоял на этом месте еще недели три. За это время поляна сильно изменилась.

Появились стены, чтобы защищать людей и животных от хищников, выстроили первый дом, вырыли колодец. Внутреннее пространство при помощи магии избавили от травы, потом покрыли толстым слоем глины и обожгли ее для надежности, сделав стоки для дождевой воды. Понятно, после ухода, джунгли будут пытаться вернуть все, как было. Но люди постарались оставить после себя как можно больше тем, кто прибудет с новой экспедицией.

— Даже немного жалко уезжать, — прощаясь со стоянкой, заметила Мика. — Столько времени тут провели.

— Скажи еще, что ты с этим местом сроднилась, — не удержался, чтобы не поддеть ее, Том. — С тебя станется.

— А тебе не жалко? — попыталась пустить ответную шпильку девушка.

— Не-а, — покачал он головой. — Меня жена и дочь ждут.

Все тут же начали вспоминать, кого кто ждет. И как-то так оказалось, что у всех остались или жена и дети, или мать, или тетки с племянниками. А кто-то и вовсе переживал, дождалась ли невеста, или замуж выскочила, не ведая, что с прежним женихом происходит.

— Коли не дождалась, — задумчиво произнес один из сопровождавших, мужчина лет сорока, — значит, к лучшему. Куда тебе такая, что ждать не умеет? Твоя работа — в дороге быть, ее — за домом смотреть, детей растить. Если не может дождаться, пока невеста, значит, и женой сильно ждать не будет, найдет, где скрасить ожидание. Коли уж дождалась, даже не думай, женись.

Такая тебя отовсюду дождется, примет хоть здоровым, хоть раненым, хоть целым, хоть частями.

— Целым, оно лучше будет, — пробормотал жених, стараясь смешаться с остальными.

Разумеется, спорить никто не стал.

Убедившись, что ничего ценного не забыть, Рикьярдо при помощи магии создал в земле углубление, опустил туда два стабилизирующих кристалла, после чего так же магией вернул снятый слой земли, а сверху, для надежности, еще поместил большой валун. На свойствах и действии артефакта это никак не скажется, зато никакой хищник до них добраться не сможет.

Когда все покинули границы лагеря, на него было наложено консервирующее заклинание.

Неизвестно, на сколько его хватит, но хотелось надеяться, что следующая группа прибудет не разоренное место.

Обратная дорога заняла лишь немного больше времени, чем у спешащего на выручку отряда.

Маршрут уже был нанесен на карты, и теперь исследователи только уточняли его, по мере надобности вносили исправления. На самых сложных участках активно использовали магию, больше не экономя резервы кристаллов, тем более, как оказалось, они каким-то образом могли заряжаться в магическом поле.

Попутно активно собирали всевозможные пробы, образцы, гербарии, пытались ловить местных жуков, мух, бабочек, а во время перехода через топь чуть было не прихватили с собой одного из крокодилов. Остановило одно — что делать с тварюгой во время плавания. Держать на корабле ее было негде, разве что под сонными чарами. Но велик риск, что она сдохнет без пищи и воды. Тащить мертвую тушу тоже приятного мало. Решили, что отловом рептилий займутся те, кто прибудет изучать Товердор поле них. После чего, словно в награду, исследователи получили одну змею и пару ящериц. Проблема транспортировки этих существ была менее острой. На корабле их можно было посадить в большие кувшины, затянуть их сверху сеткой, и закрепить магией, чтобы объекты наблюдения не сбежали.

— Поторопиться бы надо, — заметил на одном из привалов проводник. — Скоро штормы на море начнутся, капитаны стараются корабли заранее увести.

— Ничего, — поблагодарив за заботу, успокоил его Рикьярдо, — нас дождутся. Капитанам наших кораблей такие деньги заплачены, что они тут зимовать готовы, лишь бы потом проблем не возникло.

— Бабушка что, еще и корабли купила? — испугалась Мика.

