Billie Quiet

ОСЛЕПЛЕННЫЙ ЖЕЛАНИЯМИ

Глава 1

Поезд прибывал на конечную станцию вокзала Гранд-Сентрал-Терминал. Себастиан Смайт потянулся на своем месте и снова взглянул на молодого человека, с которым познакомился пару часов назад, когда тот сел в его купе в штате Огайо.

Курт Хаммел был приятным юношей двадцати трех лет, начинающим актером в одном из театров Бродвея. В отличие от Себастиана, он уже прошел несколько этапов в достижении своей цели — стать знаменитым актером, в то время, как сам Себастиан только начинал этот путь. По крайней мере, надеялся начать в ближайшем, очень ближайшем будущем.

— Так значит, ты не против, если я остановлюсь у тебя? — снова спросил Себастиан, когда Курт стаскивал с верхней полки свои вещи. Тот улыбнулся и покачал головой.

— Нет, вовсе нет, — он чуть пошатнулся, когда громоздкий чемодан съехал вниз, но удержал равновесие. — Если честно, я даже рад соседу. Не придется платить всю ренту, — он усмехнулся и, дождавшись, когда Себастиан заберет собственные вещи, направился к выходу из вагона.

На перроне уже столпились люди, встречающие друзей и родных, а Курт и Себастиан прошли мимо: их никто не ждал. Оба молодых человека направились прямиком к стоянке с такси, правда Себастиан не был уверен, что весь его багаж вместе с чемоданом Курта уместится в одну машину. Вскоре выяснилось, что ему совершенно нечего было опасаться. В крохотный, казалось, автомобиль, влезли все их вещи, да еще осталось немного места. Позволив Курту занять переднее пассажирское сиденье, Себастиан устроился сзади и решил наслаждаться поездкой по новому для него городу.

Нельзя сказать, что Себастиан мечтал о Нью-Йорке. Вернее, он мечтал не столько о Нью-Йорке, сколько о карьере знаменитого актера. Почему же он решил поехать именно сюда, а не в Голливуд? Что ж, объяснение было тому довольно простое: Нью-Йорк был ближе. Ехать куда-то далеко у Себастиана бы не хватило финансов, в то время как билет в Нью-Йорк ему достался практически задаром: он выиграл его в споре у одного из знакомых.

И именно теперь он, а не Джек (или Джейд? Джон?.. Да какая разница?) ехал по главной улице Нью-Йорка, оставив позади провинциальную и скучную жизнь. Вперед, к своей мечте, наплевав на слова родителей о том, что у него никогда ничего не выйдет. Ха! Да черта с два! Вы правильно воспитали своего сына, дорогие мама и папа, так что не нужно кусать локти, он никогда не вернется на чертову ферму.

Каждый новый дом, который они проезжали, вызывал у Себастиана легкий трепет: ну теперь-то точно этот. Нет? Значит, этот, определенно, Курт живет именно здесь. Но такси двигалось дальше, проезжая мимо живописных мест, и Себастиан чувствовал, что начинает разочаровываться все сильнее и сильнее. Он прослушал, какой адрес назвал его новый знакомый, и теперь гадал, куда его занесет. Главное, чтобы это были не какие-нибудь трущобы на самом краю города. Таскаться до Бродвея через весь Нью-Йорк Себастиану совершенно не хотелось.

Спустя около получаса, такси наконец остановилось в не самом оживленном районе Нью-Йорка возле серой кирпичной многоэтажки. Себастиан выбрался из машины и придирчиво осмотрел здание снизу вверх. Конечно, он был не в том положении, чтобы выбирать, и все же жить в какой-нибудь маленькой однокомнатной квартирке ему совершенно не хотелось. И хотя Курт не выглядел так, будто жил в бедности, совсем наоборот, его дом Себастиана немного настораживал.

Подниматься пришлось практически на последний этаж. Лифт страшно дребезжал, внутри же здание тоже оказалось не самым представительным. И когда Курт отодвинул железную дверь, Себастиан уже приготовился к самому худшему. Но его ожидания не оправдались, чему стоило только порадоваться.

Лофт, который Курт занимал один, оказался довольно просторным и уютным. Войдя внутрь, Себастиан огляделся и облегченно улыбнулся, поняв, что ничего сверх ужасного ему не грозит.

— Здесь мило, — заключил он, повернувшись к Курту и кинув свои вещи на полу. — Странно, что ты до сих пор не завел себе соседа, но… — он ухмыльнулся и, не раздеваясь, упал на диван. — Сколько с меня?

— Пока что десять долларов,[1] — ответил Курт, аккуратно перешагивая через чемоданы Себастиана, и направился в свою комнату, огороженную от основной части лофта деревянным стеллажом и занавеской. — Но скоро зима, придется повысить цену из-за обогревателя. Камина, как видишь, у меня нет, — громко добавил он, скрывшись за занавеской.

Себастиан сделал пару глубоких вдохов и усмехнулся. Все складывалось не так уж плохо, как он ожидал. Если ему повезет, то скоро у него появится работа, потому что, а он был в этом уверен, актерский талант у него точно имеется. И варианта, что его не возьмут ни в один театр, Себастиан даже не допускал.

— И я попрошу, очень настойчиво, — Курт выбрался из своей комнаты, уже переодевшийся в домашнюю одежду, — никого сюда не водить. Я не большой поклонник вечеринок и посторонних людей, поэтому, пожалуйста, — твердым голосом сказал он, внимательно смотря на Себастиана. Тот, немного помедлив, кивнул. Разумеется, в глубине души он надеялся, что Курт окажется более гостеприимным и веселым, хотя, будь это квартира самого Себастиана, он бы не стал пускать сюда кого-то левого.

— Хорошо, — Себастиан широко улыбнулся и поднялся с дивана, стягивая пальто и шарф. — Я, конечно, не собирался и так этого делать, так что не было необходимости говорить, — его улыбка стала милее, хотя отчасти граничила с притворной приторностью.

— Просто предупреждаю, — отозвался Курт и встал посреди комнаты. — Так, я думаю, ты можешь занять ту часть лофта, — он кивнул в сторону практически пустующего угла, где располагался большой шкаф. — И скорее всего, тебе стоит прикупить кровать, а пока можешь поспать на диване, — его улыбка оказалась намного искреннее, чем красовавшаяся на лице Себастиана.

Уйдя на кухню готовить ужин, Курт принялся напевать себе что-то под нос, в то время как Себастиан начал разбирать свои вещи. Увезя из дома практически весь свой гардероб, он не учел, что вначале складывать его будет некуда. Поэтому большая часть вещей так и осталась лежать в чемоданах в пустом углу лофта, а Себастиан переоделся в теплый вязаный свитер с длинными рукавами, которые постоянно любил натягивать до самых пальцев, и светлые домашние брюки, которые мама заботливо купила ему перед самым отъездом.

Проследовав за новым соседом, Себастиан уселся за стол и принялся ждать, когда Курт покончит с готовкой. Даже несмотря на то, что тот не предлагал ему своей еды, Себастиан не сомневался, что одежда, в которую он облачился, сделала его милее, и, соответственно, Курт не устоит и такого очаровательного парня обязательно покормит.

— Внизу есть небольшой магазинчик, ты не мог бы сходить за сладостями? — спросил Курт, после того, как окинул сидящего за столом Себастиана. Тот слегка поморщился и недовольно скрестил руки на груди. Улыбнувшись от увиденного, Курт добавил: — И ты точно не замерзнешь, он прямо за углом.

Поход до лавочки со сладкой выпечкой занял у Себастиана не меньше десяти минут. Курт не соврал, она действительно находилась буквально за углом. Набрав всех булочек и пирожных по две штуки, Себастиан положил в пухлую руку продавщицы несколько центов и, мило и картонно улыбнувшись, удалился в свое новое жилище.

Каким образом Курт умудрился за столь короткий срок приготовить практически целиком их ужин, а именно — итальянскую пасту, для Себастиана осталось загадкой. Наверное, как раз из-за этого он и отослал нового соседа прочь, выдумав липовую причину, чтобы, пока его не было, воспользоваться чарами готовки. Правда, истины Себастиан так и не узнал, потому что как только в его рот попал кусочек стряпни Курта, он решил, что то, как она была приготовлена, не так уж и важно. Она оказалась просто великолепна.

— Я, кстати, хотел спросить тебя, — сказал Себастиан, откинувшись на стуле, когда Курт принялся разливать по кружкам чай. — Ты ведь работаешь в театре. Ты не мог бы… показать мне там все? — неуверенно поинтересовался Себастиан, на что Курт усмехнулся.

— Да, никаких проблем. Завтра днем у меня как раз репетиция, если хочешь, можешь посмотреть. У меня, конечно, не главная роль, но тоже очень значимая, — Курт слегка покраснел и тут же вытащил из корзинки, куда сложил покупки Себастиана, булочку с корицей и быстро откусил кусок, чтобы занять рот.

— Прекрасно. Завтра днем я, как раз, совершенно свободен, — Себастиан сделал небольшой глоток горячего чая и резко отставил кружку, стараясь поскорее избавиться от жжения на языке.

Час спустя, когда Курт уже свернулся под своим огромным стеганым одеялом, Себастиан лежал на диване и пялился в белеющий в темноте потолок. Он улыбался уголками губ, потому что в его голове уже не просто аплодировала, кричала и свистела толпа, скандируя его имя. Возможно, Себастиан мыслил слишком крупно и нереально. Но лучше уж так, чем застрять в посредственных мечтах о серой обыденности. Даже если у него ничего и не получится, хотя он сразу же отбрасывал все эти мысли, он мог знать, что пытался. Эти и только эти мысли помогали ему двигаться дальше и просыпаться по утрам.

* * *

Сколько раз Себастиан представлял себе настоящий театр, он никогда не думал, что тот будет похож на склад. Нет, конечно же, не на склад, это был настоящий бродвейский театр, вот только… невероятно страшный, маленький и неизвестно, где Курт вообще его откопал.

— Я думал, здесь будет поживописнее, — с некоторым отвращением бросил Себастиан, войдя в зальчик. Пара десятков рядов поднимались от сцены, которая тоже была не ахти какая.

— Пока здесь, но нам обещали, что премьера пройдет в театре побольше, — немного виновато отозвался Курт. По нему и самому было видно, что он не в особо большом восторге от места, где приходится работать. Зато он хотя бы имел доступ к сцене, в отличие от Себастиана, который сразу же занял кресло в одном из первых рядов. Закинув ноги на спинку сиденья перед ним, Себастиан вальяжно развалился и принялся наблюдать за репетицией предстоящего мюзикла.

Актеры были без костюмов, довольно скудно одетые, а когда не пели, свои реплики произносили так, что Себастиану хотелось иной раз просто встать и с гневными воплями вытолкать половину актеров прочь из театра за не дотягивание и переигрывание. Его сдерживало только то, что такое поведение могут посчитать слишком ярким проявлением агрессии, и тогда ему не светит места даже в этом захолустье.

Единственным более-менее светлым пятном был Курт. Он действительно неплохо держался, однако, как он и говорил, не на главной роли. И хотя, по мнению Себастиана, Курт был хорош, когда главный актер принялся исполнять свою песню, стало понятно, почему Курта сделали только вторым.

Его голос, красивый и достаточно мужественный, заставил покрыться кожу на спине Себастиана мурашками. Он, не отрываясь, наблюдал за главным героем, когда Курт подхватил вторую партию. И тогда уже удивлению Себастиана не было предела. Тоненький, похожий на девичий голосок Курта прекрасно контрастировал с голосом главного солиста, создавая чудесный дуэт. И все было бы замечательно, если бы Себастиан не знал, как бездарно держался главный герой на сцене.

Как только песня закончилась, пафос, сквозивший из всех щелей главного актера, вернулся. Себастиану вновь стало скучно, и он принялся оглядывать зал, мечтая, чтобы главный герой снова запел, или все наконец подошло к концу. Неожиданно его глаза зацепились за новое лицо. Конечно, странно было бы предположить, что Себастиан знал кого-то, кроме Курта, в этом зале до этого, но если за полчаса он уже привык к основному актерскому составу, то этого парня еще не видел.

В отличие от актеров, которые старались хоть как-то соответствовать стилю и выглядели относительно неплохо, этот парень казался совершенно бедным. Немного грязная, поношенная одежда коричневых и серых тонов, кепка под цвет ей на черных кудрях. И все же было в нем что-то, что не дало Себастиану выпустить его из виду так просто. Внезапно он заметил, как незнакомец смотрит на сцену: не просто с интересом стороннего наблюдателя, а с обожанием. Его взгляд был устремлен в одном направлении, и, проследив за ним, Себастиан понял, что его интерес вызывает не шоу, а Курт. Быстро сообразив, что к чему, Себастиан усмехнулся и, улучив паузу, поднялся и заспешил на сцену.

— Простите! — громко воскликнул он, и режиссер тут же обернулся на новый голос, который посмел отвлечь его от репетиции. — Простите, я здесь впервые, но не мог не заметить одну вещь, — Себастиан выскочил на сцену под круглые от ужаса глаза Курта и слегка поклонился. — Себастиан Смайт, друг Курта, к вашим услугам, — Себастиан улыбнулся и кинул быстрый взгляд на бедно одетого парня в зале: теперь и его глаза были направлены точно на него.

— Просидев здесь с начала репетиции, я увидел, — начал Себастиан и принялся медленно расхаживать из стороны в сторону, — что, несмотря на великолепные вокальные данные вашего исполнителя главной роли, — кивнул он в сторону актера, — у него абсолютно отсутствует талант. Нет, серьезно, вы где-нибудь видели бравого молодого человека, сердце которого так и сгорает от любви к девушке, ведущего себя как отъявленный нарцисс, а его взгляд пуст настолько, что я вижу в нем отражение его мозга? — Себастиан резко ткнул в него пальцем. — Дай мне, — он выдернул из рук несчастного и совершенно сбитого с толку парня текст и принялся громко и с выражением зачитывать его.

«— О, так ты действительно думаешь, что твоя сестра согласится? — радостно воскликнул Себастиан и подскочил к Курту, схватив его за край жилетки. — Она ведь… О, мой бог! — он отошел в сторону и запустил пальцы в волосы. — Нет, так нельзя, ты мой друг, а она… Если ты против, так и скажи, я знаю, мы не всегда ладили, но…» — он снова подскочил к Курту и выжидающе посмотрел на него. — Ну, давай, твоя реплика, — прошипел Себастиан, заметив, как Курт замешкался. Помедлив несколько секунд, тот неуверенно произнес свои строчки, и Себастиан уже понесся по сценарию дальше, когда режиссер прервал его.

— Спасибо за это показательное выступление, мистер Смайт, — холодно отозвался он, глядя на Себастиана исподлобья. — Но мой состав актеров уже утвержден. И я не помню ваше имя в списке на прослушивание. Так что, я настоятельно попрошу покинуть мою сцену и этот театр.

Услышав слова, Себастиан выпрямился и гордо вскинул голову. Он отбросил сценарий прочь, даже не смотря в его сторону, и медленной поступью спустился со сцены.

— Я надеюсь, что вы понимаете, что без меня ваше шоу ждет полнейшее фиаско. Ваш актер совершенно бездарен, и если вы готовы работать с таким… бесталанным парнем, что ж, дело ваше, — прошипел он возле самого лица режиссера и, задрав нос, пошел прочь из зала. — Удачи, она вам понадобится.

Напоследок он поймал взгляд бедно одетого парня и подмигнул ему. Теперь все шло точно так, как он хотел. Если он все просчитал верно, то такая выходка вначале покажется режиссеру совершенно глупой и бесцеремонной, а после, о чем уже говорил его взгляд, когда Себастиан прошел мимо, он захочет заполучить его себе целиком. Еще и тот парень… он определенно надолго Себастиана запомнит, в этом сомнений не было.

Глава 2

Ожидание Курта немного затянулось, Себастиан не думал, что ему придется простоять на улице так долго. Он уже начинал замерзать и пожалел, что не захватил с собой шарф, кутаясь только в воротник пальто. Октябрь выдался на удивление морозным, и хотя Себастиан привык к холоду у себя в Висконсине, нынешняя погода застала его врасплох.

Себастиан даже начал подумывать о том, чтобы плюнуть и уехать домой, благо, он помнил, где жил Курт, но вскоре тот появился сам в сопровождении остальной труппы. Поймав злой взгляд исполнителя главной роли на себе, Себастиан весело ему помахал и ухмыльнулся, заметив, как тот разом побагровел и быстро удалился прочь.

— И что это было? — недовольно поинтересовался Курт, подойдя к Себастиану и вероятно имея в виду, выходку в театре, а не обмен любезностями пару секунд назад. — Найджел тебе этого просто так не оставит, — Курт направился вниз по улице к метро.

— Кто такой Найджел? — удивленно спросил Себастиан, следуя за Куртом. — А, подожди. Тот бездарь? — он засмеялся.

— Да, — сухо ответил Курт, даже не повернувшись к Себастиану. Он сунул руки в карманы и принялся кутаться в короткое пальто не слабее своего спутника. Вскоре оба добрались до подземки, где оба облегченно выдохнули от тепла, и, став на ступени эскалатора, продолжили разговор:

— Зачем ты сказал режиссеру, что ты мой друг? — Курт внимательно посмотрел на Себастиана. — Он стал пытать меня, кто ты такой, как только репетиция закончилась.

Услышав слова Курта, Себастиан расхохотался, довольный стечением обстоятельств.

— А он случайно не спросил, умею ли я петь? — немного успокоившись, поинтересовался он. Курт тут же нахмурился, явно не ожидая этих слов.

— Да, спросил… Но откуда?.. Постой, — выдохнул Курт, смотря на Себастиана так, будто впервые его увидел. — Ты специально вылез, чтобы он тебя заметил? Смайт, он не возьмет тебя на главную роль, — неуверенно сказал он, покачав головой. Было заметно, что Курту совершенно не улыбается стоять на сцене в тени Себастиана. К сожалению для него, так могло случиться и с большой вероятностью.

— Я приехал сюда, чтобы исполнить свою мечту, Курт. И готов пойти ради этого на многое, — улыбнулся Себастиан и непринужденно пожал плечами, чувствуя совершенно обескураженный и расстроенный взгляд Курта.

— Ты слишком самоуверен, — пробормотал он и сошел с эскалатора. Подойдя к нужной платформе, он недовольно фыркнул. — У тебя ничего не выйдет.

Себастиан только усмехнулся на слова Курта, прекрасно зная, что он ошибается. Нельзя приготовить омлет, не разбив яиц, и если это будут яйца даже самых ближайших его друзей… что ж, видимо, такова цена успеха.

Пока оба парня ехали в поезде, разговор сошел на нет из-за сильного шума вагона. Себастиана раздражал скрежет, когда поезд наклонялся и неудачно проезжал по рельсам, и потому он морщился каждый раз, как слышал его. И хотя эта пытка прекратилась достаточно быстро, неприятный писк слышался ему еще долго. Однако, как только они с Куртом вышли на улицу, Себастиан решил продолжить разговор о сегодняшнем дне на уже более приятные для него темы.

— Кстати, хотел спросить еще кое-что, — начал Себастиан, поравнявшись с Куртом, который чуть его обгонял. — Я заметил в зале одного парня. Брюнет, довольно поношенная одежда, — принялся описывать Себастиан, неотрывно глядя на Курта: тот заметно напрягся, хотя старался не подавать виду. — Не знаешь, кто он? — ненавязчиво поинтересовался Себастиан, притворяясь, что это не столь важно, как могло бы показаться на первый взгляд.

— Это Блейн, он работает осветителем, — сухо ответил Курт. По нему было видно, что он не в восторге от разговора и желает поскорее его закончить. В отличие от Себастиана, который только начинал развлекаться.

— Мне просто интересно, кто он такой, — продолжил он разговор. — Подумал, почему бы не пригласить его на свидание… Он ведь ни с кем не встречается, так? — Себастиан внимательно посмотрел на Курта и заметил, как тот напрягся еще сильнее и сжал зубы.

— Нет. Ни с кем. И с чего ты взял, что он пойдет с тобой на свидание? — Курт даже не взглянул в сторону Себастиана. Он только гордо вскинул голову и свернул к их дому.

— Ну, хотя бы потому, что я привлекательный, харизматичный и… явно заинтересовал его своим выступлением сегодня, — Себастиан ухмыльнулся и поспешил за Куртом, который резко прибавил шаг. Да, рискованно было так вести себя в первые же дни в новом городе и с новым соседом, но если Курту действительно нравился Блейн, он бы не допустил всего этого цирка. — Но если ты имеешь что-то против…

— Нет, с чего бы? — Курт неожиданно изменился в лице и усмехнулся. На губах появилась самодовольная улыбка, и он толкнул дверь, чтобы войти в подъезд. — Только не будь так уверен, что у тебя все получится. Он, может, и свободен, зато его сердце — нет, — Курт быстро заскочил в лифт, и Себастиан вначале решил, что тот уедет без него в отместку, но Курт дождался, пока Себастиан дойдет до лифта, и только тогда нажал на кнопку нужного этажа.

— Ну, попытка не пытка, — улыбаясь, согласился Себастиан и пожал плечами. Уж он был уверен, что для Курта это окажется тем еще испытанием.

* * *

На следующий день Себастиан даже не стал спрашивать Курта, можно ли ему пойти с ним в театр или нет. Разучивание дуэта из мюзикла накануне все сказало лучше некуда. Тем более что Курт не сомневался, что Себастиан просто так не отстанет, пока не опробует все варианты и все способы попасть на сцену. Поэтому на следующий день оба парня, предпочитая не вспоминать вчерашний разговор о Блейне, поехали в театр.

Как только Себастиан вошел в зал, он почувствовал, как полные ненависти глаза Найджела прожгли его насквозь. Но Себастиан только снисходительно ему улыбнулся и направился прямиком к режиссеру. Переговорив с ним, он скинул пальто куда-то в сторону первого ряда (оно наверняка попало прямо Найджелу в лицо) и, забравшись на сцену, поманил Курта за собой.

Тот не заставил себя долго ждать. Как и Блейн, радостно отметил про себя Себастиан, который уже выбрался в зал и устроился на одном из задних рядов. Улыбнувшись только ему, хотя его улыбку видели все присутствующие, Себастиан кивнул дирижеру, и сразу же полилась музыка.

Не стоило сомневаться, что его голос уступал голосу главного героя, от которого у Себастиана до сих пор бежали восторженные мурашки по спине. Вот только, в отличие от Найджела, Себастиан мог достойно показать себя и сыграть так, чтобы ему поверила последняя вошь в зале, а особенно режиссер и все ему подобные.

Он старался вкладывать в произносимые им слова все чувства, которые должен был испытывать герой в тот момент. Старался показать, какой должна быть игра, ведь в ней, как думалось Себастиану, ему не было равных. Он играл с детства, каждый день и получал невероятное удовольствие, будучи кем-то другим. Кем-то, но не собой.

Как только музыка закончилась, Себастиан замолчал и напустил самое серьезное, с каплей печали, выражение лица, на которое был способен. Он замер на несколько секунд, поклонился и сошел со сцены, даже не взглянув на людей в зале. Схватив пальто, Себастиан ушел вглубь, сохраняя театральную трагичность, и устроился в кресле на среднем ряду. Да, иногда он мог перегнуть палку и вел себя, как прожженный трагик, но ничего не мог с собой поделать. Ему нравилось оставлять какую-то загадку после себя и заставлять людей пытаться разгадать ее.

Репетиция уже была в самом разгаре, когда Себастиан почувствовал шевеление рядом с собой. Ему даже не нужно было поворачивать голову, он и так знал, кто сидит позади него.

— Ты здорово спел. И вчерашнее выступление… — произнес мягкий, но мужественный голос.

— Я знаю, спасибо, — Себастиан повернул голову вбок и улыбнулся. — Себастиан Смайт, — он протянул руку, но Блейн не пожал ее. Он перелез через сиденье и устроился рядом.

— Блейн Андерсон, — он обхватил протянутую кисть и несильно сжал в своей. На коже были следы масла и мелкие зарубцевавшиеся царапины. Себастиану это показалось немного неприятным, но подняв глаза на Блейна, совершенно перестал думать о его руках. — Ты и правда друг Курта? Просто я никогда раньше тебя не видел, — поинтересовался Блейн, с любопытством глядя на Себастиана. С таким, с каким обычно изучают сладости в витрине.

— Я знаком с ним только третий день, — признался Себастиан. Не было смысла врать. — Я встретил его в поезде, когда направлялся сюда. Он сел в мое купе. Ну и, знаешь, как бывает, слово за слово, и я уже сплю у него на диване, — рассмеялся Себастиан, наверное, слишком громко, потому что тут же услышал шиканье со стороны сцены. — Ну, а ты? — спросил он, подперев голову рукой. — Тоже его друг? Или… нечто большее?

Блейн сразу отвернулся, явно смутившись такого прямого вопроса. Он принялся разглядывать сцену, на которой пока что даже Курта не было, стараясь делать вид, что репетиция безумно интересная.

— Ладно, как хочешь. Просто любопытствую. Ты не обязан отвечать, — на лице Себастиана расплылась мягкая улыбка, и если не знать всех его намерений, то фальши можно было даже не заметить. Даже профессиональному критику.

— Мы не достаточно знакомы, чтобы обсуждать такие темы, — сухо ответил Блейн, хотя было заметно, что он внезапно почувствовал себя виноватым перед Себастианом. Ведь, казалось, тот не имел в виду ничего дурного. — Но если быть откровенным… — Блейн опустил голову и посмотрел на свои руки. — Я не думаю, что у него есть какие-то чувства, кроме дружбы. Да, он приветлив со мной, и иногда мы даже разговариваем после репетиций, но это все, — в голосе Блейна слышалось отчаяние. — Я совершенно запутался, — он тяжело вздохнул и покачал головой.

— Не нужно, не нужно, Блейн, — тепло произнес Себастиан и осторожно погладил нового знакомого по плечу. — Знаешь, я ведь тоже был в такой ситуации. Я не знал, что испытывает ко мне предмет воздыхания, — он обреченно выдохнул.

— И что ты сделал? — Блейн повернул голову и внимательно посмотрел на Себастиана.

— Я пошел на свидание с другим. Зачем тратить время на кого-то недостижимого, если можно найти вариант… поближе, — Себастиан склонил голову право.

— Нет, это неправильно, — отозвался Блейн и разом помрачнел. Себастиан почувствовал, что тот начинает ускользать с крючка. — Нужно добиваться того, кто дорог, во что бы то ни стало.

— Даже если этот некто совершенно не проявляет никаких ответных чувств? — холодно спросил Себастиан, чувствуя, что выбрал правильную тактику. Лицо Блейна тут же стало мрачнее тучи, а все его тело напряглось, как тетива. — Незачем бегать за мечтой, если она все равно никогда не сбудется. Да, ты можешь провести кучу лет, обожая его, но все, что получишь, снисходительные улыбки и приглашения на чай. Я знаю таких парней, как Курт. Им нравятся только успешные и богатые. Ты и сам прекрасно знаешь, что не входишь в их число, — прошептал Себастиан на ухо Блейна, смотря с ним в одном направлении. — Да, ты можешь бегать за ним, как маленький щенок, а можешь… пойти со мной сегодня на ланч, — сказал он бодрее и поймал недоверчивый взгляд Блейна.

— И ты думаешь, что я пойду? — иронично спросил он, хотя его глаза уже говорили, что он практически готов и на это.

— Да, — кивнул Себастиан, снова улыбаясь. — Ты ничего не теряешь. Мы выпьем кофе, перекусим. И если тебе не понравится, ты сможешь уйти. Я не буду тебя держать силком.

— Значит, я смогу уйти, если буду недоволен чем-то? — с сомнением спросил Блейн и получил утвердительный ответ. — С трудом верится.

— Брось, Блейн. Разве я давал повод усомниться в себе? — Себастиан улыбнулся теплее и приятнее и в этот же момент увидел, как Блейн сломался окончательно. Он победил. Всего лишь несколько убедительных аргументов и чуток вранья — и вы получите то, что хотите.

— Ладно, — наконец сказал Блейн. — Ланч, сегодня. Ты платишь, — он ткнул пальцем в сторону Себастиана, и тот поднял руки в сдающемся жесте. — Но только ланч, ничего больше, — добавил Блейн, спустя несколько секунд раздумий. Улыбнувшись, Себастиан согласно коротко кивнул. Он мог согласиться на что угодно, прекрасно зная, что в итоге все пойдет по его и только по его плану.

Они ушли, оставляя актеров без зрителей, под обеспокоенный и полный горечи взгляд Курта. И если бы Себастиан обернулся, он бы увидел, как его новый сосед смотрит на него. И быть может, тогда он бы передумал. Понял, что не стоит портить то, что существовало между этими двумя людьми, то, что Себастиан не чувствовал уже очень давно. Быть может, все было бы по-другому, если бы он вспомнил то самое чувство, которое заставляло трепетать изнутри от радости и волнения, и тогда смог бы оставить этих двоих в покое. Все это могло бы быть, но Себастиан не обернулся.

* * *

Себастиан вернулся только вечером, уставший, замерзший, но безумно довольный. Он ввалился в лофт с широкой улыбкой на лице и, стягивая шарф, принялся распевать какую-то довольно глупую песенку о любви. Курт, который ждал его возвращения, наблюдал за ним с неприкрытой злостью.

— И где ты был? — сердито спросил он, всем видом показывая свое недовольство происходящим. Вот только Себастиану не было до этого совершенно никакого дела, он только улыбнулся шире и скинул пальто на спинку дивана.

— Гулял с Блейном. Знаешь, мне кажется, мы прошли половину Нью-Йорка, — вдохновенно произнес он и, усевшись на подлокотник, упал спиной вниз. — Он показал мне столько мест. Один Центральный Парк чего стоит, — Себастиан засмеялся от прилившей к голове крови.

— Рад за тебя, — соврал Курт и отвернул голову, только бы не видеть светящегося от радости соседа. Тот, заметив это, усмехнулся и потянул руку к Курту, чтобы взъерошить его волосы.

— Да ладно тебе, Курти, — пропел Себастиан. — У тебя ведь было столько шансов, а ты ждал, что он сам позовет тебя. Бедняга, — его пальцы потянулись к носу Курта, что заставило второго резко соскочить с дивана.

— Не твое дело, что между нами с Блейном происходит, — прошипел он, отходя в сторону. — Тебе вообще нет дела ни до чего, кроме себя.

— Если тебе станет от этого легче, — произнес Себастиан и сел прямо, — мы не целовались, — он потянулся к краю рубашки и потеребил ее пальцами. — Он не стал.

Даже не глядя на Курта, можно было догадаться, как тот злорадствовал. Но успокоить его было главной задачей Себастиана на тот момент. Поэтому он поднял голову, посмотрел на Курта с легким разочарованием и повел плечами.

— Не получилось.

Курт хмыкнул, натянуто улыбнувшись, и ушел на кухню. Оттуда он вернулся с коричневым бумажным конвертом и протянул его Себастиану.

— Вот. Робертсон принял решение, — усмехнулся он. — Поздравляю.

— Кто такой Робертсон? — нахмурившись, спросил Себастиан. Он взял конверт и вытащил оттуда несколько листов бумаги. Прочитав слова на титульном листе, он вскинул брови и пораженно выдохнул с легким смешком. — Я получил главную роль? А как же тот парень? Найджел, — Себастиан недоверчиво посмотрел на Курта.

— Думаю, тебе нужно его опасаться. Ему дали какую-то роль в массовке, — Курт заметно потеплел, хотя и не растаял полностью. Он сел рядом с Себастианом и попытался улыбнуться как можно искреннее.

Откинув сценарий, Себастиан вытянул ноги на столике перед диваном и самодовольно хмыкнул.

— Не прошло и недели, а у меня уже главная роль в мюзикле и парень, — он покачал головой. — Ай да я.

— Подожди, — нервно усмехнулся Курт. — Какой еще парень?

— Мы не поцеловались с Блейном, потому что вокруг было слишком много людей, и он опаздывал на свой поезд, — спокойно сказал Себастиан, будто читал новости на радио. — Зато вместо этого он позвал меня на второе свидание, — поиграв бровями, Себастиан растянул губы в кривой ухмылке и, откинувшись на спинку дивана, сложил руки за головой и прикрыл глаза. После его слов в комнате воцарилась тишина, и в тот момент, Себастиан был готов поклясться, он услышал звон разбившегося сердца.

Глава 3

Все последующие дни были самыми тяжелыми в жизни Курта. Несносного, а теперь и ненавистного соседа приходилось терпеть не только на сцене, но и в театре вообще, где он обязательно сидел чуть ли не на коленях у Блейна. Который, к слову сказать, был весьма доволен сложившейся ситуацией. Что именно между ними происходило, Курт не знал и не хотел знать. По крайней мере, он к этому был еще не готов. Видимо, поговорка «Меньше знаешь — крепче спишь» подходила как раз к его случаю. Потому что он всегда старался скрыться, когда его сосед возвращался домой после театра.

И ровно в противовес тому, как Курт мрачнел, Себастиан становился все ярче. Подколки Найджела каждый день его совершенно не трогали: конечно, кто будет слушать попреки одного из второстепенных персонажей? Ему абсолютно не было дела до того, что скажет ему отставленный актер, когда знал, что на сцене блистает именно он. И ничто в те моменты было не важно.

Единственный, кто его волновал, хоть и меньше, чем он сам, был Блейн, который каждую репетицию наблюдал или из зала, или из-за кулис. И постоянно Себастиан чувствовал на себе его полный обожания взгляд. Нет, не влюбленный. Блейн просто сходил по нему с ума.

И это проявлялось практически во всем, не только во взгляде. То, как Блейн говорил с ним, как прикасался, как целовал его. Ему словно было мало Себастиана, каждый день нужно больше. А Себастиан и не был против. В принципе, он этого и добивался, так что нечего было и воротить нос. Такое внимание было лестно и приятно, в особенности потому, что Блейн был красивым, и Себастиана от него не тошнило, как от некоторых его предыдущих поклонников.

Конечно, его собственные чувства к Блейну не были даже вполовину так же сильны, но, казалось, обоих это устраивало. По крайней мере, Себастиан не слышал ни одного лишнего или недовольно слова в свой адрес от него. А значит, все шло просто прекрасно.

Единственное, что действительно напрягало, был Курт. Да, внешне он старался этого не демонстрировать, но каждый раз, возвращаясь домой, Себастиан думал, что обнаружит свои вещи на улице или свисающими с дерева, потому что ненависть и ревность Курта ощущалась за метры от него. И страдал в этой ситуации не только Курт. Иногда Себастиан ловил наполненный тоской взгляд Блейна, направленный на его соседа, и чувствовал, как странное недовольство растет в нем. Если Курт был такой тряпкой, что позволил увести у себя любимого человека, то нечего было строить из себя жертву. Поезд ушел, мистер Хаммел.

В один из таких дней с самого утра у Себастиана совершенно не было настроения. Ему пришлось рано встать, чтобы подучить текст, а после его совершенно загоняли на репетиции. В то время как он красиво произносил свои слова со сцены, к Курту подсел Блейн, и они начали о чем-то мило переговариваться. Заметив радость на лице соседа, Себастиан недовольно фыркнул, и как только его отпустили, чтобы смогла выйти массовка, подбежал к Блейну.

— Блейни, я так устал, — он опустился на сиденье рядом и положил голову на плечо Блейну. Поймав недовольный взгляд Курта, Себастиан закинул ноги на колени своему парню и тяжело вздохнул. — У меня сегодня весь день ни к черту. Давай сходим куда-нибудь? — он поднял полный тоски взгляд, зная, что Блейн просто не сможет устоять против этого. Да, возможно, Себастиан вел себя как последний подонок, но что только не сделаешь, чтобы удержать ценный экземпляр около себя. А Блейн был именно таким, Себастиан не сомневался.

— Разумеется, куда захочешь, — с улыбкой согласился Блейн, и Себастиан тут же запечатлел на его губах короткий поцелуй.

— Разве тебе не пора на сцену, Курт? — удивленно поинтересовался Себастиан, когда заметил, как тот скривился.

— Да, без твоей подсказки я бы и не догадался, — процедил Курт и поднялся со своего места. Когда он ушел, Себастиан снова увидел оттенок тоски в глазах Блейна, и это совершенно его не обрадовало. Чем чаще они виделись, тем больше была вероятность, что Блейн решит, что Себастиан ему особо не нужен. Так всегда бывало, когда он сталкивался с сильными чувствами. Поэтому нужно было действовать решительно.

— Знаешь, — протянул Себастиан, обводя пальцем пуговицы на рубашке Блейна, — может, сегодня останемся у тебя? Не хочу суеты, — он пожал плечами. — Только тебя, — прошептал он в самое ухо Блейну, обжигая его своим дыханием, и тут же почувствовал, как парень задрожал в его объятиях. Себастиан улыбнулся и потерся носом о висок Блейна. — Приготовишь что-нибудь?

После второго свидания, которое закончилось не только поцелуем, но и жарким сексом в гримерке театра, они не ходили больше ни на одно. В принципе, это Себастиана устраивало, он никогда не был поклонником романтики. Зато, как заметил, Блейн был. И раз ему так хотелось, Себастиан был готов пойти на уступки и позволить Блейну устроить вечер полный романтической чепухи.

— Конечно, — Блейн радостно кивнул и, казалось, на некоторое время забыл о существовании Курта, который как раз вышел на сцену.

Иной раз Себастиан сам не понимал, зачем он делает это. Зачем причиняет столько боли человеку, который согласился приютить его, помог найти ему работу. И, наверное, лучше бы было просто оставить их в покое. Но Себастиан не был бы Себастианом, если бы просто так упустил что-то хорошее в своей жизни. Один раз он уже прокололся и второй раз этого делать не собирался. Конечно, Блейн не был самым дорогим и важным для него, Себастиан вообще не был уверен, что сможет полюбить кого-то, кроме себя. Но Блейн был хорошим. Действительно, рядом с ним Себастиан чувствовал себя лучше, чем с кем-либо другим. Правда, недостаточно для того, чтобы быть счастливым.

Он пребывал в этих мыслях до самого конца репетиции и после, когда оба они приехали к Блейну домой. Тот жил в небольшой однокомнатной квартирке на самой окраине города. Если раньше Себастиан считал, что Курт живет не пойми где, то, увидев жилище Блейна, понял, что они с Куртом еще прилично устроились. Разумеется, не Себастиану было судить и выбирать, но все же Блейн давно мог бы найти себе место получше. Странно было и то, что он до сих пор не опробовался ни на одну роль. Как-то раз Себастиан услышал, как он поет, и, если честно, у Блейна он бы даже не стал пытаться забрать главную роль. Потому что Блейн был по-настоящему хорош.

Войдя в квартиру, которая выглядела так же бедно, как и ее хозяин, Себастиан скинул пальто и шарф, который начал носить по настоянию Блейна с недавних пор, и рухнул на кровать, которая заменяла и диван. Несмотря на то, что сама по себе квартира выглядела достаточно бедно, Блейн старался держать ее в полнейшей чистоте. И ни разу, когда бы Себастиан не оставался у него дома, он не видел, чтобы Блейн и сам выглядел неаккуратно. Ему просто негде было умыться в самом театре.

Пока Себастиан прохлаждался и пялился в потолок, Блейн успел переодеться в домашнюю единственную белую рубашку, которую он специально неряшливо решил не застегивать до конца у горла, и темно-синие джинсы. У самого Себастиана джинсы были только в далеком детстве, с тех пор он с них благополучно вырос и теперь немного завидовал Блейну, потому что хотел носить такие же. Но найти хорошую и подходящую ему пару пока что не мог.

— Значит, сегодня то, как мы проведем вечер, решаю я? — спросил Блейн, наклонившись над Себастианом. Он замер в паре сантиметров от него, а после быстро поцеловал его в приоткрытые губы. Так же резко убежав на кухню, он оставил Себастиана в легком недоумении, но тот быстро пришел в себя и последовал за Блейном.

— Конечно, все, что ты придумаешь, — Себастиан улыбнулся и остановился в дверях, прислонившись к косяку. — Все, что угодно.

— Ну, смотри, Смайт, — ухмыльнулся Блейн, доставая из сумки с продуктами курицу. Они хотели купить индейку, но не хватило денег. И поэтому было просто решено приготовить ризотто с жареной в духовке курицей. Чем немедленно Блейн и занялся, в то время как Себастиан уже потянулся за бутылкой с вином.

— Э, нет, мистер, — весело сказал Блейн и шлепнул Себастиана по руке. — Если ты напьешься сейчас, то потом не сможешь попробовать мой ужин, — он состроил немного обиженное лицо. — Тем более, я тоже хочу.

— Ла-адно, — протянул Себастиан и оставил бутылку на столе нетронутой, что далось крайне тяжело, потому что временами Себастиан грешил пьянками. Особенно часты они были еще дома, когда он был подростком. Тогда ему доставалось от родителей, но ни скандалы, ни удары не смогли его исправить. Почти каждая попойка завершалась тем, что Себастиана находили в постели с каким-то парнем. И удачей было, если это был один и тот же.

Поэтому смотреть на бутылку с приятной, тягучей и терпкой красной жидкостью для Себастиана было невыносимо. И хотя он больше любил крепкий алкоголь, только дурак стал бы отказываться от вина. Но делать было нечего, в этот вечер главный Блейн, а Себастиан слушается его и выполняет все, что он скажет.

К счастью выяснилось, что Блейн был не особо требователен, и все, что от Себастиана ему понадобилось, были несколько поданных ему приборов и открытая бутылка. Спустя чуть больше получаса, оба парня сидели за крохотным столиком и ждали, когда будет готово основное блюдо. Ризотто уже покоилось на их тарелках, так же, как и вино в бокалах.

— Знаешь, я часто думал о таком вечере, — нарушил тишину Блейн, взяв в руки бокал. — Всегда хотел устроить его для кого-то особенного, но… — он запнулся и виновато посмотрел на Себастиана.

— Не для меня, конечно, — Себастиан кивнул с ухмылкой, всем видом показывая, что недомолвка Блейна его практически не задела. Правда, неприятный осадок все же оставила. — Я всего лишь второй приз, — тихо произнес он себе под нос.

— Нет-нет-нет, Бас, ты не так меня понял! — тут же воскликнул Блейн, подаваясь вперед и округляя глаза. — Я хотел сказать, что случая удобного не подворачивалось, — заметив недоверчивую улыбку Себастиана, Блейн отставил бокал на стол и подскочил к нему. — Ты никогда не был вторым призом. Для меня ты — лучшая награда, — прошептал он, беря лицо Себастиана в свои руки.

— Даже лучше Курта? — произнес глухо Себастиан. И сразу увидел, как что-то меркнет в глазах Блейна.

— Он — недостижимая мечта. Вот и все, — деревянным голосом отозвался он. — Сейчас для меня важен только ты, — тон Блейна смягчился, и он потянулся к губам Себастиана, чтобы через нежный и осторожный поцелуй показать, что его слова — не пустой звук.

Блейн всегда был мягким. Во всем, что он делал, он никогда не допускал жесткости. Его слова, действия, прикосновения — все это всегда было с легким оттенком нежности. И именно это, как понимал Себастиан, не позволяло Блейну полностью вскружить ему голову. Да, конечно, Блейн был хороший. Но не это Себастиану было нужно.

Пока Блейн целовал Себастиана, который даже и не думал по-настоящему обижаться на его слова, кухня наполнялась стойким запахом гари. Оба парня не сразу обратили на это внимание, пока запах не стал совершенно невыносимым.

— Моя курица! — испуганно закричал Блейн, в панике уставившись на дымящуюся газовую плиту. Себастиан, недолго думая, побежал за ведром, чтобы залить сгоревшую курицу и спасти квартиру от пожара. Когда Блейн открыл духовку и со стоном досады вытащил обгоревшую курицу, Себастиан щедро полил ее холодной водой.

— Зачем ты это сделал? — воскликнул Блейн и недоуменно посмотрел на Себастиана: тот замер с поднятым ведром в руках. — Ее еще можно было спасти. А теперь… — Блейн оглядел птицу полным боли взглядом. Быстро отставив ведро на пол, Себастиан сел за стол и залпом осушил бокал вина, потому что это было первым, что пришло в его голову. Вечер был испорчен, определенно, теперь Блейн будет подавлен тем, что не сумел приготовить хороший ужин. И по большей части это была вина именно Себастиана, потому что он спровоцировал Блейна на извинения в виде поцелуя, чем совершенно отвлек его от готовки.

— Прости, — виновато выдавил Себастиан, не шевелясь. Он только наблюдал за тем, как Блейн берет курицу, окидывает ее грустным взглядом, пытается отскоблить пригоревшую корочку, а затем выкидывает в ведро. — В конце концов, у нас еще есть ризотто, — весело произнес Себастиан, надеясь, что Блейн отойдет после этого. Но тот лишь сел за стол и угрюмо посмотрел на тарелку с рисом и овощами.

— Я не хочу есть, — сухо отозвался Блейн и, залпом выпив вино из своего бокала, ушел в комнату. Проследив за ним взглядом, Себастиан цокнул языком и пошел следом.

— Я неудачник, — устало сказал Блейн, ложась на кровать. Себастиан скептически посмотрел на него, остановившись в дверях. Выслушивать порцию самобичевания ему хотелось меньше всего.

— С чего ты это взял? — скрывая раздражение, спросил Себастиан.

— Я ничего не могу. Вот ты красивый, талантливый, тебя все любят. А я даже чертову курицу приготовить не смог, — Блейн уткнулся лицом в подушку и запустил пальцы в волосы. Себастиан поджал губы и покачал головой, после чего опустился на кровать. Он никогда не был мастером утешений, а теперь и тем более не хотел им становиться. Не хотел, но чувствовал, что нужно.

— Ты слишком меня идеализируешь, — спокойно произнес Себастиан, поглаживая Блейна по спине. — И ужин… Он был не важен, я просто хотел провести время с тобой, вот и все, — он улыбнулся, когда Блейн оторвал голову от подушки и грустно посмотрел на него.

— Нет, ты все же самый замечательный, — он перевернулся на спину, после чего притянул Себастиана к себе и вовлек в жадный поцелуй. Себастиан принялся послушно отвечать на него и также на последующие ласки, которые не заставили себя долго ждать. Почему-то в целом такой невинный Блейн вообще не мог сдерживать себя рядом с Себастианом, на что тот, в принципе, реагировал вполне положительно. Да и кто бы стал возмущаться из-за горячих поцелуев, нежных поглаживаний кожи и неторопливых движений, заставлявших сходить с ума от переполнявших чувств? Особенно, если это все было с таким чудесным парнем. Который заставлял его чувствовать себя желанным.

Правда, Себастиан никогда не сомневался в том, что он такой и есть. И выходка с «вторым призом» была не больше, чем просто фарсом, потому что Себастиану нужно было вывести Блейна именно на те слова и эмоции, которые тот произнес. Себастиан слишком любил и ценил себя, чтобы принижать на самом деле. И считал, что он достоин парня, вроде Блейна. Он, а не Курт. И никто другой.

Все хорошее по определению должно было принадлежать ему, только ему. Даже если Себастиан чувствовал, что это не его. Ему нужно было знать, что его любят. И не просто на словах, а по-настоящему. Когда-то его этого лишили, и теперь Себастиан жаждал любви других. Он и сам был вполне в состоянии позаботиться о себе, но ведь приятно знать, что есть кто-то, кто хотел каждую минуту видеть его рядом. Готов был что угодно сделать ради его улыбки. Наверное, жестоко было лишать других такой же возможности, но Себастиану было все равно. Он всегда думал только о себе и о своем счастье. А проблемы и жизни других людей… Спасение утопающих, дело рук самих утопающих, не так ли?

Уже лежа в темноте, Себастиан поднял голову и посмотрел на Блейна рядом с ним, который держал его в своих объятиях. Тот не спал, он просто разглядывал лежащего рядом с ним парня.

— Ты самое удивительное создание, Бастиан, — прошептал Блейн, чтобы не нарушать идиллию спокойствия. — И я невероятно благодарен судьбе за то, что она подарила мне тебя.

— Я тоже безумно счастлив этому, — сказал Себастиан и потянулся за поцелуем. Неожиданно в его голове всплыла картина из детства, такая теплая и горькая одновременно, что Себастиан замер в нескольких сантиметрах от лица Блейна от нахлынувших воспоминаний. Это был первый раз, когда он и правда был счастлив. Первый и последний. И Себастиан не был уверен, что вообще сможет еще хоть раз почувствовать это.

Заметив, как Блейн нахмурился оттого, что Себастиан замешкался, он мило улыбнулся ему и быстро прижался к его губам своими. Нет, Блейн не заставлял его чувствовать себя по-настоящему счастливо. Но и плохо тоже. А значит, он именно то, что нужно. Пока не подвернется что-то получше.

Глава 4

Наверное, это произошло слишком рано. Быть может, Себастиан еще не осознавал до конца, что премьера действительно наступит через месяц. Месяц! О чем он вообще думал, когда влезал в самую середину репетиций? Другие актеры готовились гораздо дольше, у них было достаточно времени, чтобы побороть, если она у них вообще была, боязнь сцены. И, в отличие от Себастиана, у них были роли несколько незначительнее, чем его. Правда, пути назад для него не было.

Себастиан ходил по гримерной туда-сюда, от нервов не зная, куда себя деть. Курт уже ушел, кинув в его сторону ненавистный взгляд, а Блейн еще не появился. Черт бы его побрал, Себастиану он был как никогда нужен! Где его носило?

Кинувшись к пальто, Себастиан принялся поспешно искать сигареты и спички. Да, это самое лучшее средство от нервов, которые сейчас просто зашкаливали. Выйти на незнакомую еще сцену перед толпой зрителей, которые только и ждали, чтобы осмеять его. Да где вообще была его голова раньше?

— Баст, ты?.. Смайт, ты что творишь? — воскликнул Блейн, войдя в гримерную. Себастиан уже сунул сигарету между зубами и подносил к ней горящую спичку. — Брось немедленно, — Блейн подскочил к нему и выдернул сигарету изо рта. — Я уже сотню раз говорил тебе, чтобы ты завязал с этой дрянью, — он сломал сигарету пополам и выкинул в ведро.

— Не сотню, а всего лишь три, — скривившись, парировал Себастиан, с тоской глядя на уничтоженную сигарету. — Мне это нужно, Блейн.

— Нет, не нужно, — Блейн хмуро посмотрел на Себастиана. — Баст, ты же помнишь, что я говорил тебе вчера? — он подошел к Себастиану и положил руки на его плечи.

Конечно, он помнил. Возможно, какие-то отрывки могли стереться из памяти, но общая картина была четкая. Накануне у Себастиана уже начался небольшой мандраж, и поэтому Блейн решил сделать ему расслабляющий минет, после которого напряжение как рукой сняло. Точнее, губами и языком. И тем не менее, после Блейн действительно сказал, что Себастиан самый талантливый из всех, кого он когда-либо видел. И он правда произведет фурор. Но если вчера эти слова успокоили Себастиана, теперь они были просто пустым звуком.

— Я не смогу, — нервно усмехнувшись, сказал он. — Я выйду на сцену и споткнусь, или забуду текст, или слова песни, или еще… — Себастиану не позволил договорить Блейн, который заткнул его рот глубоким поцелуем.

— Ты все сможешь, я верю в тебя, — Блейн погладил его по щеке большим пальцем, как только отстранился, и еще раз коротко чмокнул в губы.

— На минет времени уже не хватит, да? — прошептал Себастиан с улыбкой, прижимаясь лбом ко лбу Блейна и чувствуя, наконец, некоторое облегчение.

— Нет, у тебя осталось три минуты, мистер главный актер, — усмехнулся Блейн, и своей фразой подействовал на Себастиана, как красная тряпка на быка.

— Три минуты?! — истерически воскликнул он, чувствуя, как вся, было, отступившая паника вернулась с удвоенной силой. — Боже мой, боже мой… — Себастиан снова начал бегать, как ужаленный, по гримерной. — Черт! — крикнул он. — Я забыл, с чего начинаются мои строчки! Нет, Блейн, я не смогу, я ни за что не смогу, это слишком… Ай! — Себастиан схватился за щеку, по которой его только что ударил Блейн.

— Ты сможешь, — сказал он спокойно. — Потому что все эти люди пришли ради тебя. И они будут первыми твоими поклонниками. Ну, вторыми, первым стал я, — Блейн ухмыльнулся слегка неуверенно и запустил пальцы в волосы. — Но ты там… эта сцена. Ты был рожден для того, чтобы играть, Себастиан. И если ты сейчас струсишь, то будешь жалеть всю оставшуюся жизнь, — закончил тираду Блейн и сделал глубокий вдох, в душе надеясь, что Себастиан его все же услышал.

Сперва Себастиан хотел выставить Блейна из гримерной за его пощечину, но, прислушавшись, понял, что в его словах был смысл. Он и правда всегда мечтал о сцене, с самого детства. И отступить сейчас, значило не сделать этого никогда.

— Ты прав, — негромко пробормотал Себастиан, кивая. — Конечно, ты всегда прав. Ты невероятен, Блейн, — он повернулся к зеркалу и, глядя на свое отражение, сделал три глубоких вдоха. Неожиданно открылось второе дыхание. Себастиан улыбнулся сам себе и, снова повернувшись к Блейну, уверенно произнес: — Пора взорвать эту сцену и этот театр моим талантом, — улыбка стала шире, и Себастиан последовал к двери, но тут же затормозил на пороге. — Точно не хватит времени для одного минета? — спросил он, на что Блейн со смехом вытолкал его в коридор.

Когда Себастиан обернулся, Блейн уже скрылся. Скорее всего, убежал в зал, чтобы его не остановили. Что ж, не всегда же ему быть рядом, верно? По крайней мере, он будет в первом ряду.

В гримерной было тихо, но стоило выйти в коридор, и Себастиан услышал гул голосов, доносившийся из зала. Паника снова захватила его, Себастиан еле удержался, чтобы не дать деру. Нет, он должен справиться, он ведь хороший, нет, прекрасный актер. Гордо вскинув голову, Себастиан прошел за кулисы, где уже собралась основная часть актеров.

Режиссер произнес ободряющую и напутственную речь, но Себастиан не слушал ее, стараясь сфокусироваться на себе и своем герое. С этой минуты он не Себастиан Смайт, он — простой парень-романтик, который мечтает жениться на сестре его лучшего друга. То есть полная ему самому противоположность.

