Ирина Хрусталева

Свет мой зеркальце, скажи…

1

Людмила с тоской посмотрела на часы и поняла, что ждать больше нет никакого смысла. Она медленно подошла к празднично сервированному столу, бездумно переставила тарелки, зачем-то поправила салфетки, а потом с раздражением задула свечи.

– Да уж, госпожа Кручинина, наверное, на роду у тебя написано – ходить с вареной лапшой на ушах! – с сарказмом усмехнулась девушка. – Ты, Людмила, непроходимая идиотка, что, собственно, тебе и доказали сегодня в очередной раз. Ну что ж, сама виновата! Ведь знала же прекрасно, что никогда он не сможет оставить семью и уйти из дому в такой праздник, как Рождество. Нет, я все равно, как дурочка, верю каждый раз и снова жду, жду, жду… А чего жду, и сама не знаю. И зачем я не послушала Наташу? Почему не поехала с ними в их загородный дом? Там сегодня вся наша компания собралась. Сейчас они там отрываются по полной программе, веселятся от души, а я здесь сижу, жду у моря погоды… и снова одна, как последняя кретинка.

В это время к девушке подбежала маленькая кудрявая болонка, села возле ее ног и пару раз гавкнула.

– Ну, прости, прости меня, пожалуйста, – улыбнулась Людмила, глядя на пушистый белый комочек. – Конечно же, я не одна, а с тобой, с моей верной Клепочкой. Только ты и любишь меня по-настоящему.

Девушка взяла собачку на руки и нежно погладила.

– Вот, Клепа, сегодня такой праздник, Рождество, а мы с тобой снова остались без долгожданного гостя. А ведь я так старалась! Вон сколько всяких закусок наготовила. Свечи зажгла, чтобы все было красиво и романтично, новое платье надела, а выходит, что все зря. Как же мне обидно, ты себе даже не представляешь! – всхлипнула Людмила. – А ведь он обещал мне, что на этот раз обязательно что-нибудь придумает и проведет эту рождественскую ночь со мной. И ведь я снова ему поверила, представляешь?! Нет, Наташа совершенно права: мне нужно срочно разорвать эту преступную связь. Все равно у меня не будет будущего с этим мужчиной, у него ведь есть жена и сын. Да и карьера, которой он не станет рисковать ради меня, потому что его босс одновременно является еще и его тестем. Тупиковая ситуация, куда ни кинь. И чего я тогда жду? На что надеюсь? На то, что мир вдруг перевернется, Николай наплюет на деньги, на свое положение в обществе и ради великой любви ко мне все это бросит? Бред какой! Такого просто не может быть, потому что не может быть никогда. Как ты думаешь, Клепочка, я права?

– Гав!

– Что и требовалось доказать! Все, хватит с меня! Эта рождественская ночь была последней горькой каплей! Я больше не позволю ему портить мне жизнь! Больше не хочу никаких тайных встреч, никаких звонков, никакой ворованной любви и никакой…

Людмила решительно схватила мобильный телефон, быстро набрала эсэмэску: «Забудь меня навсегда!» – отправила ее и тут же удалила из записной книжки номер Николая. Свой номер она для него заблокировала и облегченно вздохнула, поняв, что сделала минуту назад очень важный шаг в своей жизни.

– Вот и все! – прошептала девушка. – Назад дороги нет! Я ухожу, не оглядываясь! И ничто меня уже не свернет с заданного направления… и никто. Наташа давно пытается познакомить меня с другом своего нового мужа, вот пусть и знакомит. Кажется, пришло время: теперь я вполне к этому готова. Мне уже двадцать восемь лет, пора замуж, пора детей рожать, пора нормальной семьей обзаводиться. Три года своей жизни я потратила на этот бессмысленный роман с Николаем, а ради чего?! Нет, любовь – это, конечно, прекрасно, и я очень благодарна Николаю за те незабываемые минуты, которые он мне подарил. Не знаю, как он, а я его любила по-настоящему, без оглядки и претензий. Я никогда и ничего от него не требовала, лишь бы он был рядом, но всему когда-нибудь приходит конец. Ведь мои годы уходят, и он прекрасно это понимает, но отпустить не хочет, считает меня своей собственностью. И, наверное, если бы сегодня он меня не обманул, я бы еще долго пробыла его «вещью», но он все же мне солгал, и мое терпение кончилось, а посему… А посему нужно теперь обо всем забыть и начинать свою жизнь с чистого листа. У меня еще будет и любовь, и семья, и дети, просто нужно настроиться на позитив, и тогда обязательно все получится. Ведь я не уродина какая-нибудь, чтобы на мне нельзя было жениться порядочному человеку?

Людмила подошла к зеркалу и внимательно посмотрела на свое отражение. Она увидела очень милую, симпатичную шатенку с зелеными глазами, чувственным ртом и аккуратненьким носиком. Фигурой ее бог тоже не обидел, наградив девушку всеми привлекательными формами.

– Как там Наташа меня учила себя любить? – спросила Людмила у своего отражения. – «Я себя очень люблю! Я молода, красива, умна и удачлива! Я достойна всего самого-самого лучшего!» Прикольно, – усмехнулась девушка. – Если бы еще знать, что это действительно поможет…

Людмила продолжала стоять напротив зеркала, задумавшись о чем-то сокровенном. Через несколько минут она прошептала:

– Говорят, что в Рождество очень часто происходят чудеса. Если это правда, тогда… Дух Рождества, очень тебя прошу, сделай для меня сегодня что-нибудь чудесное. Пусть так случится! Я очень этого хочу, только… только я не знаю, какого чуда сейчас жду, – грустно улыбнулась она. – А впрочем, какая, собственно, разница, ведь чудо – оно и есть чудо, правда? Ой, я, кажется, кое-что придумала, – вдруг радостно подпрыгнула Люда и даже захлопала в ладоши. – Ведь в Рождество всегда гадают на суженых, и, если вдруг я его увижу, это и будет настоящим чудом. Точно, так и сделаю – сегодня я буду гадать! Хочу увидеть своего суженого… если, конечно, он вообще существует в природе. Нет, что я такое говорю? Наверняка он существует… где-нибудь. У каждого человека есть своя половинка, просто кто-то встречает ее, а кто-то проходит мимо. Я не хочу пройти мимо, мне обязательно нужно его увидеть. Только в эту ночь может произойти такое чудо… только в рождественскую ночь!

Людмила заметалась по комнате.

– Что требуется для гадания? – шептала она. – Кажется, три зеркала и свечи. Или даже четыре? Ну правильно: одно зеркало должно стоять за спиной, одно – напротив и два – по бокам. А где же мне взять сразу четыре зеркала? – задумалась девушка. – Так у меня же в спальне трюмо стоит! – вспомнила она. – Там их как раз три, а четвертое… Да уж, проблема! Не снимать же мне зеркало с этого шкафа, вместе с дверцей? Может, к соседке сходить, попросить? Нет, неудобно, ночь на дворе. Что же делать? – прошептала Людмила, напряженно сморщив лоб. – Вот голова садовая, а про ванную комнату я и забыла совсем! – хлопнула она себя ладонью по лбу. – Вот отсюда, со стены, я его и сниму. Уже без четверти двенадцать, нужно поторопиться, чтобы успеть до полуночи зажечь свечи, сесть перед зеркалами и… что-то там сказать.

Девушка вприпрыжку понеслась сначала в ванную комнату, а потом, уже со снятым зеркалом и свечами, вихрем полетела в спальню.

Люда присела у трюмо, примеряясь, как развернуть зеркала, чтобы все было правильно. Она поставила свечи и уже собралась их зажечь, но внезапно вскочила и побежала к комоду.