— Купить не купила, — приобнял ее де Сентан, — но арендовала на срок до года, в зависимости от сроков экспедиции. Понятно, что деньги там большие, и неустойки с обеих сторон прописаны вплоть до таких мелочей, что мне самому бы и в голову не пришли. Но, если твоей бабушке это так, мелочи, на булавки, то для арендодателя сумма приличная. Да и людям, если они сбегут, потом работу разве что на паромной переправе найти можно будет. Я уже молчу, какие суммы выложить придется. А ведь на договори еще и подписи моих отца и дяди. А с одним из лордов Совета ссориться никто не захочет. Себе дороже.

— И это моя семья, — покачала головой Микаэлла.

— Держись, подруга, — подкралась к ней Нала. — Если будет совсем тяжко, дай знать. Мы придумаем, куда бы тебя отправить.

— Да хоть снова в Товердор, — подала голос из-за спин девушек Тиана. — Только заранее все подготавливать начинайте, чтобы и кристаллы, и сопровождение, и еда с оружием. В общем, чтобы если сбегать, то тоже парой-тройкой кораблей.

— И получить в погоню все пять? — рассмеялась юная леди де Блитц.

— Что, страшно? — с трудом сдерживал смех Рикьярдо.

— Товердор жалко, — заметила Лара. — Не думаю, что крокодилы будут рады таким толпам, которые бегают туда-сюда, да еще на них охотиться пытаются.

— Ничего, привыкнут, — отмахнулся Рик, после чего все-таки рассмеялся. — Подумаешь, проблема, психическое здоровье крокодилов. Лучше обо мне подумайте. Второго побега этой не в меру активной исследовательницы я не переживу. Мне хватило тех недель, что мы собирали отрад, а потом плыли сюда и продирались по джунглям.

— Прости, — неожиданно посерьезнела Мика. — Я не подумала… Ай, что уж, я вообще не думала, когда сюда отправилась.

— Хотя я ей говорил, — раздалось сзади.

Девушка только закатила глаза к небу. Кажется, эта фраза стала у Тома самой любимой. Во всяком случае, в отношении нее. Ну да, ошиблась, но такое может с любым случится. Ну, не совсем с любым, не все могут так далеко и с такими последствиями сбегать. Но в целом ситуация не настолько и уникальна.

— Том, хочешь, чтобы я постоянно чувствовала себя виноватой? — повернулась она к другу.

— Ну, что делать, если ты так смешно выглядишь в этот момент…

— Поросенок, — Микаэлла использовала какое-то заклинание, и Роджерс, споткнувшись, чуть не растянулся на тропе.

— Совсем как маленькие, — вздохнул Рик, но от дальнейших комментариев отказался во избежание.

Так, за работой и разговорами добрались до базового лагеря. Погода еще держалась, поэтому решили не задерживаться. Хотя всем хотелось осмотреть и это место. Но все равно первым делом исследователи расплатились с проводниками и теми наемниками, кто решил остаться в городке, после чего поспешили в порт.

После непродолжительного решения ключевых вопросов, решили, что за два дня ничего страшного не произойдет. Как раз за это время на борт погрузят запас продуктов и воды, чтобы хватило на обратную дорогу с запасом. Люди же могут погулять по городу. Хотя особо смотреть там не на что. Но это обычным путешественникам. Обычные маги и наемники предпочитали отдыхать на корабле. Исследователи же воспользовались отпущенным им временем с максимальной пользой, не только составив плавны поселения, но и осмотрев ближайшие окрестности.

Микаэлла и Том не отставали от своих товарищей, хотя те и предлагали им отдыхать. Да и кто может удержать настоящего исследователя от интересного дела, когда он просто немного переутомился. Все равно впереди еще три недели плавания, если погода будет удачной. Успеют отдохнуть. Тем более, неизвестно, получится ли им еще попасть в эти места.

Но два дня пролетели незаметно, после чего корабли снялись с якоря и взяли курс на порт приписки.

