Бастард рода демонов

Глава 1. Неумирающий хомяк

— Ешкин кот, кто этой марамойке права выдал?! Известно, как она их вместе с машиной получила! — воскликнул Андрей, махнув рукой так лихо, что едва не заехал мне в нос.

— Вообще-то это я сейчас немного нарушил, когда перестраивался, — честно признался я, не сводя глаз с дороги. — А за рулем того Витца, если что, мужчина.

Мой пассажир еще немного поворчал себе под нос и успокоился. Правда, через несколько секунд в очередной раз выпалил:

— Слушай, Ил, точно ничего страшного, а? Все-таки у тебя завтра днюха, а я тут со своим домом…

— Точно… — устало выдохнул я. — Давай уже оставим эту тему.

— Блин, от души, братан! — растроганно проговорил Андрей.

Взглянув на него, я снисходительно улыбнулся.

— Пустяки. Главное, ты наконец-то сможешь жить вместе с Алиной.

— Угу… — лицо Дрона расплылось в идиотской улыбке.

На самом деле Андрей считает, что настоящий мужчина должен всего добиваться сам. Руководствуясь этим девизом, он никогда не берет денег у родителей, но и стипендию, в силу кой-каких своих особенностей, не получает. Поэтому много работает: ночным охранником в детском саду, продавцом в мелком супермаркете, грузчиком, где предлагают. Боготворит свою барышню, ведь только благодаря ее конспектам (ну иногда моим) он смог дотянуть аж до шестой сессии.

Слева нас на всех парах обошел блестящий черный «Крузак» и быстро превратился в мелкую точку на горизонте.

— Когда-нибудь и у меня такая будет! Обязательно! Вот только на ноги встану!

— Ты бы хоть на Оку снова накопил, — усмехнулся я.

— А вот и накоплю! Один раз накопил! И второй смогу!

— Ладно, не злись, — примирительно проговорил я. Эта история была бы веселой, если бы… Черт, да она и так веселая. Даже сейчас вспоминаю, и рот в улыбке сам собой разъезжается!

Еще недавно у Андрея было около ста тысяч наличности. Хватило бы и на автошколу, и на простенькую тачку. Но неожиданно мой лучший друг решил, что он гениальный инвестор, и вбухал все накопления в биткоины. Классика жанра! И ведь все знали, сколько он собрал. Ну еще бы! Ходил грудь выпячивал, «настоящего мужика» из себя строил, а тут бах — и нет денег. Так этот умник всем знакомым в красках рассказал, как пожертвовал на благотворительность. Я, говорит, еще смогу заработать, а этим людям нужнее. Нужно ли говорить, что ему поверили? И чествовали, аки мать Терезу…

По привычке поднял глаза, чтобы посмотреть в зеркало заднего вида. Ничего интересного — лишь заваленное коробками сидение. И где он только в общажной комнатке на шесть человек хранил столько добра, что оно даже в багажник не поместилось? А говорил, пару сумок перевезти нужно…

— Вот, скоро поворот будет! — заметив указатель, обрадовался Дрон.

Я перевел взгляд на часы. Едем уже около часа.

— Слушай, а Алинка-то точно рада будет? Из города в такую… дыру перебраться?

— Ты че, Ил? — удивленно округлил глаза Андрей. — Говорят же, с милым рай в шалаше! А если вспомнить, сколько нам за аренду платить придется, так и вовсе захочется в церковь сходить и ангела-хранителя поблагодарить.

— Ты ж ничего платить не будешь? — вспомнил я. — Тебя ж подруга матери попросила пожить, чтобы кусты не пообрывали да не порастащили лишнего, пока она покупателей ищет?

— Вот! — поучительно поднял палец Андрей. — Это ли не добавляет комфорта?

Что ж, и не поспоришь.

Андрей сделал радио громче и начал подпевать попсовой песенке, пританцовывая верхней половиной тела. Он и раньше не отличался усидчивостью, а в предвкушении начала совместной жизни с Алиной, так и вовсе превратился в вечный двигатель на биологическом топливе. Подключи такого к динамо-машине — обеспечишь электричеством весь поселок.

Мы свернули с трассы и, подскакивая на ухабах, еще около трех километров тащились по проселочной дороге. Если бы я не знал Алину, сообщил бы другу, что завтра у него ожидается не первый день счастливой совместной жизни, а последний день отношений. Ни одна нормальная городская барышня не променяет удобную квартирку на это. Мы на машине-то сколько едем, а им придется на автобусе до автовокзала, с автовокзала на маршрутке. А вечером в обратную сторону. Пять раз в неделю.

— О, вот и домики показались! — радостно выпалил Андрей. — Нам нужно свернуть направо на третьей аллее и проехать двадцать домов.

— А нумерации нет? — с тоской выдохнул я.

— Черт ее знает. Но я фотку дома видел, не ошибемся.

Еще несколько минут увлекательного путешествия, в ходе которого мне дважды пришлось съезжать в траву (иначе со встречным автомобилем не разъедешься), и, наконец, с божьей помощью мы прибыли на место.

— Вот! Оно! — с щенячьей радостью в глазах подпрыгнул Дрон, тыча пальцем в мелкий одноэтажный домишко с двускатной крышей.

— Добро пожаловать в Простоквашино, — констатировал я, мысленно в очередной раз жалея несчастную дурочку Алину.

— А что, хороший мультик! — отозвался Дрон. — Мой любимый.

— И не сомневался, дядя Федор, — хмыкнул, припарковавшись на траве вдоль щербатого забора. — Вот только кота Матроскина у тебя нет.

— Зато есть ты! — весело заявил он, выпрыгивая из машины. — Давай барахло разбирать!

Вообще-то я не сожалел о решении помочь другу. У меня не так-то много друзей. Из сверстников обычно одни считают меня слишком мрачным, другие высокомерным, третьи зажравшимся мажором. Особенно заметно это было в школе. Тогда многие завидовали моим модным шмоткам и гаджетам, а отдельные индивидуумы едва ли не на заднице ползали, лишь бы подружиться. Бесили жутко, о чем я им регулярно сообщал в резком форме. Завязывались драки — мои новые вещи рвались, а рожи обидчиков покрывались синяками и ссадинами.

Ближе к старшим классам пыл однокашников поостыл. Мы даже начали общаться, как нормальные люди. Но все равно до дружбы дело так и не дошло.

После школы поступил в университет на эконом. Если не считать некоторых залетных птичек (типа Дрона с Алиной) на курсе собрались детишки богатых родителей. Вроде вот они — равные по воспитанию и благосостоянию…

Но опять мимо, говорить было не о чем. Свободное время я предпочитал тратить не на постоянные тусовки, а на работу, сериалы, аниме и, конечно же, книги. Саморазвитие (не побоюсь этого пафосного слова) — мое самое искреннее хобби с раннего детства.

Возможно, так бы и продолжал куковать в одиночестве, если б случайно не сошелся с Андреем. Одногруппники потешались над его поведением и постоянными заявлениями про «настоящего мужика», но парня оказалось не так-то просто сломить. «Настоящий мужик должен уметь со всеми ладить» твердил он, раз за разом приставая к каждому из нас с веселыми историями, бородатыми анекдотами, обсуждениями спортивных событий, и, главное, предложением вместо пары сходить в столовку.

Со временем многие сдались, не выстояв перед его бушующей самоуверенностью. Я держался до последнего, пока однажды не попал в неловкую ситуацию — на парковке студент с юрфака шоркнул мой байк своей тачкой, а потом вместе с друзьями явился по мою душу — мол, это я неправильно поставил — слишком много места занял. Непривыкший прятаться, я вышел с ними, что называется, за угол. Меня толкнули…

Честно говоря, против троих борцов я мог бы и не выстоять, однако тогда это меня ни капли не смущало. Я готов был дать обидчикам по мордасам, но в этот миг появился наш «настоящий мужик». Из пятерых людей, участвовавших в том веселье, ему досталось больше всего. Но мы все-таки одержали победу.

— Зачем ты полез? — купив в аптеке бинт и перекись, я протянул их Дрону. — Мы даже толком не общаемся.

— И что? — удивленно вылупил глаза парень, оттирая запекшуюся под носом кровь.

Тогда я окончательно убедился, что у этого человека не все дома. Собственно, тогда же мы и стали друзьями.

— Чего лыбишься? — опустив коробки на крыльцо своего нового жилища и смахнув пот со лба, спросил Андрей. — Поди, разврат какой удумал, а? Ну? Колись? Решил-таки принять Ольгины подкаты? Или Сонькины? Стой! Не говори, что Маринины?

— Уймись, — усмехнулся я, ожидая, пока друг отопрет дверь.

— Ну о бабах же думы думаешь? М? — не унимался он, затаскивая барахло внутрь.

— Ага. Десять раз.

Дом представлял собой две пыльные комнаты. По указу хозяйки все ненужное было велено сносить на чердак. Этим мы и занимались следующие пару часов. С рожи Андрея ни на миг не пропадала радостная улыбка.

— Здесь картину повесим… — проговорил он, указывая на стену возле старинных деревянных часов с кукушкой. — Ну ту, что ты подарил. Нравится мне этот твой Дрюрер.

— Дюрер, — машинально поправил я.

— Вот-вот! Алине она, кстати, тоже нравится. Четыре всадника Армагеддона! Когда-нибудь я куплю оригинал, — заявил он, забавно сведя брови домиком. — Но не обижайся, твою репродукцию не выброшу. Это ж подарок.

— Польщен, — усмехнулся я.

Дальше он пространно повествовал мне о том, что обязательно нужно купить микроволновку, кофемашину, новый чайник, стиралку, посудомойку…

— Да кучу всего! А то будем тут, как в каменном веке! Но, в первую очередь, телек и плейстейшн!

За два с лишним года общения с этим уникумом я научился пропускать мимо ушей большую часть словесного мусора, что он выдает. Тут главное поддакивать и кивать, когда это требуется.

Перетаскав на чердак кучу хлама, под ворохом грязного вонючего тряпья мы обнаружили старинный сундук.

— Спорим, там клад, — хохотнул Андрей, указывая на деревянный ларь. Парень попытался поднять его, покраснел от натуги и обессиленно выругался.

— Мы этого не узнаем, — произнес я, подергав висячий замок.

— А вот и узнаем! — осклабился Дрон, доставая из кармана ржавый ажурный ключ.

— Если он у тебя был с самого начала, зачем пыжился и пытался поднять? — удивился я.

— Для эффектности!

Ну да, и чего спрашивал. Все же предельно ясно.

Андрей пошурудил ключом в замочной скважине, раздался гулкий щелчок. Сняв навесной замок, друг горящими глазами уставился на меня.

— Давай! — дал я отмашку, сам невольно увлекшись его азартом.

Напрягая мускулы, Дрон лихо откинул крышку.

— Едреный корень! — завопил он, схватившись за нос, попятившись и едва не сбив меня с ног!

— Там что, мышь сдохла? — дыша через рукав майки, я подошел к сундуку. — Гляди, живая!

— Это не мышь, — Андрей оказался рядом, но ноздри не разжал. — Это обычный хомяк.

Спасибо, Капитан Очевидность. Будто я раньше никогда не видел хомячьих клеток да домашних коричневых хомяков. Вопрос в другом, как он, собственно, выжил в закрытом сундуке?

Уж точно не мертвая зверюга глядела на меня черными глазами-бусинками и мило водила носиком.

— Ну и вонь! Давненько за ним не убирали, — со знанием дела проговорил Андрей, открывая крышку клетки.

— Эй, что ты делаешь? — удивился я.

Увидев этого великана, хомяк вжался спиной в металлические прутья, привалился на бок и зашипел, отчаянно защищаясь правой лапкой.

— Ты ему не нравишься, — заметил я, когда грызун едва не впился зубами Андрею в палец.

— Я не рубль медный, чтоб всем нравиться, — хохотнул он. — Мне и Алины хватает. — Дрон лихо извернулся и умудрился схватить мелкую тушку, не заработав ни единой царапины. — Не переживай, я знаю, что делаю, — заявил он, вынув мохнатого из клетки и вертя в руках. Несчастный зверек повернул мордочку ко мне и жалобно поджал уши. — Был у меня в детстве хомяк, Армстронг, — продолжал вещать Андрей. — Так вот, он очень любил, когда я его так подбрасывал.

Сказано — сделано, белобрысый идиот начал бросать несчастное животное в воздух. Но, к чести моего друга, делал это достаточно аккуратно.

— А почему Армстронг? — спросил я, с жалостью глядя на перекошенную морду грызуна.

— Да однажды я силу не рассчитал, подбросил, а он от потолка отрекошетил и высадился на шкаф. Ну как Армстронг на Луну. Ой! Черт!!!

Андрей стремительно нагнулся, пытаясь поймать юркого хомяка, но тот, с грацией кошки приземлившись на все четыре лапы, отчаянно ринулся к распахнутой двери. Не сговариваясь, мы бросились следом, однако мохнатый перемещался со скоростью гоночного болида. Ну еще бы, я на его месте тоже бы делал ноги, чтобы как можно скорее убраться подальше от великанов-дебилов.

— Выскочил! Быстрей, а то в траве затеряется!

Андрей бежал, точно гончая за зайцем, целиком и полностью отдавшись животным инстинктам. Все просто: убегают — догоняй.

Я тоже воспылал желанием поймать зверюгу, хотя такое поведение вообще-то обычно мне не свойственно. Что-то странно притягательное было в этом грызуне…

— Ох ты ж… — замер на месте Андрей. Прострекотав пронзительное «ти-ти-ти-ти», нашего бегуна схватила буро-коричневая птица и взмыла в воздух.

— Чертов коршун… — сплюнул я.

— Это пустельга. Вот ведь сучка, будто больше охотиться не на кого, — Дрон обреченно покачал головой. — Ну что ж, Юра, в добрый путь! — грустно глядя вслед улетающей птице, произнес он и помахал рукой.

Немного отдышавшись после неудачной погони, я усмехнулся:

— А Юра, это в честь Гагарина?

— Конечно! Сейчас вокруг Земли облетит и вернется, — расхохотался Дрон. Замолчав, но все еще продолжая лыбиться, махнул рукой. — Хорош рассиживаться. Пошли сосиски пожарим да кваску попьем. Ты ж взял нам провиант?

— Ну не на тебя же надеяться, — усмехнулся я.

— За мной не заржавеет, — со всей серьезностью в голосе, пообещал мой друг.

* * *

К вечеру погода сильно испортилась, и когда я искал во дворе своего дома местечко, чтобы припарковать «Сонату», накрапывал дождь. Когда же через час захлопнул дверь квартиры за курьером, который привез мой заказ — рис с морепродуктами и салатик, за окном вовсю шумел ливень.

Сидя в тепле на любимом диване, глядел в экран плазмы. Щелканье пультом привело меня к сериалу «Сверхъестественное». Показывали серию, где братья-супермены отрезают палец всаднику Апокалипсиса. Пятый сезон — мой любимый. Трижды пересматривал его, а вот дальше сие творение американского кинематографа осилить не смог. Все-таки ангелы, демоны, Михаил и Люцифер — это жарко! А дальше уж слишком сложно для моего понимания.

Поэтому серию посмотрел с превеликим удовольствием и без сожаления выключил телевизор. Развалившись на кровати, с головой ушел в чтение. Недавно наткнулся на одного широко известного в узких кругах автора с уникальным взглядом на попаданчество. За несколько дней дошел до третьей книги, а ведь еще столько же издано в бумаге! Чует мое сердце, не успеют прийти заказанные романы и придется все-таки читать электронку на планшете.

Именно в тот момент, когда я мысленно находился в теле главного героя приключенческого боевика и покорял смежные миры, в мое окно кто-то поскребся.

Сперва я не придал значение необычному звуку. Мозг поставил заслон, не желая вырываться из цепких объятий увлекательной истории. Но когда к скрежету прибавился жалобный писк, я отложил книгу в сторону и изумленно повернул голову.

Несколько секунд смотрел на задернутые шторы, анализируя сотни возможных причин происходящего.

Окно открыто на форточку. Я прекрасно слышу, что кто-то прямо-таки рвется внутрь. Если бы этот кто-то умел говорить по-русски, вместо «пи-пи-пи» выдал бы «Ну пусти! Ну открой!». Как кот в старом видео.

Однако кое-что меня смущает. Я живу на шестом этаже. Мой карниз на пять этажей выше, чем тот, на который мог бы запрыгнуть кот с земли.

А еще коты не пищат.

Это не кот. Скорей уж мышь.

Ситуация, мягко говоря, нетривиальная. Фильмы ужасов нас учат, что если кто-то скребется в окно, скорей всего, тебя убьют. С другой стороны, дедушка, приходя к нам в гости, всегда говорил, что все проблемы от иностранных фильмов и компьютерных игр. Что ничему путному от них не научишься. Его мнение тоже имеет право на существование.

— Пи-пи-пи!!! — не успокаивалось существо за окном. И, как мне показалось, звук начал перемещаться! Пополз вверх!

— Мать твою! — выругался я, прекрасно понимая, что поднявшись на достаточную высоту, «оно» сможет залезть в щель форточки.

Я не настолько рассудительный, чтобы в случае возникновения неведомой опасности срочно эвакуироваться. На мой взгляд, разумнее всего было бы немедленно закрыть окно!

Рванув вперед, я отдернул штору и на мгновенье замер. Цепляясь крюкастыми пальчиками за створку и раму, подтягиваясь на маленьких лапках, к своей заветной цели полз коричневый хомяк. Когда я появился у окна, он остановился.

Наши глаза встретились.

Я готов был поклясться, что передо мной тот самый хомяк, который сегодня днем отправился путешествовать в когтях пустельги. Не думал, что зверюга так быстро вернется в мир живых.

Он мило дернул носиком, не отворачивая морды. В его взгляде я видел душу и разум. Осознавал, что этот хомяк исключителен. Уникален. Не от мира сего.

Зверек наклонил голову в сторону, задумчиво разглядывая меня. Затем мимолетно улыбнулся и пополз выше.

Мне захотелось впустить его в дом, но я поборол этот импульс. Чтобы помочь зверюшке, нужно будет закрыть окно. Не уверен, что мохнатый тогда удержится на отвесной плоскости. Пусть лучше сам заползет. Потихоньку-помаленьку…

— Твою мать! — вновь выругался я, прильнув к стеклопакету. Похоже, карабкаться в дождливую погоду, да еще и без страховки, оказалось весьма дурной идеей — очередной «шажочек» вверх обернулся падением. Малыш поскользнулся и стремительно полетел в обратном направлении. Как бы я не вглядывался в темноту — естественно, тельца на асфальте разглядеть не смог.

Собравшись с духом, взял фонарь и вышел во двор. Но сколько бы ни ходил под окнам, кроме возмущенных криков соседей с первого этажа, ничего не получил.

Раздосадованный и промокший вернулся обратно в квартиру. Подойдя к шкафу, достал запечатанную бутылку виски, открыл ее и налил половину стакана. Попробовал, скривился, достал из холодильника колы и долил до краев. Вернулся к шкафчику, нашел там сигару и, сев в кресло, закурил.

Я не любитель выпить, не курю каждый день сигареты, но…

Черт подери! Что за хрень происходит? Какого лешего творит этот хомяк? Он явился с того света, чтобы отомстить мне за издевательства? Но ведь не я его подкидывал в воздух, а Дрон…

С трудом переборол желание позвонить Андрею, чтобы узнать, не являлся ли грызун и к нему. Допил вискарик, налил еще чуть-чуть. К следующему стакану немного расслабился. Убрал бутылку подальше и лег спать. Только ночник не стал выключать.

* * *

— С днем рожденья!!! — дунув в праздничный рожок, закричала Алина. На веснушчатом лице расцвела улыбка. Я всегда считал ее довольно милой — ямочки на щечках, два черных хвостика до лопаток и стиль «вырви глаз» в одежде. Сегодня, например, девушка нарядилась в пышную черную юбку по колено, белоснежную водолазку и сиреневый жилет. Дополняли образ черные колготки в фиолетовую полоску.

— Чего шумите, как дети малые?! — заворчал на нас охранник. — А ну брысь отсюда, пока к ректору не отвел!

Глядя на своих друзей и улыбаясь до ушей, приложил пропуск к турникету.

— С очком тебя, что ли! — уже в холле корпуса хохотнул Дрон, сгребая меня в медвежьи объятья.

— С праздничком! — повторила его возлюбленная, присоединяясь к обнимашкам. — Ну и мокрый же ты. Говорила тебе, вози зонт в машине, у крыльца не припарковаться.

— Эй, радость моя, — возмутился Андрей. — Чет не пойму, ты его девушка или моя? Чего ты Илюху пилишь?

— Тебе тоже достанется! Вот только…

— Ладно-ладно, — поспешил я пресечь их извечные разбирательства, пока это еще возможно. — Спасибо вам. И пойдемте уже к аудитории, а то на нас охранник косо смотрит.

Ребята не стали спорить, и мы направились к лестнице.

— А тебя-то вообще поздравлять уже можно? Ты уже родился? — заглянула мне в глаза Алина и едва не запнулась о ступеньку.

— Поздравлять можно, — заверил я. — Но родился я в седьмом часу вечера.

— Это все предрассудки, — махнул рукой Андрей. — На. Это тебе от нас, — лыбясь во все тридцать два зуба, он протянул мне обернутый переливающейся упаковочной бумагой параллелепипед размером с обычный ноутбук. По форме и весу я сразу догадался, что внутри. Мне часто дарили книги, и я полностью поддерживаю тех, кто считает, что это и есть лучший подарок.

— Спасибо, — растроганно выговорил я, глядя на сияющую рожу Дрона. Затем взглянул на Алину. Она довольно подмигнула. Я молча кивнул, благодаря ту, кто, без сомнения, и занимался покупкой подарка (конечно же, полностью на собственные средства).

— Можешь открыть, — великодушно разрешила девушка.

Я с радостью разорвал обвертку и остановился как вкопанный прямо посреди лестничного пролета.

— Эй! Чего замер, статуя что ли? — фыркнула сзади какая-то фифа, и, обойдя меня, нарочито громко стала рассказывать своей подруги «что бесят, вот такие вот деревенщины!»

— Демонография, — довольная произведенным эффектом, усмехнулась Алина. — Ты говорил, что нигде не можешь найти на бумаге. А я нашла.

Я хорошо знал эту книгу. Находясь под впечатлением от сериалов и фэнтезийных романов, прочитал ее в электронке. Но уж очень хотелось иметь данный сборник на полке.

— Спасибо, — еще раз поблагодарил я.

— Не за что! — ответила девушка и встала позади нас с Дроном (втроем мы перекрыли почти всю лестницу, хорошо хоть народу в этот момент не было). — А теперь идемте уже, — хлопнула она по нашим спинам. — Нам-то с тобой просто зачетки дать, да тетрадки показать. А вот кое-кому еще и сдавать сегодня.

— Эй! — обиженно пробубнил Андрей.

Он не сдал зачет. Проторчал всю пару в надежде списать, но, очевидно, где-то спалился. Пошел отвечать самым последним и вылетел на второй минуте ответа. Мы же с его мадам получили заветную подпись в самом начале, а остальное время просидели в библиотеке, готовясь к завтрашнему экзамену.

На переменке наше трио оккупировало один из столиков кафе. Я проставлялся кофейком с пирожными. Угощение уже на столе, а Алина до сих пор «пудрит» носик.

— Слушай, Ил, — пользуясь моментом, зашептал Дрон и придвинулся ко мне вплотную.

— Слушаю, — отозвался я.

— Скажи… — неуверенно начал он. — Вчера… помнишь, мы ездили-то…

— Конечно, — удивленно кивнул я.

Он поджал губы, затравленно огляделся, выдохнул и резко спросил:

— А хомяк был?

— Прости? — ошарашенно выпалил я. В голове, точно рой обезумевших пчел, засуетились мысли. Почему он спрашивает? Неужели ночной гость и к нему приходил? Что это за чертова зверюга, что б ее…

— Скажи, — теряя терпение, потребовал Андрей. — Был или нет? Ну? — в его глазах читалась маниакальная одержимость.

— Был, — не желая дергать Судьбу за яйца, ответил я. Друг облегченно вздохнул и откинулся на спинку стула.

— Слава Богу… Нет, ну я конечно не сомневался в собственном рассудке, но…

— Да что случилось? — теперь уже я не выдержал.

Андрей снова огляделся. На сей раз уверенно и со знанием дела:

— Да позвонил вчера, — начал он, — тете Клаве — хозяйке дома. Стыдно стало за Гагарина. Ну и говорю, взял погладить, а этот гад меня за палец тяп и по тапкам. Ну дальше его орел и сожрал.

— Пустельга, — машинально поправил я, хотя уже давно привык к художественной гиперболизации в рассказах друга.

— Не важно, — махнул он рукой. — Главное, тетя Клава подвисла, а потом и выдает: «не было у меня никакого хомяка». А дальше давай бочку катить, что я в первый день на новом месте уже нажрался, как свинья. Обидно было, знаешь ли… я ж ни капли в рот. Так — пару бутылок пива, когда ты уехал…

— Стоп! — мотнул я головой. — Она говорит, хомяка не было?

— Ну да. Ни хомяка, ни клетки. Я б сразу решил, что старая ко встрече с маразмом готовиться начала, да вот только запамятовал, куда мы клетку убрали. Увидел бы ее, и легче стало. Но не нашел. Вот и… пришлось еще немножко пива на ночь выпить. Но чисто в медицинских целях — вместо снотворного.

Весь оставшийся перерыв и следующую лекцию чертов хомяк не выходил у меня из головы. Даже исправно записывая материал, я все думал и думал об этой зверюге. Ее разумные глаза будто впечатались в память. Однако ближе к концу пары меня отпустило. Буквально за несколько секунд до того, как наша одногрупница Лена завизжала во всю глотку:

— А-а-а!!! Мышь! Мышь!!!

Она молниеносно вскочила с ногами на скамейку. Ее маневр мгновенно повторили больше половины девушек потока и немало парней. Все визжали, кричали, тыкали пальцами…

Я с изумлением глядел на коричневый клочок шерсти, в ужасе метавшейся по аудитории. В том, что это тот же хомяк, ни капли не сомневался. Бедное животное едва с ума не сошло от людской дикости и отчаянно пыталось спрятаться. Финальным аккордом стал туфель препода, припечатавший малыша к плинтусу.

Однако в следующий миг хомяк вновь вскочил на лапы и скрылся в трещине экрана радиатора.

— Слушай, я один… — тихо, чтоб не слышала Алина, начал Дрон. Но я перебил:

— Не один.

* * *

К счастью или к сожалению, но обсудить хомяка с другом нам так и не удалось — всю перемену рядом крутилась Алина, открыто насмехаясь над «трусливыми курицами и сахарными цыплятами». На третьей же паре вновь был зачет. И я, естественно, получил его автоматом. Поставив подпись препода, помахал друзьям зачеткой, спустился на парковку да отправился на работу.

Ничего удивительно, что всю дорогу я думал только о мелком коричневом грызуне.

Я жаждал новой встречи. И совершенно не боялся. Странно бояться хомяка. Не знаю, почему, но я был абсолютно уверен — зверек пришел ко мне. Правда, хотелось бы понять зачем? Зачем я ему? И что важнее, зачем он мне? Ведь проходя мимо поломанного щита радиатора, я замешкался и, пропустив вперед других, заглянул-таки внутрь. Кроме хлопьев пыли и порванной паутины ничего не увидел.

Приехав на работу и паркуясь возле ТЦ, смог все-таки отвлечься от навязчивых мыслей о маленьком грызуне.

Коридоры внутри торгового центра были почти пусты — сказывалась середина буднего дня. Правда, в зоне фудкорта наблюдалось оживление. Ну еще бы — тут же офисы поблизости, да и продавцы бутиков не святым духом питаются.

Широкоплечую фигуру Нины — сотрудницы соседнего бутика, торгующего шубами, я заметил издали. Она стояла возле наших витрин спиной к проходу, по своему обыкновению скучая в период «не сезона». По правилам ТЦ точка должна работать круглогодично, иначе выставят. Поэтому Нининым работодателям приходилось в «пустые» месяцы платить не только аренду, но и зарплату продавцу. Правда, по понятным причинам, без бонусов.

Я двигался бесшумно, словно рысь. Подкрадывался с дурацким намерением напугать сзади соседку-продавщицу. Я понимаю, ей скучно, но это не значит, что стоит отвлекать моих работников. Да к тому же, своей дворфийской спиной отпугивать и моих покупателей.

Однако подслушанный ненароком разговор спутал планы:

— Кошмар! Мышь, да еще и в таком месте! — дрожащим голоском возмущалась Ира — моя продавщица, я ее всего-то пару недель назад нанял. — А если б она ботинки погрызла? Итальянские, а? Мне что, тут потом бесплатно два месяца работать, что ли?!

— Если б хорошо работала, — грозно проговорил я, обращая на себя внимание. — За месяц бы рассчиталась.

— Ой, я, пожалуй, пойду, — Нина сделала ручкой, кивнула мне и бросилась восвояси, оставив свою недавнюю собеседницу наедине с суровым боссом.

Я улыбнулся:

— На самом деле, с арендодателем бы договорились. Здесь они нормальные. Но если вместо работы будешь лясы точить, действительно премии лишу.

— Простите, — потупилась она.

— Первый и последний раз, — отрезал я.

Девушка просияла и улыбнулась:

— А у меня для вас подарок есть! У вас ведь сегодня день рождения!

Мне протянули плитку горького шоколада. Не самого крутого, но, честно говоря, я падок на неожиданные сюрпризы.

— Спасибо, — суровый босс окончательно смягчился. — Про горький поди Нина рассказала?

— Да, — смущенно отозвалась девушка.

— Так и думал, — хмыкнул. — У меня еще один вопрос, — сердце предательски дрогнуло. — Что за историю с мышью вы обсуждали?

— Простите, — не так поняла меня Ира и вновь заволновалась. — Я немного отвлеклась. Обычно я не треплюсь на рабоче…

— Стоп-стоп-стоп, — я поднял руки, пытаясь остановить разгоняющийся словопоток. — По существу. Бегала мышь?

— Да. Я так подумала. Но сейчас кажется, будто хомяк. Хотя откуда тут взяться домашнему хомяку? Ведь они…

— Куда он делся? — резко перебил я ее.

— Убежал, — опешив, выпалила Ира. — А потом прибыли местные охранники. Позвали дежурных ребят, те все осмотрели. Следов нет.

Больше к этой теме мы не возвращались, оставшееся время говорили исключительно по работе. Мне нужно было собрать заказ на все три бутика. По двум другим понимание было, нужно провести ревизию здесь. Черт… и почему в голову лезет только проклятый хомяк?

Огромных усилий мне стоило переключиться и подумать о чем-нибудь нейтральном. Например, о том, что с восемнадцати лет мама передавала мне под контроль по одному бутику в год. Скорей всего, скоро стоит ждать пополнение в виде четвертого. Вот только обуви у нее больше нет…

Вообще, считая эти три, на данный момент по всему городу у мамы тринадцать бутиков на четыре франшизы. Мне постепенно перепала обувная. И, знаете, я на самом деле всем тут распоряжаюсь — от заказов до подбора персонала и переговоров по арендной ставке. Первое время было тяжко — жуть как проседал по сравнению с мамиными показателями. Теперь же все идет хорошо, не зря на экономиста учусь. Тьфу-тьфу-тьфу, чтобы не сглазить.

С горем пополам мне удалось сосредоточиться на работе и почти закончить составление заказа. Оставалось совсем чуть-чуть, но время неумолимо. Часы показывают ровно пять. Если не пошевелюсь, опоздаю на праздничный ужин. А ведь сегодня обязательно приедет дядя Гена! Никогда не знаешь, чего от него ждать.

* * *

Небольшая пробка по дороге целиком и полностью входила в мои планы. Я весьма равнодушно и даже с пониманием отношусь к опозданиям. Однако себе подобного не позволяю. Мне кажется, успешный человек должен быть точен во всем.

К тому же пробка — это прекрасный шанс расслабиться после тяжелого дня и побыть наедине с собственными мыслями.

Оп… стоп! Если совсем уж расслабляюсь, вновь начинаю думать о хомяке. А вот этого мне сейчас не нужно. Да, я хочу его найти, но как только вспомнил об этом, начал ерзать и оглядываться. Вдруг грызун выскочит из-под коврика! Или откроется бардачок, а там мохнатая морда примеряет мои очки.

— Бам!!!

— Виу-виу-виу-виу!!!

От ударившего раската грома завизжали припаркованные вдоль обочины машины. Что-то ужасное творится с погодой со вчерашнего вечера. Дворники на лобовом стекле машут, как сумасшедшие, а воды меньше не становится!

Я устало выдохнул и сделал музыку погромче. Как говорится, у природы нет плохой погоды. Можно найти прекрасное даже в ужасном. В этом суть. Вот, например, сейчас не светит солнце. Ну и что? Зато у мамы накрыт стол, приготовлено много вкусностей, подарки и тепло.

И Дядя Гена. Пусть я уже взрослый и самостоятельный, но как и пятнадцать лет назад радуюсь его приездам.

Поток машин медленно потянулся вперед, а я невольно окунулся в воспоминания.

Я мог бы назвать этого человека «отчим выходного дня». Хотя было время, когда я на самом деле верил, что он — мой родной отец. Ребенку нужны оба родителя, и дети готовы создавать воздушные замки, лишь бы в них жила полная семья.

Однако мне недолго довелось жить с этой прекрасной сказкой. Я решил спросить у мамы. Она посмеялась и проговорила:

— Илюш, какое у тебя отчество?

— Фридрихович, — удивленно ответил я.

— А почему тогда не Геннадьевич?

Этот каверзный вопрос загнал маленького меня в тупик. Помню, мама ласково погладила меня по волосам и улыбнулась:

— Потому что перед родами я читала Ницше и уж очень им прониклась… — задумчиво произнесла она. — А дядя Гена не твой отец, прости, Илюш.

— А кто же тогда мой?

— Ты уже спрашивал. Твой отец — космонавт, и он улетел на Марс.

Уже тогда я не особо верил в эту шаблонную отмазку.

Пусть оказалось, что дядя Гена мне не отец, моя привязанность к нему никуда не исчезла. Всякий раз, когда он приезжал, я бежал сломя голову, чтобы повиснуть у него на шее. А приезжал он… даже не знаю, часто это или нет. На одни-двое суток в месяц в разные дни. Обычно сложно было предугадать его приезд. Кроме одного дня — дня моего рождения. Он мог пропустить Новый год или день рождения мамы, но только не этот праздник. И являлся всегда с невероятно крутыми подарками. Например, из последнего, что он дарил мне: семнадцать лет — автошкола на две категории и байк; восемнадцать лет — моя «Соната»; девятнадцать лет — пополнение счета в банке и путешествие по Азии (в Америку и Европу он отправлял меня с мамой раньше); ну а на прошлый день рождения — моя двухкомнатная квартира с евроремонтом.

Но, хотите верьте, хотите нет, подарки для меня — это не главное. На первом месте всегда стояли уважение и любовь к этому человеку. А еще, став старше, я понял, что он имеет большое значение в жизни моей мамы. У нее бывали и другие мужчины. И дядя Гена, пожалуй, о них знал, однако только он оказался наиболее постоянным из всех. Бабушка с дедушкой его на дух не переносили, хоть и рассказывали, что он ночует с мамой с самого моего рождения — уже двадцать один год.

Перебирая мысленно эти воспоминания, я свернул во двор и остановился позади знакомой машины — черного «Эскалейда». Огромного крокодила нашего Бегемота.

* * *

— О! Какие люди и без охраны! Неужто это наш именинник пожаловал? Собственной персоной! Чуть не опоздал на свой же праздник! Ой, прости-прости, начальство не опаздывает! — дядя Гена открыл входную дверь и своей более, чем двухметровой тушей занял все свободное пространство прихожей. Серьезно, таких крупных людей я больше никогда в жизни не видел. Огромный, могучий, мощный, но ни в коем случае не толстый. С бычьей шеей, большими ноздрями и лысой головой. А еще у него кулаки размером с трехлитровую банку. — Ну заходи, коль пришел, — впустив мое скромное тельце в квартиру, дядя Гена с очень подходящей ему фамилией — Бегемотов, сжал меня в крепких объятьях. Рад тебя видеть! С праздником пока не поздравляю, рано еще.

Одной из его «фишек» было то, что он никогда не поздравлял людей с днем рождения раньше точного времени суток их рождения. Я родился в 6:16 вечера. Стало быть, мне ждать подарка еще пятнадцать минут.

— Привет, — улыбнулся я дяде Гене и протянул руку. — Я очень рад тебя видеть.

— Илюша! Здравствуй дорогой мой! — в коридоре показалась мама. Как всегда обворожительна и красива. Недавно она сделала новую стрижку, и теперь походила на Мерлин Монро. Правда, выглядела в разы прекраснее, чем любовница Кеннеди в ее лучшие годы. Несмотря на то, что маме уже сорок два, почти все новые продавщицы в наших бутиках принимают ее за мою супругу, когда слышат фразу «семейный бизнес».

Она крепко обняла меня и оставила след от кроваво-красной помады на щеке.

— Привет, мам, — ответил я.

— С днем рождения! Ты у меня теперь совсем взрослый! Пойдем скорее за стол, мне не терпится подарить тебе подарок. Уверена, ты будешь в восторге!

Мама такая мама. Ни капли не удивила тем, что подарила сертификат в бутики элитной одежды и обуви (получше да подороже той, что продаем мы) и целых двадцать купонов на комплексный обед в известный ресторан доставки. Она с детства следила за тем, чтобы я хорошо выглядел и вовремя кушал. Хех, частенько бывала в разъездах, оставляя меня с бабушкой и дедушкой (хотя правильнее говорить — прабабушкой и прадедушкой). Оттого видимо и развился этот комплекс, что в свое время не кормила сыночка до отвала.

— Спасибо, мам, — совершенно искренне поблагодарил я, принимая подарок.

Втроем мы разместились за огромным столом в зале. Из удивительного — включенная люстра. За окном было настолько темно, что в шесть часов вечера в июне без света начинали болеть глаза.

— Бух! — шандорахнул гром. Мама вздрогнула и покачала головой.

— Ну и погодка… — проговорила она.

«Взрослые» опрокинули по стопке коньяка, я же решил воздержаться. Мама разложила нам мясо по тарелкам и салаты. Еще несколько минут до момента рождения. Дядя Гена завел привычный разговор — спрашивал об учебе, о работе, в очередной раз спросил о девушках.

— Не завел еще?

— Нет, как-то не довелось, — отвечать ему на этот вопрос нужно предельно размыто. Однажды я обмолвился о «случайных связях», так после этого на крик дяди Гены соседи даже ментов вызвали. Ругался страшно. А сводилось все к тому, что «нечего стручком махать», коль потом не готов ответственность на себя взять и воспитывать ребенка. Мол, мало ли что бывает, вдруг беременность, а ты ее толком не знаешь и т. д.

— А сам-то чего на маме не женился? — в пику ему крикнул я.

Дядя Гена насупился, покраснел и медленно выдохнул. Мама попыталась вмешаться, он жестом остановил ее и ответил:

— Мог бы — женился. Но если вдруг потребовалось бы, взял бы на себя обязательства. Без лишних слов.

Братиком-сестренкой я так и не обзавелся, поэтому и не потребовалось. Но с тех пор данная тема затрагивалась, соблюдая предельную осторожность. Как им, так и мной.

Дядя Гена глянул на часы.

18:13.

— Пора, — проговорил он, поставив перед собой три винных бокала. Достал из-под стола запотевшую бутылку из темного стекла. Без этикеток, но весьма необычной формы — пузатенькую. Такие я видел лишь в компьютерных играх да фильмах про пиратов.

— Я не буду пить. Я за рулем, — удивленно повторил я, ведь буквально несколько минут назад уже отказывался от алкоголя.

— Будешь, — твердо проговорил дядя Гена, разливая багряное вино. — А машину тут оставишь. Я тебе такси вызову.

— Но я не люблю вино, — все еще пытался протестовать я.

— Ты просто не пил такое. Его собрали с лучших виноградников Иудейских холмов. Один из кустов, давших плоды для этой бутылки, растет у подножья самой Голгофы. Ты ведь знаешь, что это?

Я изумленно кивнул. С моими увлечениями, еще б я не знал гору, на которой распяли Христа. Вот только ныне она является частью города, на ней стоит храм — достопримечательности и все такое. Не думаю, что там найдется место кусту винограда…

Между тем дядя Гена наполнил бокалы. Глядя на багряную жидкость, я поймал себя на мысли, что это вино куда больше похоже на кровь, нежели сама кровь.

— Пей и не спорь, — холодно проговорил дядя Гена, вцепившись в меня взглядом. Интуиция подсказала, что сегодня действительно лучше отправиться домой на такси.

Я принял протянутый бокал. Дядя Гена поднялся на ноги и попросил нас тоже встать.

— Оу! Чуть не забыл! — смутился он и, снова запустив руку под стол, извлек оттуда обтянутую упаковочной бумагой толстую палку (ну или что-то очень на нее похожее). Затем вновь уставился на меня так, словно судьба всего мира сейчас зависит только от моей скромной персоны. — Илья, — твердо заговорил он. — Вот и настал тот момент, когда ты становишься по-настоящему взрослым. Теперь ты полноправный член нашего общества, хочешь ты того или нет. Отныне и спрос с тебя, как со взрослого. И отвечаешь за себя в первую очередь ты сам, — он говорил серьезным голосом, печально сведя кустистые брови. Я мельком глянул на маму — держит бокал двумя руками, потупив встревоженный взор. Странная атмосфера для праздника. Но шутить на эту тему не хочется — самого пробрало до костей. — Однако помни! — с жаром добавил дядя Гена. — Что бы ни случилось, можешь рассчитывать на мою поддержку.

После этих слов мама изумленно уставилась на него. Но произнести ничего не успела, тостующий протянул бокал вперед, громко гаркнув:

— С совершеннолетием!

Мы чокнулись и выпили. Если называть вкус этого вина одним словом, то идеально подойдет «божественный». Взгляд скользнул по табло электронных часов: 18–16. А в следующий миг за окном сверкнула ослепительная молния, ударившая в громоотвод нашего дома. Тут же загромыхало так, что задрожала посуда на столе.

Вино еще не успело достигнуть моего желудка, как дядя Гена, совершенно не обращая внимания на аномальную грозу, расплылся в широкой улыбке и плюхнулся на стул.

— Давайте еще разолью! Славное вино! — как ни в чем не бывало заявил он и между делом добавил — Подарочек дома в тишине и покое распакуешь. Сейчас не надо.

Постепенно атмосфера за столом изменилась, будто бы и не было странного поздравления с молниями. Я даже как-то расслабился, а после еще двух бокалов и вовсе позабыл о тревогах. Наши посиделки превратились в самый обычный семейный вечер, перетекший в совместный просмотр «Иван Васильевича».

В это мне хотелось верить. Да чего уж там, так я все и воспринимал, убеждал себя в этом, гоня прочь щемящее грудь чувство. Точно! Мне определенно показалось, что мама временами с тоской поглядывает в мою сторону, а голос дяди Гены неестественно бодр…

* * *

Как и обещал, дядя Гена лично вызвал мне такси, причем машину бизнес-класса, и оплатил ее своей карточкой. Обняв на прощанье его и маму, я шагнул в лифт и спустился на первый этаж. В подъезде снова мерцала лампа — извечные проблемы с электрикой уже никого не удивляли. Как и периодические войны с пьющей молодежью и, соответственно, мокрыми вонючими углами. Помню еще классе во втором спрашивал у мамы, почему бы нам не переехать в место получше. Она всегда находила миллион причин и сводила ответ к какой-нибудь милой шутке. Правда однажды я узнал ответ, случайно услышав ее разговор с прабабушкой. Эту квартире маме подарил мой кровный отец. И, видимо, даже спустя много лет она не может расстаться с его подарком.

Переступив через перевернутую неизвестным растяпой пластиковую подложку с крысиной отравой, я вышел на улицу.

— Ха-ха! Прикинь, мышь в Мерс залезла! — с лавочки донесся подвыпивший гнусавый голос.

— Гонишь? — удивился его шепелявый собеседник.

— Да зуб даю! Пока ты отливал, водила эту сучку с матами гонял!

— И че? Выгнал?

— Да выгнал, кажись! Бля… Не, ну прикинь, в Мерс! В тачку ценой как десять моих Жижек!

— Как сто, умник!

— Больно ты знаешь в ценах?! — обиделся гнусавый, но я его уже не слушал, глядя на белоснежное люкс-такси, водитель которого раздраженно курил возле водительской двери.

В голове вертелась только одна мысль. Таких совпадений не бывает! Не мышь это, вовсе, а обычный хомяк. Точнее не самый обычный, а профессиональный сталкер, выслеживающий свою жертву. И постоянно попадающий впросак.

— Меня ждете? — улыбнулся я водителю, борясь со вновь зарождающимся волнением.

Он быстро затушил окурок и спрятал его в переносную пепельницу.

— Прошу прощения, — виновато проговорил мужчина, закидывая в рот жвачку. — Пойдемте, — обойдя машину, он открыл мне заднюю дверь. Поблагодарив шофера, я уселся на кожаный диван. Через несколько секунд мы тронулись.

Не люблю точить лясы с таксистами на пространные темы, но сейчас другой случай. Не смог справиться с любопытством и прямо спросил про хомяка.

— Правда, — недовольно ответил он. — Не то мышь, не то хомяк! И как только залез, а? Но не переживайте, следов он не оставил. А сам убежал.

Хм… ну все как обычно. Ничего нового.

Дальше ехали молча. Водитель начал еле заметно улыбаться. Похоже, в глубине души радовался тому, что не придется из своего кармана оплачивать химчистку салона, что мелкий грызун не испортил дорогую кожу, что клиент оказался вполне себе вменяемым и не стал требовать скидку. Я же думал одновременно и о поздравлении дяди Гены, и о подарке (который послушно так и не открыл), и, конечно же, о главной звезде моей жизни последних полутора суток.

Притом никаких дельных мыслей у меня не было. Просто внутри черепной коробки прокручивались уже случившиеся события. Как бы я ни пытался дать им адекватную оценку — ничего не получалось. Правда закралась одна весомая мыслишка — я сошел с ума.

Да, наверное, стоит завтра зайти в аптеку купить что-нибудь от нервов. А то незаметно для самого себя становлюсь параноиком.

За всем этим сыр-бором в голове я не сразу понял, что нам сзади кто-то сигналит фарами. Честно говоря, пока водитель не заговорил, вообще на мигание светом не обращал никакого внимания.

— Чего ему надо-то? Четырехполоски мало? — удивленно проворчал шофер, немного прижавшись к обочине. Я посмотрел через заднее стекло. В сумерках не разглядеть, что за тачка едет сзади, но по посадке и высоте фар можно предположить, что что-то не меньше «Крузака».

Машина пошла на обгон. Когда она поравнялась с нами, узнал во внедорожнике черный «Тахо», тонированный вкруг.

— Будто раньше объехать не мог, — бросив недовольный взгляд через стекло, буркнул таксист, снова сосредоточившись на дороге. Мы ехали через спальный район, так что ничего удивительно, что в это время суток бульвар был почти пуст, только изредка на тротуаре мелькали загулявшие парни и девушки.

До дома оставалось всего ничего. Откинувшись на сиденье, я прикрыл глаза. Однако на сердце скребли кошки. Что-то не так…

Подпрыгнув, точно ужаленный, я резко повернул голову вправо. Тонированный «Тахо» двигался рядом с нами, словно приклеенный.

— Чего это с ним? — таксист тоже заметил, что этот громкий торопыга вдруг передумал обгонять.

Стекло передней двери внедорожника медленно поползло вниз.

— Матерь божья… — еле слышно прошептал шофер, увидев на пассажирском сидении соседней машины…

Обаму!

Бывший американский президент улыбался белоснежными зубами, а на его коже играл глянцевый блеск. Если бы не съехавшие чуть в сторону прорези для глаз, я бы еще долго сидел с открытым ртом, не понимая, что передо мной просто хорошая маска.

«Обама» высунул из окна правую руку, держа ее ладонью вверх.

Судорожно глянув на дорогу и убедившись, что все в порядке, таксист снова повернул голову к «экс-президенту США».

— Что это? — побелевшими губами прошелестел мужчина.

Я следил за происходящим через стекло водительской двери. На элитном такси оно, следуя правилам дорожного движения, не имело тонировки, отчего я видел все в истинном свете.

И от этого «истинного» волосы на голове стояли дыбом. С ладони «Обамы» поднялся змеевидный сиреневый дым и медленно уперся в стекло такси. Поколебался мгновенье, а дальше… прошел сквозь стекло, будто через сито.

— Что? Что такое?! — изумленно завопил водитель, пытаясь, держа одной рукой руль, отбиваться от назойливого дыма.

Ничего не вышло.

— А-а-а!!! Что это!!! — закричал несчастный, когда дым начал заползать в его ноздри. Водитель дернулся и окоченел. Дым исчез, а Мерседес стал стремительно набирать скорость.

— Черт, — выпалил я, поняв, что нога остекленевшего шофера застыла на педали газа. — Черт!

Я лихорадочно завертел головой, пытаясь найти путь к спасению. «Тахо» остался далеко позади, водитель в отрубе, я один в одичавшей машине…

Сердце бешено колотилось, когда я перелезал на переднее сидение. Попробовал сдвинуть ногу шофера с педали…

Бесполезно! Он будто стал монолитной статуей.

Подняв глаза на лобовик, я грязно выругался — поперек дороги, перекрыв собой обе полосы, замер белый микроавтобус. Проверил руль — руки окаменевшего водителя не дают повернуть даже на полградуса.

ЧЕРТ!!! Что же это такое! Как остановить машину?!!

Стоп! Нужно перевести коробку в нейтраль! Срочно!

Едва я потянулся к рычагу, как понял, что Мерс замедляется.

— Вр-р-р-ру-у-у!!! — загудел двигатель. Чувствую, взлетели обороты, но скорость падает. Да что же творится? Будто машину кто-то держит…

Мерседес продолжал терять скорость и остановился за несколько метров до микроавтобуса. Нас уже ждали. Машину окружили люди в масках. Тяжело дыша, я видел, как Меркель, Трамп, Саркози и Гитлер направили на меня дула пистолетов. Трамп махнул оружием в сторону, намекая, что мне стоит вылезти из машины.

Крепко сжимая в руках подарок дяди Гены, я открыл дверь. Ко мне быстро подошла Меркель. Я поздно понял, что ее пистолет весьма странный. А уже через секунду в грудь ударил разряд тока. Я закричал и, теряя сознание, упал плашмя.

* * *

Холодно… тело болит, начинает затекать и неметь… запястья и лодыжки перетянуты грубой бечевкой…

— Кровь полукровки да смоет грязь и позор… — слуха коснулось глубокое многоголосное пение.

Голова гудела, как никогда раньше. Несколько лет назад, когда я спутался с очередной недолговечной компанией, я пару раз знатно перепивал. Но даже в те хардкорные времена, мешая водку, пиво и портвейн, я чувствовал себя гораздо лучше.

С трудом продрал глаза. Сердце в ужасе дрогнуло! Я лежу абсолютно голый на полу в каком-то сыром капитальном боксе. Руки и ноги растянуты так, что все мое тело напоминает букву «Х». Попробовал дернуться — веревки прочные, не поддаются и на сантиметр.

— Позор родов — смешение крови… — продолжали завывать голоса. Вокруг меня, вскинув руки к потолку, но опустив головы, стояли люди в черных рясах и глубоких капюшонах. — Дитя порока и предательства должно быть умерщвлено ради чистоты и благоденствия древних семей…

Да что здесь такое творится? Что это еще за сектанты?! Что они хотят со мной сделать?!

— Ничтожный выродок да примет смерть от ничтожного зверя…

— Эй! Какую смерть?! — не своим голосом закричал я. — Серьезно что ли? Ну хватит! Что вы такое говорите?! Что я вам сделал, а?

Меня пробила дрожь. Я начал яростно дергать руками и ногами, изо всех сил пытаясь вырваться. Ну нет, твари! Так просто свою жизнь я не отдам!

— Вы не посмеете! — орал я. — Всех вас по судам затаскаю, когда выберусь! Но еще не поздно разойтись миром!

Я нес еще какую-то ерунду, извиваясь точно уж на сковородке. Конечно, разорвать путы не получалось. Но я не сдавался, продолжал дергаться и кричать. Веревка уже давно вошла в кожу, в горле першило, голос осип.

Сектанты закончили петь и опустили руки. Я услышал противный писк. Один из них размеренно зашагал к стене, его товарищи расступились. Стало понятно, кто же пищит — на старом рассыпающемся верстаке стояла большая клетка с крысами. Грызуны яростно орали и лезли наверх. Среди них выделялся черный крыс с куцым хвостом, прыгавший выше всех. Сектант, надев плотную варежку, достал именно его.

Держа вертящуюся крысу в одной руке, он поднял с пола ведро. От толпы отделился еще один сектант. Я не заметил, откуда у него в руках взялась газовая горелка.

Он двинулся ко мне.

В голове мгновенно всплыла сцена пыток из «Игр Престолов». Да что уж, я и без этого культового сериала знал, как люди сочетают огонь, ведро и крысу. И от этого знания закричал еще громче. С каждым шагом сектанта, несущего грызуна, моя спина выгибалась сильнее. Но все это оказалось совершенно бесполезным — вырваться так и не получилось.

Когда он посадил крысу на мой голый живот и накрыл ее ведром, я лишь тихо всхлипывал и подрагивал. На большее уже не осталось сил. Да и большее — бесполезно. Позже, вспоминая этот эпизод своей жизни, я лишь улыбался. Как можно было так себя вести? Но в то время я был слаб, многое не знал и мыслил, как самый обычный человек.

Второй сектант зажег горелку и протянул первому. Тот принял портативный огнемет и направил на ведро.

В тот миг я прощался с жизнью, мысленно благодарил за все маму, дядю Гену, Андрея с Алиной. Просил у всех прощения. Просил Господа, если тот все-таки существует, простить мои грехи и принять в Рай. Успел прокрутить в голове кучу мыслей, прежде чем понял, что боли нет. Крыса стихла. Однако тело стало ватным, на глаза медленно опускалась пелена.

— Что происходит? — возмутился кто-то из сектантов.

— Чувствуете магические завихрения? Эта сила…

— Не может быть! Он только сегодня узнал!

— Да не узнал еще!

— Эй! А что с крысой?

Мой палач вырубил горелку и откинул в сторону ведро.

— Вашу мать… — кто-то явно в шоке. Но точно не больше меня — практически потеряв сознание я увидел на своем животе коричневого хомяка, словно дирижер, размахивающего лапками. Пространство над нами начало искривляться, обретать форму, вытягиваться в овал. Оно походило на расплавленное серебро. Такое красивое, манящее, наделенное силой.

— Портал! Это ж фамильяр бастарда!

Теряя сознание, я почувствовал, как мое тело стремительно ринулось вверх, а кожи коснулся приятный холодок.

Глава 2. Явление демона народу

— Илюш, иди скорей! Блинчики остынут! — доносится с кухни ласковый мамин голос.

— Иду, мам! — радостно кричу я из ванной, вытираясь после умывания. — Ух ты! С клубникой! Спасибо, мам!

— Ну ты же просил, вот я и приготовила, — широко улыбается мама и гладит меня по волосам. — Кушай и собирайся, а то в школу опоздаем. Ну, чего нахмурился?

— Не хочу в школу. Можно я дома останусь? С тобой! Кино посмотрим про хоббитов!

— Эх ты! — улыбнулась она, прижав меня к груди и чмокнув в макушку. — В жизни приходится делать не только то, что хочешь.

— Тебе тоже? — удивленно спрашиваю я.

Мама тяжело вздыхает:

— И мне, радость моя. И мне, — еле слышно звучит ее голос.

Странный сон…

Сколько подобных утр мы провели вместе? Пусть ей не всегда удавалось, но она искренне старалась сделать меня счастливым. Окружить любовью, продлить детство и подготовить ко взрослой жизни. С чего мне вдруг это приснилось? Надеюсь, она не узнает, что ее «радость» хотели казнить в сыром боксе?

Воспоминания вспыхнули, точно молния в ночном небе. От неожиданности я дернул головой и открыл глаза. Деревянный потолок… довольно низкий. За окном лают собаки, где-то вдали звучит смех и журчит вода.

Уселся на кровати и огляделся. Комнатка размером чуть больше коробки из-под холодильника. Интерьер скромный: посеревшие стены, из мебели, кроме моей кровати, только развалюха, в которой с трудом угадывается комод. Окошко — квадратный иллюминатор, завешанный пыльными занавесками.

Встал на ноги и поморщился — тело затекло, мышцы ныли, так еще и заноза в палец вонзилась. Опустил голову…

Черт, что на мне одето?

Странный наряд — колючая сорочка из серой мешковины, в которой я походил на Пьеро, да штаны-шаровары. Весь этот шик сельской моды в поясе перетянут бечевкой.

На мгновенье задумался, кто ж меня так обрядил? Затем с ужасом осознал, что на пытках-то был совершенно голый! Да точно! Появился хомяк и открыл портал, меня куда-то унесло. И в этом где-то я появился в костюме терминатора. Жесть…

От мысли, что эту не самую нежную одежду напялили прямо на мое нагое тело, неприятно закололо в паху. Ау! Чертовы сектанты! Оставили меня без трусов!

Шутки-шутками, а делать что-то надо. Что делать? Конечно, искать способ вернуться домой. И там со всем конкретно разбираться.

Однако ж удивительно, что мой мозг с пугающим спокойствием принял тот факт, что межпространственное перемещение возможно. Едва ли не обыденностью посчитал хомячью магию. Надеюсь, я не сошел с ума, а просто легко адаптируюсь в критических ситуациях.

Будем считать именно так. Какой у нас план действий? Основная цель — найти своего грызуна-спасителя. Верно.

Как только я сделал решительный шаг вперед, услышал хлопок дверью где-то в глубине дома. Пошел на звук и оказался в смежной комнатке. Кирпичная печь и окруженный стульями стол выдавали в помещение что-то вроде кухни-гостиной.

— О, ты наконец-то проснулся! — радостно проговорил вышедший из противоположного дверного проема мужчина. Пару секунд я с интересом разглядывал его удивительную внешность. Если очень смуглая, почти коричневая кожа и могла показаться обычным делом (много загорал и все в таком духе), но вот жесткие алые волосы, красная борода и в тон ей радужка глаз откровенно шокировали. Мне, конечно, доводилось встречать косплееров и им подобных, но отчего-то сейчас был уверен, что ни краской для волос и уж тем более линзами мужчина не пользуется.

В остальном он выглядел, как заурядный американский фермер из блокбастера — могучая фигура, затянутая в некое подобие джинсов и шерстяную клетчатую рубаху поверх некогда белой майки.

— Да, — неуверенно подтвердил я, осознав, что говорим мы на одном языке. — Спасибо.

— Не хило тебе досталось, должно быть! — воскликнул он, подойдя ко мне вплотную и хлопнув по плечу тяжеленой рукой. — Ток ран маловато для того, кто два дня в отключке провалялся! — мужик хохотнул и протянул мне широкую ладонь. — Говард Лоусон! Владелец фермы Лоусонов!

Фермер все-таки? А громкий, как каноничный прапорщик.

— Илья, — коротко представился я, ответив на рукопожатие. Правая бровь Говарда устремилась ко лбу, словно сверхзвуковой истребитель в небо. Эк его перекосило-то.

— Илья?! — изумленно повторил он, не отпуская моей руки.

— Да, — осторожно подтвердил я.

— Откуда ты? Никогда не встречал таких странных имен!

Блин! Нужно было назваться как-нибудь под стать Говарду Лоусону. Например, Джон Смит! Точно бы прокатило! Вот ведь я сглупил…

— Я понимаю, что ты не местный, — продолжал фермер. Хм, стало быть у «Джона Смита» тоже сразу не было шансов. — Но такое странное имя…

Его глаза выпучились, а рот в ужасе округлился. Бросив мою руку, огромный мужик, точно испуганная кошка, в один прыжок оказался в противоположном конце комнаты и резко распахнул дверцу серенького пенала. Выхватил с полки медную кастрюльку (красивенькую такую, с ажурным рисунком), пальцем откинул фиксатор крышки и достал изнутри маленький, похожий на турку, черпачок. Все происходило стремительно, и при этом Говард ни на мгновенье не спускал с меня взгляда ошарашенных глаз.

В следующую секунду, вновь сократив расстояние, он перенес левую руку с кастрюлькой к поясу, а правой, точно мастер йайдзюцу, одним движением зачерпнул воды из бадьи. Тут же быстро поднял черпак и окропил меня прохладной водой.

— Ау! А если б в глаз попал?! — возмутился я, растирая щеку. Противное жжение, какое бывает, если ранку залить спиртом, неприятно кольнуло и начало плавно сходить на нет. Секунд через десять и вовсе исчезло. Я раздраженно стер колючим рукавом капли с лица. Лишь потом поднял глаза и обомлел. Говард с первобытным ужасом таращился на меня, спиной вжимаясь в щель между стеной и шкафом. — Чего? — смутился я.

Дрожащими губами он пытался что-то произнести. Затем резко зачерпнул воды из кастрюльки и влил себе в глотку.

— Господи, прости меня, — вскинув голову к потолку, зачастил он, обеими руками вцепившись в свою красивую кастрюлю. — Прости дурака! Демона приютил! Прикасался к его телу, слушал его речи, трогал его оружие! Прости господи! Не знал я! Думал, попавшему в беду путнику помогаю! Думал, богоугодное дело делаю! Ан нет! Провел меня проклятый демон Ильяриз!

Демон? Ильяриз? О чем этот шизофреник щебечет, а?

— О Господи! Нет мне прощенья! — с новыми силами взвыл Говард, и вдруг опустил голову, вперившись в меня озлобленным взглядом. — И в искупление я должен изгнать демона!

Мужчина оскалился и на дрожащих ногах начал медленно продвигаться в мою сторону.

— Эй, о чем ты вообще? — выставив перед собой руки и улыбаясь, я пытался привести его в чувства. — Это ж я! Человек, которого ты спас. Успокойся и поговорим!

— Не о чем мне с тобой говорить, богомерзкое отродье! — закричал он и снова окатил меня из черпака. — Отведай святой воды, демон!

— С-с-сучок… — сквозь зубы прошипел я. В первый раз поток был более рассеянным, меня накрыла просто куча брызг. Сейчас же оказался прицельным. Я успел прикрыть лицо рукой в сорочке, но мешковина мгновенно промокла насквозь. — Ч-ч-черт… — выругался я, схватившись за мокрое саднящее плечо. Необдуманный поступок — ладошка моментально намокла и заболела. Словно не воды коснулся, а горящие угли погладил! Я тяжело дышал, продолжая пятиться. Благо, боль постепенно отступала, а в голове прояснялось…

Мне удалось дважды увернуться от «вражеских атак». Третья же брызгами задела щеку. К этому времени я уже отступил в сени дома. А мой враг все напирал. Интересно, что этот воин христовый будет делать, когда у него «патроны закончатся»?

Судя по яростному дыханию и злобному оскалу, сдаваться легко он не собирается. Вырубить его? Я смогу. Благодаря советам и поддержке дяди Гены в детстве и юности с радостью ходил сначала на тайский бокс, потом на айкидо. Но любимым моим боевым искусством всегда было и остается кендо.

Именно на этой мысли взгляд зацепился за… катану? Меч мирно лежал вдоль стены. Красавец! Черные лакированные ножны с резным драконом, прямоугольная цуба, классическая обмотка рукояти черным шелком (хотя могу и ошибаться, полувзгляда мало, чтобы утверждать точно).

Но большим временем я, к сожалению, не располагал. Мой противник вновь набирает черпак!

Недолго думая, схватил меч, дернул и… Какого лешего, я не могу достать клинок из ножен?!

— Со мной Бог! — закричал Говард, вновь атакуя святой водой. — Твое оружие не поможет тебе, демон!

Я удачно уклонился, пропустив только пару капель и мысленно отметив, что последнее утверждение фермера представляется весьма спорным. Ну и что, что не могу достать катану из саи? Я ж не убивать тебя собираюсь, балбес ты фанатичный.

Так и не вынув меч из ножен, встал в стойку среднего уровня и тут же перешел в стойку верхнего уровня, подняв клинок. Говард вновь зачерпывал святую воду. Шаг вперед правой ногой и одновременно с ним прямой удар.

Попал фермеру ровно по темечку. Его глаза сошлись на переносице, тело покачнулось, и Говард рухнул на пол без чувств, а рядом приземлилась кастрюлька.

— Твою мать! — выругался я, поймав несколько брызг кистью руки. — Жжется! Фух-фух, — подул на появившийся ожог, когда услышал шорох за спиной. Развернулся и… — Да что ж это?

В проеме входной двери застыло омерзительное создание — ростом чуть ниже среднего, коренастое и с длинными, почти до колен, ручищами. Стояло сгорбившись, глядя на меня мутными глазами. Ни волос, ни кожи на нем не было — лишь набухшие зеленые мышцы цвета гнили. К слову о гнили, ей знатно разило от этого индивида.

— Ы… — задумчиво выдал он безгубым ртом. Ну и зубищи же у твари, явно мощнее человеческих.

Он переводил взгляд с меня на поверженного Говарда и обратно. Кажется, я интересовал его гораздо больше. Особенно мой костюм из мешковины — точь-в-точь такой же носил и сам чудик. Только грязный.

— Святую воду не переносишь? — с придыханием проговорил он скрипучим голосом и с щенячьей преданностью посмотрел мне в глаза.

— Получается, что так, — честно ответил я.

— А звать тебя как? — восторга в его словах чувствовалось все больше и больше.

— Илья, — я пожал плечами.

Мутные глаза засияли, и чудик с размаху бухнулся на колени, приложившись лбом об пол:

— Приветствую тебя, повелитель! Мы ждали, и ты явился! Как и учили нас пророчества! — он без устали бил поклоны, я же пребывал в полнейшем недоумении.

— А вы, собственно, кто такие? — без обиняков спросил я.

Чудик перестал кланяться и, не поднимаясь с колен, изумленно поглядел на меня снизу вверх:

— Так мы это… гули. Угнетенный народ, от которого отвернулся Господь. Рабы людей. И твои верные слуги, демон Ильяриз. Эх, как же тебе идет наш наряд, Господин!

* * *

Конкретно этого гуля звали Хровн. Ему двадцать семь лет, есть жена и трое детей. Вместе мы связали по руками и ногам Говарда и привязали его тушу к ножке массивного буфета. Гуль с радостью соорудил для меня обед (благо все было готово, оставалось только подать), и пока я наспех набивал брюхо хлебом, сыром да вяленой колбасой, запивая все это ягодным компотом, Хровн жаловался мне на судьбу угнетенного народа, восхвалял меня, мой наряд и мое появление.

Если убрать излишнюю патетику, вырисовывалась следующая картина — несколько веков назад безумный ученый-алхимик-колдун превратил кучу живых людей в гулей. Вроде как вылил свой ядреный эликсир в главную реку соседней страны. В итоге почти все жители королевства обернулись чудовищами. Но лишь внешне, во всем остальном они остались людьми, кроме… Да, самый неприятный момент и основа дальнейших гонений — Святая вода, молитвы и прочие церковные штучки пагубно влияют на гулей. Начиная от безобидного головокружения и заканчивая мучительной смертью, если, например, бросить в жбан со Святой водой, закрыть крышкой и оставить на час. Хотя, мне кажется, и обычный человек в таких условиях умер бы — дышать же надо чем-то.

Сперва перепуганных, обращенных в монстров людей просто истребляли. Затем сломленных и лишенных воли к жизни обратили в рабство. Гули понимали, что больше не принадлежат своей изначальной расе и своему богу. Спасение они нашли у другой стороны. И, судя по легендам, демоны периодически появлялись перед монстрами и поддерживали их. Хотя ссылки на задокументированные источники, подтверждающие это, Хровн привести не смог.

— Да уж, испортил жизнь твоим предкам этот колдун, — дожевывая бутерброд, протянул я. — И подумать только, всего один человек сотворил подобное с целым королевством!

Самое странное для меня в происходящем — это не гниющее тело, подливающее компот мне в кружку, не люди с красными волосами и глазами, и даже не сам факт моего попаданчества. А то, насколько буднично мозг воспринимает все это бесообразие. Как должное.

Есть и есть.

Выдающегося в этом ни больше, чем в утренней пробке в центре города.

Слушая гуля, нет-нет да ловил себя на подобной мысли. Я не жалуюсь, наоборот, радуюсь, что не как герой какой-нибудь книги, половину романа отрицаю все происходящее со мной. Несколько позже я получу и логические объяснения этому — мой нечеловеческий разум таким образом защищает себя и заодно мою психику.

— Могущественной был скотиной, — покачал головой гуль. Заметив, что я покончил с трапезой, он первым вскочил на ноги. — Но теперь, когда вы явились, мой Господин, все изменится.

— О чем ты? — нахмурился я, поднимаясь с места.

— Когда демон явится перед гулями, тогда поднимется угнетенный народ и сбросит кандалы рабства! — пафосно произнес он и улыбнулся практически черными зубами (если напряжение одних мышц в области рта можно считать улыбкой). — Так гласят наши легенды. Вы явились вовремя, мой Господин! Я хочу разнести эту весть всем гулям в округе! Но могу ли я оставить вас?

— Нет, — оборвал я благородный порыв сына угнетенного народа. — Мне нужен проводник, — ну а что, раз назвал «Господином», так пусть служит. — Кто-нибудь знает, где именно обнаружили мое тело?

— Дрох знает, — гуль ни капли не расстроился. — Он был с… — поморщившись, Хровн кивнул на лишенное чувств тело фермера, — этим… с Говардом в тот момент.

— Тогда веди меня к своему Дроху.

Глянув на тушку хозяина дома в последний раз, я вслед за гулем вышел на улицу. Моему взгляду предстало огромное пастбище. Если присмотреться, где-то вдалеке можно разглядеть мелкие жерди забора. На территории располагались с разной степенью удаленности друг от друга деревянные постройки. Стойла, сараи и две хибарки. Одна метрах в двухстах в сторону леса, другая в противоположной стороне, по пути к речке. В этих двух домишках и жили главные работники фермы — две семьи гулей.

— Раньше почти всегда наших коз выводили за территорию. Ничейную траву щипали. Но теперь все иначе, — пояснил Хровн вслед за солнцем шлепая на запад, туда, где паслось стадо.

— А что случилось? — спросил я, разглядывая местные красоты. Далеко-далеко по пути нашего следования маячили заснеженные шапки горной гряды.

— Говорю же, вовремя ты явился, Господин, — улыбнулся гуль. — Не спокойно нынче стало — часть наших против людей поднялись. Бегают нынче по горам да лесам, прячутся, а временами и нападают. Но мало их было… Теперь станет больше! Теперь все поднимутся за тобой!

Я обреченно глянул на своего спутника, но спорить не стал. Эх… попал в другой мир… А меня здесь оказывается ждали! Приятно, когда тебя ждут.

Однако вся эта история с «демоном» и неприятием святой воды заставляет задуматься. Да, я ничего не отрицаю. Возможно, мне нравится быть «Избранным». Но как же много вопрос… С другой стороны, пока все понятно. Мне нужно вернуться на изначальную точку и попробовать найти следы хомяка. А лучше и самого грызуна-телепортатора.

Дроха мы увидели минут через семь. Он был очень похож на Хровна, только выше и худее, да мясо у этого гуля черноватого оттенка. Заметив нас, пастух поднялся с камешка и пошел навстречу.

— Гляжу, вам уже лучше, — поклонился он, остановившись в нескольких метрах.

— Дрох! Представь, это демон! Это Ильяриз! — не дав мне вставить и слова, залопотал Хровн. — Он уделал Говарда! Он прибыл, чтобы помочь нам! Чтобы помочь всем гулям!

Да уж, ничего подобного я не планировал. Однако с каким упоением рассказывают о моих подвигах, как громко трубят о моей значимости! Будет просто невежливо после всего этого утверждать обратное.

— Мне нужно вернуться на то место, где я впервые появился в вашем мире, — стоило моему проводнику заткнуться, чтоб чуть-чуть отдышаться, вставил я.

— Не волнуйся! Я позабочусь о женах и детях! — вновь завелся Хровн, наседая на собрата. — Ведь теперь-то мы точно здесь не останемся!

— Да! Нужно рассказать остальным! Остальные имеют право знать! — с готовностью закивал Дрох, удачно переварив, что перед ним стоит долгожданный демон.

Буквально за пару минут гули разделили обязанности, и Дрох побежал запрягать телегу, несколько раз извинившись передо мной, что в экипаже укатила «чертова сучка Говарда». Да уж, быстро они определились, как теперь стоит называть бывших хозяев. А спустя еще полчаса мы, покинув владения Лоусонов, уже колесили по тракту. Хровн же пообещал что отправит супругу и детей (как своих, так и сотоварища) нести «благую» весть. Сам же останется дожидаться возвращения из города «сучки Говарда» и жены Дроха.

— Теперь-то я смогу отомстить им за годы унижений! — провожая нас, кричал он и потрясал кулачками.

— Только не убивай женщину, — попросил я, облокотившись о борт телеги. — Как-никак я был их гостем.

— Слушаюсь, Господин! Эй, Дрох! Встретимся в начале Листвундского леса! Не доставляй проблем Господину!

* * *

За последние несколько минут Дрох в третий раз любовно погладил дуло приставленного к облучку ружья и снова уставился на дорогу. Оружие гуль с чистой совестью реквизировал у бывшего начальника. Хровн же присвоил себе револьвер. Конечно, сперва оба предлагали огнестрелы мне, но я вежливо отказался. Подобное оружие я не особо любил, хоть дядя Гена несколько раз и таскал меня на стрельбище. Мне ближе по духу луки, но они, конечно, не практичны. Да и у фермера выбор был крайне ограничен. А глядя, с каким блеском в мутных глазах Хровн и Дрох бросились разбирать стволы, мне показалось неправильным отнимать у них трофеи. Что-то подсказывает, что от этой парочки в качестве стрелков пользы будет больше, нежели от меня.

Револьверы и ружье — не единственные наши приобретения. Гули наспех скидали в телегу запасы еды, воды, теплые вещи, скрученные одеяла, деньги и украшения. Правда, брать все добро фермера подчистую я настрого запретил.

— Хватит с вас шестидесяти процентов, — решил я, назидательно подняв палец. — Считайте платой за годы рабского труда.

Естественно, никто точно не высчитывал. На глаз взяли чуть меньше двух третьих.

Сидя в телеге, поглядывал на синее небо. Подставив лицо прохладному ветру, улыбался глупой сексисткой шутке, посетившей мою голову — как хорошо, что в сборах участвовали только трое мужчин, иначе меньше, чем за тридцать минут, мы не смогли бы подготовиться к стремительному отъезду аж двух семей. А ведь и у нас за это время возникали проблемы. Например, я долго думал переодеваться или нет. Наряд из серой мешковины — признак раба. А в гардеробе Говарда было из чего выбрать.

Но!

Ловя на себе восторженные взгляды гулей, чувствовал, как ноющее тело, свинцовые мышцы и гудящая голова постепенно приходят в норму. Слепая вера этих двух странных существ в меня давала силы. Удивительно, но я отчетливо понимал, что так и есть на самом деле. А раз мы вполне можем встретиться и с другими гулями, то решение очевидно — переодеваться не стоит, пусть принимают меня за своего не только по запаху, но и по виду. Это пойдет на пользу всем нам.

С другой стороны, если карта ляжет удачно, уже скоро хомяк перенесет меня домой.

— Слушай, Дрох, — запустив руку в мешок с продуктами, я достал красное яблоко. Потерев о робу, откусил кусок, прожевал и продолжил: — Вы правда меня ждали?

— Да, Господин! — с жаром кивнул гуль.

— И не сомневаетесь, что я тот самый?

На несколько мгновений извозчик завис. Он затравленно переводил взгляд с меня на дорогу и обратно.

— Не-ет, — чуть заикаясь ответил он. — Хровн же видел твой бой с Говардом. Видел, как тот звал тебя демоном, как тебе, Господин, было больно от Святой воды. И… пахнет от тебя уж точно не как от человека.

Вот так новость! Интересное кино, а я думал, слепая уверенность гулей строится только на двух вопросах Хровна. А он оказывается и подглядывал, и…

— А как пахнет? — быстро спросил я.

Последние несколько секунд Дрох сидел затылком к дороге и пялился на меня. Поэтому я видел, как его страшная рожа расплылась в блаженной улыбкой. Вашу ж мать, никогда не думал, что можно улыбаться без губ! Б-р-р, ужасное зрелище.