Представление началось с номера массовки, после которого сразу же должен был вступать Себастиан. Он наблюдал за происходящим на сцене из-за кулис и не убирал руку ото рта из-за все еще неиспарившейся паники.

— Ни пуха, — послышался сзади голос Курта, и Себастиан вздрогнул. — Сейчас мы не враги, мы актеры, которые ответственно относятся к делу. И я буду хорошо играть, — Курт скрестил руки на груди, так же глядя на сцену. — Но знай, что как только мы выйдем отсюда, я по-прежнему стану тебя ненавидеть. Потому что то, что ты сделал, не поддается прощению, — сухо произнес он и резко перевел взгляд на Себастиана. — Я думал, мы друзья, — сказал он с болью в голосе, но Себастиана спас закончившийся вступительный номер. Коротко улыбнувшись Курту, Себастиан поспешил на сцену.

И что-то странное произошло с ним в тот же миг. Как только он ступил под свет софитов, и все взгляды в зале обратились к нему, одиноко стоявшему на сцене, Себастиан перестал бояться. Он почувствовал невероятную уверенность и легкость, а текст давался с такой простотой, будто это были его собственные слова. Каждое движение, каждый жест, каждая фраза заставляла зрителей поверить, что перед ними — неунывающий оптимист Гарри Лонгвуд, сердце которого принадлежит песням, мечтам и любви. И если критики сочтут это недостаточно правдоподобным, а Себастиан был уверен, в зале нашелся бы хотя бы один, то значит они совершенно не разбираются в людях и том, как они порой безумно ведут себя.

— Черт, я просто поверить не могу, — каждый раз восклицал он шепотом, выбегая со сцены и широко улыбаясь, даже если его герой рыдал несколько секунд назад. — Это потрясающе, просто невероятно, — говорил Себастиан и тут же снова убегал на сцену для очередного драматического акта.

Несмотря на общую печальную картину, закончилось все в стиле чудесных любовных романов, когда двое убегают, вопреки воле родителей. И вот, последние строчки спеты, последние слова сказаны, и Себастиан вместе с Китти, держась за руки, вышли к краю сцены на финальный поклон. Широкая улыбка не сходила с лица Себастиана до самого конца и даже тогда, когда он неожиданно заметил в зале странно знакомое лицо. Отогнав подозрительные мысли, Себастиан еще раз поклонился и вместе со всеми покинул сцену.

— Если еще остались кто-то, сомневающиеся в моем таланте, то я вынужден вас разочаровать, — с ухмылкой пропел Себастиан, когда юноши вошли в свою гримерную. Поймав скептический взгляд Найджела, Себастиан расхохотался. — Фиск, ты можешь выйти прямо сейчас? Потому что твоя кислая мина плохо влияет на мои актерские способности.

— Мы поговорим с тобой после статьи в завтрашней газете, — Найджел фыркнул и принялся переодеваться, видимо, решив, что не стоит тратить время на этого раздувшегося павлина.

— Хотя я и ненавижу тебя, но ты и правда был хорош, — вдруг сказал Курт, снова застав Себастиана врасплох. — И я действительно не жалею, что привел тебя в театр. Считай это небольшим перемирием, ведь если ты останешься с нами, Бродвей откроет свои двери нараспашку, — он протянул руку, слегка улыбаясь, и Себастиан неуверенно пожал ее, все еще ища подвоха в словах Курта.

Он уже закончил с переодеванием, когда Блейн пулей ворвался в гримерную. Он принес с собой целый букет роз, а от самого него пахло приятной морозной свежестью, которая коснулась Себастиана, как только Блейн поцеловал его в губы.

— Я же говорил, что ты всех потрясешь. Даже Рейч… — он осекся, поймав заинтересованный взгляд Себастиана. — В паре рядов за мной сидела Рейчел Берри, — извиняющимся тоном произнес Блейн. — Прости, я знал, что она в зале, но боялся, что если скажу, ты еще больше перенервничаешь.

Себастиан молча смотрел на Блейна. Он не ослышался? Рейчел Берри, самая юная и быстро пробившаяся чуть ли не наверх Бродвея актриса потрясена его игрой? Это точно сон, не иначе.

— Если ты сейчас шутишь, я устрою тебе такой разнос, как только мы останемся вдвоем, — пробормотал наконец Себастиан. Блейн пожал плечами, невинно улыбаясь.

— Совершенно не до шуток. Она действительно сказала, что в восторге от, цитирую: «Этого душки Гарри. Вот бы таких парней было побольше».

Себастиан издал какой-то непонятный писк, на который обернулись все оставшиеся парни в гримерной, и кинулся с объятиями на Блейна.

— Сегодня мы точно устроим что-то особенное, — прошептал Себастиан, чтобы никто, кроме Блейна, его не услышал. — Все, что угодно, я чувствую такое вдохновение, — произнес он голосом, похожим на мурлыканье кота.

— Знаешь, я долго думал, чтобы тебе побыть… — со счастливой и немного бестолковой улыбкой начал Блейн, но в гримерную неожиданно вошел довольно представительного вида мужчина с букетом сиреневых ирисов.

— Простите, кто из вас мистер Смайт? — деловым тоном спросил он, и как только Себастиан вышел вперед, протянул ему букет. — Это вам.

— А кто его прислал? — спросил Себастиан, тупо уставившись на букет. Было только два человека во всем мире, которые знали, какие его любимые цветы. А так как мама вряд ли стала бы передавать букет через посредника, у Себастиана оставался только один вариант. Но ему нужно было знать наверняка.

— Мой клиент просил не выдавать его личность, но внутри лежит записка, — незнакомец указал на букет. — И, если вы пожелаете, сэр, он будет ждать вас сегодня в Болей. Я отвезу вас, если вы согласны.

Вытащив слегка подрагивающими руками записку, Себастиан пробежался по ней глазами, а затем, быстро натянув пальто и захватив букет, направился следом за незнакомцем.

— Ты куда, Баст? — недоуменно спросил Блейн, погнавшийся за ним. — Я думал, у нас на сегодня планы, — в его голосе слышалось непонимание вперемешку с горечью.

— Я… Я, наверное, не смогу сегодня, — растерянно ответил Себастиан. — Давай, поговорим завтра, хорошо? Я приеду сразу утром, обещаю, — он сделал пару шагов вперед, чтобы поцеловать Блейна на прощание, но резко одернул себя и ушел прочь.

На улице уже падал снег, когда Себастиан вышел из театра, поэтому обрадовался, что машина незнакомца припаркована совсем рядом. Забравшись в нее, он откинулся на сиденье и уставился на букет и записку, которую все еще держал в руке.

— С вами все в порядке, сэр? — спросил мужчина, наблюдая за Себастианом в зеркало заднего вида. — Вы все еще хотите ехать?

— Да, хочу, конечно, — пробормотал Себастиан, кивая, но не поднимая взгляда.

До сих пор осознание того, что произошло, не укладывалось в его голове. Себастиан не думал, что когда-нибудь еще увидит его. А тем более, что он помнит о его любимых цветах. Они не виделись уже очень много лет, но не было и дня, чтобы Себастиан хотя бы мимолетом не вспомнил о нем. А теперь он ждал его в ресторане, он был на премьере, он… Себастиан снова опустил взгляд на записку, и горькая, но в то же время счастливая улыбка озарила его лицо.

«Первосходно. Х. К.»

Глава 5

Руки слегка тряслись. Себастиан отложил букет и записку в сторону, потому что не мог поверить в происходящее от волнения. Одни лишь воспоминания крутились в его голове бурным вихрем из красок. Себастиан даже перестал обращать внимание на проносящиеся мимо улицы и здания, которые так раньше любил разглядывать во время поездок. Но сейчас это было совершенно не важно. Он, борясь с нервами, только сильнее натягивал рукава свитера до самых пальцев, как всегда делал в таких ситуациях.

Они с Хантером познакомились, когда Себастиану не было еще и пяти. Хантер был постарше, поэтому вначале всегда старался вести себя взрослее. Как, наверное, забавно это выглядело со стороны, ведь, по сути, они были еще такими маленькими. Тогда все казалось совсем по-другому, и в пять Хантер был просто невероятным зазнайкой. Каким, в принципе, оставался до их последней встречи.

Себастиана всегда удивляло, почему родители Хантера, которые жили в Колорадо, отправляли сына каждое лето не в самый южный штат? Да, пожить на ферме иногда полезно, Себастиан в этом не сомневался. И все же находил все это немного странным. Наверное, они бы Хантера и на Аляску отправили, живи его дядя, к которому его ссылали, там.

И тем не менее Себастиан был рад, что дядя Хантера жил не на Аляске. И не в любом другом штате, а в Висконсине. Через дом от его собственного. Может, это судьба, а может, просто удачное стечение обстоятельств, которое заключалось в случайном выборе именно этого дома. В любом случае, встреча с Хантером была самой лучшей и самой грустной вещью, которая происходила в его жизни.

Именно тогда Себастиан полюбил лето. И ждал окончания учебного года больше, чем Рождества или дня рождения. Потому что, в отличие от этих дней, летом к нему приезжал Хантер. И не было и дня, который они бы не провели вместе.

В основном они занимались тем, что сидели в поле или на берегу реки, и Хантер рассказывал какие-то истории. Он любил сочинять, чем приводил Себастиана в неописуемый восторг. Каждый день с ним был настоящим приключением. Он даже для простого жука, который проплывал на листке мимо них по воде, мог придумать невероятную жизненную историю.

У Себастиана же была другая привычка, которая потом переросла в мечту его жизни. Он выбирал истории Хантера, который нравились ему больше всего, и разыгрывал из них небольшие сценки. И всегда они получались так хорошо, что Хантер радостно хлопал в ладоши, смеялся и говорил «Первосходно». Маленьким, Хантер часто не мог правильно произносить слова, а потом это стало своего рода их тайным кодом. И Себастиан не сомневался, что получит свое «Первосходно». Так же, как получил его в этот ноябрьский вечер.

Машина уже почти приехала. Себастиан выглянул в окно, когда автомобиль затормозил на светофоре, и судорожно выдохнул. Он ведь не видел Хантера уже двенадцать лет. Все эти годы прошли в раздумьях, как могла бы сложиться их жизнь, если бы Хантер не уехал. Если бы его не отдали в ту злосчастную военную академию в Колорадо.

И хотя Хантер написал, что его родители просто решили, что так будет лучше для него, Себастиан знал истинную причину. Родители Хантера не хотели, чтобы их сын стал геем.

Тем летом, которое было для них последним, Себастиан понял, что питает к Хантеру отнюдь не дружеские чувства. Он пытался расставить все по местам, осознать, что с ним происходит. И когда увидел на пороге своего дома Хантера, который с поезда сразу же прибежал к нему, понял, что он любит его. Да, наверное, детской и наивной любовью, а какая еще она может быть в тринадцать? И все же, для Себастиана она была самая настоящая.

Он долго не мог признаться Хантеру, долго не мог сказать, что чувствует. Потому что боялся, что тот его отвергнет. Но еще больше, что не поймет. Хантер никогда не заговаривал о своих чувствах к кому-либо, ни к мальчикам, ни к девочкам. И хотя он относился к Себастиану довольно тепло, тот все равно не думал, что Хантер чувствует то же, что и он, даже в половину.

И не был уверен во время их первого, немного неловкого поцелуя, когда Хантер повалил его в поле, а Себастиан, лежа под ним и глядя на его раскрасневшееся от бега и смеха лицо, которое было так близко, не выдержал и смазано поцеловал его губы. Он думал, что Хантер оттолкнет его, испугается, уйдет, и Себастиан никогда больше его не увидит. И приготовился к этому. Но Хантер не оттолкнул. И даже не отстранился. Сначала, конечно, он растерялся, но через секунду принялся отвечать, мягко целуя нижнюю губу Себастиана. Наверное, в тот момент Себастиан был самым счастливым на всей земле. Как и каждый раз, когда губы Хантера касались его собственных.

Теперь их прогулки стали менее дружественными, чем были до этого. Если раньше они сбегали, но их можно было найти при желании, то теперь они прятались хорошо, чтобы никто их, даже случайно, не обнаружил. У Себастиана кружилась голова каждый раз, когда Хантер был так близко, что между ними не прошла бы и ладонь. Когда он крепко держал его, насколько хватало сил, и переставал целовать губы, опускаясь ниже. Иногда Себастиану казалось, что Хантер делал это просто потому, что это было что-то новое, необычное, но быстро отметал эти мысли, когда их взгляды пересекались. Было в глазах Хантера что-то, что заставляло поверить в чувства, которые он, возможно, питал к Себастиану. И о которых никогда ему не говорил.

Себастиан даже подумать не мог, что когда-нибудь это закончится. Вернее, не мог подумать, что так скоро. Самое счастливое лето оборвалось совершенно неожиданно, когда Хантер уехал на две недели раньше, чем обычно, не объяснив причину. Только потом Себастиан узнал, что его отец зачислил его в военную школу-интернат, и он больше не приедет. Никогда. Письмо, которое получил Себастиан, было сухим и больше походило на отчет. Он до последнего не верил, что его и правда написал Хантер, тот не мог поступить с ним так, просто не мог.

Но на следующее лето Хантер и правда не приехал. И через год тоже. Тогда Себастиан понял, что любви в жизни не существует. Единственное счастье, которое человек может получить, основывается на его собственном эгоизме. А другие люди… они просто способ достижения счастья для конкретного человека. Хотят они того или нет.

— Приехали, — оповестил голос водителя, и Себастиан подпрыгнул от неожиданности. С трудом повернув голову, он увидел из окна вывеску ресторана, а после перед ним открылась дверь, и Себастиан, на негнущихся ногах выбрался из машины. — Ваши цветы, сэр, — водитель протянул ему букет, который Себастиан взял немного подрагивающими руками.

Подойдя к дверям, он остановился и с трудом проглотил ком, застрявший в горле. Они не виделись двенадцать лет. Это ведь очень много. Хантер мог стать другим, Себастиан стал другим. А вдруг, Себастиан его не узнает, или им будет не о чем говорить, или они поймут, что стали совершенно разными людьми и решат больше никогда не встречаться? Да Себастиан попросту этого не перенесет! Снова найти что-то, что так дорого, и потерять? Да это ж какой жестокой судьба должна быть для этого?

За этими мыслями Себастиан не заметил, как вошел в зал и замер. Он огляделся, чувствуя, как сердце начинает колотиться быстрее при каждом новом увиденном лице. И облегченно выдыхал, понимая, что это кто-то другой. Наверное, Себастиан простоял бы еще долго, если бы…

— Бас? — голос изменился, но интонация осталась прежней. Знакомые нотки улавливались даже в одном слове. Себастиан обернулся на голос, боясь и одновременно предвкушая то, что увидит.

В тот момент мир, казалось, замер. Часы остановились, люди застыли в тех позах, которые приняли в секунду, когда Себастиан увидел его. Он определенно изменился, это точно, как Себастиан и предполагал. И стал лучше. Настолько, что Себастиану вдруг захотелось убежать, ему казалось, что Хантер совершенно не таким его себе представлял. Что он стал хуже, уродливее, быть может, злее. Но из-за улыбки Хантера понять его истинные мысли было сложно.

— Я уже думал, что ты не приедешь, — Хантер вышел из-за стола, чтобы проводить за него все еще стоящего на месте Себастиана. — Затор на дороге? — он подошел ближе, и Себастиан еле слышно пискнул, чувствуя, как ноги подкашиваются.

В лице Хантера все еще оставалось что-то детское, что не могло Себастиана не радовать. И все же перед ним был мужчина, а не мальчик. Хантер Кларингтон вырос, он даже одеваться стал иначе. Конечно, он и раньше старался следить за собой, но теперь все в нем кричало о его состоятельности. Даже парфюм, который Себастиан почувствовал еще в метре от него. И как он только догадался выбрать такой, который заставил Себастиана еле сдерживаться, чтобы не накинуться на него?

— Да, наверное, я… не особо заметил, если честно, — с трудом выдавил Себастиан, а после чуть не выронил цветы, потому что Хантер, хоть и несильно, но обнял его.

— Я поверить не могу, что встретил тебя, — тихо произнес он на самое ухо Себастиану и практически сразу отстранился. — Какая же маленькая у нас страна, — он улыбнулся и, хлопнув Себастиана по плечу, пошел к столу. — Цветы, как я понял, тоже нравятся, да? — усмехнулся Хантер и отодвинул стул, чтобы Себастиан мог сесть на него.

— Как ты меня вообще нашел? — Себастиан вдруг почувствовал, как его начало отпускать. Подошедший по щелчку Хантера официант поставил его букет в воду и положил перед ним меню, а Себастиан сделал глоток из стакана воды, который был приготовлен для него на столе. — Ты ведь был в Колорадо. Почему Нью-Йорк?

— Я живу здесь, — Хантер достал из ведерка вино и налил Себастиану в бокал. — Ты любишь розовое? Я не знаю, какие вина ты пьешь, поэтому…

— Я люблю скотч, — ответил Себастиан. Огромный шарик счастья, который разросся внутри него, как только он увидел Хантера, принялся постепенно сдуваться. — И красное вино, — сказал он тише и уткнулся в меню. Почему-то надобность спрашивать Хантера в тот момент, где он умудрился взять вина, отпала сама собой, будто так и надо. Видимо, во всем было виновато богатство и шик, которыми Хантер так и светился.

— Да, конечно, я закажу новую бутылку, — виновато улыбнулся Хантер и отставил вино в сторону. — Почему Нью-Йорк? Я здесь по делам, — он слегка растянул последнюю фразу и сцепил пальцы в замок на столе. — Точнее, я переехал сюда по одной просьбе. Живу на Манхэттене. Если возникнет желание, я всегда рад тебя видеть там, — он улыбнулся, но Себастиан даже не поднял головы. Он разглядывал цены на блюда и думал, что Хантер попросту смеется над ним. У него в жизни не будет денег, чтобы расплатиться за все это.

— Знаешь, я не голоден, — сухо заметил Себастиан и отложил меню в сторону. — И вообще, мне кажется, что приезд сюда был ошибкой, — он хотел встать из-за стола, но Хантер схватил его за руку.

— Стой, ты куда? — на его лице отразилась легкая паника. — Я сделал что-то не так?

— Ты сделал, когда двенадцать лет назад подкинул мне письмишко о том, что больше никогда не вернешься, — зло прошипел Себастиан, чтобы не привлекать внимание. — И я смирился с этим. А теперь ты появляешься и думаешь, что я так просто кинусь тебе в объятия? И все будет, как прежде? Так вот знай, — он наклонился к Хантеру, — оно не будет.

— Бас, не уходи, — Хантер сжал запястье Себастиана сильнее, когда тот попытался вырваться. — Прости, я знаю, что то письмо… Давай поговорим, прошу тебя, — он, не отрываясь, смотрел Себастиану в глаза, и, в конце концов, тот сдался.

— Ладно, — Себастиан опустился за стол и скрестил руки на груди. — Но платишь ты, — бросил он в сторону меню и выгнул бровь.

— Так и предполагалось, — Хантер облегченно выдохнул и откинулся на стуле. — Тогда выбирай, что ты будешь. Ты можешь заказать, что угодно.

Себастиан недоверчиво покосился на Хантера, но взял меню в руки и снова уставился в него.

— Я слушаю, — с холодом сказал он, не поднимая взгляда.

— А, ну да, — Хантер выпрямился и сложил руки на столе. Он поджал губы и принялся покусывать нижнюю, пытаясь собраться с мыслями. — Я знаю, что должен был написать тебе, обрывать общение так резко было неправильным, просто… Тем летом я случайно проболтался, — Себастиан посмотрел на него. — Я рассказал отцу о том, что между нами было, и он… я думаю, тебе будет неинтересно слушать о том, как он избил меня, — Хантер невесело усмехнулся и показал на шрам на лбу. — Ударился о косяк двери, когда он толкнул меня. После этого он незамедлительно записал меня в академию. Думал, что военный режим исправит меня, поставит на истинный путь. Но он… только ломал, ничего больше. Не могу отрицать того, что мне там нравилось, все-таки это хорошая жизненная подготовка. И все же я никогда не чувствовал себя там на своем месте. Мне нужно было что-то другое, — он замолчал, когда подошел официант. Выслушав заказ Себастиана, он удалился, и Хантер продолжил.

— Когда я заканчивал академию, отец пророчил мне будущее генерала, особенно после войны. Думал, что я хочу связать с этим всю свою жизнь. Идиот, — Хантер фыркнул и осушил половину своего бокала с вином. — Как только со школой было покончено, ему предложили работу в Калифорнии. И я поехал вместе с ними. Сейчас они живут в Лос-Анджелесе, недалеко от моего дяди, Гарольда Дженкинса.

Услышав это имя, Себастиан поперхнулся от неожиданности.

— Твой дядя Гарольд Дженкинс? — он ошалело уставился на Хантера. — Тот самый режиссер?

— Да, он самый, — по Хантеру было видно, что он уже начал жалеть, что заикнулся о своем знаменитом родственнике. — Только, пожалуйста, не говори никому об этом, ладно? А то у меня от желающих в кино сняться отбоя не будет, — прошептал он, наклонившись к Себастиану. — Чуть больше года назад я переехал сюда. Отец неплохо зарабатывает в кинобизнесе, и они с дядей купили мне здесь дом, — он говорил достаточно будничным тоном, но для Себастиана все слова Хантера казались просто фантастическими. Тот жил той жизнью, которую он всегда хотел. И, что странно, Себастиан совершенно никак не мог ему завидовать. Даже если очень хотелось.

— Так и зачем ты уехал из Калифорнии сюда? — спросил Себастиан, которым история Хантера завладела окончательно. — Ведь там так…

— Скучно? — Хантер улыбнулся и посмотрел на Себастиана с толикой иронии. — Я не актер и быть им не хочу. Так и что мне делать в рассаднике потенциальных артистов? Я решил, что лучше выбрать место подальше от толпы жаждущих славы. И знаешь, я совершенно не жалею об этом, — его улыбка стала шире и теплее, чем заставила желудок Себастиана сжаться от приятного волнения.

— Ты сказал, что ты здесь по делу. По какому? — Себастиан прищурился и с подозрением посмотрел на Хантера.

— Это не так важно, на самом деле, — он отмахнулся, слегка нервничая. — Мы всегда сможем вернуться к этому позднее. Мне больше интересно, как жил все это время ты? — он наклонился еще ближе и накрыл руку Себастиана своей.

— Я… — Себастиан вздрогнул от теплого прикосновения и поднял на Хантера глаза. — Я жил совершенно не так, как ты. Мне все позволяли, меня никто не избивал. Я делал, что хотел, и когда закончил школу, пошел работать на заправку. Потом пел в баре, тоже довольно неплохой заработок. Ну, а после я понял, что не могу больше прозябать в своем никчемном городишке и решил стать актером. Ведь это из-за тебя я полюбил именно этот вид искусства, — он ухмыльнулся, заметив легкое удивление на лице Хантера. — Твои истории. Ты забыл уже? — Себастиан засмеялся, а Хантер стукнул себя по лбу.

— И правда, — он покачал головой, усмехаясь. — Я так их рассказывать любил.

Наконец принесли заказанные блюда, Себастиан смотрел на еду с восторгом. Сам бы он еще долго копил на такой ужин, но Хантер был невероятно щедр. Наверное, извинялся за долгие годы безмолвия. И в один миг, как только лосось коснулся его языка, Себастиан простил Хантера.

— Знаешь, если ты не занят, мы могли бы завтра снова встретиться, — предложил Хантер, разливая вторую бутылку вина, на этот раз красного. — После театра ты ведь свободен?

— Да, конечно, никаких планов, — Себастиан отрывал взгляд от лица Хантера только для того, чтобы увидеть вилку или бокал.

— И никаких… свиданий? — как бы невзначай уточнил Хантер, будто добиваясь чего-то.

— Нет, никаких. Я свободен, — Себастиан улыбнулся и сделал глоток вина. — Не сомневайся.

Он даже не подумал о том, что сказал. И совершенно забыл о том, что в другой части города Блейн ждет его и, наверное, рвет и мечет, ведь его парень уехал в неизвестном направлении. И не понятно, приедет ли к нему завтра вообще. Ведь всякое бывает.

Ужин закончился на более веселых нотах, нежели начался. Напившись, они говорили обо всем, вспоминали детство, свои старые шутки, и на какое-то время Себастиан почувствовал себя снова тринадцатилетним мальчиком, который без памяти влюблен в своего лучшего друга.

— Если тебе вдруг что-то от меня понадобится, — в который раз за вечер произнес Хантер, когда они уже вышли на улицу, — я всегда рад помочь. Мой дом — твой дом, запомни.

Он неуклюже открыл Себастиану дверцу машины, которая все это время ждала их у входа в ресторан, и, после того, как он залез внутрь, устроился рядом.

— Правда, я все для тебя сделаю, Бас. И еще раз, прости меня, — Хантер виновато улыбнулся, на что Себастиан в очередной раз расхохотался.

— Обязательно придумаю причину для того, чтобы воспользоваться твоим предложением, — радостно протянул он, после чего назвал водителю свой адрес.

— Это нечестно, — Хантер нахмурился и несильно щелкнул Себастиана по носу пальцем. — Хотя я же обещал… — он вздохнул и пожал плечами. — Ладно, все сделаю. Только попроси.

— Ну, для начала отвези домой, — негромко произнес Себастиан. Он откинулся на спинку сиденья и посмотрел на Хантера. В голове роилась тысяча мыслей, но оттесняла всех одна, которая требовала поцеловать Хантера немедленно. Но Себастиан не спешил. Ему казалось, что вечер и так был идеальным, и если он вдруг испортит его поцелуем, то будет жалеть всю оставшуюся жизнь.

Прошло, казалось, меньше минуты, когда автомобиль затормозил у дверей дома Курта. Себастиан разочарованно выдохнул, оглядывая улицу, и повернулся к Хантеру.

— Ну, мне пора, — неуверенно произнес он, ухватившись пальцами за ручку двери. — Я был рад увидеть тебя, Хант.

— Я тоже. Еще увидимся. Я теперь знаю, где ты живешь и играешь, — Хантер засмеялся и, наклонившись к Себастиану, оставил легкий поцелуй на его щеке. Себастиан выкатился из машины, пребывая в легком шоке, и тут его снова окликнул Хантер: — Цветы не забудь, — весело сказал он, протягивая букет. Себастиан взял его, понимая, что совершенно не хочет оставлять Хантера в машине и идти домой. Только бы остаться с ним, только бы он не уезжал.

— До завтра, — Хантер улыбнулся и подмигнул, решив все за него. Дверца захлопнулась, машина уехала, а Себастиан, держась за щеку, где еще чувствовались губы Хантера, вернулся в квартиру.

И вся реальность разом обрушилась на него, топча, разрывая и убивая сказку, в которой он пребывал последние пару часов.

— И где ты был? — зло спросил Курт, когда Себастиан вошел в дверь. — Ты знаешь, что Блейн только что ушел от меня? Он выпил все вино, которое у меня было, потому что был на грани.

Блейн. Себастиан нахмурился и скинул ботинки с ног. Точно, Блейн.

— Я сказал ему, что приеду утром. Незачем было волноваться, — настроение сразу же полетело к черту. Себастиан ушел к себе и, положив цветы на кровать, бросил рядом пальто и шарф. — Я просто встретился со старым другом. Что такого?

— А то, что ты мог хотя бы предупредить его. Знаешь, Смайт, я готов был терпеть многое, — Курт вошел в комнату к Себастиану, и весь его вид не нес в себе ничего, кроме неприкрытой черной ненависти. — То, как ты наплевал на мое радушие и предложение дружбы. То, как тыкал своими отношениями с человеком, которого я люблю, прямо мне под нос. Многое я терпеть был готов. Но если ты сделаешь еще хоть что-нибудь, что причинит боль Блейну, даже малейшую, я выкину тебя отсюда. И мне будет все равно, что станет с тобой дальше, — бросил Курт, как плевок, и быстро удалился, не желая проводить с Себастианом наедине ни секунды и оставляя его одного с собственными мыслями.

Глава 6

Себастиан стоял на пороге квартиры Блейна на следующее утро, в то время как сам ее хозяин сидел за столом на кухне и держался за голову. Медленно, стараясь не делать резких движений, Себастиан подошел ближе к нему и замер, запустив руки в карманы пальто. Он только пришел с улицы и еще не спешил раздеваться или даже присаживаться. Он вообще не был уверен в том, что следует сказать, и в том, что разговор стоит начинать именно ему.

— Где ты был вчера? — с хрипотцой поинтересовался Блейн, поднимая голову. Его голос, глухой и осипший, заставил Себастиана вздрогнуть. Груз вины разом навалился на него, отчего Себастиан мигом почувствовал себя самым жестоким в мире человеком. — Ты сбежал и даже не сказал, куда.

— Я был… — Себастиан запнулся. С любовью всей своей жизни? И даже не рассказал ему о тебе? А ведь верно. Не рассказал. — Блейн, это был мой очень старый друг. Мы не виделись больше десяти лет. Я даже не ожидал, что вообще встречусь с ним еще раз, — он глупо улыбнулся и пожал плечами. Наверное, не стоило показывать хоть какую-то радость, потому что Блейн посмотрел на него глазами, полными разочарования.

— Ты мог бы сказать мне. Я бы понял, — прошептал он, поднимаясь. — Вместо этого я провел всю ночь, думая о том, что ты больше не вернешься ко мне.

— Ты провел ее у Курта, — саркастично вскинув бровь, заметил Себастиан. Конечно, он был не в тех условиях, чтобы выставлять виноватым Блейна, но не мог просто так упустить это из виду.

— Конечно, я пошел к нему, а что мне было еще делать?! — неожиданно воскликнул Блейн, заставляя Себастиана отшатнуться. Блейн прижал руку к губам, его лицо слегка покраснело, а глаза увлажнились. — Ладно, уже не важно. Я не отпущу тебя больше никуда, — негромко сказал он через несколько секунд, придя в себя. Подойдя к Себастиану, Блейн взял его лицо в руки и мягко поцеловал.

— Стой, — Себастиан отстранился, не дав Блейну углубить поцелуй, и посмотрел на него, нахмурившись. — Как это никуда не отпустишь? Блейн, я твой парень, а не собственность. Я могу ходить, куда хочу. Я, конечно, предупрежу тебя в следующий раз, но… ты не в праве никуда меня не пускать, — сердито добавил он. И было заметно, что Блейна это задело.

— Хорошо, ладно, — он нехотя кивнул. — Ты прав. Надеюсь, в следующий раз предупредишь меня, — он снова подался вперед, приподнимаясь на носочках, и утянул Себастиана в новый поцелуй.

— Кстати, об этом я и хотел поговорить. Знаешь, Блейн… — начал Себастиан, разорвав поцелуй, но Блейн не дал ему договорить.

— Я ведь не поздравил тебя вчера, — он улыбнулся и, взяв Себастиана за руку, повел в спальню. Себастиан уже хотел было возразить и сказать, что цветов вполне достаточно, и что он пришел совсем не за этим, но Блейна было уже не остановить.

Толкнув Себастиана на кровать, он забрался следом и принялся поспешно стягивать с него одежду. Шарф вместе с пальто полетели в сторону, Себастиан резко повернул голову, но Блейн двумя пальцами вернул ее обратно.

— Я хотел подарить это вчерашней ночью, но пусть будет утро, — с улыбкой мягко произнес он и, ухватив руку Себастиана, положил ее себе на бедро. Пальцы Себастиана сжались на тонкой ткани домашних брюк, а сам он с легким испугом наблюдал за Блейном.

С тем случилось что-то странное. Если раньше инициатором секса чуть меньше, чем всегда выступал именно Себастиан, то в этот раз Блейн решил взять все в свои руки. Конечно, Себастиан мог отказать ему, мог сообщить, что на самом деле пришел, чтобы расстаться с ним, потому что понял, что это не правильно, но затем что-то в его голове щелкнуло. Он все еще хотел Блейна. Не как любимого человека и отношений с ним, а просто как парня, с которым можно развлечься. И отказывать ему в попытках переспать с собой Себастиан не собирался.

— Если ты хочешь, сегодня можешь взять меня. Я знаю, обычно наоборот. Но в честь премьеры я решил сделать тебе подарок, — прошептал Блейн в самое ухо Себастиану, заставляя второго нервно сглатывать и вздрагивать от холодных пальцев Блейна на своей обнаженной коже под свитером. Да, черт возьми, он хотел его. И очень сильно хотел.

— Я хочу, да, — сдавленно пробормотал Себастиан, кладя вторую руку на бедро Блейна и проводя ею вверх. На мгновение он забыл обо всем, только бы поскорее избавить Блейна от ненужной одежды, как вдруг прямо перед глазами встала картина из прошлого вечера. «Да, конечно, никаких планов». — Вот только… — протянул он неуверенно, и Блейн тут же уставился на него.

— Только что? — с подозрением спросил он и слегка прищурился.

— Сегодня вечером, после театра… — начал Себастиан, и Блейн сразу же слез с его бедер. — Извини.

— Я понял, — сухо отозвался он и кивнул. — Я все прекрасно понял, Смайт, — он бросил это с легким презрением, и Себастиан потер пальцами лоб. — Предельно ясно.

— Нет, я просто хотел… Блейн, пойми меня, я не видел его так давно, — Себастиан нервно усмехнулся и повернулся к Блейну. Наверное, голос Себастиана потеплел при упоминании о Хантере, что явно отразилось на лице Блейна.

— Ясно, — он опустил ноги с кровати и отвернулся, уставившись в стену перед собой. — Значит, это то, чего ты хочешь?

Внезапно Себастиана будто ударили по голове. Еще несколько минут назад он был уверен, что эта встреча с Блейном будет последней. И не сомневался, что сможет бросить его, со слезами или нет, но сможет. И вдруг неожиданно картина изменилась в иную сторону. Теперь Блейн оказался не несчастной и страдающей стороной. Вернее, он был ей, но отныне он принимал решение, а не Себастиан. А этого допустить было никак нельзя. Себастиан никому и никогда не позволял бросать себя. Кроме, разумеется, Хантера.

— Нет, я не о том, Блейн, я… — Себастиан сглотнул и подался вперед. — Мы с ним просто друзья. Ничего больше.

— Но он тебе нравится. Просто для друга ты бы так подрываться не стал, — Блейн поднял озлобленный взгляд и забрался на кровать. Поднеся руку, он сжал двумя пальцами подбородок Себастиана, заставляя того смотреть себе в глаза. — Если ты думаешь, что я так просто дам тебе уйти, ты ошибаешься, — глухо произнес он и впился в губы Себастиана крепким поцелуем.

Это было неожиданно и приятно в одно и то же время. За Себастиана никогда никто не боролся, и ему это нравилось. Конечно, Блейн значительно уступал Хантеру во всем и все же это он был рядом, а не Хантер. Перед ним Себастиану пришлось оправдываться, и именно Блейн говорил, что любит его. И Себастиан знал его именно сейчас, именно в эту минуту. А Хантер… неизвестно, каким именно он стал, и быть может, Себастиан останется далеко не в восторге. А может, он влюбится еще сильнее, чем раньше. Только время могло показать это. Время и несколько небольших свиданий.

* * *

Это оказалось сложнее, чем представлялось Себастиану по началу. Разобравшись со всем, он убедил Блейна, что с Хантером его связывают только дружеские чувства, и ни о чем другом он и не думает. Ложь, конечно же. Убедить Блейна оказалось проще, чем себя. Рядом с ним Себастиан верил, что он сможет вести себя рядом с Хантером, как обычно. Но только до тех пор, пока он и правда с ним не встречался.

Практически после каждого выступления Себастиана ждала машина с Хантером в ней, и его везли в какой-нибудь ресторан или на прогулку. Днем же Себастиан шел к Блейну, где проводил большую часть свободного времени, и нельзя сказать, что плохо. Блейн умудрялся превосходить себя: цветы, подарки, секс. Он не жалел ничего, заставляя Себастиана запутываться еще больше, пока был рядом с ним.

Или же, если он проводил у Блейна ночь, то днем его ждал Хантер. Не всегда, но часто. И каждый раз при виде его сердце Себастиана замирало, и он забывал обо всем, кроме Хантера перед ним, его лица, его голоса, его запаха. Никто и никогда не производил такого впечатления на Себастиана и не будет.

— Просто представь, какой крошечный должен быть город, который находится в снежинке, — произнес Хантер как-то раз, когда они с Себастианом гуляли по Центральному парку. Снег уже выпал, но на дворе все еще стоял ноябрь, канун Дня Благодарения. В отличие от Курта, который уже заранее распланировал, что готовить и кого звать, Хантер даже не заикался об этом.

— Ты снова продолжаешь это? — Себастиан усмехнулся, наблюдая, как Хантер ловит снежинку на руку в черной перчатке и внимательно ее разглядывает. — Когда она растает, городу конец.

— Ты слишком жесток. Я думаю, жители все равно спасутся, — Хантер нахмурился, но вскоре сдул снежинку с руки и посмотрел на Себастиана. — Мне часто этого не хватает. Наших историй.

— Это были твои истории. Я только слушал их, — Себастиан облокотился о поручень моста и уставился на заснеженный парк.

— Нет, они все были для тебя, а значит — это и твои истории тоже, — почувствовав на себе теплый взгляд, Себастиан улыбнулся, но не повернулся к Хантеру. Тот и так заставлял его словно возвращаться в детство, зачем еще больше все усугублять? — Сегодня снова в театр? Сколько еще дней осталось?

— Еще три недели, — пожал плечами Себастиан и принялся изучать заледенелую воду под собой.

— Значит, к Рождеству ты будешь свободен, — Хантер улыбнулся, но тут же помрачнел, заметив, что Себастиан его игнорирует. — Что с тобой? Раньше все было нормально.

— Все и сейчас нормально, я просто… устал, — соврал Себастиан. Ему было сложно, невероятно сложно разрываться между двумя дорогими людьми. Особенно, когда совершенно непонятно было, что делать со вторым. — Все эти выступления, — он покачал головой. Выпрямившись и повернувшись к Хантеру, Себастиан ухватился руками за его шарф, который тот по привычке просто забрасывал на плечи, и поправил его. — Ты придешь сегодня? — спросил он полушепотом.

— Ни за что не пропущу, — Хантер улыбнулся уголками губ и подошел к Себастиану ближе, настолько, что Себастиан смог почувствовать его дыхание. Он судорожно выдохнул и отвернул голову, щурясь от ветра, который ударил в лицо.

— Как и всегда, третий ряд? — с усмешкой спросил Себастиан и хитро посмотрел на Хантера, получая кивок. Тот был на большей части выступлений и уже, честно говоря, выучил весь текст наизусть. Но все равно продолжал приходить, и Себастиан не понимал, зачем. Конечно, ему было приятно, но ведь у Хантера могли быть и свои дела. А он откладывал все ради того, чтобы еще раз посмотреть постановку с Себастианом, которая, к слову, была не самая лучшая.

— Ты замерз, — Хантер нахмурился, заметив, как покраснел нос Себастиана. — Отвезти тебя домой? — спросил он и смахнул с макушки Себастиана несколько снежинок. От этого жеста все внутри Себастиана мгновенно потеплело, и он кивнул, потому что отказываться от еще нескольких минут вместе с Хантером не хотелось.

— Да, я не против. Ты ведь знаешь, где я живу, — он улыбнулся и резко развернулся на пятках в сторону выхода из парка.

— Надеюсь, твой сосед не будет ругать меня за то, что я забрал у него лишние свободные руки, — Хантер засмеялся, следуя за Себастианом, а тот слегка вздрогнул. О Курте он упоминал вскользь, когда Хантер принялся расспрашивать о жизни в Нью-Йорке. Да и он видел его на сцене, так что скрывать о его существовании не было смысла. В отличие от Блейна, о котором Себастиан так и не рассказал. Все не находил подходящего момента, а чем дальше заходили их с Хантером встречи, тем более неловко это бы вышло.

— Могу ли я присоединиться к вам завтра? — неожиданно спросил Хантер возле самого уха, и Себастиан замер от неожиданности.

— Нет, — выпалил он, глядя на Хантера. — То есть я имел в виду… — принялся оправдываться Себастиан, — мы не собирались никого звать. Простой тихий обед, после которого все пойдут по своим делам, — он пожал плечами и натянуто улыбнулся. — Но мы можем встретиться на параде.

— Отлично, я буду там, — Хантер заметно повеселел, хотя и не полностью. Легкое напряжение все еще оставалось заметно.

Натянув перчатки посильнее, Хантер провел Себастиана до машины, усадил его, а сам, в отличие от остальных дней, устроился на переднем пассажирском сидении. Обычно он не упускал шанса побыть рядом с Себастианом, но сейчас… его явно задел отказ.

Откинувшись на спинку сиденья, Себастиан принялся разглядывать покрывшийся снегом и слякотью город. Завтра все растает, будет грязь, которая испортит его ботинки, единственную пару на зиму. Купить новые денег у Себастиана не было, а просить о помощи он не привык. И хотя он был уверен, что Хантер не откажет, Себастиану не хотелось, чтобы тот думал, что он нуждается в чем-то. В его глазах это выглядело слабостью.

Вскоре машина остановилась возле знакомого серого здания, и Себастиан нехотя положил руку на ручку дверцы.

— Значит, сегодня еще увидимся? — спросил Хантер, перегнувшись через сиденье. Себастиан коротко кивнул и выбрался на улицу. Снег здесь уже растаял, оставляя только грязную воду вокруг. Морщась, Себастиан осторожно пошел к дому, когда услышал знакомый голос позади себя.

— Даже не скажешь привет? — он повернулся и увидел Блейна. Тот довольный шел к нему, держа в руках пакет с овощами. Резко глянув в сторону машины Хантера, Себастиан увидел, что они еще неподалеку. Да, действительно, удачный момент узнать об их с Блейном отношениях.

— Привет, — Себастиан вымученно улыбнулся и через несколько секунд почувствовал на своих губах губы Блейна. Ну, вот и все. Если Хантер их увидел, теперь появятся новые вопросы. Оглянувшись еще раз, Себастиан с удивлением обнаружил, что машина пропала. Что ж, ему это было только на руку. Быть может, Хантер и не заметил ничего странного. Так будет только лучше для него.

— Пойдем, — Блейн пошел к дверям. — А то Курт просил купить некоторые продукты. Представляешь, встретил его сегодня в магазине, он шел из Центрального парка. И был очень взволнован чем-то, — Блейн усмехнулся и покачал головой. — Ты же не против, что я и сегодня буду у вас?

— Нет, с чего бы? — Себастиан пожал плечами, чувствуя, как все внутри сжимается от злости. — Ты мой парень, а он твой друг. Ничего странного, — он покачал головой и открыл перед Блейном дверь. Еще пару недель назад Себастиан бы и стал ревновать и злиться, но теперь ему стало все равно. Пусть хоть отмечают День Благодарения вдвоем, только бы чертов Хаммел прекратил вести себя, как свинья, и следить за ним. Это было дело только его и Блейна. А возможно еще и Хантера.

Глава 7

По радио играла приятная музыка, квартира наполнилась запахом тушеных овощей и индейки, которая все еще пеклась в духовке. Курт довольно расставлял приборы на столе, Блейн с удовольствием помогал ему в этом, а Себастиан то и дело поглядывал на часы. Парад должен был начаться ровно в полдень, у него еще было время, чтобы подготовиться. Идти со своим парнем и соседом ему не хотелось, но Себастиан знал, что улизнуть так просто ему не удастся. Придется придумать что-нибудь правдоподобное.

Хантера хотелось увидеть не только потому, что они договорились об этом накануне. Вечером он так и не появился. И Себастиан не мог понять, почему. Он ведь не сказал ему ничего такого, что могло бы хоть как-то обидеть или задеть Хантера. Или все же?..

— Эй, о чем задумался? — весело спросил Блейн, подходя к Себастиану и обнимая его со спины. — Обед скоро будет готов, пора за стол.

— Да, верно, — Себастиан кивнул и развернулся к Блейну. — Правда, есть еще одна вещь, которую я не хочу упускать. Это мой первый год в Нью-Йорке, и я… очень хочу на парад, — произнес он на одном дыхании с улыбкой. Блейн удивленно вскинул брови, но ответил улыбкой и легким кивком.

— Конечно, — слегка растерянно сказал он и повернул голову к Курту. — Ты ведь не против похода в город?

«Да, прошу, скажи да. И тогда я смогу спихнуть его на тебя и уйти», — мысленно молил Себастиан, тоже глядя на Курта и ожидая его слов.

— Не против, — спустя несколько секунд паузы согласился Курт. — Почему бы и нет? Правда, индейка тогда остынет, ее придется разогревать, — добавил он слегка недовольным тоном, но Себастиану было уже наплевать. Курт согласился, и это самое главное. На обед Себастиан мог и не попасть, если все пройдет удачно.

Быстро собравшись, потому что был уже практически готов, Себастиан как мог подгонял Блейна и Курта. Ему очень не хотелось пропустить встречу с Хантером, которая должна была состояться. Если, конечно, он не решит проигнорировать его и в этот раз.

Сердце сильно билось от волнения на протяжении всей дороги от дверей дома до Центрального парка. По совету Курта, это место было наиболее удачным для просмотра парада, и, как оказалось, он не соврал. Всюду была толпа людей, но именно в этом месте их было меньше. Движение на дороге перекрыли, а по проезжей части уже шествовали люди, катились платформы, а над всем этим ярким великолепием плавно летели воздушные шарики. Себастиан на секунду даже забыл о том, что должен был встретиться с Хантером. И совершенно не подумал, как именно он его найдет во всей этой толпе.

Осознание пришло слишком поздно, и Себастиан был готов взвыть от досады. Готов, но не мог в силу того, что одну его руку крепко сжимал своей Блейн, а рядом крутился Курт, который, как подозревал Себастиан, искал малейшего повода очернить его перед Блейном. И если раньше Себастиан не стал бы терпеть таких выходок, теперь ему было абсолютно наплевать.

Спустя пару минут ему уже надоели платформы, которые вызывали голодные слюнки своими индейками и пирогами из папье-маше. Себастиан пытался высмотреть Хантера, надеясь, что тот вдруг появится из ниоткуда. Быть может, он бы все же догадался, что Себастиан будет возле парка, ведь обычно они встречались и проводили время именно там. Правда, вероятность этого была крайне мала. И все же Себастиан не переставал верить.

— Посмотри! — воскликнул Блейн, и Себастиан вздрогнул от неожиданности. — Красиво, правда?

Несколько девушек в костюмах исполняли отлаженный коллективный танец. Любого другого они бы впечатлили своей техникой и красивыми костюмами коренных индейцев, но не Себастиана. Что угодно, только бы найти Хантера и сбежать. Рука Блейна на его собственной чувствовалась, как тиски.

— О мой бог, это Рейчел? — вдруг восторженно прошептал Курт, и тут уж Себастиан не смог не поддаться его словам. И правда, на одной из следующих платформ ехала Рейчел Берри, которая махала присутствующим на параде людям, лучезарно улыбалась и весело поздравляла всех с праздником. Поравнявшись с троицей, она проскользила по ним невидящим взглядом и через несколько секунд начала петь в микрофон, который все время стоял перед ней. Никогда в жизни Себастиан не слышал ее голоса вживую, и теперь он просто медленно наполнялся каждой нотой, каждым звуком, потому что Рейчел пела действительно потрясающе. Мурашки пробежали по коже от того, насколько волнительным был этот момент. В голове сразу же возникли слова Блейна после премьеры.

«Она ведь думает, что я был хорош. Я. Она считает, что у меня талант, — мысленно пролепетал Себастиан и тут же ухмыльнулся. — Конечно, она так считает. Да так считают все».

Эйфория, появившаяся от голоса Рейчел, мигом прошла, несмотря на то, что пение было слышно еще долго. Коротко оглянувшись, Себастиан заметил, что Блейн и Курт, как завороженные, наблюдают за певицей, поэтому, осторожно выдернув руку из пальцев Блейна, быстро ускользнул прочь. Он шел в сторону движения платформ, стараясь протиснуться мимо людей, которые стояли на месте плотной стеной, когда неожиданно кто-то схватил его за плечо. Первой мыслью, конечно же, было то, что Блейн его догнал, но, обернувшись, Себастиану не пришлось смотреть вниз, чтобы увидеть лицо поймавшего его человека.

— Ты пришел, — облегченно выдохнул Себастиан, а Хантер улыбнулся, быстро кивнув.

— Я увидел тебя и сразу спустился, — доложил он и улыбнулся шире, заметив недоумение на лице Себастиана. — Я ехал на платформе с Рейчел Берри, если ты не заметил.

— В каком смысле? — Себастиан нахмурился и недоверчиво уставился на Хантера. Тот пожал плечами.

— Мы довольно хорошие знакомые, так что… мне выпала честь прокатиться на платформе вместе с ней, — Хантер ухмыльнулся, заставляя Себастиана чувствовать себя идиотом. Так вот как Хантер нашел его. И в театр, видимо, его затащила именно Рейчел. Ну, или он ее, это не большая разница.

— Где ты был вчера? — спросил Себастиан, сменяя теплоту на холод в голосе, и, прищурившись, посмотрел на Хантера. — Ты обещал прийти, ты всегда приходишь.

— Прости, возникли неотложные дела, — Хантер указал на проезжавшие мимо платформы и поджал губы. — В следующий раз обязательно, — он положил руку на сердце и закрыл глаза.

— Можешь просто сказать, что тебе стало лень. Незачем весь этот цирк, — Себастиан фыркнул, начиная чувствовать, что былая радость сходит на нет.

— Мне не лень, Бас, правда, — Хантер сделал вдох сквозь приоткрытые губы и нервозно огляделся. — Я просто был занят. Вчера не удалось, с кем не бывает.

— Ты обещал прийти и не выполнил, — Себастиан скрестил руки на груди, подозревая, что походит на обиженного подростка.

— Серьезно? Ты готов закатить истерику из-за одного пропущенного вечера? Да ладно тебе, Смайти, — Хантер улыбнулся и положил руки Себастиану на плечи. — Я же видел тебя на сцене уже столько раз. А здесь еще нет, — его голос стал тише и глубже, он проник под самую кожу и заставил Себастиана вздрогнуть от приятного покалывания во всем теле.

— Ладно, наверное, я зря вспылил, — Себастиан заметно расслабился и слабо улыбнулся, глядя в сторону. — Ты же здесь, и я…

Последующие события произошли за несколько секунд, и Себастиан даже не сразу сообразил, что именно случилось. Какой-то мужчина, видимо, собиравшийся уйти, резко развернулся и толкнул Хантера в спину. Он пошатнулся и упал на Себастиана настолько удачно, что попал ровно на его губы своими собственными. Секундное колебание, и сразу после такие знакомые, но все же другие губы обхватили его нижнюю. Себастиан еле сдержался от тихого стона. Обвив Хантера руками, он притянул его ближе для развития поцелуя, но Хантер отстранился.

— Нет, не стоит, — он облизнул губы, словно собирая остатки вкуса Себастиана, и отрицательно мотнул головой. — Здесь много глаз, они лишние.

— Всем наплевать, люди нормально относятся к геям, — прошептал Себастиан, пытаясь притянуть Хантера назад к себе и благодаря время, в которое он живет.

— Я не об этом, Бас. Я о тебе, — с грустной улыбкой произнес Хантер и, глянув в сторону, кивнул головой в бок. Себастиан повернулся, слегка нахмурившись и злясь, что кто-то посмел не дать ему поцеловать Хантера еще раз, как вдруг почувствовал, будто тяжелая чугунная сковородка опустилась на его затылок.

Прямо перед ним стоял совершенно ошарашенный и сбитый с толку Блейн и Курт, на лице которого так же читалось недоумение, но неприкрытое злорадство в глазах. Резко выпустив пальто Хантера из пальцев, Себастиан отскочил от него, не зная, что ему делать. Но Блейн не стал ждать его слов или действий. Поджав губы, он резко развернулся на каблуках и быстро ушел прочь. Курт же, ни секунды не задерживаясь, последовал за ним.

— Некрасиво получилось, да? — глухо поинтересовался Хантер, сунув руки в карманы. Себастиан удивленно посмотрел на него.

— Ты знал? — спросил он, на что Хантер кивнул.

— Увидел вас вчера. Знаешь, тебе стоило сказать сразу, — прищурившись, заметил он, но не было видно, что он зол или рассержен. — Хотя это, конечно, не мое дело. Но тебе придется решать, кого ты хочешь видеть больше: меня или его, — добавил он.

— Я уже решил, — сипло ответил Себастиан, чувствуя, как внутри что-то разбивается на части.

— Тогда скажи ему и мне, кого ты выбрал. Если что, я живу здесь, — Хантер слабо, но тепло улыбнулся и протянул Себастиану бумажную карточку, на которой был нацарапан адрес. Себастиан взял ее слегка подрагивающими пальцами, после чего Хантер, кивнув, удалился. А Себастиан, понимая, что совершенно не хочет этого, поспешил домой.

То, что ждало его в квартире, можно было предсказать. Взбешенный Блейн и совершенно спокойный и довольный Курт, который сидел на диване, скрестив руки на груди. Себастиан вошел в квартиру и молча остановился на пороге.

— И как это понимать? — еле сдерживая себя, произнес Блейн. Его волосы были всклочены, а сам он слегка покраснел. — Ты сказал, что вы просто друзья, а теперь я вижу, что ты мне врал! Я так и знал, что ты шлюха, Смайт, я просто не хотел в это верить! — прокричал он, заставляя Себастиана вздрогнуть.

— Прости, — только и нашелся ответить он. И лучше бы он продолжал молчать.

— Прости? Постой, мне послышалось? Прости?! — Блейн подскочил ближе и пораженно уставился на Себастиана. — Ты хочешь, чтобы я простил тебя за поцелуй с человеком, к которому ты явно не равнодушен? Ты правда думаешь, что я сделаю это? — воскликнул он и запустил пальцы в волосы.

— Я не думал, что все так получится, я ведь не видел его очень долго. И думал, что с тех пор он сильно изменился, но… — Себастиан качнул головой и всплеснул руками. — Но он просто… самый невероятный из всех.

— Мне кажется, у нас был разговор, Смайт, — с ухмылкой сказал Курт, и Блейн тут же уставился на него.

— Какой еще разговор? — спросил он, и на лице Курта отразился легкий испуг. Он явно сморозил лишнего.

— О том, что если я причину тебе боль, он вышвырнет меня из дома, — равнодушно протянул Себастиан, не желая погрязать в дерьме в одиночку.