Осень уже завладевала столицей. Деревья пожелтели и постепенно сбрасывали листву. Небо хмурилось тяжелыми тучами, порываясь разразиться дождем. Холодный ветер пробирался под одежду, выдувая тепло, обрывал листву и поднимал пыль. Море тяжелого свинцового цвета неприветливо билось о причалы и набережную. Корабль медленно входил в гавань. Все пассажиры уже давно собрали свои вещи и теперь только ждали сигнала, когда можно будет сойти на берег. Вот только погода не располагала находиться наверху и высматривать родных на берегу. Хотя, были и те, кто, набросив щиты, поднялся на палубу.

Мика, Рикьярдо и Том стояли на палубе, высматривая, что происходит на пристани. Из-за непогоды корабль провел в море в два раза больше времени, чем на пути до Товердора. Маги предлагали использовать заклинания, чтобы ускорить путешествие, но капитаны отказывались, боясь попасть из штиля в полосу шторма.

На пристани было малолюдно. Только рабочие спешили по своим делам, да пара рыбаков с удочками ловили что-то, хотя, скорее просто мирно дремали вдали от домашнего шума. Пара экипажей чуть в стороне. Мика пригляделась, но нет, самые обычные экипажи, которые может нанять любой желающий. Стало немного грустно. В прошлый раз бабушка встречала ее, а на этот, увы. Обиделась? Заболела? В голове пробежало столько мыслей, которых до того не было, что стало страшно и стыдно.

Словно почувствовав что-то, Рикьярдо обнял невесту.

— Сегодня по домам, а завтра в академию? — повернулся он к Тому.

— Да, думаю, так будет лучше, — кивнул он. — Хочу провести вечер с женой и дочкой. Мелкая, наверное, уже забыла, как папа выглядит.

— Главное, что папу она увидит в приличном виде, подкормленного, подлеченного, а не того задохлика, что в джунглях сидел, — не удержался Рик. — А то напугал бы ребенка до заикания.

— Такое ощущение, что ты до сих пор ревнуешь, — покачал головой Роджерс, — хотя я давно отошел в сторону, не мешаю, не претендую, и вообще жену люблю.

— Вот уж чего нет, того нет, — успокоил его де Сентан, — просто люблю наблюдать твою реакцию.

— Язва.

— И горжусь этим, — усмехнулся маг, после чего что-то тихо прошептал другу на ухо. Том лишь кивнул.

Мика хихикнула. Перепалка друзей всегда выглядела смешно. И на этот раз они затеяли ее явно для того, чтобы поддержать свою непутевую подругу. Но и за что в этом не признаются, даже если спрашивать с особым пристрастием. Наверное, именно за это она и любила своих друзей. А то, что секреты разводят, ну и пускай. Куда они без этого.

Между тем, корабль подошел к причалу, матросы и портовые работники успели крепко пришвартовать его, чтобы ветер не мешал высадке пассажиров и выгрузке их вещей. Когда работы закончатся, он отойдет от берега и бросит якорь в стороне, чтобы в случае не погоды не повредить сооружения и самому не получить пробоину.

Рикьярдо помог Микаэлле спуститься на берег, после чего уверенно зашагал к одному из экипажей. Следом один из докеров вез на тележке их багаж. Девушка поежилась, так это было для нее непривычно. Она всегда возвращалась с одной сумкой, и благополучно доносила ее сама.

Другое дело, что на этот раз с собой у них было много образцов и проб, да и количество записей поражало. Никто бы не догадался, что с десяток мулов тащил на себе не продовольствие, лекарства, одежду или иные полезные вещи, а обычные тетради, журналы наблюдений и папки для гербариев. Но исследователи не были бы исследователям, если бы даже в спасательную миссию не захватили с собой это добро.

Пока девушка шла, то и дело косясь в сторону их необъятного багажа, Рикьярдо уже подвел ее к экипажу. Почти сразу распахнулась дверца, предлагая путешественнице забраться внутрь.

Мика осторожно поднялась по лесенке, после чего ее просто втянули дальше четыре руки. Как грузили багаж под чутким руководством Рикьярдо, она уже не видела.

— Девочка моя, вернулась, — услышала она голос бабушки.

— Мика, ну наконец-то дома, — это уже дед.