— Отвратительно, — с наслаждением пробормотал он. — Как цветущий хрюкжус.

— Хрюк-кто? — недоумевающе переспросил я.

— Ну хрюкжус-же, Господин, — изумленно повторил гуль для тех, кто на бронепоезде. — Цветок жеж такой в виде поросячьей жопы. Или ты его по-другому называешь?

— Может быть, — не стал спорить я. — А от гулей туже им пахнет?

— Не-е-е, Господин. Мы не достойны. Мы ж не высшие демоны, — с благоговением произнес он. — Оп! В гриву всех церковников, чтоб им! — выругался гуль, едва не слетев с облучка.

— За дорогой следи, а то следующую кочку не переживешь, — усмехнулся я, выбросив за борт яблочные огрызки.

Дрох со рвением исполнял мой приказ — заранее аккуратно объезжая все неровности тракта, при этом напевая под нос занятную песенку. Бубнил тихо, поэтому всех слов я разобрать не смог, но из того, что понял, сделал вывод, что у лирического героя данного произведения ярко выраженные сексуальные девиации, ибо то, что он хотел сделать со всеми «человеками» сразу не пришло бы в голову и самому поручику Ржевскому.

Слушая веселое мурлыканье гуля, я размышлял о своей нелегкой судьбе и о мироздании. Точнее мироздании сразу двух миров.

Итак, магия бесспорно есть даже в нашем насквозь техногенном мире. А ведь многие мечтатели считают, что он утратил всю романтику, и грезят иными мирами. Которые, оказывается, все-таки существуют. И путешествие между мирами возможно с помощью хомяков.

Да уж, занятно получается.

Теперь я точно знаю, что… Хм… Когда это было-то? Четыре дня назад? Уместно складывать дни разных миров? Есть у них общий знаменатель?..

А! Черт с ним! Не ученый же я и не философ. Пусть будет четыре.

Итак, четыре дня назад, в канун дня рождения меня начал преследовать Юра. Хм, действительно, хватит называть это грызуна «хомяк». Он уже сыграл в моей жизни куда большую роль, чем девяносто девять процентов знакомых. А присвоенное Дроном имя Юре вполне подходит.

В общем, Юра явился ко мне не зря. И, как сказали куклуксклановцы на складе, он — мой фамильяр. Он пришел за мной, но как-то у нас все не складывалось, до тех пор, пока маги в масках политических лидеров не похитили меня.

Почему маги? Ну а что за живой дым слетел с рук Обамы и вырубил таксиста?

Другой вопрос, почему сейчас? Почему и Юра, и Обама со своими прихвостнями, появились рядом со мной одновременно?

Элементарно — День Рождения. Видимо, двадцать один год — знаковая дата не только в Америке. И многое говорит в пользу этой версии. Особенно поздравительные слова дяди Гены и его подарок, который Юра не забыл телепортировать сюда вместе с моей тушкой.

Переведя взгляд на катану, я вспомнил праздничный вечер. Но почему я должен был распаковать меч только дома? И кто снял с него подарочную упаковку — фермер или сектанты?

Хотя это и не особо важно… Даже мысленно анализируя произошедшее, я хожу вокруг да около основных вопросов… Что ж, пожалуй, хватит юлить. Самому с собой нужно быть откровенным.

Дядя Гена знал, что я не самый обычный человек. Все его поведение явственно указывает на это. Я почти уверен в собственной правоте.

А раз знал, значит тоже демон? Или другой маг? Хм, странный ангел-хранитель?

Вернусь и хорошенько тряхану этого гигантского Бегемота. И, если получится, узнаю еще кое-что.

Почему это я демон?

И кто, черт его дери, мой настоящий отец?

Хотя с этим вопросом лучше к матери обратиться. Не успокоюсь, пока не получу вразумительного ответа.

Волна самокопания отступила так же резко, как и нахлынула.

— Стой! — неожиданно выкрикнул я.

— П-р-р! — натянул поводья Дрох и, когда лошадь остановилась, изумленно воззрился на меня. — Что случилось, Господин?

Перепрыгнув через борт телеги, я уверенно зашагал в траву, окаймляющую тракт, и замер, подойдя вплотную к толстому стволу ближайшего дерева. Я не очень силен в ботанике, чтобы сходу определять названия растений, поэтому нареку этого высоченного ветвистого парня вязом.

— Эй, Господин, не трогай их, — раздался позади меня перепуганный голос приближающегося гуля.

— Поразительно… — выдохнул я.

Если бы не удачно упавший солнечный луч, я б не обратил внимания на яркий блик, исходивший от ствола дерева. Подойдя ближе, понял, что не зря топтал сочную зеленую травку по пути сюда.

То, что блеснуло, и должно было блестеть. Ведь в коре этого вяза застрял изумруд! Правда какой-то мутный. Если бы не пара сколов, даже на солнце не пустил бы столь заметного «зайчика».

— Господин, не стоит трогать Жабьи наросты! — почти выкрикнул запыхавшийся Дрох, схватив меня за запястье.

— Почему? — удивился я, не решаясь прикоснуться к растущему на коре вяза изумруду.

— Ну дык… — округлил глаза гуль, удивленный моей неосведомленностью. — Все ж знают — чуму подхватить можно!

— Все знают? — не понял я, отдернув руку. Дрох покорно отпустил меня. Я стоял прямо перед ним, глядя в мутные глаза своего собеседника. — А я вот не знаю. Рассказывай.

— Эм… хм… — постучав зубами, задумался гуль. — Да чего говорить-то? Нельзя и все. Преступление страшное. Только собиратели наростов могут их снимать. А любого другого, если заметят за этим делом, мигом вздернут.

— И чего ж ваши собиратели делают с изум… наростами?

— Дык, знамо ж что — увозят и уничтожают!

Дрох говорил с такой уверенностью, будто рассказывал о чем-то само-собой разумеющемся. Я верил в искренность этого антропоморфного существа, но сомневался в самой правдивости его слов.

Вновь повернулся к стволу вяза. Блин! Ну изумруд же! Не такой, как у мамы в кольце — там с огранкой, но…

Тогда я не знал, как назвать чувство, которое уже не впервой за сегодняшний день шепчет мне, как стоит поступить. Предчувствие? Чуйка? Главное, нутром ощущал — хорошие камешки. Нужно брать.

— Нож есть? — снова обернулся к гулю.

— Что, Господин? — не сразу сообразил он, а как понял, округлил глаза пуще прежнего. — Господин, я же говорю…

— Ты хоть одного знаешь, кто подхватил чуму от этих наростов? — перебил я Дроха.

Задумавшись, он смешно нахмурил гнилой лоб и неуверенно покачал головой.

— А про изумруды слышал? — не унимался я. На сей раз он уже с большим энтузиазмом отрицательно покачал головой. — Вот видишь, — хмыкнул я.

— Но, Господин… — все еще сомневался гуль.

Я тяжело вздохнул и позволил себе положить ладонь ему на голову. Как собаке. Лишенной шерсти и кожи собаке.

— Послушай, — вкрадчиво проговорил я. — Я… хм… Ильяриз, верно?

— Верно, Господин, — не задумываясь, кивнул он.

— Думаешь, какая-то чума сможет мне навредить?

— Нет, Господин. Но король…

— А что король? — самоуверенно хмыкнул я. — Что мне король? — дернул подбородком, размышляя о том, что все равно вскоре собираюсь свалить из этого мира. В этот момент в глубине души метался, словно рыба в сети. С одной стороны, правильнее сперва найти хомяка и убедиться, что тот без проблем сможет вернуть нас домой. Посмотреть на Юру, договориться и лишь потом идти выковыривать изумруды из деревьев. Набрать вдоволь да свалить в свой мир. Но с другой, кто знает этого грызуна? Может он снова без предупреждения портал откроет. И все — плакали тогда мои камешки!

— И то верно, Господин! — безгубый рот гуля растекся в восторженной улыбке. — Что вам до какого-то короля, а?! Сейчас сгоняю за ножиком! В телеге припасен! — крикнул он, пулей метнувшись в сторону тракта. Хех, ну вот, мои терзания и окончены. Не врубать же заднюю, когда на тебя так преданно смотрят. Сейчас наберем мешочек камешков и домой. Главное не жадничать.

Глава 3. Вера

Кажется, я немного увлекся. За два часа отошел от начальной точки километра на полтора. Дроху несколько раз пришлось возвращаться на тракт, чтобы перегнать телегу. Если подумать, повезло, что всяких разбойников на дороге не было. С другой стороны, мне-то что? Ну угнали бы повозку, ну остались бы гули без пожитков — я все равно собираюсь отсюда свалить при первой же возможности.

Ладно-ладно, мне бы было стыдно. Хорошо, что все обошлось.

Когда уже хорошенько так смеркалось, я-таки залез в кузов. Усталый, но жутко довольный — собрал килограммов пять «жабьих наростов». Собирал бы и дальше, да только в темноте их стало сложно отличать от обычных грибов чаг. А растут они, сами понимаете, далеко не на каждом дереве. Все подряд ощупывать — не вариант.

— Трогай! Задержались мы что-то, — велел я гулю.

— Не волнуйся, Господин, — отозвался тот, шевеля вожжами, — тут недалеко.

Минут через тридцать, когда наша царская колесница остановилась в пункте назначения, уже совсем стемнело. Правда, погодка отличная — на небе ни облачка, и света пузатой луны вполне хватает, чтобы ориентироваться в пространстве. Я даже черты «лица» своего возницы могу разглядеть. Если, конечно, гнилую кожу с мутными глазками, обнаженными зубами и носовыми пазухами можно назвать лицом. Б-р-р! Увидь я такое ночью неделю назад, стал бы обладателем модного окраса волос «под седину».

Как бы светло не было, искать ночью маленькую хомячью тушку, лежащую в траве — задача трудновыполнимая. Благо у предприимчивого гуля в загашнике нашелся масляный фонарь.

— Идем, Господин, — почтительно проговорил Дрох, подсвечиваю дорогу. — Вон там, — указал он рукой под сухое дерево, изгибами напоминающее вопросительный знак, — мы тебя и нашли, Господин. Да только мышей никаких рядом не было… — виновато добавил он.

— Не мышь, а хомяк, — поправил я.

Сел на корточки под обозначенным вязом и, прищурившись, принялся разглядывать местность. Просто примятая трава, ничего необычного. Встав на четвереньки, начал прощупывать ее рукой. Выругался, нечаянно напоровшись ладонью на острый камень.

— А вон там, — махнул Дрох в сторону соседнего куста, пестрящего мелкими красными ягодками, — сволочь Говард нашел твой меч, Господин.

Я переместился в указанном направлении, но и там ничего не нашел, только зацепился штаниной за какой-то… Чертополох? Стебель и листья этого растения отливали красным. Учитывая колючки, кровавый оттенок к лицу этой злобной травинке.

Раздавшийся слева от меня шорох заставил моментально насторожиться. Медленно повернул голову, прислушался… Ничего.

— Эй, — неожиданно для самого себя заговорил я вслух. — Юра, ты здесь? Отзовись, — в ответ тишина. Даже гуль, ощупывающий траву вместе со мной, замер, изумленно уставившись на меня, как на сумасшедшего. Но мне сейчас было совсем не до Дроха. — Юра! Грызун ты блохастый, отзовись! Я благодарен тебе, что перенес меня оттуда, но надо бы и обратно.

— Господин! — выпалил гуль, вцепившись мне в плечо. — Ты что, хочешь вернутся в Преисподнюю?! Оставить нас?!

— ЦЫЦ! — рявкнул я, и Дрох мигом заткнулся. Именно в этот момент вновь раздался шорох и тихий-тихий писк.

Поднявшись, выхватил у гуля фонарь и быстро пошел на звук. Старался двигаться бесшумно, чтобы не заглушать единственный указатель направления.

— Ну слава бо… — начал было я, но в груди неприятно кольнуло, а сам вовремя осознал, что благодарить Господа при Дрохе уж точно не стоит. — Хорошо, что ты жив, — закончил нейтрально, глядя на неподвижную тушку коричневого хомяка. Он лежал на спине, по-собачьи согнув лапы и вывалил язык. Когда я подошел, Юра с трудом приподнял голову, встретился со мной взглядом и…

Его веки медленно опустились, а тело обмякло.

— Твою мать! — выругался я, схватив хомяка.

Под ночной стрекот сверчков было довольно сложно различить биение хомячьего сердечка. Но, прижимая теплое тельце к уху, мне все-таки удалось. Услышав «тук-тук», я облегченно выдохнул. Юра — жив. Просто без чувств.

— Слушай, а ветеринары у вас есть? — повернулся к подбежавшему гулю.

— Как не быть, Господин? Да только поздно уже, где мы его найдем-то сейчас? Поехали лучше к Листвундскому лесу, а? Хровн с бабами поди волнуются уже. А завтра с утра и ветеринара поищем, — покосившись на Юру, он осторожно ткнул пальцем в меховой бочок. — Чай не помирает мышь твоя. И к утру уж точно не помрет.

— Точно? — сдвинув брови, переспросил я. — С чего такая уверенность?

— Обижаешь, Господин, — покачал головой мой извозчик. — Уж кто-кто, а гули завсегда чувствуют, кто собирается копыта отбросить, а кто нет. В твоей мыши и намека нет на приближающуюся смерть.

Облегченно выдохнув, я позволил себе расслаблено улыбнуться. Не знаю почему, но я был уверен, что Дрох говорит правду.

Мы вернулись к телеге, и тронулись в путь. Повесив фонарь на длинную палку с крюком, гуль прикрепил свое приспособление к хомуту лошади. Коняшка не испугалась, видать была привычной.

— А безопасно у вас ночами по тракту ездить? — спросил я, вновь роясь в мешке с припасами. Порадовавшись караваю хлеба и куску копченого мяса, разделил находку надвое и протянул половину гулю.

— А кого бояться, Господин? — возница, кажется, не перестает удивляться моим вопросам.

— Разбойников? — предположил я, откупорив бурдюк с вином.

— Какие разбойники здесь, Господин? — усмехнулся он, откусывая мощными зубами кусок хлеба. — Мы ж не в лихое средневековье живем!

— А ну да — ну да, — закивал я, когда телега со скрипом подпрыгнула на кочке.

— У нас тут вообще раньше тихо было. Оттого и гарнизон не особо большой. Потому и Лисанну с ребятами до сих пор не поймали. Хотя уж очень пытаются. А теперь и вовсе, — потрясая кулаком, разошелся он, — когда ты явился, Господин, нас никто не остановит! Все гули объединятся, и мы вернем свободу! И отомстим мерзким людишкам за сотни лет угнетения!

Да уж, идеи освободительной борьбы, похоже, очень глубоко засели в мозгу этих несчастных созданий. И ведь умудрились сохранять и вынашивать их при полном подчинении своим эксплуататорам. Голову боялись поднять, если не считать редкие и крайне малочисленные бунты. Хотя как бунты… иногда случается, что гули убегают от хозяев и начинают бродяжничать да нападать на путников, сбиваясь в крохотные банды. Забавно, что Дрох, чуть раньше и рассказавший мне об этом, похоже сам подобные действия разбоем не считает.

— Что за Лисанна? — прожевав мясо, спросил я. — Одна из таких же… хм… сбежавших гулей?

— Э, не, Господин. Лисанна — человек, — буднично ответил он.

— О как, — хмыкнул я.

— И у нее уже целый отряд, — продолжал разглагольствовать Дрох. — А тех же, что раньше просто сбегали, собиралось-то гулей четыре-пять. Считай одна-две семьи. Ну иногда три — не больше.

— И с чего же обычная женщина решила стать вождем гулей-повстанцев? — я снова отхлебнул вина.

— Ха! Да какая она женщина? Так — девонька нетронутая. Ее отец был богатейшим фермером в округе. Не только гули, но и люди на него работали. А дочь уж слишком, по их меркам, вольнодумная вышла, — Дрох громко усмехнулся. — На севере училась, там гули посвободней живут, вот и у нас после смерти отца хотела новые порядки устроить. Но бывшие отцовские ближники воспротивились да и решили под шумок земли разделить и оставить Лисанну с носом. Зря они это удумали. Гули ее фермы, как услышали, добрые речи хозяйки, так, естественно, и встали на ее защиту. Но ферму все равно пришлось оставить. Как бы не был слаб наш гарнизон, в прямом бою с ними лучше не встречаться. По крайней мере тогда только появившийся отряд Лисанны просто бы смели. Но не сейчас! — он снова поднял кулак. — Сейчас все иначе! Сей…

— Сейчас с вами я, я понял, — бесцеремонно перебил словоохотливого Дроха.

— Точно так, Господин, — важно закивал он.

Хмыкнув, я на пару минут задумался. Мне показалось, что встретиться с этой Лисанной было б не плохо. Что это… правильный путь! Что именно так мне и стоит поступить, если хочу попасть домой. Странное чувство. И в какой раз за сутки? Правда сейчас чуйка совсем уж отчетливо сигналит.

— О-у… — выдохнул я, схватившись за голову.

— Господин, что случилось? — тут же встревоженно выпалил гуль.

— Все хорошо, — помахал я бурдюком. — Что-то голову прихватило…

— Хы! Ну так Гельзейское вино — это тебе, Господин, не шутки! — ухмыльнулся Дрох.

Я не стал спорить и убеждать возницу, что дело не в вине. Сдается мне, что боль — реакция на мои думы. Ну или на эту самую «чуйку».

— Ну да ладно, — через секунду продолжил гуль. — Я верю, Господин, что даже такому крепкому вину не вскружить тебе голову.

Боль мгновенно ослабла. Не исчезла совсем, но было похоже, как если б у поющего во всю глотку ноутбука одним нажатием тачпада снизили громкость до двадцати процентов.

— Повтори? — тихо попросил я.

— Что, Господин? — не понял гуль.

— Повтори, что ты сказал до этого. Ты веришь в меня? — нетерпеливо выпалил я, желая подтвердить догадку.

— Конечно, Господин, — довольно осклабился Дрох.

На душе в тот же миг стало тепло и спокойно. Я расслабленно вытянул ноги и улыбнулся.

— Хорошо, — пробормотал себе под нос.

И вот надо было испортить такой момент! Вдали я услышал топот копыт и лошадиное ржанье. Дернувшись, оперся о борт телеги, вглядываясь назад. Ну точно! Несколько огоньков прыгают на тракте и неумолимо нас догоняют.

— Но! — гуль тоже заметил преследователей и щелкнул лошадку поводьями. — Но! Но! Быстрей!

На сей раз никаких ощущений не последовало. Может, стоит остановить телегу и попытаться убежать в лес? Хм, и на этой мысли чуйка молчит. Черт, а ведь я уже к ней привыкать начал!

— Давай! Давай! — подгонял коняшку гуль.

— Ты уверен, что это именно враги? — решил я уточнить на всякий случай.

— А кто же, Господин? — быстро глянув на меня через плечо, ответил Дрох. — В той стороне Куинз — центр округа. Гарнизон и Собор находятся там. А отряд Лисанны в Листвундскому лесу, то есть прямо по курсу.

— Долго до него?

— Даже в нашем нынешнем темпе около получаса!

Что ж, я благодарен своему вознице, что он не стал акцентировать внимание на причине нашей задержки. Ведь именно мое желание пособирать камешки привело к тому, что посреди ночи мы все еще на тракте, а за нами гонится не пойми кто. В оправдание могу сказать лишь одно — нутро велело мне собирать камни. Говорило, что так нужно. И, знаете что? Я ему все еще полностью доверяю.

Обернувшись, посмотрел за спину. Фонари совсем близко, я даже могу разглядеть подсвеченные головы лошадок. Нас разделяло метров четыреста, и с каждой секундой расстояние сокращалось.

— Стрелять будешь? Может мне поводья отдашь? — предложил я, скользнув взглядом по облюбованной гулем винтовке.

— Ну это… Господин… — кинув через плечо короткий взгляд, замямлил Дрох, снова сконцентрировавшись на дороге. — Чет опасаюсь я…

— Что? — не понял я. Преследователи все приближались

— Говорю, не стрелял раньше! — прошамкал мой возница. — Видел, как ружьем пользуются. Знаю, запомнил. Но это… практики не было…

— Твою ж мать… — я закатил глаза. Затем резко выдохнул, с трудом удерживая равновесие, подошел к гулю и схватил поводья. — Иди уже! Я в тебя верю! Не зря же это ружье ты чуть ли не расцеловал, как в руки взял.

Взгляд Дроха мгновенно изменился. Теперь на меня смотрели глаза полностью уверенного в своих силах разумного. Пусть и мутные от природы.

— Твои слова — честь для меня, Господин! — решительно кивнул он. — Я не подведу!

— Иди уже… — подтолкнул я его, почувствовав легкое головокружение. Черт, да что за ерунда-то?

Крепко сжимая винтовку, Дрох, положил дуло на задний борт телеги и прицелился. Полувзгляда хватило, чтобы понять, как же неудобно гулю — все-таки борт довольно низкий, и стрелок поначалу пытался занять среднее положение между «лежа на пузе» и «стоя на колене». В итоге гуль плюнул, выпрямил спину и, стоя на одном колене, удерживал винтовку полностью на весу.

Я искоса поглядывал на него, большую часть внимания уделяя дороге. В детстве два лета подряд мне доводилось ездить в конный лагерь. Ну как лагерь — шесть лошадок на группу из десяти детей да огромный деревенский дом, где вся наша веселая компания и проживала. Так вот, опыт верховой езды я имел, да и телегой править доводилось. Но вот бешенных ночных скачек нам никто не устраивал. Поэтому сейчас спешно вспоминал все свои навыки, чтобы и за борт не улететь и контроль над вспененной лошадкой сохранить.

— За Господина… — слуха коснулся уверенный шепот и раздался оглушительный выстрел.

Перепуганная кобыла дернулась в сторону, натягивая поводья. В эту секунду я оказался как никогда близок к принудительному катапультированию. Но чудом удержался и даже смог выровнять телегу, в последний момент обрулив огромный камень, возлежащий почти на середине тракта.

— Ух… — облегченно выдохнул, почувствовав себя матерым колесничим. Немного поупражняюсь и, если вдруг случайно попаду в мир, близкий к нашей древней Греции, смогу в гонках участвовать.

Обернулся проверить, как идут дела в гуля. Хищно скалясь, тот перезаряжал винтовку. Поднял взгляд на преследователей. Хм, не даром говорят «новичкам везет» — один из фонарей остался далеко за спинами наших попутчиков, видимо, вместе с тем, кто держал его в руках.

На второй выстрел коняшка отреагировала уже не столь бурно.

— Эх! — раздосадовано воскликнул Дрох.

— Промахнулся? — уточнил я, не оборачиваясь.

— Ранил! Удержался, шельма!

— Огонь! — враги подобрались уже настолько близко, что мы смогли слышать голос их командира. А через миг раздались выстрелы.

— Ф-ф-фи-и-и-у-у! — шальная пуля едва не чиркнула мне ухо. Лошадь вновь дернулась в сторону, но на этот раз я правил еще увереннее. Никогда не был истеричкой, однако в этот момент сам удивился своим стальным нервам. Уверенность, что все будет хорошо, ярким пламенем разгоралась внутри.

— Дрох, не спать! Огонь! — скомандовал я.

— Есть! — воодушевившийся гуль спешно заряжал очередной патрон. Вот он приподнялся на колено и…

Я предельно четко осознал — прямо сейчас нужно резко увести телегу влево, что, не задумываясь, тут же и проделал. После раздавшегося выстрела вражеская пуля пролетела мимо нас.

— Спасибо, Господин… — ошарашенно пролепетал Дрох, снова поднимаясь на колено — после моего маневра он не удержался и рухнул в кузов. — Если бы не ты…

— Стреляй! — рявкнул я, с удовлетворением осознав, что очередной виток мигрени, усилившийся после последнего приступа чуйки, мигом пошел на спад, стоило мне услышать слова благодарности от гуля.

— Есть! — прогремел Дрох, спуская курок.

Сразу после выстрела лошадь едва заметно дернулась. Я же, глядя через плечо, на секунду застыл в недоумении. От преследователей нас отделяли не больше тридцати метров. Мой неожиданно меткий стрелок бил точно в цель, но пуля врезалась в прозрачную стену из теплого света. Это походило на… точно! На силовое поле из фантастических фильмов. А свет напоминал магию паладинов и жрецов в известной игре про военное ремесло. Эффектности добавляли похожие на молнии всполохи, растекающиеся по волшебной преграде от места столкновения щита и пули.

Спустя секунду, растеряв инерцию, пуля рухнула под копыта лошадей, но световой щит никуда не делся.

— Уроды! — процедил гуль. — Притащили с собой Младшего Паладина!

Паладина? Ха, да я угадал! Но радости от этой мысли немного. Расстояние сокращается на глазах!

— Господин, нам не уйти! — заявил Дрох, поглядывая назад и перезаряжая винтовку. Удивительно, но в голосе гуля совсем не слышно отчаяния. Когда он повернулся ко мне, я увидел в мутных глазах непоколебимую твердость и безграничную преданность. — Но они сами виноваты, что посмели преследовать вас, — произнес гуль, подтверждая мои мысли.

— Остановитесь и сдавайтесь! — приказным тоном проговорил один из преследователей, когда между нами оставалось всего метров пятнадцать.

— Стрелять бесполезно, — доложил гуль, подготовив ружье, — он все еще держит свой мерзкий щит.

— Бух! — раздался выстрел, и одинокая пуля пробила задний борт телеги.

— Сдавайтесь, если не хотите превратиться в решето! — проорали сзади.

Ну да, с десяти метров они бьют гораздо точнее. Ситуация реально принимает дурной оборот. В худшем случае пристрелят нас, в лучшем — могут попасть в лошадь. Коняшка падает, повозка наворачивается, мы летим вверх тормашками. Повезет, если не переломаем шеи, но определенно придем в себя уже окруженные дулами заряженных ружей.

Пока я размышлял, пара преследователей поравнялась с телегой слева. Первым, держа в левой руке фонарь, скакал высокий мужчина в сером кителе и фуражке. За ним следовал мужик в белом плаще. Одной рукой он сжимал поводья, другую держал поднятой. Я сразу понял, что его ладонь и есть эпицентр светового щита.

— Сдавайтесь, отродья! — повторил человек в белом. — Именем Великой Инквизиции, остановитесь!

Я уже решил, как поступить. Натянув поводья, начал тормозить телегу. Инквизитор и его «фонарик» проскакали вперед, а их место заняли еще двое парней в кителях, держащие ружья на изготовку. Хм, Дрох говорил, гарнизон тут слабый, а они умудрялись стрелять на полном скаку. С другой стороны, если вспомнить их меткость…

Телега проехала еще метров двенадцать прежде чем остановилась. С десяток людей выстроились вдоль левого борта. Шестеро держали нас под прицелами ружей, трое, не убирая фонари, в свободных руках сжимали револьверы. Ну и последний — Младший Паладин, он же инквизитор, прикрывал свой отряд практически прозрачным магическим щитом, напоминающим прямоугольный экран и подсвечивающим округу теплым светом. Собранные в хвост волосы Паладина были светлыми, в то время как у остальных головы своим цветом напоминали крашеный имбирь.

На мгновенье повисло тяжелое молчание, нарушаемое только громким пением сверчков.

— Дернитесь и превратитесь в решето, — холодном тоном напомнил хвостатый Палладин.

— Слышали уже, — кивнул я, сжимая в левой руке ножны катаны. Как и раньше, я почему-то не мог выхватить меч. В лучшем случае смогу использовать вместо дубины.

— Бросьте оружие, вылезайте из телеги и ложитесь на землю, — велел паладин.

— А если мы откажемся? — все-таки решил уточнить я.

— Превратитесь в решето.

Забавно, он что ли совсем недавно для себя это слово открыл? Или действительно думает, что многократно его повторяя, выглядит эффектнее.

— Прежде всего, — медленно наклонился к днищу телеги, чтобы аккуратно положить меч, — хотел узнать, почему вы вообще нас преследуете?

— Хм, — еще раз усмехнулся инквизитор, — мне вот тоже интересно. Давай проверим, — он повел шей и, вскинув свободную руку, проговорил: — Создатель наш величайший, очисти скверну силою своей, яви свой свет и тепло, пронзи тьму, заставь ее страдать и согрей наши праведные души!

— А-а-а… — захрипел Дрох, упав на колени и ладонями затыкая сморщенные, похожие на сухой инжир, уши.

Я скривился, невольно сжав кулаки. Моментально начало мутить, к горлу подкатила тошнота. Крепко сжав зубы, сдержал рвотный позыв и резко выдохнув, мотнул головой.

— Тч! — шикнул паладин. — Смог устоять против Святого Слова? Да вот только рожа твоя, отродье, не скрыла страданья. Это и есть ответ на твой вопрос! Ты — тот самый демон, который избил и ограбил случайно приютившего его фермера Говарда Лоусона! Ха! Демон… — попробовал он на вкус последнее слово и сплюнул под ноги. — Кто ты такой на самом деле? Слабенький чернокнижник, которого эти сучки попросили о помощи?

— Да как ты смеешь, светожопая псина! — придя в себя, зарычал Дрох. — Перед тобой самый настоящий демон! Ильяриз!

Солдаты, переглядываясь, зароптали.

— А ну замолчали! — рявкнул Младший Паладин и зло уставился на гуля. Когда шум поутих, он продолжил: — Мы уже слышали сегодня эту байку. И ни капли в нее не верим, — он выдохнул, покачав головой. Затем резким движением направил на Дроха указательный палец и «выстрелил» коротким теплым лучом.

— Ау-у-у… — застонал гуль, схватившись за плечо. Солдаты вновь зашуршали.

— Это тебе за «светожопую псину», — усмехнулся инквизитор и вновь смерил меня взглядом. — Ладно, не время и не место для пыток. Заберу вас в казематы Собора, там и поговорим. Ну что еще?! — рявкнул Паладин, повернув голову к ближайшему из своих сопровождающих.

— Господин Абель, — заговорил «фонарщик» с двумя «сопельками» на погонах, — сверчки какие-то странные.

— Сверч… что? — мгновенно напрягся инквизитор, немного опустив голову и прислушиваясь. Я тоже только сейчас заметил, что стрекот стал какой-то неестественно громкий и будто даже приближается к нам, — Святые угодники… — побледнел Паладин. — Кругом! К бою!!!

С силой потянув поводья своего жеребца влево, он начал разворачиваться. Световой щит на мгновенье исчез, но тут же возник с другой стороны, как только инквизитор завершил маневр. Появился как нельзя вовремя — из темного леса стремительно вылетела зеленая лиана с заостренным концом и врезалась в магическую щиту. В ту же секунду раздались выстрелы, так же не причинившие вреда солдатам.

— Щит! В стороны! — донесся из темноты голос, явно принадлежащий хрупкой девушке.

Краем глаза отметил, что на тракте началось какое-то движение. Повернул голову — в ночной тьме сумел разглядеть только тень со вскинутыми руками.

— Бух-бух! — прогремело два выстрела, и первый из солдат (один из «фонарщиков»), протяжно выдохнув, обмяк в седле. Его изумленная лошадь, заржав, вскочила на дыбы и понеслась во весь опор.

— Ловите ее! — скомандовала все та же невидимая глазу дама.

На тракт выскочили еще несколько фигур, заходя солдатам в незащищенный фланг. Снова выстрелы, крики, лошадиное ржание… действо происходило настолько стремительно, что я не успевал уследить за всеми деталями. Вот бойцы инквизитора в едином порыве стреляют в ответ, по-моему даже кого-то ранили. Вот, припустив лошадей, бросаются в атаку, выхватывая из-за пояса сабли… А их начальник всеми силами пытается удержать трескающийся полупрозрачный щит. Если бы не теплое свечение его магии, можно было бы подумать, что настырная колючая лиана пытается разбить воздух!

Дрох, тяжело дыша и все еще зажимая плечо, восторженно глядел по сторонам. Я же явственно ощущал, что должен что-то сделать. Нельзя просто так пялиться, будто зритель! Пусть я никогда не участвовал в боевых действиях, но что такое постоять за себя знал не понаслышке. Эти уроды стреляли в нас, угрожали, реально могли убить! И если я продолжу строить из себя шокированную девицу — буду чувствовать себя трусом, обязанным кому-то за свое спасение.

Именно с этой благородной мыслью я встал в среднюю стойку, тут же перешел в высокую и шагнул вперед, мгновенно нанеся удар. Через мгновенье сделал подшаг и выдохнул. Точно так же я вырубил Говарда — правда тогда бил в лоб, сейчас же враг получил по затылку.

Еще хлопок от удара не отзвенел в ушах, как лиана пробила лишившийся магической подпитки щит и насквозь прошила тело инквизитора. Тут же поспешила обратно, скрывшись в сумраке леса. Я глянул по сторонам — стремительный бой завершился полным поражением солдат.

— Зачем ты вмешался в магическую дуэль? — услышал недовольный женский голос, а через несколько секунд на тракт вышла и его обладательница. — Я бы и сама справилась, — буркнула она, перешагнув через тело инквизитора.

При неверном свете масляных фонарей не берусь утверждать, какого именно цвета был ее балахон. Скорей всего темно-зеленый. Лицо скрывает глубокий капюшон, осиную талию подчеркивает туго затянутая тесьма, на которой болтаются сумки и кожаные чехольчики с различными колбами. Опиралась девушка на длинный посох, больше похожий на обычную сухую посеревшую от времени ветку. Что еще можно сказать о ней? Хм, маленькая, тоненькая, а под просторным балахоном практически не видно груди. Не уверен, что она вообще у нее присутствует.

— Значит ты и есть этот, Ильяриз? — остановившись передо мной, волшебница презрительно хмыкнула и откинула капюшон. Ну что ж, миленькое личико, как и у остальных местных жителей, очень смуглая кожа и алые волосы, стянутые в косу. Отличались только ее глаза. Если у других поголовно цвет зрачков красный, то у стоящей передо мной — темно-зеленый. Это я умудрился рассмотреть, когда к нам подошел гуль с фонарем.

— Предположим, — кинув косой взгляд на восторженного водящего носом «фонарщика», я снова повернулся к собеседнице. Уверен, ей не больше семнадцати, а она уже лезет на передовую.

— Бах!

Раздался выстрел. Я изумленно повернул голову и увидел, как один из гулей добил лежащего на земле солдата.

— Вы задержались, — уделив выстрелу полвзгляда, девушка снова смотрела на меня. — И пришлось вас спасать. Ха! Удивлена, что демон, — просмаковала она последнее слово и скривилась, — не смог защититься от такого сброда.

— Инси! Не начинай! — к нам подлетел парень примерно моего возраста в широкополой шляпе и пончо. Шикнув на волшебницу, он улыбнулся и протянул мне руку для приветствия. — Меня зовут Джек, господин Ильяриз. Я один из двух компаньонов этой несносной девчонки.

— Эй! — возмутилась Инси, пнув Джека по голенищу высокого сапога. Тот ойкнул и в ответ дернул ее за косу. На сей раз уже девушка взвизгнула и отвесила обидчику звучного леща. Точнее попыталась отвесить — он поймал ее за запястье и показал язык. На что волшебница не растерявшись влепила коленом парню в самое драгоценное место. Протяжно выдохнув, несчастный сложился пополам.

— А ну прекратите! Что вы как дети малые! — к нам спешил еще один мужчина, на вид чуть старше Джека, с красноватой бородкой, а в остальном полностью похожий на стонущего и зажимающего промежность парня.

— Джон, я не виновата! — тут же заявила Инси. — Твой брат идиот первый начал!

Джон покачал головой, потрепал Джека по шляпе и отправил младшего помогать разбирать трофеи. Попросив нас отодвинуться, тот подарил бесчувственному телу инквизитора контрольный в голову и, согнувшись над ним, принялся ощупывать карманы.

— Не обращай внимания на них, Ильяриз, — обратился ко мне Джон, когда мы отошли немного в сторону. — Они любят подурачиться, — парень снова вздохнул, но, посерьезнев, тут же добавил: — Однако когда до доходит до дела, на них можно положиться!

— А это главное, — согласился я, чтобы хоть что-то ответить.

— Я тоже так думаю, — влезла в беседу Инси и, нахмурившись, начала буравить меня взглядом. Затем внезапно повернулась к Джону. — Я не верю, что он демон! — капризным голоском произнесла она. — Я говорила, что дважды сталкивалась с демонами! Они приходили за мной! Так вот, этот… — она запнулась, пытаясь подобрать нужное слово. Не успела — окрик Джека прервал ее размышления:

— Ребят, что могли собрали! — крикнул он, — Не думаю, конечно, что подкрепление из Куинза будет с минуту на минуту. Но точно будет. Давайте-ка возвращаться?

Окинув тракт пронзительным взглядом, Джон набрал полные легкие воздуха и скомандовал:

— По коням! Возвращаемся в Листвундский лес!

Глава 4. Листвундский лес

Осмотрев раненых (а кроме Дроха ранили еще двоих гулей), Инси заявила, что не станет тратить зелья на мелкие царапины.

Из десяти лошадей противника, гули умудрились поймать восьмерых. Еще две потерялись где-то в глубинах ночного леса.

— Если умные, смогут добраться домой, ну а коли нет — так хоть волков накормят, — усмехнулся Джек.

Своих скакунов отряд Инси (несмотря на авторитет Джона, именно она, по ее собственным словам, по праву сильного была здесь главной) еще до атаки спрятали в лесу. Сейчас же привязали поводья пойманных лошадок к своим седлам и наконец-то тронулись в путь.

Я мог бы ехать верхом, но решил пока что воспользоваться телегой. Как только почувствовал под спиной деревяшки днища, тело мгновенно расслабилось. Подтянул под голову мешок со шмотками Дроха и блаженно улыбнулся. Черт подери, как же я устал…

К чести гулей никто меня не тревожил, только с молчаливым восторгом поглядывали на мою царскую тушку. Посмотрев на лежащего рядом Дроха, я поднял глаза на облучок и уперся взглядом в гордую спину Хровна. Именно он привел подкрепление. Молодец, без него нам бы приш…

На этом месте я уснул, утонув в своих тягучих мыслях.

* * *

— Ильяриз, просыпайся! Эй! — сквозь сон пробился веселый голос Джека. — Подъем, засоня!

— Эй, человек! — пробубнил Хровн. — Побольше уважения к Господину!

— Точно! Не с церковнииком каким балякаешь! — поддержал товарища какой-то другой гуль.

— Ага! С друзьями своими так трещать будешь!

— За базаром следи, лысик!

— Вы чего, ребята? — удивленно выдохнул Джек. — Я ж всего-то…

— Хорош, оправдываться! Извиняйся давай!

От этого гомона сон как рукой сняло. Открыв глаза, я резко сел.

— Не ссорьтесь, проснулся уже, — проговорил я, оглядываясь. Телега стояла на обочине, рядом с бортом замерла лошадь Джека. Другие гули-верховые толпились здесь же. А Инси и Джон о чем-то энергично спорили чуть поодаль.

— Прости, что разбудил, — виновато произнес парень. — Но нам нужно разделиться и перегруппироваться, чтобы одной толпой лес не топтать. С разных сторон заехать, да телегу вашу к схрону отогнать. Сам понимаешь, если она и проедет, то такие следы сложно будет потом не заметить.

— Хорошо, — кивнул я.

Спустя секунд тридцать вожаки наконец-то договорились, как лучше разделить отряд. Мне посчастливилось оказаться в компании с Инси и двумя гулями. Наша группа была самая быстрая. Вторая, под предводительством Джона, наиболее медленная — там собрали всех раненных. Ну а задача третьей — спрятать телегу, что тоже займет определенное время. Поклажу семей Дроха и Хровна по-товарищески разделили между всеми гулями, а большую часть так и вовсе закрепили на свободных лошадях.

Ехавшая впереди Инси подсвечивала себе дорогу фонарем. Мой же конь — статный черногривый красавец, послушно шел за кобылой волшебницы, не особо раздумывая о выборе пути. Гули замыкали строй.

То путешествие не особо мне запомнилось — высокая трава, кусты, деревья, выступающие из темноты перед самым носом. Ничего выдающегося — обычная конная ночная прогулка через лесную чащу.

Инси не проронила ни слова за всю дорогу, правда несколько раз я ловил на себе ее подозрительный взгляд. Замечая, что я на нее смотрю, девушка морщилась и демонстративно отворачивалась. Что ж, откровенно говоря, у нее есть все основания так себя вести. Я бы тоже на ее месте не признал во мне демона. Так — обычный паренек, пусть и весьма симпатичный, с катаной в руке и в одежде гулей-рабов (свободные-то гули, как оказалось, щеголяли в людских нарядах). Ничего особенного. Однако мы слишком поздно встретились с Инси. Сейчас я уже сам уверен в том, что я — демон. Но как ее убедить? Да и нужно ли вообще убеждать? В любом случае кой-какую легенду для подстраховки я придумал.

Минут через тридцать, когда я уже откровенно клевал носом в седле, Инси рявкнула:

— Стоять! — вздрогнув, сам натянул поводья, сообразив, что слова девушки явно были адресованы мне, иначе жеребец бы «въехал» в ее кобылу.

Впереди, метрах в ста, сияли точки фонарей. Похоже мы наконец-то прибыли на базу. А чего тогда ждем?

— Это я! — крикнула волшебница. — Со мной еще трое.

— Проходите, — вежливо ответили ей откуда-то сверху. Хм, охрана? Неплохо-неплохо. Интересно, а если неизвестные приблизятся к границе лагеря, их сначала окликнут или сразу расстреляют из засады?

А еще спустя буквально пару минут, я расплылся в изумленной улыбке. Думаю, именно такое выражение лица бывает у детей, впервые попавших в Диснейленд. Глядя на открывшееся передо мной великолепие, невольно вспомнил поселения лесных эльфов, как их рисуют в играх и показывают в фэнтезийных фильмах. Все многочисленные «постройки» состояли из хитросплетения живых деревьев и лиан. Всюду виднелись корни, листья, и даже проглядывали распустившиеся цветы. Это на земле, но ведь были дома и в воздухе! На толстых ветках громадных деревьев, словно плетеные корзинки, располагались другие жилища.

— Нравится? Ха! Все я сама сделала! — заметив мой восторг, похвасталась волшебница. — Ладно, хорош рот разевать, идем!

Нас встретили двое гулей, почтительно поклонившихся великому мне и поблагодаривших Инси за то, что привела мою демоническую тушку. Волшебница с радостью передала меня на их попечение и поспешно скрылась между деревьями. А вот два гуля из нашего отряда вместе с присоединившимися восторженным квартетом сопроводили меня до моих хором.

Да уж, приятно, когда тебя ждут. Уверен, несмотря на всю внешнюю красоту, спальные места в поселении ограничены. Мне же достался отдельный дом — плетеный шатер-полусфера, метров пять в диаметре. Внутри стол и стул (вполне обычные, видимо трофейные), небольшая тумбочка, у стенки матрац с меховым одеялом и подушкой. Дверной проем закрывает тканное полотно, точно такое же болтается на окне, крайне слабо защищая от комаров и мошек.

Не особо удивившись, что за «дверью» остался дежурить один из гулей, я повалился на лежак. Инси сказала, что «разговаривать будем утром». Пусть так, значит есть несколько часов, чтобы отдохнуть.

Повернув голову, посмотрел на развалившегося рядом с подушкой Юру. Не удержался и погладил хомяка по мягкой шерстке, тот потянулся во сне и слабо улыбнулся.

— Спасибо тебе… — прошептал я, — ты принес в мою жизнь хаос, и за это я только благодарен. Обещаю, сделаю все, что в моих силах и даже больше, чтобы вытащить тебя из этой страной комы. А потом вернемся домой и будем решать, что делать дальше.

Напоследок взглянув на мешок с изумрудами и катану у матраца, я закрыл глаза и быстро заснул.

* * *

Проснулся сам. Открыв глаза, потянулся, погладил посапывающего Юру и поднялся на ноги. Снаружи было шумно. Осторожно выглянул из своего шатра.

— Господин, — поклонился гуль — совсем не тот, что оставался здесь ночью, видимо, новая смена. — Скоро будет завтрак. Позвольте проводить вас к умывальнику, а затем в столовую, — учтиво произнес он.

— Идем, — усмехнулся я, откровенно наслаждаясь оказываемым сервисом.

Да уж, безумно приятно ловить на себе почтительные взгляды. Каждый встречный поперечный гуль спешит поклониться да пожелать чего-нибудь хорошего. В отличие от людей, которые, к моему удивлению, тоже жили в лагере, хоть и в гораздо меньшем количестве.

— Это наемники, Господин, — протягивая полотенце, ответил на мой вопрос Рогх — гуль-сопровождающий. Я вытер лицо и потер шею. — Их немного, но на большее пока нет средств.

— А откуда деньги? Из запасов вашей Лисанны? — с интересом посмотрев на прошедшего мимо черноволосого мужчину спросил я. Наемники выглядели странно — коричневые кожаные доспехи, за поясом ятаганы и металлические трубки. Бьюсь об заклад, это какой-то вид духового оружия.

— Не только, — с готовностью отозвался Рогх. — Большая часть средств из запасов Уважаемой Инси.

— О? — удивился я. — Так эта мелкая ведьмочка — богачка?

Гуль позволил себе легкую улыбку:

— Не совсем, Господин. Просто их трио на сегодня — лучшие воры во всей стране, — гуль задумался и неуверенно продолжил. — Если конечно, уместно давать такое звания.

Ведя светскую беседу, мы шли к самому крупному в поселении сооружению — длинному не то ангару, не то навесу, состоящему из изящных арок, укрытых зеленым ковром. Сквозь центральный проем было отлично видно массивные обеденные столы.

Оказавшись внутри, я стал свидетелем забавной картины — гули повскакивали со своих мест, явно боясь оскорбить великого меня прижатыми к скамейкам задницами.

Пока Рогх вел меня к самому дальнему из столов, я кланялся как болванчик налево и направо, здороваясь с присутствующими. В конце столовой уже разместилось знакомое воровское трио, и неизвестные мне личности: дряблый старый гуль, как и его собратья, приветствовавший меня стоя; статный мужчина с благородной седой бородой, в которой все еще проглядывались красные волосы; и притягивающая взгляд красавица в вишневом платье без каких-либо украшений. На вид ей около двадцати трех, миндалевидные глаза на смуглом лице, обрамленном темными волосами цвета воронова крыла, собранными в аккуратный хвост. Черноволосая? Не местная что ли? А цвет глаз, как у остальных. Но меня, как ценителя женских прелестей, покорили не они, а пухлые грубы и пышная грудь красотки. Таких идеальных пропорций груди и талии я никогда раньше не встречал у живых женщин, только в аниме да компьютерных играх. Вот что значит другой мир…

— Йо! Спящий! Явился — не запылился? — махнула рукой волшебница, за что мгновенно удостоилась осуждающих взглядов всех присутствующих в столовой гулей.

— Уважаемая Инси, я попросил бы вас не разговаривать с Господином Ильяризом в таком тоне, — повернувшись ко мне, старый гуль почтительно склонил голову. — Для меня честь приветствовать вас, Господин.

Широко улыбаясь, из-за стола встала и обворожительная девушка. Вслед за ней встал и седобородый. Посмотрев на этих двоих, а затем хмыкнув, решили размять ноги и Джон с Джеком. Осознав, что во всем зале сидит теперь только она одна, Инси, насвистывая незатейливый мотивчик, начала демонстративно разглядывать листики на потолке.

— Прошу вас простить поведение моей подруги, — наклонила голову красотка. — Она еще ребенок и многих вещей не понимает, — услышав это, волшебница нарочито громко фыркнула.

— Думаю, вы, Госпожа, — я лучезарно улыбнулся, — в ее возрасте вели себя как и подобает истинной леди. А ведь это было совсем недавно. Год назад? Хотя нет, чего это я? Не больше полугода.

— Вы мне льстите, Господин Ильяриз, — кокетливо прикрыла улыбающийся ротик ладошкой девушка.

— Можно просто — Илья, Госпожа, — наш обмен улыбками продолжался.

— Тогда и вы обращайтесь ко мне по имени — Лисанна.

— С удовольствием, — обозначил легкий поклон и окинул взглядом зал. — Господа и дамы, рад вас всех видеть. Предлагаю всем сесть уже на свои места и вернуться к трапезе.

— Только после вас, Господин, — проговорил старик-гуль, указав на место во главе стола. Да уж, интересно, мои «фанаты» настояли, чтобы демону выделили самое козырное место или Лисанна сама так решила? Похоже, кроме привлекательной внешности, у нее есть еще и ум. Дурочки самостоятельно восстания не поднимают, по крайней мере, успешные. А действия повстанцев на данный момент «провальными» язык не поворачивается назвать. Чего стоит только укрепленная база, которую до сих пор не обнаружили правительственные войска. Или ночная вылазка, по числу убитых врагов завершившаяся со счетом десять-ноль.

Все эти мысли табуном пронеслись в голове, пока я шел к приготовленному для меня месту. В едином шумном порыве после меня расселись по местам и остальные. В абсолютной тишине все присутствующие глядели, как гуль-разносчица ставит передо мной тарелку с жареными овощами и мясом, а затем наливает вино. Не слабый такой завтрак… Хотя, по-видимому, сейчас мы что-то празднуем.

Неторопливо приступил к еде. Постепенно и мое ближайшее окружение вернулось к своим тарелкам. Не считая, конечно, Инси. Волшебница начала демонстративно набивать брюхо еще во время нашего с Лисанной приятного словоблудия. Всего за несколько минут зал ожил и наполнился звоном столовых приборов и звуком голосов, хоть я то и дело ловил на себе любопытные взгляды.

— Передайте мои комплименты вашему повару, Лисанна, — немного набив брюхо, решил я разрядить обстановку и на нашем пятачке.

— Всенепременно, Илья, — наклонила голову девушка.

— Кормежка тут знатная! — как мечом, махнул вилкой Джек, соглашаясь с моими словами.

— Где ваши манеры, юноша? — строго одернул его бородатый мужчина.

— Ой, простите, Генри, — смутился парень.

Лисанна мило рассмеялась. Мы с Джоном тоже не стали держать каменные лица. Глядя на меня, будто получив разрешение, хохотнул и гуль-старик. Не считая отрицательный элемент в лице юной волшебницы напряжение за столом спало.

— Илья, позвольте представить вам моего верного друга, защитника и воспитателя — Генри, — указала здешняя хозяйка на пожилого бородача.

— Очень приятно, — поклонился я.

— Взаимно, — ответил мужчина и зачем-то пояснил: — Я был дворецким в доме Милье, — вежливо кивнул в сторону Лисанны, — в третьем поколении. И, видимо, в последнем. Я не смог помочь Госпоже защити…

— Генри, прошу вас… — девушка ласково положила ладонь на руку мужчине. Тот, кивнув, замолчал. Она вновь обратилась ко мне: — Генри — мой личный телохранитель. Он — один из лучших фехтовальщиков в округе! — с гордостью заявила девушка. Улыбнувшись, она указала на гуля-старика, аккуратно отрезающего ножом кусок сырого мяса на свой тарелке. — А это Старейшина Горх. Наши друзья-гули избрали его своим уполномоченным представителем.

— Для меня честь сидеть с вами за одним столом, Господин, — в очередной раз поклонился старик.

Говорят, «терпение лопнуло, как мыльный пузырь». Очень подходящая формулировка для того, что произошло в следующую секунду. Видимо окончательно устав от наших любезностей, Инси с силой ударила обеими ладонями по столешнице и под звон посуды вскочила на ноги:

— Может вы его еще в зад чмокните, а?! — гневно выпалила она. — Какого лешего вы носитесь с ним, как дурни с писаной торбой?! Уже и в рот заглядываете этому самозванцу!

В зале снова повисла звенящая тишина. На это раз она давила так сильно, что казалось, вот-вот с дребезгом начнут лопаться стаканы. Я неторопливо обвел взглядом всех присутствующих. Да уж, гули беззвучно скалятся и прожигают волшебницу расширенными от гнева зрачками. Некоторые едва сдерживаются, сгибая пополам свои металлические ложки.

— Инси, — вкрадчиво проговорила Лисанна. Будь я впечатлительнее, от ее тона покрылся б мурашками, — ты перегибаешь пал…

— Это ты перегибаешь, Сестрица! — возмутилась девушка, не дав ей договорить. — Вы что, все ослепли? Да какой из него демон? Он же…

— ИНСИ! — на сей раз Лисанна уже не выдержала, резко поднявшись на ноги. Вслед за хозяйкой вскочили гули и Генри. Кроме меня сидеть остались лишь немногочисленные наемники за соседним столом. Братья, Джек и Джон, оторвались от скамеек, обреченно покачав головами и вздохнув.

— Что Инси? — не унималась волшебница. — Инси — единственная, кто не повелся на смазливую рожу и сладкие речи этого циркача! Покривлялся немножко от Святой воды, а вы ему уже в ножки кланяться готовы? Вас же разводят, как детишек малых!

— Да как ты смеешь? — зашипели гули.

— Не доросла еще оскорблять Господина Ильяриза.

— Мерзкая человеческая девчонка! Она такая же, как и большая часть лысиков!

— Что б у тебя язык отсох от таких речей!

Протяжно выдохнув, Лисанна подняла руку. Через несколько секунд на ее лице проступило искреннее недоумение. Похоже, она была уверена, что этот жест прекратит перепалку, однако гул возмущения продолжал нарастать.

Тогда я решил действовать. Встал из-за стола и так же, как Госпожа Милье, поднял руку. За пару секунд шум полностью стих, а я на миг ощутил приятную легкость в теле.

— Друзья, — улыбнувшись, заговорил я, — не злитесь на Инси. У нее нет дурных намерений. Она делает то, что, по ее мнению, пойдет на пользу всем. Пусть сейчас и ошибается.

— П-ф-ф… ну-ну… — вздернула носик волшебница.

— Инси, — сосредоточил на ней пристальный взгляд, — не совсем понимаю откуда столько негатива в мою сторону? Ведь я ничего плохого тебе не делал и никого не обманывал. Я на самом деле демон, можешь спросить у гулей. Они нас по запаху отличают.

Волшебница нахмурилась:

— То, что одному из гулей показалось, будто от тебя пахнет хрюкжусом, я уже слышала. И это говорит только о том, что кое-кто порой забывает помыться!

— Инси… — почти прорычала Лисанна, — ты лезешь в бутылку. Если бы запах шел… от тела, полагаю, и люди бы его чуяли.

— Верно, Уважаемая Лисанна, — сухо проговорил Горх, буравя гневным взглядом волшебницу. — Запах идет от сути! И каждый гуль его чует. Подтвердите мои слова? — поднял глаза на товарищей.

— ДА! — синхронно рявкнул зал.

— Вот видишь, — улыбнулся я Инси, когда присутствующие снова притихли. — Всех не обманешь.

— Ха! Думаешь, выкрутился? Хорошо, если ты демон — представитель Старшей Расы, расскажи, какое твое родовое умение? А персональное?

На мгновенье я растерялся, но мозг быстро подсунул вариант ответа. Правда озвучить его я не успел.

— Молчишь? — хищно щурясь, наседала на меня девица. — Ну конечно. Это же секрет. Удобно, не правда ли? Сказал, что тайна, и все — взятки гладки!

Хм, какой бы одаренной для своих лет не была эта ведьма — гроза местных банков, подросток и есть подросток. Провалы в логике, неуместные фразы — сам только недавно избавился от подобного. Хочется верить, что точно избавился.

— Ты права, — серьезно кивнул я. — Это родовая тайна, и я не смею ее нарушать, — использовал я вываленую болтушкой информацию. — И, опережая твой вопрос, — она уже открыла ротик, чтобы выдать очередную порцию обвинений, — я не могу сказать, к какому роду принадлежу. Мои отношения с родней не самые простые и касаются только меня. Надеюсь, это понятно? — обвел взглядом зал, гули энергично закивали. — Вот и славно.

— Тьфу! — скривила личико волшебница. — Действительно, хорошо устроился! Хоть что-нибудь ты вообще можешь о себе рассказать? Откуда пришел, например,?

— Хм… — я нарочито долго почесывал щетинистый подбородок. Забавно, как сильно бомбит у этой малышки. — Могу, — медленно проговорил, когда девушка едва ли не скалиться начала, а гули егозили на скамейках в нестерпимом желании услышать рассказ своего Господина. — Из другого мира. Как и многие демоны. Мой фамильяр открыл портал, и я явился вам!

Гули мгновенно загомонили:

— Я ж говорил, он пришел из Преисподней!

— Из самой Преисподней, ну надо же!

— Значит она действительно существует?

— А ты сомневался? Откуда по-твоему демоны берутся? Не людские бабы же рожают!

Ну и так далее, и в том же духе. Моих фанатов новость, подтверждающая «неземное происхождение» моей тушки сильно взбудоражила, ведь она еще раз подтверждает, что я — «настоящий демон», хотя они и «не сомневались».

Но ладно гули, с ними и так все понятно. Однако и люди с изумлением и восторгом пялились на меня. Даже мелкая стервочка прониклась.

— У тебя действительно есть фамильяр? — недоверчиво спросила она.

— Да, — улыбнулся я. — Пойдем в мой шатер, так уж и быть, покажу тебе своего фамильяра.

— Ты обещал, — буркнула Инси.

— Я тоже была бы не прочь посмотреть… — глядя чуть в сторону, проговорила Лисанна. Кажется, навязываться в лоб ей показалось неприличным.

— Конечно, — хмыкнул я.

— И я, Господин, если позволите, — склонив голову, почтительно проговорил Горх.

— Ну и мы за любой кипеш! — братья тоже решили поучаствовать.

В конечном итоге пришлось наспех заканчивать с завтраком, ибо всей нашей компании не терпелось познакомиться с Юрой. Минут через пятнадцать все, будто в утреннюю маршрутку, набились в шатер. Хорошо, немного преувеличил, в маршрутку бы весь лагерь уместился. Но всемером в моем временном жилище оказалось реально тесновато.

— Вот, его зовут Юра. Мой фамильяр, — на вытянутой ладони я протянул к гостям хомячью тушку.

— Крепко спит! — усмехнулся Джек, ткнув пальцем в меховой бочок.

— Эй, Не обижай маленького! — возмутилась Лисанна.

— А то оторву твою грязные пальцы! — поддержала ее Инси.

Затем снова посмотрев на грызуна, девушки одновременно расплылись в умиленной улыбке.

— Мышь ваш здоров, Господин, — внимательно глядя на Юру, проговорил Горх. — Только не могу взять в толк, с чего так крепко спит? — гуль посмотрел на меня вопросительно. — Какое-то проклятие?

Вслед за стариком и остальные присутствующие подняли на меня глаза. В черепной коробке проскакал табун мыслей о том, как лучше поступить и что ответить. Решил не темнить, но и не болтать лишнего:

— Он такой с тех пор, как перенес нас в ваш мир. — ответил я и, подумав с секунду, добавил: — Уже три дня.

— И ты не знаешь, как привести его в чувство? — уперла руки в бока Инси.

Мне хотелось соврать, но проснувшаяся чуйка велела быть предельно честным.

— Верно, — кивнул я.

— Ха! — не сдержалась волшебница, выпятив свою равнину, на которой когда-нибудь может-быть еще взрастет нормальная грудь. — А вот я знаю, что нужно делать! — торжествующе заявила она.

Возможно, на миг я и изменился в лице, но быстро взял себя в руки и спокойно спросил:

— Не подскажешь? Буду премного благодарен.

— Хы… подскажу, — оскалилась девица, накручивая на пальчик прядь волос. — Или нет!

— Инси, — строго спросила Лисанна, — мы должны помогать друг другу!

— Ха! — в очередной раз демонстративно усмехнулась мелкая. — Точно! Помогать, — повернувшись, ткнула ногтем указательного пальца мне в грудь. — Давай так, — впившись взглядом мне в лицо, заявила она, — завтра ты помогаешь нам, а я потом помогу тебе!

— Инси… — неуверенно пробормотала Лисанна, опустив глаза.

— Ну а что, Сеструх? — возмутилась волшебница. — Уверена, ты сама хочешь об этом попросить. Даже если этот тип, — кивок в мою сторону, — просто в уголке постоит, гули возрадуются и окрылятся неистовым боевым духом. Верно я говорю, деда Горх?

Старейшина поморщился и покачал головой:

— В словах ваших, Уважаемая Инси, истинная правда. Но мне не нравится, каким именно образом вы ее выражаете.

— Да-да, конечно! — отмахнулась волшебница, снова повернувшись к Лисанне. — Ну че, Сеструх, решай! Берешь его с собой или нет? — снова небрежный кивок в мою сторону, будто моя скромная персона и вовсе не присутствует при разговоре.

— Ну а что? — подал голос Джек. — По-моему идея здравая, — завертел он головой в поисках поддержки.

— Согласен, — кивнул Джон.

Пока что я молчал, ожидая решения местной хозяйки. Что бы они не затевали, если минимальные требования ко мне — простое присутствие, то я согласен. Ну задержусь тут еще на денек, что в этом такого? Мне самому интересно, а без помощи той же вредины-Инси Юру не разбудить. Уж в этом я уверен. Единственный минус — те, кто остался на Земле. Мама точно волнуется. Но с ней дядя Гена, а вместе они, очевидно, знают о моем происхождении куда больше, чем я. Стало быть…

Хотя из-за этого знания могут и волноваться сильнее…

Но, с другой стороны, сами виноваты, что не рассказали мне обо всем, что я должен знать, заранее. И еще предстоит выяснить почему. А пока я с радостью продолжу открывать для себя новые миры и собственные тайны. Ну а они там пусть продолжают переживать и думать о своем поведении. Хм, как-то по-детски звучит. Но в любом случае прямо сейчас на Землю я не могу вернуться. Силой выбивать секрет крепкого сна хомяка у волшебницы я уж точно не стану.

— Ум-м… друзья, — слегка покраснев, произнесла Лисанна, обращаясь к своим товарищам, — оставьте нас, пожалуйста, с Господином Ильяризом наедине. Нам нужно обсудить детали завтрашнего мероприятия.

— П-ф-ф! — закатила глаза Инси. — Идемте, балбесы, — махнула она рукой братьям, — у нас еще куча дел.

— Эй, следи за языком, мелкая! — возмутился Джек, вслед за волшебницей направляясь к выходу.

— Господин, — Горх поклонился мне. — Уважаемая Лисанна, — поклон девушке, и гуль тоже оставил нас.

— Госпожа, может не… — начал было Генри, но положив руку на плечо старому дворецкому, Лисанна прервала его улыбкой.

— Все хорошо, ступай и ты.

Мужчина поклонился ей, затем коротко кивнул мне и вышел. Мы остались вдвоем. Девушка не решалась поднять взгляд, я же, не стесняясь, наблюдал за ней. Помнится, Дрох говорил, что здешняя хозяйка — «девонька нетронутая». Всякое может быть, конечно… но глядя на эту, по местным меркам, либеральную вольнодумку, начинаешь сомневаться в «нетронутости». А даже если и «нетронутость» присутствует, сдается мне, Госпожа Милье не прочь бы от нее избавиться.

Хм, предложить ей помочь с этим, что ли? Да нет, пока рано. Нужно Юру сначала в чувства привести, а то если запахнет жареным, и слинять некуда будет. Но помочь бы хотелось…

— Илья… — робко проговорила она, откинув прядь черных волос с лица. — Вы ведь поможете?

Оба на?! Серьезно? Даже так? Сама предлагает?

— Вы ведь присоединитесь к нашей атаке? — продолжила Лисанна. Я разочарованно выдохнул. Черт, она все-таки о делах. Нужно собраться с мыслями, и пустить кровоток в мозг! Но блин, какая же обворожительная дама наедине со мной в моем шатре. У меня, конечно, бывали разные девушки, но им, как оказалось, далеко до Лисанны.

Все! Стоп! Соберись! Конечно, долгое воздержание вредно для молодого организма, и мой поезд застоялся в депо, но на первом месте дела!

— Да, — наконец-то ответил я.

— Правда? — обрадовалась Лисанна.

— Да, — пришлось повторить, жестом предложив ей присесть на стул. Сам же сел на лежак.

— Но почему вы это делаете? — осторожно поинтересовалась девушка. — Только ради вашего питомца? — она скользнула взглядом по Юре, мирно сопящем рядом с моей подушкой.

— То есть? — я не понял вопроса.

— Ну… — замялась девушка. — Понимаете… я вообще не очень-то верила в демонов, — неожиданно призналась она. — До вчерашнего дня. Но когда к нам прибыл Хровн со своей семьей и семьей Дроха, и начал с горящими глазами рассказывать о пришествии демона Ильяриза, остальные гули мигом ему поверили и настояли на том, чтобы встретить вас. Как вы понимаете, не зря.

Слушая девушку, я отметил забавный факт — люди не знают, где располагается база Лисанны, в отличие от гулей, служащих этим самым людям. То есть свободные гули при случае рассказывают гулям-рабам, куда бежать и где райские кущи? И даже если гуль не решается сбежать от хозяина, он никогда не предаст товарищей и в худшем случае унесет тайну с собой в могилу? Хм, такой сильной веры в ближнего я раньше не встречал.

— Да, благодарю, — ответил я, когда девушка замолчала. — Так теперь ты веришь, что я демон?

— Да, — ошарашенно кивнула Лисанна, — Я верю! Поэтому и… — снова замялась, — удивляюсь, что ты так легко согласился. Пусть я раньше и не верила, но слышала легенды, — она опустила глаза. — «Демоны лгут». «Демоны ничего не делают просто так». «Демонам нельзя доверять». Во всех историях раз за разом повторяются эти истины. Но то, что мы хотим провернуть, очень рискованно. И нам действительно не помешает твое присутствие. Я с самого утра говорила с Дрохом. Он удивил нас рассказом, что первым выстрелом в своей жизни умудрился убить человека. Ночью. На большом расстоянии. Ни для кого не секрет, что у гулей талант к дракам в любом их проявлении. В давние времена только за счет численности, Святой воды и Ордена Великой Инквизиции, люди смогли подчинить их. Мы привыкли к тому, что они быстро учатся владеть любым оружием. Но чтобы с первого раза… — она покачала головой и только сейчас подняла глаза. Заглянув мне в лицо, вкрадчиво произнесла: — Это все из-за твоего присутствия! Ведь свою особенность гули объясняют именно тем, что создавший их предков алхимик, был могущественным чернокнижником. То есть использовал силы демонов! И может быть даже был слугой одного из демонов! Понимаешь? Поэтому гули верят, что и в их жилах есть отголоски демонической крови, позволяющей им быстро овладевать любым оружием.

Девушка замолчала, а я переваривал услышанное. Хм, ведь мне тоже довольно легко даются боевые искусства. Тренера говорили, что у меня талант. Значит, дело всего лишь в крови. В этих…

— Отголоски… — задумчиво повторил я. — Это ведь не просто слово?

— А? — удивилась Лисанна. — Ты не знаешь, что такое отголоски?

Упс! Твою ж мать! Опасно! Чуть не спалился!

— Знаю, — как можно непринужденнее отозвался я. — Просто хотел понять, насколько о них известно в вашем мире.

— А… — смущенно улыбнулась девушка. — Ну я в этом не спец… — отвела глазки в сторону. — Лучше тебе проэкзаменовать Инси. Она больше разбирается в теме.

— Хорошо, — кивнул я, решив пока не тревожить лишний раз волшебницу. Уж кого-кого, а ее за нос водить будет сложнее. — Ладно, я понял, что ты хочешь, чтобы я присутствовал на вашем этом… деле. Что тебя смущает?

— Плата… — покраснев, произнесла она. — Что ты попросишь взамен? Душу? Или… — она совсем заалела, а из ушей красавицы едва ли не повалил пар.

И знаете что? Было очень сложно не воспользоваться моментом. Ну реально, демон я или мимо проходил? Попросить за услугу невинный цветок красавицы — вполне в духе этих их сельских стереотипов. И она, что главное, не откажет. Принесет себя в жертву высшим силам ради светлой либеральной идеи всеобщего равенства и процветания бедных, несчастных, угнетенных гулей. Эх, нравятся мне такие искренние люди. Но ее родителям повезло, что не дожили до того момента, когда, нахватавшись новомодных идей, дочура похерила мощный семейный бизнес.

— Давай так, — обуздав себя, произнес я, — пока я согласен просто поприсутствовать, тем самым поднимая боевой дух гулей. Платой за это будет помощь Инси моему хомяку. Но если мне там придется что-то делать, может даже сражаться, это будем считать сверх нормы. Требовать ничего не стану, но от бонуса не откажусь. Надеюсь, я понятно выражаюсь? — потупив глазки, девушка покорно кивнула. — Вот и славно. А теперь давай, рассказывай уже детально, что вы там хотите такое выдающееся провернуть?

* * *

Размеренный цокот копыт отражался от высоких каменных стен. Хмурясь, как грозовое небо, Эстр шагал по мраморному полу черного коридора. Он выглядел, как всегда, безупречно: черный хауберк из шкуры Вельзальской гидры плотно облегал могучее тело. Из-за широких плеч сатира выглядывали рукояти парных клинков.

— Г-р-р… — прорычал себе под нос Эстр, мотнув кудрявой рогатой головой, и приложил к губам фляжку с вином. Капли лилового напитка смочили бородку, но бывший Магистр-Паладин плевать на них хотел.

Он нервничал.

Бывалый воин чувствовал себя зеленым юнцом перед аудиенцией с ним. С главой тех, кого не существует. С гроссмейстером одного из сильнейших тайных орденов всей Оси Руарк-Поркских Миров.

Эстр грязно выругался и опустошил фляжку. Сатир подумал, что мог бы сейчас резвиться в борделе, рассовывая монеты в бездонные прелести нимф, дриад, эльфиек. Мог бы побаловать себя кицуне или юки-онной, а мог бы и вовсе нажраться да снять троллиху, главное, чтоб как прошлый раз со стремянки не рухнуть.

Но нет. Сперва он… Третий брат главы клана Люцифер, как и многие младшие сыновья, отказавшийся от богатой, но бесперспективной жизни аристократа ради карьеры в Ордене. И среди всего многообразия Орденов этот Архидемон выбрал именно тот, в котором сейчас и служит бедняга Эстр.

Сатир остановился перед огромными восьмиметровыми позолоченными дверьми, украшенными дюже подробными сценами жертвоприношения. Двери распахнулись сами собой.

— Входи, брат мой! — раскатисто прогремел голос гроссмейстера.

Сатира бесила любовь его босса давить на подчиненных. На столь огромном пространстве, как уже пройденный длиннющий коридор или же сам тронный зал, способный вместить небольшое войско, кроме них двоих никого не было. А ведь в редких случаях, когда Архидемон в приподнятом настроении, здесь закатываются такие пиры, что многим древним кланам остается лишь молча завидовать в сторонке.

Эстр украдкой взглянул на черный трон. Мощь, от которой почти явственно трещал воздух в зале, никак не вязалась со смазливым личиком зеленоглазого брюнета в изумрудном бархатном камзоле. Такому бы девиц клеить…

— Приветствую тебя, гроссмейстер, — сатир покорно склонил голову, остановившись в десяти метрах перед троном.

— С чем пожаловал? — тон Архидемона сменился на заигрывающее-дружелюбный. Однако и кобра может шипеть по-товарищески, пока подползает к твоей шее. Уж Эстер-то знал, на что способно сидящее перед ним существо.

— Нам удалось добыть кольцо Лукреции Очищающей, — не поднимая головы, доложил сатир.

— Вот как? Молодцы! Горжусь вами. Но только… — Архидемон взял паузу, от которой сердце Эстера едва не пробило грудную клетку. — Я не слышу искренней радости в твоих словах, — холодно закончил Элигор Люцифер.

Поборов сковавший горло лед, сатир тихо буркнул:

— Не нравится воровать у своих…

— Ах вот как, мой маленький братец… — умиленно просюсюкал носитель великой демонской фамилии. — Ну что же ты такое говоришь, а? Пусть ты и был Магистром-Паладином в Великой Инквизиции, но, попав в Черную Инквизицию, ты получил повышение и оставил прежних неудачников за спиной. Ну да бог с ними, — гроссмейстер Элигор мигом посерьезнел, от чего по мохнатой спине сатира пробежали мурашки. — Что с жертвой? Вы так и не поймали бастарда с Земли.

Эстр ждал этого вопроса. Именно из-за сего недоразумения он так не хотел докладывать об успехе с кольцом.

— Н-н-нет… — тихо проговорил сатир.

Элигор медленно сжал кулаки, раздраженно выпуская волну ёки. Эстр попятился, невольно закрыв лицо руками. Каким бы высоким не был его бойцовский ранг, против соперника с высочайшим рангом, да еще и представителем Старшей Расы, ему не выстоять.

— Фух… — раздраженно выдохнул гроссмейстер и размял затекшую шею. — Достойную замену беглецу мы не найдем, — буднично проговорил он. — Мне ли не знать, на что потенциально способен этот малец. Идеальный ублюдок! Но нет… — почувствовав, что снова начинает злится, Архидемон протяжно выдохнул и успокоился. — Продолжайте следить за всеми, с кем он связан на Земле. И давайте уже, напрягитесь, да распутайте межпространственный след!

«Кабы мы могли…» — подумал Эстр, но вслух произнес:

— Будет сделано, гроссмейстер.

Глава 5. Первая кровь

В длинном сером платье по фигуре и кокетливой шляпке Инси чувствовала себя неуверенно. Особенно волшебнице не хватало ощущения родного посоха. Пусть не в руке, но на спине-то он точно должен быть. Ан нет — обычной горожанке, прогуливающейся по улицам Куинза со своим кавалером, не к лицу таскать с собой сухие коряги. А как хотелось бы вернуть посох и сменить эту модную обертку на привычный балахон. Ведь он не просто тряпка! Артефакт! Подаренный покойной Наставницей…

Инси поймала на себе изучающий взгляд проходящего мимо мужчины в дорогом камзоле. Кто б знал, каких усилий девушке стоило, чтоб не скривиться. Да как ему совесть позволяет пялиться так нагло?!

На секунду суровая волшебница почувствовала себя беззащитной девочкой и невольно прижалась к локтю своего кавалера. Но тут же взяла себя в руки.

«Я — маг! И пусть разрядилась, как модная девица, слабее от этого не стала! Не первый раз мне из себя леди строить. Всего лишь очередной заказ… Черт, проще было бы разнести все к лешему, да силой забрать то, что нужно!».

Инси разозленно выдохнула.

— Успокойся, — тихо усмехнулся ее кавалер. — Я слышал, ты — одна из лучших грабителей в этой стране. Чего тогда нервничаешь? И прижимаешься ко мне так, будто мы не изображаем пару, а действительно всю ночь предавались любви? Хотя, для полноты образа — самое то.

Подняв глаза, Инси хотела вдарить по наглой роже, но сдержалась. Она — профессионал. Нельзя поддаваться эмоциям.

«Но каков подлец! — клокотало у девушки в груди. — Если бы не Сеструха…»

Инси не понимала, почему вынуждена терпеть сраного афериста в своем отряде. Ясно, что он положительно влияет на гулей, и Сеструха хочет это использовать… Но так брала бы его с собой! Нет же, дала мерзкому типу право выбора. Спросила, какое место в плане хочет занять. А он?! Ух, бесит!

Но его участие важно… Странно, но за этого парня гули готовы надрываться сильнее, чем за собственную свободу!

Пройдя мимо двух болтающих женщин, пара остановилась возле кованых ворот Собора, пропуская шумную семью с детьми. Сегодня будний день, поэтому прихожан мало, но это совершенно не означает, что зал будет пуст. К тому же, там уже должны собираться остальные.

— Не переживай, — услышала Инси уверенный голос своего кавалера, невольно удивившись отсутствию в нем издевки и надменности. — Все будет хорошо. Я верю в вас. И в ваш план.

* * *

План мне совершенно не нравился. Точнее его суть. А суть сегодняшней вылазки в необычном заказе. По словам Джона к ним часто обращаются те или иные заинтересованные лица с просьбой что-нибудь украсть. За выполненный заказ хорошо платят…

Сейчас же обещали просто космическую награду. Если нам удастся добыть «то, что нужно», войско Лисанны на полгода сможет обеспечить себя провизией и оружием, а также пополнением в виде армии наемников. И тогда за последующие шесть месяцев при плохом развитии событий, Лисанна подомнет под себя не только округ, но и целую провинцию. При хорошем же… Джон не сказал, что будет, просто сплюнул три раза и постучал по дереву. Забавно было наблюдать привычные суеверия в чужом мире.

— Слушай, а почему вы, вольные стрелки, вообще решили спонсировать всю эту освободительную борьбу? — сидя вчера вечером у костра, спросил я Джона.

— А почему бы нет? — хмыкнул он. — Мы трое — сироты, семей у нас нет. Точнее мы трое — одна семья. А Лисанна давняя знакомая Инси. Помогала ей по мелочи раньше. Вот и несносная наша решила помочь в ответ. А мы и не против.

