Александр Конторович, Нина Демидова

Изгой

«Транзакция успешно произведена. Сейчас вы будете перемещены на страницу завершения заказа. Не выполняйте никаких действий и не закрывайте браузер…»

Всё, норм!

Прошёл платёж!

Теперь пару дней подождать – и можно собираться на выезд.

И то дело… засиделся я в четырёх стенах. Будет возможность заняться привычным и полезным (во всех смыслах) трудом – реализацией собственных поделок.

Дело в том, что в Подмосковье собирается очередная реконструкторская тусовка. Там кого только не будет…

Псевдогномы и псевдоэльфы, вполне конкретные «викинги» и ребята, моделирующие всевозможных любителей острого металла. Все они разные и по-своему любопытные.

Но у меня к ним совершенно конкретный, в том числе – и финансовый, интерес.

Дело в том, что почти все эти любители и профессионалы разной степени оттопыренности объединены некими общими установками.

Все они одинаково трепетно относятся к своему внешнему виду. Одежда – так, чтобы непременно ручной выделки. И никаких там швейных машинок! Помню, в своё время первый приз в Киеве получила одна девушка, которая собственноручно изготовила не только льняную ткань – так ещё и платье из неё пошить умудрилась! И, между прочим – очень даже красиво у неё вышло…

Так и сейчас – сшей сам! Или купи… если руки не под это заточены.

С этого я и начал.

Нет, платьев не шил – хреноватый из меня портной. А вот по коже – работал. И надо сказать, что у меня это выходило весьма недурственно! Короче – спрос был. И финансовый выхлоп – тоже имелся.

Но как-то вот меня это не пёрло… я всё же инженер! Да, завод наш, мягко говоря, на ладан дышит – и уже давно. Очередной «эффективный менеджер» на всех парах спешит к неминуемому банкротству своего предприятия. Да и нафиг ему завод? Когда землю, что он занимает, с большой выгодой можно продать под строительство очередного торгового центра!

Видели мы уже и этих «покупателей»… те ещё морды уголовные…

И поэтому у нас тут все давно рукою махнули на работу, как на таковую. Один хрен – зарплаты почти никакой. Остались ещё отдельные энтузиасты, на что-то там по наивности рассчитывающие…

Остался и я – но по совершенно другой причине.

Я ведь металлург!

И когда-то даже надежды подавал.

А на предприятии у меня – кузница.

Этим делом мы давно увлекались, я даже ножики своим товарищам ковал. Точил, в меру способностей украшал. Неплохие, надо сказать, сувениры получались. А освоив заодно ремесло шорника, так ещё и ножны стал к ним шить.

Иногда такие изделия даже и продавались – так что на зарплату я особо и не рассчитывал.

Пяток удачно проданных ножей – и неделю можно жить вполне прилично.

И в какой-то момент меня торкнуло!

Викинги, эльфы, гномы… что у них общего?

Нет, с кожей понятно – всем надо. Так ведь есть и ещё кое-что – гораздо больше им нужное!

И я выковал первый топор. Не меч – на это попросту нахальства не хватило. Топор – он попроще будет.

Протравил, узоры всякие нанёс, состарил искусственно… Топорище мне ребята в столярке сделали. А уж всякие там металлические полосы на ней – это я и сам присобачил.

Обжёг, заполировал. Кожаную перевязь соорудил.

Вышло… ну, в общем вышло. Повез я его на очередную тусовку. В плащ-палатку старую замотал, чтобы не привлекать внимания постовых в метро.

Добравшись до нужного места, некоторое время комплексовал – всё же мастера по металлу тут и свои имеются, да и авторитета у них – куда как поболее моего будет. Так что вытаскивать свою поделку не спешил. А выложил – перевязь. Тут я признанный спец, никто и слова поперёк не скажет.

Уже через несколько минут на меня выскочил давний знакомец – Витька Ревякин. Из «викингов».

– Здорово! Чего притащил?

– Смотри… – киваю на землю у своих ног.

– Круто! – вертит в руке перевязь Ревякин. – Это подо что же такая приблуда будет? Под топор, угадал?

– Под него…

– Блин! Примерить бы… да топора нет…

Подталкиваю к нему свёрток.

Минута – и Витька уже засупонился. Топор куда надо воткнул и всячески обновку опробывает. Да…надо был ещё и вон там шнуровку удлинить… не все же такие тощие, как он?

– О, Витёк! – нарисовался сбоку ещё кто-то знакомый. – С обновой? Дай-ка…

Ну, с перевязью там всё понятно было, никто и вопросов не задавал. А вот топор…

– Да клиент один притащил… под него и перевязь тачалась. А потом у него с финансами покислело – вот я топорик-то и выкупил!

Нашлись тотчас же и эксперты, с ходу попытавшиеся определить мастера. Гадали, рядили – и пришли к выводу. Мол, не наш это кузнец! Откуда-то с северов – вон, манера как раз на них похожая! Столько специфических терминов я за всю свою жизнь не наслушался! Мнение получилось почти единодушным – годен! Этот топор ещё бы и заточить… и сшибай головы одну за другой!

Хотя и недостатков нашли изрядно. Мол, голимая деревня, манера старая…никакого тебе прорыва и креатива… Словом, для киносъемок не потянет – штука сугубо утилитарная, голый функционал, никакой красоты и прелести.

Но, несмотря на это – топор ушёл. Да, так ушёл…

Короче, на следующую тусовку я притащил еще один. Тут легенда была уже совсем другой.

Мол, выводы я сделал, да сам того мастера и отыскал. И договорился…

Года два народу я голову так морочил – все понемногу и привыкли. Завод наш накрылся медным тазом, и на его месте ударными темпами уже возводили очередную коробку торгово-развлекательного центра.

А перед самым концом родного предприятия, договорившись уже с временной администрацией, я по демпинговым ценам выкупил оборудование кузницы. Оно там и нахрен никому не сдалось.

Увез всё это добро на старую бабкину дачу, отгрохал там соответствующий сарай – и начал. Инженерное моё образование в том немало поспособствовало – поковки получались вполне приличными. Дошли руки и до мечей. Не сказать, что у меня получались Дюрандали[1] – но народ и их брал нарасхват. Ко мне даже парочка клубов подъехала – мол, сотвори-ка нам мечи – да все по единому образцу! Ну и качественные – это уж само собой разумеется!

Сотворил… хотя и стоило это мне прилично времени и сил. В благодарность народ пару раз приглашал меня на свои мероприятия.

Получив там по спине и по башке, я малость вызверился – больно ведь! И стал учиться ещё и этому.

«В строй поставить можно!» – вынесли вердикт через год.

Этим всё и закончилось, моё самолюбие было удовлетворено. А сбив с ног своего давнего обидчика (который год назад мне по башке-то и настучал), я почувствовал себя вполне отмщенным.

И всецело погрузился в кузнечные дела.

Мечи, топоры, даже кольчуги вязать пробовал. Но сделав несколько штук, понял – не моё… Да и денег они приносили гораздо меньше, чем бутафорское вооружение.

Не сказать, чтобы мои занятия не привлекли ничьего внимания – первыми гостями были местные полицейские. Закончилось просто – я подарил начальнику угрозыска пару красивых (но совершенно бесполезных на практике) мечей. И от меня отстали…

С налоговой оказалось бороться труднее – пришлось оформлять индивидуального предпринимателя и платить какие-то налоги. Не сильно обременительные, но всё же…

Проще всего вышло договориться с местной шпаной.

Руки у меня к тому времени были крепкие (кузнец всё-таки…), и брошенный молот красиво перелетел через всю кузницу, проломив нехилую дыру во входной двери. Заглянувший в неё через несколько минут «гость» был уже гораздо более вежливым. Закончилось всё дружеской попойкой.

Жаль, что с налоговой инспекцией такой фокус не прокатит…

Но всё это ныне позади. А в настоящем – мне надо ехать на встречу с клиентом. Дело в том, что в моей голове родились некоторые идеи относительно собственного бизнеса. И сей товарищ должен кое-что полезное для этого приволочь!

Через три дня в «Этномире» очередная реконструкторская тусовка – будут гости даже из-за рубежа. Целую неделю будут бегать туда-сюда всевозможные экзотические персонажи, позвякивать сталь, и звучать победные кличи. Народ отдыхает… так, отчего бы ему в этом и не помочь? Я в данном обществе неплохо известен, вот и родилась одна мысля…

Понятное дело, что торговля там будет – полгода мои коллеги и конкуренты ковали и шили всевозможные ништяки. Готовились, так сказать…

Вот я и решил, что помимо собственно торговли, организую там кузницу – в которой, на глазах у возможного клиента, изготовлю ему вещь по индивидуальному заказу. Походный горн, наковальня и всё прочее – в наличии. Шатер мне сегодня привезут. И приличную кучу всякого полезного добра – заготовки для мечей и топоров, древки, цветную проволоку и прочие необходимые вещи.

За то, собственно говоря, и уплачено!

Я тут не первый, кто таким образом поступает. Хватает кузнецов и без меня. Есть, естественно, куда как более оттопыренные и маститые, не спорю. Но дела-то у мужиков идут? Так чем я хуже?

Присутствует тут и конкуренция, как без неё? Причём – всякая, и не всегда честная – как в любом бизнесе. Но, хоть ножку в открытую не ставят – уже хорошо.

Привезённое добро заняло весь багажный отсек моего джипа – так я ещё и своё добро не погрузил! Ладно, есть прицеп…

Сборы кузнеца несколько не похожи на аналогичный процесс у художника. Во всяком случае, тот не таскает тяжеленную наковальню, а пучок кисточек весит намного меньше кузнечного молота. Но и тот и другой считаются творцами – причём, к художнику отношение намного более почтительное. Ну… не знаю… Я вот без картин совершенно спокойно проживу, а вот нарубить дрова кисточкой, вместо топора – пока ещё никто не сумел! Впрочем, к танцорам и певцам отношение ещё более несуразное…

Благодаря нынешнему мэру, поездка на личном авто, хотя ещё и не стала опасным экзотическим приключением, но уже имеет все шансы на таковое превращение в недалёком будущем. Увы, но запихнуть всё моё добро в автобус – идея совершенно нереальная. Да и не ходят автобусы в «Этномир». От меня – так во всяком случае. Впрочем, и на эту тему я тоже подумал.

Всенепременные пробки привели к тому, что добрался я до нужного места с изрядным опозданием. В следующий раз, наверное, надо будет вообще затемно выезжать.

С Семёнычем, местным фермером, мы познакомились как-то совсем по случаю – он в том самом «Этномире» у меня покупал топор. Причём – не какой-то там бутафорский, тупой и богато украшенный – а вполне конкретное «хозяйственно-бытовое» изделие. Проще говоря – дрова им рубить. Ну, я и постарался…

И с той поры мы задружились. Так что, приезжая в это место, сначала заворачиваю к нему, оставляю во дворе джип и перегружаю всё добро в крытый фургон, запряжённый парой крепких лошадей. Это гораздо антуражнее выглядит. Мои коллеги прямо-таки зубы сточили от зависти – но свой секрет я так никому и не открыл. Пусть думают, что я аж из-под Сергиева Посада так добираюсь…

– Так, на ночь глядя, и поедешь? – интересуется фермер, помогая перекидывать моё добро в фургон. – Темно ведь! А у лошадей фары пока не придумали!

– Ну, ежели не попрёшь со двора, то до утра у тебя перекантуюсь. А часика в четыре и тронусь… Пока суд да дело – как-нибудь доберусь. В это время уже светло, авось никто сослепу-то и не наскочит.

– Это так… Только имей в виду – в лесу туманы по утрам стоят, а ты ведь не только по шоссе ехать собираешься, так?

– Ну?

– Не помню я здесь таких раньше. Старики говорят – такой туман раз в год бывал. А сейчас – вроде бы и чаще… хотя, кто там его разберёт? Странный туман – ни звуков никаких в нём не слышно, и даже солнце видно еле-еле. Одно хорошо – стоит он вроде бы не долго. В смысле – на одном месте не стоит. Если совсем уж заблудился, остановись и подожди – он и уйдёт.

– Хм… Учту!

Семья у Семёныча большая – жена и четверо детей. Все парни. Старший, Петр, сейчас отсутствует – студент… А вот все остальные на месте – и тут же пристают ко мне с расспросами. Правда, надо отдать им должное, в процессе болтовни помогают нам разгружать машину.

Выбрав момент, передаю им подарки – каждому по ножу. Сам ковал, не покупные. И постарался, даже и ножны для каждого сделал.

Мальчишкам это интересно, да и отец их увлечение вполне одобряет. Я им даже показывал в своё время как правильно работать топором и мечом – парням понравилось. А отец вечером угостил меня своей настойкой – она у него знатная!

– Тут ведь какие-то умники учёные ко мне приезжали, – рассказывал он мне тогда. – Удивлялись – как это у меня такие настойки получаются? Вроде бы и травы такие же как и везде – а эффект совсем особенный!

– И что выяснили?

Он пожимает плечами.

– Да, толком – так ничего и не поняли. Водил я их в лес, траву они там собирали – совершенно обычная.

Семёныч на какое-то время задумывается.

– Я и сам давно приметил – её не во всякий день собирать надобно!

– А когда же?

– Да вот, как раз, после тумана и надобно. Только, поди, угадай, когда он там придёт?

А интересная, вообще-то мысль! Есть у нас тем некие… хм-м… девы, изображающие из себя целителей – вот им-то эту идею и надо подбросить! Сами-то они, скорее всего, ничего собирать не станут, а вот купить «зелье» у Семеныча – вполне способны. Ну а какую они потом легенду изобретут – я даже и представить себе не могу!

Настойки его и впрямь – весьма оригинальные. После некоторого количества принятого, в голове начинали звучать какие-то странные словеса – ничего себе эффект! А уж какие опосля этого сны получались… Голливуд нервно курит в сторонке! Так что я никогда от этой настоечки не отказывался – да чувствовал себя после неё очень легко и как-то приподнято. За бодун и говорить нечего – не имелось такового вовсе. Однозначно – это никакая не наркота – в этом случае появились бы тут далеко не учёные мужи со своими возвышенными идеями. А вполне приземлённые парни из отдела по борьбе со всякой дурью – вот у них-то точно никаких фантазий не возникает.

Так что, очередную порцию настоечки (чуть менее литра…) мы с фермером потихонечку «уговорили». Аж, до полной прострации… И если бы не ранний подъём…

Но вставать пришлось.

Фургон – не джип, быстро не поедет. И, как правильно заметил Семёныч, фар у лошадей не имеется.

Вещи были уже заранее погружены, повозка стояла во дворе, так что дело оставалось за малым – запрячь лошадей. Хорошо, что бодуна с этого «зелья» не бывает! Попробовал бы я такую операцию спьяну проделать…

Уже когда я сидел на козлах, фермер сунул мне корзинку.

– Девкам там вашим отдашь…

И правильно, за свою идею я вчера ему уже рассказал – мысль пришлась ко двору. Так что ждёт наших «целительниц» неслабая головоломка!

Застоявшиеся лошади взяли с места мощно, и фургон быстро покатился к лесу.

Я уже давно приезжаю именно с этой стороны – не по основной трассе. Во-первых – нет машин.

А во-вторых – так антуражнее выглядит.

Вот и пара километров позади…

Кстати!

Никто же ведь не говорил, что девам надобно отдавать всю настойку?

Никто.

Более того – мне, как посреднику, тоже своя доля полагается!

Так что добрый глоток «зелья» меня дополнительно приободрил.

А что?

Гибдэдэшников тут не имеется – лес, всё-таки! А они ещё и не все трассы пока окучили. Нет здесь и вездесущих камер наблюдения – могу хоть голышом править! На телеги номеров пока привесить не догадались – хрен кто меня идентифицирует.

Не, пожалуй, от последнего я всё же воздержусь – а то пойдут всякие слухи…

А вот и туман – здрасьте!

Лежит поперёк дороги белесая подушка, краями призывно пошевеливает. И ведь никуда не свернуть – лес вокруг! Одна тут тропа – и прямо поперёк неё колышется белесая муть.

Что там Семёныч говорил?

«…Остановись и подожди – он и уйдёт…»

Натягиваю вожжи – и лошади послушно останавливаются. И почти тотчас же туман возникает сразу со всех сторон – я даже не заметил, как это произошло.

И – тишина.

Странная, какая-то звенящая.

Стучу рукояткой ножа по козлам – звук словно вязнет в тумане.

– Эй!

Да и от голоса эха нет. И это не на шутку меня озадачивает. Пытаюсь вспомнить – что по этому поводу гласит наука?

А ничего…

Не в смысле – что ничего не гласит. Какие-то мысли там определённо на этот счёт есть! Ничего в том аспекте, что я, как ни стараюсь, не могу эти мудрые словеса вспомнить.

Вообще ничего вспомнить не могу – в голове пусто, как в помойном ведре поутру.

Туман не уходил – даже и не собирался.

Стоп себе думаю – не дурак ли я?

Ведь есть же веками проверенный способ! Отпусти поводья, и лошадь всегда найдёт дорогу к дому! А в одиночку или запряженная в фургон – разницы нет.

Ослабляю вожжи и цокаю языком.

– Вьё! Марш!!

Как ни странно, лошади сей призыв услышали – и фургон понемногу двинулся вперёд. Правда, мне показалось, что мы раньше вперёд ехали… а тут вираж такой неслабый… почти назад повернули.

Тем не менее, коняшки не останавливались, а продолжали топать вперёд. Погромыхивая по корням колесами, мы куда-то двигались. Что ж, лошадям виднее – они жильё чуют!

Туман, однако, понемногу рассеивался, а налетевший порыв ветра и вовсе разметал его клочья по кустам. Лошади, приободрившись, пошли резвее, пришлось их даже немного придержать – всё же не по асфальту едем!

Поворот, ещё один… пора бы уже и на дорогу к «Этномиру» выехать! Где-то здесь уже обычно встречается всякий народ, который туда пехом топает. Пару раз я и попутчиков подвозил, и одна из них оказалась очень даже милой девушкой! Мы с ней почти год после общались – со взаимным удовольствием и достаточно тесно.

А вот и попутчики!

На дороге внезапно возник худощавый мужик в характерном для данного места обличье. Простенькие штаны из серой материи, рубаха, подпоясанная широким ремнём, на котором болтался в ножнах приличного размера тесак. А вот, что у него на ногах, я не разглядел – мешала густая трава.

Вообще, странно… тут столько машин, должно быть, уже проехало… какая, нафиг, трава?

Мужик вскинул руку в каком-то странном жесте, и я придержал лошадей, давая ему сесть в фургон.

Оп!

А сбоку сюда уже лезет ещё один – точная копия первого, только с топором вместо тесака.

Усевшись рядом, первый из попутчиков кивает влево – мол, туда давай!

Опять какие-то придумки мастеров фестиваля…

В прошлый раз они прямо у дороги поставили заставу и со всех требовали подорожную от епископа. Правда, оный «епископ» располагался неподалеку и данный документ выдавал всем желающим – но только после пристального опроса. Мол, кто ты есть, куда и за каким хреном топаешь… и так далее.

А теперь, значит, вот так…

Кстати, парни в роль, похоже, всерьёз вошли. Одежка на них поношенная, грубо сшитая – даже отсюда видны крупные стежки. А уж запашок от них… скажу я вам… тот ещё!

Нет, если я недельку у костра, не мывшись, просижу – так ничуть не хуже, наверное, пахнуть стану. Это сколько же тогда они тут кукуют?

Кусты раздвинулись в стороны, и повозка вкатилась на поляну.

Так и есть – посередине горел костёр, около которого сидело и лежало ещё несколько человек.

Застава – теперь она, значит, так вот выглядит. А что – сурово и непритязательно.

Меня хлопнули по плечу – тормози.

Что ж, посмотрим, кто тут у них за старшего… и какого хрена ему от меня нужно?

Мужик с топором подталкивает меня, слезай! А его напарник уже скрылся в фургоне и чем-то там громыхает.

Местный вариант таможенно-налоговой службы? Совмещённый, так сказать…

А с другой стороны – я ребят понимаю. Сюда чего только в своё время не тащили… и оружие, и наркоту… И пока всё это более-менее упорядочили – эксцессы иногда возникали очень даже неприятные.

– Кор, тут ничего ценного! Оружие, железо и кузнечные инструменты – всё безликое! Не продать…

Как-то он странно говорит… такое впечатление, что слова специально растягивает.

Тот к кому обращались, поднимается на ноги. Этот – одет уже получше, да и пояс у него расшит цветными нитками. Местный, так сказать, щёголь… или старший?

– А что там есть ещё?

– Тряпки… кожа есть! Опа…

И мужик замолкает. Чем-то он там шуршит – и внезапно спрыгивает на землю. В его руках – корзинка Семеныча.

– Кор! Посмотри! – и он протягивает щеголю бутылку настойки.

Старший заставы берёт её в руки.

Надо отдать должное фермеру, он предполагал, что наши девы-целительницы сразу же данное «зелье» кому-нибудь и толкнут. И поэтому, бутылки снаружи, поверх оплётки из прутьев, обмазаны глиной, что делает их весьма похожими на неуклюжие поделки какого-то кустаря-горшечника.

Открыта пробка, щеголь принюхивается… и с проклятием швыряет бутылку в кусты!

– Только этого нам и не хватало! Гонт!

– Я? – откликается мужик с топором.

– Отведи этого… ну и… сделай там всё!

Меня немилосердно пихают в плечо – топай!

Нет, ребята, я, конечно, всё понимаю… но, по-моему, это уже перебор! Но в сторону всё же отхожу, может быть, там сидит кто-то более вменяемый и адекватный?

Но никого рядом не оказывается, а мужик указывает мне куда-то дальше – мол, туда!

Протопав метров сто, понимаю, что шутка зашла куда-то уже и вовсе не в ту степь. Пора заканчивать!

– Слышь, куда мы вообще идём-то?

Сдавленное икание…и я еле успеваю отпрыгнуть в сторону – мимо меня пролетает топор! Однако!

Мужик стоит напротив, и на его лице написано нескрываемое удивление.

– Ты… ты говоришь?!

– Ну, кукарекать как-то вот не научился… а что?

Вместо ответа он выставляет перед собою руки в каком-то странном жесте.

Чё-то я не вкурил… И что должно произойти?

Видимо, так и не дождавшись исполнения задуманного, мужик выхватывает откуда-то нож и бросается на меня, решив, видимо, порезать, раз не удалось зарубить.

Ну, блин, я ему не Лев Толстой!

Драться он совершенно не умеет, а ножик, скорее всего, использовался им исключительно для нарезки колбасы. Ибо и это оружие вскоре оказывается на земле, а его хозяин, получив основательный удар промеж ног, с воем катается рядом.

Нет, с этими штуками пора завязывать! При всей моей нелюбви к полиции, надо отдать им должное – таких вот гавриков, решивших в своё время малость покачать права, они извели быстро и решительно. И под корень.

Похоже, это какие-то залётные…

Ничего толком пояснить мой пленник не может, а в тот горячечный бред, что он несёт, я перестал вслушиваться уже через пять минут. Видать, парень чего-то там накурился…

Ну, что ж…

Воспользовавшись его собственной верёвкой, скручиваю болезному руки и привязываю свободным концом мужика к дереву. А чтобы не орал, запихиваю ему в рот его же шапку. Не толерантно?

Да, кто б спорил-то… Надеюсь, наша полиция не станет принимать во внимание его жалобы.

Повертев в руках трофейный нож, вытираю рукоятку об одежду злодея. И обойдя его сзади, вкладываю рукоятку ему в ладонь. Сжимаю – теперь там точно есть его пальчики. И аккуратно втыкаю нож в землю позади дерева – полицейские найдут его легко. Для меня эта грустная железяка интереса не представляет – даже в руки стыдно брать. А клиент однозначно теперь себе на срок намотал – на хозбыт эта штукенция, при всей своей корявости, точно не тянет.

Поразмыслив, отыскиваю в кустах улетевший туда топор.

М-м-да… Я б тому мастеру, что его ладил, и руки бы не подал! Топорище, за долгое время отполированное руками владельца, ещё так-сяк… А собственно топор… я такое даже на заре своих занятий не делал. Выкован кое-как, хоть форму выдержали – и то ладно. Ни полировки, ни заточки нормальной… как им пользовались вообще? И явно не заводской, там такого кошмара не производят – кустарь ковал.

Не, в качестве колуна – пойдёт, тут и спора нет. А вот использовать его как плотницкий – это уж фиг! Видел я, какие, реально, чудеса может хороший плотницкий топор в умелых руках сотворить! Такое впечатление, что человек руками из дерева лепит – вот, ей-богу, не вру!

Но как аргумент для увещевания – покатит. Тут, скорее, внешний эффект требуется.

Однако же переть буром на полдесятка мужиков, пусть и обкурившихся какой-то дряни – дураков нет. Исхожу из того, что их главный вскорости пошлёт сюда кого-нибудь – проверить, отчего так задержался их товарищ. Вот с этим проверяющим и поговорим… В кустах ждет своего часа крепкий сук, который я отломил от ближайшего дерева.

Прошло, на мой взгляд, около получаса, когда стороны поляны послышались неторопливые шаги.

А вот это уже невесело – шли двое.

Я, хоть и кузнец, а стало быть, силушкой не обижен, всё же не записной драчун, чтобы сразу на двоих противников нападать. Поэтому пропускаю парочку мимо засады. А дождавшись, пока они отойдут на пару-тройку метров, выныриваю из кустов.

Как народ в городки играет – все видели? С десятка метров «бабушку в окошке» снести – очень даже запросто.

Я и тут малость руку набил…

Сук – не бита, но тоже летает неплохо. А уж промазать со столь короткой дистанции – это надобно конкретно окриветь!

Сучок увесисто долбанул правого визитёра по затылку – и в дальнейшем махалове он уже участия не принимал.

Да, собственно говоря, особого бодалова и не получилось. Вторым «проверяющим» оказался тот самый мужик с тесаком. Им-то он и попробовал помахать. Причём – начал это делать с дистанции ещё в несколько метров!

Нет, они тут явно все чего-то обожрались…

Тут не Шаолинь, в конце-то концов – всякие там «энергетические» атаки не проходят.

Не покатило и здесь – отбив замах тесака топором, на обратном ходу прикладываю обухом злодея по морде.

И ему сразу стало не до драки…

Потратив ещё некоторое время на пристраивание злодеюк в ближайших кустах, подвожу итоги. А тесак занимает место сзади за поясом.

Итак, у мерзюков стало на три человека меньше. А сколько их всего там было?

Ну… двое со мной приехали – сейчас в кустах лежат. И на полянке их было… ещё четверо, как минимум. Итого – шесть?

Похоже…

Прихватываю с собою уже проверенный сук и осторожно, стараясь не шуметь, пробираюсь по лесу, обходя поляну слева.

Ага, вот и бубнёж какой-то послышался… теперь вообще почти ползу. Не шутки, блин, ножик у того, что со мною ехал, (в смысле – тесак) оказался совсем уж нешутейным, и махал он им с вполне понятной целью. Если и у других его сотоварищей что-то подобное при себе есть – дело плохо. Не все же они там такие долбодятлы, чтобы издали железом размахивать? Для чего-то же они его с собою таскают?

Над кустами появился знакомый брезентовый верх – фургон!

Странно, он же почти посередине поляны стоял. Или его уже после отогнали к кустам?

Планы меняются – крадёмся к нему. Там-то у меня есть куда как более интересные штуки, нежели подобранная в лесу деревяшка.

Действительно странно – фургон никто не караулил! Все голоса доносятся со стороны костра.

Ага!

Чем-то вкусным потянуло – и желудок тотчас же откликнулся, заурчал голодно.

Так у них завтрак, вот оно что!

Опа!

Перемахнув через задний борт, замираю, держа наготове топор.

Нет… тихо, никто моего прыжка не засёк. Ну да, народ завтракает… им не до этого.

А внутри всё перевёрнуто вверх дном! Вот же, блин, сволочи!

Ладно, порядок тут я после наведу.

Быстро натягиваю на себя кольчугу с прикреплёнными поверх титановыми пластинами. Если кто не знал – они здорово искрят, когда по ним точно таким же, титановым, мечом рубануть. Внешне – красота! И выглядит эффектно, вот народ на такие штуки и западает.

Ну, я сильно сомневаюсь в том, что у этой гопоты титановые клинки, а вот тот момент, что их ножиками данные пластины не пробить – мне сейчас очень даже на руку.

Отыскав среди вещей шлем, напяливаю и его – теперь голова тоже защищена.

Поножи тут тоже где-то есть, но искать их долго.

Небольшой щит, меч в ножнах через плечо – теперь можно и побеседовать!

Ага, если только у этих парней нет с собою огнестрела… а ведь может быть! Но пробьёт ли пистолетная пуля титан? Такие пластины вроде бы даже и в бронежилеты вставляют… Во всяком случае, тот мужик, что их мне притащил, что-то такое и говорил. Неохота, правда, на личном опыте это проверять… тем более что у них может быть и не только пистолет! Д, нет… не видел я у них автомата, это уж и вовсе голимый криминал, не рискнут!

Однако на пару минут я всё же задержался, и кое-какие дополнительные меры предосторожности предпринял.

Можно выходить.

Бубнёж, доселе звучавший фоном, внезапно усилился, около фургона раздались шаги… и на козлы взобрался кто-то грузный – фургон аж качнулся.

– Там у него мешок с хлебом был, – крикнул ему кто-то с улицы. – Во всяком разе – им там пахло… Тащи сюда!

Ага, так они ещё и на мой хавчик покушаются? Ну, вот тут вас, ребятки, ждёт тягостный облом!

Полог, закрывающий внутренности фургона, откинулся в сторону.

Р-раз!

Я, если кто позабыл, кузнец! И руки у меня крепкие. А когда на них надеты ещё и боевые рукавицы, усиленные кольчужной сеткой и металлическими пластинами – удар кулаком может привести в «изумление» хоть кого! Полудюймовую доску я таким макаром ломал – на спор.

Доски не оказалось, но скула нежданного гостя явно была не крепче неё. Во всяком случае, из фургона он вылетел турманом, хряпнулся со всей дури об землю – да так там лежать и остался.

А я, всем своим немалым весом (одного железа не менее двадцати килограммов на мне навешано), перемахнув через борт, спрыгнул на второго гостя. Добрых сто кило рухнуло ему прямо на плечи.

Ежели он, опосля такого подарка, сможет сам на ноги встать – я ему лично стакан налью! Потом… может быть…

Правда, и мне на ногах устоять не удалось.

Громыхая железом, прокатываюсь пару метров и быстро (ну, мне так думается…) вскакиваю на ноги. Меч – из ножен, щитом прикрыть голову!

Немая сцена.

В десятке метров от меня у костра замерло двое – даже ложки до рта не донесли.

Какой-то невзрачный мужичок – и тот самый щеголь с расшитым поясом.

Приятного вам, пацаны, аппетита!

Рывок вперёд – щеголь вскакивает, роняя ложку.

Растопыривает руки в каком-то странном жесте…

Бух!

Вспышка…

Меня аж отбросило в сторону.

А на месте костра – обугленная площадка метров пяти в диаметре. И никаких следов от сидевших там только что людей.

Ох-х-у… это что такое было-то?

Не видел я, чтобы кто-то из них бросался какой-нибудь гадостью, типа термитных гранат. Да какие тут, нафиг, гранаты? Чтобы так наподдало – надо не менее чем «Шмелём» сюда засадить! Видел я в армии, как эта штука работает – впечатлило!

Блин, но ведь и меня тогда бы попятнало – будь здоров! Я уж молчу за всякие там контузии – полморды сожгло бы к чертям свинячьим!

Но никаких ожогов у меня нет, даже волос не подпалило. Странно… если не сказать больше.

Осматриваюсь по сторонам – метрах в пятнадцати стоит… точнее – полусидит на заднице, опершись на руки, ещё один персонаж. Вот ему как раз прилетело основательно – вся одежда спереди буквально в лохмотья подрана. Волосы на лице и голове обожжены, да и вообще видок у него ещё тот… Оружия при нём нет.

Хм… а ведь он гораздо дальше меня стоит! Точнее – стоял. Вон и ведро рядом – ходил за водой?

Более никого живого поблизости не наблюдается. Ну, если ту парочку у фургона не считать… Но они, надеюсь, не скоро в себя придут.

Подскочив к обгоревшему, убираю меч в ножны и, подхватив с земли ведро с водой, щедро выплёскиваю содержимое ему на голову.

Кстати… а воду-то он где брал? Тут ведь ни рек, ни ручьёв поблизости не имеется!

– Ах-ха… ах… Спасибо, господин!

Это недогарок, что ли?

Да, а кто ж ещё-то? Он самый… пришёл в себя и повалился мне в ноги.

– Встань!

Он поднимается, морщась и гримасничая от боли. Однако… досталось ему!

Ни бровей, ни ресниц – как корова языком слизнула. Да и волосы подпалило – будь здоров! Одежда буквально рассыпается, по ней тоже огнём прошлось.

Хренасе тут наподдало…и что я теперь полиции буду рассказывать?

– Ты кто такой?

– Лики, ваша милость! Лики!

Чьи, блин, лики? Или это его так зовут? Странное, однако, имечко.

– Сядь, Лики, – указываю ему на землю. А сам опускаюсь на кочку, не убирая, однако, рук от меча – мало ли…

Мужичок кивает и осторожно опускается на указанное ему место. Хм, значит, его действительно так зовут?

– Ну и что ты мне можешь рассказать?

– О чём, ваша милость?

– Ты всё видел… И что ты теперь можешь обо всём сказать?

– Пестрый сделал страшную ошибку, поднял руку на… – он мнётся, не зная, как точнее сформулировать свою мысль.

– На меня он её поднял.

– Ну, да! Ударил огненным заклятьем – а вы, ваша милость, отразили его. Вот он… вот им и не повезло.

Чем-чем он ударил?

– Что он сделал?!

– Он… у него был пояс мага – тот давал носящему силу владения огнём.

– Так почему же тогда он сам сгорел? Разве пояс не должен защищать своего владельца? – попытаюсь подыграть мужику. Похоже, у него от страха мозги набекрень съехали. Психологи в этом случае советуют не возражать охреневшему – так он быстрее в себя придёт.

– Ну, если отразивший заклятье намного сильнее… никакой амулет не поможет!

Дожили… теперь ещё и амулеты…

– Так… Чего ты весь дрожишь?

– Мне… мне холодно, господин!

Вот незадача… замёрз он, видите ли! Ну да, я ж его из ведра холодной водой окатил.

– Вон там, – тычу рукой в сторону фургона, – лежат двое. И один из них, скорее всего, пока ещё живой. Можешь снять с него что-нибудь… Пойдём!

Ну, откровенно говоря, я надеюсь, что живы там оба – хватит с меня и двоих покойников. Хотя… Нет тела – нет дела! По-моему, так у нас в полиции рассуждают?

Впрочем, тут есть, как минимум, трое пострадавших, так что даже и за них могут припаять – мама дорогая! И суду тридцать три раза начхать, что они пытались меня убить. Во-первых – не эти, во-вторых – не убили же?

Посмотрим…

Увы… один точно переселился в мир иной – тот, на кого я так удачно спрыгнул. Ну, а что же вы хотите? Сто кило веса – да на плечи! Тут не всякий бугай выживет…

А второй сидит на траве и ворочает башкой – оклемался!

Увидев моего спутника, оживляется.

– Лики! Помоги мне!

Мужичок, опасливо на меня оглянувшись, спрашивает у сидящего: «А что случилось Гонта?»

– Ох, и не знаю… Что-то выбросило меня из повозки – да сразу шагов на десять! Я и не понял даже, что произошло!

Врёт, как сивый мерин – какие десять шагов?! Два-три метра от силы, да он ещё и сверху сверзился.

– Тебе ещё повезло! – сочувственно качает головою мой спутник. – Пестрый рискнул ударить господина огненным заклятьем – так от него и Выги теперь не осталось и горстки пепла!

И тут сидящий на траве увидел меня.

Секунда – и он зарылся носом в землю!

– Прости нас господин!

На землю падает и мой недавний собеседник – за компанию, надо полагать. И уже в два голоса они орут извинения.

Что за чёрт?!

Это уже никакой не розыгрыш – в их голосах явно слышен нешуточный страх!

– Так! Замолкли – оба! Лики, посмотри на второго – может быть тебе что-то из его вещей подойдёт?

Интересно, от чего этот всё-таки помер – болевой шок от перелома ключицы? Или ещё что-нибудь похожее? Не знаю… Я же не медик в конце-то концов! Лики, надо отдать ему должное, быстро его обшарил и снял пригодную одежду. Похоже, он и впрямь меня опасается – и очень сильно. Свои действия он непрестанно сопровождал комментариями – надо думать, для того, чтобы я не решил, будто он собирается сбежать.

– К костру!

Хм… ну, скажем, к тому месту, где этот костер раньше был.

– Лики… сходи туда, – киваю головой. – Там, в кустах лежат трое твоих товарищей. Думаю, что они ещё живы. Развяжи их и приведи сюда! И скажи – увижу, что они что-то замышляют… Ни один из вас тогда дальше ручья не убежит – достану!

Хрен его знает, где этот ручей… Впрочем, Лики точно в курсе – воду-то он ведь оттуда таскал?

Риск?

Ну… как сказать.

Они здорово ошарашены и напуганы. И сдаётся мне, что реально верят во всякую чертовщину. Блин, если бы не обугленная проплешина – то я бы счёл всё это дурной сказкой. Думаю, что недавний погорелец одним своим видом сможет убедить кого угодно в правоте сказанного.

Кстати говоря, если с этой точки зрения глянуть… мне отчего-то кажется, что полиция будет здесь весьма нескоро. Если вообще когда-нибудь сюда пожалует – нехорошие предчувствия у меня на душе…

Повертев в руках трофейный тесак, втыкаю его в землю – и тотчас же замечаю испуганный взгляд Гонты.

– Что такое? Ты знаешь этот клинок?

– Да, мой господин…

– И что в нём такого необычного?

– Господин изволит шутить?

– Отвечай!

Он съёживается – видать, я его реально приложил. Боится – это хорошо! Значит, будет более-менее искренен.

– Это… это «короткий» тесак… у Яра был…

– Да, я отобрал его у твоего товарища, – согласно наклоняю голову. – Он мог бы и получше за ним ухаживать, вообще-то… Совсем тупой, когда его точили в последний раз?

Собеседник робко улыбается.

– Простите мне мой вопрос, господин, но… Яр жив?

– Пока – да. Во всяком случае – был жив, когда я уходил.

– Вы очень добры, мой господин!

– Не со всеми, – выразительно поглядываю на проплешину.

Секунда – и мужик опять на земле.

– Сядь. Я не приказывал тебе лечь.

Уж если играть роль какого-то жуткого злодея – так до конца и всерьёз!

– Расскажи про этот клинок. Всё, что ты знаешь.

Знал он немного. Но даже и этого хватило, чтобы у меня пошла кругом голова.

Этим клинком никто и никогда не пробовал резать чего-нибудь. В смысле – не хозбыт. Реальное оружие. И стоило, кстати, весьма недёшево. Им «работают» на короткой дистанции, до пяти метров. Совершенно необязательно ткнуть им противника в реальности – достаточно обозначить удар. И противник получает ранение!

Испросив у меня разрешение, Гонта обозначил такой удар – и лежавшее на земле бревнышко раскололось пополам! Всё это время я стоял позади него, держа в руке меч – на всякий, так сказать, случай.

Но, похоже, что у него даже и в мыслях не было причинить мне хоть какой-то вред. Не по доброте душевной, надо думать – а со страху. Зная своего товарища, он, как я полагаю, ни разу не сомневался в том, что тот, прежде чем расстаться со своим оружием, не раз и не два попробовал меня им прирезать. Но тесак лежит здесь, а его товарищ – валяется связанный в лесу.

Стало быть, тот, кто его победил, намного круче – и с ним лучше не портить отношений.

Однако же выглядеть в глазах этого деятеля полным лопухом тоже не очень-то охота. Ещё смекнёт что-нибудь… А оно мне надо?

И так уже понятно, что я нифига не у Этномира, а вообще неведомо где. Так что старый анекдот про «голой пяткой на шашку» в памяти всплыл очень даже вовремя. Пусть даже этот мужик совсем съехал умом после моей оплеухи – так проплешина на месте костра уж точно не могла привидеться всем присутствующим одновременно. Что-то же спалило этих умников и подрало одежду у Лики?

Поэтому стараюсь выглядеть в глазах собеседника эдаким букой, который чем-то очень недоволен. И то сказать – здоровенный (ибо к хилякам я точно не отношусь) мужик, весь обвешанный всяческим железом (хрен кто просечёт, что меч не заточен… я же его в ножны убрал!) и с мрачным выражением на угрюмой морде – далеко не тот персонаж, которому охота травить байки. Да ещё и некий, выражаясь модно, бэкграунд – в виде той самой проплешины и троих обезоруженных мужиков в лесу. Да, чуть ещё про покойника не позабыл… он тоже весьма в кассу в данном случае. Как и отчего он помер – не видно, особых повреждений на теле нет. Так что домыслить можно всё, что угодно – хрен кто проверит.

Понятно (мне – во всяком случае), что оные лопухи слишком уж понадеялись на всякие там штучки в виде навороченных клинков и прочей чуши – но они-то в это верят! Впрочем, глядя на половинки бревна… тут и я поверить готов. Во что угодно.

Так что осторожно расспрашиваю мужика, не забывая время от времени хмурить брови. Мало ли… вдруг я привык на завтрак младенцев есть, а тут ни одного, как на грех, и не отыскалось?

Спустя минут двадцать, из лесу показался Лики, подгоняющий троих обескураженных разбойников.

Ибо мой собеседник уже успел повиниться в том, что вся эта компашка – те самые разбойники и есть! И ныне бесследно исчезнувший главарь – знаменитый Кор Пестрый, коего безуспешно ловят уже целых два года. И неудачи в поиске объясняются тем, что главарь был нефиговым колдуном, умевшим ловко отводить глаза стражникам. Впрочем, как я думаю, толстый кошелёк иногда намного эффективнее любого колдовства…

Вышедшая из лесу троица привычно повалилась на землю, выражая безусловную покорность и преданность. На ногах остался только Лики, вовремя просёкший, что подобные изъявления мне не всегда по душе. И поднявший их на ноги по моему жесту.

Врубился мужик… И судя по всему, всерьёз рассчитывает занять местечко потеплее. В смысле – рядом с новым главарём.

Нечего сказать – волнующая перспектива!

Как у нас пишут в красивых книжках – вот тебе и шанс! Преданные соратники, место главаря шайки сразу…и крепкая виселица в перспективе.

Ибо быть разбойником, не зная местных реалий – глупость несусветная!

Где брать припасы, кому сбывать награбленное, кого подкупать и кого запугивать – всё это должен знать главарь шайки. Не говоря уже и обо всём прочем.

Да и фиговый из меня разбойник, если честно…

Но оповещать об этом я пока воздержусь. Пусть считают меня новым главарём, успешно загасившим (хм…) прежнего вожака. Им так понятнее.

Для начала устраиваю допрос. Усадив шайку так, чтобы они не могли слышать моих слов, поочерёдно выдергиваю их на «собеседование». А освободившегося персонажа тотчас же направляю по хозяйственным делам.

Натаскать дров, принести воды, организовать костер и приготовление пищи – дел хватит всем.

То есть, привычного им бардака не последовало. И попойку новый главарь тотчас же на радостях не закатил – тоже, между прочим, звоночек…

Есть их еду я не стал.

Как выяснилось, искреннее удивление топоровладельца было вызвано тем, что он, чуть ранее, наложил на меня заклятие молчания и повиновения. В обычной ситуации жертва молча топала на убой, ни разу не попробовав как-то против этого возражать. И подобным способом Гонт спровадил на тот свет уже около полутора десятков человек – в чём нимало не раскаивался. Такая работа…

На счету шайки было уже более сотни человек – и это никого из присутствующих не напрягало. Вообще ни на секунду. Не они первые…

И вот что прикажете мне делать?

Проявить «сознательность» и попытаться перебить их прямо здесь? Ну, тут уже никакой страх не сработает! Как только они поймут, что их убивают, так, наплевав на всякие там колдовские штучки, навалятся просто всей толпой – и кто-нибудь меня всё-таки по башке да стукнет. А после тривиально дорежут тупым ножом.

Пока – всё в рамках их понятий. Главарь оказался лопухом – за что и поплатился.

Я – в их понимании, жуткий колдун, который отчего-то скрывает свою истинную сущность.

Да-да, именно скрывает!

Ибо, как выяснилось, магией тут владеют все поголовно – но в разной, разумеется, степени.

В массовое помешательство я не верю, так что будем пока воспринимать эту информацию вполне серьёзно. Во всяком случае – до её достоверного опровержения.

Так вот, даже обычный крестьянин, как оказалось, вполне способен какими-то там фокусами владеть. На своём, понятное дело, уровне.

Есть персонажи посерьёзнее – они, разумеется, землю не пашут. А используют свои способности уже совсем в другом направлении. Лечат, строят, что-то создают…

Кузнецы, кстати, в этом мире – личности вполне уважаемые. Ибо, при создании своих изделий, попутно могут наделить их какими-то, только этому мастеру присущими, особыми свойствами.

«Короткий» клинок я уже видел.

Есть, само собою разумеется, и «средние» – достающие до пятнадцати шагов. А вот «длинные» – те можно по пальцам сосчитать. Ибо сделать такой клинок невероятно сложно, да и стоит он соответственно.

Аналогичным образом обстоят дела и со всем прочим снаряжением и вооружением. Есть «зачарованные» луки и стрелы, особо «обработанные» кольчуги и даже топоры.

Короче – колдовство тут вполне в ходу, и никого это не удивляет. Даже еду в харчевне проще подогреть заклинанием, нежели огонь разводить.

Понятное дело, что всё это требует сил и наличия определённых способностей, которые далеко не у всех имеются в должном объёме.

Не беда – можно прикупить соответствующий амулет или ещё какую-нибудь фиговину – это обеспечит тебе некоторые преимущества. Опять же – на срок действия этого амулета. А он тоже далеко не бесконечный…

Кстати, наличие у какого-либо человека или предмета магических способностей, тут практически любой встречный определяет с ходу. И именно по этой причине мой груз особого интереса не вызвал – нет на нём печати настоящего мастера. Не несут эти изделия никакой магии, и уже в силу этого не интересны. Дорого такое не продать…

Хмыкнув, задаю провокационный вопрос – а всегда ли можно почуять такие вещи?

После некоторого молчания, Лики осторожно отвечает – мол, не всегда…

Бывают (и он опасливо на меня посматривает) случаи, когда какому-нибудь могущественному магу или колдуну необходимо скрыть своё истинное лицо. И тогда он прибегает к магии – сложной и опасной. На время его личность как бы размывается… или искажается – так, что никто не может разглядеть и опознать того, кто перед ним стоит. Но происходит это нечасто, слишком уж трудоёмок ритуал.

Но на собственных способностях мага это никак не отражается (при этом собеседник покосился на проплешину) они всегда готовы к немедленному использованию.

Но что-то он не договаривает!

Я ведь вижу!

– И всё? – ехидно подкалываю его.

– Ну…

Есть, оказывается, и прочие люди… Впрочем, их и людьми-то можно назвать с определённой натяжкой. Это те, кто с рождения или по приговору высшего суда лишён способностей к колдовству.

Изгои – их судьба незавидна.

Такого человека видно издали – по определённой ауре. Во всяком случае, я понял это объяснение именно так. Живут они вдали от прочих поселений и городов, куда стараются вообще не заезжать. Общение с ними и любое проявление интереса к этим отбросам общества никем не приветствуется. Хорошим тоном считается вообще данной проблемой не интересоваться.

– Хотя у нас… ну, среди наших… был один такой. Лучник, звали его Остроглазым. Настоящего имени он не называл, да никто им и не интересовался. Так он, даром, что изгой, так стрелял! – Лики восхищенно цокает зубом. – В бегущую белку за сто шагов попадал! Это не каждый сумеет – даже и при наличии заговоренного лука! Да и то – шагов на пятьдесят…

– И что с ним стало?

– Мы тогда в засаду попали – обозный колдун поджарил сразу троих огненным заклятьем. Подождал, пока мы подбежим поближе – и ударил… Вот ему и не повезло.

М-м-да… невесёлые меня ждут перспективы…

А ведь долго морочить голову я не смогу!

– Где лошади?

– Пасутся у ручья! – с готовностью отвечает Гонта. Кстати, их тут два брата – топоровладелец и тот, кому я заехал в скулу. Даже имена похожи.

– Приведи их сюда, надо запрячь. Скоро тронемся… надо сменить лагерь.

– Зачем, мой господин? Это место хорошо прикрыто – Кор лично заклятье налагал!

И где теперь ваш главарь? Как-то вот мне удалось это место без проблем отыскать… Я еле сдержался, чтобы не высказать это вслух. Что-то я не чувствую себя в безопасности. Место открытое, до дороги всего ничего…

– С этого места надо уходить! – повышаю голос.

Парочка разбойников отправилась за лошадьми, а остальные стали приводить в порядок разбросанный груз и укладывать его назад в фургон. При этом они то и дело бросали взгляды на исходящий паром котел у костра. Его как раз сняли с огня – еда готова!

– Быстрее сложим – быстрее и пожрёте!

И дело пошло куда как быстрее!

Привели и запрягли первую лошадь. А вот вторая вырвалась и отскочила в сторону – что-то ей не понравилось. Пришлось ловить.

Наконец, беглянку изловили и начали запрягать.

Ещё чуть-чуть…

Ш-ш-ших!

Словно палкой провели по оконным жалюзи!

Треск не треск – но что-то похожее. Говорят, так рвётся коленкор. Не знаю, сам не слышал.

На моих глазах, один из разбойников мгновенно превращается в замёрзшую ледяную глыбу! Ненадолго – всего на несколько секунд, однако, этого вполне достаточно для того, чтобы на землю упало уже безжизненное тело.

И шайка тотчас же бросается врассыпную!

По-видимому, им не надобно объяснять смысла происходящего.

Двое братьев стремглав несутся прямо ко мне.

Из-за кустов появляется новый персонаж. В отличие от разбойников, он одет достаточно аккуратно. Не новая, но вполне опрятная одежда, нигде ничего не висит и не болтается. Впрочем, это я отметил позже – а сейчас мой внимание было приковано к луку у него в руках.

Стрелок небрежно им повёл… и выпустил стрелу вообще непонятно куда. Но пролетев всего пару метров, она довернула в воздухе – и между лопаток у топоровладельца выросло оперённое древко! Тот сделал всего несколько шагов, ноги его подогнулись – и он ничком рухнул на землю.

Брат погибшего в два прыжка подскочил ко мне и рванул из рук повод лошади.

– Пусти!

– Это моя лошадь!

Вместо ответа он выхватывает откуда-то немаленький такой ножичек. Где взял-то, я же все сдать приказывал?

Замах – отклоняюсь в сторону.

Рву с пояса меч и следующий удар отбиваю уже более уверенно.

Новый выпад – сталь блестит уже в опасной близости около моего лица.

Не глуп – лезет в ближний бой. Понимает, что на дистанции я его нашинкую в мелкие лоскутки.

Ага, если бы ещё и меч был заточен…

Но он-то этого не знает! Вот и лезет ближе.

А так?

И перевернув в руках оружие, шаром на навершии рукоятки заезжаю злодею прямо в лобешник!

Меч – это не только клинок и рубящее лезвие, это ещё и стальной лом немалого веса. И для того, чтобы качественно вынести мозги оппоненту, совершенно не обязательно разрубать ему голову напополам – можно и рукояткой в лоб заехать.

Что в настоящий момент и произошло…

Тело второго братца падает почти на то же самое место, куда он рухнул совсем недавно – после моей затрещины. Только на этот раз ему встать уже не суждено…

Переворачиваю меч.

Побоище уже закончено, живых разбойников более не вижу.

А напротив меня стоит тот самый стрелок. Стрела уже на тетиве и взгляд настороженный. Только дернись – и он выстрелит. Видел я как и куда летят его стрелы…

Улыбаюсь ему и медленно вкладываю меч в ножны.

Лучник тоже осклабляется и медленно опускает лук. Но стрелу с тетивы не убрал!

– Что тут, Варга?

По склону медленно поднимается мужик в сером плаще.

– Разбойники пытались бежать, ваша милость! Один – лежит вон там, а второго очень ловко приложил этот человек.

– Ловко?

– Удар рукоятью меча в лоб – вы могли видеть такой удар на прошлом празднике. Барон Маргон так сразил своего соперника – капитана Синей стражи. Думаю, что господин барон оценил бы этот удар! Он был сделан из гораздо более неудобного положения – но цели достиг! Правда, барон не вышибал мозгов своему противнику…

– За неимением таковых… – хмыкает плащеносец. – Стало быть, этот человек не из числа лесных бродяг?

– Зачем бы тогда разбойник стал на него нападать?

– И то верно, – кивает мужик в плаще. И пристально смотрит на меня. – Кто вы и каково ваше имя?

И вот, что теперь ему ответить? Горохов Алексей Борисович – прошу любить и жаловать? Угу… так он меня и возлюбит… прямо здесь… Вон, и дежурный купидон с луком наготове стоит. А выдержит ли кольчуга выстрел в упор? Не факт…

– Лекс Гор, – называю свой реконструкторский псевдоним.

Как я уже успел понять из объяснений разбойничков, народ попроще обзывается незамысловато. Гота из Крапивницы, Мил из Средостенного – там больше односложные имена в ходу. Ну и обозначение места проживания, разумеется, а то таких вот Милов – как собак нерезаных повсюду. Примерно так и у нас в средние века происходило. И ничего, не путались как-то.

Два слова в имени – это уже чуток посерьёзнее. Право на фамилию – его ещё как-то заслужить надобно! Это уже не рядовой пахарь!

Ну а всякие там титулы…

Лучше и не пробовать, я в этом деле полный лопух.

Мужик в плаще вежливо наклоняет голову.

– Лен Крон, магистр. Рад вас приветствовать, любезный Гор. Что здесь произошло?

А то он не в курсе… Разбойников изничтожали безжалостно, стало быть, прекрасно понимали с кем дело имеют. Но – подиграем….

– На меня напали. Вон тот, – киваю я в сторону проплешины, – постарался меня сжечь. Как видите, ему это не удалось.