— Так ты знал… — прошептал Блейн, пораженно глядя на Курта. — Ты знал и ничего мне не рассказывал.

— И следил за мной все это время, не правда ли? — ухмыльнулся Себастиан и скрестил руки на груди. Паника на лице Курта усилилась.

— Скажи, что он врет, — слабо произнес Блейн, ткнув пальцем в Себастиана. — Ты же мой друг, Курт, ты бы сразу мне все рассказал, правда? Ты бы не стал скрывать от меня… Твою мать! — молчание и опущенные глаза Курта сказали все за себя. — Я не хочу больше видеть никого из вас. Никогда! — прокричал Блейн и выскочил из квартиры. Комната погрузилась в молчание, которое нарушалось только тиканьем часов и медленными шагами Себастиана по квартире.

— Я хочу, чтобы ты собрал свои вещи и уехал отсюда. Сегодня же, — тихо произнес Курт спустя некоторое время. Он слегка подрагивал от едва сдерживаемых слез. Себастиан же, который отломил ножку индейки, взглянул на него и пожал плечами.

— Справедливо, — он откусил кусочек и подошел к Курту. — Не стоило так поступать с ним. Теперь мы оба его потеряли. А ведь я собирался отдать его тебе, — сказал Себастиан негромко на ухо Курту и ушел в спальню. — Кстати, довольно вкусно.

На самом деле, Себастиану и правда было немного больно. Все же Блейн был не таким уж и плохим, вернее, он был замечательным. Но связался не с тем человеком. Если бы Себастиан мог, он бы обязательно повернул все так, чтобы они расстались друзьями. В отличие от Курта, Блейн ему все же нравился. Даже не как парень, просто, как человек.

Сборы не заняли много времени, вещей у Себастиана было мало. Всего пара чемоданов, и он уже готов к выходу.

— Что ж… — начал он, глядя на Курта, но тот даже не обернулся, сидя за кухонным столом.

— Пошел вон, — сипло отозвался он, и Себастиан, решив более не задерживаться, вышел из квартиры, предварительно оставив ключ на комоде.

Забравшись в такси, которое в скором времени отозвалось на его сигнал, Себастиан задумался, где ему остановиться. На дешевый мотель денег хватит на первое время, неплохой вариант. Но неожиданно рука в кармане нашарила бумажку с адресом Хантера. Тупо уставившись на нее, Себастиан прочел вслух адрес, и таксист, кивнув, выехал на дорогу. Как там Хантер сказал? «Мой дом — твой дом, запомни». Оставалось надеяться, что Хантер отвечает за свои слова, даже произнесенные в пьяном состоянии.

Глава 8

И все же, даже несмотря на данное обещание, Себастиан еще долго не решался постучаться в дверь Хантера. Большой двухэтажный особняк стал виден издалека, когда такси только начало подъезжать к нужному месту. У Себастиана в тот момент перехватило дыхание, но он быстро взял себя в руки. Все же это был дом Хантера, его Хантера, а не какого-то незнакомого человека, к которому Себастиан собирался проситься переночевать. Хотя, признаться, стоило только Себастиану вылезти из такси, он сразу почувствовал себя явно не на своем месте. Он долго топтался возле входной двери, такси уже успело уехать и скрыться, а Себастиан все не мог найти уверенности. Даже несмотря на то, что Хантер, возможно, ждал его, Себастиану казалось, что ему здесь не рады.

Наконец, поборов все страхи, как он надеялся, совершенно необоснованные, Себастиан коротко постучал и прислушался. За дверью все еще было тихо, хотя свет в некоторых окнах явно указывал на то, что в доме точно кто-то есть. Постучав еще раз, Себастиан развернулся, чтобы сойти с крыльца и пойти на поиски очередного такси, что казалось проблематичным в данном районе, когда дверь распахнулась. На пороге стоял тот самый мужчина, который в вечер премьеры принес ему цветы и отвез в ресторан.

— А, мистер Смайт, — сказал он, узнав Себастиана. — Мистер Кларингтон сейчас у себя, я позову его.

Он отошел в сторону, пропуская Себастиана внутрь, и быстро удалился. Войдя в дом, Себастиан первым делом огляделся и отметил, что обстановка в доме действительно впечатляющая. Мебель выглядела неброско сама по себе, но кто-то приложил руку к ее расстановке так, что все было идеально подобрано и настолько гармонично, что дом казался просто идеальным.

— Ты все же приехал, — весело произнес Хантер, и Себастиан повернул голову на голос. Хантер спускался с лестницы, которая располагалась справа от главного входа. Улыбнувшись, Себастиан кивнул и тут заметил, как Хантер смотрит на его вещи.

— Я вижу, все закончилось немного хуже, чем я думал, — заметил он, когда добрался до Себастиана. — Не хочешь рассказать мне, что произошло? — он кивнул в сторону открытой двери напротив лестницы, а затем указал на вещи Себастиана, глядя куда-то за его спину. Обернувшись, Себастиан понял, что каким-то странным образом тот самый мужчина, который открыл ему дверь и ушел за Хантером, теперь стоит у него за спиной, а Себастиан даже не заметил, как он там оказался.

— Я не думаю, что тебе понравится то, что я расскажу, — стягивая шарф, признался Себастиан и пошел вслед за Хантером, тогда как его вещи остались в распоряжении… дворецкого? — А кто он такой? — спросил полушепотом Себастиан, когда они отошли достаточно далеко.

— Это Том, — Хантер улыбнулся. — Когда-то он работал на моего отца, а теперь на меня, — он пожал плечами, говоря об этом так, словно это само собой разумеющееся, но у Себастиана в голове укладывалось с трудом. — Он вроде как дворецкий и распорядитель дома, следит за всем. Проверяет мою почту, устраивает встречи. Мой личный водитель, — описывал Хантер обязанности Тома, когда они с Себастианом уже достигли небольшой уютной гостиной. Она была обставлена с тем же вкусом, что и холл, правда, почему-то Себастиану казалось, что Хантер не ставил здесь ни одной вещи.

Указав Себастиану на кожаное черное кресло, Хантер ушел к бару, в котором стояли бутылки с разным алкоголем и посудой, и вытащил виски и пару стаканов. Вернувшись, он расставил все на деревянном столике и, разлив виски по стаканам, протянул один Себастиану.

— А теперь рассказывай, — сказал он и сел напротив, закидывая ногу на ногу и устраиваясь в кресле. Себастиан отложил пальто и шарф на подлокотник и, взяв стакан, тут же отпил из него немного.

— Я даже не знаю, с чего… — с нервным смешком протянул он, но улыбка Хантера выглядела такой спокойной и ободряющей, что Себастиан практически тут же расслабился. — На самом деле это сложно, — он покачал головой и сделал еще один глоток. — Видишь ли, дело в том, что я встречался с Блейном не неделю и не две. Мы вместе уже больше месяца, и я… — он с легким испугом глянул на Хантера: улыбка все еще не сходила с его лица, зато в глазах уже не было ничего веселого или дружелюбного. — Когда мы встретились…

— Ты соврал. Я понял, — Хантер кивнул и посмотрел на горящий в комнате камин. Веселые языки пламени играли на его стенках и отражались на стенах гостиной, перекликаясь с рисунками обоев. — Не понимаю, правда, зачем, — он снова перевел взгляд на Себастиана и слегка прищурился.

— Я растерялся, — Себастиан подался чуть вперед. — Я не думал, что так все получится, Блейн словно вылетел у меня из головы, вот я и…

— Понятно, — прервал его Хантер движением руки. — Что произошло дальше? Хотя нет, не говори. Я сам угадаю, — он положил ее на подлокотник и уставился на свой стакан, который поднял повыше. — Ты встречался и со мной, и с ним, и врал нам обоим, так? — он резко перевел взгляд на Себастиана.

— Не совсем, — Себастиан неуверенно качнул головой. — Он о тебе знал. Не знал, кто ты и как выглядишь, но что есть кто-то еще, он был в курсе.

Наверное, всего говорить не стоило, но рядом с Хантером Себастиан просто не мог иначе. Ему хотелось открыться, хотелось довериться. И хотелось, чтобы он понял. Но, видимо, не в этот раз.

— Ладно, — Хантер кивнул, снова глядя на стакан, спустя некоторое время. — А сегодня вы расстались, — он поменял местами ноги и уже без улыбки посмотрел на Себастиана. — Ты не говорил, что живешь с ним.

— Я живу… жил с Куртом. Но он, вроде как, влюблен в Блейна, и не хотел, чтобы я причинял тому боль, а я… ну, ты и сам знаешь, — Себастиан усмехнулся. — И Курт выгнал меня, потому что я…

— Лжец? — Хантер ухмыльнулся. — Да, Смайт, ты сильно изменился за эти годы. Сейчас я смотрю на тебя и просто не узнаю. Конечно, не мое дело, что ты делаешь со своей жизнью, и все же… Сходи с этой дорожки, пока не поздно.

Он осушил свой стакан за пару глотков, слегка поморщился, а затем налил еще. Стакан же Себастиана был все еще полон.

— Так я могу остаться? — спросил Себастиан, когда Хантер осушил уже половину второй порции и не сказал за это время ни слова.

— Да, конечно. Сколько пожелаешь. Я же говорил, мой дом — твой дом. Не думай, что я просто так поменяю решение, — он улыбнулся, и Себастиан почувствовал некоторое облегчение. По крайней мере, не придется искать новую квартиру. И все же в Хантере проглядывалось что-то… словно слова Себастиана задели что-то очень глубоко внутри него. Но, быть может, ему только казалось?

— Ты можешь занять третью гостевую спальню. Она недалеко от меня, — сказал Хантер, когда они поднялись по лестнице. Хантер выпил весь виски, который налил себе, в отличие от Себастиана, который оставил стакан практически нетронутым. День был тяжелым, крайне, но почему-то пить не хотелось. В отличие от Хантера, у Себастиана не было желания забыть вечер.

— А почему в третьей? Кто живет в первой и второй? — спросил он, когда они ступили на мягкий ковер на втором этаже. Хантер тут же замялся и сунул руки в карманы.

— В первой — родители, когда приезжают. А во второй… Одна, эм, девушка. Я потом вас познакомлю, — уклончиво ответил он и тут же поспешил перевести тему. — Вот, будешь здесь, — он открыл дверь, и уже без особого удивления Себастиан вошел в комнату. Но удивляться было чему. Все же тот, кто обставлял дом Хантера, явно обладал вкусом. И не мужским.

— И кто же она? — спросил Себастиан, замирая на пороге. Он повернулся к Хантеру и вопросительно посмотрел на него. — Сестры у тебя нет, я бы о ней знал. Так кто? — он вскинул бровь и скрестил руки на груди. Теперь было его время задавать неудобные вопросы.

— Она моя… — Хантер отвел взгляд в сторону. — Для всех мы официально пара. Наши родители долгое время общались, и мы с ней дружили в детстве. И потом отец решил, что я должен жениться на ней, — он снова повернулся к Себастиану, а тот смотрел на него с неприкрытой холодностью. Не лучшее стечение обстоятельств, а теперь еще и Себастиан чувствовал себя до крайности паршиво. — Правда с браком у нас не сложилось, потому что нам нравятся, ну… разные люди, — он ухмыльнулся, а Себастиан фыркнул и ушел дальше в спальню. — По части тайн ты, как я понял, у нас спец, поэтому тебе сказать можно, я думаю, — Хантер прошел за ним и закрыл дверь. — Как ты знаешь, я довольно близко общаюсь с Рейчел Берри, так вот, — он поводил челюстью. — Она и Куинн, о которой я говорил, встречаются. Пока что тайно, все из-за карьеры Берри, — Хантер опустился на двуспальную кровать, устеленную бордово-бежевым покрывалом, и откинулся на спину.

— То есть у твоей подружки есть подружка? — Себастиан усмехнулся. И снова волна облегчения прошла по телу. Правда странно, что Хантер раньше ничего о ней не говорил. — Не чувствуешь себя ущемленным? — он сел на кровать рядом с Хантером и посмотрел на его лицо. Тот закрыл глаза и выглядел очень умиротворенно. Себастиан не отрывал взгляда от его губ, которые слегка приоткрылись, потому что Хантер вдыхал через рот.

— Нет, ни сколько. Так-то я могу заполучить, кого хочу. А ее не очень, — Хантер усмехнулся и открыл один глаз, взглянув на Себастиана. Тот поджал губы и фыркнул, отворачиваясь. Все же он надеялся, что Хантера это хоть как-то, но задело. Да никого бы это не оставило равнодушным. Правда, на эту Куинн еще стоило посмотреть, прежде чем решать что-то для себя.

— Знаешь, я устал, — произнес Себастиан и картинно потянулся. Всего нескольких минут хватило, чтобы он начал чувствовать себя как дома и вести, как хозяин. И хотя он немного побаивался того, что Хантер может разозлиться и выгнать его на улицу, сейчас, Себастиан был уверен, он не способен даже на малейшую ссору. — Думаю, я хочу лечь прямо сейчас, — он посмотрел на Хантера, и тот недовольно поморщился.

— Еще даже нет одиннадцати. Время детское, Бас, — протянул он, но все же поднялся, хоть и с трудом, и на слегка пошатывающихся ногах направился к двери. — Если тебе будет что-то нужно, зови Тома. Сейчас здесь только он, днем бывают и другие люди, — сказал Хантер, держась за ручку двери. — А я через две двери отсюда. Так что… — добавил он и тут же вышел, даже не удосужившись пожелать спокойной ночи.

Себастиан скинул ботинки и забрался на кровать, тут же сворачиваясь на ней калачиком. На самом деле он не так уж и устал, он мог бы продержаться еще пару-тройку часов, но желание побыть в одиночестве было сильнее. Да, он наконец там, где хотел быть, с тем, кто был ему очень дорог. И все равно на душе скребли кошки, и Себастиану было до крайности паршиво, потому что ему казалось, что чего-то он не заметил. Чего-то очень важного, чему стоило уделить внимание сразу же, как только оно произошло. Но теперь оставалось только гадать, что же именно он упустил.

Быстро раздевшись, Себастиан забрался в холодную постель и тут же задрожал, съеживаясь под одеялом. Ему хотелось, чтобы рядом был кто-то теплый, кто согрел бы его за считаные секунды, кто-то большой, кто бы защитил его ночью в большом незнакомом доме. Ему нужен был Хантер, который, к сожалению, был где-то, но не рядом с ним. И неизвестно, как скоро будет. Себастиан не заметил, как уснул, пока размышлял о том, какие сильные, должно быть, у Хантера руки.

* * *

Утро началось с яркого солнца, которое направило свои лучи прямо в лицо Себастиану. Тот принялся ворочаться, пытаясь скрыться от него, но вскоре понял, что если проспит еще немного, то ему будет не встать вовсе, и он проваляется в постели добрую половину дня. Нехотя опустив ноги на пол, Себастиан тут же отдернул их обратно, потому что пол оказался жутко холодным. Оглядевшись, он заметил чуть в стороне на ковре рядом с кроватью домашние туфли. Видимо, кто-то принес их ему, пока он спал, потому что эти он видел впервые.

Накинув висевший на шкафу халат, Себастиан, зевая, вышел из комнаты и направился на поиски ванной, чтобы хоть немного стереть сон с лица. Но стоило ему оказаться в коридоре, как он услышал незнакомые женские голоса и тут же нахмурился. Хантеру стоило предупредить его, что днем будут гости. Если это не был спонтанный визит.

Приведя себя в наиболее божеский вид, Себастиан метнулся в комнату, пытаясь найти хоть что-то, что произведет впечатление на гостей Хантера и на него самого. Но попадались только старые рубашки и свитера, которые можно носить только глубокой ночью в одинокой квартире. Наконец на глаза попался светлый свитер, и Себастиан сдался. Наверное, лучше выглядеть наименее угрожающе, чем пытаться впечатлить не такими уж дорогими шмотками. Простота и широкая улыбка — залог успеха. Или другой вариант: на дальнейшие поиски просто нет времени.

Он спустился вниз, когда в холле уже никого не было. Скорее всего, все ушли в ту маленькую гостиную, где вчера они пили с Хантером. Себастиан прямиком направился туда, но тут его остановил голос Хантера позади него.

— Ты уже проснулся, — весело произнес он, и Себастиан, обернувшись, хотел уже было съязвить что-то, но слова застряли на пути к горлу. Белая рубашка слишком хорошо подчеркивала мускулы Хантера на руках и груди, чертовски нечестно и непозволительно по отношению к окружающим и к Себастиану в том числе. — Пошли, все уже в гостиной.

Он легко взял Себастиана за локоть и повел за собой, но не туда, где они были накануне. Сколько же комнат было в этом доме? Себастиан не переставал этому удивляться. Вскоре они действительно оказались в гостиной, но побольше, которая, правда, не уступала другим комнатам дома ни в чем.

На двух диванчиках, расположенных по обеим сторонам столика, уже сидели две девушки. Одну Себастиан узнал сразу же, как только вошел, это было трудно не сделать. Рейчел Берри широко ему улыбнулась и помахала, приглашая сесть рядом, что Себастиан выполнил незамедлительно. Другую девушку он не знал. Она сразу же привлекла его внимание своей холодностью, и Себастиан подумал, что не горит особым желанием знакомиться с ней.

— Это Рейчел, ну, конечно, ты ее наверняка знаешь, — принялся представлять своих гостей Хантер. — А это Куинн. Куинн Фабрей. А это…

— Себастиан Смайт, — произнесла Куинн с легкой хрипотцой в голосе. Она внимательно изучала Себастиана перед собой, и он был бы ей очень благодарен, если бы она перестала. — Хантер рассказывал о тебе.

— Надо же. А о тебе и словом не обмолвился, — отозвался Себастиан и откинулся на спинку дивана, дожидаясь, когда Хантер наконец сядет. — Какая досада, должно быть, — наигранно печально произнес он и тут же не сдержал ухмылки: хотя ему и было странно, что Хантер трепался о нем налево-направо, все же это было лестно. Ведь это значило, что для Хантера он хоть что-то, да значит. В отличие от этой Куинн.

— Знаешь, мне так понравилось, как ты играешь, — решила разбавить напряженную атмосферу Рейчел, и Себастиан сразу почувствовал облегчение. Рейчел не оказалась причастна к тем людям, которые вызывали желание выдавливать глаза. Конечно, она была немного назойлива и засыпала Себастиана горой вопросов, но в ней не было чего-то слишком отталкивающего. Да, разумеется, внешне она не блистала, будь она хоть кем-то другим, Себастиан бы ее даже не заметил, но она сама по себе излучала странную притягательную энергию. Наверное, именно поэтому она имела такой успех. И благодаря таланту, конечно же.

А вот Куинн была другой. Красивой, иначе и не скажешь. Она была идеальна. Красивое личико, точеная фигура, светлые волосы, заправленные в тонкий обруч. Даже то, как она держала сигарету было красиво. Вот только Себастиану не нравилось в ней совершенно ничего. Ни лицо, ни фигура, ни волосы. Все в ней отталкивало, хотя Куинн ничего не сделала, чтобы задеть его. Возможно, большую роль о сложившемся о ней впечатлении сыграла ее близость с Хантером, но ведь они даже вместе не были. И все же, Куинн не понравилась ему с первой секунды, и это вряд ли изменится в дальнейшем.

Они с Рейчел были такими разными, Себастиан удивлялся, как вообще они сошлись. Верно говорят, любовь зла. Открытая и общительная Берри и закрытая и холодная Фабрей. Лед и пламя, не иначе.

— Мы собрались сегодня в парк, не хочешь с нами? Выпьем кофе, может, сходим на каток. Как смотришь на это? — спустя некоторое время Рейчел вывела Себастиана из задумчивости, и он сразу поймал заинтересованный взгляд Хантера. Он только сейчас решил обратить на Себастиана внимание, хотя до этого, пока длился разговор, поглядывал на Куинн. И кто-то говорил о том, что Хантеру он интересен?

— Не думаю, что у меня получится. Сегодня очередное выступление. Мне нужно в театр, — отрицательно качнув головой, ответил Себастиан, и искра, которая зажглась в глазах Хантера, потухла.

— Тогда мы обязательно придем. Мне нравится ваше шоу. Ты просто обязан остаться на Бродвее подольше. Хочешь, я найду что-нибудь для тебя? Только попроси, — доложила Рейчел с улыбкой, и Себастиан улыбнулся в ответ. Все это было мило, вот только он не собирался связывать свою жизнь с театром. Поиграли и хватит.

— Как-нибудь в другой раз, — улыбка стала чуть шире, и Себастиан снова посмотрел на Хантера. — Веселитесь. Вечером все равно увидимся, — добавил он, усмехнувшись.

— Да, ты прав, — Хантер кивнул, хотя на его лице больше не было той радости, с которой он встретил Себастиана утром. — Тогда пора одеваться. У нас еще столько дел, — он улыбнулся, но слишком уж фальшиво, и поднялся с дивана, а за ним и Рейчел. Себастиан остался сидеть, как и Куинн, которая докуривала уже вторую сигарету.

— Что именно он рассказывал обо мне? — выпалил Себастиан вопрос, который давно крутился у него на языке, как только Хантер отошел на приличное расстояние. Куинн улыбнулась и слегка склонила голову вбок, после чего посмотрела на Себастиана из-под полуопущенных ресниц.

— Много чего. Он каждый день о тебе говорит. С тех пор, как вы встретились. Раньше тоже было, но не так часто, — она пожала плечами и выдохнула аккуратное колечко дыма. — Я не думаю, что ты ему подходишь, — неожиданно произнесла она, и Себастиан удивленно посмотрел на нее. Да кому какое дело, что она думала?

— Мне кажется, я не спрашивал твоего мнения, — бросил он. — Но у меня в любом случае больше шансов, чем у тебя, — он усмехнулся и, не говоря больше ни слова, выскочил из гостиной. Он до сих пор не мог взять в голову, что Хантер нашел в ней. Да, красивая, но не больше. Не было изюминки, не было искры. Только холодная стена, которая казалась непробиваемой. И хотя Себастиан не собирался искать способы, чтобы разрушить ее, всегда можно было отыскать маленькую дверь, на которая стояла надпись «Слабое место». И ее слабостью, как ему казалось, было сомнение в ее совершенстве.

Глава 9

Шоу, как и всегда, прошло на ура. Это уже даже перестало удивлять Себастиана, скорее, он начал принимать это как должное. И если видел в зале скучающее лицо, посылал тонну негативных мыслей в адрес этого человека. Потому что он занял место того, кому этот мюзикл нравился, ну, или мог понравиться. А он своей постной миной портил настроение не только себе, но и актерам.

Обычно, в такие моменты Себастиан искал Блейна или Хантера. И если второй приходил на выступления довольно выборочно, то первый был всегда. До сего дня. В тот вечер Блейн не пришел, и Себастиан совершенно не был этому удивлен. Зато Хантер привел с собой обеих своих подружек, одна из которых наблюдала за Себастиан с холодной снисходительной улыбкой. Да кем она себя вообще возомнила?

Решив, что в следующий раз обязательно скажет ей что-нибудь колкое, что сможет убить ее самооценку, Себастиан широко улыбнулся зрителям и ушел со сцены. Он устало провел рукой по лицу, потому что, если честно, бесконечные повторы одного и того же стали его утомлять. Вот почему он хотел в кино больше, чем в театр — там не нужно было день за днем прогонять одно и то же на протяжении полутора месяцев.

Вернувшись в гримерную, Себастиан опустился на стул перед зеркалом и принялся смывать легкий грим, который был необходим его герою в некоторых сценах. Взглянув на свое отражение в очередной раз, он заметил за своей спиной Курта. Себастиан тут же замешкался, ведь кроме как на сцене, они и словом не обмолвились. Да, Курт играл так же хорошо, как и раньше, вот только отношения их вне сцены испортились окончательно. И теперь Курт намеревался просто, собрав свои вещи, удалиться, даже не прощаясь. С одной стороны, почему Себастиана вообще должно было волновать это, он ведь сам наплевал на доброжелательность Курта, на его помощь, на его чувства к другому человеку. А с другой — терять что-то привычное, даже если и не дорогое, очень тяжело.

— Как дела с Блейном? — вдруг сорвался с губ Себастиана вопрос, когда Курт уже подошел к двери. Он остановился и повернул голову в сторону. Себастиан очень надеялся, что его слова прозвучали не как издевка.

— Никак. Я его не видел, — сухо произнес Курт и, не говоря больше ни слова, вышел из гримерной. Ну да, кто бы сомневался, разве Курт стал бы обсуждать свои проблемы с их виновником? Конечно, нет.

Настроение, которое и без того балансировало от «Терпимо» до «Хочется забаррикадировать комнату», постепенно склонялось к последнему. Себастиан, быстро переодевшись, направился к выходу из театра, где его уже ждал Хантер вместе с машиной. Подружек рядом видно не было.

— Как и всегда на высоте, — с улыбкой доложил Хантер, и Себастиан кисло улыбнулся, кивнув. Он забрался в машину на заднее сиденье и принялся наблюдать за проезжающими мимо автомобилями. Не хотелось показывать Хантеру, что он не настроен на позитивный лад, но все выпирало наружу само собой.

— Что-то случилось? — поинтересовался Хантер, усаживаясь рядом и внимательно глядя на Себастиана. — Обычно тебя не заткнешь.

— Просто сегодня… не самый лучший день, вот и все, — Себастиан пожал плечами и снова попытался улыбнуться. — Да и я устал. Спасибо, Берри, конечно, что так печется о моей местной карьере, но с театром я завязываю, как только постановка закончится, — он решительно кивнул в подтверждение своих слов. — Хватит с меня.

— Уверен? У тебя неплохо получается, не думаю, что душить такой талант будет лучшим решением, — заметил Хантер, хмыкнув, на что Себастиан отвернулся.

— Я не собираюсь душить его, Хант, — слегка растягивая слова доложил он, словно для тупого. — Я хочу в кино, — Себастиан приставил пальцы к губам и искоса взглянул на Хантера, надеясь, что тот поймет его. Спустя несколько секунд паузы, ухмылка, отразившаяся на лице Хантера, сказала о предельной ясности его намека.

— И долго ты ждал, чтобы попросить меня об этом? — спросил Хантер, качнув головой.

— С тех пор, как ты сказал, кто твой дядя, — на губах Себастиана не было и тени улыбки: он был совершенно серьезен. И догадывался, что Хантер и без того знает, когда в его голове назрел план, чтобы использовать нужные связи для себя.

— И почему ты уверен, что я смогу помочь тебе? — Хантер посмотрел на Себастиана, чуть прищурив глаза. Этого Себастиан не ожидал.

— Я просто думал… — замялся он, начиная чувствовать себя олухом. — Хотя, если ты не можешь, то я…

— Ладно, — Хантер прервал бессвязный поток движением руки. — Мы поговорим об этом позже, — он покосился на водителя, показывая тем самым, что это не самый удачный разговор при свидетелях.

Остаток пути они провели в тишине, с ней же вошли в дом. Стянув шарф, Хантер, не разуваясь, направился в маленькую гостиную, и Себастиан поспешил за ним. Серьезность Хантера слегка пугала его, но в то же время давала надежду на что-то действительно стоящее. Быть может, он и правда сможет помочь ему.

— Итак. Значит, ты хочешь стать актером? Знаешь, я действительно боялся этого, — начал Хантер, как только дверь за Себастианом закрылась. — Потому что я знаю, через что проходят все начинающие актеры и… я бы не хотел этого для тебя, — он вздохнул и опустился в кресло. Дождавшись, когда Себастиан, напряженный, как тетива, усядется напротив, он продолжил. — На самом деле, я правда могу помочь. Видишь ли, я… мой дядя отправил меня сюда для того, чтобы я нашел актера для его нового фильма. Ребята в Голливуде его не устраивают, ему нужна новая кровь, кто-то, кто действительно талантлив. И ты пока единственный, кого мне удалось найти, — Хантер поджал губы и потер подбородок пальцами. Себастиан подался вперед, чувствуя, как сильно забилось его сердце. Вот и оно. Его час, его шанс, удача просто обожает его. — Но я не думал, что тебе это нужно, поэтому и не говорил ему ничего, — Хантер поджал губы и, нахмурившись, посмотрел на Себастиана. Тот же, в свою очередь, чуть ли не сиял.

— Но я хочу. И я согласен на роль, я мечтаю о ней, — произнес Себастиан слегка подрагивающим от волнения голосом. — И если ты предложишь мою кандидатуру своему дяде, я… я сделаю все, что угодно, Хантер, все, что ты захочешь, обещаю, — радость на его лице уже не могла скрываться. Он практически получил то, о чем мечтал.

— Никогда не обещай того, чего не можешь выполнить, — тихо сказал Хантер, но поймав светящийся от восторга взгляд Себастиана, добавил: — Действительно все, чего я захочу?

Себастиан тут же закивал. Конечно, он думал, что Хантер, по доброте душевной, даст ему эту роль просто так, а если и попросит что-то, то чисто символически, чтобы Себастиан не оставался в долгу. Но следующие слова Хантера его обескуражили.

— Тогда вот, как мы поступим, — Хантер подался вперед, серьезно глядя на Себастиана. — Я поговорю с дядей, чтобы он позволил тебе пройти прослушивание без очереди, потому что, извини, но решать-то будет он. Кроме того, ты продолжишь жить здесь. И везде, где бы я ни был, ты будешь жить бесплатно, за мой счет. А так же есть, пить, одеваться и развлекаться. Все это будет твоим, — сказал он, и Себастиану показалось, что у него начала кружиться голова. Это все не по-настоящему, ему точно кажется. Слишком уж хорошо для реальности.

— Но взамен я попрошу следующее, — Хантер поднялся и обошел кресло Себастиана. — Я долго жалел о том, что произошло между нами в детстве. И надеялся все исправить, как только тебя увидел снова. И теперь, когда ты свободен, я тебя не отпущу просто так. Я хочу, чтобы ты стал моим, Смайт, — он вцепился пальцами в спинку кресла и наклонился к Себастиану. — А это значит не просто то, что мы сможем держаться за руки и целоваться, и еще много тому подобного. Если ты будешь моим, это значит, что никто другой уже не сможет претендовать на тебя. И я должен быть в курсе, если ты захочешь куда-то сходить или съездить, с кем, куда и зачем ты направляешься. И если мне не понравится хоть что-то, — прошептал он в самое ухо Себастиана, заставляя того замереть и слушать предельно внимательно, — я буду в праве запретить тебе, — дыхание Хантера обжигало, Себастиан с трудом сглотнул, не в силах двигаться. — Это все, чего я хочу, — Хантер ухмыльнулся и вскоре снова сидел напротив Себастиана и улыбался.

— И зачем же нужны все эти меры предосторожности? — глухо поинтересовался Себастиан, чувствуя, как вся та радость, которая наполняла его несколько минут назад, постепенно улетучивается.

— Потому что так мне будет спокойнее, — отозвался Хантер, отводя взгляд.

Он не доверял ему. После истории с Блейном, Себастиан был уверен в этом, Хантер не доверял ему. Да и кто бы стал, после всего произошедшего? И все же это сильно задевало и душило, особенно потому, что это был Хантер, а не кто-то другой. Ведь Себастиан всегда, наверное, любил его, хотя старался и не показывать, пытался быть холодным и невозмутимым. И испортил все, что только мог.

Правда и отказываться от такого шанса быть с Хантером, даже при таких условиях, и жить так, как ему хочется, он не мог. Не каждый день мужчина его мечты предлагал ему все, о чем он мечтал, и себя, всего лишь за какой-то пустяк в виде его свободы выбора. Это ведь мелочи.

— Ты не обязан отвечать сейчас, — произнес Хантер, выводя Себастиана из задумчивости. — Все равно я позвоню дяде только завтра, у тебя есть время подумать, — он пожал плечами. — Но просто знай, что я живу здесь не постоянно, и когда я уеду, тебе придется искать новую квартиру и работу.

— Я согласен, — твердо сказал Себастиан и кивнул. — Согласен на твои условия, я буду твоим.

На мгновение ему показалось, что он увидел блеск в глазах Хантера, но тот вовремя взял себя в руки.

— Прекрасно, — Хантер еле сдержал улыбку. — Если честно, я не ожидал, что ты согласишься так быстро, но…

— Ты плохо меня знаешь, Кларингтон, — Себастиан усмехнулся и выбрался из кресла. Раз уж они теперь вместе, то Хантер не будет против его действий. Он опустился на колени немного удивленного Хантера и обвил руками его шею. — Я никогда не отступаюсь от того, чего хочу, — Себастиан усмехнулся и приблизился к лицу Хантера, замирая в паре миллиметров от его губ.

Тот поцелуй во время парада был неплох, но он был случайностью, Хантер его не планировал. В отличие от того, который задумал Себастиан в этот момент. Он помедлил несколько секунд, проскользив взглядом по лицу Хантера, дождался, пока тот начнет изнывать от желания, облизывая губы и слегка приоткрывая их, а после впился в них своими, принимаясь целовать мягко и неторопливо.

Руки Хантера сжали его талию, а сам он подался вперед, чтобы быть к Себастиану как можно ближе. И у Себастиана снова началось что-то наподобие головокружения, потому что это было намного лучше их поцелуев в детстве. Правда тогда у Хантера не было ничего, что он мог предложить Себастиану, чтобы тот стал его. Хотя, если честно, ему и сейчас это было не нужно. Но если таковы его условия, Себастиан был готов принять их, ведь Хантер хотел помочь ему исполнить его мечту, помочь стать настоящим голливудским актером. А ради этого и Хантера рядом Себастиан был готов на что угодно.

Глава 10

Проснувшись следующим утром, Себастиан долго не вставал с постели. Он прокручивал в голове события прошлого вечера и улыбался, как безумец. Они еще долго целовались, и уже не только в гостиной: Хантер потом утащил его наверх, в буквальном смысле (он перекинул его через плечо). И после они продолжили целоваться в комнате Себастиана. И даже несмотря на то, что пока что ему перепали только поцелуи, Себастиан был счастлив. Хантер, его Хантер наконец-то по-настоящему стал его. Не только в мечтах или прошлых воспоминаниях, а на самом деле. И Себастиан не мог поверить, что это действительно правда.

За дверью послышались шаги, и Себастиан резко сел. И тут же лег обратно, передумав, и притворился спящим. Ему хотелось, чтобы Хантер разбудил его поцелуем, если тот настроен на романтику.

Ручка двери повернулась, кто-то вошел в комнату, и до Себастиана тут же долетел запах кофе. Значит, Хантер приготовил ему завтрак. Что ж, это тоже невероятно мило с его стороны. Услышав, как поднос поставили на столик, Себастиан решил перестать притворяться, ведь он все равно получит поцелуй, и, повернувшись, потянулся с улыбкой на лице.

— Ты принес мне завтрак? — протянул он с легкой хрипотцой, но, открыв глаза, удивленно ойкнул. Напротив него стояла зрелого возраста женщина в переднике и серо-синем платье. — Я думал, это Хантер, — Себастиан тут же натянул одеяло до самого подбородка, хотя и спал в пижаме.

— Мистер Кларингтон уехал, но просил принести вам завтрак, если он не вернется. А сейчас уже одиннадцать, так что… — женщина указала на поднос с блинчиками, тостами и кофе. Себастиан кивнул и, как только женщина ушла, перетащил завтрак в кровать.

Странно, куда же ушел Хантер? Он вроде не работал, так куда ему понадобилось уехать так рано? Себастиан, нахмурившись, уплетал блинчики, думая, что нужно бы выпытать у Хантера, чем он занимается без его ведома. Все же ему тоже можно было что-то требовать и задавать вопросы. По крайней мере, Себастиан надеялся на это.

Покончив с завтраком и быстро умывшись, Себастиан снова натянул привычный светлый свитер и домашние брюки, потому что в доме Хантера было на удивление прохладно, и принялся разгуливать по комнатам, разглядывая их и выбирая наиболее интересные и любимые места. Пока таковой осталась маленькая гостиная и веранда, которая, к сожалению, сейчас была крайне неудобной из-за погоды и времени года.

Когда же он добрался до комнаты Хантера, дверь оказалась запертой. Нахмурившись, Себастиан еще раз подергал ручку двери и недоумевающий ушел прочь. Странно, в первый его вечер здесь Хантер сказал, что он может зайти к нему, а теперь запирал собственную комнату. Хотя, возможно, это были меры предосторожности из-за прислуги, но почему-то Себастиану казалось, что дело тут именно в нем. Будто Хантер что-то скрывал от него и не хотел, чтобы он рылся в его вещах. Не самое лучшее начало отношений, нужно заметить.

Сам Хантер вернулся только после обеда. К тому времени Себастиан уже обошел весь дом пару раз и теперь лежал на диванчике в кабинете и читал первую попавшуюся на глаза книгу. Сюжет не особо увлекал, но написано было неплохо, поэтому Себастиан решил дать книге шанс. Все же ее для того и написали, чтобы прочесть.

Хантер вошел в кабинет тихо, Себастиан даже подскочил от неожиданности, когда тот постучал по косяку двери.

— Не скучал без меня? — спросил Хантер, улыбаясь реакции Себастиана, а тот, в свою очередь, немного обиженно фыркнул.

— Нет, мы с Фицджеральдом нашли общий язык в твое отсутствие, — прочел он фамилию на корешке. — Надеюсь, ему можно со мной общаться?

— Ему можно, — ответил Хантер, наливая себе воду из графина. — Но сильно не увлекайся, а то я начну ревновать, — он усмехнулся и залпом осушил стакан. — Я, кстати, позвонил дяде, но он сказал, что ему нужно подумать, — доложил он и, придвинув кресло ближе, сел рядом с Себастианом. — Я надеюсь, ты не собираешься провести с книгой весь день, игнорируя меня, — Хантер посмотрел на Себастиана и подпер голову рукой. — Не голоден?

— Нет, твоя кухарка приготовила прекрасный завтрак, спасибо, — отозвался Себастиан, а его желудок тут же тихо заурчал. — Это он хочет, а не я.

— Значит, ты не будешь против, если я уведу твой живот на обед вместе со мной? — Хантер усмехнулся и подался немного вперед.

— Нет, потому что тогда ревновать буду я, — Себастиан отрицательно покачал головой и, сев, отложил книгу. — Где ты был? — спросил он.

— Да так… Возникли некоторые дела, не бери в голову, — Хантер отмахнулся, улыбаясь, а затем быстро поцеловал Себастиана в губы. — Хочешь прогуляться сегодня? Открылся каток. Мы на него вчера не попали, но сегодня можем, — предложил он, специально уводя разговор в другое русло, как подумалось Себастиану. И он остался от этого не в восторге.

— А разве там не холодно? — поинтересовался Себастиан, поглядев на окно, которое покрылось инеем. Хантер свел брови, подозревая, вероятно, что зря не рассказал ему, чем занимается. Но и поднимать эту тему не стал.

— Если не хочешь, останемся здесь, — хмуро отозвался Хантер и откинулся в кресле. — Но теплее станет вряд ли. Скоро декабрь, — он пожал плечами, явно раздосадованный тем, что его идея провалилась и Себастиан не в духе. И каким-то невероятным образом он умудрился заставить Себастиана почувствовать укол совести. Это было крайне нечестная манипуляция со стороны Хантера, но Себастиан по-прежнему не собирался ехать на каток.

— Давай, в другой раз, — предложил он и слез с дивана. — Сегодня я бы хотел погреться и… заняться чем-нибудь другим, — промурлыкал Себастиан, подходя к Хантеру и опуская руки на его плечи. Тот поднял голову и выглядел уже менее расстроенным, хотя и старался сохранить небольшую холодность в лице. Себастиан наклонился ниже, опираясь ногой в кресло и раздвигая тем самым ноги Хантера в стороны, но в тот момент, когда он собирался поцеловать его, в гостиную ворвался Том.

— Простите, мистер Кларингтон, — произнес он, и Хантер охнул из-за того, что Себастиан, наверное, слишком сильно сжал его плечи от негодования. — Звонит Роджерс, он еще на линии. Может, — Том перевел взгляд на Себастиана, — ему передать, что вы перезвоните?

— Нет, на это нет времени, — устало ответил Хантер и, виновато улыбаясь, осторожно сбросил с себя руки Себастиана и поднялся из кресла. — Мне снова придется уехать, — сказал он и провел рукой по щеке Себастиана. — Но к вечеру я обязательно буду, — пообещал он и быстро вышел вслед за Томом.

Себастиан, поджав губы, снова опустился на диван и презрительно фыркнул вслед Хантеру. Тайные дела, которыми тот промышлял, только ухудшали положение вещей. Ну, ничего. Потом Кларингтон пожалеет, что не уделял Себастиану должного внимания.

* * *

День быстро пролетел, наверное, так всегда бывает зимой. Себастиан все время не отрывался от книги и прочел уже до середины, потому что она начала увлекать его все больше и больше. Из гостиной он ушел к себе и находился там до самого возвращения Хантера. Наверное, все это было похоже на своего рода заточение, но Себастиан не чувствовал себя узником. По крайней мере, пока.

Он опять не услышал, как пришел Хантер, но тот, вместо того, чтобы стучаться и привлечь внимание к себе, неслышно подошел к кровати и забрался на нее, заставляя Себастиана подозрительно покоситься в его сторону.

— Закончил со всеми своими делами? — сухо поинтересовался он, снова возвращаясь к чтению, и перевернул страницу. И все же он продолжал наблюдать за Хантером и заметил, как тот снова нахмурился и вскоре, не выдержав, выдернул книгу из пальцев Себастиана. — А это невежливо.

— Прости, — бросил Хантер. — Но неужели этот «Великий Гэтсби» интереснее меня? — он оглядел книгу и отложил ее на тумбочку.

— Ну, он точно не бросает меня ради каких-то туманных вызовов, — ответил Себастиан и скрестил руки на груди. — Или мне не положено знать, чем ты занимаешься? — он вскинул бровь и выжидающе посмотрел на Хантера.

— Ладно, — наконец сдался он. — Я просто не хотел говорить, пока все точно не получится, — он придвинулся ближе и принялся поглаживать кончиками пальцев Себастиана по плечу, обводя узоры на свитере. — Ты же знаешь, что я здесь живу за счет родителей, и, если честно, мне не очень сильно это нравится. Поэтому, я решил начать свой бизнес и пока только подписываю контракты с поставщиками. Я хочу создать небольшую торговую сеть, и для этого мне нужны знающие люди. Вот и приходится налаживать связи, — Хантер пожал плечами и посмотрел на Себастиана. — Так что ничем страшным я не занимаюсь.

— Да, — протянул Себастиан, чувствуя легкое разочарование. Конечно, это было здорово, что Хантер не сидит без дела, но все же не так интересно, как надеялся Себастиан. Он думал, что у Хантера более пикантные тайны. — Значит, у тебя будет больше денег? — спросил он.

— И все я потрачу на тебя, детка, — усмехнулся Хантер и, оттянув край свитера, поцеловал Себастиана в изгиб плеча. — Кстати, помнится, ты хотел заняться чем-то вместо катка, — ухмылка легла на его губы в тот момент, когда он продолжал покрывать легкими поцелуями шею и плечо Себастиана. — И чем же?

Но Себастиан не смог ответить. Он только прикрыл глаза и откинул голову, чтобы Хантеру было удобнее. Да, он определенно точно угадал мысли Себастиана, и, благо, они совпадали с желаниями Хантера.

— Наверное, ты и так знаешь мой ответ, — все же с трудом выдохнул Себастиан, запуская пальцы в волосы Хантера и начиная легко их поглаживать в такт его поцелуям. Постепенно Себастиан съехал вниз, чтобы улечься на кровати, и утянул за собой Хантера, который не прекращал целовать его ни на секунду. Он не оставил без внимания своих губ ни шею, ни плечи, ни даже подбородок Себастиана.

— Не думал, что ты согласишься так скоро, — ухмыльнулся Хантер и резко оседлал бедра Себастиана, отчего у второго слегка захватило дух. Он провел пальцами по торсу Хантера, задирая рубашку и обнажая кожу, которая, казалось, просто горела. Или просто Себастиан слишком замерз, и теперь его ледяные пальцы заставляли Хантера слегка подрагивать от холода. Или от чего-то другого?

— Я ждал этого чертовых двенадцать лет. Думаешь, я еще не созрел? — Себастиан усмехнулся и, схватив Хантера за ворот рубашки, притянул для глубокого и жадного поцелуя с легкими укусами, от которого мигом закружилась голова. Все же эффект, который оказывал на него Хантер, был очень и очень сильным. Да и на него самого Себастиан имел огромное влияние, что вскоре стало заметно по бугорку в штанах Хантера, которым он терся о бедро Себастиана.

Вскоре отстранившись, Хантер больше не собирался церемониться. Он махом стянул с Себастиана свитер и отбросил его в сторону. Туда же практически следом направилась его рубашка и брюки Себастиана. Оставив его в одном белье, Хантер, жадно обводя взглядом бледное и усыпанное родинками тело перед собой, провел по нему пальцами с такой осторожностью, словно человек перед ним был из хрусталя. И тут же опустился губами на грудь Себастиана, принимаясь выцеловывать, казалось, все родинки, до тех пор, пока хватит терпения.

Это Себастиану и было нужно. Смесь нежности и грубости заставляли его тихо постанывать от удовольствия, царапать кожу на плечах и спине Хантера, а тот старался, в отместку, заломить его руки и не дать оставить новых отметин. Но вскоре Хантер, забывая, ослаблял хватку, и Себастиан, освободившись, продолжал оставлять на нем свои следы.

— Если ты не прекратишь, мне придется наказать тебя, — прорычал Хантер, глаза которого потемнели настолько, что ранее светлая серо-зеленая радужка практически слилась со зрачком. Он сорвал последние остатки одежды с себя и Себастиана и, все еще видя его насмешливую широкую ухмылку, усмехнулся сам и несильно сжал зубы на соске Себастиана. Тот сразу выгнулся дугой, вцепляясь пальцами в плечи Хантера, и гортанно застонал, перемешивая стон со смехом.

— Это не самое страшное наказание, которое у меня было, — пробормотал он, все еще довольно улыбаясь. Хантер, видя, что не произвел должного эффекта, решил действовать по-другому. Картинно облизнувшись, он припал губами к коже внизу живота Себастиана и медленно прошелся влажными поцелуями к внутренней стороне его бедра, после чего принялся осторожно покусывать, заставляя Себастиана под собой стереть наглую ухмылку с лица. Только стоны и закусывание губ — вот, на что он теперь был способен.

Но на этом план Хантера не закончился. Перевернув Себастиана на живот, отчего тот от неожиданности громко выдохнул и сжал пальцами покрывало, он пососал пальцы, чтобы хорошенько смочить их слюной, и принялся водить ими между ягодицами Себастиана, заставляя его тихо шипеть и двигаться бедрами навстречу пальцам Хантера.

— А вот это и правда жестоко, — прошептал Себастиан, приподнимаясь на локтях и опуская голову. — Так дразнить и… — он не закончил, потому что с его губ сорвался стон, как только он почувствовал, как влажная от смазки головка члена Хантера прошлась между его ягодиц вместо пальцев. Немедленно захотелось ее внутри, как и весь член целиком, и к черту растяжку, но Хантер уже убрал головку, и ее заменил один из пальцев, который неспешно вошел в него, заставляя Себастиана тихо скулить. Он тут же принялся насаживаться на него, за что получил несильный шлепок.

— Нет, — произнес Хантер, наклоняясь к уху Себастиана и нежно кусая его. — Я сам буду решать, что делать. Твое дело просто лежать, — прошептал он, и вскоре Себастиан почувствовал второй палец, а за ним и третий. Хантер слегка сгибал их, что просто сводило с ума. И хотя это невероятно сильно возбуждало, Себастиану подчиняться не хотелось. Он принялся пошло постанывать, выгибаясь и дразня Хантера своими движениями. Не выдержав, тот перевернул Себастиана на спину и впился зубами в его шею, оставляя яркие отметины на светлой коже.

Себастиан вцепился в плечи Хантера обеими руками, а после — он и сам долго спрашивал себя, как у него так получилось, — оказался на Хантере сверху. Скорее всего, тот поддался, но выяснять подробности времени не было. Наклонившись к Хантеру, Себастиан устроился на его бедрах удобнее и, заведя руку за спину, прошелся подушечками пальцев по головке и прижал член Хантера к ягодицам, принимаясь легко тереть им о собственный вход. Закусив губу, Себастиан картинно откинул голову и довольно улыбнулся, после чего приоткрыл рот и высоко простонал.

Приподнявшись, Себастиан осторожно ввел головку в себя, и хотя все его эмоции ярко отражались на его собственном лице, видеть реакцию Хантера было не менее приятно. Слегка приоткрытый в немом стоне рот, закрытые глаза и сведенные брови. А еще короткие, прерывистые вдохи и едва заметная улыбка на губах.

Он резко вцепился в бедра Себастиана пальцами, как только тот насадился до конца, и до Хантера донесся плохо сдерживаемый стон. Спустя всего несколько секунд Себастиан принялся медленно двигаться на Хантере, заставляя второго слегка подрагивать от нетерпения. Но Себастиан не собирался ускоряться. Он потянулся к уху Хантера и тихо, протяжно сладко застонал, иногда срываясь на отрывистый вздох и касаясь его уха губами. Себастиан практически лег на Хантера, обвивая руками его шею, и продолжил тихо постанывать и иногда целовать висок, щеку или шею. Ему хотелось послушать, способен ли его новоиспеченный парень на стоны, потому что казалось, что он сдерживается из последних сил, терпя такую медленную пытку.

Опустив руку на член Себастиана, Хантер принялся водить по нему ладонью, заставляя Себастиана стонать практически без остановки. Он впился в губы Хантера требовательным смазанным поцелуем и вскоре сдался, чувствуя, что не может больше придерживаться собственного плана.

Постепенно ускоряясь, Себастиан тихо просил Хантера не останавливаться и стонал его имя все громче и громче с каждым новым движением, и кончил в его руку с протяжным громким стоном, который потонул в жадном поцелуе.

— Кончи в меня, Хант, — устало прошептал Себастиан, слегка морщась, потому что Хантер так и не убрал руку с его члена и продолжил поглаживать головку большим пальцем. Просить Хантера второй раз было не нужно, и вскоре Себастиан услышал громкий вздох, который отдаленно напоминал стон, и, поднявшись, удовлетворенно почувствовал, как сперма вытекает из него по бедру.

Опустившись на постель, Себастиан закрыл глаза и рукой нашарил Хантера рядом. Он провел пальцами по его груди вверх и повернулся на бок.

— Да-а, в этом Гэтсби с тобой действительно не сравнится, — прошептал со смешком Себастиан и тут же почувствовал на своем лице короткие легкие поцелуи, которыми принялся покрывать его Хантер. Себастиан прижался к нему ближе и неожиданно почувствовал прохладное дуновение ветра. — Почему у тебя так плохо топят? — недовольно спросил он, утыкаясь носом в шею Хантера и пытаясь укрыться одеялом.

— Слишком низкая температура, не успели разогреть котел, — ответил Хантер, явно не очень довольный сменившейся темой разговора. — Но я всегда смогу согреть тебя сам, если ты замерзнешь, — пробормотал он с ухмылкой и снова принялся чмокать Себастиана. Такие теплые и ласковые прикосновения, а после и одеяло, которым укрыли его чуть ли не до самого носа, заставили Себастиана совершенно расслабиться и немного задремать. Он даже не сразу заметил, что Хантер вдруг выбрался из кровати и собирает вещи на полу.

— Стой, — пробормотал Себастиан, приподнимаясь. — Разве ты не останешься?

Видимо, он застал Хантера своим вопросом врасплох. Тот остановился и задумался, глядя на свою одежду.

— Наверное, останусь, — наконец произнес он и, кинув вещи на стол, вновь залез в кровать. Такое поведение не могло пройти мимо Себастиана, но сейчас ему было слишком лениво разбираться во всем. Он был рад уже тому, что Хантер рядом, греет его и обнимает, зарываясь носом в волосы на макушке. Пробормотав что-то нечленораздельное, вскоре Себастиан уснул и проспал так крепко, что не слышал, как рано утром Хантер тихо выскользнул из его комнаты.

Глава 11

Как и следовало ожидать, когда Себастиан проснулся, Хантера рядом не было. Это не могло остаться незамеченным, хотя бы потому, что Себастиан рассчитывал на некоторые утренние ласки. Даже простые поцелуи были бы чудесны. От него еще никогда не сбегали, поэтому такое поведение Хантера очень задевало.

Мириться с этим Себастиану не хотелось, правда, выбравшись из комнаты, найти Хантера, которому можно было выставить претензии, не удалось. Дом, помимо прислуги, пустовал, а комната Хантера снова была закрыта. Надеясь, что тот просто снова уехал подписывать свои контракты, Себастиан первым делом направился на кухню, чтобы ему приготовили завтрак. Но не успел он сказать и слова, как кухарка поставила перед ним большой поднос с едой, и Себастиан присвистнул. Видимо, Хантер снова распорядился, чтобы его накормили. Он удивлял Себастиана с каждой минутой все больше и больше, а еще и сбивал с толку. Все же, с ним творилось что-то непонятное, и по отношению к Себастиану тоже.

Доев последний кусочек тоста, Себастиан поспешил убраться из кухни, чтобы не видеть укоризненный взгляд кухарки из-за оставленной грязной посуды. Конечно, это была ее работа, Себастиан не сомневался, что она бы ему и слова не сказала, но почему-то у него складывалось ощущение, что никто в этом доме его не любит. Кроме Хантера, конечно, хотя и его чувства все еще оставались под вопросом.

Когда стрелка на часах в маленькой гостиной достигла цифры один, Себастиан, который сидел там и дочитывал книгу, услышал звук хлопнувшей входной двери. Отложив роман, он напустил на себя самый серьезный вид и выпрямился, ожидая появления Хантера. Но время шло, а никто не заходил, и Себастиан начал беспокоиться. Наплевав на свою задумку, ведь закатить скандал можно где угодно, он резко подскочил с дивана и открыл дверь, и тут же неожиданно ойкнул, обнаружив перед собой Куинн. Вот уж кого он точно не думал увидеть, так это ее.

— Ты что тут забыла? — вместо приветствия немного грубо поинтересовался Себастиан и пропустил Куинн в комнату. Та, усмехнувшись, скинула пальто, все покрытое мелкими снежинками, на спинку кресла и села в него.