Оба обнимали ее, обнимались сами. Девушка вцепилась в них и дала волю слезам, наверное, в первый раз за все то время, что прошло с предыдущего ее возвращения домой.

— Ну, будет, будет, — звучал над ухом голос деда, — женщины. Дождетесь, что и я с вами плакать начну.

После чего Мику выпустили, они с бабушкой вытерли слезы, и начались осматривания беглянки.

— Похудела, — вынесла вердикт леди Женевьева, — и раньше казалось, что худая, а сейчас и вовсе тростинка. И бледненькая. Тебя не укачало в дороге?

— Нет, бабуль, все хорошо. Просто немного приболела, но все давно позади, — девушка не хотела вдаваться в подробности своего состояния.

— Да будет тебе, мать, — радостно прервал стенания жены дед. — Загорела девочка. А то, что весит меньше, так или кухарка стараться лучше будет, или платья новые закажете, дел-то. Ты мне лучше скажи, все вернулись, или кто-то так там и остался.

— Свои все, — коротко ответила Мика, не вдаваясь в подробности.

— В смысле свои, — тут же вновь засуетилась бабушка. — Еще кто-то был?

— Предатели, — выразительно произнес Рик, присоединившийся к ним. — Но за них можно не переживать.

— Да, верно, — леди де Блитц встрепенулась, потом постучала в небольшое окошечко, закрытое фанерной дверцей, — кучер, домой.

Экипаж тронулся, направляясь в сторону особняка де Блитцев.

— Не сочтите за труд отправить весть отцу, что прибыл домой, — обратился Рикьярдо к леди Женевьеве.

— Они уже знают, — улыбнулась та. — Едва мне сообщили, что замечены два корабля, движущиеся к столице, я тут же отправила им весть.

Де Сентан только кивнул, а вот Мика не смогла сдержать любопытства.

— А как ты определила, что это именно те самые корабли? Ведь в порт постоянно кто-то приходит, ну и кто-то уходит.

— Определяла не я, а специально нанятый мною человек, — улыбнулась бабушка. — Он смотрел на сигнальные флаги. Как только по ним передавалось определенное сообщение, он записывал его, после чего сообщал мне в определенные дни. Сейчас же, когда я жду определенные корабли, он, едва поняв сигнал, поспешил сообщить о вашем возвращении. Но я не могу понять, почему пришлось ждать вас так долго?

— Леди Женевьева, а где вы видели исследователя, который, попав в незнакомое место, быстро его покинет? — поспешил на помощь девушке Рикьярдо. — Тем более, этих исследователей было куда больше пяти. Ну и на обратном пути погода не задалась. Туда три недели плыли, обратно почти полтора месяца. Наверное, со скуки всех рыб и водоросли пересчитали.

— Можешь смеяться, но Рональд действительно что-то вытаскивал из воды, — поделилась наблюдениями Микаэлла. — Да и пробы воды тоже брали. Причем на разных участках, а во время штиля просто в разное время суток.

— Да, это исследователи, — рассмеялся старший де Блитц. — А ты еще считала, что у нашей внучки с головой не все в порядке. Да наша, как раз, еще ничего на общем фоне. С этих бы сталось собственное поместье перевернуть с ног на голову.

Мика и Рик переглянулись, но промолчали. Лучше никому не знать, что благородные отпрыски давно уже успели изучить и сад в городе, и загородные поместья, а если что-то осталось без их внимания, то только потому, что во время учебы туда добраться не успели, а сейчас уже не интересно.

Между тем экипаж свернул на территорию особняка, проехал по небольшой аллее, после чего остановился перед входом. Пассажиры покинули его, а слуги принялись выгружать вещи.

— Юная леди, — приветствовал Микаэллу дворецкий, — как я рад вас видеть живой и невредимой.

— То есть, поднятому личу вы бы не так радовались? — прищурилась девушка, после чего улыбнулась — так велико было удивление мужчины. — Я тоже рада видеть вас, Митворт. Можете обнять меня, если хотите.

Отказывать себе в этом удовольствии дворецкий не стал. Равно как и некоторые слуги, вышедшие приветствовать вернувшуюся юную леди.