– Да, – кивает Крон, – именно последствия применения данного заклинания нас сюда и привлекли. Надо отдать должное покойному главарю, он был незаурядным колдуном! Так долго сидеть прямо под носом у Серой стражи… надо обладать нешуточным нахальством и изрядными способностями. Но, как так вышло, любезный Гор, что вы смогли отразить его нападение? Даже я, магистр, и то не рискнул бы вступить с ним в открытое противостояние! Простите, но я не наблюдаю у вас сильных способностей…

И вот что ему сказать? Как-то вот теряюсь в догадках… Рассказать правду? Интересно, а что за этим последует? Фактически – я изгой. Не очень бы хотелось начинать свою жизнь в этом мире с таких стартовых позиций. А ведь придётся…

– Зеркало, ваша милость… – подсказывает лучник.

Магистр усмехается, поднимает руку… и в следующий момент кубарем катится вниз по склону. Это произошло настолько неожиданно, что мы со стрелком только крякнули от изумления. А стрелок ещё и головой покачал.

– Ну, нельзя же так…

Хм-м-м… это вот он к кому обращается?

Крон неожиданно легко поднимается на ноги. Он ничуть не сконфужен, даже улыбается. И, похоже, что ничуть произошедшим не раздосадован.

– Надо же! – магистр поднимается к нам. – Никогда не видел как это работает! Прошу меня простить, любезный Гор, но я просто обязан проверять такие вещи.

– Разумеется, – наклоняю голову в знак согласия.

– Хорошо, вы отбили его атаку, – продолжает Крон. – Но что помешало вам расправиться с остальными?

Соучастие шьёшь, начальник? Пожалуй…

– Меня ударили по голове. Сзади.

Лучник кивает.

– Да, Зеркало не защищает от таких вещей.

Блин, что за Зеркало такое?

– А после опоили каким-то зельем…

А вот тут плащеносец весь подобрался.

– Поподробнее, прошу…

– Увы… – развожу руками, – я на какое-то время… словом, ничего более не помню. Имя своё – да, а больше ничего…

– Что за зелье?!

– Вон туда они бросили бутылку, – показываю рукой.

Блин, ну хоть какую-то отмазку я же должен придумать! Помню, с каким отвращением главарь отшвырнул корзинку с настойками. Если уж даже и разбойнику это оказалось не по нраву…

– Оставайтесь здесь! – отрывисто приказывает магистр. – Лари – отвечаешь!

– Слушаюсь, ваша милость! – вытягивается в струнку лучник. Свистит, и к нему тотчас же подбегает ещё парочка таких же солдат.

Солдат – это совершенно точно. Одинаковая одежда, стандартизированное вооружение – в чём-чём, а в этом я разбираюсь.

– Присядьте, любезный Гор.

Ну, когда прокурор говорит – садитесь, как-то неудобно стоять…

С возвышения неплохо видно, как маг (а больше я никем считать его не могу) осматривает указанное мною место. Остановился, что-то поднял из травы…

И в течение нескольких минут я обалдело наблюдаю, как солдаты стаскивают на это место кучу хвороста. Еще немного – и над всей этой кучей вспыхивает яркое пламя. Тут точно без колдовства не обошлось, чтобы хворост, пусть даже и сухой, так вспыхнул…Я бы предположил бензин, но сильно сомневаюсь, что он тут в ходу.

Вытирая на ходу руки, подходит магистр.

Встаю.

Что-то он сейчас сказанёт…

– Я даже несколько в затруднении… – он покачивает головой. – В моей практике это первый такой случай. Даже и не знаю, что сказать… Вы точно ничего более не помните?

– Нет.

– Прошу меня извинить, но я вынужден предложить вам проехать с нами. Какое-то время вы будете нашим гостем, любезный Гор. Я должен доложить о вас Высшему Совету, таковы правила!

– Ничего не имею против. Я ведь даже не представляю себе, где именно сейчас нахожусь!

– Удивительно, что вы и собственное имя помните, – невесело усмехается Крон. – В вашем-то положении…

Солдаты, оказавшиеся магистратскими стражниками, помогли мне запрячь лошадь и собрать разбросанные вещи. После чего, двое из них взобрались на козлы и уселись рядом, всячески демонстрируя своё ко мне расположение. Странно… я ведь ничего такого для них не сделал? Ну, уконтрапупил разбойника – так они прекрасно и без меня бы справились. Но виду не подаю, принимаю это отношение с благодарностью.

Ехали недолго, около двух часов.

Деревья разошлись в стороны и перед нами возникли невысокие городские стены.

М-м-да…

Это что угодно, но только не Этномир…

Впрочем, на это я как-то уже и не надеялся – особенно, опосля той самой бойни на поляне. Стражники, если чем и походили на наших полицейских, так это быстротой и резкостью поведения. Раз приняв решение, они перли вперёд с уверенностью тяжелого танка. Впрочем, это явно уже не обычная полиция… СОБР или ОМОН – так будет вернее. Как лихо они помножили на ноль всю эту шайку! С их слов выходило, что покойные разбойнички были далеко не ангелами и прославились исключительной жестокостью по отношению к своим жертвам. Ну, вспоминая слова ныне покойных злодеев, я, в общем, этому и не удивлялся. Это только в книгах попадаются благородные разбойники – в жизни всё несколько иначе обстоит. Во всяком случае, я таковых персонажей пока не встречал.

Вскоре мы уже въезжали в ворота, приветствуемые стоящими рядом охранниками. Дюжие парни в кольчугах и с копьями – и без таковых. Да уж… это точно не Подмосковье…

К моей повозке подъехал на лошади магистр.

– Вас временно разместят в казарме стражи. Там более-менее удобно, и есть, кому оказать вам помощь в случае чего!

Ага, и присмотреть за непонятным персонажем…

Повинуясь указаниям попутчиков, сворачиваю в сторону, проезжаем какими-то проулками, ещё поворот… и перед нами медленно раскрываются тяжелые, окованные металлическими полосами, створки ворот.

Крепость в крепости – казарма Серой стражи обнесена почти трехметровой каменной стеной. В которой имелись двое ворот, прикрываемых привратными башенками. А на стенах и у ворот постоянно дежурил караул.

– Иначе нельзя! – заметив моё удивление, степенно поясняет старший из моих спутников, Донг. – Тут не только мы живём, в том крыле ещё содержат тех людей, в отношении которых ещё не прозвучал приговор суда!

То есть, окоромя казарм, тут ещё и следственный изолятор! И есть у меня немалый шанс сменить одно помещение на другое – гораздо менее комфортабельное…

Ну… будем посмотреть…

Однако, против ожидания, мне отвели не только отдельную койку – но и вообще, отдельную комнату!

Правда, небольшую… но вполне ухоженную и относительно уютную.

Коек тут было две, но соседа у меня не оказалось.

– Ларса отпустили в деревню к семье, – поясняет провожатый. – А старый Берг три дня назад покинул нас…

– Что-то случилось?

– Выслужил своё! Пятнадцать лет в рядах стражи! Теперь у него своя лавка на рынке…

Мне показали кухню и напомнили, чтобы вечером, если я не собираюсь помереть от голода, обязательно должен прийти туда на ужин.

– Колокол позвонит дважды!

Дверь закрылась, и я опустился на койку. Простая деревянная конструкция, набитый сеном тюфяк, грубый солдатский плащ сверху – вот и все удобства. Ничего, в повозке кое-что есть…

И что мы имеем? Не в смысле комфорта, разумеется…

Вещи – целы. Лошадей отвели на конюшню, думаю, что уж кого-кого – а их там приняли со всем радушием. Ибо коняшки у фермера были весьма ухоженными и выглядели вполне прилично.

Доспехи – на мне. Никто и не подумал покуситься.

Оружие…

Тупой меч? И аналогичный кинжал-леворучник?

А кстати… Вот, заодно, и проверим кое-что!

Спускаюсь во двор, и почти тотчас же, не успел я пройти и десяти шагов, сбоку нарисовался стражник.

– Что-то ищем, уважаемый?

Поясняю свою проблему – и уже через несколько минут раскручиваю ногой точильный круг. Не бог весть что, в фургоне куда как получше есть… но – пока сойдёт.

Увлекшись знакомым делом, не сразу замечаю рядом новое действующее лицо.

Коренастый мужик в кожаном фартуке – коллега?

Вежливо здороваюсь, и с первых же слов понимаю – не ошибся!

Слово за слово… и вот его подручный, вместе с давешним стражником-провожатым, волокут из фургона моё устройство.

Ну, тут и говорить не о чем – проняло мужика!

У него – грубая деревянная подставка, а у меня – мастерская работа! Сам варил и сам же ковал!

С шелестом раскручивается точило – и клинок запел свою песню. Брызнули искры.

Привычное дело – оно всегда благотворно влияет на настроение.

– А почему, любезный Гор, вы не затачиваете нижнюю часть лезвия?

– Простите моё невежество, мастер Дин – но, зачем?

– А как вы собираетесь им рубить?

Тут надобно пояснить.

У меня – не серьёзный двуручник, но вполне себе полуторник, которым можно кое-какие штуки из репертуара швейцарских наёмников выполнять. Не так, разумеется, красиво – но очень даже эффективно!

Сколько я в своё время пота пролил… как меня Артём гонял! Мама дорогая… как вспомню – так вздрогну!

Но – научился!

– Так я и не собираюсь…

Сопровождаемые неведомо откуда взявшимися зрителями, выходим во двор. Большая его часть отгорожена – тут тренировочная площадка. Несмотря на то, что дело к вечеру, усатый немолодой дядька гоняет по ней нескольких юнцов – молодое пополнение, надо полагать. Парни усердно работают затупленными мечами, стремясь вызвать похвалу из уст наставника.

Проходим мимо – наш путь лежит к стене. Именно здесь стоят и лежат колоды и связки прутьев, на которых отрабатывают колющие и рубящие удары.

Осматриваюсь.

Ох, не ударить бы в грязь всей харей!

Ага, вот, есть подходящая деревяшка! Даже чуть тоньше, нежели это нужно – вообще хорошо!

Ставлю её на толстую колоду и отхожу на пару шагов.

Ну… перекрестясь!

Взмах мечом, раскрутка, увод «вражеского» клинка в сторону, парирование удара воображаемого противника – клинок с шелестом рассекает воздух. Это не легкая шпажонка – такой меч свистеть не будет. Ну, скажем так – не будет у меня. Я-то видел настоящих мастеров!

Перехват – нижняя часть клинка ложится в левую руку – тычок!

И две половинки расколотой деревяшки падают на песок.

Позади слышу изумлённый выдох – подошли мальчишки из пополнения.

– Неплохо… – одобрительно произносит кто-то.

Поворачиваюсь, это тот самый усатый наставник. Усы – первое, что бросается в глаза. Они у него ухоженные, видно, что внимания им уделяется постоянно.

– Школа имперских мечников, так? Только у них я видел настолько здоровенные мечи, чтобы вытворять ими такие вот штуки. Кто учил?

– Мастер Артём, – честно отвечаю я.

– Мастер, соглашусь! Чтобы эдак-то махать тяжелой железякой, надобно не один год с ней прошагать! Да не просто прошагать…

Ну… спорный вопрос. Он вообще-то на киностудии работает… но мечом работать может, этого не отнять.

– Дядька Ян, а нас таким вещам будут учить? – интересуется кто-то из молодняка.

– Вряд ли… Посмотри на меч… э-э-э…

– Меня зовут Лекс Гор.

– … на меч мастера Гора – он длиннее ваших почти на локоть! У нас здесь таких нет. Это оружие, которым проламывают стену щитов – а где вы тут такую видели в последний раз? Имперцы – да, так представьте себе, сколько магов прикрывает их в бою?

– Жаль… – вздыхает кто-то из молодняка.

– Вы и тому, что вам показывают каждый день – и то через пень-колоду учитесь! А тут…Марш по местам!

И молодняк исчезает со скоростью молнии – видать, дядька отличается суровым характером.

– Иначе нельзя… – Ян вмиг становиться обыкновенным усачом и, кряхтя, опускается на колоду. – Подай-ка, парень, мне воды…

Подмастерье срывается с места и через несколько мгновений наставник жадно пьёт холодную воду, которую, в запотевшем глиняном кувшине, приволок подручный кузнеца.

Присаживаюсь рядом и я. Если это не приглашение к дружескому разговору – то я полный лопух.

А наставника тут, как это хорошо видно, уважают! Видать, мужик реально серьёзный.

Молчу, первым общение не начинаю.

– Лари мне всё рассказал, – ставит кувшин Ян. – Даже и не знаю, что сказать… Думается мне, мастер, вам повезло!

– А почему – мастер?

– Ну, мне нечасто приходилось видеть, чтобы рядовой мечник настолько серьёзно вникал в тайны кузнечного дела. Да и добро ваше, что в телеге лежит, уж извиняюсь, но я видел. Это не просто какие-то вещи на продажу – там весь инструмент для походной кузницы. Обычный человек не станет с собою возить кучу ненужных лично ему вещей. Посмотрел я, и как вы меч затачиваете, как точило раскручиваете… Словом, кузнечное дело вам явно не новинку. А раз так – мастер!

– Ну, спорить не стану. Как ковать – это я и впрямь знаю. И смею надеяться, что забуду не скоро.

– Парень! – поворачивается Ян к подмастерью. – А сгонял бы ты к старухе Иге… Сам знаешь, за чем…

Получив одобрительный кивок от кузнеца, подмастерье исчезает. А сам кузнец, сполоснув в бадье с водою руки, присаживается к нам.

– Вот и славно! – кивает усач. – Как в старые добрые времена…Мы, бывалоча, так тут с Бергом сиживали не раз…

Берг – этот тот старый стражник, чью койку я занял. Понятно, что теперь у него свои заботы, так что компанию Яну составить некому.

Парень притащил кувшин пива, кстати, очень даже неплохого, и всякую закусь к нему. Ну, сидеть под пиво с собровцами – мне точно не надо привыкать! И не только с ними.

Так что на ужин мы потопали уже вполне дружной компанией.

Ужин, к слову, тоже оказался весьма неплох. Особых разносолов тут не имелось, но в целом – очень даже прилично. А главное – сытно. Про себя я дал зарок утром притащить на кухню кой-чего из своих запасов. Чем тотчас же и поделился с недавними собу… хм…сокувшинниками.

– А что же тут может быть такого особенного? У наших стряпух всё есть… – удивляется мастер Дин.

Как я уже успел понять, всех, кто реально что-то может создать своими руками, тут уважительно именуют мастерами. Не только их – тот же усач вполне заслуживает столь почтенного именования. Ибо, человек, способный из вчерашнего рохли сделать грамотного бойца – мастер в своём деле!

– А пойдём!

Прихватив коё-чего со стола (и завернув на кухню за пивом…) мы дружно топаем к моей повозке.

Порывшись в своих запасах, достаю банку с аджикой. Она у меня настоящая – из Абхазии! Не левак, купленный в каком-нибудь сетевом магазине! Я её у настоящих спецов беру! И хотя и сам мог бы что-то подобное сотворить, ибо рецептуру и процедуру успел должным образом изучить, но – не рискую. Как умно сказано грамотными людьми – каждый должен делать только то, что может делать правильно. Да и приятно мне пару раз в году съездить к хорошим людям.

А учитывая то место, куда я собирался приехать – данный продукт ещё дома был переложен в глиняный горшочек. Чтобы даже внешне соответствовать принятым правилам. Никакой стеклянной посуды и жестяных банок! Антураж должен быть во всём!

– Вот! – демонстрирую я сокувшинникам горшок. – Где там мясо?

Мастер Дин осторожно принюхивается.

– Эм-м-м… что-то знакомое…

– Сомневаюсь! – меня аж пропёрло. – Поверь – ни одна стряпуха во всей округе такого не сотворит! Отвечаю!

Далеко не пошли, уселись прямо здесь.

Беру кусок мяса, наливаю из кувшина в кружку пива (а крепкое оно тут!), осторожно обмакиваю мясо в приправу.

Ну – понеслась!

Ян скептически приподнимает бровь – и не успеваю я хоть что-то ему сказать, макает мясо во всю ширь своей души.

Напрасно он так!

Проглотив пиво, открываю рот…

Поздно.

Глаза у усача выкатываются на лоб, он судорожно вдыхает воздух. Понимаю… я такое не раз уже видел. Привыкшие к подделкам из супермаркетов люди реагируют приблизительно похожим образом. Здесь народ покрепче, но такой приправы, как я уже понял, тут тоже не знают.

Не знали – до сего дня.

– Пива! – я протягиваю Яну кувшин.

Думаю, что не менее трети он точно выхлебал…

Утро…

То, что оно наступило, я понял по хриплому зову трубы – построение! По этому сигналу весь наличествующий состав стражи, через десять минут уже должен стоят на плацу. Так сказать, развод и распределение на посты – всё, как у нас.

Кстати, по итогам вчерашнего застолья, я чётко понял одно – магистр Крон, кто угодно – но только не лопух.

Поселив меня здесь, он разом решал несколько задач.

Постоянный присмотр – ибо в город я просто так выйти не смог бы, тут не постоялый двор.

Осторожное выведывание того, что я реально помню и умею – это, положим, он тоже обставил грамотно.

Непрерывное наблюдение – ну, про это и говорить нечего…

Ну и любой интерес ко мне – с чьей угодно стороны, в этом случае отслеживался бы на раз-два. Да, только не будет никакого интереса… никому я тут не нужен.

А что до вызывания меня на откровенность путем спаивания… Ну, для этого нужно кое-что покрепче местного пива. У меня – есть. А вот имеется ли оно у стражников?

Да и споить человека, привыкшего к семидесятиградусной чаче, слабеньким пивом? Ну-ну… продолжайте в том же духе… Это ещё кто кого споит!

Но, начав в одном ключе, надобно так же и продолжать!

Помниться мне, что я вчера кое-что кое-кому пообещал…

Вскакиваю, ополаскиваю морду из глиняного кувшина с водой (кстати, а кто его сюда притаскивает?) и выбегаю во двор.

Для начала – двадцать кругов вокруг плаца, чтобы выветрился к хренам весь хмель! Это после чачи утреннего бодуна не бывает, а вот после местного пива – вполне!

Нарезаю круги вокруг плаца и ловлю на себе удивлённые взгляды стражников. Ещё бы – мужик в полном доспехе – и бегает, как угорелый! Ребятки, так он у меня и полегче вашего будет! Всё же триста или более лет разницы в кузнечном деле – оно чего-нибудь, да стоит! Равные по прочности титановым пластинам – такие же, но железные или стальные, весят раза в два побольше, как минимум. Да и кольца в кольчуге… У меня – качественная сталь – а у вас что? При равной прочности, вес будет тоже ого-го какой!

Не, кирпич в огород уважаемого мастера Дина, я, разумеется, кидать не стану. Мужик вполне на своём месте, и делает, наверное, максимум возможного в своих условиях. За что честь ему и хвала!

Без шуток – я реально его уважаю.

Но триста лет разницы в технологиях… вот они – на моих плечах!

Пробежка всё… теперь – отжимание!

И только через час, скинув с себя всё железо и наскоро ополоснувшись, сижу за столом с кузнецом и усатым наставником. Они сами меня на это место пригласили, так что теперь никто ничего поперёк не скажет – мужики тут в авторитете. Словом, место моё – вполне законное.

Кстати, наставник молодых ничего не позабыл, и аджику на кухню я передал. Не всю – кой-чего, естественно, осталось. Так что и у нас на столе она стоит. Но – только у нас!

Пришлось, правда, обстоятельно проинструктировать главную повариху – ту самую «старуху» Игу. Ничуть, кстати, не старуха – лет сорок, наверное…

Но – тётка умная, мои объяснения поняла сразу. Попробовала приправу, удовлетворённо кивнула и подвела итог – пойдёт!

А с утра у нас мясо…

И у раздачи столпотворение и гул голосов – народ просит добавки.

Ян ехидно ухмыляется в усы – распробовали!

К столу подсаживаются трое – десятники, как успел мне шепнуть на ухо мастер Дин.

– Твоя работа? – кивают они усачу на раздачу. – Поварята проболтались, ты утром заходил на кухню.

– Его! – указывает он на меня.

Мужики уважительно кивают – оценили. Понравилось!

– Что это за штука?

Указываю на стол – вот она.

– Где взял? – интересуется один из них. – Не праздно спрашиваю – у меня жена харчевню на рынке держит. Там – очень бы сгодилось!

– Да есть у меня небольшой запас… – но увидев разочарование на лице собеседника, успокаиваю его. – Но ещё сделать могу! Надо только по рынку пройтись – кой-чего докупить.

– Так! – пресекает беседу Ян. – Этот вопрос мы решим! В город выйти – это у магистра надобно соизволения испросить – займусь. А ты, Оран, не торопись поперёк забегать! Будет тебе «живое пламя», это я обещаю!

«Живое пламя» – это Дин вчера предложил такое название. А мы согласились – и верно ведь!

Ага, подтверждается – свобода моего передвижения… скажем так, несколько ограничена.

– Тут заработать можно, – поясняет мне усач. – Сотнику долю положим, без этого никак! Он у нас мужик нормальный, но, сам понимаешь…

– Да какие вопросы? Надо – значит надо!

– Мастер Дин – тоже.

– Спрашиваешь! Да я и сам бы огорчился, кабы ты его не назвал.

– Ну, и старуху Игу – она много стряпух знает. Даже и в серьёзных домах! Через них тоже много чего продать можно.

– Добро! А с магистром я переговорю…

Полдень следующего дня застаёт меня в кузнице – надо исполнять обещанное!

Пашем на пару – позавчера, во время распития пива, забились с местным кузнецом. Мол, кто лучше выкует кинжал? Судья – усатый наставник.

Раздут горн, я ещё вчера приволок из повозки заготовку и свой инструмент.

А внутри только сейчас ёкает неприятная мыслишка…

Ведь местный мастер – он же ведь своё колдовство применит! И?

Вот тебе и здрасьте – а я что могу противопоставить? Хрен его знает, какой кирпич у Дина заготовлен на этот случай?

И назад не отыграть – даже сославшись на выпивку и похмельное состояние. Мастер Дин в таком же состоянии – а работает!

Горн у нас у каждого свой. Своя же и наковальня. Уголь – пока свой, Благо в повозке есть небольшой запас. Местный мне как-то не покатил… не то… древесный, не самого хорошего отжига…

Причём, я наковальню устанавливаю не абы как, а сориентировав по сторонам света. Точно так же располагаю и емкость для закаливания.

Дин закаливает просто в воде – а у меня свой собственный состав. Чистая вода – сам набирал, всевозможные добавки и так далее…

Все предварительные операции с заготовками произведены заранее – как у меня, так и у Дина. Сегодня – финальная стадия.

Собственно, он уже закончил и уволок клинок куда-то в подсобку. Как я понимаю – накладывать на него чары.

Бог с ним, у меня сейчас процесс старения идёт. По древней японской традиции. Дважды я уже нагревал клинок до нужной температуры – и дважды же давал ему остыть. Это не меч, там такая процедура требует почти целого дня – раз десять надобно повторить. И очень важно правильно выдержать температурный режим!

А кинжалу – хватит и трех.

Присаживаюсь на обрубок бревна и вытираю пот. И кто-то ещё спрашивает – отчего толстых кузнецов не бывает? Вот посмотрю я на него, опосля такого вот процесса… Жилистые и крепкие – почти повсеместно. А лишнего жира тут не нагуляешь! В таком-то жару…

Любопытные поглядывают издали, да расспрашивают подмастерьев, которые, то и дело выбегают на улицу за водой. Всем интересно – слух о споре моментально разнёсся по казарме. А я, ещё в процессе пивопоглощения, поведал старинную легенду о японском кузнеце. Ту, где он отсёк руку ученику, решившему попробовать температуру жидкости для закалки. Мол, неча чужие секреты воровать!

И это было правильно воспринято мастером Дином, он только покивал понимающе. Слушавший всё это Ян, сделал свои выводы – и к нам в кузницу никто и не пробует заглядывать.

Всё, процесс окончен. Теперь – шлифовка, полировка…

Опять же – точило у меня своё. Поаккуратнее, нежели у местных коллег. И прочий инструмент тоже – а это не может не сыграть своей роли. Дайте Пикассо вместо изящной кисточки малярный квач – он дофига им нарисует? Сомневаюсь, что подобный «шедевр» потрясёт внимание публики…

– Ещё воды! – и срывается с места подмастерье.

Блин, даже и пожрать толком некогда – хаваем наскоро прямо здесь. Краем уха слышу, что кое-кто уже и ставки принимает. На того, кто выиграет в этом поединке.

Ну, одного-то выигравшего я точно знаю – усатый дядька в любом случае внакладе не останется.

Наконец, работа закончена – и сияющий Дин появляется на улице. Как я понимаю, процесс наложения чар на изделие прошёл вполне успешно.

Ну, мне накладывать нечего, но вот поработать над клинком, пожалуй, надо бы ещё… Шлифовка, доводка, да и ножны ему точно не помешало бы сделать.

Но – всё это после. Зрители в нетерпении приплясывают около нашего усача – всем уже невмоготу! Не каждый день тут такие развлечения!

Перед Яном два клинка, которые он с интересом рассматривает.

– Так… Заклятие двух ударов? – берёт он в руки кинжал моего оппонента.

То есть, как тотчас же комментирует кто-то из толпы, клинок точно не сломается после первого и второго удара. Как я уже знаю, редко какой мастер может придать изделию более одного магического дара – это удел очень и очень немногих специалистов. Уровня хорошего кузнеца тут явно недостаточно – нужен маг! Да и то не всякий…

Кузнец важно кивает – мол, а чего ж ты, друг ситный, ещё хотел? Что могу, то и делаю. Практически вся Серая стража ходит с его клинками. Редко кто может позволить себе купить на стороне что-либо более навороченное – дорого!

Теперь в руках у наставника уже моё изделие.

Форма – непривычная для этих мест. Обоюдоострый на первой трети, слегка изогнутый там вниз – за образец я взял хорошо известный мне ятаган, привнеся в него кое-какие добавки. Нестандартная рукоятка – без привычной гарды, но с «ушами». И – более длинный клинок, смотрящийся очень хищно. Поскольку такой агрегат приходилось ковать не в первый раз, у меня в запасах имелись рукоятки, которую я и поспешил поставить на место.

Кинжал Дина – тяжелее и не так хорошо сбалансирован. Впрочем, для такого рода клинка это и не обязательно.

– Хм… – наставник озадаченно вертит в руках моё изделие. – А почему он так изогнут? Понимаю, что не просто так – но зачем?

А вот тут у меня есть ответ – предвидя подобные вопросы, я кое о чём заранее позаботился. И это – маленькая капелька (а может – и не такая уж и маленькая…) на мою чашу весов.

Для этой цели я попросил помощи у Яна, мол, дай мне парочку своих учеников. Зачем, для чего – там всё сам и увидишь.

И сейчас эти ребятишки быстро выволакивают на плац парочку досок и всякие там бревнышки различной толщины. Устанавливают (я заранее им объяснил – как именно и в каком порядке) и отходят в сторону.

– Мастер Ян, вам же несложно будет пробить кинжалом мастера Дина… ну… хотя бы – вон ту дощечку?

«Дощечка» почти дюймовой толщины. И пробить её насквозь кинжалом, разумеется, можно – только удар должен быть достаточно сильным и хорошо поставленным. А рукояти у него нет – в смысле, не имеется хорошо пригнанной рукоятки. Так-то щечки на клинке имеются, но вот более качественную рукоятку надо будет ещё потом изготавливать. И поэтому его не так удобно держать. Настоящий мастер всегда старается подогнать оружие под владельца – но вот как раз с ятаганом это особо-то и не требуется.

– И вон то бревнышко срубить…

«Бревнышко» уже потолще – пара дюймов там точно есть. Снести ятаганом – пара пустяков, а вот обычным кинжалом – уже не так просто. Он, вообще-то, совсем для другого предназначен.

Но усатого такими пустяками не смутить. Он подходит к мишени, делает пару пробных замахов, проверяя баланс оружия и то, насколько хорошо оно сидит в руке.

Раз!

Доску он, конечно же, пробил – острие клинка вылезло аж на сантиметр.

Два!

А вот срубить бревно с первого удара не получилось.

Ещё замах…

А пресловутое заклятье двух ударов?

Перерубить бревно не вышло и на этот раз, даже пришлось высвобождать клинок, накрепко засевший в древесине.

Третий удар – ну, тут уже всё пошло правильно…

– Опа…

А внутрь бревна, оказывается, вставлен металлический штырь! Не шибко толстый – миллиметров пять, но он там есть! Я бы даже сказал, что это больше похоже на гвоздь… Разумеется, для кинжала это не сильно большая помеха – он и два-три таких гвоздика зараз перерубит без большого напряга. Но вот лезвие теперь надо править и заново затачивать – удар-то был уже не первым!

– Есть ли заклятье на моём клинке, мастер Ян?

Здесь ответ был категоричным – нет тут ничего!

– С вашего позволения, мастер, я попробую это сделать сам – вам такое оружие непривычно…

Никто и не спорит. Как мне всё это знакомо… Сам придумал – сам и исполняй! С тебя и спросят в случае неудачи.

Везде так…

Резкий взмах!

А клинок-то у ятагана не просто так сделан именно такой формы… И не просто так имеет утяжеление в передней части. Тут и до меня умные люди много уже осмыслили – я только кое-какие мелочи додумал.

– М-м-да… – хмыкает усач, осматривая доску.

Здесь и комментариев никаких не нужно – клинок вылез с той стороны почти на ладонь.

– Прошу прощения, мастер Ян…

Взмах – щелчок – и верхняя часть бревна косо втыкается в песок плаца – я тоже не просто так именно это место выбирал для демонстрации. Мягкая тут почва…

А рубить подобным образом меня давно уже обучили – это всегда очень эффектно смотрится. И на зрителя воздействует соответствующим образом.

Резкий поворот – бросок…

Ятаган-то ведь и метать можно, если кто не знал!

Недалеко – но очень даже неплохо. Я и это умею. Благо, двор на участке у меня большой, посторонних нет… а вот возможность появления непрошеных гостей – очень даже велика! «Времена ноне суровые – соцдействительность!» – именно так говорил один из главных злодеев в старом советском детективе. Так что, тренируюсь… тренировался, блин!

– Прошу осмотреть клинок, мастер!

Словом, мне теперь ему ещё и ножны делать… потом, когда после дружеской попойки отойду…

А сегодня мы (то есть, усач, двое «случайных» попутчиков и я) топаем на рынок. Затея с аджикой не даёт моим будущим компаньонам покоя, так что вопрос с сотником и магистром благополучно разрешён. Ну, скажем, за сотника я и не сомневался – он в доле, а вот магистр и по сей день так и оставался для меня неизвестной величиной.

Но как-то, наверное, смогли убедить и его…

Сегодня мы никуда особо не спешим, так что могу рассмотреть город уже подробнее.

Что можно сказать…

Город…

Хоть я и немного (а точнее – ни единого раза) видел средневековых городов, могу отметить – тут все не так, как писалось в различных книжках и показывалось в кино.

Во-первых – грязновато. Я от такого уже как-то отвык – у нас, даже и в деревне, где я живу (точнее – жил), убираются всё же почаще. И почище! Да и запашок тут… уж точно не как на парфюмерной выставке.

Во-вторых – тесно! Две повозки на боковой улочке не всегда в состоянии разойтись.

В третьих – народ. Тут не видно никаких праздношатающихся – каждый чем-нибудь, да занят. Как я понимаю, обстановка к приятному ничегонеделанию отнюдь не располагает.

Ну, есть, разумеется, в-четвёртых… и даже в-десятых, не говоря уже о более мелких цифрах – но всё это уже не так существенно.

Главное – это точно не привычный мир.

Я как-то вот даже затрудняюсь, кому, а главное – за каким хреном, надо было городить столь масштабную мистификацию? Ради того, чтобы запудрить мне мозги? Хорошо, запудрили – что дальше?

А ничего…

Так что не будем далее перенапрягать голову и воспримем всё, как данность.

И что теперь?

Покаяться магистру и поведать ему, что я являюсь пришельцем из иной реальности?

Допустим, он мне поверит. Что потом?

Строить тут современное индустриальное общество?

На какой, извиняюсь, базе?

А главное – им-то самим это, прямо вот так, блин, и надобно? Прямо-таки кушать не могут без прогресса, что ли? Столько лет жили и не переживали – и вдруг!

Опасаюсь, что в данном случае, я имею все шансы близко познакомиться с местной психушкой, или тем заведением, что тут выполняет её функции. Не помню, монастыри когда стали душевнобольных лечить?

А не один ли хрен, откровенно говоря?

Не факт, что здесь есть эти самые монастыри.

Не факт, что в них кого-то вообще лечат.

И далеко не факт, что тут подобных «страдальцев» попросту не выгоняют за ворота…

Так что – молчим! Пока – так во всяком случае…

Рынок!

Кто там его символом прогресса называл? По-моему, так оный товарищ несколько на солнышке перегрелся…

– Нам туда! – энергично кивает налево усач. – Думаю, что мы там всё и отыщем…

Щас… отыскал один такой…

Чеснок – этот быстро нашли. Он тут, кстати, куда крупнее знакомого мне аналога. Сахар – тоже отыскали, хотя он тут и довольно дорог. Между прочим, он тут тоже на привычный не шибко похож.

Вот соли – этой аж три разновидности. Разного цвета и величины помола. Оказывается, неподалёку располагаются целых четыре соляные шахты. Надо же…

Растительное масло – глухой утык. Подсолнечника, судя по всему, здесь вообще не знают. Есть – конопляное (во всяком случае, по запаху похоже), ещё какое-то… Словом – надо экспериментировать.

Перца – тоже нет. Есть нечто, отдалённо его напоминающее. И сладким этот фрукт (овощ?) бывает, и кислым – да и вообще, всяким. Смотря, где вырос и как давно его собрали…

Помидор…

Почти полукилограммовая красная фиговина – это он? Они тут не на дереве, случаем, произрастают? Или, как арбузы, на бахче?

Словом, набрали много, теперь на пару дней занятия хватит.

Навьючив «случайных» попутчиков покупками, направляемся далее – охота мне на кузнечный ряд посмотреть. Зародились тут кое-какие мысли и на этот счёт…

Толпа вокруг не так чтобы очень уж основательная – но очень деятельная. Кто-то торгуется, что-то обсуждает, спорит и доказывает – короче, все при делах. Постоянно обходим какие-то кучки народа.

Оп!

И чья-то осторожная рука шарит по моему поясу!

Ну, родной, это ты не к тому сунулся.

Прижать руку к телу, рывок – падаю на землю.

– Эй!

– Что это?!

И вокруг тотчас же начинается суета. Словно, блин, все внезапно проснулись.

Подо мною барахтается на песке худощавый парень, чья рука пребывает прямиком в моём кармане.

– Вор! Карманник! Бей его!

Парня тотчас же из-под меня выдергивают. Секунда – и ему сейчас прилетит…

– Стоять! – рявкает усач. – А ну – держать его крепко!

Он проводит рукою по лицу, словно что-то стряхивает.

– А ведь мы его не видели… – словно оправдываясь, говорит один из провожатых.

– Так и я не видал, – кивает Ян. – Не иначе – «заклятие тени»…

Толпа вокруг глухо гудит – но мундиры Серой стражи пока её сдерживают, иначе воришку уже лупили бы смертным боем.

– Так… – подводит итог усач. – Гай, возьми себе кого-нибудь в помощь и тащи покупки в казарму. Лен, держи этого парня!

Наставник кидает одному из сопровождающих мелкую монетку, чтобы тот нанял здесь носильщика. Безапелляционным тоном приказывает тем прохожим, которые держат парня, чтобы они направлялись вместе с нами на суд магистров. А те и не возражают – им, похоже, это и самим интересно.

Так вот я и оказался у магистра Крона – гораздо раньше, чем рассчитывал.

И по пути мне стало ясно, отчего вдруг местные маги занимаются тривиальными кражами.

В обычной ситуации всякие кражи расследуют и наказывают за них городские власти. Но в тех случаях, когда кража или преступление совершены с помощью колдовских способностей преступника, либо обстоятельства преступления неочевидны – вопрос передаётся магистрам.

– Что теперь ждёт этого шкета?

– Кого?

– Ну, так у нас называют таких вот тощих… – киваю я на воришку.

– Ха! Надо будет запомнить! Ишь ты – шкет! А ведь и верно! – развеселился усач. – Если магистры определят, что кража совершена при помощи магии…

Он скептически осматривает парня.

– Ну… полсотни плетей, для начала… И два года свинцовых рудников – если выживет после всего этого. Но, думаю, что рудники ему не грозят – раньше помрёт…

Суд магистров был на удивление скорым.

Нас всех пригласили в отдельную комнату, где поочерёдно расспросили. Производил допрос дежурный магистр – худощавый старичок, державшийся, надо сказать, очень даже бодро. Потом всех, вместе с воришкой, завели в зал, где на особом возвышении сидели местные шишки колдовского ремесла. А воришку усадили на скамью, по бокам которой стояло двое дюжих стражей. Видок у него был совершенно… опрокинутый, что ли… Словом – я ему не завидовал.

Магистры – а их оказалось тут четверо, по очереди подходили к парню, клали ему руку на лоб и что-то там пытались разобрать. А потом вынесли вердикт – заклятие Тени имело место быть, и использовано оно было во вред потерпевшему. То есть – парню теперь однозначно светят те самые рудники.

Это заклятие, как я понял, делает применившего человека невидимым для окружающих. Не навсегда, понятное дело – на время. И на очень небольшое. Чем больше людей – тем меньше оно действует. В нашем случае – всего несколько секунд. Но для совершения кражи этого вполне достаточно.

– Что ж, палачу сегодня будет работа, – буднично замечает один из магистров, собираясь выходить из комнаты. – Пусть потерпевший сделает заявление…

Для этого вовсе не требовалось чего-то там писать. Тем более что большинство присутствующих этого и не смогло бы сделать даже под угрозой четвертования – грамотеев среди местного населения не водилось. Читать – да, могли. Да и то – только вывески. А вот связно изложить мысль на бумаге…

Поэтому, процедура заявления была предельно простой.

Дежурный маг произносил формулу заявления – и человек, подтвердивший, что понимает её смысл, уже не мог произнести ни слова лжи. Считалось, что тяжкая кара постигнет его прямо на этом самом месте. Так это или нет – не знаю, но окружающие свято в это верили. А дальше вступал в действие собственно суд…

– Мастер Гор, – сухо произносит старичок-магистр, – хотите ли вы обвинить этого человека, по имени Ларс Фер, в том, что он посягнул на вашу собственность?

Блин, да у меня в кармане-то ничего особенного и не было! Да и прав усач – рудники парню не грозят – раньше помрёт, ещё под плетьми.

– Нет, – делаю отрицательный жест. – У меня нет к нему претензий. Он ничего у меня не украл.

– И вы не хотите, чтобы магистры покарали его?

– Не хочу.

– Дело закрыто, – кивает старичок. – Все свободны. Стража – отпустите этого… А ты, Ларс – помни, что в случае совершения повторного проступка, тебе припомнят ещё и этот случай! И никакого заявления от мастера Гора уже не потребуется!

Надо сказать, что никто из присутствующих не высказывал никакого сожаления по поводу несостоявшейся экзекуции – впечатлений на сегодня и так всем хватило. А Ян даже понимающе кивнул и сделал одобрительный жест – мол, всё правильно!

И вот сегодня, с самого утра, сижу за процессом приготовления приправы. Вот, чем мне начинает нравится местная реальность – так это наличием некоторых приятных штучек. Та самая «старуха Ига» выделила мне в помощь одну из своих стряпух – Лелу. Оная девица, как оказалось, может – буквально, одним движением руки, измельчать и перемешивать в кашу любые овощи. Да, блин… магия в кухонном деле – великая вещь!

Так что, пробуем…

И пока получается… ну, короче, ни хрена не получается. Чего-то не хватает, нужной остроты нет! Понятно, что классический рецепт накрылся медным тазом, и надо срочно изобретать что-то новое.

Иду к Яну. Он ныне занят, гоняет новобранцев. Что-то там у них важное, похоже, намечается. И бросить это занятие он не может. Но совместный бизнес под угрозой!

И поэтому со мною в город идут двое стражников и та самая Лелу.

Парни, надо отдать им должное, очень ответственно отнеслись к поручению усача и большую часть времени тратят на то, чтобы внимательно осматривать всех встречных-поперечных. Так что поговорить с ними просто не получается. А вот стряпуха оказалась неожиданно словоохотливой и засыпает меня кучей всяческих подробностей. И, между прочим, в этом что-то имеется…

Аккуратно направляю её болтовню в нужное русло… есть контакт!

Как понемногу выясняется, магия в этом мире очень даже структурирована.

На самом низшем уровне ею владеют практически все. Одно-два заклинания могут легко сотворить даже дети, но силенок на что-либо серьёзное у них попросту не хватает. Даже разжечь очаг двенадцатилетнему мальчику пока не под силу. Более-менее это использовать получается лет с пятнадцати-шестнадцати – но и тут есть свои исключения. Многие способности наследственные – это касается, как ни странно, именно кузнецов!

Более высокая ступенька – колдун. Такой человек, как правило, знает уже несколько заклинаний и может успешно их применять – на это у него достаточно сил. Их, обычно, нанимают на службу старосты небольших поселений и деревень. Но встречаются и вольные, никем не востребованные умники – их достаточно много. Между прочим, покойный разбойничий главарь – как раз таким колдуном и являлся.

Человек, прошедший обучение в специализированном заведении – маг. Теоретически, им может стать любой. Ага, если есть деньги на обучение и соответствующие способности. Окончивший заведение и выдержавший выпускные испытания маг – служит пятнадцать лет там, куда его направят. После чего, он волен предложить свои услуги кому угодно. Магов мало – ибо шесть лет обучения может выдержать далеко не каждый. Да и стоит это дорого… Хотя, талантливого человека могут освободить от платы за обучение – но служить тогда он будет на пять лет дольше.

Маги – не многостаночники в нашем понимании. Каждый специализируется на каком-то одном направлении. Есть лекари, строители и спецы по земледелию. Имеются маги-каналостроители и горнодобытчики. Отдельная категория – военные маги. Как раз наш любезный Лен Крон – из них и будет. Есть даже полицейские – они ищут краденое и вычисляют воров и убийц. Все маги города входят в городскую гильдию магов.

Кстати, магистр – это низшая степень, её получает каждый выпускник.

Выше него стоит тан, который, как правило, и возглавляет городскую гильдию и председательствует на совете магов города. Обычно, он один на город нашего размера.

Причём, специализация тана не играет никакой роли – он всё равно будет главным. Совет танов рулит всеми магами округи. Будь то баронство или графство – одноногственно.

А вот во главе магов герцогства уже стоит более серьёзная фигура – лон. Как правило, это маг высшей пробы. Очень сильный и много знающий.

Но в речах стряпухи вдруг мелькает какое-то слово… за которое я и цепляюсь. Стоп-стоп-стоп!

– А кто такой изгой? Кто и за что его изгнал и откуда?

Лелу мрачнеет. Видно, что ей не очень приятно говорить на данную тему. Но я настойчиво возвращаюсь к этому вопросу.

Изгой – человек, напрочь лишенный способности к магии. Вообще к любой. Он не может её использовать, не имеет достаточно сил, чтобы сотворить любое, даже самое простенькое, заклинание. Не может ощущать магию, и не видит таковых способностей у других.

Изгоем можно быть от рождения или стать таковым по приговору высшего суда танов – не ниже! Существует специальная процедура лишения врождённых способностей к магии – и это достаточно мрачное действие. Приговорённого человека поят специальным зельем и налагают серьёзное коллективное заклятие. Обратной силы этот процесс не имеет – вернуть утраченное уже невозможно. Такой человек навечно приобретает особую «черную» ауру, которую прекрасно видит каждый встречный. И это – тяжкое пожизненное клеймо.

– Так, что же, выходит, что можно каждого распознать? Ну, по ауре этой самой…

– Конечно! Кузнеца нельзя спутать, например, с сапожником или пастухом. Или лучника с мечником – издали же всё видно!

– Хм… А какая же аура у меня?

Стряпуха осекается. Какое-то время молчит, видать, обдумывает, что сказать.

– Никакой нет. Так тоже может быть… Сильный маг… или даже лон… он может наложить такое заклятие. И аура человека на время скрывается. Никто её не видит – только тот, кто это заклятие наложил…

Хм…

Вот даже как тут бывает?

Заклятие невидимости ауры? Честно говоря, я про такое не только не слышал, но даже как-то и не предполагал, что подобное явление в принципе возможно.

Однако стряпуха говорит об этом, как о хорошо известном факте!

Стало быть – подобные случаи имели место в здешней реальности.

А вот и рыночная площадь.

Снова – здорово, прошастав по ней около часа и перепробовав множество самых разных приправ и снадобий, я так ничего нужного и не нашёл. Более того, Лелу, сославшись на что-то важное, моментально растворилась в толпе – и мы со стражниками тотчас же потеряли её из виду.

А без неё наши поиски стали и вовсе бесперспективными.

Делать нечего, брожу по рынку совершенно бесцельно. Уходить неохота, когда ещё такая возможность подвернётся? Будущий наш бизнес принес пока только одни убытки. Нет, имеющиеся приправы я, разумеется, продам – так что даже и прибыль небольшая будет… но, жалко…

Осмотрев чисто машинально кузнечный и оружейный ряды (и сделав кое-какие зарубки в памяти), заворачиваю в кожевенный – он тут совсем небольшой.

Ремни – фигня, если честно. Не тяп-ляп, но и красоты никакой. Впрочем, теперь я уже кое-что понимаю. Зачем вылезать вон из кожи, стараясь сделать красиво и надёжно, когда можно простым заклятьем придать изделию недостающий лоск и прочность? И ведь сработает же!

Да – ненадолго.

Так и цена будет соответствующая.

Выгода – она все покроет. И любой, кроме, разве что высших магов, будет видеть именно то, что и задумано мастером.

Это только я тут такой ущербный, что всей этой красоты не замечаю.

Шкуря, дратва… всё насквозь привычное и понятное. Корешки какие-то… стручки…

Стоп.

Корешки и стручки в кожевенном ряду?

Мужик, ты точно ничего не попутал?

– Что это у вас, уважаемый?

– Это? Белоглазка, – косится продавец на моих сопровождающих.

Странный покупатель. Двое стражников за ним всюду следуют, ауры нет… Да и на одежде моей не имеется никаких следов магии.

Это, кстати говоря, тоже знак… и очень даже своеобразный, как я теперь понимаю. Мол, мне нет необходимости покупать дешёвые вещи – могу заплатить за что-то, реально прочное и добротное. Есть тут и такие уникумы – при больших деньгах, как правило. С точки зрения торговца – я весьма непонятная личность. С одной стороны – явно не хочу быть узнанным, и поэтому скрываю ауру. А с другой – таскаю недешёвую одежку и хожу с таким сопровождением. Богатый и влиятельный, но не слишком умный, клиент. Понятно, кстати, отчего все закупки вел либо сам усач, либо кто-то из сопровождающих. Они свои, их не особо надуешь, и конфликтовать со стражей – не самая разумная политика.

– И для чего же вы её используете?

Понимаю, что выгляжу лопухом, но мне на это как-то вот начхать. Важно совсем другое.

– Ну… Боль снимать можно…

– А почему вы тогда не среди травников?

Заёрзал мужик. Что-то тут такое есть… И послать меня он не может – стражники за спиной.

– Так я ведь не только белоглазкой торгую! Вон – нитки, иголки тоже есть…

– А подайте-ка мне эту самую белоглазку!

Так.

Стручок. Немного непривычного вида. Разламываем – ага! Уже понятнее. Принюхиваюсь, лизнуть бы его…

– Мы ей нитки натираем… никакая живность их после этого не грызёт… и зверя это отпугивает.

Ну, честно говоря, и я тоже не припоминаю случаев, когда собаки ели бы острый перец.

– Вода есть?

Мужик с готовностью вытаскивает откуда-то глиняную кружку и наливает туда из горшка воды. Опускаю туда разломанный стручок. Выждав немного, пробую воду на вкус.

Так… это уже кое-что!

– Вот что, любезнейший… Как, кстати, вас зовут?

– Агон я… из Кропалей будем…

– Стало быть, Агон из Кропалей, так?

– Так.

– И сколько же у вас этой самой белоглазки, любезный Агон?

Как я и предполагал, с продажей этой самой белоглазки не всё было чисто. Во-первых, Агон такой товар продавать вообще не мог – ибо не травник. И уж тем более – в кожевенном ряду.

Шорник, торгующий травами и кореньями – это, как минимум, нехилый штраф и обоснованные претензии от старшины травников. И продавец про это знал – оттого и нервничал. Если бы не крайняя нужда в деньгах – хрен бы он на это пошёл. Понятное дело, что знал об этом не только он один. И именно поэтому, поблизости тотчас же нарисовался старшина кожевенного ряда. Прикинув все обстоятельства, он не рискнул открыто предлагать взятку столь серьёзному дядьке, которого сопровождают двое стражников. А вот на «посидеть за пивом» – пригласил. Ибо ничего непозволительного в этом не имелось.

Коррупция!

Она, как оказалось, и здесь вполне себе здравствует!

Жаль, что стражники этому воспротивились – в их планы это явно не входило. Хотя желание – имелось, и это было очевидно. Но указание от усача было категоричным – только рынок!

Так что предложение пришлось отклонить – к явному сожалению обеих сторон.

Мотивирую это нехваткой времени.

– А вот с собой пива прихватить… чтобы вечером выпить за здоровье хорошего человека…

Намёк был понят правильно – и подручный старшины кожевенников тотчас же испарился во вполне понятном направлении.

Попутно я скупаю всю белоглазку – дабы в корне ликвидировать саму причину недоразумения.

– Вот что, любезный Агон… Вы на рынок более её не возите – не поймут! Давайте все ваши запасы сразу в казарму Серой стражи. Спросите там мастера Гора – меня позовут.

Понял он тут чего или нет – но все запасы свои точно притащит, ибо столь выгодного предложения ему точно больше никто не сделает.

По дороге назад отыскалась и Лелу – присоединилась к нам уже около казармы.

Так что и озадачил я её почти тотчас же.

И эффект превзошёл все ожидания! Тот ещё «перчик» оказался, между нами-то говоря…

Понятное дело, что и приправа у меня вышла совсем даже не такая, как исходная аджика. Но – оно того стоило!

Попробовав получившийся продукт, народ пришёл к однозначному заключению – надо делать!

Под производство приспособили пустующее помещение – тут таких хватало. Я привлёк к себе в помощь Лелу и двоих парней из новобранцев, которых мне выделил их наставник.

И к исходу дня первая партия была готова. Если бы не способности стряпухи – провозились бы намного дольше. Но кухонная магия сделала своё дело!

Отправив полученный продукт на кухню и в продажу, со спокойной совестью усаживаюсь передохнуть на плацу. И наблюдаю за упражнениями новобранцев. Тут, кстати, не только они, присутствует и почти весь личный состав стражи – чуть в сторонке. И занятия у них уже куда как более серьёзные.

– А отчего, мастер Ян, у вас практикуют в основном одиночные схватки? – интересуюсь я у усача в перерыве между тренировками.

– Так любая группа более десяти человек – желанная цель для вражеского мага! Это за одиночным бойцом тот следить не станет… не та мишень…

– А вообще в строю вы работаете?

– Это – только у имперцев. Тех свои маги прикрывают. Нет, учить-то учим… да, толку-то с того?

Просветил он меня и относительно порядка боя.

Сначала – на дальней дистанции, идёт битва магов. Те всячески стараются измотать атаками магов противника.

Дальних – это до полукилометра по нашим меркам.

Потом вступают в битву лучники. В зависимости от своих магических способностей они могут какое-то время работать с трехсот, приблизительно, метров.

Возможности и у них разные. Один обладает даром дальней стрельбы, козырь другого – скорострельность или точность. То есть, один может выпустить десяток стрел за несколько секунд, а другой почти гарантированно попадёт в цель каким-то количеством стрел.

Другой вопрос, что многие доспехи и от этого вполне могут защитить.

Так что основной вид боя – одиночные схватки. По более-менее крупной группе тотчас же ударят маги и лучники, сохраняющие таковую возможность именно для подобных случаев.

– А как же тогда выбрать себе противника?

– Так всё же очевидно! – удивляется усач. – Уже со ста шагов можно понять – кто и на что годен.

– То есть? Не забывай, я ведь память почти потерял!

– Не всю же…

Оказывается, практически любой человек мог ещё издали определить – кто против него стоит? Не физические, понятно, характеристики – а степень магической «прокачки», если так можно сказать.

То есть – боец может иметь в запасе заклятие двух ударов, его меч – заклятие быстроты, а щит – заклятье временной непробиваемости. Иными словами – первую схватку почти гарантированно выигрывал боец, обладающий лучшими сочетаниями защиты и нападения. А вот потом… потом, когда все запасы заклятий были израсходованы, в бой шла уже чисто физическая сила. Для того и учат новичков приёмам нападения и защиты.

– А если на противнике то самое «Зеркало»?

Наставник ухмыляется – вероятность этого исчезающее мала. Данный комплект доспехов стоит и вовсе лютых денег. Да и изготавливается по индивидуальному заказу – под конкретного человека. В качестве трофея доспех совершенно бесполезен – попросту не будет работать. И никто его не купит – разве что для того, чтобы повесить на стену и привирать о своих вымышленных подвигах.

– Да и не пойдёт такой человек в бой… чего он там потерял? Такие вещи делают те, кто всерьёз опасается за свою жизнь. За это можно и заплатить! Ведь «Зеркало» оно и само по себе прочное, его и без магии-то далеко не сразу пробить можно! И не всяким оружием!

Труба взвыла поутру – ранее обычного времени. Да и звук был каким-то непривычным. Более резкий, дергающий за сердце.

Вскакиваю и подбегаю к окну.

На плацу строится стража – сразу вся. И на этот раз – в полном доспехе, чего обычно не делается при патрулировании внутри города.

Ох, что-то мне это не по нраву…

Так что во двор вываливаюсь при полном вооружении. Доспехи, шлем, щит. Ну и само собою разумеется, меч, кинжал-леворучник и топор за спиной.

Не привыкать, мы в таком вот облачении по несколько часов кряду скакали – и никто не помер от натуги.

Увидев меня, усач удивлённо раскрывает рот.

– Куда вы собрались, мастер Гор?

– Да, туда же, куда и все – погулять! Или кто-то будет меня уверять в том, что вся эта суматоха – дело обыденное?

– Нет, – отвечает чей-то голос.

Ба, а вот и сам магистр Крон – собственной персоной!

И тоже одет непривычно – в кольчуге и шлеме.