– Чуть не забыла, нужно на колени положить полотенце, на всякий случай. Я слышала, что, когда в зеркале появляется суженый, сразу же накрывают его отражение полотенцем, иначе может произойти что-то плохое. Говорят, даже можно пощечину получить от того, кто покажется в зеркале, и тогда на щеке останется пятно на всю жизнь. Конечно, в эти сказки верится с трудом, но – кто знает, а вдруг?.. Ведь сегодня Рождество, значит, возможно все.

Снова вернувшись к трюмо, Людмила сначала приладила зеркало, принесенное ею из ванной комнаты, за своей спиной, зажгла по его бокам две свечи, опустилась на стул и зажгла остальные. Свечи горели ровно, отблески пламени отражались сразу во всех зеркалах, что создавало впечатление некоего мерцающего множества огней. Девушка всматрелась в свое отражение, и ей показалось, что оно расплывается и ускользает, как будто уходит в бесконечный лабиринт, созданный зеркалами.

– Брр, что-то жутковато, – передернулась девушка. – Как будто тебя затягивает внутрь… Ой, чуть не забыла: ведь требуется что-то сказать! Кажется, что-то про суженого-ряженого. А, ну да! Суженый мой, ряженый, приходи ко мне на ужин! Суженый мой, ряженый, приходи ко мне на ужин! Суженый мой, ряженый, приходи ко мне на ужин! – трижды повторила она глухим, дрожащим от волнения голосом. – Ну вот, а теперь нужно пристально всматриваться в зеркало, желательно не моргая, и тогда суженый-ряженый должен появиться. Только бы не пропустить этот момент, успеть разглядеть его как следует, – пробормотала девушка, не мигая вглядываясь в бесконечный зеркальный лабиринт. Он был темным, освещенный лишь свечами, и, когда огонь начинал колыхаться, создавалось впечатление, что по нему, по этому зеркальному коридору, крадутся какие-то устрашающие тени.

Сколько прошло времени, Людмила не знала, оно словно бы остановилось, как вдруг…

Он появился внезапно, но девушка не испугалась, а даже наоборот, обрадовалась, что наконец-то – свершилось. Незнакомец приветливо ей улыбался. Он был высок, строен и весьма привлекателен. Люда, как завороженная, разглядывала молодого мужчину, совершенно забыв о полотенце, о том, что его нужно накинуть на зеркало, – ведь, если она этого не сделает, может случиться что-то нехорошее. Девушка вообще не думала об опасности. Все ее мысли были лишь о том, что – вон он какой, ее суженый, ее половинка, ее судьба. Она вдруг увидела, что мужчина манит ее к себе рукой, и, бесстрашно встав со стула… шагнула прямо в зеркальный лабиринт. Людмилу почему-то совсем не удивило, что перед ней не возникло никакого препятствия – она совершенно спокойно прошла сквозь зеркало.

2

– Нет, вы только посмотрите на нее, до чего же безалаберная особа! И куда ее только несет? – проворчал кто-то рядом с Людмилой, и та, пытаясь отыскать говорившего, завертела головой во все стороны.

– Чем головой крутить, лучше бы под ноги посмотрела, – снова произнес чей-то недовольный голос.

Люда посмотрела себе под ноги, но, кроме Клепы, никого не увидела.

– Клепочка, а ты как здесь оказалась? – удивилась она. – Зачем ты пошла за мной?

– Затем и пошла! Тебя, непутевую, разве можно одну оставлять? – нагло фыркнула собачка.

– Ты что, разговариваешь?! – округлила глаза Людмила. – Или я сошла с ума?!

– Может, и сошла, раз во всякую ерунду веришь. Суженый-ряженый, приходи – надо же такое придумать! – огрызнулась Клепа.

– Точно, у меня белая горячка, – прошептала Люда, схватившись за голову. – Моя собака разговаривает. Она – нахальная грубиянка… карау-у-ул! – взвыла девушка, беспомощно озираясь по сторонам.

– Кстати, я давно хотела тебе сказать, да все как-то случая не представлялось… Будь добра, не корми меня больше этим противным сухим кормом, у меня от него изжога, – как ни в чем не бывало сообщила болонка.

– А чем же мне тебя кормить?

– Я люблю куриные пупочки и сосиски… докторские. А еще я люблю осетрину г. к. – Клепа завиляла хвостиком и пару раз облизнулась.

– Г. к. – это что? – ошарашенно икнула девушка.

– Г. к. – это горячего копчения, бестолочь!

– Офигеть! – ахнула Людмила. – Откуда у тебя такие запросы?! Я вроде бы никогда ничем подобным тебя не кормила!

– Понятное дело, не кормила, – фыркнула болонка. – Где уж тебе понять тонкий собачий вкус?

– Откуда же тогда…

– Оттуда! Может, хватит уже демагогию разводить? – Болоночка беспардонно перебила хозяйку. – Пошли домой, нечего нам здесь делать.

– Почему?

– Не следовало сюда тебе соваться, – раздраженно ответила болонка. – И почему люди такие все бестолковые, понять не могу?

– Дурдом! – закатила глаза Людмила. – Ладно, с этим потом разберусь. Клепа, немедленно объясни: что все это значит? – потребовала она. – Куда мне не следовало соваться? И почему ты вдруг заговорила, как человек?

– В Зазеркалье тебе нечего было соваться, вот куда. Это чревато различными сложными последствиями, между прочим.

– О последствиях потом, – отмахнулась Люда. – Почему ты разговариваешь? – требовательно прикрикнула она на Клепу.

– Не кричи на меня, а то вообще ничего не скажу, – ощетинилась болонка.

– Не буду… говори!

– Потому что здесь, в Зазеркалье, все возможно.

– А Зазеркалье – это где?

– Где-то в параллельном мире, точного адреса не могу сказать, – сморщила свой черный носик болонка. – Может, повернем обратно, пока далеко не ушли?

– Бред какой-то! – прошептала Людмила, затравленно озираясь по сторонам. – Просто я, наверное, сплю и вижу странный сон. Ну, конечно же, это сон! – облегченно вздохнула она. – Вот проснусь я, и все встанет на свои места. Я в своей уютной квартирке, а моя Клепочка – обыкновенная болонка, которая умеет только лаять.

– Не Клепочка, а Клеопатра, – недовольно засопела та. – Так как насчет того, чтобы вернуться обратно?

– Обратно? – неуверенно переспросила Люда, задумавшись над предложением болонки. Она уже готова была послушаться ее совета, но… но все же не сделала этого. Удержала девушку лишь мысль о том, что где-то там, в конце лабиринта, ее ждет тот единственный, предназначенный для нее самой судьбой мужчина. Люда пристально воззрилась в ту сторону, но ничего, кроме отблеска свечей, не увидела. – Господи, только не это! – ахнула она. – Он что, ушел, не дождавшись меня? Он же меня звал за собой, а сам…

– Все мужики – козлы, – выдала очередной перл Клеопатра. – И верить им нельзя! Поворачивай, пошли обратно, я проголодалась.

– Нет, я уверена, что мой суженый не такой, как все, – упрямо возразила ей Люда и смело шагнула вперед. Болонка разразилась оглушительным лаем, и со всех сторон на них обрушился пронзительный звон. От этой какофонии все окружающее их пространство задрожало и зашумело, и у Люды мгновенно разболелась голова. – Клеопатра, зачем же так громко лаять, ты меня оглушила! – вскричала девушка, зажимая уши обеими руками. – Еще и какой-то звон… Откуда он? Тебе не кажется, что… да, появился какой-то странный запах? – спросила Клепу Людмила, сморщившись от удушливого, пахнущего чем-то горелым воздуха. В ответ болонка истерично залаяла, и Люда почувствовала, как та укусила ее за лодыжку. – Клепа, что ты себе позволяешь?! Зачем же кусаться? Мне больно!