— Точно не против? — голосом надавил на парня, и даже света от костра хватило, чтобы разглядеть его смущенный взгляд.

— Нет… — повторил он. — Мне тоже в радость помочь Лисанне.

— Ну да. Такой красотке грех не помочь.

— Угу… — совсем уж тихо буркнул он и мечтательно вздохнул.

Так вот, денег дельце сулило немерено. Проблема в другом — мы понятия не имели, что именно красть. И отчего-то никого, кроме меня это особо не напрягало.

— Ну нам же сказали имя предмета, — недоуменно пожала плечами Лисанна в ответ на мои причитания.

Ну да бес с ними. Это их мир, и раз уж они уверены, что все здорово, то и мне не стоит беспокоится.

Но черт, подери…

Мы остановились с Инси возле кованых ворот, выпуская с территории Собора счастливую семью с двумя детьми. Я оглянулся, бросив очередной взгляд на улицы Куинза. Мы прибыли сюда на дилижансе. Что мне запомнилось? Пыльная накатанная дорога и серые двухэтажные домики с плоскими крышами — так выглядела большая часть города. Но нас дилижанс высадил возле ратуши с красивыми часами в башне и фонтаном по центру площади. Недалеко располагался гарнизон, к которому примыкала территория Собора. Дороги в центре Куинза были вымощены гладким камнем и гулять по ним оказалось сплошным удовольствием.

— Идем уже, — дернула меня за руку волшебница, и мы вошли в калитку, ажурная дверца которой была распахнута настежь.

Широкая аккуратная дорожка, на которой свободно бы разъехались две кареты, вела к высокому, похожему на растекающийся пузырь, зданию персикового цвета с золотым приплюснутым куполом-луковицей. Метрах в десяти от мраморной лестницы, сидя на скамейке, оживленно беседовали молодые люди. Один в шляпе и фраке, второй в скромненьком сером камзоле. Оба выглядели как самые заурядные горожане, ну или гости Куинза. Даже кобуры с револьверами на поясах франтов — вполне обычное дело.

Заметив нас, Джон и Джек замолчали. Мы с Инси коротко глянули на братьев и прошли мимо.

— Смотри, — тихо проговорила волшебница, кивнув на торец здания, откуда только что вылетел взмыленный солдат, пробежал по тропинке и юркнул в маленькую калитку смежного с гарнизоном забора.

— Вижу, — отозвался я.

— У Сеструхи явно получилось, — с гордостью прошептала волшебница.

— Очень рад, — признался я.

На роль Лисанны Милье в этом плане я тоже сперва отреагировал весьма скептически. Если в двух словах, повстанцам удалось раздобыть дюже небольшую пачку редкой волшебной бумаги, способную запоминать заклинания (один листок — одна техника). Инси заключила в чудо-бумажках свои древесные техники и передала листочки Лисанне. Та же, будучи обычным, лишенным дара человеком сможет использовать одноразовое колдовство. А дальше самое интересное. Местные инквизиторы и солдаты знают о некой волшебнице, орудующей лианами и скрывающей лицо под глубоким капюшоном балахона. Ну? Уже поняли?

— Ничего не выйдет! — выпалил я, впервые услышав суть этой девчачьей задумки.

— Чего это? — вперла руки в бока Инси. — Сеструха с народом наведет шороху! Уж будь уверен! Вместе с простыми солдатами вытянут на себя и Паладина с Младшими Паладинами! Уж те-то про меня знают! По-взрослому явятся за моей головой, а не малыми силами, — гордо вздернула носик волшебница, — А если повезет, то и оба Паладина припрутся!

— Да, Илья, — обеспокоенно проговорила Лисанна, — почему ты думаешь, что ничего не выйдет?

Я медленно перевел взгляд с местной хозяйки на волшебницу и обратно. Затем вновь посмотрел на Инси. И снова на Лисанну. Хотел уж было ответить, но вплотную ко мне приблизился Джек.

— Оставь! — шепнул он, косясь на бюст госпожи Милье. — Не объясняй. Мелкая только расстроится.

Я понимающе кивнул. Уже все решено, может и правда прокатит. Вряд ли каждый встречный-поперечный видел Инси, но о древесной волшебнице, похоже, слышали многие.

— Очень рад, — уже тише повторил я, поднимаясь по лестнице храма. Рядом с распахнутыми двустворчатыми дверьми терлись еще двое мужчин. Эти даже не стали заморачиваться с городской модой, просто накинули на кожаные доспехи пончо.

— Готовы? — через плечо бросив взгляд на идущих за нами братьев, спросила волшебница.

— Да, — твердо проговорил Джон.

— Конечно, — уверенно ответил Джек.

Через несколько секунд мы вшестером переступили порог Собора города Куинз. Метрах в пятидесяти от входа, на противоположной стене за алтарем зазывно раскинул руки цветной барельеф, изображающий мощного безбородого мужика. В нос ударил запах благовоний, еще более ядреный, чем в наших православных церквях.

Я тут же скривился, почувствовав тяжесть в груди. Однако мгновенно поборол недомогание, просто запретив себе думать о нем. Тошнота и изжога не исчезли, но отошли на десятый план.

— О нас уже знают, — озвучила понятную всем информацию Инси, вскользь глянув на молящихся горожан — во всем просторном зале лишь восемь человек, стоящих на коленях лицом к алтарю. — Пора! — закончила мысль девушка, не дав мне в полной мере насладиться красотой внутреннего убранства храма. А ведь тут такие интересные иконы на стенах…

Щелкнув пальцами, Хельг — один из мужчин в пончо — сбитый коротышка со шрамом на щеке, громко произнес:

— Я — маг. Сдайте оружие, если снова хотите научиться дышать.

Прихожане изумленно пялились на нас широко распахнутыми от ужаса глазами, тщетно пытаясь вдохнуть, а Джон уже подбегал к ним, чтобы забрать их револьверы. Спустя несколько секунд, оббежав всех заложников, он дал отмашку Хельгу. Наемник снова щелкнул пальцами.

Люди с облегчением задышали, падая на колени.

— Остальные, оставайтесь на своих местах, и никто не пострадает! — велел Джон, схватив за плечо перепуганного толстенького мужика в круглых очках и таща того к главным дверям Собора. Сейчас они выйдут на крыльцо помахать ручкой подкреплению из гарнизона. Так мы выиграем время, пока солдаты будут решать, что делать и каким именно способом освобождать заложников.

Мы с Инси, Джеком и Гольвом — высоким худощавым наемником в очках, бегом неслись через весь средний храм к алтарю. Перед позолоченным столом, заставленным ажурными блюдцами да кубками, инкрустированными драгоценными камнями, скользнули вправо, и пробежали мимо изображения могучего мужика, отсекающего саблей рогатую голову беса с красной шкурой. Бегущая первой волшебница уперлась плечом в очередную икону — двух молящихся женщин. Нарисованные дамы, к моему удивлению, разошлись в стороны, оказавшись полотнами обычной двустворчатой двери.

Перед нами открылась темная лестница, убегающая вниз и слабо подсвеченная редкими голубоватыми огоньками явно магического происхождения. Позже я узнаю, что Соборы и прочие подобные комплексы стараются строить в местах скопления праны. Потому излишки неиспользуемой энергии и преобразуют в освещение, левитирующие подносы с едой да прочую ерунду. Собственно, чем больше таких изысков можно наблюдать, тем больше энергии у здания. Ну а раз свет тусклый… хотя чего еще ждать от Собора мелкого городка?

Лестница тянулась метров двадцать пять-тридцать, пока плавно не перетекла в узкий, как змеиная глотка, проход. По полученной от заказчика информации план здешнего подвала довольно прост — похож на дерево, где ствол — это и есть наш коридор, а ветки — комнаты и кабинеты по краям. Впереди же, по прямой от лестницы, располагается необходимое нам хранилище.

— Стоять! — неожиданно выкрикнула Инси, после нескольких секунд размеренного бега.

Мы настороженно замерли именно в тот момент, когда на нас, подсвечивая темные стены, полетел огненный шар размером с футбольный мяч. Вскинув руку, волшебница тут же взрастила полутораметровое деревце. Фаербол в мгновенье ока испепелил его крону, но и сам, стремительно уменьшившись, исчез. Перед Инси остался только обуглившийся ствол. Топнув, девушка звучно хлопнула и развела ладони в стороны. Из ствола тут же полезли ветви, устремившиеся вдаль по коридору. Метрах в пятнадцати от нас появилась огненная стена, остановившая продвижение древесной техники.

Волшебница поднесла правую руку к лицу и, опустив голову, на секунду замерла, концентрируясь. Затем с силой ударила по коридорной стене. Бамбуковые пики, наплевав на рядность, хаотично выросли из темного кирпича, целиком прошив пространство коридора и устремившись вдаль. Наш невидимый противник снова защитился огнем, создав пламенный покров и завертев его по часовой, превратив затем во вращающийся шар.

Если до этого шли стремительные атаки, то теперь Инси давила всей своей мощью — ни на секунду не убирала руки от стены, и бамбуковые пики продолжали поминутно расти, но тут же превращались в пепел от соприкосновения с вихревым пламенем. Врагу тоже приходилось поддерживать свою технику, поэтому света от огня оказалось вполне достаточно, чтобы на помощь несносной девчонке пришел Джек, стреляя по противнику из двух револьверов. Выпущенные им пули испускали коралловый свет.

Гольв положил ладони на плечи стрелка и волшебницы, опустил голову и что-то быстро забормотав под нос. Снаряды Джека немного увеличились в размерах, а бамбуковые пики начали расти из стены с еще большей скоростью.

Увиденное шокировало меня лишь самую малость. Вчера я потратил часть свободного времени на выведывание полезной информации, причем делать это пришлось так, чтобы никто и подумать не смел, что демон Ильяриз совершенно дуб-дубом в простейших общеизвестных вопросах.

Потому с расспросами я пристал к наиболее страстному и доверчивому персонажу — к гулю. А именно к Старейшине Горху.

— Ваше время в этом мире в новинку для меня, — вешал я ему на уши лапшу. — Расскажите, что вы уже умудрились узнать о магии и прочих чудесах?

Старик засмущался и отвел глаза.

— Ну же, — подгонял его я.

— Дык это, Господин, — ответил он. — Не того спрашиваешь. Мы, гули, мало в подобном разбираемся. Коли и рождались одаренные, прятали их да не развивали. Самые общие вещи только знаю.

— Вот и рассказывай, что знаешь.

Ну он и рассказывал, заполняя зияющую пустоту моих знаний. От Старика я узнал, что одаренные могут использовать «волшебную» энергию — прану и с ее помощью творить всякие чудеса. Существуют разные способы использования энергии. В нашем отряде, например, сейчас два мага — Инси и Хельг. Они сражаются, обращая прану в оружие. Девушка, как уже всем ясно, использует древесный стиль, мужчина — воздушный, но есть множество других стилей. Многие маги одного стиля используют одни и те же основные техники, хотя теоретически количество техник неограниченно, и талантливый маг всегда может создать что-то новое в своем стиле.

Дальше идет ведьмак, Джек. Ведьмаки — это своего рода «недомаги». Эти ребята используют прану только для усиления своих атак. Собственно, коралловая подсветка пуль стрелка и есть прана в чистом виде. Ведьмаки не умеют создавать огненные шары, земляные валы, молнии и иже с ними. А вот маги, помимо собственных стилей, вполне способны использовать и ведьмачьи приемы. При равном объеме доступной праны маг раскатает ведьмака без особого напряга. Имеется, конечно, ряд оговорок. Таких как физическое развитие и опыт. Понятно, что ведьмак, в совершенстве владеющий мечом, с отменной реакцией, усиливший себя праной, покромсает мага-задохлика из библиотеки, даже если уровень владения праной у последнего будет чуть выше.

Остался последний необычный член нашего отряда — чародей Гольв. В компьютерных играх таких называют «баффер». Боец поддержки, своими умениями усиливающий других союзников. Однако это вовсе не обозначает, что парень беспомощен в бою один-на-один. Основами ведьмачьих техник владеют все одаренные, пусть и не так хорошо, как профильные ведьмаки, посвятившие жизнь оттачиванию умений и не отвлекающиеся на другие, недоступные им таланты.

К слову, Джон — обычный человек. Ну и последний член отряда — я — уникальный случай.

Воспоминания пролетели порывом ветра, как раз когда за нашими спинами гулко распахнулась дверь и послышался стремительный топот.

— Засада! — крикнул я, выхватив из ножен саблю и повернувшись лицом к вражескому подкреплению.

Я определенно с пользой потратил большую часть вчерашнего дня. Оправдываясь тем, что нынешнее физическое тело еще юно и слабо, попросил Генри попрактиковаться со мной в фехтовании. Все-таки кендо — это спорт, а синаю далеко даже до катаны, поэтому урок настоящего боевого фехтования пошел мне на пользу. Я даже смог удивить своего временного наставника. Под конец занятия он полностью уверовал в мою демоническую сущность, ибо я обучался искусству убивать даже быстрее гулей. Ну еще бы, ведь в них всего лишь «отголоски демонической крови», а во мне сама кровь. Мне и раньше легко давались боевые искусства, а сейчас так и вовсе впитываю умения, точно губка. Уж не знаю, другой мир тому причиной или двадцатиоднолетие.

По завершению урока я получил лучшую саблю из запасов отряда Лисанны.

— А для чего тебе тогда твой меч? — спросила Инси.

— Говорю же, это тело слишком слабо, чтобы использовать это оружие, — оправдывался я выдуманной небылицей, которая, как оказалось позже, была на сто процентов правдива.

— Хм… — подозрительно сощурилась волшебница. — Я чувствую в этом артефакте… странную силу, — серьезно произнесла она, воздержавшись от привычных подколок. — Возьмешь его с собой?

— Да, — тут же кивнул я. — Не могу с ним расстаться.

Удивительно, что именно Инси поддержала мое решение, когда другие члены отряды пеняли на то, что с двумя мечами, один из которых явно не из этой страны, я буду привлекать куда больше внимания.

— Нам пройти два шага, уймитесь! — грудью стояла за меня волшебница.

В итоге так и вышло — сабля для боя висела сбоку на поясе, а катана для того, «чтобы была», на спине, а вместо портупеи — крепкая веревка.

Сейчас же рукоять клинка грела ладонь, а вместе с ней и душу. Плечом ощутил прикосновение Гольва, а через миг тело наполнило ощущение силы. По словам Генри, я вполне могу потягаться с оруженосцем Ордена, а после баффа даже с Младшим Паладином.

На сегодняшний день я — ведьмак, я могу вкладывать прану в удары. Понятия не имею, как именно это получается, но чтобы впитать принцип, мне хватило тридцати минут спарринга с Риконом — ведьмаком-фехтовальщиком из наемников, которого Генри любезно попросил нам помочь с тренировками.

В полумраке коридора уже можно было различить силуэты врагов. Десять? Хм, примерно на столько мы и рассчитывали, так как большая часть местных инквизиторов бегает за Лисанной. Надеюсь, красавица будет в порядке… Но не об этом сейчас нужно думать. Против нас один Паладин, тот самый огненный, что перекрыл путь к хранилищу. Инси утверждает, что она сильнее обычных Паладинов (примечание автора: различайте «Младший Паладин» и «Паладин»). Именно поэтому обозлилась на меня за то, что в лесу я помог ей с каким-то Младшим. Мол еще несколько секунд, и тот бы сдулся. Сейчас же среди десяти врагов минимум трое как раз таких вот Младших. А остальные, надеюсь, Оруженосцы.

Мои размышления прервала стремительно растущая каменная гряда, несущаяся мне прямо в лоб. Я не стал уходить в сторону, подставляя товарищей, и встретил камень лезвием сабли.

— Оу… — выдохнул я. Прежде чем погасла инерция вражеской техники, меня сдвинуло на полметра.

Остановив натиск, ушел вправо. Краем глаза заметил, как из каменного бугра, располовинившего коридор, стремительно растет очередной столб. Обернулся, ударив наотмашь, и разрубил его надвое.

— Помогите Илье! — скомандовала волшебница. — Я сама дожму!

Приказ Инси пришелся как нельзя кстати. Загромыхали выстрелы, и в меня устремились коралловые огоньки. Затем еще выстрелы, на сей раз за моей спиной, и такие же светящиеся пули несутся навстречу братьям.

Джек прямо в воздухе сбил две пули, летящих в мою сторону. Я же, повинуясь собственной чуйке, на несколько сантиметров припал влево — третья пуля едва не чиркнула мне правый висок.

Сзади слышалось размеренное бормотание Гольва, а спереди на меня неслись сразу трое мужчин в белых жилетах. Не плащах — стало быть не Паладины.

Оруженосцы в едином порыве обрушили на мою скромную тушку град сабельных ударов. Под лязг металла активно работая кистью, я отбивал бесчисленные атаки. Благодаря чарам нашего баффера в скорости я, как и ожидалось, превосходил противников такого ранга. В бою один-на-один разговор получился бы куда более коротким. А сейчас мне явно не хватало опыта, приходилось только защищаться.

Стоило лишь подумать об этом, чуйка благим матом велела припасть на левую ногу и на полшага проскользить вперед, нырнув под саблей увлекшегося атакой противника — лысого парня, заслонившего собой правый фланг. Через полмгновенья, повинуясь внутреннему голосу, нанес резкий восходящий удар, вспоров Лысому бок. Ойкнув, тот быстро отступил, а на его место тут же сместился рыжеголовый Оруженосец с центра, насев на меня с удвоенной силой.

Из-за своего маневра я оказался вжат спиной в каменный разделитель коридора. Однако теперь всего двое противостояли мне.

— Атака, — выкрикнул Лысый, зажимая раненный бок и сверля меня гневным взглядом. Повинуясь команде товарища, двое других умудрились еще немного ускориться, очевидно выдавив из себя последние силы.

Но и так я успевал блокировать все их выпады. Биться против двоих, как ни крути, гораздо проще, чем против троих. Особенно, когда видишь наперед финты противника.

Да, моя чуйка помогала мне оборонятся. Не только отбивать, но и уворачиваться, и…

Заметил, что Рыжий после атаки полностью не возвращает саблю в исходное положение, оставляя бок открытым. Нужно этим воспользоваться!

Проскользив ногой влево, ушел от восходящего удара Шатена (третьего из Оруженосцев), зайдя Рыжему во фланг. Через секунду удивил их обоих, переложив саблю в левую руку, немного толкнул острием клинок Лысого, меняя направление вражеского удара, и оказался совсем уж с незащищенной стороны.

Я бил мощно, снизу вверх, одним движением разрезав плоть Рыжего от колена до уха. Впервые за бой мой клинок, пусть и на миг, вспыхнул коралловым светом. До этого и я, и фехтовальщики-враги тоже использовали прану, но на высокой скорости концентрировали ее недостаточно сильно, чтобы мечи сияли. Сейчас же, отдавшись захлестнувшим в пылу схватки эмоциям, я смог атаковать изо всех сил. Я слышал, как хрустнули разрубленные ребра моего врага. Первого, убитого мной разумного.

Однако павший инквизитор справился со своей задачей — выиграл время для товарищей. Не успело его тело рухнуть на пол, как чуйка в панике взвыла, приказывая резко обернуться. Мгновенно среагировав, прочертил левой ногой полукруг, разворачивая корпус, и встретил саблей мощный удар. Лысый вдарил сверху, будто лесник топором. Его клинок яростно горел коралловым светом, отчетливо говоря, что Оруженосец не терял времени даром. Он умудрился сконцентрировать столько праны, что даже мне пришлось тяжело. Я не мог его отбросить или перебороть, враг же напротив, пыхтя, пытался вдавить меня в пол. Краем глаза отметил, что рана на его боку больше не кровит. Черт! Один из Младших Паладинов целитель? Отвратительно! Второй — маг земли (что-то тоже притихший), а третий?

«РАЗВЕРНИСЬ»— так громко мое нутро еще не верещало. За полмгновенья я понял, что раны не избежать. Но не Лысого нужно бояться!

Держа саблю правой рукой перпендикулярно вражеской, я дернул ее влево. По инерции оружие Лысого продолжило движение. Я же уже разворачивался на сто восемьдесят градусов, готовый пролить первую кровь.

Лезвие лысого Оруженосца рассекло мой бок и бедро как раз в тот момент, когда выставив саблю, я заблокировал тяжелейший удар горящего коралловым светом классического полуторника. Его владелец — светловолосый мужчина в белом плаще, скопил достаточно праны, чтобы…

Разрезать мой клинок, словно горячий нож масло.

Каким-то невероятным пируэтом, следуя воплям внутреннего голоса, я смог извернуться так, чтобы не умереть с одного удара. Но моему многострадальному правому боку снова досталось. Глубоко… больно…

Я потерял концентрацию, перед глазами все поплыло. Младший Паладин снова замахнулся своим «бастардом». Черт, сейчас мне голову снесут! Не успеваю за его скоростью…

В метре от моей шеи меч противника замедлился. Именно эта случайность позволила мне поднырнуть под его клинком и подшагом уйти в сторону, все еще сжимая в правой руке обрубок своей сабли.

— Мелких бейте!!! — неистово заорал Гольв.

Только сейчас я понял, что Оруженосцы двигаются совсем уж в слоумоушене. Утром на планерке мы разбирали сильные и слабые стороны наших боевых умений. Так вот, чародей не только баффер, но и дебаффер. Все это время он, очевидно, кастовал массовое замедление. Чем слабее противник, тем сильнее на него действует заклинание. Но даже под дебаффом Младшего Паладина мне прикончить сходу не удастся. Особенно, когда я ранен. Поэтому нужно разобраться с мелочью.

С этой славной мыслью я снова развернулся, опешив от того, как же близко сабля Лысого была к моей шее. Еще немного, и я пропустил бы удар со спины. С другой стороны, чуйка-то молчала…

Схватив руку Оруженосца под локоть, я сократил дистанцию и вогнал обрубок своего клинка ему под нижнюю челюсть, протыкая язык, небо и мозг. Разжал пальцы, оставив саблю в трупе, и выхватил из его рук его оружие.

Гольв решил дунуть из своей духовой трубки, прикончив моего Шатена. Джек, несколько секунд назад перестреливающийся с инквизиторами-стрелками, прикрывая меня от их пуль, сейчас довершал начатое, разбираясь с этой мелочью. Всего пара секунд, и из десяти человек остались четверо. О! Уже трое — Гольв пристрелил Оруженосца-мага. Итак, трое-на-трое, плюс Инси против Паладина. Оу…

Из-под ног Младшего Паладина-фехтовальщика вылетел толстый заостренный бамбук, насквозь пробивший тело мужчины.

А через секунду уже каменные пики появлялись повсюду — из пола, стен даже потолка! Инквизитор-маг все это время копил прану, чтобы выдать поистине мощное заклинание!

Но мне даже не пришлось реагировать — длинная лиана оплела за пояс и потащила куда-то назад. Краем глаза заметил, что Джека и Гольва транспортируют тем же способом. Вскоре мы оказались возле Инси под сотканным из лиан куполом. Каменные пики не могли пробить защитную полусферу нашей волшебницы.

— Фух… — выдохнула она, доставая из-под разорванного подола платья пустую колбу. — Не думала, что потрачу «эссенцию мгновенного действия» на Младшего Паладина.

Видок у волшебницы был так себе. Она не ранена, но платье испорчено безвозвратно. Зато лицо довольное и улыбчивое.

Я взглянул на пустую колбу. Она точно достала ее из-под юбки. Стало быть выпить никак не могла. Значит, достаточно просто откупорить, чтобы «эссенция» сработала?

— Ты победила Паладина? — прервал мои размышления Джек.

— Естественно, — вздернула носик мелкая волшебница, — я и так его давила, а как Замедление сработало — и подавно. Даже небольшой потери скорости ему хватило, чтобы проиграть. Повезло нам, что у нас есть чародей, — она подмигнула Гольву. Тот ничего не ответил. — О, — Инси свела брови и наклонила голову, будто прислушиваясь. — Кажись развеялась «Долина Игл». Можем выходить.

Против всей нашей компании два Младших Паладина, один из которых уставший после тяжелого заклинания маг, а второй — целитель, не протянули и минуты. После победы над врагом Инси взглянула на мои раны, хмыкнула и, ворча о «бесполезных тратах», вылила на порезы алую жидкость из очередной мензурки. Сколько ж она их там носит? Под юбкой-то?

Удивительно, но в течение пяти минут раны, зудя и потягивая кожу, полностью затянулись.

— Предупреждаю о побочных эффектах, — менторским тоном проговорила волшебница. — Теперь на тебя трое суток не будут действовать стандартные целительные техники и зелья, слабее «усиленных». Но не думаю, что тебя это сейчас волнует.

— Верно, — отозвался я.

— Не будем тратить время попусту! — поторопила нас Инси. — Вперед, мы и так здесь задержались!

Остаток коридора преодолели в быстром темпе. На бег не срывались — все-таки только вышли из боя. Врагов сильных больше быть не должно, но и впустую выплескивать остатки сил крайне неосмотрительно.

Издали было видно, где кончается коридор — стены обрываются, а пространство за ними залито тусклым светом. Метров за двадцать совсем сбавили шаг и дальше двигались осторожно, пока наконец-то не оказались в просторном круглом зале с высоким купольным потолком, в нескольких местах продырявленным маленькими окошками-бойницами.

Мельком глянув наверх, Инси снова сосредоточила взгляд перед собой и подняла согнутую в локте руку:

— Стойте, — тихо проговорила она. — Что вы видите?

— Пустой круглый зал, — тут же отозвался Джек и добавил: — но, судя по твоему тону, все с точностью до наоборот.

— Помещение разбито надвое барьером, верно? — сухо спросил Гольв.

— Да, — серьезно кивнула девушка. — Я его явственно ощущаю.

— Значит хранилище прямо перед нами, но мы его не видим? — уточнил я.

— Определенно, — ответила волшебница. — Дайте мне минутку. Я сломаю барьер.

Не дожидаясь нашего ответа, Инси по-турецки уселась на каменный пол, положила раскрытые ладони на колени и свесила голову. Мы притихли, поэтому прекрасно слышали размеренное дыхание волшебницы. Сперва ничего не происходило, но спустя секунд двадцать, над головой с алой косой начала медленно закручиваться тоненькая, почти прозрачная коралловая дымка. С каждым мгновеньем видимая глазу энергия увеличивалась в объемах и набирала скорость. По истечению отведенной минуты над волшебницей уже кружило маленькое торнадо.

Внезапно Инси вскинула к потолку левую руку и с размаху припечатала ладонью о пол. Повинуюсь ее велению, скопление праны ударило в камень, исчезнув в нескольких метрах перед нами. А через миг вернулось в виде стремительно растущего из каменного пола, толстого (и трое мужиков не обхватят) стебля. Закручиваясь, как бур, стебель устремился к невидимому барьеру, в который врезался как раз в центре зала. Только тогда мы увидели полупрозрачный экран из теплого-желтого света, надвое разрезающий помещение.

От места, куда ударил стебель, по барьеру побежали молнии. Точно так же было, когда Инси атаковала инквизитора, спасая нас с Дрохом в ночном лесу.

— Черт… — выругалась девушка, подавшись вперед и, по-кошачьи оттопырив зад, оказалась на четвереньках. Уперевшись ладонями в пол, она посылала стеблю волны праны, подпитывая свою атаку.

— Крепкий, гад! — выкрикнул Джек, выхватив из кобур револьверы. — Ну ничего, давайте все вместе навалимся!

Гольв уж было потянулся к плечу Инси, чтобы наложить на девушку чары усиления, однако насмешливый голос остановил его:

— Боюсь, ничего у вас не выйдет.

Мощная волна бирюзовой воды, обойдя нас по дуге, врезалась в стебель сбоку. На лицо упало несколько холодных капель. Резко развернувшись на каблуках, увидел застывшего в проходе мужчину в белом плаще. Поднятой правой рукой он посылал прану в нескончаемый водяной поток. Заметив мой взгляд, инквизитор вскинул левую руку. Прямо передо мной из каменного пола поднялся морской вал, в мгновенье ока накрывший нас с головой.

Зажимая рот и нос руками, чтобы не наглотаться воды, я вдруг почувствовал, как по телу разлилась приятная нега. Мышцы расслабились, будто после бани, хотя вода, заполнившая добрую половину зала, была весьма прохладной.

Я хотел плыть, чтобы выбраться из зоны поражения вражьей техники. Добраться до Паладина, дать ему по роже, но…

Совсем расслабился. Последние, что я увидел до того, как опустились веки — проплывшую рядом Инси, из последних сил пытающуюся разорвать пополам коричневый клочок намокшей бумаги.

* * *

Одиночная камера походила на коробку из-под большого лампового телевизора. Черный каменный куб давил со всех сторон. Если б не крохотное зарешеченное окошечко под самым потолком, дарившее крупицы света и хоть какие-то звуки, вообще бы сошел с ума.

Но самое отвратительное, я совершенно не ощущал в себе сил. Хм… точнее праны. С того момента, как я открыл ее вчера, так постоянно на подсознательном уровне понимал, что могу использовать эту волшебную энергию. Сейчас же я ощущал себя как брэндовая рубашка, по истечению времени превратившаяся в половую тряпку, годную лишь на то, чтобы подтирать проявления цистита у заболевшей собаки.

В общем херово мне было.

И чуйка молчала. Похоже, она как-то завязана на пране, а волшебные силы в тюрьме явно блокируют.

Когда небо за окошечком из голубого начало превращаться в темно-синее, у меня закружилась голова. Я едва не рухнул мордой в отхожий угол, но извернулся и приземлился на лежак из подгнившей соломы.

В этот момент внизу толстой двери поднялась заслонка, и в камеру пропихнули миску с кружкой. Когда заслонка вновь вернулась на место, головокружение будто рукой сняло. Хм… я не специалист во всяких там магических штучках, но сдается мне, при нарушении целостности двери снимается блок на прану. Поэтому изворачиваются и придумывают другие методы защиты. Такие, как, например это мерзкое заклинание, от которого я едва в нужник не рухнул.

Кормили скверно. Какие-то блевотные помои да вода из лужи. Зато с голоду не помер.

Закончив с роскошной трапезой, поставил приборы у двери и завалился на лежак.

Пусть чуйка и молчала, я не унывал. За бортом остались наши товарищи, а Инси успела подать им знак. У нее в наличии есть несколько разноцветных картонок, точно таких же, как у Джона и Лисанны. У каждой картонки свой номер. Комплект волшебницы пронумерован тройкой. После того, как она разорвала коричневый листок, аналогичные бумажки у Госпожи Милье и брата-стрелка нагреются, обжигая хозяев, и на них проклюнется цифра «3». Думаю понятно, что есть и другие цвета со своими значениями. Коричневый означает, что кто-то влип в… неприятности.

Получив послание, остальные должны отступить и перегруппироваться. А потом, разобравшись в ситуации, выдвигаться на помощь.

Да, нас спасут. Я верю…

* * *

Перед завтраком мне снова вскружили голову. Как и примерно через час после. Вновь осев на лежак, я не понимал, что происходит. Решили сразу подать обед?

Ан нет. Совершенно неожиданно скрипучая дверь отворилась, и я увидел на пороге здоровенного мужика в плаще Паладина. Сил встать у меня не было, не говоря уже о попытке оказать сопротивление и сбежать.

Подойдя, инквизитор нацепил мне на запястья кандалы и, нагло потянув за цепь, будто за поводок, поволок меня к выходу. Пришлось подняться на ноги, чтобы не ободрать коленки о пол.

Стоило выйти из камеры, головокружение спало. Мотнув головой, я позволил себе задать вопрос:

— Куда вы меня ведете?

— На казнь, — холодно ответил мужик.

Глава 6. Банка

Меня, как собачку, вели на цепи по темному коридору. Я был грязен, от холодного жесткого лежака ныла поясница, и я по-прежнему не мог использовать прану. Впереди открылась дверь другой камеры.

— Эй! Поаккуратней с дамой! — услышал я недовольный, но хорошо знакомый голос.

Дверь закрылась, и мы встретились глазами с Инси. Волшебницу, как и меня, заковали в кандалы.

— Привет, — буркнула девушка, коротко кивнув.

— Не разговаривать! — дернул ее цепь парень в белом жилете. Чертов Оруженосец, попробовал бы ты так обращаться с нашей малышкой в другое время, от тебя бы и мокрого места не осталось.

— Идем, Хол, — отрывисто велел парню мой сопровождающий и уверенно зашагал дальше.

Проходя мимо Инси, я не удержался и шепнул ей:

— Не кисни. Все будет хорошо.

Паладин с силой дернул цепь. За пару слов поддержки мне едва не вырвали руки. Глянув на широкую спину тюремщика, сделал зарубку на будущее — прикончить, как выберусь отсюда. Молодого Оруженосца с дурацкой тоненькой косичкой, посмевшего дерзить Инси тоже урою, за компанию.

Еще двое инквизиторов, сжимая цепи-поводки, ждали у винтовой лестницы. Я молча кивнул их «собачкам» — Джеку и Гольву.

Стрелок выглядел спокойным и держал голову гордо, а вот помятый наемник казался озлобленным. Ну еще бы, его отряд — профессионалы. Они не бросятся спасать товарища, пока не закроют контракт. А еще они умереть готовы за заказчика — те, кто бегут от переделок в их нелегкой профессии быстро оказываются абсолютно невостребованными.

Воздержусь от банальщины в духе «на нас давили мрачные стены» или «от затхлого воздуха подземелья и ощущения безысходности было трудно дышать»… Нет, конечно, сложившаяся ситуация не добавляла радости, но и впадать в уныние мы не собирались. Та же Инси, судя по оскалу, и вовсе готова была зубами грызть своего «поводыря». Но, к счастью, понимала, что сейчас это бесполезно.

Можно долго рассуждать, что именно двигало моими собратьям по несчастью — вера в оставшихся на воле товарищей или нечто другое. Скажу только за себя. Это точно не та «волшебная» чуйка, которая помогала мне уклоняться от атак врагов, видеть идеальные моменты для контрвыпадов или подсказывала правильный путь в разных ситуациях. Я просто знал, что отчаянием горю не поможешь, и нужно быть предельно собранным — не то рискую пропустить «тот самый единственный шанс» на спасение. Когда прибудет Лисанна с отрядом, нужно быть готовым помочь им спасти нас, а не болтаться бесполезным грузом.

Лестница привела в небольшую, заваленную всяким хламом комнатку с двумя, смотрящими друг на друга дверьми. Двинулись к левой. Миновав ее, оказались в небольшом коридоре, оканчивающимся опять же дверью.

Спустя несколько секунд тяжелые створки отворились, и я едва ли не оргазм испытал, вдохнув полной грудью свежий воздух, ударивший в лицо. Мир вокруг сразу наполнился звуками: было слышно отдаленный шум толпы и разговоры стоящих у порога инквизиторов.

Насколько я понял, нас вывели через черный ход. Вчера за ним следили несколько наших наемников. Пусть явиться сюда могли лишь «бездарные» солдаты гарнизона, оставлять незащищенным тыл недопустимо. Частенько количество давит качество, да и под ногами могли бы мешаться во время нашей битвы с инквизиторами. Но это все тонкости оставшегося в прошлом плана, и к текущим нашим делам они не имеют ровным счетом никакого отношения.

Шестеро инквизиторов-Оруженосцев присоединились к нашим «поводырям», по трое растянувших с обеих сторон процессии. Мы направились туда, откуда доносился гул. Вспомнив план города, предположил, что казнь состоится перед ратушей. Прав ли я, пока не знаю — обзор загораживают ветвистые деревья, украшавшие земли Собора и, что забавно, гарнизона.

Пройдя по мощеной дорожке и миновав калитку, мы оказались на территории гарнизона. Под гневные взгляды немногочисленных солдат прошли через пустой плац и, обогнув несколько деревьев, вышли к главным воротам. Отсюда я, наконец-то, смог увидеть часовую башню, убедившись в правильности своих выводов.

Но любоваться местным зародышем «Биг-Бена» не стал, переведя изумленный взгляд ниже. Тротуары по обе стороны от мощеной дороги, начиная от самых ворот гарнизона, были заполнены людьми. И если ближе к нам их скопление казалось относительно редким, то в конце улицы, там, где дорога упиралась в ратушу, собрался реальный митинг. Люди окружили просторный деревянный эшафот, возвышающийся над фонтаном метрах в пятнадцати от здания Магистрата. Места в первых рядах занимали солдаты. Чуть ли не все вооруженные силы округа оказались стянуты в Куинз, чтобы следить за порядком на предстоящем празднике крови и справедливости.

— Вас уже ждут, — съязвил поводырь Инси.

Стоило нам ступить за забор гарнизона, народ, точно по команде, принялся гудеть и улюлюкать. Ей-богу, если б нас не сопровождали инквизиторы, полетели бы тухлые помидоры да прочий мусор.

— Убийцы! — кричали горожане.

— Предатели!

— Гулифилы! Что б вас черти драли в Преисподней!

— Демонские подстилки!

Про «подстилки» мне особенно понравилось. Я даже обернулся в ту сторону, откуда донесся крик. Решив, что за услышанное обязан симпатичной даме в черном платье и чепце, одними губами послал женщине воздушный поцелуй и усмехнулся. Она скривилась, будто вступила в коровью лепешку, и поспешно отвернулась.

Толпа гомонила все громче и громче, сопровождая наше шествие подбадривающими возгласами. Когда мы поднимались по деревянной лестнице на эшафот, от неистового стенания у меня даже уши заложило.

— Залазь, — велел мне инквизитор, кивком головы указывая на странную кадушку с толстыми деревянными бортами. К заднему борту этого необычного предмета крепился двухметровый брус с несколькими крючками, расположенными друг над другом ближе к верхней части. Всего на эшафоте располагалось четыре таких сооружений. Под каждого приговоренного.

— Не-а, — заартачился я, решив потянуть время.

Паладин хищно оскалился и под одобрительный гул толпы дважды врезал мне по почкам. Больно, черт его дери. В своем воображаемом блокнотике в графе «обязательно убить» выделил кружочком этого урода.

Три раза он дернул цепью, снова чуть не вырвав мне руки, но высокий борт «кадушки» я так и не переступил. Инси с ребятами, кстати, тоже решили следовать моему примеру и выкобенивались, получая удары на потеху толпе.

В итоге «поводырям» просто пришлось нас поднять на руках и поставить в кадушки. Получив пару раз по лицу «для профилактики» я на несколько мгновений поплыл. Этого времени Паладину хватило, чтобы, подняв вверх мои руки, зацепить цепь кандалов за один из крюков. Для пущей надежности каждого из нашей четверки еще и опоясали дополнительными цепями, за талию притянув к столбам.

Опустив взгляд, подметил, что на дне «кадушки» разлита какая-то жидкость, запахом отдаленно напоминающая бензин. Если я все правильно понял, нас собираются сжечь. Но вместо костра — это чудо-средство, уже намочившее мне подошву сапог. Интересно, как оно работает? Хотя не желал бы на собственной шкуре узнать.

Увидел, что Инси медленно повернула голову сначала вправо, потом влево. Наши глаза встретились. Пусть девушка и сохраняла решительное выражение лица, во взгляде волшебницы зарождалась тревога.

«Они придут»— одними губами прошелестел я.

— Эй! Черненький колдовать пытается! — заорал молодой парень в оранжевом пончо, стоящий ближе других к эшафоту, как раз за спинами кордона из солдат.

— Не бойтесь! — усмехнулся «мой» Паладин, врезав мне по морде.

Вот же сука! Знает, что прана заблокирована цепями, и ничего сделать я не могу, но все равно бьет меня, развлекаясь и радуя зрителей. Обведу-ка я еще разок его в своем воображаемом блокнотике.

Внезапно гневное улюлюканье сменилось ликованием. Люди поворачивали головы в сторону гарнизона и Собора. По центральной дороге в сопровождении пяти Паладинов медленно шел седобородой мужчина в белой рясе, расшитой золотыми узорами. Его голову венчал высоченный клобук.

Я сразу понял, кто же такой важный идет к нам — служитель церкви и Настоятель местного Собора. Джон говорил, такие шишки обязательно наделены даром, но использовать в бою его не могут из-за церковных запретов.

Однако я быстро потерял интерес к религиозному главе Куинза, сосредоточив все внимание на одном из сопровождающих его Паладинов. Крепкий мужчина, издали похожий на каноничного викинга, в охапку нес еще одну кадушку. Заметно меньше тех, что уже стояли на эшафоте. Казнить в такой можно разве что ребенка. Ну или меч, ведь именно рукоять и часть саи моей катаны выглядывали из кадушки.

Увиденное выбило меня из колеи. Я дернулся, за что тут же получил от своего стража.

Черт подери, они что, реально будут сжигать мой меч? Совсем оборзели, что ли? Эй, Лисанна, Джек, где вы там?! Поторапливайтесь, живее!

— Что, чернокнижник, — тихо хмыкнул мой «поводырь», буравя меня взглядом. — Все-таки струхнул? Чего напрягся-то?

Я не ответил, медленно выдохнул и заставил себя успокоиться.

Спустя пару минут Настоятель поднялся на эшафот. Похожий на викинга Паладин поставил перед ним кадушку с мечом, а сам присоединился к замершим позади товарищам.

Обведя взглядом собравшихся, церковник вскинул руки и хорошо поставленным голосом обратился к пастве:

— Братья и Сестры, сегодня мы собрались здесь, чтобы пламенем очищающего огня смыть грехи с душ этих заблудших овечек, — мужик, не поворачивая головы, сделал плавный пас рукой в нашу сторону. — Поддавшись сладострастному зову темных сил, они отринули истинную благость Создателя, предав Отца нашего и ступив на путь, протоптанный мерзейшими демонами! Но Отец наш милостив! Он привел заблудшие души в руки Великой Инквизиции и Церкови Своей! Всепрощающие пламя поможет заблудшим душам сойти с пути тьмы, и даст возможность искупить свои грехи. Коли готовы они будут принять нашу великую услугу, то станут Святыми Камнями и послужат правому делу в будущем! А коли нет, так отправятся прямиком в Преисподнюю, ублажать развратные тела демонов и в муках безумных проведут Вечность!

Горожане оказались очень благодарными слушателями — развесив уши, с открытыми ртами впитывали мозгопромывающий словесный поток. Как ни крути, но в вопросах веры этот мир очень похож на наш образца четырехсотлетней давности. Так же рьяно церковники оправдывают себя: «мы сжигаем ведьму не просто так, а ради общего блага! И ради блага этой самой ведьмы тоже! Чуть ли не в первую очередь ради нее! Правда-правда!» А люди и верят…

Ну да черт с ними, это их проблемы. Мои же заключаются в том, что из нас собираются сделать Святые Камни. Интересно, это оборот речи такой? Или местная казнь проходит настолько извращенно, что мы реально в булыжники превратимся? Еще старик сказал, что может и не получится…

— Но сперва, Братья и Сестры, — прервал мои размышления Настоятель, — как заведено, прежде чем очищать хозяина, очисти его слуг, — он указал на ступу с мечом. — Проклятый предмет преобразится в Святой Камень! Он больше не будет нести зло, а послужит добру! Начнем!

Церковник поднял ладонь над ступой, и с его длани медленно полился теплый свет. Через секунду после того, как свет проник внутрь деревянного сосуда, внутри вспыхнуло золотистое пламя. Игривые всполохи ласкали ножны и рукоять меча. Молчавший до этого народ снова взорвался в экстазе:

— Так их!

— Долой демонские шмотки!

— Ура!

Но я не обращал внимания на крики безумцев. Я чувствовал, как сжимается мое сердце. Тяжесть в груди нарастала, от невыносимой тоски по всему телу растекалась боль. Я не мог просто так стоять и смотреть, как уничтожают мой меч.

Беспомощность и отчаяние сменила ярость!

— Прекрати! Хватит! Потуши его! — глядя в спину старика-Настоятеля заорал я. Надсмотрщик усмехнулся и вмазал мне по печени. Гневно повернув голову, я плюнул ему прямо в лицо. Опешивший инквизитор изумленно пялился на меня, а я снова смотрел, как огонь лижет ножны. Мой меч — действительно волшебный артефакт, хотя и пламя волшебное, но клинок не поддается ему! Он сопротивляется! Я отчетливо вижу, что и сая и рукоять пока еще абсолютно целы.

— Старик, мать твою! Прекрати! — заорал я. — Урод! Чтобы ты сдох, пень церковный!

Настоятель медленно обернулся, и уставился на меня разъяренным взглядом.

— Брат Паладин, — обратился он к чернобородого инквизитору из своей свиты — Вам не кажется, что кто-то слишком неблагодарно себя ведет.

— Простите нас, Настоятель, — кивнул чернобородый. — Видимо кому-то не терпится начать очищение.

— Вы правы, Брат Паладин, — кивнул церковник, подходя ко мне. Мой «поводырь» последние несколько секунд стоял как вкопанный, опасливо поглядывая на чернобородого. Видимо, когда на меня обратили внимания старик и Паладин, Младший Паладин больше не имел права заниматься моим воспитанием.

— Зачем вы уничтожаете мой меч? — прорычал я, глядя в глаза застывшему в полуметре от меня Настоятелю. Он ничего не ответил, лишь медленно поднял руку над моей «кадушкой».

Я приготовился к тому, что через несколько мгновений пламя начнет облизывать подошву моих сапог.

А потом течение времени ускорилось настолько, что произошедшие события стоит разбирать по кадрам. Сперва затихла толпа, с вожделением ожидая начала основного действа (все-таки смотреть, как сжигают преступников интереснее, чем пялиться на горящий меч). В образовавшейся тишине отчетливо прозвучал металлический грохот, рыки, гулкие звуки ударов, выстрелы, а затем я увидел стремящуюся в сторону эшафота темную точку. Через полмгновенья, она врезалась в шею Настоятеля, и тот, дернувшись, стал заваливаться вправо.

Тут должна была начаться возня и бойня, но произошедшее дальше оказалось, пожалуй, самым невероятным. Катана, точно космический шаттл, рванула вверх, на долю секунды зависнув в воздухе метрах в десяти над своей горящей кадушкой. Затем ножны, оголив лезвие, слетели с меча и, устремившись ко мне, нырнули в кольцо портупеи. Сам же меч заискрил молниями и взорвался! На головы изумленных горожан и прибывших нам на помощь бойцов Лисанны посыпался дождь из сверкающих огней.

В небе на месте взрыва появилось грозовое облако, мгновенно увеличивающееся в размерах и постепенно обретающее форму. И чем отчетливее проступали очертания, тем больше я впадал в ступор.

— Бан-кай, — голосом Хитсугаи Тоширо резюмировал мой мозг, пока глаза разглядывали огромного дракона, в которого в итоге и превратился меч.

Вот только в отличие от Херинмару мой дракон был черным, а по его длинному телу пробегали змейки-молнии. А еще отчего-то он был почти прозрачным, как привидение.

Дернув рогатой головой, ящер обернулся, уставившись на меня жемчужинами черных глаз. Он взмахнул крыльями и, разинув пасть, оглушительно заревел:

— ГР-Р-Р-А-А-А-А!!! — перед его мордой начала скапливаться прана, превращаясь в белоснежный сверкающий клубок молний.

Дракон звучно захлопнул пасть, и здоровенная шаровая молния тут же врезалась в эшафот прямо перед моей «кадушкой», разбившись на сотни маленьких змеек.

Будто танцуя на кислотной вечеринке, инквизиторы и Настоятель тряслись в конвульсиях. Почувствовав, что столб за спиной вдруг исчез, я едва не упал. Все-таки устояв на ногах, перешагнул через упавшую цепь и вылез из «кадушки» — пояс освободил, но на запястьях остались кандалы, блокирующие прану.

Молнии моего дракона на меня не действовали, как и на других приговоренных. Поэтому я без опаски сунул руку в карман дергающемуся «поводырю» и, достав ключ, за несколько секунд освободил руки. Посмотрел на ненавистного мне Младшего Паладина. На душе стало теплее от вида его страданий — из «блокнотика» можно вычеркнуть.

А затем молнии исчезли, и трясущиеся тушки с гулом попадали на деревянный пол эшафота. Не произнеся ни слова, дракон, превратившись в черное облако, устремился ко мне. На подлете обернулся мечом и спрятался в ножны.

Осторожно взяв рукоять, я потянул катану. Снова не вынуть. Жаль.

* * *

Путешествие через канализацию надолго останется в памяти Лисанны. Вонь и визжащие крысы, разбегающиеся из-под ног мало кому доставят удовольствие. Но так было нужно. Ее лицо, как и лица Генри, Джона и Хельга знали в городе, поэтому идти по улице было опасно. Да и толпу гулей в Куинз солдаты точно не пустили бы.

Но пусть от штанов и камзола девушки до сих пор несет, теперь все это в прошлом. По сигналу Рикона, как и большинство их немногочисленных наемников, свободно перемещавшегося по городу, Лисанна с отрядом вырвались из своего убежища на краю городской площади, мгновенно устроив хаос.

Однако в тот же миг случилось невиданное — в небе появился дракон, спас Илью и обернулся его мечом.

Дракон…

Если раньше Лисанну и гложили крупицы сомнений, сейчас они развеялись сполна. Да, о демонах она знала лишь из легенд и старых сказок. Но, как раз, фольклор и рассказывает, как она раньше думала, «сказочную» историю мира. До Старших Рас были Древние Расы. Кроме одной, они оказались полностью сметены пришлыми, позже названными Старшими. Что случилось с Древними дальше, неизвестно. Но в легендах временами встречались случаи, когда представитель какой-нибудь исчезнувшей Древней Расы подчинялся Старшей.

Дракон обернулся мечом и покорно вернулся за пояс Илье. Это ли не подчинение? Драконы — Древняя Раса. И кому они могут подчиняться?

Только Старшей.

— Госпожа, нельзя медлить! — Генри коснулся плеча девушки. Лисанна встрепенулась и мгновенно взяла себя в руки. Ну и что, что дракона увидела? Она — командир отряда и от ее решений зависят жизни разумных существ!

— Старейшина Горх, устройте здесь хаос! Остальные, прорываемся к эшафоту! Хельг, Джон, приоритет — помощь нашим! — скомандовала Госпожа Милье. — Рикон, Грин, Брей, на вас их чародей, — сквозь зубы процедила девушка, вспомнив, сколько проблем вчера доставил этот инквизитор. Все-таки чародеи редки среди одаренных и избавляться от них нужно в первую очередь. Даже раньше, чем от целителей.

— Есть! — одновременно прорычал десяток глоток.

Загремели выстрелы. Взмахом руки Хельг запустил в сторону эшафота волну режущего ветра. Расталкивая перепуганных горожан, расстреливая и разрубая подвернувшихся солдат, отряд прорывался к цели.

Сама Лисанна не владела даром, но боевому ремеслу у Генри обучалась с раннего детства, хоть родители и были против таких увлечений. Вместе с дворецким и примкнувшими гулями, девушка могла уничтожить гарнизон Куинза еще давно. Но против инквизиторов их способности множились на ноль. Как говорит Генри: «Биться с одаренными сложно. Либо, наплевав на жертвы, брать совсем уж подавляющим большинством, либо искать в союзники других одаренных». Лисанне повезло, что сам собой случился второй вариант. Неожиданная помощь от той, кому девушка немножко помогла много лет назад, оказалась сродни Подарку Небес. А нанятый ею отряд наемников, во многом состоящий из одаренных, позволит сразиться с инквизиторами. И победить!

Девушка понимала, как же им повезло, что все одаренные враги собрались в одном месте и получили грозовой удар от дракона. Любители устраивать пышные казни с огромной сцены поплатились за это увлечение. Пусть даже кто-то и остался жив после такого удара молнии.

Хм, это ж какой она теперь бонус должна Илье? «Надеюсь, он не откажется от награды?»— мелькнуло в голове девушки.

Горожане в панике разбегались во все стороны, натыкаясь друг на друга и падая. Над площадью разносились истошные стоны и детский плач. В такие моменты особенно сложно сохранить веру в свою правоту. Сейчас Госпоже Милье остается надеяться лишь на то, что гарнизон проявит благоразумие и приоритетной целью поставит эвакуацию гражданских. Чем собственно сейчас они и занимаются.

— Убейте! Пленников! — донесший с эшафота голос удивил Лисанну. Повернув голову, она увидела, как приподнявшись на локтях, Настоятель пытается раздавать приказы. Хм, быстро он пришел в себя после удара молнией. Еще кто-то выжил?

Пошатываясь на ноги встал инквизитор с черной бородой. Госпожа Милье грязно выругалась себе под нос. В любое другое время Генри сделал бы ей замечание, но сейчас дворецкий тактично промолчал.

Ну еще бы, ведь поднявшийся на ноги мужчина — один из двух Паладинов местного Собора! Второго сегодня Лисанна не видела. Что, несомненно, вызывало у девушки ряд вопросов. Если он мертв, значит Инси его вчера одолела? Тогда почему ребята оказались за решеткой? Вымотались в бою и лежали без чувств, пока не вернулись остальные инквизиторы?

Лисанна отчаянно мотнула головой, гоня прочь назойливые мысли. Справа прорвался какой-то полоумный солдат, замахиваясь от плеча саблей, но его клинок нарвался на клинок девушки. Крутанув кистью, она обезоружила противника, а бежавший рядом гуль Дрох мощным ударом кулака вырубил солдата. Лисанна оценила сей рыцарский поступок — это она просила гулей не убивать тех, кто не способен сражаться. Одаренные не в счет. Сильных врагов нельзя оставлять в живых, даже если те лежат без сознания.

— Хельг! Поспеши! — крикнула девушка, снова взглянув на эшафот. Происходящее ей не понравилось. Илья подобрал себе саблю и обыскивал какого-то Оруженосца рядом с привязанной Инси. Он явно искал ключи, когда Паладин выпустил в беззащитную волшебницу луч света. Вскочив на ноги, демон принял атаку на клинок. Даже издали Лисанна видела, как тяжело Илье блокировать этот выпад — он скалился, возможно рычал, вцепившись в рукоять своего оружия двумя руками.

* * *

Меня окружали трупы. Ни один Оруженосец не пережил молнии моего дракона. Да и часть Младших Паладинов тоже. Другие их собратья слабо дышали, пока наемники Лисанны не устроили точечный огненный дождь, после которого, сомневаюсь, что кто-то из Младших вообще остался жив. Зато Настоятель и чернобородый Паладин в строю и решили подгадить. Черти! А ведь я только ключ от кандалов Инси нашел.

До скрежета сжав зубы, я надавил на клинок. Внезапно световой луч исчез, и я, продолжая двигаться по инерции, чуть не упал носом вперед. Немного потерял равновесие, чем тут же воспользовался мой противник, приставным шагом уйдя в бок и снова атаковав. На сей раз с ладони инквизитора слетало бессчетное количество световых игл.

Сам не ожидал от себя такой реакции! Враг сменил силу на скорость, а я умудрялся отбивать все летящие в меня иглы. Паладин хмурился. Он явно старался изо всех сил, но последствия атаки моего Банки (решил дать дракону имя от слова Бан-кай), изрядно потрепали чернобородого.

Однако даже с такой форой я не могу с ним справиться! Пока просто держусь, но…

— Фиу… — просвистел ветер, и слева от Паладина на эшафот приземлился Хельг, держа за шкварники Джона и Рикона. Пока стрелок с мечником приходили в себя, маг ударил режущим ветром в бок инквизитору.

— Освободи меня, Илья! Скорей! — услышал я голос волшебницы.

Спорить не стал, ее сила нам очень нужна.

И уже через две минуты с Паладином было покончено, а Джон с Риконом освобождали Джека и Гольва.

Инси подошла ко мне и, взяв за рукав, заглянула в глаза:

— Вернемся в Собор, — тихо произнесла она. — Закончим начатое, — замолчала на секунду и, не дождавшись моего ответа, быстро проговорила: — В городе сейчас нет тех, кто сможет нас остановить. Вчера в хранилище почему-то оказался Старший Паладин, а может, кто и круче. Но сегодня его не было на эшафоте. Видимо, отбив атаку, решил, что свою работу сделал и оставил Куинз. Пойдем? Прошу тебя! Иначе все зря. Иначе в округ придут войска из столицы провинции, и…

— Пойдем, — накрыв ее руку своей ладонью, улыбнулся я. Уговаривать меня не нужно — моя чуйка подсказывает, что необходимо делать.

Глава 7. Оммаж

В помещение хранилища мы вошли впятером — тем же составом, что и вчера плюс Хельг. Джон тоже хотел присоединиться, но понимал, что в городе от него будет больше пользы и сам решил остаться. В отличие от Лисанны. Удивительно, но командирша рвалась с нами с упорством безумца.

— Тебе нужно быть с основным отрядом, Сеструх, — уперев руки в бока, убеждала ее волшебница. — Город, считай захватили. Кто сейчас им рулить будет? Да и с солдатами что-то делать нужно. Они против нас, что дети, но оставлять такую занозу в заднице не стоит.

— Мы захватили мэра, все под контролем, он вещает нашу волю, — не сдавалась Лисанна. — А солдаты не спешат зазря отдавать жизни. Старейшины и Генри хватит, чтобы навести порядок!

— Простите, Госпожа, — опешил дворецкий. — Я ваш охранник, а не военачальник. Я буду там, где будете вы.

— Но я хочу с вами в Собор! — почему-то косясь на меня, заявила девушка, как обиженный ребенок. Что это с ней?

— Сеструх, ты забыла ради чего сражаешься? — тихо спросила Инси, приблизившись к Лисанне.

Госпожа Милье посерьезнела.

— Хорошо, — процедила она. — Но возвращайтесь скорее.

— А от нас не думай избавиться, — тут же заявил Джек, подмигнув волшебнице.

— Сгодитесь, — буркнула та.

И вот спустя десять минут мы пристально глядели на Инси. Девушка вновь медитировала, концентрируя прану. А через сорок секунд уже стояла на ногах, и толстый (метра два в диаметре) стебель, закручиваясь буром, врезался в светящийся золотом щит. Как и вчера, от места удара побежали змейки-молнии.

Следом в преграду полетели окутанные коралловым сиянием пули и режущие потоки ветра — пускающий их Хельг, забавно размахивал руками, будто орудовал гигантским лыжными палками.

Гольв сел в позе лотоса рядом с остальными, опустил голову и сложил пальцы домиком. Я тут же почувствовал, как легкие волны праны, исходящие от чародея, наполняют меня силой. Похоже, творит какой-то общеукрепляющий бафф по площади.

— Сейчас дожмем, — не оборачиваясь, бросила Инси, продолжая бурить щит стеблем.

— Давайте! Молодцы! — поддержал бойцов единственный бездельник — я. Ну а что я мог еще сделать? Саблей лупить невидимую преграду? Я хотел, но Инси попросила не вмешиваться, а чуйка тихо намекнула, что стоит выполнить эту просьбу.

Неожиданно щит пошел толстыми трещинами. Выглядело так, будто трескается само пространство!

— Отставить огонь! Будьте начеку! — рявкнула волшебница. Сей же миг нас закрыла сплетенная из лиан полусфера. В крохотные щели я видел, как со звоном, осыпался барьер. — Не торопитесь, — напряженно проговорила девушка.

— Что не так? — отозвался Джек, прильнув лицом к сплетениям лиан. — Оу…

Ответ на его вопрос мне очень не понравился. Осколки золотистого щита стремительно слетелись в одну кучу, закружились в хороводе, как опавшие листья на ветру, и обернулись крылатой антропоморфной фигурой метров пять в высоту.

— Ангел, значит? — хмыкнула Инси и, взглянув на меня, усмехнулась.

— Что это? — ошарашенно выпалил Джек.

— Как я и думала, — хмыкнула волшебница. — У барьера есть второй уровень защиты. Не дрейфьте. Мы не в столице какой! В крохотном Куинзе слабый барьер. Должны осилить! В бой!

Глубоко вдохнув, она с силой ударила ладонями обеих рук во внутреннюю стену живого купола. Лианы мгновенно расплелись, изгибаясь, как щупальца осьминога, и с разных сторон обрушились на ангела. Антропоморфное существо обратило правую руку в сотканный из света кнут и, мотнув им над головой, в мгновенье ока срубило лианы.

Тут же послышались выстрелы — охваченные коралловым сиянием пули утопали в теле Барьера, будто брошенные в вязкую трясину камни. Полупрозрачные воздушные серпы оставляли на ангеле неглубокие порезы, которые тут же затягивались.

— Инси, ты уверена, что справимся? — не прекращая стрелять, спросил Джек.

Ответить девушка не успела — резко замахнувшись, Барьер ударил. Световой кнут, удлинившись, врезался в выросшее справа от нас деревце, надвое разрубив его ствол.

Мы с волшебницей рыбкой нырнули на пол. Гольв, прервав каст замедления, рухнул рядом, накрыв руками голову. А вот Хельг попытался, отбить вражескую атаку сразу тремя ветровыми серпами.

«Идиот!»— мелькнуло в голове. За долю секунды я вспомнил, как кнут располовинил деревянный ствол. Мысленно уже видел, как разделит надвое и человека, но…

В последний момент загородив наемника спиной, перед ним возникла фигура Джека. Скрестив револьверы, точно мечи, стрелок принял удар ангела на горящее коралловым цветом перекрестие. Видимо предыдущие потуги Инси и Хельга все-таки сумели замедлить Барьер. Сотвори Джек подобное парой секунд ранее, уверен, его бы тоже распилили.

Сейчас же наш враг возвращал кнут обратно, готовясь к следующему удару. Мы втроем вскочили на ноги.

— Народ, продержитесь еще немного! — крикнула Инси, схватив меня за рукав. — Дайте нам минутку!

Не дожидаясь ответа, потащила меня в сторону коридора, по которому мы пришли. Подальше от поля боя.

— Что ты делаешь? — удивился я. — Мы должны помочь им.

Остановившись возле стены, девушка резко развернула меня к себе, вцепившись руками в запястья и с жаром заглянула в глаза. Она хотела что-то сказать, но смутилась и не смогла открыть рта, продолжая смотреть на меня, как миленький щеночек на хозяина.

— Что ты делаешь? — повторил я.

Поджав губки, она отвела взгляд. Уверен, тянула бы и дальше кота за причинное место, если б в центре зала не раздался грохот, а следом за ним не послышался бы протяжный стон.

Я дернулся в сторону сражающихся, но, сжав мое предплечье, волшебница все-таки заговорила:

— Стой! — я замер и обернулся. Мой рукав она держала уже обеими руками, перебирая пальчиками грязную ткань. Внезапно, вскинув голову, снова впилась в меня глазами. — Ты доверяешь мне? — выпалила девушка.

— Да, — удивленно ответил я. — Но сейчас не врем…

— Ты хотел бы, что б я служила тебе? — перебив меня, торопливо произнесла Инси.

— Что? — переспросил я, как раз в тот момент, когда в центре зала снова что-то громыхнуло.

— Просто ответь! — нетерпеливо крикнула волшебница, топнув каблучком. — Считаешь ли ты меня достойной служить тебе?

— Да-а… — неуверенно протянул я.

— Вот и порешали, — расплылась в улыбке девушка. — А теперь скажи, что принимаешь меня в свою Свиту и… — она отвела глазки, тихо добавив, — и поцелуй меня.

— Прости, что? — в конец опешил я, как раз когда зал заполнил очередной крик — мощным пинком Барьер запульнул Хельга в далекий полет.

— Поцелуй меня, идиот! — вспылила девушка, залепив мне по щеке ладошкой. — Иначе нас всех тут поубивают! А так я смогу его уделать!

Я снова обратил все свое внимание на волшебницу. Она выглядела весьма комично — красная, как рак, губки надуты, ноздри раздуваются. Ситуация крайне смущала одну из лучших грабительниц в этой стране. Хотя, если учесть методы, которые она использует, скорей уж разбойницу… Но не об этом сейчас. Хм, я не прочь поцеловать Инси. К тому же чуйка убедительно требует от меня того же.

Улыбаясь и не отводя взгляда от ее смущенных алых глаз, я вкрадчиво произнес:

— Инси, я принимаю тебя в свою Свиту, — притянув девушку за талию, впился в ее губы.

Целовалась девушка робко и неуверенно. Хотя не первая девственница на моем счету — есть в этом свой шарм. Вот бы еще на периферии громадное, сотканное из света существо не разносило наших товарищей. Тогда вообще можно было б склонить юную пользовательницу праны к открытию парочки дополнительных чакр.

Закручивающийся вокруг нас вихрь коралловой энергии прервал мои размышления. В этот миг я почувствовал, как Инси поселилась в моей душе… Тьфу, какая-то ерунда ванильная. Но как еще объяснить ощущение того, что часть тебя перешла другому человеку, в обмен на часть ее? Мы будто стали сообщающимися сосудами… Нет, опять не то. Равенства в нас нет. Скорее малая толика моих сил передается ей, а я получаю взамен… что?

Пока я пытался осознать произошедшее, понял, что Инси увлекшись поцелуем, прикрыла глазки и подняла ножку. А между прочим тут рядом ее другу прилетело от ходячего Барьера. Бедняга Джек, даже спиной о стену приложился…

Ну уж хватит! Все это бесообразие пора заканчивать!

С трудом отцепился от волшебницы. Распахнув веки, она смотрела на меня с неким сожалением. Хех, понравилось?

К чести Инси она быстро взяла себя в руки, тряхнула головой и повернулась к Барьеру, обрушевшему карнавал ударов хлыста на трещащий воздушный щит Хельга. На плече нашего мага лежала ладонь его друга чародея, без устали накладывающего бафф усиления — только благодаря этой поддержке вся троица до сих пор умудрилась сохранить жизни. Черт, они так страдают, а мы…

Вскинув руки, волшебница подчинила бешеный вихрь праны, все еще круживший над нашими головами и с размаху ударила ладонью о пол. Как и в первый раз, энергия ушла в камень.

А вот дальше пошли отличия. Через пару секунд прана, разметав каменный пол помещения, вернулась сразу пятью толстыми, закручивающимися точно бур, стеблями. С разных сторон они врезались в тело Барьера. По залу разлетелись молнии, от столкновения двух враждующих энергий.

А еще через секунду противостоянию пришел конец — стебли пробили сотканную из света плоть ангела. Под звук битого стекла, растворялись в воздухе осколки защитной системы хранилища.

* * *

— Так что пока мы с чудищем бились, она с Ильей в уголочке целовалась! — потрясая кружкой эля, хохотнул Джек. — А мне, между прочим, эта громадная тварь три ребра сломала! Если б не Аурис, — махнул он на сидящего за соседним столом наемника-целителя, — не веселился б сейчас с вами!

— Брось, — хмыкнул Джон, потрепав брата по волосам. — Все знают, что даже если б тебе оторвали ноги и руки, ты все равно б не пропустил пирушку! Приполз бы, цепляясь подбородком за пол.

— Это верно, — с серьезным видом кивнул Джек под хохот людей и гулей. — Но все равно не честно, — сведя брови он уставился Инси, сидящую справа от меня, — кто-то сражается, а кто-то лобзается!

— Тебе завидно что ли?! — с вызовом бросила волшебница, саданув кружкой по столешнице. — Тоже хотел с Ильей поцеловаться? Знай, он не такой!

— А откуда ты-то знаешь? — хитро прищурился Джек.

Веселый гомон гулей тут же сменился напряженным воем. Старейшина поднялся на ноги и, когда остальные немного утихли, холодно произнес:

— Следите за словами, Уважаемый Джек. Мы все обязаны Господину Ильяризу сегодняшней победой.

— Да знаю-знаю, — стрелок поднял руки, признавая поражение, — без него мы б не отделались малой кровью.

— Без него мы бы не дожали барьер, — буркнула Инси и повернулась ко мне. Недовольство поведением друга мгновенно улетучилось, стоило нашим глазам встретиться. Она расплылась в улыбке, но через секунду ойкнула и в очередной раз «скрылась за кружкой эля». Хм, такими ударными темпами она упьется еще до десерта.

Мы пировали в столовой лагеря, всем скопом разместившись за двумя длинными параллельными столами. На улице давно стемнело. Яства и наши подпитые рожи освещали масляные фонари, развешанные по одному на каждой толстой дуге-лиане, что служили каркасом всему зеленому ангару. Между собой они соединялись лианами потоньше.

Попить пивка на свежем воздухе, заедая жаренным на костре мясом — что может быть лучше после двух тяжелых дней? Меньше чем за сорок восемь часов я насмерть бился с инквизиторами, отхватил по шапке от Старшего Паладина, отмотал срок в одиночке, был приговорен к смертной казни, чудом спасен ожившим мечом и… обзавелся первым членом своей Свиты. Что это значит, я уже мельком успел узнать — Инси приходилось оправдываться после распускаемых Джеком слухов. Делая это с нескрываемым удовольствием, волшебница рассказывала товарищем, что теперь наши с ней жизни связаны, что теперь она стала сильнее, так как кроме своей праны может использовать и часть моей. Даже если я буду в другом мире.

Ну а чем ближе Господин и Страж (как теперь гордо именует себя Инси) находятся друг к другу, тем больше господской энергии может использовать член Свиты.

По всей этой системе у меня накопился ряд вопросов, но задать их времени не было.

Зато я успел выведать у волшебницы наиболее важную информацию — как привести в чувства Юру. Оказалось, всего лишь нужно было его «покормить» своей энергией — сконцентрировать прану на ладони и сунуть под нос питомцу. Сперва у меня возникли с этим проблемы. Все-таки такой финт это не боевые действия — кровь демона тут не поможет. Поэтому пришлось потратить почти час, пыжась и тужась, чтобы в конечном итоге ладошка слабо засияла коралловым светом.

Зато стоило только маленькому носику грызуна учуять мою прану, он поднял голову и принялся лизать материализованную энергию. Накормив свое духовное тело, Юра потребовал мирской еды. А сейчас еще и на пирушке носится по столам, хватая все, что плохо лежит, да набивая брюхо.

— Господин Юра, — важно произнес расположивший в конце нашего многометрового стола Дрох, когда хомяк заглядывал в тарелку его жены, — отведай и мою жрачку, пожалуйста, — и протянул ему дольку помидора.

Глядя на эту картину народ улыбался, а кое-кто и вовсе заливисто хохотал. Например, Старейшина Горх — не в силах сдержать смех, стучит ладошкой по столу, как тюлень ластой. А ведь несколько часов назад чуть ли не ругался с Лисанной, утверждая, что незачем нам возвращаться в Листвундский лес:

— Город наш, Госпожа! — кричал гуль. — Зачем оставлять его?! Разве не для того вы повели нас в бой, чтоб гули могли жить как люди?! А теперь что? Опять в чащу бежать?! Прятаться?!

— Успокойтесь, Старейшина, — стальным голосом отвечала Лисанна. — Вы правы, я хочу, чтобы гули жили как люди. Чтобы гули и люди были равны, доверяли друг другу. Я хочу искоренить расовую неприязнь, — произнесла девушка, поднявшись на эшафот и окинув взглядом свое войско. Здесь, на площади перед ратушей, находился пленный мэр, прочие городские шишки и верхушка гарнизона. Одни глядели на Госпожу Милье с ненавистью, другие с интересом.

— И что же вы хотите сделать для этого, позвольте узнать? — подал голос полный широкоплечий мужчина с обветренным лицом — мэр Куинза Герль Фихтер.

Лисанна обворожительно улыбнулась. Я с группой захвата хранилища в этот момент находился на краю площади. Сидя на сундуке, наблюдал за уверенной и властной девушкой, получая от созерцания ее истинное удовольствие.

— Я приведу вас к процветанию! — припечатала Лисанна, выдержав мхатовскую паузу. — Все вы знаете, — вещала она, — что юг приходит в упадок не только и не столько из-за рабства! Сколько из-за того, что король не хочет развивать наши земли! Он только выкачивает из нас ресурсы! Собирает огромные налоги! Но что дает взамен? Ничего! Добытое здесь оседает на севере! Там растут города, развивается промышленность, богатеют люди. В то время как здесь народ голодает и отдает властям последние крохи!

— Вы хотите воевать с королем? — подал голос мужик в потертом зеленом камзоле — один из членов Магистрата.

— Если потребуется! — осклабилась Госпожа Милье и, отсекая вопросы тут же добавила: — Через пару недель у нас будет армия, и мы захватим провинцию. По всей стране гули начнут подниматься против своих хозяев! И только мы сможем обуздать их гнев и направить на истинного врага. Верно Старейшина? — перевела она взгляд на опешившего дедка-гуля.

— Да, — неуверенно пробормотал он, обводя взглядом площадь. Наконец-то заметил меня. Когда наши глаза встретились, я медленно кивнул. — Да, Госпожа, — уже с жаром повторил Горх. — Мы откроем очи нашим братьям, но… — задумался старик, — своих нынешних хозяев они не простят.

Магистрат и солдаты зашептались. Лисанна, обреченно вздохнув, с укором поглядела на старика. И правда, не мог что ли как следует подыграть? От меня ведь одобрение получил, к чему перед такой толпой искренность разводить?

— Вы не станете отрицать, что будете убивать фермеров? — осторожно спросил мэр, почесав щеку закованными в кандалы руками.

— Не станем! — прогремел я, поднявшись на ноги и зашагав в сторону эшафота. Уверен, отважная Госпожа Милье и сама бы прекрасно справилась, но я решил ей помочь, направив на себя всю людскую агрессию.

— А это ты, чернокнижник, — хмыкнул мэр, за что тут же получил по загривку от охраняющего его гуля.

Я не стал отвечать градоначальнику, молча поднявшись на эшафот, и остановился возле «своей кадушки» как раз рядом с Лисанной.

— Ненависть притесненного народа можно смыть только кровью, — холодно проговорил я, глядя сверху вниз на мэра. Думаю, в грязной продранной одежде, с двумя поясными портупеями, надетыми крест накрест да с болтающимися в них клинками я выглядел… Неординарно? Хотя, надеюсь, достаточно внушительно, чтобы прислушаться к моим словам. — Гули по праву требуют крови. И они ее получат, — продолжал я. — Но гули не монстры, не звери, не бесчувственные чудовища, как вы их рисуете, пугая детей. Они такие же, как и люди. Только без кожи и едят иногда другую пищу. И так же, как и люди, хотят жить счастливо! Неужели они не вправе?

Наши странные переговоры длились минут тридцать. В итоге мэр оказался очень удивлен, когда с него сняли кандалы. Еще больше удивились все присутствующие, когда я предложили раздать горожанам часть денег из хранилища Собора. Ах да… об этом — стоило пасть барьеру, мы увидели несколько сундуков, забитых монетами. Никаких артефактов, книг, других вещей в зале не оказалось. Но как только Инси произнесла: «Объект 68542», прямо в воздухе материализовалась стеклянная колба с окровавленной тряпочкой внутри и приземлилась в руки волшебнице.

Таким образом на площади мы смогли немного задобрить горожан, а лично я помог Госпоже Милье убедить Старосту пока оставить Куинз и вернуться в лес. Настаивая на этом решении, Лисанна подчеркивала, что на данный момент у нас нет армии, хоть она и появится очень скоро (что вообще-то не факт). Сейчас мы не выстоим, если на помощь Куинзу и округу придет серьезное подкрепление. Моя чуйка целиком и полностью соглашалась с доводами девушки.

По дороге домой я немного пообщался с Лисанной. Нужно было окончательно понять, что она собирается делать дальше, и какова обстановка в королевстве. Девушка подтвердила, что ступив на путь войны, сдаваться не собирается. Ее цель — всеобщее благо (по мне, слишком пафосно и напыщенно). Она хочет, чтоб во всей Голлее (так называется их королевство), или даже во всем мире гули и люди жил счастливо. А начнет она с местной провинции. Пока Инси передает добытую тряпочку заказчику и получает деньги, Джейкоб — сын Генри, служащий Лисанне в качестве главы внешней разведки, договорится с армией наемников «Крылья Востока». Когда, получив деньги, наемники присоединятся к Лисанне, девушка захватит провинцию и укрепится в ней. Параллельно все новые и новые гули будут стекаться в ее отряд. Плюс агитаторы Госпожи Милье (под руководством все того же незнакомого мне Джейкоба) начнут промывать уши Магистратам других южных городов. Все-таки бедность кого угодно достанет, авось целые гарнизоны перейдут на ее сторону по доброй воле. Но и это еще не все! По словам Лисанны, за годы учебы в Голлейском национальном университете (кстати по образованию эта обворожительная воительница — историк словесности) она поняла, что и север не однороден. Даже в столице полно тех, кто готов оказать посильную помощь врагам короля. Ну или хотя бы просто отойти в сторонку и не мешать терзать монархию.

— Так что шансы на успех огромные! — с жаром подытожила Лисанна, когда мы верхом на лошадях подъезжали к лагерю. — Осталось лишь дождаться подкрепления!