Ни разу его в таком виде не приходилось встречать.

– Вы правы, мастер Гор, стража поднята по тревоге. Противник совсем рядом, и мы выходим уже через час. Но это не значит, что вы обязаны в этом участвовать.

– Ну, знаете ли, магистр! Я не самый плохой боец, вообще-то! Ел тут, пил, жил – и брошу друзей в трудную минуту?

Маг поджимает губу, он явно в замешательстве. Очевидных причин для отказа у него нет, а что-то придумать он уже просто не успевает.

– Ну… хорошо… И всё же, я попросил бы вас не отходить от нас далеко.

– Вот уж не проблема-то…

Застоявшиеся лошади рывком взяли с места, и мой фургон выкатился за ворота.

Не пустой – сюда погрузили припасы и всю кухню мага-целителя. Забрался и он сам. Худенький, но всё ещё бодрый старикан оказался неплохим собеседником, так что, время летело относительно быстро.

– Дозорные донесли, что отряд графа Берки расположился на ночлег неподалёку от… – название деревушки пропало в шуме колес – мы как раз переезжали бревенчатый мост. – Так что у нас есть шанс их опередить…

Взаимоотношения между городами и весями тут были далеки от совершенства. А учитывая, что наш городок стоял неподалёку от границы – так и вовсе. Оный граф рулил на сопредельной территории и отличался весьма задиристым характером. Что, в сочетании с немалым войском делало его крайне беспокойным соседом.

Как я понимаю, эта деревня расположена уже в наших землях. И поэтому данным «товарищам» делать здесь нечего.

– Так это что же – война?

– Какое там… – отмахивается мой спутник. – Обычное дело на границе. Он попробует вывезти собранное зерно, мы постараемся ему этого не дать – всё, как всегда… Удачей будет, даже если он бросит хотя бы часть повозок.

– То есть, помешать ему грабить мы не можем?

– Приграничная стража насчитывает от силы полсотни копейщиков – это ему на один зуб. Они вовремя отошли и усилят нас – и это правильно!

Многоопытный старикан как в воду глядел – войско графа успело-таки погрузить большую часть зерна, вскрыв амбары с урожаем.

Но тут наши лучники накрыли повозки дружным залпом из кустов – и уцелевшие возчики разбежались во все стороны. Тотчас же в деревне захрипела труба – и так и не закончив грабежа, солдаты противника начали стягиваться на холм слева от неё.

Сотник, привстав на стременах, командует – и наш отряд вытягивается в цепь. Редкую – никто из бойцов не стоит плечом к плечу. Понятно, опасаются удара вражеских магов.

Обычное, как я понимаю, построение…

Только новичков оттягивают в тыл, их время ещё не пришло.

А вот наше командование, вместе со всеми боевыми магами, взбирается на холм – оттуда лучше видно. Раз мне приказано быть рядом, то и я топаю туда же. Никто не препятствует.

– Их больше, – указывает куда-то пожилой дядька в серой мантии. – Как минимум, трое боевых магов. И лучники…

Пока ни одна из сторон активных действий не предпринимает. Но мы – в более выгодном положении, просьбы о помощи ушли ещё рано утром. Если граф тут завязнет, то положение может поменяться достаточно быстро – и он не может этого не понимать.

Вот от рядов его воинства отделяется небольшой отряд. Понятно, хотят отогнать телеги.

– Лучники! – взмах клинка сотника.

Пара залпов – и потеряв несколько человек, отряд отходит.

С одной стороны – вроде бы всё и верно… но это – только с одной стороны. Ведь лучники противника – а их больше, почти и не стреляли. На сколько успешных залпов хватит заклятий у наших стрелков?

Но первыми всё-таки ударили маги.

На поле вдруг взвился вихрь – и туча пыли рванулась к нашим рядам.

– Заклятие пыльного ветра… – произносит кто-то на холме.

Как я понимаю, колдовство прикрывает вылазку, ограничивая видимость нашим бойцам.

И точно – из облака пыли вдруг бьют стрелы.

Магия – им даже не нужно видеть цели. Стрела и сама её найдёт.

Но первый натиск дался нам относительно малой кровью – сработали защитные заклятия. Несколько человек раненых и одни убитый – повезло!

В ответ никто не стрелял – не поддались на провокацию. Это работа конных стрелков, наверняка они, выпустив стрелы, тотчас же отошли. И наши выстрелы попросту никого не достанут.

Опять пыль и ветер – уже на левом фланге.

На правом.

Снова в центре.

Нас, совершенно очевидно, попросту выматывали.

– Конных стрелков у них мало – не более полусотни. Скоро не смогут стрелять и они, – замечает Крон.

И верно – таких атак более не было. Видать, иссяк запас магии, и стрелять вслепую они уже не могли. А подставляться под ответные стрелы, подходя ближе для прицельного выстрела, желания, скорее всего, не имелось.

Зато ударили вражеские маги – ледяным дождём. У самой земли капли вдруг превращались в тяжелые глыбы льда – и уже они падали на головы наших солдат.

С нашего холма рванулись молнии – и часть глыб пролилась на землю потоками холодной воды. Неприятно – но не смертельно.

Но опять же – не для всех…

У моего фургона уже кипит работа – туда тащат пострадавших. Быстрый взгляд… однако! Бой ещё толком и не начался, а у нас уже человек пять наглушняк, да с десятка полтора раненых!

Со стороны противника двинулась редкая цепь копейщиков – граф спешил.

– Вон та группа, – протягивает руку один из магов. – Видите большие щиты? Наверняка, они прикрывают мага!

Тут даже и я понимаю – его подведут ближе и тогда по нам чем-то звезданут!

Удар!

С холма снова ударили молнии – и часть копейщиков повалилась на землю. Скованная льдом повалилась на землю и парочка щитоносцев.

Ответ!

Земля буквально вскипела вокруг нас!

Схватился за грудь – и рухнул маг-молниепускатель. Сразило и двоих стражников.

Крон вскидывает руки – и земля мгновенно успокаивается.

– Плохо дело! – кричит он, – Мы так долго не выдержим!

Новые удары валят на землю щитоносцев – и мы видим, что внутри их строя никого нет! Обманка! А от группы быстро удаляются несколько всадников – они-то и нанесли по нам удар. Но – теперь они отошли достаточно далеко и могут не опасаться ответа, мы попросту не достанем.

– Лучники!

Увы, наш ответный залп большого эффекта не дал – большинство стрел было отражено заклятиями.

– Сейчас они подойдут… – стиснув зубы, произносит усач. – И ударят заклинаниями по холму. Видишь, они возвращаются? Наших ребят больше некому будет прикрыть…

– И что же делать?!

– Стоять насмерть! Или у тебя есть другой план?

Маги, собравшись с силами, бьют по цепи вражеских копейщиков – удачно! Скосило сразу десятка полтора человек.

– Вон они… – устало произносит сразу постаревший Ян. – Видишь вон ту группу всадников? Зелёный плюмаж – это сам граф. Значит, и все остальные с ним рядом… они обычно не отходят от командира.

Ага… а конных лучников поблизости не видно…

«Зеркало» вы говорите?!

Поворачиваюсь и сбегаю вниз с холма. Где тут новобранцы?

– А ну – подъём!

Они вскакивают. Издали их вполне можно принять за нормальных солдат – одеты и вооружены они точно не хуже. Их доспехи и оружие не принимали участия в бою, запас заклинаний не израсходован.

– Стройся! За мной – клином! Шаг вправо-влево – смерть!

На холм мы не пошли – так нас будет видно издали. А зачем привлекать к себе излишнее внимание? Обходим по кустам, которые растут у подножья. Они здорово ограничивают видимость, и именно по этой причине наши маги и командиры полезли наверх.

– Стоять!

Раздвигаю руками ветки.

Передо мною редкая шеренга наших копейщиков. Суда по доспехам – те самые пограничники – у нас форма другая. А в трехстах метрах видна неторопливо приближающаяся группа всадников. В атаку на цепь не пойдут – ударят издали.

Оборачиваюсь.

Молча, без замаха, двигаю в зубы одному из новобранцев.

– Ты какого хрена вылез из строя?! Жить надоело? Так я тебя прямо тут и прикопаю!

Строй тотчас же выравнивается.

– Ещё раз – всем идти за мной!

Быстрый взгляд на поле – всадники проехали ещё полсотни метров. Значит, до вершины холма им осталось метров пятьсот… могут ли они ударить с такого расстояния? Наши – не могли. Что ж, будем надеяться, что и эти не намного сильнее.

– За мной! Первая шеренга – щиты поднять! Все прочие – прикрывать с боков! Марш!

Мы протопали так около сотни метров, не обращая внимания на удивлённые крики пограничников.

И вот тут нас заметили…

Ехавший слева от основной группы старик приподнял руку, повелительно ею взмахнул… и его вынесло из седла аж метров на двадцать! Сильно сомневаюсь в том, что даже трижды маг выживет опосля такого неслабого пинка.

– Вперёд!

Со стороны группы бьёт молния – с ожидаемым результатом. На этот раз ответка прилетела сразу нескольким – и в рядах всадников возникло некоторое замешательство.

– Прибавить шаг!

Ш-ш-р-р-х!

Меня сильно ударяет в грудь – стрелы!

Хрен там ночевал… титановые пластины выдерживают удар. А вот лицо я прикрою! И тотчас же по щиту сильно что-то щелкает – вовремя!

Быстрый взгляд – до них полста метров!

– Бегом!

Пехота, атакующая кавалерию?

Сильно сомневаюсь, что такой приём тут часто применяется…

Впереди крики, чуть опускаю щит.

Ага, решили ударить так же, как и по холму – какое-то там заклятие вздыбившейся земли или что-то в этом духе. И теперь там скачут обезумевшие лошади, сбрасывая на землю всадников. Ну, а что ж вы хотели-то?

Тут совсем уже рядом! Помню, что с разбойничьим колдуном сотворилось – так здесь не сильно дальше!

– Вперед! Строй – разомкнуть! Руби всех в клочья!

– Р-а-а-а! – таким воплем пацаны пробуют, прежде всего, поддержать самих себя.

Прекрасно их понимаю – сам таким был. Когда орешь во всю глотку, сам себе кажешься кем-то могучим и страшным. Да и на противника это действует…

А нам навстречу неторопливо выдвигается какой-то мужик… в нефиговых, надо сказать, доспехах – это я, как кузнец, могу подтвердить!

Зеленый плюмаж?

Так это же сам граф! Не зассал, уважаю…

Он взмахивает мечом – и бегущий слева от меня новобранец, с воем катится по земле. Правая нога отсечена напрочь.

«Длинный клинок»?

Тычок в воздух – и ещё один стражник оседает на землю, хватаясь руками за грудь.

Эдак, он всех моих парней перебьёт!

Перехватываю меч в левую руку и выдергиваю из-за спины топор.

Н-н-на!

Положим, топор я тоже кидал… не всегда, правда, с нужным эффектом – но, хоть в цель попадал.

Попал и на этот раз. Но, к сожалению, не острием…

А с другой стороны – топор, он всегда топор! Хоть лезвием врубится, хоть обухом приласкает, хоть плашмя шлёпнет – один хрен, мало не будет. Почти четыре кило дерева и стали – тот ещё сюрприз!

Пошатнулся зеленоплюмажник, не вышло у него удара.

А сбоку уже набегает на меня ещё один персонаж. Здоровенный мужик, походя сбив одного из новобранцев, замахивается мечом.

Р-раз!

Скрежещет по щиту вражеский клинок.

Отбив, увод меча в сторону – проворот, ответный удар!

Мужик как-то мешком оседает на землю – не боец.

Я еле успеваю повернуться в сторону графа, чисто на автомате поднимая щит.

Бзанг!

Ага, ответная любезность в виде кинжала. Он что, реально рассчитывал им мой доспех пробить? Хотя… кинжал-то мог быть очень даже непростым!

Опускаю щит – мой противник совсем рядом. Замах – отбив! Щит выдерживает и этот удар. В глазах противника вижу неприкрытое изумление. Не ожидал, милок? Так это ещё не все подарочки!

Снова удар – его парирую уже клинком, уводя вражеский меч в сторону.

Левая рука соскальзывает на лезвие – на незаточенную его часть. Перехват, поворот – и таранный колющий удар пробивает панцирь противника в верхней части. Швейцарцы, если верить летописям, вообще так могли навылет доспех просадить. Вместе с невезучим хозяином.

Граф отшатывается – рывком выдираю меч из раны. Со скрежетом клинок выскальзывает из пробоины, откуда тотчас же бьёт струя крови.

Зелёный плюмаж дрогнул – противник оседает на землю.

– Стрелки!

В воздухе раздаётся зловещий посвист – конные лучники подошли!

Перехват меча, проворот…

Генералов не судят?

Сколько бы ты ни уложил вражеских солдат, тебя возьмут в плен со всеми почестями?

Не в этот раз…

Удар – и катится по земле зелёный плюмаж.

Наклоняюсь, и расстегиваю застежки шлема. Опа, а он рыжий! Длинные волосы развеваются по ветру. Наматываю их на руку, и поднимаю зловещий трофей.

В-з-з-ж…

Откуда-то сзади выдвигается рука со щитом – выстрелы до цели не достают. Но щитоносцу прилетело, он вскрикивает. Однако – держится, перехватывает щит в другую руку.

В-з-з-ж…

Поднимаю отрубленную голову выше, в другой руке окровавленный меч. Вперёд! Или нас попросту расстреляют с безопасной дистанции.

Но посвиста стрел больше нет.

Рука со щитом дрогнула, он пополз вниз, и я вижу разворачивающихся всадников. А позади нас слышен слитный топот множества ног – подбегают копейщики.

Команда – и перед нами вырастает цепь ощетинившихся оружием солдат. Но атака уже закончена, конные стрелки во весь опор уходят куда-то к лесу. Командир убит, и воевать уже не за кого.

Оборачиваюсь.

Позади меня стоят всего шесть человек – всё, что осталось от группы новобранцев. Из полутора десятков, между прочим! Помятые доспехи, погнутые шлемы, разбитые щиты…

– Кто меня прикрыл?

Стоящий слева парень поднимает голову. У него уже нет сил держать щит, и тот валяется на земле. В правом плече у него торчит обломок стрелы. Оружия я не вижу.

– Где твой меч?

– Сломался…

Наклоняюсь и поднимаю с земли клинок графа. А неплохое, надо сказать, изделие – явно серьезный мастер работал!

– Держи! Ты меня вовремя прикрыл – и я этого не забуду.

– Но, мастер… это… это же меч…

– Этот меч – мой законный трофей! Взятый в бою с тела убитого врага! И я волен подарить его тому, кто этого заслужил! Кто-то думает иначе?

Здоровой рукой парень прижимает к себе оружие. И внезапно опускается на одно колено.

– Благодарю, мастер!

Топот копыт – вот и магистр Крон пожаловал.

– А у меня для вас подарок! – кидаю ему отрубленную голову.

Против ожидания, он, ничуть не смутившись, ловит её на лету. И бережно передаёт кому-то из сопровождающих.

– Мастер Гор… Это всё же граф! Надо уважать своих противников – кем бы они ни были.

– Хоть герцог! – меня реально несёт. – Или голова графа выглядит как-то иначе, чем голова обычного человека? И обладает немыслимыми достоинствами?

Крон качает головой.

– Мне приходилось слышать о таких бойцах, как вы… но вот своими глазами я это вижу впервые. Вы не ранены?

– Да, вроде бы, цел… Синяки и шишки не в счёт – заживут… Мы выиграли?

– Тяжкой ценой, мастер, – он спешивается и подходит ко мне. – Да, серьёзных ранений я не вижу… Если бы не эта ваша атака… воронам была бы знатная пожива!

– Думаю, они и сейчас от голода не помрут – им всё равно, кого жрать.

Победа дорого нам далась.

Только убитыми мы потеряли более тридцати человек, да почти полсотни раненых – ещё одной схватки нам уже не выдержать.

Из магов уцелело двое – Крон и маг-целитель. Ранен сотник, убито двое десятников…

Словом – огребли…

Правда, противнику прилетело куда серьёзнее!

Мало того, что погиб сам граф (что, как злорадно поведал мне Ян, неминуемо вызовет серьёзную свару среди наследников), в живых не осталось вообще ни одного мага – а было их четверо только боевых! На поле боя осталось более пятидесяти человек убитых солдат и более тридцати обозников. Раненых – тех, которых мы захватили в плен, насчитали около сорока человек, да сколько-то ещё успело убежать или попрятаться.

Враг не сумел вывезти зерно – что являлось основной целью нападения. Так ещё и обоз попал в наши руки – а там тоже было много ценного и полезного.

Короче, как организованная военная сила, графство на какое-то время не представляет опасности. Пока ещё там наследники выяснят отношения, да новых солдат наймут… Год, как минимум, можно в эту сторону не смотреть.

И не в последнюю очередь и я тут руку (хм-м-м…) приложил. Во всяком случае, граф и один из его ближних – на мне. И никто это не оспаривает. Ну а за магов – это вообще отдельный разговор…

Переночевав прямо на месте боя (оказывается, есть и тут подобный обычай!), наш отряд двинулся восвояси. А перед самым отправлением, меня разыскал командир пограничников – полусотник Форг.

– Моё почтение, мастер Гор!

– И вам здравия! – вежливо поднимаюсь с бревна.

– Имею честь пригласить вас к нам – в Шалон!

– Простите моё невежество, командир… но я немного не в курсе того, что это за место…

Полусотник изумлённо вскидывает бровь. Пришлось пояснить, не вдаваясь, однако, в подробности, что в результате некоего колдовства я частично утратил память.

Ну, колдовство – это тут всем понятно.

Блин, а какая причина-то удобная!

«Ты это с какой девкой вчера путался?!

Не помню… заколдовали, наверное…»

Да… только некому мне сейчас выговаривать…

– Шалон – это пограничный форпост нашего графства. Там находится наше командование, казармы и таможенный пост. Я приглашаю вас посетить это место, дабы явить всю нашу благодарность – в полной мере!

– Я не премину прибыть к вам! Как только получу на это соизволение от… – киваю в сторону магистров.

– Мы будем вас ждать, мастер Гор!

Ясен пень, у него есть за что благодарить – они-то стояли как раз на направлении главного удара – по ним бы первым и прошлись…

Обратный путь был не столь быстр и легок. И не все его выдержали – троих пришлось похоронить.

А по возвращении – уже на следующий день, меня вызвали в гильдию магов.

Пригласили вежливо, со всем должным почтением. Да и то сказать, среди Серой стражи у меня теперь нехилый авторитет!

Но выпендреж тут совсем ни к месту, поэтому, несмотря на то, что синяки и шишки разболелись совсем не по-детски, следую за посыльным.

Как положительный момент, отмечаю, что никто и не подумал мне предложить оставить меч в казарме. По умолчанию, с таким оружием тут ходит только стража и знатные люди, коим просто по должности это полагается. Или, как дань уважения.

Вот, теперь и понимай это, как угодно…

Так что топаю с мечом за спиной. Всё же полуторник – штука габаритная.

А вот перед входом в зал гильдии, меч-таки попросили оставить.

– Никто не входит сюда с оружием, мастер… такова традиция…

Не станем спорить. Меч занимает место на специальной подставке.

– Присаживайтесь, мастер Гор, – делает приглашающий жест Крон. Пока он тут один, никого другого я не вижу.

Не чинюсь и опускаюсь на указанное место.

– Мы провели дознание по вашему случаю, уважаемый Лекс. Сразу скажу – никто из нас ничего подобного не помнит, пришлось поднимать архивы в столице!

Однако! Быстро это у них… туда конному почти месяц ехать! Значит – есть какая-то иная связь!

– Нам удалось выяснить цель обряда, который хотели над вами провести.

А уж мне-то это как охота знать…

– Вас пытались стереть.

По-видимому, на моей морде столько всего сразу отобразилось, что магистр тотчас же разъясняет.

– Как вы знаете, человека можно сделать Изгоем. По приговору высшего суда, разумеется.

– Да, это я знаю.

– Но для этого требуется личное участие не менее чем пяти танов или трёх лонов одновременно. Обычный маг или колдун эту процедуру провести не может.

– Но… там ведь не было такого количества… э-э-э…

– Да, покойный Пестрый, разумеется, не являлся высшим магом. Хотя и был сильным колдуном – это так. Поэтому и не могло идти речи о том, чтобы сделать из вас Изгоя. Но вот стереть вашу личность, уничтожить память и лишить вас врождённых способностей к магии – это вполне возможно. Такого количества зелья забвения в королевстве не изготовлялось уже пятьдесят лет! В обычном случае достаточно одного кубка. Ну и соответствующего заклинания, которое произносят по очереди все присутствующие высшие маги.

– Не понял… И что же тогда произошло?

– Вас лишили способности к произнесению и накладыванию заклинаний. Частично – памяти. Обесцветили вашу ауру… ну… словом, её почти и не видно никому…

– Почти?

– Её нет. С точки зрения мага или любого колдуна – вас тоже нет. Обычными глазами вас, разумеется, увидеть можно. А вот магическим зрением – увы… Просто большинство людей не задумывается над тем, что видит. Они попросту не делают различия в этом. Иное дело – маг…

И вот как я должен это всё воспринимать? Честно говоря – мне как-то пофиг… Но, возможно, Крон чего-то от меня ожидает?

– Я… мне даже как-то трудно это представить…

Магистр сочувственно кивает.

– И не только вам!

– Что же теперь будет?

– Судя по количеству пустых бутылок, которые мы обнаружили на месте преступления, вам влили почти десятикратную дозу зелья!

Ну… не стану спорить – я много там принял на грудь…

– То есть, колдовать…

– Вы больше не сможете.

Да я и раньше-то этого не умел…

– Навсегда?

– Думаю, что очень надолго. И более того, вы не можете видеть ауру других людей. И всё, что этому сопутствует.

Так… Это все подарки, или ещё что-то есть? Выкладывай уж всё разом!

– Мы также не смогли установить вашу личность, положение и место проживания – эти данные… э-э-э…

– Тоже кто-то стёр?

– Ну… вроде того… Поймите, это первый такой случай за последние сто лет!

Да, хоть за двести… мне-то что с того?

– И как мне жить дальше?

Вопрос не праздный. Бродяг тут не жалуют. А каждый житель, как я уже понял, каким-то хитрым образом учитывается по месту жительства.

Крон почёсывает бороду.

– Видите ли, мастер Гор… Оговорюсь – это моё личное мнение. Его приняли во внимание, но – и только. Последствий это не возымело.

– Да, говорите уж…

– На вас – очень дорогостоящий доспех – идеально подогнанный по фигуре.

Блин, так я сам его и делал – и именно для себя.

– Впрочем, Зеркало всегда изготавливается под конкретного заказчика… Я видел, как его не пробивали стрелы с наложенным заклятием сокрушения и пробития.

Вот, стало быть, какое у них объяснение? А что – с их-то точки зрения… всё очень даже понятно и объяснимо. Ну, а с моей наковальни – титана тут ещё долго знать не будут.

– Не совсем привычное оружие. Вы – несомненно, мастер, хорошо разбирающийся в кузнечном деле. Ну, а как вы умеете драться – я видел своими глазами. Более того – вы используете тактику и приёмы боя, которые свойственны лишь имперским мечникам. У нас таких вещей практически не знают и не применяют.

Магистр откидывается в кресле.

– Моя точка зрения такова. Вы – в прошлом, разумеется, вероятно были достаточно богатым и влиятельным человеком, возможно – военным. Заказали же себе Зеркало – значит, имели на это средства. И у вас имелись могущественные враги, которые, по какой-то причине не могли вас убить.

– Ну, – пожимаю я плечами. – Нет человека – нет проблемы.

– Не скажите! – покачивает пальцем магистр. – Иногда – так проблемы начинаются именно после его смерти…

– И так может быть.

– Так вот – вас решили стереть. Или выставить умалишённым и утерявшим все свои способности. Как вам такая версия?

– Ну… а зачем?

– Этого мы не знаем. Но зачем-то вам погрузили в повозку множество инструментов и заготовок, на которых не поленились уничтожить всё следы, указывающие на то, кто и где всё это сделал. Это – уже само по себе, достаточно трудоёмкий процесс. И тем не менее – на это пошли… Возможно для того, чтобы выставить вас потерявшим память кузнецом? Я не исключаю, что вы вообще не из наших мест. Возможно – даже не из нашего королевства!

Бери выше – вообще не из этого мира!

– Город обязан вам. И вы не сделали ничего противозаконного – более того, оказывали нам посильную помощь, не щадя своей жизни.

Предложение было следующим.

Во все городские документы меня внесут как кузнеца Лекса Гора. Подтверждение моего статуса уже произведено двумя местными мастерами.

Я получаю жалованную грамоту – разрешение на проживание в городе и окрестностях. Специальный нагрудный знак, по которому буду опознаваем всеми официальными лицами. Мне предоставляется разрешение на занятие тремя видами деятельности – по моему выбору. (Нехилый, кстати, подарок – здесь за это платят.) Освобождение от налогов на год. Право торговать на рынке – по согласованию со старшими соответствующего ряда.

Как принимавший участие в защите города с оружием в руках, я имею право носить оружие, которое изготовлю собственноручно. Есть здесь какая-то заковыка… но и хрен бы пока с ней!

Как сразивший своими руками предводителя вражеского войска – получаю статус почётного гражданина. Тут, насколько я знаю, есть какие-то особые привилегии, но это и после можно выяснить.

И всё.

– Вы согласны?

– Да.

– Прошу официально подтвердить ваше согласие перед гильдией магистров.

В комнату входит давешний маг-целитель, одобрительно кивнувший мне. И ещё трое, в том числе и уже знакомый ранее старичок, дежуривший в прошлый раз – когда мы сюда воришку приволакивали.

Крон зачитывает вслух официальную бумагу с перечнем плюшек и обязанностей (а вот про это, злодей, он умолчал!), и я – также вслух, выражаю своё согласие. Маги поочередно прикладывают к бумаге ладонь – и на ней отображается четко видимый паппилярный узор. Во, как тут у них…

Бумагу уносят, а мне выдают здоровенную бляху на цепочке. Это, типа, на шее носить…

А в казарме меня уже ждут. В столовой накрыли стол, принесли вина…

– Мастер Дин, а кто поручился за меня перед гильдией магов, кроме вас?

– Так старшина кузнечного ряда – кто ж ещё? Моим словам он верит!

Так, стало быть, и ему теперь ятаган ковать…

А утром меня разбудила труба. На этот раз сигнал был привычным и обыденным. Не тороплюсь вставать, потягиваюсь.

По решению сотника я могу жить в этой комнате до тех пор, пока не построю (или не куплю) собственного дома. Плата простая – учить новобранцев вместе с усатым наставником. Два часа в день – и свободен.

Но сегодня… сегодня я никуда спешить не хочу. Разве что на завтрак?

Выхожу во двор и сразу же натыкаюсь на одного из своих будущих учеников.

– Мастер Гор! А я как раз хотел к вам постучаться…

– А в чём дело?

– Там, у ворот, – указывает он рукой. – Какой-то парень с самого утра стоит… Мастер Ян сказал, что это к вам.

Здрасьте, это кто тут такой выискался? Нет у меня в городе знакомых… тем более каких-то там парней…

Тут я ошибся – лицо этого человека мне знакомо. И даже имя. Неудачливый воришка – Ларс.

И он, совершенно точно, ждёт именно меня – ибо стоило мне выйти за ворота, он тотчас же вскочил на ноги, сделав виноватое лицо. Нате-здрасьте – это как теперь понимать?

При моем приближении мальчишка сорвал шапку с головы, поклонился и забубнил слова благодарности за то, что я не сдал его на суд магистрам. Ну, еще бы, я, почитай ему жизнь спас. Только вот воровством он более промышлять не может, лавочка закрыта.

– Спасибо вам, господин, за вашу доброту. Ей-богу… крайняя нужда заставила…чтоб мне провалиться… – парень удрученно затих и потупил взгляд.

А ведь он не просто так пришёл… что-то ему от меня нужно – это и за версту видать!

– Ну, и что мне теперь с тобой делать-то? – раздраженно буркнул я, поглядывая на Ларса. – Жили, не тужили – и тут, нате – нарисовался… Я, что – подписался тебя пожизненно из всякой беды вызволять?

Парень с безнадежным видом стоял передо мной, переминаясь с ноги на ногу.

– Ну, ты оглох, что ли? Что мне теперь делать с тобой? – повышаю я голос.

– А что вашей милости угодно, – бурчит в ответ Ларс и отворачивается. В последний момент я вижу, как у парня кривятся губы.

– Значит, так! Мне тут поездка предстоит – со мной поедешь, раз так. Не хочу, чтобы ты опять в тюрьму по собственной дурости угодил. В принципе… помощник всё равно нужен, может, ты и сгодишься. А если не так – отправлю тебя прочь, куда глаза глядят, цацкаться не буду, усек?

Парень оторопел от такой перспективы, поначалу лицо оживилось надеждой, глаза заблестели. Но потом опять помрачнел и отрицательно покачал головой.

– Воля ваша, мастер, но не могу я с вами. Собака у меня в деревне больная, сдохнет пес без меня, не возьму грех, – понурился Ларс. – Простите уж.

Кранты, мне еще только больной собаки не хватало! Ну и пусть катится в свою деревню!

Но тут услужливая память выхватывает воспоминания из детства. У самого была собака, любил ее очень, и помню горечь ее потери, когда ее сбила машина.

– Ну, давай, показывай, где живешь. Заодно познакомимся поближе, – неожиданно для себя сказал я.

– Зачем это вам, мастер Гор? – с подозрением спрашивает мой новый приятель. И быстро добавляет, – Деревня моя рядом, на повозке мигом доберемся. А что?

Провожаю его к конюшне. Первое задание будет простым – запрячь лошадей и подготовить повозку к выезду. На всё – полчаса, время пошло!

Он уложился даже раньше…

Посадив парня рядом, держим путь в деревню. По дороге, раз делать покуда нечего, выясняю историю Ларса.

Родители его умерли, а сам Ларс нанялся на соляную шахту работать – возницей, соль в обозе перевозил в город. Работа неплохая, ему хватало сводить концы с концами.

– Я щенка нашел на дороге в прошлом годе, видно, с повозки он скатился, да в кусты и уполз. Потому его не нашли, да и под чужие колеса не попал. Голодный был, пищал громко. Дай, думаю, взгляну, кто там мяукает? Да и взял себе. Край – так я его назвал. Здоровый пес вырос, сильный. Башка огромная, аж страшно, как пасть откроет. Его все собаки в округе стороной обходили, – Ларс покосился на меня, проверяя – верю или нет.

Ну, верю. Бойцовая порода, наверное, потому и башка большая. У нас таких специально выращивают, хоть бои и запрещены, но любителей таких собак у нас много. Если правильно воспитывать, то абсолютно нормальная собака выйдет. Только хозяина обижать, думаю, все равно не стоит – с такой-то зверюгой.

– Я все на ошейник денег хотел накопить, чтобы видно было, что хозяин у нее есть, – продолжает тем временем Ларс. – Дорого кожаный ошейник стоит. Не успел денег накопить – забрали у меня Края.

Как-то на двор к Ларсу завалились мужички, по всему видно – лихие ребята. Оказалось, прихвостни местного авторитета – Крена Одноглазого, большого любителя собачьих боев. Видать, присмотрел кто-то из его приближенных собаку, а может, из соседей кто доложил, дескать, перспективный пес дорогой породы у какого-то оборванца имеется.

– Утащили Края, в клетке увезли, а мне на всякий случай еще и по зубам надавали…

Ларс судорожно сглотнул, замолчал и куда-то уставился. Потом сбивчиво рассказал, как приходил к Одноглазому, хотел просить, чтобы пса вернул, да он даже до себя не пустил, слуги пинками Ларса выгнали со двора.

– Я за вход заплатил, на бои эти, чтобы Края увидеть бы хоть глазком, – продолжал Ларс. – На него многие поставили тогда, – и опять молчит. – Да он драться не стал, как меня почуял. Сел в песок и завыл.

Одноглазый осерчал на собаку, велел отлупить дубинками, да бросить на помойку умирать. Ларс все это видел, тайком следя за злодеями. Притащил Края на руках домой. Используя свои магические способности, пролечил, как мог. Собрал остаток денег, что-то продал и обратился к магу-целителю. Собранных средств, к сожалению, оказалось недостаточно, чтобы излечить собаку полностью. Хоть не помер пес – и то уже хорошо! Забрезжила надежда, что все наладится.

– И что дальше случилось? – глухо спросил я. Ненавижу таких уродов, как этот Крен. Я, конечно, не добрый доктор Айболит, но, ни одной животине зла не причиню. Попался ты, Хрен Одноглазый, теперь тебя как минимум двое не любят, подумал я.

Ларс горько вздохнул. Мне расхотелось слушать продолжение, почему-то я был уверен, что там будет какой-нибудь противный финал.

– Через пару дней гости ко мне приехали. Сам Крен пожаловал. Орал дурным голосом, что «Твоя никчемная собака меня чуть не разорила! Ты мне должен!! Шкуру спущу, кишки на забор намотаю!»

Короче, по его бандитской логике, Ларс Одноглазого подставил, и теперь должен ему денег. Долг надлежит уплатить сполна и в короткий срок, иначе смерть. Пришлось вообще все продать, даже соль пытался своровать, за что старший обоза выгнал его с работы.

Оставшись без имущества и работы, Ларс стал промышлять мелкими кражами, но на еду не хватало, и с каждым днем жизнь медленно уходила из больного Края.

– Ясно, поэтому ты и попытался меня обворовать? – закончил я его печальное повествование. – Чтобы купить еды?

Теперь мне уже казалось, что лучше бы этот тощий парень украл деньги, но меня не впутывал в эти дела. Знал бы заранее, дал бы ему уйти. А теперь вот – «мы в ответе за тех, кого приручили».

– Да, мастер Гор. Простите меня, если можете… Не надо было мне красть у вашей милости, надо было красть у господ попроще… – вздохнул Ларс.

– Ты идиот, – буркнул я.

– Как угодно, мастер, – сокрушенно согласился Ларс.

Наконец-то мы приехали в деревню Ларса. Одна улица, по сторонам стоят хижины, а вот и наша. Хуже себе и представить нельзя. Нищенская обстановка, земляной пол. В углу холодный закопченный очаг. Радом с ним на куче тряпья лежит самый настоящий скелет зверя. Впалые, обтянутые кожей бока, судорожно поднимаются и опадают, из горла вырывается то ли стон, то ли хрип. Пустая деревянная миска валяется рядом с подстилкой, в доме нет никакой еды, только кадка с водой у входа стоит.

Мне снится ужасный сон. Я старательно поморгал. Не помогло. Пришлось признать, что все это происходит на самом деле, и что я очень сильно расстроен.

Вдобавок ко всему, Ларс бросился на колени перед кучей тряпья и стал гладить издыхающую собаку. Так… надо собраться и что-то сделать, приказываю себе.

– Быстро сгоняй к соседям и купи какой-нибудь еды, вот тебе деньги… Курицу, молока!!! Что хочешь! Мигом, если желаешь, чтобы собака жила!! – заорал я на растерявшегося Ларса. Тот смылся с моих глаз со скоростью света.

Мне как-то полегчало. Я, конечно, не ветеринар, но собака у меня в свое время была. А еще моя соседка и одноклассница, Ленка, была самым настоящим ветеринаром. В доме у нее постоянно обитали какие-то полудохлики – кошки, собаки, морские свинки, – подобранные на улице, попавшие под колеса машин, потеряшки или отказники. Она их старательно выхаживала с такими же, как она, добровольцами и пристраивала в добрые руки. Я помогал ей, когда мог, ну и опыта немного набрался. Поставим Края на ноги, сильный пес, сдюжит.

Как только стало возможно перевозить собаку, мы покинули деревню. Я снял Ларсу комнату на постоялом дворе, съездил на рынок и по совету парня купил кое-каких снадобьев, большой кусок холста и красивый кожаный ошейник. Правда, сейчас этот ошейник можно было застегнуть, пожалуй, вокруг всей собаки, но, надеюсь, не всегда же так будет?

У Ларса при виде подарка заблестели глаза, и он отвернулся, чтобы скрыть волнение.

– А полотно зачем? – удивленно спросил он.

– Край ходить совсем разучился, надо лапы разрабатывать. Вот теперь пропусти полотно под животом у пса, и води его по земле каждый день, пока пес не начнет ходить сам.

Показал этот прием Ларсу, мы отрепетировали это упражнение, и, убедившись, что все идет путем, я отбыл в город по своим делам, пообещав вскорости проведать своих подопечных.

Город, куда мне «посчастливилось» попасть, носил название Кредель. Я про себя называл его «крендель», запомнить проще, да и веселее как-то звучит. С названиями у меня, как назло, всегда беда, никак они в голове не хотели оставаться. Поэтому соседняя деревня Атрас стала, сами понимаете, «матрас», река Саар стала «сахар», а соседний городок Кобела – «кобыла» и так далее по списку. Крендель наш – довольно зажиточный, о чем в первую очередь свидетельствует большая рыночная площадь сразу перед городскими воротами. По воскресеньям и праздничным дням тут всегда проходит бойкая торговля. Со всех окрестностей наезжает мастеровой люд и покупатели. Городским, естественно, везет больше, у них своя лавка или лабаз за стенами, важного покупателя завсегда можно туда проводить, показать весь свой товар, а приезжим остается торговать лишь тем, что в телегу влезло. Конкуренция тут неслабая, и город блюдет свои интересы – хочешь торговать на улицах, плати пошлину, которая тут же собирается у городских ворот. Хочешь жить в городе и работать – плати налоги в городскую казну, купи дом или арендуй жилье, мастерскую, место на рынке, и т. п.

Я уже понял, что «нет в жизни счастья», когда бы и где бы ты ни жил. Везде найдется «чуткое руководство», желающее нагреть руки и все остальное на тех, кто реально что-то создает. Но на сей счет, у меня имелись собственные соображения, которые шли вразрез с политикой городских властей – любых, независимо от места пребывания. Но, вот как раз им и знать-то об этом не надобно, меньше знаешь – крепче спишь.

Сразу за воротами на малюсенькой улице располагаются «лучшие» заведения города – винные погребки, харчевни и кабаки. За первой линией домишек открывается небольшая замковая площадь с глубоким колодцем в дальнем углу, за которой расположился настоящий каменный замок с широкой лестницей, высокими колоннами, изящными арками с небольшими стрельчатыми окнами. Стены из желтого камня все испещрены рытвинами, царапинами, сколами, видно, что стены выдерживали немало сражений. Но огромные каменные блоки плотно пригнаны друг к другу и надежно охраняют обитателей замка. И хотя я ни разу не архитектор, но красоту и функциональность замка оценил с первого взгляда – никаких дурацких балкончиков и бессмысленных наворотов. Чётко и конкретно – всё предназначено для успешной обороны, ничего лишнего. Из украшений – горгульи на стенах, страшные как черт, так что украшением их можно назвать разве что сослепу – да и то с большой натяжкой. И все же красивый замок, строгий, светлый, аккуратный.

А неподалёку от замка возвышается монастырь. Нет, он, разумеется, имеет и своё название – «Дом благочестия и смирения», но мне куда как проще именовать его привычным словом.

Красивое, надо сказать, сооружение. С большой золотой стрелой на шпиле. Стрела – это местный религиозный символ. По-моему, так она куда больше молнию напоминает… но, вполне возможно, что там нечто другое имеется в виду.

Вообще, церковь тут крайне своеобразная. Монахи тоже не лопухи в смысле магии. Колдуют за милую душу! Официально – лечение и исцеление. Тут они признанные мастера, никаких сомнений. Но некий жизненный опыт мне подсказывает, что одними только исцелениями такого авторитета не заработать. Мне пока не приходилось с ними общаться, но, пожалуй, не стоит этого надолго откладывать. Нельзя всерьёз что-то затевать, не выяснив позиции всех серьёзных игроков в округе. А то, что монахи тут именно таковыми и являются – лично мне понятно и без дополнительных разъяснений. За что-то же отстёгивают им часть доходов все местные торговцы? Уж явно не за красивые глаза…

От замковой площади улочки нашего городка расходятся лучами в стороны. Улиц у нас аж целых три, и несметная куча переулков, образующих такое же бесчисленное количество площадей и площадок. С утра до ночи в мастерских и прямо на улицах копошится мастеровой народ, шумно – ужас. Особенно если колеса стучат по булыжникам. Торговля – двигатель экономики, у нас здесь этот двигатель ни на минуту не замирает.

На поиски подходящей мастерской я потратил несколько дней. Разведывал обстановку в разговорах с мастерами, встречался с владельцами помещений на предмет аренды или покупки – здесь такие дела обсуждаются обстоятельно, неспешно, с долгими подходами и витиеватыми речами, опять же – торг уместен, как говорится. Время в городе пролетело незаметно. В конце концов, нашел перспективную «точку» – две больших комнаты для торговли, со складом и «производственным помещением», которая располагалась в Оружейном переулке. Названия улиц оригинальностью не отличались – Торговая площадь, Маслобойный тупик, Кожевенный переулок и т. д. Зато точно знаешь, куда попал.

Эх, где ж денег взять?! С такими тяжкими думами я выезжал за городские ворота Кределя.

Хорошо сказать – иди, мол, обустраивайся в городе. На какие шиши, с позволения сказать, мне тут обустраиваться? Магистры, вообще-то, могли бы и деньжат подкинуть…

Ага, щас!

Когда это любая власть что-нибудь кому-то платила? Взять – вот это завсегда! А дать…

Пожалованные мне привилегии, лично для гильдии магов, не стоят вообще ни копейки. Вся плата за подобные разрешения вносится в городскую управу, до гильдии не доходит ничего – у них свои источники доходов. Так что маги сделали красивый жест – а заодно прокинули на бабки город. И не возразишь…

Да и к тому же – я не знаю местных правил и обычаев, не ровен час, нарушу какой-нибудь идиотский закон, или чьи-нибудь заклятия ненароком поломаю, так потом хрен расхлебаешь.

Эх, нет рядом какого-нибудь знатока…

Ну, ладно, с законами мы постепенно разберемся, а вот что делать с деньгами, вернее, без них? Наше маленькое «соусное» предприятие дает, разумеется, кое-какой доход – так я ведь не один там присутствую! Да и этих средств мне явно недостаточно, чтобы арендовать или купить мастерскую. А ведь ещё требуется нанять подручников, закупить сырье…

Надо придумать, где взять стартовый капитал. Конечно, всегда можно взять в долю кого-нибудь из новых знакомцев, но это отложим на крайний случай. Тот же староста кузнечного ряда, да и мастер Дин, как я думаю, с охотой на это пойдут – но мне-то после этого останется?

Нужно пораскинуть мозгами. Эх, жаль я не химик и не врач, уж напридумывал бы чего-нибудь такого, чего тут нет. Ну, почему я кузнец? Тут кроме меня таких мастеров – пруд пруди. И угораздило же…

С такими тяжкими думами я въезжал в городские ворота Кределя. На рыночной площади, взобравшись на помост, о чем-то противным голосом верещал глашатай, довольно большая толпа народу с любопытством слушала его вопли.

«… И если украденное добро будет возвращено их законному владельцу, либо указано место, где оно скрыто, и сведения эти подтвердятся, то награда за это будет выплачена в сто золотых монет лично от досточтимого караванщика Феста Неглоя. А также освобождение от налогов на год – от городской управы…» – дальше крики глашатая стали плохо слышны из-за гула толпы, выражавшей одобрение по поводу размера вознаграждения.

– О чем речь, уважаемый? – склонившись с повозки, задаю я вопрос старичку, только что отошедшему от трибуны.

– Дык, опять Хлуд Коса, не к добру он будь помянут! – старик поплевал через плечо. – Караван, значит, пограбил. Людей побил, скот увел, да и добра изрядно уволок. Почтенный караванщик Фест, да власти города награду назначили. Да разве его найдешь, украденное? Уж сколько ищут, да все зазря.

– А что из себя этот Хлуд представляет? – поймав удивленный взгляд старика, поясняю, – Я не местный, отец, извини, если лишние вопросы задаю.

– Разбойник он, вот кто, – буркнул старик, и плюнул в пыль. – Убивец и вор. Спасу от него нет, могила по этому Хлуду плачет… – старик вдруг осекся, испуганно рыскнул глазами по сторонам и пустился наутек.

Я ни хрена не понял, чего это старик так забеспокоился? Прямо вприпрыжку побежал, как-будто за ним сам черт гнался. Вроде бы, ничего такого он не сказал, что скрывать надо было? Или сказал?

Хм…

Надо с этим разобраться!

Останавливаюсь у ближайшей корчмы, за повозкой присмотрит мальчишка-служка – он именно для этого на улице и стоит. Захожу внутрь и сажусь за ближайший стол. Пиво у них неплохое, в помещении темновато, оно и к лучшему, думать сподручнее. За кружкой пива анализирую услышанное.

А почему бы и не побороться за награду? Ясно, что тут магией за версту несет, и местные следопыты, небось, носом землю роют. Ну, тут они профи, поляну знают – куда мне с ними тягаться!

Это с одной стороны, а с другой – ведь никто, кроме меня воришку Ларса не заметил. Так ведь? А его родовое заклятие, как я уже осторожно выяснил, штука крайне интересная и серьёзная. Не каждый сможет ему противостоять…

Значит, есть у меня преимущество, и этим надо воспользоваться. А что старик так забеспокоился, интересно? Стоял себе спокойно, рассказывал…

Стоп.

Что-то в голове промелькнуло.

Когда это он припустился? Да как только сказал, что могила по Хлуду плачет. Вокруг никого не было – значит, он слов своих испугался. И что же такого он сказал?

Три слова.

Вернее – уже два, так как имя разбойника старик произносил не раз. Значит, могила плачет… Либо ритуал какой-то помянул, либо есть в этих словах двойной смысл.

Ну что же, уже какая-то определенность. Порасспрошу Ларса, Яна, старуху Игу – кто-нибудь из них, наверняка, в курсе. Уж точно что-нибудь узнаю.

Теперь к награбленному добру.

С чего начнем? Первое, надо бы собрать дополнительную информацию. Источников несколько: знакомые среди стражи, егеря (или кто у них всякими угодьями заведует), караванщики. На это можно отрядить Ларса… хм, а кто с ним вообще разговаривать-то станет? Со вчерашним оборванцем-то?

Не, не пойдет…

Ладно, со стражниками поговорю сам, авось старый Ян окажет содействие. Карты бы посмотреть. А есть у них хоть какие карты?

Второе, попробуем поставить себя на место разбойников, используя собственный опыт или интуицию. С собственным опытом выходит у меня полный облом – отродясь ничего не воровал и не собираюсь, а вот на интуицию пожаловаться не могу, ни разу она меня еще не подводила.

Ну-с, начнем.

Если бы я сам, допустим, воровал у граждан добро, то куда бы складывал? Эта идея меня настолько увлекла своей новизной, что я представил себя сидящим на куче мешков в какой-нибудь пещере, освещенной светом факелов. Картинка показалась такой смешной, что я даже фыркнул от смеха, чем привлек внимание забулдыг с соседнего стола. Те оторвались от своих кружек и тупо уставились на меня. Впрочем, ненадолго, пиво оказалось интереснее, чем моя персона.

И все же, ворованное добро надо куда-то складывать. Ведь не будешь его продавать в ближайшем городе, тут никакая магия не поможет, вмиг Серая, или ещё какая-нибудь, стража заловит. Или кто из пострадавших узнает свое имущество и донесет.

Да и маги-следопыты что-то могут пронюхать…

Нет, тут награбленное никто сбывать не станет, по любому надо увозить в сопредельные территории. Вопрос, на чем? Летать тут еще не научились, равно как и железных дорог нет. Остаются обычные дороги для передвижения, и опять возникает риск напороться на стражу, военные формирования или серьезный конвой какого-нибудь высокопоставленного вельможи.

В лесу под елкой награбленное не сложишь – ненадежно. Как ни колдуй, а маг-следопыт найти может, да и рядовые колдуны тоже не лыком шиты, приберут к рукам нажитое добро – и поминай как звали.

Какая-нибудь деревенька в лесу – конечно, возможно но, маловероятно. Жители там есть, и я не думаю, что они все такие уж затворники – куда-нибудь да выезжают. И сильно сомнительно, чтобы они там все были немыми – так что шанс проболтаться всегда имеет место быть.

Нет, определенно разбойники должны найти какое-то укромное место, чтобы дождь не намочил, зверь не попортил. Удобно расположенное – для дальнейшей транспортировки богатств.

Что-нибудь типа пещеры. Но я слабо верю, что разбойники бы сами стали копать подземелье, не царское это дело. Только если оккупировать чье-то чужое помещение, либо естественные пещеры… Ну, нет тут другого выхода.

Для перевозки богатств на месте воров я бы выбрал речной путь. На кораблях и быстрее, и спрятаться можно, и проскочить проще, а если что – концы в воду, как говориться. Значит, схрон надо искать у реки, где-нибудь по берегам. Остается выяснить, какие тут имеются реки и изучить местность. По крайней мере, это шанс, и им надо воспользоваться.

Ну что же, первый шаг сделан. Надо переходить к делу. Расплачиваюсь мелкой монеткой за кружку пива и покидаю корчму.

Ладно, надо будет тут кое-какие вопросы утрясти и смотаться на постоялый двор.

Поговорить с Ларсом и посмотреть заодно, как там дела у Края. Пару-тройку дней это точно займёт, а за это время, глядишь, собакин и поправиться…

Бывший воришка ответственно подошел к лечению собаки, когда я приехал, он водил по двору Края, пропустив полотно под его животом. Стряпуха, ее помощница и хозяин постоялого двора с любопытством наблюдали за этой сценой. Не могу сказать, что у Края здорово получалось ходить – задние лапы он еле переставлял, но на вид собака уже выглядела здоровее. Видно было, что оба – Ларс и пес – стараются изо всех сил.

– Как успехи?

Ларс вскидывает голову и улыбается в ответ. Улыбка у парня ясная, широкая, глаза прямо светятся от счастья. Край тоже завозился в своей попоне, заскреб передними лапами по земле, завизжал и забулькал, надо понимать, от радости. Ну что же, уже неплохо.

– Дело есть, давай в дом, – подхватываю собаку на руки, и мы дружно топаем по деревянной лестнице в комнату. Край по дороге умудряется лизнуть меня в лицо своим горячим языком. Весь обслюнявленный, укладываю собаку на подстилку. Спасибо, конечно, но я бы и без этих телячьих нежностей обошёлся как-нибудь.

– Расскажи-ка мне про Хлуда Косу, да все эти разбойничьи дела. И поподробнее, все, что знаешь.

Рассказчик из Ларса неплохой, а парень он далеко неглупый и наблюдательный. С его слов выяснилось, что года три назад появился в окрестности некто Хлуд по прозвищу Коса. Толком его никто не видел, ходят слухи, что он из военных, да кто же знает точно? Сколотил шайку из местных проходимцев, да и начал свое воровское предприятие. Свое прозвище Коса он получил из-за кривой сабли, которой рубил головы жертвам. Удачлив, хитер, очень жесток и жаден, свидетелей старается не оставлять, грабит дерзко и нагло.

Скорее всего, Хлуд очень приличный колдун или даже маг – всегда знает, какой момент выбрать, и где устроить засаду. Он нападает не только на одиноких путников, но и на путешественников с телохранителями, и даже… о нахальство!.. на охраняемые караваны. А ведь за охрану караванов страже и магам платят приличные деньги. Но то тут, то там, на торговые обозы случаются нападения, и на улицах города в очередной раз глашатаи рвут глотки и сулят очередную награду. Только результата пока никакого нет. Маги-сыщики носом роют землю, чтобы хоть на след напасть, патрули военные на Хлуда ополчились, но все попусту.

– А где он нападет в основном? Может, есть какая-то закономерность? – выпытываю у Ларса.

– Никто ничего не знает. Караван просто исчезает – это, если небольшой. А если большой – там иначе всё происходит. В какой-то момент вдруг пропадает часть груза – совсем бесследно, словно и не было его никогда. И никто ничего не видит… А потом тех людей, ну, что с пропавшим грузом ехали, находят мертвыми. Часто – и без головы вовсе. Говорят, что сам Хлуд эти головы и рубит.

– Но ведь это же не посреди чистого поля происходит, так ведь? Есть же какие-то места, где это бывает реже или, наоборот – чаще…

Парень кивает – есть такое дело. Понятно, что он многого не знает, так ведь за несколько лет слухи и до него успели дойти…

Сижу, киваю, слушаю внимательно. Ларс бубнит, перечисляя мне случаи последних нападений шайки. Пока ничего не складывается. В голове опять что-то щелкает – и я внезапно перебиваю собеседника:

– А почему могила плачет? – наобум задаю вопрос.

Он замолкает и втягивает испуганно голову в плечи. Озирается по сторонам и делает какие-то пассы рукой, типа колдует.

– Э-э-э, со мной такие штуки не проходят, парень, ты же знаешь, – строго говорю я, глядя на него в упор. – Ну-ка, выкладывай мне, в чем тут заковыка?!

Но Ларсу не до шуток, он явно испугался, причем страх его даже собака почуяла. Край тревожно поднял голову и внимательно смотрит на хозяина.

– Что ты, что ты, – зашептал он тревожно. – Мастер Гор, Могила никогда не плачет, он даже не знает, что такое слезы… О нем и говорить-то вслух нельзя, это не к добру.

Из его сбивчивого рассказа я понимаю, что есть у Хлуда, по всему, какой-то могущественный покровитель, маг огромной силы, и зовут его, не поверите – Кнут Могила. Причем, это не прозвище, а самое настоящее имя. Надо сказать, родители этого Кнута явно имели болезненную фантазию, надо же было так ребенка назвать. Наверное, окружающие его опасались прям с детства.

Я поежился и невольно вспомнил собственный опыт. В нашей школе учился мальчик по имени Фрол Кащеев. Не повезло парню с именем, что уж сказать. Но фамилия вообще не шла ни в какое сравнение, все ученики вплоть до пятого класса до усрачки его боялись. А после пятого – жалели. Я иногда представлял, что вот он женится, и будут про его супругу говорить – Кащеева жена. Жуть. Кстати, он так и не женился, может, в том числе из-за фамилии. И сколько я его помню, был он тощий, какой-то безликий и безжизненный. Ну, вот и скажите мне после этого, что фамилия тут ни при чем.

– Говорят, кто Кнута Могилу увидит, тому долго не жить. Быстренько туда и отправится, – испуганно шепчет Ларс.

– Куда? – тупо уставившись на Ларса, спрашиваю я.