— Мы так скучали, так переживали, — повторяли они, а те, кто помнил Мику совсем маленькой, даже украдкой вытирали слезы.

— Я тоже скучала, — искренне признавалась юная леди де Блитц. — Если бы я знала, что мое путешествие окажется таким, несколько раз подумала бы.

Бабушка, дед и Рикьярдо переглянулись. Микаэлла и подумала — это звучало странно.

Девушка всегда действовала импульсивно.

Почти сразу прибыли и лорды де Сентан, и леди Женевьева распорядилась устроить небольшой ужин в честь возвращения ее внучки. Обсуждали поездку, Товердор, Рик и Мика активно делились впечатлениями и планам, и единственное, что старательно замалчивалось — это болезнь девушки. Но все было уже столько раз обговорено, что никто из родни не заметил небольших нестыковок. Да мало ли, что твориться на разных частях относительно большого лагеря.

Поздно вечером Рикьярдо вместе с отцом и дядей отправился к себе домой. Надо было все-таки показаться матери, тетке, обрадовать своих домочадцев, что он вернулся живым и невредимым.

Уже ночью Мика выбралась из ванной и вытянулась в своей кровати. Пусть походная жизнь и не причиняла дискомфорта, а на корабле были довольно удобные койки, все равно так приятно лечь в обычную постель и знать, что она будет стоять на надежном полу, в комнату не заползут никакие змеи, не будет шатать качкой, и сверху не будет сыпаться древесная труха, если на палубе передвигают какие-то тяжелые предметы.

А утром они с бабушкой отправятся к портнихе, чтобы та, наконец, показала своей клиентке свадебное платье, после чего думала, как подгонять его по еще более постройневшей фигуре.

После чего им с Рикьярдо предстоит еще много хлопот, от рассылки или развозки приглашений до многочасовых выслушиваний от бабушки, каким она видит это торжество. А еще надо выяснить, кто же был автором письма, передать отчеты о пребывании в Товердоре в исследовательский корпус, и много чего еще. Микаэлла улыбнулась. Подумаешь, много дел. У нее в запасе еще два месяца. Если же что-то пойдет не так, всегда можно сбежать в экспедицию. Правда, места надо выбирать менее опасные. Ну да заказов всегда хватает.

Эпилог.

Леди Микаэлла де Сентан потянулась, подумала и повернулась на другой бок. Вставать не хотелось. Рикьярдо, как обычно, встал рано, а вот ей хотелось еще немного понежиться в постели, отдохнуть от экспедиции и ночных упражнений, затеянных мужем. Да, две недели не виделись, но это не повод тянуть любимую жену сразу в постель, и не давать ей уснуть до рассвета. Кошмар, ужас, как так можно!

Исследовательница улыбнулась, потом притянула к себе подушку мужа и вдохнула его запах.

Как же хорошо дома! И хорошо, что все отработки, наконец, закончились. Увы, по возвращении из Товердора выяснилось, что у нее оставалось несколько больше, чем они все думали, и прощать эти пять месяцев никто ей не собирался. Единственная уступка, на которую пошли в корпусе — разрешили спокойно подготовиться к свадьбе и провести медовый месяц на модном курорте, а не в палатке, изучая очередное плохо нанесенное на карту место, или проверяя, сильно ли изменились даннью энциклопедии после последнего обследований территории лет так сто назад.

Как ни странно, подготовка к свадьбе прошла спокойно, несколько занудно, когда приходилось писать приглашения, выбирать цвета для салфеток, скатертей, цветы для букетов.

Правда, очень быстро леди Женевьева поняла, что от детей ждать здравых мыслей не стоит, дай им волю, и все будет украшено чучелами странных существ, различными гербариями, а на столах будет не изысканная закуска, а походная каша, приготовленная в огромном котле. От матери жениха помощи ждать не приходилась. Та постоянно плакала, что сын торопиться. В итоге мужчины в семье де Сентан не выдержали и пригласили к ней врачевателя. После обстоятельной беседы стало понятно, что душевное здоровье леди оставляет желать лучшего, и лорд Ромир отправил ее в загородное поместье под присмотром обученной сиделки.