— А что для тебя успех? — усмехнувшись, спросил я. — Свержение короля?

— Ну нет… — смутившись, протянула она. — Если он просто сменит свою политику и даст больше полномочий Парламенту, я буду считать это победой.

Спорить с девушкой я не стал. Посмотрим, что из этого выйдет. Пока я наблюдаю сплоченную банду Робин Гуда. Но никак не великое революционное воинство.

Вот так, вспоминая пережитое за последние два дня, я жевал мясо, на празднике по случаю одержанной победы.

— Господин, позволь спеть! — поднявшись на ноги, замахал мне рукой Хровн.

— Давай! — отозвался я, а народ поддержал одобрительным свистом и аплодисментами.

— Сейчас, за гитарой сгоняю! — крикнул гуль, сорвавшись с места.

Он вернулся через пару минут и принялся энергично бренчать по струнам, напевая, как я понял, народную (или правильнее сказать «расовую»?) песенку. И знаете что? Описание девушки-гуля и любовные переживания лирического героя в тексте этого трека немного пугали.

Зато гули веселились от души, а Старейшина, «дабы укрепить отношения», вытащил на заводной танец Лисанну, сидевшую слева от меня.

— Слушай… — заплетающимся языком пробормотала Инси, придвинувшись ко мне. Я оторвал взгляд от танцующей пары — старик-гуль хлопал в ладоши, вертясь вокруг усмехающейся Госпожи Милье, и взглянул на волшебницу. Да уж, нехило ее развезло.

— Слушаю, — отозвался я.

— А ты это… — девушка отвернулась и, разглядывая носки моих сапог, еле слышно пробормотала: — Не жалеешь?

— О чем? — удивился я.

— Ну это… тово-этого… что меня… ну ты понял…Ик!

— Не жалею.

— Правда? — вскинула голову Инси, обдав меня алкогольными парами и щенячьей радостью.

— Правда.

— Я ра… оу… — зажав рот ладошками, она вскочила с места и рванула из зала. Заметив побег подруги, Джон, усмехнувшись, поспешил отправился следом.

— Беги-беги! — крикнул вдогонку брату Джек, — а то опять, как прошлый раз, волосы заблюет.

Люди и гули, наблюдавшие это картину, залились хмельным смехом.

— С ней все будет нормально? — уточнил я у стрелка.

— Хех, — хмыкнул он, налив в кружку эль до краев. — А что с ней станется-то? Мало того, что ранг высокий, так в ней еще и отголоски крови отшельников. А они, как известно, кроме всего прочего еще и с ядами справиться помогают. Часа через четыре как новенькая будет.

Я с понимаем кивнул, отметив для себя, что нужно продолжить заполнять пробелы в своих познаниях. Хотя чем больше я узнаю, тем больше вопросов возникает. Прав был старина Сократ…

Уложив девушку спать, за стол вернулся Джон. А еще через некоторое время, извиняясь и прощаясь, народ начал расходиться по шатрам. Из моих ближайших соседей, первым слинял вдоволь наплясавшийся старик-гуль. За ним, поддерживая друг друга под локотки, в свой шатер побрели братья. После долгих и эмоциональных перешептываний с Лисанной, буркнув «Спокойно ночи», удалился и Генри. За этим краем стола остались лишь мы вдвоем.

Проследив взглядом за удаляющимся дворецким, Госпожа Милье повернулась ко мне и решительно произнесла:

— Я уточнила у Инси — я не могу войти в твою Свиту, потому что не имею дара. Но я могу поклясться тебе верности и в том, что буду действовать во имя твое и от имени твоего. Инси сказала, что тогда распространится твое Влияние. Не совсем понимаю что это, но она также сказала, что это пойдет тебе на пользу, — проговорила суровая воительница и потупила глазки, перебирая пальчиками подол платья. — Скажи, — она снова посмотрела на меня, — Ты согласился бы принять мою клятву?

— Да, — повинуясь чуйке, ответил я, абсолютно не понимая, о чем речь.

Ее глаза мгновенно стали серьезными. Лисанна медленно кивнула.

— Я благодарна тебе. С именем твоим и во имя твое, мы сможем достичь большего, — резко вскочив на ноги, девушка, под удивленные взгляды оставшихся немногочисленных гулей и наемников, произнесла: — Я — Лисанна Милье, клянусь, что посвящаю свою жизнь Демону Ильяризу! Все действия мои лишь во славу его и с его одобрения! — она склонила голову.

— Принимаю, — ответил я.

— Да!!! — заорали гули, вскакивая с мест.

— Ура!!!

— За Господина Ильяриза!!!

Услышав их возгласы, я ощутил такой прилив сил не только духовных, но и физических, что был готов вскочить да сорок раз оббежать вокруг леса. Сдержался с трудом.

— Фух… — выдохнул я, широко улыбаясь и глядя по сторонам. — Садитесь пожалуйста, очень рад, что вы рады, — голову немного кружило от скачка праны.

Не сдерживая восторженных криков, гули возвращались на свои места, добрым словом поминая Лисанну. Взглянув на усевшуюся рядом девушку, смущенно отвернувшую лицо, я размышлял, насколько искренняя ее клятва. Хочется верить, что достаточно. Ведь несмотря на наличие наемников, основа ее войска и всех ее сил — гули. А для этих ребят имя «Ильяриз» пустой звук. Получается, Госпожа Милье приняла веру тех, кем управляет, чтобы укрепить связь. По крайней мере я понимаю происходящее именно так.

— Илья, — промурлыкала девушка, приблизившись ко мне вплотную, когда гули и наемники вернулись к своему трепу.

— Да? — удивился я.

— Я рада, что мы разобрались с формальностями. Но есть еще кое-что, — я почувствовал, как локоть левой руки безвозвратно сгинул между двух нежных холмов. — Бонус, — прошептала она мне в ухо. — Ты явно сделал гораздо больше, чем просто «стоять в сторонке».

— Согласен, — кивнул я. — И какова будет плата?

— О-о-о, — протянула она. — Думаю, тебе понравится…

* * *

Мне понравилось. Все-таки в своем университете Госпожа Милье подцепила не только распущенные социально-политические воззрения, но и обучилась кой-чему в практической плоскости. Ух… С пользой потратил, появившуюся после клятвы Лисанны, энергию.

Когда на улице забрезжил рассвет, я оторвал голову от подушки. Взглянул на мирно сопящую девушку… Не удержался и поцеловал ее поистине идеальное тело. Она улыбалась сквозь сон, потом проснулась…

В общем задержался я еще на час. Натягивая штаны, боролся с желанием вновь побеспокоить сон Лисанны. Победил. Все-таки есть еще одна дама, которую я хотел бы повидать до отъезда.

Вышел на улицу, заглянул к себе, взять пару мешков, и зашагал к «домику», на котором росло вдвое больше цветов, чем на других. Метров через двадцать меня нагнал Юра, тактично слинявший в начале наших с Лисанной заигрываний. Хомяк, вскарабкавшись по моей одежде, занял место на плече, точно пиратский попугай, когда я замер перед нужным мне плетеным из лиан «зданием».

* * *

Инси открыла глаза. Лежа на спине, волшебница разглядывала плетеный потолок шатра, сквозь щели которого пробивались яркие лучи утреннего солнца.

Похмелья не было. Одаренные вообще редко его испытывают, а уж те, кто владеет отголосками синки и подавно. Не говоря уже о чистокровных отшельниках и их чистой синки.

На ясную голову волшебница прокручивала воспоминания минувшего дня. Дня, когда она окончательно убедилась, что Илья не какой-то там проходимец, а самый настоящий демон. И дня, когда она потеряла свою свободу.

Вспомнив Оммаж, девушка покраснела, и ее губы невольно расплылись в широкой улыбке. Потеряв свободу, она обрела Господина, а вместе с ним, что немаловажно, и силу.

На улице зашелестела травы. «Кто это поднялся в такую рань?»— мелькнуло в голове девушки, но она тут же ощутила приближение знакомой энергии. Хоть ее ранг не позволял чувствовать чужую прану, прана Господина — другое дело.

Осознав, кто именно замер на пороге ее шатра, девушка вскочила с лежака и схватила расческу.

— Инси, ты еще спишь? — услышала она голос Ильи.

— Одну минутку, я не одета, — соврала волшебница, успев подумать, что была бы не прочь, если б он вошел, когда она действительна не одета.

Но отодвинув подальше девичьи фантазии, Инси наспех причесалась, отряхнула платье, зажевала сорванный со стены листик, чтобы освежить дыхание, и поставила на стол бокалы да пузатый графин с вином.

— Входи, — пытаясь унять волнение, проговорила девушка.

Приподняв рукой тканое полотно, заменяющее дверь, через порог переступил ее Господин. Облаченный в новый изумрудный камзол, штаны из дубленной коричневой кожи и высокие сапоги, он выглядел эффектно. Выразительности образу добавляли сабля и катана, висящие с разных боков в петлях перекрещенных портупей. Ну и конечно же, фамильяр на плече, бойко вертящий головой и дергающий носом. И даже пара холщовых мешков не портила общую картину.

— Присаживайся, — указала девушка на один из двух стульев возле стола.

— Спасибо, — улыбнулся демон, заняв место.

Инси, расположившись рядом, разлила вино по бокалам.

— Отличный завтрак, — усмехнулся Илья, приняв свой бокал.

— У меня есть тост, — улыбнулась девушка, — За Оммаж, Клятву и твою Свиту!

— Поддерживаю! — согласился демон и, стукнувшись бокалами, они выпили. Молчали недолго — спустя секунд десять Илья неожиданно спросил: — Послушай, Инси, мы теперь очень близки, верно?

— Да, — неуверенно кивнула девушка.

— Я даже могу чувствовать твою энергию в пространстве. Идти на нее с закрытыми глазами…

— Так и должно быть, — пробормотала Инси, отчего-то опустив глазки.

— И ты теперь меня не предашь?

Волшебницу будто молния поразила! Вскинув голову, она изумленно выпалила:

— Конечно нет! Клятва — не пустой звук! Ее физически нарушить сложно, но даже если и пересилишь боль, сделаешь что-то во вред Господину — умрешь!

— Даже так… — задумчиво потер подбородок демон, будто и не заметив шока волшебницы, — тогда я хочу быть предельно честным с тобой. — Илья широко улыбнулся и положил ладонь на щеку Инси. Очень теплую и будто бы родную ладонь. — Я — полный профан во всех этих волшебных делах, — буднично произнес он, глядя ей в глаза. — То, что я демон, узнал лишь случайно попав в ваш мир. Поэтому я хочу, чтобы ты помогла мне заполнить пробелы в знаниях.

Илья мило улыбался, а Инси с недоумением хлопала глазками. Вот дела-то… Это ж надо было так влипнуть?! А ведь ей предлагали вступить в Свиту куда более опытные демоны! Правда, один был старикан, а вторая и вовсе — женщина! Как можно целоваться с женщиной? Это же противоестественно! А без обмена жидкостями Связь не образуется…

«Так, стоп! — велела себе девушка. — Бабушк… ой, то есть Наставница говорила, что сердце поможет выбрать Господина! И оно помогло. Значит, выбор правильный!»

— Хорошо, — кивнула Инси. — Спрашивай, я расскажу все, что знаю.

— Хм… — протянул демон. — Начнем с азов. Что такое прана, я понимаю. Но в чем фишка этих ваших отголосков? Они есть у каждого? Что это вообще за твари такие?

— Хех, — по-детски улыбнулась волшебница. — Это не твари. Это именно отголоски другой энергии, — заметив недоумение на лице Господина, девушка поспешила развить мысль. — Все миры пропитаны праной. Она повсюду — в воздухе, в воде, в наших телах — везде. Одаренные разумные могут концентрировать ее и использовать по собственному желанию. Но прана не единственный тип энергии, хоть и основной. Существует еще четыре. По одному на каждую Старшую Расу. У ангелов — это мана. У богов — эфир. У отшельников — синки, а у демонов — ёки. Эти энергии, они… — поджав губы, Инси задумалась, пытаясь подобрать нужное слово, — они в крови и в плоти, не повсюду, как прана, в конкретных телах. И у каждой есть свои особенности. Ёки внушает страх и позволяет быстрее обучаться искусству убивать, мана, наоборот, лечит других и укрепляет барьеры. Эфир вдыхает жизнь и смерть. Поэтому многие считают его сильнейшей энергией, хотя Наставница учила меня, что все энергии равны, — волшебница замолчала, невольно вспомнив уроки бабушки.

— А последняя? — сгорая от любопытства, торопил ее демон.

— Синки наоборот, — поспешила ответить девушка, — часто признают слабейшей. Она тоже немного лечит, но в основном позволяет общаться с созданиями природы. С животными, растениями, насекомыми…

— Понятно, — серьезно кивнул Илья, — А отголоски — проявление этих энергий не у представителей Старших Рас? У тех, кто как-то связан с этими Расами?

— Верно, — девушка восхитилась тем, что ее Господин схватывает все налету. — В основном это расы посвятившие себя служению той или иной Старшей Расе. Или вообще созданные силами Старшей Расы, как например гули. Считается, что они — плод эксперимента сумасшедшего чернокнижника, но моя Наставница, например, утверждала, что тот чернокнижник на самом деле был чистокровным демоном и в алхимическое зелье добавил своей плоти и крови.

— Кстати, — внезапно вспомнил ее Господин, — Джек говорил, что в тебе есть отголоски крови отшельников. То есть синки. Откуда? Ты же человек.

— Все просто, — улыбнулась девушка. — Кто-то из моих далеких предков являлся отшельником. Правда это не значит, что все его потомки имеют отголоски. Мои родители были самыми обычными людьми. А вот моя бабушка — она же моя Наставница, родилась одаренной, правда без отголосков синки. По ее словам, предыдущей одаренной, но уже с отголосками была ее пра-пра-прабабка.

— А если один из родителей — представитель Старшей Расы, а другой, например, обычный человек, — нахмурившись, проговорил Илья, — у ребенка будет чистая ёки, синки и иже с ними. Или все-таки отголоски?

— Чистая, — кивнула волшебница. — А вот уже у его ребенка, если второй родитель не носитель Крови Старшей Расы, уже отголоски.

— С этим понятно, — выдохнул демон, потянувшись за графином и разлив вино по бокалам. Чокнувшись, они выпили. Откинувшись на спинку стула, Илья продолжил: — Что с ритуалом?

— А что с ним? — не поняла девушка. — Называется Оммаж, чтобы создать Связь нужно доверие, слова Клятвы и поцелуй… — Инси снова скосила глазки, но быстро взяла себя в руки и залпом осушила бокал.

— И что, если я захочу с Джеком создать Связь, — скривился Илья, — мне с ним целоваться? Бе-е-е…

— Я не знаю, — виновато пожала плечами девушка.

— А, бес с ним, — демон вновь приложился к бокалу. Выпив все до последней капли, вытер лиловые усы и произнес: — Мне дала клятву Лисанна. Говорила что-то про Влияние. Что это?

— Ну как сказать…

Инси нравилось быть с ним рядом, разговаривать, рассказывать ему то, что не может рассказать никто другой в лагере. Он спрашивал, а она отвечала. Через час опустел пузатый графин, а на улице все чаще слышались голоса проснувшихся людей и гулей.

— Ладно, — в очередной раз покосившись на тканое полотно двери, произнес Илья. — Основное я понял. Вопросов, конечно, хватает, но если я задержусь дольше, рискую застрять у вас еще на день. Потом еще… И еще… А мне возвращаться надо. Не люблю, когда над головой висят несделанные дела.

— А может быть… — тихо проговорила Инси, — может быть и я с тобой?

Илья перевел взгляд на плечо. Притихший хомяк вдруг отчаянно замотал головой.

— Похоже не выйдет, — хмыкнул демон, снова повернувшись к девушке. — Но не бойся, я обязательно навещу вас. Ведь ты — моя Свита, гули — мои последователи. Ваши успехи — мои успехи. Я все правильно сказал? — улыбнулся он.

— Да, — кивнула волшебница.

— Ну и славно. Что ж, тогда не скучайте.

— Когда ты вернешься, мы подарим тебе страну! — с жаром выпалила Инси, вскочив с места.

— Хех, главное пупок не надорвите! — отозвался демон, поднявшись на ноги. Затем повернулся к хомяку: — Юра, открывай портал. Верни меня на Землю. Домой.

Грызун пробежался по рукаву хозяина, перебрался на стол и поднялся на задние лапки, передними рисуя в воздухе круги. Инси почувствовала завихрения праны, а через несколько секунд пространство искривилось, вытянулось и превратилось в огромный овал, напоминающий громадную расплющенную каплю расплавленного серебра.

Илья помахал рукой на прощанье и…

— Стой, — Инси схватила его за рукав, развернула к себе и поцеловала в губы, всем телом прильнув к демону.

А через минуту портал исчез, оставив волшебницу одну в пустом шатре. Усевшись на стул, она расплылась в довольной улыбке. Она верила, что скоро вновь воссоединится со своим Господином.

Глава 8. Дом, милый дом

За последнее время Рагортос привык к любопытным взглядам. Он даже научился почти не обращать на них внимание, а ведь раньше с трудом сдерживал клокочущую в груди ярость. Ну еще бы! Он — наследник клана Одартар, вынужден напялить на себя мерзкий плащ Паладина! Что за бред?! Если бы не просьба отца, лучше б вскрыл себе брюхо, чем служить Инквизиции.

А ведь раньше все было иначе… и стоило отцу разжигать эту войну?

Могучий орк мотнул головой, длинный хвост черных волос едва не хлестнул по краснокожей щеке.

Стоило! Честь дороже жизни! Наши предки тысячи лет были хозяевами своего мира, властвовали в Орконе! Почему именно мы должны были уйти? Зачем Вечный Король назначил в Оркон другого Владетеля? И пусть отцу Рагортоса предложили владеть другим миром, но… нельзя оставлять свое! Нельзя срамить память предков!

Хотя в результате посрамили. Родовое и Личное умения отца заблокированы. Естественно, предложение стать Владетелем, пусть и в другом мире, Вечный Король отозвал. Победители насильно передали управление кланом малолетнему сыну Рагортоса и отобрали клановые земли. Теперь то, чем тысячи лет владели предки, приходится брать в аренду у нового Владетеля. Тьфу! Ну а самому бывшему наследнику в знак подчинения придется двадцать лет носить плащ Паладина…

«Благо хоть ранг дали соответствующий силе, а не унизили жилеткой Оруженосца» — пронеслось в голове Великого Паладина.

Пройдя по коридору, с обеих сторон пестрящему белыми дверьми, Рагортос остановился у одной и потянул за ручку.

— Привет, — буркнул орк. Входя в кабинет, пришлось пригнуться, чтобы не задеть притолоку хвостом волос.

— Добрый день, — не удостоив вошедшего взглядом, отозвался работавшего за столом эльф. Он разглядывал голограмму перед собой. Орк отметил на объемном изображении черноволосого парня с двумя клинками в перекрещенных портупеях.

Если б Рагортос был поэтом, то сравнил бы сидящего перед ним эльфа с холодной луной, а себя с кровавым рассветом. Как и все эльфы, а их бывший наследник клана Одартар в разных мирах повидал немало, его непосредственный начальник (он же напарник) Наставник-Паладин Лендадаар походил на тощего больного оленя. Но вместо рогов голову украшали длинные прилизанные светлые волосы и острые уши. Одартар — клан с богатой историей, предкам Рагортоса доводилось и с эльфами биться. Так вот, с тех пор все в клане уверены, что копченые эльфийские ушки — лучшая закуска к пиву.

— Как прошли ваши ляляканья? — осведомился орк, усевшись за свой стол, стоявший вплотную со столом эльфа так, что напарники располагались лицом к друг к другу.

Поморщившись, Лендадаар соединил ладони и медленно развел их в стороны. Объемное изображение над его столом растянулось. Сделав пас рукой, эльф развернул «картинку» «лицом» к подчиненному. Снова небрежно махнул кистью, отматывая запись.

Глядя на это действо, Рагортос в очередной раз с тоской подумал, что жизнь в Орконе была сущим удовольствием: ни тебе компьютеров, ни интеллектуальных кристаллов — ИнКов — только магия, сталь, кровь и огонь. Эх, и пусть самого Рагортоса в Осевой Академии обучили работе с подобной техникой, любви к ней орк не испытывал.

— Смотри, — повел пальцами Лендадаар, запуская воспроизведение с нужного места.

Подперев ладонью подбородок, Великий Паладин внимательно наблюдал битву горстки людишек с Барьером. Весьма слабым Барьером, созданным, скорее всего, Ветераном. Упс, нужно говорить по-инквизиторски — Старшим Паладином.

Хотя сам Рагортос быстро справился бы с такой защитой, группе людишек пришлось не сладко. Опа, куда она его тащит? Что за?..

Вытаращив глаза, бывший наследник клана Одартар вскочил с места и уперся в столешницу обеими руками. Как и всякий орк, он очень бурно реагировал на… на многое.

Однако к моменту, когда древесная волшебница разрушила Барьер, Рагортос успел успокоиться и вернуться на место.

— Неожиданный поворот, — изрек он, стоило лишь объемным человечкам перестать бегать над столом.

— Отчего же? — эльф откинул прядь прямых волос за плечо и удостоил напарника пренебрежительным взглядом.

— Не знаю, как ты, — хмыкнул орк, — а я в первый раз вижу Оммаж представителя Старших Рас. Но, гребанный стыд, какого ангела они выбрали этот слюнтяйский способ, а? — хохотнул Рагортос. — Кровавое рукопожатие куда более эффектно! Главное ж жидкостями обменяться!

— Согласен, их способ слишком вульгарен, — Лендадаар даже поморщился, но быстро взял себя в руки. — Ты сказал, не видел Оммаж Старших Рас. — проговорил он, меняя тему. Эльфу прекрасно удавалось скрыть разъедавшее его любопытство. — А других? У тебя были Стражи?

— Были, — оскалился орк так, что его нижние клыки, и без того не умещающиеся в пасть, показались вдвое больше, — но меня заставили разорвать Связь, а Клановый Зал Оммажа уничтожить.

Воспоминания обжигающим клинком полоснули сердце орка. Церемония Оммажа — долгие приготовления, наполненное энергией помещение — все гораздо сложнее, чем у Старших Рас. А теперь… пустота.

— Ангелы с этим! — махнул могучей рукой Рагортос, вперившись взглядом в начальника. — К чему запись-то? У нас же есть задание?

Эльф снова поморщился и даже позволил себе качнуть головой:

— Расследованием жертвоприношения в Гоншельге займется другой отдел. — спокойно ответил эльф.

— Отдел? — удивился орк. — Даже не двойка?

— Отдел, — холодным тоном повторил Лендадаар.

Рагортос озадаченно хмыкнул. Ему казалось странным, что расследование передали совсем уж другой группе. Ладно б другой двойке внутри их отдела. «Гребанные Инквизиторы. — мысленно выругался новоявленный Великий Паладин. — все у них через задницу!»

— В общем, передашь мне все наработки, я передам дальше, и мы забудем об этом деле. — проговорил эльф. — У нас есть другое задание.

— Что-то поважнее ритуального жертвоприношения? — хмыкнул Рагортос.

— Нет, — внешне спокойно выговорил Наставник-Паладин. Однако его подчиненный готов был биться об заклад, что внутри эльфа кипит лава. — Но не менее важное. Черноволосый парень, — махнул он рукой над столом, где минуту назад бегали голограммные человечки. — Запись с Ока Мнемосины. Похоже, воры не знали, что во всех хранилищах Инквизиции действует это заклинание.

— Мы будем расследовать грабеж? — усмехнулся орк, понимая, что вместо действительно серьезного дела им подсунули разбираться с крысиной возней. — И что украли? Деньги? Ха!

— И их тоже, — кивнул эльф. — Но главной целью грабителей была часть мантии одного известного святого.

Рагортос свел брови.

— Часом не Лукреции Очищающей? — пробасил он, припомнив беседу с гоблином Гряжуксом — другим Великим Паладином из их отдела. Зеленый коротышка рассказывал, что со своим напарником расследует кражу артефактов. Упоминал, что в одном мире украли кольцо Лукреции, в другом уже ее зуб. Тогда орк не придал значения словам товарища, пропустив половину мимо ушей.

— Зришь в корень, — кивнул Лендадаар. — Но бьешь мимо. Мантия Жана Законника — Ученика Лукреции и второго, после нее, Гроссмейстера ныне не существующего Ордена Праведности. Но у грабителей ничего не вышло.

— То есть? — не понял орк.

— Они украли подделку. Старший Паладин Шевль за день до уничтожения Барьера, поменял артефакт. Кстати, тогда же он столкнулся с похитителями впервые и отправил их за решетку.

— Они смогли выбраться?

— Сбежали с эшафота с помощью дракона.

— О как… — протянул орк и залился веселым смехом. — Ха-ха-ха!

— Не смешно, — сухо заметил эльф.

— Чего не допросили-то их до казни? — перестав смеяться быстро спросил Рагортос. — Почти во всех мирах люди верят, что своими калеными щипцами Великая Инквизиция может выведать абсолютно любые тайны.

— Вздор, — металлическим голосом отрезал Наставник-Паладин. — И ты это знаешь. Такие методы использует Серая Инквизиция. А их отделения в городе, где ограбили Собор, нет. Поэтому использовали лишь Младший Стул Правды — допросили двоих из них, но ничего не узнали.

— Почему не всех? — удивился орк.

— Младший Стул, — с ударением на первое слово, повторил Лендадаар.

— А, понял. — кивнул орк. — его нельзя использовать на тех, кто владеет Старшими Энергиями или отголосками. На нормальный Стул, не говоря уже о Старшем, денег не хватило. Нечего такое добро в мелких деревушках ставить. Бюджет, ангелы его дери!

— Правильно, — кивнул эльф и тяжело вздохнул. Пусть они знакомы не так давно, но Рагортос уже понял, что его начальник делает так, устав от разговоров. — В общем, это тоже не наше дело, — огорошил товарища Наставник-Паладин. — Нам нужно только выяснить, что это за черноволосый, и из какого он клана. Если клан слабый, стребовать компенсацию за участие их члена в разбойном нападении на хранилище Великой Инквизиции.

— Всего-то? — не скрывая разочарования, протянул Рагортос. — Такая мелочь? — он покачал головой, про себя отметив, что двадцать лет рутинной работы он не выдержит. Вот бы какая-нибудь заварушка началась! Топор вражьей кровью смочить… Было б, что надо! А не претензии катать не пойми кому.

— Это наше задание, — полоснув орка холодным взглядом, процедил эльф.

— Наводки есть? — взял себя в руки бывший наследник клана Одартар и запустил шестеренки мозга на полную мощность. — Это Свободный мир? Или у него есть Владетели? — быстро спросил орк.

— Верлион поделен между тремя Владетелями, — кивнул Лендадаар, одобряя вопрос. — Часть, где произошел инцидент, отдана во владение Мадтеона Вязийя, главы клана Вязий.

Эта фамилия мало, о чем говорила Рагортосу. «По-моему в Академии была девчонка из их клана… — пытался припомнить он. — Но не факт.»

— Значит нам нужно встретиться с этим Мадтеоном. — вслух проговорил орк. — И спросить, давал ли он право устраивать ритуальные лобзания с проживающим на его землях одаренным. Девка же местная?

— Да, — кивнул эльф. — Ты правильно мыслишь. Если черноволосый не хотел умышленно дать пощечину клану Вязий, он должен был получить разрешение.

— Включи еще раз запись, — попросил Великий Паладин. Его начальник кивнул, исполнив просьбу.

Как только картинка вновь исчезла, Рагортос откинулся на спинку стула, закинув руки за голову:

— Не похоже, что черноволосый заранее планировал ритуал. Значит кто-то хочет войны с Вязийями? — внезапно глаза орка удивленно округлились. Невольно припомнив материалы последнего дела, его мозг породил очень смелое предположение: — А вдруг парень не из кланов?

На сей раз эльф сбросил безэмоциональную маску и хищно прищурился:

— Оммаж, проведенный простолюдином — нарушение Осевых законов.

— Работа по-нашему профилю, — усмехнулся орк. — Есть еще какая-нибудь информация? Если наша догадка верна, нужно добраться до парня раньше Мадтеона, а то сдохнет он и избежит наказания, ангелы его дери!

* * *

Межпространственный скачок напоминал обычное моргание: раз — вошел в серебристый овал в шатре Инси, два — летишь мордой вниз в зеленую траву.

— Твою мать, Юра. — я умудрился приземлиться на носки и сделать перекат. Выдохнув, гневно уставился на хомяка. Грызун, поднявшись на задние лапки, добродушно заглядывал мне в лицо. — Не мог, что ли, поближе к земле портал открыть? Полтора метра это тебе не шутки…

Естественно, хомяк воздержался от ответа, лишь пискнул и развел лапками. Выглядел грызун гораздо лучше, чем после нашего первого межпространственного скачка. Ну еще бы! Столько праны моей вчера сожрал! Вот только наводчик до сих пор контужен, мы явно далековато от дома.

Покачав головой, я поднялся на ноги, размял спину и огляделся. Так-с, стою в траве по колено, слева начинается темный лес, почти совсем стемнело…

— Вж-ж-жу-у-у-у, — донеслось справа от меня. Звук ревущего мотора сложно перепутать с чем-то другим.

Подумав, решил оставить мешки с сокровищами и мечи в траве. Положив добро на землю, направился в сторону трассы. Через минуту вышел на междугороднюю двухполоску и снова огляделся. Никаких опознавательных знаков. Твою ж, так и вещички немудрено потерять.

— Пи-пи-пи. — донеслось снизу.

Юра стоял на большом булыжнике, формой отдаленно напоминающим стрелку курсора.

— Молодца. — похвалил хомяка я и расположил камень так, чтоб кончик указывал ровно в ту сторону, где схоронил клад.

Конечно, решение это чрезвычайно сомнительное, но мне бы хоть до каких-нибудь указателей добраться. Мало ли что может случиться по пути. Бандюги нападут или полиция? А я с мешком изумрудов да двумя мечами!

Топать пришлось недолго — минут через двадцать я остановился перед табличкой, сообщающей, что до Столицы шестьдесят километров.

Пришлось вернуться за шмотками, затем снова к указателю — к счастью, все протекало без происшествий. Встав спиной к табличке, зашагал прямо — под прямым углом от трассы. Под здоровенным лопухом через сто сорок восемь шагов я и припрятал свои пожитки. Немного постоял, сверяясь с внутренним голосом. Получил одобрение, снова вышел на трассу и потопал в сторону родного города.

Первая проехавшая мимо фура не обратила внимания на мои размахивания руками. Как и две легковушки, пролетевшие следом за ней. Шагаем дальше.

Еще пара машин плевать хотела на одинокого путника в странном камзоле (а ведь я старался подобрать наиболее нейтральную, приближенную к нашей моде одежду). Но вот ехавший за ними тяжеловоз решил остановиться. Наказав хомяку не высовываться из кармана, открыл дверь и залез внутрь.

— Спасибо, что подобрали. — начал я, разместившись в пассажирском кресле.

— Да было б за что. — усмехнулся крепкий мужчина лет сорока с щетиной и светлыми волосами. — В Столицу?

— Да. — кивнул я.

— Ну так поехали, — он еще раз окинул меня изучающим взглядом, сделал для себя какие-то выводы и, уставившись в лобовик, пустил машину вперед.

Я успел подивиться, что едем без лишних вопросов, однако через минуту дальнобойщик вновь заговорил:

— На турбазе поди пьянствовал? — проговорил водитель скорее утвердительно, чем вопросительно.

— Угу. — согласился я.

— Встречал уже такого. — хмыкнул он. — Тоже с друзьями поссорился да домой вернуться пытался. Ну я его и подвез.

— Хех, да у меня такая же фигня…

— Только у тебя костюмчик веселее! Тот простой был, как пять копеек! А у вас, поди, костюмированная пьянка-то была?

— Ага.

— Ну а чего не поделили-то? Чего ушел?

— Ну что могли не поделить пьяные парни? — усмехнулся я, на ходу подстраиваясь под заданную водилой легенду. — Девку, естественно, — для пущего эффекта я драматично вздохнул и отвернулся к окну.

— Ну, парень, не удивил. Знаю я, каково это… Но молодость она ж для того и дана, чтобы веселиться да ошибки совершать. Помяни мое слово! Уж лучше так, чем… Эх… — махнув рукой, он опустил стекло и закурил.

Какое-то время ехали молча. Глядя на мелькающие за окном очертания деревьев, я пытался упорядочить все полученные за последние время сведения.

Итак, я вернулся на Землю. Очень надеюсь, что на родную Землю, а не на какое-нибудь ее отражение, как в фантастических романах. Правда час назад, когда я встречал рассвет в другом мире, в голове мелькнула мысль, что стоит остаться и воевать вместе с Лисанной, обрастая последователями и становясь сильнее.

Чуйка велела не выдумывать и возвращаться домой.

Что же делать дома? Прошлый раз в родном мире меня поймали злобные президенты-садисты. Причем выловили посреди дороги. Стало быть, знали, откуда и куда я еду. Не раз думал об этом — дома или у мамы может быть засада. Соваться туда сходу не стоит. А что тогда остается?

Эх, если вспомнить мою жизнь, дядя Гена постоянно готовил меня к неприятностям. И сейчас я говорю не о занятиях боевыми искусствами да стрельбе. Пару лет назад он отвел меня в один ночной клуб. Было немного странно идти в подобное заведение с таким «вторым пилотом». Да и потом, «Что я маме скажу, когда он молоденькую девочку склеит?» — вертелось тогда в голове. Однако оказалось, что в клуб мы наведались с другой целью. С целью знакомства. Меня представили людям, о которых дядя Гена говорил так: «Я жизнь готов им доверить. Если вдруг случится что-то из ряда вон выходящее, и тебе понадобится помощь, неважно в чем, а меня не будет рядом, сразу едь сюда. Понял?»

Тогда я просто кивнул. Понял всю суть только оказавшись в другом мире. Но сейчас я вернулся и четко знаю, к кому обратиться за помощью.

С краткосрочными планами ясно. А дальше? Хм, ну с этим тоже ничего сложного. Определенно, жить простой человеческой жизнью у меня больше не получится. А если получится, то не захочется. Все-таки не человек я… А ощутив однажды силу, больше не смогу от нее отказаться.

Значит нужно ее наращивать. И прежде всего для того, чтобы ни одна тварь не думала снова нападать на меня, похищать и пытать.

Но обрести силу не так-то просто, придется хорошенько попотеть. Инси рассказала мне много интересного. Например, что от врожденных данных и собственных тренировок зависит далеко не все. Уповая лишь на это, только истинные гении могут перерасти пятый ранг. Остальные же за всю жизнь максимум до Ветерана доберутся. Кстати, сама волшебница, как раз-таки (по ее словам) гений. В свои семнадцать она болтается между Специалистом и Ветераном. И, уверена, даже если б не создала со мной Связь, смогла бы стать минимум Наставником. А это уже седьмой ранг.

К слову о рангах, их всего десять, идут от низшему к высшему. Существует общепринятая система, и есть частные системы, перекликающиеся с общей. Например, общее название первого ранга — «Ученик», а у тех же Инквизиторов это «Рекрут». Далее идет «Выпускник», а у служителей церкви «Оруженосец». Следующие пары: «Воин» — «Младший Паладин»; «Специалист» — «Паладин»; «Ветеран» — «Старший Паладин»; «Учитель» — «Великий Паладин»; «Наставник» — «Наставник-Паладин»; «Мастер» — «Магистр-Паладин»; «Грандмастер» — «Грандмагистр»; ну и пара номер десять: «Гуру» — «Гроссмейстер».

Частных градаций куча, даже у демонов своя есть. Но Инси знала лишь церковную — ее Наставница утверждала, что нечего голову забивать всякой ерундой и рассказала ученице только общие названия. Ранги паладинов девушка уже позже изучила сама, так как частенько с ними сталкивалась.

Возвращаясь к силе, а точнее к объему доступной праны, по большей части и определяющей эту самую силу и ранг, стоит отметить главное. Чтобы расширить возможности собственного тела по контролю энергии, нужно создать Связь и получать часть праны Господина. Чем сильнее сам Господин, и чем ближе он находится, тем больше праны передает Стражу. В теории у сверхсильного существа в ранге Гуру и Стражи могут быть Гуру.

Но в любом случае этот способ мне не подходит — нельзя одновременно быть и Стражем, и Господином. Да и, честно говоря, не хочется отдавать всего себя другому разумному. Мне нравится принадлежать самому себе, и я сделаю все, чтобы так и продолжалось дальше. И я не один такой. Инси говорила, что, насколько ей известно, представители Старших Рас очень редко становятся Стражами.

Так что для меня открыт только второй путь получения силы — через Влияние. Как я понял из сумбурного рассказа волшебницы, это такая абстрактная величина, которая может основываться как на Страхе, так и на Почитании, или даже совмещать оба эти способа. Страх, как ясно из названия, по сути своей силовое подчинение — захватил территорию, жестко обозначил новые порядки, и коренным жителям остается лишь вздрагивать при упоминании твоего Имени да верно служить, боясь подумать о предательстве. Однако гораздо больше отдачи от Почитания (условно с одного верующего в полтора-два раза больше, чем с запуганного). Но Почитание доступно лишь представителям Старших Рас.

Чем шире распространяется твое Влияние, чем больше разумных оно охватывает, тем больше ты получаешь с них праны. Понемногу с каждого. Так, что верующие (или запуганные) даже не подозревают, что из них «пьют» энергию.

Если изображать схематично на моем примере, получается, что члены отряда Лисанны (кроме наемников) искренне действуя во Имя мое, передают мне часть своей праны. Условно по пять процентов от каждого. Эта энергия объединяется с той, что доступна моему физическому телу — в результате получается весь доступный мне объем праны. А уже из него я могу до десяти процентов передавать своему Стражу (правда настолько много, только если она стоит рядом). Важно учитывать, что все эти «передачи» происходят неосознанно. Ни я, ни мои последователи, ни мой Страж не можем специально передать или взять фиксированный объем праны. Манипуляции проходят на другом уровне, совершаются не разумом, а… будем считать, что душой.

Еще меня очень позабавила ситуация с Именем. Когда Инси только рассказывала о Влиянии, я терзал себя сомнениями — ведь я — Илья, а верят гули в Ильяриза. Я озвучил свои мысли вслух.

— Это нормально. — ответила волшебница. — Возьмем к примеру «Создателя» Верлиона, в которого верят здесь, в Голлее, и других королевствах материка. Религия зародилась тысячу лет назад с подачи Владетеля этих земель тогдашнего главы клана Вязий. Таким образом он распространял свое Влияние. Но вот что забавно, свою рожу Вязий не решился использовать для лика Создателя — рога мешали. Поэтому выдвинул своего вассала — человека. И получилось, что, думая о Создателе, люди представляли вассала тогдашнего главы, но энергия от их веры шла главе клана. А после и его прямым наследникам.

— То есть можно распространять Влияние через подставное лицо? — удивился я.

— Получается, что так, — усмехнулась Инси.

Сейчас, прокручивая в голове ее слова, я чувствую, как постепенно вырисовывается картина дальнейших действий.

— Ну че, не жалеешь, что с пьянки свинтил? — прервал мои размышления дальнобойщик.

— Не-е-ет, — улыбнулся я, вынырнув из глубоких раздумий. — Впереди ждут куда более интересные развлечения.

— Думаешь? — глянул в мою сторону мужик.

— Уверен.

— Эх молодость! Все мы такие были… — проговорил он и пустился в воспоминания. Водитель явно был рад подвернувшемуся собеседнику. В дальних рейсах устал, наверное, только с магнитолой разговаривать. А тут я — слушаю, киваю, даже вставляю уместные фразочки время от времени.

Естественно, до нужного места меня не довезли — даже если б фуре можно было ездить по любым улочкам Столицы — слишком странно закладывать здоровенный крюк ради попутчика-халявщика, которого и видишь-то впервые.

Тепло попрощавшись с дальнобойщиком, я вылез из машины и ступил на тротуар. Еще в пути решил не пытаться убалтывать таксистов, мол вы меня довезите до места, а там я зайду в клуб и попрошу за меня заплатить. Поэтому развернувшись, быстро зашагал в сторону ближайших дворов. Худо-бедно я знал эту местность и за тридцать минут доберусь, куда нужно.

Боялся ли я ночных прогулок через темные столичные дворики? Нет. Ну что мне — демону, владеющему праной, могут сделать простые гопники? Опасаться стоит лишь, что в случае потасовки, сломаю кого ненароком. Да и вообще, в наши времена хулиганов-беспредельщиков почти не осталось, так что по пути я встретил несколько пьянствующих компаний, но до меня им ровным счетом не было никакого дела.

— Эй, народ! Глядите какой кент! С чучела что ли куртейку снял? Ха-ха-ха!

Твою ж мать. Сглазил! А ведь до клуба оставалось всего-то пару минут…

Глянув направо, откуда донесся гнусавый голос, увидел шестерых пацанчиков, давящих сиську пива в беседке на детской площадке. Не теряя надежды избежать бесполезного конфликта, взял левее, ближе к пятиэтажному дому.

Однако псы, почуяв жертву, сорвались с мест и быстро зашагали наперерез.

— Это ж он, пацаны? — неуверенно проговорил гопарь в бейсболке.

— Похоже. Держите его, я звякну. — крикнул самый низкорослый из них.

Звякнет? А вот это уже нехорошо… Кому он собрался докладывать? Неужели садисты обо мне столько узнали, что просчитали мой поход в клуб? И так серьезно подошли к вопросу, что расширили свою агентурную сеть местной шпаной? Какой вообще был шанс того, что я попрусь через дворы? Значит ли это, что рядом с клубом собрались действительно опасные ребята?

— Эй, кент, стой. — четверо гопарей взяли меня полукругом. Слева растянулся низенький заборчик, окружающий придомовые клумбы.

— Стою. — отозвался я, скользнув взглядом по двум другим. Низкий стоит дальше остальных, что-то нервно бормоча в телефонную трубку. Еще один — в кофте с эмблемой известного футбольного клуба, стучал по экрану мобильника, на ходу отбивая сообщение. Эх, вот и вернулся я домой…

Глава 9. Гоблин

— Уважаемые, я спешу, — проговорил я, снова взглянув на четверых гопников. Стоят довольно близко — и минуты хватит, чтобы разобраться с ними. Но дам людям последний шанс. — Если у вас нет ко мне каких-либо дел, я пойду, — коротко кивнув, я зашагал дальше.

— Стой, сказал! — встал на моем пути парень в бейсболке и двумя руками толкнул в грудь. Эх… видит небо я не хотел. Но не я это начал…

Схватив гопника за запястья, дернул на себя. Ударил коленом в грудь и тут же сменил захват, взяв замком затылок парня. Через мгновенье колено прилетело уже ему в лицо. Оу… нос всмятку! Таких серьезных травм я раньше не наносил. Нужно быть поаккуратнее, используя прану против обычных людей.

Тип в бейсболке потерял сознание и рухнул на асфальт. Краем глаза заметил движение слева. Развернувшись увидел еще одного подлетевшего гопника. Парень замахнулся для хука, но я опередил его стремительным хай-киком. Стало немного боязно, когда еще один противник рухнул безвольным мешком. Черт! Реально ж поубиваю их!

— Ах ты сука! — взревел гопарь в грязнобелой футболке, достав из кармана спортивных штанов нож-бабочку. — Порешу, тварь!

И у этого ничего не вышло. Ногой ударив по руке с ножом, обезоружил смелого балбеса и хуком в челюсть отправил в нокаут. Блин, я ведь пытаюсь сдерживаться!

— Ну нах… — пробормотал четвертый, пятясь.

— Скорее мать вашу!!! — донесся до меня истеричный крик. — Сейчас уйдет, — орал Низкий в трубку телефона.

Поняв, что в конкретный момент времени мне ничто не угрожает, я на секунду подвис, размышляя, как поступить дальше. Сначала хотел просто убежать подальше, обогнуть район по дуге, поплутать, запутывая следы, и выйти к клубу через несколько часов.

Но поступил иначе.

Рванув с места, подлетел к опешевшему Футболисту и вырвал из его рук смартфон. Самого парня, как и предыдущего, вырубил одним ударом в голову. Повернулся к Низкому, тот, сообразив, что у меня на уме, дал деру.

Догнал я его метров через пятьдесят, рядом с забором детского садика.

— Ну что, урод, — схватив гопника сзади за ворот кофты, процедил я. — Тебе тоже башку проломить?

— Ты чего, парень! — затараторил он. — Давай по-человечески поговорим! Прости, попутали, против тебя ничего не имеем. Так что замя…

— Кому ты звонил? — холодно спросил я.

— Кому надо, тому и звонил, — огрызнулся он, попробовав достать меня левым хуком.

На сей раз мне удалось сдержать прану. По крайней мере от короткого удара в печень Низкий не вырубился, а, завыв, согнулся в три погибели. Я резко надавил ему ладонью на затылок — гопник не устоял и растянулся на траве.

— Кому ты звонил? — прорычал я, как котенка, тыкая Низкого мордой в землю. — Отвечаю, если не заговоришь, пробью тебе башку.

Детство в «веселом» районе научило меня, как общаться с подобными индивидуумами. Вот и теперь гопник перестал корчить из себя героя и забормотал:

— Несколько дней назад к нам подходил мужик. Скинул твое фото. Сказал, если увидим, звонить ему.

— И вы так просто согласились? — недоверчиво хмыкнул я.

— Он дал бабок. Много. И обещал еще больше, если тебя сдадим!

— Кто он? — прорычал я.

— Да обычный мужик! При бабле! Сказал, Антон зовут!

— Ясно. Гони телефон.

— Чего?

— Трубу гони, а то получишь!

— Эй…

Осторожно вдарил ему еще раз по печени. Низкий перестал спорить и протянул мне старенький Айфон.

— Надеюсь, ты понимаешь, что если спалишь меня кому-нибудь, я тебя выловлю?!

— Понимаю, — буркнул тот.

— Ну и славно, — я поднялся на ноги и…

— БА-БА-А-А-АХ-Х-Х-!!!

Оглушительно рвануло как раз в направлении клуба, и над пятиэтажками поднялся огромный столб дыма.

— Черт… — выругавшись сквозь зубы, я развернулся в противоположную сторону и дал деру.

— Илья, стой!!! — услышал преодолев десяток метров.

Чуйка подсказала, что можно послушаться и остановиться. Развернувшись, увидел бегущего ко мне мужчину.

— Я от Гоблина, — выпалил тот, остановившись метрах в пяти.

Одетый в куртку с капюшоном и коричневые штаны, он напоминал модного завсегдатая спортивных залов. На голову выше меня, со смазливой рожей… Может стриптизером в клубе подрабатывает? Хотя какая разница. Главное, несмотря на бег, парень (все-таки вблизи он выглядит моложе — на вид лет двадцать семь) совершенно не запыхался. А еще моя чуйка разрешила ему доверять.

— Слушаю, — кивнул я.

— Некогда слушать, — быстро проговорил он. — Ехать нужно. У меня машина рядом.

— Веди, — не стал спорить — внутреннему голосу я верю безоговорочно.

Миновав три двора мы еще сильнее отдалились от клуба, прежде чем Николай (так звали гоблинского посланца) достал из кармана ключ и пикнул брелоком сигнализации. Черный Пассат ответил ему веселым перемигиванием.

— Залазь, — крикнул он, открывая себе дверь. Если вначале нашей встречи парень строил из себя воплощение невозмутимости, то теперь дал слабину и откровенно нервничал.

Как важная шишка, я разместился на заднем сидении. Выехав из двора, Николай свернул налево, на узенькую улочку. Через метров четыреста снова повернул и вскоре еще раз. Глядя в окно, я с интересом наблюдал за этими петляниями. Мой водитель явно пока опасался выезжать на оживленную проезжую часть. Я же был предельно спокоен — внутренний голос утверждал, что поступаю правильно.

Через пару минут и Коля немного расслабился, вытащив из кармана куртки новенький Самсунг.

— Позвони Боссу, — велел он трубке и приложил телефон к уху. Ответили довольно быстро. — Привет, Босс, — проговорил Николай и замолчал, слушая собеседника. — Да, Босс, он со мной. Все нормально, — снова реплика, как я понимаю, Гоблина. Жаль, мне не слышно, что он именно говорит Коле, но по ответам парня суть разговора вполне понятна. — Поверил на слово, Босс, поэтому раньше вам не пришлось звонить, — водитель замолчал, внимательно слушая начальника, кивая в такт головой и аккуратно объезжая ямы на дорогах. — Понял, Босс. Скоро будем.

Завершив разговор, Николай положил телефон на полочку и, глянув на меня через плечо, сообщил:

— Поедем на нашу новою базу. Босс ее недавно приобрел через подставных лиц. Все по уму сделал, и твоим врагам в голову не придет искать тебя там.

— Хорошо, — спокойно ответил я. — Вези.

Николай снова удивленно воззрился на меня, но быстро успокоился, вперившись взглядом в лобовик.

— А у тебя железные нервы, — хмыкнул водитель. — Если б за мной в твоем возрасте гонялись не пойми кто, я б, пожалуй, вел себя по-другому.

— Как и многие, — кивнул я, продолжая дразнить его своим равнодушием. Ну а зачем мне переживать? Я все делаю правильно. И я знаю об этом.

Несколько минут ехали молча. Наконец-то оказавшись на многополосной дороге, Николай притопил педаль газа и проскочил перекресток.

— Слушай, — едва машина остановилась перед следующим светофором, он снова повернулся ко мне. — А почему тебя ищут? И кто? — похоже, этот вопрос давно терзал Колю, но водитель боролся с собственным любопытством. И проиграл.

— Кабы я знал, — хмыкнул я.

— Что, правда не знаешь? — уточнил он.

— Правда.

Светофор загорелся зеленым и мы поехали дальше. Не оборачиваясь, Николай изрек:

— Не переживай. Теперь ты под защитой. Хех, забыл, ты и так не переживаешь, — усмехнулся он.

— А что за взрыв был возле клуба? — пропустив мимо ушей его «умное» замечание, спросил я.

— Прости, Илья, — покачал головой парень, — но я не могу сказать тебе. Если Босс решит, что можно, сам расскажет. Ну или мне разрешение даст, — улыбнулся он.

Дальше ехали молча. Я видел, что Коля мог, а, главное, хотел поведать еще многое, однако на сей раз он одержал победу над собственным языком. Ну и ладно, я только рад. Хотя, конечно, узнать что-нибудь новое о Гоблине не помешало бы.

Достал из кармана отжатые у гопников телефоны. Последний, кому отправлял смс Футболист, подписан «Костя Батькович».

— А откуда ты узнал, что я во дворах? — не отрывая взгляда от цифр на экране, спросил я у водителя.

— Кость сообщил. Он вроде парочку пацанчиков нанял бдеть. Видимо, одного такого ты и уделал, — усмехнулся парень.

— Можешь номер Кости сказать? Хотя б последние цифры?

Цифры совпали — с Футболистом все ясно. Что с Низким? Хм… последний набранный — «Антон». Этот номерок бы записать.

Попросив у водителя листок и ручку. Затем еще раз пролистал оба телефона — ничего интересного, если не считать приватные фотки полной дамы в галерее Низкого.

Открыл окно и вышвырнул мобильники за борт от греха подальше.

— Ты чего сделал? — удивился водитель.

— Следы замел, — хмыкнул я, в двух словах рассказав о своем расследовании.

— Ясно… — протянул Коля. — Тебе об этом лучше с Гоблином перетереть. Думаю, он сможет помочь.

Глядя на возвышающийся над подголовником водительского кресла затылок Николая, невольно вспомнил своего лучшего друга Андрея. Эти два типа довольно похожи характерами и даже немного внешне. Эх, интересно, как там Дрон с Алиной поживают? Не разбежались еще? А то ведь переезд в такую дыру мог и подорвать любовь девушки. Хорош рай в шалаше, когда шалаш по евростандартам и с кондиционером.

Тяжело вздохнул, вспоминая своих друзей и нашу беззаботную студенческую жизнь. С моими нынешними перспективами тратить время на ВУЗ не к чему. Но Андрей и Алина — другое дело. Не хочется терять настолько близких людей. Да, определенно стоит связаться с ними, как появится возможность.

— Николай, — нарушил я тишину, глядя на мрачные заборы имущественных комплексов в промышленной зоне города. — А Кость с Гоблином будет?

— Должен быть там, — кивнул Коля.

— Это хорошо, — улыбнулся я и заметил в зеркало заднего вида, что водитель тоже расплылся в улыбке. Ха! Как всегда, люди больше любят зама, а не самого Гоблина.

Через несколько минут Коля связался с КПП. Ворота одной из баз, как по мановению волшебной палочки, разъехались в стороны перед носом нашего Пассата. Миновав вышку, с платформы которой внимательно следил за нами охранник, машина поскакала по колдобинам разбитого асфальта. Дергающийся свет автомобильных фар выбивал из темноты ночи бетонные плиты, какие-то громадные ящики, тягачи и другую технику — вокруг нас обычная заваленная хламом база строительной компании. Я такие по телевизору видел.

Мы поставили машину рядом с черным микроавтобусом и Гелендвагеном, слева от крыльца местного АБК — серой двухэтажной коробки. Старое здания напоминало разрубающий тьму маяк — почти половина окон светилась огнем электроламп.

Возле крыльца, словно братья из ларца, стояли два громилы в черных спецовках и надетых поверх бронежилетах. На груди каждого из охранников прикреплена рация, на поясе — кобура с пистолетом и нож. Ни дубинок, ни наручников, ни газовых баллончиков. Судя по глазам и мощным скулам передо мной настоящие псы войны, из тех, кто сперва рвет глотку, а потом уже спрашивает «зачем пришел».

Взглянув на нас, бойцы Гоблина молча кивнули, Коля кивнул в ответ. Мы вошли в здание и оказались в небольшом холле. Слева виднелась обшарпанная лестница, по ней поднялись на второй этаж.

Моему взору предстала стандартная кабинетно-коридорная планировка. По правой стороне через две закрытые двери одна была распахнута настежь. Мы направились к ней, по пути слушая доносящиеся из помещения голоса:

— Так что самых доверенных незаметно свози сюда. Пусть сразу едут с вещами. Минимум неделю будут жить на базе, — скрипел противным голосом Гоблин.

— Форма одежды? — деловито уточнил неизвестный мне мужчина.

— Разная. На всякий случай.

Распахнутая дверь вела к небольшой приемной с пустующим рабочим местом секретаря-референта. Слева и справа еще двери. Открытой была правая, подойдя к ней, мы увидели просторный кабинет, как и вся база нуждающийся в обновлении интерьера. Но при этом выглядел он лучше приемной и коридоров. Ну еще бы, судя по массивным шкафам, бару-глобусу и Т-образному столу, здесь и до продажи базы сидел большой начальник.

— Коля? Илья? — поднял на нас хмурый взгляд новый хозяин кабинета, стоило нам замаячить в дверном проеме, — Проходите.

Оглоблин Евгений Сергеевич — по словам дяди Гены, кто-то давно оговорился, произнося его фамилию. Результат всем понравился. Со временем слово «Огоблин» потеряло лишнюю букву, в итоге превратившись в грозное прозвище «Гоблин». Сидящий передо мной человек ни капли не стеснялся своей клички. Напротив, полностью ей соответствовал — невысокий рост, крупный крючковатый нос, кряжистое тело и могучие руки, из-под расстегнутых пуговиц белой рубашки выглядывает покрытая кудрявой шерстью грудь. Но внешность — это мелочи, по сравнению со взглядом Евгения Сергеевича — холодные, прищуренные глаза никогда ничего не упускали из виду. Всегда наблюдали за тем, что интересует их хозяина. Ну настоящий гоблин! Разве что кожа не зеленая.

— Михалыч, — он снова перевел взгляд на собеседника. — Мы закончили. Иди.

— Слушаю, Босс, — кивнул охранник с короткими седеющими волосами и глубокими морщинами на лице. Встав с места, он поправил бронежилет и удалился, предварительно кивнув нам.

Мы уселись на старые обтянутые потрескавшимся кожзамом стулья. Гоблин скользнул взглядом по каждому из нас и остановился на Николае.

— Происшествий не было? — коротко спросил он.

— Нет, Босс, — бойко отрапортовал мой водитель.

— Хорошо. Свободен, — было видно, что Коля на мгновенье растерялся, но прежде, чем он успел хоть что-то произнести, Евгений Сергеевич добавил — Останешься на базе.

— Понял, Босс! — ответил пареньи зашагал к выходу.

— Дверь закрой, — крикнул в вдогонку Оглоблин.

Когда мы остались вдвоем, он потратил секунд тридцать, задумчиво разглядывая мою бренную тушку.

— Ты идиот, — наконец произнес Гоблин, презрительно фыркнув.

— Будьте уверены, я тоже рад вас видеть, — усмехнулся я.

— Коньяк будешь? — спросил Евгений Сергеевич, поднимаясь с места и откидывая крышку бара-глобуса.

— Нет, — я отрицательно мотнул головой. — А от сока бы не отказался.

— Чем богаты. Не борзей, — отозвался он, наполнив один стакан коричневой жидкостью. После чего вернулся на место, выпил половину и размял бычью шею. Запустив пятерню в густые черные волосы, он почесал затылок и, скривившись, повторил — Ты идиот.

— Слышал уже.

— А выводы сделал? — резко бросил Гоблин. — За его башкой Черная Инквизиция гоняется, а он в машину к первому встречному готов залезть! Надо ж было додуматься, а?! Я сижу жду, когда Николай мне видеовызов бросит, чтоб подтвердить, что он от меня… а ты… Ядреный конь! Идиот! — он озлобленно махнул рукой и, схватив стакан, вмиг влил в глотку остатки коньяка. — Дебил! Головой-то нужно думать, полудурок!

— Стоп! — ударив кулаком по столу, я впился в него гневным взглядом. — Хватит меня оскорблять, — процедил я.

— А то что? — оскалился Гоблин, прищурившись.

— А-то дядя Гена расстроится, — я смог все-таки успокоиться.

— И по дурной твоей голове настучит, — огрызнулся Оглоблин.

— С чего бы? Он поймет меня.

— С чего бы? — передразнил Гоблин.

— Демон-демона… — закинул я удочку, наблюдая за реакцией Евгения Сергеевича. Если моя догадка ошибочна, на меня всего лишь в очередной раз посмотрят, как на дурака.

— Даже демону, — холодно проговорил он, — нужно думать головой. На одном словосочетании «Старшая Раса» далеко не уедешь.

Ух ты, он даже не стал отрицать или пытаться юлить! Отлично, идем дальше, благо нутро дает зеленый свет:

— Чуйка у демонов хорошая, дядя Гена разве не говорил?

На сей раз Гоблин ответил не сразу. Буравя меня пристальным взглядом, он барабанил по лакированной столешнице узловатыми пальцами, обряженными в перстни.

— Поясни, — проронил он секунд через сорок.

— А что пояснять? Демоны могут чувствовать, как нужно поступить. Чувствовать… правильный путь.

— Идиот! — мотнул головой Гоблин. — Не могут!

— Могут! — даже обиделся я.

Внезапно чуйка заорала пригнуться лицом к столу, а через мгновенье слева раздался звон битого стекла. Удивленно повернул голову, на полу возле двери валялись осколки стакана. Разогнул спину и посмотрел на Гоблина. Хмуря брови, тот разглядывал меня, как ученый говорящую крысу.

— Я прошел проверку? — ответил ему холодным взглядом.

И вновь Оглоблин заговорил не сразу. Фыркнув, он почесал щетинистый подбородок и, поднявшись с места, прошел к глобусу, чтобы налить себе новый стакан.

— Слышал, у одного ангела, — неожиданно заговорил Евгений Сергеевич, вернувшись на место, — была способность предсказывать будущее в пределах двух минут. Очень полезная Индивидуальная способность…

— Индивидуальная? — переспросил я, поняв, что моя теория о расовых демонских плюшках накрылась медным тазом. Правда, в результате все оказалось гораздо лучше.

— Да, — хлебнув коньяка, ответил Гоблин. — Поэтому ты — идиот, — сказал он совсем уж равнодушно. — Такие вещи не рассказывают кому попало.

— А вы «кто попало»? — хмыкнул я.

— Не цепляйся к словам, — оборвал он. — Заруби себе на носу — никому больше не выдавай эту тайну. Можно только своим Стражам, когда они у тебя появятся, Крокомоту да матери.

— Кроко… кому? — не понял я.

— Дяде Гене твоему. Погоняло у него такое.

— Помесь крокодила, потому что Гена, и Бегемота? — догадался я.

— Именно.

На несколько секунд повисла давящая тишина. Шевельнув желваками, Гоблин снова приложился к стакану.

— Ты меня понял? — вкрадчиво спросил он. — Индивидуальные способности сами по себе — тайна. А такая способность… Очень надеюсь, что я переоценил ее и додумал лишнего. Но если же нет, все кланы Оси Руарк-Поркских Миров будут за тобой бегать, — равнодушно закончил он, качнувшись на стуле.

Вот ведь повезло, так повезло… И надо ж было таким уродиться! Хорошо еще, что только Гоблину спалился, а то хватило бы ума хвастаться перед врагами демонскими плюшками, мать их… хех… И что мне теперь делать?

С другой стороны, ничего не меняется. Наоборот, в сложном уравнении моей дальнейшей жизни появилась еще одна константа.

— А Кости тоже нельзя говорить? — почесав затылок, спросил я. — Ты что ему не доверяешь?

— Доверяю, — быстро ответил Гоблин. — Но он слишком впечатлительный.

— Кстати, где он? Думал, он с вами будет.

— Утром приедет, сейчас занят.

Блин, жаль. С Костью мне психологически комфортнее, чем с этим гоблином… Ну да черт с ними обоими, у меня еще куча дел и множество вопросов, которые хотелось бы задать. Раз уж тут один Оглоблин, пусть и отдувается за обоих.

— Ладно, вернемся к насущным делам, — с вызовом взглянув в его злобные глазки, произнес я. — Где сейчас дядя Гена? И… — я запнулся на мгновенье. Откладывал этот вопрос, хоть нутром и ощущал, что все в порядке. Странное чувство — вроде знаешь, но пока не услышали уши, переживаешь. — Где моя мама? — собрав волю в кулак, спросил я. — Она дома? С ней все в порядке?

— С ней все в порядке, — ответил моими словами Гоблин, снова поднявшись с места и подойдя к бару-глобусу. На сей раз он не стал питать смутные надежды и взял бутылку с собой. — Крокомот спрятал ее в безопасном месте. Не спрашивай где, я и сам не знаю.

— Значит они вдвоем?

— Не уверен, — снова наполнив стакан, ответил Оглоблин. — Крокомот всю Ось миров перевернуть готов, лишь бы тебя найти, а заодно и узнать на кой ляд ты понадобился Черной Инквизиции. Так что он явно скачет по мирам, я даже связаться с ним не могу, чтобы обрадовать.

— Чем?

— Твоим возвращением, идиот.

Я пропустил мимо ушей очередное оскорбление. Сейчас меня интересовали гораздо более важные вещи:

— Как ты собирался связаться с ним? И откуда столько знаешь про… — я снова запнулся, на сей раз пытаясь подобрать слово, — магические миры? Кто ты такой? Я думал, ты простой бизнесмен с криминальным прошлым. Ну может и с настоящим.

На секунду Гоблин самодовольно оскалился.

— Я — ведьмак ранга Ветеран. Почти Учитель. И Страж твоего дяди Гены. Но если тебе это ни о чем не говорит, объяснять ничего не буду. О, — слегка растерялся он, — по морде вижу, что кое-что говорит. Теперь-то может расскажешь, где ты пропадал все это время, а? Ядреный конь, да убери ты эту дебильную рожу!

В голове, точно бешеные радужные пони, скакала тысяча мыслей. От: «Этот противный гоблин такой же сильный, как и повязавший нас в хранилище паладин?» до:

— Ты целовался с Дядей Геной?! — вслух выпалил я и скривился. — Фу…

— Эй, идиот, о чем ты? — опешил Оглоблин, но, очевидно сообразив, что я имею ввиду, расплылся в улыбке. — Ну и идиот… Для Оммажа не только слюни подходят, но и другие жидкости. Кровь, например. Сечешь? Режешь ладонь, второй тоже режет, говоришь клятву, жмешь руки. И вуаля! Связь налажена! Идиот!

Я ничего не успел ответить — скрипнула дверь, и в комнату вошла миловидная женщина в красном платье с подносом в руках. Глянув на разбитый стакан, она укоризненно покачала головой.

— Опять, Евгений Сергеевич? — вошедшая тяжело вздохнула.

— Знакомься, моя жена Марина Анатольевна, — буркнул Гоблин. — А этот идиот — Илья. Я про него тебе рассказывал.

— Евгений Сергеевич! — с нажимом проговорила женщина, поставив на стол поднос с двумя кружками чая и тарелкой сэндвичей. Оглоблин поджал губы и ничего не ответил. Поправив темные локоны, хозяйка улыбнулась мне. — Прости его Илья, он бывает груб.

— Ничего страшного Марина Ана…

— Можно просто Марина, — твердо сказала она.

— Не вежливо как-то, — глянув на хмурого Гоблина, ответил я. — Давайте «тетя Марина»?

— Ладно… — поморщившись, ответила женщина.

Проводив жену взглядом и пообещав ей долго не засиживаться, Гоблин произнес:

— В такие моменты она всегда со мной. Как и моя дочь. Слишком опасно надолго оставлять семью одних, вот и живут со мной на базах. Кормят лоботрясов вроде тебя.

— Гоблин, завязывай уже, — резко перейдя на «ты» одернул я. — Я не твой подчиненный. Следи за языком.

Евгений Сергеевич оскалился.

— Хы! Зубки показываешь? Это хорошо! Это похвально! Но если за тобой нет силы, долго с гонором не проживешь.

— Давай вернемся к делам? — устало предложил я.

В итоге, рассказав свою историю и выслушав его, я провел в кабинете Гоблина еще около двух часов. Так что в отведенную мне комнатку отправился уже на рассвете. Окинув взглядом бывший кабинет, площадью квадратов пятнадцать, я задумчиво хмыкнул. Новая мебель: разложенный диван-книжка, стол со стулом да шкаф резко контрастировали на фоне стен с обвалившейся штукатуркой.

Постель уже была приготовлена, поэтому, открыв окно и скинув одежду, я юркнул под одеяло. Юра, попискивая, расположился рядом на соседней подушке. Хомяк пищал и тянулся ко мне лапками. Пришлось сконцентрировать немного праны на ладоне и покормить фамильяра. Откушав, он завалился спать дальше.

Мне же сон не шел. Я силился переварить полученную информацию.

Итак, за мной охотится некий тайный орден Черной Инквизиции. Гоблин, как, по его словам, и дядя Гена, мало что о нем знают. Одни противоречивые слухи. Однако есть в этих слухах кое-что общее — Орден безумно опасен и силен. Но никто не в курсе, чего именно от Черной Инквизиции стоит ожидать. Вот такой вот у меня враг…

Но это не значит, что дядя Гена со Стражами не пытаются навести справки. Очень даже пытаются — поймали парочку черных инквизиторов, вертевшихся у дома моей мамы. Оба оказались Специалистами. И оба знать не знали, зачем меня приносить в жертву, и что именно за ритуал они проводят.

— Может обманули вас? — спрашивал я у Гоблина.

— Нас? — усмехался он. — Поверь, парень, информацию добывать мы умеем. Те двое оказались мелкими сошками. Как, полагаю, все, кто сейчас на Земле. Поэтому Крокомот решил не терять времени и отправился скакать по мирам.

По словам Оглоблина, сейчас в Столице минимум двадцать черных инквизиторов. Если нанятый дядей Геной сенсор (еще один тип одаренных, даже более редкий, чем чародей) не ошибся, среди врагов девять Воинов, шесть Специалистов, четыре Ветерана и один Учитель. И вся эта шобла ищет меня. Да уж, хорошо хоть они разбросаны по мегаполису и, чтоб собрать эти силы в кулак, инквизиторам понадобиться время.

— Следят за твоим домом, домом твоей матери, моим клубом, твоим университетом и торговыми центрами, в которых расположены ваши бутики, — говорил Евгений Сергеевич.

— Значит мне нужно быть осторожным… — задумчиво протянул я, за что напоролся на недоумевающий взгляд.

— Ты идиот? Фух… Идиот. Будешь сидеть на базе и не высовываться!

— Нет, — возразил я, встретившись с ним взглядом.

— Спорить со мной захотел? — рычал Гоблин.

— Если потребуется, — не сдавался я. Но, решив запихнуть подальше упрямство, обосновал свою позицию — Понимаешь, после того, как ты расписал мне все силы врагов, я понял, что не могу тупо прятаться. Я собирался становиться сильнее, и я стану сильнее. И стану в ближайшее время, а не когда-нибудь в радужном будущем, когда мне дадут спокойно строить свою жизнь. Понимаешь? Это мой путь. И мой путь правильный!

— Твоя способность? — быстро сообразил Оглоблин.

— Она самая. Она не даст мне сидеть на попе ровно. Но это не значит, что я собираюсь бесцельно бродить по городу. Однако если понадобится выйти, сидеть на базе тоже не стану.

— Эх… — усмехнулся Гоблин. — Такой мелкий, а гонору, как у истинного сына Старшей Расы. Хорошо! Крокомот это предвидел.

Глава 10. По кирпичику

— Еще раз благодарю, Лариса Ивановна. Тогда следующий отчет жду от вас в четверг.

— Хорошо, Илья Фридрихович. До свиданья, — поправив очки, произнесла худенькая, похожая на старуху Шапокляк, женщина.

— До свидания, — успел вставить я, прежде чем она выключила «Скайп».

Еще раз пробежался взглядом по столбикам экселя на экране ноутбука, и, закрыв программу, откинулся на спинку стула.

Предыдущие два дня прошли весьма плодотворно, пусть с территории базы я и носа не высунул, без того хватало дел. Позавчера, проснувшись к обеду, я встретил в здешней столовой Лукина Константина Петровича или просто — Кость. Высокий, напоминающий игрушечного Кена, мужчина, как обычно, освещал все вокруг себя белоснежной улыбкой. Он уже знал от Гоблина о моем путешествии в другой мир, но все равно насел с расспросами, а потом передал запечатанный конверт.

— От Гены, — сообщил Кость.

Торопливо вскрыв письмо, я развернул сложенный втрое лист А-4 и впился взглядом в красивые закорючки, похожие на киношные эльфийские буквы:

Привет, Илья!

Как я и ожидал, ты вернулся домой и встретился с моими друзьями раньше, чем я сам тебя нашел. Хвалю.

Прежде всего хочу извиниться, что не доглядел. Я правда не знал, что за тобой будут охотится. Тем более Орден Черной Инквизиции. Прости. Рад, что ты выжил.

Ну а во-вторых, не напрягай сильно моих друзей. Правда если тебе что-то понадобиться — тряси их, как елку.

И да, о маме не беспокойся, с ней все в порядке.

П.С. не забудь забрать у Кости подарок.

Удачи! Скоро увидимся.

— О каком подарке речь? — дважды перечитав текст, с улыбкой и поднял глаза на Лукина.

Презент превзошел все мои ожидания. Ну еще бы, ведь это оказался счет на десять миллионов рублей! Большую часть этих денег, естественно, положил сам дядя Гена. Но и его Стражи, по словам Лукина, «тоже кое-что добавили» мне на двадцатиоднолетие. Я сразу попросил Кость, имеющего доступ к этому счету, сделать три дополнительных счета с картами. Буду выводить на них деньги с основного счета на текущие расходы.

Кстати о телефоне. Старый мобильник-то пропал вместе с вещами еще во время моего похищения. Поэтому сейчас у меня появилась новая трубка и новый номер, зарегистрированный на подставное лицо.

Из потерянных вещей больше всего было жалко паспорт. Но его восстановлением уже занялся Николай, прикомандированный ко мне в качестве посыльного и водителя. Он же, кстати, привез мое припрятанное под лопушком добро. И он же вечером первого дня с одной из моих карт отправился по магазинам за телефоном, ноутбуком да шмотками. Не то, чтобы мне понравились выбранные им вещи, но ничего — жить можно. А коричневые узкие джинсы с клетчатой рубашкой, что сейчас на мне, вообще смотрятся шикарно.

Вторую карту буду использовать как личную основную, а вот третью засунул в держатель и повесил на шею, как нательный крест. Мы договорились с Костью и Гоблином, что если я окажусь в полной заднице — свалю с Земли, но тут же вернусь обратно в другом месте, поближе к базе (насколько позволят возможности Юры). Однако кошелек впопыхах можно и потерять, но так, карта с деньгами всегда будет при мне. Если, конечно, какие-нибудь извращенцы снова не разденут.

Кроме это пришлось заучить наизусть номер Гоблина и Кости, правда запасной телефон, где эти номера, все равно записаны, всегда при мне в модном поясном чехле. В нем же не активированная симка и немного наличности.

Только что договорил с Ларисой Ивановной — главной помощницей моей мамы. В отсутствие мамы именно она всегда следила за ее бутиками. А я посредством проверки отчетов контролировал ее саму. Вчера, написав женщине в соцсетях, обрадовал, что кроме маминых точек ей пока что придется заниматься и моими.

Глянул на часы в уголке ноутбука: «13–25». Что ж, пора впервые за долгое время развеяться и встретиться с друзьями.

* * *

Сидя на переднем пассажирском сидении Пассата, чувствовал приятную ломоту в мускулах. Вчера и позавчера так знатно намахался саблей, что тело теперь хочет еще нагрузок. Невольно вспомнил разговор с Гоблином:

— Слушай, а ты ведьмак часом не по холодному оружию? — спросил я.

— Нет, — мотнул головой Евгений Сергеевич. — По рукопашке. А что? Хочешь спарринг?

— Хочу учителя фехтования, — вздохнул и заметил, как он хитро лыбится. — Что?

— Это действительно твое желании? — с ударением на третьем слове, спросил он.

— Да, — удивленно кивнул я. — Чье ж еще?

— Хорошо, — кивнул Оглоблин. — Если повезет — будет тебе учитель. Крокомот давно успел пообщаться с одним старым вампиром в Японии.

Однако сколько б я не тряс его, что за японский вампир, узнать мне ничего не удалось — сначала Гоблин отмахивался, а потом и вовсе матом послал.

До автовокзала мы доехали за час с небольшим, и вот без десяти три под лучами палящего солнца я встречу междугородний автобус. Коля остался в своей машине, как и водитель второй тачки — черной Оптимы. А вот два моих телохранителя вышли на улицу и держались чуть позади меня. Со стороны высокий мужчина с черной бородкой и женщина, похожая на повзрослевшую Ким Пять с плюсом, выглядели как обычная пара, встречающая кого-то с автобуса, но больше занятая друг другом.

Новенький Икарус подъехал на две минуты раньше расписания. Первыми на волю ломанулись бабки и склочные тетки со своими мужьями. Затем неспешно выходили семейные пары поадекватнее. И уже после них, с призрением поглядывая на бывших соседней по салону автобуса, выплывали студенты.

— Илюха, здорова! — едва показавшись в дверях Икаруса, Дрон заметил меня, улыбнулся во весь рот и замахал рукой.

Когда они наконец-то выбрались и продрались ко мне, мы крепко обнялись.

— Чертяга, соскучился по тебе! — хлопал меня по спине Андрей.

— Плакался «где мой Илюшка?»— поддразнила любимого Алина.

— Я тоже рад вас видеть, — с трудом отлипнув от друга, произнес я. — Ну что, дальше будем вокзальным воздухом дышать или поедем в «Ямато»?

— Погнали! Где твоя Соната? — завертел головой Андрей.

— Сегодня у нас другая машина. И даже с водителем. Пойдемте, — я усмехнулся и зашагал в сторону Пассата.

— С водителем? — изумленно выпалил Дрон. — С чего бы это, ваше величество?

— Устал сам водить. Хочу немного отдохнуть, — отмахнулся я.

Краем глаза видел, что мой дружбан хочет еще многое высказать, но, тихо шикнув, Алина дернула его за рукав.

На душе скребли кошки — вчера, связавшись с Андреем через соцсети, получил не очень удобный вопрос «где ты пропадал две недели?» (с учетом погрешности, на Земле прошло чуть больше времени, чем в Верлионе). Сколько б я не думал заранее над ответом, не смог придумать ничего лучше, чем соврать. Мол вместе с мамой летал в Германию на похороны родственника, где и потерял телефон. А раз за это время и в интернет не выходил, женское сердце Алины, скорей всего, сделало вывод, что я страдал, пытаясь справится с потерей родственника (ну или телефона). Эх, стыдно за вранье, но других вариантов не родилось.

— Отдых — это хорошо, — весело проговорила девушка. — Будем ездить, как цари!