– Ну, в могилу то есть… Даже и упоминать-то его страшно, а уж вместе с Косой…

– А что, были случаи? Ну, там, увидел кто, рассказал, а потом помер? Или хотя бы исчез? – надо постараться отделить правду от вымысла, а то так нагородить можно всякого, потом век не разберешься.

– Были…

Услышанное от Ларса необходимо было сопоставить как минимум еще с одним источником, я имею в виду усача Яна. Но сначала отправляю по делам своего помощника – поговорить с караванщиками, и узнать, кто из магов в городе специализируется на розыске украденного. Сам еду назад к Яну, заодно проверю, как у них там с нашими приправами дела обстоят.

Ян внимательно выслушал мои планы, долго на меня смотрел, потом кивнул, как бы соглашаясь.

– Ну что же, парень. Мужик ты с головой, чудной, конечно, не скрою. Но не трус, да и от магии тебя доспех может защитить, если что. Глядишь – и получится чего из твоей затеи. Только я тут тебе плохой помощник. Служба у меня, не до поиска краденного. Так что ты рассчитывай тут на себя, сам пойми, я человек военный, у меня одно дело – приказ выполнять.

– Не вопрос, уважаемый Ян. Ты мне только скажи, есть ли карты у вас какие, или может, рисунки местности? Я ж не местный, когда я тут все изучу…

Ян надулся и выпятил челюсть.

– Обижаешь, мастер. У нас не просто рисунки, а карты есть, самые, причем, достоверные. Одна у нас в крепости есть, для учебных целей используем. Отдать не могу, но посмотреть в сторожевой башне можно, после смены вместе зайдем, покажу, – важно проговорил он, и встал, тем самым показывая, что разговор окончен.

Карта действительно подробная, с обозначением населенных пунктов, дорог, переправ и естественных препятствий – рек, возвышенностей, лесов и полей.

Из пояснений усача я понял, что более-менее приличные суда могли пройти только по одной реке – Саар. Однако Саар очень популярный караванный путь, и возникал естественный вопрос – как разбойники могли под носом у всех орудовать на реке и не быть замеченными? К тому же, пещер по берегам не наблюдалось, искали там уже много раз, все уголки наизнанку вывернули – нет там разбойников, утверждал Ян.

А жалко, разочарованно думал я. Для перевозки награбленного добра в соседние владения эта река – просто идеальный вариант. Сижу, читаю надписи на карте – Черный залив, Волчий берег, Три Порога, Замковый Утес, Змеиный водопад…

– Названия такие откуда, они значат что-то, не скажешь ли, уважаемый Ян? – упорно цепляюсь за свою идею.

Он терпеливо объясняет происхождение названий:

– В заливе дно из черного песка, вода совсем темная, и огромные осколки скал на дне, как зубы дракона. Того и гляди, кораблем напорешься, место шибко опасное. Хоть и глубокая там вода, но столько судов затонуло – не счесть.

Отметаем этот залив, не будут разбойники ежеминутно рисковать, лавируя между камней.

– …А на Волчий берег выходить не следует, там лес густой по сторонам, зверья невиданного – тьма…

Еще одним вариантом меньше, ну что за река такая? Хотя может, они все такие – много я, что ли, рек знаю? А Ян все бубнит и бубнит, перечисляет все известные ему сведения.

– Опять же, пороги потом, тоже непростые – «Три ступеньки» хоть возьми, одна сложнее другой, ухо надо держать востро, там не причалить. Ну, Замковым народ прозвал Утес уж лет двести назад, там когда-то гарнизон стоял, да уж давно нет ничего, и никаких пещер отродясь не было. А водопад неспроста Змеиным кличут – он по крутому берегу, извиваясь, словно змея, сбегает вниз тонкой лентой. Очень змею напоминает, еще блестит, как чешуя на солнце. Но уже у самой реки образует гигантский поток, который с грохотом падает в реку, образуя буруны и водовороты, – пустился в описания усач. – Зато зрелище такое красивое, что дух завораживает… радуга там еще постоянно висит в солнечные дни… а за ним – бухта Тихая, ну а далее… – и все по карте обстоятельно так рассказывает.

Долго мы с ним карту изучали, я уже ориентироваться начал неплохо. Ян, сославшись на дела, засобирался. Попросив разрешения еще немного посидеть над картой, я остался один.

Что еще можно сделать? Сопоставим-ка берег с дорогами, добро же надо как-то подвозить, переносить, грузить. И сразу отметаем места, где к берегу не причалить. Намечаю перспективные точки, немного таких оказалось.

И первым делом отправимся смотреть утес, есть у меня подозрение, что слово Замковый – ключевое. Раз был там когда-то замок, значит, подземелье могло остаться, или какие-то конструкции, и причал там должен быть удобный, раз гарнизон стоял. Да, пещер там, если верить наставнику, нет. Но какой же замок без подвалов? И хотя сейчас вместо дороги на карте указана еле заметная тропа, меня это не смущает. Все на этом месте сходится. И если там схрона нет, то все равно стоит поискать следы шайки, уж очень место для высадки удобное. А то, что магия на меня не влияет – оно мне на руку.

Я еще пару-тройку дней в гарнизоне повертелся, занимаясь предпринимательством, так сказать, и насчет карты подсуетился с разрешения Яна. Отбывал я на постоялый двор уже с собственной картой. Срисовал мне её брат Ино из того самого монастыря. Работу он сделал за день, а монастырская трапезная обогатилась приличным горшком аджики, которого братии хватит, наверное, на целую неделю. Уж, насколько я знаю всяких там монахов, пожрать вкусно – они все мастера!

На обратном пути меня ждал приятный сюрприз. Не успел я появиться на постоялом дворе, как ко мне заковылял, помахивая хвостом, тощий, но веселый Край. Тут же из-за угла вынырнул довольный Ларс. Я похвалил его за успехи, похлопал по загривку Края, и мы уселись обсуждать новости.

Ларс тоже кое-что накопал. Покрутившись в тавернах и кабачках, послушал разговоры караванщиков, торговцев и моряков. У последних разговоры велись на повседневные темы, а вот караванщики и купцы то и дело жаловались на свои дела. Нападения участились, и хотя мелкие шайки и всякие оборванцы всегда шастали по лесам, но их добычей обычно были одинокие путники. Однако в последнее время все больше грабили хорошо охраняемые обозы и целые караваны. И все торговцы, как один, сходились на том, что нападения – дело рук шайки Хлуда Косы. Если так пойдет дальше, то графство рискует оказаться в торговой изоляции. Самое тревожное заключалось в том, что этот Коса, похоже, становился все более искусным магом.

Поисками разбойников в графстве занимались несколько человек. Из них трое – официальные представители властей, опытные колдуны и маги, а также пара вольных магов, специализирующихся на частных расследованиях краж и различных бытовых преступлений. Так что конкуренция у нас присутствовала, но меня это не смущало.

Я сразу отмел идею взять в напарники представителей власти. Отродясь у меня с «представителями» ничего доброго не выходило, думаю, и с этими работа будет складываться по принципу «семеро наваливай, один тащи». Остаются два вольнонаемных мага, о которых стоит узнать побольше. Завтра с утра этим и займусь. А еще стоит, наконец, поискать себе постоянное жилье, где хватит места для нас с Ларсом и всего моего кузнечного хозяйства.

Утром я проснулся от того, что в лицо мне ткнулся влажный и холодный нос Края. Ларс уже куда-то смылся по делам, а мне, значит, тут с собакой сидеть? Я смотрю, Край уверенно ковыляет по полу нашей комнаты, да и бока уже не такие тощие. Скоро совсем поправится наш приятель.

– Ладно, ты тут сторожи, а я по делам, – сказал я.

Сбегаю вниз из нашей комнаты, хозяин уже стоит на последней ступеньке, сияет, как медный таз. Ага, завтрак готов. Ну что же, перекусим, а потом – по делам. Молоко, яйца, свежий хлеб, шмат сала – плотный такой завтрак, ничего себе. Благодарно киваю стряпухе, а теперь – в город.

Первого следопыта я нашел в переулке Рыжего Петуха, на дом мага мне указали на Рыночной площади. Табличка на стене гласила: «Маг Рене Живер, раскрытие краж и преступлений». Тут не так-то много народа умеет читать, и табличка, скорее всего, повешена для важности – мол, серьёзный человек в этом доме обитает. Нам сюда и надо.

– Добрейшего утра вам, почтенный маэстро Живер, – начинаю разговор. – Пропажа у меня случилась, а сам я не местный. Вот, добрые люди в городе посоветовали обратиться к вам.

Сам искоса рассматриваю потенциального компаньона. Неопределенных лет, невзрачный какой-то, с рыбьими глазами и кислым выражением лица.

Дежавю какое-то.

Фрол Кащеев, приплыли.

Скрипучим голосом, лишенным всякого интереса, маг осведомляется:

– Изложите суть своего дела, уважаемый…

– Мастер Гор.

– …уважаемый мастер Гор. Что у вас пропало? – со скучающим видом спросил маг.

Желание с тобой общаться, подумалось мне. Вслух же отвечаю:

– Кинжал с драгоценными камнями. Отцовское наследство. Украли третьего дня на городском рынке.

– Драгоценными? – у мага от этого слова заблестели и забегали глаза. Дело запахло выгодой, сразу появился интерес.

– Цены баснословной, – киваю я.

– Десять монет! И я сделаю всё, чтобы найти вора. Деньги вперед, – упреждает он мой вопрос. А сам делает какие-то движения рукой, и шепчет что-то.

Даже я понимаю, что цену он заломил несусветную. Позарился на то, что чужак перед ним, сразу начал мне мозги запудривать, чтобы я согласился. Стоит мне сказать да, особенно, если поддамся на его заклинания, то по местным понятиям я согласился, и обратного хода договору нет. Останется только платить за поиски, какой бы несправедливой ни была цена. Сам ведь вроде соглашался, никто же за язык не тянул. А вот результатов-то он мне и не гарантировал – сказал, «сделаю всё, чтобы найти вора». Ну, поколдует он, может быть, даже и приметы жулика назовёт – и что? Он же не сказал, что краденое вернёт, так ведь? Не сказал… А с вора что взять? Может, он тот самый кинжал давно уже кому-то толкнул? И ничего никому не предъявишь, и в гильдию с жалобой не пойдешь.

Приметы вора тебе назвали ведь?

Да.

Ну, так и ищи его… за отдельную плату.

Братец, ты не на того напал. Магия твоя на меня не действует, и не делай из меня дурачка. Думаешь, мозги мне сейчас запудришь, я деньги-то и выложу, даже не поторговавшись. Ага, разбежался. Кроме того, что ты жадный, так ты еще и глупый.

– Простите, уважаемый, нет у меня с собой таких денег. Придется ехать за ними.

– Я с тобой, – чуть не подпрыгнул маг. – Заодно и делом сразу займёмся по пути. Я же с хозяином рядом должен быть – иначе заклятие силу потеряет. Куда ехать-то?

Ага, забеспокоился, что не действует на меня твое заклинание.

– Я в казармах Серой стражи остановился, гостем у мастера Дина, по старому знакомству.

Досточтимый Рене как-то сразу сник и погрустнел. Тут и дураку ясно, что стражники моментом настучат магистрам, если только почуют нечистую игру. А, если гильдия усмотрит тут недобросовестное отношение к клиенту, сыщику не поздоровится. Одно дело – чужак, ему уже по умолчанию веры нет. И совсем другой расклад, если свои стражники предъяву выкатят. Они-то тут всех знают… Лучше дома остаться, авось клиент-лопух все-таки деньги притащит.

А вот второго мага отыскать не удалось – по указанному месту вообще никого не оказалось, даже хозяева дома отсутствовали. К сожалению, домик стоял вообще на отшибе, так что никакие расспросы соседей тоже ничего не дали бы.

Кстати, никаких вывесок на доме не имелось, и вообще ничего не указывало на то, что здесь проживает представитель сей почтенной профессии.

Блин…

Чего делать-то?

Ну, что ж, завернем в монастырь. Это, так или иначе, давно уже сделать надо бы. Особой религиозности среди местного населения я, честно сказать, не замечал. Но это ещё ничего не значит – мало ли какие у них тут правила? И очень даже может быть, что непосещение церкви долгое время вполне способно привлечь ко мне нежелательное внимание. Ну, а что за этим последует… ну, его на фиг!

Кое-какие вещи мне ещё и брат Ино рассказал, так что, зайдя в монастырь, я не стал бродить туда-сюда, а направился сразу же в конкретное место.

Есть тут некто, вроде дежурного священника – вот его-то и побеспокоим. Не просто тот, кто в настоящий момент служит в церкви – а специальный…гм-м-м… поп, который призван решать сложные и непонятные случаи. Ну, а поскольку лично мой вопрос как раз к таковым и относится, то смело топаем именно к этому дядьке.

Встречный монах указывает мне направление.

Отдельный небольшой домик прилепился к монастырской стене.

Стучусь в дверь и, услышав ответ, захожу в комнату.

Несмотря на царивший тут полумрак, сразу же замечаю обитателя – тот сидит в углу за небольшим столиком. Не прямо напротив входа, как можно было бы ожидать – а чуть слева. На столике – толстая книга, которую он отодвигает при моём появлении.

– Добрый день, э-э-э…

– Брат Мон. Зови меня так. Что привело тебя к нам?

И при этом он внимательно смотрит на бляху, которая висит у меня на груди.

– Понятно… Присаживайся… – жест в сторону широкой скамьи у окна. Он и сам опускается на неё, совсем рядом.

– Я слышал о тебе… Признаться, мы ожидали тебя раньше.

– Но вы же знаете о бое с графом…

– Знаем, – кивает монах. – И тем более – ты мог бы прийти раньше.

Так… Похоже, что какой-то косяк я всё же упорол…

– К сожалению, я почти ничего не помню…

Выпад!

Совершенно на автомате я отбиваю удар, отбрасываю руку в сторону…

– Вот видишь, – спокойно произносит монах. – Это – ты помнишь. А другое?

– Тело помнит, брат Мон.

– Ковать – ты тоже не разучился. Почему?

– Я не маг… откуда мне знать ответы на столь сложные вопросы?

– Ладно, – вздыхает монах. – Давай с самого начала…

Разговор получился долгим, монах дважды наливал мне воды – промочить пересохшее горло. Понятно, что полной откровенности не получилось – не настолько же я лопух? Насколько мне известно, монастырские подвалы всегда отличались глубиной и качеством постройки. Так что желания проверить это на своём опыте у меня не было, да и возникнуть не могло. Изменил я и некоторые обстоятельства общения с ныне покойными членами банды Пестрого.

А во всем остальном – придерживался правды. Ну и про мифическое Зеркало… тоже старался ничего не придумывать. Мол, есть у меня такая штука, верно. А откуда… да, кто ж его знает? Лично я – так вообще теряюсь в догадках…

– Странно… – произносит брат Мон. – Я не чувствую лжи в твоих словах. Некоторые сомнения и неправильные толкования – есть, и я их вижу. Вполне возможно, что ты искренне заблуждаешься в оценке тех или иных событий и в их последовательности. Но это, в принципе, объяснимо – не каждому человеку удаётся выпить столько зелья Забвения – и остаться в живых! О таком никто из нас даже и не слышал никогда! Тебе повезло, да…

– Может быть, – осторожно вставляю свою версию, – дело не в везении?

– А в чём же?

– Тот, кто пытался провести нужный ритуал, попросту что-то перепутал. Или и вовсе не знал. Вот всё и пошло как-то не туда… и не так!

Монах задумывается.

– Возможно… Мы подумаем над этим. Но сейчас – вернёмся к тебе. Почему ты убил графа? Ведь он, насколько я знаю, уже не имел возможности к сопротивлению?

– Странный вопрос! – пожимаю я плечами. – А тот факт, что он на моих глазах убил нескольких моих солдат и пробовал убить меня – он вас не удивляет? По-моему, каждый, кто поднимает оружие на человека, должен быть готов к тому, что может погибнуть и сам. Око за око, брат Мон, и зуб – за зуб!

– Страшные слова ты сейчас произнёс… – качает головою монах.

– Я неправ?

– В том-то и дело, что прав… Но этих слов уже давно никто не произносил в наших стенах. Я имею в виду – из тех, кто живёт за ними. Ты взвалил на себя тяжкую ношу!

– В смысле?

– Определить вину и назначить наказание – это удел очень немногих! Риск ошибки слишком велик! Было бы понятно, если бы ты убил его для того, чтобы одержать победу в битве.

– Ну и для этого, разумеется, тоже…

– Но сказал-то совсем другие слова! А то, что сказано первым – идёт от сердца.

Монах задумывается.

– Мы не станем тебя удерживать. Пока для этого нет никаких оснований. Тебе нанесли тяжкий урон, от которого, возможно, и не суждено уже никогда оправиться. И поэтому некоторые проступки вполне объяснимы – и неподсудны. Но я вижу изменения в твоём сердце – и они меня страшат!

– Что же мне, покорно ждать, пока меня зарежут, что ли?

– Церковь не может дать такого совета! Каждый человек может – и обязан защищать себя и своих близких!

Что-то я совсем запутался… Странные постулаты у здешних батюшек… Вместо «подставь другую щеку» – обязан защитить себя и близких.

– Чем ты собираешься заняться?

– Своим ремеслом, чем же ещё? Ну и…

Рассказываю ему об объявлении, которое слышал от глашатая.

– Что ж, – неожиданно соглашается монах. – Найти разбойника – благое дело. А вернуть украденное хозяину – тоже правильный поступок.

– Я что-то сильно сомневаюсь, что найденный разбойник тотчас же раскается и привёзёт украденное на двор к почтенному торговцу… – качаю в сомнении головой. – Да, и насколько я слышал, этот самый Коса… Тоже, короче, не образец благочестия.

– Ты знаешь, чьим именем названа эта обитель?

М-м-да… и опять я лопухнулся… кто спросить-то мешал?

– Нет.

– Святой Лан Страждущий. Он был стражником – и погиб в бою с лесными разбойниками.

Интересные тут у них святые, однако!

– И по этой причине, любой монах нашей обители всегда окажет тебе любую помощь в этом благом деле.

Интересный поворот! Не ожидал…

– А если разбойник обнажит оружие?

– Умрёт без покаяния, – пожимает плечами брат Мон. – Каждому даётся выбор – и он его делает сам.

– И церковь не будет возражать, если я его… ну… в смысле…

– Церковь никогда не защищает убийц и грабителей. Но, если он бросит меч…

– Это я понял. Постараюсь успеть отвести свой удар…

Монах встаёт.

Как я понимаю, разговор закончен?

– Тебе предстоит долгий и трудный путь. Увы, но я вижу, что он не будет легким. Вижу кровь… но не могу сказать, чью. Приводи сюда своих лошадей и повозку, мы наложим на них заклятье одной руки.

– Простите моё невежество…

– Никто другой не сможет владеть ими. Не сможет украсть, не сможет продать. К сожалению, ничем другим мы не сможем тебе помочь… Сейчас не можем. Тебя примут в любом монастыре. Накормят, дадут кров и корм для лошадей. Вылечат тебя и твоих спутников. Я распоряжусь, тебе напишут куда и по какому поводу можно обратиться…

Брат Мон сокрушенно вздохнул. В последние годы поток паломников поредел. Из-за этого святой орден нес значительные убытки по всему графству.

– Доход монастырского госпиталя тоже ощутимо снизился, стали пустовать гостевые помещения, а монахи теряют врачебную практику, – пожаловался монах.

И это несмотря на то, что в госпитале, со слов брата Мона, врачевал самый лучший в графстве травник. А в соседнем монастыре прекрасно лечили мозоли, которых у паломников всегда было не счесть. Теплые термальные источники близ монастыря у деревни Грев просто чудодейственно влияли на переломы, вывихи и любые болезни костей, и этим умело пользовались в своем лечении монахи святой обители.

Худую славу графству принес, конечно, Хлуд Коса со своей бандой. Но немаловажную роль играла полнейшая неосведомленность странников о пользе, которую тот или иной монастырь мог оказывать путешественникам. Как оказалось, у каждого монастыря была своя «фишка», и если бы паломники, идущие по святым местам, знали бы эти преимущества, то монастыри не имели бы недостатка в постояльцах и пациентах. И все это неминуемо сказалось бы на церковной казне.

Понятно теперь, отчего монастыри проявляют столь деятельное участие в поимке всяческих негодяев – они ведь и по их карману ощутимо бьют!

– Брат Мон, я человек светский, далек от религии и сложившихся правил, – осторожно начал я. – Заранее приношу извинения, если мое предложение будет выглядеть неуместно.

– Говори, – с интересом глядя на меня, коротко кивнул монах.

– А почему бы вам не переписать все, так сказать, гм… возможности (про себя произнес – услуги) монастырей в один свод, да сделать с него списки? Разослать эти списки по всем вашим обителям, в трапезной для паломников, например, их разместить? Паломники – народ не бедный, как правило, образованный, читать умеет. Это ведь в основном дворяне?

– Да, да, – оживленно поддакивает монах.

– А если кто сам читать не умеет, так ему сосед по комнате прочитает, или о прочитанном расскажет. Сколько паломники в пути-то проводят, полгода, год? За это время не только мозоли надо подлечить – что угодно заболеть может. Вот и будут у монастырей постояльцы, да потом еще и дома расскажут новым путешественникам – куда обращаться, если по дороге что приключится.

Идея так понравилась брату Мону, что он с нетерпением заерзал на скамье. На моих глазах рождалась идея первого в этом мире туристического путеводителя. Ну и скажите мне после этого, что я не коммерсант?

Как мне чуть позже пояснил усатый наставник, такое заклинание, которое наложили монахи на мою повозку и лошадей, стоит достаточно дорого, и далеко не каждый человек может себе это позволить. Но, поскольку я, добровольно и без всякого понуждения, взялся за подобную задачу, монахи решили оказать мне посильную помощь – в том числе и подобным образом. Иными словами, пока я делаю то, что они одобряют, я могу рассчитывать на их поддержку.

А с другой стороны, наложивший заклятье, всегда сможет определить – где именно находится этот самый предмет.

Вот и думай теперь…

Однако делать-то нечего, надо начинать поиски. Ибо ждать, пока наш приправочный бизнес принесёт достаточно денег, чтобы купить дом и мастерскую, придётся ещё долго. А расходы имеют место быть…

Побыв еще пару дней на постоялом дворе, чтобы все обмозговать и собраться в путь – да и Край за это время малость окреп, запрягаем повозку и, распрощавшись с хозяином постоялого двора, выезжаем на дорогу. Всё своё добро я оставил в казармах, разместив его у мастера Дина, так что пустой фургон идет достаточно быстро. А довольный Край бежит рядом, иногда скрываясь в кустах.

Самое близкое место – Змеиный водопад. Вот туда и направимся. А вот Замковый утес у нас следующий по удалённости, опосля уже и туда наведаемся. Учитывая реальность, я сразу напяливаю доспехи, вооружаюсь, а на пол повозки кладу арбалет. Есть у меня парочка с собою… Пользуясь возможностями кузницы Дина, я выковал пару десятков наконечников, а Ларса посадил выстругивать древки болтов. Делать ему всё равно особо нечего, так что пусть работает. Не сказать, чтобы у него всё пошло гладко, но десяток болтов у меня теперь есть, а это уже нехилый аргумент! Насколько я понимаю, такого оружия тут или не знают вовсе, или оно не слишком здесь распространено. И пусть я не такой уж снайпер, но шагов за тридцать всяко попаду.

Ян был прав, когда описывал это место в возвышенных тонах! Красота!

Смотрел бы и смотрел…

Но любоваться пейзажами некогда, надо работать. Лошадей выпрягли, стреножили и пустили пастись. Оставив Ларса с собакой на хозяйстве, озадачиваю его приготовлением пищи.

– Вернусь к вечеру, и чтобы еда меня ждала! И это, – киваю на арбалет. – Поучись стрелять, пригодится…

Отойдя от временного лагеря, присаживаюсь на камень.

Думаем…

Я тут один и корчить из себя опытного сыщика уже не нужно – зрителей всё равно нет.

С чего начинать поиски?

Собачьего нюха у меня не имеется, следопыт, честно говоря, тот ещё… В книгах-то я много чего читал, а толку?

Мысль, собственно говоря, всего одна.

Раз уж тут так в ходу всяческое колдовство, так логичнее всего предположить, что заметать следы разбойники станут именно таким путём. Сомнительно, чтобы они стали рыть яму, пряча там следы своих преступлений – гораздо проще (опять же – смотря, для кого!) произнести нужное заклинание или сотворить некий обряд. И всё – подавляющее большинство местного населения ничего не увидит, даже пройдя прямо по телам убитых. Серьёзный маг, думаю, разглядит. Так они тут тоже вообще-то стадами не бегают…

Значит, будем полагаться исключительно на собственные возможности, на внимательность и богатую начитанность относительно всяких там преступных случаев. Здорово сомневаюсь, что местные злодеюки имели такие возможности по обмену опытом, которые щедро предоставляют всем желающим современные средства массовой информации. А уж в интернете вообще можно узнать о чём угодно. Как сварить наркоту, как изготовить бомбу… да, всё, что угодно можно выяснить – только не ленись! Что же касается способов сокрытия следов преступления, то, только из того, что я лично прочитал, можно уже составить обстоятельный учебник для всяких там мерзюков.

Для начала включаем логику.

Какой угодно караван или группа торговцев сюда могут попасть только одним путём – по земле. Повозки, теоретически, способны и по лесу проехать, но я сильно сомневаюсь, что глава каравана избрал столь экстравагантный метод продвижения.

Так что – по дороге они прибыли.

Тем паче, что про способность перемещения по воздуху я тут что-то не слыхивал…

А раз дорога тут одна – по ней, кстати, и мы сами сюда заявились, то и искать следует где-то поблизости от неё.

Что ищем?

Следы съезда с неё каких-нибудь повозок.

Думаю, что замаскировать оные при помощи магии – плёвое дело вообще. Очень сомнительно, что имея такую возможность, кто-то станет ещё и самым тривиальным образом заметать следы. Это – лишнее.

Почему здесь ищу, а не ближе или дальше?

Так именно тут река проходит достаточно близко – и есть шанс перетащить трофеи попросту на руках. И нет никакой необходимости вести захваченный караван к водопадам.

Возникает вопрос – а что, никто об этом тут раньше не думал?

Не знаю.

Очень даже может быть, что и думали. И даже искали. Вот сейчас я проверю…

Проверяемый участок дороги был не слишком-то большой. По нашим меркам – четыре-пять километров. Дальше дорога разветвлялась. Одна сворачивает к водопадам а, вторая, напротив, уводит в глухую чащобу. Где, если верить карте, располагается одна-единственная деревенька. То есть – тупик, и никакому торговцу там делать нечего.

Вот и топаю вдоль по дороге.

Ездили тут последний раз достаточно давно, следов практически никаких нет.

Очень может быть, что моя прогулка никаких результатов и не принесёт. Что ж, тогда одно направление вычеркнем.

Как ловят льва в пустыне?

Разбивают её на квадраты, и поочерёдно проверяют каждый. Когда остался последний – лев там.

Никакого иного варианта у меня попросту нет – проверяем все подозрительные места.

Километр позади – пусто. Ещё километр… съезд с дороги.

Пустышка, тут рубили лес.

Топаем дальше.

Очередной след я заметил почти случайно, край дороги был размыт водой из протекавшего почти рядом с ней ручья. И поэтому собственно следы можно заметить лишь в десятке метров от неё.

Перепрыгиваю через лужицу и пробираюсь в обход мокрого участка.

Так… тут явно не за дровами приезжали, такой караван дровосеков я как-то с трудом могу себе представить.

Колея немного пропетляла между деревьями, нырнула вниз…

Их было восемнадцать человек.

Возчики, охранники и ещё кто-то, наверное, помощники торгаша.

Все они лежали в одном месте, почти рядом. И на их лицах не было видно никаких следов предсмертного испуга. Хм… я вот как-то с трудом представляю себе ситуацию, когда человеку режут горло, а он при этом остаётся абсолютно спокойным. Впрочем… что мне известно о местном колдовстве? Да, строго говоря, вообще о любом…

Быстрый осмотр телег показал – их тщательно обшарили, забрав всё, что представляло хоть какую-то ценность.

Выпрягли лошадей. Причём, аккуратно, не спеша, постромки не резали. Значит, никто никуда не торопился. Надо полагать, что груз навьючили на лошадей и куда-то увезли.

Походив между деревьями, я отыскал хорошо натоптанную тропку, по которой уходили лошади. Судя по глубине и количеству следов, этот путь они проделали не единожды.

Вот и ответ, каким образом перевозился украденный груз – во вьюках. И понятно, в принципе, куда. Тут направление только одно – к реке. Где-то там его и перегружали на корабль. Никаких пристаней поблизости нет, есть только выше и ниже по течению. Причём – здорово выше и здорово ниже. Значит – лодки. Корабль встаёт на якорь, и лодки перевозят товар.

Так, с грузом ясно. А куда дели лошадей? Это ведь тоже ценность и немалая! Вот и зацепка появилась…

Возвращаюсь к телам.

Процедура неприятная, но осмотреть их всё же необходимо…

Ничего особо интересного не отыскалось и там. Кроме нагрудной бляхи – чуть меньше той, что мне вручили в гильдии магов. На ней имеется замысловатый узор… и всё. Никаких надписей, ничего.

Ладно, выясним. Убираю её в карман.

Ещё раз осматриваюсь по сторонам, пытаясь заметить то, что зевнул при первоначальном осмотре. Нет, вроде бы ничего такого не имеется…

Странно, что не чувствуется особого запаха тления. Тела-то ведь тут лежат достаточно давно, могли бы уже и пованивать… Или это опять какая-то магия? Хотя, если бы такой запах тут присутствовал, то он и на дороге ощущался бы будь здоров как!

Притопав в лагерь, я был встречен радостным повизгиванием Края. Хоть собак ещё и не оправился полностью, и во время пути приходилось его иногда сажать в повозку, чтобы он отдохнул, но вокруг стоянки он ходит исправно. Так сказать, несёт службу. И хотя хозяин для него так и остался непререкаемым авторитетом, ко мне пес относится с большим уважением. Разрешает чесать за ухом, поглаживать и ублажать его каким угодно другим способом. Не хватает зверюгину ласки…

А вот протолкнуть в себя более нескольких ложек супа я так и не смог – просто в горло не лезло. Как вспомню эту полянку в лесу…

Нет, я далеко не кисейная барышня – служил в армии. Там много чего было… Да и растаскивая иногда аварии на МКАДе, тоже много чего нагляделся. Но вот так, безмятежно, созерцать почти два десятка человек, которых хладнокровно и неторопливо зарезали … м-м-да… какой уж тут аппетит!

– Не обижайся, Ларс… что-то мне не по себе… ничего проглотить не могу. Пойду, чуток отлежусь…

Парень всполошился, но я отсылаю его к арбалету – учись!

Уже перед сном, советую ему набрать хвороста и скрутить из него толстую вязанку – иначе замучается болты из дерева вырезать…

Сон…

Не сказать, чтобы он был каким-то уж очень беспокойным. Но – далеко уж и не безмятежным. Мои побегушки по лесу, да и изучение последней стоянки каравана – оно бесследно не прошло. Снилась какая-то хрень, из темноты наплывали непонятные образы, я кого-то рубил…

Но – выспался.

Храпанул, между прочим, почти десять часов – однако!

Утро.

Солнце ещё не встало, сыро, со стороны леса тянет прохладный ветерок. Спрыгиваю из фургона на землю.

У почти потухшего костра, свернувшись на попоне, дрыхнет Ларс, рядом с которым примостился и пёс. Услышав мои шаги, он поднимает голову. Делаю успокаивающий жест – мол, спи, всё в норме.

Прихватив из повозки меч, отхожу метров на пятьдесят в сторону – у меня утренняя разминка. Это уже вошло в привычку – каждое утро час махания железом. Это не считая всякого бегания-прыгания. Ну, нет у меня способностей к колдовству – могу рассчитывать только на свои руки ноги. И на голову, которая в нужный момент что-нибудь полезное подскажет.

Хм, а Ларс-то времени попусту не терял!

Толстая вязанка хвороста буквально измочалена арбалетными болтами. Это с какой же дистанции он стрелял? Метров с двадцати?

Прикидываю.

Да уж, точно не меньше… как бы и не побольше.

Прицельные приспособления на арбалете весьма условные – дань историческому правдоподобию. Надо будет наплевать на все условности и присобачить что-нибудь получше.

Пока я махал мечом и прыгал, потеплело, высунулось из-за горизонта солнышко и выпустило яркие лучики. От костра послышался звук топора – проснулся Ларс.

Закончив упражнения, сбегаю вниз, к ручью. Скидываю на землю доспехи…

Ух!

А холодная, однако, в нём вода!

Вчерашняя похлёбка провалилась в желудок с рекордной скоростью, и я малость повеселел.

– Так, собираемся! Костер – залить, вещи собрать, лошадей запрячь!

Худо-бедно, но через час мы выехали. Но – не домой, а в сторону вчерашней находки.

Проезжая мимо этого места, пихаю локтем спутника.

– Посмотри вокруг – видишь что-нибудь?

Он озирается по сторонам.

– А что я должен увидеть, мастер?

– Да, так… запомни это место на всякий случай.

Он спрыгивает на землю и пробует сделать зарубку на дереве.

– А вот этого – не надо! Учись запоминать всё иначе!

Разворачиваемся.

Наш путь лежит к ближайшему трактиру, там всегда людно, останавливаются проезжие, да и местные жители, разумеется, заглядывают. Так что есть шанс что-нибудь там выяснить…

Добрались уже у вечеру. Край так устал, что в снятую комнату Ларс тащил его буквально на руках. Но – прогресс есть! Если так и дальше пойдёт, то собакин вскорости уже вполне уверенно на ноги встанет. Ларс заглянул в трактир, перекусил и сообщил, что народ собирается в основном, к вечеру – днём все заняты. А вот вечером есть шанс услышать что-нибудь интересное. Ладно, отправляю его в конюшню – задать лошадям корма и потом назад. Пусть сидит в комнате и караулит вещи.

Трактир…

Ну, на совсем уж грустную забегаловку он не похож, так что вовсе откровенные мерзавцы сюда, к сожалению, не заглянут. А жаль – их-то язычки развязываются достаточно быстро…

Заказал себе ужин, сижу, с интересом разглядываю местный люд. Торговцы, пара мастеровых, вон монахи в углу сидят с постными лицами, рядом мужички шумят, видать, возчики, соль в город везут. Ничего интересного, пора на боковую.

Стоп. Мой бесцельно блуждающий взгляд выцепил из полутемного угла стол с одинокой фигуркой за ним. И чем это меня привлекло? Хм-м-м… Вроде бы девушки тут без сопровождения не ходят? Или есть исключения из правил? Смотрю осторожно, искоса, чтобы не выглядеть невоспитанным нахалом. А то вдруг войдет сейчас в комнату ее отец, или брат, а может и муж, да и заедет мне в морду за мой чисто теоретический интерес.

Прошло немного времени, никаких родственников у нее не обнаруживается, значит, она тут одна. На гулящую девку не похожа – нет у неё в одежде той крикливости, которая обычно сопровождает данную категорию девиц. Да и хозяин к ней относится с должным почтением, как и к остальным гостям. Одета неброско, но добротно. Лицо красивое, тонкое, с породистым носиком, не картошкой – как у местных сельских красоток. Из-под капюшона выбивается блестящая черная коса. Девушка делает вид, что пьет сидр, а глаза скачут по залу, шарят по лицам посетителей заведения, видно, что она внимательно прислушивается к разговорам вокруг. Незнакомка, видать, меня тоже приметила, бросает на меня осторожные взгляды. Забавная девушка, улыбаюсь я про себя. Брови девчонки взлетают от удивления, но тут у ее стола возникает качающаяся фигура одного из возчиков:

– Эй! Парень! Что ты в углу сидишь как сыч, а выпей-ка с нами! Угощаю! Сын у меня третьего дня родился! – мужик еле стоял на ногах, но никак не мог угомониться. – Всех угощаю!! – пьяным голосом рыкнул он на весь кабак.

– Ты, Кунт, сел бы, пока в морду от него не получил, – хозяин заведения аккуратно отделяет пьянчужку от стола девушки и кидает ей через плечо:

– Извините, молодой господин, за беспокойство. Он к вам больше не подойдет, – и пытается увести разгоряченного хмелем мужика к собутыльникам.

Теперь моя очередь удивляться. Никто, кроме меня, что ли, не видит, что за столом девушка?! А, видать опять какая-то магия, и я, как отщепенец, только один и вижу реальность!

Очевидно, вся гамма чувств быстро отобразилась на моем лице, потому что незнакомка, полностью игнорируя инцидент у своего стола, недобро уставилась на меня, сжала губы и сурово сдвинула брови. Блин, сейчас еще подойдет и сама по морде даст, без всяких там родственников, а окружающие помогут – тем лишь бы повод был… Бляха моя под кольчугой, никому её не видно. Это, типа, как бы случайно вышло, не хочу я лишний раз тут светиться, вот и выходит, что я со всех сторон – самый, что ни на есть подозрительный тип. Ауры-то у меня никакой нет! Или есть? Фиг тут разберёшь со всеми этими фокусами. А вот трофейный «короткий клинок» – на боку висит.

Это уже была моя задумка, и я опробовал её сначала на Ларсе.

Завязал ему глаза – и вокруг ходил. Пока на мне была та самая бляха – он почти безошибочно в мою сторону указывал. Убрал я её под кольчугу – точность сразу же стала меньше.

– Что-то чувствую, мастер… но толком и не скажу…

Кстати, выходит, эта самая бляха мне заменяет недостающую ауру? И не исключено, что меня по ней можно как-то отслеживать…

А вот, когда я и трофейный тесак сбоку привесил – тут всё более-менее наладилось. Во всяком случае, я уже хоть и не «проваливался» с точки зрения местного обитателя, но и фон получился какой-то… словом – он имелся, но особо разобрать его было затруднительно. По крайней мере, я уже не так выделялся среди прочих. И если сидеть, скажем, в толпе – то внимания на меня особого и не обратят. Ларс, поклялся, что он на такого человека особо и не пялился бы. Есть ощущение непростого клинка, ещё чего-то… Мало ли, может, клиент просто не хочет быть узнанным и применяет какое-нибудь заклятие? Лишний раз на него поглядывать – оно и небезопасно для здоровья может оказаться…

Я изображаю на лице примиряющую улыбку и медленно встаю со своего места. Сейчас самое время продемонстрировать «добрые намерения». Приближаюсь к столу с бултыхающимся рядом пьяницей и аккуратным техничным пинком «помогаю» хозяину отправить мужика в нужном направлении. Никакой грубости, только инерции чуть придал его стремительному и точному полету на свой стул. Инцидент практически исчерпан – и хозяин благодарно кивает.

– Можно присесть, уважаемая? – тихо говорю я, получаю короткий кивок в ответ. Устраиваюсь рядом. Контакт есть, приступаю к разработке…

– На улицу выйдем, не тут, – мрачно кидает она и злобно тащит меня в темноту. Крутая девчонка, совсем меня не испугалась. Может, там и по морде съездит? Что-то я стал сильно беспокоиться о своей внешнем виде, подумалось мне…

– Ты кто?! – возмущенно восклицает она, едва за нами закрывается дверь трактира.

Вытаскиваю из-под доспеха свою бляху, протягиваю ей. Она умолкает, как только в поле зрения возникает мой знак.

– Ясно. И чего тебе надо?

Недружелюбный прием. А что я хотел, в принципе? Раскрыл, так сказать, маскировку, операцию прикрытия ей тут сорвал. Пожалуй, я и сам бы не цвел от радости, попади в такую ситуацию.

– Меня зовут Лекс Гор, кузнец… – и после небольшой паузы добавляю, – Во всяком случае, таковым меня тут считают многие.

Вопросительно поднимаю бровь, а ты, мол, кто, красавица?

– Дана Бакли, маг, разыскиваю краденое, – недовольно буркнула девушка.

Вот это я удачно попал! На ловца и зверь бежит, как говорится. Неужто это и есть второй маг-сыщик, которого я в городе не застал? Так мне никто не сказал, что это девушка. А впрочем, никто и не говорил, что мужик.

– И что тебе надобно, кузнец?! – выпалила она. – Давно ли ты стал совать нос не в своё дело! А никто тебя не предупреждал, что это может вредно сказаться на здоровье сующего?

Ну и злобная девица попалась…

– Проваливай, покуда цел! – решительно подводит она итог. – И укроти своё любопытство!

– И много нашла? – ехидничаю я.

– Чего? – слегка опешила она. – Не твоего ума дело!

– Ну… как сказать… Ты можешь задать этот вопрос брату Мону. Полагаю, он будет столь любезен, что не откажется тебя просветить на этот счёт…

Опа-здрасьте – облом! Не просто праздношатающийся любитель – а вполне законный конкурент! И на три буквы не пошлёшь… монахи могут выразить неудовольствие. Насколько я уже понял, маги с монахами вполне себе мирно сосуществуют, и дорожку тут никто никому не перебегает.

– А ты что ли много отыскал? – наконец, находится она.

Я молча протягиваю ей знак, снятый с убитого в лесу. – Полюбуйся… красавица…

«Красавицу» она пропустила мимо ушей, схватила бляху и замолкла. Потом подняла на меня глаза, и уже более миролюбиво спросила:

– Где нашел? Я все здесь вокруг осмотрела, не было никаких следов! Я же вижу, что ты не маг, как же тебе на след напасть удалось?

– Могу поделиться сведениями. Если расскажешь мне, что эта бляха тебе поведала. А там, глядишь, и сговоримся на взаимовыгодных условиях. Ну, как тебе мое предложение?

Дана сосредоточилась, и от ее напускной бравады вмиг не осталось ни следа. Задумчиво прикусила губу, сморщила лоб, и взгляд ушел внутрь, притихла.

– Бляха точно не краденая, а найдена, такую вещь вообще украсть крайне трудно. Принадлежала она человеку, имеющему отношение к торговле, на ней охранные заклятия, только владельцем они почти не использованы. Хозяина нет в живых, не менее недели уж как, – она подняла глаза на меня. – А заклинания повреждены…

Это, простите, как? Что-то я про такие вещи и не слыхивал даже.

Дана ловит мой непонимающий взгляд, и поясняет.

– Ну… как бы взломаны. Целые, но не работают. Следы остались, от вмешательства сильной магии. Но больше сказать ничего не могу, мне место, где ты ее нашел, увидеть надобно. Чувствую рядом с ним смерть, мертвые люди еще есть, много. На месте побываю – еще скажу, – скупо роняет она слова.

Она проводит по воздуху рукой и отрицательно покачивает головой.

– Не вижу… не могу сказать, где оно. Скрыто это от меня, тут сильный маг поработал.

О-па. Я попался. Поди, проверь – правда или нет, что ей место увидеть надо. Может, за дурачка меня держит, доберется до места нападения с моей помощью, разузнает там все, а мне с три короба наврет, а потом – поминай, как звали. А как проверить-то? Видит она чего или нет? «Кощей» тоже мне клятвы давал…

Но пока все сходится. Кое-что любой наблюдательный человек тут, конечно, и без магии бы рассказал, пораскинув мозгами. Но были в ее рассказе моменты, которые наугад не скажешь, тут знать надобно.

– Слушай, Дана… – собеседница вмиг взъярилась и фыркнула.

– …уважаемая Дана, – поправился я.

Не угадал, опять недовольное лицо.

– Уважаемая Дана Бакли…

Или может еще и титулы какие-то припомнить? Хрен знает, как тут положено обращаться к женщине-магу? Я на мгновение замолк, ожидая реакции. Ее не последовало.

– Вот, что, маг… или тебя надо как-то иначе титуловать? Так ты скажи! Предлагаю тебе работать вместе. Ты же видишь, я тоже кой-чего стою. Награда за труды – достойная, а опасность тем более, всегда лучше пополам разделить. Ты меня почти не знаешь, но видишь – за меня уважаемые люди поручились, не проходимец я никакой. И риск у нас – равный, я ведь тоже тебя не знаю. По рукам?

Ага, задумалась… это хорошо! Подкинем дровишек…

– Если это тебя не устраивает – расходимся. Я – сам по себе. А ты – сама по себе. Никто никому не мешает – каждый сам землю рыть будет. Только ведь у меня, по крайней мере, уже что-то есть, а тебе особо похвастаться, как я вижу, пока нечем …

Сказал я это, а сам думаю – и как тут с женщинами договор скрепляют – не рукопожатием же, наверное? Может, шляпу надо поднять, или, там поклониться – хрен знает. Но я как-то слабо себе представляю, что она вот тоже сейчас в реверансе изогнется. Такая дубиной по башке скорее даст, чем голову наклонит.

Это я правильно подумал. В смысле, что не бросился кланяться и прочих глупостей не натворил. Дана постояла минуту в раздумье и коротко бросила:

– Идет. Только уговор – я говорю, ты – делаешь. Если какие-то свои идеи есть – сначала мне скажи, вместе подумаем. Один раз на мой счет проедешься с шуткой – насчет женщин и прочей фигни – так это будет последний момент, когда ты меня увидишь. Я тебя не знаю, но и ты меня – тоже. Так что не думай, что умнее меня. Согласен?

А что делать-то? Сам все равно не разберусь, а девчонка, похоже, дело свое знает, и не из трусливых. По-любому, лучше «кощея».

– Лады, подписываюсь. С чего начнем?

– Спать идем, а завтра поутру покажешь мне место. Встречаемся на выезде из деревни, не надо, чтобы нас видели вместе. Бляху эту, – кивает она головой на найденный знак, – спрячь подальше.

Видимо, на моём лице отобразилось некое удивление, и она пояснила.

– Тут, – она оглянулась за спину, – всяких полно… разных. Нам огласка ни к чему, прощай до завтра.

И она растворилась в темноте. Крутая девчонка. Надеюсь, неплохой компаньон. Уже радует, что в разговоре она сказала «нам». Значит, мы теперь команда. Ну что, и правда, спать пора, завтра начнем совместные поиски.

Поутру, едва наша повозка притормозила на выезде из деревни, Дана тотчас же вышла откуда-то из-за домишек. Молча кивнув в знак приветствия, забралась на козлы, слегка потеснив Ларса. Тот, заранее предупреждённый о нашем новом компаньоне… компаньонше?.. подвинулся, а потом и вовсе перебрался внутрь. И только Край заинтересованно обнюхал нового человека и ткнулся башкой ей в бок, мол, вот он я – чеши!

Магиня… а правильно ли будет так сказать? Короче, девушка не только почесала доверчиво подставленную голову, но и сделала рукою какой-то жест, после чего собак умиротворённо прилег на пол.

– Пусть сил набирается, – коротко прокомментировала она. – Ему нужно.

Разговор так дальше и не склеился, так что почти до самого места мы ехали в молчании.

Притормаживаю и киваю в сторону.

– Здесь. Смотри…

Дана приподнимает бровь, и спрыгивает на землю.

Вот, интересно… никогда не видел, каким образом осуществляется осмотр места происшествия колдуном. Криминалистами – видел и не один раз. И даже сам такой протокол как-то подписывал. В качестве понятого, понятное дело – а вы что подумали?

Она стоит на месте и внимательно осматривается по сторонам. Поднимает руку, проводит ею по воздуху… отрицательно покачивает головой – не то!

А на поясе у неё меч. Ну, не бог весть, что… относительно небольшой (ну, это если с моим полуторником сравнивать), но вполне себе аккуратно сделанный.

Вытащив из ножен, девушка с его помощью отмеряет на земле некоторое расстояние. Потом ещё… делает отметку клинком.

Хм, я вообще-то много чего видел – но, вот чтобы меч использовали в качестве линейки…

Разметив какую-то фигуру, она убирает оружие в ножны и, подойдя к повозке, вытаскивает свой дорожный мешок, который она при посадке поставила на пол. Расшнуровывает и достаёт оттуда какие-то свечи. Расставляет их в разных углах своего рисунка, зажигает и продолжает чертить на земле мечом какие-то фигуры.

Так… присматриваюсь – мне с козел это хорошо сверху видно.

Ага, направление она определила… ну, в целом, правильно. Только я левее бы чуток взял. Но с советами не лезу, ещё отбреет как-нибудь… неохота терять авторитет в глазах подчинённых.

Закончив рисовать, Дана поднимается, и, вскинув руки над головой, выкрикивает какую-то длинную фразу…

Опа!

Вскакивает на ноги Край, а я зажимаю нос.

Запашок, однако!

– Странно… – присев на корточки, девушка осматривает мертвые тела. – У некоторых я вижу защитные заклинания на одежде и оружии – и ни одно не сработало! Как такое вообще может быть?!

– А как они вообще работают, уважаемая?

– Ну, – пожимает она плечами, – попробуй меня… ну, хотя бы толкнуть…

– Сильно?

– Главное – быстро и неожиданно для меня. Чтобы я воспринимала это, как угрозу нападения.

– Да, без проблем…

Силу точка я постарался сдержать, так что отлетела она относительно недалеко. Шлепнулась попой на землю, но тотчас же вскочила.

– Подожди… А ну, ещё раз – и резче! Только сам смотри, когда падать будешь, не поломай там себе чего-нибудь!

Не вопрос вообще…

Поднявшись на ноги после очередного кувырка, Дана с интересом меня рассматривает.

– Так… Отцы-настоятели знали, кого привлечь… Зеркало?!

– Угу.

– И что же ты мне тут голову морочишь? Кузнец, да?!

– Ну, во всяком случае, гильдия магов Кределя и отцы-настоятели в этом уверены. Да я и сам так считаю. Так что будем пока придерживаться этой версии. Про «бритву Оккама» слышала чего-нибудь?

– Это такое заклинание, что ли?

– Ну… я бы не сказал. Был такой… г-м-м… монах… Так вот, это звучит следующим образом: «Не следует умножать число сущностей сверх необходимого». То есть, если есть какое-то, вполне понятное и логичное объяснение чего-либо, то неча голову ломать, изобретая ещё какие-то варианты происходящего.

Девушка усмехается.

– Надо же… кузнец-словоплёт! Вот уж не думала, что когда-нибудь такого встречу!

– Ну, у меня есть много всяческих талантов… – вежливо наклоняю голову.

Успокоившись, она махнула рукою Ларсу, подзывая его поближе. Запах к этому времени уже был не столь сильным – Дана вызвала ветерок, который быстро очистил воздух. И на примере моего спутника я посмотрел, как работает защитное заклинание. Он со всей дури (как приказали) попробовал огреть девушку палкой.

Проследив полёт обломков (метров на десять отшвырнуло, нехило!) протягиваю руку, помогая парню подняться с земли. Он-то всего на пару метров отлетел, да…

– Ну, настолько сильно заклинание работает только у мага, – поясняет наш магический сыщик. – Но и амулет даёт своему владельцу неплохую защиту. Нападающего, самое малое, собьёт с ног. Даже и двоих… Но здесь – вообще ничего! В амулете достаточно силы, чтобы отбить две-три атаки – однако, вся она тут и осталась. Словно владелец не чувствовал никакой угрозы вообще…

Что-то меня торкнуло при этих словах… только никак сформулировать не могу…

А Дана продолжает осмотр, переворачивает тела, ощупывает одежду, кладёт руки на лоб покойникам.

Да уж… нечего сказать, нервы у неё… это даже не железо! Любая моя знакомая уже трижды изблевалась бы в ближайших кустиках… или прямо здесь. Но этой – как с гуся вода! Действительно, сыщик – среди них особо брезгливых и чувствительных людей не бывает.

Хотя, нет, ошибаюсь, есть, а точнее – была, у меня одна приятельница с железными нервами – моя соседка, Ленка-ветеринар. Помню, звонит мне как-то зимой на мобильный:

– Привет! Ты где? Подвезти до работы можешь? Я тут у Универа на обочине мерзну. Срочное дело, а?

Ну я и поперся, надо же соседке помочь. Ленка стояла на обочине, приплясывая от холода, в ногах у нее валялся огромный пластиковый мешок.

– Заскакивай быстрее!

Ленка чем-то загремела в багажнике, как будто кучу дров туда сгрузила, и потом довольная плюхнулась на сиденье рядом со мной.

– Могла бы и такси взять, тут ехать нечего, минут пять всего, – недовольно буркнул я.

– Как ты себе это представляешь? – взъярилась она. – Я ловлю на обочине такси, и потом с мешком трупов еду на работу? А если водитель их обнаружит и меня в полицию сдаст? Я сколько времени на объяснения потрачу?!

У меня в глазах тогда от страха потемнело. В голове промелькнула жуткая картинка, как Ленка, сойдя с ума, убивает своих коллег и режет их на куски.

– Какие т-трупы? – с ужасом пролепетал я.

– А! – махнула она рукой. – Кошки замороженные. На вскрытие везу, начальник обещал забрать, да и не смог. Ну и куда я с этими трупами на своих двоих? А мне еще разморозить их надо, около батареи уложить, чтобы оттаяли до утра…

Еще хлеще! Слава богу, мы доехали быстро, но я даже не вышел, чтобы Ленке помочь – не по себе было. Нет, я лично кошек люблю, но не в таком виде, так сказать… Моя пассажирка сама весело выскочила из машины, погремела в багажнике, закинула мешок на спину и утопала в свою клинику. Я потом с силами собирался, чтобы багажник открыть – боялся, что вдруг там обнаружу какой-нибудь «сюрприз»…

Не, такая работа не по мне, уж лучше я по кузнечному делу или мечом махать. А вот Ленка в своем занятии души не чаяла. Так что и среди женщин, выходит, встречаются не особо брезгливые и не шибко чувствительные.

А пока она там занимается осмотром, я тоже не теряю даром времени. Есть у меня одна мысль… и подсказала её мне как раз наша девушка!

Так что через пару часов мы уже можем подвести некоторые итоги.

– Хозяин этого предмета, – подкидывает на ладони бляху Дана, – владелец каравана – купец Надаль Рибе. Он сам и все его люди пропали более двух месяцев назад – и совершенно бесследно. Их всех убили одним способом – перерезали горло. Отводили туда, к трем пенькам, убивали, а тела укладывали в этой ложбинке. Никто из них не сопротивлялся, хотя у самого Рибе на амулете имеется оберег противодействия. То есть – заклятие молчания и повиновения на него наложить нельзя. Это очень сильный оберег – но он не сработал… Среди убитых – пятеро охранников. Все – бывшие стражники, люди с опытом и хорошо владевшие оружием. Кстати, вот его-то тут и не нашлось… забрали с собою, наверное…

М-м-да… невесело…

– А что выяснил ты? – прищуривается магичка.