Людмила начала озираться по сторонам, желая понять, что происходит, и вдруг увидела, что зеркальный лабиринт трескается и разваливается на кусочки. С громким звоном разбилось стекло, и мелкие осколки зеркал посыпались на нее. Девушка крепко зажмурилась и ничком бросилась на пол, закрыв лицо руками.

– Вот ты где? – раздался чей-то приглушенный устрашающий голос прямо над головой у Людмилы.

Она испуганно вскинула глаза и едва удержалась, чтобы не закричать от ужаса. Над ней возвышалось какое-то страшное чудовище и протягивало к ней свои безобразные лапы.

«Не трогайте меня!» – хотела было закричать Люда, но вместо крика из ее горла вырвался лишь невнятный слабый хрип.

Чудовище легко, как перышко, подхватило девушку на руки и куда-то побежало со своей ношей. Звонкий тревожный лай болонки следовал за ними по пятам.

– Отпусти меня немедленно, там мой суженый, я должна с ним встретиться, – прошептала Людмила.

– Ох, бабы, наивный же вы народ! – усмехнулся этот выходец из ночных кошмаров. – Все в сказки верите про суженых-ряженых, гадаете, счастья ждете…

– Отпусти меня, я должна его найти, он же там остался, в лабиринте! – просипела Людмила и попыталась вырваться.

– Да не брыкайся ты, ведь свалимся оба, идиотка, – грозно зарычало жуткое создание. – Отпущу, когда время придет, а пока что сиди-ка смирно и не трепыхайся.

– Кто ты такой?

– Суженый, блин! – проворчало чудище. – Вместо того чтобы в Рождество за столом сидеть и праздновать, приходится мне спасать таких вот дурочек.

– Отпусти меня немедленно, иначе я закричу, – захрипела Люда и надрывно закашлялась.

– Немедленно не получится: от тебя тогда и мокрого места не останется, высоковато здесь, – хмыкнуло кошмарное создание.

– Мне все равно, пусти, – снова забрыкалась Людмила.

– Прекрати, а то и правда отпущу! – заорало чудище. – Вот ненормальная какая попалась, черт тебя побери!

– Я его видела! Он там, в конце лабиринта! Он звал меня с собой! Мой суженый – высокий, красивый и сильный, он все равно меня найдет. А тебя он обязательно убьет, чтобы меня освободить! – У Людмила закружилась голова, все сильнее, сильнее…

– Я тебя и сам ему из рук в руки передам, очень ты мне нужна, дура такая, – проворчал монстр, и это были последние слова, услышанные Людмилой.

3

– Ну что, подруга, очнулась наконец? Вот и отлично! Как раз вовремя, уже скоро обед, – услышала Люда веселый женский голос и, распахнув глаза, увидела его обладательницу. Над ней склонилась круглая мордашка, густо усыпанная веснушками, радостно улыбавшаяся во все тридцать два зуба. – Привет! – подмигнула она. – Как самочувствие?

– Не знаю пока, – прошептала Людмила, осматриваясь.

Она увидела просторное светлое помещение с большими окнами. Рядом с ее кроватью стояли капельница и тумбочка с каким-то медицинским оборудованием.

– Подскажите, где это я? – спросила Люда.

– В городской больнице номер двенадцать, – ответила молоденькая девушка с веснушками. – Хорошая больница, и доктора здесь замечательные, они быстро тебя на ноги поставят. Тебя всего час назад от кислорода отключили, и медсестра сказала, что все нормально, скоро ты проснешься. Вон, всю ночь и все утро капельницы тебе ставили, организм от токсинов очищали, кислородом легкие вентилировали. Так что не переживай, все будет тип-топ, теперь ты уж точно не помрешь, – без остановки трещала она. – Хорошо, что тебя ко мне подселили, а то скучно одной-то валяться, даже поговорить не с кем.

– Кто вы? – спросила Людмила, сумев наконец вставить хоть одно слово в ее монолог.

– Как кто? Я твоя соседка по палате, меня Дашей зовут, – вновь широко улыбнулась девушка.

– Очень приятно познакомиться, а я Людмила. Вы говорите, что это больница? А что со мной? Почему кислород, капельница? Вы не знаете случайно, как я сюда попала? – спросила Люда.

– Не знаю, по «Скорой», наверное, – пожала Даша плечами. – Тебя сегодня ночью доставили, когда я уже пятый сон досматривала.

– А почему?

– Что почему?

– Ну, с каким диагнозом меня привезли?

– А здесь все с одним и тем же диагнозом, – усмехнулась Даша.

– В каком смысле?

– Да в самом прямом! Это отделение токсикологии, и сюда кладут больных со всевозможными отравлениями.

– Это как?

– Ну, вот я, например, отравилась газом.

– Зачем?! – округлила глаза Люда.

– Что зачем?

– Отравилась зачем?

– Ты подумала, что я сама отравилась? – захохотала Даша. – Ну ты даешь, подруга, до такого извращения я пока еще не докатилась. А если бы вдруг и докатилась, я бы тогда не здесь лежала, а в психушке.

– Почему?

– Потому что все суицидники попадают в дурдом. Врачи считают, что человек, решивший покончить жизнь самоубийством, не может быть здоров, он обязательно, по их мнению, психически ненормален. Вот такие дела. А у меня было отравление незапланированное, так сказать, случайное. Я поставила на плиту картошку, а сама прилегла на диван, телевизор хотела посмотреть и не заметила, как уснула. Вода в кастрюле закипела и залила конфорку. Огонь погас, а газ продолжал идти, и вот результат – я оказалась на больничной койке.

– Какой ужас! – нахмурилась Люда.

– Ужас – это очень мягко сказано, – махнула рукой Даша. – До сих пор поверить не могу, что я жива осталась! Спасибо соседу, он запах газа учуял, а так бы я уже не здесь, а на кладбище лежала и с тобой бы не разговаривала.

– Надо же, повезло вам, что сосед таким бдительным оказался, – пробормотала Люда. – А как же я-то оказалась на больничной койке? – попыталась вспомнить она. – Я очень хорошо помню, что надела красивое платье, накрыла праздничный стол, зажгла свечи… Свечи, свечи, много свечей… А еще – зеркала, тоже много… а в них бесконечный лабиринт. Так красиво может быть только во сне! Что же было дальше? Ой, я вспомнила! – радостно воскликнула девушка. – Моя болонка, Клепа… – Она резко остановилась, что-то припоминая. – Какой странный сон!

– У тебя есть собака? – с улыбкой спросила Даша. – Как же я хотела иметь собаку в детстве, аж до слез! Всех дворняг домой перетаскала, а отчим выбрасывал их обратно на улицу. Так у тебя собака есть? – повторила она.

– Да, есть! Говорят, что у мадам Помпадур была любимая болонка, точно такая же, как моя Клепа, – кисло улыбнулась Люда и вдруг сморщилась от боли. – Голова такая тяжелая, как будто свинцом налита… Мне кажется, что я видела своего суженого, но он ушел, – добавила она, кривясь от головной боли.

– Ты только не волнуйся, тебе нервничать нельзя, я сейчас доктора позову, – засуетилась вокруг девушки Даша. – Вон снова побледнела-то как.

– Ужасно болит голова, – вздохнула Людмила. – Может быть, вы попросите для меня таблетку?

– Я мигом, – сказала Даша и, опрометью выскочив за дверь, понеслась к кабинету врача. Через пять минут она привела его в палату. – Вот это наш доктор, прошу любить и жаловать, – подмигнула она Людмиле. – Сергей Петрович, можно мне спуститься на первый этаж, ко мне пришли? – обратилась она к врачу.