— Угу, — улыбнулся я. — О, давайте попить купим, — заметил я киоск и зашагал прямо к нему.

— А мы за мороженым, тогда, — весело заявила Алина, на что получила обреченный вздох Андрея. Он-то понимал, на чьи деньги будет эта покупка.

Выстояв очередь из двух человек, попросил продавщицу подать лимонад. Пока женщина рылась в холодильнике, смотрел на своих друзей. Они освободились раньше и уже топали в мою сторону, когда дорогу им преградила смуглая, обвешанная украшениями женщина в разноцветных нарядах.

— Вай, красавица, позолоти ручку! — подлетела она к Алине. Я даже глазом моргнуть не успел, как рядом оказалась другая цыганка, тут же насевшая на Дрона.

Мимо прошла толпа людей, вышедшая из вновь прибывшего автобуса, скрывшая моих друзей из виду. Скривившись, я снова повернулся к окошечку киоска. Черт, сколько можно копаться в холодильнике? Нету, так и скажи!

Как назло, горластая компания остановилась возле соседней шашлычки, все еще разделяя меня с Андреем и Алиной. Блин, как бы эту парочку не раздели там.

Наконец-то мне подали лимонад.

— Сдачу оставьте, — бросил я в монетницу сорок рублей и зашагал на помощь друзьям. Шел быстро, но старался не показывать волнения. Как бы СМИ не пугали нас гадалками-цыганками худшее, что они могут сейчас сделать — это выжать из ребят все до нитки.

Обогнул толпу и увидел неприятную картину — пестрые галки, развели Андрея и Алину в разные стороны. На каждого из моих друзей наседали по две цыганки.

Сперва я направился к девушке — она была ближе.

— … не снять коли венец, так и бросит тебя твой ненаглядный! Срочно помощь нужна тебе! Только я помочь могу, красавица! Сейчас нужно действовать, пока есть еще время, — бормотала цыганка, то повышая голос, то говоря тише.

— Д-д-да… конечно… — закивала Алина, растеряв все остатки психологической защиты и целиком оказавшись на крючке цыганки.

— Не нужно! — твердо произнес я, обращая на себя внимание.

— Что ж ты, парень, мешаешь нам девушке доброй помочь? — повернулась ко мне гадалка. Но я смотрел не на нее, а на вторую цыганку, до этого лишь поддакивающую и вертящуюся вокруг Алины. Она во все глаза пялилась на меня, изумленно распахнув рот. Несчастная будто увидела…

— Девель! Девель! — закричала она, тыча в мою сторону пальцем. Схватив напарницу за рукав, и быстро пятясь она не прекращала кричать, как потерпевшая, привлекая к нам всеобщее внимание.

Мотнув головой, Алина проморгалась и огляделась по сторонам. Все четыре цыганки уже находились метрах в пятидесяти от нас, пытаясь успокоить кричащую подругу.

— Спасибо, — пробормотала девушка.

— Ага, — буркнул Андрей, подходя к нам. — Поддерживаю. Спасибо, Ил, чет я задумался, отвлекся. Чем ты ее так напугал?

— Откуда мне знать, что творится в голове у сумасшедших? — пожал плечами я. — Идемте к машине. Нам еще вашего брокера забирать.

— Ага. Черт! Но все равно круто было! Как они побежали…

В пол уха слушая восхищенные восклицания Дрона, я размышлял об этой цыганке. Как она меня назвала? «Девель»? Что-то типа «Дьявол»? Женщина явно увидела во мне нечто большее, чем просто симпатичного парня. И что же это значит? Она одаренная? И как минимум — Ветеран? Потому что по словам Кости, только Ветераны и выше могут почувствовать энергию стоящего рядом одаренного. В спокойном состоянии разумеется, в бою и я прану чувствую.

— Чего от вас цыганки бегают? — хмыкнул Николай, когда мы подошли к машине.

— Кто их знает, — повторил я.

Быстро представил Колю ребятам, и мы поехали в сторону ресторана японской кухни «Ямато», по пути болтая о всякой ерунде. Например о том, что мне «обязательно стоит подсуетится и продлить сессию».

— А то без стипендии останешься! — с жаром убеждала Алина, словно ее благополучие зависит от моего кошелька, а не от дроновского.

— Конечно, — кивнул я.

— Послезавтра экзамен, помнишь? — продолжала она.

Я тяжело выдохнул, Андрей понял без слов и, повернувшись к Алине, заявил:

— Дай ты ему отдохнуть, он только вчера приехал! Вот сегодня развеется, а там и за ум возьмется!

Девушка на это только укоризненно покачала головой.

— О, скоро поворот, кажись, будет! — быстро сменил тему мой друг.

Сергей — «брокер» Андрея, по образованию вообще-то был учителем истории. По профессии — фрилансер, создатель веб-сайтов, а по фану — валютный и криптовалютный посредник. Так он с гордостью себя называл. На деле же этот светловолосый парень двадцати шести лет от роду профессионально биржей не занимался, но весьма неплохо для любителя в ней разбирался. Поэтому мог дать пару ценных советов друзьям и родственникам и перевести их деньги в нужные цифровые валюты, что с радостью и делал.

Я видел его второй раз в жизни. Кстати, первым был тот самый памятный день, когда Сергей чуть ли не с пеной у рта убеждал Дрона продать биткоины. Но наш умник хвастал тем, что «углубленно изучил тему». И так как прав оказался именно брокер, к его навыкам у меня вопросов нет. Продавец не виноват, что клиент, никого не слушая, покупает обувь на размер меньше, а потом приходит со скандалом менять, потому что жмет.

Демонстрируя хорошие манеры, Сергей не стал сразу говорить о делах, оставив это удовольствие до того момента, когда все набьют животы. Благо от его дома до «Ямато» всего-то несколько перекрестков.

— Тесновато у вас тут, — усмехался он, пытаясь устроится поудобнее третьим на задним сидении.

— Эй, не толкай своим задом прекрасную попку моей избранницы, — ответил ему с другого края Андрей.

— А что, тебе жалко что ли? — усмехнульась Алина. — Сам бы тогда сел посередине.

— Что б он меня толкал, что ли?

Я улыбался, слушая их шутливые препирательства. Да, мне понравилось сражаться с врагами, проливать кровь и рисковать жизнью. Я очень хочу вновь это испытать — тело будоражит от одних только воспоминаний! Однако секунды затишья и расслабленности тоже доставляют мне искреннюю радость.

Именно на этой прекрасной ноте мое сердце в ужасе сжалось. От неожиданности я выдохнул и захлопал глазами. Пик мгновенно прошел, оставляя тяжелое давящее чувство. Ехать дальше неправильно.

— Поверни… — увидев впереди перекресток, прошептал я.

— Что? — не понял изумленный Коля. Ребята на заднем сидении притихли.

— Поверни, направо, — четко повторил я, стараясь взять себя в руки. Хлебнув из бутылки лимонад, смочил пересохшее горло. — Так нужно.

— Ил, что с тобой? — обеспокоенно спросил Андрей, когда Пассат перестроился в крайнюю правую полосу.

— Все хорошо? — взволнованно выпалила Алина, подавшись вперед и пытаясь заглянуть мне в лицо.

— Нормально… — выдохнул я. Машина повернула и Коля сильнее нажал на газ. Мне постепенно становилось легче. — Просто подумал, что суши не хочу. Чуть не вырвало, представив, как я их ем. Переел в свое время, еще не отошел. Лучше б русской кухни. Никто не против?

— Я драничков бы хряпнул, — признался Андрей.

— А я борщеца наверну, — поддержал его Сергей.

Пока народ обсуждал, кто и что будет заказывать, Коля отправил смс в машину сопровождения. Маршрут был обговорен еще утром, и такая резкая смена могла взволновать телохранителей.

Сам же я пытался осознать, что только что произошло. Тело ломило, немного бросило в жар — я даже сделал кондиционер посильнее. Мое текущее состоянии напоминает сильное переутомление. Хотя нет, скорее опустошение.

Я определенно использовал свою Индивидуальную способность. Если сравнивать себя с героям РПГ-игр, способность скорей пассивная, всегда работает. Обычно вылавливает из хоровода кружащих в голове мыслей «правильную» и во всю лоббирует ее. Сейчас же… да, это напомнило бой с инквизиторами в подвале Собора, когда она помогала уклоняться от атак врага. Точно! Именно это сейчас и произошло! Только почему-то потратилось слишком много праны. Из-за чего? Опасность была слишком далеко? Или что-то другое?

— На улице Столыпина прекрасная кафешка русской кухни, — сквозь мои думы прорвался голос Алины. — Минут десять ехать. Туда поедем?

— Давайте, — согласился я.

Спустя минут десять Пассат остановился на парковке перед небольшим ресторанчиком с милым названием «Варенька».

— А вы с нами пойдете? — вежливо поинтересовалась Алина у Коли.

— Спасибо за предложение, — улыбнулся парень, — но я лучше побуду в машине.

Оглядевшись, заметил Оптиму, остановившуюся возле дороги метрах в тридцати от нас. Молодцы сопровожденцы, стараются привлекать как можно меньше внимания. А то хвостом за нами катаются, кто-нибудь из ребят и заметить может.

Внутри «Варенька» оказалась практически пустой. Мы сразу приметили уютный столик в дальнем уголке и направились к нему.

— Кошмар! — проходя мимо двух девушек, услышал обрывок их разговора. — Правда что ли? — поставив в сторонку недопитый морс, удивилась блондинка.

— Да говорю же, сама в шоке! — воткнув вилку в салат, воскликнула ее русая собеседница, — вышла на пробежку и на тебе — разодранная собака! Как в фильмах ужасов почти! Ничего толком не осталось! Как будто ее перемололи в фарш! — девушка скривилась, вздрогнула и вытерла слезы платком.

— Ну успокойся, не плач, — пересев поближе к подруге, обняла ее за плечи блондинка.

Сидя за столом, Дрон с интересом поглядывал на девушек до тех пор, пока это не заметила Алина.

— Какая тебе приглянулась? — хмыкнула она.

— Да не, — махнул рукой мой дружбан, — Просто думаю, если месиво, то с чего она решила, что это собака?

— Может череп собачий узнала? — равнодушно предположил Сергей. — Его с человеческим, например, не спутаешь.

— Хватит! — грозно оборвала Алина, взяв в руки меню. — Сменим тему.

Трепались о всякой ерунде, до тех пор, пока нам не принесли наши блинчики да драники. Набивали брюхо почти в абсолютной тишине, запивая жирные вкусности кто морсом, а кто квасом. Пару разу в окне заметил фигуру Горланда — мой высокий телохранитель прогуливался туда-обратно, поглядывая по сторонам.

Когда же все подкрепились, Сергей, отодвинув пустую тарелку из-под борща, наконец заговорил о делах, ради которых, в первую очередь, Дрон с Алиной и приехали сегодня в город. Я с Андреем связался уже после того, как тот назначил встречу брокеру.

— В общем, я хочу сказать следующее, — уже озвучив имеющиеся доводы, решил подытожить посредник. — По всем показателям нас ждет обвал курса ньюкоина, тебе нужно срочно их продавать. А там, если захочешь, подберем новое поле для инвестиций. Я уже кое-что, между прочим, могу предложить. Например, блэккоины должны выстрелить в самое ближайшее время.

Слова брокера прозвучали для меня весьма неожиданно. Я удивленно уставился на Дрона.

— Не знал, что ты снова играешь на рынке криптовалюты. Честно говоря, думал, с Сергеем ты хочешь встретиться, чтобы узнать, как обстоят дела на бирже. Потом подумать о возможных вложениях. А ты уже… Шустрый.

Андрей смущенно хмыкнул.

— Да кого там, — улыбнулся он, — именно что «играю». Пятерку всего вложил. Но сейчас у меня есть чуть больше десяти кесов, если в рублях считать. В общем, в два раза за месяц поднялся, а не рассказывал, потому что… — он отвернулся, немного надув губки.

— Потому что стыдно ему после прошлого раза, — с потрохами сдала любимого Алина.

Мы посмеялись, перекинулись еще парой шуток, но потом снова вернулись к серьезному разговору.

— Так что ты думаешь? — медленно потягивая квас, спросил посредник.

Мы с Алиной смотрели на Дрона, как на дрессированного хомячка, в нетерпении ожидая очередного забавного трюка.

— Серый, — неуверенно начал он, — ты знаешь, как я отношусь к тебе, как ценю твои советы. Но, ешкин кот, нутром чую, не надо выводить деньги!

Моя чуйка вновь проснулась, стоило мне услышать друга.

— Ты забыл, сколько слил из-за своего нутра в прошлый раз? — ошарашено выпалил брокер.

— Сейчас все иначе, — оправдывался Дрон. — Я читал статьи и эту… как ее? Анна…. Ан… аналитику, чтоб ей провалиться!

— Прошлый раз ты говорил тоже самое! — едва ли не закричал Сергей. — Ты что, вообще меня не слушал? Все идет к тому, что ньюкоины обвалятся!

— Некоторые думают иначе, — буркнул Андрей.

— О боже… — схватился за голову посредник и залпом допил свой квас. Громко выдохнул, пытаясь успокоится. — Послушай… — проговорил он, глядя в глаза Дрону, — это развод таких, как ты — заходишь на сайт с левыми статьями, тебя запоминает поисковая система, а потом везде сует рекламу брокеров, писавших эти левые статьи. Понимаешь? Рассчитано на то, что такие, как ты, послушают левые советы, проиграют кучу денег, расстроятся и обязательно, захотят отыграться. Но уже будут думать, что самим не стоит рисковать и доверять писулькам в интернете. Нужен профессионал. И где ж его взять? Ух ты, реклама! Нужно связаться с ними, ведь пишут, что восемьдесятипроцентный шанс на успех!

Я внимал каждому слову посредника, запоминая принципы этой простой, но явно действенной схемы. Вдруг пригодится.

— Да все я понимаю, — выдохнул Дрон. — Но хочу оставить деньги. Плюс вложить еще тысячу.

— Да что ж такое-то… — Сергей отреагировал звучным фейспалмом и перевел взгляд на Алину. — Может ты ему объяснишь?

— Прости, — улыбнулась она, аккуратно отрезая кусочек драника. — Глупой женщине не стоит лезть в серьезные дела мужчин, — отправив кусочек в рот, девушка демонстративно развела руками.

— Ох, черт бы вас побрал! — выругался посредник. — Ну а ты, Илья? Сможешь переубедить этого упертого барана?

Я был последней надеждой брокера, и я разочаровал его сильнее других.

— Я поддерживаю Дрона и тоже хочу вложить деньги в ньюкоины.

— Что??? — вскочил с места Сергей, привлекая к нашему столику внимание редких посетителей и персонала «Вареньки». — Вы что все с ума посходили, а?!

Знал бы ты, парень, насколько…Однако мое «Чувство Правильно Пути» прямо-таки велит вложить все, что есть, в эти чертовы ньюкоины. И вот ведь проблема — рациональным доводам Сергея я верю. Парень подкован в вопросе, и свои предположения и предложения строит не на пустом месте.

Но черт возьми! Стоит мне подумать о том, чтобы вкинуть денег именно сейчас и именно в эту валюту, внутри вспыхивает такое пламя, что хочется марафон бежать, сильная эйфория и жажда деятельности почти отключают мозг!

— Хы, ну, Ил, ты даешь, — расплылся в идиотской улыбке Дрон.

— Хорошо… — пробормотал Сергей, усаживаясь на место. — Я могу все сделать, но знайте оба, я не поддерживаю ваше решение, — мотнув головой, парень посерьезнел и пристально посмотрел мне в глаза. — Сколько ты хочешь потратить?

Самый очевидный вопрос вместе с тем и самый сложный. Мое нутро во всю махало клетчатым флагом, разрешая спустить все десять лямов. Однако стоило мне подумать об этом всерьез, сердечко сжалось. Я понимал, что этот страх — не проявление Индивидуальной способности, а всего лишь мой внутренний барьер. Странное ощущение внутреннего противоречия. Казалось, я полностью доверяю своей волшебной чуйке. В бою было не до споров, а в других ситуациях мне нравились ее решения. Но сейчас… Черт, да сыкотно мне столько бабок ставить на столь сомнительный вариант.

— Давай пять, — едва не взорвавшись от внутренней борьбы, выдал я компромиссный вариант. Себя успокаивал тем, что деньги все равно мне на голову упали с неба. Вроде как «легко пришло, легко ушло». К тому же, половина точно останется. А там и Гоблин мои изумруды помаленьку продавать начнет. По прикидкам Оглоблина, запросившего за свои услуги десять процентов с каждого полученного рубля, все пять кило принесут мне просто колоссальную сумму — в районе шестьсот пятидесяти миллионов. Я, когда услышал, чуть в обморок не упал. Немного спустили на землю слова Евгения Сергеевича, что закончит с продажей не раньше, чем через полгода — все-таки большие объемы, а светится лишний раз нам ни к чему. Да и не выгодно все сразу сливать — ценник упадет.

— Итак, пять тысяч, — записал в блокнот Сергей.

— Стой, — мотнул я головой, — какие пять тысяч? Пять миллионов.

— Кхе! — подавилась липовым морсом Алина.

— Сколько-сколько? — и у Дрона внезапно начались проблемы со слухом. А посредник и вовсе побледнел, как простыня.

— Пять миллионов, — спокойно повторил я, окинув всех взглядом и остановившись на брокере. — Я знаю, Сергей, что ты не одобряешь решение вкладывать в ньюкоины, но я все равно собираюсь это сделать и очень надеюсь, что мне не придется искать другого брокера.

— Не придется, — одними губами пробормотал изумленный парень.

— И еще дополнительно по пятьдесят тысяч я вкладываю от Алины и Андрея, — в очередной раз вспомнив про свои потенциальные сотни миллионов, меня накрыл приступ невиданной щедрости. — Если мы заработаем, — оглядел шокированных ребят, — отдадите этот долг. Если прогорим, я сам виноват.

Ну а что? Сто тысяч — не такая уж и большая сумма, чтобы потратить на дорогих сердцу людей. Выигрыш будет им хорошим подспорьем. А проигрыш мне… ну я на своих бутиках, в конце концов, тоже кое-что зарабатываю.

— Я курить! — встал из-за стола Сергей.

— Я пойду воздухом подышу! — поддержал его Андрей. Но, вскочив с места, мой дружбан на секунду замер, посмотрев на меня. — Спасибо, Ил, — произнес он и сделал шаг в сторону выхода.

— Не боишься нас наедине оставлять? — крикнула любимому в спину Алина. — Вдруг я захочу отблагодарить Илюшку?

— Ты стоишь дороже ста тысяч, — через плечо ответил Дрон.

Мы остались наедине с девушкой. Она задумчиво разглядывала меня, потягивая морс через соломинку.

— Я думала, хорошо тебя знаю. А оказывается нет, — наконец-то проговорила Алина.

— Я сам-то себя не знаю, — усмехнулся я. — Но, с другой стороны, я — это я. Тут можешь не волноваться.

— Ты настолько легко готов рискнуть такой огромной суммой, — покачала головой девушка. — Сдается мне, у тебя больше пяти миллионов. Сколько? Семь? Десять? Ладно-ладно, — смутилась она своей напористости, — это не мое дело.

— Десять с копейками, — улыбнулся я, давая понять, что не собираюсь скрывать это от своих друзей.

— Капец, — покачала она головой. — И ты так ими распоряжаешься?

— А как надо? — удивился я.

— Ну… — протянула девушка, — если б у меня было десять миллионов, купила бы домик где-нибудь на берегу моря, часть положила бы в банк и жила б себе на проценты.

— Тупо валяясь на пляже?

— Ага, кушая фрукты, купаясь и загорая.

— Ну нет, Алин, — покачал я головой. — Такая жизнь не по мне. Разлагаться — удел мертвых, а живым шевелиться нужно. Жизнь-то в движении.

— Фи как грубо, — буркнула она.

Я не стал раскручивать эту тему дальше, хоть мне и было, что сказать. Например, что сейчас десять миллионов для меня — мало. Как, полагаю, и шестьсот. В этом мире… нет, в моем случае во всех мирах, деньги — это власть. А власть — это сила. Полоумные идиоты хотят принести меня в жертву. Кто гарантирует, что когда я разделаюсь с этой проблемой, по мою душонку не придет следующая? А вдруг она будет сильнее? Вдруг сразу несколько проблем обрушатся на мою голову? Таких, что слабому с ними не справиться?

Именно поэтому я не могу позволить себе медлить. Чтобы жить, я должен возвыситься!

Но дело не только в этом. Сейчас, как никогда раньше, я ощущаю внутреннюю потребность быть лучше всех! Быть первым номером! Должно быть это и значит быть представителем Старшей Расы!

* * *

Король Голлеи уже в шестой раз по кругу обошел крохотный молельный зал монаршей часовенки и остановился перед барельефом с ликом Создателя. Его величество поморщился и обреченно покачал головой.

Он не знал, чего ждать. Этой ночью король вновь слышал зов Создателя. Создатель велел явиться сюда, видимо на сей раз Он хочет говорит лично.

Это-то и тревожило короля Эдгейта VIII. Создатель редко хвалил. Все аудиенции с Ним заканчивались в лучшем случае нервотрепкой. Что стряслось на сей раз? Неужели Создателю не дают покоя эти южане-еретики, поклоняющиеся демону?

Поглаживая окладистую бороду, его Величество вновь заложил круг по залу и снова замер напротив барельефа. В этот момент слева возник вытянутый, похожий на каплю расплавленного серебра, овал. А через миг показалась голова оленя с ветвистыми рогами.

Едва увидев фамильяра Создателя, король упал на колени, коснувшись пола лбом. В таком положении он видел лишь щетки копыт сохатого. Вставать без разрешения боялся.

— Создатель, рад видеть тебя, — залепетал его Величество.

— Эдгейт, встань. Я не в духе, — услышал он металлический голос и мигом поднялся во весь рост. — На меня смотри, — велел Мадтеон Вязий. — Так-то лучше.

На огромном гордом олене в расшитом жабьими наростами седле восседал Владетель всего континента. Высокий, стройный, в лазоревом кафтане с золотыми узорами, он одновременно внушал страх и благоговение. Король боялся истинного лика Создателя — желтоватая кожа и тощие губы могли бы принадлежать человеку, но бирюзового цвета волосы, зачесанные назад, да пара рожек на лбу, оба с большой палец, пугали. Как и глубокие кровавые порезы по два с каждой стороны лица, протянувшиеся от лба через веки к подбородку. Ну и сами глаза — неестественно синие, словно небо ясным днем.

— Приветствую вас, Владетель, — не сдержавшись, Эдгейт вновь поклонился. — Чем обязан вашему визиту?

— Я разочарован в тебе, — произнес Мадтеон так, что даже под горностаевой мантией спина короля покрылась мурашками, а тело прошиб озноб.

— Простите меня, Создатель! — Эдгейт вновь бухнулся на колени, склонив голову.

— Встань!!! — прогремел Вязий. — Пока я сам не поднял тебя! Встань и слушай! — велел он вмиг поднявшемуся последователю. — Меня оскорбили! Трижды! Мой вассал, которому я передал право собирать жабьи наросты на юге Голлеи, заметил, что деревья ободраны! Что это за произвол?!

— Я… я не знаю… — с трудом выдавил из себя Эдгейт.

— Зато я знаю! — рычал отшельник. — Округ Куинза тебе ни о чем не говорит?

— Говорит, Владетель, — спешно кивнул король. — Там повстанцы-еретики.

— Вот именно! А среди них одна волшебница, родившаяся в моих Владениях. Мой вассал предлагал ей стать Стражем. Она отказалась! Наши партнеры с моего разрешения предлагали ей стать Стражем. Она отказывалась! Но теперь она Страж неизвестного мне демона! Уверен, этот выродок забрал у меня не только юную волшебницу, но и именно он похитил жабьи наросты!

— Этот демон… Владетель, это Ильяриз?

— Так его называют здесь.

— Я должен поймать его?

— Если он еще в Верлионе! — вспылил отшельник. — Ты должен сокрушить повстанцев! Они воруют мое Влияние! Это третье оскорбление! И все завязаны на одном выскочке! Черт бы побрал этого бастарда… Сокруши его последователей! И поймай его Стража!

— Слушаюсь, Владетель! — серьезно ответил король. — Я выставлю против повстанцев всю мощь королевства! Они будут страдать! Страдать и сожалеть, что пошли против нас! Что пошли против вас!

* * *

Готфильд перешагнул через порог съемной квартиры и, не разуваясь, прошел в зал, где сидел с ноутбуком Фелт — единственный в Столице Российской Федерации черный инквизитор с рангом Учитель.

— Это уму непостижимо, — пожаловался Готфильд, усевшись рядом с командиром. — Они ехали по маршруту, как раз к «Ямато». А потом вдруг как сквозь землю провалились!

— Нет ничего необычного, что люди решили пообедать в другом месте, — проговорил Учитель, оторвавшись от монитора.

— Но так резко… Эх, рано радовались, когда вчера получили копии его переписок в соцсетях. Было бы проще, знай мы его номер…

— Забудь, — махнул рукой Фелт. — Будем действовать по-другому.

— Хм? — вопросительно поднял брови Ветеран.

— Ну не один же он скрывается? — пожал плечами Учитель. — А даже если и один, кое-кто с ним контактирует. Вот и попробуем выйти на след парня через Гоблина или Кость. Они, как я понял, очень известны в определенных кругах этого пыльного города.

* * *

Я раздраженно ударил по столу и, встав со стула, подошел к окну. Внутренний двор захламленной базы ночью — то еще зрелище. Распахнув створку настежь и впустив свежий воздух в комнату, вернулся обратно за ноут.

Итак, собственные сомнения не давали мне покоя. Все-таки пять миллионов — это тебе не пять рублей. А вдруг прогадал?

Желая успокоить нервы, а заодно и проверить Индивидуальную Способность, залез в онлайн лотереи. Играл в «угадай шесть цифр из сорока пяти». Мысленно загадывал каждую цифру и…

Мне казалось, что-то чувствовал на определенных циферках Записывал их и загадывал дальше…

Сыграл шесть раз.

И не угадал за шесть конов ни разу! Все шесть билетов в холостую!

Пытаюсь успокоить себя мыслью, что моя способность на лотереи не распространяется. Слишком уж лотереи — неопределенное дело.

Черт!

Так-с, нужно отвлечься! Что я там хотел сделать? Хм… А! Точно! Погуглить про цыган. И про продюсирование каналов на ю-тубе. А еще про рекламу этих самых каналов, и про разные виды инвестиций. Дел-то много… А я тут лотерейками балуюсь!

Глава 11. Цыганский барон

— Ну, как идут дела с изумрудами? — подождав, пока друг разольет коньяк по стаканам, спросил Кость.

— А что с ними будет? Все, как я и предполагал! — ответил Гоблин, чокнувшись с замом. — Все идет по плану, — добавил он, сделав глоток.

— Хорошо, — улыбнулся Константин Лукин, — деньги Илье пригодятся. Это он по твоей наводке ИП и ООО открывает?

— ООО по моей, — отозвался Оглоблин, — А про ИП первый раз слышу. Молодец парень, шустрый.

— Другого от него я и не ждал, — согласился Кость. — Кстати, ты с ним спарринговал ведь?

— А ты будто нет, — усмехнулся Гоблин.

— Я-то спарринговал, — скривился его зам. — Но ты ж знаешь, мои способности не слишком-то подходят для поединков. Но все равно, могу сказать, что парень уже Воин.

— Согласен, — серьезно кивнул Оглоблин, поставив стакан. — Причем Воин добротный — до Специалиста еще далеко, но и с Выпускником уж точно за несколько секунд разберется. Третий ранг меньше, чем за три недели… Этот странный крокомотовский метод реально работает!

— Да уж, я тоже удивлен, — покачал головой Кость. — Кстати, я связался с Геной.

— О? И как? Жив-здоров он там? Когда будет? — оживился Гоблин.

— Хех, ты его не знаешь, что ли? — расплылся в улыбке Лукин. — Сказал, что «скоро вернусь». А его «скоро» — это от нескольких минут до нескольких лет.

— Про парня ему рассказал? — подобрался Евгений Сергеевич.

— Конечно. Результатами Гена удовлетворен. Велел выдать Илье еще кольца.

— Еще? Мы и так ему уже одно дали.

— Кольцо-оруженосец не в счет, — усмехнулся Кость, поправив один из своих перстней.

— Ладно, дадим, — не стал больше спорить Оглоблин.

Несколько минут друзья пили молча, пока Лукин вновь не прервал молчание:

— Думаешь, пары телохранителей достаточно? Он уже два раза покидал базу. Пока что, хвала небу, ничего серьезного не произошло. Но первый раз ему на хвост сели! Думаю, пасли друзей Ильи!

— Да и не удивительно, — спокойно проговорил Евгений Сергеевич. — Парень же в соцсетях переписывается. Если мы с тобой можем почти любую переписку за пару часов достать, то и черные инквизиторы могут. Мы все это прекрасно знали. Кстати, если тебе будет спокойнее, я попросил парня больше не писать в интернете, где именно он собирается проводить время. Уверен, на подступах к этому «Ямато» была засада.

— Нам повезло, что они решили заехать в другой ресторан! — воскликнул Лукин.

— Повезло… — тихо повторил Гоблин, вспомнив доклад Николая. Евгений Сергеевич не сомневался, что парень вновь использовал свою способность. — Везет сильнейшим! — бодро закончил он.

— Мы очень наплевательски относимся к безопасности Ильи! — заявил Кость.

— Опять? — устало вздохнул Гоблин. — Тысячу раз тебе говорил, парню нужно развиваться. Будет греть жопу на базе — застрянет на одном уровне.

— Мне все равно кажется, мы слишком беспечны, ведь…

— Кимира — Учитель, ты забыл? — перебил взволнованного друга Гоблин. — Да и Горланд очень сильный Ветеран. А вместе они очень мощный Тандем. Парня охраняют не маленькие детишки, успокойся. Кроме того у Кумиры теперь есть браслет морока. Как мы видим, отвести глаза преследователям не такая уж и проблема.

— То, что браслет сработал прошлый раз, и то, что Илья с ребятами решили поехать в другой ресторан, наша большая удача, — раздраженно повторил Лукин. — Радиус браслета — сорок метров, если враги поймут, что за артефакт мы используем, в следующий раз будут осмотрительнее. Сорок один метр — и все, можно спокойно следить за целью! А вообще у черных инквизиторов тоже есть Учитель. И Ветераны. Врагов больше, Жень.

— А мы лучше вооружены, — холодно отрезал Оглоблин. — Не забывай, кто наш Господин.

Лукин протяжно выдохнул, затем тихо произнес:

— Но ведь и у врагов могут быть артефакты. Например, Блокиратор Порталов.

— С ним еще подобраться надо к парню. У него ж радиус всего десять-пятнадцать метров. Это во-первых. А во-вторых, нам с тобой нужно быть готовыми в любой момент сорваться на помощь Кимире с Горландом. Не переживай, мы сможем защитить нашего парнишку. Мы сразу понимали, что долго скрываться не получится. Понимали, что даже если мы засядем на этой базе, станут копать под нас с тобой. Могут начать резать и пытать наших людей в городе. Я в них, конечно, верю. Но когда тебе отрезают пальцы, можно и сболтнуть лишнего. Хоть из них об этой базе никто и не знает, но… Едренный конь! Чего я тебе объясняю, как маленькому! Сам знаешь, было бы желание с возможностями, и любого можно найти. Вычислить примерное направление, возить взад-вперед сенсора, и однажды он почувствует скопление праны. Плюс подключить оборотней с их нюхом… Короче, — устало произнес он, — мы решили соблюдать осторожность, но не шибко-то прятаться, ибо бесполезно это? Так и поступаем.

— Гена решил, — буркнул Кость.

* * *

За последующие три дня я покидал базу лишь однажды, когда ездил в консалтинговую контору. Гоблин сказал сделать себе фирму, связанную со строительством. Мол эта сфера как нельзя лучше подходит для отмывания грязных денег. Все-таки миллионы, которые получу с изумрудов, я хочу легально тратить на развитие и рост. А для этого они должны быть относительно чистыми. Заодно я подготовил бумаги для открытия ИП. Лишним не будем, учитывая мои глобальные экономические планы.

Все остальное время потратил на самосовершенствование — шерстил интернет в поисках ответов на интересующие меня вопросы (а их, честно говоря, набралось немало). Ну и, конечно же, тренировался в предоставленном мне для этих целей ангаре. Неодаренным охранникам из своего «ЧОПа», запертых на базе без личных телефонов, Гоблин запретил приближаться к моему ангару, поэтому я не боялся лишних глаз. Сам же Оглоблин, а еще Кость и мои телохранители частенько устраивали со мной спарринги. К сожалению, победить никого я ни разу не смог. Однако чувствовал, что все лучше и лучше управляюсь с саблей и с праной.

Кроме отсутствия побед на тренировках огорчало и то, что до сих пор не получалось вытащить катану из ножен. Обратился к Лукину за советом. Тот лишь сказал, что я недостаточно силен, но это я и сам понимал. Ни об особенностях меча-дракона, ни о его истории Кость мне ничего не рассказал. Они с Гоблином вообще рассказывали мне явно меньше, чем могли бы, аргументируя примерно одной и той же фразой: «со временем все поймешь». Хотя Оглоблин часто просто посылал куда подальше.

— Давайте, доедайте скорее и поедем, — поторопил я телохранителей и Колю, поднимаясь из-за стола. — Спасибо, тетя Марина! — глянул на убирающую посуду в посудомойку женщину. — Все, как всегда, было очень вкусно! Особенно омлет!

— За омлет благодари Риту.

— Как вернется, обязательно поблагодарю, — пообещал я.

Дочь Оглоблиных — Маргарита Евгеньевна учится в Магистратуре на психолога. Сейчас, кстати, в сопровождении своей охраны укатила на занятия (по субботам они проходят с утра). К двадцати трем годам ее дар не проснулся, так что, скорей всего, девушка не одаренная. Зато одарена приятной внешностью: Рита среднего роста, ходит в больших смешных очках, сияет гладкой кожей и может похвастаться ухоженными волосами. Всегда со всеми вежлива, кроме своего отца, приятна в общении и начитана. Мне нравится. И в первые дни в голове даже мелькала мысль приударить за ней. Но, видимо, Гоблин прочитал что-то неприятное ему в моем взгляде, когда я смотрел на девушку. А через несколько секунд, едва мои глаза встретились с глазами Евгения Сергеевича, тот молча провел по шее большим пальцем. Что ж, все понятно без слов. Не буду гадить там, где живу.

В этот раз, как и во время поездки в консалтинговую фирму, выехали с базы на одной машине. Кимира заняла уже привычное для нее место рядом с водителем, а я с ее супругом разместился на заднем. Мне нравится ездить на заднем сидении, если я не за рулем. Хотя как раз по рулю уже начинаю скучать, надо бы попросить Колю как-нибудь махнутся местами.

Оставив машину и водителя на парковке автовокзала, мы прошли до ларьков и сразу приметили цель нашей сегодняшней поездки. Пара цыганок обхаживала пенсионерку, активно жестикулируя и наседая на несчастную старушку. Женщина даже не сопротивлялась, кивая в такт и протягивая монетки.

— Не вмешаешься? — спросила Кимира, когда мы, остановившись метрах в двадцати, наблюдали эту картину.

Мне хотелось. Но не для того я сейчас здесь, чтобы еще сильнее портить отношения с представителями этого табора. Поэтому пришлось молча смотреть, как облапошивают бабульку. Хотя кто знает, может эти народные психологини действительно дадут старушке полезные советы, к которым она прислушается, и ее жизнь наладится? В таком случае отданные на наших глазах несколько сотен рублей покажутся пожилой даме сущими копейками.

Едва гадалки выпустили жертву из своих цепких лап, я припустил в их сторону. Супруги-телохранители, как и договаривались, неотрывно следовали за мной — для внушительности.

— Милые дамы, постойте! — я издали обратился к цыганкам.

Одна из женщин та, что в васильковой блузке, с интересом глядела на меня и даже шагнула навстречу, гостеприимно разведя руки в стороны. Ее я видел впервые, как и она меня. В отличие от другой — той, что в синей рубахе. Вот эта дама глядела на меня изумленно распахнув глаза. На сто процентов не уверен (все цыганки похожи внешне) но, кажется, именно она пыталась развести Дрона в прошлый раз. А значит, пусть и издали, но меня уже видела раньше.

Подавшись вперед, Синяя Рубашка схватила напарницу за рукав, что-то залепетав на цыганском языке. Из потока непонятных слов я смог различить лишь «Девель».

— Тише-тише, дамы! — проговорил, подняв руки в примиряющем жесте. — Я к вам по делу. Хочу предложить вашему табору возможность неплохо заработать.

Синяя Рубашка перестала верещать и посмотрела на меня взглядом деловой женщины.

— Что за возможность? — бойко спросила она.

— Я буду говорить только с вашим баро, — я решил зайти с козырей. Все-таки, несмотря на мнение, что цыганки весьма безбашенные и самостоятельные дамы, их положение в таборе незавидно. Женщины добывают еду, работают, обеспечивают мужчин, притом практически не имея права голоса, более бесправные лишь холостяки, незамужние девушки да дети. Поэтому и говорить с ними бесполезно. И раз уж я изъявил желание пообщаться с вожаком, она просто обязана ему это передать. А то, что я назвал его правильно, а не как многие европейцы — «бароном», должно хоть немножко накинуть мне очков.

— Хорошо, — подумав несколько секунд, кивнула она. — Ждите здесь.

Она вернулась минут через пять и сообщила, что сегодня в 16–30 нас будут ждать в ресторане «Балканский ветер», и назвала кого спросить. Передав сообщение коротко поклонилась и торопливо убралась подальше.

— Хм… — повернулся я к своим. — Не ожидал, что сможет встретиться уже сегодня. У нас есть полдня? Чем займемся?

— Можно погулять по вашим магазинам, — предложила Кимира, на что Горланд только обреченно покачал головой. Как Дрон с Алиной прям! Эх, парочки — такие парочки, часто похожи друг на друга, и разные миры не помеха для этой схожести.

Да, моих телохранителей дядя Гена нанял не на Земле, хотя по рассказам супругов их родина очень похожа на наш мир. Разница лишь в том, что у них одаренные не скрывают свой дар — все знают о магии. А еще климат более жаркий и много песка.

— Поддерживаю, — улыбнулся я. Признаюсь, грешен — люблю новые стильные шмотки. И хоть недавно получил обновки от Николая, хочется повыбирать самостоятельно.

Мы приехали в «Империю» — один из двух ТЦ, в котором собраны бутики всех наших с мамой франшиз. Прогуляемся тут, заодно и поработаю немного.

— В наших магазинчиках можете рассчитывать на скидку, — громко проговорил я, стоило Кимире войти в мой обувной бутик. Молодая женщина расплылась в благоговейной улыбке, а ее муж поглядел на меня, как на врага народа. Ну ничего, тут недалеко наш отдел нижнего белья, шепну ему, что б обязательно завел супругу туда. После таких покупок ему не будет жалко потраченных денег.

Возбуждение Кимиры постепенно перекинулся и на Горладна, а потом охватил даже Колю. Что ж, в компании туристов и любящего себя парня ходить по магазинам в сто раз приятнее, чем, например, с непритязательным Андреем. О! Вот и нашлось главное отличие столь похожих Николая и Дрона.

Прикупив новые джинсы и куртку, я возвращался в свой обувной, но не дойдя остановился у витража одного из бутиков.

— Как-то пустовато, — заметила Кимира, глядя на полупустые полки обувного магазина моих конкурентов.

— Похоже закрываются, — задумчиво проговорил я не сводя глаз с вывески «Sale! Sale!».

Все-таки добравшись до своего бутика, я разжился новыми туфлями да кроссовками и повел ребят вниз, на фудкорт. Пока мы ждали заказанную пиццу, молча мусолил вновь прибывшую в мою умную голову мысль.

Вернувшись из Верлиона и размышляя о том, что именно в дальнейшем может стать фундаментом моего финансового благополучия, окончательно отбросил мысль о бутиковой розничной торговле шмотками и обувью — слишком мелко. Кроме того, все известные и ходовые брэнды уже заняты. По одной лишь обуви могу навскидку назвать семь самых популярных франшиз в моем сегменте, и мы — одни из семи. Развиваться вширь с имеющейся франшизой — самому себе создавать трудности. У меня три обувных бутика, и их вполне достаточно для Столицы. Можно, конечно, попробовать открыть четвертый… но пятый уже точно будет лишним — количество покупателей не бесконечно.

Можно было бы пойти в область. До своего двадцатиоднолетия меня даже посещали подобные мысли… Но теперь я затрачу слишком много на это времени, плюс во всех крупных городах уже есть свои франчайзи.

Сейчас же передо мной открылся новый путь! У франчайзи «Maly&amp;Morty» — тех, кто сейчас закрывается, в сети четыре бутика. Если я получу эту франшизу, у меня в руках будет уже два из семи брэндов — почти треть от всего столичного среднего и среднего плюс сегмента.

— Фух… — мотнул я головой, приложившись лбом к холодному стакану мятного лимонада. Размял шею и огляделся, надо немного отдохнуть, а то мозг уже кипит от постоянных размышлений.

— Ты снова с нами? — улыбнулась Кимира. Примечательно, что все трое до этого момента сидели молча.

— Угу, — отозвался я, поправив перстень, сдавивший средний палец.

— Неплохо поет, послушай, — кивнула она в сторону паренька лет восемнадцати, расхаживающего с гитарой между столиками. Не первый раз его здесь вижу — администрация ТЦ приглашает порой музыкантов, чтобы развлекали посетителей.

— … Мое сердце! Замерло! — донесся слуха звонкий голосок парня.

— Слишком высоко берет, — фыркнул Коля.

— Что ли в музыке разбираешься? — спросила у водителя Кимира. Николай смутился и уткнулся носом в стакан с колой.

— Зато играет-то хорошо, — поддержал супругу Горланд.

Играл парнишка и правда умело. Пусть в музыке я, объективно говоря, профан, но сам пытался в свое время научится играть, смотрел много видео уроков. Мне есть с кем сравнивать — юноша перебирает струны намного увереннее, большинства ютуб-сенсеев.

Музыкант прошел мимо нас и направился в сторону входа в ТЦ, видимо, встречать гостей. Я же, набив брюхо, откинулся на спинку стула и достал смартфон. Ребята вновь стихли, не мешая великому мне работать.

С горем пополам накатал заявку на приобретение франшизы на сайте «Maly&amp;Morty». Расписал все свои плюсы, оставил телефон, дважды сматерился под нос — все-таки дома за ноутом было б гораздо удобнее.

Взглянул на часы, перевалило за три. Можно и выдвигаться.

* * *

— Добрый день! У нас встреча с Янко, — сообщил я метрдотелю, войдя в ресторан.

— Здравствуйте, — поклонился улыбчивый смуглый мужчина с седой головой. — Можете оставить ваши вещи в гардеробе и следовать за мной в ВИП-комнату.

Спустя пару минут мы оказались в красивом коридоре, через стену от основного зала. Метрдотель указал на ближайшую дверь:

— Господин, вам сюда, — он обратился ко мне. — Вашим же спутникам следует подождать в соседней комнате. Не беспокойтесь, они будут рядом.

— Им нельзя со мной? — уточнил я.

— Господин Янко желает говорить с вами с глазу на глаз.

— Хорошо, — согласился я, кивком давая понять Кимире, что все в порядке.

Женщина-телохранитель не стала спорить. Она говорила мне, что как Учитель способна чувствовать колебания праны в радиусе десяти метров, поэтому и в соседней комнатке сможет понять, что мне нужна помощь. А имея небольшое представления о силе волшебницы, с уверенность могу говорить, что стена ни для нее, ни для Горланда помехой уж точно не станет.

В небольшой комнатке уже был накрыт стол, за которым сидел гладковыбритый мужчина лет тридцати пяти. Он выглядел весьма респектабельно в своем сером пиджаке с иголочки, правда два золотых перстня на каждой руке — это по мне перебор.

Глядя на него, я вспоминал все, что успел узнать о цыганах в интернете. Главный тезис, пожалуй, звучит так «цыгане показывают то, что люди хотят видеть». Сидящий передо мной человек вполне мог потянуть на мистическую фигуру «цыганского барона», если б они существовали. Тогда кто он? «Баро»? Тут интернет-сведения рознятся. В одной статье пишут, что есть человек, стоящий над всеми, в другой, что «баро» — любой из старших мужчин, полноправных членов общины. Еще натыкался на утверждение, что тот, кого массовая культура называет «цыганским бароном» — крутой, хорошо одетый щеголь, на самом деле «цыганский переговорщик» — назначенное табором лицо для ведения дел с внешним миром. Будем считать, что как раз переговорщик передо мной и сидит, а никак не единовластный лидер.

— Добрый день, — поднявшись из-за стола, он кивнул мне и указал на диванчик напротив. — Пожалуйста, присаживайтесь. Я взял на себя смелость заказать на нас обоих, — улыбнулся мужчина.

Кивнув ему в ответ, протянул руку и представился:

— Добрый день, уважаемый Янко. Илья.

Он ответил на рукопожатие, и я занял предложенное место.

— Откушаем сперва, уважаемый Илья? Здесь готовят восхитительные чевапчичи.

— С радостью попробую, — ответил вежливо.

Колбаски действительно оказались выше всяких похвал, как и предшествовавший им суп. Хоть я и не был голоден, но в праздной беседе о прелестях балканской кухни, воспоминаниях о самих Балканах (и я, и Янко там не раз бывали), разговорах о погоде в Столице, не заметил, как наелся до отвала.

На обмен любезностями мы потратили в общей сложности минут сорок прежде, чем, наконец-то, перешли к сути:

— Вы приятный собеседник, уважаемый Илья, — поигрывая вином в бокале, произнес Янко. — Я благодарен случаю за то, что он свел нас.

— Взаимно, — кивнул я, сделав глоток, — кроме того и случай-то весьма приятный для нас обоих.

— Не напомните какой? — попросил он, наливая еще вина.

— С радостью. У меня есть предложение к одной из ваших женщин. Той самой, что распознала во мне Девеля.

Поставив на стол опустевший кувшин, Янко окинул меня задумчивым взглядом, поджал губы и громко вздохнул.

— Что ж… — заговорил он, когда молчание длилось уж совсем неприлично долго, — а есть ли у вас гарантии, что вы действительно им являетесь?

— Вы не верите вашей же цыганке? — с готовностью ответил я вопросом на вопрос. Янко на мгновенье скривился:

— Прошу прощения, уважаемый Илья, но я не могу обсуждать внутренние дела общины с посторонними.

— Я все понимаю, — кивнул в ответ. — Как и то, что это ваша женщина наделена даром. Особым даром. Ведь и вы меня понимаете?

К чести переговорщика, он смог удержать каменное выражение лица.

— Ладно, глядите, — хмыкнул я, вытянув перед собой руку ладонь вверх. — Юра, обед!

После того как из-под стола выскочил хомяк и принялся с удовольствием нализывать коралловый огонек, загоревший на моей длани, самообладание цыганского посредника пошло трещинами. Его лицо вытянулось и немного побледнело.

— Девель… — прошептал он.

— Будем считать, что так, — довольный результатом, я гладил лакомящегося хомяка по макушке.

С тех пор как я вернулся из Верлиона, Юра стал сродни истины из «Секретных материалов» — он всегда где-то рядом. Шмыгнет в машину, залезет в карман сумки, притаится в траве неподалеку — хомяк незаметен, как ниндзя. И стал куда проворнее, чем в первые дни нашего знакомства. Тогда он пытался привлечь мое внимание, волновался от встречи с хозяином (насколько я понимаю его поведение), сейчас же спокоен, как удав.

— Это невероятно, — взяв себя в руки, почти ровным тоном произнес цыган, поднимая бокал с вином. — И реакция Розы на вас, отличалась от реакции на других людей с Даром… — Янко почтительно склонил голову.

— Одного мелкого фокуса оказалось достаточно? — усмехнулся я, на радость Юре распаляя огонь на ладони, чтобы точно снять все вопросы, если они-таки остались у цыгана. Теперь пламя выросло сантиметров на двадцать. — Посмотрите на меня, уважаемый Янко. Давайте вернемся к нашему разговору.

— Как прикажете, Девель, — он снова низко поклонился.

— Уважаемый Янко, давайте вернемся к предыдущему способу общения. Мне нравилась ваша непринужденность в голосе.

— Хорошо, уважаемый Илья, — подобрался мужчина, все еще изумленно поглядывая на коралловый огонь.

Я перестал концентрировать прану, с трудом делая вид, что мне это ничего не стоило. На деле же сей «понт» высосал из меня кучу сил. Энергия в таком виде годна лишь на подобные представления да для кормления фамильяра, во всем остальном совершенно бесполезна. Даже в качестве факела — света от кораллового огонька не так-то много. Но выматывает поддержание сконцентрированной праны в чистом ее виде знатно. Использовать прану в бою гораздо проще, чем тратить впустую таким образом.

Однако других способов впечатлить Янко у меня не было. Думаю, любой согласится — необычное пламя на ладони смотрится гораздо эффектнее, чем сконцентрированное для удара пламя в лезвие ножа. Хотя можно было просто «вытащить» свои клинки из кольца-оруженосца…Но пламя на длани все равно больше подходит Девелю! Да и чуйка подсказывает, что поступил я правильно.

К слову об этом цыганском «Девеле». О нем я гуглил в первую очередь. Опять же познавательные статьи в интернете противоречат друг другу. По одной версии — это их Бог, что-то типа воплощение природы, по другой — Дьявол. Но в обоих случаях существо уж точно не враждебное. Даже условных демонов цыгане воспринимают не как абсолютное зло, а скорей как носителей отрицательной составляющей мировой энергии.

Но это утрированно и своими словами. Уверен, реши я уточнить информацию у любого цыгана, мне только закивают в ответ, что тоже ничего не докажет. Ведь теперь я прекрасно знаю, «что именно показывают цыгане».

— Ладно, уважаемый Янко, продолжим, — посмотрев, как хомяк точит недоеденную колбаску, я поднял взгляд на переговорщика. — Вы сказали, что эта женщина… Роза, верно? — мой собеседник с готовностью кивнул, — видела и других одаренных. Сколько одаренных в вашем таборе?

— Только она, уважаемый Илья.

— Но она встречала других одаренных?

— Да. Она может чувствовать их… На определенном расстоянии.

Хм, как я и думал. Мне повезло наткнуться на сенсора. И повезло, что до этого с ней не сталкивались другие представители Старших Рас. Раз она почувствовала разницу между мной и одаренными людьми, сразу решив, что эта «разница» суть Девеля — стало быть ощутила не только мою прану, но и ёки.

— Я хочу с ней встретиться, — проговорил я. — Это возможно?

— При всем уважении, мне нужно время, чтобы дать ответ на этот вопрос, — после пары секунд размышлений, сказал Янко. — Могу узнать зачем? Что за работу вы хотите предложить ей?

— Работу по ее профилю, — улыбнулся я, — гадание людям. Но с моей помощью. Про шоу «Битва экстрасенсов» слышали? В паре с вашей Розой мы сделаем гораздо лучше, правдивее. Я смогу усилить ее дар, направить ее по правильному пути. Кстати, для массовки могут понадобиться и другие цыганки.

— А о какой прибыли идет речь? — осторожно спросил посредник.

Эх, все-таки как бы он не пытался говорить как раньше, некое подобострастие звучит в его словах. Он реально в меня верит? Пожалуй. Правда не так слепо, как гули. Видимо не ошибся я, решив работать именно с этим народом. Не думаю, что среди обычных людей найду в Столице более приближенных к магии, чем члены табора. Неважно, этого или двух других таборов Столицы.

— Половина, — спокойно ответил я. — Но работаем по разработанной мною схеме.

— В чем суть схемы? — деловито поинтересовался он, пригубив вина.

— Для «клиентов» все гадания будут проходить с небесной помощью Святого Ильяриза.

— Никогда не слышал о таком Святом, — улыбнулся Янко, видимо мысленно проведя параллель Илья-Ильяриз.

— Про него мало, кто знает — совсем недавно обнаружили летописи с упоминанием его имени, — вернул улыбку я.

Пусть моя легенда вилами по воде писана, пусть, едва мы обретем мало-мальскую популярность, вылезут поборники истины и заклеймят нас шарлатанами… Пусть так. Лишняя шумиха не помешает. Она станет отличным удобрением для роста моего благосостояния и, что главное, Влияния. А вместе с ним и силы.

* * *

Едва дверь за спиной гостя закрылась, Янко наполнил бокал до краев и залпом осушил, затем откинулся на спинку дивана и закурил. Теперь, когда посредник остался один в комнате, казалось дышать стало легче.

«Настоящий или нет?» — вертелся в его голове один и тот же вопрос.

Предки Янко и его сородичей во все времена знали больше многих людей. В таборе всегда был хоть один человек, способный почувствовать избыточную энергию у новорожденного. А значит не могло быть такого, как у гадже — не цыган, что рожденный с Даром всю жизнь не знает о нем и не развивается. Старший одаренный всегда поможет младшему раскрыться. Как бабка Янко в свое время Розе.

Однако Роза — особенная, она чувствует по-другому. И всегда могла чувствовать, в то время как прочим, по рассказам старших, приходилось долго тренироваться, чтобы различать себе подобных.

Каково же было удивление всей общины, когда несколько дней назад Роза изумленно рассказывала, что видела Девеля! Некоторые думали, что баба сошла с ума.

Но дело не в ней! Роза действительно встретила одаренного, в чем теперь Янко уверен. Но Девель ли?.. Посредник все еще немного сомневался.

«Хотя какая разница, если дельце выгорит?»— улыбнулся цыган, поднимаясь с места. Ему пора встретиться со старшими и убедить их принять необычное предложение.

* * *

— Сияешь ярче солнца, — усмехнулся сидящий на капоте Пассата Коля, когда я с супругами-телохранителями подошел к машине. — Все прошло гладко?

— Не будем об этом, чтоб не сглазить, — улыбнулся я, потянув за ручку задней двери.

До границы жилых районов добирались минут пятьдесят, пока наконец-то не оказались в промзоне. В субботу вечером ведущая к базам двухполоска была практически пустой — не считая лихачей, которые срезали по этим колдобинам до выезда из города.

— О, ремонт дороги, — хмыкнул Коля, проехав метров семьсот и увидев загородивший нашу полосу каток. — Бедняги, и днем, и ночью пашут.

— А сам-то, — отозвался я, посмотрев на рабочего в оранжевом жилете, машущего рукой, чтоб мы объезжали по встречке.

— Только начали походу, — проговорил водитель, отметив что никаких признаков дорожных работ, кроме встреченного катка и пары рабочих нет.

— Не нравится мне все это… — пробормотал я. В груди зарождалось сомнение. Однако, скорей это мои собственные тараканы лапками скребут, а не Индивидуальная способность. Блин… геморно как-то с этим.

— Спокойно, — равнодушно произнесла Кимира. — Это может быть просто ремонт, — добавила она, внимательно смотря по сторонам.

Николай достал телефон.

— Позвони Боссу, — велел он и приложил трубку к уху. — Босс, привет. Мы едем по Сталелитейной, тут дорогу ремонтируют. Ага, понял, Босс, — сбросив вызов, повернулся к нам. — Босс сказал не дергаться и ехать дальше. Но на всякий пожарный отправит машину нас встретить.

Я кивнул, хотя услышанное меня ни капли не успокоило. Напротив, с каждым метром напряжение нарастало. И что раздражало больше всего — кроме нашей, других машин на дороге не было.

— Разверни. Вернемся в город, — выпалил я. Кажется к моим собственным тараканам наконец-то присоединилась Индивидуальная способность. Я четко понял, ехать дальше — неправильно.

— Ты серьезно? — нахмурился Коля, сбавляя скорость.

— Да. Давай…

Я не успел договорить — мир вокруг нашей машины погрузился во тьму. Ни неба, ни обочины, ни дороги — лишь черный Пассат в полнейшей пустоте.

Глава 12. Прихрамывающий Тандем

Завизжали тормоза — Коля принял единственно верное решение остановить автомобиль, а не ехать вслепую.

— Родной, руку! — тут же выкрикнула Кимира, развернувшись в пол-оборота. Горланд с готовностью схватил ее ладонь.

В мгновенье ока вокруг машины выросла полусфера, сотканная из перекатывающихся морских волн, искрящих молниями. Вода непрерывно вращалась по часовой стрелке.

Я прильнул к окну. От двери Пассата до защитного барьера было метра полтора. Кусок дороги в этом месте выглядел как обычно, а вот за водно-электрическим куполом царила тьма.

— Все наружу, — скомандовала волшебница, свободной рукой открывая свою дверь. — Встречаемся у капота, — бросила она мужу, выскочив из машины.

Горланд среагировал мгновенно, и уже через пару секунд они снова держались за руки. Во время их короткой разлуки полусфера дрожала особенно сильно, но выстояла, а теперь вновь налилась энергией.

Мы с Колей, вцепившимся в рукоять пистолета, тоже стояли рядом с супругами-телохранителями. Глянув по сторонам, я сжал пальцы правой руки в кулак и поднес к лицу, сфокусировав взгляд на одном из своих колец — печатке, что обнимала указательный палец. Гравировка в виде скрещенных мечей вспыхнула коралловым светом, и я сразу же ощутил вес появившихся на мне портупей.

«Достав» свое оружие из подпространства кольца-оруженосца, я выхватил из ножен саблю и приготовился к бою. Когда мы переместились, сместился и защитный купол, теперь не покрывая машину полностью, а условно разрезая ее на две части. Причем зад легковушки, оставшийся за полусферой, мы не видели из-за кромешной тьмы окружающего пространства.

Зато видели, как то тут, то там подрагивает купол.

— Пытаются пробиться, — заметив мой взгляд, напряженно проговорил Горланд.

— У них ничего не выйдет, не переживай, — заверила меня Кимира, внимательно оглядываясь, — тьма скоро спадет. Приготовьтесь!

Я уважительно посмотрел на нее и с готовностью кивнул. Несмотря на легкость в общении и веселый нрав, Кимира, как и ее муж, внушала доверие. Я спарринговал с каждым из них по отдельности и был нещадно бит. При этом я знал, что показанная на тренировках сила, лишь малая толика их возможностей. Главную же я вижу сейчас — парную технику — Способность Тандема.

Супруги не очень-то распространялись о своих навыках, и на мои прямые вопросы Кимира лишь отшучивалась, утверждая что «Мы — супер круты». Немного развеять мое неведение смогли лишь Кость с Гоблином. Евгений Сергеевич говорил, что хоть пара и «прихрамывающие», они все равно очень мощный Тандем с огромным потенциалом.

Но в тот вечер, как впрочем и всегда, больше рассказывал Кость. В основном именно от него я и узнал про Тандемы.

Тандемы встречаются очень редко, ибо достичь полной синхронизации праны двух разумных чрезвычайно сложно. Зато результат превосходит все ожидания! К примеру, Тандем двух Учителей по силе равен группе из четырех Учителей и способен справиться с Наставником.

Еще Инси рассказывала мне, что ранги не обязательно фиксировать официально, хотя во многих организациях и кланах проводят экзамены. Одним из способов экзаменации является бой один-на три. Проще говоря, соискатель, к примеру, седьмого ранга (Наставника) должен в течение часа продержаться против трех бойцов шестого ранга (Учителей), либо за тридцать минут одолеть двух Учителей. То есть по статистике боец одного ранга равен трем бойцам нижестоящего ранга — Наставник равен трем Учителям, либо девяти Ветеранам, либо двадцати семи Специалистам и т. д.

В случае с Тандемами все иначе. Двух Учителей Наставник уделает за полчаса, но два Учителя в Тандеме уделают уже самого Наставника.

Однако такой расклад применим к полноценным Тандемам, наш же — «хромающий». А все потому, что Горланд не Учитель, а Ветеран. Стало быть, объединившись с праной супруга и усилив ее, у Кимиры остается еще достаточно много несинхронизированной праны. Если объяснять на пальцах, то получается у него, условно, сто пятьдесят единиц, у нее — триста. После синхронизации у нее остается еще сто пятьдесят не усиленных.

По оценке Гоблина Тандем супругов по силе равен группе из двух Учителей и одного Ветерана. С Наставником бы не справились.

Но нам и не с Наставником биться! А переводя в другие измерения их силу, можно говорить, что ребята равны одному Учителю и четырем Ветеранам.

Однако все сравнения условны. Статистика — мертвая наука, а жизнь штука изменчивая и полная нюансов.

За искрящимся молниями водяным барьером медленно рассеивалась тьма. Спустя несколько секунд мы могли уже разглядеть, что происходит вокруг в радиусе нескольких метров.

— Твою мать… — сокрушенно пробормотал Коля, схватившись за голову. — Моя машина… — незащищенный зад Пассата превратился в груду искореженного металла. — С-с-суки! — злобно прошипел он.

Тьма совсем развеялась. Мы стояли посреди двухполосной дороги, окруженные толпой людей. Я насчитал двадцать человек. Видимо, все здешние силы этих чертовых черных инквизиторов собрались в одном месте — вокруг нас.

Выглядят они как… самые обычные люди. Трое, правда, довольно низкие и коренастые для хомо сапиенс, двое других — слишком уж худощавые и смотрят на мир холодными глазами. Еще трое перекаченные громилы. Остальные же самые обычные люди в самой обычной повседневной одежде, подчеркивающей спортивное телосложение. Даже три девушки среди них есть.

У меня в голове торопливо стучали клавиши калькулятора. Предположим, Учителя и четырех Ветеранов возьмут на себя супруги. Мне тогда, что, останется всего лишь девять Воинов и шесть Специалистов? Блин…

— Пляшем от печки! — предупредила нас Кимира, оценив силы врага.

— То есть? — не понял Коля. — От обороны играем?

— Угу, — за жену ответил Горланд.

Враги прекратили атаковать и, ожидая команды лидера, напряженно пялились в нашу сторону. Шаг вперед сделал мужчина в кремовых джинсах, белой футболке и больших зеркальных очках.

— Меня зовут Фелт, — быстро представился он. — Мой ранг — Учитель, — проговорил он, повернув голову к Кимире. — Мне известно, что вы Тандем, но Тандем хромающий. Предлагаю вам без боя отдать нам бастарда и разойтись без лишнего шума.

— Нет, — спокойно ответила женщина.

— Это окончательное решение?

— Да.

— Жаль, — покачав головой, Фелт поднял правую руку. — Уничтожить барьер.

Я еще неопытный боец — только когда вокруг нас разверзся настоящий Ад, до меня дошло, что остальные инквизиторы не стояли столбами, а концентрировали прану. Они приготовили поистине убойные заклинания! На наши головы сыпались пылающие метеориты; из-под земли в купол били каменные пики; тараном влетела в барьер созданная изо льда фигура гигантского орла; пробить защиту пытались бесконечные файерболлы и морские волны. Не говоря уже о светящихся коралловым пламенем пулях, долбящихся в водно-электрическую полусферу.

Защита дрожала, точно телефон на вибровызове, но держалась. Я видел, как по лицам Кимиры и Горланда катятся капельки пота. Как тяжело они дышат.

— Когда… падет… барьер… — по словам выдавила женщина, — прячьтесь… в лесу…

— Понял! — с готовностью кивнул Николай.

На миг я удивленно уставился на нее. Честно говоря, ожидал другой команды — велеть Юре, залезшему мне на плечо, открыть портал и сбежать, использовать способ отхода на самый крайний случай. Кимира сказала другое. Значит, по ее мнению, случай сейчас не крайний? Справимся без несанкционированных перелетов по мирам? Она надеется на Кость и Гоблина? Но успеют ли те?

Я медленно выдохнул, приводя в порядок разбушевавшиеся мысли. Чуйка говорит, телохранитель права. Значит не будем с ней спорить.

Едва я пришел к столь славной мысли, полусфера пошла совсем уж глубокими трещинами и через мгновение рассыпалась на тысячи осколков.

А в следующий миг меня в прямом смысле слова смыло волной. В мгновенье ока я вместе с Колей оказался на обочине возле высоких деревьев.

— Чертов Горланд! — бубнил под нос Николай, спешно поднимаясь с мокрой травы. — Чертовы маги!

Часть инквизиторов, прекратив наседать на супругов, бросилась в нашу сторону, по пути атакуя огнем, водой и каменными пиками. Наш водитель на удивление резво уворачивался от всего это буйства стихий, успевая палить из пистолета. Даже умудрился ранить одного коротышку в плечо.

Я тоже старался уклоняться, а когда не успевал, разрубал летящие в нас атаки саблей. Клинок постоянно пылал коралловым светом, а Индивидуальная Способность подсказывала в какой ситуации как лучше бить — где сверху, где снизу, а где и вовсе по диагонали. Благодаря ей и своей ёки, позволяющей быстро осваивать любое оружие, я уже превратился в добротного фехтовальщика.

Вот только дальних атак у меня нет! А не помешало бы, как в аниме, манге и книжках, разрубать пространство или выстреливать с кончика меча сгустком энергий, или даже посылать режущие ветра…

Но, к сожалению, я могу только защищаться! Прав был Коля — чертовы маги!

Совершенно внезапно осознал, что наседающие враги не дают мне возможности сбежать, уже несколько секунд я топчусь практически на одном месте, не продвигаюсь в лес. Интересно, как там Коля? О… выстрел сзади раздался. И еще раз! И еще! Нашел себе укрытие, мой неодаренный водитель?

К сведению об обделенных Даром — теоретически они могут победить одаренного. Но нужно бить четко — на убой. Раны, нанесенные без вложения энергии, очень быстро затягиваются, а у бойцов высоких рангов и вовсе моментально. Возможно именно отсюда растут ноги у легенд о вампирах, оборотнях и прочих тварях, которых сложно убить.

К взрывам и грохоту падающих камней присоединился рев мотора. Кинув быстрый взгляд, я заметил черный микроавтобус, остановившийся поперек дороги. Он приехал со стороны города и был мне вполне знаком — не раз видел на нашей базе.

Увернувшись от очередной каменной пики, почувствовал, что губы расплылись в довольной улыбке. Вот ведь Гоблин, а? Получается, он в тайне от меня послал за нами машину сопровождения? Не одни супруги меня охраняют? Плюс сейчас сам Оглоблин и Лукин на всех парах несутся сюда. Хех! Вот теперь-то повоюем!

* * *

— Быстрее-быстрее!!! Шевелитесь! — напряженно кричал Михалыч, поторапливая своих бойцов. Из всех его подчиненных, в прошлом элитных солдат, а ныне членов спецподразделения Гоблина, были отобраны десять лучших. Именно им придется прикрывать молодого парня, о котором последние дни вынужден заботится Босс.

— Я сделаю укрепление! — сообщил Жан — высокий чернокожий француз, тоже работающий на Оглоблина. Между прочим, одаренный, как и начальники Михалыча.

Прямо из земли выросла толстая каменная стена. Бойцы спецназа, точно черные тени, ловко рванули к ней, привалившись спиной.

— Огонь по готовности! — тут же скомандовал Михалыч, заняв позицию за бронированным микроавтобусом.

Выпустив очередь в голову стоявшему полубоком громиле, старый вояка выругался — здоровяк успел среагировать и сбить пули потоком ветра. Сразу двое бойцов Михалыча тут же атаковали эту цель, а сам глава отряда уже стрелял по другой.

В сторону микроавтобуса полетел здоровенный огненный шар, способный легко сдвинуть и бронированную технику, и смять тех, кто за ней прячется. Однако в порождение магии врезался сияющий коралловым светом огонек. Он разнес горящий шар к чертовой матери, оставив лишь пылающие ошметки, медленно, словно конфетти, оседающие на землю.

«Ай-да Вован!» — мелькнуло в голове Михалыча. Ему понравилось, как сработал новичок, только недавно присоединившийся к Гоблину и Кости. Тоже одаренный. Снайпер. А еще, насколько понял Михалыч, этот Вова издали может чувствовать других одаренных. Рыбак рыбака, мать его… Именно он определил, что перекрывшие дорогу дорожные рабочие лишь иллюзия! Старый вояка чего только не повидал за жизнь (особенно за время работы на Гоблина), но не разучился удивляться в такие моменты как несколько минут назад, когда Вован велел их водителю править прямо на каток! Михалыч отчетливо слышал маты рабочих даже, когда микроавтобус проезжал сквозь несуществующий асфальтовый каток. Когда же они миновали мираж, Михалыч прильнул к окну и сам едва не выругался — рабочие как ни в чем не бывало начали штробить старый асфальт. Сколько ж грохоту было от иллюзорного отбойника!

Вновь высунувшись из-за угла микроавтобуса, старый вояка приметил низкорослого коротышку, голыми руками отбивающего пули сразу трех его бойцов. Врагу приходилось туго, дважды он отбил выстрелы весьма неудачно — по касательные пули чиркнули его по ноге. Правда, глава отряда знал, что такие раны врагу, что слону дробина. Прицелившись, Михалыч выпустил очередь ему в голову. Знай наших, тварь! Одаренный, не значит бессмертный!

Один высокий и худощавый вражина, вскинув руки к небу, вырастил прямо перед микроавтобусом толстые лианы. Обойдя преграду с двух сторон, извивающиеся стебли устремились к Михалычу и двум другим его бойцам, тоже скрывающимся за бронированным транспортом.

— Гр-р-р-ра!!! — взревев, мимо старого солдата пронесся громадный бурый зверь. Встретив лианы грудью, медведь разрубил их мощными когтями.

— Спасиб, Иларионыч! — крикнул Михалыч своему другу аниморфу — одаренному, способному принимать облик животного.

Глава отряда высунулся из укрытия в поисках новой цели. Как и в предыдущих стычках с одаренными, сегодняшней главной задачей было сдерживать врага и отвлекать на себя его внимание. Не дать им всей гурьбой навалиться на парня и продержаться до прихода Босса.

* * *

Глава черных инквизиторов стоял позади Ветеранов, кастуя очередную дрянь. Кимира понимала, что прикончи его, и все — конец! Враг лишится половины своей мощи. Останется лишь детский сад, но…

Но щупальца их водно-электрического пузыря-осьминога, внутри которого и находился Тандем, постоянно натыкались на Ветеранов. Эти четверо выглядели помятыми, одна из них — грудастая фифа (ведьмак с щитом и булавой), так и вовсе истекала кровью и, если б не старанья Специалиста-целителя, отбросила б коньки.

Ветеран-Коротышка (гном с кольцом-хуманизатором, как решила Кимира) хлопнув в ладоши, выставил вперед руки, обрушив на осьминога целый рой метательных топориков. Учитель решила не сбивать их щупальцем, усилив пузатый водно-электрический бок их с мужем детища дополнительными молниями.

— Родной, максимум по площади! — скомандовала женщина, сильнее прежнего сжав теплую ладонь супруга.

Словно шаман в трансе, пузырь-осьминог начал хаотично долбить вокруг себя водяными щупальцами, усиленными молниями, уничтожая асфальтированную дорогу. Появляющиеся ямы мгновенно заполнялись водой, соединяясь друг с другом и с «телом» пузыря многочисленными крохотными каналами. Внезапно молнии исчезли снаружи, оставшись лишь в ядре осьминога.

— Все в защиту! — закричала раненная фифа, поднимая щит.

— Поздно, сучка! — злорадно прошипела Кимира. Она видела, что каст этого Фелта затягивается, а значит вражеский Учитель выдаст поистине мерзейшее заклинание. Однако за все нужно платить. Он уже заплатил тем, что оставил Ветеранов без своей поддержки против Тандема. И пусть сами Кимира с Горландом за использования Высшей техники без концентрации праны поплатятся значительной потерей энергией… сейчас все под контролем. Но от Тандема придется отказаться.

Асфальт и земля вокруг осьминога за считанные секунды оказалась изрешечена глубокими ямами. Вода в них забурлила и, словно гейзер, ударила в небо. От каждого водяного столба отделились тонкие струи и врезались во врагов. Ветераны наспех использовали защитные техники — перед гномом вырос плотный лист металла, раненная фифа прикрылась горящим коралловым светом щитом, здоровяк (явно хуманизированный орк) скрылся внутри столба пламени, а бородатый мужик защитил себя слетающим с ладони теплым светом.

Все четверо, а также оказавшийся в зоне поражения Специалист, исправно держали защиту. А вот двое Воинов, попавших под раздачу, едва стояли на ногах. Еще несколько секунд и тонкие водяные струи пронзят их насквозь, но…

Но они умерли раньше — молнии со свойственной им скоростью разлетелись по лужам да каналам, а потом, ярко заискрив, увеличили радиус поражения в полтора раза.

— А-а-а!!! — хором заорали инквизиторы, когда электричество поразило их тела. В отличие от прочих, Ветераны не умерли сразу, с достоинством пережив удар. Однако концентрацию потеряли, и через пол секунды тонкие водяные потоки пробили насквозь защиту инквизиторов, а повторно ударившие молнии закончили начатое.

Одной атакой хромающий Тандем уничтожил семерых врагов. Несмотря на то что эта техника бьет по площади, цели можно выбирать. Супруги умышленно не тронули Фелта. Учитель смог бы защититься, а они в пустую бы потратили прану, и тогда бы ослабленной мощности не хватило, чтоб прикончить Ветеранов.

Тяжело дыша, Кимира отпустила руку любимого.

«Сгорю на работе» — подумала она, активируя кольцо-усиления. Не считая денег, каждый из супругов получил такое от Крокомота в качестве предоплаты за предстоящий год напряженной работы. Очень ценный артефакт, хоть и обладает рядом существенных ограничений — можно использовать только раз в трое Руарк-Поркских суток или, учитывая, что местное время идет на двадцать процентов быстрее, раз в восемьдесят шесть земных часов и двадцать четыре земные минуты. Но это мелочи, куда отвратительнее последствия — такой способ увеличения объема праны губителен для тела. Все трое Руарк-Поркских суток, если не больше, можно потом в кровати проваляться, страдая от боли. А если часто пользоваться, каждое последующее применение будет еще и мучительнее предыдущего.

Однако для Тандема печальнее другое — энергию от кольца-усиления нельзя синхронизировать.

Но сейчас плевать. Сейчас, с помощью кольца восстановив силы, Кимира готова лицом к лицу сойтись с Фелтом. И победить!

В один момент мир вокруг женщины погрузился во тьму. Она грязно выругалась, приняв защитную стойку. Все тело волшебницы искрило молниями, озаряя пространство вокруг.

Заметив движение слева, она стремительно развернулась, щелкнув теневой фантом левым джебом.

Однако стоило его развеять, как тут же справа появился еще один. Через мгновенье второй слева, третий сзади…

Кимира выпустила вокруг себя тысячу молний, сметя всех! Однако уже через секунду ее окружила целая толпа теней.

* * *

Горланд всем сердцем желал помочь жене. Вместе с вражеским Учителем Кимиру скрыло черное теневое облако. Время от времени в глубине этой тьмы вспыхивали молнии и слышался грохот. Горланд понимал, насколько ожесточенная битва идет там, в самом сердце сотворенной Фелтом техники.

Но увы, помочь мужчина не мог. Сразу три Специалиста сдерживали его. Даже будь Горланд в идеальной форме, ему потребовалось бы минут сорок, чтобы одолеть их. Сейчас же, истощенный долгим боем, даже с кольцом-усиления он мог лишь защищаться.

«Плох расклад» — думал Горлан, понимая, что хоть врагов осталось всего одиннадцать, инквизиторы вполне могут и победить. Огромная проблема в том, что один из Специалистов — чародейка. Чертова блондинка в зеленом сарафане без остановки распыляет усиление по площади, поддерживая своих бойцов.

Другой Специалист, маг-льда, постоянно крутится возле чародейки, прикрывая ее и всех остальных от выстрелов снайпера, между делом еще и атакуя аниморфа, Жана и неодаренных бойцов. Два Специалиста — ведьмак-кинжальщик и волшебница ветра, с двух сторон зажимают самого Горланда. А последний Специалист-целитель поддерживает их со спины, умудряясь латать и других инквизиторов. Пара Воинов-орков, сбросив хуманизацию и приняв свой истинный облик, яростно колошматили прибывших на микроавтобусе. Ну а три последних…

«Плох расклад… плох расклад… — уворачиваясь от резвых выпадов кинжальщика думал Горланд, — если б снайпер прикончил больше людей, а не одну женщину-Воина, было б проще. Но ему не дали развернуться… Плох расклад… а все из-за чародейки. Не люблю я их».

* * *

Меня давили сразу три Воина! Причем один из них оказался самым настоящим гномом — коротышка внезапно оброс черной бородой, стал еще ниже и шире в плечах. Изменилась и его одежда — коричневые шорты и футболка превратились в серую рванину, подпоясанную обычной веревкой. Правда после этого метаморфоза пускаемые им каменные пики стали проворнее и толще.