Да, наверное, я её буду именовать именно так…

– Несколько вещей. Но – по порядку.

Встаю с места и делаю приглашающий жест.

– Скажи, пожалуйста, когда ты снимала заклятье – то выбирала какое-то конкретное место, так?

– Да, – слегка удивляется девушка. – Но это же очевидно! Накладывающий заклятие должен видеть то место, на которое оно накладывается. Или, по крайней мере, хорошо его представлять.

– Даже так, представлять? Не знал, благодарю… А вот относительно первого – то я, примерно так и мыслил…

Мы отошли от места происшествия достаточно далеко, дальше, чем были в момент снятия колдовства.

– Подумалось мне тут… Если бы злодеем был я, то обязательно постарался бы… ну, закрыть, что ли… как можно больший участок местности.

– Чтобы никто не ощущал трупного запаха даже издали? – кивает Дана. – Разумно!

– Вот! – поднимаю палец. – Поэтому я стал искать следы колдовства – чужого. И – нашёл!

На земле видны прочерченные чем-то острым линии. В углах странного рисунка стоят давно прогоревшие и оплывшие свечи, точнее – их огарки. Лежат какие-то непонятные предметы, свертки – словом, эта кухня уже не по моей части.

– Милости прошу! – отступаю в сторону, пропуская вперёд компаньона.

Она сразу же настораживается и становится очень похожей на кошку перед прыжком. Как-то напрягается, словно бы даже принюхивается.

– Интересно… И как ты это обнаружил?

– Ну, я не маг… и даже не колдун – почуять чужую магию, особенно, если её хорошо спрятали, не могу. Но не почуять заклинания и не увидеть рисунка на земле – это немного разные вещи. Как ты уже могла заметить, скрыть что-либо от меня при помощи колдовства – затея дохлая. Чувствовать его не могу, но вот всякие рисунки и прочее – вижу очень даже хорошо. Я и подумал, что тот обряд, при помощи которого неведомый злодей скрыл всё это от проезжающих, должен чем-то быть похож на то, что только что делала ты. И оставлять похожие следы…

Она присаживается на корточки, вытягивает руку ладонью вниз и некоторое время молчит.

– Так… Тут неподалёку ручей – принесите воды! Много!

Окликаю Ларса и озадачиваю его поручением.

Края, кстати, привязали в повозке, чтобы он никуда оттуда не выскакивал и не мешался.

А дальше… дальше началось что-то, чему я нормального объяснения найти попросту не смог.

Дана что-то бормотала под нос, ходила вокруг и чертила на земле рисунки.

И длилось всё это около часа.

А потом она отскочила в сторону.

– Воды! На руки лейте!

Блин… на моих глазах, только что прозрачная вода, стекая с её рук, превращалась в бурую жижу! Девушка держит руки так, чтобы брызги случайно не попали бы на нас. Отбираю у Ларса бурдюк – мне, надеюсь, все эти колдовские штуки не страшны. А его прогоняю за новой порцией.

Три бурдюка – и только после этого струйки приобрели былую прозрачность.

– У меня в сумке вино! Несите сюда!

Одна нога здесь – другая там, Ларс мигом притаскивает бутылку. Выдернув пробку, она жадно пьёт прямо из горлышка.

Опа… и почти литровая бутылка того… кончилась.

Так что в повозку девушку пришлось затаскивать уже нам, сама она была не в силах туда залезть. Сказать, что Дана «не вязала лыка» – это ещё очень лестная характеристика.

Желающих тут ночевать не имелось, и мы разворачиваем повозку назад – к нашему прежнему лагерю. Ничего, в повозке лежит охапка сена, есть пара-тройка теплых плащей – ими и накроем нашего сыщика. Да и Край, скорее всего, рядышком приляжет, согреет. Вон, даже и сейчас он присел рядом и делает вид, что охраняет спящую.

М-м-да… своеобразная манера колдовать… Это ещё хорошо, что они тут водки не знают! Представляю себе утренний подъём такого вот мага… магички… Как шарахнет с бодуна чем-нибудь!

Костер разожгли на старом месте, и мой помощник начал хлопотать над приготовлением похлёбки. Это правильно, у нашей девушки поутру аппетит будет – будь здоров!

Перекусив, Ларс вытаскивает из повозки попону и укладывается около костра. Пусть парень отдохнёт, у него тоже нервы не железные.

По уму – так надо бы выставить дежурного. Как-никак – а неподалёку такая разборка недавно произошла. Но, скорее всего, бандиты вторично сюда не придут – чего они здесь потеряли? Да и наш четвероногий сторож спит чутко и вовремя гавкнет, если что-то почует.

И тем не менее, взведённый арбалет занимает место рядом со мной. А я, в свою очередь, под повозкой. Стрелять я и отсюда смогу, если припрёт.

Странное дело, но сон был абсолютно безмятежным – как у младенца. До утра даже ни разу глаз не приоткрыл.

Разбудила меня возня наверху и недовольное ворчание пса. Что, наш сыщик соизволила глаза продрать?

Точно – сверху свешивается нога в сапоге.

Значит, вполне себе в нормальном состоянии, сапоги-то я с неё вчера сам снимал. Нашла, обулась – стало быть, голова работает.

Нога вытянулась, коснулась земли – и тут девушку натурально повело в сторону.

Выскакиваю и вовремя подхватываю её под руку. Успел, удержалась…

– Есть хочешь?

– Быка бы сожрала, наверное…

Костер слабо тлел, а неподалёку от него, завернувшись с головою в попону, безмятежно дрых мой помощник. Указываю на него, и прикладываю палец к губам, мол, тише! Пусть поспит!

Дана кивает и опускается на сложенные дрова – Ларс их сюда столько натаскал…

Подкидываю хвороста, раздуваю угли – и пламя тотчас же охватывает вязанку. Теперь, чуть погодя, можно и дровишек подбросить. Вешаю над костром – на заранее вбитых в землю рогульках, перекладину с котлом. А в нём – похлёбка, заготовленная ещё вчера вечером. Надеюсь, за ночь она настоялась.

Подсаживаюсь рядом с девушкой – только не на дрова, а на предусмотрительно прихваченное из-под фургона одеяло. Кто его знает, какие там у неё соображения могут возникнуть по этому поводу?

– Как-то ловко у тебя всё получается… – замечает она. – Будто давно вот так вот разъезжаешь.

– Приходилось… – пожимаю плечами. – Не всю же жизнь у горна стоять?

Она осматривается, зябко подергивает плечами, утро ведь… холодновато пока. Пришлось прогуляться к повозке и притащить оттуда ещё одно одеяло.

За это время наша магичка успела быстро сбегать к ручью, откуда вернулась ещё более озябшей – но с уже вполне осмысленным выражением на морде лица.

Накинув на плечи одеяло, она устраивается на прежнем месте.

– Кстати, кто с меня вчера сапоги снимал?

– Я, кто ж ещё-то?

Или надо было так всё и оставить? Долго бы она тогда тут поутру ковыляла бы…

– Спасибо.

– Да, не за что… Уж очень крепко ты спала.

– Это не сон. Как тебе объяснить…

Да, уж как-нибудь попробуй, мне, откровенно говоря, это было бы весьма интересно. Но вслух ничего не говорю, только плечами пожимаю. Мол, как хочешь – так и понимай.

– Видишь ли… Когда снимаешь чужое заклятие, это требует очень большого расхода сил… – она прикусывает губу. – А особенно – когда снимаешь такое заклятие…

Как выяснилось из последующих объяснений, мы столкнулись с чем-то весьма редким и непростым.

Обнаруженная мною восьмилучевая звезда являлась составной частью сложного заклятия. Оно связывало воедино четыре чувства – слух, зрение, осязание и обоняние. И четыре части света. В оконтуренном таким образом квадрате никто – и ни с какой стороны, не мог ничего услышать, увидеть, унюхать и почувствовать. Даже, если бы и прошёлся прямо по лежащим телам. Более того, все неприятные и неизбежные последствия нахождения там изрядного количества мертвых тел – внутри этого квадрата каким-то образом и запирались. Так что любой, рискнувший данное заклятие снять – неизбежно получал на свою голову весь накопившийся негатив. Для какого-нибудь деревенского колдуна это могло бы стать и вовсе печальным подарком – копыта отбрасывались почти гарантированно.

Да уж… как вспомню воду, превращавшуюся в мутную жижу…

– Сил это потребовало… очень много, я на такое даже и не рассчитывала. Одно дело – ненадолго сделать скрытое видимым. Это трудно, но относительно безопасно. И совсем другое – убрать заклятие совсем. К сожалению, это стало понятно далеко не сразу – тут поработал очень сильный маг! Который, между прочим, и это тоже учёл. И принял меры против слишком любопытных. Но прерывать процесс снятия заклятия нельзя! Могилу можно начинать рыть прямо сразу – и на этом же месте.

– А вино – оно, что, помогает?

– Это не совсем простое вино… и да, оно помогает. Но – только после того, как всё завершено. Кстати, на том месте, где пролилась эта вода – которой мне омывали руки, теперь лет пять ничего не будет расти.

Она проводит по лицу рукой, словно стряхивая что-то неприятное.

– Кстати, это не тот караван, который ты ищешь. Этот – пропал раньше. Но я ищу и его тоже. Искала…

– Нашла же…

Похлёбка тем временем согрелась, и я наливаю ей полную глиняную миску. Ставлю рядом горшочек с – уже местной – аджикой.

– Попробуй… только осторожно, много не клади!

Ну и себя, любимого, тоже, естественно, не обделяю.

Да и Краю, заинтересованно высунувшему морду из кустов, тоже мосол перепадает – завтрак!

Хороший перекус – он всегда приподнимает настроение.

Не стал исключением и данный случай.

– Я вот всё думаю… – отставляет пустую миску в сторону наша магичка. – Это заклятие… Тут использовано множество… э-э-э…

– Компонентов?

– Что?

– Ну, самых разных частей, из которых сложено что-то одно.

– Интересное слово… Пожалуй, ты прав. Обычный деревенский колдун или обозный маг такое заклятие не сотворит. Нет, принцип – он понятен многим. И составить заклятие временной невидимости вполне возможно. Но это будет действовать очень недолго и только на небольшую группу людей. Прикрыть таким образом караван… ну, я даже и не знаю… ни у кого это пока раньше не получалось. А здесь применили части тел некоторых животных, свечи из человеческого жира…

– Фигасе… это кто же тут такой продвинутый деятель?

– Не знаю. Во всей округе – такого точно нет.

– А зачем части тел и этот… жир?

– Чтобы никакие животные не тронули мертвых тел. Ну и чтобы никакой человек ничего не увидел…

Охренеть, какие тут тонкости! И все – весьма малоаппетитные. Что-то мне профессия мага с каждым днём всё больше перестаёт нравиться…

– Ладно, какие планы на будущее?

– Ну… – задумчиво смотрит она на меня. – Надо сообщить в ближайший монастырь – пусть похоронят мертвых. Не дело, когда они вот так, под открытым небом, лежат.

Отрицательно покачиваю головой.

– Я бы этого не делал.

– Почему? – Дану настолько изумили мои слова, что она даже рот раскрыла от удивления. Не говоря уже о широко «распахнувшихся» глазах – между прочим, красивых…

– А кто у нас специалист по поиску злодеев?

– Я… Не морочь мне голову! Какое отношение это может иметь к погребению убитых?!

– А подумать?

Она с шумом вскакивает с места – тотчас же встрепенулся и Ларс, а из кустов высунулась морда пса.

– Ты!

– Я – никого другого тут нет. Присядь и выслушай – мы ведь так договаривались?

Она нехотя опускается на место.

– Как думаешь, монахи станут делать тайну из похорон? – интересуюсь я.

– Нет. Зачем? Надо ещё и родственников оповестить – они, наверное, уже переживают за своих близких…

– Угу… А тот самый маг, чьё заклятие ты так успешно разломала, узнает, что этот метод сокрытия следов более не работает. И следующие жертвы они попросту сбросят в воду – привязав к ногам что-нибудь тяжелое. Как тогда искать станем? А?

Молчание.

На этот вопрос у неё ответа нет.

– Хорошо… Что ты предлагаешь?

– Мы довозим тебя до ближайшего крупного поселения. Оттуда едешь в монастырь и рассказываешь всё настоятелю. Свой долг – ты исполнишь. А вот его задача – сделать так, чтобы никаких похорон в ближайшее время не было бы. Как ты будешь его в этом убеждать – дело твоё.

– А что делаешь ты?

– Еду к Замковому утесу. По моим прикидкам, там должны быть какие-то подвалы.

Дана отрицательно покачивает головой.

– Там ничего интересного нет – подвалы давно засыпало оползнем. Я сама там была – да и не только я. Это место неоднократно проверялось.

– По этой дороге, – киваю в сторону лесного кладбища, – тоже много кто ездил… Если не ошибаюсь, то и один мой знакомый маг тоже мимо проезжал.

Девушка прикусывает губу.

Извини, но мне сейчас как-то не до политесов!

– Ну… хорошо… Но ты будешь там меня ждать! И один никуда не полезешь!

Да куда ж я денусь-то…

Сказано – сделано.

И уже через пару часов мы тронулись в путь.

Высадив Дану в деревне, где она хотела нанять, либо купить, лошадь, неторопливо следуем дальше. Путь не самый близкий – дня два-три у нас точно на это уйдёт. Придется делать крюк, проезжая через пригороды Кределя – других дорог здесь нет.

Но действительность, как это часто бывает, и тут внесла свои коррективы…

Непогода застала нас на подъезде к городу, оставалось не более пары часов дороги, но, как назло, пошел проливной дождь – и проезжую часть немедленно размыло. Эх, где тот Рим… это только там, в приблизительно в такое же время, делали мощёные камнем дороги! А тут – песок, да глина… Копыта лошадей противно чавкали по грязи, я замерз, и показалось, что заболеваю. Да и Ларс подозрительно зашмыгал носом. Чтобы не свалиться с простудой, пришлось завернуть в придорожный постоялый двор, переждать грозу, а может, и заночевать – вот-вот упадет темнота. На раскисшей дороге мы могли застрять надолго. Ларс, к тому же, беспокоился о собаке – Край, оказавшись на свободе, всю дорогу носился от радости, как угорелый. Лечение Даны давало себя знать, собакин ощутимо крепчал прямо на глазах. Эх, не тем наш маг занимается – могла бы деньгу лопатой грести! Остановил Края только дождь, пес сдулся и стал жаться к нам поближе, путаясь под копытами лошадей.

Во дворе заметил несколько коней, ага, мы не одни. Ну что же, может, разговорюсь с путниками, узнаю что-нибудь полезное. Ларс задержался, занимаясь с лошадьми, а я прямым ходом внутрь – зубы уже отчётливо выстукивали походный марш. Сейчас бы теплого вина с пряностями, да поспать пару часов. Нетерпеливо тяну дверь и захожу в дом. В очаге потрескивает огонь, вкусно пахнет мясом и самое главное – тепло!

На какой-то короткий момент я, видимо, слишком расслабился. Не заметил напряженного вида хозяина заведения, не обратил внимания на заломленные в отчаянии руки его жены и застывшую в углу служанку с испуганными глазами. Почти пустой зал, только за одним из столов сидели три мужика с бородатыми воровскими мордами. Я даже сказал бы, что их было два с половиной. Не то чтобы один был совсем мелкий, просто два других были настоящими мордоворотами. На их фоне третий выглядел как-то несолидно.

– Вина и что-нибудь поесть на двоих… то есть, на троих, – заказываю я, усаживаясь за стол поближе к огромному камину. То есть, выпьем мы, конечно, вдвоем, а вот едой надо с Краем поделиться.

Что-то я не вижу, чтобы мой заказ кто-то торопился выполнять. Хозяин стоит, как пришпиленный к полу, остальные персонажи тоже застыли, как восковые. А у меня прямо перед глазами стоит тарелка густой похлебки, аж слюнки текут.

– Я что, тихо разговариваю? – удивленно оборачиваюсь к хозяину. – В чем дело, уважаемый?

Хозяин рыпнулся было за своей стойкой, вроде как на кухню собрался, но грубый окрик «Стоять!» опять вогнал мужика в ступор. Чувство опасности холодком пробежало по спине. Я, наконец, заметил напряженную атмосферу, двух испуганных женщин, оценил свои шансы. Черт, невыгодная у меня позиция. Я сижу вполоборота к мордоворотам, мне мешает стол, потолок низковат, да и вообще тесно, не хватит места развернуться для удара мечом. Может, до этого не дойдет?

– Нехорошо перебивать святых отцов, – вдруг подает голос «мелкий».

В смысле – «святых отцов»? Это у нас теперь святость по ширине морды, что ли, определяется?

– Хозяин занят, – нагло сообщает бандит.

– Сдается мне, что вы такие же святые отцы, как я – девица на выданье, – спокойно отвечаю я. – Это в каком же монастыре с такими разбойничьими харями монахи служат? – ехидно добавляю я.

Мужики оторопели от удивления: «Он, что – нас видит?» было написано у них на рожах.

Может, кому-то другому они мозги и запудрят, но уж точно не мне. Тоже мне, бедные святые отцы – жулье стопроцентное, небось, грабить собирались, да я помешал.

Сам кошусь глазом на дверь – как бы ещё какие-нибудь ухари из этой банды не появились, некстати это было бы совсем. А бандиты явно намереваются драться.

– И ты смеешь, наглец, сомневаться в словах отца Лавра? – злобно зашипел один из мордоворотов. – Да ты за это ответишь, проходимец!

Я только успеваю начать разворачиваться на скамье, а в руках у одного из злодеев уже огромный тесак и он замахивается им для удара…

Бли-и-и-н!

Левой рукой запускаю в его сторону тяжелый табурет. Их тут делают с огромным запасом прочности – не иначе, чтобы под прыгающими слонами не разваливались. Так что веса в нём – ого-го! Не сравнить с каким-нибудь «икеевским» изделием. И зная эту особенность, мужик от контакта с ним благоразумно уклоняется – его вполне можно понять! Кому охота получить по башке тяжелой деревяшкой?

Но этого времени мне вполне хватает, чтобы вскочить на ноги и выхватить меч.

А вот тут всё меняется…

В отличие от большинства здешних мечей, клинок которых имеет в длину чуть более шестидесяти сантиметров, у меня собственноручно откованная копия классического датского меча-полуторника. И длина сего изделия более метра! Если точнее – метр и десять сантиметров – что существенно улучшает мои шансы в рубке на дистанции.

Длинный неширокий клинок имеет протяжённое рикассо[2], более узкое, чем заточенная его часть. Именно тут я и перехватываю его левой рукой, когда наношу колющий удар.

И увидев столь вопиющее несоответствие в вооружении, оппонент на мгновение притормаживает, выбирая наиболее подходящий способ нападения.

Но в мои планы совсем не входит длительное бодание с ним – противников-то трое! Пока я тут с одним буду валандаться, двое других и с боков могут зайти.

Да, потолок тут низкий, и длинным мечом не очень-то размахнёшься.

Так я и не собираюсь!

Перехват, замах – и сверкающее лезвие описывает полукруг параллельно полу.

Ещё один малораспространённый здесь приём – обычными мечами так не очень-то помашешь… толку с такого удара немного. Да и сила удара одной рукой недостаточна, чтобы гарантированно пробить доспех противника.

Но так то – обычными!

Не успел злодей отпрыгнуть назад, подвела его привычка учитывать стандартную длину клинка. А тут почти полметра разницы!

В последний момент он пытается парировать удар тесаком.

На здоровье! Два с половиной кило веса меча, да и руки у меня крепкие, привыкшие махать куда как более тяжелым молотом…

Минус раз!

Злодей даже за распоротое брюхо схватиться не успел – помер, ещё не коснувшись пола.

Резко отпрыгиваю назад, прикрываясь мечом от возможного удара. А с клинка срываются тяжелые темно-красные капли… Падают на доски пола и расплываются некрасивыми кляксами.

Оставшаяся парочка противников уже на ногах. И стоящий впереди мелкий злодей вскидывает руки в характерном жесте.

Опять какое-то колдовство?

Валяй!

И отдачей его самого сносит назад.

Да так, что сбивает с ног стоящего позади третьего разбойника.

И тот со всей дури влетает спиной прямо в очаг. Толкает висящий на цепях котел… и закономерно получает душ из кипящего варева!

В средние века на противника со стен лили кипяток и кипящую смолу. И штурмующим приходилось кисло.

Здесь явно не смола – но и не просто кипяток! Жирный мясной бульон со специями – запах чувствуется даже отсюда.

Нет, ложкой его есть – это, наверное, вкусно…

А вот получить на голову сразу половину вместительного котла…

– Одноглазый! Помоги! – завывает ошпаренный похлёбкой мужик, хватаясь руками за лицо. Но его приятелю на это наплевать, едва поднявшись на ноги, он отпрыгивает в сторону, чтобы освободить место для броска.

Кинжал, отправленный в мою грудь, нес неминуемую смерть – с точки зрения моего противника, разумеется. Ибо мечом прикрыться от броска – ну, это только в кино, пожалуй… я так точно не могу. Но вот наличия кольчуги под одеждой сей товарищ явно предвидеть не мог – тут так тоже обычно не поступают, носят напоказ, лишний раз подчёркивая крутость хозяина. Да и холодно носить металл прямо на теле! Правда, это справедливо, если не поддеть под низ поддоспешник – а вот он-то у меня и имелся. Да, сидя в повозке, я не раз порывался стащить с себя опостылевшее железо, ибо благодаря ему, холод донимал меня гораздо сильнее, нежели моего спутника. Удерживала только мысль, что делать всё это придётся тоже на ветру…

А вот сейчас меня это и спасло!

Ударив по металлу, клинок ушел в сторону и брякнулся об пол.

Впрочем, Одноглазый совершенно не настроен на продолжение драки – он со всех ног несётся к дверям. И со всей силы налетает на Ларса, который в этот момент решил зайти в зал! Стоило ему только открыть дверь – и он столкнулся лицом к лицу с убегающим злодеем.

Оба полетели на землю. Ларс оторопело вертит головой, сидя на полу, а разбойник оказался куда более прытким. Вскочил – и в его руке сверкнул нож, которым он явно собирался проложить дорогу к свободе.

Он замахивается…

Я рывком бросаюсь к двери, но мне не успеть, мешают поваленные столы и стулья.

– Ларс! Берегись! – я даже не помню, успел я закричать или только собрался?

И в этот момент откуда-то сбоку на нападающего прыгает пес.

Не издав ни звука, большая собака вцепилась в горло Одноглазому. Край сшиб обидчика на пол, тот заколотил руками и ногами по полу в конвульсиях, захрипел и задергался. Ларс бросается к собаке и пытается за задние лапы ее оттащить от своей жертвы – какое там!

Железные мышцы сомкнули челюсти собаки мертвой хваткой, и чудовищная сила раздавила горло злодея, как скорлупу. Вздулись мышцы на шее и плечах – Край трепал давнего обидчика, как тряпку. Привитые за века боев инстинкты посылали псу приказ рвать обидчика на куски, что он и делал, изо всех сил мотая в стороны головой с плотно прижатыми, даже вывернутыми от напряжения ушами.

Не прошло и пары минут, как Одноглазый испустил дух.

Долго мы потом его оттаскивали собаку от жертвы – пес упорно не хотел разжимать челюсти. В общем, смотреть на то, что осталось от злодеюки… в общем, это очень неприглядное зрелище. Я уж молчу о том, сколько там натекло крови…

Трясущимися руками Ларс ощупывает пса – нет ли ран от ножа? Понять это весьма непросто – собака просто с ног до головы была покрыта кровью жертвы. Но на этот раз Край получил лишь небольшую царапину.

В углу валялась служанка, потерявшая от страха сознание, над ней хлопотала жена трактирщика, и сама-то еле живая от пережитого. Хозяин, шатаясь на нетвердых ногах, выволакивал из очага оставшегося в живых ошпаренного боевика. Было у меня сильное желание поговорить с болезным, авось что-нибудь интересное узнаю. В конце концов, именно это я и собирался сделать, входя в трактир. Не стоит отказываться от своих планов, хищно подумал я. А пока киваю на него Ларсу.

– Связать и в угол! Пусть пока там полежит…

Веселенький у нас выдался вечер, нечего сказать. Зато простуда прошла мигом. После драки жутко захотелось есть. Хозяин чуть ли не в ноги повалился нам от благодарности, и заставил стол всякой снедью и вином. Есть с чего – не будь меня, обобрали бы его бандиты до последней нитки. Как выяснилось, мы имели дело с тем самым Креном Одноглазым! И сей деятель, как самый крупный местный криминальный авторитет, регулярно занимался поборами и даже собственноручно объезжал стратегические точки. Дело это было для него безопасное, так как заклинание позволяло окружающим видеть в них безобидных монахов. И только жертвы поборов, да и то – после соответствующего вступления, могли понять, кто же к ним заявился на огонёк. А вот на визит такого «оригинального» гостя, как я – никто и не рассчитывал.

Это и погубило злодея…

Наскоро хлебнув уцелевшего варева (а и впрямь – вкусно!), вылезаю из-за стола. Пожрать и позже можно, чувство голова я несколько приглушил. А вот опросить оставшегося в живых бандюгана, пока тот не откинул коньки, надо!

Его к тому времени отволокли в подсобку, где и оставили лежать.

Прихватив у хозяина масляный светильник, топаю туда.

Злодей лежит неподвижно – любое движение причиняет ему сильную боль. Горячая похлёбка ошпарила ему не только морду, но и почти все плечи. Да и пламя очага ещё добавило… Так что самочувствие у него… в общем – фигово мужику. Да и верёвки, которыми его заботливо перетянул Ларс, тоже никакой радости не доставляют.

– Ну? – присаживаюсь на небольшой бочонок, ставя светильник на полку. – Чем ты можешь меня порадовать?

– Тебе не жить… – через силу выдавливает из себя разбойник. – За Одноглазого будут мстить… ещё никто долго не прожил…

– И ты хочешь сказать, что его убивали уже несколько раз? – ехидно интересуюсь я. – И все его убийцы прямо-таки и померли в одночасье?

Он закашлялся, пытаясь скрыть замешательство. Но лучше бы он этого и не делал – боль тотчас же напомнила ему, что любые движения в его ситуации – вещь неразумная. Лучше лежать неподвижно!

– Ух-х-х! – втягивает он воздух через сжатые зубы.

– Короче! У меня там еда стынет – и тратить на тебя время мне неохота. Будешь молчать, уйду. Перекусим, выспимся… А утром брошу тебя в повозку и отвезу к стражникам. Помрешь по дороге – твоя печаль. Ну, а уж как они тебя примут… мне и вовсе наплевать. А вот награду за твоего главаря – я точно получу! Впрочем…

Бесцеремонно поворачиваю ошпаренную морду к свету.

– Может, и за тебя что-нибудь дадут, а? Правда, узнать тебя сейчас трудно… но маги, думаю, сумеют…

А вот эта перспектива его, похоже, совсем не радует! Он делает слабую попытку отползти в сторону, но тотчас же стонет от боли.

– Ага! Стало быть, возможность опознания магами вполне реальна, да? Есть, кого опознавать? Ну, родной, помереть, в таком разе, не получится! Надеюсь, гильдия магов не будет слишком уж прижимистой! Это я хорошо зашёл…

Хлопаю его по плечу, вызвав ещё один вскрик боли. Встаю, забираю светильник, оставив разбойника в темноте. Сейчас его лучше не трогать – пусть поразмыслит о невесёлых перспективах близкого общения с магами. Глядишь – и поумнеет к утру.

А в зале уже спешно ликвидируют следы недавнего побоища. И хозяина вполне можно понять.

Я приехал – и уеду, а ему тут жить! Иметь же разборки с последователями покойного атамана ему явно неохота. Вот он и старается.

Почему я так решил? Так он за стражей никого не послал – все, кто присутствовал при драке – тут и находятся.

А раз так, то надо ожидать продолжения банкета…

Так оно и вышло, вытирая руки фартуком, трактирщик подсаживается к моему столику. Ларса, кстати, уже не видно – потащил наши вещи наверх, там в трактире расположены комнаты для проезжающих.

– Господин…

– Лекс Гор.

– Тилье Дуран – к услугам вашей милости!

Ого, так меня уже и в дворянское достоинство возвели?

– Мастер Гор. И я не дворянин. И не маг, как ты мог ошибочно предположить.

– Маги не носят таких мечей… но, ведь… он же ударил заклятьем…

Оттягиваю в сторону ворот рубахи – на свету тускло блеснули кольца кольчуги.

– Зеркало. Ты ведь знаешь, что это такое?

Судя по изменившемуся лицу мужика – знает. И кое-что может предположить…

– Вас нельзя поразить магией.

– И обмануть – тоже. Я вижу всё, что от меня хотят скрыть. Так что, если у тебя есть конкретное предложение, то говори.

Что может знать рядовой деревенский трактирщик о невероятно дорогом доспехе? Только то, что он существует. Сомневаюсь, что во всей деревне найдётся хоть один человек, который вообще его хоть когда-нибудь видел. А раз так, то и конкретных свойств данной штуки он точно знать не может.

– Я знаю… знал Крена уже достаточно давно… Ему платят у нас многие. Каждый хочет спокойно жить и не иметь неприятностей.

– Не новость. Все так хотят – но не у всех получается.

– Да… Но в этот раз он… Словом Крен потребовал очень много! Таких денег у меня просто нет!

Хм, а что такого должно было произойти? Совсем нелогичный поступок. Ну, доишь ты жертву понемногу – и она платит. Не слишком дофига – зато, постоянно. А после того, как вытрясешь крышуемого досуха, он ведь и свалить отсюда может, так ведь?

Может.

И крандец источнику дохода.

Так что всё придётся начинать заново. Плющить нового трактирщика, который, кстати, может на этот раз оказаться каким-нибудь бывшим стражником или солдатом-отставником. И ничего гарантировать невозможно.

Странно…

– И сколько же он потребовал?

– Пятьдесят золотых!

Нехило!

Сумма очень даже суровая! А по местным меркам – так и вообще… Сомневаюсь, что рядовой трактирщик способен одномоментно столько выложить на стол.

– Серьёзно.

– Он сказал, что заберёт с собою мою дочь, если я немедленно не принесу ему денег. И за каждый день просрочки будет добавлять по золотому.

Теперь, пожалуй, что-то проясняется. Понятное дело, что любой крышуемый злодеями коммерсант не будет в восторге от драки его «родных» бандитов с кем-то третьим – отвечать всё равно ему, независимо от исхода стычки.

И далеко не факт, что его самого не сделают тут крайним – таковых примеров я ещё в прошлой жизни насмотрелся и наслушался.

Но одно дело, когда вопрос идет о какой-то сумме денег – и совсем другое, когда на кону стоит жизнь ребенка. Тут, даже самый тихий коммерс, может в одночасье стать совершенно безбашенным отморозком. Бывали, знаете ли, случаи…

– Такое раньше происходило?

– Нет. Он приходил за деньгами, пил, ел – и всё за мой счёт. Щупал Морлу…

– Кого?

– Ну… она тут прислуживает…

– Понятно.

– Но никогда ни с кем тут не дрался и вообще вел себя, хоть и нагло, но всё же…

– Сколько ты ему платил?

Мужик мнётся. И это понятно! Очень ему охота соврать, выставить себя маленьким и бедным… Но стремно – уж очень непонятный персонаж напротив сидит.

– Один… Два золотых в месяц!

И Одноглазый решил слупить с мужика плату почти за два года разом? Охренеть… что ж его так припёрло-то? Понятно, что трактирщик столько выложить просто не может – даже если всё тут продаст. Но на что-то же бандит рассчитывал?

– Ладно. На эту тему я с тобой после поговорю. А пока – запоминай!

Мужик кивает.

– Он у тебя был. Получил обычную плату и предупредил, что есть серьёзный разговор. Потом его срочно вызвал во двор один из его головорезов – и все они ушли. Больше ты его не видел и ничего не знаешь.

– Но… они ведь снова придут за деньгами… И могут опять потребовать пятьдесят золотых!

– Ну, во-первых – сразу точно не придут. Думаю, у них и без тебя будет множество вопросов. Причём – гораздо более важных. А во-вторых – ты, что, хочешь мне что-то предложить? Нет? Тогда – извини, но у меня и своих дел хватает! Да и не думаю, что с тебя потребуют так много. Скорее всего, деньги были нужны именно Одноглазому – и прямо сейчас. Он мертв, и вопрос решился сам собой.

Трактирщик закусывает губу. Что-то он хотел сказать… но промолчал. Что ж, его проблемы.

– Тела вытащить наверх. Положишь их в мою повозку, Ларс покажет. Завтра их выставит на городской площади Серая стража. Так что все вопросы – к ним, ты в стороне. Понятно?

Кивает – понял. Ладно, продолжим.

– Третьего я тоже с собою заберу, и ты вряд ли его больше увидишь. Будут вопросы лично ко мне – спросишь в казармах Серой стражи мастера Гора – они меня найдут. Только учти – я человек занятый и по пустякам туда-сюда разъезжать не стану. Моё время стоит дорого, запомни!

Хрен мы тут переночуем… сваливать нужно. Встревать в местные разборки разбойников с трактирщиками – и нафиг не надо!

Подзываю Ларса и озадачиваю взять у хозяина еды и вина. Спать тут не остаемся, вещи уносим назад – и уезжаем прямо сейчас.

Ах, да… ещё третий остался…

Снова беру светильник.

– Значит так, милок. Планы изменились, едем сейчас. Извини, но придётся потерпеть – повозка у меня не слишком удобная. Так что времени на то, чтобы приготовиться к общению с магами, у тебя мало…

– Тебе долго не прожить… – заводит он старую песню.

Блин, он что – совсем на башку скорбный?

Расстегиваю ворот рубахи.

– Ты знаешь, что это такое?

Да откуда ему!

– Нет… кольчуга…

– Это – Зеркало. Ещё вопросы есть? Понял, баран, кому вы поперёк дороги встали? Всё – подъем, шевели булками!

Пинками выгоняю его во двор, где мы бесцеремонно запихиваем его в повозку. К ней уже привязаны кони разбойников, а сами их бывшие хозяева лежат внутри. Кстати, обшарив их тела, Ларс выкладывает передо мною изрядную кучку монет. Среди них попадаются даже и золотые!

Хотя, местный закон и гласит, что всё должно быть передано в казну, я, что-то не слыхивал о том, чтобы это кто-нибудь исполнял. Так что не будем подавать дурных примеров окружающим, и попросту прикарманим всё это добро. Робкие же намёки внутреннего голоса на то, что всё это было неправедно отжато у несчастных местных коммерсантов, презрительно проигнорируем. Кто, в конце концов, мешал любому из этих коммерсов дать по башке этим молодчикам? Никто…

Так что все намёки идут лесом!

На улице темно – хоть глаз коли. Но кони чувствуют дорогу и неторопливо тянут нашу повозку в нужном направлении. Надеюсь, что вскорости рассветёт и можно будет чуток прибавить скорости.

– Ваша милость…

Это ещё кто?

А-а-а… у злодеюки голосок прорезался.

– Чего тебе?

– Не отвозите меня к магистрам!

– С чего бы это вдруг?

– Меня же там…

– На кол, что ли, посадят? Ну и что? Не меня же…

Он потрясённо замолкает, видимо представляя в деталях данный процесс. Похоже, таковая казнь в данной реалии ещё неизвестна, это я, похоже, малость поторопился с прогрессом.

– Я… я могу выкупить свою жизнь!

– Это, каким же, интересно знать, образом?

– Я укажу вам тайник Одноглазого!

Хм, а вот это уже становится интересным… Даже и та сумма, которую мы обнаружили сейчас, вполне уже позволяет мне купить дом и мастерскую. А уж то, что лежит в тайнике… Сильно сомневаюсь, что главарь прятал там свои детские игрушки – как память о тяжелом детстве.

– И где же это находится?

Разбойник пускается в сбивчивые описания.

– Ларс, ты это место знаешь?

– Не очень, мастер… но найду!

– Что ж… Дождёмся рассвета – и свернём.

Не стану описывать тот путь, который мы проделали – ничего интересного по дороге не произошло. Лес… ну, он точно такой же, как и в любом другом месте. Никаких таких особых признаков, что мы приближаемся к зловещему бандитскому логову, не имелось. Отсутствовали грозные вывески-предупреждения и знаки запрещения стоянки, и даже прототипов нынешнего ДПС на дороге отчего-то не встретилось. По правде говоря, вот уж об этом «полезном» новшестве я как-то предпочту никому тут и не рассказывать. Не хочу быть проклятым ещё при жизни…

– Здесь… – кряхтит наш невольный проводник.

Мы усадили его так, чтобы он мог видеть дорогу. И разбойника ничуть не смущает тот факт, что он восседает на телах своих убитых товарищей.

– И что там?

– Домик… когда-то лесничий жил… Он давно уже умер, а новый построил себе уже свой дом – в стороне от этих мест.

– Охрана есть?

– Двое… раньше ещё и мы с Бланчем тут были…

– Бланч?

Злодей указывает на труп своего товарища. Ага…

– И где они?

– Должно, в доме спят…

Останавливаем повозку. Спрыгнув на землю, вручаю Ларсу тот самый трофейный «короткий» тесак. В его руках это оружие работает должным образом. А в моих – обычная железяка, да ещё и не самого хорошего качества.

– Присмотри за ним. А я тут пройдусь…

А вместо тесака прихватываю с собою арбалет. Он уже заряжен, да ещё и пяток болтов у меня на поясе висят – для них специальный кожаный чехол имеется. Собственноручно сшитый, крепкий и качественный.

Вот смотрю я на себя со стороны…

Нормальный же мужик был, ни разу не душегуб и не злодей. А троих уже собственноручно завалил… И вот как всё это воспринимать?

Молча.

Здесь все так живут.

Можно подумать, я специально на драку нарывался, что ли? Тот же «бедняга» трактирщик, например… Думаете, он сильно колебался бы прирезать одинокого разбойника, буде таковая возможность ему представилась? Щас… Тут о ценности отдельно взятой жизни народ как-то вот не особо заморачивается.

И не будем белой вороной – проще жить надобно.

Здесь никто и ничем мне не обязан. А обо всяком там гуманизме и толерантности, поди, и вовсе даже не слышали ничего.

Подыхаешь с голоду? Твои проблемы, мужик. Иди, милостыню проси…

А уж такой вот персонаж, как я – так и вовсе обречён на пожизненное прозябание. Колдовать не могу, чужак… кому такой нужен?

Рядом уже дом. И весь он какой-то грустный… неухоженный. Давно, кстати, умные люди заметили – когда хозяин покидает своё жилище, оно как-то очень уж быстро стареет. Словно из него вынули душу. Стоит такой вот домик… и ветшает. Причем, ровно такой же рядом – но с жильцами, выглядит, вполне себе нормально. Хотя за ним тоже особо не ухаживают. Вот, почему так происходит, кто знает?

Входная дверь заколочена досками – очевидно и напоказ. Это, типа, нет тут никого и уже давненько. Чтобы не совались всякие там… прохожие.

Приглядываюсь – шляпки гвоздей тоже давно потемнели и на досках виднеются ржавые потёки. Не бутафория…

Значит, вход с другой стороны, вторая дверь в доме обычно там и располагается. Во всяком случае – в большинстве местных домов.

Но и тут сюрприз – она тоже заколочена!

Блин, надо было у разбойника выяснить – как они в дом-то попадают? Не через окна же, в самом деле, залезают-то?

Впрочем, окна тоже все закрыты ставнями. И кстати, совершенно по-нашему – на болтах. То есть, поверх ставень идёт нехилая такая деревяшка, концы которой фиксируются железными штырями, проходящими внутрь помещения. Только у нас с той стороны обычно гайки закручивают, а здесь – вставляют в проушину гвоздь или деревянный колышек. Не видел я что-то тут резьбовых соединений…

Бункер, блин… сельский, точнее – лесной.

Однако, как залезать-то?

Совершенно очевидно, что тут есть и какой-то дополнительный проход. Но вот, скорее всего, его-то и караулят подельники моего пленника. И лезть именно через него – решение не самое разумное.

Ладно, сейчас время раннее, народ, как справедливо предположил разбойник, скорее всего спит. Значит, можно в темпе обшарить окрестности.

Подвела бандитов лень.

Или, что вероятнее всего, чрезмерная надежда на всякие там заклинания.

Справедливо предположив, что сидящие длительное время в доме люди вынуждены иногда есть и совершать… гм-м-м… скажем так – обратный процесс, я стал это самое место и искать.

Тут у меня были два момента.

Готовить что-то горячее в доме нельзя – дым из трубы совершенно естественно вызовет вполне обоснованные вопросы. А кто знает, как часто тут кто-нибудь мимо проезжает?

Значит, готовить будут где-нибудь в лесу – там костер может жечь кто угодно. И никаких вопросов это не вызовет.

И обратный, скажем так, процесс…

Погадить народ тоже будет на улицу выходить.

И уж совершенно точно, не станет это делать около места приготовления пищи.

Где там у нас костер, я пока не в курсе. Но вот второе место найти намного проще – тупо, по запаху.

Оно и нашлось уже через несколько минут.

И где у нас дом?

Справа.

Стало быть, и выход, скорее всего, подземный, тоже где-то рядом. А в противоположной стороне от импровизированного сортира, наверняка, расположена и кухня. Выход же – где-то посередине между двумя этими точками, но к кухне, надо думать, всё-таки, поближе.

Лень-матушка…

Злодеи натоптали вполне отчётливо видимую тропку, по которой я быстро отыскал как очаг, так и дыру, откуда вылезали проголодавшиеся обитатели дома. Понятное дело, что это место наверняка прикрыто каким-то там заклятием – но на меня-то подобные вещи не действуют!

Выворотень скрывал вполне себе крепкую и надёжную дверь, разумеется, запертую изнутри.

Ну, тут тоже не фраера – как говорил герой в одном боевике. Ломать её мы не станем, лучше подождём.

Либо пожрать, либо… г-м-м… иное сотворить – народ, рано или поздно, но пожалует.

Тут-то их и встретим.

Лежу, жду.

А в лесу идет своя, никак от человека не зависящая, жизнь. Какие-то птахи щебечут, с сучка на сучок перескакивая. Вон, хвост белки мелькнул – они тут, кстати сказать, ровно такие же, как дома.

Дом…

Интересно, я когда-нибудь туда ещё попаду? Это ещё хорошо, что там никакая живность не заперта внутри! Даже приходящий время от времени кот – и тот, почти никогда не оставался дома, если я куда-то уезжал. Мурзик держался степенно, как и подобает уважающему себя коту, и свою свободу оберегал тщательно.

Здесь кошки тоже есть – но какие-то они… словом, мой кот крыл бы любую местную по всем статьям! Он больше и суровее намного. А здешнюю мелочь как-то сложно всерьёз воспринимать. Это, при том, что крысы здесь весьма шустрые и прожорливые – имел уже шанс в этом убедиться!

Чу!

Стукнуло что-то, скрипнуло – и в проёме двери нарисовался серьёзный такой дядечка. В плечах – как два Ларса, да и я рядом с таким здоровяком себя чувствую несколько неуверенно…

А тут ещё и топор немалых габаритов… словом – суровый оппонент в любой драке.

Огляделся мужик, чутко к лесному гомону прислушался. Нет ничего… давно уже я тут лежу, не воспринимают меня в качестве постороннего раздражителя местные обитатели.

Успокоившись, дядя вскидывает на плечо топор и поворачивает в сторону импровизированного туалета. То есть – как раз в моём направлении он топает.

Топал… вползает в прорезь прицела широкая грудь здоровяка. Мне с таким махаться не слишком перспективно – так и не станем.

Щелчок!

Замер топороносец. Никуда его удар болта не снёс и не опрокинул, как это любят в кино показывать. Пошатнулся – это так. Но этим всё и ограничилось.

Не похоже, чтобы на нём имелась кольчуга – вот тут-то он точно бы дёрнулся куда как более сильно! Одна песня, когда болт входит в тело – и совсем другая, когда бьёт он в кольчугу или в пластину панциря, не пробивая их. Внешне это куда как более заметно – вся энергия удара в этом случае распределяется по конкретной детали доспеха. И – какой угодно здоровяк в таком случае пошатнётся.

Он медленно снимает с плеча топор. Блин, мужик, ты в натуре заговоренный?

Полтора десятка метров между нами – успею ли перезарядить оружие?

Щелчок – освобожден идущий снизу рычаг.

Перевернуть арбалет, прикладом упереть в колено – рычаг на себя!

Сдвинулся ползун механизма заряжания, тетива отведена на половину длины хода.

Рычаг назад – и снова на себя!

Щелчок – встала тетива на стопор.

Рычаг назад, арбалет перевернуть, а левая рука уже на полпути к колчану.

Быстрый взгляд – вот он, дядя! Пока прёт чисто на звук, куст мешает меня видеть.

Болт на место, прицел…

Я выстрелил почти в упор – с трех метров. Отбросил оружие и отпрыгнул в сторону, выхватывая меч.

Тут такое дело… если пропущу хотя бы один удар… То второго уже может и не потребоваться!

Но – подогнулись колени у мужика…

Шаг, ещё один – с неприятным звуком падает на землю топор.

Всё-таки я попал достаточно удачно.

Прежде, чем куда-либо двинуться, перезаряжаюсь. Черт его знает, а вдруг и второй бандит будет столь же габаритным и выносливым? Поэтому сразу втыкаю в землю и второй болт – чтобы не лезть в колчан.

Но ждать долго не пришлось, в проходе послышался голос – разбойник окликнул сотоварища. Не дождавшись ответа, и сам выглянул наружу.

Там и остался – на этот раз второго выстрела не потребовалось.

Свалив в повозку трофейное вооружение, интересуюсь у пленника расположением бандитской кассы.

Однако он далеко не сразу мне ответил, оторопело разглядывая знакомый ему здоровенный топор.

– А?

– Хрен на! Тайник где, тебя спрашиваю!

Судорожно сглотнув, злодей сбивчиво поясняет особенности расположения разбойничьей кассы.

– Там заклятие… Никто чужой не сможет её увидеть и взять! – спешит он меня предупредить. – Крен большие деньги затратил, чтобы этот амулет заполучить!

– А что будет с тем, кто попробует?

– Его поразит огнём! Прямо на месте сгорит!

– Так вот, прямо, дотла и сгорит? Ладно, посмотрим…

Как выяснилось, главарь никогда не входил в эту комнату, не отослав предварительно на улицу всех охранников. И я вполне его понимаю – излишняя доверчивость в данном случае, признак непроходимой тупости. А дураком он явно не был.

– И что – никто даже и не пробовал туда войти?

– Ну…

Как выяснилось – пробовали. И тех умников давно уже закопали в лесу.

Пробравшись в дом по узкому тоннелю, оказываюсь, вполне ожидаемо, в подполе. Выход в обычное время прикрыт большой бочкой, которая в настоящее время отодвинута в сторону. Это, как же они её так?

Потратив некоторое время на изучение хитроумного устройства, которое позволяло легко откатить со своего места тяжеленную хреновину, лишний раз убеждаюсь в том, что умные мастера тут есть! И талантами они не обделены, да… Надо будет взять на вооружение!

Осмотр прочих помещений ничего особо полезного не дал. А вот висящий на подпотолочной балке окорок надо будет прихватизировать! Пара мешочков с крупой, мука… Да, не баловал разбойников их главарь! Кадушку с кислым пивом презрительно обхожу стороной – я такое не потребляю.

А вот и то помещение, о котором говорил «язык».

Обычная дверь – и даже не заперто.

Что он там про амулет поведал?

Но – не спешим!

Присаживаюсь на корточки и осматриваю дверь. Притолоку… пол тоже проверить нужно…

Ага, дощечка под ногою подаётся! Ненамного – но есть!

Что-то я не сильно доверяю некоторым местным «товарищам»… особенно, в последнее время.

Перевернув стол, укладываю его поверх доски. Потом посмотрим…

Обвязываю верёвкой дверную ручку, ухожу за угол – и рывок!

Ничего не произошло – дверь, вполне ожидаемо, распахнулась.

Опять же – внутрь не спешим!

Откуда-то сверху пробиваются лучики солнца – и в них кружатся пылинки. Так я ещё и масляный светильник зажгу – для подстраховки, так сказать…

Ничего особенного в комнате не видно. Сундук – есть, напротив двери стоит.

На этот раз разломать пришлось уже одну из лежанок. Их обитатели навряд ли будут за это в претензии…

Одна доска, вторая, третья – теперь под моим весом они уже не прогибаются. Отлично, стало быть, перемещаем этот импровизированный мостик вперёд.

Вот не верю я в бесхитростного разбойничьего главаря…

Пробравшись вперёд по доскам, осматриваюсь по сторонам.

Ну, что сказать…

Прямо над дверью висит на ременных петлях нехилая такая хреновина – нечто, типа здоровенных граблей.

Сейчас их что-то там удерживает, но вот, если спусковой механизм сработает… Жизнерадостного идиота, который сунется в открытую дверь, попросту нанижет на зубья «граблей». Острые они или нет – в данном случае фиолетово. Даже на первый взгляд, удар такой хреновины запросто мог пробить и панцирь, гарантированно отправив лопуха на тот свет.

Ладно, будем считать, что это первый «подарочек».

Обвязываю верёвкой сундук, и, выбравшись из комнаты, оборачиваю её вокруг столба.

Рывок!

А хрен там ночевал… тяжёлый сундучок-то!

И ещё разик… ага!

Тянем – потянем…

Ж-ж-ух! Чук!

Сработало…

А небесталанный мастер тут поработал… Интересно, чем с ним расплатились? Отчего-то вот сомневаюсь, что он на этой работе разбогател… Его, хоть закопали – или попросту в лесу бросили?

В стене за сундуком была запрятана ещё одна ловушка – типа неслабой такой косы, которая вылетая из стены, проходила примерно в полуметре над полом. Либо ноги, либо голову (это, если присел…) любопытному исследователю чужих тайников она могла смахнуть запросто. Приводилась она в действие простым противовесом – нажатая половица освобождала тяжеленную гирю, которая, обрушиваясь вниз со своего места, раскручивала механизм. Нехилая такая «гирька»!

Слазив в подвал, я смог по достоинству оценить её вес. Пуда три… как минимум! Серьёзный такой каменюка, да…

А вот с сундуком я экспериментировать не стал – и попросту разбил его трофейным топором.

И правильно, кстати говоря, поступил…

Уже потом, разглядывая обломки, обнаруживаю на крышке сундука какой-то странный механизм. Черт его знает, зачем его туда присобачили, но вот чутье подсказывает, что уж явно не для того, чтобы приветствовать открывающего мелодичным боем колокольчиков. Боем – кстати, вполне возможно, а что до мелодичности… так это точно не тот случай.

Кстати, и пресловутый амулет в наличии имелся – мирно висел на стенке слева от входной двери. Трогать я его не стал. Мне – он и нафиг не уперся. А вот Ларса эта хреновина долбануть вполне свободно могла. Так что – пусть висит…

Разыскав в доме мешок, наполняю его трофеями. Они тут, между нами говоря, самые разнообразные. Какие-то красивые чаши из благородного металла. Хоть и грубовато сделанные – но серебро же… Монеты – тоже самые разные. В основном – преимущественно серебро, хотя и медь присутствует. Были и золотые – в небольшом мешочке, который я сразу же сунул в карман. И ещё всякие разные предметы, представляющие, надо думать, определённую ценность. Словом, на пенсию себе Одноглазый скопил… но вот получить её ему уже не суждено!

Когда тяжёлый мешок бухнулся на дно повозки, пленник судорожно сглотнул. А ведь дошло, наконец, до мужика…

Не нужен он мне более – всё уже рассказал, ничего полезного более не сообщит. Да и более того – он теперь нежелательный свидетель!

«Слишком много знал» – это, точно, про него сказано.

– Что теперь с тобою делать?

Мужик зябко подергивает плечами.

Странно, вроде бы не холодно?

– Ну… ваша милость…

– Слезай!

Он кое-как переваливается через борт повозки.

Отвожу его в сторону и киваю на лежащее рядом бревно.

– Садись!

Опускается на него пленник. А в глазах тоска… прямо-таки вековечная скорбь!

– Значит, так! Ты – мне не нужен. В смысле – что я не стану сдавать тебя магистрам. Сколько бы там за твою голову ни дали, это, – киваю в сторону повозки, – вполне перекроет данную сумму. Так что, можешь перевести дух, встреча с представителями гильдии пока откладывается.

Пленник судорожно втягивает воздух через сжатые зубы.

– Далее!

Лезу в карман и высыпаю на песок пригоршню монет, которую я прихватил из мешка.

– На лечение…

Полагаю, что и десятой доли ему хватит, чтобы прийти в прежнее состояние. Плевать, я не настолько жаден, чтобы трястись над чужим добром.

Протягиваю руку и кладу её на лоб разбойнику. Нечто подобное я как раз у магов и подсмотрел. Пусть думает, что и я не чужд всяких там колдовских фокусов.

– Твоё имя?

– Бел Ллоп.

– Повторяй за мной! Я, Бел Ллоп, присягаю на пожизненную верность мастеру Гору.

Мужик послушно повторяет сказанное.

– Клянусь не злоумышлять против него, вовремя и без принуждения сообщать всё то, что станет мне известно. Если же я нарушу это торжественную клятву, то пусть небо рухнет на мою голову! Обещаю служить верно и честно, покуда меня не освободят от данной клятвы.

Так или иначе присягают тут кому-либо – не знаю. Но звучит-то хорошо!

– Значит, так… Вернёшься к своим товарищам… – заметив на его лице некоторые колебания, рявкаю. – Вернёшься! Скажешь – Крена вызвали из харчевни на улицу. Прибегал какой-то мальчишка…

Мужик кивает, понял.

– Вы вышли – и на вас напали неизвестные. Тебя ударили огненным заклятием, Бланча перерубили мечом почти пополам, а на Одноглазого набросилась огромная собака. Большая, в половину человеческого роста – таких никто здесь раньше не встречал. Нападающих рассмотреть не удалось – было темно. Но их было несколько человек, ты слышал их голоса. Тебя сочли мертвым, и не стали добивать. Потому и удалось отползти в сторону и спрятаться.

Так себе легенда, если честно… но – может и прокатить.

– Кто встанет во главе банды?

– Ну… Уррут Ревас, скорее всего… он… они спорили с Креном – но того поддерживало большинство… А теперь Одноглазый мертв.

– Тебе поверят?