— Это и мой дом тоже, — заметила она немного прохладно и улыбнулась еще большему удивлению на лице Себастиана. — А ты не знал? Странно, что Хантер не рассказывал тебе.

— Он говорил, что этот дом куплен на деньги его отца. Ты-то тут причем? — фыркнул Себастиан, закрыв дверь. Он вернулся на свое место в кресле, но разваливаться в нем, как до этого, не собирался.

— Ну, он наверняка говорил тебе, что мы с ним пара. Для некоторых лиц, — Куинн продолжала улыбаться. — Поэтому я живу здесь. С ним. Да, только на словах, но живу.

Этот день просто не мог быть хуже. Сначала Хантер, который сбежал ни свет, ни заря, а теперь Куинн, торжество на лице которой был вынужден наблюдать Себастиан уже несколько минут. Ни в какие ворота не лезло.

— Так и зачем ты все-таки пришла сюда, если живешь с ним только на словах? — немного раздраженно поинтересовался Себастиан, глядя на Куинн. Та вытащила из сумочки сигареты и закурила.

— Потому что Рейчел в театре, и мне скучно, — она выпустил изо рта кружок дыма. Куинн даже курила красиво, Себастиана раздражала ее идеальность настолько, что хотелось просто повыдергивать ей все волосы. И выкинуть вещи из окна.

— Но я не собираюсь развлекать тебя, ты же понимаешь, — холодно отозвался Себастиан. — И вести себя так, будто рад тебя видеть. Потому что это не так.

— Ты ненавидишь меня, потому что я спала с ним? — Куинн склонила голову на бок и внимательно посмотрела на Себастиана. — Это было давно, и он всегда убегал. Никогда не оставался со мной. Или просил меня уйти. У него что-то сродни пунктика, он может спать только в своей кровати и один. Ты разве не знал? — она снова тонко улыбнулась, словно получая удовольствие от выражения удивления на лице Себастиана. — Значит, я тебя предупредила.

— Сегодня он остался со мной. В моей комнате, — задумчиво произнес Себастиан, и тут же понял, что теперь настал его черед ликовать. На лице Куинн пролегла тень. — Должно быть, для тебя это удивительно, Фабрей, — иронично протянул он, не чувствуя при этом и капли сожаления.

— Что ж, значит, тебе повезло больше, чем мне, — ее снисходительная улыбка и тон разрушили все хорошее настроение, которое только могло быть у Себастиана в тот момент. И, видимо, Куинн нашла себе развлечение и без воли Себастиана. — Наверное, я ошибалась насчет тебя.

— Что ты имеешь в виду? — он прищурил глаза и зло посмотрел на Куинн. Она начинала бесить его все больше и больше.

— Думала, что ты сделаешь ему только хуже. Он ведь и так настрадался из-за тебя, а ты оказался не самым лучшим даже сейчас. Но теперь я вижу, что ты и правда ему дорог. Прямо, как Джим. Ты ведь знаешь о нем? — спросила она, и Себастиан, сколько ни пытался, не смог найти подсказки к ответу или просто намека на фальшь. Видимо, общение с Рейчел пошло ей на пользу.

— Конечно. Милая история, — Себастиан откинулся в кресле с самым невозмутимым видом. А Куинн нахмурилась.

— Милая? — удивленно спросила она. И тут же улыбнулась. — Ты не был в его комнате, да? — она докурила и затушила окурок в пепельнице, которая стояла на столике между ними. И как только ей удавалось унижать его, практически ничего при этом не делая?

— Разумеется, был, — отрезал Себастиан, зная, что Куинн ему не верит. Ну и пусть, ему не было дела до того, что она там считает. Или все же немного было?

— Просто спроси его про Джима в следующий раз. У всех нас есть скелеты в шкафу, и Хантер не исключение.

Повернув голову к окну, Себастиан принялся наблюдать за кружащими на улице снежинками, которые оседали на подоконник. Ему совершенно не нравилось то, что Куинн знает о Хантере намного больше его, что ей он доверяет какие-то свои тайны. А Себастиан может только догадываться, что что-то не так, и чувствовать себя пустым местом в глазах бывшей подружки Хантера.

Наверное, молчание и напряжение, которое можно было резать ножом, продолжалось бы еще долго, если бы в комнату наконец не ворвался сам Хантер, который, видимо, искал Себастиана или хотя бы кого-то.

— Привет, Кью, — немного удивленно, но радостно произнес Хантер и, подойдя ближе к Куинн, поцеловал воздух возле ее щеки. — Странно видеть вас вместе, — он усмехнулся и, подойдя к Себастиану, поцеловал его по-настоящему. Злорадно ухмыльнувшись, Себастиан обнял Хантера за шею и, не давая отстраниться, снова вовлек его в поцелуй. Хантер пах холодным, морозным воздухом, его легкая щетина приятно колола, и Себастиану не хотелось отпускать его просто так. Даже если бы Куинн не было рядом, он бы точно все равно на нем повис.

— Ладно, Бас, дай мне раздеться, — улыбаясь, попросил Хантер, и наконец выбрался из рук Себастиана, после чего стянул пальто и шарф и повесил их на спинку кресла Себастиана. — Так, м, какие-то планы? — он посмотрел на Куинн.

— Да, мы с Рейчел хотели сегодня пойти в клуб. Не хотите с нами? — спросила она, глядя на Хантера с теплом, которое Себастиан заметил в ее глазах только, когда она смотрела на Рейчел. Наверное, лишь эти двое удостаивались такой чести.

— Нет, сегодня я занят, — ответил Хантер и, как и всегда, ушел за выпивкой. Плеснув себе скотча, он кинул в него два кубика льда и уселся рядом с Себастианом, на подлокотник его кресла.

— Тогда, может, отпустишь с нами Баса? Ему полезно выбраться куда-нибудь, да и сегодня в театре выходной, — Куинн посмотрела на Себастиана, и тот только открыл рот, чтобы ответить, как Хантер решил за него.

— Нет, он не пойдет. Сегодня он со мной. В клуб пойдем в другой раз, — он быстро осушил половину порции скотча и взглянул на Куинн. — А кто будет?

— Я, Рейчел, возможно Уэстон, — начала перечислять она, и Хантер тут же вскинул руку, засмеявшись.

— Не-ет, тогда мы точно останемся тут. К Уэстону я его и близко не подпущу. Не понимаю, почему Рейчел вообще с ним общается? Он же подонок, — недовольно заметил Хантер и допил оставшийся алкоголь. Куинн же промолчала, только тонко улыбаясь.

Себастиан наблюдал за этим разговором, немного сбитый с толку. Он, разумеется, понимал, почему Хантер не хочет отпускать его на вечеринку, вот только не мог объяснить, почему он не доверял Рейчел и Куинн. И, кроме всего прочего, он все еще находился в комнате, а о нем говорили так, будто он настолько туп, что не понимает, о чем вообще идет речь, или он какой-то несмышленый ребенок, без своего собственного мнения. Скрестив руки на груди, Себастиан, с крайне недовольным видом, прокашлялся и посмотрел на обоих присутствующих.

— Я надеюсь, что вы не забыли, что я здесь, — произнес он с холодом. Хантер с Куинн взглянули на него. — Несмотря на договоренность, у меня все же имеется свое мнение. Хант, почему я не могу пойти с ними? — спросил он уже намного теплее и повернулся к Хантеру. — Или они недостаточно хороши, чтобы я мог проводить с ними время, по твоему мнению? — Себастиан выделил вопрос и злорадно покосился на Куинн. Видимо, его слова застали Хантера врасплох.

— Нет, они хороши, просто… там много людей, которые могут плохо повлиять на тебя, и… — начал он, но Себастиан фыркнул, не дожидаясь продолжения.

— Значит, я, по-твоему, маленький ребенок, который и постоять за себя не сможет? И который совершенно точно вляпается в какую-то заварушку. Что ж, — Себастиан подскочил, яростно дыша. Вся обида, оставшаяся с утра, вырвалась наружу, — думаю, я просто останусь сидеть в своей комнате, как принцесса в башне. Так тебе ведь будет спокойнее, да, Кларингтон? — прошипел он и резко выскочил из гостиной. Он слышал, как Хантер звал его, даже шел за ним, но Себастиан не останавливался. И, дойдя до своей комнаты, громко хлопнул дверью, чтобы показать, что он действительно рассержен, и лучше его в ближайшее время не трогать.

Опустившись на кровать, Себастиан почувствовал горечь, которая подступила к самому горлу. Он не хотел так срываться, на самом деле он даже в этот чертов клуб идти не хотел. Но сама ситуация настолько его вывела из себя, что он просто не смог сдержаться. Теперь оставалось надеяться, что скоро Куинн уйдет, и Хантер не бросит его одного, давая насладиться одиночеством, а сразу придет и все расставит по своим местам. Вся мишура и идеальность мира, в который поместил его Хантер, постепенно начала рушиться.

* * *

Наверное, прошел уже час или два, когда дверь наконец открылась, и Хантер вошел в комнату. Себастиан успел задремать, поэтому вздрогнул, когда его плеча кто-то коснулся, и недовольно открыл глаза.

— А, ты, — хрипло протянул он и отвернулся на другой бок. — Чего тебе?

— Хотел узнать, что это было, — произнес Хантер и сел на кровать рядом. — Что с тобой, почему ты вдруг закатил истерику? Да еще и поставил меня перед Куинн в неловкое положение, — в его голосе была слышна досада и укор, поэтому Себастиан подскочил и гневно посмотрел на Хантера.

— Я поставил тебя в неловкое положение? А когда она приходит и начинает вести себя как хозяйка и делать вид, что знает тебя чуть ли не с пеленок! Это не неловкое положение, а, Хантер? Что-то я не слышал, чтобы меня кто-то защищал при ней, когда я не знал… не знал… — он запнулся, не решаясь произнести имя, которое сказала ему ранее Куинн. — Не знал, что ты всегда спишь один!

— Ну, теперь это не так, — Хантер пытался быть спокойным. — Я же провел ночь с тобой, а ушел только утром, потому что мне нужно было по делам, и я не хотел будить тебя, — он провел рукой по волосам Себастиана, стараясь привести его в норму. — Да, у меня действительно проблемы с этим, но видишь, я стараюсь. Стараюсь, ради тебя. И ты тоже мог бы быть повежливее, она моя подруга, все-таки.

— Да, твоя бывшая подстилка, — едва слышно фыркнул Себастиан, но тут же поймал рассерженный взгляд Хантера. — Ты не говорил, что спал с ней, — он пожал плечами, стараясь вести себя сносно, но явно начал выводить Хантера из себя.

— Это было всего несколько раз, не так уж и важно, — бросил Хантер, резко меняясь в лице. — Я же не роюсь в твоем грязном белье и не выясняю, сколько у тебя парней было после меня. И до Блейна, — он отвернулся, и Себастиан увидел, как напряглись его челюстные мышцы и спина.

— Всего два, на самом деле, — негромко пробормотал Себастиан, зная, что Хантеру это не очень интересно. — С одним все было неплохо, а второй…

— Избавь меня от подробностей, прошу тебя, — огрызнулся Хантер, не глядя на него, и Себастиан сразу сник. Рассказывать о чем-либо пропало всякое желание, и хотелось только зарыться в одеяла и никого не видеть. Они с Хантером так и сидели несколько минут в тишине, пока Хантер не поднялся с тяжелым вздохом с кровати.

— Я очень надеюсь, что впредь такого не повторится, — сухо произнес он и уже направился было к двери, когда Себастиан подал голос:

— А кто такой Джим? — ему было все равно, как отреагировал бы на это Хантер, только бы не ушел и не оставил его одного. И Себастиан ожидал, что Хантер накричит на него, запретит спрашивать об этом парне, или кем бы он ни был, любую яростную и негативную реакцию, но Хантер вдруг замер, а его плечи поникли.

— Это был мой брат, — сказал он с болью в голосе. Себастиан подался вперед, удивленно глядя на Хантера. Он никогда не видел его настолько грустным и потерянным. Даже в детстве, когда ему влетало за какую-то переделку, он и тогда выглядел оптимистом. А сейчас такой печальный Хантер совершенно выбивал из колеи.

— Был? — повторил тихо Себастиан, и Хантер, не глядя на него, кивнул. Он остановился возле двери, держась пальцами за ручку. Видимо, его терзали внутренние противоречия относительного того, стоит ли рассказывать Себастиану о нем. И, в конце концов, решил, что стоит. — И почему ты не говорил, что у тебя был брат?

— Когда мы с тобой еще общались, он был еще маленький. Ну, а потом… — продолжил Хантер, все так же стоя у двери. — Ему было семь, когда он умер. Воспаление легких, я не смог ему помочь, никто не смог, — Хантер содрогнулся всем телом, шумно втянул воздух и покачал головой. — Плохая была идея, лучше просто забудь об этом.

— Ну уж нет, — запротестовал Себастиан и поднялся, чтобы подойти к Хантеру. — Если ты хочешь быть со мной, то я должен знать, о чем ты думаешь. Я же не элитная проститутка, с которой можно только спать. Я хочу знать, что тревожит тебя, о чем ты переживаешь, — тихо произнес Себастиан и попытался погладить Хантера по щеке, но тот отдернулся. — Ладно, давай так. Я расскажу о своей тайне, не самой приятной, а ты потом — о своей. Идет? И тогда все будет честно, — Себастиан попытался улыбнуться, и Хантер, быстро взглянув на него, коротко кивнул.

Взяв Хантера за руку, Себастиан медленно утащил его обратно к кровати. Он забрался на нее и сел, поджав ноги, так, чтобы Хантер смог положить голову ему на колени. Когда Хантер устроился на нем, Себастиан принялся мягко поглаживать его по волосам, пытаясь успокоить и немного отвлечь.

— Как я тебе уже говорил, у меня было, кроме тебя с Блейном, два парня. С одним отношения были короткие, мы вместе учились в школе. Мы нравились друг другу, но каких-то особенных сильных чувств никогда не испытывали. Позже, когда началась война, он пошел добровольцем, и мы разорвали все контакты. Только потом я узнал, что он вернулся без ноги. Сейчас он живет где-то в Коннектикуте, — Себастиан задумчиво свел брови. — Если честно, я так и не знаю, как сложилась его судьба в дальнейшем, — он пожал плечами и, сделав глубокий вдох, продолжил рассказ. — Затем у меня был еще один парень. С ним все было гораздо хуже, — Себастиан невесело усмехнулся. — Тогда я уже работал в баре, и он часто приходил послушать меня. Со временем он стал делать это чаще и чаще, начал приносить подарки, цветы, провожать меня до дома. Но проблема была в том, что он никогда мне не нравился. Сколько я ни старался увидеть что-то большее, ведь, по сути, он был неплохим парнем, я никогда не питал к нему каких-то теплых чувств.

— Он не был достаточно красив для тебя? — Хантер ухмыльнулся, хитро глядя на Себастиана, и тот кивнул без тени улыбки.

— Потом он начал раздражать меня своим навязчивым поведением. Я несколько раз посылал его, но он всегда возвращался. В конце концов, я закатил ему страшный скандал, он в то время выглядел очень нездорово. Я думал, что он просто недосыпал или пил. Так или иначе, после всего произошедшего, я не видел его три дня. На третий день я получил записку от него, что он хочет встретиться со мной и поговорить, извиниться за свое поведение, но я… — Себастиан сделал паузу, а потом заговорил снова, его голос стал глуше и слегка подрагивал. — Я просто проигнорировал его, потому что хотел дать ему понять, что не намерен тратить на него свое время. Через пару дней я узнал, что Дейв, так звали того парня, повесился у себя дома. У него было какое-то редкое смертельное заболевание, и он хотел просто провести свои последние дни со мной. А я не смог ему этого дать, потому что был слишком ослеплен любовью к себе, — Себастиан замолчал и на этот раз намного дольше, чем до этого. Заметив, что пауза затянулась, Хантер поднялся и тут же принялся стирать слезинки, которые потекли по щекам Себастиана. Когда он успокоился, Хантер мягко поцеловал его и погладил ладонью по волосам.

— Я старался забыть все это и жить дальше. Но все напоминало мне о том, что я сделал, и каким козлом был. И поэтому я не выдержал, собрал вещи и…

— Переехал в Нью-Йорк? — спросил Хантер, хотя он и так уже знал ответ. Себастиан совсем скис, поэтому Хантер прижал его к себе и сразу почувствовал, как тот задрожал в его руках, а плечо, в которое Себастиан уткнулся, быстро намокло.

— Я думал, что это поможет мне избавиться от воспоминаний, ведь прошло почти полтора года. Но теперь я понял, что… я много плохого совершил в жизни, чтобы заслуживать чего-то хорошего, — пробормотал он глухо из-за опущенной головы.

— Да нет, Бас, все мы совершаем ошибки. Хоть это и грустно, но нужно жить дальше, — произнес Хантер, поглаживая Себастиана по спине. — Знаешь, я уже не думаю, что рассказывать тебе о моем брате такая уж хорошая затея, — попытался как можно бодрее сказать он, но Себастиан, отстранившись и шмыгая носом, возмущенно посмотрел на него.

— Нет уж. Я тебе рассказал, теперь и ты выкладывай, — недовольно потребовал он, хотя и знал, что для Хантера это тяжело. Помедлив несколько секунд, Хантер кивнул и, к удивлению Себастиана, слез с кровати и протянул ему руку.

Не совсем понимая, что тот от него хочет, Себастиан послушно ухватился за раскрытую ладонь и направился следом за Хантером. Тот вел его в свою комнату, и при одной мысли о том, что в ней может быть, сердце Себастиана принялось отчаянно колотиться.

Но в первую же секунду Себастиан издал разочарованный вздох. Комната Хантера была такой же, как и остальные комнаты дома, только выглядела более жилой, чем, пока что, комната Себастиана. И сперва он даже не понял, что именно Хантер пытался от него скрыть. Все здесь было слишком обычно и даже немного очевидно.

Пройдя вглубь, Себастиан заметил на столе фотографию в рамке. На ней были изображены два мальчика, очевидно братья — они были очень похожи. Хантера Себастиан узнал сразу, потому что тому было лет одиннадцать, и таким его Себастиан еще помнил. Второй мальчик был на полторы головы ниже, волосы у него были темнее, да и сам он был намного пухлее своего брата. И все же Себастиан мог увидеть много сходств в их лицах и взглядах.

— Это Джим, ему тут четыре, — произнес негромко Хантер за его плечом, и Себастиан вздрогнул. На несколько секунд он забыл о существовании второго человека в комнате. — Тогда был его день рождения, у нас был праздник. Было много народу, детей, — вспоминал Хантер и улыбнулся, рассматривая фотографию. — Он всегда любил людей и веселье. Любил новые знакомства и интересные истории. Я таким не был, — он немного помрачнел. — Да, я любил рассказывать истории, но делал это только для тебя и него. А когда он умер, я и вовсе перестал придумывать что-то. Только ты заставил меня вспомнить, как мне нравилось сочинять.

— Так, эм… А что с ним произошло? — осторожно поинтересовался Себастиан. Он снова посмотрел на фото, не веря, что этого мальчика больше нет в живых.

— Когда мне было четырнадцать, я приехал на выходные домой из академии. Джим долго уговаривал меня пойти с ним гулять, а я все отказывал. Тогда был март, снег только начал сходить, а лед на реке был совсем тонкий. В конце концов, он уговорил меня, и я пошел за ним за город. Он хотел насобирать каких-то шишек или… Если честно, я уже не помню, зачем мы пошли туда, я только помню, что очень сердился, потому что он сорвал мои планы, — Хантер поймал взгляд Себастиана и виновато улыбнулся. — Я собирался встретиться с Куинн, — Себастиан обиженно фыркнул, и Хантер погладил его по плечу. — В общем, мы шли все дальше и дальше, и тут он увидел птицу на льду. Наверное, ей подбили крыло, она не могла взлететь, и Джим сразу же побежал к ней, чтобы спасти, ну и… лед не выдержал, — Хантер судорожно вздохнул и, оставив фотографию, опустился на кровать. — Я вытащил его довольно скоро, но он все равно заболел. И пролежал в постели две недели, а после… — Хантер уставился на свои руки, словно ища в них поддержки. — Я долго винил себя в произошедшем, да и до сих пор виню. Я должен был остановить его, схватить за руку, да за что угодно, и не дать ему добежать до реки. Но я не успел. Почему ему нужно было лезть за этой гребаной птицей, почему он не мог просто оставить все, как есть?! — неожиданно в отчаянии крикнул Хантер и тут же закрыл лицо руками, содрогаясь от сухих рыданий. Себастиан обнял его за плечи и уткнулся носом в волосы на затылке, стараясь поскорее успокоить Хантера.

— Это была не твоя вина, ты сделал все, что смог, — прошептал Себастиан, поглаживая Хантера по плечу и спине. — Ты был для него хорошим братом, до последнего, — он улыбнулся и оставил легкий поцелуй на щеке Хантера. — Я просто уверен, он знает, что в этом не было твоей вины.

— Да, ты прав, — Хантер кивнул, постепенно успокаиваясь, и убрал руки от лица. Он нашарил одной кисть Себастиана и сжал ее, повернув к нему голову. — Но я все равно не могу перестать думать о том, что было бы, если бы я не был таким заторможенным ослом, — он усмехнулся, и новые слезы потекли из его глаз. Тугой болезненный комок сжался в груди Себастиана, при виде такого глубоко несчастного Хантера, и сразу же появилось чувство, которое заставляло желать сделать все, только бы он успокоился и снова улыбнулся.

Прижав Хантера к себе, Себастиан позволил уткнуться в свою шею и, принявшись поглаживать и перебирать пряди на волосах Хантера, начал петь веселую песню, стараясь приободрить и развеселить. Он пел тихо, чтобы только Хантер слышал его, и вскоре песня начала действовать. Хантер поднял голову и, задержав взгляд покрасневших глаз на лице Себастиана, впился в его губы требовательным и соленым поцелуем. Улыбаясь в него, Себастиан прижал Хантера ближе, и почувствовал, как тот окончательно расслабляется.

— Останешься сегодня здесь? — шепотом спросил Хантер в губы Себастиана, разорвав поцелуй, и тот согласно кивнул.

Открытие друг другу личных и горьких тайн определенно сблизило их, начавших неожиданно отдаляться, и это Себастиана очень и очень радовало. Ведь если они могли показать своих скелетов, спрятанных подальше, и не оказаться отвергнутыми, они могли доверить друг другу что угодно.

Глава 12

Все последующие дни продолжались примерно в том же ключе. После проведенной совместной ночи Хантер уходил утром, возвращался к обеду, иногда, когда это было нужно, отвозил Себастиана в театр, а после забирал, не давая заговорить ни с кем, кто мог бы хоть как-то заинтересовать его или увлечь. Разумеется, Хантер не мог контролировать общение в гримерной, но там практически всегда стояла тишина. Курт так и не простил Себастиана за то, что тот сделал, но Себастиан и не просил прощения. По большей части ему было совершенно все равно.

Единственное, что его заботило, это отношения с Хантером, которые снова стали теплыми, как и вначале, и обещание предоставить ему прослушивание для фильма. Этого Себастиан ждал, как подарка на Рождество. Конечно, он не сомневался, что Хантер подарит ему какую-то дорогую вещь, но роль была бы гораздо лучше.

— Так когда твой дядя согласится прослушать меня? — спросил Себастиан, когда они с Хантером принимали совместную ванну. Горячая вода и теплые поцелуи то в плечо, то в шею, заставляли Себастиана буквально таять, а от рук Хантера, которые мягко поглаживали его, прижимая к себе, кружилась голова. — А то прошло уже больше недели, как ты позвонил ему. Вдруг он забыл? — обеспокоенно сказал Себастиан и повернул голову к Хантеру.

— Не думаю, он просто занят другим фильмом, — Хантер ободряюще потерся о щеку Себастиана носом. — Когда у него освободится время, он обязательно позвонит. А если нет, мы сами поедем.

— Подожди, — Себастиан встрепенулся и повернулся к Хантеру сильнее, — мы поедем в Голливуд? Так скоро? — он вскинул брови, а улыбка сама собой расплылась на его лице. — Я думал, что съемки будут проходить здесь.

— Нет, обычно дядя предпочитает свою студию. Ему, конечно, нравятся новые ландшафты, но привычнее работать в уже знакомом месте. Так что да, мы поедем в Калифорнию, — подтвердил Хантер и ухмыльнулся, глядя на сияющего от восторга Себастиана. — Ну, я же обещал тебе прослушивание. Значит, ты его получишь в любом случае, — он потянулся к Себастиану и оставил на его губах легкий поцелуй. Все это казалось таким невероятным, что Себастиан даже забыл о той незначительной ссоре, которая произошла из-за Куинн. В конце концов, из-за нее же они сблизились еще больше.

— Ты действительно самый лучший, — пробормотал Себастиан с улыбкой в губы Хантеру и обвил руками его шею, втягивая в новый, более глубокий и горячий поцелуй. Все шло так, как он хотел, а дальше должно было быть еще лучше, в этом Себастиан не сомневался. Следующий год точно должен был стать его годом. Успешный актер Голливуда с прекрасным предпринимателем, на которого в открытую пялятся не только девушки, но и некоторые парни. И все это принадлежит только ему одному — Себастиану, и никому больше.

От таких мыслей у Себастиана резко подскакивало чувство собственной важности, а эго разрасталось до небес. Но он ничего не мог поделать, слишком уж он был счастлив, а предстоящие радужные перспективы заставляли его желудок делать радостное тройное сальто, которое бывало и каждый раз, когда Хантер просто целовал его.

* * *

Праздники приближались с невероятной скоростью, декабрь все больше и больше напоминал зиму, нещадно заваливая Нью-Йорк снегом. Нежелание Хантера выпускать Себастиана куда-то одного полностью совпадало с мыслями самого Себастиана: уж слишком на улице было много сугробов, он даже видел как-то из окна, как Том пару раз упал, пока шел от машины. И все же последнее выступление никто не отменял, а в тот вечер, как назло, шел сильный снег. Себастиан скривился, глядя на кружащие хлопья, и попытался представить, во что превратится, пока ползет до машины, а потом и до театра.

— Ну, ты готов? — вывел его из задумчивости голос Хантера. Себастиан повернулся к нему и выдавил улыбку.

— Разумеется, поскорее бы расправиться со всем этим, — он кивнул и направился к выходу из комнаты, но Хантер остановил его.

— Подожди, — он вытащил из кармана маленькую коробочку и протянул ее Себастиану. — Небольшой подарок в честь последнего дня в театре.

Неуверенно взяв коробочку, Себастиан быстро открыл ее, и его брови тут же поползли вверх. Внутри лежал платиновый браслет с тонкой гравировкой по краям. Себастиан боялся представить, сколько денег за него мог отдать Хантер, но это было действительно впечатляюще, настолько, что Себастиан позабыл все слова благодарности и только восторженно посмотрел на Хантера.

— Хочу, чтобы ты надел его сегодня, — Хантер улыбнулся, наблюдая за реакцией Себастиана, и чмокнул его в уголок губ, после чего поправил плечи рубашки Себастиана и, наконец, позволил ему выйти.

Медленно Себастиан побрел из комнаты, не отрывая взгляда от украшения. Сам бы он копил на такой еще очень и очень долго, но Хантер мог себе это позволить, а значит, Себастиану стоило только попросить. Улыбка, немного хитрая, тут же растянулась на его губах, и Себастиан быстро застегнул браслет на запястье.

— Ты самый лучший мужчина, которого только можно пожелать, — он повернулся к Хантеру, который шел следом, и втянул его в поцелуй полный благодарности. Хантер действительно начинал его баловать, но Себастиану было грех на это жаловаться. Ведь когда жизнь дает такой шанс, только дураки его упускают.

— Я сделаю тебе сегодня вечером еще один подарок, когда вернемся, — прошептал Хантер на ухо Себастиану, стоило тому разорвать поцелуй, и Себастиан почувствовал, как приятная волна прокатилась по телу. Это была явно не какая-то безделушка, если голос Хантера не врал, а значит, этот вечер должен стать действительно запоминающимся.

Они быстро добрались до театра, хотя бы потому, что всю дорогу Себастиан не отлипал от Хантера и его губ, и поэтому путь показался ему в одно мгновение. И оттого уходить от Хантера и отправляться в театр хотелось еще меньше.

— Я буду в зале, ты же знаешь, — усмехнулся Хантер, заметив недовольство на лице Себастиана, и тот, поняв, что другого выхода просто нет, выбрался из машины.

Сегодня настроение в гримерное было празднично-грустное. Актеры были рады, что все выступления прошли с блеском, а рецензии оставались на прежнем положительном уровне, но немного расстраивались из-за того, что вскоре им всем придется расстаться. Кто-то уже получил предложения от других режиссеров, а кто-то собирался заняться совершенно иной деятельностью. Себастиан, как и всегда, старался не поддерживать всеобщей болтовни. Он не злоупотреблял этим и до Хантера, что уж говорить теперь.

Курт вошел в гримерную одним из последних. Странно было видеть некоторую радость на его лице. Наверное, помирились с Блейном. Себастиан окинул его равнодушным взглядом и принялся переодеваться. И, пожалуй, вышел бы на сцену, не проронив ни слова, если бы не заметил, что Курт сверлит его взглядом уже несколько секунд.

— Чего тебе? — приподняв одну бровь, спросил Себастиан, глядя на Курта в зеркало. — Я думал, ты все еще на меня в обиде.

— Ты хорошо сегодня выглядишь, — произнес Курт, пожимая плечами. Себастиан заметил внутренние противоречия на его лице и усмехнулся, поворачиваясь к Курту.

— У вас с Блейном снова все в порядке, надо думать? — спросил он, на самом деле без особого интереса. И губы Курта тут же тронула едва заметная улыбка.

— Да, — он коротко кивнул и хотел было продолжить разговор, но его взгляд уперся в браслет Себастиана, и глаза тут же округлились. — Откуда он у тебя? — с придыханием произнес Курт. — Я всегда о таком мечтал.

— А, это, — Себастиан выставил руку и посмотрел на браслет. — Хантер подарил. В честь последнего вечера здесь. Скоро я поеду в Голливуд, он уже обо всем договорился, — Себастиан самодовольно ухмыльнулся, глядя на нахмурившегося Курта. — Завидуешь?

— Нет, — Курт отрицательно покачал головой. — Мне жаль его. Он слишком хорош для тебя, — он поднял глаза на Себастиана, и лицо того дрогнуло от презрения. — А хотя нет, — Курт усмехнулся. — Раз он додумался только до того, чтобы купить тебя, он и сам не лучше.

Себастиан посмотрел на него с исказившимся от злости лицом. Да кем он вообще себя возомнил, ничтожный актеришка, который ничего толком не добился?! И на ум тут же пришли слова Куинн. Она ведь тоже их союза с Хантером не одобряла. Неужели между ними и правда все было настолько плохо, и это видели все, кроме него? Нет, конечно, нет, тут же откинул эти мысли Себастиан. Просто они оба завидовали им, тому, как они были счастливы, их успеху. Низкие людишки, которые только и могут, что критиковать тех, кто не похож на них.

Курт быстро ушел, переодевшись, а настроение Себастиана снова было испорчено. Пытаясь перестать думать о том, что они, по какому-то идиотскому мнению, не подходят с Хантером друг другу, а стараясь сосредоточиться на своей роли, Себастиан направился за ним следом.

Его встретил, как и всегда, полный зал, Хантер на третьем ряду, рядом Куинн и Рейчел, которая тут же ему помахала. А в первом ряду сидел Блейн, который, как только их взгляды пересеклись, отвернулся, будто не замечая Себастиана. Это было неприятно, но, все же, Себастиан и не заслуживал от него другого отношения. Что ж, все-таки это была не их история, и если он и правда будет счастлив с Куртом, то Себастиан не собирался мешать и лезть к ним. Снова.

Он старался быть на высоте, как обычно бывало во время его выступлений. А так как это было последним, в него нужно было вложиться сполна, целиком. Что Себастиан и делал, а после зал аплодировал им стоя, хотя казалось, что все в восторге именно от него.

— Ну, мне остается только пожелать тебе удачи, Смайт, — протянул Курт, догоняя Себастиана, когда они оба уже шли по коридору. — Надеюсь, что ты больше никому не разобьешь сердце, как ты очень любишь делать, — Курт обогнал его, а Себастиан остановился, совершенно потеряв какое-либо желание находиться в одном помещении рядом с ним. А ведь они могли быть друзьями, им даже удалось разговориться тогда, в поезде. Но, видимо, не судьба.

Все же, поборов свою неприязнь, Себастиан быстро переоделся и, ни с кем не прощаясь, ушел прочь из театра, который старался забыть. По дороге он столкнулся с Блейном, который нес большой букет белых роз в руках. Они оба замерли друг напротив друга, не зная, что делать дальше. Блейн оглядел Себастиана и, коротко улыбнувшись, произнес: «Отличное шоу», после чего поспешил удалиться. Себастиан некоторое время еще смотрел ему вслед, а потом, качнув головой, быстро вышел на улицу.

— Ты бы потрясающ, как и всегда, детка, — весело поприветствовал его Хантер и сразу же заключил Себастиана в объятия. — Теперь следующая остановка — Голливуд?

— Жаль, что ты не хочешь остаться, — произнесла немного грустно Рейчел. — У тебя было бы большое будущее на Бродвее.

— Знаешь, тот парень, Курт… — начал Себастиан, сам не зная, зачем. — Я думаю, ты можешь предложить что-нибудь ему.

— Это не тот, который играл твоего друга? — глаза Рейчел тут же загорелись. — У него такой необычный голос. Мне кажется, я смогу ему что-нибудь подобрать, — она улыбнулась и подмигнула Себастиану. Куинн же продолжала сохранять молчание, только, улыбаясь, наблюдала за происходящим. Себастиан посмотрел на нее, и на мгновение ему показалось, что в ее глазах больше нет той холодности, которую он, обычно, в них встречал.

— Ладно, нам пора, — решил закончить разговор Хантер. Он тут же взял Себастиана за руку и направился к машине. — Еще увидимся. Я сообщу, когда мы поедем в Лос-Анжелес, — добавил он, обращаясь к Куинн, и та согласно кивнула, после чего ее сразу же утащила куда-то Рейчел.

Себастиан забрался в машину и откинулся на спинку сиденья. Хантер вскоре присоединился к нему, и автомобиль тронулся на Манхэттен.

— Некоторые люди считают, что я не подхожу тебе. Что я плох, — неожиданно произнес Себастиан, и его лицо помрачнело. — Ты тоже так думаешь? Ты держишь меня при себе просто потому, что больше никого не знаешь? Или потому что помогаешь мне? Только честно, — он взглянул на Хантера.

— Знаешь, — спустя несколько секунд паузы, начал Хантер, — я бы не стал тратить на тебя время, если бы ты мне не подходил. И с каких пор тебя вообще заботит мнение других людей? — он улыбнулся и приобнял Себастиана за плечи. — И я с тобой, потому что хочу быть с тобой. Другому я бы и предлагать не стал, — Хантер пожал плечами, и Себастиан слегка посветлел. Хотя и не полностью, ему все же казалось, что Хантер не был с ним искренен до конца. Но сейчас это было и не важно, потому что портить все серьезным разговорами, когда все шло прекрасно, только из-за каких-то странных доводов, ему не хотелось.

Домой вернулись быстро, Себастиан тут же попытался утащить Хантера к себе, но не успел даже довести его до лестницы, как вдруг голос вездесущего Тома нарушил все его планы.

— Мистер Дженкинс на линии, сэр, — доложил он, а Себастиан выругался про себя. Он даже не слышал чертового звонка. Виновато улыбнувшись, Хантер выскользнул из его рук и направился в свой кабинет, а Себастиан, раздеваясь на ходу, — в свою комнату. Он скинул вещи на кровать и сам упал рядом, ожидая того, что за вести принесет ему Хантер. Себастиан был уверен, что только хорошие, ведь дядя Хантера даже не видел его, чтобы определенно точно отказывать ему. А значит, должно повезти. И прогнозы Себастиана не подвели его, потому что через несколько минут веселый голос Хантера нарушил идиллическую тишину.

— Дядя сказал, что хочет прослушать тебя после праздников, — сказал он и опустился на кровать рядом с Себастианом. — А значит, мы поедем в Калифорнию уже на следующей неделе, — приглушенным голосом пробормотал он и потянулся к губам Себастиана, чтобы втянуть его в жадный поцелуй. — Думаю, и мой подарок, о котором я говорил, придется тебе по душе, — отстранившись, прошептал Хантер и тут же опустился на пол, разведя в стороны ноги Себастиана. Тот, приподнявшись на локтях, слегка затуманенным взглядом посмотрел на сидящего перед ним Хантера. Да разве этот день может стать еще лучше?

Не успел Хантер начать стаскивать с него брюки, как голос Тома снова все испортил.

— Ваш отец на линии, мистер Кларингтон, — произнес он, заходя в комнату, и Хантер резко отпрянул в сторону. Себастиан разочарованно застонал и снова опустился на кровать.

— Я скоро приду, не думаю, что что-то серьезное, — принялся оправдываться Хантер и, еще раз поцеловав Себастиана, поднялся. — Но облегчи мне задачу, накинь что-нибудь менее сложное для стягивания, — усмехнулся он, уже будучи в дверях. Швырнув в него подушкой, Себастиан рассмеялся и резко сел. В глазах тут же потемнело, но Себастиана это ни капли не обеспокоило, и он, слегка пошатываясь, направился к шкафу, откуда вытащил халат, который недавно подарил ему Хантер. Странно. Оглядев свои вещи, Себастиан только сейчас понял, что большинство из них совершенно новые. Видимо, Хантер снабжал его одеждой на свой вкус. И он у него был, очень даже неплохой, поэтому жаловаться или спрашивать, в чем дело, Себастиан не собирался.

Прошло уже несколько минут, но Хантер так и не появился, поэтому Себастиан направился на его поиски самостоятельно. В комнате его тоже не было, но стоило снова выйти в коридор, как Себастиан услышал гневные восклицания внизу и поспешил на голос.

— Мне уже двадцать шесть, почему я сам не могу принимать такие решения? Он ведь и послал меня за этим, так какого черта? Нет, я… да, я думал, он будет жить с нами. Он впервые в Калифорнии, отец, откуда у начинающего актера деньги? — раздраженно кричал Хантер, и Себастиан остановился за дверью, не решаясь войти и стараясь не упустить ни одного слова. — Да что повторяется, что ты несешь? Я с Куинн, ты забыл? Почему ты снова подозреваешь меня в чем-то? Это всего лишь актер, который нужен Гарольду, вот и все! — крикнул Хантер громче обычного, и Себастиан вздрогнул. Он понимал, что Хантер как мог скрывал их отношения, но приятного в этом было мало. Тем более слышать такие слова от Хантера.

— Я все равно привезу его, потому что дядя просил, — Хантер перестал кричать, но его голос слегка подрагивал от злости. — Я надеюсь, у тебя больше нет никаких вопросов? Да, с ней, конечно. Она всегда со мной. Да, прекрасно. Всего хорошего, — Себастиан услышал, как трубка резко опустилась на рычаг со звоном, а затем глухой удар. Должно быть, Хантер упал на один из диванов.

Выждав несколько секунд, Себастиан неуверенно приоткрыл дверь и заглянул в кабинет.

— Все прошло не так гладко, как хотелось? — спросил он осторожно, но Хантер все равно подпрыгнул от неожиданности.

— Ты что, подслушивал? — раздраженно спросил он, глядя на Себастиана. Тот кивнул и закрыл за собой дверь. Мягко, стараясь не делать резких движений, он подошел к Хантеру и остановился рядом с ним.

— Я просто заждался и пошел искать тебя, — произнес он, спокойно наблюдая за Хантером. Тот вздохнул и провел руками по лицу, словно пытаясь стереть гнев с лица.

— Прости, что тебе пришлось услышать все это. Отец все еще ни о чем не знает, и… Я боюсь представить, если правда всплывет наружу, — он невесело усмехнулся и, глянув на Себастиана, усмехнулся. — А ты молодец, послушался меня, — он ухватился за полы халата и притянул Себастиана к себе. — Да, на чем мы остановились? — спросил он и тут же распахнул халат, без удивления обнаруживая, что под ним ничего нет. — Ты чудо, детка, — пробормотал он и прошелся губами по коже внизу живота, заставляя Себастиана вздрагивать и шумно дышать через нос. Неожиданно за дверью послышались шаги, а потом и стук в дверь, на что Хантер отстранился и зло зарычал.

— Я занят! — громко сказал он, и пытавшийся побеспокоить их тут же ушел. — Прости, прости, — бормотал он, снова повернувшись к Себастиану. Он провел руками по его бедрам, но Себастиан остановил его, поймав ладони своими.

— Нет, — сказал он и опустился на пол перед Хантером, под его удивленный взгляд. — Это тебе надо расслабиться, а не мне, — ухмыльнулся он и развел ноги Хантера так, как ему было удобно. Проведя пару раз ладонями по его бедрам, Себастиан опустил одну из них на пах и принялся легко поглаживать член Хантера через ткань брюк. Хантер тут же откинулся на спинку дивана, закусив губу, а после снова посмотрел на Себастиана и погладил его по волосам.

Решив долго не издеваться над ним, хотя член под его рукой уже начал твердеть, Себастиан быстро стянул брюки вместе с бельем с Хантера и, продолжая гладить его член, принялся покрывать поцелуями низ живота и пах, заставляя Хантера тихо, едва слышно постанывать. Да, минетов Себастиан ему еще не делал, но всегда бывает первый раз. И теперь хотелось доставить ему удовольствие по полной, чтобы он и думать забыл о произошедшей ссоре.

— Возьми его, — пробормотал Хантер, перебирая пряди на затылке Себастиана. Улыбнувшись, он коротко кивнул и, обведя пальцем головку и растерев по ней выступившие прозрачные капельки, мягко обхватил ее губами, заставляя Хантера издать еще один тихий стон. Эти звуки невероятно заводили, волна возбуждения пробежала по телу Себастиана, и он принялся посасывать головку активнее, двигая головой.

Постепенно, стараясь сделать так, чтобы Хантеру понравилось сильнее, Себастиан начал брать больше, пытаясь взять до самого основания, но с первого раза это было немного сложно из-за размеров. Поэтому, списав все на желание подразнить его, Себастиан остановился на середине, втягивая щеки, а после выпустил член изо рта с влажным звуком и хитро улыбнулся, глядя на подрагивающего от желания Хантера. Продолжив поглаживать головку пальцами, Себастиан принялся обводить кончиком языка венки на стволе и ласкать им мошонку, легко щекоча яички, отчего Хантер сжимал его волосы в кулак в попытках начать направлять его голову, но Себастиан не собирался поддаваться. Может быть, там, в другой обстановке он и слушался Хантера, но когда тот был в его руках, вел только Себастиан, и Хантер не мог противиться этому.

Вскоре его стоны стали чуть громче, возможно, их было слышно даже за дверью, но Себастиан не собирался останавливаться, не доведя Хантера до оргазма. Попытавшись снова, он наконец смог взять член Хантера до конца, задержавшись у основания на несколько секунд.

— Как хорошо, детка, — пробормотал Хантер, тихо скуля, и умоляюще посмотрел на Себастиана. — Еще, не останавливайся.

Продолжая сохранять молчание, Себастиан улыбнулся и начал покрывать головку влажными поцелуями и легко щекотать кончиком языка, принимаясь водить ладонью по члену и подкручивать от основания. Вскоре член в его руках начал пульсировать, и Себастиан стал посасывать его, не отрывая взгляда от покусывающего губы и постанывающего Хантера. Он кончил с глухим стоном спустя несколько секунд в рот Себастиану, и тот послушно проглотил все и слизал оставшиеся капельки с головки и губ.

Поласкав головку еще несколько секунд, из-за чего Хантер стал подрагивать всем телом, Себастиан забрался на бедра Хантеру и обвил руками его шею. Хантер прижал его к себе и втянул в глубокий, долгий, полный жажды поцелуй. Себастиан потерся о член Хантера голой задницей и тихо застонал в его губы, усиливая поцелуй. Поняв его правильно, Хантер опустил руки на бедра Себастиана и провел кончиками пальцев по члену, на что получил легкий укус в губу.

— Ты самый замечательный, — пробормотал Хантер, разорвав поцелуй, но не отстранившись. Его пальцы продолжали блуждать по телу Себастиана, заставляя того тихо, отрывисто дышать. — Не могу оставить тебя без благодарности, ты же знаешь, — он потянулся губами к шее Себастиана и оставил на ней несколько теплых влажных поцелуев.

— Ни за что не буду препятствовать тебе в этом, — прошептал Себастиан, прикрывая глаза и довольно улыбаясь. Ему хотелось, чтобы Хантер не останавливался ни на секунду, потому что все его ласки были просто невероятны. — Но знаешь, что? — спросил он, прежде чем Хантер повалил его на спину и принялся выцеловывать внутреннюю сторону бедер. — Я думаю, будет очень забавно трахаться за спиной твоего отца, — он засмеялся, но тут же смех потонул в стоне, которые продолжали раздаваться по дому всю ночь.

Глава 13

Трое суток. Ровно столько требовалось, чтобы добраться из Нью-Йорка до Лос-Анжелеса на поезде. Если бы Себастиан знал, во что эта поездка для него превратится, он бы уговорил Хантера на другой вид транспорта. Ведь можно же было поехать на автомобиле, в конце-то концов!

Первые несколько часов прошли довольно неплохо. Они с Хантером разместились в одном купе, второе Хантер полностью выкупил для Куинн, чтобы ей никто не мешал. И вначале Себастиану было даже весело, он наблюдал за проносящимся мимо пейзажем, болтал с Хантером о всякой ерунде (в основном спрашивал о его доме в Калифорнии), затем они втроем сходили в вагон-ресторан, где все было на высшем уровне, и впечатления Себастиана остались самые положительные.

Кошмар начался ночью, когда Себастиан, после пары часов верчений на своей полке, понял, что уснуть ему не удастся. Поезд трясло, во время остановок ему в глаза светили фонари, закрыть штору не удавалось, потому что она все равно дергалась обратно. И просто невыносимо неудобная постель, которая, как Себастиану казалось, вообще не предназначена для нормального человеческого сна.

Себастиан задремал, думалось, всего на несколько минут, когда неожиданно Хантер начал будить его, предлагая сходить на завтрак. Зло посмотрев на него, Себастиану не стоило гадать, что Хантеру в эту ночь удалось выспаться. Наверное, у него уже был опыт в долгом путешествии с востока на запад, а вот у Себастиана его еще не было.

К обеду лучше не стало. Уснуть так и не удалось, даже кофе не помог взбодриться, а потом и вовсе разболелась голова. Пейзаж за окном перестал впечатлять, кружащий небольшой снег вовсе не радовал. К тому же, Хантер решил, что это самое удачное время, чтобы заняться работой, и принялся что-то записывать карандашом в небольшой блокнот, то и дело бормоча себе под нос.

Понаблюдав за всем этим около получаса, Себастиан не выдержал и пересел к Хантеру, тут же обвивая его шею и плечи руками и принимаясь целовать лицо. Быть может, это поможет хоть как-то улучшить настроение.

— Бас, я сейчас немного занят, давай потом? — еле отведя голову, попросил Хантер, но Себастиан не отступал. Закинув одну ногу Хантеру на колени, он прижался ближе и мягко поцеловал его за ухом, заставляя Хантера вздрогнуть и отложить карандаш. — Тебе стало совсем скучно, я смотрю? — усмехнулся он и повернул голову к Себастиану. Тот сразу нахмурился и слегка отстранился, не выпуская при этом Хантера из объятий.

— А ты сам разве не хочешь? — недоверчиво спросил Себастиан. — Я сегодня получил один жалкий чмок с утра, и ты думаешь, этого достаточно? — возмутился он, но тут же немного просветлел. — Ты всегда можешь доделать свои дела и позже, — промурчал он в ухо Хантеру, обдавая его кожу горячим дыханием. — Они точно подождут до следующего года. А я нет, — он улыбнулся и прихватил мочку губами. Хантер прикрыл глаза и судорожно выдохнул, опуская руки на талию Себастиана, а потом произнес то, что Себастиана совсем ошеломило:

— Нет.

— Прости, что ты сказал? — повысил голос Себастиан, удивленно глядя на Хантера. — Нет? Значит, когда ты хочешь секса, то пожалуйста, а когда я, нет, Себастиан, давай в другой раз! — он отпрянул от Хантера и поднялся с места, поправляя джемпер. — Ладно, раз тебе так угодно, можешь заниматься своими сверх важными делами, — зло прошипел он, глядя на книжечку. — Но ко мне даже не лезь! — отрезал он и выскочил из купе.

Конечно, ему нужно было остыть, вскоре он вернется в прежнее состояние, вполне благодушное, но не отреагировать на слова Хантера он не мог. Да Себастиану еще никто никогда не отказывал! Не нашлось еще такого дурака, который в здравом уме сказал бы ему «Нет».

Недовольно бормоча под нос, Себастиан направился в вагон-ресторан, чтобы перекусить чего-нибудь. С утра он выпил один лишь кофе, и теперь в желудке слегка бурлило. Когда он пришел, то с удивлением обнаружил, что в вагоне практически никого нет, поэтому опустился за один из ближайших к нему столиков и, дождавшись появления официанта, попросил у него стейк и вино.

Постепенно, с каждым съеденным кусочком, запитым красным полусладким, настроение поднималось, и под конец Себастиан уже даже перестал злиться на Хантера и вообще на что-либо, слишком уж было хорошо. Неожиданно, в дверях вагона появилась Куинн и, заметив его, сразу же подошла и села за стол.

— Вообще-то, я уже ухожу, — осторожно заметил Себастиан, кивая головой на практически опустевшую тарелку и бокал.

— И бросишь меня в одиночестве? Не очень по-дружески, — с усмешкой заметила Куинн, наблюдая за ним.

— А разве мы подружились? — удивился Себастиан. Конечно, от него не могло скрыться то, что Куинн резко стала относиться к нему лучше, хотя он и не давал поводов, но у него самого причин менять к ней расположение не было. — Я как-то упустил этот момент. Просвети меня, — с издевкой произнес он и залпом допил остатки вина.

— Ты молодой человек Хантера, — начала Куинн, и Себастиан подавил смешок, который был вызван очевидностью высказывания. — Да, я знаю, что раньше я не была особо тепла к тебе, но в последнее время я вижу, что он и правда счастлив. И вчера он с тебя глаз не сводил, — произнесла она, и Себастиан услышал в ее голосе нотку ревности. — Наверное, я погорячилась тогда, да и… — она отвела взгляд и поджала губы, глядя в окно. — Если ты и правда так ему дорог, я рада за него. За вас, — исправилась она и снова посмотрела на Себастиана.

Да, то, что Куинн говорила, было хорошо, Себастиан бы даже мог поверить ей на долю секунды, но… что-то не давало ему покоя. Не может быть все так просто. Но если она хочет поиграть в друзей, чтобы не расстраивать Хантера, а Себастиан чувствовал, причина именно в этом, то он был согласен. Как говорится, держи друзей близко, а врагов еще ближе.

— Да, наверное, ты права, — Себастиан фальшиво улыбнулся и кивнул. — Ты тоже, знаешь… Я ошибался, когда думал, что ты правда хочешь рассорить меня и Хантера. А ты просто хотела помочь. Чтобы я узнал его получше, — он усмехнулся будто собственной глупости. — Давай выпьем вина в знак нашей начавшейся дружбы, — весело произнес Себастиан и подозвал официанта, чтобы сделать новый заказ. Вскоре им принесли два полных бокала и пару тарелок закусок в виде сыров и канапе. И пока они пили, улыбаясь и рассказывая забавные, но не слишком глубокие и личные истории, Себастиану казалось, что будь у них обоих такая возможность, они бы подсыпали друг другу яд.

Распрощавшись c Куинн возле ее купе, Себастиан вернулся в свое, где нашел Хантера, читающего какую-то книгу. Тот, видимо, даже не постарался искать его, вероятно посчитав, что Себастиан не сойдет с поезда на полном его ходу. Вскинув брови и продолжая хранить молчание, Себастиан скинул ботинки, лег на свое место и демонстративно отвернулся к стене.

Из-за алкоголя и ровно едущего поезда стало немного клонить в сон. Себастиан начал дремать, когда вдруг почувствовал прикосновения к своему плечу. Решив не подавать вида, что проснулся, он принялся ждать, куда дальше это зайдет.

Хантер провел несколько раз рукой по его плечу, затем по руке, погладил волосы и, наконец, принялся покрывать легкими, невесомыми поцелуями его лицо. Это было чертовски приятно, Себастиан еле удержался от улыбки, чтобы не выдать себя. Но, видимо, что-то в его лице все же изменилось, и он услышал смешок Хантера, который тут же приобнял его и провел носом по виску.

— Я вижу, что ты не спишь, Бас, — пробормотал он рядом с ухом, и Себастиан напрягся. — Я покончил со всеми делами на сегодня и теперь полностью твой.

Поняв, что его все равно раскусили, Себастиан потянулся и повернулся к Хантеру, тут же обвивая руками его шею. Хантер улыбнулся и потянулся к губам Себастиана, но тот, прежде чем Хантер успел поцеловать его, сжал зубы.

— Не-а, — не открывая рта, промычал Себастиан. Хантер удивленно посмотрел на него, а потом ухмыльнулся.

— Я понял. Да, прости, я был немного груб сегодня, и я прошу прощения, — сказал он и снова попытался поцеловать Себастиана, но тот неожиданно зевнул и отвернул голову. Хантер недовольно цокнул языком и, взяв подбородок Себастиана двумя пальцами, повернул его голову к себе. — Продолжишь кривляться?

— Да, — Себастиан довольно широко улыбнулся и чмокнул Хантера в нос. — Будешь знать, как мне отказывать.

— Да я же извинился, Бас, — возмутился Хантер, а Себастиан пожал плечами: не его вина, не надо было говорить «Нет». — Ты как маленький ребенок, — выдохнул Хантер и отстранился. — Ну и продолжай дуться, тебе же хуже, — фыркнул он и вернулся на свое место.

— Не думаю, — протянул Себастиан, поворачиваясь к Хантеру и хитро улыбаясь. Он подпер голову рукой и принялся неотрывно наблюдать за ним. — Станет ли мне хуже если я… — он принялся медленно расстегивать джемпер, а за ним и рубашку, — начну раздеваться? Здесь жарко, не находишь? — поинтересовался он сладким голосом, видя раздувающиеся от гнева ноздри Хантера. — И окно не открывается, жалость какая, — наигранно расстроено произнес Себастиан и стянул одежду, откидывая ее назад.