— Черт… — выругался я, встретив саблей одну из таких пик. Тут же полуоборотом ушел от арбалетного болта, пущенного другим Воином (очевидно ведьмаком-стрелком). Через мгновенье мне едва не отрезала руку водная струя — атака черноволосого юноши-мага. Пришлось снова уклоняться.

Биться против троих отвратительно. Блокируя очередную каменную пику, я чувствовал, что один на один одолею каждого из этой троицы. Но вместе они просто не дают мне шанса на контратаку! Черт! Сразу два болта!

Отразил оба одним взмахом сабли. Да я реально ведьмак — почти как Геральт из Ривии!

Давно не слышу выстрелов за спиной, что меня очень сильно напрягает. Однако оборачиваться и смотреть как там Коля у меня нет времени.

Стрелок и водник атаковали одновременно с двух сторон. Если б не моя Индивидуальная способность, превратился бы в решето! А так я на инстинктах отпрыгнул, перекатился назад и вновь вскочил на ноги.

Но на меня, словно безумный поезд, несся облепленный каменными плитами гном. Уклониться не успел, приняв это изваяние на саблю. Мои ноги оторвались от земли, и я отправился в долгий полет. Если б не клинок, каменный пресс раздробил мне все кости. А так ничего страшного — я даже умудрился развернуться в воздухе, а когда приземлился, сделал перекат, погасив инерцию.

— Черт! — выпрямившись во весь рост, выругался я, осознав, что чуть раньше разжал пальцы и потерял саблю.

Каменный гном снова летел на меня. Все, что мне оставалось — попробовать усилить тело праной. Как-то раз во время спарринга с Гоблином, глядя на его техники ведьмака-рукопашника, открыл для себя подобный метод защиты. После тренировки уточнил у старших, что оказывается все одаренные так делают.

Успел сконцентрироваться и защититься праной, только благодаря этому облаченный в камень и усиленный бафом чародейки гном не превратил меня в лепешку.

— О-у-у… — сдавленно простонал я, оказавшись придавленным к земле тяжелой тушей.

— Вот ты и добегался, — хохотнул бородач — из каменных плит выглядывало только его лицо.

— Отлично, Лорн! — похвалил товарища маг-водник. Он осторожно приближался к нам справа, а ведьмак-стрелок, держа арбалет наготове, слева.

— Устал? — смрадно дышал мне в лицо гном. — Ну ничего, бывает. Давай, Шейн, — крикнул он магу, — сделай ему водную маску, чтоб отдохнул.

— Сейчас, — кивнул волшебник, уже смелее подходя к нам.

Глядя на этих жаждущих моей смерти тварей, в голове вертелась лишь одна мысль: «У меня нет дальних атак. Здорово, что все вы здесь сегодня собрались».

Помимо Юры, предназначенного на «самый крайний случай», у меня есть одно колечко на «предкрайний» и два на «пред-предкрайний». Самый крайний еще не наступил, но жаренным уже запахло. Против меня три Воина, а я саблю потерял. Что мне еще делать?

Правильно, бить в рожу!

Поглотив чудовищное количество праны, перстень обжег мой средний палец так сильно, что ноздри учуяли запах паленой кожи. Враги не успели среагировать, и я вмазал правой рукой в незащищенную щеку гнома. Собранная кольцом прана мгновенно вырвалась наружу, превратившись в поток разъяренного огня.

Мощное пламя тут же сбило с меня тяжелого гнома, задев еще и водника. Мне тоже досталось — отличие стихийных артефактов от стихийной магии в том, что они бьют всех, кто окажется в зоне поражения, а не только врагов.

Не обращая внимания на обожженное лицо, я вскочил на ноги. Полагаясь на чуйку, припал на правую ногу, увернувшись от сияющего коралловым светом болта, и в два шага оказался перед изумленным стрелком. Будь у меня время, забил бы тварь в рукопашную. Но времени нет, так что привет, второе кольцо.

Схватив врага правой рукой за ключицу, левой ударил в область сердца, вместе с ударом активируя артефакт. Мощный поток воздуха оставил в груди Воина зияющую дыру. Сдох с полтычка! Не удивительно, по словам Гоблина, даже большинство Специалистов не смогут выстоять против такого перстня.

Резко развернулся на пятках и…

Выругался!

Вот же твари, толпой прессовали, а как получили по роже, побежали к хиллеру лечиться?! Уроды! Ненавижу таких… Не люблю тех, кто боится биться один на один.

Глядя, как целитель, размахивая посохом, помогает гному и воднику восстановиться, а чародейка их тут же усиливает, я закипал от злобы. От праведного гнева в груди дыханье сперло. Даже зубами заскрипел…

Совершенно неожиданно понял, что в какой-то момент все, кроме скрывших в облаке тьмы Учителей, изумленно пялятся в мою сторону. Посмотрел под ноги. От меня, словно круги на воде, разбегаются кольца черной энергии.

— Вот это ёки… — проблеял кто-то из инквизиторов.

Ёки? Помнится, кроме ускоренного обучения военному ремеслу своего носителя, она способна внушать страх его врагам. Испугались, что ли, бедняжки?

Общее замешательство не уняло моего гнева. Поддавшись эмоциям, я сжал рукоять катаны и выхватив меч, тут же атаковал. Действовал по наитию, отдавшись животным инстинктам и Индивидуальной способности. И что получил в итоге? Ха, вылетевшая из лезвия белоснежная молния поразила Воина-мага, лечившегося метрах в тридцати от меня. Водник пытался защититься, но его стихия лишь усилила мою атаку.

— А-а-а! — проорал он, корчась в конвульсиях.

А через мгновенье умер. Но я уже со всех ног несся на изумленного гнома.

За спиной каменного мага послышался протяжный крик. Кинув взгляд, я хищно улыбнулся — Горланд воспользовавшись всеобщей неразберихой, и тем, что хиллер увлекся Воинами, дожал одного из Специалистов, тут же обрушив громадную морскую волну на своего другого противника — волшебницу ветра.

Настигнув гнома, я нанес сильный восходящий удар. Лезвие катаны искрило белоснежными молниями, тут же ужалившими врага. Тот дернулся и оскалился. Я ударил снова. Гном зарычал. После третьего, принятого на каменные пластины стихийного доспеха удара, бородач всем весом навалился на меня. Я видел, что ему больно. Видел, что он устал и бьется из последних сил. Но не сдается. Похвально. Не хочет проиграть… Чертов урод!

Очередной выплеск ёки изумил моего врага. Подняв ошарашенный взгляд, он отшатнулся. Я снова ударил, на сей раз разрубив и доспех и плоть. Прикончил моего третьего за последние десять минут Воина.

Глава 13. Анонимус

Сидя в кресле-каталке, я наблюдал за мирно спящей Кимирой. На нашей базе оборудована прекрасная санчасть, покинуть которую мне разрешили только сегодня утром. Три дня, я провалялся здесь, читая веселые печатные книжки про папанданцев. Приглашенный Гоблином старомодный целитель Валентин Абрамович строго настрого запретил пользоваться ноутбоком — мол, обязательно в интернет полезу, где можно легко ворох негативных эмоций подхватить.

Он оказался прав — едва я утром вернулся в свою комнатку, тут же окунулся во всемирную паутину. И что вы думаете? Мои ньюкоины просели на двадцать три процента! Черт! Одно успокаивает — стоит подумать «оставить их и подождать еще», чуйка тут же твердит, что это правильный путь.

Мы одержали победу в битве с черными инквизиторами. Практически сразу, как я прикончил гнома, появились Кость с Гоблином, сметая уставших Специалистов. Спустя несколько секунд развеялось черное теневое облако, и мы увидели израненную, еле живую Кимиру. Ее противник успел телепортироваться прямо из своей мрачной техники.

Мы потеряли двоих неодаренных бойцов, еще трое оказались рядом с нами на больничной койке. Как и Коля. Однако моему водителю повезло больше других — отделался легким сотрясением и потерей сознания. Он действительно умудрился спрятаться между корнями деревьев, правда парня случайно зацепило атакой гнома. Получил булыжником по голове, но сейчас уже в норме — такие травмы для целителя пустяк. Лишившись своей машины, Николай продолжает работать моим водителем, катая кресло.

Кстати о кресле, как говорил всем известный дядя Бен: «Чем больше сила, тем больше ответственность». Мне приходится отвечать за использование обоих колец и катаны. Очень мощные артефакты самостоятельно концентрируют прану, в этом и есть их фишка. Однако эта прана не моя. Условно говоря, мне доступно сто единиц праны — комфортный для меня объем использования. Каждое кольцо собирает по десять, а меч по двадцать, итого сверх моей нормы через меня проходит еще сорок единиц. Тело очень не радо такому энергетическому каравану. Хех, дороги не выдерживают, каналы праны рвутся, и теперь приходится отдыхать, максимально расслабляясь. Потому и катаюсь на каталке, чтобы не напрягать восстанавливающиеся каналы.

— Самое мерзкое, молодой человек, — говорил мне Валентин Абрамович, — что даже такой прекрасный целитель, как я, не в силах напитать вас энергией. Я закрыл раны, исцелил ожоги, восстановил механические повреждения, но дальше вам придется восстанавливаться самостоятельно.

Забавно, что будь я сильнее, таких бы постэффектов не испытывал. Потому что, условно сейчас сверх нормы прошло сорок процентов, а чем больше мне будет доступно праны, тем этот процент станет меньше. Но тут возникает другая проблема — в этот раз мои артефакты позволили мне разделаться с тремя Воинами, но со Специалистами уже придется сложнее, с Ветеранами и подавно, а против Учителей кольца будут практически бесполезны — так, просто дополнительная техника в арсенал, а никак не спасательный круг. Второй же забавный факт состоит в том, что во время боя нет болевых ощущений. Они захлестывают мощной войной, когда адреналин спадает.

А еще у старших рангов восстановление проходит быстрее. Например, Кимира с Горландом вообще в первый день в агонии метались по койкам, но молодая женщина, по словам Валентина Абрамовича, полностью восстановится даже раньше меня.

«Скорей бы, — подумал я, глядя на волшебницу, а потом перевел взгляд на ее супруга, — без вас меня бы уже принесли в жертву. Спасибо».

Будто услышав мои мысли, Кимира заворочалась и открыла глаза. Сонно посмотрела на меня, затем встрепенулась и изменилась в лице.

— Не беспокойся, я не ранен, — поспешил успокоить ее. — Просто целитель велел отдыхать после кольца-огня и кольца-ветра.

Женщина-телохранитель расслабленно выдохнула, но тут же завертела головой. Сперва влево — ничего, затем вправо — снова выдох.

— С Горландом тоже все в порядке, — проследив за ее взглядом, сообщил я. — В отличие от тебя, он уже приходил в себя. Ему всего лишь нужно отдохнуть. Как и тебе.

— Хвала небу… — сухими губами пробормотала девушка.

Я указал на графин с водой и, молча стоявший за моей спиной Коля, все понял.

— Спасибо, — глядя на водителя, проговорила Кимира, смочив горло.

— Это я должен благодарить тебя, — серьезно проговорил я. — Горланда и всех остальных уже поблагодарил, осталась только ты.

— Пустяки, — хмыкнула она. — Это моя работа.

— Не каждый человек готов жизнь отдать на своей работе, — парировал я.

— Ладно, — улыбнулась Кимира, — я принимаю твою благодарность. И благодарна за то, что смог пережить эту заварушку — пятно в резюме нам ни к чему.

— Мне нравится ваш подход к делу, — я вернул ей улыбку. — И ваш образ жизни в целом. Довольно романтично путешествовать по мирам бок о бок с любимым человеком и сражаться со всеми подряд ради звонкой монеты.

— А-то! — довольно хмыкнула женщина.

— А к тому времени, когда надоест, и вы захотите уйти в бессрочный отпуск, уже накопите достаточно денег, чтобы купить себе именье со слугами в каком-нибудь тихом мирке, нарожать кучу детишек и радоваться спокойной жизни. А как детишки подрастут, снова пуститься на поиски приключений.

Своей болтовней я хотел отвлечь собеседницу и навести ее на приятные мысли, столь необходимые человеку на больничной койке. Ну а заодно и узнать побольше о Кимире — все-таки интересно, что за люди будут охранять меня целый год. На прямые вопросы, не относящиеся к работе, она всегда отшучивается.

И у меня получилось — после моих слов по усталому лицу женщины-телохранителя скользнула тень. Я повернул голову и обратился к стоящему за спиной водителю:

— Коля, можешь оставить нас на несколько минут?

Николай удивился, но спорить не стал.

— Зачем это? — не скрывая любопытства, спросила Кимира, когда за парнем закрылась дверь.

— Чтобы тебя не смущать, — ответил я и решил взять нить разговора в свои руки. — Нам с вами предстоит почти бок о бок жить в ближайший год. Я хотел бы знать о вас больше.

— Я уже намекала тебе, что это к делу не относится, — посерьезнела женщина.

— Относится, — отрезал я. — Я должен знать, кому доверяю свою спину. Пусть нанимал вас дядя Гена, охраняете вы меня, — строго закончил я и, заметив, что волшебница нахмурилась, сбавил тон. — Понимаешь, — проговорил мягче, — здесь, на Земле, тоже есть наемники. Но обычные люди с ними не встречаются. Образ наемника в моей голове вообще сформирован фентези-книгами, фильмами и видеоиграми. А там наемники зачастую меркантильные и не особо преданные ребята. — Кимира надулась от возмущения, услышав меня, и я поспешил добавить: — Но я твердо уверен, что вы с Горландом не такие.

— Раз уверен, зачем спрашиваешь? — фыркнула она.

— Нужны подтверждения.

Молодая женщина тяжело вздохнула и покачала головой:

— Что тебя интересует?

— У вас есть ребенок? — сохранив в памяти ее прошлую реакцию, осторожно спросил я.

— Да. Дочь.

— И вас устраивает, что девочка растет без родителей.

Кимира поморщилась, обнажив белоснежные зубы.

— Конечно нет, — переборов эмоции, равнодушно ответила она.

— Почему же вы тогда ее оставили? Ради денег? — Индивидуальная способность говорила мне, что я на правильном пути. — С ней… что-то не так, верно? Она… — я замолчал, не решаясь сразу озвучить свою догадку. Если ошибся, лишь обижу Кимиру.

— Леира больна с рождения, — тихо проговорила женщина.

Меня охватили противоречивые чувства. С одной стороны, мне очень жаль супругов-телохранителей и их дочь. С другой, я удовлетворен этой спонтанной тренировкой. Я предполагал, что мою способность можно использовать и таким образом. Сейчас же убедился. Если попрактиковаться, сам смогу быть гадалкой не хуже цыганки Розы. А вместе с ней моя задумка со «Святым Ильяризом» обречена на успех.

Но все это позже, сейчас передо мной расстроенная женщина. И именно я своими вопросами ее расстроил. Блин.

— И что, целители не могут помочь? — тихо спросил я.

— Хех… — горько усмехнулась женщина, — Целители не всесильны. Если кто и сможет излечить Леиру, так только целитель ранга Гуру. Их очень-очень мало. Я знаю о троих таких, но они состоят в кланах. И кланы зарабатывают на этих целителях — никто не позволит им просто так помогать нуждающимся.

— Поэтому вы и подались в наемники? — понял я.

— Да, — кивнула Кимира. — Но мы не просто наемники. Мы одни из лучших намников, ведь мы — Тандем. И при этом всегда идеально выполняем нашу работу, что еще сильнее повышает стоимость наших услуг, — женщина гордо улыбнулась.

Глядя на нее сейчас, я невольно припомнил наш поход в ТЦ. Как бы не разбегались глаза Кимиры, купили они немного и лишь те вещи, что были со скидками. А на фудкорте за них платил я — по условиям их контракта с дядей Геной Заказчик обязан снабжать Исполнителя провиантом.

— Значит вы копите на услуги целителя-Гуру? — она молча кивнула. — И на текущее содержание ребенка тоже тратите? — снова кивок. Я чувствовал, что «иду по правильному пути». — Нужны постоянно лекарства? Ну и на жизнь девочки и тех, кто за ней присматривает? — в голове возник вопрос «родители Кимиры?» или «родители Горланда?». Ответ показался мне однозначным. — Леиру вы оставили с твоими мамой и папой? — женщина кивнула и нахмурилась.

— Ты очень проницательный…

— Много читаю, — отмахнулся я. — Так что, кроме целителя-Гуру нет вариантов?

Она снова тяжело вздохнула.

— Хочется верить, что есть какие-нибудь артефакты. Но доказательств этому нет — только надежда…

— Артефакты есть! — неожиданно даже для самого себя выпалил я. Кимира встрепенулась:

— Правда? Какой? Где?

В этот момент дверь распахнулась, и в помещение влетела высокая женщина в белом халате — медсестра Елизавета Максимовна — хозяйка санчасти в отсутствие Валентина Абрамовича и супруга главы неодаренных бойцов Михалыча.

— Илья Фридрихович! Нельзя утомлять больного долгими беседами! Кимира только пришла в себя! Да и вам стоит отдохнуть! Николай! — крикнула она виновато маячившему в дверях водителю. — Забирай Илью Фридриховича и вези его в его комнату!

Я не стал спорить, а то вообще решит вернуть меня на койку санчасти к этим батонам.

Оказавшись в своей временной комнате (пока я «на колесах», меня переселили на первый этаж) и отпустив Колю, я уселся за ноутбук просматривать почту.

— Вау! — расплылся в довольной улыбке, прочитав письмо от франчайзера «Maly&amp;Morty». Я не указывал в анкете, что являюсь фактическим владельцем франшизы их конкурента, все-таки по бумагам главная мама. Зато похвастался выдающимся управленческим опытом. Хорошо, что их не смутил мой возраст. Хотя может просто других заявок было не так уж и много.

Откинувшись на спинку кресла-каталки, задумчиво почесал подбородок. Мне определенно не хватает людей. У меня вообще нет собственных сотрудников! Та же Лариса Ивановна работает на маму, а Коля на Гоблина. Верные именно мне остались в Верилионе. С кого стоит начать?..

Вновь придвинувшись к столу, я начал шерстить столичные кадровые агентства. Позвонил парочке с хорошими отзывами и оставил заявку на поиск бухгалтера и юриста на полставки. Если остальными вопросами я могу и сам заняться, то возиться с бумажками — увольте.

Ответил «Maly&amp;Morty», поблагодарив за оказанную честь и пообещав в ближайшее время предоставить необходимые для договора документы (свидетельство ИП до сих пор не готово). Затем взял со стола ежедневник и сверился со списком дел. Так-с… Ларису Ивановну проверять мне не охота, она тетя грамотная сама справится. Я ей доверяю. Что дальше? Видео-связь с Янко через пару часов. Изумруды?.. Спросить у Гоблина как дела идут? Он в это время обычно ужинает. Хм, заодно уточню, может есть бухгалтер на примете? Да и офис бы для буха снять нужно, не сюда же, на секретную базу, всех тащить?

Не желая лишний раз дергать Николая, попробовал встать на ноги.

В глазах потемнело, все тело пробили судороги.

— О-у… — протянул я, тут же рухнув обратно. Черт, передвигаться на своих двоих смогу, но скрипя зубами от боли. Все-таки стоит послушать лечащего врача и шибко не напрягаться, если хочу поскорее восстановиться.

Достал телефон и набрал Колю. В ответ длинные гудки. Блин… Ладно, сам покручу колесики, что я, совсем беспомощный?

Я «доехал» до двери и выкатился в коридор. Забавная ситуация с этими колясками — я спрашивал у Оглоблина почему не с электроприводом? Казалось бы, так было бы удобнее. Ответ оказался банален, не шибко-то рассчитывали, что каталки вообще понадобятся — так взяли парочку по дешевке на всякий случай. Сейчас же Гоблин, усмехнувшись, заявил, что бюджет не резиновый. Хотя мне кажется, его странное чувство юмора потешается над моим незавидным положением. Ну ничего, через пару дней сам ходить буду!

— Илья? Разве тебе можно напрягаться? — услышал я за спиной обеспокоенный голос. Развернуться не успел, меня уже оббежали. — Куда ты собрался?

— Тут недалеко, — отозвался я, глядя в милое личико Маргариты Евгеньевны.

— Мужчины, — снисходительно покачала головой дочь Оглоблиных, поправив огромные очки. — Давай помогу, — она зашла мне за спину, взявшись за ручки кресла-каталки. — Куда тебя? До туалета довезти?

— Нет, — усмехнулся я. — Хотел с Евгением Сергеевичем переговорить.

— Все ясно, — заявила она, разворачивая кресло на сто восемьдесят градусов. — Его нет. Так что давай обратно в комнату тебя вернем. Все-таки только сегодня из санчасти выпустили. Отдыхать нужно.

— Может тогда на улицу? — взмолился я. — Устал уже в замкнутом пространстве сидеть.

— Хорошо, — подумав пару секунд, произнесла она, снова развернув мою колесницу.

Через несколько минут мы выехали из АБК на заваленную разным хламом территорию базы. Коля трещал с охранниками и, увидев меня, ломанулся в мою сторону. Я резко мотнул головой, и водитель неуверенно вернулся к своей болтовне, периодически поглядывая на нас.

— Я тебя не сильно напрягаю? — спросил у девушки, когда мы нежились на солнышке возле свалки из старых разбитых бетонных плит.

— Нет, я свободна, — ответила она.

Я улыбнулся. Хоть и решил не подкатывать к дочке Гоблина, просто провести вместе время никто не запрещал, верно? Да и компания привлекательной девушки куда приятнее, чем компания Коли. Ничего против своего водителя не имею, но он и так постоянно со мной.

— Не расскажешь, зачем искал моего отца? — стоя у меня за спиной, спросила Рита. — Вдруг я смогу тебе помочь.

— Хотел узнать, есть ли у него на примете хорошие бесхозные бухгалтера, — отозвался я.

— Серьезно? — удивилась девушка. — Вот это совпадение… — пробормотала она.

— У тебя есть кто-то на примете? — заинтересовался я.

— Представь, есть. Правда не уверена, что он тебе подойдет, — замялась Оглоблина и обойдя коляску посмотрела на меня.

— Что с ним не так? — улыбнулся я бакалавру психологии.

— У него нет опыта. Но завышенная самооценка, — деловито пояснила Рита. — Еще хочет сразу хороший оклад и интересную работу.

— Все хотят, — с пониманием кивнул я.

— На год тебя старше, — продолжила девушка, — диплом получил несколько дней назад. Красный. Практику проходил в крупной фирме у своего отца. Сейчас ищет работу, но от предложений воротит нос.

— Короче хочет быть сразу большим мальчиком, а не ходить за три копейки под старыми тетками, — подытожил я.

— В двух словах да, — улыбнулась Рита и добавила: — Егор — брат моей подруги. Позавчера была у них в гостях, но не думаю, что за пару дней он успел куда-то устроиться. Так что сведения свежие. Брать будете?

Моя способность видеть «Правильный путь» помогла с ответом.

— Свеженького Егора? Конечно возьму. Поможешь нам видео-собеседование провести? Можешь заинтересовать перспективой быстро превратиться в главного бухгалтера, а то и вовсе в коммерческого директора.

— Заинтересую, — пообещала девушка и улыбнулась. — Вот видишь, не только отец может тебе помочь.

— Но ведь и не только этот вопрос был у меня к нему, — парировал я.

— Ну так спрашивай еще. Вдруг и я не только с бухгалтером могу подсобить, — не сдавалась Рита.

— Хорошо, — хмыкнул я. — Есть ли у тебя на примете хороший недорогой офис? Найти его конечно не проблема, но…

— Проблема, — перебила меня Оглоблина и изумленно покачала головой.

— Что? — уже я удивился. — У тебя еще и офис есть? Ты случайно не золотая рыбка? А то так бездарно все желания потрачу.

— Тебе нужно быть разборчивей в комплиментах, если хочешь расположить к себе девушку, — назидательно проговорила она. — Золотые рыбки довольно глупые создания, а я, между прочим, в следующем году магистром стану. И обязательно с отличием, — холодно закончила Рита.

— Ладно ты, не злись, — смутился я.

Она испепеляла меня грозным взглядом несколько секунд, а потом прыснула со смеху:

— Мужчины… Простые, как пять копеек. Не злюсь я. Но с офисом ты меня удивил. Я сама сейчас себе место под кабинет подбираю. Если что, могу и для тебя смотреть. Какие требования?

— Хм, давай пока небольшой — квадратов тридцать пять, из двух смежных кабинетов. Но желательно с возможностью потом еще добрать.

— Хорошо, поняла, — с готовностью кивнула Рита.

Мы болтали еще минут двадцать, прежде чем на территорию базы въехал Гелендваген Гоблина. Выходя из машины Евгений Сергеевич так злобно на меня зыркнул, что будь я из пугливых, заикаться бы начал.

— Не обращай внимания, — шепнула Рита и наградила отца пренебрежительным взглядом.

Ужинал с семейством Оглоблиных, чувствуя при этом себя каким-то дворянином. Сам-то я обычно ем вместе с Николаем или своими телохранителями, Гоблин же почти всегда трапезничает отдельно от подручных. А вот Кость, наоборот, когда остается на базе, с радостью собирает большой и шумный стол.

Обсудили продажу изумрудов. Евгений Сергеевич заверил меня, что все под контролем и скоро уже увидим первые денежки.

— Кстати, — буднично произнес он, разрезая мясо, — танцуй, Вова до сих пор не почувствовал ни одного одаренного возле твоего дома, моего клуба, дома твоей матери — нигде.

— Думаешь, ваши враги оставили Землю? — вопросительно посмотрела на мужа Марина Анатольевна.

— Думаю, сейчас их здесь нет, — кивнул Оглоблин. — Но это вовсе не означает, — сурово посмотрел на меня, — что инквизиторы не вернутся.

— Это значит, что сейчас вы можете отдохнуть и немного расслабится, — проворчала Рита, поправив свой любимый александритовый браслет. Я заметил, что она постоянно носит это украшение.

— Ну если только немного, — глянув на дочь, пробубнил Евгений Сергеевич.

После ужина связался с Янко, подтвердил свои намерения, выложил часть деталей плана и сообщил, что так как я болен, действовать начнем через неделю.

После видео-звонка минут пятнадцать переписывался с Дроном. Парень нисколечко не сомневался в правильности нашего решения доверится ньюкоинам и успокаивал меня, чтоб я не расстраивался «временным трудностям». В итоге мне пришлось убеждать Андрея, что я не переживаю и в полном порядке. Кстати, договорился и с ними встретиться через неделю, есть у меня и к ним дельце.

Чуть позже зашел Коля, извинившись, что оставил в комнате телефон и поэтому не прибыл по моему первому зову. Успокоив и этого, я почитал перед сном книгу и лег спать.

* * *

Тяжелая рука зажала мне рот. Открыв глаза, увидел над собой громадный черный силуэт. Дернулся, вырваться не смог, а через мгновенье меня за подбородок подняли над кроватью и вытащили в открытое окно.

Казалось моя голова вот-вот оторвется! Не желая допускать этого, я изо всех сил старался разжать его цепкие пальцы. Не обращая на меня внимания, неизвестный похититель несся, точно реактивный истребитель, а мне оставалось лишь беспомощно дергать ногами.

Словно пантера, он легко перемахнул через забор базы и, рванул в лесополосу.

Прекратив паниковать, я собрался с мыслями, сконцентрировал прану в кулаке и что было силы врезал здоровяку в бочину. Сволочь даже не охнула!

При свете месяца и звезд я смог получше разглядеть эту тварь — одет как классический ниндзя, из-за плеча даже выглядывает черная рукоять ниндзято. Зато лицо скрывает не повязка, а всем известная маска Гая Фокса. Главный атрибут Анонимуса и комплекция моего похитителя довольно забавно сочетались с традиционным нарядом средневековых японских шпионов.

Не желая просто так сдаваться, я дважды ударил здоровяка. После четвертого удара, услышал насмешливый голос:

— И это все? — ниндзя неожиданно остановился на небольшой, окруженной высокими деревьями полянке, и от плеча швырнул меня, как бумажный самолетик. Я пролетел метров пятнадцать, прежде чем приземлился в траву, тут же вскочил на ноги, только сейчас осознав, что я в одних трусах. Ну еще бы — прямо из постели вытащили…

Взглянул на свои пальцы. Хм, он как-то умудрился стянуть с меня три кольца, пока я спал. Держателя с банковской картой на шее тоже нет. Юры я поблизости не наблюдаю. Черт, странное какое-то похищение.

Быстро огляделся — за считанные секунды меня утащили довольно далеко. Ну и скорость у этого ниндзя.

— Так и будешь стоять, комаров кормить? — усмехнулся похититель, не сдвинувшись с места. — Может меч достанешь?

Он специально оставил на мне кольцо-оруженосец? Черт, да что здесь происходит?

Я сконцентрировал прану в печатке и тут же ощутил вес сдвоенной портупеи. Попробовал достать катану — как обычно, просто так не получается.

— Кстати, — усмехнулся ниндзя, когда я вытащил из ножен саблю, — нормально себя чувствуешь без коляски-то?

После его слов, неожиданно потемнело в глазах, а тело прошила невыносимая боль. Скривившись, я сильнее вцепился в рукоять своего оружия.

— Глупости все это — пылинки с себя сдувать, — заявил ниндзя и… исчез!

А через мгновенье появился прямо передо мной. Мы скрестили клинки — неожиданный странный бой начался.

Глава 14. Такэдзо

— Веселей! Чего как вареная муха! — кричал ниндзя, осыпая меня градом ударов. Он отпрыгивал назад и тут же, не давая продыху, возвращался с тяжелым выпадом. Лупил настолько сильно, что у меня вскоре начали неметь руки. Дважды я едва не разжал пальцы, только чудом удержав саблю.

— И это все, на что ты способен, увалень? — веселился громила. — Мне даже напрягаться не приходится, — хохотнул он и, не переставая наносить удары коротким ниндзято, запустил правую руку за пазуху. Извлек на свет божий пузатую фляжку и, откупорив предварительно большим пальцем, приложил к губам.

Сволочь, он даже не смотрит в мою сторону! Играется! Бьется одной левой! А я все равно с трудом сдерживаю натиск этого чертового Анонимуса!

— Фу-фу! — отлипнув от фляжки, обиженно протянул он. — Рядом с таким слабаком у меня даже саке скисло! Получай за это!

Не успел поставить блок и пропустил миддлкик. Мне в бок будто автомобиль врезался — я пулей улетел на несколько метров, рухнул в траву, по инерции перекатился и обессиленно распластался на спине. Черт, если б в последний миг инстинктивно не укрепил корпус праной, схлопотал бы разрыв внутренних органов. А так… очень надеюсь, что отделаюсь лишь обширной гематомой.

— Хо-хо, — усмехался ниндзя, подпрыгивая как боксер и развлекая себя боем с тенью. — Похвально! Ты выжил после моего легкого пинка и даже относительно цел, — он перестал прыгать и повернул свою маску в мою сторону. — Но вот то, что ты решил прилечь и отдохнуть, — злобно прошипел похититель, — ни в какие ворота не лезет, увалень!

Он вновь исчез из виду, а через мгновенье, схватив меня за шею и за ногу, поднял над землей. Он с силой швырнул мою тушку и на сей раз я пролетел не меньше десяти метров, но приземлиться так и не успел, ниндзя, появившись из ниоткуда, подхватил меня и бросил в обратную сторону.

— Ха-ха! — усмехнулся он, снова не дав мне коснуться травы. — Тебе подходит роль безвольного мешка, увалень!

Сил сопротивляться практически не было, однако нутро распирало от праведного гнева. Что эта тварь себе позволяет? Даже если ты такой сильный, я не позволю так со мной поступать!

Когда ниндзя в шестой раз схватил меня для очередного броска, я развернулся к нему лицом и, вложив остатки праны в клинок, рубанул, что было мощи. Он поймал мой удар на предплечье левой руки, словно я бил не острой саблей, а поролоновым валиком. Держа меня за шею правой рукой, он проскользил левой по лезвию и, схватив мое запястье, сильно сжал пальцы.

— А-а-а!!! — я закричал, выпуская саблю из рук.

В следующий миг меня впечатали в землю. Я немного укрепил спину крохами оставшейся праны, но избежать боли не смог.

— К-х-х… — выдохнул я — от удара сбилось дыхание.

Ниндзя подобрал мою саблю и отшвырнул ее в сторону.

— Достань катану, — серьезным тоном велел он.

— Пошел ты, — прошелестел я и попытался в него плюнуть. Получилось отвратительно — слюни попали мне же на грудь.

— Достань. Свою. Катану! — по словам повторил он, надавив ногой мне на солнечное сплетение.

Сука… ты сам напросился…

Уже знакомое чувство охватило меня. Трава вокруг начала колыхаться от моей ёки. Как и в прошлый раз демоническая энергия выходила черными кругами, словно кольца сигаретного дыма.

Придавленный к земле я умудрился выхватить искрящий белыми молниями меч, и из неудобного положения ударил похитителя в низ живота. Мощный белоснежный разряд несколько секунд терзал его тело. Ниндзя стоял неподвижно, как скала, и ухмылялся.

— Можешь ведь, увалень, — хмыкнул он, когда клинок перестал искриться, и снова исчез. — А теперь пора спать, — ниндзя навис надо мной и приставил сложенные для щелчка пальцы к моему лбу. — Пока…

От убойного щелбана я тут же потерял сознание.

* * *

— Это недопустимо, уважаемый! Как врач и целитель я не могу сего позволить! — сквозь сон я слышал недовольный голос Валентина Абрамовича.

— Да ладно тебе, эскулап! Не переживай так, а то морщин прибавиться! — хм… этот голос мне определенно знаком, но кому он принадлежит? Неужели…

— Да что вы такое себе позволяете?! — почти перешел на визг престарелый доктор. — Евгений Сергеевич? Я не нанимался работать в таких условиях!

— О-у… — мой стон прервал препирательства. По мере того как я приходил в себя, все сильнее чувствовал боль по всему телу. Меня будто раскатали скалкой, а теперь жарят на электрогриле, придавив с двух сторон тяжелыми пластинами.

— Ну что, увалень, проснулся?

На моем столе, улыбаясь, сидел высокий широкоплечий азиат в просторных шортах, майке и модных зеркальных очках. Его лицо украшала аккуратная эспаньолка, а длинные волосы были зачесаны назад и зафиксированы металлическим ободком. Огромные пальцы обнимали перстни и печатки.

— Чего пыришься? — хмыкнул незнакомец, взяв со стола уже знакомую мне фляжку и смочив горло.

По-русски он говорил на удивление чисто, но больше меня все же поражали размеры этого мужчины. Навскидку его рост сто девяносто пять сантиметров. Никогда не видел таких высоких и крепких азиатов.

— Молодой человек, как вы себя чувствуете? — быстро подскочил ко мне целитель. Из троих посторонних в моей комнате он один стоял на ногах рядом с кроватью. Последний же — Гоблин, сидел дальше всех на стуле, задумчиво глядя на нас.

— Да что ему будет-то, эскулап? — хмыкнул здоровяк, за что Валентин Абрамович одарил его очередным пренебрежительным взглядом.

— Молодой человек, — доктор снова обернулся ко мне, — вам стоит сосредоточится на восстановлении энергетических каналов. Как ваш лечащий врач я настаиваю на этом.

— Что ты из него тряпку-то делаешь, эскулап? — хлебнув своего пойла, азиат покачал головой.

— Ну знаете ли, — прошипел Валентин Абрамович, — я всего лишь выполняю свою работу! И должен заметить, уважаемый, выполняю хорошо.

— Я тоже делаю свое дело, эскулап, — пожал плечами здоровяк. — И делаю его лучше.

— Ну конечно, — вскинул голову целитель, — калечить всех подряд — великое дело.

— Ну не надо мне льстить, — улыбнулся его оппонент, — не всех подряд. А только избранных.

Тело ужасно ныло, тошнило. Я с трудом держался, чтобы не завыть от дикой боли, и их проклятая перебранка лишь подливала масла в огонь. Как бабки базарные, что б их… башка трещит от всего этого балагана…

— Эй… — протянул я. — Пожалуйста, хватит… — поморщился, слова давались мне с трудом.

— Больно, да? — осклабился здоровяк. — А ты как хотел, увалень? Жизнь — боль.

— Вам нужно отдохнуть, молодой человек, — по-доброму проговорил доктор, тоном мамочки, пытающейся успокоить малыша, — боль пройдет…

— А толку-то? — отлипнув от фляги, хрюкнул азиат. — Ну исцелится он, эскулап, а потом придет какой-нибудь Наставник или группа Учителей, и все — ни вашего сокровища, ни всех вас. Сечешь? Есть, конечно, у вас кольца-усиления… Но сам понимаешь, эскулап, подобные артефакты — это тебе не заварной рамен — каждый день на скорую руку их не попользуешь. Тельце не выдержит.

Старый целитель ожег взглядом громилу, но ничего не ответил. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь звуками «глык-глык» с которыми азиат хлебал из фляжки.

Сквозь гул в моей голове медленно зарождались мысли, постепенно возвращалась возможность соображать. Правда пока она вылилась лишь в один повторяющийся вопрос: «Что здесь делает этот чудила?»

— Гоблин, — обратился я к до сих пор молчавшему Евгению Сергеевичу, — скажи, кто твой гость? — кивком головы указал на азиата. Этот жест дался мне очередным приступом головной боли, но я не подал виду.

— Хм, хороший вопрос, — хмыкнул Оглоблин. — Эй, гость, — повернулся он к здоровяку, — не хочешь представиться парню? Все-таки после того, что ты с ним сотворил ночью, можно хотя бы и имя назвать.

Я на секунду поморщился, но быстро вернул лицу напускную невозмутимость. Еще не хватало, чтобы эта троица заметила, что плохая шутка меня задела.

Но они заметили, по крайней мере, двое. Гоблин усмехнулся, а азиат расплылся в улыбке:

— Действительно, где ж мои манеры, — не сводя с меня глаз, оскалился он. — Хотя ты не прав, — это уже Гоблину, — твой увалень не особо впечатлил. Считай, я впустую потратил ночь. Обычно я у таких бревен даже номерок не беру. Но сегодня, так уж и быть, сделаю исключение, — снова повернулся ко мне. — Увалень, меня зовут Такэдзо. Приятно познакомиться.

Гоблин тяжело вздохнул и обреченно покачал головой:

— На самом деле, — подал голос владелец базы, — у твоего ночного гостя много имен. Он более известен…

— Не важно, — перебил азиат. — Я назвал свое самое первое имя, и этого достаточно. Не затем я сюда прибыл, чтобы дифирамбы слушать, зеленый.

Евгений Сергеевич никак не отреагировал на такое странное обращение.

— В общем, — вместо этого проговорил Гоблин, посмотрев на меня, — Он твой предполагаемый учитель фехтования. Но, станет ли он действительно твоим учителем, решать только тебе.

— Не только, — обиженно пробубнил Такэдзо. — Я могу и сам отказаться. И это «раз», зеленый. Два — не учитель, а наставник.

Все трое, даже замерший у моей кровати целитель, с любопытством смотрели на меня, ожидая ответа. Ну а я что? Я ничего — сверился с чуйкой и спросил, глядя на японца:

— Ты правда вампир?

— Правда, увалень, — хмыкнул он.

— А какой у тебя ранг? Какому стилю ты сможешь меня обучить?

Глаза Такэдзо медленно расширились, а потом он с силой ударил опустевшей флягой по столу.

— Я не на смотрины сюда прилетел, зеленый! — вскочив со стола, выкрикнул японец, обращаясь к Евгению Сергеевичу.

— Ну а что поделать, — развел руки в стороны Гоблин, — Ты сам решил не распространяться о себе. Вот и получай.

— Ах! — японец топнул ногой и на пятках развернулся в мою сторону. — Слушай меня, увалень, — затараторил он, — За последние четыреста с лишним земных лет у меня было столько учеников, сколько звезд на небе. И каждый считал великим благом обучаться у меня! Каждый хотел этого! Кто-то даже на коленях приползал! И твой Крокомот тоже меня умолял быть его наставником!

— Ты учил дядю Гену? — удивился я.

— Да, — отмахнулся Такэдзо, — Но не об этом речь. А о том, что недавно он снова просил меня. Просил не за себя, а за тебя! Правда мне не понравилась его оговорка: «если он захочет» … Однако ничего не попишешь — особый метод, все дела…

— Эй, вампир! — отдернул его Гоблин.

— А что вампир, зеленый? — огрызнулся Такэдзо. — Ваш увалень до сих пор не знает про метод?

— Какой еще метод? — не выдержал я, не скрывая любопытства пялясь на спорщиков.

— Пожалуй, пойду я, господа. Проведаю других своих пациентов. — неловко улыбнулся целитель.

Когда Валентин Абрамович тактично удалился, оставив нас втроем, страсти поулеглись. Правда любопытство все еще испепеляло мою душу.

— Почему решили умолчать? — бросив взгляд на Гоблина, коротко спросил Такэдзо спустя секунд десять напряженной тишины.

— Ну так Крокомот просил не говорить, — ответил Евгений Сергеевич.

— Хм-м-м… — протянул японец, задумчиво почесывая бороду, — По идее сказать-то можно…

— Но лучше воздержаться, — стоял на своем Гоблин.

— Возможно, — не стал спорить Такэдзо.

— Эй! — возмутился я. — О чем вы, черти вас дери? Что за метод, который вы храните от меня в тайне?!

— Скажу за себя, — бодро заявил вампир. — Если переживешь общеукрепляющую тренировку со мной, расскажу.

— Ловлю на слове. Я согласен стать твоим учеником. — услышав меня, Такэдзо осклабился, и я решил тут же прервать его радость, добавив: — но поклонения и почитания не жди. В рот тебе заглядывать я не собираюсь.

— Господь с тобой, золотая рыбка, — немного переврал Пушкина японец. — Просто будь готов к незабываемой неделе. Вот и все, — он хищно улыбнулся, демонстрируя крупные клыки.

— Начнем, когда я восстановлюсь? — почувствовав неладное, спросил я.

— Начнем сегодня! — торжественно заявил вампир, а садист-Гоблин громко усмехнулся.

* * *

— Эх, хотел бы я учить тебя по всем правилам, — вздохнул мой новоявленный наставник, сверяя маршрут с картой на экране смартфона. — Но Кромкомот просил, если все-таки решу тебя воспитывать, увалень, пользоваться всеми доступными средствами, чтобы ускорить процесс. Эх, никакой дани традициям. Его-то я дрессировал в горах как положено — он у меня сам еду добывал, ходил еле живой в рванине — красота. А с тобой? — глянув через плечо на меня, он раздраженно махнул рукой.

Говорят, нужно не забывать радоваться тому, что имеешь. В таком случае благодарю небеса за то, что мне хотя бы поесть на базе разрешили. А уже потом всучили сумки с вещами, водой да двумя спальниками и заставили топать ножками через лес. Точнее заставил тот, кто сейчас налегке шел впереди меня. Хорошо хоть провиант на всю неделю с собой брать не пришлось — Гоблин сказал, что каждый день будут еду подвозить.

— Одно радует, — продолжал бурчать наставник, — тебе не придется отвлекаться, и мы сможем все свое время посвятить твоему избиению. Ой… укреплению! Конечно же укреплению твоего тела. Русский язык такой сложный, — не поворачиваясь в мою сторону, он покачал головой.

Телефон, банковскую карту и даже Юру я оставил на базе. Хомяк, к слову, даже не пытался со мной спорить. Я сказал, что он назначен хранителем моей комнаты в мое отсутствие. Встав на задние лапки, грызун отдал мне честь, а потом, свернувшись калачиком, удобно устроился на подушке.

Супруги-телохранители тоже не стали напрашиваться. Честно говоря, думал эти подранки не отпустят меня одного. А оказалось в их контракте четко прописано, что, если у меня появится персональный наставник, они обязуются ему подчиняться. Беспрекословно! А со мной бы пытались спорить. Ну еще бы! По сути для них я — проблемный подохранный Объект. А Такэдзо — старший товарищ.

— О, кажись пришли, — японец остановился на небольшой полянке — вдвое меньше той, где несколько часов назад он швырял меня туда-сюда, словно мешок. — Скидывай шмотки, увалень, — улыбнувшись велел он. — Можешь водички хлебнуть, а то вдруг больше не будет у тебя такой возможности?

Положив сумки в траву, я обессиленно бухнулся рядом. Все тело ныло, в глазах плыло, тошнило, но наставник еще на базе сказал: «Все твои недомогания от того, что чересчур много праны через себя пропустил» — будто я и без него знал. Правда после он добавил: «Поэтому терпи. Будешь жалеть себя, увалень, хрен ты станешь сильнее».

А я хочу стать сильнее. Чтоб легко справляться и с Ветеранами, и с Учителями, и с теми, кто над ними! Для чего? Чтобы выжить… Нет! Чтобы жить так, как будет угодно мне, а не стелиться под власть имущих, подлизываясь и сглаживая острые углы.

Достал бутылку и приложился к горлышку. Я внезапно подумал, если б не Индивидуальная способность, черта с два я б пошел в ученики к этому странному типу. Мог ли знать о моей способности дядя Гена, когда договаривался с горе-наставником? Насколько я могу судить, нет. По словам Инси, «Индивидуальная способность» появляется лишь у детей родовитых родителей, но при этом предугадать, какая именно будет способность невозможно. То, что мой неизвестный отец родовитый, дядя Гена знал, но какая способность у меня будет уж точно нет.

Так что с Такэдзо у нас могло бы не сложится. Тут дядя Гена просчитался…

— Закончил? — отвлек меня от размышлений японец. — Тогда приступим. Ты же не думал, что сегодня прохлаждаться будем?

В мгновенье ока его привычный наряд сменился на синие хакама и хаори, из-под которого выглядывало белое кимоно. На поясе Такэдзо появились два меча — катана — подлиннее, и короткий вакидзаси.

— Ух ты… — удивленно выпалил я. — Быстро ты переоделся! Одежду в броню записал?

— Смотрю, ты, увалень, уже кое-что знаешь, — хмыкнул японец.

Кольцо-оруженосец можно использовать не только для оружия, но и для боевого наряда. Работает оно довольно просто — облачаешься в то, что хочешь поместить в подпространство артефакта, и активируешь память артефакта. Колечко анализирует и, если все одобряет, все и забирает. Если же что-то не проходит проверку, остается вне подпространства. Изучая свое кольцо, пробовал поместить в него стакан воды — пришлось потом воду с пола вытирать.

К слову, кольца-артефакты — прекрасный способ перевозки и современного оружия. И не только одного пистолета, как можно подумать. Например, ударную группу Михалыча в раз вооружает кольцо аниморфа Иларионыча. Старик-медведь в свое время навесил на себя кучу автоматов, а артефакт все их и «поглотил».

Не сводя глаз с наставника, я вызвал свою портупею. Как и положено, сабля и катана болтались в ножнах — еще одно удобство для пользователя кольца-оруженосца. При потере сознания носителя артефакт «подбирает» оброненное оружие.

— Будет спарринг? — поинтересовался я, вытаскивая саблю.

— Можно и так сказать, — кивнул Такэдзо, доставая свои мечи. — Сосредоточься, — он заговорил неожиданно серьезно, — Я постараюсь использовать ровно столько силы, чтобы превосходить тебя ненамного, но постоянно оказывать давление. При этом я буду действительно пытаться тебя убить. Расслабишься и можешь потерять жизнь.

— Хех… — горько усмехнулся я. — А по другому нельзя?

— Можно, — скривился наставник, — Тренироваться каждый день, не перегружать себя, следить за своим состоянием и… И все. Высот не достигнешь. Поздно! Другие так с малых лет тренируются. А тебе двадцать один. Смекаешь? Но в любом случае решать тебе, увалень. Ты готов?

Крупицы сомнений окончательно развеялись. Я не хочу быть на вторых ролях и зависеть от кого-то. Я хочу жить легко и жить свободно, а для этого нужна сила. И раз уж подвернулся шанс в короткие сроки стать пусть немного, но сильнее, я воспользуюсь им. И что с того, что мне целую неделю придется рисковать жизнь?

— Поехали! — скомандовал я, взявшись двумя руками за рукоять сабли и приняв защитную стойку.

— Вот так-то лучше, увалень! — радостно крикнул Такэдзо, срываясь с места.

* * *

Истекая кровью, я бежал сломя голову через высокие заросли. Чертов наставник, а?! Он не соврал! Он делает вид, что всего чуть-чуть превосходит меня. Раз за разом, защищаясь и атакуя в ответ, мне кажется, еще чуть-чуть и я достану его! Еще немного поднажать и…

И он снова ставит блок коротким вакидзаси, тут же замахиваясь катаной.

Мой мозг делает неправильные выводы, кормя меня пустыми надеждами на скорый успех. А вот «Индивидуальная способность» отрабатывает на ура — благодаря ей я до сих пор не пропусти ни одного серьезного удара, отделываясь лишь глубокими порезами.

Однако к общей слабости от поврежденных энергетических каналов добавлялась и физическая усталость израненного тела. Черт, и ведь это только начало!

— Давай-давай, скачи, резвый олень, — весело кричал Такэдзо, преследуя меня.

Способность велела мне остановиться и срочно развернуться! Я безукоризненно выполнил этот приказ. Как нельзя вовремя — в последний момент встретил катану наставника саблей.

От сильного удара японца попятился назад. Он отвел длинный меч — это мой шанс для контратаки, вперед!

Замахнулся своим клинком, удар от плеча… Черт!

Такому зеленому юнцу, как я, биться на смерть в лесу — смерти и подобно! Будь я опытнее, лезвие сабли уж точно так позорно не зацепилось бы за ветку ближайшей березки.

С совершенно хладнокровным выражением лица Такэдзо рубанул коротким вакидзаси — очень удобным оружием на таких узких пространствах.

— О-о-у-у… — пятясь, просипел я. Пусть мне и удалось шагнуть назад и избежать смертельной раны, одежду вместе с кожей от плеча до пояса мне разрезали.

— Наша цель на ближайшую неделю, — серьезно проговорил наставник, остановившись в полутора метрах от меня, — не только увеличить объем доступной тебе праны, но и сделать тебя опытнее, выносливее, сообразительнее. Каким-либо стилям в это время учить тебя я не собираюсь. Ты должен сам понять, каким способом ты хочешь драться. Как тебе удобнее драться. Какой стиль лучше всего раскрывает твой потенциал, и больше всего подходит тебе по духу, — он внезапно улыбнулся и весело добавил: — Главное не помри, увалень!

* * *

Горячая ванна с травами немного притупила боль. Расплывшись в блаженной улыбке, Инси прикрыла глаза и позволила себе расслабиться. Если не думать о бесчисленных порезах и ожогах, не обращать внимания на ноющие ушибы, то можно просто наслаждаться победой.

Победа — какое славное слово! Сегодня они вновь захватили Куинз, а вместе с ним и весь округ, уничтожив посланные губернатором провинции передовые отряды. И пусть армия наемников «Крылья Востока» пока здесь еще не в полном составе, объединенное воинство Ильяриза уже представляет собой грозную силу. И повторный захват округа это подтверждает.

«Ильяриз…» — Инси аж мурлыкнула, вспомнив своего Господина. Как он там? В другом мире? Вот бы похвастаться ему своими успехами! Рассказать, как сражалась сразу с тремя Специалистами! И победила! Правда, пришлось использовать зелье исцеления, и теперь на нее трое суток не действуют стандартные целительные техники. Хотя целитель Лиам из «Крыльев Востока» хотел воспользоваться усиленными техниками, но тогда он сам бы остался без сил. Инси лично настояла, чтобы Лиам сперва занялся другими ранеными. И уж потом, если будет в состоянии, может подлатать и ее. Именно поэтому сейчас девушка похожа на жареную отбивную.

— Ух… — пробормотала она, поморщившись от боли.

«Хватит тут нюни распускать!» — твердо велела сама себе волшебница.

Верно. Победа есть победа! А раны и тяжелые бои лишь добавляют ей ценности!

Но три Специалиста…

Инси снова улыбнулась. Она понимала, что стала еще сильнее. И дело не только в ее врожденной гениальности. Господин стал сильнее, а значит больше его праны передается ей. А раз так, стоит ли хвастаться перед ним всего лишь жалким округом? Конечно нет! К тому же разведка докладывает, что правительственные войска продолжают стекаться в Легинтон — центр провинции. И они непременно попытаются вернуть Куинз!

Неожиданно быстро король обратил внимания на волнение в отдаленном округе… Сеструха переживает из-за этого, пытаясь разгадать, что заставило беззаботного монарха шевелиться? Инси не думает о такой ерунде. Волшебница догадывается о причинах, но держит их при себе. Пусть Лисанна и сражается во имя Ильяриза, она не понимает, что значит оттягивать Влияние у другого на чужой территории…

Верно! Прежде, чем хвастаться перед Господином и ожидать его похвалы, нужно хотя бы захватить провинцию, отбить натиск и привести еще больше разумных под его знамена. Ведь чем громче скандируют имя «Ильяриз», тем больше у него силы, а значит и у Инси тоже.

* * *

— Ты все поняла, Корияма? — серьезным тоном уточнил Магистр-Паладин Ордена Черной Инквизиции Эстр, глядя на сидящую напротив девушку. Белоснежная, как и все юки-онны, черноволосая с чертовски аппетитными формами и соблазнительным взглядом.

— Конечно, Господин, — томно проговорила та, коротко поклонившись.

— Этот неудачник Фелт получил свое наказание и пойдет с тобой, — сатир не обращал внимания на женские чары юки-онны — не маленький мальчик уже, да и проблемы на работе пагубно влияют на либидо.

Припомнив последние недели, Эстр поморщился. Вашу мать! Ну как так? Сперва прямо из-под носа убежал в другой мир этот бастард, прекрасно подходящий на роль одной из четырех столповых жертв! А потом из Верлиона привезли подделку, а не настоящую Мантию Жана Законника — второго Гроссмейстера Ордена Праведности! Ох уж эти бывшие Братья из Великой Инквизиции — просекли фишку и поменяли артефакт… Сволочи!

Ну ладно, сейчас уже нашли другой артефакт, плюс три до этого… Остался еще один. Эх, главное, чтобы у Гроссмейстера Элигора хватило терпения.

Эстр посмурнел еще сильнее, вспомнив лицо Архидемона, когда тот услышал, что бастард с Земли до сих пор не пойман! Б-р-р…в тот миг от ёки Гроссмейстера его Магистр-Паладин обзавелся целым пятном седой шерсти на ляжке!

— Кроме Фелта отправлю с тобой еще двоих Учителей, — проговорил Эстр, снова взглянув на юки-онну. Сидящая перед ним Наставник-Паладин томно выдохнула и хлопнула глазками.

«Чертовы юки-онны… в дикой среде соблазняют путников да в момент соития замораживают их, вытягивая всю энергию. Сучки ненормальные…» — от потрясений последних дней сатир видел мир в черных тонах. Выпивка и бордели уже не могли его утешить. Быстрее бы завершить проклятый ритуал…

— Я могу идти, Господин? — проворковала Корияма.

Он не успел ответить, в дверь нервно постучали.

— Войдите, — удивленно разрешил Эстр.

В кабинет ввалился запыхавшийся гном — один из подручных сатира.

— Магистр-Паладин, — тяжело дыша выпалил бородач. — Радуйся! В Гиндероне нашли подходящего выродка. Инфа проверена, что б ей! Охраны нет! Можем брать тепленьким!

Эстр аж вскочил с места, во все глаза пялясь на принесшего добрую весть подчиненного.

— Ты хочешь сказать… — запинаясь, проговорил Магистр-Паладин. — Что наши сведения о бастарде Геркуса Зевса подтвердились, верно? И ему как раз двадцать один год, верно?

— Дык, все так! — осклабился гном.

— Фух… — облегченно выдохнул Эстр, рухнув в кресло.

Хвала небу… Хвала клану Зевс, члены которого всегда любили осеменять все, что движется. И главное, роду Зевса. Ведь из трех уже принесенных жертв одна девица была дочерью дяди Геркуса — Ареота. Теперь вот будет сынок главы рода.

«Хвала небу…» — мысленно повторял сатир. Он до последнего не хотел спускать Наставника на земного бастарда. Ведь Земля относится к не магическим мирам, хоть там и есть сильные бойцы. Если охрана бастарда усилится, бой Наставника не останется незамеченным. А Черной Инквизиции нельзя привлекать еще больше внимания. Все-таки официально такого Ордена не существует.

— Корияма, — бодро произнес Эстр, взглянув на юки-онну, стреляющую глазками в гнома. — Отставить Землю. С Учителями отправишься в Гиндерон.

Глава 15. Продолжаем движение

Эстр улыбался во весь рот, на ходу прикладываясь к любимой фляжке с вином. И пусть ритуал еще не закончен, но черная полоса в его жизни, похоже, миновала. Теперь алкоголь и женщины вновь доставляют удовольствие!

— М-м-м… — блаженно протянул сатир, полчаса назад покинувший ближайший бордель, где благородный Магистр-Паладин и провел ночь. Свежие новости доставили поздно — лично обрадовать Гроссмейстера вчера вечером не удалось, но отпраздновать нужно было.

«Юки-онны… хоть в диких условиях и опасны, в больших городах творят поистине чудеса. Ну и что с того, что слегка холодны, а кроме соков еще и немножко праны высасывают? Плевать! За такие умения не грех хорошенько заплатить» — смаковал воспоминания о прошедшей ночи сатир. Дело сдвинулось с мертвой точки, и он снова мог радоваться жизни, как и подобает всякому сатиру.

— Оп-с… бутылочку бы спрятать, — мотнув рогатой головой, он убрал фляжку и остановился в десяти метрах от громадных двустворчатых дверей. Сатир глубоко вдохнул, резко выдохнул, ударил ладонями по щекам и твердой походкой продолжил путь, трезвый и предельно собранный.

Двери привычно распахнулись сами собой.

— Входи, Брат мой, — услышал Эстр раскатистый бас.

— Приветствую тебя, Гроссмейстер, — остановившись напротив трона, сатир учтиво поклонился.

— Вижу ты с добрыми вестями? — проговорил Элигор.

Эстр не сомневался, что глава Ордена уже знает, что ему собираются сообщить. Обычно эта показушность раздражала Магистра-Паладина. Но не сегодня.

— Да, Гроссмейстер. Мы принесли четвертую столповую жертву. Им стал бастард Геркуса Зевса, захваченный в Гиндероне. Теперь для завершения ритуала нам осталось найти еще один артефакт и Осевую жертву.

— Хм… — протянул Элигор, уперев правый локоть в подлокотник черного трона и кулаком подперев подбородок. — Похвально.

— Все во благо Черной Инквизиции, — не скрывая удовольствия, проговорил сатир.

— Полагаю, бастард с Земли до сих пор жив? — спустя несколько секунд молчания спросил член рода Люцифер.

Улыбка мгновенно исчезла с лица Наставника-Паладина. Если Архидемон не в духе, то и в хорошей новости с легкостью найдет изъян.

— Верно, Гроссмейстер, — осторожно согласился сатир.

— Какой везучий, — хмыкнул Элигор. — Поразительно…

Эстр облегченно выдохнул. Похоже, буря миновала.

— Однако он доставил нам уйму проблем, — спокойным тоном продолжал глава Ордена Черной Инквизиции. — Будет неправильно все простить и забыть, ты не находишь?

— Мне отправить Братьев за его головой? — тихо спросил Эстр, всем сердцем надеясь услышать «нет». Ведь с земным бастардом ситуация не изменилась — взять его без шума будет очень сложно.

— Зачем же? — наиграно удивился Архидемон. — Нам он не нужен. Но вот минимум две организации заняты его поисками. — Элигор хитро сощурился.

— Я понял, — кивнул Эстр. — Анонимно передам всю доступную информацию Великой Инквизиции и клану Вязий.

— Молодец. А после вплотную займись поиском Осевой жертвы, — улыбнулся Архидемон, явно пребывающий сегодня в хорошем настроении.

* * *

Я бухнулся на кровать и всем телом потянулся. Самая ужасная неделя в моей жизни наконец-то закончилась! Меня били, швыряли, резали, протыкали мечом… каждый вечер латали силами Валентина Абрамовича, а каждое утро все начиналось заново!

Эх, если бы не целитель, я б навеки остался в этом лесу! Первые два дня я думал, что пожилой доктор приезжает только под вечер. Но хвала небу ошибся. На третий день своих кошмарных тренировок я пропустил удар наставника в час пополудни. Его меч насквозь прошил мне живот. Продолжать бой с такой травмой не представлялось возможным. Да какой там продолжать, я даже подняться с травы не смог! Такэдзо пришлось тащить меня в лагерь самому. И сколько ж радости я испытал, увидев возле наших сумок скучающего целителя…

Всякий раз латая меня, он ворчал и причитал. Но работу свою делал исправно, не отказывался.

— Еще б он нос воротил, — усмехнулся моим размышлениям наставник. — Эта хитрая морда падка на золотишко! Клятва Гиппократа внутри него каждый день вступает в битву с жаждой наживы. Ведь Крокомот столько ему отвалил… ух!

Однако довод Такэдзо меня не впечатлили. Из уст алчного японца это звучало неубедительно. Особенно после того, как он обозначил мне условия аренды вакидзаси — по десять тысяч за каждый день! Да я за бутики свои в некоторых ТЦ меньше плачу!

Кстати о вакидзаси, я решил отказаться от сабли и обучиться у наставника его двухмечевому стилю. Почему я так сделал? Все просто — я целую неделю бился насмерть, набираясь опыта. Я наблюдал за своим противником, невольно перенимая его движения. И довольно быстро решил целиком заимствовать стиль. Ну а чего добру пропадать? Такой шанс поучиться выпал! Своего-то стиля у меня нет. Если понадобится, потом никто не запретит мне обучиться чему-то другому или даже создать свое. А пока…

Мне нужен был вакидзаси. С этим вопросом я обратился к наставнику утром второго дня, он ехидно заулыбался и актировал одно из своих колец-оруженосцев. Да-да, у него, оказывается несколько артефактов такого типа, что позволяет в мгновенье ока менять броню и вооружение. И пусть двухмечевой стиль для него основной, он и другими видами холодного и дробящего оружия владеет. В итоге я получил короткий меч и сумасшедший счет за аренду.

— Не переживай, — усмехался Такэдзо. — Через две с половиной тысячи дней своевременной оплаты, я подарю тебе его.

— Ты хочешь за коротенький меч двадцать пять лямов? — изумленно выпалил я.

— Если в рассрочку, — важно кивнул он. — Но можешь купить сразу всего за восемнадцать.

— Да ну тебя… — пробормотал я, согласившись на грабительскую аренду, но для себя решив во что бы то ни стало разжиться собственным вакидзаси в обход жадного азиата.

Что до моего второго меча… хех… я научился использовать его по собственному желанию! Еще после стычки с черными инквизиторами и первым боем против Такэдзо у меня появилась одна догадка. Все дело в ёки!

Опираясь на рассказ Инси и прибавив к нему беседы с наставником, в моей голове сформировалась картина миров. Пусть и весьма смутная, но кое-что в космологии теперь понимаю. Например, то, что миров огромное множество, но все они связаны Осью. Эта Ось — Вечный Город Руарк-Порк, где правит Вечный Король. Для всех жителей Оси Руарк-Поркских Миров он — фигура Абсолютная.

Но это вовсе не означает, что Ось Руарк-Поркских Миров и есть бесконечная Вселенная. Она лишь часть Вселенной, хватает и других групп миров. Именно из другой группы явились демоны, ангелы и боги, сойдясь в битве с Древними расами Оси и одержав победу над ними. Только одна из Древних рас — отшельники, не проиграла, предпочтя сразу во всеуслышание заявить, что не станут биться с пришлыми, а потом и вовсе присоединились к захватчикам. В итоге они — единственные из Древних, сумевшие сохранить свое положение в Оси Руарк-Поркских Миров и ставшие четвертой Старшей расой. Правда, с тех давних пор некоторые стали называть их не отшельниками, а отступниками, другие же и подавно — отсталыми.

Но все это не относится к моему мечу. Важно другое — в катане запечатан реальный дракон, некогда летавший по мирам, а быть может и повелевавший ими! Как представитель проигравшей расы, он обязан подчиняться Старшим. Но только им! А что может быть лучшей демонстрацией своей Старшей крови, чем мана, синки, эфир или ёки? Чтобы вынуть меч из ножен, мне каждый раз нужно показывать кто в доме хозяин, вкладывая в рукоять часть своей ёки. Иными словами, из знакомых мне существ, кроме дяди Гены и меня, никто бы физически не смог использовать этот артефакт, каким бы сильным он не был. Крутой подарок сделал мне дядя Гена на двадцатиоднолетие… Скорей бы с ним встретиться и поблагодарить за все!

Кроме обретения слабенькой власти над мечом (все-таки как материализовать самого дракона я до сих пор не имею понятия), в недельном калейдоскопе ужасов случались и другие светлые проблески. И главный из них — сегодняшнее возвращение на базу. Сколько ж счастья и приятного томления я испытал, шагая по лесу в сторону базы к своей мягкой кроватке! Мы, конечно, могли поехать в кузове грузового квадроцикла, на котором Коля нам каждый день подвозил припасы и целителя, но Такэдзо заартачился. Хоть в чем-то, говорит, надо традиции соблюсти. Хорошо, что сжалился и сумки не заставил снова тащить.

Поэтому у нас выдалась долгая, но легкая прогулка по лесу. К ноющему телу я худо-бедно привык, уклоняться от клинков сейчас мне не нужно было, самому подгадывать момент для атаки тоже. Я даже смог расслабиться, вдыхая аромат сосен.

— Хвалить тебя не буду, — хрустнув попавшей под сапог сухой веткой, заговорил Такэдзо, — но поздравлю с тем, что выжил.

— Спасибо, — хмыкнул я, приметив кустик земляники и сорвав несколько ягодок.

— Теперь я должен выполнить обещание, — усмехнулся японец.

«Какое?» — чуть было не спросил я, но вовремя вспомнил, о чем идет речь. Метод обучения! Совсем из головы вылетело…

— Буду признателен, — вслух сказал я. — Что там такого необычного придумал для меня дядя Гена?

— Необычного… — просмаковал это слово Такэдзо и мотнул головой. — Скорей устаревшее. Древний способ воспитания воина. Им пользовались твои предки, а также ангелы и боги. Но даже в те времена, по словам Крокомота, пользовались не то что бы слишком часто…

Японец задумался, чем немного меня раздразнил — и так уже сгораю от нетерпения, а он время тянет.

— Так в чем суть? — не выдержал я.

— Все просто, — «очнулся» наставник, — будущего воина ничему не учили и вообще отгораживали от лишних знаний до совершеннолетия. Но сам понимаешь, провернуть такое сложно, поэтому, обычно, отдавали детей в чужие семьи. Например, своим слугам. Ребенок рос, не подозревая, что у него огромный бойцовский потенциал, — вампир снова замолчал.

— Но зачем? — опешил я.

— Эх ты, увалень, — усмехнулся он, тоже сорвав землянику с подвернувшегося кустика и отправив ягоду в рот. — Инстинкты — лучший учитель. Так они считали. Бред! На одних инстинктах только гении выживут! Однако, глядя на тебя, признаю, смысл в методе есть. Насколько я понимаю, дело в том, что растущий организм не нагружается праной. Ребенок спокойно растет и крепнет, пока природа не возьмет свое. В двадцать один год тело полностью развито. А следующий шаг в развитии как раз использование внешней энергии. Это правильный путь, с точки зрения естественного развития… Смекаешь, увалень?

— Более-менее, — я неопределенно повел рукой.

— Хоть что-то, — снова усмехнулся Такэдзо.

— Но почему до этого мне никто толком ничего не рассказал? — возмутился я.

— Потому что мы мало знаем о методе, — сорвал еще одну ягодку японец. — В идеале, ты все должен решать и познавать самостоятельно. Нельзя ничего навязывать, иначе это вмешательство в естественное развитие.

— Но можно всячески помогать? — догадался я.

— Именно поэтому я и сказал, что на одних инстинктах выживут только гении, — серьезно кивнул Такэдзо. — За неделю мы смогли поднять твой уровень владения праной до сильного Специалиста, а по мастерству и рефлексам ты вообще уже на уровне Ветерана. Однако без моей тонкой работы таких успехов за неделю ты б не добился, — японец самодовольно хмыкнул. — А без твоих нянек тебя бы убили еще раньше. Поэтому метод может и хорош, но трудно реализуем. Тебе повезло родиться бастардом. Хех, какой оксюморон, право слово! — он весело засмеялся, а потом как ни в чем не бывало продолжил: — Почти все демоны — родовитая знать. Никогда не слышал о демонах-земледельцах, видимо они остались в другой оси миров.

— И при чем здесь знатность? — совершенно не понял я, за что был удостоен пренебрежительным взглядом.

— Ну и балбес ты, увалень. Кланы обладают неимоверной силой, передающейся из поколения в поколение и стабильно увеличивающейся. Полномасштабная война между кланами сродни всемирной катастрофе. Поэтому частенько враждующие стороны пытаются точечно уничтожать друг друга. И как в такой обстановке уберечь наследника от лишних знаний, в ожидании его двадцатиоднолетия, увалень? Никак. Если демон, ангел, бог — не важно, если аристократ с малых лет не учится сражаться за свою жизнь, он превращается в балласт.

— Но можно же как раньше, передавать новорожденных на воспитание слугам?

— Нельзя, — покачал головой Такэдзо. — Все знают про случаи использования этого метода в прошлом, поэтому сейчас и слуг стараются вырезать, — он покачал головой и, глянув на меня, вздохнул: — Повторю, тебе повезло родиться с демонской кровью в немагическом мире и с таким покровителем как Крокомот. Цени это.

— А… — хотел было я продолжить тему, но резким жестом Такэдзо прервал меня.

— Довольно. Я рассказал то, что обещал и даже больше.

— Хорошо… — вздохнул я, но сдаваться не собирался. Раз уж у нас время откровений, вытянуть бы еще хоть что-нибудь. — Послушай, — быстро проговорил я, ужаснувшись только что пришедшей мысли, — а не рано ли мы закончили тренировку?

— О-о-о… — изумленно протянул вампир, облизнув клыки. — Что, понравилось по загривку получать, чертов мазохист?

— Да нет, — смутился я. — просто ты говоришь, что я сейчас где-то между Специалистом и Ветераном. Почему бы не продолжить и не поднять меня выше по рангам?

Японец мгновенно посерьезнел:

— Не получится, — сухо ответил он, — может, ты сам и не заметил, но твой стремительный рост закончился еще два дня назад. После, если ты и прибавил, то самую капельку. Так что для дальнейшего прогресса тебе нужно другое.

— Что же? — увлеченный беседой, едва не растянулся на земле, запнувшись об сухую корягу.

— Во-первых, нельзя забрасывать тренировки, — подождав, пока я обойду препятствие, ответил наставник. — Каждый день минимум два часа спаррингов. Во-вторых, реальные битвы с настоящими противниками, желательно превосходящими тебя в силе. Ну и третье — самое главное, тебе всерьез стоит заняться увеличением Влияния. За одно и Стражей стоит еще набрать, а то у тебя три места пустых.

— То есть? — с его манерой речи я чувствовал себя несмышленым болваном, годным лишь на то, чтобы задавать вопросы.

— А ты не знал? — притворно удивился Такэдзо, будто он и не в курсе, что от меня все скрывали. — Если пошел по пути Господина, можешь брать по одному Стражу на каждый свой ранг. Сейчас ты Специалист, значит можешь завести еще троих Стражей. Но подходи с умом к этому вопросу. Нечего со всякой шушерой себя связывать. Хотя, — он самодовольно улыбнулся, — реально крутые парни всю жизнь ходят свободными. Как я.

* * *

Утро следующего дня встретило меня странным событием: Оглоблин уволил Колю, предварительно выплатив компенсацию за уничтоженный в рабочее время «Пассат».

— Вот такие дела, — повесив нос, развел руками парень, сидя на стуле в моей комнате, — Зашел попрощаться… Не ожидал такой подставы от Босса. Тьфу! Какой он мне теперь босс? От Гоблина, что б ему, — Николай понуро покачал головой. — А ведь он знал о моей ситуации… Вот ведь! Эх… — он раздосадовано махнул рукой.

На водителя было горько смотреть. Я не могу оставить его в таком состоянии! Это неправильно!

— Он еще здесь? — поднявшись на ноги, спросил я.

— Кто? — не понял придавленный собственными переживаниями Коля.

— Гоблин, кто ж еще!

— Здесь, — обреченно кивнул Николай.

— Сиди тут и никуда не уходи, — грозно проговорил я. Парень удивился, но вопросов задавать не стал.

Долго говорить с Евгением Сергеевичем мне не пришлось. На вопрос «почему» он ответил следующее:

— Не справился с работой. Он должен был вывести вас из того дерьма, куда вы угодили.

— Ты с ума сошел? — возмущался я. — Там было двадцать одаренных! Что Коля мог сделать?

— Мое решение неизменно, — равнодушно ответил Гоблин.

— Оно неправильное! — громко завил я, и Евгений Сергеевич хищно улыбнулся:

— Ну так поступи правильно.

Этой фразы мне было достаточно. Оглоблин явно считал, что я не смогу бросить парня. Да он всем своим видом это показывал: сидит такой довольный, лыбится, курит… Тьфу!

— Очередная подачка? — спросил я, нахмурившись. Евгений Сергеевич тоже понял меня без лишних слов.

— Нет. Просто раз он все равно тебе прислуживает, то и плати ему сам. А наработанными связями так и быть пусть пользуется.

Таким вот нехитрым образом у меня появился первый собственный сотрудник в этом мире.

— Серьезно, ты берешь меня на работу? — выпалил Коля, когда я вернулся в комнату.

— Да, — кивнул я. — Но сперва ты расскажешь мне, что это за «моя ситуация».

— Конечно, — отрывисто кивнул он, подобравшись. — Если в двух словах, мой брат назанимал денег у серьезных людей и не отдал, за что и поплатился жизнью, — Николай сжал кулаки, выдохнул и, немного успокоившись, продолжил: — Они забрали его машину и квартиру, но этого не хватило, чтобы покрыть все долги. Осталось немного, но оставшись без крыши над головой Юля — вдова брата, с маленьким сыном на руках не может сама расплатиться. Я узнал слишком поздно, только на похоронах брата, и с тех пор помогаю ей и племяннику деньгами. Она сама старается, но много ли может запуганная женщина в декрете?

— Сколько осталось долгу? — спросил я.

— Илья, ты брось это… — смутился Коля. — Спасибо за то, что берешь меня на работу на тех же условиях, что и Гоблин. А дальше я сам годика за три выплачу.

— За три годика? — переспросил я.

Принялся считать в уме, сколько ж это выйдет. Коля получает двести тысяч в месяц — безумнейшие, на мой взгляд, деньги для водителя с личным автомобилем. Но с другой стороны он еще и посыльный, и из пистолета пострелять может — ценный кадр, и моя Индивидуальная способность это подтверждает… Но речь о другом — умножим-ка двести на тридцать шесть. Вычтем, сколько ему самому на жизнь надо, плюс и, кроме долга, этой Юле, уверен, помогает…

— Миллиона три должен? — прикинув, предположил я.

— Три триста, если округлить, — пробубнил он.

— И это малая часть? Куда ж твой брат столько денег потратил?

— Он любил рисковать…

— Ладно, — я поднял обе руки. — Оставим это. Твою ситуацию понял, буду иметь в виду. А теперь пойдем уже позавтракаем.

Наш сенсор-снайпер Владимир, по словам Гоблина, так и не заметил скоплений неизвестных одаренных. Поэтому, откушав, я взял восстановившихся супругов-телохранителей, Колю и, набившись в одолженную у Оглоблина машину, мы поехали в мою квартиру. Некоторое время назад Николай поменял в ней замки, и вопрос как открывать дверь (ключи-то я потерял в первую встречу с инквизиторами) не стоял.

По пути со смартфона залез в интернет проверить почту. Тихо выругался: из-за выпавшей из жизни недели меня уже потеряли франчайзеры «Maly&amp;Morty». Спешно отписался им, подтвердив намерения.

А уже через минуту сиял, как ограненный бриллиант — мои ньюкоины полезли вверх. Они не только достигли изначальной отметки, но и поднялись на пять процентов! Я в плюсе на двести пятьдесят тысяч!

Приехав домой, вызвал клининг, оставил Колю за старшего и, взяв второй комплект ключей от «Сонаты», поехал кататься дальше.

Мои утерянные документы давно восстановили. Иначе как бы мне сделали бумаги на ИП и ООО? По дороге, кстати, заскочили за ними в налоговую и отправились к маминому дому. За моей «Сонатой».