– Нет, нельзя, скоро обед, пусть приходят в часы посещения, – возразил тот.

– В часы посещения мой друг не может, у него работа, – объяснила Даша. – Можно мне на одну минутку к нему спуститься? Я должна его увидеть, это важно.

– Но…

– Я всегда подозревала, что вы очень добрый человек, – лучезарно улыбнулась Даша и пулей выскочила за дверь, не дав врачу опомниться.

Тот с осуждением покачал головой и переключил свое внимание на Людмилу.

– Ну, здравствуйте, уважаемая Людмила Николаевна, – с улыбкой произнес эскулап. – Я ваш лечащий врач, меня зовут Сергей Петрович.

– Добрый день, очень приятно.

– Как наше самочувствие?

– Вроде нормально, – ответила Люда. – Только голова немного болит.

– Я рад, что вы оправились, а головная боль – это ненадолго. Вот скоро придет медсестра, поставит вам еще одну капельницу, и все будет в порядке. Кстати, если уж вы теперь в состоянии говорить, нужно занести кое-какие сведения о вас в вашу карту. Вчера, сами понимаете, такой возможности нам не представилось, – развел руками он.

– Да, пожалуйста! Нет проблем! Я отвечу на все ваши вопросы, – согласилась Людмила. – Кстати, мне бы тоже хотелось вас кое о чем спросить…

– Я весь внимание!

– Мне бы хотелось узнать: с каким диагнозом я сюда попала?

– Отравление угарным газом.

– Газом?! – округлила глаза Людмила. – Каким газом? У меня в квартире нет никакого газа! У меня же электрическая плита…

– При чем здесь ваша плита? – в свою очередь удивился доктор. – Угарный газ образуется вследствие горения любого предмета, как в вашем случае, например. В вашей квартире случился пожар, возникло сильное задымление, и в результате в помещении образовалось скопление угарного газа, которым вы и отравились. Надеюсь, теперь вам все понятно?

– Вы хотите сказать, что моя квартира… сгорела?! – сдавленным голосом прошептала Людмила, с диким ужасом таращась на врача.

– Вот чего не знаю, того не знаю. – Сергей Петрович покачал головой. – До меня дошла лишь поверхностная информация, а подробности, я думаю, вам смогут рассказать ваши родственники или соседи. Мое дело – лечить болезни, а не заниматься расследованием. Прошу прощения, мне пора к другим больным, сейчас я пришлю к вам медсестру. – Эскулап поспешил закруглить разговор и быстро вышел за дверь.

Через пять минут пришла медсестра, поставила Людмиле капельницу, потом принесла обед, до которого девушка даже не дотронулась. Через несколько минут она провалилась в беспокойный сон. Ей снова снился молодой улыбающийся мужчина, который все время куда-то ее звал, а Люда, как они ни старалась, все никак не могла его догнать…

4

– Людочка, девочка моя, как же это могло случиться? – услышала девушка голос своей матери и резко распахнула глаза. Та стояла перед ее кроватью и утирала носовым платочком слезы, обильным потоком лившиеся из ее глаз. – Доченька моя, что же это такое? Да как же это? – всхлипывала она. – Господи, какая ты бледная!

– Мамочка, ты приехала? – улыбнулась ей Людмила. – Привет!

– Здравствуй, родная, здравствуй, моя милая! Мы бы и раньше приехали, если бы знали! Лариса Сергеевна, соседка твоя, только утром позвонила мне на мобильный. А мы с отцом, ты же знаешь, в подмосковном доме отдыха были. Пока собрались, пока доехали, да еще пробки на МКАД – не прорваться. Ты лежи, лежи, – засуетилась мама. – Я тебе фруктов привезла, я соков натуральных нажала, вот яблочный и апельсиновый. Бульон куриный сварила, картофельное пюре сделала, как ты любишь. Какая же ты бледная, девочка моя, а синяки-то, синяки какие под глазами! Как же так могло получиться, доченька? – запричитала женщина.

– Мам, а что с моей квартирой? Ты там была? – обеспокоенно спросила Людмила.

– Да бог с ней, с квартирой, главное, что ты жива осталась, – махнула Вера Ивановна рукой.

– Неужели вся сгорела?! – ахнула Люда.

– Успокойся, цела твоя квартира, только в спальне все стены черные, – нахмурилась женщина. – Там сейчас отец разбирается. Ковер твой пришлось на помойку выбросить, он весь истлел. Мы мастеров вызвали, чтобы они стекла вставили – окно-то разбито. Мы ведь, как вернулись в Москву, сразу сюда, в больницу, поторопились, а нас не пустили, сказали, что только в часы посещений можно будет тебя повидать, с четырех до семи. Вот мы и поехали посмотреть, что там у тебя в квартире делается.

– А Клепа как? Она в порядке?

– А вот Клепа… – Мама замялась.

– Что с ней? – забеспокоилась Люда. – Мам, ты почему замолчала? Что с моей собакой?

– Пропала она, – вздохнула мать. – Нет нигде Клепы.

– Как пропала?! – ахнула Людмила. – А у соседей вы спрашивали? Может быть, ее кто-нибудь из них к себе забрал?

– Да спрашивала я уже, никто ничего не знает, – махнула рукой Вера Ивановна. – Лариса Сергеевна говорит, что она видела Клепу, та возле машин крутилась, когда тебя в больницу забирали. Она все пыталась собачку подозвать к себе, а та ни в какую. Лает и убегает, никак в руки не дается, а потом Клепа как сквозь землю провалилась.

– Господи, только не это, – прошептала Людмила и, решительно вынув иглу от капельницы из своей руки, откинула одеяло и резко вскочила с кровати.

– Люда, что ты делаешь? – вскричала Вера Ивановна. – Немедленно ложись обратно, тебе нельзя вставать!

– Мама, ничего мне не говори, это бесполезно! – отмахнулась дочь, поспешно натягивая больничный халат. – Я сейчас же отсюда ухожу!

– Как уходишь? Куда? – ахнула женщина. – Ты что, с ума сошла?!

– Я еду домой искать Клепу, и этот вопрос не обсуждается! Надеюсь, ты на машине?

– Да, – растерянно ответила мама, испуганно таращась на дочь. – Людочка, ты…

– Отлично, идем! – улыбнулась та и, не дав матери опомниться, схватила ее за руку и потащила из палаты.

Ее не хотели выписывать так скоро, но Люда настояла на своем.

Приехав домой, Людмила с тоской посмотрела на черные стены своей спальни и с ужасом обнаружила, что пропала ее шкатулка с драгоценностями.

– Господи, только не это! – ахнула она. – Там же бриллианты, мне их дарил Николай, я должна их вернуть! Не хочу оставаться ему обязанной ни в чем, мне не нужны его подарки. А может, шкатулку мама убрала? – вслух подумала девушка и ринулась в кухню, где хлопотала Вера Ивановна.

– Мам, ты случайно никуда не переставляла мою шкатулку? – спросила Люда.

– Нет, я у тебя ничего не трогала, – ответила та. – А что случилось?

– Нигде не могу ее найти, – развела девушка руками. – Может быть, ее папа спрятал? Где он, кстати?

– Поехал в магазин за обоями и красками.

Когда Евгений Николаевич приехал из магазина, нагруженный покупками, Людмила бросилась к нему, помогать, и – как бы между прочим – поинтересовалась, где может быть ее шкатулка. Получив ответ, что он ее не трогал, она пришла к выводу, что ее драгоценности украли. Родители настаивали, чтобы она немедленно заявила в милицию, но Люда отмела этот вариант.

– Это все мелочи по сравнению с тем, что пропала Клепа! Я обязательно пойду в милицию, но только после того, как найду ее, – решительно ответила она родителям.