— Меньше нужно было пить, — прорычал Хантер, скрещивая руки на груди. Вид бледного и раскинувшегося на сиденье Себастиана, говорившего таким соблазнительным голосом, явно не мог оставить его равнодушным.

— Да я немного совсем, — признался Себастиан и повернулся на спину, сгибая ноги в коленях. — И какие тут мягкие простыни, ты бы знал, — тихо простонал он, ерзая на матрасе, и глянул в сторону Хантера. Тот отвернулся, стараясь не видеть провокаций Себастиана. Но он по-прежнему их слышал. — Ох, Хант, — жалобно застонал Себастиан. — Это так приятно. Словно маленькие перышки щекочут все твое тело, — он закусил губу, стараясь сдержать смех, и только еще раз простонал. — И ласкают его, — бормотал он, стягивая штаны и отправляя их к остальной одежде. — Конечно, твои губы сделали бы это в разы лучше, — произнес Себастиан и усмехнулся.

Он продолжал ерзать с закрытыми глазами, тихо постанывая и иногда поглаживая живот или грудь, и не видел, как жадно смотрел на него Хантер. Себастиан уже и сам не знал, куда все шло. Ему хотелось завести Хантера и жестоко обломать, наказывая, но неожиданно для себя он завелся сам, хотя простыни на самом деле были совершенно обычными, а в купе в действительности немного прохладно. Но игра на то и есть игра, чтобы продолжать ее ради победы. И Себастиан не собирался сдаваться.

Он не услышал, как Хантер подошел, но почувствовал, как тот опустился на сиденье рядом с ним. Распахнув глаза, Себастиан посмотрел на него и заметил, с каким желанием он оглядывает его тело. Да, Хантер смотрел так на него всегда, но почему-то в этот момент казалось, что все иначе. Улыбнувшись, Себастиан сел и оказался почти вплотную к Хантеру.

— Ну и кому стало хуже, а, Кларингтон? — прошептал он, скользя взглядом по лицу Хантера, и через секунду на него накинулись с жадным поцелуем.

Себастиан стонал, не сдерживаясь, царапал Хантеру спину, за что получал очередные укусы и более грубые, чем обычно, толчки. Да, Хантер был чертовски хорош в жестком сексе, и Себастиану нравилось открывать такие его стороны. Мягкий Хантер был чудесен, определенно. Но этот, который рычал и заламывал руки, кусал и сжимал кожу до синяков, трахая так, что, казалось, сиденье сломается, точно выбивался на первое место. И дразнить его, чтобы получить такой же крышесносящий секс… что ж, Хантеру придется немного потерпеть, это ведь его нервишки пострадают. Самую малость.

Приходили в себя долго, Себастиан все не мог восстановить дыхание и найти в себе силы просто подняться и сесть. Хантер лежал на нем и гладил слегка подрагивающими после оргазма пальцами кожу вокруг сосков Себастиана.

— Пойдем на ужин? — наконец спросил Хантер, и Себастиан усмехнулся, еле качая головой.

— Потом. Мы же им все-таки за это деньги платим. Пусть готовят, когда нам будет нужно, — решил он и нашел полное согласие в лице Хантера. — Ну что, хочешь еще повторить? — Себастиан ухмыльнулся, как только почувствовал себя лучше, и сразу же поймал хитрый взгляд Хантера, который говорил сам за себя.

Он и сам не знал, почему, но Себастиану казалось, что после таких пары раз ему ничего не помешает уснуть.

Глава 14

Поезд прибыл на следующий день вечером. За все это время Хантер с Себастианом смогли позволить себе только довольно тихие минеты, потому что наутро на них с удивлением смотрел весь вагон. Себастиан же чувствовал себя как никогда хорошо, даже несмотря на неловкость, вызванную вчерашним инцидентом. А еще Себастиана просто приводила в восторг мысль о том, что скоро он увидит Голливуд во всей его красе. Это не могло не вдохновлять, согласитесь.

Правда в первый же миг, как только они сошли с поезда, Себастиан почувствовал себя, словно на другой планете. Он оглядывался по сторонам с таким потерянным и загнанным видом, будто его обокрали и кинули на окраине города без денег. И причиной тому было то, что в Калифорнии начисто отсутствовал…

— А где снег? — было первым же вопросом, сорвавшимся с губ Себастиана. Его словно обманули, как ребенка, который узнает, что Санта Клаус не настоящий. Живший всю жизнь в самом северном районе страны, Себастиан с трудом мог представить, что где-то есть место, где совершенно начисто отсутствует хотя бы какой-то намек на зиму.

— Ну, с этим здесь проблемы, — заметил Хантер, оглядываясь. Он вдохнул поглубже воздух и улыбнулся, но улыбка быстро сошла с лица, когда он посмотрел на Себастиана: тот выглядел очень потерянным. — Я думал, ты знаешь, что здесь тепло.

— Я не запоминаю все эти никому ненужные факты, — огрызнулся Себастиан и стянул шарф, в котором больше не было надобности. Наверное, не стоило так остро на все это реагировать, но уж слишком Себастиана поразил местный климат. Все же решив, что толку от его возмущений будет мало, а жить здесь какое-то время все равно придется, Себастиан вздохнул и направился прочь с перрона.

— Тебя это так расстроило? — спросил догнавший его Хантер. Он поравнялся с Себастианом, совершенно забывая об идущей позади Куинн. — Я не знал, что тебе так это важно, — произнес он, но Себастиан прервал его, грустно улыбнувшись.

— Да ладно, ничего страшного, — он покачал головой. — Это же не твоя вина. Зато я наконец-то займусь тем, чем хочу, — сказал Себастиан и попытался улыбнуться веселее. Наверное, его речь не до конца убедила Хантера в смене его настроения, но спорить он не стал, за что Себастиан был ему благодарен. Он и так слишком устал с дороги, чтобы теперь препираться из-за климатических зон.

Хантер быстро поймал им такси, которых на стоянке рядом с вокзалом было довольно много. Вся троица погрузила вещи в машину, и вскоре они тронулись к дому Хантера. Себастиан заметно нервничал перед встречей с его родителями, да и сам Хантер его не успокоил.

— Дело в том, — негромко сказал он и покосился на Себастиана, — что когда я признался отцу о том, что было между нами тогда в детстве, я упомянул твое имя. Разумеется, он никогда тебя не видел, да и вряд ли бы узнал, даже если бы и видел, но… — он запнулся, не зная, как продолжить. — Я думаю, что лучше будет, если ты не станешь рассказывать ему про себя всю правду, — Хантер виновато улыбнулся и почесал затылок. — Знаю, все это немного странно, просто…

— Я понял, Хант, — остановил словесный поток Себастиан. — Я не расскажу твоему отцу, что это меня ты лапал в сарае твоего дяди.

* * *

— Наконец-то ты приехал, — с хрипловатым смехом поприветствовал сына мистер Кларингтон. Он обнял его, затем чмокнул в щеку улыбающуюся Куинн, а после недоверчиво посмотрел на стоящего позади Себастиана. — Питер Кларингтон, — он протянул ему руку, и Себастиан неуверенно ее пожал.

— Себастиан… Хаммел, — представился он и выдавил некоторое подобие улыбки. Мистер Кларингтон снова окинул его изучающим взглядом, а после пропустил всех троих в дом.

Этот дом был значительно меньше дома Хантера в Нью-Йорке и отличался от него практически всем. В нем не было того шика, с которым обставила особняк Хантера Куинн, дом Кларингтонов был прост и чувствовался намного роднее и привычнее, будто вы уже вечность здесь живете и все тут знаете.

Мама Хантера уже накрыла на стол и встретила гостей в гостиной, приветливо им улыбаясь. Она, как и мистер Кларингтон, несмотря на свой возраст, выглядела весьма неплохо. И уж точно не собиралась подозревать Себастиана в чем-то, что могло как-то плохо повлиять на ее сына. В отличие от ее мужа, чей взгляд Себастиан чувствовал на себе с первой же минуты знакомства.

Когда сели ужинать, потому что за окном уже смеркалось, Хантер принялся весело рассказывать о жизни в Нью-Йорке, Куинн поддерживала его рассказы, а родители заваливали вопросами. Атмосфера царила вполне благодушная, словно Хантер и мистер Кларингтон забыли о недавней ссоре из-за Себастиана. Которого, к слову, будто никто и не замечал. Но стоило Хантеру замолчать, мистер Кларингтон тут же обратил весь свой взор на Себастиана, заставляя его слегка сжаться под таким напором.

— Мистер Хаммел, — произнес он, не отводя глаз от Себастиана. — Расскажите нам о себе. Мы ведь даже не знаем, ни кто вы, ни чем занимаетесь. Ни как познакомились с нашим сыном, — с нажимом произнес он, и Себастиан отложил вилку и нож, готовясь начать рассказ.

— Что ж, — Себастиан хмыкнул. — Я родился и вырос в Огайо. В городке под названием Лайма. Я единственный ребенок, и родители всегда во всем меня поддерживали. Когда я вырос и закончил школу, я решил уехать и попробовать себя в сфере искусства. Я несколько месяцев работал в театре, мне даже удалось сыграть главную роль, — он улыбнулся. — Тогда-то мы и познакомились с Хантером. Он пришел на выступление и предложил мне сняться в фильме. Пройти прослушивание, если быть точнее, — поправил Себастиан сам себя. — Я не мог отказаться от такой возможности и…

— А где вы живете в Нью-Йорке? — прервал его мистер Кларингтон. — У вас свой дом?

— О, нет, — Себастиан покачал головой. — Я снимаю квартиру со своим другом, Блейном Андерсоном. Он тоже работает в том же театре, осветителем. К слову, какое-то время мы состояли в романтических отношениях, — добавил он и сделал глоток вина, наблюдая за реакцией мистера Кларингтона. Тот заметно напрягся, но вида не подал.

— Значит, вы любите мужчин? — сухо поинтересовался он.

— Да, — Себастиан ухмыльнулся. — Но не думаю, что это станет проблемой, — он еле удержался, чтобы не посмотреть на слегка нервничающего Хантера.

— А где вы остановились? — решила разбавить начавшую накаляться атмосферу миссис Кларингтон.

— Пока не решил, — Себастиан пожал плечами. — Мы еще не обговаривали это, но… возможно, мотель…

— Прекрасно, — резко оборвал его мистер Кларингтон, и Себастиан вздрогнул. — Мотель прекрасное место.

— Но бедный мальчик совсем не знает город, неужели ты… — негромко начала миссис Кларингтон, но муж тут же прервал ее движением руки.

— Помолчи, Хелен, — отрезал он, и миссис Кларингтон, поджав губы, замолчала. Сразу было видно, кто хозяин в доме.

— Отец, — подал голос Хантер. — Мне кажется, мы уже поднимали этот вопрос, и…

— Так, хватит. Не тебе решать, что мне делать, а что нет, — зло рыкнул мистер Кларингтон, заставляя лицо Хантера снова напрячься от гнева. И в этот момент Себастиан заметил, насколько сильно они были похожи.

Ситуация сама по себе была щекотливая, и как-то ее решить миром Себастиан пути пока не видел. С другой стороны, его безумно возмущала бестактность мистера Кларингтона и совершенно необоснованная к нему неприязнь. Он ведь ничего ему не сделал. По крайней мере, тот об этом не знал. И Себастиан чувствовал, что день уже просто не мог стать хуже, когда вдруг помощь подоспела с неожиданной стороны.

— Питер, — коротко произнесла Куинн, и мистер Кларингтон посмотрел на нее. — Я не думаю, что искать мотель с таким багажом, как у Бастиана, сейчас лучшее время. Тем более что сейчас праздники, и свободных мест может вообще не найтись. Не станете же вы выгонять вашего гостя на улицу? — мягко спросила она, а Себастиан и Хантер удивленно уставились на нее. И тут произошло невероятное — лицо мистера Кларингтона неожиданно смягчилось, и он ласково улыбнулся Куинн.

— Да, ты права, моя дорогая. Но ведь у нас даже нет свободной спальни, — сказал он. — Вы с Хантером займете все свободны комнаты, и…

— Видите ли, перед Рождеством я хотела на несколько дней поехать домой. Возможно, я и вернусь к Новому году, но пока меня не будет, Себастиан может пожить в моей комнате. А сегодня и диван в гостиной сойдет. Ведь так? — спросила она и посмотрела на Себастиана, которому казалось, что он ослышался.

— Да, разумеется, — кивнул он, стараясь не выдавать свое изумление. Неужели он ошибся, и Куинн действительно не так плоха, как кажется? Или же она просто нашла какую-то свою выгоду в этой ситуации, осталось только узнать, какую.

Улыбка Куинн и ее взгляд заставили сомнения внутри мистера Кларингтона, хоть и с трудом, но развеяться. Помедлив, он кивнул и, кинув не самый доброжелательный взгляд в сторону Себастиана, произнес:

— Ладно. Все же, вы приехали не просто так, а для дела, — он выдохнул и погладил двумя пальцами подбородок. — Думаю, не будет ничего страшного, если вы останетесь здесь.

По его голосу было заметно, что он как раз-таки находит кое-что страшное, но что сказано, то сказано. Радостно улыбаясь, что все завершилось благополучно, миссис Кларингтон попросила долить всем вина, и остаток вечера прошел вполне благодушно, хотя бы потому, что с Себастианом больше никто не заговаривал.

Спустя несколько часов, когда все уже разошлись по спальням и выключили свет, Себастиан лежал на своей временной постели на диване, не самой удобной, и думал, что хотел бы оказаться сейчас снова в Нью-Йорке. Где не было людей, которые ненавидели его просто за то, что он есть. Где был Хантер, только его Хантер и ничей больше. Большая кровать, снег за окном, Рождественская елка и никаких, совершенно никаких проблем и забот. Тяжело вздохнув, Себастиан перевернулся на бок, и тут его позвал тихий голос, из-за которого тот вздрогнул от неожиданности.

— Хант? Ты что тут делаешь? — зашептал Себастиан, пытаясь разглядеть Хантера получше, когда тот сел на диван рядом с ним.

— Я просто хотел извиниться, — признался он тоже шепотом. — Я знал, что примерно так все и будет, но надеялся, что он не поведет себя как совсем уж козел, — Хантер виновато улыбнулся и посмотрел на свои руки.

— Не страшно, — отмахнулся Себастиан. — Ты не знаешь, с кем мне приходилось сталкиваться. Твой отец еще ничего, — он усмехнулся и накрыл ладонь Хантера своей. — Не хочу спать без тебя. Тут неудобно и жестко, — недовольно произнес он и поморщился. Хантер, усмехнувшись, коротко поцеловал его в губы.

— Ничего, скоро Куинн уедет, и ты поспишь на нормальной кровати, — он погладил Себастиана по волосам и снова поцеловал, на этот раз задержавшись на его губах подольше.

— Может, и правда стоит найти себе комнату в гостинице, — задумчиво протянул Себастиан. — А то мне кажется, что тут я долго не выдержу.

— Не говори так, — Хантер нахмурился. — Мы со всем справимся и… Ты же не забыл о нашем уговоре? — спросил он, и Себастиан понял, что съехать и правда не выйдет. Конечно, ради Хантера можно было бы постараться, но терпеть все холодные взгляды и подколки его отца… да, это будет крайне тяжело.

— Если что, ты всегда можешь уехать со мной, — ухмыльнулся Себастиан и тут же получил еще один поцелуй, то ли как наказание, то ли поощрение. Неожиданно они услышали скрип половиц на верху, и Хантеру пришлось поспешно отстраниться и встать.

— Спокойной ночи, — прошептал он и быстро, не оглядываясь, ушел в сторону лестницы на второй этаж. А Себастиан устало откинулся на подушки и уставился в окно, по которому стекали капли начавшегося дождя. Да, наверное, всегда нужно идти на какие-то жертвы, если хочешь получить желаемое. Даже если эти жертвы пришлось лично принести ему самому.

Глава 15

Утром в Сочельник Себастиан проснулся рано. Его разбудили не очень вежливо отнесшиеся к его сну мистер Кларингтон и Хантер, которые помогали Куинн погрузить вещи в машину и собирались отвезти ее на вокзал. Куинн решила встретить Рождество дома, но обещала вернуться к Новому году. В душе Себастиан надеялся, что она останется дома навсегда. И, как потом выяснилось, когда он все же решился встать, миссис Кларингтон тоже.

— Наконец-то она уехала, — негромко произнесла она, глядя в окно на кухне, когда Себастиан вошел туда. — Выбрать девицу хуже он не мог.

— Вам она так не нравится? — спросил Себастиан, отчего миссис Кларингтон вздрогнула. Она повернулась к нему и виновато улыбнулась.

— Они тебя разбудили? Говорила я им, чтобы ходили тише. Но разве они послушают, — она покачала головой и зажгла плиту. — А Куинн… Да, она немного не совпадает с моими представлениям об идеальной невестке. Одно радует, — произнесла она с каким-то мрачным торжеством, — Хантер никогда на ней не женится.

— Почему вы так уверены? — спросил Себастиан, чувствуя с каждой секундой, что миссис Кларингтон нравится ему все больше и больше.

— Просто он… — она вдруг замолчала и посмотрела на Себастиана. — Как поживают твои родители? — неожиданно поинтересовалась она с улыбкой. Себастиан тут же замер, не зная, что и ответить. — Я сразу узнала тебя, как только ты вошел. Это ведь ты тот мальчик, Себастиан Смайт, с которым летом играл Хантер, — глаза Себастиана округлились сильнее. Ему вдруг стало крайне неловко за тот бред, который он нес во время ужина в день приезда. — Мой муж мог и не заметить, но я-то помню, как ты выглядел. И сейчас, хоть ты и вырос, все равно очень похож. И в особенности на свою мать, — она поставила перед Себастианом кружку с чаем и тосты, после чего принялась за блинчики. А Себастиан не мог подобрать нужных слов, настолько его шокировали слова мамы Хантера.

— Куинн не выйдет за Хантера, потому что его чувства к тебе сильнее, чем страх перед отцом, — произнесла она, и Себастиан поднял на нее испуганный взгляд. — Но я не против. Хоть ты и наврал, я знаю, что это Хантер тебя просил. И я вижу, как он смотрит на тебя. Ни до, ни после, он ни на кого не смотрел так.

Себастиан чувствовал себя до крайности глупо, все же предполагалось, что родители Хантера ничего не знают об их связи. А выходило, что все же кое-что знают.

— Я надеюсь, вы… — неуверенно начал Себастиан, когда миссис Кларингтон поставила перед ним тарелку с блинчиками.

— Не расскажу своему мужу? О, я не собираюсь, хотя очень бы хотела, — произнесла она с вызовом. — Я бы все ему высказала, открыла бы ему глаза на эту его Фабрей, — гневно добавила она. — Он ведь сам в нее влюблен, — вздохнула миссис Кларингтон и снова посмотрела на Себастиана. — Ой, прости, дорогой, я забыла дать тебе сироп.

Весь оставшийся завтрак Себастиан провел в странном молчании. Если обычно он предпочитал ни с кем не разговаривать только потому, что ему не нравились эти люди или были неинтересны, то теперь он оказался немного озадачен, сбит с толку и смущен. Видимо, миссис Кларингтон была единственным человеком, который действительно хорошо относился к нему в этом доме. За исключением Хантера, разумеется. Оставалось надеяться, что дядя Хантера тоже достаточно лоялен. Ну, а с его отцом можно будет как-нибудь справиться.

Не успел Себастиан покончить со своим завтраком, как услышал шорох колес по гравию. Приехали. Если возвращения Хантера Себастиан ждал, то вот встречи с его отцом побаивался, потому что мистер Кларингтон до сих пор сверлил его недоверчивым и немного презрительным взглядом, а во время разговоров не упускал случая попытаться задеть или поучить его. Но Себастиан старался все подколки пропускать мимо ушей, в голове представляя, как еле сдерживается от стонов прямо за стенкой от него из-за ласк Хантера.

Войдя в дом, Хантер тут же приветливо улыбнулся Себастиану, а мистер Кларингтон сделал вид, что того вообще в доме нет. Ну, ничего, Себастиан и не старался привлечь его внимание. Допив остатки чая, он поблагодарил миссис Кларингтон за завтрак и направился следом за Хантером, который ждал его в гостиной.

— Ты знал, что твоя мама вспомнила меня? — негромко спросил Себастиан, садясь на диван.

— Что? А, да, она мне сказала, — помедлив, кивнул Хантер, и Себастиан вытаращил на него глаза. — Неловко вышло, — Хантер усмехнулся.

— Неловко? Да она меня убила этим с утра. О таких вещах нужно предупреждать заранее, — зло зашипел Себастиан, но тут мистер Кларингтон прошел мимо гостиной в сторону лестницы, и он замолчал.

— Ладно, да, извини, наверное, стоило предупредить тебя, — согласился Хантер, виновато глядя на Себастиана. — Но я и сам тут был немного… Отец постоянно спрашивает, когда я наконец женюсь, — прошептал он, наклонившись к Себастиану ближе. — И я продолжаю врать, что мы хотели подождать. Не скажу же, что не собираюсь вообще! — шепотом воскликнул он и сцепил пальцы в замок. — Он меня тогда прирежет.

Нахмурившись, Себастиан наблюдал за некоторой паникой в глазах Хантера и не ощущал никакого сочувствия. Не его проблемой было то, что у Хантера кишка тонка признаться родителям, а вернее, отцу, что Куинн ему не нужна. Просто боится остаться без денег, вот и все. И в то же время, представив на одну секунду, что Хантер и правда остался без гроша, Себастиан остался не менее недоволен. Нет, конечно, он был с Хантером не ради денег, и даже если бы у него их не было, он бы все равно был с ним, но… когда они так просто исчезают из жизни, становится немного не по себе.

— Ну, с этим всегда можно разобраться, — пожал плечами Себастиан, отодвигая свою злость назад. Все же, тут он ничего не смог бы сделать. По крайней мере, ему так казалось. — Какие-нибудь особые планы на сегодня? Сочельник же, — поинтересовался он, решив сменить тему. Все же, веселый Хантер ему нравился больше угрюмого. И стоило ему спросить о планах, лицо Хантера тут же просветлело.

— Да-а, — протянул он, хитро улыбаясь. — Была одна идея. Я знаю, что ты очень скучаешь по снегу, поэтому решил показать тебе, что в Калифорнии тоже может быть веселое Рождество. А главное, необычное, — он ухмыльнулся и откинулся в кресле. — Так что будь готов, через час едем.

— Куда? — удивленно спросил Себастиан, чувствуя, как что-то в районе солнечного сплетения радостно подпрыгивает. Сюрпризы Хантер умел делать очень хорошо, в этом он уже успел убедиться, а значит, и этот будет великолепен. Просто обязан.

— Увидишь, — Хантер загадочно улыбнулся, после чего, решив избежать дополнительных вопросов, ушел на кухню. — И оденься потеплее, — добавил он, после чего окончательно скрылся. Это заставило Себастиана довольно улыбнуться, и он тут же принялся одеваться, чтобы не заставлять Хантера ждать.

* * *

Да, наверное, с одной стороны, сюрприз Хантера оказался и правда хорошим. Спустя примерно два часа они с Себастианом плыли на небольшой яхте, направляясь в открытый океан, чтобы посмотреть на плещущихся обычно неподалеку дельфинов. Себастиан никогда не был в море и не мог их видеть, поэтому Хантер посчитал, что это развлечение придется Себастиану по вкусу. Вот только бушующий первые несколько минут ажиотаж вскоре сошел на нет.

Они плыли уже полчаса, а ни одного намека на дельфина так и не было видно. Берег давно отдалился, ходившие люди превратились в крошечные точки. Наблюдать за ними и пытаться разглядеть их было не так интересно, поэтому Себастиан прошелся не спеша по палубе и остановился возле бортика, смотрящего в открытый океан. Если бы не такие же люди, которые ходили по палубе и что-то живо обсуждали, Себастиан мог бы вообразить себя настоящим пиратом или кем-то вроде, позволить волнующим эмоциям захватить его полностью, наслаждаться ветром и чудесной погодой, а главное — видом бескрайней синевы, которая в какой-то момент просто терялась на горизонте.

Себастиан вздрогнул, когда почувствовал приближение к себе сзади, а потом чужая рука опустилась на его талию.

— Ну что, я поднял тебе настроение? Снег теперь не нужен? — спросил Хантер практически в самое ухо, на что Себастиан усмехнулся.

— Да, это впечатляет. Но где же обещанное развлечение? — поинтересовался он и глянул на Хантера. — Ты обещал дельфинов, но я их в упор не вижу, — он ухмыльнулся, когда заметил, как Хантер нахмурился.

— Обычно, они бывают, но ведь я не имею над ними власти, — хмуро ответил он. — Они могут и не появиться.

— О, ну, тогда, стоит заметить, это не будет считаться полным сюрпризом, ты учти, — Себастиан улыбнулся, но внутри чувствовал легкое разочарование. Все же животных ему увидеть хотелось, хотя он и без труда мог сделать вид, что ему все равно. Всегда интересно узнавать что-то новое, особенно, если это что-то и правда хорошее. Тем более, Себастиан не знал, нравятся ему дельфины или нет, может, даже лучше, если они не появятся. Вид океана тоже был неплох.

Неожиданно откуда-то сбоку послышались удивленные, а затем и радостные крики, и все туристы яхты побежали на голос. И не зря. Из воды весело выпрыгивали три дельфина, сопровождая судно. Их кожа блестела на солнце, брызги от хвостовых плавников разлетались на метры вокруг, а сами они пищали, словно смялись. Себастиан вдруг почувствовал, как воодушевление снова вернулось к нему, и, глядя на то, как они резвятся в воде, будто развлекая наблюдающих за ними людей, ему самому захотелось оказаться в воде вместе с дельфинами. Правда, холодный ветер, пробиравшийся через свитер, рукава которого Себастиан натянул до самых пальцев, немного отрезвлял.

— Ладно, это и правда потрясающе, — довольно протянул Себастиан, повернувшись к Хантеру и обвивая его шею руками. — И море, и дельфины, все как ты и… — вдруг его прервал новый возглас:

— Какой огромный!

Себастиан тут же обернулся, недовольный тем, что его перебили, и тут его словно ударили по голове веслом. Да, он никогда не видел настоящего моря, дельфинов, акул, никогда не плавал среди голубых больших волн. И никогда не мог подумать, что вид плавника кита повергнет его в такой ужас.

Вся радость и восторг мигом улетучились, а в голове стучала только одна мысль: «Уходи, уходи прочь, убирайся, Смайт». Себастиан замер, глядя, как хвост животного скрывается под водой, и вдруг понял, что дальше последует. Да, кит был далеко от яхты, настолько, чтобы не задеть ее, если ему вдруг вздумается выпрыгнуть. И почему-то Себастиану казалось, что именно это он и собирается сделать.

— Знаешь, это был просто потрясающий подарок, и спасибо за него, — затараторил Себастиан, резко повернувшись к Хантеру. — Но я был бы тебе очень признателен, если бы мы могли сойти.

— Что? — удивился Хантер. — Как мы сойдем, мы же далеко от порта? Да и тут так здоро… Ух ты! — воскликнул он, не отрывая взгляда от чего-то за спиной Себастиана, где раздался сильный всплеск. — Это невероятно, — пробормотал Хантер, явно очарованный происходящим. Но Себастиан совершенно не разделял его настроений. Резко глянув назад, он убедился, что кит снова скрылся, и он его не увидит. До некоторых пор.

— Хантер, пожалуйста, я хочу уйти, — настойчивым, но подрагивающим голосом потребовал Себастиан, и тут к своему ужасу услышал:

— Кажется, он плывет сюда!

Этого еще не хватало. Паника захватила Себастиана, он тяжело задышал и пошел прочь, надеясь, что если он не увидит кита, все пройдет. Оставалось гадать, заденет он яхту или нет. И от одной этой мысли по коже Себастиана побежали мурашки.

— Бас, да куда ты? — Хантер пошел за ним, но Себастиан не останавливался. Он пытался не думать об увиденном, но ноги сами несли его подальше с палубы. Лучше в каюту, здесь же должны быть каюты. Спрятаться, чтобы его никто не нашел, пока они не вернутся на берег.

— Да что происходит? — Хантер схватил его за руку и развернул к себе, и если вначале на его лице было недоумевающее выражение, то, увидев Себастиана, на нем отразился испуг. — Тебе плохо? Может, позвать врача? Тут есть… — начал предлагать варианты он, но Себастиан прервал его.

— Врач мне не поможет. Я просто хочу уйти отсюда и дождаться, когда мы вернемся. Спасибо, твой сюрприз был великолепен, — отрывисто произнес он и вдруг почувствовал на миг, как страх отступил. Но только на миг. Внезапно сильный фонтан брызг поднялся над водой недалеко от яхты, и Себастиан, судорожно выдохнув, выдернул руку из пальцев Хантера и бросился вниз по лестнице.

Его всего трясло, он не мог выкинуть из головы страшные звуки и хвост, хотя на деле ничего ужасного в них и не было. Он не понимал, что вдруг пошло не так, он ведь видел столько рыбы в детстве, и ни одна его не пугала. Даже дельфины, хоть и были больше всех виденных ими рыб, не вызвали такой реакции. Что же теперь случилось?

Оказавшись внизу, Себастиан тут же бросился по коридору к каютам. Он дергал ручки, но из-за паники они не поддавались.

— Сэр? — спросил его незнакомый голос. — Что вы здесь делаете, сэр? Пассажирам… — матрос не закончил, потому что Себастиан подскочил к нему и схватил за грудки.

— Ты сейчас же откроешь мне одну из кают или, клянусь Богом, я проломлю дверь твоей головой, — прошипел он дрожащим голосом, и напуганный паренек тут же бросился открывать ближайшую каюту. Забежав в нее, Себастиан огляделся. Темно, сыро, немного воняет рыбой и солью, но вполне терпимо. Он опустился на койку и обнял себя руками. Его все еще немного трясло, сердце выдавало бешенный ритм, из-за чего дыхание временами сбивалось, но теперь стало казаться, что мнимая опасность его не найдет. Кит не угрожал ему, даже когда он стоял на палубе, но все же что-то заставило его сердце подпрыгнуть, а легкие сжаться от паники и нехватки воздуха.

— Ну что же ты за идиот? — шептал Себастиан, пытаясь себя успокоить. — Он ведь совсем не опасный, он ведь совсем не…

Яхту тряхнуло, и Себастиан чуть не упал с койки. Коробки, которые стояли напротив, упали и открыли вид на иллюминатор. На мгновение Себастиан забыл, как дышать. Он, не отрываясь, глядел на темную воду за стеклом, а через несколько секунд из его груди вырвался душераздирающий крик. Большой глаз, примерно с его ладонь, медленно проследил за ним, проплывая мимо, а затем скрылся, но Себастиан этого уже не видел. Он сидел на полу, закрыв лицо руками, а его самого колотила мелкая дрожь. Просто невозможно подняться и двинуться с места, словно ноги отказали.

Казалось, что прошло очень много времени, прежде чем его подняли и сжали в крепких объятиях, затем на негнущихся ногах вывели на улицу, дотащили до машины и усадили в нее.

— Почему ты не сказал, что боишься? — испуганно спросил Хантер, когда они отъехали от порта. — Я бы не стал тащить тебя на эту чертову яхту.

— Я не знал, — слабо произнес Себастиан, глядя перед собой. — Я не думал, что это будет так… так… страшно.

Постепенно, силы стали возвращаться к нему, он успокаивался, но все еще немного дергался и не мог перестать пялиться в одну точку по несколько секунд. Перед его глазами стоял иллюминатор и черная морда кита в нем. И он по-прежнему не мог понять, почему животное так повлияло на него. Ведь китов Себастиан видел только на картинках в книгах, а там они были маленькие и совсем не страшные. Хотя и неприятные.

До дома добрались в молчании, и Себастиан, продолжая хранить его, быстро спрятался в гостевой комнате, которую заботливо приготовила для него миссис Кларингтон. Закрыв дверь, Себастиан забрался на кровать и сжался, обнимая себя руками. Практически не моргая, он смотрел в одну точку и лихорадочно соображал. Страх отступал, но вопросы остались. Как, почему это произошло? А главное — из-за чего? Киты в Миннесоте? Да там за такое предположение на смех бы подняли. Другое дело, если бы Себастиан боялся медведей. Или рыси. Но тот кит… Он был огромен, и казалось, одним своим видом мог обращать людей в страх. Но, видимо, никто, кроме Себастиана, не оказался столь впечатлителен.

В дверь осторожно постучали, и она приоткрылась, показалась голова Хантера, а затем и он сам.

— Ты как? — осторожно поинтересовался он и прошел в комнату с чашкой чая. — Я не стал говорить, что случилось, но мама все равно сделала тебе, — он протянул кружку, но Себастиан безучастно посмотрел на нее, и Хантер поставил ее на тумбочку. — Почему ты так испугался?

— Я не знаю, — Себастиан пожал плечами и сел. — Просто, я увидел его и подумал, что он всех нас может переубивать, — задумчиво предположил он и нервно усмехнулся. — Знаю, бред. Но это была единственная мысль тогда в моей голове. И если я не уберусь, то он точно меня сожрет, — он грустно посмотрел на Хантера. — Наверное, я спятил.

— Да нет, — Хантер покачал головой. — Я сейчас только вспомнил, — вдруг нахмурился он. — Ты ведь так и не научился плавать? — спросил он, и Себастиан отрицательно мотнул головой. — Помнишь, когда тебе было пять, ты упал в реку? Там еще был сом, и…

Продолжать ему было не нужно. Воспоминания и сами нахлынули огромной волной. Себастиан сидел, не шелохнувшись, а в голове мелькали картины из детства: черная, почти без просветов вода, испуг, паника, удар хвостом, большая тень, страшная морда. Неужели это все игра его подсознания? И он переложил образ сома, который чуть не сожрал его, на кита.

— Не говори никому об этом. Никто не должен знать, — неожиданно резко выпалил Себастиан и, схватив Хантера за руку, больно сжал его запястье. — Потому что это глупо, бояться того, что не опасно, — твердо произнес он и грозно глянул на Хантера. — Мы просто забудем и больше никогда не будем вспоминать, — сказал Себастиан уже скорее самому себе. — Никогда.

— Хочешь побыть один? — осторожно спросил Хантер, морщась от хватки Себастиана: на лице того застыла легкая тень безумия.

— Нет, — уже спокойнее произнес Себастиан и попытался улыбнуться. — Ведь ничего не произошло, а значит, ничто не сможет помешать нам заниматься обычными делами, — усмехнулся он. Придвинувшись ближе, он обвил шею Хантера руками и мягко поцеловал в уголок губ. — Например, как то, что стоит немного обновить эту комнату, — он тут же утянул Хантера в глубокий и требовательный поцелуй, не терпящий отклонений. Себастиан очень надеялся, что все это поможет ему отвлечься и избавиться от страшных картин, которые продолжали всплывать перед глазами.

Глава 16

Постепенно Себастиан начал приходить в норму. Конечно, совсем нормой это назвать было сложно, потому что в доме Хантера к Себастиану до сих пор было странное отношение. Миссис Кларингтон была настроена к нему благодушно, в отличие от отца Хантера, который засыпал Себастиана колкими и едкими замечаниями. Казалось, ему не нравилось в нем абсолютно все: от кончиков волос, до зубной щетки, которая теперь покоилась в их ванной. Иногда Себастиан побаивался, что мистер Кларингтон может использовать ее для чистки унитазов или слива в раковине, но, пожалуй, пока что все обходилось.

Дни шли, и Новый год приближался быстрыми шагами. Вот только было Рождество, в которое, что странно, мистер Кларингтон предпочел Себастиана не замечать, поэтому прошло оно довольно мирно, и уже осталась пара дней до конца года. И Себастиан ждал нового, как ему думалось, более успешного и удачного года, когда все изменится, станет лучше. Он, правда, не жаловался на положение вещей и сейчас, но все же не мог перестать надеяться, что потом все будет иначе. Разумеется, в хорошую сторону.

Куинн вернулась накануне праздника, и, наверное, по-настоящему ее возвращению радовался только мистер Кларингтон, который уже извелся, наблюдая за тем, как его сын проводит практически все время с «этим голубым парнем». Себастиан и сам выдавил улыбку, когда Куинн появилась на пороге, она улыбнулась в ответ, но оба прекрасно знали, что предпочли бы встретить Новый год по-отдельности. В последний момент так же выяснилось, что на новогоднюю вечеринку, на которую, предположительно, идти они должны были втроем, решили заявиться и родители Хантера. Вероятно, чтобы продолжать слежку за Себастианом, другого варианта просто не было. И это до крайности раздражало.

Как он выяснил, да и не трудно было догадаться, планом мистера Кларингтона было выжить Себастиана из их дома. Правда, поддержки он в лице своей жены не находил, да и сын явно был настроен на дальнейшее пребывание Себастиана в доме, но сам Питер Кларингтон намеревался в скором времени довести Себастиана до истерики и с наслаждением наблюдать, как тот уходит, собрав вещи, в неизвестном направлении. Но, к его несчастью, он не знал, что пока они вместе, Хантер ни за что не допустит, чтобы Себастиана выставили прочь. И поэтому со злорадством наблюдал, как попытки мистера Кларингтона терпят крах. Хотя не мог и не признать, что некоторые подколки были действительно крайне болезненны. Лучше бы он и дальше продолжал игнорировать Себастиана, как делал это первое время.

— Мистер Хаммел, — как-то раз произнес мистер Кларингтон, когда в гостиной остались только они с Себастианом, — наверняка вы получаете удовольствие, находясь под полным покровительством моего сына, — он холодно взглянул на Себастиана, но тот постарался не подавать вида. — Быть актером — неблагодарная работа по части денег, не так ли? Особенно, когда не хватает таланта, чтобы найти место самому, — Себастиан сжал зубы и вцепился пальцами в подлокотники дивана. Стараясь не слушать, он пытался сосредоточиться на воспоминаниях о том, как вчера ночью Хантер втрахивал его в кровать в гостевой спальне, бросив Куинн, с которой, по идее, и должен был спать.

— Каково жить за чужой счет, а, мистер Хаммел? — этот вопрос вывел Себастиана из задумчивости, и тот посмотрел на мистера Кларингтона равнодушным и пустым взглядом.

— А каково дрочить втайне от жены на девушку, которая никогда с вами не будет? — Себастиан мило улыбнулся. — Эта курочка никогда не будет бегать по вашему участку, как ни пытайтесь, — улыбка стала милее, а сам Себастиан постарался сбежать из-под ошалевшего взгляда мистера Кларингтона как можно быстрее, чтобы что-то тяжелое не успело полететь в его сторону. И пусть, ну и что с того, что он будет злиться? Себастиан просто не мог больше терпеть его выпады в его сторону, совершенно безосновательные. И если старый индюк думал, что все сойдет ему с рук, то он глубоко, очень глубоко ошибался.

* * *

— Ты его разозлил, — негромко произнес Хантер на ухо Себастиану, когда они оба собирались на вечеринку. Вернее, Себастиан пытался собраться, а Хантер всячески ему мешал, целуя и иногда оттягивая одежду, обнажая плечи и шею Себастиана. — Я думал, он вышвырнет твои вещи на улицу, не раздумывая. Но он только бранился и грозился свернуть тебе шею. Так что, считай, что все обошлось, — последовал очередной поцелуй, и Себастиан понял, что одеться сегодня ему точно не дадут.

Он развернулся к Хантеру и протянул ему галстук-бабочку, и указал на рубашку, которая все еще была расстегнута на груди. Хантер, ухмыльнувшись, оставил на коже несколько поцелуев, чем вызвал несдержанные вздохи, а после послушно застегнул пуговицы и повязал на шее Себастиана галстук.

— Вы скоро? — в дверь постучала Куинн, и оба вздрогнули. — Машина уже ждет внизу.

Послышалось цоканье ее каблуков, и Хантер с Себастианом обреченно выдохнули.

— Ну, иди к своей даме, а я уж справлюсь, — Себастиан ухмыльнулся и, поправив рубашку, надел пиджак.

Он подтолкнул пытавшегося сопротивляться Хантера к выходу, но тот изловчился и поцеловал Себастиана напоследок еще раз. Неисправимый. Себастиан проводил его с улыбкой на губах, но как только дверь закрылась, лицо его сразу помрачнело. Он не знал пока, во что вечеринка выльется, но папочка Хантера точно не позволит Себастиану крутиться рядом все время. Да и самому Хантеру придется постараться вести себя так, будто он без ума от Куинн. Если ему вообще нужно стараться.

Себастиан посмотрел в зеркало на свое отражение, с неприятным чувством осознавая, что, наверное, Хантеру она и правда нравится. Ведь не зря же ее ему пихнули, если бы он к ней вообще ничего не чувствовал, ему подобрали бы кого-нибудь другого. Ну, или Хантер просто трус и боится пойти против воли своего отца.

Решив не задерживать всех слишком долго, вскоре Себастиан спустился вниз, где уже ждала машина. Мистер и миссис Кларингтон разместились на переднем сиденье, Хантер и Куинн сзади, куда и сел сам Себастиан. В автомобиле было немного тесновато, но к счастью Куинн расположилась возле окна, поэтому ничего не помешало Себастиану нашарить пальцы Хантера своими и несильно сжать их, при этом не подавая вида, что что-то случилось.

Ехали в тишине, даже водитель не проронил ни звука, будто погрузившись в атмосферу легкого напряжения. Праздника не чувствовалось, Себастиану казалось, что они едут на какую-то серьезную официальную встречу, если не вообще на казнь. Его. Мистером Кларингтоном самолично. Правда, рука Хантера согревала, поэтому Себастиан старался расслабиться и насладиться дорогой. По Лос-Анджелесу он еще не ездил так много, как по Нью-Йорку, поэтому ему было на что посмотреть. В основном попадались двухэтажные особняки, многоэтажек было не так много, зато пальмы, пляжи и океан. Совершенно не похоже на настоящую зиму, к которой Себастиан привык.

Когда машина остановилась возле богато украшенного дома, у которого столпились люди и продолжали подъезжать машины, Себастиан поспешил выбраться на улицу первым, чтобы вдохнуть в легкие побольше воздуха, который, казалось, пропитался местной роскошью. Все люди здесь были прекрасны, дом, сад, все казалось таким невероятным и красивым, что у Себастиана на секунду закружилась голова. Но вскоре он пришел в себя и с радостью отметил: это и правда его место. Весь этот мир — это был его мир, всегда был, просто Себастиан родился не там. Но теперь все будет иначе.

Он хотел было, по привычке, взять Хантера за руку, но вовремя опомнился, и сунул руку в карман, когда все пятеро направились ко входу. Хантер назвал их имена, и улыбающийся портье пропустил их внутрь. Тут-то дыхание Себастиана сбилось настолько, что несколько секунд он просто оглядывал зал, не дыша. Заметил он это, только когда глаза начали слезиться. Настолько шикарных домов Себастиан еще не видел, и думалось, что не увидит никогда. С воплями «Я хочу здесь жить», ему хотелось пробежать по мраморному бело-золотому залу, запереться в одной из комнат и не выходить ни под каким предлогом. Но Себастиан старался держать себя в руках, позволяя себе только разглядывать гостей, интерьер и грустно мысленно вздыхать, потому что этот особняк был открыт для него только первый и последний раз.

— Ты так и не сказал, чей это дом, — поинтересовался Себастиан, когда Хантер наконец оказался рядом с ним, не держа под руку Куинн, которую отвлекли какие-то знакомые.

— Это особняк Гилбертов, — ответил Хантер и протянул снятый с подноса бокал с шампанским Себастиану. — Они кто-то вроде магнатов, если честно, я не вдавался в подробности. И у них много акций процветающих компаний, как видишь, — он ухмыльнулся, обводя зал глазами, — от бедности они не страдают.

Да, раньше Себастиану Хантер казался невероятно богатым. Но, как выяснилось, это был еще не предел. Говорить вслух, правда, Себастиан это не решился, и только продолжил пить шампанское. Он уже хотел отвести Хантера подальше от глаз его родителей, когда вдруг услышал голос его вездесущего отца:

— Где ты потерял Куинн, сынок? Она должна быть здесь, скоро полночь. Или ты не соблюдаешь новогодние традиции? — спросил он со смешком, а Себастиан скривился. Мистер Кларингтон, казалось, совал отношения Куинн и Хантера чуть ли ему не под нос, будто он и с первого раза не понял, что между ними что-то есть. Но ведь не было же, не могло быть. Тогда почему после этих слов так больно резануло где-то в груди?

Себастиан постарался отойти, чтобы не выслушивать новую порцию колкостей, да и стоять в одиночестве с родителями Хантера, который ушел искать свою «подружку», ему не хотелось. И тут он почувствовал на себе чей-то внимательный взгляд, но когда обернулся, увидел только толпу людей, и никто не смотрел в его сторону. Нахмурившись, Себастиан залпом допил остатки шампанского и взял еще одно. Если ему предстоит провести вечер в одиночестве, то пусть уж лучше не на трезвую голову.

Спустя несколько минут зал стих. Себастиан, который почти прикончил второй бокал, взглянул на большую лестницу, куда устремились глаза практически всех присутствующих.

На нее вышел мужчина довольно солидного возраста, с практически поседевшими волосами и, оглянув гостей, радостно улыбнулся.

— Я счастлив приветствовать вас всех здесь снова, как и в прошлом году, и за год до него, и, помогите, потому что моя память подводит, а я ведь еще хочу потанцевать с этой леди в первом ряду, — он почесал затылок и рассмеялся. Зал смеялся вместе с ним, а Себастиан хмуро косился, не понимая, в чем шутка. Ему это казалось совершенно пустым трепом, хотя дом старика ему и понравился.

— Эй, куда ты ушел, я тебя обыскался? — произнес на ухо Себастиану Хантер, и тот вздрогнул от неожиданности. Он и забыл, что должен всегда находиться рядом. Как послушная собачка со своим хозяином.

— Да, извини, ты же был занят поиском Куинн, — фыркнул Себастиан, но повернулся к Хантеру и подошел к их компании, с все еще довольно хмурым лицом. — Прости, я просто не могу находиться рядом с твоим отцом, — прошептал он, оглядывая мистера Кларингтона недобрым взглядом. Неожиданно зал зааплодировал, и Себастиан оглянулся. Он совершенно перестал слушать, что нес хозяин дома, и не заметил, как его речь подошла к концу. — Ты поцелуешь ее? — спросил Себастиан с ревнивыми нотками в голосе.

— Мне придется, — сквозь зубы произнес Хантер, и Себастиан хмыкнул. Алкоголь и злость творили невероятные и, наверное, непоправимые вещи в его поведении, но сдерживаться уже не было сил.

— Не пришлось, если бы так не боялся остаться без папочкиных денег, — прошептал Себастиан и отвернулся, не заметив разъяренного лица Хантера в тот момент. Спора же не вышло, потому что гости начали громкий отсчет, и Себастиан считал вместе с ними.

Он не стал поворачиваться, когда все громко сказали «Один», да и не нужно, потому что на последней секунде выключился свет, а затем снова включился яркой вспышкой. Отвратительное начало года, как думалось Себастиану, но через минуту его талию обвила сильная рука.

— Они ушли, — пробормотал Хантер ему на ухо, и Себастиан круто развернулся.

— Да, но все равно они вернутся. И будут следить за нами, — прошипел он. Себастиан и сам не знал, какая муха его укусила, но сдерживаться больше не мог. Казалось, новогодний поцелуй Хантера и Куинн стал последней каплей. — И это будет продолжаться до тех пор, пока ты не признаешься, — Себастиан ткнул пальцем Хантеру в грудь. — А я не собираюсь ждать вечность, когда это случиться, потому что… — он не успел закончить: Хантер схватил его за руку и потащил куда-то прочь из зала мимо танцующих парочек.

Вжав Себастиана в стену, так, что тот от неожиданности чуть не выронил свой бокал, Хантер крепко прижался к его губам своими, заставляя Себастиана на секунду позабыть о злости.

— Я поговорю с ним, я обещаю, но прошу, имей терпение. Это не так просто, как тебе кажется. И, между прочим, я не давал тебе права уходить от меня сегодня и повышать на меня голос, — прошептал Хантер, не отрываясь от губ Себастиана, и ухватился пальцами за ремень его брюк. Себастиан охнул и подался вперед, послышался звон бьющегося стекла, а потом тихий стон, вызванный новым поцелуем. У Хантера были некоторые недостатки, которые временами раздражали Себастиана. Но извиняться и наказывать он умел так, что доходило с первого раза. Хотя, обычно было так хорошо, что нашалить хотелось еще раз, просто чтобы Хантер повторил все снова.

Горячие губы на его коже, пальцы, сжимающие до синяков, тихие, едва сдерживаемые стоны, а главное — ходящие недалеко люди, которые при всем желании могли заглянуть за угол и найти их — вот, что по-настоящему заводило. Ладно, возможно, Себастиан еще поспешил с выводами, начался год не так уж и плохо. Пожалуй, даже очень.

— Эй, вот вы где двое, — громко произнес рассерженный голос, и Хантер тут же отскочил от Себастиана, с которого почти стянул рубашку. — Твои родители вас обыскались, хорошо, что я нашла первая, — Куинн слегка порозовела от шампанского и быстрой ходьбы. — Питер спрашивал, почему ты не с невестой, — она подошла к Хантеру, который поправлял одежду.

— Кольца-то еще нет, — фыркнул Себастиан, застегивая пуговицы. — Какая ты невеста? Или надеешься?

— Не начинай, — рыкнул Хантер, не глядя в его сторону. Куинн же удивленно посмотрела на Себастиана: она-то предполагала, что между ними, по крайней мере, перемирие.

— Ладно, скажу, что вы знакомились с гостями, — заключила она, и вскоре все трое вернулись в зал. Себастиан снова чувствовал себя неважно и опять ощутил внимательный взгляд. Решив на этот раз не оборачиваться, он только повыше задрал нос и направился следом за Хантером к его родителям, которые мило беседовали с еще какими-то людьми, среди которых был и хозяин дома.

— Да, он молодец. О, а вот и Хантер, — мистер Кларингтон, который вел беседу, взглянул на своего сына. Себастиан, фыркнув, скрестил руки на груди и принялся изучать гостей вокруг, терпя присутствие отца Хантера и его восхваления своего сыночка и стараясь особо в них не вслушиваться. Он не различал лиц, только черные фраки и пестрые платья, в которое были облачены присутствующие. Хотелось ему быть среди них, беспечных, не знающих проблем, которые могли делать то, что заблагорассудится. Мрачные мысли все больше заполняли голову Себастиана, пока его не вернуло в реальность его имя.

— И Себастиан. Он начинающий актер, собирается прослушиваться у брата моей жены. Разумеется, не могу сказать ничего особенного о нем, но мой сын отзывается довольно лестно, да и с Хантером они… друзья, — последнее слово он словно выплюнул, как мерзкий кусок тухлятины, и Себастиан скривился. Ему не нужны были подачки со стороны, а уж реклама для незнакомцев тем более. Если только они, конечно же, не заправляли каким-то кинобизнесом.

— Ты не против, я отойду? — негромко поинтересовался Себастиан у Хантера, надеясь, что тот его отпустит. Выслушивать еще колкости, скрытые под видом терпеливого покровительства, ему не хотелось. Дав понять, что все равно должен находиться под присмотром, Хантер кивнул, и Себастиан неспешно направился прочь. Он остановился у одной из колонн в зале, захватив очередной бокал, и прислонился спиной к белому мрамору.

Музыка явно располагала к танцам, если бы не родители Хантера, Себастиан точно утащил бы его танцевать, а может, им было бы не до них, но, бросив взгляд в его сторону, Себастиан с недовольством отметил, что в руку того вцепилась Куинн. Нельзя получить все и сразу, чем-то приходится жертвовать. Вот только Себастиан не привык жертвовать, он считал, что вправе получить все, чего он хочет, и так много в жизни настрадался. Хотя бы из-за того, что родился в Миннесоте.

Он подозревал, что когда они вернутся домой, Хантер устроит ему серьезный разговор за его поведение, возможно, даже придется заткнуть рот подушкой или рукой, чтобы не услышали за стенкой. Но и у Себастиана терпение не резиновое, если в скором времени папаша Хантера не успокоится, придется искать новое жилье. Нравится это Хантеру или нет.

— Грустно, когда ты не можешь быть с тем, кого любишь, на публике, — Себастиан вздрогнул и обернулся на новый голос. Перед ним стоял привлекательный брюнет, и неожиданно Себастиан понял, что это его взгляд он чувствовал на себе всю ночь. Понять бы, что тому было нужно.

— Не знаю, кто ты, но не твоего ума дело, что происходит в моей личной жизни, — Себастиан тут же отошел, обогнув колонну, чтобы Хантер, который точно за ним следил, не заподозрил неладного. Не хотелось оказаться еще и виноватым в предстоящем с ним разговоре.

— Извини, я задел тебя? — парень пошел за ним, и Себастиан старался не смотреть в его сторону. — Что ж, если так, мне жаль, — он попытался ухватить Себастиана за руку и повернуть к себе, но тот снова отскочил. — Что с тобой, я просто пытаюсь…

— Не интересно, ясно? — отрезал Себастиан. — Сходи лучше с теми девицами потанцуй, они тебя уже всего глазами разделали, — он фыркнул и пошел в сторону Хантера, который наконец-то избавился от общества родителей. Их вообще больше видно не было, и, как Себастиан надеялся, не будет никогда. Хотя конкретно против матери Хантера он ничего не имел.

— Ну, они немного не в моем вкусе и… Фабрей? — голос незнакомого парня, преследовавшего Себастиана, изменился, да и лицо Куинн преобразилось. — Я тебя уже сотню лет не видел. Нью-Йорк?

— Эллиотт! — на ее лице заиграла улыбка, а вот Хантер помрачнел, к внутреннему удовольствию Себастиана. Не все ему радоваться. — Да, мы с Хантером в Нью-Йорке. А ты?.. Я думала, ты в Ирландии.

— Приехал перед Рождеством, — Эллиотт улыбнулся и протянул руку Хантеру, который быстро ее пожал. Видно было, ему не в радость общество этого парня. — Так значит… Вы знакомы? — спросил он и посмотрел на Себастиана, который стоял между ним и Хантером.