— Скучала малышка, — погладил я машинку по капоту. — Спасибо, — кивнул возившему нас бойцу Гоблина. — Можешь возвращаться.

Дальше ехали уже на моей тачке. Какой же кайф вновь оказаться за рулем! Целый месяц малышка под окнами на парковке стояла, пылилась… Соскучилась!

— Мы что, опаздываем? — удивилась Кимира, схватившись за салонный поручень. — Куда ты так несешься?

— Что случилось? — поддержал жену вопросом Горланд.

Пришлось сбавить скорость, чтобы не пугать телохранителей.

В кафешку «Верона» прибыли к назначенному времени. Мой потенциальный бухгалтер уже сидел за одним из столиков. Решив сильно на него не давить, попросил супругов-телохранителей зайти первыми и сесть отдельно.

— Добрый день. Егор? — поздоровался я.

Паренек в круглых очках и с объемной, похожей на шапку, прическе поднял на меня взгляд. Смотрел дерзко — так и хотелось врезать по его бледной роже. Пусть по возрасту он был старше меня, выглядел, как девятиклассник. И даже серьезный серый костюм и белая рубашка с галстуком не прибавляли ему годков.

— Илья? — уточнил он. — Присаживайся, — указал на место напротив себя. — Я заказал чай, скоро принесут.

Усевшись на диванчик, я невольно подумал, как бы этот напыщенный петух вел себя, явись я с телохранителями? Что-то подсказывает, что точно так же, а то и еще наглее.

— Пока ждем, давай перейдем к нашим делам, — сложив пальцы в замок, я внимательно посмотрел на парня. Мой пристальный взгляд он выдержал. В его глазах читался вызов, не только мне — всем! Трудный будет ребенок… действительно ли мне он нужен? Мне стоит пытаться заполучить его?

«Стоит» — твердо подсказала Индивидуальная способность.

Что ж, тогда нужно понять как?

— Сколько ты готов мне платить? — сходу выдал соискатель. — Сколько у меня будет подчиненных?

— А с чего ты решил, что я вообще готов тебя брать? — проговорил я, откинувшись на спинку диванчика.

— То есть? — опешил бухгалтер.

Я не стал отвечать сразу, заметив приближающуюся официантку. Поулыбавшись девушке, поставившей на стол поднос с чайником и чашками, я неторопливо заказал бизнес-ланч и десерт.

— Ты что-нибудь будешь? — вопросительно глянул на Егора. — Я угощаю.

— Дома поел, — буркнул он.

Едва я отпустил официантку, бухгалтер выдал:

— Я думал, мы встретились, чтобы обсудить условия!

— Верно, — кивнул я, сделав глоток. — Но сперва я хочу, чтобы ты понял — не ты мне нужен, а я тебе.

— Не много ли на себя берешь? — прошипел он.

— Задам тот же вопрос, — холодно ответил я, выпустив ёки совсем чуть-чуть, чтобы черные потоки демонической энергии никто не увидел, зато многие почувствовали — люди за соседними столиками испуганно заозирались по сторонам. А сидевшая в дальнем углу Кимира улыбнулась и незаметно показала мне большой палец.

— Прости, — проворчал Егор, на пару секунд отведя глаза в сторону.

— Впредь я хотел бы, чтобы ты уважительнее разговаривал с начальством, — ответил я, продолжая понемногу давить на него ёки. Неделя мучительных тренировок научила меня ловчее обращаться с обоими видами энергий.

— Но ты мне пока не начальник, — пусть слабо, но бухгалтер все еще артачился. А вот из-за соседнего столика поднялась дама и, оставив на подносе деньги да почти нетронутую тарелку пасты, засеменила к выходу.

Ёки внушает страх и, судя по всему, действует на людей по-разному. Зависит от силы воли каждого. Слабые бегут, а те, кто сильнее, пытаются сопротивляться. О своем потенциальном работнике я навел справки у Риты и понимал, с кем предстоит иметь дело. Если в двух словах — избалованный мажор, считающий себя лучше других, но при этом желающий «подняться» самостоятельно, а не идти по дорожке, выложенный из розовых перин заботливым папочкой. Из-за своего мерзкого характера и непомерных амбиций фиг он сам найдет работу. Ему повезло наткнуться на демона.

— Это дело поправимое, — ответил я, попытавшись сконцентрировать все крупицы выпускаемой ёки только на Егоре. — В ближайшее время я создам собственную финансовую империю. Может быть сейчас это звучит как громкие слова, поверь — так и будет. Я знаю, как правильно зарабатывать деньги. Однако я не хочу заниматься бумажной работой, да и вообще, мне нужны толковые помощники. Мне понадобится финансовый отдел. Сейчас пока просто бухгалтер, хм… скажем так с широкими полномочиями. Но потом… Надеюсь, ты понимаешь меня?

— Да, — кивнул он, глядя в стол.

— Тебе интересно?

— Да.

Я перестал давить на него демонической энергией и улыбнулся:

— Когда у тебя появятся подчиненные, можешь строить их сколько угодно, — произнес я, тут же добавив: — Но только по делу, а не потехи ради. Со мной же прошу вести себя корректно. Понял?

— Понял, Илья… — он замялся, неуверенно подняв глаза.

— Фридрихович. Но на наедине можно просто Илья.

— Хорошо, Илья, — уже тверже проговорил Егор. — Могу задать вопрос?

— Конечно, — я добродушно пожал плечами.

— Ты действительно в дальнейшем станешь рассматривать мою кандидатуру на должность финансового директора?

— В первую очередь, — кивнул я, — но только если оправдаешь все возложенные на тебя надежды. И в работе, и в своем поведении.

Укрощение строптивого прошло на ура. Мы договорились, что уже сегодня вечером я скину ему всю документацию по ИП, ООО, франшизе, а также информацию о ньюкоинах. Про алмазы пока не стал говорить, пусть моя чуйка и уверена в парне, все же выдавать все сразу — моветон. Пусть чувствует себя на испытательном сроке, а как покажет с лучшей стороны (а я уверен, что покажет), в качестве поощрения приобщу его к делам посерьезнее.

Что же до зарплаты будущему финдиректору, пока договорились шестьдесят плюс премии.

— Эх, объелся я! Сейчас бы поспать, — заявил я, садясь за руль «Сонаты».

— На базу? — спросил с заднего сидения Горланд.

— Нет, — улыбнулся я, — у нас еще осталось одно дело. Главное на сегодня. Едем на автовокзал.

— Мы в другой город собрались? — изумилась Кимира, отлипнув от зеркальца — женщина поправляла макияж после обеда.

— Мимо, — хмыкнул я, тронувшись с места. — С цыганами опять встречаемся и еще кое с кем заодно.

Глава 16. Святой Ильяриз

— Привет отдыхающим студентам! — помахал я рукой вышедшей из автобуса парочке.

— И тебе здорова, лентяй! — хлопнули с Дроном по рукам.

— Привет, Илюш, — кивнула Алина. — Как дела?

— Лучше всех! Вы-то как?

— Отлично! Мы-то сессию закрыли в отличие от некоторых, — ехидно усмехнулся Андрей.

— А ты даже в универе еще не был! — нахмурилась девушка.

— Все потом, все потом, — заверил ее я. — Пойдемте уже о делах поговорим.

— Ишь какой деловой, — хмыкнул Андрей и протяжно выдохнул. — Пошли уже скорее! А то я от любопытства сгораю, что за работу ты хочешь нам предложить!

Мы прошли мимо посадочных станций в сторону ларьков и киосков, где совсем недавно появилось новое сооружение. Красивый красно-зеленый шатер выгодно выделялся на фоне однообразных соседей. Он походил на шатер кочевого цирка, но витавший вокруг аромат благовоний создавал атмосферу экзотичной таинственности.

— Милости прошу, — приподняв полог, я пригласил друзей войти внутрь.

— Что это? — удивленно спросила Алина, осторожно перешагнув порог.

— Мой новый проект, — с гордостью заявил я, осматриваясь по сторонам.

Мысль о том, что подготовиться к активной фазе плана могут и без моего прямого участия, пришла ко мне на третий день тренировок. Тогда вечером я попросил Колю задержаться и выдал ему ЦУ. От моего имени он связался с Янко и вместе с цыганом отправился беседовать с администрацией автовокзала. Арендовать площадь под шатер не составило проблем, как и в целом оборудовать палатку.

— Очень колоритно, — проговорила Алина, скользнув взглядом по большому антрацитовому шару, горящим свечам и раскинутым на столике картам.

— В кадре должно хорошо смотреться, — кивнул я.

— В кадре? — переспросила девушка.

— А что тебя удивляет? Я делаю новое ютуб-шоу. И тебе как раз хочу предложить роль ведущей. А заодно и гримера.

Говорят, если хочешь испортить дружбу, займи другу денег или найми на работу. Одно я уже сделал, и вот собираюсь сделать второе. Почему? Потому что мне нужны люди. И желательно те, кому я могу доверять. Боюсь ли я? Нет. Я долго думал брать ли этих двоих к себе, и сколько б не размышлял об этом — внутренний голос так и не затрубил об опасности.

А кандидаты они и правду здоровские. Точнее, здоровская Алина. Нужный мне опыт, пусть и небольшой, у нее есть. В юности она вела детскую передачу, а год назад подрабатывала, разрисовывая детей аквагримом. Конечно, это не совсем то, что требуется, но гораздо лучше, чем ничего.

Да, может быть, поступаю не разумно, но я хочу это сделать. И точно знаю, что беды (по крайней мере крупной) от моих действий точно не будет.

— Идемте, — произнес я, мотнув головой в сторону выхода. — Покажу кое-что другое.

— Что-то круче этой гадальной лавки? — выпалил Дрон.

— Нет, более приземленное, — усмехнулся я.

Мы направились к парковке. По пути я украдкой смотрел по сторонам. Цыганки занимались привычной работой, то и дело поглядывая на меня в ожидании сигнала к началу действа. Алина с Дроном тоже их заметили.

— Слушай, а с местными у нас проблем не возникнет? — спросил Андрей.

— Местные работают с нами, — ответил я.

— Как я и думала, — покачала головой Алина и, дернув меня за рукав футболки, потребовала: — Может уже расскажешь, что к чему, а?

— Сейчас. Мы уже на месте, — произнес я, остановившись у боковой двери ржавого фургона-Газели. — Залазьте, — скомандовал я, открывая дверь.

И эту рухлядь на колесах, и все остальное оборудование приобретал, естественно, Коля. Он же отвозил Газель на СТО, чтобы в машине сняли задние сидения. В итоге получился фургон, как в фильмах о спец агентах. Здесь даже поместился стол с настроенным ноутбуком. На полу рядом лежала профессиональная видеокамера и микрофон.

Кроме офисного кресла, внутри был еще один стул, на котором сидела Роза. Женщина нервничала и, увидев нас, коротко поклонилась.

Я познакомил ребят с гадалкой и, выйдя на улицу, ввел в курс дела. То, что идея им придется по душе, я даже не сомневался. Так и случилось — в большем восторге была, конечно же, Алина, но и Дрон тоже обрадовался возможности подзаработать. К тому же из всех его калымов работа оператора станет самой почетной — будет чем перед людьми хвастаться.

— Ил, — выслушав меня, деловито заговорил мой друг, мельком глянув на прохожих. — Сколько денег-то обещаешь?

— Андрей! — с укором крикнула Алина, но тут же перевела на меня любопытный взгляд, ожидая ответа.

— Предлагаю пока по две тысячи каждому за каждый выпуск.

— Эм… — протянул парень, пытаясь понять, много это или мало.

— А сколько выпусков в месяц? — быстро сориентировалась Алина. — Сколько рабочий день?

— Выпуски каждый будний день, работа три часа плюс час вам на подготовку.

— Неплохо… — важно протянул Дрон, привыкший по-чёрному вкалывать за сущие копейки. И тут же добавил, пока я не передумал: — Мы согласны.

* * *

На финальные приготовления потратили около часа. Алина была не в восторге от имеющихся у нас косметических средств, что меня не особо-то удивило. Да, Коля приобрел набор профессиональной косметики, но где косметика, а где мы — мужчины? Естественно чего-то не хватало, и девушка пообещала позже сама докупить требуемое. Пришлось выделить ей деньги на расходы.

— Ты точно обещаешь, что сегодняшний выпуск в эфир не попадет? — грозно спросила она.

— Да-да, — в третий раз повторил я. — Сегодня отлаживаем работу.

— Мне нужно подумать над своим образом, — проговорила она, — не могу же я в повседневной одежде на камеру выступать? Хм, может платье?.. Да, определенно стоит купить новое платье.

— Купить? — выпалил Дрон и тут же повернулся ко мне. — Обеспечивать актеров реквизитом обязанность театра, а не актеров, — он наставительно поднял палец вверх.

— Десять тысяч. Не больше, — строго произнес я, глядя в глаза не ему, а главе их семьи.

— Идет, — кивнула Алина.

Однако она все равно использовала имеющуюся у нас косметику, загримировав и себя, и Розу. На других цыганок — массовку, средства решили не тратить.

Когда приготовления закончились, моя команда отправилась на исходную. Я же занял свое место в Газели за ноутом. Рядом, подвинув второй стул, разместился подоспевший Янко. Вдвоем мы, изнывая от жары, глядели в монитор.

— Эта не подходит, — в микрофон проговорил я, когда на экране упрямо транслировали одну и ту же женщину с огромной авоськой. — Повернись влево. Нет, этот мужик тоже не наш клиент. Дрон, пройдись до следующей станции, сейчас туда автобус подъедет.

Я прекрасно понимал, что придуманная мной схема уж очень завязана на моей Индивидуальной способности, но пока по-другому никак. Нам нужно делать бренд, делать имя. Мое имя. А вместе с ним растить и мое Влияние. И сейчас, на начальном этапе, я главный механизм нашего шоу, пусть и нахожусь в тени.

Именно я выбираю того, кому мы будем гадать. И выбор этот, опять же, напрямую связан с чуйкой. Нам нужны люди, которым мы сможем помочь, которые захотят, что б им помогли, и которые не станут возмущаться, что их покажут по всему интернету. Конечно, в каждый выпуск нужны недовольные для достоверности, но это можно отдельно доснять.

— Вот! Вон та женщина, которая мелочь считает! — закричал я, увидев на краю картинки худенькую даму, бережно перебирающая на ладони монетки. — Черт, Дрон, куда ты повернулся, а? Развернись! Левее! Вот, увидел? Отлично! Алина, твой выход!

Девушка появилась в кадре и уверенной походкой направилась к «нашему клиенту». Оператор, не отставая, следовал за ней.

— Здравствуйте! — бойко начала наша ведущая, проговаривая зазубренный текст. — Интернет-канал «Святой Ильяриз», мы можем вам помочь.

— Помочь? Мне? — опешила атакованная женщина.

— Совершенно бесплатно мы можем решить вашу проблему. Как вас зовут? — широко улыбнулась Алина — новичок Дрон на удивление удачно выбрал ракурс.

— Марина, — женщина переводила затравленный взгляд с ведущей на оператора.

— Марина, наша передача создана, чтобы помогать людям, попавшим в беду, — уверенно продолжила девушка, а через мгновенье мы услышали мелодичное пение семиструнной гитары. Оператор резко повернул камеру (нужно будет обязательно обратить его внимание, что следует плавнее менять ракурс), и мы с Янко увидели Бахти — парня, примерно нашего с Андреем возраста, в красной рубахе и с гитарой. Как только он заиграл, три цыганки, мягко водя подолами начали танцевать возле изумленной женщине, добавляя зрелищности происходящему.

— Не бойтесь, мы поможем вам совершенно бесплатно, — повторила Алина, протянув женщине руку. — Во имя Святого Ильяриза мы решим вашу проблему. Пойдемте, тут недалеко, — рукой с микрофоном она указала в сторону. Куда показывает девушка, мы с Янко не видели — еще один втык Дрону — мог бы шатер сейчас заснять.

Женщина, заботливо убрав в кошелек монетки, неуверенно посмотрела на протянутую ладонь ведущей, осторожно потянулась к ней.

— Пройдемте, наша ведунья Роза с помощью Святого Ильяриза поможет вам отыскать решение вашей проблемы.

Бахти продолжал играть, цыганки танцевать, а ведущая вместе с женщиной приближалась к шатру. Приподняв полог, Алина пропустила женщину вперед.

— Приветствую тебя, Марина, — ведущая придержала ткань так, чтобы Андрей мог снять гадалку. Сидевшая за столом напротив входа Роза, должно быть, только сейчас убрала свой планшет, по которому следила за происходящим. — Присаживайся, будь моей гостьей.

— Спасибо, — изумленно проговорила Марина, разместившись на краешке стула.

— Предложи вина. Белого, — скомандовал я. Микронаушник в ухе цыганки и так совсем не заметен, а в нашем случае дополнительно скрыт цветастым платком. Угадать напиток же для меня не проблема, основных вариантов не так много: «вода, чай, кофе, вино… — чуйка реагирует на последнее слово. — О, вино. Белое? — и на это тоже».

— Позволь угостить тебя белым вином. Ты ведь его любишь, правда? — богатым грудным голосом пропела Роза.

— Как вы узнали? — удивленно пробормотала женщина, пока маленькая девочка — помощница Розы, наливала в кубок вино.

— Ох, Марина, — снисходительно улыбнулась гадалка. — Для Святого Ильяриза нет тайн. Выпей, расслабься, а там я помогу тебе с твоей проблемой, — проговорила гадалка, выигрывая для меня время.

Наша гостья приняла кубок с вином, я же прикрыл глаза, мысленно перебирая все возможные женские несчастья, в надежде услышать свою чуйку: «Муж пьет… бьет… изменяет… болен… она больна… ребенок… О! Ребенок болен? Точно. Серьезно болен? Серьезно. Стало быть, врачи не знают, чем помочь? Не знают. А денег мало, потому что все уже потратила на бесполезные обследования? Хм… нет… просто денег не хватает, на больного ребенка? Верно. Мальчик? Мальчик».

— Роза, — обратился к цыганке и, выложив суть, добавил:- Потяни немного время, выясню, чем ей можно помочь.

— Я слышу голос Святого Ильрияза, — донеслось из динамиков ноутбука, — Он говорит мне, что горе твое велико — ребенок твой серьезно болен. Сыну твоему помочь не могут врачи, верно? — пропела цыганка.

Так, нужно абстрагироваться и подумать. Что я знаю о детских болезнях? Да ничего! Однако чуйка выбрала именно эту женщину. Значит я сто процентов могу ей помочь. И как? Подумаем…

Черт! В голове пустота! Я что-то не так делаю? О! Определенно где-то ошибаюсь — мой внутренний голос среагировал на этот риторический вопрос. Внезапно. Думай, Илья… Думай!

Я неправильно использую свою способность? Нет? Хм, может быть я использую ее не во всю мощь?

Угадал!

А как тогда? Черт! Нужно срочно найти ответ, нельзя тянуть кота за причиндалы.

— Уважаемый Илья, — Янко осторожно коснулся моего локтя. — Нужно помочь Розе.

— Ага, — кивнул я. — Одну минуту.

— Роза, выиграй еще немного времени, — приблизившись к микрофону ноутбука, проговорил цыган.

Протяжно выдохнув, я снова прикрыл глаза и медленно вдохнул. Нужно успокоиться. Думать об этом мальчике. Представить его… Нет, не то! Я не могу найти правильный путь для того, кого никогда не видел.

Открыв глаза, внимательно посмотрел на усталую женщину в мониторе. Сейчас я должен помочь ей. Так будет правильно. Мне нужно увидеть правильный путь именно для нее… Увидеть…

Пустота в сознании медленно развеялась, будто истончившийся туман. Перед закрытыми глазами предстала белая дверь с надписью. Я не сразу смог разобрать буквы — позолоченная табличка казалась мутной, точно прикрытая грязным стеклом. Напрягся изо всех сил. Почувствовал, как стремительно сгорает доступный мне запас праны, нахлынывает легкая усталость, но…

Есть!

«Детский отоларинголог д.м.н. Кривошеев Евгений Павлович» — смог прочитать я.

— Роза! — отпихнув Янко в сторону, крикнул я. — Я знаю, что делать — нужен определенный лор. Займи даму еще на минутку, и я предоставлю всю информацию!

Войдя в браузер, я вбил в поисковую строчку ученую степень и ФИО. Хех! Естественно, такой человек существует. Принимает в бесплатной больничке, но там, полагаю, очередь до небес… О! подрабатывает после обеда в платной. Сколько стоит прием? Воу… пятак? Ну надо же… Хотя, нутро говорит, это правильный путь. Оно уверено, что так мы точно поможем, и женщине, и ее сыну.

— Алина, дуй ко мне, срочно! Роза, слушай внимательно…

Я не рассчитывал заработать кучу денег на этом проекте. Выйдет в легкий плюс, что б цыганам хоть чем-то платить — уже хорошо. Пока же готов сидеть в минусе и даже тратиться на тех, кому мы помогаем, если они нуждаются. Как сейчас — откуда у этой женщины пять тысяч на срочный прием? Конечно же из моего кармана.

Было приятно смотреть, как она благодарит и Розу, и Алину, и даже оператора. Крестится, славит Святого Ильяриза и снова благодарит всю команду.

— Мы здесь каждый будний день с двенадцати до трех. Если снова понадобится помощь, приходите, не стесняйтесь, — провожая женщину, улыбалась ведущая. — И помните, со Святым Ильяризом чудеса случаются!

Я расслабленно выдохнул и, дав команду на перерыв, вылез из «Газели». Что ж, первый блин не комом. Алина прекрасно справляется со своей задачей. Честно говоря, меньшего я от нее не ожидал. С Андреем придется немного поработать, но даже сейчас я мог бы поставить ему твердую четверку. К цыганам, как и к ведущей, тоже вопросов нет. Считаю, что все справились. Но выпуск на этом не заканчивается.

— Уважаемый Илья, — раздался позади меня голос Янко. Повернув голову, увидел высунувшегося из двери фургона цыгана.

— Слушаю? — устало пробормотал я — резкая трата праны не прошла бесследно.

— Мы что, будем давать деньги за гадания? — недоуменно выпалил он. — Не правильно это. Боюсь, старшие не поймут. И не только они… — он указал на спешащих к нам цыганок.

— Девель, как так можно?!! — загалдели женщины.

— Мы зарабатываем здесь, а не подаем!

— Стыд-то какой!

— Что за благотворительность?

— Мы что собес?

— Янко! — выпустив немного ёки, осадил я невоспитанных баб.

— Да, Уважаемый Илья, — дрогнувшим голосом, проговорил цыган.

— Объясни дамам, что не из их кармана платим, хорошо?

— Будет сделано, Уважаемый Илья.

Цыганский переговорщик полетел на женщин, как петух на куриц, ей-богу — руками махал, точно крыльями, давил голосом и авторитетом. Они изумленно кудахтали, затем начали покорно кивать.

Я зашагал в сторону стоявшей в теньке скамейки.

— Ил, — хмыкнул Дрон, вместе с Алиной усевшись рядом. — А можете и мне погадать? Полагаю, мою проблему можно и за меньшие деньги решить, — гоготнул он.

Отдыхали минут сорок прежде, чем я снова почувствовал себя в полном порядке. Следующим нашим клиентом тоже оказалась женщина. Ее проблема была куда тривиальнее — дама не могла решить стоит ли влезать в долги и срочно покупать понравившуюся дачу. Роза, ссылаясь на Святого Ильяриза, расписала своей второй гостье все прелести, которые ждут ее, если приобретёт участок прямо сейчас. От высокой урожайности в ближайшие пару лет, до роста цен на дачу в том районе из-за строительства новой автомагистрали. Не стоит думать, что все эти данные мне транслировала чуйка. Она лишь помогала выбрать правильное направление, а вот детали я взял из интернета.

После дачницы снова отдых и перекус, а там уже и финальный клиент — считаю, что три сюжета в один выпуск оптимальный вариант.

Последним на сегодня был грустный мужчина с небольшим животиком и лысеющей макушкой. С ним моей Способности пришлось работать по максимуму. Мужчина хотел избавиться от сомнений в верности жены. Пришлось расстроить несчастного и, потратив кучу праны, сказать точное время и место, где он сможет увидеть изменщицу своими глазами. Надеюсь то, как женщина в обеденный перерыв под ручку с другим заходит в один из отелей, убедит нашего клиента.

— Всем спасибо, поработали сегодня на славу, — заявил я, когда Роза отпустила печального рогоносца.

Попрощавшись с цыганами, я поманил Алину и Дрона в сторону:

— Ну как вам? — улыбнулся я, протянув каждому по две тысячи.

— Очень круто! — восторженно защебетала ведущая. — Жду не дождусь, когда увижу смонтированный выпуск!

— Мы же договорились не выкладывать его в сеть? — хитро сощурился я, подталкивая девушку к нужному мне решению.

— Ну… — протянула она, скосив глазки в сторону. — А если круто получится? Жалко будет добру пропадать!

— Ага, — поддакнул Дрон. — Глянем, как в итоге вышло, вдруг там все четко? Тогда может выложим?

Как я и думал, ребята вошли во вкус. И, похоже, сами считают, что отработали хорошо.

— Ты ж говорил, — продолжал Андрей, — у тебя монтажер крутой…

— Верно. Надо скинуть ему отснятый материал. А завтра все вместе и заценим, — улыбнулся я. — А пока скажите, какие планы на вечер? Не хотите отметить начало съемок программы «Святой Ильяриз»?

— Есть предложения? — оживился Дрон.

— Можем в «Абордаж» вечерком зарулить, — предложил я.

Друзья переглянулись. Андрей смотрел на любимую жалобно, как собака, выпрашивающая у хозяина объедки со стола.

— Ты ж явно туда не просто пива попить намылился? — перевела на меня взгляд Алина. — Все как обычно?

— Ага, — осклабился я.

— Ладно… — обреченно выдохнула девушка. — Придется тогда искать, где нам ночевать, — повернулась к Андрею. — Позвоню сестре, если примет нас посреди ночи, пойдем.

Ее двоюродная сестра, как обычно, не отказала Алине. Раньше, когда девушка жила в Столице, а не у черта на рогах в деревенском домике, Алина никогда не возвращалась с вечеринок в отчий дом. «Сперва нужно проспаться и перестать перегаром фонить»- любит повторять наша новоявленная ведущая.

Договорились встретиться вечером у паба. Ребята отправились по магазинам, я же вернулся в припаркованную неподалёку «Сонату» к скучающем супругам-телохранителям.

— Нажгли вы мне бензину, — глянув на загоревшийся датчик топлива, усмехнулся я.

— Сам бы тут посидел без кондера, — по-доброму огрызнулась Кимира.

— Ладно уж, — вздохнул я. — Поехали, заправимся и до дома до хаты.

Клининг к нашему приезду уже закончил работу, приведя квартиру в идеальный порядок, поэтому Коля скучал в одиночестве. Порадовали водителя, помахав перед его носом пакетом с готовой едой. Он с радостью побежал на кухню накрывать на стол.

— Вы тоже ему помогите, — велел супругам-телохранителям, а сам уселся за комп.

Монтажера для видео мне тоже нашел Николай. Им оказался его старый знакомый — Артур. Парень по фану выкладывает малопопулярные ролики на двух узкоспециализированных ютуб-каналах. Один для ценителей какой-то почти неизвестной фирмы электрогитар, а другой для любителей выжигать по дереву. Несмотря на то, что просмотров у его видео с гулькин нос, качество картинки меня поразило. Если б он взял более популярную тему, давно бы вылез в топ.

От предложенной мной возможности подработать Артур не стал отказываться, и сейчас как раз был онлайн.

«Завтра к обеду сделаю», — наскоро прощелкав отснятый материал, отписался он.

Отправив до кучи и Егору обещанные файлы, я пошел к остальным на кухню.

— Ну наконец-то, а то воки уже остывать начали, — нетерпеливо выпалил голодный Коля.

За едой я рассказал «своей свите» о планах на вечер:

— Поэтому у вас два варианта, — подытожил я. — Либо езжайте отдыхать. Либо давайте с нами. Если не будете сильно наглеть, я даже заплачу за вас, — и супруги, и Коля находятся в финансовой яме, угостить их мне не трудно, даже приятно. Кроме того, нужно еще сильнее укрепить нашу связь, хотя я уже всецело доверяю каждому из этой троицы.

— Не, мы не можем тебя оставить, — покончив с воком, Кимира потянулась за кусочком гавайской пиццы. — Контракт превыше всего, — откусила, прожевала и добавила: — А раз уж ты угощаешь, чего тут поделаешь? Придется тоже поплясать, вспомнить молодость.

— Ты и так у меня юна, — тихо заметил Горланд, за что удостоился теплого взгляда от супруги.

— Илья, я тоже с вами, — с готовностью выпалил Коля. — Пью я редко, так что буду за рулем.

— Вот и порешали, — улыбнулся я, положив себе на блюдце шоколадный ролл. — Правда есть один нюанс, вы должны понимать, — попенял вилкой Кимире. — Молодые, симпатичные и холостые парни ходят в такие заведения не плясать. И даже не напиваться.

— В смысле? — свела брови волшебница.

— Женщину он себе на ночь хочет найти, — тяжело вздохнув, проговорил Горланд.

— А-а-а, — расплылась в улыбке его супруга. — Сюда повезешь? Поэтому хату драил? — я кивнул. — Ну ничего, — вернулась она к своему десерту, — двадцать минут, пока вы не уснете, мы в подъезде постоим. Можно было бы и на улице, но тогда я твою прану не смогу почувствовать, расстояние слишком большое.

Она говорила предельно искренне, не желая задеть меня или кого другого, и сейчас уже аккуратно отрезала кусочек рола, уделяя ему все свое внимание. Я перевел взгляд на Горланда. Бедняга покраснел и отвернулся, не зная куда себя деть. Коля же тактично разглядывал посудомойку, но по сжатым губам было видно, что он с трудом сдерживает смех.

— Кимира, — осторожно заговорил я. — Дело может затянуться на пару часов.

— М? — состроила она недоуменный взгляд. — Шутишь? — улыбнулась женщина, но тут же осеклась, поняв, что никто не смеется. — Не шутишь? — она огляделась по сторонам, остановившись взглядом на своем обреченно качающем головой двадцатиминутном муже. — Ой…

— Проехали, — махнул я рукой. — Просто будьте готовы и два часа ждать, либо после паба можете езжать на базу.

— Подождем, — буркнул Горланд.

Что б подбодрить этого беднягу я поднялся из-за стола и через минуту принес початую бутылку виски и стаканы.

— Раз уж нас ждет веселый вечер, можем начать сейчас, — я не слишком элегантно сменил тему, разливая янтарный напиток. — И вместо тоста хочу поблагодарить вас за службу. Всех троих. Я очень рад, что нас свели обстоятельства.

— Ты тоже довольно приятный клиент, — улыбнулась в ответ Кимира, принимая стакан.

— Угу, — кивнул Горланд.

— Так что и тебе спасибо, — Коля поднял свою кружку с чаем.

* * *

Выпить и покурить в теплой компании — приятное дело. Я расслабился, отпустив мысли о делах, и отдыхал в предвкушении еще более веселого вечера и приятной ночи.

Мы сидели на кухне минут тридцать, потом я отправился в душ готовится к выходу. Когда вышел из ванны, услышал ворчание Кимиры, которая, вертясь перед зеркалом, была недовольна тем, что направляется в «приличное заведение в повседневной одежде».

— Мог бы и раньше предупредить, — пеняла она мне.

— Раньше я не знал, — пожал плечами.

— Эх… — покачала она головой.

— Да ладно, ты во всех нарядах красивая, — утешал супругу Горланд.

— Действительно, — поддержал я, — к тому же, мы не на званный ужин идем.

Она успокоилась, и мы дружной компанией забились в «Сонату». На этот раз правил Николай.

— Сегодня на пересечение бульвара Энтузиастов и улицы Столыпина, — вещало автомобильное радио приятным голосом радиоведущей, — обнаружено изувеченное тело собаки. Как оказалось, уже не первое за последнее время в этом районе. Происшествием заинтересовались следственные органы. Местные жители считают, что в районе орудуют сатанисты-живодеры…

— Ритуал кто-то готовит, что ли? — задумчиво протянула Кимира.

— Нет, это оборотни, — спокойным тоном ответил Коля.

— А, ну да, — согласилась женщина, — вполне в их духе. Голод унимают всеми доступными средствами.

— Они реально настолько голодны? — заинтересовался я.

— Им нужно убивать и есть сырое мясо, чтобы держать баланс праны в теле, — повернувшись, пояснила волшебница.

— Понятно…А как вообще становятся оборотнями? — неожиданно я понял, что ничего не знаю об этих тварях.

— Хех, — усмехнулась она, — рождаются, естественно.

— Таких болезней как ликантропия и вампиризм, — присоединился к объяснению Николай, — не существует. Это все выдумки писателей и кинематографистов. На самом деле оборотни — полноценная раса, как мы — люди, ну или ты — демон. Просто у них есть особенность. Вот и все.

— Скорей уж бремя, — хмыкнул Горланд.

— А что будет, если они не станут охотиться? — спросил я, предполагая ответ.

— Запас их праны опустеет, и они умрут, — равнодушно ответила Кимира.

— Тяжко им, — вздохнул Коля. — Оборотням и вампирам.

— Не только им, — возразила женщина. — Есть и другие расы, пожирающие плоть. А есть и те, кому нужно питаться праной напрямую — суккубы всякие, юки-онны и иже с ними.

— Хорошо, зачем они жрут собак понятно, — разложив в голове все по полочкам, вновь заговорил я. — Не нападают на людей, и на том спасибо. Но зачем трупы-то раскидывать? Народ пугать да лишнее внимание привлекать?

— Вот именно, — назидательно подняла палец вверх волшебница. — Внимание! Так они помечают свою территорию, — женщина повернулась к водителю. — Большая тут община, хоть?

— Нет, — скривившись, покачал головой Коля. — Не община даже — семья, четыре оборотня всего. Глава, его мать и младшие брат с сестрой.

— Всего четыре? — удивилась Кимира. — И так наглеют? А! Прости, я забыла, что у вас не магический мир, — усмехнулась она. — Вы все тут друг друга знаете и не воюете?

— Если б, — повернувшись к ней, водитель усмехнулся. — Этих оборотней, например, я лично не знаю, просто они знакомые нашего Иларионыча. Он рассказывал про них и предлагал Гоблину взять эту семью под свое крыло.

— А чего ваш Гоблин отказался? — не скрывая любопытства, спросила волшебница.

— Оборотни на спорной земле поселились, — пояснил Коля. — У них с общиной вампиров разногласия имеются. До смертей еще не дошло, но стычки, вроде, были.

— А, ну тогда ясно, — с пониманием закивала Кимира. — Такой багаж уж слишком тяжел.

Какое-то время ехали молча. Я размышлял о том, что четверо оборотней — это… Это четверо оборотней! Это, наверняка, стало бы мощным пополнением, присоединись они ко мне. Не могу понять только, что говорит чуйка. По-моему, не против… может даже немного за… Хм, в любом случае, было бы интересно встретиться с этими ребятами. За спрос, как говорится, денег не берут.

— Слушай, Коль, — нарушила тишину волшебница. — А каково тебе живется знающим, а?

— Хех… — снова усмехнулся водитель, не отвлекаясь от дороги, — какие ты интересные вопросы задаешь. Нормально живется. А что?

— А как ты стал знающим? — не унималась Кимира. — Земля не первый наш не магический мир. Мы уже сталкивались со знающими, и у всех них весьма занятные истории.

— Ну не знаю, насколько моя покажется тебе занятной, — спокойно проговорил водитель. — Просто давным-давно в одной подворотне я наткнулся на истекающего кровью, как я думал, человека. Оказался слишком близко к нему, и он, бросившись на меня, впился в шею. Как вы понимаете, это был вампир. Когда он отпустил от меня, я едва стоял на ногах. Это гад сунул мне в руки флешку и телефон. Сказал будут звонить — ответить, тебе хорошо заплатят. В этот момент я услышал шум, и вампир бросился в ту сторону. Я стоял столбом, а когда телефон зазвонил — взял трубку и впервые услышал голос Гоблина. — Коля хмыкнул. Я уже слышал это историю и знал, что будет дальше. — Ну а потом встретился со своим будущим боссом, получив солидное вознаграждение. Но больше меня интересовали ответы на вопросы. В итоге я получил и их, и работу.

— А что с тем вампиром? — спросила Кимира.

— Умер, — равнодушно пожал плечами Николай. — Раненный, он удирал от преследователей, когда потерял остатки сил и упал. Подкрепившись мной, ринулся обратно, задержать врагов. Сделать это ему удалось, а вот выжить — нет.

— Да уж… — протянула волшебница.

Сбросив скорость, «Соната» повернула с главной дороги на узенькую улочку. Впереди уже виднелись зеленые огоньки паба.

— Ну ладно вам, — тряхнув головой, беззаботно произнес Коля. — Мы почти на месте! Время веселиться, а не голову греть!

Глава 17. Дела земные

— Ребята, у вас такие необычные имена, — отодвинув в сторону пустой пивной стакан, проговорила Алина. — Откуда вы приехали?

Всемером мы сидели за столиком в пабе, набивая животы жареными колбасками и пивом. Под действием алкоголя неловкость постепенно развеялась, и наша шайка стала походить на компанию закадычных друзей.

— Из Швеции, — без промедления ответила Кимира, листавшая меню в поисках, чего бы еще заказать.

— Вау! Ибрагимович, да? — со знанием дела закивал Дрон.

— А чего не Карлсон? — усмехнувшись, передразнила любимого Алина. — Будто там других знаменитостей нет!

— Ну Ибрагимовича-то больше людей знают, — продолжал стоять на своем мой друг.

— Я бы не была так уверена, — не сдавалась девушка.

Оторвавшись от меню, Кимира глянула на парочку и улыбнулась.

— Они похожи на нас в молодости, — повернувшись к мужу, ностальгически произнесла женщина.

— Мы и сейчас молоды, — не отрываясь от жареных колбасок, отозвался Горланд.

Вызвав официантку, мы сделали новый заказ. Пока ждали, Алина то и дело покушалась на пиво Андрея.

— Слышь, Коль, — обратился к моему работнику Дрон, когда в очередной раз у Андрея увели стакан из-под носа, — А ты же водителем был на арендованном «Пассате», верно?

При упоминании павшего автомобиля, Николай на миг посмурнел, но тут же и улыбнулся:

— Ага, — кивнул он. — Так с Ильей и познакомились.

— Быстро вы спелись, — покачала головой Алина. — Несколько дней прошло, а уже по пабам вместе ходите.

— Долго ли умеючи, — усмехнулся я, а она уже опять пристала к Кимире:

— Ну а вы откуда Илью знаете?

И на этот вопрос у нас имелась домашняя заготовка:

— Так в его бутике обувь покупали, он нам помог, пока продавец отошла, ну мы и разговорились. А потом на фудкорте встретились. Там тоже слово за слово… ну и вот. — женщина врала так уверенно и непринужденно, что даже я ей едва не поверил.

Однако расследование Алины — нашей доморощенной мисс Марпл, начинало меня напрягать. Мне не нравилось обманывать друзей. Однако терять с ними связь я не хотел, как не хотел и держать на расстоянии вытянутой руки свою «свиту». Поэтому и приходиться сводить компании вместе — пьянствовать и с теми, и с другими по отдельности у меня просто нет времени.

— О, наконец-то петь будут! — Дрон кивнул на сцену как раз в тот момент, когда его возлюбленная собиралась задать очередной вопрос.

— Хвала небу, — проследив за рукой парня, хмыкнула Кимира, — а-то сколько уж можно аппаратуру настраивать?!

Когда мы пришли, музыканты уже готовились к выступлению. И казалось, подготовка у них займет куда больше времени, чем сам сет. «Вроде бы и что с того? — скажет кто-то. — Пиво и так наливают, а музыка из колонок звучит». Да — так-то оно так, но в «Абордаж» люди ходят, чтобы насладиться не только общением, но и живым звуком. Тут выступают малоизвестные полупрофессиональные группы. Фронтмен как раз одной из таких сейчас взял в руки микрофон и обратился к залу:

— Привет «Абордаж», заждались?

— Да! — услышал он в ответ нестройное многоголосие.

— Тогда мы начинаем! — проведя рукой по выбритым вискам, прокричал вокалист.

Первые пару песен только самые безбашенные и подпитые пускались в пляс. Остальные лишь покачивали головами в такт музыке.

— Довольно-таки неплохо, — за нашим столиком первым оценил выступающих Коля.

— Согласна, — кивнула Кимира, как и остальные, не сводя глаз со сцены.

— Правда что-то не так… — пробормотал я, невольно озвучив терзавшую меня мысль. Сколько б не смотрел на музыкантов, все никак не мог понять — грязь под ногами это или золотая пыль? Знаю, судить других — дело неблагодарное (особенно без должных знаний), но у меня-то для этого есть чуйка. А вот что она сейчас говорит, черт ее разберет.

— Да, девица на басу выпадает местами, — подняв стакан с пивом, проговорил Горланд.

— Точно! — выпалил я, поняв, что для этой группы замена басиста станет первым шагом на пути к большому успеху.

— Ладно вам, критики доморощенные, — хмыкнула Кимира, — пойдемте лучше танцевать.

— Я за! — тут же оживилась Алина, вскочив с места и схватив за руку Дрона.

— Идите, я за вещами пригляжу, — пообещал Коля.

Дамы потащили кавалеров поближе к сцене, а я на несколько секунд задержался.

— Закажешь нам еще что-нибудь? — неопределенно махнул рукой над столом.

— Не вопрос, — кивнул водитель, сведя брови. Хех, понял меня, парень! И ждет настоящей просьбы.

— Попроси, пожалуйста, у официантки или администратора разузнать контакты этой группы. Типа на корпоратив их хотим пригласить или на день рождения — сам решай.

Дождавшись очередного утвердительного кивка, я направился в сторону сцены. Убедившись, что парочки увлеченно отплясывают и до меня им нет никакого дела, свернул к одному из столиков.

Я давно приметил сидящую за ним компанию девушек. И с одной из них — стройной брюнеткой с распущенными волосами, мы уже какое-то время переглядывались. Я видел ее интерес ко мне — она видела мой, так почему бы не перейти к активным действиям?

* * *

— Отлично! Весь вечер и ночь развлекался, увалень! А своего любимого наставника пригласить забыл, да? — Такэдзо возмущенно взмахнул руками.

Наш поход в «Абордаж», как и ожидалось, завершился полным успехом. Двадцати четырехлетняя блогерша Яна составила мне компанию, прокатившись на люкс-такси до моего дома. А дальше… в общем, ехавшим на «Сонате» следом супругами-телохранителями пришлось торчать в подъезде даже больше двух часов.

Яне я наплел, что у меня временно живут друзья, и что они прибудут только под утро. Так что ночью она не волновалась, а проснувшись не удивилась, увидев пару новых лиц. Что же до меня — сам я сквозь сон даже не услышал, как супруги-телохранители вошли в квартиру и отправились спать во вторую комнату.

После завтрака, посадив блогершу на такси, мы отправились на базу, где нас и ждал разъяренный вампир.

— Я не думал, что столь почтенного джентльмена может заинтересовать такой низменный вариант времяпрепровождения, — отозвался я, а залезший на плечо Юра важно покивал мохнатой головой.

— Тьфу на вас! — плюнул себе под ноги Такэдзо. — Я ухожу, — и развернувшись на пятках, зашагал в сторону АБК.

— Куда? — удивился я. — Я так-то ради спарринга на базу приехал!

— Вот и спаррингуйся с кем-нибудь другим, увалень! — не оборачиваясь, бросил он. — Ты развлекся, теперь мой черед! Только вещи заберу.

Я хлопал глазами в полной растерянности. Стоявшая рядом Кимира хихикнула, Горланд же, тяжело вздохнув, покачал головой.

— Привет, Илья! — проговорил веселый голос. Повернувшись, увидел приближающегося к нам Лукина. На ходу Кость радостно махал рукой. — Чего случилось? — спросил он, обменявшись рукопожатиями со мной, Горландом и кивнув Кимире.

Я в двух словах пересказал суть недавнего бенефиса вампира.

— Не бери в голову, — отмахнулся заместитель Гоблина. — Твой наставник просто искал повод свалить. Насколько я знаю, он не из тех, кто любит долго сидеть на одном месте. Погуляет несколько денечков и вернется. Пойдем лучше в ангар, у меня есть время, так что я с радостью с тобой поспаррингуюсь.

— Спасибо, — обрадовался я.

Переодевшись в своей комнате, я прошел по заваленной хламом территории, размышляя о том, планирует ли вообще Гоблин наводить порядок на базе, поздоровался с парочкой встречных охранников и прибыл на тренировочную площадку. Кость уже ждал меня, а супруги-телохранители уселись в уголке, тихо о чем-то беседуя.

— Приступим, — скомандовал Лукин, активируя кольцо-оруженосец.

Ничего выдающегося в этой тренировке не случилось — Кость просто загонял меня так, что спустя два часа я еле дополз до душа. С трудом привел себя в порядок и направился в столовую.

— Проходи скорей! — увидев меня, неунывающий Лукин потряс половником, которым разливал суп по тарелочкам. Кроме него тут же собирали на стол и Коля с супругами. — После такого спарринга не грех брюхо набить!

Усевшись на привычное место, я с жадностью накинулся на еду. Кость не отставал, орудуя ложкой, точно обезумевший экскаватор ковшом. Но энергичнее других щеки набивал, естественно, Юра. Не упуская шанса покушать вместе с хозяином, он накинулся на мясной орех.

— Кость, — заговорил я, покончив с супом и пододвинув к себе тарелку пюрешечки с котлеткой.

— Угусь? — поднял он вопросительный взгляд, одолев первое и насытившись настолько, чтобы дальнейший прием пищи не выглядел, как бой насмерть с тарелкой.

— А какие у вас дела с общиной вампиров, которая прессует оборотней в районе улицы Столыпина? — утром по дороге на базу я приставал с похожими вопросами к Николаю, но тот рассказал все, что знал еще вчера.

Лукин сразу понял, о ком я говорю. Отложив вилку, он внимательно посмотрел на меня, затем перевел взгляд да Колю и укоризненно покачал головой. Мой водитель лишь развел руки в стороны, мол ты мне больше не босс.

— Почему ты спрашиваешь? — вздохнул Кость, снова вернувшись к еде.

— Хочу пообщаться и с теми, и с другими, — как можно спокойнее ответил я, заметив, что заместитель Гоблина на секунду нахмурился.

— Илья, — вкрадчиво проговорил Лукин, — не лез бы ты в это дело. По крайней мере сейчас. Община Бориса — не твои цыгане. Тут ставки крупнее.

— И что? — спокойно ответил я. — Не вечно же мне в песочке ковыряться. К тому же, я хочу пока просто познакомиться с этими людь… разумными.

— Хорошо, — на удивление быстро сдался Кость и закинул в рот половину котлеты. — Раз интересно, слушай. Община их не очень большая — около сотни вампиров, бойцов из них не больше двадцати. Самый сильный, он же самый старый — глава — Борис. По рангу он находится между Ветераном и Учителем. Кроме него еще два Ветерана и четыре Специалиста.

— И как такие силы не смогли справиться всего-то с четырьмя оборотнями? — удивленно спросил я.

— Хех, — усмехнулся Лукин. — Если б стояла задача уничтожить, справились бы без проблем. А так просто идет привычная вампирско-оборотническая возня.

— Подобное вообще не редкость, — вставила свои пять копеек Кимира, — во всех мирах эти расы не могут ужиться рядом друг с другом.

— Верно, — кивнул Кость, и снова повернулся ко мне. — Когда эти оборотни только переехали, их территория не соприкасалась с вампирской. Но потом одной из инвестиционных фирм общины подвернулась возможность выгодно приобрести под застройку заброшенный пустырь недалеко от перекрестка Энтузиастов-Столыпина, что они тут же и сделали. В результате получилось прямое соседство.

— То есть, как я и думал, не правы именно вампиры, — почесав подбородок, подытожил я.

— И те, и другие слишком упрямы, — возразил Лукин, доев картошку и потянувшись за чаем.

— Ясно. И все-таки, какие дела именно у вас с этими вампирами? — повторил я первоначальный вопрос. — Спрашиваю не из праздного любопытства, а чтобы случайно вам не подгадить.

Лукин вновь усмехнулся, но ответить не успел — у меня зазвонил телефон.

— Упс, прошу прощения, — сказал я, взяв трубку.

— Привет. Ты скоро? Мы уже на месте, — сообщила Алина. — Я купила платье и грим.

— Привет! Я буду чуть позже, красьтесь пока.

— Прям на улице, что ли? Да и кроме нас двоих никого здесь нет!

— Сейчас позвоню Янко. Фургон и оборудование у него. Как будете готовы, наберите меня. Я смогу помогать через планшет, а чуть позже подъеду.

Связавшись с цыганом, убедился, что они уже подъезжают, написал смску Алине и убрал телефон.

— Дела? — с сочувствием спросил Кость.

— Куда ж без них, — усмехнулся я, внимательно посмотрев на Лукина, — Ты вечером будешь на базе?

— Не знаю, — признался он. — Но не переживай, информацию по Борису предоставлю. Что же касается наших с ними отношений… — на пару секунд заместитель Гоблина задумался и, хмыкнув, продолжил: — Кое в чем сотрудничаем, кое в чем конкурируем. Ссориться лишний раз бы не хотели, но… — он скривился и шевельнул желваками. — Если ты влезешь в дерьмо, тебя не оставим. Однако постарайся все же не совершать глупостей.

На том и порешили. Поблагодарив Лукина, я со своей «свитой» выехал в сторону автовокзала. Съемки начались под моим дистанционным руководством. Сперва решено было доснять несколько «отказов» — набрали штук десять, на три выпуска должно хватить. В паре случаев на Алину едва с кулаками не кинулись — вышло очень достоверно.

Затем перешли к основному действу. Руководить через планшет было не так удобно, как через ноутбук, но привыкну — не тратить же мне каждый день столько времени в душном фургоне, привыкну.

Покончив со съемками, позвал друзей в кафешку — повспоминали вчерашнее, посмотрели смонтированный Артуром выпуск. Долго спорили, но решили не пихать его в эфир сразу как пилотный выпуск. Добавим как-нибудь потом, в качестве бонуса, когда канал обрастет постоянными зрителями.

Кстати, сегодня я не стал прятать «свиту» от Алины и Дрона. Хотя и понимал, как это подозрительно выглядит — три взрослых человека в самый разгар рабочего дня тусуются со мной, ничего полезного при этом не делая. Но:

— Мы в отпуске, — поясняли они.

После кафешки, простившись с Алиной и Андреем, отправились дальше по маршруту. Встретился с Глебом Викторовичем — юристом Гоблина, договорившись с ним об условиях его подработки, естественно, с одобрения и подачи самого Евгения Сергеевича. В итоге я получил хорошего специалиста на четверть ставки, ввел его в курс дел и дал координаты Егора. Бухгалтера тоже предупредил о появлении у него нового коллеги.

Далее заехал в «Империю» обсудить с руководством ТЦ стоимость аренды торговой площади под бутик «Maly&amp;Morty». Дал им адрес почты Глеба Викторовича — пусть согласовывают договор.

— О, опять этот музыкант по этажам ходит, — на выходе из ТЦ, Кимира обратила внимание на гитариста, снова поющего хиты Сплина. — Все-таки хорош.

— Ага. Неплох, — кивнул я, нащупав хвостик какой-то крайне гениальной мысли… — Ладно, поехали дальше, — махнул я своим.

А дальше нас ждала встреча с Ритой и очередными арендодателями, на сей раз занимающимися офисами. По дороге я думал, что бескрайне благодарен дочери Оглоблиных за помощь в этом вопросе и буду рад встретиться с ней лично, но в дальнейшем мне определенно нужна правая рука. Своего рода исполнительный директор, который будет курировать все мои проекты. А может несколько таких «рук», если проектов будет много. Мне, между прочим, еще и тренироваться нужно успевать и другими делами заниматься. Стражей, например, набирать.

Приглянувшийся Оглоблиной офис понравился и мне — хороший ремонт, почти новая мебель, кондиционеры в обоих кабинетах — все, что нужно для комфортной работы. Но главный плюс местоположение — не на окраине цивилизации, но и не в шумном центре. В первую очередь Рита искала помещение под себя, а для ее сферы деятельности близость к спальным районам в приоритете. Для меня же главное — возможность быстро доехать до рабочего места. В итоге наши с девушкой требования к помещению полностью совпали, и мы стали соседями по офису.

— Еще раз спасибо, — улыбнулся я ей, когда обсудив детали с арендодателем, мы вышли на улицу.

— Пустяки, — отмахнулась Оглоблина и тут же посерьезнела. — Но с тебя шоколадка. Белая. С миндалем.

— Без вопросов, — хмыкнул я. — Что-нибудь еще? Может быть, проводить вас до дому?

— Если не затруднит, — она кокетливо склонила голову на бок, а потом рассмеялась. — Ладно, хватит ерундой страдать. Вы сейчас на базу?

— Ага.

— Тогда я с вами.

Она подошла к своей машине и что-то сказала водителю и паре охранников, махнув в сторону «Сонаты».

— Не хотят меня сторожа одну оставлять, — усмехнулась девушка, вернувшись, — следом поедут.

При всей своей нетерпимости к отцу, Рита никогда не отказывается от сопровождения. Первое время меня это удивляло, и я спросил Оглоблину как так? Мне казалось, с ее-то характером логичнее было слать всех лесом и самой разъезжать на каком-нибудь Мини Купере. Она ответила довольно спокойно: «Много чего случалось, чтобы бегать от охранников». Больше к этому вопросу мы не возвращались.

— Слушай, Рит, — заговорил я, когда «Соната» выехала на проезжую часть.

— М? — повернула она голову.

— А раз мы разобрались с Черными Инквизиторами, и они не спешат возвращаться, вас с Мариной Анатольевной поди домой скоро отправят? Чего на базе-то держать?

— Не-е, ты что? — удивилась девушка. — Отца моего будто не знаешь? Он до последнего будет нас мариновать, и даже немного дольше. Только когда на двести процентов убедится, что опасность миновала, подумает, что можно возвращаться к мирной жизни. Хотя за все мои двадцать три года на базах я провела куда больше дней, чем дома.

— Сурово, — хмыкнул я, все лучше понимая ее отношение к отцу.

— Мы с мамой привыкли, — равнодушно ответила девушка, крутанув александритовый браслет на запястье.

В голове родилась мысль — не будь со мной Кимиры и Горланда, черта с два Гоблин отпустил бы меня вчера в паб.

Вернувшись на базу, поужинал с Оглоблиными, а потом наедине побеседовал с Гоблином. Евгений Сергеевич уже знал о моем интересе к общине вампиров и семье оборотней. Именно через своего Босса (хотя в их отношениях, лучше говорить «друга») Лукин передал папку с информацией.

— Ознакомишься, сожги, — произнес Гоблин, протягивая документы. Я не сразу понял, шутит он или говорит серьезно. — Ха-ха, — усмехнулся тот, заметив мое недоумение. — Да ничего там сверхсекретного нет. Так, данные о бизнесе общины, кой-какие пометки и все. Плюс об оборотнях тоже информацию распечатали.

— Спасибо, — кивнул я и, посмотрев на папку, спросил: — И на многих у вас есть такое досье?

— На всех, — твердо проговорил тот, наливая в стакан коньяк. Сегодня Гоблин решил не мелочиться и сразу поставил бутылку на стол перед собой вместо того, чтобы как в прошлый раз постоянно бегать за добавкой к бару-глобусу. — На кого-то больше, на кого-то меньше. Вся информация на компьютере в базе данных, постоянно обновляется и дополняется. На Земле чай не средневековье — технологии позволяют.

Еще с полчаса мы обсуждая разные вопросы в кабинете Оглоблина. Коснулись и наиболее волнующих меня:

— Слышно что-нибудь о дяде Гене и маме? Когда они уже вернутся?

— Не знаю, парень, — покачал головой Евгений Сергеевич. — Но не волнуйся, и он, и твоя мать в полном порядке. Периодически мы общаемся с Крокомотом, он всеми силами пытается узнать, что же задумали Черные Инквизиторы. И почему они исчезли? Одолев их в прошлый раз, мы все ожидали нового нападения. Но, как видишь, их все нет, хвала небу.

— Если появятся, — проговорил я, поднимаясь с кресла, — сильно пожалеют, что дали мне столько времени на подготовку.

— Какие мы крутые! — усмехнулся Гоблин, залпом осушив третий по счету стакан.

* * *

Я ни в коем случае не пытался пускать пыль в глаза или что называется «понтоваться». Своими словами я в первую очередь подстегивал самого себя, настраивая на боевой лад. Ведь все, что я делаю сейчас, в первую очередь я делаю для того, чтобы стать сильнее. Чтобы быть способным обеспечить себе свободу и независимость от кого бы то ни было. Ну и чтобы выжить, разумеется.

С этими мыслями я ложусь спать, с ними и просыпаюсь.

Утро следующего дня началось со спарринга с Кимирой, затем пообедал и поехал на съемки. После, скинув материал второго полноценного выпуска на обработку Артуру, перекусил и в офисе провел несколько собеседований с продавцами в мои новые обувные бутики. Затем рванул на базу, где меня ожидало важное и интересное дело.

Наконец-то, шоу «Святой Ильяриз» выходит в свет! Я уже успел подготовить канал и разобраться, что вообще нужно делать для продвижения. С легким волнением за результат, разместил ролик и тут же взялся за рекламу. Сперва самое элементарное — добавить ссылку в свои соцсети, затем просим друзей-знакомых оценить и сделать репост. В этом пункте от моего френдлиста будет слабая отдача. Поэтому и Алина с Дроном подключаются к делу. Если у Андрея примерно такая же картина, что и у меня, то подписчики его возлюбленной довольно многочисленны и активны, от них будет прок.

Идем далее — платная реклама. Шутка ли, но у официальной группы программы «Битва Экстрасенсов» в самой популярной российской соцсети более миллиона трехсот тысяч подписчиков. А сколько в неофициальных?! Когда я только задумывал свое шоу с гаданием и цыганами, сильно сомневался в целесообразности. Пусть чуйка и говорила, что я поступаю правильно, мозг упрямо не хотел в это верить. Пришлось убеждать его, изучая интерес зрителей к подобного рода программам.

И интерес этот очень велик! В идеале, конечно, мне нужно выпускать «Святого Ильяриза» в прайм-тайм на федеральном канале, но до этого еще как до Пекина раком. Пока будем довольствоваться доступными каналами. Благо и на ютубе можно разгуляться. Ведь главное в моем случае — количество, а не качество. Я консультировался и с Лукиным, и с Гоблином, и с Такэдзо — у них, конечно, нет Влияния, но общие знания имеются. Так вот, все трое уверяют, что если в меня верит суеверная бабушка-старушка и прогрессивный молодой кандидат математических наук, я получу одинаковое количество Влияния от каждого. И раз уж прогрессивных скептиков тяжело заставить верить во что-то, кроме фактов, почему нельзя сосредоточиться только на условных бабушках?

Кто-то скажет, что бабушки не смотрят ютуб и будет почти прав. Но бабушки — лишь пример, да и бабушки бывают разные. Слышал я истории о реальных пожилых дамочках, выглядящих, как каноничные старушки в платочках да с авоськами, а дома с ноутбука читающих «Пикабу».

В общем, в моем новом деле главное не вешать ярлыки, а смотреть на мир незашоренным взглядом. А еще понимать свою целевую аудиторию — на кого направлять таргетированную рекламу. Ну и третье, о чем не стоит забывать — мое шоу делается, чтобы заработать Влияние, а не деньги, поэтому нужно смириться с тем, что тратиться на раскрутку я буду, аки арабский шейх на новые тачки.

С этими мыслями я и написывал админам популярных, подходящих мне по тематике пабликов и страничек в разных соцсетях; тратил кучу времени на настройку таргетированной рекламы; размещал задания на биржах— желающие заработать в интернете будут за копеечку смотреть мой ролик. Ну как смотреть — зайти на страницу, запустить видео, и обновлять ее не чаще, чем раз в двадцать секунд.

Если верить моей чуйке, последний способ самый малоэффективный, но и от него будет польза. Всеми силами нужно выбиться в «тренды». Понятно, что при такой активной рекламе будет много негатива в комментах, но и это на пользу — холивары привлекают народ. А чем больше вокруг движухи, тем проще набрать аудиторию.

В общем, так и провел вечер, постоянно ловя себя на мысли, что мне сто процентов нужна «правая рука»! Вот только где б ее взять?

— Не знаешь? — покончив с работой, озвучил животрепещущий вопрос Юре. Хомяк сидел на столе и с интересом глядел в экран ноутбука. — Я лучше б с тобой по мирам шастал, чем занимался всей этой деятельностью. Эх, смотаться б сейчас в Верлион, с ребятами повидаться. У них, должно быть, война в самом разгаре.

Услышав мои слова, хомяк вскочил на задние лапки, а передними начал услужливо рисовать в воздухе круги:

— Не надо! — прервал я его. Мы оба одновременно обреченно вздохнули. — Не надо, — повторил тише, поднялся на ноги и, дойдя до кровати, рухнул. — Тылы нужно укрепить да сил набраться, — пояснил я Юре, уже удобно устроившемуся на подушке. — А уж потом по мирам прыгать.

* * *

На следующие утро первым делом проверил показатели ролика на ютубе. Что ж… в «тренды» не попали, но цифры хорошие, плюс у канала появилось чуть больше тысячи подписчиков. Лиха беда начало, как говорится. Буду продвигать каждый новый выпуск, постоянно привлекая новых зрителей.

Следом за ютубом проверил биржу криптовалюты — вот тут определенно все идет хорошо. Настолько, что к своим пяти миллионам с радостью бы добавил еще, да нечего — на открытие бутиков и текущие расходы деньги нужны. Плюс резерв на черный день тоже стоит держать.

Этим утром я изменил свой график, воздержавшись от тренировок. Позавтракав, скомандовал своим: «выдвигаемся» и уже через десять минут сидел на заднем сидении «Сонаты».

— Так куда едем-то? — повернувшись вполоборота, уточнил водитель.

— Комиссионка на улице Столыпина, — ответил я.

Коля нахмурился, тут же сообразив, в чем будет заключаться цель поездки.

— Все-таки решил встретиться с оборотнями?

— Не только с ними, — отозвался я.

Глава 18. Оборотни и вампиры

— Это точно нужный нам адрес? — с подозрением спросил я у Коли, когда мы во второй раз обошли торговый центр «Маяк», петляя между маленькими галантерейными отдельчиками.

— Точно, — хмуро кивнул он.

— Давайте на улицу выйдем, может другие двери есть? — внесла разумное предложение Кимира.

Мы покинули пристройку к первому этажу старенькой панельной девятиэтажки, осмотрелись и прошлись до торца здания.

— Ну вот же она! Комиссионка! — радостно воскликнул Николай, указывая на вывеску.

— В цоколе значит? — отметил очевидное я, глядя на убегающие вниз ступеньки.

— Скорей уж в подвале, — усмехнулась волшебница.

Всем квартетом мы спустились по узкой лестнице и оказались в помещении, заваленным всяким хламом почти до самых небольших окошек, расположенных под потолком. На полках, стеллажах, тумбочках и просто на полу стояла разная техника от древних электрочайников до старых кинескопических телевизоров, изредка перемежаемая современными ноутами и планшетами. Сперва мне показалось, что торговый зал маленький, но чем дальше мы продвигались, тем больше эти древности давили на меня, будто им вовсе нет конца.

— Как в детство попал, — протянул Коля, разглядывая холодильник «Бирюса». Точь-в-точь такой же стоял на нашей кухне в конце девяностых. Сам я его даже не помню — смотрел видео, когда мама оцифровала старые видеокассеты.

— И ремонт под стать, — я указал на всем известный советский бетонно-мозаичный пол.

— Добрый день! Могу вам чем-нибудь помочь? — услышали мы приятный женский голос.

Из подсобного помещения вышла симпатичная девушка в белой блузке и остановилась за длинным прилавком, поправив темно-русые волосы, спускающиеся до плеч.

— Здравствуйте, — подойдя ближе, кивнул я. — Вы, должно быть, Адда?

Девушка удивленно заморгала большими карими глазами:

— Вы меня знаете? — спросила оборотень.

— Заочно, — кивнул я. — Я хотел бы поговорить с вашим братом Арнольдом. Он здесь?

— Да, он у себя, — все также неуверенно кивнула Адда. — Я сейчас позову его.

Она быстро скрылась в подсобке, оставив нас одних.

— Бери, что хочешь, — хмыкнул я, осмотрев потолок и не обнаружив камер.

— Неодаренные если что-то и стащат, далеко не убегут, — тут же пояснила Кимира, заглянув в духовку старой шведской электропечи. — Даже в человеческой форме оборотень с легкостью догонит вора, выследив его по запаху.

— А еще у нас прекрасный слух, — услышали мы холодный голос и, обернувшись, увидели в дверном проеме подсобки массивную фигуру главы семьи.

Как и его известный на Земле тезка — бывший губернатор Калифорнии (а не тот у которого голова, как регбийный мяч) Арнольд был прекрасно сложен и высок. Его широкие плечи и атлетический торс подчеркивала обтягивающая футболка с изображением воющих на луну волков. Лицом же мужчина больше напоминал молодого Дольфа Лундгрена, только волосы не светлые, а темно-русые, как и у сестры.

— Добрый день, — поздоровался я.

— Добрый день, — резко отозвался он и, дернув носом, поморщился. — Чем могу помочь?

— Да вот, зашел познакомиться с вами лично, — спокойно проговорил я.

— И что же демону нужно от меня?

Я не успел ответить, в магазинчик спустились мужчина и женщина средних лет. Кинув на них взгляд, Арнольд негромко произнес:

— Идемте в мой кабинет, чтоб не мешать покупателям.

Мы прошли по ошарпанному, заваленному разобранной техникой коридорчику и оказались в крохотной комнатенке. От пола до потолка она была заставлена металлическими стеллажами с прогнувшимися под весом хлама полками. Единственным опрятным местом оставался небольшой стол, на котором лежали аккуратно сложенные инструменты — паяльник, лупы, набор отверток, пассатижи и всякие штуковины, названия которых я не знал.

— Стул только для одного, кому-то придется постоять, — заявил Арнольд, вскользь глянув на моих спутников.

Он расположился за столом, а я сел напротив на старый стул с продранной обивкой. Кимира замерла рядом со мной, остальные же маячили в дверном проеме.

— Итак, повторю вопрос, — сухо проговорил оборотень, не сводя с меня карих глаз: — Что вам нужно?

— Прежде всего, — заговорил я, — благодарю, что согласились уделить нам время и побеседовать.

— У вас несколько минут, — холодно отрезал он.

Я долго думал с чего начать разговор. И, опираясь на логику с чуйкой нашел, уверен, единственное правильное решение. Оборотни довольно прямолинейная раса. Смысла юлить с ними нет. Нужно говорить прямо и честно. Только так получится войти к ним в доверие.

— Ну а во-вторых, — проигнорировав его враждебный тон, продолжил я, — хотел бы, чтобы вы стали моим Стражем.

Арнольд изумленно захлопал глазами:

— Ты сдурел что ли? — выпалил он. — Знаю, конечно, что представители Старших рас наглые твари, но чтобы настолько! Да я вообще тебя первый раз вижу!

— Я тоже вижу тебя впервые, но уже многое о тебе знаю.

— Что например? — хмыкнул оборотень.

— Например то, что вами заинтересовались правоохранительные органы.

— Глупости, — он безразлично махнул рукой. — Они и пальцем о палец не ударят из-за дохлых собак. В лучшем случае скажут, что ведется проверка.

— Но СМИ говорят про вас, — напомнил я.

— И что? Эти всего лишь зацепились за популярный пост в соцсетях и раскрутили его.

— И тем не менее, — не сдавался я. — О вас говорят по радио. Зачем вся эта показуха?

— Г-р-р-р!!! — прорычал он. Готов поклясться, на мгновение его лицо начало вытягиваться, а зубы становиться больше и острее. Но наваждение быстро прошло. Однако скалиться Арнольд не прекратил. — Не смей называть защиту «показухой», — прошипел оборотень.

— А вот и буду, — хмыкнул я. — Из того, что мне известно о ваших расах, могу судить лишь, что и вы, и они — упертые бараны. Сначала я думал, вампиры вас как-то притесняют. Но нет же — они просто строятся рядом! Зато вы начали разбрасывать повсюду изувеченные трупы. Об этом сразу затрещали в соцсетях, а сейчас и вовсе в СМИ это тиражирует. Естественно, продажи квартир в новостройках идут не так гладко, как хотелось бы вампирам. Ну? Глупо, не правда ли?

— Гр-р-р… — тихо прорычал он и, выдохнув, как собака, мотнул головой. — Ты рассуждаешь, как человек, а не как демон. Неужели ты не понимаешь, что такое тысячелетняя расовая ненависть? Что такое — защищать свои земли от кровного врага? Как я могу позволить им строить свое благополучие у моего порога?! А если им этого будем мало?! Как я могу позволить им жить бок о бок с моей семьей на нашей территории?!

— Только ты и твоя семья считает этот квартал вашей территорией, — спокойно ответил я.

— Гр-р-р! Мы здесь живем и работаем! И мы имеем право считать эти земли своими!

— Как и люди живущие здесь, — хмыкнул я. Оборотень вновь оскалился, и я примирительно поднял руки. — Ладно. Опустим. Я пришел сюда не для того, чтобы с тобой ссориться.

— Для чего же? — снова мотнул головой Арнольд.

— Я знаю, что ваши разногласия с вампирами уже дошли до того, что твой брат оказался в больнице, верно?

— Откуда тебе это известно, демон? — на миг растерялся оборотень.

— У меня очень хорошие информаторы. Так это правда?

— Да, — нехотя ответил он, глядя на синий металлический стеллаж рядом со мной.

— На самом деле мне плевать, кто из вас прав, а кто виноват. — продолжил я. — Однако я понимаю, что ваша вражда… Меня интересует именно ваша с общиной Бориса, а не все вампирско-оборотническое противостояние, сама по себе не прекратится, и будет с каждым днем становиться все жестче и жестче. Уверен, ты не хочешь, чтобы твоя семья страдала, чтобы непоправимое случилось с твоими близкими.

— Эй! — огрызнулся оборотень. — Не нужно думать, что наши шкуры легко достанутся кровососам!

— Даже если вы заберете с собой одного-двух, даже десять — что с того, если вы умрете?! — я повысил голос, выпустив ёки, — Смерть в бою считается почетной, но хочешь ли ты, чтоб твоя мать и сестра сдохли с разодраными глотками?!

— Г-р-р-р!!! — вскочил с места Арнольд, на глазах увеличиваясь в размерах и покрываясь коричневой шерстью. Кимира тут же сдернула меня со стула и вместе с подоспевшим Горландом встала между мной и зверем.

— Спокойно, — проговорил я, положив ладони на плечи супругам-телохранителям. Сам же не отводил взгляда от волка-оборотня. Громадное чудище стояло на задних лапах, холкой подпирая потолок. — Арнольд! Я пришел к тебе, чтобы помочь! Чтобы спасти твою семью и дать тебе силу! Понимаешь?

Рыкнув, он мотнул головой, оскалился, а затем начал уменьшаться будто медленно сдувающийся воздушный шарик. Одарив меня пренебрежительным взглядом, оборотень снова раздраженно дернул головой и уселся обратно на стул.

— Докажи слова делом, — неожиданно проговорил он. — А там посмотрим.

Мои телохранители расступились, открыв мне путь к пустому стулу. Но я не сдвинулся с места.

— Хм… — громко хмыкнул, смерив Арнольда тяжелым взглядом. — Хочешь, чтоб я тебе поверил на слово? Решил твои проблемы, чтоб ты потом меня кинул?

— Г-р-р!!! — владелец комиссионки ударил кулаком по столу настолько сильно, что инструменты подпрыгнули в воздух. — Оборотни всегда держат свое слово, демон! — прорычал он.

Я знал это — хорошо подготовился к встрече, но все равно хотел своими глазами увидеть его реакцию. Что ж, я удовлетворен. Как бы все это не выглядело со стороны, мы договорились. В случае успеха я могу рассчитывать, как минимум, на лояльность Арнольда и его семьи.

— Хорошо, я тебя понял. Но должен подчеркнуть, — я погрозил пальцем, — моя задача — не помирить вас и вампиров, не выгнать их с выкупленной ими же земли. Моя задача — прекратить ваши стычки, пока никто не умер, и заложить основу для относительно мирного соседства.

— Попробуй, — фыркнул Арнольд, подтверждая нашу сделку.

— Можно листок и ручку, — я указал на стопку бумаги на столе.

— Пожалуйста, — удивленно произнес оборотень.

Я оставил ему свой номер телефона и, попрощавшись, вышел в коридор.

— Пока буду на съемках, закажи, пожалуйста, мне визиток, — попросил Колю. — ФИО, номер, почта и подпись. Хм, что-нибудь в духе «Директор группы компаний «Святой Ильяриз»».

— Будет сделано, Босс, — шутливо козырнул Николай, впервые назвав меня этим странным словом из четырех букв.

В торговом зале комиссионки снова никого, кроме Адды, не было.

— Адда, рад был нашему знакомству, — широко улыбнулся девушке, немного склонив голову.

— Эм… взаимно, — растерянно пробормотала она.

— Еще увидимся, — помахал ей на прощанье.

Поднявшись по ступеням из подвала на свет божий, стали свидетелями забавной сцены. Мимо пронесся мальчишка на велосипеде, следом с криком «Подожди» бежал другой мальчик, рядом с которым, перебирая лапками, весело тявкал маленький пес.

— Оборотни весьма импульсивные, верно? — проследив взглядом за собакой, произнес я.

— А ты будто не знал, — хмыкнула Кимира, когда мы направились в сторону скучающей на парковке «Сонаты».

Все, что можно было узнать об этих двух расах, я узнал, в том числе и от супругов-телохранителей. Но…

— Просто сейчас убедился лично, — пояснил я.

— Это уж точно, — усмехнулась волшебница, повернувшись к мужу и хлопнув того по плечу.

Я понял, о чем она подумала — Горланд рассказывал мне о своем первом знакомстве с оборотнем. Случилось это в детстве моего телохранителя, когда тот с отцом однажды посещал общественную баню. Парился с мужиками, и какой-то умник плеснул уж слишком много воды на камни. Толком возмутиться никто не успел, один из мужиков начал рычать и увеличиваться в размерах. Сменив форму, оборотень приложил умника лицом на раскаленные камни, а потом проломил стену и сбежал. После сегодняшней встречи с Арнольдом, я поверил в правдивость этой истории. Хотя всем сердцем надеюсь, что такие буйные индивиды даже для оборотней редкость.

— На самом деле, — заговорила женщина, когда «Соната» тронулась с места, — этот Арнольд еще вполне себе спокойный парень. Для неженатого оборотня.

— Взрослый, перебесился пойди, — предположил Горланд. — И подружка, должно быть, постоянная есть.

— О чем вы? — удивился я. В предыдущих лекциях о других расах супруги-телохранители ничего подобного не упоминали.

— Считается, что самые дикие из оборотней — молодые самцы, — охотно пояснила Кимира. — Девушки и женщины оборотней в принципе рассудительнее и спокойнее, хотя и у них бывают животные помутнения рассудка. А вот юношам нужно самоутверждаться, в первую очередь за счет силы, во вторую за счет реализации основного инстинкта, — усмехнулась волшебница.

— Тогда ясно, почему из всей семьи Арнольда больше других от вампиров получил его младший брат, — с пониманием кивнул я. — Я уже начинаю сомневаться в правильности желания заполучить оборотней в Стражи.

— А вот это зря, — сухо проговорила женщина. — Я говорила тебе, что данное оборотнем слово крепче камня. Несмотря на все свои недостатки, это патологически верная раса. Настолько, что по приказу Господина и с вампирами обниматься будут.

Слова волшебницы успокоили меня. А вот чуйка до сих пор не может четко сказать, стоит пупок надрывать ради оборотней или не стоит. Вроде бы да… Но четкого ощущения нет. Эх, быстро я привык в выборе пути полагаться на свою способность.

* * *

В выходные шоу не снимали, и оба дня я безвылазно просидел на базе. Уделил время усиленным тренировкам; разборам отчетов от Ларисы Ивановны и Егора; планированию своих дальнейших действий; поиску информации в интернете; а также продвижению ютуб-канала и прочей мелочи. В общем, отдохнул.

В понедельник снимали выпуск с утра. Покончив с ним, я оставил всю команду на автовокзале, запретив расходиться. Дело в том, что я везде указываю время работы ведуньи Розы с двенадцати до трех каждый будний день. Для чего? Чтобы в дальнейшем принимать тех, кто целенаправленно будет приходить к нам за помощью. Обычно съемки проводим в эти часы, но сегодня на обеденный перерыв у меня другие планы. И тем не менее, вся съемочная группа должны быть на месте. Эх придется доплачивать за сверхурочные.