На следующий день Людмила развила настоящую детективную деятельность по розыску своей собаки. Она распечатала на принтере двести объявлений с фотографией Клепы и объехала на своей машине весь район, расклеив их повсюду. Девушка опросила всех соседей, обошла все близлежащие дома, но результата не было практически никакого. Лариса Сергеевна, ее соседка, проживавшая с ней на одной площадке, рассказала Людмиле только о самом происшествии.

– Я праздничный концерт посмотрела в честь Рождества, а потом очень интересный фильм начался, и я так увлеклась, что про сон и забыла совсем, – рассказывала женщина. – Когда пошла реклама, я отправилась в кухню – чайку хотела попить – и вдруг услышала, как твоя Клепа лает. Да не просто погавкивает, а прямо захлебывается лаем! Ой, думаю, что это с ней? Выглядываю на площадку, к твоей двери подхожу, чую – вроде дымом тянет. Начала звонить тебе в дверь, никто не открывает, а собака твоя прямо заходится! Думаю, если бы ты в гости уехала – праздник же, – тогда бы ты обязательно Клепу с собой взяла. Ничего понять не могу! Пошла к себе, звоню по телефону на твой домашний номер – нет ответа! Тогда я набираю номер твоего мобильного – и опять ты не отвечаешь. Вот тут уж я не на шутку встревожилась, думаю – наверняка что-то случилось! Снова к твоей двери подхожу, специально начала принюхиваться – точно, дымом пахнет! Я, конечно же, сразу пожарных вызвала и на всякий случай в службу спасения позвонила. Ничего не могу сказать, и те и другие приехали очень быстро, только вот от пожарных толку никакого не было.

– Почему?

– Ты же видишь, сколько у нас автомобилей во дворе стоит! Пожарной машине вообще не было никакой возможности подъехать к нашему подъезду. Ни повернуться, ни развернуться, безобразие! Хорошо хоть спасатели – ребята сообразительные, один парень через крышу в твою квартиру пробрался. Правда, ему пришлось окно разбить, чтобы туда попасть, но это уже мелочи. Тебя спасло то, что огня практически не было. Свеча упала на пол, на ковер, и он загорелся. Это тоже очень опасно, еще бы немного – и ты бы насмерть отравилась угарным газом, вот так-то! А парню тому, что к тебе пробрался, дверь твою изнутри не удалось открыть, пришлось ему с тобой на руках из окна спускаться.

– Да, у меня замок с секретом, его не каждый сможет отпереть, – согласилась Людмила.

«Правда, ему это не помешало стянуть мои драгоценности», – с сарказмом подумала она.

– Вот и он не смог! – кивнула соседка. – Может, он и сумел бы, конечно, если бы ему времени хватило, но каждая минута была на счету, тебя нужно было спасать. Он-то сам в специальном костюме и в кислородной маске был, а ты-то нет. Ох, как же страшно мне было смотреть, как он спускался – с двенадцатого этажа, да по веревке, да еще с тобой в охапку… брр, до сих пор мороз по коже! Стою внизу, даже дышать боюсь, думаю, вот-вот веревка оборвется, и вы с ним разобьетесь! Слава богу, все обошлось. Когда тебя на лавочку уложили, пока «Скорую помощь» ждали, этот спасатель куртку свою снял и на тебя набросил, чтобы ты не простыла. На тебе платьице было тонюсенькое, а на улице, чай, не май месяц, зима же, да морозец в ту ночь был не слабенький, рождественский. А ты все шепчешь и шепчешь что-то. Парень тот подходит, наклоняется над тобой, послушал, что ты говоришь, и голову к твоему окну поднимает. Глядим, а на подоконнике Клепа твоя сидит! У меня прямо все сжалось внутри, когда я ее увидела, такая маленькая и жалкая она была. А парень как увидел такую картину, бегом к подъезду ринулся. Глядим, через минуту он снова на крыше показался, а еще через пять минут уже в твоем окне скрылся. Клепа почему-то с подоконника в комнату спрыгнула. Замерли мы все внизу, ждем! Мне кажется, я и совсем дышать перестала в тот момент. Смотрим, слава тебе господи, спасатель снова в окне показался, а на руках у него Клепа сидит. На этот раз он не стал спускаться с двенадцатого этажа, полез обратно на крышу, с собакой-то это не так тяжело было сделать, как с тобой. Он ее за пазуху засунул, и все, а потом во двор спустился и мне прямо в руки ее передал. Когда «Скорая» приехала и тебя на носилки уложили, Клепа с моих рук так быстро спрыгнула, что я и опомниться не успела! Я ее звала, звала, только она не пошла ко мне и в руки тоже больше не далась – убежала…

«Значит, это не спасатель украл мою шкатулку, – подумала Людмила. – Не может быть вором человек, рискнувший своей жизнью ради спасения собаки».

– Уже потом, когда тебя увезли, а следом и все остальные уехали, я искала твою собаку, везде искала, кричала, звала ее, только так и не докричалась, она как сквозь землю провалилась, – продолжала рассказывать соседка. – Ты уж прости меня, Людочка, что так получилось, но я правда не виновата!

– Что вы такое говорите, Лариса Сергеевна? – всплеснула Людмила руками. – За что я вас должна простить? За то, что вы мне жизнь спасли?! Это я должна прощения просить за то, что столько хлопот вам доставила!

– Ай, что уж там, – улыбнулась женщина. – На то мы и соседи, чтобы друг другу помогать!

На следующий день к Людмиле приехала подруга Наташа. Она ворвалась в ее квартиру, точно тайфун.

– Привет, погорелица, рассказывай, – прямо с порога выпалила она.

– Привет! Я тоже очень рада тебя видеть, – кисло улыбнулась Люда.

– Не дави на мою совесть, я ужасно перенервничала из-за тебя и до обморока рада, что ты жива и здорова. Немедленно рассказывай!

– И что же ты желаешь от меня услышать?

– Как это что?! Тебе совсем нечего мне рассказать? Почему ты мне не позвонила, когда была в больнице? Почему я должна все узнавать от твоей матери, а не от тебя лично? – засыпала ее вопросами Наташа.

– В больнице у меня не было с собой мобильного телефона, и пробыла я там всего один день.

– Об этом я уже наслышана от Веры Ивановны, – отмахнулась Наталья. – Бедная женщина до сих пор валидол сосет. Почему ты мне не позвонила, вернувшись из больницы домой? Ведь сегодня уже третий день, как ты оттуда сбежала!

– У меня не было времени.

– Скажите на милость, какие мы занятые! Даже пяти минут у тебя не нашлось, чтобы позвонить лучшей подруге? – всплеснула Наташа руками. – Короче, выкладывай, что тут произошло?

– Пожар! – сморщилась Люда.

– Знаю я про пожар! Меня интересует, как это случилось?!

– Какая разница? – вздохнула Людмила. – Как видишь, все обошлось, я жива и здорова, а вот Клепа… пропала!

– Ну, об этой неприятности Вера Ивановна мне тоже рассказала, – кивнула Наташа. – И как ты думаешь, куда твоя собака могла подеваться?

– Если бы я знала, – всхлипнула девушка. – Господи, еще немного, и я сойду с ума! Наташ, ну где она может быть?

– Так, ну-ка, прекрати сопли распускать, разберемся, – остановила подругу Наталья. – Пошли на кухню, сварим кофе, все обсудим… Не дрейфь, подруга, прорвемся, я с тобой!

Когда Людмила со всеми подробностями рассказала Наташе о случившемся, та на минуту призадумалась, а потом выдала свой вердикт:

– Мне все ясно! Клепу забрал тот парень!