— Да, это Себастиан. По-моему, я про него не рассказывала, он…

— Мой парень, — сухо закончил за Куинн Хантер, в упор глядя на Эллиотта, который продолжал улыбаться. — И еще долго им будет. Что-то еще?

— Да, — Эллиотт усмехнулся и покачал головой, понимая, что ему не рады. — Украду Куинни, ты ведь не против? — спросил он и протянул Куинн руку.

— Если что, мы на втором этаже, — и они ушли, оставив заинтересованно в произошедшей сцене Себастиана и, явно настроенного крайне воинственно, Хантера.

— А кто это? — Себастиан глянул на Хантера, когда они остались наедине. — Выглядел вполне дружелюбно.

— Я терпеть не могу этого парня. Родители его еще ничего, но он… — Хантер сжал кулаки, глядя вслед удалившейся паре. — Он постоянно обставлял меня, во всем, что бы я ни делал. Мы знакомы достаточно времени. Знаешь, бывает, встречаешь человека и думаешь, что вы неплохо ладите, но потом случается так, что вмиг все портится. Что бы я ни делал, как бы ни старался, но любая идея, которая когда-либо приходила ко мне в голову, удавалась у него на раз-два. С Куинн они дружат до сих пор, а вот со мной… Я не хочу, чтобы ты общался с ним в первую очередь, — неожиданно грозно произнес он, посмотрев на Себастиана. — Даже чертов Уэстон, если он вообще сюда явится, не настолько меня бесит. Мне нужно на воздух, — резко выпалил он.

Развернувшись, Хантер направился к выходу из дома, и Себастиан незамедлительно поспешил за ним. Конечно, как примерному парню, ему стоило хотя бы делать вид, что Эллиотт ему неприятен, чтобы поддержать вражду Хантера, но не мог. Тот оказался вполне ничего, хотя Себастиан и не испытал каких-то сильных эмоций от их встречи. Зато бушующий от зависти Хантер — это еще поискать.

Все еще не привыкший к теплому климату, Себастиан снова ощутил некоторые смешанные чувства относительно легкого бриза на улице. Он прошелся по дорожке мимо зеленой изгороди и, сунув руки в карманы, посмотрел на Хантера. Тот все еще был мрачен, хотя и начинал отходить.

— Что с тобой было сегодня? — Хантер остановился и посмотрел перед собой. — Ты раньше, когда напивался, не начинал выставлять претензии.

— Знаешь, находиться рядом с твоим отцом — это как сидеть на закипающем котле. Если хочешь, чтобы я вел себя хорошо и дальше и делал так, как тебе хочется, заставь его прекратить наезжать на меня. Иначе я просто съеду, — Себастиан резко выставил палец перед Хантером, прежде чем тот успел возразить. — Мои нервы дороже. И тебе, и мне, — он снова пошел вперед, чувствуя, как волна гнева опять поднимается в нем.

— Хорошо, я постараюсь, — наконец сдался Хантер после минутного молчания. Видимо, понял, что подходящих аргументов ему не найти. Отпускать Себастиана он точно не собирался, а уезжать вместе было бы странно. — Но только обещай, что…

— Да, с Эллиоттом никаких связей, — Себастиан вскинул руки и опустил голову. — Еще что-нибудь? — спросил он, останавливаясь, и, скрести руки на груди, повернулся к Хантеру.

— Прекрати злиться на меня, — Хантер подошел к нему и положил руки на талию. — Я постараюсь все исправить. Обещаю, — он улыбнулся уголками губ и мягко поцеловал Себастиана, на что тот незамедлительно ответил. Все же, когда Хантер целовал, он не мог отказать. Он мог удивлять своей неожиданностью и в то же время удачной комбинацией нежности и жадности или грубости и мягкости, делая поцелуи идеальными в любой ситуации. Вот и теперь Себастиану не оставалось ничего, кроме как забыть на время все обиды и негодования, а просто отдаться приятным эмоциям, которые дарил во время поцелуев Хантер.

Вскоре они вернулись в дом, и Себастиан утащил Хантера наверх, надеясь найти хотя бы одну свободную спальню, которых, как ему казалось, в этом доме множество. Наконец, одна была найдена, на втором этаже, но чтобы пройти к ней, им пришлось скрываться от множества любопытных глаз, среди которых могли оказаться знакомыми родителей Хантера.

Они шли по небольшому коридорчику, завешенному картинами и фотографиями, когда неожиданно взгляд Себастиана зацепился за небольшой снимок юноши в военной форме кадета. Тот казался подозрительно знакомым, и когда Себастиан остановился, чтобы разглядеть его, вдруг понял, что видел точно такую же форму на фотографиях Хантера.

— Этот парень учился в твоей академии? — Себастиан удивленно посмотрел на Хантера, а затем снова на снимок. — Ты его знаешь?

— Да, — хмуро ответил он и сильнее сжал руку Себастиана, которую держал в своей все это время. — Он учился вместе со мной на курсе. Мы сейчас находимся в его доме. Это и есть Эллиотт Гилберт. И я надеюсь, что тебе не нужно объяснять, в чем его проблема, — Хантер оторвал Себастиана от снимка, и вскоре они заперлись в пустой спальне, чтобы отпраздновать Новый год только вдвоем. К разговору о Гилбертах они больше не возвращались.

Глава 17

Несмотря на запрет Хантера, в который входило упоминание Эллиотта при любых обстоятельствах, думать о нем было не запрещено. И несколько дней Себастиан ломал голову над тем, что же умудрился совершить Эллиотт такого, чем вывел Хантера из себя. Не своим же состоянием? Или внешностью. Хантер вообще не был похож на человека, который мог завидовать кому-то, потому что сам был идеален. И Себастиану казалось, что у него есть все, о чем только можно мечтать, и тот об этом прекрасно осведомлен. И сам должен завидовать своей жизни. Но, видимо, у Хантера были иные мысли на этот счет.

Как только вечеринка закончилась, они незамедлительно покинули поместье Гилбертов, и Хантер пребывал не в самом лучшем расположении духа, даже Себастиан, который попытался на следующий день развеселить его, потерпел поражение. И не смог ничего сделать, пока Хантер, видимо, не предпринял и решил что-то там у себя в голове. Что-то, о чем Себастиану знать, как ему казалось, не полагалось.

После Нового года, сославшись на какие-то неотложные дела, хотя отец Хантера и просил остаться, Куинн снова уехала в Нью-Йорк. Себастиан самолично присутствовал при ее разговоре с Рейчел по телефону, и хотя они мило щебетали друг с другом, Себастиану этот вовсе не напомнило разговор двух влюбленных. Скорее близких подруг. И хотя он не так много времени провел с ними обеими вместе, и делать выводы было рано, он все же сильно усомнился в том, что между этими двумя и правда что-то есть. А может, ему просто показалось. Ведь его желание уличить Куинн хотя бы в одной подставе было слишком крепко.

В любом случае, он только наигранно тепло с ней попрощался, последовав примеру Хантера, и практически сразу же вернулся в теперь уже полностью свою комнату. Себастиан чувствовал, как внутри разрастается злорадство вперемешку с какой-то животной радостью, которая на секунду его даже напугала. Избавиться от Куинн хотелось уже давно, с ее помощью или без. С ее сложнее, потому что она явно не собиралась так просто оставлять Хантера. Казалось, она заигралась в его любовницу. Себастиан даже решил, что вчерашние жалкие попытки сымитировать секс инициировала она. Хантера же практически и не было слышно, а под конец он стонал так неестественно, что Себастиан только цокал языком, возводя глаза к потолку. И хотя это было забавно, желание отчитать Хантера за подобное поведение все еще имелось.

Хантер себя долго ждать не заставил, он появился в комнате спустя пять минут после отъезда Куинн, слегка запыхавшийся, словно долго бежал. И точно не по лестнице, тут пешком идти было меньше минуты. Опустившись на кровать и скрестив руки на груди, Себастиан с интересом уставился на Хантера, словно требуя объяснений за вчерашнюю выходку. Но не успел Хантер и рта раскрыть, Себастиан выпалил вперед него:

— Неужели ты и правда думаешь, что это сработало? — спросил он серьезно, но через секунду на его губах пролегла улыбка. — Вы только сдали себя с потрохами, показав, что не спали до этого ни разу, — фыркнул он, не переставая улыбаться, и покачал головой.

— Не совсем, — улыбнулся в ответ Хантер и сел рядом с Себастианом. Обвив руками его талию, Хантер уперся подбородком в его плечо. — Я не говорил им, что у нас что-то было раньше, зато сегодня сказал, что мы и так долго ждали, а ведь до свадьбы еще далеко, — произнес он, и Себастиан почувствовал, как радость постепенно начала сходить на нет.

Разумеется, он понимал, как важно Хантеру поддерживать эту глупую легенду, но ему по-прежнему было неприятно все это выслушивать. Как бы Себастиан ни старался вести себя так, будто ему все равно, он ревновал и ревновал сильно. Но показывать свою слабость Хантеру не хотелось, поэтому Себастиан только усмехнулся и повернул к Хантеру голову.

— Но сегодня ты будешь стонать по-настоящему и со мной, — пробормотал он, мазнув Хантера по носу.

— Не раньше, чем ты будешь визжать от восторга, потому что… — Хантер выдержал небольшую паузу. — Прослушивание уже завтра!

Себастиан не знал, какой реакции ожидал Хантер, наверное, радостной, но после его слов лицо Себастиана вытянулось, а сам он уставился на Хантера так, будто видит его впервые.

— Как завтра? — слабо переспросил он, медленно отодвигаясь от Хантера, чтобы лучше его видеть. — Почему ты раньше мне не сказал?

Да, Себастиан всегда был уверен в том, что произвести нужное впечатление ему-то труда не составит. Но обычно это касалось тех случаев, которые были или не важны, или Себастиану было так плевать на результат, что он готов был на все возможные методы достижения цели. Но эта роль в этом фильме была важнее всего вместе взятого, а Себастиан еще даже готовиться к ней не начал. И теперь Хантер заявлял ему, что завтра он уже будет стоять перед режиссером и, скорее всего, крупно лажать.

— Ну, я сам узнал только вчера вечером, но ты был явно не в том настроении, да и меня отвлекли не вовремя, — Хантер был явно недоволен произведенным эффектом. — Ты же ждал этого прослушивания, я думал, тебя это обрадует.

— Да, обрадовало, если бы ты сказал о нем чу-уточку раньше! — Себастиан подскочил и уставился на Хантера. Наверное, он просто переволновался, потому что даже думать забыл об этом чертовом прослушивании! А должен был все это время. И не вина Хантера, что тот предупредил его так поздно. — Ладно, так, я спокоен, — он выставил вперед руки и глубоко вдохнул, тут же выдыхая с закрытыми глазами. — Завтра все пройдет чудесно, я поражу всех… А я точно буду один? — Себастиан испуганно глянул на Хантера.

— Да, точно, он же просил привести кого-то, кого он еще не знает. Думаю, если бы он нашел кого-то еще, он бы сказал, — задумчиво заметил Хантер, и Себастиан почувствовал, как колени подрагивают. Ну, этого еще не хватало, узнать, что он, возможно, не единственный претендент на роль. Тогда его шансы падают в разы быстрее. Главное, чтобы он и завтра так же не нервничал. Иначе пиши пропало.

— Бас, ты только не волнуйся, все обойдется, — Хантер поднялся и подошел к Себастиану, который все еще выглядел слегка не в себе. Тот не стал сопротивляться, и вскоре очутился в крепких объятиях Хантера, от которых по всему телу пронеслась волна тепла. — А даже если там и будет кто-то еще… Я ведь обещал тебе эту роль, так? — он потянулся и мягко поцеловал Себастиана, на что тот незамедлительно ответил. Постепенно, Себастиан начал расслабляться, чувствуя себя значительно лучше. Да, Хантер еще не подводил его, по крайней мере, сознательно, а значит, ему можно верить.

* * *

Хантеру удалось успокоить Себастиана, но ровно до того момента, как он поцеловал его на прощание возле студии, пожелал удачи и ушел дожидаться результатов прослушивания в ближайшее кафе. Себастиан же, как только его ноги коснулись пола в слабо освещенной студии, первое, что почувствовал — желание дать деру. Но его остановил слегка хрипловатый и грубый голос из середины зала.

— Вы опоздали, мистер Хаммел. А мое время очень ценно.

— П-простите, мистер Дженкинс, — практически пропищал Себастиан и незамедлительно подошел к черному стулу, на котором сидел режиссер. Роста он был небольшого, довольно полный, в круглых очках. И серьезно и довольно придирчиво оглядел Себастиана, как только тот попал в его поле зрения.

— Хантер сказал, что вы произвели фурор в театре, мистер Хаммел, — произнес он холодно, прижав указательные пальцы к губам.

— Я Смайт, — Себастиан решил, что Гарольду Дженкинсу можно рассказать о своем настоящем имени. — Себастиан Смайт.

— Да мне без разницы, меня интересует ваш талант, а не имя, — Дженкинс отмахнулся и устроился в кресле удобнее. — Я хочу убедиться лично, что то, что наговорил мой племянник, правда. Подтвердите его слова?

— Д-да, да, конечно, — Себастиан отчаянно закивал и сделал пару шагов назад, чтобы оттянуть время. — А что мне делать? — растерянно спросил он через несколько секунд.

Дженкинс разочарованно возвел глаза к потолку и вздохнул.

— Поразите меня, Себастиан, я хочу видеть, как вы живете героем, — попросил он, будто в очередной раз втолковывая идиоту очевидное. — Расскажите какой-нибудь монолог.

— Да, хорошо, монолог, — кивнул Себастиан, с ужасом понимая, что все прочитанные им когда-либо книги мигом выветрились из головы. Да, так ему роль не получить точно.

Закрыв глаза, Себастиан медленно досчитал до пяти, чувствуя всеми клеточками кожи, как пристально следит за ним Дженкинс и как ненавидит его за потраченное время. И неожиданно ответ пришел сам собой. Простой и очевидный, словно всегда лежал на поверхности. Ну, конечно, и как он сразу не додумался?

Набрав в легкие побольше воздуха, Себастиан принялся читать заученные наизусть и повторенные несколько десятков раз строчки его героя из того самого мюзикла. У него был очень проникновенный монолог, который практически всех в зале заставлял как минимум пускать слезу. И теперь Себастиан старался говорить его так же, как тогда, на сцене в театре. Представляя, что перед ним на третьем ряду сидит Хантер, и он обращается к нему. И тот улыбается, глядя на него, рядом лежат сиреневые ирисы, которые предназначены для него, только для него. Не для Куинн, которая сидит рядом, не для Рейчел. Для него, потому что Хантер…

— Достаточно, мистер Смайт, — неожиданно резко прервал его Дженкинс, и Себастиан замолчал на полуслове. — Спасибо за ваше показательное выступление.

— И что теперь? — стараясь скрыть волнение, поинтересовался Себастиан, подходя ближе. Он не видел, какие эмоции испытывает Дженкинс, его лицо оставалось невозмутимым.

— Я дам вам знать, — прохладно произнес он, даже не удостоив Себастиана взглядом. Это было жестоко, Себастиан не думал, что Дженкинс такой засранец. Но все же он был прекрасным режиссером, и очереди выстраивались, чтобы сыграть у него. А уж если кому и удавалось, то любые дороги после были открыты для счастливчика.

И все-таки немного разочарованный Себастиан направился к выходу, потому что новых подробностей он бы вряд ли дождался. Ну, а чего он еще ожидал? Что Дженкинс упадет ему в ноги и будет кричать, что это лучшая игра, которую он видел? Да, чего греха таить, это было бы идеально. Но нереально.

Не успел Себастиан дойти до дверей, как навстречу ему выбежал парень. Приглядевшись, Себастиан замер, удивленно глядя на него. Это был Эллиотт, и в руках у него был свернутый сценарий. По крайней мере, уж очень на него похоже.

— О, привет, — он весело поприветствовал все еще пораженного Себастиана. — Был на прослушивании? Я тоже иду. Хочу попробоваться на главную роль, знаешь, по-моему, это будет забавно, — он широко улыбался, проходя мимо. — Эй, что-то не так? — спросил Эллиотт, заметив толику ужаса на лице Себастиана.

— Но я прослушивался на главную роль, — просипел он, чувствуя, что последние надежды рушатся, как песчаные замки, которые рассыпались в руках мелким песком. Хотелось кричать и вопить, топая ногами, что эта роль предназначалась для него, и никто не смеет посягать на нее, даже идеальные и богатенькие папенькины сынки. И, видимо, Эллиотт разглядел все это на его лице, потому что через секунду улыбка пропала.

— Я не знал, — произнес он, пожевывая губу. — Ну, надеюсь, ты показал себя лучше, чем буду я, — его улыбка засияла шире, и он, развернувшись, быстрым шагом направился на то самое место, где несколько минут назад стоял Себастиан. И которое мог занять, даже не подозревая, что душит мечту одного человека на корню.

Себастиан не заметил, как добрался до кафе, где его ждал Хантер, но он тяжело опустился за столик, продолжая глядеть в одну точку. Сначала улыбчивый, но вскоре хмурый и напуганный, Хантер придвинулся к нему.

— Ну, как все прошло? — спросил он с беспокойством.

— Нормально, — отстраненно произнес Себастиан деревянным голосом.

— Если это из-за того, что дядя Гарольд холодный, как ледяной столб, то это ничего, он со всеми такой. Даже лучшие актеры редко удостаивались его улыбки, — попытался успокоить Себастиана Хантер и протянул ему кружку с горячим чаем. — Главное, чтобы он дал тебе прослушаться до конца.

— Он не дал, — процедил Себастиан, мотнув головой. — Он прервал меня, не дав договорить. Сказал, что этого достаточно.

Мечты, лелеемые им все это время разбились в прах, хотелось лежать в комнате на кровати и часами пялиться в потолок, отказавшись от еды. Возможно, в скором времени он и придет в норму, но потом увидит афишу с лицом Эллиотта на ней, и продолжит жить, словно ничего и не было, на своей ферме. Но жизнь ли это будет?

Теперь Себастиан понимал, что не так с Эллиоттом, и почему Хантер так ненавидит его. Не замышляя никаких пакостей, этот парень разрушал и забирал все то, в чем другие нуждались. Просто потому, что ему повезло. Счастливчик Эллиотт наверняка рассказал свой монолог, и теперь его ждет прекрасное будущее. И все получилось только потому, что забавно. Да, Эллиотт, это очень, очень забавно, вырвать из груди сердце, расколоть его на части и попрыгать на нем! Ты только что обзавелся еще одним врагом.

— Эй, все нормально? — Хантер вывел его из задумчивости своим вопросом, и Себастиан кивнул, понимая, что теперь притворяться, что все в порядке, будет намного тяжелее. Лучше бы он так и продолжал сидеть в Нью-Йорке и блистать на сцене, чувствуя, как лучи всеобщей любви и обожания падают на него.

* * *

— Я поверить не могу.

Себастиан произнес эту фразу уже в третий раз за минуту. Он сидел на диване в гостиной, а Хантер, который только что поговорил с дядей и сказал итог прослушивания, смотрел на него, не отводя глаз. Ожидание закончилось, у него словно камень с души свалился. Такое облегчение, будто он мог взлететь без крыльев.

— Я получил роль. Я поверить в это не могу, — Себастиан нервно усмехнулся, а после расхохотался, не в силах остановиться. Хантер принялся смеяться рядом с ним, но больше из-за влияния смеха Себастиана, такой тот был заразительный. — Но я же облажался, — наконец успокоившись, добавил Себастиан. — Я же даже монолог до конца не рассказал. Почему он согласился?

— Не знаю, — Хантер пожал плечами, усаживаясь рядом на диван. — Сказал, что какой-то парень приходил, его прослушали, но в последний момент что-то поменялось, и Гарольд утвердил тебя. Вообще, он говорил, что и так собирался взять тебя, в тебе была какая-то искра, — он сжал руку на колене Себастиана и улыбнулся теплее, с нежностью глядя на него. — Я же говорил, что ты самый талантливый парень, — он потянулся и оставил легкий поцелуй на щеке Себастиана.

Вот только самого Себастиана слова Хантера не обрадовали. Звучали они, конечно, неплохо, но не так, как того хотелось Себастиану. «Что-то поменялось» могло значить разное. В последний момент Эллиотт отказался от роли или передумал. Или Дженкинс все же вспомнил об уговоре, хотя по сути ничего и не было, он соглашался только на прослушивание. И все же Себастиан чувствовал, что это все не просто так, и роль ему досталась просто потому, что кто-то другой ее не захотел. А Себастиан не любил подержанные вещи или подачки в виде благотворительности. Но в его голове уже назрел план: раз уж Гарольд Дженкинс, холодная машина, взял его в свой фильм, значит, Себастиан приложит все усилия, чтобы он запомнил его надолго. И заставит его не только улыбаться, но и аплодировать ему стоя.

Глава 18

Себастиану стоило думать о предстоящих съемках, но все, что забивало его голову, был Эллиотт. Чертов Эллиотт, который благородно отказался от роли ради того, чтобы Себастиана взяли в фильм, ведь он так этого хотел. Зачем? Почему он это сделал? Из благородных побуждений? Они жили не в том мире, чтобы люди делали добро просто так, везде должна была быть какая-то выгода. Оставалось узнать, какой мотив был у Эллиотта. У этого странно привлекательного парня, который… Так, главное, чтобы Хантер не научился читать мысли, иначе ему конец.

Себастиан так и не рассказал Хантеру о том, кто проходил прослушивание вместе с ним, решив сыграть дурачка. Узнав, что кто-то посягал на его роль, он стал возмущаться, но быстро остыл, ведь, все-таки, это его взяли в фильм. Хантер прекрасно справился с выполнением обещания, а вот Себастиан сплоховал. Приятно было иметь тайну, даже от Хантера. У того и самого были секреты, так что Себастиан считал себя вполне вправе иметь их тоже.

Сценарий прислали на следующий день курьером, Себастиан вырвал его из неуверенных пальцев мальчика, доставившего его, и вперился в пропечатанные буквы на бумаге. «Получите вашего мужчину». Конечно, не Гэтсби, но, наверняка, тоже неплох. Нельзя не доверять выбору Дженкинса, он никогда не ошибался. По крайней мере, на памяти Себастиана такого еще не случалось.

И вот, сценарий прочитан в первые же минуты, Себастиан счастлив, как никогда, Хантер доволен тем, что Себастиан счастлив, сейчас обязательно состоится какой-нибудь романтический ужин или цветы, или они просто запрутся в спальне, пока родители Хантера в гостях. Эйфория не покидала Себастиана ровно до той минуты, пока Хантер не ответил на телефонный звонок и сообщил, что первая прочитка сценария состоится…

— Завтра, — головокружительное ощущение счастья быстро испарилось, оставляя только сосущее под ложечкой сомнение и страх.

И вызван он был отнюдь не тем, что работа начнется так скоро, теперь Себастиан решил вести себя увереннее и наглее. А еще он не сомневался, что завтра Хантер вызовется присутствовать при прочтении, чтобы внимательно изучить тех, с кем Себастиану придется работать. Ох, лучше бы Эллиотта там не было, пусть он просто отказался от роли, а не взял что-то еще. Иначе мечта о карьере актера накроется медным тазом. Или отношения с Хантером постигнет та же участь. Одно из двух. И терять не хотелось ничего.

— Я же говорил, что сдержу обещание, — ни о чем не подозревавший Хантер притянул Себастиана к себе и принялся покрывать его шею короткими мягкими поцелуями. Тот старался вести себя, как ни в чем не бывало, и довольно улыбнулся, стоило Хантеру немного увлечься.

— Тебя ждет хорошая благодарность за это, — промурлыкал Себастиан, чувствуя, как внутренности слегка сжимаются. Все же, не зря он был актером: прятать свои истинные мысли он должен был уметь хорошо. Ведь, как говорится, шоу должно продолжаться, в любом случае.

Должно, но иногда случается форс-мажор. И тогда даже настоящий профессионал не выкрутится. Каким бы умным и изворотливым он ни был, уберечься от надвигающейся бури, которая случится в любом случае, невозможно. И Себастиан убедился в этом лично, когда на следующий день они вошли в студию.

Она пока пустовала, за исключением Дженкинса, но вскоре начали подходить, как думалось, коллеги-актеры, с которыми Себастиану предстояло сниматься. Все они были достаточно молоды, были и девушки, и парни, и Себастиан чувствовал, как внимательно изучает их Хантер, стараясь выявить подвох. И к счастью Себастиана, пока ничего не находил.

Вскоре новички приходить перестали, и Себастиан заметно расслабился. Эллиотт так и не пришел. Наверное, его опасения были напрасны, и все пройдет великолепно. И Себастиана ждет прекрасная актерская карьера, с замечательным мужчиной рядом. А сегодня можно попросить еще какой-нибудь небольшой презент в честь нового этапа в работе над фильмом.

Повернувшись к Хантеру, Себастиан обнял его и демонстративно чмокнул в губы.

— Знаешь, мы сегодня проезжали лоток с цветами… — протянул он, хитро глядя на Хантера. Тот ухмыльнулся и щелкнул Себастиана по носу.

— Ты так пытаешься вытолкать меня из студии? — спросил он, хотя в его тоне не было и капли подозрительности. Но это не помешало Себастиану наигранно возмутиться.

— Я ничего такого не пытаюсь, просто я подумал, что ты давно не дарил мне цветов. Так что быстро сбегай и возвращайся. Я хочу, чтобы все видели, какой ты замечательный, — Себастиан снова легко чмокнул Хантера и так же быстро выпустил его из своих объятий, после чего убежал ко всем ждущим его актерам.

Настроение зашкаливало на высокой отметке, и казалось, что он может взлететь без крыльев, так было хорошо. И это отлично было видно, когда он подошел к новым коллегам и, без особых церемоний, уселся на свободный стул и, закинув ногу на ногу, вытащил сценарий.

— Мы начнем или как? — поинтересовался он, оглядев присутствующих. Те молча смотрели на него.

— Еще не все собрались, мистер Смайт, — сухо отозвался Дженкинс со своего кресла. — И кстати, да, мы поняли, что ваши отношения с моим племянником очень личные. Не нужно демонстрировать это лишний раз.

Странно, но почему-то любая, даже незначительная критика со стороны Дженкинса заставляла Себастиана тут же замолчать. Наверное, он все же побаивался его, даже несмотря на свое желание выглядеть его в его глазах лучшим актером из ныне живущих.

— А кого еще нет? — уже спокойнее поинтересовался Себастиан.

— Мистер Гилберт еще не приехал, — спокойно ответил Дженкинс, перебирая листы со своим экземпляром сценария. И поэтому он не видел, какой ужас отразился на лице Себастиана. Ну, вот и все. Хантер скоро вернется, Эллиотт тоже будет здесь. И тогда Хантер точно решит, что Себастиан специально отослал его. Час от часу не легче.

И будто подчиняясь словам режиссера, в двери действительно вошел Эллиотт, сияя своей белозубой улыбкой, от которой что-то внутри Себастиана подозрительно екнуло. Нет, у него нет никаких чувств к этому парню, абсолютно никаких. Только Хантер, только он один есть во всем мире, Себастиан Смайт теперь официально моногамный, а Эллиотт… просто запретный плод, к которому даже приближаться нельзя. И чем думал Хантер, когда создавал свои правила?

— Всем привет! — радостно поприветствовал всех Эллиотт, и Себастиан почувствовал, как волны обоюдной симпатии к новичку расходятся по помещению, обходя его. Ну, что ж, в планы Себастиана не входило, чтобы его все любили. Ему вообще не было дела до остальных актеров. Теперь он опасался, что и вовсе может их больше не увидеть.

С легкой паникой он наблюдал, как Эллиотт садится рядом с ним, как рассаживаются остальные, начинают проглядывать свои сценарии. И все это происходило словно в замедленной съемке, секунды тянулись, как резина, дожидаясь предельного момента, когда они смогут щелкнуть Себастиана по лицу со всей силы. Пока, к счастью, обходилось, но момент был очень и очень близко.

— Я думал, тебя не взяли, — прошипел Себастиан, немного придя в себя. — Разве ты не уступил роль мне?

— Да, в последний момент я и правда передумал. Но только потому, что эта роль была бы мне не по силам. А тебе в самый раз, — Эллиотт снова улыбнулся. — А мне предложили роль второго плана. И, если тебя не смутит, я буду довольно часто рядом с тобой. Но не заслоню твоего таланта, обещаю. Я…

Он замолчал, потому что дверь в студию снова открылась. Послышались гулкие, но мягкие шаги, шелест бумаги, а еще стрекот сверчков на месте, где у Себастаина было когда-то вполне бьющееся сердце. Он сидел и лихорадочно обдумывал все возможные варианты оправданий. Но почему-то они выглядели такими жалкими, что Себастиану в пору было разреветься.

— Хантер, мальчик мой, решил присоединиться к нам? — с усмешкой поинтересовался Дженкинс, а Себастиан постарался уменьшиться, насколько было возможно, потому что уже чувствовал, что Хантер в паре шагов от него.

— Нет, просто хочу посмотреть, как Себастиан впишется, — ответил за его спиной Хантер. В его голосе была слышна некоторая холодность, которая говорила только об одном: он увидел Эллиотта, и ему это не нравится. — Я постою в стороне, вы не против? — спросил Хантер и, прежде чем отойти, положил букет ирисов на колени Себастиану и едва ощутимо поцеловал его в щеку. — Держи, ты ведь их хотел? — и больше не произнес ни слова.

Наверное, из-за упадка сил, первая встреча прошла, как казалось Себастиану, неудачно. Остальные были сносными, но он читал из рук вон плохо. Постоянно сбивался, а когда начинались диалоги с Эллиоттом, чувствовал пристальный взгляд на себе, который не сулил ничего хорошего. Под конец ему стало казаться, что все присутствующие сочли его идиотом, а сам Дженкинс миллион раз пожалел о принятом решении.

— Ладно, достаточно на сегодня, — наконец заключил он, и Себастиан облегченно выдохнул. — Даю вам пару дней, чтобы вжиться в ваши роли и подучить некоторые сцены. Репетировать начнем с понедельника, а пока — хороших и продуктивных выходных. И, мистер Смайт, пожалуйста, научитесь уже работать с текстом. Я понимаю, что вы привыкли петь, но здесь не мюзикл, — Дженкинс усмехнулся и достаточно быстро удалился, учитывая его габариты и возраст.

Совершенно опустошенный Себастиан подошел к Хантеру, но тот, продолжая молчать, направился к выходу. Никаких больше подарков и чудесных вечеров в мечтах Себастиана не было. Только бы Хантер не запретил ему сниматься. Он ведь и правда не знал, что Эллиотт останется, так что в этом его вины не было.

До дома добрались молча, так же в тишине разошлись по комнатам. Себастиан до последнего надеялся, что Хантер успокоится, как только Эллиотт пропадет из виду, но напрасно. Успев распереживаться, Себастиан наконец дождался, что Хантер придет к нему, но тот все еще был хмур.

— Итак, — произнес он ледяным тоном. — Ты, я надеюсь, знаешь, что я думаю? — он подошел к сидящему на кровати Себастиану. — И что я теперь должен делать?

— Я не знал, что он будет, честно, — тут же затараторил Себастиан. — Он пришел, а я… Я растерялся. Мы же играем вместе, я не мог сказать, что он мне неприятен, я…

— Неприятен? — Хантер посмотрел на Себастиана, вскинув брови. — Я, конечно, не говорил, что ты должен его ненавидеть, но и не догадывался, что ты начнешь делать прямо противоположное. Вернее, я надеялся, что так не будет, — он скрестил руки на груди и сжал челюсть.

— Я не понимаю, о чем ты, — испуганно пробормотал Себастиан, чувствуя, как внутренности сковывает льдом. — Он мне не нравится, я вообще не знаю, с чего ты взял…

— Увидел, — отрезал Хантер. — Но сейчас не это меня беспокоит. А то, что мы будем с этим делать. Ты ведь помнишь наш уговор?

— Да, ты обещал мне роль, — Себастиан вскинул подбородок. — То, что там будет твой заклятый враг, мы не учитывали. И я не думаю, что ты будешь способен отобрать у меня мечту.

— У моего дяди будут еще фильмы, — категорично отозвался Хантер, и Себастиан посмотрел на него с ужасом. Нет, он так не поступит. Это ведь его Хантер, нежный, любящий… Хотя любящий ли? — Можно и повременить.

— Нет, — дрожащим голосом пробормотал Себастиан, поднимаясь. — Нет, ты этого не сделаешь. Ты обещал этот фильм, и я в нем буду. Так или иначе, я снимусь в нем, и ты меня не остановишь! — воскликнул он, тыча пальцем в грудь Хантеру.

— Ой ли, — Хантер сузил глаза и перехватил руку Себастиана, сильно ее сжимая. — Мы договаривались, что я устрою тебя в фильм к своему дяде. И что в обмен на это ты не общаешься ни с кем, кто мне не нравится. Но ты сделал это уже несколько раз, так что я вправе нарушить и свое обещание, — он притянул Себастиана к себе, дернув за руку. До Себастиана сразу донесся запах алкоголя, и он понял: Хантер пьян. — Ты ведь не хочешь, чтобы я злился, да, Басти? Потому что когда я злюсь, бывает больно. Куинн тебе не рассказывала? — спросил он с некоторой нежностью. — Не говорила, сколько сходят синяки после того, как вывести меня из себя? Если так продолжится, ты узнаешь. Потому что ты мой, Себастиан, и только я имею на тебя право.

Себастиану никогда не было так страшно. Он думал, что Хантер единственный, кому он может доверять, кто его не подведет. Но ошибался. Теперь Хантер пугал его больше всего, больше всех китов мира. А оттого, как он сжимал его руку, на глаза наворачивались слезы.

— Я не твоя собственность, чтобы ты обращался со мной, как с вещью, — прошептал Себастиан, глядя Хантеру в глаза. И понял, что это было ошибкой.

— Значит, ты не хочешь пойти на уступки ради меня, — Хантер сжал губы в плотную линию и с силой швырнул Себастиана на кровать. — Что ж, хорошо. Видит бог, я этого не хотел.

Резкий хлопок — и теперь его щека горела огнем. Себастиан в ужасе уставился на искаженное злобой лицо Хантера, казалось, его радужка почернела. Еще один хлопок — и другая щека жжет еще больше второй. Глаза Себастиана наполнились слезами от страха и обиды, как вдруг Хантер повалил его на кровать.

Он сжал запястья Себастиана над головой, крепко, что Себастиану было сложно вырваться, а сам потянулся к его одежде, намереваясь сорвать ее. И Себастиан уже приготовился к худшему, когда Хантер вдруг замер. Теперь его лицо было не злым, оно было испуганным, как и у самого Себастиана. Словно опомнился, очнулся от какого-то транса и теперь не понимал, что и зачем делает.

Руки Хантера тряслись, когда он резко выскочил из комнаты. Себастиан же сел на кровати, пораженно глядя на дверь. Он боялся, что Хантер вернется и вновь ударит его, но минуты шли, и только тишина давила на уши. Что-то случилось, что заставило Хантера отступить. Что-то, что спасло Себастиана от страшного. Он упал на кровать и сжался, через несколько секунд дал волю слезам, из-за которых одеяло вмиг намокло.

Ему казалось, что он пролежал без движения несколько часов. Боль понемногу начала отступать, но стоило Себастиану вспомнить искаженное гневом лицо Хантера и его крики, как он завыл, закутываясь в одеяло. С ним никогда не были грубы, никогда не делали больно, а если и делали, то не со зла, а в качестве эксперимента. Но Хантер сумел переплюнуть всех. Он и правда был особенным, во всех смыслах. И теперь Себастиан боялся даже представить, что могло случиться, если бы Хантер не остановился.

Глава 19

На следующее утро Хантер выглядел, как побитая собака. Словно накануне в него вселился кто-то другой, но Хантер помнил, что натворил, и теперь раскаивался. По крайней мере, так он сказал Себастиану, как только тот вышел из своей комнаты, но Себастиан лишь прошел мимо, не глядя на Хантера и предпочитая думать, что его вообще нет рядом.

Всю ночь он не мог заснуть, размышляя над тем, что произошло. Это было словно удар под дых. Нет, Себастиан знал, что иногда Хантер становится грозен и может сорваться, но никогда бы и в голову не взял, что тот может поднять на него руку. Даже несмотря на их уговор, даже несмотря на то, что Себастиан действительно умудрился слегка накосячить, все это не давало поводов Хантеру сходить с ума и делать ему больно. И если он хотел, чтобы Себастиан простил его, простых извинений было мало.

Вместе с тем Себастиан не мог понять, что же Хантера остановило. Его слезы? Страх в глазах? А может, все вместе? Или есть что-то, чего Себастиан не знает, о чем даже не догадывается? Любопытство, распиравшее его изнутри, так и норовило вылезти наружу, найти Хантера и припереть его к стенке. Но Себастиан оставался невозмутим и холоден, не позволяя Хантеру даже подойти к нему, чтобы показать, насколько сильно тот ошибался.

Страх отступил довольно быстро, сменившись праведным гневом, ведь, как бы там ни было, Себастиан считал себя обиженной стороной. А значит, Хантеру придется постараться, чтобы загладить вину. Тем более, что щеки все еще побаливали, если до них дотрагивались. Ровно так же, как и было больно где-то глубоко внутри, в районе солнечного сплетения.

Субботний день Себастиан провел у себя в комнате, закрывшись на ключ, и выходил только, чтобы поесть. Миссис Кларингтон косилась на него с беспокойством, а мистер Кларингтон снова взял привычку не замечать. Это было на руку, потому что новых колкостей Себастиан бы не выдержал. Но иногда он ловил на себе внимательный и изучающий взгляд отца Хантера, который не сулил ничего хорошего. Правда, он и раньше так же на него смотрел, так что, наверное, опасаться было нечего. По крайней мере, пока.

Из-за постоянных попыток Хантера заговорить с ним, Себастиан решил на ужин не идти. Не так уж это было и важно, чем сбереженные нервы. Притворяться глухим вскоре надоело, а других способов игнорирования Себастиан не придумал, кроме как прятаться у себя.

Не успел Себастиан сполна почувствовать голод, да и желудок еще не начал жалобно выть, как вдруг в его дверь постучали. Себастиан вздрогнул и неодобрительно покосился на нее, решив подождать, чтобы человек за дверью ушел. Пусть думает, что Себастиан спит. Но через несколько секунд стук повторился, еще настойчивей предыдущего.

— Убирайся, Хантер, я не хочу есть, — громко огрызнулся Себастиан.

— Это я, дорогой, — послышался из-за двери голос миссис Кларингтон, и Себастиан тут же поспешил открыть, чувствуя себя неловко за то, что сказал.

— Простите, я думал это… — виновато произнес он и тут охнул, заметив в руках миссис Кларингтон большой поднос с ужином. — Спасибо.

— Не могу оставить тебя голодать, даже после ссоры с Хантером, — произнесла она с легкой грустной улыбкой. — Ну, это же очевидно, — ответила она на немой вопрос Себастиана, который уже поставил поднос на стол.

— А у него вообще… часто такое? — спросил осторожно Себастиан, чувствуя непреодолимое желание натянуть что-нибудь до самых пальцев, но как назло на нем была рубашка с коротким рукавом. — Приступы агрессии.

— Да, бывает. Он в этом весь в отца, — кивнула миссис Кларингтон, тяжело вздыхая. — Самый страшный был, когда Куинн пошла гулять с другим. Он тогда словно обезумел. На ней было столько синяков… На руках, он очень сильно ее сжал, — она покачала головой. — Это не такое частое явление, как ты думаешь. Обычно он старается все переварить и усмирить гнев. В крайнем случае, бьет что-то, что под руку подвернется. Мне сервиз пришлось три раза менять. Не потому, что много разбил, — тут же вскинулась миссис Кларингтон, заметив недоумение вперемешку с испугом на лице Себастиана. — Просто мне не нравится, когда что-то не цельное. Знаешь, будто потерять кусочек пазла. Картина совершенно не та, — она пожала плечами.

— Я все равно не уверен, что смогу его простить, — тихо произнес Себастиан, обнимая себя руками. — Никто никогда не поступал со мной так.

— Он же любит тебя. Я уверена, он сильно раскаивается, — миссис Кларингтон подошла к Себастиану ближе и погладила его по плечу, до которого едва доставала носом.

— Почему вы думаете, что любит? Он ни разу еще не сказал мне этого. Ни разу за все время, — выдохнул Себастиан немного зло. Упоминать то, что он и сам этого не говорил, он не стал. Это знать было вовсе необязательно.

— Не всегда слова, которые мы произносим, оказываются подтверждением наших чувств. Нужно смотреть на поступки, а не на слова, — сказала миссис Кларингтон. — Просто вспомни все, что он сделал для тебя, и ты поймешь, что я права. Неужели одна ссора сможет перечеркнуть все хорошее, что было между вами? — она повернулась к выходу, давая Себастиану повод задуматься, но тот остановил ее у самого порога.

— Вчера он… Прекратил, — Себастиан запнулся, не зная, как продолжить, но по взгляду миссис Кларингтон сообразил, что она прекрасно понимает, о чем он. — Почему? Почему он это сделал?

— Когда отец узнал, что Хантер воспринимает тебя не совсем как друга, он обезумел. И избил Хантера, очень сильно. Это не могло не отразиться на нем, и теперь, когда он злится, что, к сожалению, неизбежно, он пытается это контролировать. Я заметила, что делает он это теперь все чаще и чаще, последние пару лет точно, — она вздохнула. — Я знаю, как сильно он не хочет быть похожим на своего отца. И знаю, как сильно любит тебя. Скорее всего, он испугался, что может превратиться в Питера и причинить тебя непоправимый вред.

Она ушла, оставив Себастиана в задумчивости. Все, что она сказала о любви… Да, конечно, Хантер много для него сделал. Даже привез к себе домой с риском быть разоблаченным. Он позволил ему жить у себя, давал все, что Себастиан хотел. Правда, иногда его поступки любовью можно было назвать с большой натяжкой, но, может, Хантер не умел по-другому? Это все было так сложно, Себастиан застонал от разочарования и рухнул на кровать лицом вниз. Так хотелось, чтобы пришел кто-то и решил все проблемы, избавив его от возможности решать все самому.

* * *

Следующий день Себастиан решил провести в подготовке к репетиции. Что делать с Хантером, он так и не решил, зато учить роль было нужно, а это хоть как-то помогало отвлечься от проблем. Постепенно его злость начала проходить, но нельзя же оставить все, как было? Нельзя притворяться, что ничего не было, это неправильно. Да и Хантера ничему не научит. Сейчас он мог раскаиваться, но через какое-то время все могло повториться снова, никто не давал гарантии, отрицающие это.

Снова заперев дверь, Себастиан лежал на кровати или ходил по комнате, негромко проговаривая реплики своего героя, чтобы получше вжиться в роль и прочувствовать все эмоции. И как удачно, что он наткнулся на сцену, где его герой страдает. Она была как нельзя кстати и должна была получиться у него просто превосходно. Главное, чтобы ее и завтра позволили прогнать.

После обеда, который для Себастиана прошел в одиночестве (на этот раз он сам сходил за своей порцией и унес в комнату), в его дверь снова постучали. Себастиан только успел снова погрузиться в сценарий, как пришлось выныривать в печальную реальность. Отбросив бумаги, Себастиан подошел к двери и рывком открыл ее. Как он и ожидал, на пороге стоял Хантер. Вид у него был еще хуже, чем накануне, но Себастиан только обрадовался, что тот так себя изводит. Может, наконец-то научится вести себя лучше. Хотя, кто знает, что происходило между ними с Куинн после той ссоры.

— Чего тебе? — немного зло спросил Себастиан, все же отходя в сторону и пропуская Хантера внутрь.

— Я не могу так. Нам надо поговорить, — чуть ли не умоляюще попросил Хантер, и Себастиан сел на кровать, демонстративно поморщившись, чтобы еще больше устыдить Хантера.

— Нам не о чем разговаривать, ты все прекрасно сказал и в тот раз, — ледяным тоном произнес он, с не меньшей холодностью наблюдая за Хантером. — И не надо говорить мне, что я заслужил это, потому что… — зашипел было Себастиан, но Хантер прервал его.

— Нет, не заслужил. Никто этого не заслуживает, а ты тем более. Я просто… — Хантер опустился на кровать рядом с Себастианом, и тот поспешил отодвинуться. — Я как с ума сошел. Я так боялся, что ты можешь уйти от меня, что обезумел от ревности. Но ты ведь… Ты ведь не уйдешь теперь, так? — спросил Хантер с испугом и посмотрел на Себастиана округлившимися глазами.

— Я думал об этом. Но потом испугался, что ты найдешь меня и убьешь, — Себастиан усмехнулся. — Я просто не знаю, что теперь с нами будет. Хантер, как вообще можно говорить об отношениях, когда ты… — он не смог произнести «пугаешь до смерти», потому что, в глубине души в тот момент прозвенел колокольчик, от которого стало еще горше. Как бы Хантер ни поступил с ним, бросить его Себастиан бы не смог.

Неожиданно Хантер опустился на колени перед Себастианом и сжал его ладони в своих, глядя снизу вверх.

— Я клянусь, что этого больше не повторится. Я клянусь, что никогда не заставлю тебя усомниться в себе. Я… — он хотел продолжить, но его прервали.

— Это только слова, которые ничего не значат, — Себастиан фыркнул и отвернулся, хотя чувствовал приятное тепло.

— Я не хочу, чтобы ты уходил от меня, я ведь так…

— Так что? — холодно и твердо спросил Себастиан. Наверное, он немного переборщил, но из-за осознания того, что Хантер собирается сказать, растерялся и на мгновение перестал себя контролировать.

— Я люблю тебя, Себастиан, — мягко произнес Хантер, продолжая сидеть на месте и глядя на Себастиана, как преданный щенок. Да разве можно злиться на него, когда он так вот смотрит? И все же Себастиан знал, что можно. То, что наговорил Хантер до этого било гораздо больнее.

— Я тебе не верю, — Себастиан покачал головой. — Нельзя любить и так срываться, быть таким… козлом. Признай, что был не прав. Забери свои слова назад. Те слова.

— Я был. Я погорячился, я же сказал, я просто был ослеплен. Ты никуда не уйдешь, — пробормотал Хантер, кладя голову Себастиану на колени. Он тут же вздрогнул, но не сбросил ее.

— Ладно, я подумаю, прощать тебя или нет, — Себастиан пожал плечами. На самом деле, он уже все решил, правда, с испытательным сроком, но мучить Хантера было приятно. Будет знать, как причинять боль. — Но если ты сорвешься еще раз, — пригрозил он и усмехнулся. — Кстати, я думаю, теперь я имею полное право делать то, что мне вздумается. И ты не можешь мне этого запрещать, — торжество воцарилось на лице Себастиана, и он видел, какие противоречивые чувства борются на лице Хантера. Теперь все зависит от того, что он скажет.

— Хорошо, я согласен, — наконец с неохотой выдохнул он. — Только предупреждай меня, чтобы я не переживал, ладно? — спросил он, видимо, все еще не чувствуя облегчения.

— Я подумаю. Все же, я еще не простил тебя, так что… — Себастиан усмехнулся, но усмешка быстро превратилась в улыбку. — Я же не такой мудак, как ты.

— Да, спасибо, что напомнил, — фыркнул Хантер, заметно веселея на глазах. — Придешь сегодня на ужин? Или мне тебе его сюда принести? — он поднялся с пола и сунул руки в карманы.

— Да, принеси. Мне будет приятно, что ты обо мне заботишься. И это войдет в твое наказание, — Себастиан рассмеялся, заметив, как нахмурился Хантер. А вот спорить ему было лучше не начинать. Кивнув, Хантер потянулся, чтобы поцеловать Себастиана, но тот отвернулся, ухмыляясь. — Нет, пока этого тоже не получишь. Ты все еще наказан, забыл?

Выдохнув сквозь зубы, Хантер состроил страдальческое выражение на лице и вскоре вышел из комнаты, оставив Себастиана одного. Тот сразу упал спиной на кровать, правда улыбки на его лице как ни бывало. Он все еще сомневался, что поступил правильно, боялся, что его надежды не оправдаются. Но, быть может, Хантер и правда постарается исправиться ради него. Осталось только узнать у Куинн, были ли очередные нападки на нее в прошлом? Хотя Хантер ведь никогда ее не любил.

* * *

Прошло два дня с их разговора, а Себастиан так и не вынес окончательный вердикт. Он только веселился, наблюдая за тем, как Хантер выполняет за него мелкие поручения, которые саму Себастиану делать было или лень, или не хотелось. Он просто пытался проверить, так уж ли на все Хантер готов ради него. И, как оказалось, практически на все.

— До машины ты и сам дойти в состоянии, — фыркнул Хантер, когда Себастиан попросил его об этом утром во вторник. — Или тебя и до студии тоже на руках носить надо?

— Меня всегда на руках носить надо, если ты не знал, — вильнув задницей перед его носом, усмехнулся Себастиан. — Со мной вообще надо правильно обращаться, чтобы я никуда не пропал, — он быстро спустился по лестнице, вышел из дома, ни с кем не прощаясь, и вскоре сидел в машине, изучая свое отражение в зеркальце.

— Знаешь, инструкция к тебе не прилагалась, так что уж извиняй, — хмыкнул Хантер, забираясь в автомобиль на место водителя. — Самому придется рассказывать, что с тобой делать и как.

— Ну, пока ты справляешься довольно неплохо, стоит отметить. Продолжай в том же духе, и я, быть может, снизойду до поцелуев, — хитро ухмыльнулся Себастиан и откинулся на сиденье. Да, было немного непривычно — засыпать без Хантера, да и поцелуев его не хватало, но Себастиан умел сдерживаться, а после последнего раза ему и секса-то пока не хотелось. Так что вполне терпимо и жить можно. В отличие от Хантера и иногда его уж слишком жадных взглядов.

Попрощавшись возле студии, Себастиан назвал примерное время, во сколько они закончат, и ушел на репетицию. Стоило признать, работать над фильмом ему нравилось гораздо больше, чем над постановкой в театре. Живые декорации, много людей, профессиональный грим и костюмы, а главное — если повторение строчек и было, то не тошнотворно бесконечное.

Актеры быстро прониклись Себастианом, и хотя не всем он пришелся по душе, у него появилось достаточное количество приятелей. Эллиотт тоже не отставал от них, и как только Себастиан заходил на площадку, подносил ему кофе и какую-нибудь закуску. Это было приятно, но немного странно, ведь именно из-за него произошла самая крупная ссора с Хантером. Эллиотт, конечно же, ни о чем не знал, да и Себастиан ему рассказывать не собирался, но решить, как вести себя с ним теперь, не мог. А Эллиотт, словно чувствуя, что что-то не так, старался быть как можно лучше, чем совершенно сбивал Себастиана с толку. Прямо, как когда Себастиан разрывался между Блейном и Хантером. В тот раз Хантер выиграл. Оставалось надеяться, что и теперь победа будет за ним. По крайней мере, Себастиану этого очень хотелось.

— Видел последние новости? — спросил Эллиотт во время одного из перерывов. На недоуменный взгляд, он протянул Себастиану газету. На первой странице красовалась фотография Куинн и Рейчел, которые целовались за сценой в театре.

Себастиан тут же резко вырвал газету из рук Эллиотта и округлившимися глазами уставился на снимок. С его губ сорвался истерический смешок, который был вызван отнюдь не весельем. Ему было наплевать, что происходит между Куинн и Рейчел, но для Хантера это могло оказаться очень плохим стечением обстоятельств. Очень и очень отвратительным. Оставалось надеяться, что мистер Кларингтон эту газету не получает и останется в прекрасном неведении.

— Им стоило быть поаккуратнее, а то кто знает, во что это может вылиться, — цокнул языком Эллиотт.

— Я могу забрать газету себе? — спросил Себастиан, с трудом сглатывая, и Эллиотт кивнул. Лучше бы он вообще ничего не видел, а теперь ему придется рассказать обо всем Хантеру. И он не знал, как получше преподнести эту новость.

— Эй, все нормально? — обеспокоенно спросил Эллиотт, заметив, как Себастиан побледнел.

— Да, все хорошо, конечно, — Себастиан кивнул и сунул газету в сумку. Больше о ней они не разговаривали, хотя она продолжала напоминать о себе каждую секунду, словно пистолет, приставленный к затылку.

Если с Эллиоттом забыть о фотографии удавалось, хоть и с трудом, то как только Себастиан снова сел в машину к Хантеру в конце дня, то понял, что удержаться от разговора не удастся.

— Что с тобой, ты какой-то притихший? — спросил Хантер, когда они выехали с парковки. Себастиан смотрел в окно, стараясь не подавать виду, что что-то не так, но понял, что провалился. А еще хотел быть хорошим актером.

— Ну, со мной-то все нормально, — ответил Себастиан, машинально потянувшись к своей сумке. — А ты… давно получал новости от Куинн? — поинтересовался он.

— Да, с тех пор как она уехала, я ей не звонил, — Хантер нахмурился и пожал плечами. — Да и она мне тоже. Наверное, развлекается, — они остановились на светофоре, и Хантер перевел взгляд с дороги на Себастиана. — А что?

— А то, что она крайне неосторожна в выборе мест для развлечений, — практически на одном дыхании выпалил Себастиан и сунул номер Хантеру под нос. Несколько секунд он в молчании разглядывал снимок, пока не услышал, как стоящая за ними машина сигналит, чтобы они ехали вперед. Отбросив газету, Хантер надавил на газ, наверное, слишком сильно, так, что их тряхнуло.

— Об этом никто не должен знать, — пробормотал он, выравнивая скорость. — Никто, иначе мне конец. Я надеюсь, ты не проболтаешься? — он покосился на Себастиана, и тот кивнул. Ему и самому не очень хотелось подставлять Хантера. Да, он еще был обижен, но не настолько.

Хантер нервничал, и Себастиан чувствовал то же. И ему казалось, как только они вошли в дом, что родители Хантера уже обо всем знают. Но, быть может, это всего лишь паранойя? Поэтому Себастиан старался выкинуть подозрительные взгляды мистера Кларингтона из головы.

В этот раз ужинать он снова спустился вместе со всеми, делая вид, что все в порядке изо всех сил. Как обычно в столовой стояла тишина, Себастиан ковырял вилкой лазанью, когда мистер Кларингтон неожиданно обратился к нему.