— Ну что, в Ардял? — спросил довольный Коля. Вчера вечером парень наконец-то забрал из салона новый «Пассат» и с тех пор не переставал улыбаться, радуясь обновке.

— Поехали, — кивнул я.

Естественно, встречу с главой вампирской общины Борисом Бладинским мне никто не назначал. Однако благодаря Гоблину и Лукину я знал, где и когда можно с ним пересечься. Как и любой вампир, Борис обожал во всем порядок, в том числе и в своем дневном расписании. Именно поэтому каждый будний день с полпервого до двух вампир обедал в одном и том же ресторане, принадлежащим его подчиненному.

Ко встрече со старым педантом (как его характеризовал Гоблин) мы все, даже Кимира, принарядились в черные костюмы-тройки с белыми рубашками и походили теперь на членов итальянской мафии.

— Добрый день, проходите пожалуйста, — поклонился администратор в бордовой ливрее.

— Мы хотели бы побеседовать с Борисом Юрьевичем, — произнес я, оглядываясь по сторонам. Больше половины столиков занято — чего и следовало ожидать от времени бизнес-ланча. Однако главы общины нигде не было видно.

— Вам назначено? — подобравшись, уточнил администратор.

— Передайте, что с ним хочет встретиться человек с ёки, — спокойно проговорил я.

— Одну минуту, — кивнул мужчина и оставил нас.

Простое логическое мышление, подкрепленное чуйкой, уверяло — меня примут. Насколько я понимаю, демоны на Земле — редкое явление. А так как все они в большинстве случаев родовая аристократия, положением в оси миров на голову превосходящая земных правителей и миллиардеров, отказывать от встречи крайне глупо.

— Борис Юрьевич, ждет вас, — вернувшись, доложил администратор. — Пройдемте.

ВИП-зал был небольшим, возможно так казалось из-за того, что окна скрывали плотные портьеры. Сумрак же рассеивал свет от горящих свечей в изящных канделябрах. В этом тяжелом полумраке длинный стол посреди зала напоминал громадную надгробную плиту.

Во главе сидел мужчина с зачесанными назад седыми волосами и дряблыми щеками. Как и трое его сотрапезников, Борис был облачен в черный смокинг, так что в приобретенных к случаю костюмах наш квартет прекрасно вписывался в окружающий интерьер.

— Приветную, Господин демон, — не выпуская из рук вилки с наколотым на зубцы куском мяса, поздоровался Бладинский. — Откушаете с нами?

— Здравствуйте, Борис Юрьевич. С удовольствием, — улыбнулся я.

Через минуту официантки расставляли перед нами тарелки с жареными овощами и стейками, будто заранее ждали гостей. Спустя еще минуту идеально вышколенные девушки беззвучно удалились.

За едой пришлось вспомнить все навыки этикета, которые в свое время скрупулезно вдалбливала мне мама. С этим испытанием я успешно справился, как и мои спутники. Даже Коля демонстрировал прекрасные манеры. Но больше других блистала, естественно, единственная наша дама.

Что же до самой еды, то мне не очень понравилось основное блюдо. Ничего не поделаешь, не люблю я полусырое мясо.

— Как мне обращаться к вам, Господин демон? — вытерев рот уголком салфетки, поинтересовался Борис, когда с основным блюдом было покончено и все перешли к десерту.

— Меня зовут Илья Фридрихович. Вы можете называть меня просто Илья, — ответил я, отломив ложкой кусочек грушевого пирожного.

— Рад познакомиться, Илья Фридрихович, — проигнорировав мои последние слова, сказал он. Бладинский не стал уточнять, к какому я принадлежу роду. Видимо, и так многое извлек из моего ответа.

— Взаимно, Борис Юрьевич, — учтиво поклонился я.

— Могу я узнать, зачем вы искали встречи со мной?

Что ж, раз вампир предпочитает сразу говорить о делах, а не тратить время на обсуждение погоды, так тому и быть:

— Я хотел бы, чтобы вы прекратили вражду с семьей оборотней, живущей на улице Столыпина.

— Смею заверить, — спокойно проговорил Бладинский, — никакой вражды нет.

— И тем не менее, Андреас — брат Арнольда оказался на больничной койке. Как и трое членов вашей общины.

Один из трех сотрапезников Бориса — статный молодой мужчина, очень похожий на самого Бладинского, едва заметно поморщился. Я знал, что его зовут Валерий, и что он старший из двух сыновей Бориса Юрьевича. Двое других же присутствующих вампиров — главы семей общины. Один — с длинными закрученными усами и хмурым взглядом, владеет несколькими частными клиниками. Другой — подтянутый, похожий на престарелого плейбоя в модных очках с пластиковой оправой, занимается недвижимостью. Именно его компания приобрела земли рядом с оборотнями и развернула строительство.

— Этот мелкий пес сам виноват, — равнодушно заметил Борис, — нечего нападать на тех, кто слабее.

— Я думаю, оборотни считают по-другому, — хлебнув чая, ответил я. — Например: «нечего ходить по нашим землям». Знаете, это похоже на провокацию.

— В чем же? — не согласился Бладинский. — Если бы около их магазинчика гуляли бойцы общины, то да — провокация. Но мирные — это другое дело. Мелкий пес сам напал на них и изувечил, за что после и поплатился. Считаю, что инцидент исчерпан.

Откинувшись на спинку стула, я шевельнул желваками, скользнув взглядом по подчиненным Бладинского. Все-таки вампиры с оборотнями — это небо и земля. Тот же Арнольд, по меркам оборотней весьма спокойной, при мне рычал, вскакивал, повышал голос и превращался в волка. Эти же, сидят с каменными лицами, хладнокровно слушая меня и равнодушно отвечая. Даже Валерий больше не выказывает никаких эмоций. Хех… глядя на Бладинского и компанию, невольно вспоминаю своего дерганного наставника. Гений, что с него взять? Не только силой отличается от окружающих, но и странным поведением.

— Стало быть, претензий к оборотням вы не имеете? — уточнил я.

— А вы, Илья Фридрихович, станете что-то предъявлять бездомным собакам?

— Некоторые истребляют бездомных собак, — ответил осторожно.

— Если те совсем уж мешают жить. А если у бездомных собак вдруг появляется кров над головой и хозяин, который их воспитывает, это, знаете ли, прилично продлевает бездомным собакам жизнь.

— Хм… — задумчиво хмыкнув, я снова поднял чашку с чаем, — интересные аналогии вы приводите. А как же ваша расовая неприязнь к бездомным собакам?

— Говорю же, — безэмоционально отозвался Бладинский. — Живут и пусть живут, если нам не мешают и трупы по кварталу не разбрасывают. Сами мы в этих новостройках жить не собираемся. Наша задача — продать все квартиры, верно Сергей Андреевич? — Бладинский взглянул на очкастого плейбоя. Тот равнодушно кивнул.

— А что насчет дальнейших планов? — решил уточнить я. — Надеюсь, вы не станете приобретать другие земли в том квартале? Допустим, я смогу убедить оборотней, что сейчас вы отстроитесь, распродадитесь и не будите с ними соседствовать. Но если вдруг вы решите еще сильнее расширить строительство…

Я не сводил глаз с Бориса Юрьевича. По взгляду вампира догадался, что тот меня правильно понял. Рядом с выкупленной Сергеем Андреевичем под строительство землей продается еще один объект — бывший детский садик с прилегающей территорией. При должных подвязках (а они у вампиров есть) заброшку можно легко снести и начать строить жилой дом. Если община Бориса решит провернуть нечто подобное, чует мое сердце, оборотни просто так этого не оставят. Тот же Андреас наделает таких глупостей, что, боюсь, малой кровью враждующие не отделаются. А когда кто-то из участников конфликта умрет, вражда перейдет на совсем иной уровень.

— Я не могу вам этого обещать, — выдержав мой взгляд, проговорил Бладинский. — Бизнес есть бизнес.

Ну что ж вы за люди такие-то? Точнее нелюди! Одни импульсивные и безбашенные, вторые упертые и расчетливые. При том обе стороны на дух не переносят друг друга. Оборотни делают это открыто, вампиры же выказывают свое «фи» более тонким способом. Но суть от этого не меняется. Эх, может быть прав Арнольд, отчасти я мыслю как человек, и поэтому мне сложно понять такие взаимоотношения? Или я рассуждаю как демон? Ведь мне кажется, что куда проще для кровососов было б подчистую уничтожить мохнатых забияк.

Ладно, долой мысли о кровопролитии… Эх, может все-таки забить на их разборки?

Но с другой стороны, бесхозные оборотни практически под боком! Да и община Бориса живет без покровителя…

Нельзя сдаваться, не попытавшись! К тому же, у меня уже давно разработан план действий.

— Что если я предложу вам сделку? — уверенно проговорил я.

— Слушаю, — кивнул Борис Юрьевич.

— Вы не смотрите в сторону этого детского садика, чтобы лишний раз не дразнить оборотней. Также вы воздерживаетесь от прогулок рядом с их магазином и жильем. В обмен, я помогу вам с продажей квартир. Всех ваших квартир, — с ударением на первое слово закончил я.

Готов поклясться, что на мгновенье в глазах Клыкова Сергея Андреевича скользнуло любопытство, но к взрослому вампиру тут же вернулось привычное равновесие.

— И чем же вы можете помочь? — спокойно спросил Бладинский.

— Я скажу, почему последнее время фирма Сергея Андреевича несет убытки. Проблема ведь не только в том, что оборотни забросали квартал мертвыми тушками? С другими вашими жилыми комплексами дела обстоят не лучше.

После моих слов сразу два вампира изумленно уставились на меня. Валерий первым пришел в себя, а вот Сергей Андреевич еще пару секунд глядел так, будто пытался увидеть внутри моего черепа ответы на все свои вопросы.

Я как следует изучил предоставленные Костью и Гоблином досье и на оборотней, и на вампиров. В случае с семьей Арнольда интерес вызывало лишь то, что около двадцати лет назад они впятером перебрались сюда из другого мира. Переселения подобного рода сами по себе большая редкость. У отца Арнольда (три года как умершего от болезни) был одноразовый свиток портала на Землю. В нашем мире оборотень с женой и детьми поднимался с нуля. Шел путем силы, как и многие в девяностые. Но шибко не увлекался и, скопив какой-никакой капитал успокоился, занявшись магазинчиком. Зная об этом, и о патологической верности оборотней (в том числе и верности к наследию предков), понятно, почему Арнольд продолжил дело отца и тратит силы на не самый прибыльный бизнес.

На вампиров же у Оглоблина с Лукиным скопилось куда больше информации, начиная с того, что Борис «крутится» в Столице уже порядка двухсот пятидесяти лет до нынешних проблем общины.

В досье написано: «ходит слух, что раньше Борис был Стражем кого-то из носителей Старшей Крови». Но потом его Господин умер, и вампир оказался свободным. Постепенно вокруг него собралась община, которая так никому и не стала подчиняться. По словам Кимиры, подобное часто случается в Свободных Мирах типа нашей Земли. То есть в тех мирах, где нет Владетелей. В ином случае Осевые аристократы не потерпели бы на своих землях такое объединение.

Как бы то ни было, по слухам Борис отказывается становиться чьим-либо Стражем, помятую о своем предыдущем Господине. А раз глава общины против, то против и вся община. И сейчас, сидя в ресторане и наблюдая за тем, как Бладинский ведет переговоры, я только убеждаюсь в абсолютной власти главы. Их «община» означает не совсем то, что этот же термин значит в человеческом понимании. За время переговоров остальные трое вампиров (двое глав семей и старший сын Бориса) не произнесли ни слова.

Глядя на собеседника, я прокручивал в голове полученные знания. Очень сомневаюсь, что господин Бладинский вдруг резко сменит мировосприятие и станет моим Стражем. Или позволит стать Стражем кому-либо из подчиненных. На это надеяться совсем уж наивно. Сейчас, главное, сделать оборотней моими должниками, а с вампирами наладить прочные деловые отношения.

И у меня есть козырь. Потратив уйму праны и провалявшись после такого напряжения два часа в кровати, я смог уловить хвост правильного пути. Понял, что нужно сделать, чтобы завоевать их доверие.

— Позвольте узнать, Илья Фридрихович, — прервал затянувшееся молчание Борис Юрьевич. — Вы уже знаете причину наших временных трудностей?

— Уже, — кивнул я.

— И вы готовы нам ее поведать?

— Как только вы пообещаете то, о чем я прошу.

— Вам будет достаточно моего слова?

— Достаточно. Но подкрепим договоренность клятвой на крови.

— Значит недостаточно, — спокойно произнес Борис. — Но раз вы готовы на эту клятву, значит уверены, что можете нам помочь?

— Да.

— Даже если текст клятвы составит мой юрист? — впервые за долгое время он потянулся за чашкой.

— А мой его проверит, — кивнул я, мысленно благодаря Гоблина за то, что наш Глеб Викторович — специалист знающий во всех смыслах этого слова.

— Хорошо, — сделав глоток, проговорил Бладинский, поставив чашку на блюдце. — Я дам вам окончательный ответ в течение трех дней. Вас это устраивает?

— Вполне, — улыбнулся я.

* * *

Насколько мне известно, клятва на крови среди одаренных очень распространена. Даже договора найма частенько ей скрепляют. Как, например, в случае с нашим Прихрамывающим Тандемом и дядей Геной.

У нарушившего клятву есть только два пути — либо в течение часа покончить жизнь самоубийством, либо стать рабом того, кто клятву сдержал. Лучше выбирать первый вариант, ибо во втором ты физически не сможешь нарушить приказ Господина.

Поэтому важно правильно подобрать текст, чтобы не напороться на лишние ограничения. Также можно указать сроки действия клятвы или возможные причины ее аннулирования.

Я не боюсь клясться вместе с Борисом. В конце концов, у меня прекрасная Индивидуальная способность. Если почувствую подвох, просто откажусь в последний момент.

— Все неплохо складывается, Босс? — сидевшая на переднем сидении Кимира, повернулась к нам с Горландом.

— Босс? — удивленно переспросил я. — От Коли заразилась?

— Да ладно тебе, Босс, — усмехнулась она. — Тебе подходит такое обращение.

— Эх… — я махнул рукой и, подумав, ответил на ее вопрос: — Думаю да. Скорей всего Борис примет мое предложение, и тогда сразу обе стороны станут моими должниками. Но забегать вперед пока не будем. Терпеливо ждем положительного ответа вампиров.

Какое-то время ехали молча. У моей «свиты» прекрасная профессиональная привычка не мешать начальнику думы думать. Я размышлял о том, что как-то уж все легко складывается. Моя Способность, сожрав кучу праны, четко сказала, каким способом помочь общине Бориса. Но не это же моя цель. Если я начинал думать шире — чуйка терялась, как студент на экзамене. Нет четкого видения всего моего правильного пути. От моих текущих взаимоотношений с теми же оборотнями до той точки, когда Арнольд становится моим Стражем. Это невозможно? Возможно. Иначе на мысленный запрос «оставить попытки сделать Арнольда Стражем?» я получил бы от чуйки однозначное «да».

Значит дело в другом?

Вот только в чем? Это неведение действует мне на нервы…

Стоп! Хватит мозги напрягать. Сам же сказал «не забегать вперед». Нужно успокоиться и ждать.

Однако давящее беспокойство лишь нарастало. Я уже перестал думать о клятве, об общине Бориса или семье Арнольда, но холодные тиски тревоги все сильнее и сильнее сжимали сердце. Самое обидное, что я начинал чувствовать усталость. Не сразу понял, почему. Потом до меня дошло — работает чуйка. Сама собой! Пытается сказать мне что-то, но я могу разобрать. А прана на Индивидуальную способность все тратится и тратится.

После ужина решил, что пора с этим завязывать и отправился в кабинет к Гоблину.

— Нужно поговорить, — выдал с порога и пройдя к креслу, плюхнулся на кожаное сидение. — Коньяк пожалуйста.

— Ты не оборзел ли? — удивился Евгений Сергеевич, все-таки встал из-за стола и, взяв в баре-глобусе бутылку, до краев наполнил два стакана янтарной жидкостью.

— Спасибо, — поблагодарил хозяина кабинета, залпом осушив свой стакан. Зажмурился. Нутро заполнялось алкогольным теплом. Вроде стало полегче…

— Что случилось? — хлебнув коньяка, спросил Оглоблин. Показалось, что я слышу в его голосе беспокойство.

— Нужно собрать всех способных сражаться на базе, — проговорил я, отчетливо понимая, что так будет правильно.

Гоблин мгновенно напрягся и, отодвинув стакан, задумчиво скрипнул челюстью.

— Твоя Способность? — тихо предположил он.

— Верно, — кивнул я. — Что-то грядет. Что-то мощное… нужно усилить охрану.

— Понял. Я все сделаю, — решительно кивнул Евгений Сергеевич, потянувшись к телефону.

— На базе гражданские, — вспомнил я. — Рита, Марина Анатольевна, Елизавета Максимовна… Их нужно эвакуировать.

— Нет, — мотнул головой Гоблин. — В такое время я не могу оставить семью без должной охраны. Но и силы делить не стоит. Не переживай. Я сразу оборудовал на этой базе бункер. Там они смогут укрыться, чтобы случайно не попасть под раздачу.

— Хорошо, — кивнул я. Мандраж постепенно проходил.

— Еще коньяка? — учтиво предложил Гоблин. — На тебя смотреть тошно. Расслабься.

— Давай, еще полстаканчика и попробую поспать. Нужно восстановить силы.

* * *

Удобно быть одаренным. Во многих аспектах. Например, я выпил полтора стакана коньяка. В тот момент мне стало хорошо и легко. Плюс буйство чуйки заметно поутихло от того, что мы приняли необходимые меры. В итоге я даже смог уснуть. Проспал часа четыре, пока во сне не пришло осознание, что нужно срочно просыпаться.

— Илья, ты спишь? — едва открыл глаза, услышал стук в дверь и голос Горланда.

— Минутку! Сейчас выйду.

Наспех оделся, хлебнул воды и, открыв дверь, увидел напряженные лица супругов-телохранителей.

— Владимир почувствовал приближение двух очень сильных одаренных, — быстро сообщила женщина.

Насколько мне известно, радиус восприятия у нашего сенсора около полукилометра. Получается, гости уже совсем рядом!

— Пойдемте на улицу, посмотрим, кто к нам явился, — нахмурившись, произнес я.

Глава 19. Два паладина

Ночью, как правило, улицы пусты, а в промышленной зоне тем более. Двое мужчин выглядели настолько пугающе, что обычно словоохотливый таксист Армен не проронил ни слова, пока вез пассажиров на окраину цивилизации. Едва те покинули его «Логан», дал по газам, оставив грозную парочку у одного из фонарных столбов.

Черноволосый мускулистый мужчина в черном пиджаке проводил взглядом удаляющиеся такси и повернулся к своему напарнику — высокому худощавому человеку со светлыми волосами.

— Ну что, погнали? — с озорным блеском в глазах спросил крепыш.

— Идем, — медленно кивнул его товарищ, посмотрев на экран смартфона и сверившись с картой.

Ступая вдоль дороги, мускулистый внимательно смотрел по сторонам.

— Ни души, — наконец изрек он. — Ты как хочешь, а я сбрасываю эту шкурку.

Подведя к лицу кулак, он сосредоточил взгляд на единственном кольце и сконцентрировал прану. Через секунду мужчина начал стремительно увеличиваться в размерах. Казалось, его костюм должен был вот-вот лопнуть, но он своевременно сменился на идеально подогнанную орочью броню — массивную, но в угоду подвижности оставляющую много открытых мест. Спину же Великого Паладина украсил белоснежный плащ.

— Так-то лучше! — пророкотал Рагортос, мотнув длинным черным хвостом.

Лендадаар тоже деактивировал кольцо-хуманизатор. Затем посмотрел на другой свой перстень, наполнив и его праной.

Одноразовый артефакт пустил поисковый импульс и, передав информацию хозяину, рассыпался в золотую пыль. Эльф брезгливо вытер палец платком и повернулся к орку:

— Информация от Черной Инквизиции верна — в трехстах метрах от нас находится демон, окруженный другими одаренными. Из серьезных противников — один Учитель и три сильных Ветерана.

— Самого Крокомота нет? — усмехнулся Рагортос. — Без него это будет легкой прогулкой.

— Не забывай, что на их стороне Тандем, — оборвал Наставник-Паладин. — Пусть и Прихрамывающий. А так же помни о том, кто такой Крокомот и чем он опасен.

— Артефакты, — понимающе кивнул орк, но тут же хищно улыбнулся. — Мы тоже не пальцем деланы! Или думаешь сами не справимся и стоит бежать за подкреплением?

Лендадаара перекосило от этих слов, но эльф быстро взял себя в руки. Он был полностью уверен в успехе операции.

— Ни о каком подкреплении и речи быть не может, — отчеканил опытный боец ранга Наставник. — Идем.

* * *

— Доброй ночи, — без намека на ухмылку поздоровался Гоблин, зашагав нам навстречу. В его взгляде читалось неприкрытое беспокойство. Но я видел еще кое-что: он был удивлен и одновременно восхищен моей Способностью. А ведь я не первый раз при нем ее демонстрирую.

— Приветствую, — кивнул Оглоблину, оглядевшись. Михалыч с пятью знающими бойцами стоят недалеко от ворот, внимательно слушая указания Лукина. Трое фигур на вышке — должны быть, одаренные: сенсор-снайпер Владимир, старый аниморф Иларионыч (оба, кстати, Специалисты) и маг Жан (к сожалению, всего лишь Воин).

— Новые данные есть? — нетерпеливо спросила Кимира.

— Есть, — ответил Гоблин таким тоном, будто уже кто-то умер. — Вова определил их ранги — Учитель и Наставник. Оба в плащах паладинов.

— Твою мать… — выругался обычно молчаливый Горланд.

На несколько секунд троица погрузилась в задумчивое молчание.

— Илья… — первой заговорила женщина, но я перебил ее, прекрасно понимая, что хочет сказать волшебница.

— Нет. Останусь здесь вместе со всеми.

Скользнув по мне взглядом, Гоблин, видимо в очередной раз вспомнив о моей Способности принимать правильные решения, быстро заговорил:

— Именно. Если вы с парнем попытаетесь скрыться, а вас найдут, мы уже не сможем помочь. Нужно сражаться всем вместе. К тому же… — на миг Евгений Сергеевич скривился, — не факт, что если вы сбежите, враги не станут трогать базу. Мы, конечно, Стражи Крокомота. Он слишком важная фигура, чтобы с ним ссориться, но в прошлый раз Черных Инквизиторов это не остановило. Где гарантия, что остановит Великих Инквизиторов?

— С чего вообще Великая Инквизиция явилась сюда? — недоумевал я. — Из-за того, что я сражался с ними в другом мире?

— Нет, — мотнул головой Евгений Сергеевич. — Забей пока. Сейчас другие проблемы. Нужно решить, как нам поступить?

— Тут все ясно, — уверенно проговорил я, приняв совет Гоблина. Потом обязательно вернусь к этому вопросу, а сейчас… — Если будем биться, бьемся все вместе, — сказал громко и твёрдо. — Так мы сможем выстоять! Я верю в это.

Оглоблин кивнул.

— Черт с вами! — после секундного замешательства сдалась и Кимира. — Идемте к остальным. Нужно разработать план.

Мы поспешили к Кости. Заметив нас, с вышки начали спускаться Жан и Иларионыч.

— До них осталось сто метров, — с легким акцентом доложил француз, когда мы все собрались у ворот.

— Народ! — обратил на себя всеобщее внимание Гоблин. — Если дойдет до драки, действуем по следующему плану: Тандем и Кость занимаются Наставником. Я с парнем и Иларионычем — Учителем. Вова, — подняв голову, крикнул он в сторону вышки, — ты прикрываешь обе группы, но Наставник в приоритете.

— Понял, — донеслось сверху.

— Михалыч, отойдите подальше и ведите огонь по обоим целям. Жан, ты с ними — используй дальние атаки и прикрывай неодаренных, чтоб случайно не попали под раздачу.

Все внимательно слушали Гоблина, время от времени кивая в такт его словам. Одна Кимимира хмурилась, то и дело нервно поглядывая в мою сторону. Для профессионального телохранителя безопасность клиента превыше всего. Естественно, она хотела бы сражаться бок о бок со мной, но по условиям контракта не имеет права перечить моим приказам (обсуждать и предлагать варианты — другое дело). А я всем своим видом показываю полнейшую солидарность с Евгением Сергеевичем.

Ну еще бы! Я знаю, что схема, предложенная им, правильная. Об этом говорит и моя чуйка, и разум. В его расстановке все на своих местах. Даже от неодаренных и Воина Жана будет толк — заняв выгодную и безопасную позицию, они станут без остановки жалить врагов не усиленными праной пулями. С одной стороны, такая атака — ерунда даже для опытного Специалиста. Всего-то нужно укреплять свое тело праной и пули будут отскакивать, не оставляя следов. Но с другой стороны, врагам весь бой придется постоянно держать энергетический доспех по всему телу, а это довольно напряжное и пранозатратное дело.

— Они уже здесь! — крикнул с вышки снайпер.

Мы не боялись, что враги нападут внезапно и застанут нас врасплох. Базу окружает энергетический барьер, который еще нужно пробить. Именно поэтому Владимир так бесстрашно оставался на виду.

— Хозяева, открывайте! Гости пришли! — услышали мы громоподобный голос из-за бетонного забора.

— На позиции, — тихо скомандовал Оглоблин. — Кость, давай на вышку, побеседуй. Тандем, страхуйте его.

Кимира в очередной раз посмотрела на меня. Я кивнул, подтвердив приказ Гоблина.

— Ау!!! Мы знаем, что вы здесь! — продолжал реветь неизвестный. — Нам с вашим снайпером переговоры вести, что ли? У вас, между прочим, там Учитель есть. Давайте хотя бы с ним! Или со Стражами Крокомота!

С Гоблином и Иларионычем мы притаились слева от ворот за старым, давно превратившимся в недвижимость, ржавым грузовиком. Неодаренные и Жан облюбовали две стопки бетонных плит справа. К моему удивлению, к ним присоединился еще один боец, на ходу натягивающий шлем. В черном обмундировании, бронежилете и с автоматом, Коля ничуть не отличался от других знающих бойцов.

— Если никто не отзовется, ломаем к ангелам ваш барьер! — неизвестный за забором кажется начал заводиться.

— Не нужно ломать барьер! — услышал я голос Кости с вышки. — Я Страж Генрея Крокомота. И эта база принадлежит мне и другому его Стражу. Зачем вы хотите напасть на нас, тем самым объявив Генрею Крокомоту войну? Наш Господин сотрудничает со многими кланами, свободными родами и орденами. В том числе и с Орденом Великой Инквизиции. Зачем вам портить отношения с ним?

Я первый раз слышал это имя. Сколько бы не спрашивал о дяде Гене у Лукина и Оглоблина, узнал мало. Они отмахивались, повторяя: «Вот вернется, сам тебе все расскажет». С трудом выбил лишь то, что дядя Гена — известный на всю Ось миров артефактор. При чем не только создает новые уникальные артефакты, но и умудряется постоянно находить в заброшенных руинах, гробницах и тайниках уже существующие. Именно из-за редкости его хм… специализации, он очень важен для других кланов — никто не хочет остаться без такого подспорья, как магические кольца, броня или оружие. Его покровители не враждуют друг с другом и вполне могут вступиться за артефактора, если кто-то посторонний решит его уничтожить.

— Мы не хотим портить отношения с главой свободного рода Крокомот, — из-за бетонного забора послышался другой голос. В отличие от первого, в этом голосе звучала не наглая самоуверенность, а высокомерие. — Поэтому предлагаем вам добровольно выдать нам демона-бастарда, который сейчас скрывается на вашей базе.

— О каком бастарде идет речь? — изобразил удивление Лукин.

— Не стоит валять дурака, — холодно проговорил высокомерный. — Мы прекрасно знаем, что этот преступник на вашей базе.

— Преступник? — продолжал наиграно удивляться Кость.

— Он обвиняется в несанкционированном проведении Оммажа и создании Связи с другим одаренным. Иными словами, в создании Стража, будучи простолюдином.

Я изумленно уставился на Гоблина, всем своим видом требуя объяснений. Тот лишь развел руки в стороны — мол все так.

Вот ведь черти, а?! Знали, что я что-то там нарушил, что за мной могут прийти, а ничего не сказали? Ну как так можно-то? Все из-за этого гадского метода обучения? Постоянно чувствую себя ребенком, которого кидают с лодки в реку в надежде, что тот сам поплывет.

— Какой нехороший демон, — зацокал языком Кость. — У нас такого точно нет. Но надеюсь вы его поймаете.

— Хорош нам зубы заговаривать! — рявкнул наглый. — Отдавайте бастарда или хана вашей базе.

— Хочу заметить, — тут же поддержал второй, — мы не объявляем войну вашему Господину. Всего лишь хотим арестовать преступника, и наши действия никак не угрожают Генрею Крокомоту лично. Считаю до трех. Либо отдаете бастарда, либо… Один… Два… Три…

Над базой нависла гробовая тишина. Спустя секунд пять надменный голос произнес:

— Так тому и быть.

* * *

Стоявший на смотровой вышке Лукин прекрасно видел, как эльф выставил вперед правую руку. Через мгновенье на пальце паладина засияло кольцо, а еще через миг:

— МУ-У-У-У!!! — взревело появившиеся перед вратами базы создание.

«Призыватель»- мысленно отметил Кость, глядя на гигантского быка. В холке мычащий зверь оказался выше забора базы и мог бы легко положить морду на бетонную плиту забора да взглянуть на территорию. Если бы не барьер.

— Сейчас начнется, — произнесла Кимира, вместе с Горландом замершая рядом с Лукиным.

Бык замолчал и гневно уставился на ворота базы. Рванув с места, врезался страшными рогами в… энергетический щит.

Прямо на глазах вокруг базы вырастало защитное поле, сотканное из праны. Полупрозрачная стена кораллового цвета медленно окрашивалась в ярко-оранжевый, пока полностью не запылала жарким пламенем. Шкура быка мгновенно вспыхнула. Несчастный зверь отступил и замычал так громко, что заложило уши.

— Родной, добавим! — крикнула женщина-телохранитель, левой рукой схватив ладонь супруга. Правую вскинула вверх. В ночном небе метрах в двадцати над рогатым животным заискрились змейки-молнии, спешно сплетаясь друг с другом в одно огромное грозовое копье.

Вспышка от удара техники Тандема об асфальт была настолько яркой, что Лукину пришлось зажмуриться и отвернуться. Сквозь треск электричества он услышал яростное мычание. Проморгавшись, Кость чертыхнулся — шкуру быка окутывало коралловое свечение от праны его призывателя. Наставник-паладин защитил своего хранителя не только от парной атаки Тандема, но и смог потушить пламя барьера. Правда шкура зверя пестрела страшными ожогами.

Но боль лишь подстегнула рассвирепевшее животное. Перестав мычать, бык попятился, затем взял разбег и с силой врезался в барьер. Энергетический щит на секунду пошел трещиной, но мгновенно восстановился.

Над ухом Кости раздалось несколько выстрелов. Сияющие коралловым светом пули Владимира бесследно растворились в энергетической защите быка.

— Не останавливайтесь! Атакуйте его! — выкрикнул Лукин, не сводя глаз со свирепого зверя, вновь бравшего разбег.

Кость и сам бы хотел вмешаться, но понимал, что лишь впустую потратит силы, если сделает это сейчас. У него был план, и он знал, как наиболее эффективно использовать свои способности. Сейчас еще не время.

Дождь из молний жалил энергетический покров быка, гремели выстрелы, а зверь раз за разом врезался в огненный барьер, оберегающий базу. Кость видел, что так просто защиту его Господина не пробить. Но, похоже, заметил это и Наставник эльф, вместе с орком стоявший внутри коралловой полусферы, то и дело подрагивающей от попадающих в нее молний. Подобную технику мог сотворить только ведьмак-Учитель. Стало быть, это орк.

Несколько свирепых ударов спустя бык замер напротив ворот. Его шкура начала гореть коралловым светом все ярче и ярче, а на кончиках рогов и вовсе запылал коралловый костер.

— Похоже, разминка закончилась, — хмуро произнес Кость.

— МУ-У-У!!! — зверь вновь замычал и в очередной раз врезался в барьер. Прана призывателя, напитавшая его тело, стремительно перетекала в рога животного, усиливая атаку, но оставляя беззащитным тело. Огонь барьера и молнии терзали тушу несчастного быка, а он только яростней мычал, всем весом давя трескающийся энергетический щит.

Неожиданно для всех на помощь животному пришел орк. Окутанный коралловым свечением, ведьмак вертелся волчком, обрушивая на барьер бесконечное количество ударов. На такой скорости Кость не мог разглядеть оружия паладина, но ещё до начала атаки видел на его поясе два тяжелых топора.

— Готовьтесь, сейчас прорвутся, — велел Лукин, когда эльф достал лук и наложил на тетиву стрелу.

— Родной, спускаемся! — крикнула мужу Кимира, рванув вниз по лестнице.

«Что это? Индивидуальная способность? Или артефакт?»- мелькнуло в голове Кости, стоило стреле Наставника-Паладина обернуться молнией. Удивлению Лукина не было придела — из всех одаренных только маги самостоятельно могут повелевать стихиями, но никак не призыватели.

Вовсю воняло паленой шерстью, но бык продолжал мычать и давить трещащий по швам барьер. Не отставал и орк, уже успевший раз сто ударить энергетический щит. Но даже вдвоем они не могли сломить защиту, установленную Господином Лукина. Однако…

После первой стрелы-молнии на барьере появилось вдвое больше трещин. После второй трещины слились в мелкую сеточку. А после третьей барьер рассыпался на мириады осколков.

— МУ-У-У!!! — бык продолжил двигаться по инерции, и всем своим весом снес ворота базы. Враги прорвались.

* * *

Кимира с Горландом спустились по железной лестнице вышки и начали кастовать очередное заклинание. Они едва успели закончить, как барьер за забором пал и на территорию через проломленные ворота с грохотом влетел здоровенный бык.

Я видел поверх бетонных плит забора, как минуту назад спину животного терзали молнии и жгло пламя. Сейчас же зверь оказался под здоровенным грозовым облаком. Порождение Прихрамывающего Тандема обрушило на рогатую голову не только десятки молний, но и настоящий ливень. Под напором смертоносного сочетания воды и электричества бык начал заваливаться на бок и…

Исчез!

А чуть в стороне через секунду появилась огромная серая горилла с длинным хвостом и посохом в лапе, больше похожим на ствол дерева.

— У-У-У!!! — взревела зверюга, ударив посохом об асфальт.

Покатившаяся в стороны энергетическая волна разметала супругов-телохранителей и перевернула старенький жигуль, скучавший недалеко от забора базы. Гигантская обезьяна, одним прыжком сократила расстояние до распростертой на асфальте Кимиры и молниеносно ударила по женщине кулаком размером с молодую корову.

На мгновение у меня перехватило дух, но волшебница легко увернулась, вскочила на ноги и бросилась в сторону Горланда. Горилла, не обращая внимания на автоматные очереди неодаренных бойцов и земляные пики Жана, ринулась следом.

— Орк уже здесь, — Гоблин указал озирающегося паладина. Замерев чуть ли не посреди базы, враг искал меня. — Поприветствуй его, — хмыкнул Евгений Сергеевич.

Из нас троих только у меня имелись в арсенале атаки дальнего боя. Положив руку на рукоять катаны, я влил в меч немного ёки и, резко вынув его из ножен, пустил в Великого Паладина белоснежную молнию. Опытный враг инстинктивно увернулся, и, хищно скалясь, уставился в нашу сторону. Я начал размахивать клинком, посылая во врага одну молнию за другой.

Надменно скалясь, паладин то плавно уклонялся, то отбивал мои атаки окутанными коралловым свечением лезвиями топоров. Всем своим видом враг демонстрировал превосходство.

Краем глаза я заметил движение слева, а через миг ощутил всплеск праны. Вложив энергию в стопы, Гоблин оттолкнулся от земли и в полсекунды преодолел расстояние, отделяющее его от орка. Приземлившись, он сразу же зарядил паладину левым хуком.

Учитель увернулся, отклонив корпус назад, и из неудобного положения рубанул левым топором снизу-вверх. Укрепив тело праной, Оглоблин блокировал лезвие правым предплечьем и тут же ответил ударом с колена в корпус.

Пропустив выпад, Паладин крякнул и отпрыгнул назад. Как раз вовремя — иначе попал бы под когти старика-медведя Иларионыча.

Я бежал вперед, на ходу размахивая катаной, выпускающей белоснежные молнии в орка. Когда до врага оставалось метра три, с помощью праны оттолкнулся и прыгнул, обрушив на него оба своих клинка. Он защитился, встретив мечи топором. Иларионыч и Гоблин тут же атаковали Учителя в корпус с разных боков.

Рыкнув, орк завертелся волчком, раскидав нас в стороны. Я чудом успел защититься, а то с этой мясорубкой превратился бы в фарш. Избежал ран и Евгений Сергеевич, а вот нашему аниморфу пустили кровь, вспоров медвежью шкуру на брюхе и бедре.

— Ну что, будем считать, что вы поздоровались? — окинув нас насмешливым взглядом, процедил Учитель. — Продолжите в том же духе, не протяните и пары минут. Давайте посерьезнее, ребятки!

— Орки, — раздраженно плюнул под ноги Гоблин. — Кайфуете от битв.

— От хороших битв, — поправил его паладин.

— Что ж. Будет тебе битва, — выплюнул Евгений Сергеевич, поднеся к глазам сжатый кулак. Сразу два кольца засияли на его пальцах.

— О-о-о… — протянул паладин, глядя как стоящий перед ним человек уменьшается, его кожа зеленеет, а уши вытягиваются. — Гоблин, значит.

Пару секунд я стоял в исступлении, глядя на самого настоящего гоблина. Неужели все эти истории про то, что кто-то когда-то оговорился, произнося фамилию «Оглоблин» — наглая ложь? А правда гораздо прозаичнее, и Евгений Сергеевич все время, что мы с ним знакомы, ходит под действием кольца-хуманизатора? Если подумать, и имя «Евгений Сергеевич» вполне может быть вымышлено…

— А-а-а!!! — раздался справа от нас пронзительный женский крик — Кимира пропустила удар от огромной гориллы и теперь, держась за бок, поднимается на ноги метрах в десяти от зверя.

Точно, нечего отвлекаться! Гоблин и гоблин, Бог с ним. Если Евгений Сергеевич в истинной форме сильнее, нам это только на руку.

Будто прочитав мои мысли, Оглоблин, облаченный в алый кожаный доспех, запылал ярким пламенем. Похожий на огненный шар, он без лишних слов рванул с места и начал осыпать орка градом стремительных ударов маленьких кулачков. Паладин с трудом их блокировал, орудуя топорами. Вот пропустил первый! Эк его перекосило! Еще один в корпус! Пинок под колено, прямой кулаком в пах! Видя, как корежит несчастного Учителя, я внезапно понял, что второе активированное Гоблином кольцо было кольцом-усиления.

Мы с Иларионычем одновременно бросились вперед. Старик-медведь, обойдя орка справа, принялся колошматить того когтями по спине. Я зашёл слева и ударил катаной по голой шее. Искря белоснежными молниями, лезвие уперлось в укрепленную праной красную кожу Учителя. Удивительное дело — острейший клинок не может разрезать плоть!

Одним движением убрав вакидзаси в ножны, я схватил рукоять катаны обеими руками и что было силы надавил. Всего себя вложил в меч!

Сражайся я один против орка, вряд ли смог бы в тот момент прорубиться сквозь энергетическую защиту. Но ему приходилось держать покров по всему телу, чтобы защищаться от пуль знающих, концентрировать прану под ударами аниморфа и, что важнее всего, усиленного кольцом гоблина. Кулаки Оглоблина оставляли горящие вмятины на массивном доспехе, обжигали незащищенные места, медленно превращая тело паладина в жаренную отбивную. Однако укрепляя тело энергией, Учитель гасил большую часть урона.

Но ему приходилось растягивать свою прану, защищаясь от всех сразу! Именно поэтому мой клинок медленно вошел в орочью плоть. Мне на лицо брызнули капли горячей крови.

— А-Р-Р!!! — зарычал паладин.

И внезапно исчез.

Тяжело дыша, он появился метрах в пяти от нас, окутанный кровавой дымкой.

— Твою мать… берсерк! — выругался Оглоблин, не сводя желтых глаз с врага.

* * *

Тяжело дыша, Кость сидел на полу охранной вышки, кастуя одно из самых нелюбимых заклинаний призывателей. Совершенно бесполезное в бою один на один, но очень действенное, если тебя прикрывает группа. Через кольцо-призыва он, истощая себя, передавал прану своему сильнейшему хранителю, сожалея, что нельзя заранее накачать хранителя своей энергией. Что сделать это можно только непосредственно во время боя.

Подойдя к борту вышки, Лукин окинул взглядом поле боевых действий. Огромная горилла выглядит потрепанной — мокрая, с подпаленной шкурой и местами обожжённой кожей. Но и Прихрамывающий Тандем едва на ногах стоит. Схватка с сильным хранителем Наставника порядком измотала супругов.

А вот сам эльф-призыватель даже на территорию базы не зашел. Спокойно стоит, издали наблюдая за происходящим. Целый и невредимый, в отличие от его партнера. Орку-то досталось. Но какой ценой? Гоблину пришлось активировать кольцо-усиления, да и доспех огня наносит огромный урон.

«О… Похоже пора»- Лукин почувствовал, что его хранитель, покоящийся далеко в своем склепе, наконец-то насытился.

Направив руку с кольцом в сторону скучающего эльфа, некромант-призыватель по прозвищу Кость активировал артефакт.

— Оу… — вздрогнул находящийся рядом снайпер, ощутив непонятное отвращение.

— Давай, — тихо прошептал Лукин.

Прямо в воздухе в метре от кольца-призыва материализовался труп самого настоящего минотавра. Приземлившись на траву, он с неимоверной скоростью рванул к эльфу.

Кость мгновенно воспользовался кольцом-усиления, восстановив затраченную прану, и сосредоточил взгляд на Наставнике.

«Пусть мы и сильны, но мы всего лишь два Ветерана, — думал некромант. — Однако благодаря Господину…»

Кость искренне считал, что ему повезло быть Стражем Генрея Крокомота. Не только Связь сделала его сильнее, но еще и артефакты. Конечно кольца-усиления вредны для здоровья, но плевать. А за раздобытый труп минотавра, владеющего магией смерти, и за Высший свиток подчинения, без которого такого зверя не получилось бы сковать, Кость будет благодарен Господину до конца жизни.

Наставник-Паладин заметил приближающегося минотавра и тут же, оценив степень угрозы, воспользовался очередным кольцом-призыва. Появившийся перед эльфом олень бросился навстречу мертвому врагу.

«Вызвал второго? Хорошо, — думал Лукин. — Теперь горилла будет получать меньше праны».

Бой между двумя одаренными — по сути соревнование в объеме праны и опыте. Но с призывателями все обстоит немного иначе. Если тебе посчастливилось заполучить могущественного хранителя, считай, ты получил повышение по рангу. Вложив всю свою прану в легендарного минотавра Кросса, Кость уже мог бы совладать со слабеньким Учителем, хоть по объему праны он сам всего лишь Ветеран. Сейчас же, воспользовавшись кольцом-усиления и продолжая подпитывать Кросса энергией, Лукин мог бы и среднего Учителя одолеть. Может быть даже и с сильным пободаться.

Едва хранители столкнулись, Кросс, взмахнув двуручной секирой, отсек оленю один ветвистый рог. Кость удовлетворенно хмыкнул, представив выражение лица надменного эльфа. Суть магии смерти в иссушении и разложении. Усиливая ей оружие, минотавру легче разрубать укрепленные праной тела, а врагу приходиться тратить гораздо больше энергии, чтобы противостоять Кроссу.

Отпрыгнув, эльф схватил лук и выпустил стрелу-молнию в грудь минотавра. Снаряд пробил труп насквозь. Будь хранитель живым, бой бы на этом закончился.

Наставник-Паладин мгновенно оценил ситуацию, направив следующую стрелу в сторону вышки.

«Ага, щас»- мысленно усмехнулся Кость. Будучи призывателем, он как никто другой знал, что значит управлять хранителем. Ты постоянно тратишь на него внимание и прану. И отвлекаясь, ты ослабляешь своего бойца. Эльф и так призвал двоих сразу. А раз уж и сам решил сражаться…

Лукин не стал уклоняться, как и прежде буравя паладина гневным взглядом. Мертвый минотавр чувствовал волю хозяина. А также, что в тот миг, когда эльф схватился за лук, его противник — раненный олень, стал уязвимей.

— Р-Р-Р-Р-А-А!!! — взревел Кросс и взмахом тяжелой секиры пробил сохатому грудь, запустив тушу в эльфа.

Теряя равновесие, паладин успел спустить тетиву.

— А-а-а… — застонал Кость, схватившись за плечо, пробитое насквозь. Пусть Кросс в последний момент и сбил врагу прицел, но полностью помешать выстрелу не смог.

«Бы было проще, если б чертов Такэдзо ответил на звонок»- горько усмехнулся некромант, мысленно отдав приказ хранителю продолжать атаку.

Туша оленя растворилась в воздухе, эльф успел вскочить на ноги и увернуться от широкого полотна секиры.

Со стороны базы, оставив Прихрамывающий Тандем за спиной и протяжно завывая, на помощь хозяину рвалась громадная горилла. В два счета она настигла Кросса. Повинуясь воле некроманта, минотавр развернулся и принял на топор удар сцепленных в замок лап зверя. Хранитель паладина всей своей звериной мощью вдавливал зомби в землю, а его призыватель больше не пытался использовать лук. Эльф полностью сконцентрировался на своем питомце, ежесекундно передавая тому прану.

— Родной, тигра! — услышал Лукин голос Кимиры. Супруги-телохранители остановились метрах в двадцати от гориллы. Держась за руки, они выставили ладони вперед, кастуя заклинание. Черные грозовые облака, касаясь зеленой травы, заклубились между Тандемом и зверем. Загрохотал гром, засверкали молнии, озаряя ослепительным светом пространство на десятки метров вокруг. Ночь и так выдалась светлой, а сейчас вовсе казалось, что на дворе день.

Черные, изрезанные змейками-молниями облака трансформировались, обретая четкую форму, до тех пор пока не превратились в громадного тигра. Вскинув морду к небу, грозовой хищник разинул пасть, а через мгновенье Кость чуть не оглох от оглушительного раската грома.

В те секунды, что «ревел» тигр, бои на базе и за ее пределами стихли. Опытный Лукин едва не потерял контроль над хранителем. Даже горилла Наставника-паладина замерла, прекратив теснить минотавра.

Однако стоило тигру замолчать, помутнение спало.

— У-А-А!!! — взвыла огромная обезьяна, ярче прежнего засияв коралловым светом. За секунду эльф еще сильнее укрепил своего питомца, готовясь принять атаку Тандема.

А через миг, оставляя за собой след сверкающих молний, тигр рванул вперед.

Полмгновенья хватило Лукину, чтобы принять верное решение — едва громовой черный тигр врезался в спину гориллы, некромант отозвал минотавра.

— Б-Б-Б-У-У-У-М-М-М-!!! — воздушная волна от взрыва громовой техники смела к чертям смотровую вышку. В последний момент Кость и снайпер прыгнули на землю внутрь базы. Кряхтя и матерясь, некромант поднялся на ноги и поковылял к уничтоженным воротам.

«Ну как там? Одолели?»- спрашивал он сам себя.

— Черт… — пробормотал он, оказавшись на месте.

Лукин видел две сгорбленные, тяжело дышащие, но продолжающие держаться за руки фигуры. Метрах в двадцати пяти от Тандема, у самой дороги, клубилось облако пыли. Кость не был уверен в его происхождении. Последствие ли взрыва? Или эльф использовал дешевый свиток, чтобы скрыться?

Из темного облака со стрекотом вылетела стрела-молния. Вскинув руку, Кимира возвела защитный барьер, но порождение Индивидуальной способности эльфа пробило его, насквозь пронзив Горланда.

— Родной! — вскрикнула волшебница, подхватив падающее тело. Краем глаза заметила очередную стрелу и с раненным мужем на руках отпрыгнула в сторону.

«Она явно только что активировала кольцо-усиления, — мелькнуло в голове некроманта. — Но какая теперь разница? Поддерживать Тандем все равно уже невозможно».

— Неси его сюда! — крикнул Лукин, перестав концентрировать прану во втором своем кольце-призыва и бросившись на помощь женщине.

— Кар-р-р-р!!! — громко каркнула ворона и, подняв взгляд, некромант увидел уже четвертого хранителя эльфа. Наставник-паладин сидел на спине огромной черной птицы метрах в тридцати над головами супругов-телохранителей и натягивал тетиву для нового выстрела.

Волшебница смогла увернуться от очередной стрелы-молнии. Врезавшись в землю, снаряд оставил после себя заметную воронку, разворотив дерн.

— Вся надежда на тебя! — воскликнул Лукин, принимая раненного с рук женщины. Некромант почувствовал, что Горланд тоже смог активировать кольцо-усиления. Молодец! Приток праны поможет протянуть до прихода целителя!

Лукин призвал своего второго хранителя. Мертвый чародей, взмахивая руками, наделял волшебницу еще большей скоростью и силой.

— Ага, — прорычала женщина, развернувшись лицом к врагу. Все ее тело в одночасье покрыли змейки-молнии. Приняв боевую стойку, она быстро ударила кулаком в воздух, запуская шаровую молнию в черную птицу. Взмахнув крыльями, ворона уклонилась. Мощно оттолкнувшись от земли, Кимира взлетела в небо и поравнялась с хранителем. Врезав тому ногой по шее, разъяренная женщина запульнула пташку обратно на землю.

На проезжую часть будто астероид упал. Однако эльф успел укрепить и себя, и своего питомца праной. Мотнув головой, ворона гневно заозиралась по сторонам, пытаясь увидеть, куда приземлилась обидчица.

* * *

Скрестив клинки, я уже в десятый раз отбил топор орка, точно бумеранг, полетевший обратно к хозяину.

Выдохнув, выглянул из-за старого грузовичка. Битва набирала обороты: Тандем с гориллой и Костью покинули базу. Что происходит за забором я понятия не имел, зато видел, какой ужас творится здесь на территории.

В мою сторону вновь полетел крутящийся топор. Я знал, что бесполезно уклонятся от него — рассеченная бочина не дает забыть о допущенных ошибках. Если б во время тренировок с Такэдзо я не научился с помощью праны закрывать кровотечения, давно бы валялся на земле без сил.

Отбил очередной снаряд и рванул по дуге, глянув на пылающий огненный шар — окутанного пламенем Гоблина. Он нервно вертел головой в поисках орка.

Великий Паладин, окруженный кровавой дымкой, появился метрах в десяти за Оглоблиным и швырнул оба топора в спину своему главному противнику. Евгений Сергеевич успел защититься. Поймав вернувшиеся топоры, орк снова исчез.

Гоблин назвал его «берсерком». В один из послетренировочных вечеров Такэдзо рассказывал о бое с подобным противником. Меня очень заинтересовала его история, и я начал вытягивать из наставника подробности. Что за звери такие — «берсерки»? Все оказалось очень просто. По сути это пользователи Родовых способностей определенного типа (схожих, но имеющих уникальные различия). В случае с нашим орком, скорей всего, чем больше он получает повреждений в бою, тем выше становится скорость его передвижения. Это прекрасно сочетается с Индивидуальной способностью (я думаю, что это именно она) — швырять оружие так, чтобы оно в любом случае находило свою цель, а после возвращалось к хозяину.

Как мне кажется, не самые сильные способности (в байках наставника упоминались, куда более крутые одаренные), но у моих товарищей и таких нет. Как бы сильны не были Гоблин, Лукин или Кимира — они не Осевые аристократы. Я, конечно, тоже, но кровь не обманешь — пусть такие как я и лишены Родовых способностей, Индивидуальные имеются. Что дает нам определенные бонусы.

Резко развернувшись, я взмахнул катаной, пустив с лезвия белоснежную молнию. Шагах в пятнадцати от меня появился орк. На его хищном лице тут же отразилось недоумение, вместо того, чтобы вновь швырять в нас топоры, он отбил атаку и снова исчез из виду.

Отлично! Следуя заветам Такэдзо, я изучил стиль боя противника и теперь, опираясь на свою чуйку, могу наконец-то проявить себя!

Обогнув валяющегося без сознания Иларионыча, рванул к Гоблину. Заметив его взгляд, я указал пальцем влево. Евгений Сергеевич понял меня без слов и бросился в указанном направление. За секунду пробежав шагов десять, он зарядил хуком в корпус появившемуся из ниоткуда орку.

— К-х-ха, — кашлянул изумленный паладин. Хм… А Оглоблин-то не просто так стоял, ушастой башкой по сторонам вертел — все это время концентрировал в кулаке прану! Отлично!

Учитель вновь ускорился настолько, что стал незаметен глазу. Остановившись, я бросил взгляд на Гоблина. Ушастый несколько раз хорошенько приложил врага, но теперь уж слишком тяжело дышит. Эх, если б не его огненный доспех и кольцо-усиления, черта с два мы б так потрепали Великого Паладина! Молодец, Евгений Сергеевич! Теперь моя очередь!

Сконцентрировав прану в ступнях, мощно оттолкнулся от земли и устремился в сторону стопки бетонных плит. В полете активировал кольцо-усиления и ударил сразу двумя клинками появившегося передо мной орка. Хм, пусть двигается он невероятно быстро, соображает-то со своей обычной скоростью. Пока моя Способность подсказывает мне, где появится враг, ему не уйти.

— Г-р-р! — зарычал орк, приняв удар. — Неплохо!

— Хватит бегать, — холодно проговорил я.

— А вот это уже мне решать! — усмехнулся Учитель, опять растворившись в воздухе.

— Ты сможешь поймать и задержать его? — кашляя, спросил уставший гоблин.

— Да. Жди, — решительно ответил я, замерев на одном месте.

Враг появился метрах в двадцати пяти от гоблина и швырнул в того топоры — далеко, но получи белоснежную молнию! Орк успел среагировать, уклонившись от моей атаки и поймав вернувшиеся топоры, снова исчез.

В следующий раз он появился уже метрах в тридцати от Евгения Сергеевича. Я даже не стал атаковать, специально поздно замахнувшись мечом, будто не успел.

Орк остановился рядом со мной и швырнул оружие уже в меня. Такой вариант тоже не подходит — я отбил топоры, даже не пытаясь контратаковать. Ждем дальше.

Внезапно чуйка едва ли не благим матом заорала: «Пора»!

Резко развернулся на пятках и, не выпуская из рук мечей, свел кулаки вплотную, активируя кольца на средних пальцах обоих рук. Два мощных потока праны обратились огненным и воздушным вихрем, переплелись, дополняя и усиливая друг друга, и, точно танцующие драконы, устремились вперед.

Как и раньше, Учитель появился именно там, куда я ударил. Он не мог сразу ускориться или увернуться, приняв мощный поток двух стихий на скрещенные топоры. Сквозь ветер и пламя я видел пылающую коралловым светом фигуру орка. Он вкладывал всю свою прану в собственное тело, лишь бы укрепить его.

Едва поток стихий начал истощаться, стоявший метрах в пяти от орка Оглоблин одним прыжком сократил расстояние и обрушил на могучую тушу град ударов. Маленький гоблин мельтешил вокруг этой груды мускул, подпрыгивал, бил в воздухе, превращая орка в отбивную.

— Назад!!! — заорал я, почувствовав неладное.

Но было поздно. Великий Паладин, стремительно закружился волчком, пробив энергетический доспех гоблина и исполосовав его тело.

— Оу… — сдавленно прохрипел истекающий кровью Оглоблин, падая на асфальт. Орк замахнулся топором, чтобы нанести решающий удар, но я успел вовремя — выпустил белоснежную молнию во врага.

А через миг мы скрестили клинки. Остался только я и он. Враг получил множество повреждений и потратил уйму праны. Но враг-то Учитель. Он опытен, боль делает его быстрее…

Но и я не собираюсь сдаваться!

Несколько секунд мы, застыв на одном месте, осыпали друг друга ударами. Я успевал блокировать каждый его выпад, а он всякий раз отбивал мой клинок.

Вдруг орк исчез. Я уже знал, где он появится — развернувшись, выпустил белоснежную молнию. Увидел его, и…

Он снова растворился в воздухе, а моя молния, врезавшись в одну из бетонных плит забора, раскурочила ее в пыль и камни.

Черт! От огненного столпа и последнего буйства гоблина Паладин получил столько повреждений, что стал еще быстрее? Раньше ему нужно было ждать между ускорениями, а сейчас время ожидания сократилось?! Черт…

Он начал кружить на безопасном расстоянии от меня так быстро, что я не успевал атаковать, хоть знал, где именно появится враг. Зато орк постоянно швырял в меня топоры. Я отчаянно отбивался, а он уже не дожидался возвращения оружия на одном месте, как раньше. Появится — бросит топоры, исчезнет, а они, следую за хозяином, летят туда, где он появляется в следующий раз.

Черт!!! И ведь швыряет-то очень сильно! Много праны приходится тратить, чтобы отбивать его выпады! Эх, вдарить бы по площади! Но нечем.

Неожиданно вместо двух топоров паладин швырнул только один. Я отбил его и, повинуясь чуйке, развернулся — едва успел защититься от другого, как моя Индивидуальная способность вновь забила тревогу. Я начал снова разворачиваться и…

— А-а-у-ух… — застонал я, не успев среагировать на первый удар врага, рассекшего мне правый бок. Орк появился рядом со мной, мгновенно навязав рукопашный бой.

Изо всех сил отбивал его натиск, чувствуя, как стремительно слабею. Пропущенный удар склонил чашу весов в пользу Учителя. У меня банально не оставалось праны, чтобы закрыть еще и эту рану.

Орк же, рыча и скалясь, махал топорами, словно обезумевшая мельница. Я отбивался и отступал, пока не уперся спиной в стену одного из ангаров. Почувствовав вкус победы, он замолотил еще быстрее, совершенно не обращая внимания на выстрелы наших неодаренных бойцов. Я не в курсе, сколько их еще продолжает бой — до этого несколько раз в сторону знающих летели топоры орка. Даже если бы все они и Жан еще сражались, чем они могли бы помочь мне в этой ситуации? Рассчитывать не на кого. Я должен сам…

Чувствовал, как слабеют руки, как открываются раны. У меня больше не было праны сдерживать кровотечения. Я мог… пока мог лишь отбивать его удары. Еще несколько секунд смогу и все… даже если Юра откроет портал я…

Стоп! Нельзя сдаваться! Все сражаются из-за меня! За меня! Мне нельзя их подводить! Есть у меня еще одна карта! Мой джокер, которым я так и не научился пользоваться.

— А-а-а!!! — закричал я, пропустив удар в грудь. Краем глаза видел, как орк заносит второй топор, но подкосившиеся ноги спасли меня. Я упал лицом в землю, и топор Учителя рубанул лишь воздух.

— Все? — услышал запыхавшийся голос над собой. — Сдулся? Живым тебя, что ли, брать придется?

Я с трудом перевернулся на спину. Злобно уставившись в глаза врагу, правой рукой изо всех оставшихся сил сжал рукоять катаны.

— О какой серьезный взгляд, — хмыкнул орк, покачав головой. — Благодарю тебя за возможность размять кости, — проговорил он. — Готов сдаться и пойти с нами?

Хоть я и неотрывно смотрел на Учителя, слабо понимал, о чем он говорит. Всё свое нутро я обратил в мысленный крик:

«Меч! Дракон! Явись ко мне! Помоги! Ну же?»

Естественно, ничего не произошло. Эх, я столько раз напрягал чуйку, пытаясь понять, что нужно сделать, чтобы вызвать дракона. Но она упорно меня игнорировала. Даже сейчас, когда моя жизнь и свобода висит на волоске, она…

Ух ты! Вот как? Решила ответить на этот вопрос? Да еще и так внятно?

— Хех… — я криво усмехнулся, чем только повеселил орка.

— Что, не собираешься сдаваться? Похвально. Еще и меч на меня направляешь… жаль, что мы враги.

Дрожащей правой рукой я поднял катану и на глазах недоумевающего орка полоснул левую ладонь, в один момент выпустив всю свою ёки.

Животный страх перед демонической энергией охватил паладина, и тот резко отпрыгнул на несколько метров назад.

— Я демонстрирую тебе свою силу, — пробормотал я, — но я даю тебе и свою кровь. Прими ее и увидь во мне равного, а не господина, о гордый дракон.

От лезвия меча в небо ударила мощная молния, мгновенно превратившаяся в грозовое облако и тут же обретшая форму черного дракона, чье тело украшали шустрые змейки-молнии. Мне показалось, что он был не настолько прозрачным, как в первую нашу встречу.

— На этот раз я помогу тебе, демон, — глядя на меня, пророкотал он и повернул морду к орку.

— Проклятые ангелы! — выругался пришедший в себя паладин и исчез.

Я отчетливо понимал, что через полмгновенья он появится передо мной и обрушит на мое беспомощное тельце оба топора.

Но разве его сверхскорость сравниться со скоростью молнии?

Дракон врезался в асфальт по середине базы. Всем телом уйдя под землю, он оставил после себя белоснежные всполохи молний, которые мгновенно разбежались в разные стороны на десятки метров. Одна из молний проникла в мое тело. Мне сразу стало легче. Я даже смог снова остановить кровотечение.

— А-а-а-а!!! — рядом завопил пораженный молнией орк.

Через мгновенье белоснежное сияние погасло, а подле меня рухнул побежденный Великий Паладин.

* * *

Почувствовав мощнейший всплеск неизвестной энергии, Лендадаар поднял ворону выше. Повернувшись в сторону базы, эльф не поверил своим глазам, когда увидел настоящего дракона! Правда представитель Древней расы был каким-то прозрачным, что несколько смущало Наставника-Паладина.

Инквизитор тут же вспомнил детали дела об этом демонском бастарде. В Верлионе уже видели рядом с ним дракона. Но среди очевидцев самым высоким рангом обладал лишь обычный Паладин. Он вполне мог спутать легендарное разумное существо с редкой техникой стиля грома — наподобие того тигра, что сегодня использовал Тандем, только созданной мечом. Ведь в Верлионе дракон появился в тот момент, когда Братья по Ордену пытались сделать из артефакта Святой Камень.

Однако увидев дракона своими глазами и, что главное, почувствовав странную, необычную энергию, эльф убедил самого себя, что перед ним действительно представитель Древней расы и велел вороне лететь на базу.

«Значит все дело в мече? Нужно будет обязательно забрать артефакт с собой»- думал эльф, перелетев через забор.

Но его планам не суждено было осуществится. Едва оказавшись над базой, Наставник увидел демона, приставившего лезвие меча к шее лишившегося чувств Рагортоса.

— За жизнь этого орка я требую Всепрощение! — громко проговорил бастард, встретившись взглядом с эльфом.

— Ты не сможешь отказать! — кряхтя поддакнул раненный гоблин, распластавшийся на земле неподалеку.

Лендадаар нахмурился. Конечно же он мог отказаться, не настолько ему дорог этот орк, чтобы тратить на его спасение Всепрощение. Однако… они смогли одолеть очень сильного Учителя. Сюда уже несется волшебница стиля молнии, оказавшаяся тем еще крепким орешком.

«Битва затягивается. — думал Наставник-Паладин. — Если они все объединятся против меня, и он снова призовет дракона, не факт, что смогу заполучить клинок. А вернуть Рагортоса живым — значит получить больше информации о бастарде и артефакте… В конце концов, он всего лишь создал Связь и обрел Стража. Всепрощение давали и за большие преступления. Подарить ему шанс? И если он вновь нарушит Осевые законы, мы сможем отомстить за сегодняшний провал, наказать бастарда и забрать редкий артефакт в лоно Ордена».

— Хорошо, — громогласно произнес эльф. — Я Наставник-Паладин Лендадаар признаю, что, сохранив жизнь Великому Паладину Рагортосу, ты совершил угодное Ордену Великой Инквизиции дело. И за это свершение, ты заслуживаешь Всепрощения! Орден больше не считает тебя преступником.

Эпилог

Войдя в одну из многочисленных кофеен Руарк-Порка, Генрей Крокомот прошел до знакомого столика, где его уже ожидал крепкий пожилой мужчина в дорогом костюме. После обмена приветствиями, вновь прибывший занял свободный стул напротив и, заказав кофе с ликером, завел ни к чему не обязывающую беседу.

— Ну ладно, не для обсуждения же погоды ты хотел со мной встретиться, — погладив окладистую бороду, произнес хозяин заведения.

— Вы правы, — кивнул Крокомот. — Я искал встречи с вами ради другого.

— Дай, угадаю, — хмыкнул мужчина, — ради одного бастарда, о котором трещат поди в каждом клане, верно?

— Верно, Господин Эрлион, о вашем внуке.

Мужчина скривился:

— Не называй его так.

— Но ведь так и есть, — Генрей пожал плечами и сделал глоток кофе.

— Опустим, — махнул рукой Эрлион. — Ты понимаешь, что ты знатно подставил парня, дав ему этот меч?

— Хех, — Крокомот добродушно улыбнулся. — Я всего лишь хотел дать ему силу.

— Силу, за которой будут охотиться! — гневно отрезал его собеседник.

— Я не собираюсь оправдываться, — холодно проговорил Крокомот. — По крайней мере, перед вами. Потому что я, а не вы, все это время находился рядом с вашим внуком. И все что я делал, я делал для его блага. Я уже говорил, я не ожидал что за ним станет охотиться Орден Черной Инквизиции. Я думал, он будет спокойно постигать свою силу на Земле под моим присмотром. А то, что он так быстро научился использовать меч и вовсе стало сюрпризом. Такие артефакты большая редкость, но я не слышал, чтобы раньше запечатанного мог подчинить кто-то слабее Наставника.

— И конечно же ты не ожидал, — передразнил Генрея Эрлион, — что об этом узнает вся Ось миров!

Над столиком повисло молчание. Оба думали об обряде Всепрощения. Довольно редкий обряд, и потому тот, кто дал Всепрощение, обязан выступить перед Большим Советом Ордена с подробным докладом. В этот Совет входят все Паладины рангом от Великого и выше, то есть очень много разумных. А ведь большая часть их — это выходцы из кланов. И пусть Орден для них выше семьи, обмениваться новостями никто не запрещает. Другое дело Высший Совет — вот где обсуждается действительно закрытая информация.

— Уверен, сейчас, — снова заговорил Эрлион, — особо прозорливые проводят параллели между парнем и моим кланом.

— С чего бы? — хмыкнул Крокомот.

— Будто ты не понимаешь? — фыркнул мужчина. — Из-за того, что ему помогают твои Стражи, разумеется.

— И что? Я-то представитель свободного рода.

— Но раньше-то был в моем клане. Герб тебе дал я, супругу — клан. И потерял ты все тоже, сражаясь за мой клан.

Крокомот посмурнел и сжал кулаки.

— Прости. Занесло старика, — не раздумывая, извинился Эрлион.

— Ничего, — сухо ответил артефактор. — Как раз из-за последнего некоторые думают, что я терпеть вас не могу, и связывает нас только бизнес.

— А ты терпеть меня не можешь? — усмехнулся хозяин заведения.

— Возможно, — кивнул Генрей. — Но за другое. За то, как вы поступаете с внуком. Может быть, все-таки возьмете его в семью? Вы сможете дать ему большую защиту, нежели я.

— Взять? — нахмурился Эрлион. — И признать позор? Самый большой позор за всю мою жизнь? Ну уж нет.

— Но он может погибнуть! — врезал по столу Крокомот.

— А ты на что? — услышал в ответ раздражённый демон.

* * *

— … вот что рассказал мне племянник, вернувшись с Большого Совета Ордена, — закончил гоблин Гвязг Рюпин — глава рода Рюпин и член клана Вязий. Выдохнув, он откинулся на спинку кресла, залпом осушив стакан бренди.

Мадтеон Вязий поднялся с плетеного кресла и подошел к перилам беседки, глядя на вековые разлапистые сосны своего леса.

— Сначала Вечный король велит нашему клану защищать Адритон от очередного набега тварей из соседней оси, затем клан Сет напал на наши земли в Деритоне, развязав межклановую войну, а потом появился этот сопляк в Верлионе… — хмуро перечислил отшельник, сощурив неестественно синие глаза. — Мошка по сравнению с другими. Но у нас нет лишних сил, чтобы тратить их на него! — Вязий раздраженно мотнул рогатой головой. — Я думал нанять Наставника и отправить за этим ублюдком! Но теперь ясно, что одного Наставника будет мало. К тому же, ему помогают Стражи Крокомота. Если перейдем дорогу еще и этому… хм… Гвязг! — резко обернулся Мадтеон.

— Да, Господин? — подскочил гоблин.

— Все же ты принес хорошие вести, — плотоядно улыбнулся Вязий. — У нас появился шанс не только наказать обидчика, но и обрести мощный артефакт. Уверен, многие станут охотиться за этим мечом. Но у нас есть преимущество — мы знаем, где его Страж. Захватив, наконец, эту девчонку, мы сможем выманить ублюдка с Земли на нашу территорию. А если повезет, он еще и разделится со Стражами Крокомота.

— Верно, Господин, — кивнул Рюпин, соглашаясь со своим сюзереном.

— Я не хотел тратить силы клана на демонского выродка, доверив все бесполезному Эдгейту — королю Голлеи в Верлионе. Но теперь дело принимает совсем иные масштабы. Благодаря этому мечу мы сможем переломить ход войны с Сетом. А может… — Вязий не удержался и мечтательно закатил глаза, — а может и покончить с набегом в Адритоне. Если случится что-то настолько выдающееся Вечный Король одарит отличившихся новыми наделами! Новыми мирами! Сможем этого достигнуть, и я передам тебе не только право собирать изумруды в Голлее, но и сделаю тебя вице-Владетелем всего нашего континента в Верлионе.

— Благодарю, Господин, — у гоблина сперло дыхание, и он восторженно закивал, точно болванчик.

— Но сперва замани бастарда в Верлион! — строго напомнил Вязий. — Поймай его, казни и принеси мне меч!

* * *

Лукин стоял в дверном проходе лазарета, прислонившись к косяку. Три дня он провел здесь, на больничной койке, и только сегодня Валентин Абрамович отпустил некроманта на волю.

В палатах было тесно. Рядом с кроватями лишенных сознания одаренных стояли дополнительные кровати. Каждый день по несколько раз, целитель проводил «переливание праны», чтобы ускорить восстановление пострадавших бойцов. Кольца-усиления и другие артефакт нещадно рвали энергетические каналы. Ни Кимира, ни тем более Оглоблин, Илья или Горланд, получившие в бою страшные раны до сих пор не приходили в сознание.

А вот Жан с Иларионычем бодро шли на поправку. У них-то артефактов нет.

— Пока хватит, — услышал Кость голос Валентина Абрамовича, снимающего амулет с запястья Такэдзо. Вечером еще придешь.

— Куда ж я денусь, — хмыкнул вампир, только что служивший донором Кимире.

— С тебя тоже пока достаточно, — целитель подошел к соседней кровати, где с Николая перекачивал энергию Илье.

— Ага, — прохрипел Коля, поднявшись на ноги и едва не упав.

— Помоги ему, пожалуйста, — попросил целитель вампира.

Тот подставил человеку плечо, и вместе они заковыляли к выходу.

После возвращения Такэдзо вел себя на удивление прилично, будто действительно чувствовал вину, что в его отсутствие на базе развернулась страшная битва.

Взглянув на Риту, лежащую подле отца с амулетом на запястье, Кость поманил освободившихся доноров.

Втроем они вышли на улицу и расселись на крыльце.

— Эх вы, неодаренные, — усмехнулся Наставник, посмотрев на бледного Колю. — Праны с вас, как с козла молока. По сути свою же жизненную силу отдаете.

— Легко тебе говорить. Будь у меня излишки этой силы, как раз и был бы одаренным. Но ничего… — выдохнул Николай, — отдохну, поем и энергия восстановится. А ребятам нужно помочь.

— Верно, — кивнул Такэдзо, глядя, как строители разгребают прибавившийся после боя хлам. Пока Кость был без сознания, всеми делами руководила Марина Анатольевна. Жена Гоблина, воспользовавшись моментом, вызвала всех свободных строителей из конторы мужа, решив наконец-то навести на базе порядок. Очнувшись, Лукин не стал отменять работы, поблагодарив супругу друга.

— Константин Петрович, — неуверенно заговорил Коля. — Вас что-то беспокоит? Больно вы мрачный.

— Хех. Какой проницательный, — хмыкнул некромант, засунув руку во внутренний карман пиджака. — Держи, передашь своему Боссу, когда тот очнется, — он протянул парню конверт, на котором каллиграфическим подчерком было выведено два слова: «Демону Ильяризу». Рядом с именем адресата красовалась треугольная печать: щит и меч на фоне широкого моста.

— От кого это? — удивленно спросил парень, внимательно разглядывая письмо.

— Судя по печати, от Великой Инквизиции. Это их герб — типа защитники Руарк-Порка. Точнее не самого Вечного Города, а Осевых законов, — вставил свои пять копеек вампир, через плечо Николая разглядывая конверт. — Хотят нашего увальня в свои ряды позвать? — подняв глаза на Лукина, спросил он.

— Скорей всего, — кивнул тот.

— Ребятки на отказ напрашиваются. Но это их дело, — усмехнулся Такэдзо. — А нам и своих хватает. Эх, знали бы вы, как много мне наговорил Крокомот, когда слезно просил вернуться к вам на помощь. Его послушаешь, так теперь каждый Осевой аристократ считает своим долгом явиться сюда и отобрать у увальня катану.

Лукин тихо хмыкнул, ведь он тоже общался с Господином. По сведениям Кости, Крокомот вовсе не просил, а скорей уж негодовал, что кое-кто оставил ученика, нарушив предыдущие договорённости. Пусть Генрей Крокомот и обучался когда-то у Такэдзо, но давно превзошел своего Наставника и мог позволить себе требовательный тон.

Хотя в защиту Такэдзо можно сказать лишь то, что ни сам Крокомот, ни его Стражи, ни вампир, ни телохранители — абсолютно никто не мог подумать, что Великая Инквизиция так быстро найдет Илью во всей Оси миров. Им будто дали точный адрес. А если это действительно так, то вариантов, кто мог это сделать, немного.

— Все потому, — отбросив тяжелые думы, заговорил Лукин. — Что Илья оказался куда гениальнее, чем ожидал Господин, и раньше смог понять, как материализовать дракона. Пусть и не полностью, но достигнуть таких результатов всего-то через полтора месяца, как узнал о своей силе — впечатляющий результат.

— Да уж, — хмыкнул вампир. — Увалень поражает своим прогрессом. Хотя и проблемы он тоже находит за троих.

— Хех, кстати об этом, — горько усмехнулся Кость. — Проблем добавилось. И дело даже не в призрачном желании Осевых аристократов явиться за мечом. Все куда более обыденно.

— То есть? — заинтересованно спросил Такэдзо.

— Полчаса назад мне сообщили, что этой ночью убили вампира Бориса Бладинского, — Кость кивком головы указал на Николая. — Ребята встречались с ним, чтобы обсудить условия прекращения противостояния его общины и семейства оборотней.

— И? — сощурился наставник.

— Его разорвали, как кусок мяса. Но что еще интереснее, рядом явственно ощущали ёки. Смекаешь? Оборотень и демон…

— О… — задумчиво, протянул Такэдзо.

От Автора: Уважаемые читатели! Спасибо, что дочитали книгу до конца. Надеюсь вам понравилось. Вторая книга серии уже выкладывается на сайте Автор Тудей (ссылка в аннотации).

Content

Бастард рода демонов

Глава 1. Неумирающий хомяк

Глава 2. Явление демона народу

Глава 3. Вера

Глава 4. Листвундский лес

Глава 5. Первая кровь

Глава 6. Банка

Глава 7. Оммаж

Глава 8. Дом, милый дом

Глава 9. Гоблин

Глава 10. По кирпичику

Глава 11. Цыганский барон

Глава 12. Прихрамывающий Тандем

Глава 13. Анонимус

Глава 14. Такэдзо

Глава 15. Продолжаем движение

Глава 16. Святой Ильяриз

Глава 17. Дела земные

Глава 18. Оборотни и вампиры

Глава 19. Два паладина

Эпилог