– Какой еще парень? Ты о ком говоришь? – не поняла ее Людмила.

– Я о спасателе – это он забрал Клепу!

– Почему ты так решила? – удивилась Люда.

– Элементарно, Ватсон, – хмыкнула девушка. – Твоя Клеопатра – особа воспитанная и за заботу признательная, поэтому она смело отдалась в руки своему спасителю.

– Но как она могла?! Он ведь совершенно посторонний человек! – возмущенно вскричала Людмила. – От Ларисы Сергеевны, которую моя Клепа очень хорошо знает, она, значит, убежала, а с посторонним человеком уехала? Да такого быть не может! Нет, Натали, ты ошибаешься, она не могла так поступить. Клепа очень разборчивая… Без меня она никогда бы не пошла с чужим человеком, это исключено.

– А ты случайно не забыла, что тебя увезла машина «Скорой помощи»? – напомнила ей Наташа. – И твоей болонке ничего не оставалось делать, как… Короче, можешь возражать мне сколько угодно, только я спинным мозгом чувствую, что твою Клепу нужно искать у этого спасателя.

– Сначала требуется найти его самого, а как это сделать, я понятия не имею, – всхлипнула Люда. – А вдруг он ее уже кому-нибудь продал? Или на улицу выгнал? Она же там сразу пропадет. Ее сразу большие собаки разорвут, ведь она такая маленькая!

– С чего это вдруг ты решила, что он может ее продать или выбросить на улицу? – изумилась Наташа. – Что за дурацкие страшилки лезут тебе в голову? Вера Ивановна права, тебя нужно было приковать к больничной койке цепями, чтобы ты долечилась как следует. Не думаю, что человек сперва рискнет своей жизнью, чтобы спасти собаку, а потом выкинет ее на улицу.

– Да, в общем-то, я тоже так не считаю, просто… просто я уже не знаю, что и думать, все мозги себе сломала. Может, он специально это сделал, чтобы на него никто не подумал, что это он… – Люда запнулась, не закончив фразы, и бросила на подругу настороженный взгляд.

– Ты о чем? – не поняла та.

– Короче, я тебе не все рассказала, – призналась Людмила. – Прости, просто у меня никак в голове не укладывается, что человек, подвергший свою жизнь опасности, может оказаться…

– Почему ты замолчала? – осторожно поинтересовалась Наталья. – Или у тебя появились от меня секреты?

– Нет, конечно, просто… я сама не знаю, – пожала Людмила плечами. – Возможно, я ошибаюсь…

– Говори!

– Дело в том, что из спальни пропала моя шкатулка. Ты должна помнить, она все время стояла на трюмо.

– Та, с драгоценностями?! – округлила глаза Наташа.

– Да!

– И брюлики, что тебе дарил Николай, были в ней?

– Да!

– Я в шоке! – ахнула Наташа. – Надеюсь, ты заявила в милицию?

– Нет! – вздохнула Люда. – Никуда я пока что не заявляла.

– И что же ты сидишь, как клуша?

– Я не сижу, а ищу Клепу, и ходить по милициям у меня совершенно нет времени, – огрызнулась Людмила. – Ты прекрасно знаешь, что стоит только переступить порог подобного заведения, и придется провести там полдня. Я не могу себе позволить такой роскоши до тех пор, пока не найду Клепу.

– Я уже не в шоке, я в глубокой коме, – простонала Наталья. – У нее сперли шкатулку, содержимое которой стоит немереных денег, а она…

– Моя Клепа мне дороже всяких бриллиантов, – буркнула Люда. – Тем более тех, которые дарил мне Николай. Я все равно собиралась их вернуть, потому что решила с ним расстаться.

– Молодец, очень верное решение, я давно тебе об этом говорила, – одобрила Наталья. – А вот в том, что касается бриллиантов, здесь я с тобой категорически не согласна. Собирайся, едем!

– Куда?

– Тащить верблюда из пруда, пока он там сидит, а то убежит, – бросила Наташа, подталкивая Людмилу в сторону прихожей. – Поменьше вопросов задавай, лучше пошустрее одевайся. Как говорится, куй железо, пока горячо. У меня сегодня свободный день, этим нужно воспользоваться с максимальной отдачей. Поищем твою Клепу, и я почему-то уверена, что, как только мы ее найдем, тут же обнаружатся и твои бриллианты.

– Значит, ты со мной согласна?

– В чем?

– В том, что мою шкатулку украл спасатель?

– Этого я как раз не говорила. Я сказала, что твоя Клепа, возможно, у него, а что касается шкатулки… Кроме него, у тебя ведь еще и пожарники побывали?

– Ой, точно! – воскликнула Людмила. – Про пожарников-то я совсем забыла! Слава тебе господи, – облегченно вздохнула она. – Мне бы очень не хотелось, чтобы этот спасатель оказался вором. Когда Лариса Сергеевна мне рассказала о том, как он сначала меня вытащил, а потом и за Клепой полез, я уже заочно в него почти влюбилась, и вдруг – эта несчастная шкатулка… Ты меня понимаешь, Наташ?

– Понимаю, понимаю, – кивнула подруга. – Ты как была идеалисткой, так ею, наверное, и останешься. Что ты стоишь? Надевай сапоги и дубленку, время – деньги!

5

– Нам нужно срочно узнать, что за спасатели работали по вызову в ночь с шестого на седьмое января, – решительно сдвинув брови, диктовала свои условия Наталья, пристально глядя на дежурного службы спасения. – Это очень важно!

– В эту ночь было достаточно вызовов, сами понимаете – Рождество, – усмехнулся тот. – Вас какая бригада интересует?

– Откуда нам знать какая? – пожала девушка плечами.

– Ну а по какому адресу они выезжали, это вы хотя бы знаете?

– Естественно! – фыркнула Наташа. – Улица Международная, дом восемь.

– Сейчас посмотрим, – пробормотал дежурный, всматриваясь в монитор компьютера. – По этому адресу с шестого на седьмое января выезжала… вот, нашел – бригада Парамонова.

– И сколько в этой бригаде человек?

– Пятеро, а что?

– Давайте адреса всех пятерых!

– С какой стати я вам должен сообщать такие сведения? – удивился дежурный. – Эта информация строго конфиденциальна, мы ее никому не выдаем, милые дамы!

– Почему?

– Как почему? По инструкции не положено.

– Что значит – не положено? – возмутилась Наталья. – Но нам она очень нужна! Просто необходима! Жизненно важна!

– И дорога как память! – хихикнула Людмила, наблюдая за разъяренной подругой.

– Не положено! – упрямо ответил дежурный. – Простите, но я ничем не могу вам помочь, всего хорошего.

– Ну, ваще-е-е! – пропыхтела Наташа. – Да вы знаете, что один из этих спасателей… Нам немедленно нужно встретиться с этим вашим Парамоновым, и вы не имеете права отказать нам в этом!

– Ничего не получится, бригады Парамонова на данный момент нет в Москве.

– Как это? А где же они? Вы нарочно нас обманываете? Немедленно назовите нам адреса, у нас есть конкретные…

– Натали, постой, не кипятись, – резко остановила подругу Людмила. – Не нужно кричать на молодого человека, он всего лишь исполняет свои непосредственные обязанности. Пойди-ка ты пока на улицу, покури, а я сама попробую с ним договориться.

– Никуда я не пойду, я бросила курить, – заявила Наташа.

– Когда это ты успела? – улыбнулась Люда. – Еще неделю назад ты дымила как паровоз.

– Вчера бросила, как только о пожаре в твоем доме узнала, – дернула плечиком та. – Если, не дай бог, в нашей квартире случится нечто подобное, меня мой Никифоров подвесит за ноги к люстре.