– Да. А почему бы и не поверить? Такое бывает… могло быть…

– Отлично, – на землю шлепается золотая монета. – За сообразительность! Будешь приходить в эту самую харчевню и рассказывать хозяину всё, что сможешь узнать. Если это мне пригодится, то через него же будешь получать и деньги. Веди себя осторожно! Если кто-нибудь увидит у тебя золото… я тебя защищать не стану!

Встаю и втыкаю в землю взятый в доме тесак.

– Потом разрежешь им верёвки. И ещё… не вздумай удрать – я достану тебя и в соседнем графстве!

Хрен его знает, насколько это далеко… но пусть боится и далее.

– Когда мы скроемся из виду, можешь встать и уходить.

Вот так!

Как это называется в наше время? Вербовка на компромате? Ну… наверное, как-то иначе… Угроза немедленного усекновения башки, как-то мало смахивает на компромат!

Не знаю, насколько долго разбойника будет держать страх, но какое-то время он точно не рискнет задирать хвост!

Будет постукивать за милую душу!

Зачем это мне нужно?

Я далёк от мысли, что со смертью главаря его банда тотчас же прекратит существование – не те там, надо полагать, ребятки подобрались. Почти наверняка кто-то тотчас же перехватит бразды правления. Ну и хрен с ними, я вообще-то не подряжался пожизненно бороться с местным криминалом. Мне бы на дом собрать… и хватит! А вот свой человек среди разбойников – точно не станет лишним! В крайнем разе, передам его «на связь» стражникам – вот это, как раз, их епархия!

Когда мы, наконец, свернули в нужную сторону, я передал вожжи Ларсу, а сам полез вглубь повозки – произвести инвентаризацию трофеев, так сказать.

Подсчёт приятно удивил – денег хватало уже не только на дом и кузницу, но и на пару-тройку лет вполне приличного житья. Оценивать чаши прочий антиквариат не пробовал, увы, но моих знаний для этого явно недостаточно. Задним умом понимаю, что дом надо было бы прошерстить куда как тщательнее… но, фиг бы с ним! Черт его знает, предусмотрена ли там смена караула, или что-нибудь похожее? Опять же, главарь вряд ли бы стал устраивать ухоронку вне сферы действия своей банды. Так что шанс внезапного визита удивлённых бандюганов всё же оставался достаточно высоким.

Ладно, что есть – то есть! И будь доволен уже таким результатом!

К утру следующего дня мы, наконец, добрались до нужного места. Это по реке сюда попасть проще простого – и намного быстрее, а дороги здесь петляют очень даже нехило.

И опять стандартная процедура – постановка лагеря.

Лошадей выпрягли и пустили пастись. Трофейные коняшки – в количестве трех штук, составили им компанию. Вообще, надо будет освежить в памяти навыки верховой езды – существенно выиграю в скорости передвижения.

Добытые у разбойников деньги уношу в лес и тщательно там прячу. Хрен его знает, есть кто-нибудь на этом самом утесе или нет, но вот исключать визит незваных гостей нельзя. А за такую сумму тут глотку перережут, не задумываясь – даже самые мирные на вид прохожие.

Ларса на хозяйство – еда-вода и прочее, а сам отправляюсь на предварительную разведку.

До собственно Замкового Утеса оказалось порядка полутора километров. Видно его издали – внушительная скала гордо возвышалась над лесом.

Ну, по дороге не пойду – уж туда-то наверняка кто-нибудь да посматривает. Исхожу из того, что это место обитаемо – так проще.

По умолчанию примем и наличие там некоего гарнизона. Как пояснили мне в своё время стражники, дорога какое-то время петляет прямо под скалами, и обстреливать её сверху легче лёгкого. Именно так всё когда-то и задумывалось. Однако с тех времен прошло уже много лет, часть укреплений обветшала и рассыпалась. Но на возможности стрелять сверху вниз это никак не сказалось, да и не могло сказаться. Примем как данность – стрелки там есть. И башкою рисковать не станем.

Так что пришлось лезть на соседнюю горку. В следующий раз лошадь возьму – и быстрее будет, да и практика мне не помешает.

Люди там точно были – легкий дымок поднимался в небо. Надо отдать должное обитателям утеса – дымок можно было рассмотреть только со стороны реки, от леса его прикрывали скалы. Ну а плывущим мимо, надо полагать, совсем не интересен костер на берегу – приставать сюда явно никто не собирается.

Особо близко подойти не удалось – метров на триста, не более. Но отголоски речи уже отсюда можно было разобрать. Те, кто там обитал, не сильно парились на тему безопасности. Впрочем, вполне возможно, что это насквозь мирные люди.

Тогда – вопрос!

А чего они там потеряли?

Пахать-сеять на горе?

Три раза ха-ха…

Пасти скотину?

Это на камнях-то?

Идею с пикником я отмёл сразу – мало того, что по местным понятиям тут середина рабочей недели, так и сам факт воскресного пикника тут станет известным лет, наверное, через двести…

И кто же тут может быть?

Всякие там углежоги отпадают, дровосеки – тоже.

За пастухов и землепашцев уже было.

Беглые?

Кто и от кого?

Я не силён в местном общественном устройстве, но знаю, что какие-то там недовольные жители периодически сваливают куда-то в лес. Черт знает, правда, чем конкретно они там недовольны, но вот тот факт, что большинство сваливших вскоре пополняют ряды разбойников – бесспорен. А вот мне как-то и вовсе фиолетово – с каким именно атаманом предстоят тёрки. Это мне вообще без надобности.

Спрашивается – а чего я тут жду?

Дану – это во-первых. Полагаю, что она нас разыщет достаточно быстро. С этой целью наша магичка присобачила какую-то странную фиговину на самый верх полотняного шатра нашей повозки. По её уверениям, с помощью этого амулета она сможет найти нас где угодно. Эдакий спутниковый маячок в колдовском исполнении.

Была и вторая мысль…

Авантюра, откровенно говоря.

Отъехав от разбойничьей ухоронки, мы вскоре оказались на большом перекрёстке. Одна из отходивших от него дорог как раз и вела к Кределю. Осмотревшись, убеждаюсь в отсутствии посторонних глаз. Загоняю Ларса на дерево – пусть смотрит во все стороны. И началось…

Лукаво не мудрствуя, черчу на дороге шестиконечную звезду. Какие тут в ходу колдовские знаки – черт его знает, поэтому, особо не заморачиваясь, изображаю скрипичные ключи, значок доллара и всякую подобную хренотень. По углам расставляю огарки свечей – у нас их полно. В центр звезды укладываю оба мертвых тела – крест-накрест.

Вооружаюсь стрелой и изображаю на трупе главаря длинные разрезы – типа, когтями его рвали. Вдавив костяшки пальцев во влажную после дождя землю, имитирую следы здоровенной собаки.

Вот!

Пусть теперь гадают – какой-такой магический обряд тут проводился?

Окликнув Ларса, интересуюсь – как долго может продержаться его коронное заклятие?

– На живом человеке… – мнётся мой спутник. – Ну… пока вон тот огарок свечи сгорит…

То есть, около получаса, так?

– А на мертвом теле?

– Я не пробовал… но, думаю, что дольше.

– Отлично! Работай!

Обнаружив подобную «инсталляцию», ни один местный житель ничего здесь трогать не станет – не настолько же тут все идиоты?

Вызовут магов.

А маги – рупь за сто, тут же учуют чью-то недавнюю магию. Про это Дана мне подробно рассказывала.

То есть, определят факт колдовства – но и не более того. Ларс не настолько силён, чтобы его заклинание как-то серьёзно на что-нибудь тут повлияло бы. Иными словами – след есть, но какой-то невнятный… Или здесь есть что-то, круто выходящее за рамки понимания местных колдунов. То, след чего они толком не могут пока распознать.

Так или иначе – а шум будет неслабый!

Тела разбойников, как тут и положено, выставят для опознания на площади. Думаю, что этот процесс много времени не займёт – Одноглазый достаточно хорошо здесь известен. А заодно народ полюбуется и «страшными» ранами на его теле.

Вот и пусть ищут местные разбойники неведомых магов со страшной собакой. Гадают – кому же это наступил на хвост Крен? Да так наступил, что его не просто угандошили – а каким-то и вовсе изуверским способом. И обряд непонятный провели…

И чем глубже они в своих поисках залезут – тем лучше. Привык здешний народ всюду колдовство искать – на здоровье! Вот оно – да какое-то, к тому же, совсем странное… чужое…

Мне вот как-то совсем не в кассу вешать на загривок местный криминалитет – пусть они лучше ищут черную кошку в темной комнате.

А раз так – то какие-то связи между городскими злодеями и, так сказать, пригородными – они просто обязаны быть! И поскачут гонцы во все стороны… сюда, в том числе.

Так что, если приедет вскорости одинокий всадник, спешно коня погоняющий – то это именно разбойнички тут и засели.

Впрочем, он может и не приехать. Кто знает, какие взаимоотношения между местными бандитскими главарями? Вполне могут и ножку конкуренту подставить…

И ещё…

Богатый опыт прошлой жизни настойчиво мне подсказывает, что никакой городской криминал сам по себе не существует. Если он более-менее длительное время тут работает, да при этом и главарь – личность вполне известная, то и к бабке можно не ходить! Есть у него «крыша» в городской верхушке!

И вот за каким рожном мне ещё и с этой стороны геморрой?

Но время идёт, а никаких всадников на горизонте что-то не видать…

Ладно, ещё не вечер. Связник, в принципе, не обязательно сегодня приехать может. До города тут не очень-то и близко, а в ночь он, скорее всего, не станет отправляться в путь.

Что ж, если гора не идёт к Магомету (внутренний голос тотчас же подсказывает – пусть она идёт на хрен!), то неча сидеть на попе ровно. Я что-то сильно сомневаюсь в том, что ночью там бдят бессонные часовые. Небось, пришпандорили какое-нибудь заклинание – и бессовестно дрыхнут.

Ладно, подождём темноты…

А пока подберёмся поближе.

Как назло, ночь оказалась очень даже лунной. Это и плюс – и минус.

Плюс в том, что я могу видеть, куда ставить ногу.

Минус… ну, это и так всем понятно.

Разумеется, я не попёр напрямки по кратчайшему маршруту. Альпинизм – это здорово, но не в темноте и не под угрозой обстрела лучниками.

Хотя по скалам пришлось-таки поползать, да…

Но, так или иначе – а наверх я взобрался.

И первое, за что зацепился взгляд – потухающий костер.

Припадаю к земле и осматриваюсь по сторонам. Около костра, завернувшись в какие-то тряпки, лежат несколько человек. С моего места трудно сосчитать, сколько их там. Но человек десять – это совершенно точно.

Ну, я ни разу не терминатор – с таким количеством противников даже и не стану пробовать спорить. Навряд ли они там все поголовно колдуны и будут пробовать меня охреначить исключительно магией. Наверняка там имеется пара-тройка нормальных бойцов, которые благополучно нашинкуют меня в мелкие дольки.

Обождём… и осмотрим тут всё.

Развалины расположены достаточно близко, так что именно туда я и направился.

Раньше, если верить рассказам, тут стояла сторожевая башня и казарма гарнизона. Были и стены, в настоящее время осыпавшиеся и оплывшие. А от башни остался некрасивый огрызок десятиметровой высоты. Вот его и осмотрим…

Утро застало меня в лесу. Идти ночью к лагерю я не стал, завернулся в плащ, предусмотрительно захваченный с собою, и прикорнул под деревом. В разведвыход я его не таскал – и правильно сделал. Карабкаться ещё и с ним на горбу по этим кручам? Увольте…

А вот помощь он мне здесь оказал неоценимую! Без него замерз бы я к хренам!

Однако – вот и лагерь. Даже издали заметна тонкая струйка дыма, поднимающаяся над деревьями. Правильно, я строго-настрого запретил Ларсу разводить огонь по вечерам. Глаза есть не только у меня…

В лагере меня ожидал сюрприз – на лугу паслись лошади – шесть голов! Хм, а ведь у нас-то их всего пять? Кому принадлежит шестая?

Впрочем, эта загадка разрешилась достаточно быстро – я заметил гибкую фигуру, которая отрабатывала удары мечом.

Дана!

Однако… я полагал, что она, в первую очередь, маг… а тут, оказывается, мы не только пассы руками делать умеем?

Подхожу поближе, стараясь особо не шуметь, присаживаюсь на корень дерева и наблюдаю за девушкой.

Ничего так… вполне, кстати, грамотно…

А вот обратным хватом она не работает – прокол! Или тут так не принято?

Да вряд ли… скорее всего, она попросту не изучала такую технику. И то сказать, полагаю, что в её арсенале есть кое-что пострашнее клинка. Но и им она вполне качественно отоварить может при случае, да…

Она опускает меч, поворачивается… и оружие тотчас же взлетает в защитную позицию. А левая рука уже выставлена вперёд – не иначе, уже какое-то там заклинание наготове.

– Мир, мир! – поднимаю обе руки. – Не торопись меня чем-то глушить!

– Ты?

Оглядываюсь по сторонам.

– Да вроде бы больше никого нет…

– А ты тихо подошёл! Странно, но сторожевые заклятия отчего-то не сработали…

– На меня – и не могли. Знаешь ведь…

Она убирает меч в ножны, подходит и опускается рядом.

– Я тут навела справки…

Вопросительно наклоняю голову.

– Последний случай, когда в наших краях видели человека в Зеркале – был почти тридцать лет назад.

– Охотно верю.

– И у него был мощный конвой – почти в тридцать хорошо вооружённых бойцов.

– Стало быть, у мужика имелись причины опасаться за свою жизнь.

– Это была женщина. Герцогиня Санром. Эсте Санром – если быть более точным.

Пожимаю плечами – это имя мне ничего не говорит.

– Только у неё имелось достаточно средств, чтобы заказать себе такой доспех, – продолжает девушка.

– Ну, я и не говорил, что приобрёл его на распродаже старья.

– Лекс… а ведь ты неискренен. Не говоришь мне всей правды! И я даже сомневаюсь…

– Стоит ли продолжать наше общение, да? В таком случае, могла бы и не приезжать вовсе, – пожимаю плечами.

Между прочим, она меня по имени назвала! И вот как прикажете это понимать?

– Мы же партнеры? Или ты уже передумал? – вопросительно поднимает она брови. – Я своих слов на ветер не бросаю, а ты? – воинственно спрашивает Дана.

Примирительно поднимаю руки. Не дай бог еще подумает, что я усомнился в ее честности.

– Я тоже свое слово держу. Только вот… – я немного замялся.

– Говори напрямую, – сверлит меня взглядом девушка.

Черт, врать и выворачиваться неохота, а правду сказать – обидится еще. Хотя вот тут мы ее и проверим, пожалуй, сама напросилась.

– Только вот причина, по которой ты вернулась, м-м-м… может быть вовсе и не в твоем честном слове, а? Может, это просто желание заработать деньги? Или профессиональный интерес перевесил недоверие – награбленное захотелось найти и, допустим, прославиться?

Я слегка напрягся, произнося эти слова. Ну, думаю, сейчас как треснет меня чем-нибудь по башке, или, что еще хуже – обидится и уйдет. Или закатит скандал – мои «знакомицы» в том мире точно бы разорались в ответ на такой откровенный наезд.

Как ни странно, Дана сдвинула брови, смешно сморщила нос и вытянула губы, раздумывая над моими словами, так что, моей голове, похоже, ничто не угрожает.

– И что ты этим хочешь сказать? Что у нас обоих есть причины для недоверия? – наконец произносит она.

– Именно. И поскольку ни ты, ни я не можем заглянуть друг другу в мысли, единственное, что мы можем признать – что у каждого из нас есть свои личные мотивы, которыми мы руководствуемся, но мы – партнеры и держим свое слово. Кстати, я ведь тоже тебя практически не знаю, – добавляю я примирительно. – Ты-то хоть справки какие-то можешь навести, я вообще…гм… ничего не помню, да и не знаю никого. И магией не могу пользоваться. Так что преимуществ у меня, как видишь, никаких практически нет.

– Угу… или я, значит, жадная и глупая, или – глупая и тщеславная. Небогатый выбор, – констатирует она. – Или очень доверчивая… тогда опять же выходит, что тоже – дура.

Я вздыхаю. Вот она, кривая женская логика, и тут она есть!

– Давай считать друг друга партнерами. В деталях будем разбираться по ходу дела, чтобы не усложнять сейчас ситуацию, – стараюсь миролюбиво выйти из щекотливой ситуации.

– Это мне нравится, – неожиданно быстро соглашается Дана. – Тогда к делу?

Черт, ну надо же так исхитриться, и ответить, чтобы я ни фига не понял. Что ей конкретно нравится? Считать друг друга партнерами? Или ей нравится идея разбираться в деталях по ходу дела? А может быть не стоит усложнять ситуацию?

Лично мне точно не нравится разбираться в деталях наших отношений, поэтому для себя я решил, что ее устраивает мое предложение относиться друг к другу профессионально. Это не очень конкретно, но достаточно ёмко, чтобы на этом этапе считать тему исчерпанной.

– Отлично. Чем закончилась поездка в монастырь?

Дана обстоятельно рассказала мне о своих дипломатических достижениях, не упустив ни одной детали.

Тогда, после осмотра тел погибших, несколько озадаченная моими доводами, она холодно распрощалась с нами и помчалась в монастырь святого Эстэ. Дана спешила поговорить со священниками. Ее деятельная натура требовала быстрых действий, а душа – справедливого возмездия. Не сказать, чтобы она впервые столкнулась с неслыханной жестокостью бандитов, но вот способ сокрытия следов… Такого опасного мага следовало немедленно найти – и жёстко покарать! А в этом деле помощь монахов была бы просто неоценимой!

Благополучно проехав весь путь, она наконец-то миновала маленькую деревеньку, расположенную на подходе к монастырю, и вот уже дорога стала подниматься вверх – на холм, на вершине которого выделялся на фоне неба четкий силуэт монастырской стены. Всадница стукнула молотком в тяжелые деревянные ворота, одна из створок ворот плавно отворилась, и вот – уже на монастырском дворе.

Монах-привратник выслушав краткое объяснение, направил ее к брату Ардиле. Махнул рукой – иди туда, в глубокую арку, в которой виднеется внутренний двор обители.

– Там встретят и проводят, только скажи, кто тебе нужен.

Один монах-провожатый сменял другого, пока девушка не оказалась в монастырской библиотеке, где в полутемном помещении в окружении полок с книгами в тяжелых кожаных переплетах, за массивным столом сидел тот, кто был ей нужен. На креслах по бокам от стола расположились еще два монаха.

При входе в библиотеку Дана услышала оживлённую беседу святых отцов, которая резко прервалась при её появлении. Увидев ее, все трое замолчали и повернулись к вошедшей гостье. Сюда редко кто-нибудь приходил просто так, а особенно – маги. Для такого визита требовалась веская причина.

К встрече со святыми отцами Дана подготовилась – спрятала под капюшон свою блестящую черную косу, поглубже завернулась в плащ, а с мечом пришлось расстаться еще во внутреннем дворе монастыря.

– Приветствуем тебя, сестра. Я брат Ардила. Кто ты и что тебя к нам привело? – монах протянул руку в сторону большой темной скамьи у стены напротив стола, приглашая девушку там расположиться.

– Желаю благоденствия вашей обители, святые отцы. Я Дана Бакли из Кределя, маг, разыскиваю краденое, – ответила девушка.

– Слушаем тебя, Дана из Кределя, о чем ты хочешь нам поведать?

– Брат Ардила, вчера мы с моим компаньоном обнаружили в лесу недалеко отсюда следы нападения на караван торговца Надаля Рибе.

– Сестра, почему ты считаешь, что этот факт должен заинтересовать церковь?

– Брат Ардила, там восемнадцать убитых, которые до сих пор не преданы земле и неупокоены. Само место преступления было тщательно скрыто заклинаниями, и все это произошло примерно два месяца назад. С тех пор ни один человек, проезжавший мимо места нападения, не смог заметить ни одного следа. – Дана помолчала мгновение и добавила уже тише, – И я тоже…

Эта новость произвела сильное впечатление на святых отцов. Они молча переглянулись, и брат Ардила вежливо кивнул головой в сторону своих собеседников.

– Брат Ревас, брат Лекум, – коротко представил он их Дане.

– Прошу вас, братья, высказаться по поводу услышанного, – обратился он к монахам.

– Надаль Рибе – богатый человек! У него была опытная охрана, снабжённая сильными защитными амулетами и охранными заклятьями, – покачал головою брат Лекум. – Он заезжал к нам не так давно – и я лично во всём этом убедился.

– Это не сильно ему помогло, они не использовали ни одного заклятия при нападении – все заклятия были сломаны, – пояснила гостья.

– То есть? Ты уверена, сестра, что заклятия были сломаны? – переспросил ее монах.

Дана кивнула.

– Я сама убедилась в этом, ошибки быть не может.

– Но ты при этом сказала, что не смогла обнаружить место преступления, хоть и искала его, – уточнил брат Ревас. – Как же удалось его найти?

– Это сделал мой компаньон – мастер Лекс Гор. Он нашёл тела погибших и указал мне место, – пояснила она.

Это заявление, как оказалось, возымело еще большее воздействие на монахов, хотя они уже и без того выглядели порядком встревоженными. Похоже, что в святой обители знали об этом человеке. Как и о том, какое задание было им получено в Кределе.

Впрочем, как раз в этом ничего удивительного не было – связь между монастырями всегда была очень надёжной, монахи особо за этим следили. Любой человек знал – хочешь послать кому-то весточку, зайди в ближайший монастырь. Да, монахи брали за это плату, но она являлась относительно необременительной и всех устраивала. Их помощью охотно пользовались и торговцы.

Дело усложнялось на глазах…

Дана обстоятельно рассказала обо всем, что произошло на месте убийства, не забыв упомянуть о найденных магических знаках и ее усилиях по разрушению оставшихся на месте заклятий.

– Ты сказала – два месяца?! Целых два месяца там лежат мертвые люди? – воскликнул брат Лекум. – Но как же так… Мы должны немедленно исполнить свой долг и проводить несчастных в последний путь. К тому же, наверняка их разыскивают родственники, и нам просто необходимо оповестить их! Нам надлежит немедля выехать на место этого жестокого убийства и произвести там службу! Судя по тому, что ты сказала, сестра, там до сих пор остаются следы этого гнусного колдовства. А раз так – это место должно быть очищено!

Брат Ардила прекратил взволнованную речь монаха коротким движением руки. В библиотеке наступила глубокая тишина. Монахи замолчали, не проронила ни слова и Дана. Пока она не узнала точку зрения всех собеседников, она не хотела раскрывать свое мнение о происходящем.

Через несколько мгновений раздумья монах поднял голову.

– А что сделали вы после того, как вернулись с места убийства? – спросил брат Ардила Дану.

– Я поехала к вам в святую обитель, а мастер Гор отправился на Замковый утес. Он хочет продолжить наши поиски там.

– То есть, вы не стали вызывать стражу?! – опять взвился брат Лекум.

– Нет!!! – решительно отрезала Дана. – И вот почему: это место так старательно спрятали, что преступники абсолютно уверены в своей безопасности. Предав огласке это дело, мы предупредим бандитов, что напали на их след. И о том, что мы теперь можем обнаружить их колдовство – а это очень серьёзно! Наш противник – не какой-нибудь деревенский колдун. Он сломал заклятия! Это очень сильный маг, и мы поможем ему скрыться, если поднимем шум. И тогда опять пойдут набеги на караваны и будут новые горы трупов. Он использует иные заклятья – и мы уже не сможем находить его следы.

– Ты предлагаешь нам скрыть этот факт? – осторожно уточнил брат Ревас. – Вы со своим компаньоном ставите церковь в очень щекотливое положение. Мы не должны помогать преступнику, но…

– Мы должны провести обряды по всем правилам! Там лежат невинно убиенные люди, чьи души так и не нашли успокоения! – убедительно воскликнул брат Лекум. Второй монах, брат Ревас, покивал головой в знак согласия.

– Хорошо, – ожесточенно огрызнулась Дана, – действуйте! И если в этот раз там не оказалось ваших близких, то уж в следующий… никто не сможет дать вам такой гарантии…

Она скрестила руки на груди и зло буравила глазами по очереди каждого из присутствующих в комнате мужчин. Собеседники замолчали. Видимо, перспектива потерять в очередном бандитском набеге кого-нибудь из своих близких или знакомых монахам совсем не пришлась по вкусу. Да и с экономической точки зрения монастырям продолжение таких событий никак не шло на пользу.

– Мы сделаем следующее, – веско произнес брат Ардила. – Мы не будем предавать эту новость огласке. Не сообщим властям… временно, – добавил он, увидев, как Дана радостно встрепенулась.

– Братья заберут умерших и спрячут их в подвалах монастыря, на леднике. Это даст вам немного времени на разработку следа. Мы самостоятельно постараемся установить личности умерших, или обратимся в торговую гильдию города, откуда вышел караван, чтобы выяснить имена погибших. На это нам тоже понадобится какое-то время. Пока это все, что может сделать для вас святая церковь. Разумеется, мы доложим о происходящем руководству нашего ордена. Но я думаю, что мы найдем взаимное понимание в этом вопросе.

«Еще бы, а чего тут не найти-то, – подумала про себя Дана. – Хитрые, конечно, отцы. В принципе, риск они оценили очень быстро, и выкрутились тоже ловко. Ну да, они согласились скрыть от властей и граждан восемнадцать убитых людей во имя предотвращения новых жертв, и нарушить при этом свой религиозный долг. Но, несмотря на „благородность“ поступка, риска для них никакого нет. За это время церковь проведет работу по определению личностей умерших. Если скандал раскроется, церковь, как обычно, выкрутится – „мы не скрывали, мы готовились к огласке“. И священники выйдут сухими из воды. А шишки все посыплются, как вы думаете, на кого?»

В свою очередь я выложил ей историю нашей драки, не опуская подробностей посещения домика лесничего и «вербовки» бандита. Рассказываю, и попутно наблюдаю реакцию своего партнера. Дана слушает очень активно: то руками всплеснет, то нахмурится, где-то покивает головой, несколько раз она задавала уточняющие вопросы.

К истории об экспроприации мною награбленного богатства Одноглазого она отнеслась весьма прохладно, заявив, что я необоснованно рисковал своей жизнью накануне большой поисковой операции. На новость о смерти бандита Дана отреагировала с явным хищным злорадством. И уже совсем откровенно она смеялась, когда я рассказывал ей о «магическом обряде» над телами убитых разбойников. Я еще раз поразился ее самообладанию и некоторого рода цинизму – все-таки я рассказываю о том, как убил людей, а она сидит и хохочет. А где положенная в этом случае истерика и неизбежная лекция о ценности человеческой жизни?

– Что? Сожалеть о бандитах?! – задохнулась она от возмущения, когда я аккуратно спросил ее об этом. – Да я бы их своими руками поубивала при первой возможности! На счету Одноглазого столько смертей, что его даже судить неприлично. Такому разбойнику одна дорога – на тот свет. И чем скорее, тем лучше.

Что ж, отрадно, что здесь наши точки зрения совпадают. Это плюс – и серьёзный!

– И насчет его денег не переживай, – она покосилась на меня, – вернуть награбленное пострадавшим невозможно. Там лет десять его воровской деятельности – концов никаких не найти. А отдать властям – самая большая глупость, которую только можно было себе представить. Считай, что это твоя награда за избавление нашего мира от этого злодея.

Какая здравая и правильная мысль, подумалось мне. Впрочем – немного рано подумалось.

– Кстати, убил его не ты, а Край, – многозначительно заметила Дана.

– И что ты этим хочешь сказать? – обалдело спрашиваю я. – Отдать деньги собаке?

– Я надеюсь, ты не настолько туп, – вздыхает Дана.

Я даже глубоко в этом убежден, если честно.

– Наверное, будет справедливо, Лекс, если ты позаботишься о ее хозяине.

– Именно это я в настоящее время и делаю, – убедительно и с большим облегчением сказал я. Слава богу, обошлось без лекций и нравоучений. Славная девушка. Мы сработаемся, я это чувствую.

– Вот и хорошо, – повеселела девушка. – Переходим к нашим поискам? Что тебе удалось выяснить этой ночью?

– Слушай, я жрать хочу – коня бы съел! Пойдём к костру, там, я думаю, Ларс уже кой-чего приготовить успел. А заодно и расскажу всё…

Завтрак оказался вполне сносным, я даже намекнул своему помощнику, что ему следовало бы призадуматься о карьере повара. Правда, данное предложение было им встречено без особого энтузиазма – он уже успел привыкнуть к новому месту. Ну а потом…

Вот, меня тут некоторые товарищи упрекали в нетерпеливости – мол, непоседливый ты человек!

Ага, это они нашу магичку не видели!

Я тут разогнался поспать – щас! Так мне и дали…

– Дым видишь?

Девушка добросовестно всматривается вдаль. Качает головой.

– Нет ничего.

Вот как? Стало быть, я прав – без магии тут не обошлось.

– Левее развалин башни – на два пальца.

– Не вижу.

Подробно поясняю ей виденную мной картинку, рисую на песке кончиком ножа план лагеря.

– Костер – прямо около башни, свет вечером будет не так заметен. Спят эти ребятки где попало, но вот около развалин их почему-то нет. У выхода дороги наверх – часовой. Не спит, сменяется… – я слегка запинаюсь, пытаясь перевести привычные меры времени в местные. – Короче, трижды за ночь. Словом, бдят.

– Охранные заклятия? Сторожевые?

– Слушай, я же не маг… Не видел.

После детального обсуждения, пользуясь тем, что выходить нам ещё только через несколько часов, заваливаюсь спать. Плащ пригодился и на этот раз.

Снилось мне… много чего привиделось. И в основном, почему-то сцены общения с женским полом – самые разнообразные и интересные. Надо полагать, так действует соседство с Даной. Она всё же – очень красивая девушка!

– Вставай…

– А?! Ох… какой сон не дала досмотреть…

Она фыркает.

– Ещё посмотришь!

Перед самым выходом я вооружился на совесть. Полный доспех, арбалет и два десятка болтов, кинжал-леворучник, два метательных ножа. А вот щит брать не стал – неудобно с ним по скалам лазить.

Довооружил и Дану, отобрав на время у Ларса «короткий» клинок. Как выяснилось, её меч – вот ведь странно-то – никакими магическими свойствами не обладал. Кольчуги для неё не нашлось, а вот наручи в повозке были. И они очень даже по руке ей пришлись.

Кстати, рассматривая подарок, девушка удивлённо покачала головой.

– Странно… Кто это ковал?

– Я. А в чём дело?

– И давно?

– Да… чуть менее года назад – это я точно помню. И что тут необычного?

– Как тебе сказать… Обычно, когда кузнец куёт своё изделие, он накладывает на него определённые чары – это знает каждый мастер. Чтобы железо лучше принимало форму, закаливалось… это же каждый кузнец знает!

– Я – не каждый.

Магичка поджимает губы.

– Прости, но как давно ты потерял память? На этих вещах нет и следа магии! И если они сделаны так давно…

– У меня свои приёмы работы – здешним мастерам незнакомые. И мне нет нужды размягчать железо колдовством – и без него прекрасно справлюсь. Зато, – и тут я бухаю и вовсе сплеча, – вещь, сделанная таким образом, будет неподвержена чужой магии!

А вот тут её проняло – аж дара речи лишилась.

– Ну… ты же не можешь этого утверждать! Такая… такое… колдовство, оно…

– Здесь нет никакой магии – только руки мастера.

– И всё равно! – упорствует она. – Чтобы сделать такую вещь…

– А как куют Зеркало?

Вот этим я её и добил…

Так или иначе – а наручи она взяла, и сейчас они плотно обхватывают её руки – сам шнуровку затягивал. Уж чего-чего – а это я умею! Сколько раз ребят перед бутафорским боем в доспехи наряжал! А вот тут – ни разу не бутафория. И драка, случись ей быть, будет жестокая и кровавая.

Идти уже в третий раз по более-менее знакомому маршруту, разумеется, несколько проще, чем пробираться с постоянным напряжением. Но, как выяснилось, идти вместе с магом – та ещё проблема!

– Стой… – касается моей руки Дана. – Тут охранное заклинание!

– Разве? Я даже и не заметил…

– Это тебе все безразлично – Зеркало! А вот на меня такая магия отреагирует моментально! Каждый, кто пересечёт линию охраны, немедленно приведёт в действие заклятие! Тем более – если это будет маг! Оно как раз на это больше и ориентировано.

Так… вот об этом я как-то не подумал…

– Поясни. Я ведь не знаю, как действует эта штука.

– Тут всё просто. Заклятие тонкой нити – оно срабатывает, когда человек пересекает магическую нить, которую колдун как бы провешивает вокруг какого-то места, – терпеливо поясняет магичка. – Она как бы висит над землёй… примерно на уровне колена… Проходит повсюду – даже и над водой.

Ага, такая колдовская растяжка, надо же…

– А почему, когда я её пересекаю – ничего не происходит?

– Кое-кому в жизни повезло…

– А по воздуху её пересечь можно?

– Ты умеешь летать?

– Не я…

Наверное, со стороны это выглядело очень странно. Идти в разведку, сидя верхом на плечах своего спутника – это не во всяком кино можно увидеть! До такого, по-моему, не додумались даже в Болливуде! А уж там ещё те фантазёры…

Но – сработало!

Никто заполошно не заорал наверху, и на нас не посыпались стрелы, вперемешку с камнями.

Первый рубеж прошли… осторожно опускаю девушку на землю.

– Надеюсь, тут это уже можно сделать? Никакой колдовской фиговины тут уже нет?

Она какое-то время медлит.

– Нет. Во всяком случае – я ничего такого не ощущаю.

Оказавшись на земле, Дана тотчас же рисует ножом какие-то линии, что-то шепчет…

– Впереди больше ничего не видно. Странно, но я не чувствую и людей!

– Ну, вчера ночью они здесь точно были. Да и сегодня кто-то жёг костер!

Двигаем дальше. Ещё метров триста, крутой подъём, которые пришлось преодолевать практически ползком – и перед нами вершина утеса.

И вот тут магичка резко останавливается.

– Есть люди!

Её руки вытянуты вперёд, глаза закрыты, и вся она – как натянутая нить.

– Один, второй… десять человек! Один не спит – он вон там…

– Так ты их видишь? – напряженно всматриваюсь в темноту. Как она там всё различает-то?!

– Не глазами… С меня как будто пелену сдернули! Наверное, вершина горы тоже прикрыта каким-то мощным заклятием… или амулетом… Это колдовство не позволяет никому видеть происходящее здесь. Человек может заметить только то, что было перед постановкой магической защиты. Странно… чтобы обычный разбойник использовал магию такого уровня?! Об этом должна узнать гильдия Кределя! И как можно скорее!

– Ну, вернёмся – и доложишь. Или ты хочешь сделать это немедленно?

– Нет… – качает она головой. – Тут надо всё подробно прояснить! Это ведь могут быть и не разбойники…

А кто ещё? Ох, многого я о здешних порядках не ведаю… А девушка очень сильно напряглась, видать, есть у неё кое-какие соображения на этот счёт. Если бы ещё и я об этом знал…

Ещё сто метров – видны тлеющие угли на месте костра. Дана безошибочно указывает на лежащих людей – обходим их справа! Хм… вплотную к башне? Почему они не расположились под стеной, там ведь и от ветра защита лучше?

Ещё сотня метров…

– Стой… Тут уже что-то посильнее! И это – не обычное сторожевое заклятие! Нечто куда более опасное!

Минут двадцать она что-то там в темноте делает, а я терпеливо ожидаю результатов.

– Нельзя идти по земле, – наконец сообщает магичка. – Каждый, кто рискнёт сделать хоть несколько шагов – умрёт. Из него попросту уйдут все силы, и он упадет. Я слышала о таких заклятьях… но никогда с ними раньше не сталкивалась.

Ага, так вот почему они не подходят к башне…

– Снова тебя на руках тащить?

– Не уверена, что это хорошая идея… Там впереди много чего ещё может быть.

– Ладно, схожу один!

– Может… может, лучше не стоит этого делать? Мы и так уже узнали достаточно!

Так, блин… опять за рыбу гроши… ведь предлагал же только что вернуться!

Но я ничего не успеваю сделать или сказать – что-то звонко щелкает вдали.

– Сторожевое заклятье сработало! – шепчет Дана.

Секунда, другая – и почти весь лагерь на ногах. Вспыхивают факелы! Ещё немного – и нас заметят, ведь мы стоим не так-то уж и далеко. А луки у них есть… и с такой дистанции нас попросту превратят в подушечки для иголок! Ладно, положим, я как-то смогу уцелеть – не всякая стрела пробьёт мой доспех. Но вот магичке – точно каюк! Кроме наручей у неё вообще никакой защиты нет!

Хватаю девушку на руки и мощным прыжком преодолеваю сразу несколько шагов. Судя по тому, как судорожно втянула она воздух, мы в том самом опасном месте. Но ничего не чувствую и несусь дальше.

Вполне возможно, что люди у костра слышат мои шаги. Но, полагаю, они и сами прекрасно знают о существующей опасности, и поэтому никому и в голову не пришло посмотреть именно в нашем направлении.

Преодолев открытое пространство, с ходу вламываюсь в проход. Когда-то тут имелась дверь, сейчас же только голые камни.

Наверх!

Тут должна быть какая-то лестница!

– Можешь меня отпустить…

Что?

– Тут уже ничего нет, заклятие окружает башню кольцом. Внутри чисто!

А-а-а…

Ставлю Дану на ноги.

– Я… ты… ты очень рисковал!

– У этих парней есть луки. А у тебя – нет доспехов. Даже кольчуги не имеется!

– Ну… некоторые стрелы я смогла бы сбить в полёте… если бы видела стрелка.

Это в темноте-то?

– Лучше не устраивать таких экспериментов… – бурчу я. – Что ж, возможно придётся сидеть до следующего вечера. Если они не угомонятся в ближайшее время… Чего, кстати, они вскочили? Мы чего-то там задели?

– Это не мы, – качает она головой. – Сработало заклятье внизу. И это точно не зверь – оно рассчитано только на людей.

Ага… Стало быть, кто-то решил нанести визит вежливости?

– Наверху чисто?

– Я схожу, посмотрю.

Девушка уходит, а я осторожно выглядываю из прохода.

Факелы погашены, но на площадке происходит какое-то движение. Слышны шаги, позвякивание металла. Занимают позиции?

А, похоже…

Доносится какое-то невнятное движение… скрежетание, цокот? Копыта?

Точно – это же лошади идут вверх по дороге!

Она тут относительно широкая – повозка проедет без затруднений. А скрежет – это колёса по камню!

Сверху слышны шаги, сбегает Дана.

– Там был сторожевой амулет – я его усыпила. Пару дней он точно ничего чувствовать не будет. Хотя, откровенно говоря, он был настроен не на эту лестницу… не понимаю. Он же ничего не защищал!

– Слушай, я уже столько раз слышал про эти штуки… как они работают?

Оказалось всё просто. Амулетом мог служить вообще любой предмет – хоть ножка от табуретки. Маг «запирал» в нём заклятие, наделяя его способностью сработать несколько раз. По желанию заказчика выполнялась особая процедура, дававшая ему возможность определять самому – на кого амулет должен реагировать, а кого – молча пропускать.

Своеобразная магическая охранная сигнализация, надо же! Да ещё и с возможностью «перепрограммирования» – вообще очешуеть!

Причём, деревянный амулет (в зависимости от сорта дерева) мог работать до семи дней. Железный – до месяца.

Серебряный, соответственно, до трех месяцев. А вот золотой… почти год.

– То есть, эта штука наверху рассчитана только на обитателей здешнего лагеря? Их – не видит, а вот нас заметит моментально – стоит только…

– Что?

– Он же не сработал, когда мы вошли!

Не понимаю – это хорошо или плохо?

– Он охраняет не башню! А что-то ещё, до чего мы пока не дошли, – терпеливо поясняет девушка. – Потому и не сработал на меня – я ведь не приближалась к тому месту, которое он караулит. А себя самого он охранять не может…

Из её дальнейших объяснений я понимаю следующее…

Собственно башня окружена несущим смерть заклятием, которое может пропустить внутрь только того, кто это заклятие наложил. Или того, над кем маг, сотворивший эту защиту, произвёл определённые действия.

Далее, начинает работать сторожевой амулет, который не позволит куда-то там войти постороннему. Работает он по аналогии с предыдущей защитой. С той только разницей, что никого не убивает насмерть – только сигнализирует.

– Видишь ли… Сотворить заклинание такой силы, – кивает она на пересечённое нами недавно пространство перед башней, – могут лишь очень сильные маги. Сразу скажу – это не мой уровень! Да и во всей гильдии Кределя такого мага, пожалуй, что и не сыскать… И ещё.

Она покусывает губы, видно, что волнуется.

– Там, в лесу, когда я снимала заклятие… Как тебе объяснить? Короче, это точно была работа Хлуда Косы, его след остался на телах убитых. Видишь ли, у каждого колдуна, у любого мага, есть определённый…

– Почерк?

– Что?

Терпеливо поясняю ей свою мысль, не забывая прислушиваться к происходящему снаружи. А там уже слышны чьи-то голоса, скрип колёс…

– Да, – кивает Дана, вникнув в суть моих объяснений, – так тоже можно сказать. Повторяю – там, в лесу, точно был Хлуд. А вот это заклятие… Коса такого сделать просто не сумел бы – это совсем иной уровень! Потому я и засомневалась…

– Ну, так и ли иначе – а скоро мы сможем это выяснить. Кто-то же сюда приехал? И теперь я понимаю, почему он это сделал ночью.

– То есть?

– И как можно объяснить исчезновение пары телег среди бела дня? Ведь, когда они едут по дороге наверх – их видно издалека. А поднялись на вершину – и пропали! Рано или поздно, а кто-то это может заметить! Тот, кто что-то сюда привозит, не хочет привлекать к себе внимания!

Лезем наверх и устраиваемся так, чтобы в свете факелов нас не было бы видно снизу. Не думаю, что кто-нибудь полезет сюда – следов на камнях не видно. Незаметно, чтобы это место часто проверялось – зачем? Любой посторонний откинул бы копыта ещё на подступах к башне.

А внизу кипит работа – разгружают телеги. Тюки, ящики, свёртки – чего тут только нет! Закончив разгрузку, транспорт отгоняют в сторону.

Теперь – самое интересное!

Как они будут проходить к башне?

Но всё выглядит совершенно буднично.

Народ выстраивается цепочкой, стараясь, правда, соблюдать определённую дистанцию. Зачем?

Ну… для чего-то это, наверное, нужно? Будем посмотреть…

А дальше всё просто – грузы передают просто по цепочке, из рук в руки. Как я понимаю, местные торгаши стараются упаковывать и увязывать перевозимые товары так, чтобы их легко мог поднять один человек. Так быстрее грузить или разгружать. Теперь это работает на руку здешним обитателям – нет нужды тащить что-нибудь вдвоём-втроём.

Так, привезённое добро перекочевало под свод башни.

Что дальше?

Цепочка грузчиков, по-прежнему соблюдая дистанцию, втягивается в проход. И мы слышим возню, шаги. И переговоры – что самое интересное!

– …Осторожнее!

– …Сюда неси… Да не это!

– …Сколько ещё тут сидеть… бабу хочу!

И так далее…

Они явно таскают вещи куда-то вниз. В те самые подвалы, которых здесь «нет». Ага…

Как ранее пояснила Дана, здешние места последний раз проверяли около года назад – и никаких подвалов не нашли. Сильно сомневаюсь, что разбойники в поте лица занимались тут раскопками и строительством – наверняка, тоже какой-то колдун поработал. Отвёл, так сказать, глазыньки любопытные…

Через час работа завершена – и такой же четкой цепочкой народ выбирается назад. Всё так же, соблюдая дистанцию, они пересекают опасное место. Нет, в этом точно что-то есть! Они явно не просто так это делают!

А до рассвета всего пару часов! Даже меньше…

Не уйдём, попросту не успеем. Ладно, фляга с водою есть, так что от жажды не помрём. А заодно и посмотрим…

Как позже выяснилось – и послушаем.

Дана как-то ухитряется слышать даже самые негромкие разговоры почти со ста шагов! Вот кому-то с женой не повезёт…

Дана в темноте прислушивается к разговорам разбойников, что-то высматривает, руками водит и что-то шепчет, в общем, занята по горло, мне же в темноте ничего не видно, да и магический слух, увы, отсутствует. Короче, от нечего делать я погрузился в раздумья. Никогда я раньше не верил в переселение душ, но после произошедшего со мной готов поверить и не только в это, если честно. Так вот, теперь призадумался. Сдается, что был я в одной из своих прошлых жизней либо разбойником, либо военным – иначе откуда у меня вдруг открылась такая склонность к разного рода дракам и авантюрам? Еще совсем недавно занимался совсем мирным делом, и вот ведь, сижу сейчас в засаде в заколдованной башне, весь обвешан оружием, разгадываю коварные ловушки и строю планы, как отправить на тот свет охренительную кучу бандитов. В общем, я теперь – шпион Гадюкин какой-то… мне вдруг стало смешно от такого сравнения, и я тихонько фыркнул.

– Ты что? – встрепенулась Дана.

– Не обращай внимания, просто смешно стало.

Девушка внимательно посмотрела на меня и прикусила губу – она так делает в моменты напряжённого обдумывания чего-либо. Что, интересно, она такого увидела во мне – прямо тень по ее лицу пробежала?

– Ты странный человек, Лекс Гор, – задумчиво протянула она. – И не похож ни на одного из тех людей, которых я когда-либо видела… – она запнулась, подбирая слова. – Словно из другого мира – силен и слаб одновременно… Кто ты на самом деле? Зачем и кому понадобилось так тебя изменить, лишить памяти и магических способностей, присущих каждому человеку, но при этом оставить другой дар – редкое умение работать с металлом?

– Ну, у меня есть еще куча других – не менее редких, способностей, – решил отшутиться я. Не могу же ей рассказать, как все обстоит на самом деле?

– Ты все обращаешь в шутку! – моментально взъярилась магичка. Возмущенно дернув плечами, она вновь вернулась к своим наблюдательным действиям.

Фу-у-х, очередной напряженный момент проскочили, облегченно вздохнул я. Честное слово, легче с бандюгами драться, чем выдержать допросы этой дотошной девчонки. Надо как-то отвлечь Дану от своей персоны вопросами из другой области.

– Ну и что ты там разведала, не поделишься?

Она достала нож, что-то начертила на полу и произвела очередные магические обряды. И только после этого обернулась ко мне.

– Ну, дело обстоит так… Там, внизу, люди Хлуда Косы – теперь в этом нет никаких сомнений. Здесь место, в котором он хранит награбленное, а они его охраняют.

– И работают грузчиками – по совместительству, должно быть…

– Ты, вообще, серьёзным можешь быть?! – вспыхивает она. – Я тут не воскресные истории рассказываю!

И почему – воскресные?

– Ладно, ладно, извини! Просто с языка сорвалось – вспомнил, как они тут внизу в цепочку вытянулись.

Дана кивает.

– Кстати – это, действительно, интересно. Но об этом – потом. Так вот, Хлуд часто сюда приезжает – наделяет своих людей частью награбленного добра. Кстати, они очень сильно его за это уважают – немногие атаманы так себя ведут. А вот, что особо стоит подчеркнуть… – она на секунду задумывается, снова прикусив губу. – Короче, он иногда собирает целый караван, который куда-то увозит изрядную долю тех товаров, что лежат внизу. И скоро такой караван должен куда-то отбыть. И формирует его он всегда сам…

– То есть – его можно тут скоро в гости ждать?

– И даже очень скоро.

Значит, дождавшись темноты, надо в темпе отсюда сваливать. Поднимать на ноги стражу, монахов, магов – короче, всех, кто только может накостылять по шее этому деятелю.

Как бы это странно не выглядело со стороны, я заваливаюсь спать. Ну, не совсем уж дрыхнуть, скорее, подремать… А что? Толку с меня сейчас немного, магичка, благодаря своим талантам, может видеть и слышать намного больше. И существенно дальше! А морду тут бить, слава богу, пока некому. Так что моего непосредственного участия не требуется – можно подремать.

Обратный путь проделываю гораздо проще – не в первый раз уже. Снова тащу Дану на загривке – эдак, у неё это и в привычку войдёт, однако!

Но вот и лагерь!

На этот раз спать в лесу не пришлось, так что дотопали до него относительно быстро. Ларс уже все жданки съел и извёлся от неизвестности! А уж как был доволен собакин…

Стоило ли говорить о том, что и еда уже была давно готова?

Сидим, перекусываем, и я собираю все мысли в кучку.

Посмотрим на наше «войско» со стороны: какой-то мутный мужик, ушибленный на голову, девчонка-магичка с непомерным самолюбием, мальчишка-подросток с криминальным прошлым, и единственный в нашей команде персонаж с безупречной репутацией – породистый пес, добряк для своих и ходячее смертельное оружие для их обидчиков. М-м-да, что и говорить – шикарная команда, а ее главное достоинство – численность. Если принять меня за … м-м-м… полторы боевых единицы – все-таки заклятия на меня не действуют, и это большое преимущество в бою, то Дану, поскольку она все-таки маг, хоть и не боевой, можно «округлить» до одного бойца. А если сложить вместе Ларса с Краем, то они еще потянут, пожалуй, на «половинку». Итого, три бойца максимум. Негусто.

– Без подмоги разбойников не одолеть, – авторитетно заявляю я своей команде. – Надо вызывать стражу и магов, иначе только головы сложим на этом утесе. А с появлением военного отряда у нас будут все шансы остаться в живых.

– Мы и сами можем многое сделать! – горячо возражает Дана.

– Многое, да не все! – категорично отрезаю я, зыркнув глазами на своих «подельников». Ларс явно не рвался в бой, по-видимому, достаточно трезво оценивая свои военные таланты. Край вообще сидел с безразличным видом и лениво посматривал по сторонам. Итак, эти двое явно были на моей стороне. Остается убедить Дану подождать с активными действиями до прихода помощи.

– Дана, послушай, банда никуда не денется, награбленное тут уже не первый год лежит, и надеюсь, всё сразу отсюда завтра не увезут. У нас нет нужды рисковать, зачем спешка?

– Ты думаешь, что победив бандитов руками стражи, ты сможешь рассчитывать на серьёзное вознаграждение? Ты заблуждаешься, Лекс Гор! Кто разбойника побил – тому и слава. Ну и вознаграждение… Самое большее, на что мы можем в этом случае рассчитывать – награда за сообщение властям! А то, что мы рисковали своей головой, добывая эти сведения… наша с тобой личная печаль! Допустим, мне ещё и от гильдии магов что-то там перепадёт… а тебе-то что достанется?

Лицо Ларса на моих глазах стало принимать выражение заинтересованности пополам с озабоченностью. Перспектива потерять награду ему явно не улыбалась, но и драка явно не вдохновляла. Вот ведь корыстный какой малый, ради денег и голову сложить уже готов!

– Вознаграждение уплачивается не только за найденные товары, но и за любую достоверную информацию, которая поспособствует розыску краденого, – парирую я. – Пусть попробуют не заплатить!

– Вот когда попробуют, тогда поздно будет! Ты, что ли, сам эти товары руками трогал? И можешь с уверенностью сказать, что это именно те, которые были похищены у торговцев нашего города? А не просто подобранное на дороге добро? – горячо протестовала Дана. По-моему, она готова драться уже со мной, лишь бы не втягивать в это дело военных и вообще власть.

Здрасьте, приплыли, и что же нам теперь делать? У меня нет оснований не верить Дане, и мой собственный опыт общения с представителями власти в моей жизни также мне подсказывал, что эти товарищи моментально натянут одеяло на себя.

– А если сообщить не напрямую властям, а, скажем, в торговую палату? – подает голос Ларс.

– ???

Мы с недоумением переглядываемся с Даной.

– А что… Это мысль… – Дана задумчиво покрутила пальцами длинный черный локон, выбившийся из косы. – Купцы заинтересованы в возврате краденого, они сразу побегут к стражникам – да и не только к ним, за помощью. Да и нажать они смогут уж куда серьёзнее, чем мы!

А вот что-то тут она не договаривает…

Попробуем посмотреть на дело со стороны.

Дана – маг.

Официальный, так сказать, сыщик. С лицензией, или как это здесь называется, на поиск краденного.

Так?

Так.

Следовательно, её слова должны быть восприняты со всей серьёзностью. Всеми представителями власти. Так, почему же она ни разу об этом и не заикнулась?

Аккуратно отвожу её в сторону и делюсь своими сомнениями.

Девушка вспыхивает… но как-то сразу и сдувается. И нехотя поясняет.

И вот тут всё сразу встаёт на место.

Это – её первое дело. В смысле – в данном городе. Требуемого авторитета не имеется. Да и вообще почти никакого нет.

Я как-то с большим трудом могу себе представить… э-э-э… ну, скажем, начальника городского управления внутренних дел, который поднимет личный состав по тревоге, получив сообщение от зелёного опера – мол, он лично засёк, скажем, Бен Ладена… Который только что обедал в придорожной забегаловке. А рядом стоял караван машин с героином.

Пальцем у виска, оный начальник, может быть, и покрутит – но не более того.

А экстраполировав старый опыт на местные условия, можно достаточно легко просчитать дальнейшее развитие ситуации.

Первое, что сделают в гильдии магов Кределя – выяснят, с кем именно нарыла данную информацию их… гм-м-м… сотрудница.

С неудачливым вором и сомнительной личностью. Чьё прошлое и вовсе туманно и неопределённо. Да, оказал некогда сей деятель какие-то услуги городу… и что? С ним расплатились (чужими, кстати, привилегиями, да…) и ничем более ему не обязаны. Что в моём прошлом таких случаев не бывало, что ли?

Как припрёт – так, хоть с чёртом союз готовы заключить! А как минует опасность… Мол, не особо-то вы нам и требовались… так… на всякий случай пригласили… Рядом постоять.

Все власти одинаковы – хоть здесь, хоть там!

Но – ведь прозвучит имя Хлуда Косы…

Ну, так и дальнейшее развитие событий предположить можно на раз-два!

Соберут оперативное совещание… или, как тут такое мероприятие называется? Словом – сядут подумать. Неспешно – как в такой серьёзной организации и полагается. Совсем подобные вещи игнорировать – тут и по башке огрести можно вполне всерьёз! Короче – вышлют на место для разбирательства спеца. Тут и ходить далеко не нужно, я с ходу могу предположить, кто это будет. Мой старый знакомец – «Маг Рене Живер, раскрытие краж и преступлений». Думаю, что не ошибусь, спрогнозировав его отношение к Дане.