В это же время удалось найти и автора писем. Это была та же женщина, что сказала Микаэлле о длительной поездке Рикьярдо. Ко всеобщему удивлению, это была одна из служанок.

Оказавшись когда-то давно в постели молодого лорда, она решила, что тот приблизил ее к себе.

Все время, что он учился в академии, девушка терпеливо ждала, но, когда после окончания учебы, мужчина не обратил на нее внимания, была уязвлена. Все ее планы и мечты рухнули.

Разумеется, виновница была обнаружена довольно быстро, месть тоже придумалась быстро.

Оставалось дождаться удобного случая. Появление огорченной Микаэллы было служанке только на руку, когда известие о пропаже девушки достигло ее ушей, злоумышленница обрадовалась. Но ее мечтам сбыться не удалось. Мало того, что молодой лорд организовал спасательную экспедицию, узнав, кто повлиял на такое решение невесты, он тут же указал несчастной на дверь.

К большому сожалению для леди Женевьевы и к счастью Микки, уехать никуда до свадьбы леди де Блитц не удалось.

Зато в столицу приехал ее сын с семьей. О чем они разговаривали за закрытыми дверями, так и осталось неизвестным, но вышел лорд Антуан задумчивым. А к концу своего пребывания в столице, сообщил матери, что будет думать о переводе обратно домой, тем более, что внуки тепло отнеслись к бабушке. На старшую сестру они смотрели немного настороженно и с восторгом, не в каждой семье есть такой выдающийся, пусть пока и не сильно известный, человек.

Потом была свадьба. Шумная, многолюдная, утомительная. Множество обрядов, обязательных разговоров с официальными лицами, в том числе главами страны, которых нельзя было не пригласить — не каждый день женятся племянники одного из лордов. Благо друзья тоже присутствовали и тем самым вносили в мероприятие легкое оживление. А потом все неожиданно закончилось. Микаэлла и Рикьярдо вдруг обнаружили себя в спальне, совершенно одни, а где-то за окном еще взлетали в небо последние залпы салюта. Переглянувшись, молодые муж и жена благополучно избавились от неудобной свадебной одежды и, уставшие, отправились спать.

Позднее, пересматривая зафиксированные на зеркало моменты, они долго смеялись или недоумевали. Вот Никлас танцует с одной из молодых леди, девушкой, которая не смотрит в сторону простых людей, не важно, маги они или нет. Вот один из почтенных лордов о чем-то разговаривает с Рональдом, судя по довольному виду мага, обсуждают какой-то исследовательский проект, при чем этот лорд известен своей скупостью. Какие-то безумные конкурсы, танцы, много иллюзий, невинный магических шуточек. Собственно, чего еще можно было ожидать от свадьбы двух магов. Благо хоть никаких карт, гербариев, и даже поднятых скелетов, чего так боялась леди Женевьева, не было. Хотя Том долго настаивал на хоре из десятка скелетов, исполняющих какую-нибудь поздравительную песню. Даже лорд Анри де Блитц соглашался с ним, но упрямства леди хватило не допустить такое безумие.

— О чем думает моя жена, — Рикьярдо подкрался, как всегда, тихо.

— Жалею, что среди аристократов нет разводов, — улыбнулась Мика.

— Что? — он нахмурился, после чего навис над девушкой.

— Ну, я была бы не против еще раз повторить нашу свадьбу, но на этот раз со всем тем, что отвергла бабуля.

— Знаешь, — улыбнулся он, потом поцеловал жену, — я тоже. Хотя бы для того, чтобы увидеть лицо лорда Ниптоса, когда хор скелетов будет исполнять официальный гимн.

Они рассмеялись, потом последовал поцелуй, за ним еще один, и еще, и как-то стало не важно, что давно пора спускаться к завтраку. Какая разница, ведь до обеда, а тем более до ужина, еще далеко.

Content

Чернявская Юлия Вячеславовна Замуж через побег [СИ]

Юлия Чернявская ЗАМУЖ ЧЕРЕЗ ПОБЕГ