– Ты прекрасно знаешь, что я не курю, у меня пожар начался из-за свечки, я же тебе рассказывала, – засмеялась Люда. – Но ты все равно молодец, я давно тебе говорила, чтобы ты бросала эту вредную и совсем ненужную привычку.

– Вот видите, милые дамы, как верна поговорка – нет худа без добра, – кивнул им дежурный, внимательно слушавший разговор подруг.

– Владимир, нам действительно нужно поговорить с вашими спасателями из группы Парамонова, – сказала Людмила, дружелюбно глядя на дежурного. Его имя она прочла на бейджике, приколотом к его пиджаку. – Или хотя бы с кем-то одним из них, к примеру, с самим Парамоновым. Это и в самом деле очень важно.

– Если что-то случилось, то вы можете написать заявление на имя нашего начальника, – посоветовал дежурный.

– При чем здесь заявление, если я хочу лично поблагодарить человека за свое спасение? Вы можете дать мне хотя бы его телефон?

– Я не имею права давать частным лицам подобную информацию, – в который раз повторил дежурный. – Поймите меня правильно, я на службе и обязан подчиняться инструкции.

– А если вот так? – и Людмила пододвинула к его лежавшей на столе руке стодолларовую купюру.

– Не могу устоять перед просьбой такой очаровательной девушки, – и тот проворно смахнул купюру в ящик стола. Он взял листок бумаги, написал на нем нужные сведения и протянул его Людмиле. – Только хочу вам повторить, что группы Парамонова сейчас нет в Москве, они возвращаются только завтра, – предупредил он.

– Владимир, а вы случайно не знаете, кто побывал в квартире, когда случился пожар? – спросила Люда. – Насколько мне известно из рассказов очевидцев, кто-то один проник туда с крыши дома и спас хозяйку загоревшейся квартиры, а потом и ее собаку.

– Ну, им мог быть любой из группы, но если этаж высокий, то, возможно, это Нечаев Руслан, – ответил молодой человек. – Он у нас профессиональный скалолаз, мастер спорта, поэтому берет такие задачи на себя. Между прочим, когда-то он был победителем международных соревнований!

– Этаж двенадцатый. А почему – когда-то?

– Его лучший друг однажды погиб при восхождении на вершину горы, и Руслан после этого бросил профессиональный спорт, пошел в спасатели.

– Нечаев Руслан, говорите?

– Да, он самый.

– Спасибо вам большое, Владимир, вы нам очень помогли.

– На здоровье, – хохотнул тот. – Обращайтесь еще, если понадобится. До свидания!

– Всего хорошего, – кивнула Люда и пошла к выходу.

– Кругом сплошная коррупция, куда ни взгляни, – проворчала Наталья, присоединяясь к подруге. – Без взятки ничего не сделаешь. Ну, и что дальше? – спросила она у Людмилы.

– Ничего, – пожала та плечами. – Дальше будет завтра, а сегодня отвези-ка ты меня домой.

6

– Куда поедем в первую очередь? – спросила у Людмилы Наташа.

– Я думаю, мы пока обойдемся одним вариантом, – ответила та. – Адресом этого скалолаза, Нечаева Руслана.

– Ты уверена? А может, сначала заглянем к Парамонову? Он как-никак старший группы, должен быть в теме, знать все обо всех своих подчиненных.

– Наташа, просто у меня такое чувство, что нам надо ехать к Нечаеву, – ответила Люда.

– Ну ладно, как скажешь. – Подруга пожала плечами. – К Нечаеву, значит, к Нечаеву.

Примерно через полчаса девушки подъехали к нужному им дому.

– Ну что, пошли? – спросила Наташа у подруги.

– Пошли, – вздохнула Люда и быстро перекрестилась. – Только бы предчувствия меня не обманули и Клепа оказалась здесь!

Подруги вошли в подъезд и поднялись в лифте на восьмой этаж.

– Вот квартира сто тридцать пять, звони, – прошептала Наташа. – Ой, погоди! – резко остановила она Людмилу, когда та уже протянула было руку к звонку. – Смотри, дверь открыта!

– Ну и что?

– Давай войдем.

– Ты что, неудобно же! – воспротивилась Люда.

– Неудобно спать на потолке, одеяло падает, – недовольно огрызнулась Наташа. – Прекрати дрожать и делай, как я, – велела она и, смело толкнув дверь, вошла в прихожую.

Людмиле ничего другого не оставалось, как последовать за ней.

– Наташка, ты ненормальная авантюристка! – прошипела она. – Это же чужая квартира! Хочешь, чтобы нас приняли за преступниц?

– Отстань, – отмахнулась та, продолжая тихонько продвигаться вперед. Девушки услышали какое-то странное завывание, доносившееся из-за приоткрытой двери ванной комнаты, и Наташа осторожно заглянула туда. Люда привстала на цыпочки, чтобы тоже увидеть, что там такое, и невольно прыснула со смеху. Их взорам открылась весьма экзотическая картина. На полу, протянувшись почти до самых дверей, просматривались какие-то голые волосатые ноги. Виднелась и последующая часть тела, расположенная выше, тоже почти голая, не считая плавок. Затем – половина груди весьма внушительных размеров. Голова и плечи неизвестного скрылись в недрах тумбочки, расположенной под раковиной. Девушки догадались, что эти завывания, которые они услышали, издавал обладатель сей головы. Было похоже на то, что делал он это с большим вдохновением, явно уверенный, что он исполняет один из знаменитых в прошлом шлягеров из репертуара господина Киркорова.

– Зайка моя, я твой зайчик! Ручка моя, я твой пальчик! Банька моя, я твой тазик! За-айка моя-а-а!..

– Во дает, – хихикнула Наталья. – Ты только посмотри на эти формы, – подмигнула она Людмиле. – Умереть и не подняться! Аполлон во плоти, да и только!

– Вить, это ты? – спросил этот некто из-под раковины. – Ты принес прокладки? Черт, у меня, кажется, рука в трубе застряла!

– Прокладки?! – округлила глаза Наталья. – Они что, оба извращенцы с этим Виктором?

Людмила схватила подругу за рукав и потащила ее обратно в прихожую, едва удерживаясь от смеха. – Идиотка, он наверняка про сантехнические прокладки говорит! – зашептала она. – Слушай, может, выйдем пока из квартиры, подождем в подъезде?

– С какой стати? – фыркнула Наталья.

– Ты же слышала, он разговаривал с каким-то Виктором, значит, тот должен сюда прийти с минуты на минуту.

– Ну и что?

– Как мы объясним ему, что мы здесь делаем?

– Так и объясним: дверь, мол, была открыта, и мы…

– Ой, это же бантик моей Клепы! – вдруг вскричала Люда, подбегая к тумбочке в прихожей. – А где же она сама?! Что он с ней сделал?!

Девушка ринулась обратно к ванной комнате, пылая праведным гневом.

– Где моя собака?! – что было сил рявкнула она.

– Кто здесь?! – испуганно спросили из-под раковины.

– Я спрашиваю, куда делась моя собака? – закричала Людмила.

– И бриллианты тоже… где? – это вступила Наталья.

– О, у тебя, оказывается, гости, – хохотнул какой-то пузатый мужик, внезапно показавшийся в дверях. – Какие симпатичные! Посторонитесь-ка, девоньки, дайте мне к раковине подойти. Руслан, вот, возьми прокладку, загони ее в паз в раструбе – и можешь вылезать, дальше я сам все сделаю.

– Я не могу вылезти, у меня рука застряла! – провыл тот. – Витя, сделай что-нибудь!

– Ох ты господи, только этого не хватало, – крякнул дядечка. – Погоди, я растительное масло принесу, должно помочь. Ты только не дергай рукой-то, а то еще дальше ее загонишь, тогда уж точно без резака не обойтись.