И тут могут быть два варианта развития событий.

Первый – он ничего не увидит. Я отчего-то именно в этом варианте и уверен более всего. Особенно, когда мою морду приметит…

И второй – маг, реально что-то засечёт.

Жулик он или нет – а магом как-то ведь стал? Значит, что-то он всё же может.

После чего, похлопав нас одобрительно по плечу, дело возьмут в свои руки те, кому это по должности и положено.

Соберут очередное «совещание»… или у колдунов это называют «ковен»? Да, хоть великий хурал – мне-то с этого какой прок?

Короче, пойдёт писать губерния…

В итоге, информация – так или иначе, но утечёт. Вот, не верю я в поголовную честность местных чинуш! Кто-нибудь, да сольёт Косе важные новости. Не просто же так он тут «работает» столько лет?

И Хлуд благополучно смотается куда-нибудь. А городские власти печально разведут руками – мол, что тут поделаешь? Не смогли… в очередной раз…

Какую-то часть товаров всё-таки конфискуют – это уж само собой. Может быть, даже и пострадавшим вернут… точнее – их наследникам.

Дану поблагодарят, какую-нибудь колдовскую медаль дадут.

Мне тоже что-нибудь пообещают – чего чужого-то добра жалеть?

А однажды вечером нас обоих подкараулят в тёмном переулке обиженные разбойники… и выскажут своё неодобрение нашим поступкам.

Стараюсь донести до магички свою точку зрения. И судя по кислому выражению её морды лица… м-м-м… девушка всё же! И хорошенькая!

Ладно, тогда просто – по кислому выражению.

Так вот, судя по нему, я, если и ошибся в своих рассуждениях, то не очень-то и намного.

– Можно подумать, что ты всю жизнь ловил разбойников!

– Вот уж от чего бог миловал! Но – знаком с теми, кто ловил. И они много рассказывали – в том числе и про своё высокое начальство. Не про тех, кто работает с ними рядом – эти заседают намного выше… Ну, типа, как у вас… не знаю даже, как и сказать-то?

– Что же они о нём говорили?

Вот как ей объяснить кто такие «конченые лица нетрадиционной сексуальной ориентации»? Тут такие вообще есть? Впрочем, где их только нет…

– Хорошего – ничего. Это ведь, преимущественно не бывшие сыщики, а всякие там политиканы…

Мне приходиться пояснять значение первого и последнего слова. Дана кивает, ей всё понятно.

– Да уж… Порядки там, где ты раньше жил, не сильно отличаются от наших.

– А я о чём говорю?

Поразмыслив, она предлагает вариант.

Услышав это предложение, я аж крякнул!

– Дело в том, что между сообщением о разбойничьем логове и оказанием вооруженной помощи в его разгроме – разница велика есть! Такое уже нельзя замолчать и скрыть!

Участие любого мага гильдии в боевом столкновении всегда отдельно фиксируется. И обо всех таких случаях надлежит немедленно докладывать непосредственно тану, который как раз такими вопросами и занимается.

Как выяснилось, дело в том, что на боевого мага нельзя выучиться. Вернее – простого обучения недостаточно, необходима ещё и определённая предрасположенность к этому делу. Учат-то всех… да не у каждого получается…

Лечить – может каждый маг и почти любой деревенский колдун. Даже и многие обычные люди имеют способности к целительству. Строить – могут уже очень немногие. Искать, как Дана, ещё меньшее количество. И уж совсем единицы способны творить боевые заклятия – так, чтобы они причиняли максимальный вред противнику. Просто напугать огненным шаром собаку способен любой маг, а вот сжечь нападающего противника… это уже совсем другая песня!

– Именно по этой причине и уделяется так много внимания всем случаям применения магии в бою. Лекаря ещё можно обучить, труднее натаскать, как ты говоришь, сыщика. А вот боевого мага можно только вырастить со временем, – девушка вздыхает. – Это, если хочешь знать, отдельная…

– Каста? – бухаю я – и опять невпопад. Теперь и это слово надо пояснять…

Но Дана кивает – очень точное определение!

– А тут ещё и ты! Почетный гражданин – это, тоже, знаешь ли, не просто обычный горожанин! Наше участие скрыть уже не рискнут.

То есть, по плану Даны, мы должны опять пробраться в башню. Затаиться и ждать подхода стражников. И в нужный момент снять заклятие невидимости лагеря.

– Ты ведь хорошо стреляешь из своего оружия? С полусотни шагов попадёшь?

– В человека-то? И со ста попаду… если только он будет на месте стоять, – примитивная мушка на арбалете уже замена на более продвинутые прицельные приспособления. Не оптика, конечно, диоптр… но и то – божий дар! Тут и такого не знают!

– А больше и не нужно. Достаточно выстрелить хотя бы один раз. И я ударю огненным заклятьем – хотя бы напугаю кого-нибудь. Или что-нибудь подожгу…Стража это увидит – вот и наше участие в штурме! А я ещё и заклятие около башни им покажу…

Вот, как это у неё всё гладко получается? Прямо-таки начинаешь во всё верить…

Ладно, принимается. В последний момент вношу поправку.

– Пусть Ларс ещё и к монахам завернёт. Они тут тоже при делах, и вполне могут поспособствовать!

Магичка соглашается. Монастырь – это правильно! Они же и поторопят власти, чтобы те прислали военную помощь поскорее.

Я киваю. Ну, вот и план готов. Осталось решить, кому ехать в город. Выбор невелик – Ларс или… Ларс. Не Края же с письмом посылать? Мы же с Даной не можем уехать отсюда, как наиболее боеспособные члены нашей группировки. А от него будет больше пользы, если он будет простым посланником.

Известие, что на него возлагается ответственная миссия, Ларс воспринял достаточно спокойно. Снабдив нашего вестового всеми инструкциями и напутствиями, отправляем его за помощью. А нам остается только ждать и надеяться, что он будет убедителен и помощь придет скоро.

Ларс облегченно вздохнул, завидев стены Кределя – слава богу, до города остается совсем немного. Он успешно преодолел расстояние от Замкового утеса до конечной точки путешествия, и сейчас очень торопился выполнить второй этап своей миссии – убедить торговую палату, что тайник Хлуда Косы найден, и что поисковой группе срочно нужна военная помощь.

У мастера Гора и Даны время шло на часы – Ларс прекрасно это понимал. И то, сказать правду, гнал он свою повозку нещадно, устал донельзя сам, замотал лошадей, даже пес совершенно выбился из сил. На подъезде к городу пришлось оставить Края на постоялом дворе, где собаку выхаживали после болезни. Заручившись обещанием хозяина следить за псом, и со своей стороны пообещав вернуться в самом скором времени, парень помчался далее. Собака пристроена прекрасно – и это хорошо, в городе не надо будет на нее отвлекаться. Ещё облает кого-нибудь…

Пока все шло по плану, но Ларс постоянно в мыслях возвращался к своим спутникам, все время беспокоился, как они там?

Погрузившись в невеселые думы, он не обратил внимания на огромную лужу на дороге, и окатил грязью каких-то горожан, стоящих на краю торговой площади. К несчастью, это был мэр города и еще двое господ из его «круга друзей», которые только прибыли на рыночную площадь, чтобы лично наблюдать процедуру оглашения новых торговых пошлин, вводимых в городе.

Ларс резко дернул поводья и остановил лошадей. Скинув шапку и спрыгнув с повозки, бросился извиняться перед знатными господами. Да какое там! Оскорбленные чиновники подскочили к повозке, мэр побелел от злости и орал истеричным голосом «Свинья! Наглец! Как ты посмел!»

Казалось, он сейчас лопнет от возмущения. Его подчиненные, соревнуясь друг с другом, кто будет выглядеть более разгневанным, подняли крик, а один, в порыве верноподданнических чувств, занес руку, чтобы дать неумехе оплеуху.

Парень инстинктивно выставил руки, как его учил мастер Гор, и чиновник завыл от боли, ударившись ладонью о выставленный локоть. Мэр тут же резво нырнул за спины своих коллег, и уже оттуда заорал «Стража! На помощь!»

– Ах ты, негодяй и разбойник! Как ты посмел угрожать отцам города?! – заорал подбегающий к растерянному Ларсу стражник, пытаясь выслужиться перед начальством.

– Как ты смеешь, смерд, угрожать нашему уважаемому мэру, господину Берну Йове? – набросился на оскорбителя второй помощник мэра.

– Немедля разобраться с этим идиотом! Схватить его! – прокаркал гневно мэр, выдвигаясь вперед из-за спин подчиненных. Смелость мэра вырастала прямо пропорционально количеству подбегающих стражников.

– Я ничего не сделал господину мэру! – в отчаянии закричал Ларс. – Господин мэр! Простите меня, я не хотел делать ничего дурного, умоляю вас!

Но трое возмущенных отцов города уже гордо чапали прочь от места происшествия, чтобы, наконец, принять участие в такой долгожданной, а главное, вполне себе законной, процедуре обогащения путем увеличения … м-м-м… вернее, преобразования системы торговых пошлин во вверенном им городе.

Стража бросилась выполнять приказ мэра, скрутив незадачливому вознице руки.

– Мне срочно надо в город по очень важному делу! – закричал Ларс. – Пожалуйста, отпустите меня! – умолял он стражников. – Я везу очень важное сообщение!

– Ну, да, так мы тебе и поверим! Подумаешь, какой важный господин тут у нас объявился, – усмехнулся один из стражей порядка.

– Ба! Да это никак тот самый воришка, которого в прошлом месяце привозили на дознание, – злорадно проговорил второй. – Я дежурил в тот день в здании суда и хорошо его запомнил. Редкий случай – пострадавший отказался от обвинения, надо же?! Что, парень, опять воровать сюда приехал? Не выйдет, посиди-ка пока в подвале! Потом судья разберется!

– И перестань вопить, а то двину, как следует, – пригрозил его коллега.

Протащив задержанного по улицам города до здания суда, стражники втолкнули его в одну из камер, которых в подвале этого здания имелось немало.

Как же так… кто теперь вызовет помощь?! Мастер Гор и Дана напрасно будут ждать подмоги…

– Я не справился с поручением, – горько зарыдал Ларс, размазывая слезы по запыленным худым щекам. Ощущение беспомощности и глубокое чувство несправедливости душили паренька, заставляя судорожно хватать ртом душный сырой воздух камеры.

Большое помещение, с насыпанной на полу соломой, узким проемом окна с решеткой и низким потолком было порядком набито людьми. Тут присутствовали и потерявшие разум пьянчужки, уличные драчуны, несколько задолжавших постоялым домам «гостей», обманщики-продавцы, уличенные в недоброкачественном товаре, бродяги, различные гадалки-обманщицы и фальшивые маги – все арестованные обвинялись в незначительных проступках, за которые обычно следовал штраф, налагаемый после небольшого разбирательства в суде.

– Эй, парень, ты чего так убиваешься? Тут не камера смертников, ну получишь штраф, всего-то и дел? Или на город отработаешь пару недель – это, если денег нет… И отправишься восвояси, – попытался утешить его сидящий по соседству фальшивый «предсказатель будущего».

– И то правда, – отозвался с противоположной стены «профессиональный» нищий. – Нечего тут реветь. Небось, обед не смог оплатить в харчевне?

Он расплылся он в беззубой ухмылке, наверное, вспоминая что-то из своего прошлого.

– Не переживай! Суд тут строгий, коли виноват – отвечай, а не виноват, так может, и отпустят… Попусту не вломят!

– Отпустят? – Ларс встрепенулся. – Как? Когда?

– Да дня через три-четыре дойдет и до тебя очередь. Ноне не быстро все идет – праздник же завтра! Судья не будет работать! – пожал плечами сосед. – Так нам и тут неплохо, да? А что, жрать дают, с голоду небось не пухнем, от дождя не мокнем, а нам того и надо.

И он весело заржал.

– Не могу я столько ждать, мне сейчас, срочно, надо! Мне известие надо немедленно передать, я обещался, – потерянно проговорил Ларс.

Нищий напротив безразлично пожал плечами, отвернулся и завалился дрыхнуть.

Что делать? Парень попытался собраться с мыслями. Четыре дня тут сидеть – это вообще немыслимо! Из-за него же люди могут погибнуть!

Да и неизвестно – оправдает ли его суд. Если мэр вспомнит о его существовании, да на судей нажмет, то куковать он тут еще долго может. И нет никаких высоких покровителей, кто бы мог вызволить его из тюрьмы.

Значит, из тюрьмы ему быстро не выйти. Это факт.

Но главное – это даже не выйти из тюрьмы, а донести информацию до нужных людей. Как можно сообщение передать в торговую палату?

Может, купцы тут перед зданием суда ходят? И что, кричать им про разбойничий клад? Не пойдет…

О подкупе тоже речи нет – даже если бы и были деньги, то записку обязательно прочитают, и не факт, что отнесут в торговую палату. Вполне возможен и иной вариант – отдадут её сообщникам Хлуда, они за нее еще и денег заплатят. Не просто же так мастер Гор об осторожности предупреждал… Да и в торговой палате кто станет ее читать, эту записку? От какого-то неизвестного Ларса Фера, сидящего, к тому же, в тюрьме?

Из его камеры завтра на свободу никто не выйдет – праздник в городе, да и доверять, опять же, никому нельзя. У многих тут связи с ворами есть, все к одному – притащат сообщение к местным подручным покойного Одноглазого, а далее из рук в руки – и к лесным разбойникам.

Как не крути, а мрачная фигура ненавистного Хлуда Косы постоянно маячила в конце любой цепочки действий, которые упорно отрабатывал в голове Ларс.

День клонился уже к вечеру, а решение не приходило.

«За что мне это? – в отчаянии думал парень, вспоминая мастера Гора, с появлением которого у него впервые началась нормальная жизнь. Вернее – почти нормальная. А вспыльчивая Дана, которая очень по-доброму относится к нему, Край, который его ждёт на постоялом дворе? Сейчас они все могут погибнуть. – Почему?! За какие грехи?!»

Ларс до боли сжал голову руками… Стоп!

В голове мелькнула какая-то мысль. Сосредоточиться! Он сердито пнул гадателя, неожиданно громко захрапевшего рядом на полу, заткнул руки ушами, чтобы не слушать песни двух пьянчужек, отходивших в камере после весёлой пирушки.

Убрать все звуки!

«О чем я думал? – напрягся Ларс. – Про грехи. Так. Грехи есть у всех, любой может покаяться…»

Он еще не успел додумать мысль до конца, а ноги уже несли его к двери. Парень забарабанил кулаками в дверь:

– Откройте! Откройте! – продолжал он колотить в дверь, пока за ней не послышалось движение.

Дверь открылась, и в камеру ввалился здоровенный бугай в форме городской стражи. Ларс отскочил от двери.

– Кто шумит? – неожиданно тонким голосом пропищал великан. – Непорядок!

Если бы не важность момента, парень бы упал от смеха на пол, но сейчас ему было не до того.

– Хочу покаяться!! Сейчас! Не могу грех на душе держать! Позовите священника! – заорал он истерично. – До ночи не доживу, умру без покаяния!

Он продолжал выть и стенать, испугав половину населения камеры и великана с писклявым голоском в придачу. Тот попятился от бесноватого, шепча какие-то простенькие заклинания.

– Если священника не позовешь, мой грех на тебя перейдет, так и знай! – выкрикнул в отчаянии Ларс. Его, как говорится, понесло.

Стражник аж подпрыгнул от неожиданности. А парень уже вошел в роль, стал закатывать глаза, трястись, рвать рубаху на себе, и впрямь становясь похожим на одержимого, которого терзают собственные тяжкие грехи.

Стражник попятился и нырнул в коридор, захлопнув за собой дверь. Послышался звук закрываемого замка, а затем громкие шаги в коридоре. На некоторое время наступила тишина.

Ларс очень надеялся на благополучный исход своего выступления. В государстве с церковью всегда считались, и не вызвать священника к кающемуся преступнику, или подозреваемому, находящемуся в заключении, считалось очень тяжелым проступком. За который, между прочим, вполне можно потерять теплое местечко не только стражника, но и самого смотрителя тюрьмы, если дело дойдет до святых отцов. Парень орал про грехи при куче свидетелей, которые, скажем, не так уж сильно пылают любовью к властям, чтобы при любом удобном случае не наябедничать церковникам о том, что к заключенному не допустили исповедника.

Сработает или нет?

Ну, допустим, сам стражник такие решения не принимает, побежит старшему наряда докладывать, тот потопает далее – к своему начальнику. Просьба это обычная, ничего в ней особого нет, вряд ли даже до начальника тюрьмы дойдет. Ведь задержанный не покинет пределов тюрьмы, самое большее – отведут его в отдельное помещение, где он увидит священника, после чего его обратно в камеру и засунут.

Должны среагировать быстро … случай-то вполне ординарный. А уж там далее все от святых отцов будет зависеть… но Ларс постарается быть убедительным!

Все вышло именно так, как он и предполагал. Дверь камеры отворилась, два стражника выволокли заключённого под руки из помещения, пинками и тычками прогнали его по тюремному коридору и втолкнули в небольшую комнату, где его уже ждал брат Гук.

Вернувшись после встречи со священником, Ларс бессильно повалился на солому и заснул.

Утром в его камеру ввалились охранник и офицер стражи, который, подманив парня пальцем, указал ему на дверь. А в её проеме ужа маячила фигура святого отца, принимавшего его «исповедь».

Спустя совсем короткое время Ларс вместе со своего повозкой уже оказался на монастырском дворе обители Святого Лана, где его встретил ни кто иной, как сам брат Мон.

Нет, возможность использовать всякие там магические штучки, расхолаживающе влияет на личный состав! И пофиг – банда это или регулярная воинская часть, бардак повсюду одинаково выглядит.

Ибо ничем более я не могу объяснить того факта, что мы не только снова пробрались в эту самую башню – но протащили туда некоторое количество припасов. Даже щит на этот раз прихватил. Ну, в самом деле, никто ведь не отменял караульной службы! Но – нас в очередной раз не заметили.

Да, наша магичка всячески из кожи вон лезла, накладывая на себя всякие там заклятья и изощряясь в различных способах маскировки. Однако это с ней такое прокатывает, мне попросту морду сажей разрисовать пришлось. Ну и доспех грязюкой вымазать – чтобы не поблескивал предательски в темноте.

Кстати, на эти мои фокусы Дана смотрела с нескрываемым изумлением. Как я понял, здесь такие штуки не практикуют. Ну, это их дело – а мы будем действовать по-старинке.

Короче – мы на башне.

Занимаем прежние позиции, а магичка ещё и внизу какие-то там штуки нагородила. Как понимаю, чтобы к нам никто не забрался незамеченным.

Ну, не буду спорить – магия, она тут вовсю рулит. Но вот натянутая проволочка… это, на мой взгляд, куда как эффективнее любого заклинания. А если персонаж, за эту проволочку зацепившийся, ещё и рухнет всем телом на засунутые в трещины кладки заточенные колышки… Словом, я ему не завидую.

Темно тут в проходе, даже и днём сюда солнечные лучи не заглядывают. Так что проволочку хрен там кто разглядит.

Обезопасив себя с этой стороны, продолжаю злодействовать уже наверху.

Стены тут покрыты трещинами, и используя меч в качестве рычага, удалось расшатать нехилый такой обломочек. Никуда я его спихивать не собираюсь, а вот предусмотреть таковую возможность в будущем – сам бог велел! Мало ли как тут всё пойдёт…

Магичка на мои приготовления смотрит с сомнением, но не мешает. Более того, ещё и помогать пробует.

Хотя, с её точки зрения, всё это напрасные хлопоты, никакого боя быть не должно.

– Несколько серьёзных магов, объединив свои силы, смогут уничтожить эти заклятия.

– И даже этот «круг смерти» внизу?

– Ну… они могут попробовать это сделать… Ведь то, что поставлено одним магом, вполне может быть снято другим – более сильным.

То есть, сама она за такие штуки не берётся… Сделаем зарубку на память!

– Ну, с колдовством – понятно. А с разбойниками что делать будем? Их тут десятка полтора!

– Это дело стражников, нам туда лучше вообще не лезть.

Блин, а за каким тогда хреном мы вообще тут сидим?

Но, посмотрев на Дану, сдерживаюсь. Вот, вылитый молодой опер на первом задержании! Сколько я с таким народом общался… и не перечесть! В реконструкторской тусовке кого только ни встретишь! Серьёзные дядьки – и совсем зеленая молодежь. А они тоже из разных мест сюда приходят.

Да и меня по-первости пробовали тягать в полицию с моими изделиями. Где безуспешно – но очень настойчиво, пробовали «пришить» мне хоть что-нибудь. Не по врождённой, как впоследствии выяснилось, злобности, а исключительно потому, что всемогущим планом предусматривалось раскрытие именно такого преступления. При этом реальное положение дела никого, даже и в принципе, не чесало совершенно!

«План – закон! Выполнение – норма, перевыполнение – честь!»

Или что-то подобное… сейчас и не вспомню уже…

Хорошо, что наши реконструкторские «зубры» заранее меня просветили на этот счёт.

Что говорить, а что – не говорить. О чём молчать, как рыба об лёд, и на какие вопросы как отвечать.

И в первую очередь – не верить никому!

Вообще никому – и ни в какой ситуации!

«Пойми, ты не живой человек, а потенциальная „палка“. Что с тобой будет потом – никого там вообще не чешет. Главное – спихнуть материал судье, а после – хоть трава не расти!»

Вот там я нагляделся на всяких «сыщиков»…

На молодых – и на очень даже старых. Не в смысле, разумеется, возраста – у оперов это несколько иными категориями измеряется.

Так что безуспешные попытки родимых органов на мне хоть как-то «заработать» были в своё время благополучно отбиты. Не без потерь, да… но и приобретения были! С некоторыми из них я впоследствии общался – в неслужебной, разумеется, обстановке. И с немалой для себя пользой – они мне много чего рассказывали интересного…

Вот, именно на молодого опера сейчас и похожа наша девушка. Глаза горят, руки в напряжении, какие-то колдовские штучки уж наверняка заготовлены…

Выбираю местечко поудобнее, присаживаюсь и отваливаюсь на стену.

– Ты чего уселся?!

– Есть предложения?

– Скоро бой!

Приподнимаюсь и осторожно, стараясь не делать резких движений, выглядываю наружу.

Всё тихо, лагерь находится в какой-то полудрёме.

– С чего ты это взяла? Что-то я не вижу подходящей в боевом порядке стражи.

– Они придут!

– И всё это время мы должны провести на ногах? Хороши из нас будут бойцы…

Девушка сердито сверкнула на меня глазом, но ничего не ответила.

Снова приваливаюсь к стене… спать охота!

Стража так и не пришла.

Утром на Дану вообще было лучше не смотреть. Не знаю, спала ли она ночью? Под глазами залегли тёмные круги, нос заострился…

– Тренируешься на конкурс?

– Чего?

– Ну, на максимальное внешнее сходство с Бабой-Ягой?

После того, как я пояснил ей это словосочетание, наша труженица сыскного дела и вовсе от меня отвернулась. Но, хоть поспать прилегла…

А я заступил на пост. Чует моё сердце, что это попусту… не видно что-то подходящей помощи.

День тянется долго, кстати, и вода уже стала подходить к концу. Никто же не рассчитывал на столь долгое сидение на башне. А тут и солнце, между прочим, припекает неслабо…

От нечего делать, начинаю составлять распорядок дня разбойничьего лагеря. Но ничего интересного не нахожу и в этом. Большей частью разбойники попросту дрыхнут, нимало не беспокоясь о своей безопасности. Магия, блин… лень-матушка! Все надежды только на охранное заклятие.

Вечер.

Фляги показали дно.

– Ну, что будем делать? Ларс уже должен был всем сообщить.

– Он и сообщил!

– Да? И где же стража?

Дана молчит.

– Воды у нас почти не осталось – на столь долгое ожидание я не рассчитывал. Завтра начнём камни лизать. Дойти за ночь до ручья и вернуться – могу и не успеть. Да и не доведут до добра эти шастанья туда-сюда. Твои предложения?

– А что пьют разбойники?

Нет, я, конечно, тот ещё авантюрист. Но и у меня всё же есть какие-то тормоза! Однако спорить с нашей магичкой…

– Я всё равно буду тут ждать! А ты – можешь уходить!

А как, простите за любопытство, она собирается этот самый «круг смерти» преодолевать? Название заклинания-то она определила… а вот методов его преодоления пока не нашла!

Но, так или иначе – а я ползу по камням, огибая спящих разбойников.

Моя цель – у кустов. Там стоят какие-то бочки, прикрытые от солнечных лучей пышной листвой. И судя по тому, что именно сюда подходит с ведром разбойничий кашевар, вода здесь точно имеется.

Ещё десяток метров…

Есть!

Прижимаюсь спиной к дереву, надо перевести дух.

В ближайшей бочке, судя по запаху, точно не вода. Пиво – в это я готов поверить. Оно, кстати, тут премерзкое, какое-то кислое и очень невкусное. Не понимаю, чего такого находят знатоки в старинных рецептах?

Эта бочка побоку.

Вторая… пусто.

Вода оказалась только в третьей.

Осторожно наклоняю на бок флягу, мне только жизнеутверждающего булькотения ещё не хватало! Есть первая… пробку заткнуть…

Вторая… день уже проживём!

Третья…

Шаги!

Это не со стороны костра!

Часовой.

Вот, какого рожна тебе на месте не сидится? Гулять он, видите ли, вздумал! Ну и ходил бы себе по дороге – всё больше проку было бы!

Он проходит мимо, останавливается и вздыхает. Да, сочувствую я тебе, сочувствую! Служба тяжелая, жизнь хреновая, начальство жадное… Мужик, верю тебе сразу и во всём! Только, давай, топай себе мимо!

Нет, блин, неймётся ему…

Пить он, что ли, захотел?

Точно… сюда попёрся.

Сворачиваюсь в клубок под бочками, плащом накрываюсь… Морда у меня и так пятнистая, авось не заметит.

Потоптался злодей снаружи, к бочке примериваясь. Вот, чего б ему пива не хлебнуть? Так-то они его тут постоянно глушат, небось, вполне привыкли уже к этой кислятине.

Нет, в обход пошёл… к воде.

Шаг… второй… замер часовой.

Не иначе, как что-то засёк.

Всё, крандец маскировке! Сейчас он заорёт!

Отбрасываю в сторону плащ и резко распрямляюсь.

Нет, орать он пока не собирается. А вот палку – приподнял. Небось, решил, что это кто-то из своих пива пережрал? И задумал часовой устроить пьянице неожиданную побудку…

Не тем местом ты, голуба, думал!

Блеснул в лунном свете кинжал-леворучник.

Этот удар у меня поставлен хорошо – целый год тренировался!

Глухо шлепается на землю палка. А её хозяин согнулся, обхватив руками пробитый живот. Подхватываю с земли приличную каменюку – раз!

Теперь не заорёт…

Супер, конечно, только куда его теперь девать? Сбросить вниз? А если он там сорвёт заклинание? Фиг его знает, как оно среагирует на мертвое тело…

Стало быть, опять работать грузчиком…

Семь потов с меня сошло, пока я пробирался вдоль стены с телом этого обалдуя на закорках. Но, пролез… И даже смертельную зону пересёк. А куда его ещё девать прикажете?

Увидев нового «соседа», девушка не стала закатывать глазки, а сухо поинтересовалась – обязательно ли было его сюда затаскивать?

– И куда б я его там дел? Вниз скинуть – найдут. Уж и не говоря о том, что может сработать сторожевое заклятие…

– А обязательно было его… ну…

– Что мне оставалось делать? Он мог завопить… да и рубануть меня своим мечом ему никто не мешал. Надеюсь, что данное соседство не помешает тебе выспаться?

Не помешало – спала она как убитая. Возможно, это сейчас не самое удачное сравнение… но ничего другого попросту не приходит в голову.

Часового хватились только утром. Надо полагать, что его сменщик, так и оставшийся неразбуженным, ничуть от этого не страдал. И спокойно дрых.

Не знаю, кто там первый обнаружил отсутствие часового, но гвалт подняли – будь здоров! Как я понимаю из объяснений Даны, народ более всего беспокоил тот факт, что часовой пропал бесследно – и ничего при этом не сработало! Понятно, стало быть, заклятие одинаково реагирует на всех – и на самих разбойников в том числе. Так что если бы он попросту дезертировал, сигнал наверху прозвучал бы обязательно. Другой вопрос – стали бы его ночью догонять… но сигнала не было! И это более всего напрягало разбойников.

Надо отдать должное их старшему – паниковать мужик не стал. И не отправил тотчас же гонца.

Вместо этого, старший злодей организовал поиски.

Разбил своих подчинённых попарно и пустил их обшаривать прилегающую территорию. И его прекрасно можно понять. Заклятие не сработало – стало быть, часовой территорию не покидал. Вполне могло быть и так, что злодей попросту нажрался дармового пива и свалился под какой-нибудь куст. И в подобном случае, его тут возможно найти. Сам главзлодей ходил поверху и подгонял окриками подчинённых.

Разбойнички добросовестно обшарили близлежащие кусты – ничего. И никого.

Разошлись подальше – и прочесали более отдалённые места – опять пусто.

Прошлись уже вдоль самой границы охранного заклятия, оставив там нехилую такую натоптанную тропку – снова без толку.

Старший дал команду – наверх!

Обеденное время, однако…

Ели они торопливо, бросая по сторонам напряжённые взгляды. И их очень даже можно понять – ситуация и впрямь была достаточно странной.

И ладно бы их товарищ попросту сверзился со скалы, попутно свернув себе шею. Это, по крайней мере, вполне понятно и легко объяснимо. Даже если бы ему всадили нож под ребро, чего-то там не поделив – и это тоже было бы вполне естественно. Но вот раствориться в воздухе бандит точно не смог бы…

После обеда поиски возобновились.

С вполне ожидаемым результатом.

Прислушивавшаяся к разговорам внизу девушка шёпотом поясняет.

– Они очень встревожены – не могут ничего понять. Никто не может сюда бесследно войти и выйти…

– Ну, это они так думают…

– Пройти через «кольцо смерти» он бы тоже не сумел – его тело валялось бы внизу, у всех на виду. Но его нигде нет – и именно это их сильнее всего и озадачивает.

– Да и хрен бы с ними! Что их там озадачивает… не всё ли равно?! Вот что меня всерьёз озадачивает – так это отсутствие стражников!

Стража не пришла и в этот день.

А разбойнички отправили куда-то посыльного – тот резво потопал вниз по дороге. И выставили сразу два дополнительных поста – у костра и со стороны, противоположной входу. Кирдык – теперь незамеченными не уйти.

Глядя на суету злодеев, подводим итоги.

Ларс, скорее всего, не добрался. Или его не стали слушать. Руководство местного… УВД… не поверило молодому оперативнику.

Впрочем, действительность может быть куда как более неприятной – это мы ещё не всё знаем.

Продуктов осталось… ну, собственно, почти и не осталось. Одна целая фляга с водой и одна полупустая.

Максимум, сколько мы тут ещё просидим – один день.

Надежды на прибытие помощи больше нет.

– И как нам самим-то теперь ноги унести? – интересуюсь я у нашего сыщика. – Ты в этих делах смыслишь больше меня – думай!

– А ты караульщика, который вон там стоит, можешь подстрелить?

– Это в темноте-то? Я не филин… ночью не вижу. А днем стрелять глупо – скрыть этого не выйдет.

– А как-то иначе?

– Например? Я, если ты не позабыла, кузнец! А не профессиональный сворачиватель голов! Ночным татем работать не умею.

Она не стала на этот раз выяснять смысл незнакомого слова. Плохо… совсем духом упала.

Ещё денёк-другой – и начнет попахивать покойник внизу. Ладно, это как-нибудь можно и перетерпеть, но ведь этот запашок могут учуять товарищи убиенного! А дальше – всё просто.

Впрочем, у нас и так небогатый выбор – помереть тут от голода и жажды или погибнуть в бою.

– Вот что… есть у меня одна мысль… Как работает это самое «кольцо смерти»?

Если честно, то это авантюра.

А что у нас не авантюра?

Вся эта странная идея с походом на разбойничий лагерь – вообще бред, если здраво рассуждать. Денег тут кое-кому захотелось… и славы. Причём, как мне кажется, слава тут явно шла главной движущей силой.

Ладно, вариантов всё равно никаких нет.

Валявшийся у подножья башни труп заметили не сразу.

Как ни странно, это сделали не часовые, а один из проснувшихся разбойников. По иронии судьбы, отправившийся как раз к тем самым бочкам с водой. Глотнул, сполоснул сонную морду, окончательно продрал глаза и обернулся.

Какое-то время он тупо таращился на покойника, потом встрепенулся и заорал, подзывая остальных.

Секунда – и все обитатели лагеря на ногах.

Главзлодей некоторое время рассматривает тело сотоварища и потом громко орёт, прекращая начавшийся бардак.

Вот уж в чём его нельзя упрекнуть, так это в тугодумии – действует мужик достаточно быстро и, в целом, грамотно.

Никто не бросился тотчас же тащить покойника к костру – все прекрасно понимали, чем может закончиться подобная попытка. А вот тщательный осмотр местности, совмещённый с подробным допросом часовых – учинили немедленно.

Благодаря способностям Даны, все допросы не остались для нас секретом. Но ничего интересного допрашиваемые главарю не сообщили. Мол, всё было тихо, каких-либо посторонних людей никто не видел, да и звуков непонятных не слышали. Так что версию о вторжении противника можно смело отринуть, как несостоятельную.

Да и тщательный осмотр прилегающей территории тоже ничего не дал – никаких следов обнаружить не удалось.

Дело оставалось за малым – достать мертвеца и осмотреть.

А вот тут… закавыка!

Как пояснила Дана, для прохода по опасному месту требовался особый амулет-ключ. Только человек, имеющий такую штукенцию, мог безбоязненно прогуливаться по смертоносной земле.

Присутствовал и некий нюанс…

Ключеносец мог прихватить с собою ещё кого-нибудь. При условии, что тот человек находился бы не более чем в шаге от обладателя амулета. И следующий – тоже должен был стоять так же близко – но уже от этого человека.

Вот, стало быть, как выстраивается та самая цепочка грузчиков! А я-то думал…

Иными словами, пока цепь не разорвана…

Кстати, понятно теперь, у кого этот самый амулет – у старшего. Иначе, трудно было бы надёжно обезопасить сокровищницу. Имейся такие вот штучки у каждого разбойника… спать им пришлось бы по очереди – причём, одна половина караулила бы другую. И один хрен, кто-нибудь что-то да упёр!

Разбойники ведь… свой карман ближе и дороже всего!

Мой расчёт был прост, как мычание.

Главарь пойдёт первым – а за ним и все остальные. Скорее всего, даже и с поста часового снимут – ибо людей мало.

В прошлый раз к ним прибавлялись ещё и караванщики – только благодаря этому и удалось выстроить столь длинную цепочку грузчиков.

А имевшегося в наличии количества людей недостаточно, чтобы с уверенностью переправить тело покойника из опасной зоны. Не хватает всего пары метров… вот было бы ещё двое… Но – одного куда-то отправили, а второй лежит у подножья башни.

Не исключено, что оставляя здесь «гарнизон», Хлуд именно об этом и позаботился – что-либо спереть можно было только в том маловероятном случае, если бы караульные договорились с караванщиками. В противной ситуации пришлось бы таскать грузы наружу просто толпой, каждый раз пересекая опасную зону туда-сюда. И рано или поздно – но кто-нибудь мог оступиться…

Так и есть – выстраивается внизу цепочка людей. Старший тщательно инструктирует своих головорезов, подробно поясняя – кто и что должен делать. Разбойники кивают – мол, понятно всё!

Вот ведь как странно устроена жизнь…

Хрен бы я вот так поперся за мертвяком. Лежит – да и фиг с ним, никуда же ведь не сбежит? Вот приедет Хлуд – пусть всё и решает.

Ага.

Он-то приедет…

И вполне может смахнуть с плеч неразумную голову, благодаря тупоумию которой, он будет вынужден руководить вытаскиванием из опасной зоны дурнопахнущего мертвеца. А что? Судя по многочисленным слухам, он такое вполне способен отчебучить.

Не станет старший разбойник так рисковать…

Есть!

Вытянувшаяся цепочка бандитов потопала к башне.

Им нужно пройти около двадцати метров – и тогда, идущий первым главзлодей, сможет дотронуться до лежащего покойника. Ухватит его за ногу… нет. Один он его не вытащит – тяжело.

На их месте я бы попросту верёвку к ноге мертвяка привязал. Да так бы его и вытащил. Но… таких длинных верёвок в лагере нет – они попросту здесь не нужны. Так что, вариант один – тащить тело на руках.

Значит – пройдут чуток подальше. И скорее всего, старший сам его хватать не станет. Эту честь он великодушно предоставит подчинённым – они-то и поднимут тело.

Будут ли они его с рук на руки передавать?

Прикидываю расстояние…

Нет, из опасной зоны они его так не вытащат. И коробочкой не встанут – тут трудно будет выдержать нужную дистанцию.

Что же они придумали? Топают-то вполне целеустремлённо!

Они явно имеют какой-то план – и об этом свидетельствует возня внизу. Со своего места я не могу видеть тело часового – но всё происходящее слышу очень даже хорошо.

Какое-то постукивание… такое впечатление, что внизу ворочают доски. Откуда они тут?

Впрочем, есть ведь ещё и ход вниз – туда никто из нас не залезал. Да, ведущая куда-то в подвалы лестница расположена чуть в стороне от той, по которой мы поднимались. Труп разбойника лежит как раз около неё.

Прежде, чем вытащить его наружу, я произвел нехитрые манипуляции – снял и перевернул задом наперёд его рубаху, предварительно разодрав ворот, чтобы это не слишком бросалось в глаза.

Так что при беглом осмотре следов удара кинжалом могут и не найти – спереди рубаха чистая. Ну… относительно чистая…

А там, где она пробита кинжалом, следы крови тоже не сильно заметны – пришлось пожертвовать частью наших запасов воды, замывая бурые пятна. И все равно – выходило фигово.

Положение спасла Дана.

Присев на корточки у трупа, она протянула руки… и пятна поблекли, став почти невидимыми.

– Мог и сразу сказать! Не пришлось бы тратить попусту воду!

Так что след удара кинжалом, не раздев разбойника догола, не найдут. Среди вещей нашей магички отыскалась и игла с ниткой – я наскоро зашил края раны, чтобы оттуда не вытекала бы кровь. Теперь спереди не заметно вообще никаких признаков ранения.

А разбитая голова… Ну, мало ли как и где он мог упасть?

Словом вопросы у разбойников будут – а вот насчёт ответов… По крайней мере – точно не прямо здесь.

Внизу прозвучала команда, общий вздох – и затопали вразнобой ноги.

Так вот они что городили!

Притащив откуда-то снизу жерди, злодеюки соорудили подобие носилок – деревянную раму с перекладинами. Всю эту конструкцию они скрепили веревками и водрузили поверх тело сотоварища.

Сами же встали по бокам, держась руками за жерди. А один идет спереди.

Разумно – теперь они четко выдерживают дистанцию и им достаточно удобно тащить покойника. Не тяжело – вес поровну распределён на всех.

А что? Дельное, между прочим, рацпредложение.

Нет, голова у их главаря точно варит! Я бы, например, до такого не додумался!

И дистанцию можно точно выдержать, да и вещи габаритные таким макаром перетаскивать. Надо думать, Коса такое нововведение оценит.

Впрочем, ты, милок, навряд ли дождёшься похвалы от атамана…

Вскидываю к плечу арбалет.

Дистанция – вообще плёвая. Пятнадцать-двадцать метров – тут и спьяну не промажешь!

Щелк!

В-в-в-ж-ух!

Попал… так я и не сомневался!

Арбалет – перевернуть, рычаг на себя! И ещё раз!

Выдергиваю из щели между камней болт – перезарядка!

Тир, блин… безответные мишени…

Главарь упал сразу – болт вошёл ему точно между лопаток. Думаю, что он и помер прямо на месте.

А вся процессия тотчас же замерла.

Нет, амулет действовать не перестал. Но теперь как-то надо его забрать у покойника. Тот шёл первым, держась левой рукой за переднюю перекладину рамы и теперь лежит ничком на приблизительно равном расстоянии от правого и левого разбойников.

Кто возьмет амулет?

– Дана! Шарахни их чем-нибудь – они должны разорвать строй!

Она взмахивает руками – и в толпу злодеев врезается огненный шар.

Наверное, это должно выглядеть страшно. Особенно, когда эта штука летит прямо в тебя. Впрочем, разбойники стоят спиной к башне и видеть этого не могут.

Но ведь и обжигает эта фиговина неслабо! Ну… должна обжигать…

Так и есть – внизу вскрикивает сразу несколько голосов. Кое-кто даже и раму отпустил – больно! И на колени попадали – но с места никто не тронулся. Понимают, что их ждёт…

Щелк!

В-в-в-ж-ух!

Правый передний.

Рычаг на себя!

Щелк!

В-в-в-ж-ух!

Левый передний…

Разбойники поняли – стрелок целенаправленно выбивает тех, кто стоит рядом с амулетом. Ещё пара человек – и расстояние между пока ещё живыми и ним станет больше метра.

И тогда – смерть всем сразу!

– Дана работай! Хренакни их чем-нибудь!

– Что?!

– Да, бей же их!

Внизу крик – толпа, бросив раму, сбивается в кучу, окружая тело главаря и закрывая его от моих глаз. Сейчас кто-то вытащит у него амулет – и они быстро попрут вперёд. Да, я подстрелю ещё пару человек, но остальные добегут – осталось не так-то уж и много!

Девушка вскакивает на край стены.

– Ложитесь!

Голосок у неё в этот момент стал… ну, не ангельский, это уж точно!

Как я понимаю, заклятие дальнего слуха, оказывается, работает и в обратном направлении…

Эхо, отразившись от леса, принесло какой-то совсем уж жуткий возглас. Представляю, как там внизу по ушам пришлось!

И – подействовало!

Кто-то из разбойников падает на колени, закрывая уши руками.

А тут ещё и очередной огненный шар лопается где-то в толпе…

Один из злодеев делает неожиданно мощный прыжок вперёд, по-видимому, надеясь пересигануть всё опасное пространство одним махом. Надо полагать, он там вообще уже охренел…

Во всяком случае, метра на четыре он разом скакнул! Коснулся земли, оттолкнулся… И ещё метра через три на грунт шлепается уже бездыханное тело.

Умер он, надо полагать, ещё в воздухе.

Щелк!

Ещё один огненный шар!

И вперёд, оттолкнув вопящих рядом товарищей, вырывается один из разбойников. Надо думать, что это именно тот, кто завладел амулетом. Во всяком случае, с ним ничего не происходит, и опасную зону он преодолевает без помех. Мой выстрел достаёт его уже метрах в десяти после границы опасного участка.

Ну не сказать, чтобы удачно – всего лишь в бедро. Но и то – божий дар, теперь далеко не убежит!

Арбалет в сторону, меч из ножен – и вниз!

Пробегая мимо тел разбойников, лишний раз убеждаюсь в правоте слов моей спутницы – никого живого тут больше не осталось. Максимум, что успели сделать бандюки – пройти три-четыре шага. И всё… там их косая и подкараулила…

А вот и подраненный злодей.

Понимает, что уйти уже не выйдет – это с раненой-то ногой? Щас… убежал один такой.

Но – меч у него в руках, и жизнь свою продавать задёшево он явно не собирается. На здоровье – мой клинок длиннее почти на локоть!

– Ты всё равно не уйдёшь! – выкрикивает разбойник. – Хлуд уже рядом, и он за нас отомстит!

Парировать он не успевает – мой удар достаёт до пока ещё здоровой ноги. Бандит обезножен, но оружия не бросает – и так уже понятно, что ничего не светит. Противник жизнь ему точно не оставит.

Добить раненного? Мужики, это только в рассуждениях право- и левозащитников преступление. Некоторых раненых добивать не только можно – но и нужно. Ибо вот у этого конкретного товарища ничего в подобном случае не дрогнуло бы. Прирежет он и калеку, и сирого – да и вообще кого угодно. Насмотрелся я уже на таких… и не только здесь. Это в нашем мире их жизнь защищается государством и адвокатами. Не говоря уже о всяких там добровольных помощниках. Для них страдания ныне покойной жертвы – пустой звук. Пиар на этом фиговый получается. И бесплатный к тому же… А вот на переживаниях «невинного убийцы» можно нажить нехилый капитал. Во всех случаях нехилый…

Нет уж, раз взял оружие в руки для грабежа и убийств – будь готов получить той же мерой! И никак иначе!

Вытираю меч подолом разбойничьей рубашки. А где амулет?

Вот он… в кармане лежит овальный медальон на цепочке. Какие-то знаки… да и хрен с ними – не по моей это части.

Вернувшись к башне, протягиваю Дане найденное.

– Ну и что мы имеем?

Она некоторое время рассматривает находку.

– А хорошо сделано… Золотой! Крепкий амулет – мастер работал!

– Ну, что? Уходим? Помощи, скорее всего, не последует…

Некоторое время она колеблется.

– Ну… наверное, ты прав… надо уходить.

– В темпе собирай свои вещи! Эх, не залезли мы вниз… да ладно! Чего уж тут теперь… Хоть у этих карманы проверю.

Не сказать, чтобы улов был офигительным. Так себе… на чёрный день. Но хоть что-то… Ладно, пойдёт! На безрыбье, как известно, и рак – тоже вполне себе годный рыбный продукт.

Предпочитаю не рисковать, и снова перетаскиваю девушку на руках. А теперь только манатки собрать – и ходу отсюда!

Звук сработавшего амулета услышала именно Дана. И схватила меня за руку.

– Внизу кто-то есть!

– Уходим!

И я пулей бросаюсь…к бочкам с водой. Тут где-то ведро имелось… ага, целых два!

– У костра посмотри! Там какая-то еда у них была!

Ноги-ноги – несите меня быстрее!

Есть!

Ставлю ведра на землю – и назад! Пока там ещё снизу народ поднимется…

Фляга, вторая, третья… Краем глаза вижу бегущую к башне девушку, она что-то тащит в руках.

Так, вода есть… На бегу выдергиваю пару болтов из бездыханных злодейских тел. Им – ни к чему, а мне, глядишь, и потребуются.

Успел!

Валюсь на камни, грудь ходит ходуном… набегался…

Правильно ли мы поступили, вернувшись в башню? Ну, среди бела дня отсюда убежать проблематично – обзор тут сверху ого-го какой! Вечером или ночью – совсем другая песня, тогда хоть небольшой шанс имеется…

А на площадке перед башней тем временем появляются люди – много! Это уж кто угодно – но не стражники. Слишком уж бросается в глазах разнобой в одежде и вооружении. Надо полагать, прибыла подмога к разбойникам.

Что ж, ребятки, вы малость опоздали…

Открывшееся перед ними зрелище способно было привести в легкий ступор хоть кого! И привело.

Народ некоторое время осматривается по сторонам, прикидывая, наверное, различные варианты произошедшего.

Ну и славно, а я пока болты протру… да арбалет заряжу.

Эх, нет у меня пулемёта! Все бы тут и полегли…

Ну, да… а ещё взвод спецназа был бы в самый раз.

Но ничего этого у меня нет, да и не ожидается.

– Они не понимают произошедшего, – поясняет мне Дана. – Пробуют искать следы чужой магии…

– Подожди… А разве обычный человек это может сделать так легко? Не маг, я имею в виду!

– Верно! – прикусывает девушка губу. – Это может сделать только маг. Причём – достаточно опытный!

– И кто у них там такой мастер?

Она приподнимает голову над краем кладки.

– Вон тот бородач… видишь его?

Да, неслабый такой дядька… стоит чуть в стороне от прочих и что-то делает руками. Лица практически не видно – мешает высокий воротник куртки. Да и какие-то разбойники то и дело постоянно его загораживают.

Так… Мой меч никакая магия не останавливает – это уже проверено. А арбалетный болт? Не думаю…

Далековато, правда… но – попробуем!

Приникаю к прицелу.

Чёрт, там какие-то ухари туда-сюда ходят… закрывают цель!

Выдох – опускаю арбалет. Руки устали.

Ничего, он, похоже, пока уходить не собирается…

– Он ищет мага! Что-то почувствовал и пробует меня нащупать!

– Ну, тут уж ты сама…

Оружие к плечу, выдох… стараюсь не держать оружие на весу… тут можно о край стены опереться…

Есть – он на мушке!

Щелк!

В-в-в-ж-ух!

Но в последний момент между летящим болтом и магом появляется кто-то третий!

Худощавый разбойник со всклокоченной бородкой. Да его вообще соплёй перешибить можно! Ещё болт на него тратить…

Но, так или иначе – а они встретились. Пусть и не по обоюдному желанию – но их пути пересеклись!

Ну, тощему, как и следовало ожидать, не повезло. Куда уж я там ему попал – бог весть. Но, полагаю, здоровья ему это точно не прибавило. А вот маг оперативно слинял под прикрытие сотоварищей.

И уже через несколько мгновений на башню обрушились стрелы!

Прогоняю Дану вниз, а сам, закинув за спину щит, прижимаюсь к стене. Тут ещё какие-то обломки сверху имеются… Так что шанс попадания стрелы крайне невысок. Да и доспехи у меня крепкие.

Стрелять же, иначе, как навесом, разбойники не могут. А тут о точности попадания даже смешно и говорить. Да и убойность стрелы будет уже не столь высока. Нет, по незащищённому телу и этого вполне достаточно, а вот по прочным доспехам… Ну, не стану вам мешать.

Однако, арбалет всё же перезаряжаю, не оставив надежды отловить мага. Да, фиг там… спрятался злодей.

Злодеюки ещё какое-то время упорствуют в своих заблуждениях. Пока не отвечаю, берегу болты.

Однако, когда один такой лучник неосторожно приближается слишком близко, не выдерживаю.

Щелк!

В-в-в-ж-ух!

Есть клиент…

На прочих это подействовало достаточно отрезвляюще – и народ отскочил от башни ещё на добрую сотню метров. Сама собою прекратилась и стрельба.

– Он что-то делает! – доносится снизу встревоженный голос девушки. – Я его чувствую!

– Топай сюда! Стрельба уже закончилась!

Когда она подходит ближе, приказываю встать у меня за спиной.

– Обними меня и держись крепче!

– Это ещё зачем?!

– Напомнить, как кое-кого через «кольцо смерти» таскали туда-сюда? Здесь – то же самое, я прикрою тебя от его колдовства! Ну, в смысле, прикроет, конечно же, «Зеркало»…

Тут всё понятно, и теплые руки обхватывают меня.

Что уж там делал этот маг, неизвестно. Но Дана более ничего не говорит. Облом?

Вполне возможно.

Интересно, что теперь они будут делать? Штурмовать башню прикрытую таким кошмарным заклятием?

Ну… вряд ли… Внизу достаточно подтверждений того, что оно вполне исправно работает. Как пояснила магичка, заклятие, высосав из человека все силы, каким-то образом «подзаряжается» – и благодаря такой подпитке чужой жизнью, может работать достаточно долго. Она рассказывала, что иногда на такое место загоняли приговорённого к смерти преступника, продлевая таким образом срок действия смертоносной ловушки.

– Тут или маг свои силы тратит на поддержание заклятья, или…

Понятно.

А тут – сразу десяток… даже больше. Думаю, что на год-то этих запасов «колечку» вполне хватит.

Пат.

Мы не выйдем – но и они не войдут. Никакое колдовство под обстрелом не покатит. Для этого надо близко подходить. А чем это может кончиться для мага – он уже видел.

И весь разбойничий схрон теперь для них потерян. Жуткий удар!

Сколько лет они сюда всё добро стаскивали? И всё – коту под хвост!

– Дана, что это за деятель там ветками машет?

От группы разбойников отделяется некий тип, усиленно размахивающий над головой зеленой веткой.

– Это знак мирных переговоров. Просит не стрелять по нему.

– Требует – примем!

– Что?

– Потом объясню… Смотри тут! В оба глаза!

Сбегаю вниз и прячусь за выступом. Лучников не опасаюсь, но… Всякое ведь может быть? Как, кстати, он подходить-то собирается? Я-то уж точно к нему не пойду! Будет орать издали?

Ага, стало быть, амулет-то у них не единственный…

Ну да, вполне логично. Маг, ставивший ловушку, должен был предусмотреть поломку (какую?) одного «ключика» – это и к бабке не ходи! Два амулета – как минимум! Или даже три…

Но отправлять таких людей на штурм… непростительная глупость! Так что воевать этот деятель не станет.

– Кто-нибудь выйдет ко мне?

Не дали ему амулета…

Но это ещё ни о чём не говорит! Мужик может оказаться большим хитрецом.

– Зачем?

– Мы, что же, так и будем орать во всю глотку?

– У меня нет секретов от своих товарищей.

Слышно, как мужик усмехается.

– От одного товарища – так будет точнее.

Магия?

Или они просто мастера читать следы?

– А есть разница?

– Есть. Вы не можете нас победить таким количеством бойцов. Рано или поздно вы устанете… у вас закончатся припасы и стрелы.

– Ну так и ждите. Я никуда не спешу.

– Хлуд Коса говорит – он оценил ваше мастерство. Айшал Вилья был умным и осторожным воином – но вот лежит его тело! Вы оказались сильнее и хитрее. И мы это признаём.

Этот самый Айшал Вилья, как следует понимать, и был местным главзлодеем.

– Рад слышать.

– Хлуд Коса говорит – вы можете стать одними из нас. Он не станет вам мстить. Но отработать урон, который вы ему нанесли – придётся.

– Это, как я понимаю, первое предложение. Есть и второе?

– Есть, – чуть помедлив, отвечает парламентёр. – Вы можете уйти, и мы не станем вас преследовать. Но вы ничего с собою не возьмёте – он это увидит сразу. В этом случае Хлуд Коса берёт свои слова назад.

– Каким образом? В смысле – как мы уйдём?

– Мы отойдём от входа – башня станет между нами. И мы не сможем вас увидеть, пока вы не подойдёте к дороге. Вы выходите и идёте к спуску. Там оставляете амулет и спускаетесь вниз – вас не станут преследовать.

Ну да… попросту расстреляют из луков сверху. Дорога-то огибает утес… даже и ходить никуда не потребуется.

– Я могу подумать?

– Когда тени от деревьев лягут на дорогу, мы не станем больше ждать.

Вернувшись наверх, вопросительно смотрю на Дану.

– Он врёт! Я могу слышать их разговоры – они обсуждали, как лучше нас убить!