— Как дела на съемках, Себастиан? — он отложил вилку в сторону и внимательно посмотрел на него. — Звонил Гарольд, сказал, что доволен вами. Правда, я не сразу понял, о ком он, я ведь думал, что у нас в доме живет другой человек.

Себастиан посмотрел на него с недоумением, немного не понимая, что тот имеет в виду.

— Мистер Смайт, — выдавил отец Хантера, и Себастиан готов был поклясться, как пол начал медленно уплывать из-под ног. — Неужели вы и правда думали, что я идиот? И не узнаю того мальчишку, который толкнул Хантера на скользкий путь. И выставили лгуньей мою жену! — крикнул он и стукнул по столу так, что все вздрогнули. Себастиан кинул быстрый взгляд на миссис Кларингтон: она выглядела испуганной.

— Я не понимаю, о чем вы, моя фамилия Ха…

— Не надо. Врать. Мне, — медленно, делая паузы между словами, произнес мистер Кларингтон. — Я допустил ошибку, впустив вас в свой дом. Позволил пользоваться нашим радушием, а вы… Не нужно держать меня за идиота. И здесь нет Куинн, которая поможет вам в этот раз, — он поднялся из-за стола, сверкая глазами. — Я хочу, чтобы через час вас обоих не было в этом доме.

Себастиану показалось, что он ослышался. Обоих? Кого, его и Хаммела? Или… Он с испугом посмотрел на Хантера, которого словно поразило молнией.

— Я-я не понимаю, — немного заикаясь, сказал Хантер. — Обоих? Пап, о чем ты…

— Не смей обращаться ко мне в такой манере, — огрызнулся мистер Кларингтон, и теперь Себастиан понял, о чем говорила мама Хантера. В этот момент отец и сын были чертовски и пугающе похожи. — Я думал, между нами состоялся тогда разговор, и я отучил тебя раз и навсегда. Но ты, видимо, никогда ничему не учишься. Значит, пора прибегнуть к другим мерам. Я не позволю тебе оставаться в моем доме ни секунды. И денег моих ты больше не получишь. Ты разочаровал меня, — произнес он твердо, и Себастиан буквально видел, как каждое слово ударяет по Хантеру, словно ножом.

— Себастиан, лучше уйди отсюда, тебе не стоит этого видеть, — прошептала миссис Кларингтон, и тут взгляд мужа перешел на нее.

— А ты все знала. Знала и ничего мне не говорила. Ну, с тобой я потом разберусь, — прорычал он, сжимая руки в кулаки.

Себастиан решил последовать чужому совету и быстро ретировался из столовой. Наблюдать чужую ссору ему не хотелось, мало приятного в этом было. Теперь он даже на Хантера злиться не мог. Словно тот получил за все, что сделал, да еще и с лихвой. А вот такой ненависти, как к его отцу, Себастиан еще ни к кому не испытывал.

Он спрятался в своей комнате, начал потихоньку собирать вещи, а крики снизу долетали до него так, словно они все трое стояли рядом. Слышался звон посуды, ругань, крики, а через полчаса все неожиданно стихло. Себастиан замер, пытаясь различить хотя бы что-то, как вдруг быстрые шаги привели его в чувство, дверь резко распахнулась, и на пороге показался встревоженный Хантер. На его щеке алел подозрительный след, а на губах выступили ярко-красные капельки.

— Надо уходить, если задержимся еще немного, он достанет ружье, — пробормотал он дрожащим голосом, и Себастиан, который заполнил один чемодан, начал быстро закидывать оставшиеся вещи во второй.

— И не смей брать мою машину, ублюдок, — кричал мистер Кларингтон, когда Себастиан с Хантером, гремя чемоданами, спускались по лестнице. — Тебя подменили в роддоме, ты не мой сын, и никогда им не был! Лучше бы Джим тогда выжил вместо тебя.

Это уже был перебор. Себастиан бросил вещи на землю и повернулся к мистеру Кларингтону, который с бешенством и каким-то мрачным торжеством смотрел на них. Себастиан медленно подошел к нему, сохраняя непроницаемое выражение лица, а затем врезал со всей силы в челюсть. Это далось с трудом, ведь, все же, мистер Кларингтон был немного крупнее него. И все же гораздо старше, что сыграло Себастиану на руку. Смачно плюнув в него, Себастиан, кулак которого стал дико болеть, ведь они никогда не дрался по-настоящему, навис над мистером Кларингтоном, который пошатнулся и упал, и выдавил, словно змея яд.

— Когда через много лет вам понадобится помощь и деньги, даже не приходите в наш дом. А если вдруг заявитесь, я выгоню вас самолично. Еще и на машине до границы штата догоню. Потому что такому выродку, как вы, место только среди таких же животных, — он хорошенько пнул отца Хантера с ноги. — И я буду очень счастлив сплясать на вашей могиле. Идем, — прорычал он, вернувшись к пораженному Хантеру, поднял свои вещи и решительно направился прочь от ненавистного ему теперь дома.

Глава 20

Таким подавленным и разбитым Себастиан не видел Хантера уже… да никогда. Еще ни разу ему не удавалось застать Хантера в настолько убитом состоянии. Если его безумно расстроила ссора с Себастианом, то фактически отказ от него его родным отцом… Видимо, это окончательно и бесповоротно его подкосило. И Себастиану было впору его жалеть. Нет, Себастиану и правда было его жаль, его-то родители никогда бы не дошли до такого безумия, вот только он не мог отделаться от чувства, что Вселенная-таки услышала его просьбы о том, чтобы насолить Хантеру, и сполна на нем отыгралась. И с какой-то стороны чувствовал в произошедшем свою вину.

— Ну, по крайней мере, теперь не нужно будет скрываться от него, — попытался отшутиться Себастиан, когда они вместе с Хантером остановились в одном из номеров мотеля неподалеку. Он был немного обшарпанный, и в нем странно пахло, в углу потолка что-то подозрительно зеленело, но в целом было терпимо. Оставалось надеяться, что в постели нет клопов.

Скинув на одну из стоящих в номере кроватей свои чемоданы, из-за чего в воздухе поднялось облачко пыли, Себастиан уселся на край и принялся наблюдать за Хантером. Тот молча поставил чемоданы на полу, не раздеваясь, лег на кровать и уставился в потолок.

— Может, я схожу в магазин? Тут, вроде, был за углом, я бы мог попытаться купить… — мысль пропала так же быстро, как и появилась. Хантер не реагировал на его слова, да и видимо не собирался. Он просто неподвижно лежал и смотрел на пожелтевшую от времени штукатурку.

— Да ладно тебе, с кем не бывает? Побесится и успокоится. Хант, — Себастиан сполз с кровати и приблизился к Хантеру, — не принимай все так близко к сердцу. Все будет хорошо, вот увидишь, — он поднес руку к лицу Хантера, но тот сразу же отвернулся, показывая, что не намерен вообще вступать в диалог. Цокнув языком, Себастиан вернулся на свою кровать и, раскрыв чемоданы, принялся разбирать вещи. — Ну и хандри, между прочим, это на пользу не идет. Мог бы заняться чем-то полезным вместо того, чтобы упиваться жалостью к… Ай! — Себастиан потер затылок, в который зарядили подушкой, и замолчал.

Он вспомнил, как и сам злился несколько дней назад, как ему было обидно и больно, а теперь Хантер оказался на его месте, и ему, быть может, даже больнее и обиднее. И Себастиан хочет, чтобы тот не унывал. Да, это же так просто, встать и радоваться жизни, когда у тебя и семьи-то больше нет. Решив оставить Хантера в покое хотя бы до утра, Себастиан разложил некоторые свои вещи в комод и вскоре уже лежал в холодной и немного сырой кровати. Было противно, и Себастиан миллион раз мысленно обругал мистера Кларингтона, но делать было нечего. Других вариантов не оставалось.

Хантер так и продолжал молчать, только иногда поскрипывая на своей кровати, и спустя около пятнадцати минут Себастиан не выдержал. Он тихо выбрался из постели и прокрался к Хантеру, забрался к нему на кровать и осторожно прижался, утыкаясь носом в широкую грудь. Практически сразу его обвили сильные руки, и что-то уперлось в макушку. Себастиан улыбнулся и сжал пальцами тонкую кофту на спине Хантера, прижимаясь ближе и увереннее. И хотя кровать Хантера ничем не отличалась от его собственной, зато места было меньше из-за того, что лежали на ней двое, Себастиан довольно быстро провалился в сон. Все же, как бы он ни ругал и не опасался Хантера, быть где-то, но не с ним, казалось совершенно невозможным.

* * *

Привычка просыпаться без будильника у Себастиана еще не выработалась до конца, поэтому не было ничего удивительного, что он проспал до позднего утра. Благо, на съемки он еще не опоздал, и когда проснулся, еще несколько минут не открывал глаза.

Хантера рядом не оказалось, и это немного беспокоило. Прислушавшись, Себастиан пытался различить звуки льющейся воды из ванной, но было тихо, только шелест листьев от ветра на улице. Себастиан приподнялся на локтях и оглядел комнату: чемоданы Хантера стояли возле комода, его собственная кровать была заправлена, но никаких изменений больше не наблюдалось. Может, Хантер решил пройтись, пока Себастиан спит, чтобы не мешать ему? Такое изменение радовало, хотя бы потому, что Хантер больше не лежал пластом и не хандрил.

Вскоре дверь в номер открылась, и появился Хантер собственной персоной. Он выглядел все еще крайне подавленно, но заметив, что Себастиан проснулся, попытался улыбнуться. В руке у него был бумажный пакет с чем-то очень объемным, и Хантер поспешил поставить его на тумбочку рядом с кроватью.

— Как спалось? — хрипловатым от долгого молчания голосом спросил он, присаживаясь в ногах Себастиана. — Я, наверно, всю кровать занял.

— Нет, все было хорошо, — Себастиан коротко улыбнулся и с некоторой опаской оглядел лицо Хантера. На скуле красовался большой синяк, губа была рассечена, да и сам он выглядел нездорово. — С тобой все нормально? — негромко поинтересовался Себастиан, усаживаясь и приближаясь к Хантеру. — Не больно? — он протянул руку к его лицу, но Хантер отстранился.

— Да, просто царапины, быстро пройдет, — Хантер отмахнулся и тут же легко поморщился. — Мне вчера досталось, но не смертельно.

Себастиан поджал губы, наблюдая за Хантером. Тот пытался делать вид, что все нормально, но ему не удавалось. Пустой взгляд и опущенные плечи — все говорило о том, насколько ему тяжело, как он ни пытался храбриться.

— И что теперь делать? — наконец спросил Себастиан, сжимая кисть Хантера пальцами. Хотелось как-то подбодрить его, сделать так, чтобы он повеселел хотя бы немного, но в голову лезли не самые удачные идеи, которые могли все только испортить. Например, напомнить Хантеру, что газета с фотографией Куинн и Рейчел до сих пор в машине его отца.

— Я не знаю. Для начала прийти в себя, а потом… Наверное, мне придется перенести бизнес сюда, — Хантер задумчиво поводил челюстью. — Денег у меня теперь нет, выкручиваться придется самому, — он вздохнул и посмотрел на Себастиана. — Я рад, что ты здесь, рад, что не ушел. Знаешь, я не хочу быть, как он. Не хочу даже отдаленно напоминать его, поэтому… Я постараюсь больше никогда не срываться. А если и буду злиться, то лей на меня воду из ведра, — Хантер усмехнулся, но как-то слишком горько. Себастиан подался вперед и оставил на его губах едва заметный поцелуй.

Ничего лить Себастиан, разумеется, не собирался. Он почему-то чувствовал, что раз Хантер сказал, что постарается, значит, так и будет. Может, ему просто хотелось верить в слова Хантера, Себастиан не знал. Но чувствовал, что поддержка ему нужна, без Себастиана Хантер совершенно сойдет на нет.

Улыбнувшись, Себастиан еще раз поцеловал Хантера, а затем резко убежал в ванную. Она была еще страшнее, чем комната, плесень тут проявлялась больше, но если не обращать внимания, вполне сносно. Вскоре Себастиан вернулся, все еще подрагивая от воспоминания о ржавом дне ванны, и к своему удовольствию обнаружил уже разложенный на тумбочке завтрак, состоящий из трех пирожков.

— Я не знаю, во сколько вернусь сегодня, но ты ведь будешь меня ждать? — спросил Себастиан, дожевывая второй пирожок. Он прижался к груди Хантера, а тот обнимал его, уткнувшись носом в волосы. Приятное тепло согревало и успокаивало, Себастиан даже на какое-то время забыл, что нужно идти куда-то, пока его взгляд не упал на часы. — У нас начались съемки на улице, так здорово.

— Рад за тебя, — выдохнул Хантер, и в его голосе слышалась искренность. Видимо, ссора и правда повлияла на него положительно. Стоило бы злиться на мистера Кларингтона, что Себастиан и делал, но все же какой его сын стал после этого шелковый! Хотя Себастиану и не хватало властного Хантера, который не давал и шагу ступить без себя.

— Не хочешь встретить меня и прогуляться? — Себастиан выпрямился и с интересом посмотрел на Хантера: тот поглядел на него все тем же потухшим взглядом.

— Пожалуй, я буду ждать тебя здесь. Не хочу попадаться на глаза Гарольду или… ему, — он поджал губы и отвернулся. Себастиан разочарованно цокнул языком и поднялся с кровати. Слишком уж мало времени прошло, чтобы он заставлял или принуждал Хантера, главное, чтобы тот не повесился к его возвращению.

— Жди меня, я постараюсь вернуться как можно скорее, — оставив новый и более продолжительный поцелуй на губах Хантера, Себастиан покинул номер.

Странно было ловить такси и называть адрес, видеть на месте водителя кого-то другого, чужого человека рядом в машине, не целоваться на прощание, а давать деньги. И идти к студии без осознания, что кто-то обязательно встретит и заберет. Кого не нужно просить.

И стоило войти в двери, как стало казаться, будто все знают о том, что случилось. Себастиан ловил взгляды коллег-актеров, в них читалось сочувствие, но Себастиан знал, что они не могли быть в курсе случившегося. Или, может, ему только кажется.

— Мистер Смайт, — позвал его зычный голос Дженкинса. Поборов легкую дрожь, Себастиан тут же направился к нему, не зная, что тот задумал. Не собирается же он отстранить его от роли в середине съемок. Это неправильно, так не должно быть. Конечно, снимается он еще недолго, но ведь это нечестно. Себастиан так долго стремился и шел, а теперь…

— Я бы хотел поговорить с вами о… О том, что произошло, — Дженкинс многозначительно взглянул на Себастиана, как только тот подошел. — Вчера.

— Разве вас вообще должно касаться, что?..

— Он мой племянник. И меня заботит его жизнь. В отличие от его отца, который уже, видимо, так не считает, — сухо произнес Дженкинс, и Себастиан неожиданно почувствовал большее расположение к этому человеку. Раньше он казался ему жестким и холодным, но видимо даже айсбергам не чужды чувства. — Где он сейчас?

— Мы в мотеле, — скрестив руки на груди, Себастиан с вызовом глянул на режиссера. — И собираемся оставаться там.

— Хелен нужно знать, где Хантер. Она его мать, в отличие от Питера, она все еще любит его, — Дженкинс вспылил. — А Хантер пропал, мы не знаем, куда он делся. Может, его папаша-идиот и думает, что решил этим свои проблемы, но он создал их другим людям, которым не все равно, — Дженкинс замолчал на несколько секунд, чтобы успокоиться, и продолжил. — У меня есть дом недалеко отсюда, Хантер может перебраться туда, если хочет. Скажи ему, что я помогу ему всем, чем смогу. Я не собираюсь отворачиваться от него за то, что он…

— Но ведь это ваша вина, — неожиданно прервал его Себастиан, вспомнив вчерашний разговор. — Это вы звонили Питеру и сказали, что у меня хорошо получается игра.

— Я сказал только то, что парень, которого нашел Хантер, хорошо играет. И что у него талант в подборе актеров. Ничего больше, — резко ответил Дженкинс, снова холодея. — И я не думаю, что вы в том положении, чтобы нападать на меня. Я предлагаю вам не жить с клопами и крысами, так что наберитесь уважения. Да, — он кивнул, заметив недоуменный взгляд Себастиана, — я более чем уверен, что Хантер решит взять вас с собой. А сейчас на площадку, нет времени для дальнейших разговоров.

И вмиг Дженкинс снова стал холодным и беспристрастным, критикующим и поправляющим всех и вся. Только в этот раз он обходил Себастиана чуть больше, чем раньше, и это не могло укрыться от глаз. Правда, Себастиан и не огорчился: ему самому до чертиков надоели едкие замечания режиссера.

Во время перерыва к Себастиану подошел Эллиотт, и он даже вздрогнул от неожиданности, ведь не видел Эллиотта почти весь день — их сцены практически не пересекались.

— Ты какой-то странный сегодня, — Эллиотт протянул Себастиану стакан с кофе. — Все в порядке?

— Да, в полном, — Себастиан взял стакан, но пить не стал. Он посмотрел на Эллиотта слегка удивленно, не понимая, в чем дело. Да, это по-прежнему был Эллиотт Гилберт, богатый и крайне везучий парень, очень красивый и милый, и в то же время… Себастиан смотрел на него и не чувствовал ровным счетом ничего. И это было так странно, ведь еще вчера Эллиотт был ему симпатичен, а теперь не отличался ото всех знакомых ему парней. Словно внутри Себастиана в раз выключили все чувства, и он больше не ощущал ничего, кроме безразличия. Такое с ним бывало очень и очень редко, практически никогда. И если раньше Себастиан стал бы разбираться, то теперь ему и вдруг стало совершенно все равно.

— А не выглядишь, — протянул Эллиотт, тут же хмурясь. Видимо, пауза и правда затянулась, Себастиан немного виновато улыбнулся и качнул головой.

— Нет, правда, все здорово. Просто устал вчера, — он сделал глоток кофе, но не рассчитал, что тот будет настолько горячий, и Себастиан резко выплюнул его обратно. Отлично, теперь он еще и нёбо обжег. Просто блеск, спасибо, Эллиотт. — Наверное, нам лучше вернуться на площадку, — хмуро заметил Себастиан, отставляя стаканчик, и, не глядя на Эллиотта, ушел к съемочной группе. День и так выдался не из веселых, теперь он понес еще и физические увечья. Что же будет дальше, страшно даже подумать.

И хотя съемки отвлекали и даже немного развлекали, потому что иногда промашки в репликах были слишком смешными, Себастиан не мог перестать думать о том, что его снова пытаются контролировать. Жить с Хантером, жить в Нью-Йорке было совсем не то, что жить в Лос-Анджелесе. Здесь повсюду были родственники Хантера, без которых Себастиан мог прекрасно обойтись. Его друзья и враги, которых он предпочел бы не видеть. Все те люди, которые могли хоть как-то влезть в их жизнь и испортить абсолютно все. Именно из-за них Хантер теперь сидел без денег и семьи во вшивом мотеле.

Себастиан вскинул голову и резко глянул на режиссера, пока тот был занят съемками актеров второго плана. Дженкинс пытался заманить Хантера к нему, чтобы тот мог снова оказаться под надзором родителей. Конечно, Себастиан не сомневался, что он делал это из глубоких отеческих чувств к племяннику, и Себастиан даже был с ним согласен, вот только… Ему не очень-то и хотелось, чтобы ситуация с отцом Хантера повторилась снова. Пока тот не знает, где его сын, он и не сможет причинить ему вреда. А значит, опасаться нечего. Что же насчет денег… Ну, их можно будет найти всегда.

Как только съемки были окончены, Себастиан, не став задерживаться ни секунды, быстро покинул студию, не обращая внимания на зовущих его по имени, и, поймав такси, рванул к мотелю.

Когда он вернулся в номер, Хантер читал какую-то книгу, а все вокруг выглядело так, будто он никуда не выходил целый день.

— Ты что, так тут все время и просидел? — вместо приветствия недоуменно спросил Себастиан. Он подошел к Хантеру и забрался на кровать, вырвал книгу из его пальцев и отбросил в сторону. — А есть?

— Я не голоден, — сиплым от долгого молчания голосом, отозвался Хантер. — Как день прошел?

— О, замечательно, я уже вошел во вкус всего этого, — промурлыкал Себастиан и легко поцеловал Хантера в губы. — И все благодаря тебе, ты лучший. Без тебя меня бы здесь не было.

Он не стал говорить, что без него Хантера бы здесь тоже не оказалось, чтобы не нагнетать обстановку. Хантер все еще выглядел крайне подавленным, и хотелось развеселить его.

— Может, все же сходим куда-нибудь? Перекусим. Только ты и я, идет? — спросил Себастиан и, положив обе руки Хантеру на щеки, снова поцеловал его в губы. — Никого лишнего, выберем место как можно уединеннее, — продолжал убеждать он, и, в конце концов, Хантер согласно кивнул. Издав победный клич, Себастиан утянул Хантера в поцелуй, на этот раз гораздо глубже, а затем подскочил с кровати и потащил Хантера за собой.

— Ты какой-то радостный, что-то случилось? — не смея сдержать улыбки, спросил Хантер, обуваясь. Покончив с завязыванием шнурков, он поймал Себастиана в свои объятия и притянул к себе. — Признавайся, что произошло?

— Ничего, — Себастиан пожал плечами, обнимая Хантера за шею. — Просто счастлив, что такой замечательный парень достался именно мне, — пропел он и утянул Хантера за собой на улицу. О том, что предложил ему Дженкинс, Себастиан так и не рассказал. Ведь теперь, как он считал, Хантер должен принадлежать только ему и отдавать его кому-то другому он не собирался.

Глава 21

Постепенно, хоть это и давалось ему с трудом, Хантер начал приходить в норму. Конечно, он до сих пор иногда сидел или лежал по несколько минут без движения, глядя в потолок или стену, а его взгляд стекленел, но со временем это стало происходить все реже и реже. Примерно через неделю он сам предложил прогуляться до студии, а потом встретил Себастиана в конце рабочего дня. Это не могло не радовать, хотя Хантер все еще был бледен и замыкался в себе.

Себастиан был рад, что Хантер оправляется от пережитого, что все налаживается. Он даже заставал его раз или два за телефоном: Хантер пытался дозвониться до своих коллег по бизнесу, который собирался строить. Чем именно он, правда, хотел заниматься, выяснить Себастиану не удавалось. На все вопросы Хантер отвечал довольно уклончиво и с улыбкой, а через пару минут утягивал Себастиана в очередной поцелуй. То ли это было такой страшной тайной, то ли Хантер боялся, что если он будет обо всем распространяться до того, как все получится, ничего не выгорит. И, в принципе, Себастиан не сильно требовал признаний, просто хотел утолить любопытство.

Жизнь снова стала делиться на Хантер и дом и работа и коллеги. Как и вначале своей актерской карьеры, Себастиан не зависел от Хантера и мог общаться, с кем пожелает, только, как и в прошлый раз, ему это было не особо интересно. Актеров второго плана он не знал по другим фильмам, да и перспективы в них не видел, так что углублять с ними общение не собирался. Дженкинса же он предпочитал избегать, потому что каждый день тот недвусмысленно пытался выпытать у него, что с Хантером и почему тот до сих пор не появился. Себастиан же начинал сразу придумывать тысячу оправданий, ни одно из которых правдой не было.

— Он обещал, что позвонит через пару дней, — в который раз за неделю произнес Себастиан, и казалось, что спасения уже нет, как появился, как и всегда вовремя, несменный Эллиотт.

— Бас, ты мне нужен! — воскликнул он и подошел к Себастиану, которого сверлил взглядом Дженкинс. — Нужно еще раз повторить сцену у фонтана. Пошли, — он молча извинился и оттащил Себастиана от режиссера. — Может, все же скажешь, в чем дело и что ему от тебя надо?

— Нет, — в который раз произнес Себастиан и скрестил руки на груди. — Давай, что там у тебя в сцене не так? — и тут поймав многозначительный взгляд Эллиотта, поджал губы. — Да, мог бы и сам догадаться.

— Я все же не понимаю, что я такого тебе сделал, что ты меня ненавидишь, — наконец произнес он, и Себастиан отвернул голову. Ему не хотелось разговоров по душам, особенно в разгар съемок, но, видимо, Эллиотт думал иначе. — Да, ты любишь Хантера, я понимаю, твоя неприязнь обоснована, но… я ведь тебе ничего не сделал.

— Это верно, — пожевав губу, отозвался Себастиан. — Зато я сделаю, если ты не прекратишь все эти разговоры, — фыркнул он и, еще раз пробежав глазами по сценарию, направился на площадку.

Себастиан старался, как мог, но все мысли занимали противоречия относительно его отношения к Эллиотту. Он был неплохой парень, ни разу не сделал ничего такого, за что его и правда можно было ненавидеть. Да, ему везло гораздо больше, чем остальным, только вот… Себастиан, ненавидящий всех и вся и завидующий всем подряд, когда они добивались успеха там, где он провалился, не чувствовал того же к Эллиотту. И он не понимал, почему. Но напоказ этого не выставлял, решив держаться особняком.

— Так, стоп, — в очередной раз за полчаса крикнул Дженкинс, и Себастиан, раздраженно выдохнув, потому что снова напутал слова, как и предыдущие десять раз, опустился на край фонтана. — Перерыв, а вам, мистер Смайт, я советую вызубрить текст, потому что следующий дубль будет последним.

Проводив его презрительным взглядом, Себастиан снова вернулся к тексту, ругая всех и вся, и принялся вполголоса повторять его.

— Ты просто перенервничал, — Эллиотт опустился рядом с ним, и теперь Себастиан чувствовал крайнюю степень раздражения.

— О, ты что, я спокоен, как тигр после охоты, — огрызнулся он, снова уставившись в текст. — Я просто не могу. Сосредоточиться. На этом. Чертовом…

— Кофе? — Эллиотт резко выставил вперед руку со стаканчиком.

— Только если там ликер, — Себастиан выхватил его и сделал глоток: к счастью, в этот раз кофе оказался нормальным.

— Сигареты тоже имеются, если что, — предложил Эллиотт, и Себастиан удивленно вскинул брови.

— Откуда ты узнал? — он даже не стал отнекиваться от своей пагубной привычки, с которой практически покончил после встречи с Хантером. Правда, не до конца, по паре сигарет в неделю он все же выкуривал. А иногда и того больше. Поймав многозначительный взгляд Эллиотта, Себастиан покачал головой.

— Сегодня, пожалуй, воздержусь.

— Ладно. Слушай, Хантер придет за тобой сегодня? — видимо, этот вопрос он хотел задать давно, Себастиан понял это по выражению его лица.

— Нет, сегодня я один, он сказал, у него опять дела. А что? — с вызовом поинтересовался он.

— Если ты не против, я хотел бы поговорить с тобой, — признался Эллиотт. — Заодно прогуляемся.

— Не думаю, что это хорошая идея. Да и разговаривать нам с тобой не о чем, — Себастиан резко поднялся с места и отошел в сторону.

— Это потому, что я сделал Хантера параноиком? — на этих словах Эллиотта Себастиан затормозил, а затем резко развернулся к нему. Он удивленно округлил глаза, а одна бровь поползла вверх, что выдавало замешательство и вместе с тем крайнюю заинтересованность.

— Ты это о чем? — спросил вкрадчиво Себастиан и медленно вернулся к Эллиотту. — Я не замечал за ним приступов паранойи.

— Ладно, я не совсем это имел в виду. Но он до ужаса ревнив, не так ли? — Эллиотт усмехнулся и поднялся, оказываясь вровень с Себастианом. — Пожалуй, этот разговор подождет до вечера, не так ли? — он улыбнулся и кивнул в сторону приближающегося Дженкинса. А Себастиан так и стоял несколько секунд в растерянности. О чем он, черт возьми, только что говорил? Неужели он и правда виноват во всех этих приступах безумной ревности и желании оградить объект любви от влияния со стороны? Или это все было фарсом, чтобы заинтересовать Себастиана? Он ненавидел, когда с ним так поступали. Ненавидел, но любопытство все равно брало верх.

Как только съемки подошли к концу, Себастиан поспешил к Эллиотту, который уже начал собираться.

— Ну, — выдохнул он, даже не дойдя до Эллиотта. — Что за дела с Хантером?

— Ты и правда хочешь знать? — Эллиотт улыбнулся и направился к выходу. Себастиан не отставал, на ходу натягивая легкую кофту: на улице вечером было прохладно. — Ты же и так знаешь, что Хантер меня ненавидит.

— Да, но… Почему? То есть он говорил, что ненавидит твой успех, но ничего конкретного, — Себастиан пожал плечами, притормаживая, и вскоре снова гнался за Эллиоттом. — Но причина есть, да?

— Да, имеется. Он ненавидит меня за то, что когда-то Куинн в меня влюбилась.

Эллиотт шел впереди и не увидел, как Себастиан остановился вновь. Его словно огрели лопатой по голове. Хантер до сих пор питает к нему лютую ненависть только потому, что Куинн когда-то выбрала не его. Почему все всегда должно было крутиться вокруг этой Куинн? Да кто она вообще такая? Блондинка с хорошеньким личиком. Палец о палец не ударяла, а получала все, что ей хотелось. И Себастиан понимал, почему юный Хантер приревновал, ведь тогда у него кроме Куинн никого не было. Но теперь-то у него был Себастиан, а у Куинн Рейчел, и это Рейчел должна изводиться от ревности. Разве что…

— Так Куинн любит мужчин? — ненавязчиво поинтересовался Себастиан, снова поравнявшись с Эллиоттом. Было заметно, что говорить об этом Эллиотту не хотелось, ему впору было обсуждать другие вещи, но это казалось Себастиану очень важным в данный момент. — Она же сейчас с Рейчел.

— Да, я и сам удивился, когда узнал о них с Берри. Куинн никогда особой страсти к своему полу не питала. Экспериментировала, это да. Но чтобы завязывать серьезные отношения… — Эллиотт задумчиво прикусил губу и сунул руки в карманы. — Правда, ни со мной, ни с Хантером у нее все равно ничего бы не вышло. У Хантера другой на уме, ну а я… Не в моей она команде, — он усмехнулся и посмотрел на Себастиана. И в этот момент он понял, какой являлась истинная причина разговора.

— Ты все еще любишь его? — спросил Эллиотт осторожно. — Даже после того, что случилось? Даже после…

— Я люблю его любым, — твердо и холодно произнес Себастиан. — А он любит меня. Каким бы он ни был, каких бы ошибок не совершил, я знаю, что он все равно меня любит. И я его тоже. Так что если ты решил поговорить о том, собираюсь я бросить его или нет, так вот, не собираюсь, — Себастиан выплюнул последнюю фразу и разъяренно направился вперед. Зря он вообще затеял весь разговор, мог просто пойти и поймать такси, сейчас бы сидел рядом с Хантером и ни о чем не думал. А теперь его голову заполняли сотни ненужных и мрачных мыслей, одна другой хуже.

— Слушай, извини, если я затронул больную тему, я… — Эллиотт пошел было за ним, но Себастиан остановил его на полдороги.

— Спокойной ночи, Эллиотт, — отозвался он с неприятием в голосе и быстро удалился.

Благо, дойти до мотеля оставалось не так уж и много, Себастиан преодолел расстояние за несколько минут, но стоило ему подойти к своей двери, как он почуял неладное. Остановившись, Себастиан прислушался и тут разобрал голос за дверью. Женский голос. Голос Куинн.

— А ты ведешь себя глупо! — говорила она на повышенных тонах

— Да черта с два глупо, у меня и выхода другого нет! — вторил ей Хантер, и Себастиан живо представил себе, как они стоят друг напротив друга и орут, что есть мочи, а рядом в полном беспорядке валяются вещи, которыми они швыряли друг в друга.

— Ты мог спросить у меня, я бы помогла.

— Я в твоей помощи вообще не нуждаюсь! За собой сначала проследи, а затем уже лезь к другим! Думаешь, я не знаю, что та фотография попала в газету нарочно? Чтобы ты сделала что-то без выгоды для себя? Но ты дура, настоящая дура.

— Дура, потому что все еще люблю тебя? — на этот раз голос Куинн сорвался на визг. — Потому что хочу быть рядом с тобой?

— Да ты даже не умеешь любить, Фабрей! — взревел Хантер, и Себастиан отскочил от двери, боясь, что она сейчас взорвется. — Ты умеешь только получать любовь от других, а когда находишь кого-то, кто тебе этого не дает, из кожи вон лезешь, только бы получить желаемое! Думаешь, я не понимаю, зачем здесь Рейчел? А, постой. Почему не Гилберт? Вы же так хорошо проводили время вместе, почему ты сразу к нему не побежала?

— Потому что я… — за дверью слышались всхлипы, от которых Себастиан изобразил рвотные позывы. — Потому что я люблю тебя, — театрально произнесла Куинн дрожащим голосом. — Ты знаешь, что я могу гораздо больше, чем твой Смайт. Я могу вытащить тебя из этой дыры, помочь помириться с родителями. Я могу сделать все как прежде и даже лучше. И ты знаешь, что я могу сделать тебя счастливее, если ты выберешь меня, а не его. А ты только…

— Пошла вон, — такого злого тона Себастиан у Хантера никогда не слышал. — Вон! — закричал он, и тут Себастиан сообразил, что пора бы убраться. Он быстро отскочил назад к лестнице, а через секунду дверь со стуком распахнулась. Сделав вид, что только что пришел, а не выжидал за дверью, Себастиан удивленно остановился в нескольких метрах, увидев вылетевшую из их номера Куинн, и помахал ей.

— Привет, ты что тут… — он не успел закончить, потому что Куинн гордо прошла мимо него, даже не поглядев в его сторону. Себастиан только заметил покрасневшее от гнева и слез лицо. Дойдя до номера, он, все еще оглядываясь, хмыкнул и закрыл за собой дверь. — Не знал, что она приехала.

Хантер сидел на кровати, глубоко дыша, и смотрел в пол. Заметив Себастиана, он вмиг стал гораздо спокойнее, а на лице появилось расслабленное выражение.

— Да, я позвонил ей несколько дней назад, и она сразу приехала. Лучше бы не приезжала. Ты все слышал? — спросил Хантер, заметно нервничая.

— Слышал что? — притворился непонимающим Себастиан и подошел к Хантеру. — Ох, я забыл купить нам ужин, — расстроенно заметил он и цокнул языком. — Так замотался на съемках. Представляешь, сегодня десять раз пришлось повторять одну и ту же сцену, потому что кое-кто забыл весь текст. Не называю имени, но оно начинается на Э, — Себастиан усмехнулся и сел рядом с Хантером, тут же обвивая его шею руками. — Выглядишь расстроенным. Если хочешь, я пойду и надаю Куинн подзатыльников. Потому что никому не позволено портить тебе настроение, — он улыбнулся и легко поцеловал Хантера в щеку.

Он знал, что Хантер ему не поверил. Невозможно было не слышать последних их криков. Но Хантер был благодарен за то, что Себастиан не стал раздувать из мухи слона. И Себастиан знал, что Хантер и сам в состоянии разобраться с Куинн и отправить ее восвояси, он уже большой мальчик. Потому что после того, что Куинн наговорила, долго терпеть Хантер ее не станет. Ну а ему останется только наслаждаться видом, как бедняжка в слезах и истерике покидает их с Хантером навсегда.

Глава 22

Себастиану казалось, что у него никогда не было таких удачных дней. Солнце светило ярче, даже тогда, когда было закрыто облаками, люди стали приветливее, атмосфера на площадке так и была пропитана радушием, а все сцены удавались Себастиану чуть ли не с первого дубля. И причиной тому было одно: Куинн ушла и больше не вернется.

— Ты словно заново родился, что с тобой происходит? — недоуменно спросил Эллиотт, когда третий день подряд Себастиан пришел на съемки с улыбкой до ушей. — Хантер сделал тебе предложение?

— Нет, но, наверное, это не за горами, — Себастиан был слишком счастлив, чтобы препираться и язвить, ему хотелось, чтобы все поддержали его в этом веселье. Он радостно поприветствовал всех актеров и поспешил к столу с едой.

— Так что с тобой все-таки? — видимо, счастье оказалось заразительно, потому что Эллиотт подошел к нему, тоже улыбаясь.

— Ах, Гилби, — Себастиан налил себе кофе и повернулся к Эллиотту. — Когда-нибудь и тебе так повезет, что вы будете только вдвоем друг у друга. А всякие девицы будут ревновать вас, как будто вы им изменяете, — он усмехнулся. — Думаю, близок тот день, когда и ты найдешь счастье, — пропел он и направился к съемочной группе, чтобы уточнить сегодняшние сцены. Эллиотт же проводил его задумчивым взглядом, ведь говорить Себастиану о том, что ревновать могут не только девицы, он посчитал не совсем подходящим в данный момент.

И хотя Себастиан был до бесстыдного счастливым, он не мог не заметить, что Хантер не до конца разделял его настроения. Конечно, он был рад, что Себастиан доволен, но Куинн все же была его давней подругой, и Хантеру тяжело далась их ссора. Сначала родители, теперь она. Себастиану впору было жалеть его, что он, в общем-то, и делал. Просто в глубине души считал, что Куинн не стоит того, чтобы из-за нее так убиваться.

— Да ладно тебе, все образуется, — сказал он как-то Хантеру, когда снова заметил у него потускневший взгляд. — Разве вы с ней уже не ссорились? Потом же снова начали общаться, — фыркнул он и уселся на кровати. Себастиан обнял Хантера со спины и уткнулся лбом в плечо, надеясь, что это его успокоит и развеселит.

— Тут другое, — хмуро отозвался Хантер. — Она тебя ненавидит, а раз так, то я не могу простить ее. Хочешь остаться моим другом, принимай тех, кого я люблю. Или уходи.

— Ну, она сделала свой выбор, — ухмыльнулся Себастиан, хотя вдруг начал подозревать, что на этом дело не закончится. Куинн была не из тех, как он понял, кто сдается просто так. Ей нужно было выждать время и обдумать новый план действий, чтобы снова нанести удар. Но он будет готов, чтобы отразить атаку, будет. И вот тогда…

— Не хочу больше говорить об этом, — Хантер мотнул головой и попытался улыбнуться. — Кстати, сегодня ведь моя очередь покупать ужин, так? — спросил он с веселыми нотками и взглянул на Себастиана. — Думаю, сегодня я настроен на итальянскую кухню, как смотришь на это? — Хантер легко поцеловал Себастиана в лоб и поднялся с кровати, принимаясь собираться.

Раскиданные по полу вещи создавали прекрасную картину страсти, которая царила в комнате около часа. Потом Хантер неожиданно зацепился за что-то в своей голове, и Себастиану пришлось делать вид, что так и надо. Он не мог начать возмущаться и бубнить под нос, что это ему стоит уделять внимание, а не блондинке-потаскушке, потому что знал, что это только сильнее заденет Хантера. Лучше вести себя так, будто ничего не случилось или тебе нет дела. А не проезжать по мозгам Хантера на катке.

— Думаю, итальянская сегодня будет идеальным вариантом, — согласился Себастиан и снова откинулся на подушки. С тех пор как они сдвинули кровати, лежать на них стало гораздо удобнее, а обниматься еще больше. Наверное, с того момента, как они уехали из Нью-Йорка, ему этого как раз не доставало: Хантера всегда рядом.

— Я скоро вернусь, — пообещал Хантер и вскоре скрылся за дверью.

Себастиан тут же уткнулся носом в подушку, которая еще сохранила запах одеколона Хантера, и закрыл глаза. Он обожал этот запах. Да, ему и сам по себе аромат нравился, но вместе с запахом Хантера становился идеальным. Он успокаивал и заставлял Себастиана забыть о проблемах, окружая его той защитой, которая даже ему была необходима.

Себастиан сжал пальцами наволочку и тихо простонал, сворачиваясь под одеялом и зарываясь в подушку сильнее. Казалось, что если он пролежит так подольше, то отсутствие Хантера не будет таким заметным. Не то чтобы Себастиан зависел от Хантера рядом с собой… Хотя нет, ему нужен был Хантер, как птице крылья. Это он понял совершенно точно.

Вдруг, будто услышав зов колокольчика, Себастиан открыл глаза. Он замер, прислушиваясь к тому, что творилось вокруг, но обнаруживал только тишину. И все же, что-то неожиданно напомнило о себе, что-то такое, что не должно было напоминать, что было под запретом. Приподнявшись на локтях, Себастиан повернул голову к тумбочке Хантера и уставился на ящик.

Он знал, что ему нужно. То, чего он хотел, лежало внизу, под книгой с рассказами, которые так нравились Хантеру. Маленькая черная записная книжка, в которой Хантер то и дело строчил, когда звонил своим бизнес-партнерам. И которую никогда не показывал Себастиану. И теперь, когда он ушел, и вернуться должен был не очень скоро, Себастиан наконец мог посмотреть, что за великую тайну скрывал от него Хантер.

Поколебавшись несколько минут, все же это было рискованно, Себастиан, внимательно вслушиваясь и то и дело поглядывая на дверь, открыл ящик и вытащил оттуда записную книжку. Сердце колотилось от адреналина, он боялся даже представить, что там могло быть написано. Или же, что могло его разочаровать и в то же время успокоить, совершенно ничего интересного.

Собравшись с духом, Себастиан все же открыл ее и первым делом обнаружил старые адреса и телефоны людей, с которыми Хантер, по всей видимости, общался в юности. Они были помечены разными словами и фразами, вроде «французский», «лакросс», «отдать учебник до понедельника» и все в таком духе. Не спеша отчаиваться, Себастиан принялся перелистывать страницы дальше, хотя и не находил в них ничего особенного. Когда же он добрался до середины, то начал ощущать, что тайн у Хантера по всей видимости нет. И бизнес его не заключается ни в чем страшном или преступном.

Со скучающим видом он перелистнул еще несколько страничек и снова увидел список имен и телефонов, вновь помеченных, на этот раз сокращениями и буквами.

«Дж. Роджерс — J.D.

А. Коннер — Hen.

М. Стиковски — W.H., B.H.

Джек Флинт (позвонить до четверга) спросить про J.W»

Все эти буквы, как и имена, ничего Себастиану не говорили. Конечно, имя Роджерса ему уже приходилось слышать, но вот остальные не вызывали никаких ассоциаций. Хмыкнув, Себастиан еще раз взглянул на имена и собрался было вернуть книжку назад, как вдруг в памяти всплыла бежевая этикетка, а на ней черный логотип Hennessy. Этот виски Хантер любил больше всего, он всегда стоял на камине в его кабинете в Нью-Йорке. Себастиан никогда не задумывался о том, где он его берет, ведь сухой закон до сих пор никто не отменял. Да, для Нью-Йорка правила были не писаны, как и для Лос-Анджелеса. Но если задуматься…

Снова уставившись в книжечку, Себастиан смотрел на написанное уже другими глазами. Это были не просто имена поставщиков. О последнем, Флинте, недавно писали газеты. Что именно он натворил, Себастиан не обратил внимания, но заголовок пестрел «Флинт снова взялся за старое». Если это, конечно, был тот Флинт.

И теперь получалось, что Хантер не говорил о своем бизнесе не потому, что боялся его сглазить, а потому, что Себастиан легко мог рассказать о нем ненужным людям. До полиции быстро долетали сведения о том, кто незаконно распространяет алкоголь по стране.

— Хант, как же ты туда вляпался… — прошептал Себастиан, все еще не веря своим глазам. Хантер ведь был умный и хороший, он не мог связаться с мафией, просто не мог! Теперь истерика Куинн не казалось такой уж бредовой. Себастиан и сам бы закатил не меньший скандал, если бы знал, что Хантер вполне может угодить в тюрьму.

Сунув книжку назад и с силой задвинув ящик, так, что он хлопнул, Себастиан снова упал на кровать и зажмурился. Лучше бы это все было шуткой, и все то, что он увидел, оказалось чем-то другим. Чем-то настолько скучным и неопасным, что Себастиан даже и не догадался бы. Но факты, к сожалению, говорили против себя. Вновь уткнувшись в подушку, Себастиан ощутил волну ужаса, которая пробежала по телу, как только он вдохнул знакомый и такой родной запах Хантера. Если что-то, хотя бы малейшая деталь пойдет не так, эта наволочка останется единственным напоминанием о том, что Хантер когда-то был рядом и мог оградить его от всех проблем… которые для себя и же и создал.

Когда Хантер вернулся с большой коробкой пиццы, Себастиан изо всех сил старался вести себя, как обычно. Он шутил и улыбался, не давал Хантеру и повода снова вспомнить о недавней ссоре, хотя внутри все просто кричало от ужаса, что это, быть может, последний раз, когда они вместе едят пиццу и не думают ни о чем плохом.

⭐️⭐️⭐

Неделю Себастиан боролся с сомнениями и страхами. Пару раз он просыпался от кошмаров, где Хантера приговаривают к пожизненному сроку, а потом Эллиотт сносит ему голову прямо в зале суда. Иногда Себастиану казалось, что он просыпается от собственного крика, но открыв глаза, обнаруживал, что Хантер по-прежнему спит, и его ничего не разбудило.

Эта пытка сводила с ума, он даже завел привычку проверять записи, пока Хантер отлучался. К его облегчению, новых записей не появлялось, а значит, на время Хантер забыл о своей затее или делал вид, что забыл. Так или иначе, это слегка уменьшало панику, которую скрывать было все сложнее и сложнее.

Однажды, когда Себастиан вернулся после очередного дня съемок, вымотанный и уставший, он застал Хантера, сидящего на кровати и серьезно смотрящим на дверь. Нахмурившись и почуяв неладное, Себастиан подошел к нему.

— Что-то случилось? — осторожно спросил он, не решаясь сесть рядом.

— Надо поговорить, — голос Хантера был тверд и немного холоден, отчего спина Себастиана тут же покрылась мурашками. Он узнал? Себастиан плохо закрыл ящик в прошлый раз? Или загнул листы? А может, положил ее не в то место? Вот кретин, он перевернул ее не той стороной. Ну что за идиот.

— И о чем же? — стараясь сохранять невозмутимость, спросил Себастиан, по-прежнему стоя напротив Хантера. Теперь сесть ему мешали отказавшие в миг ноги.

— Как ты знаешь, я уже давно пытаюсь начать зарабатывать деньги, — начал Хантер, и сердце Себастиана оборвалось: ну, вот и все. Теперь Хантер оторвет ему голову за шпионаж, а может, выгонит, и Себастиан никак не сможет ему помочь. — Но дела не очень складываются, потому что я… скажем так, не могу проверить качество товара, — пространно объяснил Хантер, и Себастиан нахмурился. Он не совсем понимал, к чему тот ведет, но явно ни к чему хорошему.

— Так вот, я знаю, что бизнес пока не начат, и говорить о больших деньгах еще рано, но… Мне нужно будет уехать. Ненадолго, всего на несколько дней, — заметив расширившиеся глаза Себастиана, успокоил его Хантер. — Я не стану сильно задерживаться в Чикаго, буквально туда и обратно. Просто так вышло, что основная база будет там, поэтому мне придется время от времени ездить туда. Но это не страшно, я буду делать это не очень часто, — он улыбнулся и взял руку Себастиана в свои.

— А я смогу ездить с тобой в Чикаго? Знаешь, я ведь никогда там не был, — Себастиан все же проделал усилия и сел на кровать, а Хантер нахмурился.

— Я думаю, не будет ничего плохого в том, если ты съездишь со мной, — ответил он. — Но не в этот раз, давай, когда все уже будет готово. Я обязательно свожу тебя с собой. Договорились? — улыбка снова появилась на его лице, и Хантер поцеловал Себастиана в губы.

— Так, а чем конкретно ты собираешься заниматься? — Себастиану казалось, что он задал этот вопрос уже миллион раз, но, может, Хантер ответит хотя бы в миллион первый?

— Ты скоро сам обо всем узнаешь, — Хантер загадочно усмехнулся и погладил Себастиана по запястью большим пальцем. — Я так голоден, ты не представляешь! — бодро воскликнул он и резко выпрямился. — Может, прогуляемся сегодня после ужина? У меня чертовски хорошее настроение, я горы свернуть готов, — он радостно рассмеялся, а Себастиан выдавил лишь некоторое подобие улыбки.

Он и так уже знал, чем Хантер собирается заниматься, и совершенно не разделял его воодушевления. И боялся, как бы официально он не прочел о его бизнесе в колонке газеты, освещающей криминальную хронику.

Глава 23

Дни без Хантера оказались самыми отвратительными в жизни Себастиана. Да, он обещал вернуться через пару дней, и не было причин не верить ему, но тоска и паника не давали покоя ни секунды. Что с ним? Где он? Кто те люди? Прошло ли все хорошо, или он теперь в тюрьме и не может дозвониться? И почему не оставил контакты, чтобы с ним можно было связаться? Эти и многие другие горестные мысли крутились в голове Себастиана с утра до вечера.

— Что с тобой? Ты какой-то странный в последнее время. Это потому что Хантеру пришлось уехать? Неужели ты так серьезно это воспринимаешь? — спросил его как-то Эллиотт, когда Себастиан в перерывах между съемками снова погружался в себя. Играл он по-прежнему хорошо, стараясь не выдавать того, что было на душе, но как только камера от него отъезжала, снова становился мрачнее тучи.

— А ты часто расставался с кем-то, кто тебе дорог? — зло процедил Себастиан и поспешил уйти, чтобы лишний раз не провоцировать себя. Он знал, что если его довести, то он сможет выложить все, о чем думает, даже совершенно незнакомому человеку, и после этого велика вероятность глубоко пожалеть.

— Ладно, прости. Кстати, у меня есть новости, — Эллиотт пошел за ним и чуть не врезался в остановившегося Себастиана. Тот резко развернулся и испуганно посмотрел на Эллиотта, в памяти прокручивая, была ли при нем газета сегодня и что на ней было написано.

— Я тут недавно встретил Куинн и практически каждый день с ней вижусь, — приятная волна облегчения прошла по телу, но расслабляться было рано. — Она предложила поехать в Чикаго. Там будет Рейчел, она скучает. Да и ты… можешь встретить Хантера. Тебе ведь тоже грустно без него, — предложил Эллиотт, и Себастиан подозрительно на него покосился. Он готов был отдать все свои деньги, что это идея Куинн, а Эллиотт просто поддержал.

— Но мы снимаемся, нельзя отложить это, — Себастиан скрестил руки на груди и фыркнул. — Да Дженкинс оторвет нам головы, если мы сбежим.

— С ним всегда можно договориться, он ведь тоже человек. К тому же в фильме полно сцен, где мы не нужны, — начал апеллировать Эллиотт, но Себастиан все равно не считал это хорошей идеей. Да, встретить Хантера, увидеть радость на его лице, все это звучало заманчиво, и все же Себастиан не мог не ощутить подвоха. И он там был, он был в этом уверен наверняка.

— Но если ты не хочешь… — протянул Эллиотт, и Себастиан напрягся, потому что такая прекрасная возможность уходила из-под носа.

— Ладно, так и быть. Но при условии, что я точно встречусь с Хантером. И мне не придется сгорать со стыда или от ненависти к себе, — произнес он. На лице Эллиотта тут же появилась расслабленная улыбка, и вскоре он что-то объяснял Дженкинсу, а тот кивал без особого энтузиазма. А Себастиан, наблюдая за ними, ощущал, что вляпался, да еще и по самые уши.

* * *

В отличие от поездки в Лос-Анджелес, дорога до Чикаго прошла отвратительно. И не потому, что Куинн как-то доводила его, нет, она была мила и приветлива. Но лучше бы она снова, как и раньше, презрительно смотрела на него и отпускала едкие замечания. Ломать голову над тем, что она что-то замышляет, было хуже и портило все. Наверное, Себастиан просто слишком много думал, и двойного дна нигде не было, но та ненависть, с которой в прошлый раз отзывалась о нем Куинн, не прошла мимо, и Себастиан ей не верил. Как и раньше, собственно говоря.

Попытки приободрить его Эллиоттом были встречены полнейшим отторжением, и в конце концов Себастиан просто спрятался в купе, потому что не хотел видеть ни одну, ни второго. Он чувствовал, что Куинн неспроста постоянно оставляла их вместе, и Себастиан противился этому, как мог. Ее план был смехотворен, но настойчивость пугала, поэтому Себастиан решил не рисковать лишний раз и не позволять дотронуться до себя или услышать что-то приятное. Хантер привил ему любовь к моногамии, и Себастиан предпочел бы, чтобы так оно все и оставалось.

Когда троица вышла на вокзале Юнион Стейшн, Себастиан тут же принялся оглядываться в поисках знакомого лица, но его поблизости не было. Да и спустя несколько минут он не появился.

— А Хантер знает, что мы здесь? — спросил он, стараясь скрыть тревогу.

— Нет, но я знаю, где он работает, мы можем прийти к нему. И тогда, я думаю, он будет рад, — Куинн улыбнулась, и ее лицо вмиг просветлело, когда она увидела приближающуюся к ним Рейчел. Они крепко обняли друг друга, но целоваться не спешили, видимо, помнили об инциденте в театре.

Себастиан ждал, когда ураган Рейчел настигнет и его, но вдруг зацепился взглядом за парня, который стоял рядом и внимательно за ними наблюдал. Он был привлекательный и стильный, на такого Себастиан точно обратил бы внимание. Только выглядел он уж слишком хорошо, как манекен, а это, в его случае, немного отталкивало.

Но разглядеть его получше Себастиан не успел, потому что через секунду вокруг его плеч и шеи обвились руки Рейчел, а сама она тут же расцеловала обе его щеки.

— Я так скучала по тебе, Ба-астиан, — пропела она, когда наконец отстранилась. — Тебя очень не хватает на сцене. Курт там, конечно, блистает, но… Ты был бы просто звездой, — она улыбнулась и коротко обняла Эллиотта.

Заметив заинтересованный и немного подозрительный взгляд Себастиана, Рейчел словно опомнилась и подвела к нему незнакомого парня.

— Это Броди, — представила его Рейчел. — Он мой… Ну…

— Бывший? — спросил Себастиан, пожав протянутую ладонь Броди. Тот улыбнулся уголками губ и осмотрел стоящую перед ним компанию.

— Я так понимаю, это все, кто должен быть? — получив кивок, он сделал полшага назад. — Тогда не будем терять время, мы ведь не на вокзале постоять приехали, — и он тут же направился к выходу с платформ.