– Вы мне скажете наконец, где моя собака, или мне тут так и стоять и любоваться на ваши… на ваши голые телеса? – закричала Людмила. – Немедленно признавайтесь, что вы с ней сделали, иначе я немедленно звоню в милицию!

– Вот именно, – поддакнула подруге Наталья.

– Да все в порядке с вашей болонкой, – глухо проворчал Руслан. – Тоже мне, нашла время! Я тут застрял, а она мне про собаку толкует. Я еще той ночью понял, что ты ненормальная. Любит, не любит! К сердцу прижмет, к черту пошлет. Ворожея, блин!

– Сам ненормальный! – взвилась Людмила. – Сию минуту говори, где Клепа?!

– Не ори на меня, женщина! Я тебе не муж, и ты не у себя дома, – не уступил хозяин квартиры. – У моей мамы твоя собака.

– Почему? Как она туда попала?

– Так и попала, я сам ее матери отвез.

– Зачем?

– Затем, что нас срочно перебрасывали на аварийный объект. На целых три дня, учти! – прорычал из-под раковины молодой человек. – Или я должен был оставить вашу болонку здесь, за хозяйку, так сказать?

– Вам всего лишь не нужно было ее забирать в ту ночь из нашего дома, вот и все, – огрызнулась в ответ Люда. – Оставили бы ее у моих соседей, не тащили бы к себе. Кстати, а зачем вы это сделали? – запоздало поинтересовалась она.

– А это вы у нее самой и спросите, – буркнул Руслан. – Меня ребята из-за вашей Клепы просто засмеяли! Никто даже не заметил, как она в нашу машину шмыгнула и под сиденьем спряталась. Обнаружилась она, уже когда мы на базу вернулись. Так потом до самого конца смены она за мной хвостом и ходила. Хотел я ее вашим соседям отвезти, да ведь только пять утра было, неудобно стало их беспокоить. Решил я днем это сделать, а в десять утра – звонок, срочный сбор! Крупная авария на одном предприятии в Подмосковье случилась, нас всех на вертолет – и туда. Мне ничего другого не оставалось делать, как забежать к своей матери и попросить ее, чтобы она присмотрела пока за собакой.

– А где бриллианты? – с сарказмом поинтересовалась Наталья. – Надеюсь, не в ломбарде?

– Кто это там с вами?

– Моя подруга.

– Если вы говорите о шкатулке, уважаемая подруга, то ее я сдал милиционеру, в собственные руки. Прямо там, у подъезда дома, где случился пожар, и сдал, – ехидно ответил Руслан. – У меня и копия протокола передачи есть, с тремя подписями свидетелей, между прочим! Еще вопросы есть?

– Зачем вы ее забрали из квартиры? – спросила Люда, бросив на Наталью укоризненный взгляд.

– Ваша Клепа на этом настояла, – усмехнулся Руслан. – Чуть штанину мне не оторвала! Я открыл шкатулку, посмотрел, что там лежит, и сразу понял, что ее нужно забрать и сдать органам, чтобы потом не возникло никаких неприятностей. У нас уже бывали такие случаи, что дело чуть ли не до суда доходило. Хозяева заявляли, что у них пропали ценные вещи и что взять их могли либо пожарные, либо спасатели. Короче, много всякого дерьма на наши головы иной раз выливают вместо благодарности. Вот так и живем!

– А когда вы сможете отвести меня к своей матери? – уже мягче спросила Людмила. – Мне хотелось бы побыстрее забрать свою собаку.

– Я могу ее адрес дать, идите и забирайте.

– Нет, лучше я вас подожду, – улыбнулась девушка. – Должна же я увидеть своего спасителя и лично поблагодарить его?

– Тогда ждите, пока я не освобожусь из вынужденного плена, – хохотнул Руслан. – Где же там Виктор застрял? Только за смертью его и посылать, – проворчал он.

– Да здесь я уже, здесь, – усмехнулся тот, подходя к двери. – Вот, возьми масло и постарайся залить его прямо в трубу.

– Ну я и влип, черт побери! Девушки, вы можете пока в кухню пройти, кофе сварить, нечего вам тут делать и любоваться моими волосатыми ногами. – Руслан произнес это таким тоном, что ослушаться его у подружек не возникло желания.

– Пошли, – прошептала Людмила Наташе. – А то действительно неудобно, он же практически не одет.

– А мне нравится, – хихикнула та, но за подругой все же пошла, поминутно оглядываясь и выразительно закатывая глаза.

Через несколько минут в кухню вышел молодой мужчина в банном халате, вытирая влажные волосы.

– Прошу прощения, что заставил себя ждать, но не ополоснуться после того, как я валялся на полу, я не мог, – весело проговорил он и, встряхнув полотенцем, лучезарно улыбнулся.

– Это ты?! – ахнула Людмила. – То есть вы?! То есть… Я хотела сказать… Этого не может быть! – лепетала она, вытаращив глаза до неимоверных размеров. – Это вы? – повторила девушка.

– Ну, вообще-то да, это я, – несколько удивился он. – А вы ожидали увидеть кого-нибудь другого?

– Наташ, ты не поверишь, но это он! – прошептала Люда.

– Кто? – спросила та, с тревогой глядя на подругу. – Люда, с тобой все в порядке?

– Извините, я на минуту, – сказал Руслан. – Только надену брюки и причешусь.

– Что с тобой? – вновь спросила Наталья. – На тебе лица нет!

– Наташа, неужели ты не поняла, что я тебе сказала? – простонала та. – Это он!

– Кто он-то, ты можешь мне внятно объяснить? – прошипела девушка.

– Это тот самый мужчина, из зеркала!

– Иди ты?! – округлила глаза Наташа. – Да нет, это невозможно. Так не бывает, – хохотнула она. – Это всего лишь бред, игра воображения.

– Еще скажи, больного воображения, – огрызнулась Людмила. – Не нужно делать из меня идиотку, это он, я уверена на сто процентов.

– За чью жизнь переживаете, подружки? – спросил Руслан, входя в кухню. Он заметил, как резко примолкли девушки.

– Да вот обсуждаем, кто из нас прав, – усмехнулась Наталья, бросив лукавый взгляд на подругу. – Люда утверждает, что в ночь под Рождество она увидела в зеркале своего суженого.

– Да ну? – засмеялся Руслан. – И кого же ты там увидела? – обратился он к Людмиле.

Та стояла бледная, как полотно, уперев глаза в пол.

– Так тебя-то она и увидела, – очень легко сообщила Наталья. – Руслан и Людмила, прямо как в сказке, – томно вздохнула она.

– Меня?! – удивленно переспросил Руслан и, переведя взгляд на притихшую Людмилу, простонал: – Ну уж нет, только не это! Ты… вы, конечно, девушка очень красивая, как раз в моем вкусе, но жениться на сумасбродке, которая верит во всякую… да никогда в жизни!..

Спустя полгода в банкетном зале великолепного ресторана сто человек гостей весело желали молодоженам, Руслану и Людмиле, долгих лет жизни в любви и радости. Побольше деток, и дом – полную чашу. Каждые десять минут они кричали: «Горько», – не давая молодоженам возможности доесть то, что давно лежало у них на тарелках, зато…

Зато маленькая болонка Клепа, сидевшая под столом, отличным образом выполнила эту миссию за своих хозяев. Она с большим аппетитом уминала осетрину горячего копчения, громко причмокивая и щуря от наслаждения глазки.

Кто сказал, что чудес не бывает? Только тот, кто не верит в них!!!

Content

Ирина Хрусталева
Свет мой зеркальце, скажи…

1

2

3

4

5

6