– Да, как-то и не сомневаюсь… Таким обещаниям я перестал верить уже давно. Что делать-то будем?

– А у нас есть выбор?

Тут она права, выбора, действительно, никакого нет. Ладно, проинспектируем запасы.

Двенадцать болтов к арбалету. От костра девушка утащила окорок и пару краюх хлеба. Вода есть – аж два ведра! И фляги…

Так что голодная смерть нам пока не угрожает. Неделю, как минимум, мы тут просидим. Снять заклятие, не рискуя головой, маг не может. Но и держать башню в осаде – для Хлуда неприемлемо. Он, по определению, тут самый крутой и страшный, и пасовать против каких-то двоих авантюристов ему невмочно.

Кстати!

– А как выглядит этот самый Коса? Переговорщик говорил от его имени, так что он точно здесь.

Дана пожимает плечами.

– Я его не видела. Известно, что он большой и сильный… – она прикусывает губу.

Что не так?

– Видишь ли… То, что лежит внизу, дело рук не простого колдуна. Это – военный маг постарался. А они, если хочешь знать, никогда не отличались мощным телосложением.

Как оказалось, маг, способный убивать людей своими заклятиями, платит за это неслабую цену. Нет, обрушить на головы противников дождь или град способен любой колдун. Для этого необязательно быть именно военным магом. И даже если в результате града кто-то и погибнет – это почти никак на авторе заклятия не скажется. Ибо заклинание не направлено непосредственно на отнимание жизни. Дождём, вообще-то, и пожары можно тушить…

А вот «кольцо смерти» или что-то подобное – это именно несущее смерть колдовство.

И тот, кто сознательно к нему прибегает, платит. Не деньгами…

– Такой человек просто не может быть сильным и с мощным телосложением. Его сила не в руках и мускулах. Владеть мечом он, конечно, может, но… не станет. Он убивает другим образом. И поэтому, большинство военных магов не отличается статью и красивой фигурой. Это, по-своему, несчастные люди, лишённые многих радостей жизни. Способность к убийству других людей ещё никого не сделала краше и стройнее.

– Подожди… А как же обычные солдаты? Они ведь тоже убивают своих противников? Но там есть парни весьма даже ничего… Не красавцы, согласен. Но и уродами их назвать никак нельзя.

– Солдат – рискует своей жизнью. Всегда. И в любой обстановке. А маг, поражающий человека издалека – значительно менее уязвим. Но ничто в этом мире просто так не даётся. За всё надо платить.

– Понятно… И какой же вывод?

– Это, – кивает вниз девушка, – не дело рук Хлуда. Здесь работал военный маг. А, судя по описанию, Коса сильный и крепкий человек. Так что он этого ни снять, ни наложить попросту не сможет. Он, разумеется, способен творить некие, достаточно сложные, заклятия. Многие из которых, как я думаю, не под силу не только мне – но и всей гильдии Кределя. Но – он не военный маг! Тут был кто-то ещё!

Час от часу не легче… Ещё и военного мага нам тут не хватало для полноты счастья!

– Значит, пройти через «кольцо смерти» они могут только при помощи амулета-ключа?

– Да. Могут – но не пойдут. Они уже видели результат такой попытки. Никто из разбойников не знает – кто же сидит в башне? И обстоятельства произошедшего – тоже никому не известны. Они не рискнут штурмовать неведомо кого. Да, здесь двое – но, кто они?

Так…

А кто же тогда руками туда-сюда водил? И в кого я стрелял? Задаю этот вопрос Дане.

– А вот это и мог быть сам Коса.

Даже так? Хреновый из меня снайпер оказался…

Ладно, вариантов всё равно никаких нет. Будем ждать.

Противник пока никаких действий не предпринимал. Тоже чего-то выжидали. Скрылись из глаз, оставив только парочку наблюдателей. Так что и никаких разговоров подслушать больше не получилось – ввиду их отсутствия.

Медленно тянется время.

Пользуясь паузой, перекусываем. Благо, еды пока вполне достаточно.

И в какой-то момент Дана вдруг замирает, не донеся флягу с водой до рта.

– Подожди… Кто-то меня ищет!

– Опять этот мастер руками махать? – поднимаю я с пола взведённый арбалет. – Ох, помашет он кое-чем напоследок…

– Нет! Это не он! Я чувствую…

Она вскидывает руки и выкрикивает какую-то длинную фразу.

Опа!

От её рук выстреливает в небо яркая нить. Даже при солнечном свете её видно очень хорошо! Не думаю, что даже заклятие невидимости способно полностью её загасить…

Со стороны разбойников доноситься слитный вопль множества глоток – там поняли назначение нити.

Это маяк! Долженствующий показать ищущему направление.

Так… сейчас Дану станут убивать… Ибо она не может отойти под укрытие – нить пропадёт. Это даже я понимаю.

А раз так – её можно поразить стрелами! Она ведь открыто стоит!

Первый лучник появился уже через минуту – да так и не успел выстрелить. Я нажал на спуск раньше. Что ни говори, а арбалет бьёт дальше и точнее.

Второй успел выпустить три стрелы. Но вот отскочить в сторону не успел…

Третьего я снял только с четвёртой попытки, верткий чёрт оказался!

Шесть болтов…

Уже три – и минус ещё один стрелок.

Два.

Один…

Последний болт – и ещё один лучник. Не убит, только ранен – но стрелять не сможет. Болт в плечо – лук уже не натянуть!

Встаю перед девушкой, приподнимая вверх щит. Ну… хоть так…

Блынь!

Есть стрела – в щит.

Блынь!

Удар по ноге – вскользячку. Под таким углом доспехи не пробить! Но ведь больно же!

Левое плечо – это уже откуда-то сбоку пришло!

– Дана, завязывай! Надо уходить под прикрытие! Я попросту не смогу отразить все стрелы – они бьют с разных сторон!

– Ну, вы тут и наворочали! – Бенаг Парди, полусотник, подливает мне вина. – Я, как наверх поднялся, так прямо на месте и обалдел! Подумать только!

Чуть в сторонке его подчинённые деловито обыскивают тела убитых разбойников. Оружие, кстати весьма неплохое, складывают в сторонке. А между убитыми ходит неприметный такой мужичок… Остановится, посмотрит внимательно на покойника, кивнёт – и переходит к следующему. Маг-опознаватель, как пояснила Дана. Чуть позже он составит подробное донесение, где тщательно укажет приметы каждого убитого злодея. И где-то в полутёмной комнате такой же неприметный человечек сделает пометку в свитке – «убит, розыск прекратить». Да уж… учёт и здесь имеет место быть…

– А ведь вашему парню никто не поверил! – продолжает стражник. – Уж как он только ни распинался! Если бы не брат Мон…

Монаху, по совести сказать, надо стол накрыть по возвращении! Без напора монастыря сюда бы ещё долго никто не собрался. На какие он там кнопочки нажимал – известно лишь ему одному. Так что не надо быть свиньями, и поляну брату Мону накрыть!

– Да… – качает головою полусотник. – Пожалуй, таких потерь у Хлуда давно не было… Да что там давно! Никогда он столько народа не терял!

Тридцать пять человек – для небольшой банды потери поистине страшные! Ну, положим, у Косы банда далеко не маленькая, но всё равно – не подарок. А тут ещё и схрон!

После того, как прибывшие со стражниками маги совместными усилиями сняли «кольцо смерти», я провёл в хранилище не только их, но ещё и представителей торговой гильдии. Так вот – их там всех едва кондрашка на месте не хватила! Кстати, именно благодаря указанным представителям, помощь задержалась почти на сутки – никак не могли решить кому ехать. Каждый старался придумать уважительную причину, лишь бы не покидать городских стен. И опять помог монастырь – нашел кое-какие веские аргументы. Забавно, между прочим, наблюдать за лицами купцов. У кого-то глаза горят, а вот другие прямо-таки места себе не находят – так им охота отсюда сбежать! Ведь предстоит подписывать некий документ с подробным перечнем обнаруженного добра. А очень многим это делать совсем неохота…

Тому есть множество причин.

Как подробно объяснил полусотник, часть товаров предстоит вернуть их владельцам. Если, разумеется, таковые ещё живы и здоровы. А ведь многие из них уже успели под предлогом потери своего добра провернуть всевозможные махинации. И вдруг – такой облом… Страхование рисков в этом мире уже есть, хотя и не совсем такое, как у нас. Так что некоторым купцам возврат товара означает не прибыль, а длительный геморрой со страховой конторой. Так что «благодарность» от коллег тут кое-кому гарантирована.

И кроме этого есть некий момент…

Коса ушёл.

Выставив заслон из преданных людей, спустился с небольшой группой с крутого склона – и сжёг заклятием верёвку – чтобы гарантированно обрубить хвост.

И пока там добивали его гавриков, атаман благополучно укрылся в лесу.

В завязавшейся суматохе его хватились далеко не сразу.

И теперь он будет мстить…

Купцы это хорошо понимают. Это магам, в принципе, пофиг – они редко выезжают из города без охраны. А вот торгашам неуютно – Хлуд будет мстить всем! И особенно – присутствующим.

В город мы вернулись далеко не сразу – полусотник затребовал подкрепление. Да и то сказать, обоз-то вышел ого-го какой! За один заход всего не увезти! И за два… Пожалуй, что и три раза тоже не выйдет. А ведь нужно ещё и к обозу охрану приставить…

Дану, ничуть не смущаясь, припахали к этому нужному делу. Единственный, кого обошли – это я. Но сидеть на попе ровно не хотелось, и уже на второй день удалось напроситься помощником к стражниками. Они, кстати, ничуть против этого не возражали!

И вот, наконец, городские стены!

Довольный Ларс, комкающий в руках шапку, восторженно скачущий Край – вечер обещал быть весёлым!

Он таковым и стал. Даже брат Мон соизволил прийти. Кстати, вино, оказывается, он очень даже уважает! Так что удалось совместить приятное с полезным.

А вот утро…

Как и следовало ожидать, ничего хорошего в такую рань не произошло. А что ж вы хотите-то?

Утро!

«Я, Хлуд Коса, владетель лесов и повелитель дорог, настоящим приговариваю к смерти двух человек, нанёсших мне тяжкое оскорбление. Мага Дану Бакли и кузнеца Лекса Гора. Если город примет их под свою защиту, то ни один торговый караван сюда или отсюда более не пройдёт. Дом, который даст им приют, будет сожжён. Караван, принявший их под свою охрану, будет уничтожен. Каждый человек, поднявший оружие для их защиты, будет убит, а его семья потеряет свой кров.

Любому же, кто доставит мне этих людей живыми, будет выплачено по двадцать золотых монет за каждого. Принёсший их головы получит по десять монет.

На все раздумья я даю городу два дня. По истечении этого срока оба оскорбителя должны быть выдворены из города».

Коротко и ясно.

Верчу в руках этот листок, зачем-то заглядываю на оборотную сторону.

– И где ты это взяла?

Дана пожимает плечами.

– На рынке – их там разбросано несколько штук. Положили на прилавок и придавили камнем – чтобы ветер не унёс. Впрочем, об этом уже весь город судачит. Если бы кто-то меньше пил… то ты и сам бы про это уже знал!

– Я, между прочим, брата Мона благодарил! Мы оба, если ты не позабыла, ему жизнью обязаны!

Мотаю головой, и мысли нехотя возвращаются на положенные места.

– Ладно… Чего делать-то теперь?

– В городе волнения – никто и никогда не предъявлял ещё ему таких требований. Надо идти в гильдию – они обязаны нас защитить!

– Тебя – возможно. А я ни в какой гильдии не состою.

– Но ты почётный гражданин города!

Ох, что-то я сильно сомневаюсь в чудодейственной силе этого звания…

– Ладно, – поднимаюсь на ноги. – Пойду доспехи надевать. Сдаётся мне, что ходить в обычной одежде сейчас будет небезопасно. Кстати…

После некоторых поисков, для девушки удалось подобрать кольчугу. Не совсем по росту, но сейчас не до эстетики. По крайней мере, кинжалом не пырнут – уже хорошо! Нашёлся и шлем – а вот он сел, как влитой.

Вот в таком виде мы и заявились в гильдию магов.

Тут уже всё были на ногах – и в прескверном расположении духа. И малость взбудораженные.

Встретил нас Лен Крон – вот он был вполне собран и деловит. Увидев Дану, он сразу же подхватил её под руку и кивнул мне – мол, пошли!

Войдя в какую-то комнату, магистр указывает на стулья – присаживайтесь.

– Вы уже знаете?

Девушка протягивает ему бандитский ультиматум.

– Нам сюда сразу два таких принесли… – разглядывает бумагу маг. – А ведь разные люди писали! В одних и тех же текстах есть разные ошибки. Да и начертания букв…

Это, разумеется, здорово – но нам-то с того какой прок?

– Представители торговой гильдии прибыли сюда ещё час назад. Их мнение единогласно – вас не станут защищать.

Ну, если честно, то от торгашей я иного отношения и не ожидал. Им теперь со страховщиками такое бодание предстоит…

– А гильдия магов?

Крон поджимает губу.

– Единого мнения пока нет. Все ждут слов мэра города – его слово будет решающим.

Понятно…

– Как я понимаю, гильдия торговцев хочет избежать выплаты обещанного вознаграждения?

Магистр с интересом на меня смотрит.

– Хм-м… А вот эта мысль мне в голову не приходила!

– Дарю!

Он поднимается с места.

– Подождите здесь, я скоро вернусь.

Когда за ним закрывается дверь, я поворачиваюсь к Дане.

– Ларса вызвать можешь?

Она ему дала какую-то фиговину, благодаря которой, теперь в любой момент может его найти и вызвать. При условии, что он находится не слишком далеко от нас.

– Могу.

– Пусть срочно топает сюда!

Пока маги совещаются, спускаюсь вниз и дожидаюсь своего помощника.

Парень прибежал уже через полчаса, видать, сильно торопился. Подробно инструктирую его относительно того, что он срочно должен сделать в самое ближайшее время.

Пусть немедленно сваливает из города, прихватив моё добро. Он может ехать в своем темпе, никак не согласуя свои действия ни с кем из нас. Да и внимания к одинокому путешественнику будет поменьше. И если честно – риска. Ищут-то ведь не его! В свете образовавшихся обстоятельств, парню будет безопасней без нас, чем с нами. К чести Ларса, тот пришел от моего решения в негодование, и ни в какую не хотел бросать нас. Пришлось вызвать Дану, чтобы она его «вразумила». Применив свою магию, она навела на него легкую хмарь. Внезапно повеселевший и потерявший «короткую» память, парень моментально согласился уехать и ждать нас на условленном постоялом дворе недалеко от города Кимора, куда мы также вскоре намеревались прибыть. Я, кстати, по сложившейся привычке, окрестил город «Кикимора» и таким образом сразу его запомнил. Что-то нет у меня веры в благородные порывы местных властей…

Отведя в сторону Дану, коротко поясняю ей свою точку зрения. Против ожиданий, она соглашается почти сразу. Ну и славно, мне меньше головной боли.

Отловив проходящего мимо секретаря, прошу его пригласить магистра Крона – буквально, на пару секунд!

А потом опять полирую задом скамейку…

Но всё когда-нибудь завершается, пришло к концу и моё ожидание.

– Мастер Гор? Вас просят в зал совета…

Судя по раскрасневшимся мордам присутствующих, перепалка здесь была нешуточная. Что ж, послушаем решение…

– Мастер Гор! Общим решением гильдий города, подкрепленных согласием мэра, вы должны покинуть Кредель до захода солнца. Стража проводит вас…

– Понятно. Не удивлён. А что касается положенных нам выплат за оказание помощи в поимке разбойников и розыске краденного?

– Разумеется, вы их получите! – на этот раз слово взял представитель гильдии торговцев.

– Когда?

– Мы должны произвести подробную опись обнаруженного, найти владельцев… Выплатить хоть что-нибудь, мы сможем не ранее, чем через тридцать дней… или даже больше. Поймите, это очень ответственное дело!

– Если я не ошибаюсь, в большинстве случаев награда объявляется заранее? Какая сложность в том, чтобы просто прочесть эти объявления? И сложить указанные суммы?

Торгаш багровеет.

– Вы не понимаете! Это же деньги!

– И большие. Хорошо, я согласен подождать. Вы сказали, тридцать дней? Что ж, встретимся по истечении этого срока.

В зале возникает некоторое оживление – по-видимому, народ пытается представить моё возвращение с того света.

– В этом нет необходимости – вы можете прислать своего представителя…

– Я подожду. Здесь.

– Но вы обязаны покинуть город! Ни один житель города не предоставит вам крова! И ни один постоялый двор…

– Я полагаю, что монастырь святого Лана Страждущего не откажется дать кров гонимому путнику…

Купчик аж рот раскрыл! И в зале моментально стало тихо.

Монастыри не подчиняются светским властям. И на их территорию стража может войти только с позволения настоятеля. Да, мэр вполне способен и его как-то додавить. Но уж точно не за два дня…

– Вы… Вы обязаны подчиниться общему решению! Стража!

Поворачиваюсь к столу магов.

– Магистр Крон, можете ли вы сказать – где сейчас Дана Бакли?

Маг проводит рукой по воздуху и отрицательно качает головой.

– Я не вижу её поблизости.

– А Хлуд требовал двоих… – киваю. – Спасибо, магистр!

В дверях появляются стражники. Вид угрюмый – меня знают многие. И это приказание им явно не по душе.

– Так что требования разбойников вы исполнить не сможете, – обращаюсь я к купцам. – Ему-то нужны двое! Да и кроме того… горожанам будет интересно узнать, что человека, который смог найти самого Хлуда Косу, выдали ему же на расправу. И – не только горожанам. И не только здесь. Как вы понимаете, Дана молчать не станет.

Глава гильдии магов поднимает руку и жестом останавливает стражу.

– Продолжайте, мастер Гор.

– Благодарю, – а мужик-то неплохой оказался! С меня стакан…

– Как я понимаю, мне придётся ждать, пока убытки от непрошедших караванов сравняются с суммой положенных выплат. Или станут достаточно ощутимыми для того, чтобы ваши счетоводы работали бы чуток побыстрее. Так?

Похоже, что кое-кого тут сейчас хватит удар. Надо полагать, что все эти суммы уже заранее распределены по нужным адресатам. Небось, и мэр в теме – вон, как ерзает!

Главный купец собирается с силами.

– Не ожидал… Не ожидал от вас такого отношения к городу! Вам дали столь много…

– Вообще-то – не дали. Я заслужил это в бою. Впрочем, не стану настаивать…

Бляха звякает об пол.

– Я её не просил – так что и расстаюсь без сожаления. А больше вам у меня отнять нечего – всё остальное принадлежит мне.

А вот магам это явно не понравилось! Стало быть, не простая это железяка… ох, не простая… Но прямо они ничего не говорят. Пока не говорят…

– Это шантаж! – взвизгивает главторгаш.

– Для вашего поведения тоже есть соответствующее название.

Медленно поднимается мэр. Откашливается.

– Данной мне властью, я лишаю вас полученных ранее званий и привилегий!

– Принимается, – коротко киваю в знак согласия.

– Вы должны немедленно покинуть город! Сейчас же!

К нему подбегает неприметный человечек и что-то шепчет на ухо. Главный городской чинуша приоткрывает в изумлении рот…

– Он здесь?!

– И настоятельно просит его впустить.

– Э-э-э… ну…

Стукает дверь и, отстранив стражников, в зале появляется брат Мон.

– Прошу меня извинить, но я должен забрать этого человека. Он обратился к нам с просьбой о помощи, и мы не можем в этом отказать.

Молодец Дана! Вовремя успела передать мою просьбу.

– Вы не можете этого сделать! Он… он нам угрожал!

– При наличии доброго десятка стражников? Это так? – поворачивается монах назад.

Стражи, потупясь, отрицательно мотают головами.

– Ему предъявлено обвинение? Нет? Какие ещё существуют препятствия?

– Нам угрожает Хлуд Коса! И этот человек, находясь в городе, является причиной данной угрозы!

– А вы ожидали благодарности от разбойников?

– Да не им он угрожает – а их кошелькам! – вставляю я свои пять копеек. – А вот выплачивать положенное нам вознаграждение тут никто не спешит… Так бы мы давно уже ушли!

– Вы не можете получить все деньги! Каждый, кому полагается награда, получает её лично!

То есть ни о каких подсчётах речь уже не идёт? Надо же…

– Дана Бакли, – приподнимается с места Крон, – только что клятвенно засвидетельствовала своё согласие на то, чтобы положенные ей выплаты принял бы мастер Гор.

– Это ложь! – взвизгивает купчик.

– Не понял? Это вы меня, что ли, во лжи обвиняете? – ледяным тоном интересуется магистр. – Я лично при этом присутствовал!

Оп – осекся купчик. Не на того хвост задрал!

– Как прискорбно всё это видеть… – печально качает головою монах, идя со мною вместе по коридору. – Добрые в душе люди… и такая алчность!

Эх, отче, тебе бы опером работать! Смог углядеть то, чего тут отродясь, по-моему, и не бывало. Доброта у купцов? Ну… даже и не знаю, что сказать?

А вот маги себя повели вполне нормально. Понятно, что открыто они меня поддержать не могли, но и за то, что сделали – уже спасибо! Крон – вообще молодец! Да и глава гильдии неожиданно оказался правильным мужиком. Не сложилось у данного сборища, как это модно говорить, консенсуса… этим и пользуемся!

Вот и идём мы с братом Моном по коридору. А нас сопровождает парочка монахов. И глядя на них, я отчего-то сильно сомневаюсь, что их основным способом «увещевания» заблудших является только молитва… Что там Дана рассказывала о взаимосвязи телосложения и способностей к некоторым специфическим заклинаниям? Похоже – тот самый случай…

По дороге к монастырю спешу поделиться с сопровождающим некими догадками. Не вышло у нас вчера толком поговорить, слишком уж много там всякого народа было. И вот, надо же – очень даже хорошо, что не вышло! Иначе бы он мог сегодня и не прийти…

Как это сказано умными людьми? «За деревьями не видим леса?»

Самое то, по-моему.

Брат Мон озадаченно молчит, по-видимому, некоторые мои догадки оказались для него несколько неожиданными.

– Так ты полагаешь, что за спиной Косы стоит некий могущественный маг?

– Не просто маг. Военный! И с большим… гм-м-м… практическим опытом.

– Я должен всё это записать. И сообщить… ну…

– Вам виднее, брат Мон. Я, как человек посторонний, многого могу не понимать – но увидеть вполне способен. А вы уж и думайте – чьи ушки торчат из-за кустов…

– Куда ты хочешь уехать? В Кределе, к сожалению, тебя ещё долго будут не рады видеть.

– Да и фиг с ними! Не жили хорошо – нечего и привыкать. Думаю, что уеду в Кимору… а там видно будет.

Так вот, переговариваясь на ходу, мы и добрались до монастыря. Обед – ну, это всегда вовремя!

– Я бы хотел сделать вам небольшой подарок, брат Мон. Точнее – не вам лично, а монастырю.

– Слушаю тебя.

– Как вы, возможно, знаете, приправы вам поставляет почтенная Ига.

– Да, мы покупаем их у неё.

Рассказываю ему об этом «бизнесе», пояснив свою роль в этом деле. Монах с уважением кивает – понял.

– Так вот, моим компаньонами тут являются сотник серой стражи, мастер Ян и мастер Дин. Не скажу, чтобы это приносило много денег, зато – постоянно. Так вот, я прекрасно понимаю, что принимать участия в деле более не смогу – путь в город мне закрыт надолго. И я бы хотел предложить монастырю свою долю в этом деле. Полагаю, что вы сможете правильно ею воспользоваться.

Процедура официальной передачи права тут простая, как мычание. Никаких тебе бумаг и нотариусов. Для этой цели тут есть профессиональные маги, удостоверяющие сказанное. Есть таковые спецы и в монастыре. Честно говоря, вот уж в этом-то я ни разу и не сомневался…

В дверях нарисовался монах-привратник.

– Там принесли золото для мастера Гора…

А неслабый «мешочек» оказался! И как я только его потащу?

– Ты можешь оставить золото здесь, – словно уловив невысказанную мысль, говорит монах. – Обратись в наш монастырь в Киморе – и получишь его уже там. Разумеется, некую часть тебе придётся пожертвовать на нужды братии…

Да, вообще не вопрос! Не факт, что мы туда ещё доберемся… Но вот оставить с носом жадную свору купчиков и толстяка-мэра – да я ещё и приплатить за это готов!

– Золото отдадут тебе или Дане – я пошлю соответствующее сообщение.

Наш отъезд из Кределя не был похож на бегство, но и теплым прощание назвать было сложно. Провожало нас с Даной всего несколько монахов – но выглядели эти ребята достаточно основательно, так что, если кто из-за угла и посматривал, то ему оставалось только локти кусать. А стража на монахов в любом случае не попёрла бы. Уезжать пришлось чуть ли не на ночь глядя – к вечеру зарядил проливной дождь, и нам оставалось ждать, когда появится подходящий момент, чтобы покинуть город. Из-за этого отъехать далеко не получилось, но на мгновенно расплывшейся дороге, к счастью, показался тот самый постоялый двор, где я так «удачно» познакомился с Одноглазым.

– Остановимся на ночь здесь? Все равно далеко нам сегодня не уехать, – предложила Дана.

– Хозяин неплохо тут готовит, – согласился я. – Да и должник он мой – здесь мы с Краем его от Одноглазого избавили. Однако…

– Тебя что-то смущает?

Дана внимательно огляделась по сторонам, вытянула руку вперед, немного помолчала.

– Не чувствую тут никакой магии, вроде все чисто.

– Стало быть, если б там засаду какую посадили, или какой-нибудь сигнальный амулет оставили – ты бы засекла?

– Сказала же, что нет ничего, – сердито буркнула Дана.

Какие мы серьёзные!

– Ты мне что, не веришь? – сверкнула она глазами.

– Верю, что нет магии. По поводу остального ничего неизвестно. Но уже хотя бы и это – хорошо. Остаемся здесь.

Стоило войти в зал, как нам навстречу выбежал трактирщик. По его приказу вмиг засуетилась служанка, заставляя стол всякой снедью, жена хозяина принесла из подвала вина. Мы моментально расправились с ужином, а поскольку завтра планировали уезжать с самого утра, то и разошлись по комнатам достаточно быстро.

Перед сном я немного потолковал с хозяином. Разбойники заведение более не беспокоили, дела шли помаленьку. А инцидент с Одноглазым так и остался в тайне, так как хозяин помалкивал, да и наш дружок Бел Ллоп также держал язык за зубами.

– Все благодаря вашей милости, мастер Гор, – кинулся опять кланяться трактирщик. – Каждый день в молитвах вас поминаю! Да хранит вас бог!

– Ну, и хорошо, – подвел я итог, старясь побыстрее отделаться от надоедливого хозяина трактира. Да и спать уж очень хотелось, денёк-то выдался непростым! Все, что было мне надо, я выяснил, пора на боковую.

Я сел на кровать… и заснул, даже не успев толком раздеться, почему-то навалилась такая усталость, что глаза закрывались сами собой. Видимо, все-таки сказывались события предыдущих дней – не все же по развалинам лазать и в лесу ночевать. Надо когда-то и отдыхать по-человечески – на кровати, под крышей, в тепле.

Спал я крепко, мне не мешала ни возня внизу, ни стук дверей и звук отворяемых ворот, ни скрип ступеней под осторожными шагами – на то и постоялый двор, чтобы гости приезжали. Разлетающиеся остатки сна еще мелькали в моей голове, когда я почувствовал холодное прикосновение металла к моему горлу. С усилием воли попробовал разлепить глаза и – о чудо! – у меня это получилось. Но на этом все чудеса и закончились – я увидел банальный огонек масляной лампы, да какие-то мутные хари вокруг моей кровати.

– Шевельнешься – и я перережу тебе горло, – глубоким, властным голосом произнес владелец кинжала у моего горла.

– М-м-м… тогда уж лучше полежу…

– А ты, как вижу, у нас шутник? – зло бросил мне в лицо потенциальный «горлорез». – Ну, что ж, теперь моя очередь смеяться, кузнец! Ты пожалеешь о том дне, когда тебе в голову пришла мысль отыскать след Хлуда Косы! Я не даю пустых обещаний, и теперь ты простишься с жизнью за то, что пошел против меня!

В комнату набилась какая-то несусветная куча рож, но эпичнее всех, естественно, выглядел Хлуд. В неясном свете масляной лампы я успел немного разглядеть знаменитого разбойника, в чьих лапах мы теперь оказались, поскольку я не сомневался, что Дану постигла та же участь, что и меня.

Хлуд Коса был выдающегося роста, жгучий брюнет с лицом, заросшим бородой, большим породистым носом и пронзительными темными глазами навыкате. Относительно плотное телосложение выдавало в нем опытного воина, а хорошо поставленный голос – человека, привыкшего командовать. Добавим магию, и что у нас выйдет? Фигня какая-то, если честно… что-то тут не стыкуется… Может такое быть? Вполне.

Похоже, мы серьезно влипли. Ко всему прочему, я сильно беспокоился за Дану. Как бы эта самоуверенная девчонка сходу не наделала глупостей, хоть бы ей хватило ума держать язык за зубами. Черт, как же это могло произойти?

– Связать и вниз! – скомандовал Хлуд своей своре, и резко развернувшись, стремительно покинул комнату.

На меня навалилось сразу человек пять. Скрутили по рукам и ногам и толпой, как муравьи, сволокли меня вниз, в обеденную комнату. Там я уже увидел Дану, спеленатую, как младенец. По растрепанным волосам и яростным взглядам, которые она бросала в сторону разбойников, я понял, что она-то без боя не сдалась. Да и её стражи выглядят несколько помятыми…

Хлуд уселся за стол, по бокам нарисовались два «ассистента» – видать, помощнички. Одна морда безобразнее другой. Интересно, он их специально, что ли, по внешнему виду подбирает? Чтобы путники уже только при виде их рож боевой дух теряли? Или это, так сказать, следствие профессиональной деформации? Черт, какая мне ерунда в голову лезет, какая на хрен разница, надо выкручиваться как-то, а не философствовать….

Моментально нарисовался трактирщик с кружками пива и блюдом с закуской. По его суетливым движениям и тому, как он старательно отводил от меня взгляд, я понял, кто настучал банде про нас. Перехватив взгляд Даны, указываю ей глазами на хозяина таверны. Девушка в ответ чуть прикрыла глаза – и я понял, что сделал правильные выводы.

Проанализируем ситуацию. Шансов на драку у нас никаких нет, помощи ждать – бесполезно. Угрожать Хлуду расправой – бессмысленно, он ничего не боится. Сказать, что переходим на его сторону. Мысль? Покрутив ее пару секунд в голове, отбрасываю – атаман не поверит, да и поздно об этом думать, мы ему столько пакостей сделали, что он ни за что не простит. Удрать? Щас…

Какие еще варианты? Тянуть время. Можно, конечно, попробовать, но чем его заинтересовать? Что вообще его интересует? Кроме денег? Огромные деньги? – возможно. Но у меня-то их нет! А если не огромные, то что я могу на них купить если не наши жизни?

– Жить вам осталось пару минут, драгоценные, – бесцветным голосом произнес Хлуд. Похоже, он уже с нами даже простился, разговаривает как с покойниками. – Я обещал вам обоим лютую смерть и свое обещание выполню. Вы оба умрете в ужасных мучениях.

И машет в нашу сторону рукой своим бандитам. Мол, приступайте уже.

Чего-то неохота мне тут помирать. Пора уже что-то придумать. И тут я решаюсь. Терять мне все равно нечего, так что любая попытка будет стоить потраченных на нее усилий.

– Я готов заплатить тебе за нашу легкую смерть, Хлуд Коса. Это выгодное предложение. Ты ничего не теряешь, а приобрести можешь многое. Подумай, зачем отказываться от денег, за которые не надо рисковать?

Рука атамана замерла в воздухе. Он внимательно поглядел на меня. Задумчиво причмокнул губами, отхлебнул пива из кружки.

Я понял, что Коса тянет время. Надеюсь, клюнул. Мужик он умный, авось практичность перевесит эмоции. Сбоку, в изумлении раскрыв глаза, на меня смотрит Дана. Не понимает магичка, о чем я вообще?

– Говори, – коротко бросает Хлуд.

Впереди забрезжил лучик надежды. Едва уловимый и очень сомнительный, но раньше и такого ведь не было. Сейчас уже много будет зависеть от меня, а значит, появляются шансы на спасение.

– Ты, наверное, знаешь, вернее, знал Крена Одноглазого?

Хлуд согласно наклоняет голову.

– Ну так вот, Крена на тот свет отправил я. И его подручного заодно. А тот, перед тем, как помереть, рассказал мне, где у Одноглазого тайник с добром. Не сразу, как понимаешь… но я умею спрашивать.

После этих слов трактирщик белеет как полотно и моментально смывается из поля видимости. Очень хорошо, мне он тут не нужен, еще сболтнёт что-нибудь неподобающее.

– Ты, как я посмотрю, не только меня обокрал? – зло рокочет Хлуд.

Значит, уже поверил. Начало положено.

– Да. Зато я ничего не успел потратить. И теперь это все может стать твоим. Я покажу, где деньги. А ты за это обещаешь нам легкую смерть. Добро спрятано надежно – на словах не объяснить, да и всяких штучек там хватает. Я вас до двери доведу, а она, – киваю в сторону Даны, – свои заклятья снимет, чтобы не было препятствий тебе и твоим людям.

Вижу удивленное лицо Даны. Какие заклятия? Препятствия? Хоть бы не проговорилась. Но ничего, молчит девчонка, авось допрет до нее.

– А за это, ты, стало быть, хочешь легко умереть?

– Больше мне рассчитывать не на что. Твоя взяла. Если дашь слово, что убьешь нас легко и быстро, то я отведу тебя к тайнику Одноглазого.

Не самое приятное времяпровождение – ехать в телеге в связанном состоянии. Повозку трясет на каждом ухабе, да и руки-ноги затекли от тугих веревок до полного онемения. Но утешает мысль, что едем мы живые. Хлуд отправился на поиски схрона Одноглазого сам и прихватил всю свою свиту. По всему видно, что мужик привык действовать осторожно и обстоятельно.

Ехали долго. Если бы не затекшие руки, можно было бы и поспать.

Через пару-тройку часов остановились на легкий перекус. Странно, но Коса даже и нам распорядился чего-нибудь дать! Разносолов не имелось, но кусок хлеба с ветчиной тоже вполне себе приятная закусь. Так что и запивание его водой тоже показалось достаточно вкусным.

Но любая дорога когда-нибудь заканчивается – вот и эта подошла к концу. Телега затряслась на ухабах, возница прикрикнул на лошадей… и мы остановились.

– Вылезай! – стукнул по борту чей-то кулак.

Приподнимаюсь и кое-как выкарабкиваюсь на улицу.

Знакомое место – из-за кустов виднеется крыша бывшего лесничества.

– Здесь?

– Да, это то самое место. Руки развяжите.

Стоявший позади меня разбойник моментально обнажает клинок. Вот ведь скотина – у него мой меч!

– Зачем? – интересуется Коса.

– Ловушки я зубами разряжать буду?

Он кивает, и моих рук касается холодная сталь.

Как часто я читал во всяких там книгах о том, что герой, «сбросив верёвки, рванулся в бой…» Ага… в могилу он рванулся бы – руки так затекли…

Рядом стряхивает с рук обрывки верёвок Дана.

– Что дальше?

– Там, слева, есть проход. В земле. Поищите, только внутрь не торопитесь залезать.

– Почему?

– Сами поймёте…

Движением брови Хлуд отправляет часть своих ухарей на поиски.

И уже через пару минут к нам подбегает один их них.

– Там Бауза Лекум! Мертвый!

– И ещё один где-то рядом должен лежать… – подтверждаю я.

– Твоя работа? – наклоняет голову набок атаман.

– Моя…

– Как тебе удалось? Его никто не мог поразить никаким оружием! Если уж этот великан поднимал на кого-нибудь свой топор…

– Из вас – возможно, что и никто. Но я нездешний… и этого не знал.

Чуть позже в кустах находят и второе тело. Но там уже вовсю постаралось зверьё, так что опознать его не смогли.

– Ладно, вход мы обнаружили. Что дальше?

– Идем внутрь. Я – первый. На пятки мне не наступать и не подгонять – плохо станет всем.

– Так, – распоряжается атаман. – Девку – в последний ряд! Жирон – держишь нож у её горла! И если что-то пойдёт не так…

– Сделаем! – плотоядно ухмыляется тощий злодеюка самого неприятного обличья.

Топаем по тоннелю, а я судорожно перебираю в голове различные варианты побега. В спину мне почти уперся мой собственный клинок, сзади держат нож у горла Даны… Не вариант!

Так ничего и не придумав, поднимаемся наверх.

– Всем стоять!

Прямо у двери в комнату с сундуком валяется обезображенное тело. Во как?! Это ещё кто такой?

– Кто это?

– А хрен его знает… это уже не я…

Покойничком оказался мой агент – Бел Ллоп. Вот почему я больше ничего о нём не слышал… Поперек двери покачивается та самая хреновина, напоминающая здоровенные грабли. Стало быть, жадность фраера сгубила. Полез проверять ухоронку – и закономерно огрёб! Ловушки-то я не разряжал! И даже жуткую косу оставил в работоспособном состоянии, затащив тяжелый груз на место.

Но – до этой ловушки он не добрался.

– Это Ллоп… – наконец узнает мертвеца кто-то из разбойников. – Телохранитель Одноглазого.

Все взоры оборачиваются ко мне.

– Ну, – пожимаю плечами. – Эти штуки ещё покойный Крен оборудовал. Так что все претензии – к нему!

– Но почему они не убили тебя?

– Потому, что я не такой дурак, как этот… – киваю на тело несостоявшегося агента. – И умею думать и смотреть.

– Ладно, – соглашается атаман. – Ещё ловушки есть?

– А как же!

– Тогда – работай!

Спускаюсь в подвал, сопровождаемый двумя разбойниками. Орудовать тут мечом неудобно, поэтому они оба вооружаются кинжалами.

Сбросив груз на пол, возвращаемся назад. И застаём Хлуда за разглядыванием обломков сундука.

– Что это?

– Ещё одна ловушка. Я не смог её обезвредить, пришлось сломать.

– Это всё?

– Нет. В комнате есть ещё одна – и две магические штуки. Их может обезвредить только она… – киваю на девушку. – Но мы должны войти туда вместе, иначе что-нибудь сработает. Она сможет снять свои штуки, а я – свои. Никто из нас не знает всех их секретов сразу.

– Надо же! – ухмыляется Коса. – А я-то думал, что у вас полное доверие друг другу!

Пожимаю плечами – уж как есть…

– Где тайник?

– В задней стенке, напротив входа. Там надо повернуть кусок стены – и тогда должна сработать ещё одна ловушка. Но к ней ещё надо подойти…

– Что ж… – соглашается главарь. – Идите! Но – помните…

Дану отпускают – её страж нехотя убирает кинжал.

– Встань передо мной, – шепчу ей на ухо. – И иди вперёд. Но так, чтобы не отрываться от меня!

Разбойники ржут, отпускают сальные шуточки.

Плевать!

Первый шаг. Второй. Третий…

– Не отрывайся!

Мы медленно переступаем порог. Ещё несколько шагов…

– Делай что угодно. Руками маши, говори что-нибудь!

– Что?

– Да что хочешь!

Она начинает что-то бубнить, делать руками пассы. Всё это продолжается пару минут.

Оборачиваюсь к бандюкам.

– Там на полу лежит доска – пусть кто-нибудь её сюда мне подаст.

– А ловушки? – интересуется Хлуд.

– Осталась только та, которую надо коснуться рукой. Именно её я и хочу разрядить.

Подобрав с пола доску, разбойники топают к двери.

– Закрой глаза! – шепчу я Дане.

И зажмуриваюсь сам.

ФУХ…

Мне показалось, что затрещали волосы на голове.

Дикий крик стеганул по ушам!

Выждав ещё пару секунд, открываю глаза. С трудом, между прочим. Такое впечатление, что у меня даже ресницы сплавились. Магия магией – а воздействия высокой температуры никто не отменял! И хрена ль с того, что огонь вызван колдовством? Всё равно – огонь!

В воздухе кружатся какие-то серые хлопья, и противно воняет подгоревшей плотью.

Оборачиваюсь.

Первое, что вижу – осколки разбитого амулета, они лежат под стеной. Стало быть, сия фиговина более не опасна.

А неподалёку сиротливо валяется здоровенный топор покойного стража – я им сундук расшибал. И после этого забросил в комнату.

Вот теперь он мне и пригодился!

Подхватываю в руки и, так сказать, на всякий случай, заезжаю обухом по валяющемуся на пороге телу. Прямо по башке!

Хрен там его знает…

Огненное заклятье сработало на совесть. Всех, кто сунулся в комнату, спалило до неузнаваемости. Ударив в дверь, пламя достало и тех, кто стоял рядом – тем тоже мало не показалось. Не все откинули копыта – но вот боеспособных здесь практически не осталось.

Удар!

Ещё один!

И тебе тоже!

Среди тел блеснул знакомый клинок – вот и мой меч!

– Лекс!

Автоматически присаживаюсь – и тяжелый метательный нож врубается в стену у меня над головой.

Коса!

Живой!

И почти не пострадавший!

В руке зажат второй нож, которым, как я вижу, он неплохо владеет.

Н-н-на!

Как я уже говорил ранее, топор – не самое удачное метательное оружие. В смысле точности, имею в виду.

А вот в смысле попадания…

Топорищем ли, обухом или лезвием он тюкнет – разница уже не столь высока. Один хрен – топор!

Тем более, такой тяжёлый…

Лезвием я, к сожалению, опять не попал. А вот обух удачно заехал по руке атамана, так что бросить второй нож он уже не смог.

Впрочем, это его не сильно опечалило, и уже в следующее мгновение он выбросил вперёд другую руку. И что-то при этом выкрикнул.

С вполне ожидаемым эффектом.

То есть – с никаким. Не сработало колдовство.

Он ещё раз повторяет прежнюю процедуру – и с тем же самым результатом. Уж и не знаю, что он там пытался со мною сотворить – но хрен чего у него вышло. Но раз его не шандарахнуло отдачей, это явно не какие-то боевые штучки.

А этого времени мне хватило, чтобы подхватить с пола свой меч. Ну, милок, теперь совсем другие пляски пойдут!

И, похоже, Хлуд это понял. Лицо его исказилось, он выхватил из ножен своё оружие.

Н-н-да…

Не коса, конечно.

Но здорово похоже.

Клинок какой-то интересный, слегка изогнутый вперёд. Эдакий ятаган-переросток. При известной доле воображения, вполне можно и косой обозвать.

Крутанув его в воздухе, разбойник пробует перехватить его двумя руками. И его лицо тотчас же искажает гримаса – про топор-то он позабыл! Болит рука, и не все привычные фокусы можно теперь вытворять.

– Что, – ехидно интересуется атаман. – Теперь уже вас больше?

Слева стон, кто-то там ещё живой.

– Поровну, – пожимаю плечами. И не глядя, бью мечом на звук.

Хрип, ноги барабанят по полу.

– А вот теперь – да, нас больше.

– Значит, – интересуется Коса, – если я тебя зарублю, то смогу уйти?

– В этом случае она сожжет тебя на месте. И без каких-либо раздумий. Ты что, и впрямь решил, что по отношению к разбойнику кто-то будет соблюдать какие-то там правила и обычаи? Совсем умом подвинулся?

Понятно, что Дана такого сотворить не сумеет, но зачем об этом знать Хлуду?

– Так она боевой маг! А не мастер по розыску краденного… я мог бы и догадаться! Ведь Кнут предупреждал…

Кнут? Это Могила, что ли?

– Он был недалёк от истины. Ты много кого тут уже достал, – пусть теперь голову ломает. Недолго ему осталось…

– А договориться?

– У тебя уже нет ничего, что может меня заинтересовать.

А сам внимательно на него поглядываю. Не просто так он этот разговор затеял… Да, мой меч длиннее. Это и преимущество и недостаток.

Рубились бы мы на открытом месте – одна песня. А здесь… Столбы, стены… тесно тут. И меч Хлуда как бы и не более предпочтителен в данной обстановке.

Интересно он его держит… Сверху, над головой, чуть наклоненным вперёд и вниз. Абсолютно нетипичная стойка для этих мест. Я такое за последнее время не то, чтобы не видел, но даже и не слышал о подобном ничего.

Непрост атаман…

– Я мог бы свести тебя с Могилой! Уверен, что вы договорились бы!

– А есть о чём?

Выпад!

Не просто так Коса мне зубы заговаривал!

Целился он вроде бы мне в голову, но в какой-то момент меч вдруг скользнул в сторону-вниз, описывая полукруг. И атаман вполне смог бы перерубить мне ногу.

Смог – если бы не встретил на пути поставленный вертикально вниз клинок. Я тоже не совсем лопух – на такие штучки меня поймать трудно.

Левая рука соскальзывает на рикассо – удар!

Тот, который тут мало кому известен и почти не используется.

Горизонтальный – как тогда в трактире.

Страшная это штука…

В иные времена, как в книгах писали, некие мастера так человека почти пополам могли перерубить.

Но я – не древний мастер-мечник. Всего лишь кузнец.

Правда, руки у меня сильные, меч добротный, даже чуть тяжелее прототипа. И сделан с любовью и прилежанием. Для себя всё же ковал… не для дяди неизвестного!

Однако перерубить атамана на две половинки не удалось.

А вот рука с мечом – та шлепнулась на пол. И Хлуду резко поплохело. Ибо, продолжая движение, меч его ещё и по боку задел.

Это только в кино поединки на мечах по полчаса происходят – в жизни всё быстрее и намного суровее. Пропустил удар – помер. И никаких тебе фокусов.

Ноги разбойника подкосились, и он, привалившись к стене, сполз по ней на пол.

– Ты… ты смог… Могила мне обещал… никто, рождённый под этим небом, не сможет поразить меня железом…

Ну, строго говоря, он и не соврал. И родился я не здесь, да и меч – он стальной, а не железный. Однако пояснять это полупокойнику я не собираюсь.

– Как видишь, он ошибся.

Но Коса уже не слышит моих слов. Ещё минутка – и он откинет копыта.

Шорох позади!

Оборачиваюсь, смещаясь одновременно в сторону и приседая. А меч уже поднят в защитную позицию.

Дана!

Опускает лук с наложенной на тетиву стрелой.

– Я уже собиралась стрелять…

– Спасибо! Но, как видишь, этого не потребовалось.

– Он мертв?

– Если ещё и нет, то это ненадолго. С такими ранами не выживают.

Девушка делает шаг вперёд и смотрит на атамана.

– Так всё просто… и ведь его ловили почти пять лет!

– Не те, надо думать, ловили. И не так…

Она поднимает с пола меч разбойника.

– Его надо отвезти в гильдию – там засвидетельствуют смерть Косы.

– Э-э-э… как?

– Но ведь очевидно же, что оружие взято из мертвой руки… – пожимает плечами магичка.

Ну, ей-то может и очевидно… Эх, серый я в этих делах!

Хлуд ожидаемо окочурился уже через пару минут. Ничего он более не сказал, да и не смог бы, наверное…

Обшарив тела разбойников, мы разжились вполне приличным количеством денег. Надо думать, тут далеко не самая распоследняя шваль собралась – приближённые атамана! То есть, уже по умолчанию, не голытьба.

С чистой совестью прикарманиваем денежки – Кредель отдыхает! Хрен там чего они от нас получат. Да и сообщать о смерти Косы пока погодим – пусть понервничают. Вот, доберёмся до Кикиморы – там в местную гильдию и зайдём. Кстати, это именно Дана и предложила – растёт на глазах!

Подойдя к телеге, обнаруживаю там свои нехитрые пожитки. И что самое главное – доспехи! Тотчас же начинаю в них облачаться. Хватит, блин, с меня сюрпризов!

– Ты…

Дана.

Стоит, прижав руки к груди.

– Ты ведь был без доспехов!

– Ну да… и что?

– Но магия на тебя не подействовала!

Пожимаю плечами. И что я ей на это могу возразить?

– Значит… это не Зеркало?

– Нет.

– Но как же так… человек-зеркало… этого не может быть!

– Ну, своим-то глазам ты ведь веришь?

Телегу мы брать не стали, найденные деньги уместились в перемётных сумах коней. Мы выбрали четверых, что получше, прочих же попросту отпустили. А меч покойного атамана Дана привесила за спину. Он, как оказалось, тоже не совсем обычный – с какими-то заклятиями. Что ж, в её руках – самое то! Это у меня он обычная железяка, да ещё и непривычная.

А в руках мага… Суровый кое-кому сюрприз будет!

Большую часть пути девушка молчала. Да и я не лез к ней с разговорами. Ей столько всего на голову свалилось… пусть переварит.

Через несколько часов на горизонте показались дома – та самая деревня, где нас и повязали.

И вот тут девушка пришпоривает коня.

Не сразу я сообразил в чём дело, и пока её догонял, она уже вырвалась вперёд на добрую сотню метров. Пришлось ещё и её заводного коня ловить, чтобы он куда-нибудь не забрёл.

На стук копыт из двери трактира выглядывает хозяин. И моментально побледнев, ныряет назад.

Дана вскидывает руку…

Тогда, на башне, она тоже шарашила огненными шарами по разбойникам. С относительно небольшим эффектом. Эх, если бы она там что-нибудь похожее сотворила!

Из дверей и окон трактира выбрасывает сгустки какого-то темно-багрового пламени, и все здание словно бы подпрыгивает. Треснуло, ухнуло… с грохотом оседает вниз крыша.

Средневековый «Шмель»… охренеть…

– Уходим! – хватаю за повод её коня.

Мы отъехали всего на несколько километров – и вот тут её начало колбасить! Да так…

Ссаживаю девушку с коня, оттаскиваю под дерево. Наскоро привязав коней, нарубил веток и, накрыв их плащом, перетаскиваю Дану на импровизированное ложе. Черт, вина бы… я помню, как она тогда им отпаивалась…

Вино нашлось – сразу три фляги.

Какая-то из них точно её, а вот две другие чьи?

На вкус… ну, особой разницы нет…

Ладно, рискнём!

И вливаю ей в рот сразу из трех – по очереди.

Всю ночь я сидел с ней рядом. Костер развёл. Расседлал и стреножил лошадей – пусть ходят рядом, пасутся. Им тоже поесть надобно. В какой-то момент и сам задремал.

Стон!

Подскакиваю на месте и снова накрываю девушку плащом. Трогаю лоб – горячий. Опять за вино…

Когда её начинает колотить дрожь, укладываюсь рядом, предварительно сняв с себя всё железо. Накрываюсь плащом и пробую её согреть хоть таким образом.

Сон… ну, если это можно назвать сном… Короче, хреново спалось.

Но, вроде бы у неё спал жар. Во всяком случае, спит и не дёргается.

Ладно, надо лошадей напоить…

Так прошло два дня.

Вино кончилось – все три фляги. Но и колбасить Дану перестало. Она теперь спала, тревожно настораживаясь на каждый звук. Но глаз так и не открыла.

Блин, что делать-то? Куда её везти? Где тут лекаря добыть?

Однако, всё закончилось совершенно неожиданно.

Проснулся я от неслабого толчка в бок.

И пока, хлопая глазами, приходил в себя, девушка уже разъярённой кошкой шипела на меня.

– Ты что такого себе позволяешь? Залез ко мне в постель и всю облапал? Нахал!

Ага, по-моему, она вполне нормально себя чувствует. Румянец на щеках… ну, это явно не от высокой температуры.

– Э-м-м… туда глянь…

Её взгляд на секунду задерживается на трёх пустых флягах.

– Что произошло?

– Щетину видишь? – трогаю себя за давно небритую щёку.

– И что я должна увидеть?

– Как думаешь, это за день вырасти могло?

– Э-э-э… нет… Но какое это имеет значение?

– Ты лежала тут почти три дня. Без сознания…

Коротко рассказываю ей о произошедшем. В процессе повествования она осматривает лагерь. Навес над ложем, поленница дров – этого не сделаешь за час.

– Я их всех сожгла?

– Да.

Дана опускает голову.

– Она пришла ко мне тогда вечером… дочь трактирщика. Её звали Берна… Берна Дуран. Стала о чём-то расспрашивать, угостила вином. И у меня словно бы руки отнялись. Тогда она встала и открыла дверь, впустив разбойников. И они на меня набросились… все сразу. А я ничего не могла сделать! Только потом, когда прошло немного времени, руки стали меня слушаться… но было уже поздно! А Берна… она стояла и смеялась!

Блин… А тут ещё и я под боком… Представляю, какие мысли возникли у неё в голове.

– Ладно. Надо ехать! – встаёт Дана на ноги. – Извини, я была…

– Проехали. Всё нормально.

Уже к вечеру, проделав немалый путь, мы выезжаем на более-менее нормальную дорогу. И тут Дана останавливает коня.

– Что такое?

Туман.

Лежит поперёк дороги белесая подушка, краями призывно пошевеливает.

– Какой-то он… странный…

Не то слово! И я даже догадываюсь, в чём его странность. Он ждёт…

И вполне понятно, кого.

Что теперь делать?

Ехать вперёд?

И попасть… куда?

Домой?

Что меня там ждёт?

Ломовой штраф из налоговой, за очередную просрочку ежеквартальных платежей? Да, в сумке у седла почти полкило золота, наверное, хватит…

Я встану у горна, буду снова ковать, ездить на фестивали… и шарахаться в сторону от любого тумана.

Ага, если ещё остался тот горн. Небось, давно уже к рукам кто-нибудь прибрал – у нас это быстро. И хрен кому чего докажешь – на слово у нас не верят никому. И не на слово – тоже не верят.

Впрочем, возможны варианты. Я ведь могу ещё куда-нибудь ухнуть – и вовсе не факт, что в окрестности Этномира. И чего я лишусь уже там?

А здесь останется Дана.

Не пропадёт, разумеется. Один только меч покойного Косы, да деньги у монахов – проживёт как-нибудь. Надеюсь, что нормально проживёт…

Так, какое же решение принять?

– Я уже видел такую штуку. Мы объедем его лесом…

КОНЕЦ

Сноски

1

Легендарный меч Роланда – рыцаря из французских легенд. См. «Песнь о Роланде».

2

Сужение клинка, ближе к рукояти, предназначенное для удержания оружия левой рукой при нанесении колющего удара.

Content

Александр Конторович, Нина Демидова
Изгой

Сноски