Себастиан шел последним позади всех, но казалось, вмиг все начали его игнорировать. Никто не отвечал на его вопросы, что, собственно, происходит, никто вообще с ним не говорил, даже Эллиотт, которого вовлек в разговор новенький Уэстон, оставив при этом Себастиана в полном одиночестве. И хотя Себастиан надеялся, что это все ему лишь кажется, он понимал, что здесь явно что-то не так. И Хантера сегодня он увидит вряд ли. Если вообще увидит, а ведь только ради этого он и согласился приехать.

Не успели они разместиться в отеле, где Себастиан взял себе один из самых дешевых номеров из-за отсутствия больших денег, как вновь появился Броди. Небольшой отдых бы не помешал, ведь дорога была длинной, но только не для него. Себастиану не дали шанса сказать ни да, ни нет, даже возмутиться, а его уже тащили в один из самых известных подпольных баров. Решив, что там, наверное, и будет Хантер, ведь не просто так его туда повели, Себастиан послушно пошел на поводу у толпы, хотя в другой раз мог бы и отказаться, ведь он редко позволял кому-то руководить собой. Иногда он ловил себя на мысли, что ради Хантера может совершить любую глупость, на которую раньше был не способен.

— Так и зачем мы здесь? — холодно поинтересовался он у Броди, который и привел их в это место. Довольно уютное, стоило заметить, но все насквозь провонявшее сигаретным дымом. Если бы Себастиан не курил, он бы задохнулся, но запах был ему приятен.

— Ну, а как, по-твоему, зачем ходят в бары? — усмехнулся Броди и направился вглубь зала к одному из свободных столов, окруженных тонкими деревянными перегородками между диванами. Садиться он, правда, за стол не стал, только убедился, что разместились все остальные, и скрылся в направлении бара. Чувство подвоха у Себастиана становилось все сильнее, но он старался держать себя в руках и не паниковать раньше времени.

— Кажется, кто-то здесь говорил, что мы ради еще одного человека приехали, — он покосился в сторону Куинн, даже не пытаясь сохранить теплоту в голосе. — Но что-то я его в упор не вижу.

— Он будет, но позже. Он ведь работает, — Куинн пожала плечами и потянулась за сигаретами. — Расслабься, мы же в баре. Выпей, потанцуй, — она махнула рукой в сторону сцены и танцевальной зоны перед ней. — Ты ведь не один, пригласи кого-нибудь, — она улыбнулась, а Себастиан наклонился к ней ближе и сильно сжал локоть.

— Твои попытки свести меня с Эллиоттом, чтобы отвернуть Хантера от меня, смехотворны. Я никогда ему не изменю и не собираюсь, — прорычал он ей на ухо, с удовольствием замечая, как Куинн напряглась. — И мы бы прекрасно разобрались без тебя. Что? Мечтаешь завести с ним ребеночка, когда от меня избавишься? Думаешь, он только этого и ждет? Да, тот разговор подслушать не смог только реально глухой, — Себастиан резко отпустил ее руку, на которой уже краснели следы его пальцев, и откинулся на диван.

— Это тебя не касается, — ледяным тоном отозвалась Куинн, и Себастиан фыркнул. Как же, не касается, она ведь говорит о его парне.

Наконец вернулся Броди и поставил перед ними пять Лонг-Айлендов. Как только Себастиан сделал небольшой глоток, то понял, что такого вкусного коктейля он еще не пробовал. Да, стоило отдать Броди должное, его идея прийти сюда была и правда хороша. Хотя бы из-за этого коктейля.

— Ладно, допустим, здесь и не так уж плохо, — в итоге согласился Себастиан, хотя на душе до сих пор скребли кошки. — Но все же. Я хочу, нет, я требую, чтобы ты, Фабрей, наконец сказала мне, где…

— Напитки за мой счет! — громко произнес Броди, и вопрос Себастиана потонул в общем ликовании. Взглянув на веселившихся приятелей, которых, в принципе, даже ими назвать было сложно, Себастиан понял, что его голос так и не будет услышан, и, по всей видимости, иного выхода у него не останется. Он слишком долго переживал и нервничал, надо хоть когда-то расслабляться.

После второго, а может, и третьего, Себастиан перестал ненавидеть весь мир. Когда он напивался, настроение его поднималось, и казалось, что он может горы свернуть, вдохновение било через край. А главное, он не мог перестать просто безостановочно рассказывать совершенно незнакомым людям все, что было у него на уме.

— И тогда я понял, что не могу… не могу позволить ему отнять у меня Хантера, — слегка заплетающимся языком твердил он сидевшему напротив Броди. — Это ведь получилось бы, что мы снова под контролем, снова не одни. В Нью-Йорке было лучшее время, что мы провели вместе, лучшее, — он медленно повторил последнее слово и подпер голову рукой, опираясь о стол. — Почему нельзя вернуть все, как было?

— А как же деньги? Его дядя ведь предлагал вам деньги, так почему ты не сказал ему об этом? — недоумевал Броди. Наверное, его не интересовало в этой истории ничего, кроме финансовой части, и Себастиан задумался. А ведь и правда, он мог сказать Хантеру, что дядя предлагал помощь, материальную. Но тогда тот снова бы завел песню про дом, а это не входило в планы Себастиана.

— Нет, мы и без денег прекрасно справляемся, — отмахнулся он и снова откинулся на спинку дивана. Принявшись оглядываться вокруг, Себастиан заметил Куинн, которая сидела не так далеко и болтала с Рейчел. И как-то уж слишком сильно повернулась в их сторону. Или это все ему только казалось?

— Ты ведь раньше встречался с Рейчел? — спросил Себастиан у Броди, и тот рассеянно кивнул. — Почему вы расстались?

— Ну, она была не в восторге от моей профессии и образа жизни и… Но мы стали друзьями, как видишь, — было заметно, что эта тема у Броди восторга не вызывает, да и Себастиану, если уж совсем начистоту, было наплевать, но подобраться к теме Куинн ему хотелось.

Он уже приготовился задать очередной вопрос, когда в зале неожиданно повисла тишина. Даже музыка стихла, хотя с их появления играла без остановки. Приподнявшись, Себастиан заметил двух полицейских и как многие в баре прячут свои стаканы. Бармен за стойкой засуетился и тут же принялся предлагать полицейским кофе. Но те лишь отмахнулись и начали расхаживать вдоль столов.

— Убери, Смайт, — почти не разжимая губ, велел Броди, глядя то на полицейских, то на стакан перед Себастианом. — Убери, иначе они тебя заметут.

— Да они мне ничего не сделают, — отмахнулся Себастиан, но стакан все же убрал. Наверное, он возмущался чересчур громко, потому что полицейские сразу подошли к ним.

— Я смотрю, вы хорошо развлекаетесь здесь, — произнес один из них, тот, что был помоложе. — Даже ничего не заказали.

— Мы уже все съели и выпили, теперь беседуем, — Броди кивнул в сторону Эллиотта и Себастиана, сохраняя при этом совершенную трезвость, будто это не он выпил только что пару коктейлей. — Здесь очень вкусный кофе, офицеры, вы просто обязаны попробовать, — он мило улыбнулся, и полицейские, подозрительно оглядев парней, направились к выходу.

— Ха, и они поверили? — усмехнулся Себастиан с каким-то визгом, и тут почувствовал, как на его плечо опустилась чья-то рука.

— Не настолько, как вы могли подумать, — молодой полицейский гаденько улыбнулся и дернул Себастиана, заставляя подняться. — Зато тебе придется поверить, что сегодняшнюю ночь ты точно проведешь в тюрьме.

Он кивнул напарнику, чтобы тот проверил остальных, а сам повел Себастиана к машине. Попытки вырваться плодов не принесли, только больше усилили хватку, и вскоре Себастиан уже сидел на заднем сиденье, все еще не до конца понимая, куда же он умудрился вляпаться.

Глава 24

Себастиан вышел из-за решетки одним из последних. Эти несколько часов в одной камере вместе с Эллиоттом и Броди были просто пыткой, потому что он не знал, выберется ли он вообще, а если нет, то что потом с ним будет. Но неизвестно откуда появился Хантер с каким-то незнакомцем, которые, после некоторого разговора с полицией, включавшего в себя денежные махинации, помогли всей компании обрести свободу.

Страшно было даже представить, что подумал Хантер, когда увидел Себастиана в окружении его знакомых, но явно ничего хорошего. Поймав его взгляд, Себастиан понял, что его ждет серьезный разговор, без которого вполне можно было обойтись.

В молчании они вдвоем сели в машину, в такой же тишине ехали до отеля, где остановился Хантер, и, не проронив ни слова, вошли к нему в номер. И только когда дверь закрылась, Хантера словно прорвало.

— О чем ты вообще думал, когда решил связаться с Куинн? С Уэстоном? Ты хоть понимаешь, что я не просто так пытался тебя оградить от него все это время? — кричал он, а Себастиан вздрагивал каждый раз, чувствуя себя маленьким ребенком, которого отчитывает испуганный и злой родитель. — Рейчел уже как-то раз поймали в одном из таких мест, дело, к счастью, удалось замять. И все из-за него, из-за этого придурка! — Хантер указал на дверь, а после рухнул в кресло. — А если бы я не узнал? Ты хоть представляешь, каково мне было услышать, что тебя поймали? — он говорил уже значительно спокойнее, закрыв лицо руками. — А еще этот Гилберт… — лицо Хантера исказила гримаса отвращения. — Почему он всегда должен быть рядом с тобой?

— Со мной ничего бы не произошло. И с Эллиоттом меня ничего не связывает, ты же знаешь, — пожал плечами Себастиан и пошел на поиски алкоголя, который точно должен был быть у Хантера. Но не успел он открыть дверцу в тумбочке, как Хантер шлепнул его по руке.

— Уж я на это надеюсь, — холодно произнес он, и Себастиан отошел в сторону. — Ты уже достаточно выпил сегодня.

— Да ладно, с кем не бывает, — он присел на кровать и сложил руки на коленях. — Я не один здесь закон нарушаю, — он взглянул на Хантера и вдруг понял, что говорить этого не следовало.

— Ты знаешь, почему я делаю это, — прорычал Хантер, вцепляясь пальцами в подлокотники. — Знаешь, что я хочу нам только лучшего, а не жить в этом чертовом мотеле. И кстати, — он снова заговорил на повышенных тонах, — когда ты собирался сказать мне о Гарольде? — Хантер вскинул брови и посмотрел на Себастиана в упор.

По телу прошла дрожь, и Себастиан понял, что почти не видит путей к отступлению. Разве что прикинуться, что не знал ни о чем и не понимает, о чем говорит Хантер. Решив, что этот вариант не так уж плох, Себастиан удивленно посмотрел на Хантера и слегка нахмурился от недоумения.

— В смысле, о Гарольде? — он старался скрыть легкую дрожь в голосе. — Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду.

— Не притворяйся дураком, я знаю, что он предлагал помощь, — Хантер зло смотрел на Себастиана. — Он спросил меня, почему я так к нему и не пришел, когда я однажды встречал тебя после съемок. И знаешь, странная вещь, он говорил, что сообщил тебе об этом, а ты сказал, что я обязательно позвоню. Как бы это можно было объяснить, если ты ни о чем не знал?

— Может, он врет, — предположил Себастиан, хотя чувствовал, что сам себе же роет могилу. Значит, все это время Хантер знал о доме и о деньгах, которые мог иметь. И проверял Себастиана на честность. Где Себастиан так удачно провалился в который раз. — Ладно, прости, я просто не хотел, чтобы повторилась история с твоим отцом, я не хотел никому тебя отдавать, я…

— Значит, не хотел? — Хантер подался вперед. — А сказать мне об этом, язык бы отсох? Мы ведь могли обсудить все, договориться, я бы пошел тебе на уступки, я всегда так делал! — закричал Хантер, чуть ли не подскакивая в кресле, но осадил себя и продолжил более спокойным тоном. — Когда я просил тебя не общаться с людьми, которые мне не нравятся, ты не слушал. Я ведь пытался оградить тебя от опасности, а не потому, что я такой жесткий ревнивец, — в голосе Хантера слышалось отчаяние. — Но после ты показал мне, что тебе моя защита не нужна, и я смирился. Решил, что ты и сам поймешь, как нужно поступать, но ты не понимал. И делал то, что тебе хочется, будто мне назло. А теперь ты ставишь меня в ту же ситуацию с ограничением, что и я тебя когда-то. Хотя, знаешь, это честно, — он покачал головой. — Наверное, иметь что-то хорошее это не для меня. Я ведь и так много плохого тебе сделал. Не думаю, что что-то у нас получится.

Себастиан словно прирос к месту после слов Хантера. Нет, он ведь не имел этого в виду. Он не хочет рвать с ним, не собирается, так ведь? Это всего лишь одна ошибка, она ничего не изменит, они смогут с этим справиться. В прошлый раз ведь справились.

— Ты не можешь так просто все закончить! — воскликнул Себастиан от отчаяния и опустился на пол перед креслом. — Я люблю тебя, ты не можешь меня бросить. Не можешь, Хантер!

— Любить — значит доверять и заботиться друг о друге. Значит, быть честными. Просто скажи, Смайт, — Хантер выпрямился и внимательно взглянул на Себастиана, — ты доверяешь мне?

Впервые за время разговора Себастиан задумался. Он никогда не ловил себя на этой мысли, но если уж быть предельно честным, то нет. Он не доверял. Если бы он и правда доверял Хантеру, он бы на ненависть к Куинн даже время не тратил. А теперь выходило, что он был ничем не лучше Хантера. Даже хуже. Намного хуже, потому что их отношения начались с его вранья. И на нем же и закончатся.

Видимо, его молчание затянулось, потому что Хантер кивнул и откинулся в кресле.

— Я все понял, — он тяжело вздохнул. — Не думал, что скажу такое, но я никогда не был так разочарован в себе. Я ведь считал, что у нас и правда может что-то получиться.

— Нет, у нас получится. Получится, Хантер, еще как, — Себастиан перелез на подлокотник, но Хантер отстранился. Он даже не смотрел на него, только перед собой. — Я постараюсь все исправить, и у нас получится, мы…

— И сколько попыток я должен тебе дать? Десять? Двадцать? Ты все равно будешь продолжать делать то, что тебе хочется, наперекор мне. Я люблю тебя, Себастиан, но мы слишком разные, чтобы быть вместе. Наверное, тебе тогда стоило выбрать Блейна, а не меня, — Хантер выбрался из кресла и залез в тумбочку, где спрятал виски. Не став удосуживаться найти бокалы, он сделал несколько глотков прямо из горла, а затем поставил бутылку на место. — Я не собираюсь больше давать тебе шансов. Не собираюсь терпеть твои выходки, какими бы благими, по твоему мнению, не были намерения. Ты не делаешь что-то для других, ты делаешь только для себя.

Каждое слово било словно нож куда-то в грудь. Себастиан чувствовал опустошение, будто теперь нет никакого маяка, к которому можно идти. Все кончено, теперь и цели нет. Конечно, карьера у него осталась, но как же Хантер? Снова потерять его, на этот раз по собственной глупости. Неужели все так и закончится, и способа вернуть все назад нет? Но не успел Себастиан произнести хоть слово, Хантер продолжил.

— Я поеду в Лос-Анджелес завтра. Заберу вещи, перееду к дяде. Я оставлю тебе денег расплатиться за этот номер и за мотель. Но больше ты меня не увидишь, — его голос был холоден, так же как и все внутри Себастиана, которому сильно захотелось уйти и спрятаться где-нибудь, только бы Хантер его не видел, и дать волю чувствам. Разбить что-нибудь, что-нибудь дорогое и очень ценное. А потом плакать так долго, чтобы заболела голова, и он больше не мог ничего чувствовать. Никогда.

— А что делать мне? — тихо спросил Себастиан, не в силах поднять взгляд на Хантера.

— Ты можешь делать все, что тебе хочется. Ты теперь свободен, тебя никто не ограничивает. Живи как живется, — Хантер пожал плечами и тут почувствовал на себе руки Себастиана.

— Раз я могу делать все, что захочу, то…

— Нет. Этого ты сделать не сможешь, — отрезал Хантер и высвободился из рук Себастиана. — А теперь извини, я не спал всю ночь и очень устал. Там есть диван, думаю, он удобный, — Хантер сел на кровать и посмотрел на Себастиана. — Я ведь и правда хотел, чтобы у нас все получилось, — с горечью произнес он, которую Себастиан предпочел бы не слышать.

Выдержав паузу, Себастиан шмыгнул носом, но больше показательно, нежели и правда от подступающих слез. Он выпрямился и провел рукой по волосам, со злостью глядя на Хантера.

— Если бы ты хотел, чтобы у нас все получилось, то догадался, что над отношениями нужно работать. Ничто не дается просто так, — прошипел он, не отрывая от Хантера глаз. — Но ты слишком ленивый, слишком трусливый, чтобы как-то начать решать проблемы. Ты слабак, Кларингтон, и ничего, кроме денег и показухи у тебя нет. И это я должен давать тебе шансы, я дал тебе их предостаточно и могу еще больше, но они тебе не нужны. Может, я и эгоист, но ты не лучше меня. Я хотя бы знаю, что отношения не на деньгах только строятся. А от твоего лицемерия просто тошнит, — резко развернувшись, Себастиан выскочил из комнаты в другую, которая прилегала к номеру, и громко, со всей силы, хлопнул дверью.

Вот так и заканчиваются сказки. В какой-то момент принц или принцесса становятся слишком эгоистичны и делают то, что непоправимо рушит все хорошее в их жизни. И они вынуждены терпеть боль и сосущую пустоту где-то внутри, чтобы не давать лишнего повода думать о себе, как о беспомощном и слабом. Пусть лучше считают бессердечным сразу, ведь сердца и так больше не осталось.

* * *

День, неделя, а за ним и месяц без Хантера пронеслись быстро. Себастиан вставал каждое утро, шел на съемки, делал вид, что все в порядке, а когда его взгляд пересекался с взглядом Дженкинса, в груди что-то больно сдавливало, хотя Себастиан думал, что сдавливать там нечего. Вместо сердца зияла огромная дыра, которая появилась в утро, когда Хантер уехал.

Он больше не пытался найти выход, найти какое-то решение и Хантера найти тоже не пытался. Да и незачем было. Хантер ясно дал понять, что видеть его больше не хочет, да и Себастиану это стало вскоре не нужно. Теперь все, о чем он мог думать, это съемки, хотя и они былую радость приносить перестали. Все напоминало о Хантере, мельчайшая деталь, и Себастиан отсчитывал дни, когда все наконец закончится.

Оставаться в Лос-Анджелесе он был больше не намерен. Съемки окончатся и до свидания. Есть еще много мест и городов, где его захотят видеть. Домой Себастиан возвращаться тоже не хотел, он ведь не сдался. Просто решил поискать себе другое место, где он сможет раскрыться и забыть обо всем, сосредотачиваясь только на себе.

Вскоре, когда съемки почти подошли к концу, Себастиан начал чувствовать себя немного лучше. Наверное, он наконец избавился от тупого и бесполезного чувства любви. Он смотрел на всех людей вокруг и не чувствовал ровным счетом ничего. Даже случайные парни, которые пытались флиртовать с ним, не вызывали ни капли интереса, хотя раньше Себастиан любил знакомства. Также он перестал видеть в них Хантера, даже в малейшей детали, за что был благодарен сам себе. Ничто не мешало думать только о себе, заботиться только о себе. Ни для кого, а только ради того, чтобы окончательно не сойти с ума.

Последний день был отмечен мрачным торжеством. Себастиан не прощался ни с кем, даже с Эллиоттом, который и пытался привести его в чувство и часто звал куда-нибудь. Но для Себастиана он словно перестал существовать вне съемочной площадки. Для него вообще никого больше не существовало, кроме него самого и выгодных людей, которые появлялись ровно на то время, когда они были нужны.

Дженкинс что-то говорил о премьере, о том, что хочет всех видеть. Сказал, что всегда знал, насколько талантливы все, а Себастиан особенно. Он говорил много о чем, правда в своей обычно довольно холодной и резкой манере, но смысл был понятен: он очень доволен прошедшими съемками и поможет найти связи для всех, кому они будут в дальнейшем нужны. В этот момент он смотрел на Себастиана, но тот только усмехался, зная, что никогда больше не встретится с этим человеком и кем-либо из его семьи и знакомых. В мире еще много режиссеров, которые за него головы сворачивать будут.

Покончив со всеми делами, сходив на премьеру, на которой удачно избегал Дженкинса, но не репортеров и других нужных ему на тот момент людей, Себастиан расплатился с долгами в мотеле, собрал свои вещи и закрыл дверь в свой номер, вместе с Лос-Анджелесом, Дженкинсом, прежними знакомыми, несколькими месяцами работы мечты. Запер на замок свое прошлое, вместе с глубокими чувствами и Хантером. Навсегда.

Глава 25

— Эй, красавчик, я тебе плачу не за тем, чтобы ты тратил время попусту. Мои клиенты уже уснули! — крикнула Сантана из-за барной стойки, и Себастиан поднял голову. Он увлекся газетой, которую купил утром, но, как и всегда, в ней не было ни слова о том, что его интересовало. Конечно, откуда бы там взялось имя Хантера?

— Простите, сеньора, я просто решил взять себе небольшой перерыв, — Себастиан осклабился и откинул газету в сторону. — Только для начала осушу горло.

— Я все еще сеньорита, если у тебя такая дырявая голова, — фыркнула Сантана, но улыбнулась. Она налила в высокий бокал свежевыжатый сок и толкнула его в сторону Себастиана.

Сантана и Себастиан начали препираться с первой же минуты их встречи. Но Себастиан был уверен: ни один из них не сказал бы, что жалеет хотя бы секунду о том, что они знакомы. Так уж бывает, что не всегда согласные друг с другом люди становятся очень хорошими друзьями. И, наверное, Сантана Лопез была первым за последнее время настоящим его другом.

После отъезда из Калифорнии, Себастиан начал искать место, куда можно было бы устроиться. И первое время ему даже удавалось найти что-то дельное, но в последние месяцы желающих снимать фильмы стало все меньше и меньше. По стране прошла волна кризиса, которая больно ударила по кошелькам. И тут не то, что со съемками, с простой работой стало туго.

Но счастье улыбнулось Себастиану в Новом Орлеане. Казалось, такая дыра, но бар мисс Лопез оказался просто невероятным спасением. Она позволила Себастиану петь за деньги, потому что обнаружила у него невероятный талант. Играть, конечно, было нельзя, но и это, при нынешнем условии, вполне неплохо.

С жильем тоже проблем не было, Сантана любезно предложила жить в одном из номеров над ее баром. Всего их было семь, здание в три этажа, но, как правило, никто надолго не задерживался. Новый Орлеан был не самым прибыльным местом для частных предпринимателей, но Сантану это не останавливало. Все же это был ее дом, и уезжать она никуда не хотела.

— Ты все пытаешься найти его? Уже столько времени прошло, а ты так и не забыл, — голос Сантаны стал значительно тише и мягче, она подошла к Себастиану и наклонилась над стойкой. — Эх, Смайт, ты безнадежен в своей любви.

— Я его не люблю. И вообще не понимаю, о чем ты говоришь, — огрызнулся Себастиан. Он ненавидел моменты, когда Сантана была права, а была она права чуть ли не всегда. Эта ее убийственная способность всегда четко понимать, что происходит с человеком, находить его слабые точки. И уничтожать тем самым врагов, и помогать друзьям.

— И зачем же ты тогда постоянно газеты пролистываешь? Интересуешься новостями? — она усмехнулась и налила себе немного ликера.

— Представь себе, интересуюсь, — отрезал Себастиан, чувствуя раздражение. Она когда-нибудь успокоится? С самой первой встречи она поняла, что с ним не так, и не было ни дня, когда она бы не начинала разговор о Хантере. Неужели Себастиану его настолько сильно не хватало, что это было так заметно?

— Брось ты это, он даже тебя не искал. Вообще ни слова с тех пор, как вы расстались. И ты все еще на что-то надеешься? — категорично поинтересовалась Санатана, сменяя мягкую и понимающую себя на жесткую и убийственно честную.

Себастиан не успел ничего ответить, потому что к стойке подошла еще одна девушка, Бриттани, и протянула Сантане ведро с краской и кисточкой.

— Сан, я закончила с покраской, что дальше? — весело поинтересовалась Бриттани, наклонившись к Сантане. Та, в свою очередь, резко преобразилась. Себастиан ни у кого не видел такого любящего взгляда. Хотя нет. Видел. Но вспоминать об этом было все еще больно.

— Ничего больше не нужно, любовь моя, — произнесла Сантана и легко поцеловала Бриттани в губы. — Можешь отдохнуть, хочешь, я принесу тебе чего-нибудь? — спросила она и скрылась за стойкой.

— Нет, не нужно, я тут посижу, — Бриттани повернулась к Себастиану и улыбнулась ему. — Ты снова грустный, — задумчиво сказала она, и ее лицо слегка помрачнело.

Себастиан цокнул языком и залпом допил остатки своего сока. Бриттани, вслед за Сантаной, демонстрировала невероятную проницательность и честность. Только если Сантана говорила и правда что-то дельное, то Бриттани иногда могла сказать такую чушь, что становилось за нее стыдно. Всем, кроме Сантаны, которая в своей девушке души не чаяла.

— Я в порядке, — фыркнул Себастиан и поднялся из-за стойки. — Думаю, публика и правда заскучала без меня, — он окинул взглядом практически пустое помещение и вернулся на свою самодельную сцену с микрофоном и высоким стулом.

Включив граммофон с записанными на специальной пластинке мелодиями, Себастиан придвинул микрофон поближе и запел. Ему нравилось вот так выступать: когда он один на один со зрителем, а иногда и вовсе в одиночестве, когда посетителей почти не оставалось. Так он отводил душу и выплескивал все, что наболело. Правда, иногда Себастиан старался не расстраивать и усыплять слушателей, развлекая их веселыми песнями, временами к нему присоединялись Сантана или Бриттани. Но вечерами, когда он был практически в полном одиночестве, ничто не мешало Себастиану спеть пару-тройку грустных баллад.

В этот раз, правда, слушатели были настроены на нечто более веселое, поэтому, как только Себастиан перешел к третьей песне, зал практически опустел. Поняв, что развлекать больше некого, Себастиан выключил оборудование и подошел к бару.

— Пожалуй, хватит с меня сегодня. Если что, я у себя, — хмуро доложил он и, не прощаясь, удалился в свою комнату.

Несмотря на то, что лето уже закончилось, и сентябрь уже основательно обосновался за окном, жара и не думала спадать. Когда Себастиан решил, что переехать на юг будет дельной идеей, он не рассчитал, что попадет в такую парилку. Лос-Анджелес с его отсутствием снега и в сравнение не шел с Луизианской осенью. Летом Себастиан просто выживал, иногда даже отказываясь выходить куда-либо, и просто обливался холодной водой. Теперь стало чуточку легче, и Сантана не давала ему больше пропускать работу из-за того, что «его величеству головку напекло».

Так или иначе, Себастиан не мог уснуть в душной комнате, даже несмотря на то, что уставал за день, ведь его работа заключалась не только в пении на публике. Чтобы сильно напрягать Бриттани и речи не могло быть, а вот послать Себастиана за какой-то мелочью на другой конец города — раз плюнуть. Но Себастиан не жаловался. Ему нравился город, нравились люди, нравился ритм жизни и атмосфера, и он чувствовал себя так, будто наконец избавился от оков мегаполисов на севере.

Рухнув на кровать, Себастиан подмял под себя подушку и уставился в открытое, но занавешенное окно. С улицы слышались крики и смех, в окно светили фонари и разноцветные лампочки, которые всегда включали, как только солнце близилось к закату. А заходило оно быстро, ночи были черные, как и полагается на юге. Поэтому цветные фонарики смотрелись невероятно красиво.

Хотелось быть одним из тех людей, которые гуляли, смеялись, пели и пили, ни о чем не заботились и не думали о насущных проблемах. А таких в городе хватало, уж Себастиан навидался. Но он к ним не относился. Да, когда он покинул Калифорнию, все чувства и мысли о Хантере предполагалось оставить там же. Правда, это оказалось намного сложнее, чем ему представлялось.

Невозможно так просто забыть того, кого любил практически всю жизнь. Ведь даже когда они расстались в детстве, Себастиан его не забывал. У них тогда почти ничего не было, только несколько поцелуев, но все же это глубоко врезалось не только в память, но и в сердце. Что уж говорить о том, когда они были так близки к счастью. И от этого становилось только хуже.

Себастиан, практически не меняя положения, сполз к краю кровати и нашарил под ней бутылку ликера, которую стащил из личных запасов Сантаны. Странно, что в Новом Орлеане так ловко обходили сухой закон даже без мафии. Все сами варили пиво, а более крепкий спирт поставляли через мексиканскую границу. А затем вполне успешно продавали его остальным гражданам.

Перевернувшись на спину, Себастиан открыл опустошенную наполовину бутылку и сделал пару небольших глотков. Ликер был не очень крепким, но сладким, что ему нравилось. А главное, позволит ему быстро уснуть и не мучиться от назойливых мыслей и горячего воздуха.

Но это был явно не его день. Не его неделя, год, не его жизнь в целом. Все шло как-то наперекосяк и меняться, видимо, не собиралось. Себастиан чувствовал, что выпил уже достаточно, но как он ни старался, как ни ложился и сколько бы чего он у себя в голове не пересчитал, сон не шел. В конце концов, поняв, что другого выхода не осталось, Себастиан вышел из комнаты и направился к Сантане. Сначала он постучал тихо, затем громко, потом чуть не ударил в дверь ногой, когда разгневанная Сантана появилась на пороге, кутаясь в тонкий халат.

— Чего тебе? — прошипела она, зло косясь на Себастиана. — Ты что, забыл, что тебе нельзя появляться у меня после полуночи? Это мое время. И ты… Ты опять стащил у меня выпивку? — она уставилась на бутылку, которую Себастиан все еще держал в руке.

— Надо поговорить, — слегка заплетающимся языком попросил Себастиан, и через несколько секунд колебаний и милого взгляда Сантана сдалась. Нехотя она последовала за Себастианом в его комнату и, как только села к нему на кровать, охнула, потому что Себастиан перестарался, кладя голову ей на колени.

— Ну, и что опять у тебя случилось? — уже гораздо мягче спросила Сантана, принимаясь гладить Себастиана по голове. Такая традиция уже входила в привычку, хотя Сантана и пыталась избавиться от нее. Ничего не поделаешь, раз она стала самым близким Себастиану человеком, и поговорить ему больше не с кем.

— Я думаю, я… должен найти его, — выдохнул Себастиан, обняв Сантану за ноги. — Я знаю, что он говорил, что я больше не смогу его увидеть, да и я даже не знаю, где он, но ведь… Всего два места, где он может быть, верно? Я просто чувствую, что должен, понимаешь?

— Бас, мне кажется это плохой идеей, — Сантана покачала головой. — А вдруг, он не примет тебя? Вдруг окажется так, что он уже с кем-то другим, наладил свою жизнь, а ты только все испортишь. Не пойми меня не правильно, я хочу помочь тебе. Но я слишком много ошибок совершила в жизни, чтобы знать, когда их совершают другие. И это одна из них, — она наклонилась и легко поцеловала Себастиана в лоб. — Можешь меня ненавидеть, но я тебе уехать не дам. Пока точно не убедишься, что это верное решение, — заключила она и усмехнулась.

Себастиан поднял нахмуренный и обиженный взгляд, в глубине души все же согласный с ней. Он не знал, что с Хантером и где он, будет ли он рад его видеть, а может, сделает вид, что они незнакомы. Но незнание делало все только хуже. Лучше бы он точно знал, готов его принять Хантер снова или нет. Но Сантана, как и всегда, требовала неоспоримых доказательств, тем более что отсутствие Себастиана могло сказаться на бизнесе. К тому же его, как и Бриттани, она жалела, хоть и редко показывала это. А значит, если Хантер его отошьет, страшно подумать, что Сантана с ним сделает. Она ведь никаких путей не стеснялась, чтобы показать себя правой.

— И все же, я думаю, мне надо хотя бы найти его, — решил Себастиан, чувствуя, как под руками Сантаны наконец начинает засыпать. Видимо, поняв это, Сантана осторожно освободилась от рук Себастиана и его головы на своих ногах, уложила его на подушку и, забрав бутылку, тихо выскользнула из комнаты.

— Маленький влюбленный дурачок, — прошептала она, после чего закрыла дверь, чтобы Себастиану никто не мешал, и ушла к себе, понимая, что игривый настрой, который только разожгла Бриттани, точно испорчен.

* * *

Сентябрь сменился октябрем так же быстро, как незаметно пролетели три месяца лета. И все это время Себастиан пытался, но не находил ни одной зацепки, где можно было найти Хантера. Он перебирал газеты каждый день, пролистывал статьи, но все было без толку. Правда, он узнал, что Эллиотт добился небольших успехов в театре, а Рейчел нашла себе нового молодого человека, который, к слову, выглядел не абы как хорошо, но уж точно не будет водить ее по всяким забегаловкам и пудрить мозги. А вот о Куинн он ничего не находил.

Страшно было и подумать о том, что Хантер и Куинн снова вместе и действительно решили пожениться. Только представляя это, Себастиан подавлял рвотные позывы, хотя и волновался не на шутку. И каждый день, беря в руки газету, боялся той минуты, когда увидит заметку об их свадьбе. Но пока все обходилось, правда, переживать каждый день Себастиан уже устал.

К концу месяца наконец-то стало прохладнее, и Себастиан оживился, словно обрел второе дыхание. Он сам начал предлагать Сантане различные идеи для ее гостиницы и бара, например, проводить специальные вечера и делать скидки, которые, на самом деле, окупались даже больше, чем в обычные дни, и помогал вытряхивать деньги из ленивых и неблагодарных клиентов. Только вот один из них, Ноа Пакерман, был с Сантаной в дружбе, поэтому это было немного сложнее.

— Пакертон, если в твоих карманах не залежались деньги за прошлый месяц, то я не знаю, зачем ты вообще тут появился, — громко произнесла Сантана, когда Ноа вошел в бар и усмехнулся.

— Прости, детка, сегодня никак не получится. Но на следующей неделе обещаю, — он положил руку на сердце, а Сантана смерила его подозрительным взглядом.

— Ты мне это уже третий раз говоришь, — процедила она, и как только Ноа потянулся к кружке, хлопнула его по руке. — Чего тебе? Ты тут ничего не получишь, пока с долгами не расправишься.

— Помнишь, в четверг произошло падение цен на бирже? — спросил Ноа и ухмыльнулся, кинув быстрый взгляд на Себастиана.

— Все ведь пришло в норму, — нахмурилась Сантана и скрестила руки на груди. — В чем дело?

— Уже есть жертвы, — Ноа вытащил из внутреннего кармана куртки свернутую газету и кинул ее на барную стойку. — Четвертая страница.

Все еще хмурясь, Сантана открыла указанную страницу и быстро пробежалась по заголовкам. Ее брови тут же поползли вверх, она быстро что-то прочла, а затем протянула газету Себастиану.

— Тебе стоит это видеть, — произнесла она немного отстраненно, и Себастиан тут же вырвал газету из ее рук.

Как только он увидел фамилию Кларингтон, ему показалось, что земля ушла из-под ног, но, приглядевшись, что это был не сын, а отец.

«Вечером 24 октября м-р Питер Кларингтон был найден супругой застреленным в гараже собственного дома в Лос-Анджелесе. М-р Кларингтон был одним из основных держателей акций крупной компании „General Motors“, по всей видимости, потерял достаточно количество денег в тот день. Напомним, что 24 октября произошел крупнейший обвал на фондовой бирже за всю историю.

М-р Кларингтон родился в штате Колорадо, в городе…»

Дальше Себастиан читал не особо внимательно. Биография отца Хантера его не сильно интересовала, да и он знал, что половина оттуда будет вымыслом. Никто, как правило, не распространяется прессе о своих скелетах в шкафу, а об умерших в принципе нельзя говорить ничего плохого.

В некрологе сообщалось о трагической гибели его младшего сына и о том, что старший до сих пор живет в Лос-Анджелесе. Ничего о том, что вначале года между ними произошла ссора, в статье не было. Дальше сообщалось о дате похорон и месте проведения церемонии. И тут Себастиан понял, что именно этого он и ждал все время. Хантер приедет туда, обязательно приедет, и тогда Себастиан сможет поговорить с ним и все выяснить. На сами похороны он вряд ли успеет, но Хантер точно задержится подольше, ведь его матери так тяжело!

— Нашел, — пробормотал Себастиан и, откинув газету, решительно направился наверх. Его задержал у лестницы голос Сантаны.

— Ты точно уверен, что хочешь этого? Вдруг, его там не будет? — спросила она, надеясь хотя бы так задержать Себастиана.

— Даже если не будет, я уверен, его мать расскажет мне, где его искать, — Себастиан, казалось, был уже одержим. Он давно не чувствовал такого вдохновения, и никто в мире не мог остановить его. Ни Сантана, ни крах на бирже, ни сама вселенная. — Я должен сделать это, Сан, должен. Что бы ты делала на моем месте, если бы тебе пришлось расстаться с Бриттани? — бросил он свой последний козырь и понял, что Сантана сдалась. Как он не мог без Хантера, хотя и долгое время твердил себе, что это не так, так и Сантана ни за что не позволила бы Бриттани уйти. И в этом они друг друга прекрасно понимали.

— Ладно, иди. Но если надумаешь вернуться, учти, платить буду в два раза меньше, — Сантана усмехнулась, а Себастиан убежал наверх собирать вещи, окрыленный удачей, которую ждал уже много месяцев.

Глава 26

Стук в дверь раздался по всему первому этажу дома, и Хелен Кларингтон тут же поспешила открыть. Она удивленно охнула, увидев на пороге Себастиана, и улыбнулась, заключив его в объятия. Не ожидавший такой встречи, Себастиан обнял ее в ответ, но быстро выкрутился из ее рук, а после прошел в дом, как только она отступила в сторону.

— Я соболезную, — произнес Себастиан первое, что пришло в голову. Оглядев миссис Кларингтон, он заметил, что она не так уж плохо выглядит для только что овдовевшей женщины. Даже стала немного увереннее, будто муж все это время сковывал и притеснял ее.

— Спасибо, дорогой. Может, хочешь чаю? — спросила она и направилась на кухню. — Гости только что уехали, такая пышная была церемония. Только я не чувствую ничего, кроме облегчения, — произнесла она тихо, словно стыдилась собственных слов.

— Я хотел спросить… — неуверенно сказал Себастиан и опустился за стол. — А…

— Его не было, — отрицательно покачала головой Хелен и поставила перед Себастианом тарелку с печеньем. — Я звонила, но он отказался ехать. Мне жаль, что вы так расстались, — в ее голосе было искреннее сожаление, и Себастиан понял, что она, пожалуй, была одним из немногих людей, которые действительно хотели, чтобы они с Хантером были вместе.

— А где он сейчас? — осторожно поинтересовался Себастиан, не спеша брать предложенные сладости. Его больше интересовал Хантер и то, что его мать скажет.

— После того, как вы расстались, он переехал к моему брату. Прожил у него несколько месяцев, а потом уехал. Я знаю, что сейчас он в Нью-Йорке, но, по-моему, он больше не живет в том доме, что мы ему купили, — миссис Кларингтон вздохнула. — Я мало новостей от него получаю, в последнее время все меньше. Будто он что-то скрывает от меня.

— Значит, он в Нью-Йорке, — протянул Себастиан, чувствуя разочарование, но в то же время и волну облегчения, что не придется искать Хантера по другим штатам. — Один? — ненавязчиво поинтересовался он и взял в руке печенье.

— Насколько мне известно, — кивнула миссис Кларингтон и снова улыбнулась. — Куинн не появлялась с вашего расставания. Знаю, что пыталась вновь с ним помириться, но без толку. Я думаю, это все потому, что он все еще тебя любит.

— Если бы любил, то уже бы попытался найти меня, — фыркнул Себастиан и тут же попытался исправиться. — То есть, я хотел сказать, он бы что-то предпринял бы.

— Не думай, что он не пытался. Он и уехал поэтому, но не знал, где ты, — миссис Кларингтон посмотрела на его с укором, но все еще с улыбкой. — Я рада, что ты вернулся. Хочешь, я позвоню Хантеру и скажу о тебе?

— Нет, не нужно, — отрицательно покачал головой Себастиан. — Мне бы только узнать, где он. Хочу устроить сюрприз.

— У меня был записан один из его адресов, но, по-моему, он постоянно переезжает.

Миссис Кларингтон ушла в гостиную и вскоре вернулась с небольшим клочком бумаги с выведенным на нем аккуратным почерком адресом. Себастиан взял его как какое-то сокровище и внимательно прочел написанные буквы и цифры.

— А если его там не будет? — произнес он с печалью, боясь даже представить, что эта ниточка ни к чему его не приведет.

— Я уверена, что вы все равно встретитесь. Вас слишком тянет друг к другу, судьба точно сведет вас рано или поздно, — миссис Кларингтон улыбнулась и, как только чайник закипел, налила Себастиану полную кружку. — А теперь я хочу знать, чем все это время занимался ты, — она села напротив и принялась с готовностью слушать то, что расскажет ей Себастиан, чьи мысли были уже далеко, возле восточного побережья, в доме на Манхэттене, где они с Хантером когда-то были очень счастливы.

* * *

Пройтись по местам былой славы было приятно. Ощутить тот же прохладный воздух, что и год назад, по знакомым улочкам, увидеть киоски, стоявшие на тех же местах. Хотя не совсем так. Было бы приятно, если бы не то, что случилось.

Пока Себастиан собирался ехать в Нью-Йорк, произошел страшный, побольше недавнего, крах. И теперь, как ни пытайся, увидеть по-прежнему спокойных, веселых или спешащих по делам людей было нельзя. Страну охватила паника, и Нью-Йорк не был исключением. Прошло всего несколько дней, а общее настроение изменилось до неузнаваемости. И теперь страшно было даже представить, что будет дальше.

Как и предполагала миссис Кларингтон, Хантера по тому адресу, что был у нее записан, не было. Владелец квартир не знал, куда он уехал, а выяснять это не счел нужным, так как на него самого навалилась куча проблем. И Себастиан решил пройтись по Бродвею, а заодно зайти в театр, в котором он когда-то работал.

К его удивлению театр не пустовал, внутри все равно проходила какая-то репетиция. По привычке, Себастиан прошел в зал и уселся на одно из задних кресел, решив посмотреть игру новых актеров. Какая-то оригинальная драма, без песен и танцев, но достаточно увлекательная, хотя Себастиан видел только отрывок. И ему показалось, что, хотя актеры и не были достаточно талантливы по его меркам, они вкладывали в игру всю душу. На мгновение Себастиану даже пришлось сдержать слезу, чтобы не расплакаться на достаточно трогательном моменте.

Решив, что стоит отвлечься, чтобы совсем не раскиснуть, Себастиан принялся оглядывать знакомый до боли зал и вдруг наткнулся на одно знакомое лицо. Вернее, на затылок, парень сидел к нему спиной. Осторожно пробравшись вперед, Себастиан сел на ряд позади Блейна и осторожно коснулся его плеча рукой. Блейн тут же обернулся и даже подпрыгнул от неожиданности, а глаза его удивленно распахнулись.

— Бас? Ты что… Как ты тут оказался? — звонко прошептал он, а на губах сама собой растянулась улыбка. — Я тебя уже сто лет не видел.

— Да вот, решил вернуться. На самом деле, я рад, что встретил тебя, — признался Себастиан, улыбаясь в ответ. — Может?.. — он указал в сторону выхода, и Блейн кивнул, тут же поднимаясь и следуя за Себастианом по узкому проходу между кресел.

— Я немного удивлен, — признался Блейн, как только они вышли на улицу и направились к кафе, в котором прошло их первое, если это можно так назвать, свидание. — Совсем недавно я встретил Хантера, а теперь… — Блейн налетел на резко затормозившего Себастиана. Провидение, не иначе, точно решило свести их вместе, теперь Себастиан знал это наверняка. Он повернулся к Блейну, чтобы не спугнуть, и осторожно заговорил.

— Где именно ты его видел в последний раз? — спросил он, внимательно наблюдая за Блейном и стараясь не пропустить ничего из его слов или движений.

— Да… Тут, в театре. Мы взяли его не так давно мастером, он сказал, что ему нужны деньги. Вот уж кого точно не ожидал встретить, — усмехнулся Блейн, а Себастиан почувствовал, как сердце отчаянно заколотилось где-то у горла. Он здесь. Хантер здесь, всего в паре шагов, рядом, так близко, как давно уже не был.

— Я должен его увидеть, — выпалил Себастиан и направился к театру, но Блейн его остановил.

— Он еще не пришел, сегодня у него вечерняя смена, — Блейн положил руки на плечи Себастиана, чтобы не дать ему пройти дальше, и Себастиан вдруг почувствовал приятное тепло.

Он вновь посмотрел на Блейна и кивнул, ощущая себя уже значительно лучше. И не только потому, что теперь радость и волнение наполняли его с ног до головы. Мягкое и приятное, светлое чувство рождалось где-то в районе солнечного сплетения, когда он видел Блейна рядом. Но не любовь, скорее, сильная привязанность.

— Ладно, ты прав, — согласился Себастиан, выдыхая, и вновь направился в сторону кафе.

Там было на удивление пусто, даже просто бродяг, которые хотели погреться, не наблюдалось. Себастиан и Блейн заняли столик возле окна и заказали по чашке кофе. Счастливый официант, при виде клиентов, тут же поспешил выполнить их заказ.

— Так… и чем ты занимался все это время? — спросил Блейн, когда они удобно разместились с горячими напитками. — Хотя, подожди. Дай угадаю. Три новых фильма? — он улыбнулся, заметив блестящие глаза Себастиана. — Хочу сказать, что ты все же хорош. И сейчас снимаешься?

— Нет, я… завязал, — признался Себастиан и сделал небольшой глоток кофе. — В последнее время не найти ничего, и я перебрался в Новый Орлеан. Пою в баре. Работа, кстати, ничего такая. Но боюсь, когда я вернусь, платить мне перестанут, — устало произнес он и глянул на улицу. Окна некоторых заведений уже сверкали табличками «Закрыто», а ведь не было и трех часов. — Ну, а ты? — Себастиан перевел взгляд на Блейна. — Когда я уезжал, вы с Куртом помирились.

— Да, — выдохнул Блейн, становясь за секунды гораздо счастливее. — Мы поговорили и поняли, что наши чувства слишком сильны, чтобы пытаться их скрыть. И мы все еще вместе, так что я бы попросил… — шутливо пригрозил Себастиану Блейн. — А почему ты не с Хантером? — спросил он спустя несколько секунд паузы. Наверное, он уже давно хотел задать этот вопрос, но все не находил подходящего момента.

— Мы расстались, — сухо и коротко ответил Себастиан и снова прижал к губам чашку. Ему вдруг стало невыносимо говорить о своем несчастье и разбитом сердце, когда у его бывшего парня было все так хорошо. Это ведь ему должно везти, а не кому-то другому. Хотя, пожалуй, для Блейна он гадостей не желал.

— Я так и понял, когда его увидел, — кивнул Блейн, стараясь говорить как можно ровнее. — Он был очень… подавленным. Когда вы были вместе, он выглядел гораздо счастливее.

Себастиан промолчал, разрываясь от новых противоречий. Хантер страдал без него, а может, и отчего-то другого. Но страдал, и Себастиана, чтобы поддержать, не было рядом. Гордый Хантер не мог так просто прийти к нему и попросить помощи. Или не смог найти, чтобы это сделать.

— Мне страшно, — наконец произнес Себастиан практически шепотом. — Мы поссорились, он бросил меня, и я больше его не видел. Что, если он не примет меня? Если скажет, что без меня лучше? Я думал, что узнать хотя бы что-то будет легче, но понял, что это не так. Я не хочу найти его и снова потерять, не хочу, — Себастиан откинулся на спинку стула и провел руками по лицу. — И не хочу знать, что мы не сможем быть вместе.

— Знаешь, — Блейн придвинулся чуть ближе и накрыл своей рукой кисть Себастиана, которую тот положил на стол, — когда мы были вместе, я любил тебя. Правда. Нет, Курта я любил тоже, но немного по-другому. Ты страстный, тебе нужен человек, который будет давать тебе такую же страсть, и я думаю, что Хантер именно этот человек. Рядом с ним ты выглядел не так, как со мной. Ты словно светился изнутри, я такое видел только пару раз в жизни. И Хантер тоже был счастлив. Потому что он был тем, кто нужен тебе, а ты нужен ему. Я знаю, о чем говорю, можешь мне поверить. Я, конечно, злился на тебя, но не могу отрицать, что ни с кем, кроме Хантера, тебе так хорошо не будет, — Блейн улыбнулся и чуть сжал кисть Себастиана.

Себастиан слушал его внимательно, понимая каждой клеточкой, что Блейн прав. Ему никто был не нужен, за исключением Хантера, и никогда не будет, потому что по-настоящему Себастиану важен был только тот мальчик, которого он встретил двадцать лет назад, и который был его первым настоящим другом и любовью всей жизни. И другого Себастиану было не надо.

Проводив его снова до театра, Блейн сказал, где можно найти Хантера, а сам ушел встретить Курта после репетиций. Сердце безжалостно колотилось, намереваясь выпрыгнуть из груди, а ноги иногда отказывались слушаться, но Себастиан дошел до небольшой коморки за кулисами и коротко постучал в дверь, открыв ее. Дыхание перехватило в одно мгновение из-за волнения и Хантера, который наконец был так близко. Хотелось убежать, чтобы Хантер не успел его увидеть и не узнал, что он приходил, что он искал его. Пусть даже Блейн начнет расспрашивать его обо всем завтра, Себастиан об этом не узнает, потому что будет далеко. Но тут Хантер подал голос, который показался не просто хриплым от молчания: он был каким-то серым.

— Я же сказал, что закончу к концу смены, — раздраженно произнес Хантер и развернулся, чтобы продолжить перебранку, и его лицо тут же удивленно вытянулось.

Себастиан поджал губы и едва заметно улыбнулся, не решаясь подойти ближе. Хантер смотрел на него и не верил собственным глазам, а Себастиан чувствовал, что если они не скажут хотя бы что-то, то он разорвется от переизбытка чувств.

— Привет, — тихо произнес Себастиан и охнул от неожиданности, потому что чужие руки крепко сжали его в объятиях. От Хантера пахло машинным маслом и гарью, жженым оловом и тем самым одеколоном, который так сводил Себастиана с ума. Он уже успел забыть, как обожал этот запах, глаза сами собой закрылись, когда волосы Хантера коснулись носа.

Глаза предательски защипало, но Себастиан старался держать себя в руках, и как только Хантер отстранился, улыбнулся чуть шире.

— Я вижу, ты больше на меня не злишься, — заметил он и усмехнулся. — Или ты просто подавил желание придушить меня?

— Нет, не злюсь. Хотя и стоило бы. Но, наверное, я больше на себя должен злиться, — произнес Хантер, веселея на глазах. — Как ты меня нашел? Погоди. Блейн? — он посмотрел на Себастиана, чуть прищурившись, но с улыбкой.

— Я думал, ты будешь на похоронах. Мне жаль, — негромко сказал Себастиан.

— Я не собирался ехать. Он не заслужил моего прощения, а без него мир стал только лучше, — отмахнулся Хантер и сел на стул, на котором сидел до прихода Себастиана. — Я боялся, что никогда тебя больше не увижу. Вживую, я имею в виду. Я был на всех твоих фильмах, — Хантер притянул Себастиана за полы пальто к себе, когда тот подошел ближе. — Я знаю, что не заслуживаю еще одного шанса, ты и так мне давал их предостаточно. Но когда ты уехал, я понял, что сам себе подписал приговор. И если ты приехал только, чтобы приободрить меня после смерти отца, я пойму. Но просто хочу, чтобы ты знал, что ты мне нужен.

— Ты идиот, Кларингтон, если думал, что я буду искать тебя только для этого, — Себастиан усмехнулся и через секунду накрыл губы Хантера своими. И будто вновь ворвался в живительный фонтан прохладной воды после засушливого лета. Словно впервые вдохнул свежего воздуха после того, как чуть не задохнулся где-то в глубинах океана отчаяния. Потому что только рядом с Хантером он начинал жить.

Казалось, что прошло несколько часов, когда они наконец оторвались друг от друга, и Хантер прижал Себастиана к себе ближе, утыкаясь носом куда-то в живот. Улыбаясь, Себастиан принялся гладить и перебирать волосы на голове Хантера, чувствуя при этом невероятную волну облегчения и такой легкости, будто он может просто так взлететь без крыльев прямо сейчас.

— А где твой дом? Почему ты работаешь здесь, как же твой бизнес? — спросил Себастиан, решив немного сменить тему, ведь его интересовало, что делал Хантер, пока его не было.

— Мне пришлось продать его, чтобы расплатиться с долгами. Да и я до сих пор их закрываю, и мне довольно туго приходится. А теперь увольняют почти всех, и я не знаю, что будет дальше, — вздохнул Хантер, повернув голову вбок. — Боюсь, что скоро мне снова придется куда-то ехать и что-то менять. Потому что если я не расплачусь, они меня достанут.

— Знаешь, у меня есть место, где мы могли бы остаться, — улыбнулся Себастиан, когда Хантер поднял голову. — Не твой особняк, но тоже неплохо. И сдается мне, что скоро твои долги будут полностью погашены, потому что я, в отличие от тебя, знаю, где нам взять денег, — он усмехнулся, представляя, какой разнос ему устроит Сантана, когда он приведет еще одного работника на ее шею.

— И ты будешь готов на это ради меня? — спросил Хантер. — После всего, что я сделал, ты поможешь мне?

— Ну, так ведь обычно люди и поступают. Заботятся о тех, кого любят. Мы со всем справимся, потому что я тебя не брошу, — Себастиан наклонился и снова поцеловал Хантера.

Он знал, что им придется нелегко, знал, что впереди не лучшие времена, и скорее всего, помощь от Сантаны будет незначительной. Но пока Хантер будет рядом, пока будет хотя бы надежда на то, что у них есть будущее, Себастиан ни за что не сдастся. Потому что вместе они способны на все.

Примечания

1

Примерный пересчет коммунальных услуг на конец 20-х годов в США.

Content

Billie Quiet
ОСЛЕПЛЕННЫЙ ЖЕЛАНИЯМИ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Примечания