Журнал «Цигун и жизнь» («Цигун и спорт»)

№ 6∙1991

Приложение к журналу «Проблемы Дальнего Востока»

Редакция русского издания журнала «Цигун и спорт» предупреждает:

Осваивать любые методики цигун следует под руководством специалистов и постоянным врачебным контролем!

КАФЕДРА ЦИГУН

Превращение деяния в недеяние

Дан Цзян

В одном из буддийских канонов говорится: «Истина в том, что недеяние тем не менее является деянием, а деяние становится недеянием, деяние является причиной недеяния, в недеянии нет ничего, что бы не участвовало в деянии». Если это положение применить к цигун, то можно увидеть его большую практическую ценность. Деяние — это мышление, недеяние — это отсутствие мыслей. Недеяние — это не пустота, это состояние забвения и памяти одновременно, это выход из круговорота жизни и смерти, в нем только дух и нет мысли, нет формы, нет постоянства. Недеяние — это просветление, озарение. Давно известно, что способ без способа — это великий способ, совершенствование без совершенствования — это великое совершенствование, обретение без обретения — это великое обретение.

Во время занятий цигун часто происходят удивительные вещи. Случается, что люди, которые занимаются цигун не очень внимательно, вдруг добиваются очень больших результатов, а другие, усердно постигающие цигун, не могут похвастаться заметными успехами. Одним словом, существует проблема обучаемости цигун. Тех, кто с успехом занимается цигун, можно назвать людьми, которых обучает сам цигун. Когда цигун обучает человека, это и есть реализация принципа «недеяния», когда человек учит цигун, это пример принципа «деяния». Если следовать принципу «деяния» в цигун, то, к сожалению, результаты будут невысокими. Поэтому во время занятий цигун необходимо как можно скорей от «деяния», когда осуществляется контроль за дыханием и сознанием, переходить к «недеянию», то есть освобождаться от мыслей, беспокойства. Освобождение от беспокойства связано с нравственным воспитанием, ведь чтобы не было причин для беспокойства, не следует совершать плохих поступков. Считается, что обладающий нравственностью владеет цигун, то есть нравственное самосовершенствование есть путь к достижению целей цигун. Высоконравственные люди следуют принципу недеяния и освобождаются от суетных мыслей. Один мудрец сказал: «Когда нет сознания, нет вещей вокруг, то тела тоже нет, и можно осознать, кем был ты до рождения, и освободиться от суетности».

МЕТОДИКИ ЦИГУН

Динамические упражнения системы «Сто отроков и цветы лотоса»

Вэй Линъи, Лун Лэи

Второй комплекс (18 форм)[1]

1. Коснуться воды. 2. Раскачивать лотос. 3. Обхватить шар. 4. Спрятать цветок. 5. Перейти море. 6. Собирать лекарственные травы. 7. Подарить книгу. 8. Принять душ. 9. Возвращение весны. 10. «Возвращение к изначальному». 11. Чистый свет луны. 12. Запечатать даньтянь. 13. Чистый ветер. 14. Полет. 15. Радуга. 16. Ясный месяц. 17. Таинственная жемчужина. 18. «Возвращение к единому». Исходное положение такое же, как в первом комплексе.

I. Коснуться воды (рис. 79–81)

1. Сложите руки в виде цветка лотоса, наклонитесь вперед, точка минмэнь (в центре поясницы) должна быть направлена вверх для «набора» ци; подберите живот, втяните анальное отверстие, представьте, что вы касаетесь руками воды, через точки лаогун «соберите» «земную ци».

2. Три раза наклонитесь к левой ноге и перенесите на нее центр тяжести.

3. Три раза наклонитесь к правой ноге и перенесите на нее центр тяжести.

4. Повторите движение, как в п. 1.

II. Раскачивать лотос (рис. 82, 83)

1. Правой ногой сделайте шаг вперед, легко и плавно разверните корпус вправо назад; представьте, что ваше тело — это лотос, руки следуют за корпусом, ладони разверните вверх; движение рук должно напоминать легкое покачивание листьев лотоса; смотрите на ладони, центр тяжести перенесите на левую ногу.

2. Левой ногой сделайте шаг вперед, перенесите центр тяжести на правую ногу, легко и плавно поверните корпус влево, ладони разверните вверх, смотрите на ладони. Выполните два поворота вправо и влево.

III. Обхватить шар (рис. 84, 85)

Поставьте ноги на ширине плеч, подберите живот, втяните анальное отверстие, встаньте на носки, вытяните вперед руки, ладони разверните вперед, наклонитесь вперед. Кистями сделайте вращательное движение снаружи кнутри, округлите руки, как будто вы держите большой воздушный шар; «соберите» ци и по спирали опустите ее в «киноварное поле».

IV. Спрятать цветок (рис. 86)

Соедините руки в виде цветка лотоса, левой ногой сделайте шаг по диагонали вправо, присядьте, опустите голову, подберите живот; представьте, что цветок лотоса спрятался под листом, сделайте три глубоких вдоха и выдоха.

V. Перейти море (рис. 87)

1. Поднимите левую ногу, согните в колене, а затем нанесите удар пяткой вправо, носок загните, соедините руки перед грудью (на уровне точки шаньчжун).

2. Плавно разведите руки и перед животом опустите вниз, ладони разведите вверх, ци опускается в «киноварное поле», плавно поднимите руки, как бы обхватив шар. Повторите движение три раза.

VI. Собирать лекарственные травы (рис. 88, 89)

1. Встаньте лицом на восток, опустите ногу на пол, перенесите центр тяжести на левую ногу, правой ногой сделайте шаг вперед, поставьте ногу на пятку, носок поднимите вверх, согните левую ногу.

2. Одновременно с этим правую руку по дуге поднимите к плечу, смотрите на носок, левую руку опустите и заведите назад (ладонь развернута кнаружи); через точку лао-гун «соберите» ци и направьте в точку минмэнь (на пояснице).

3. Перенесите центр тяжести на правую ногу, левой ногой сделайте шаг вперед и поставьте на пятку, носок поднимите; повторите движение, как в п. 2, но в левую сторону. Выполните эти движения вправо и влево по два раза.

VII. Подарить книгу (рис. 90–93)

1. Левой ногой сделайте шаг назад, развернитесь лицом на север, ноги поставьте вместе и слегка согните, подберите живот, втяните анальное отверстие, сложите ладони перед грудью (на уровне точки шаньчжун), разведите руки, как будто читаете книгу.

2. Сложите ладони так, чтобы точки лаогун проецировались друг на друга, левая ладонь ближе к груди, поднимите левую руку вперед, правую опустите к животу, затем левую руку плавно опустите, правую руку плавно поднимите вверх, одновременно с этим «изначальная ци» внутренних органов то поднимается, то опускается. Повторите это движение вправо и влево по 3 раза.

VIII. Принять душ (рис. 94–95)

1. Присядьте, руками плавно обхватите колени так, чтобы точки нэйгуань (на внутренней поверхности запястья) наложились на точки цзусаньли (сбоку под коленом).

2. Встаньте прямо, подберите живот, втяните анальное отверстие, «обхватите» руками большой воздушный шар и поднимите вверх над головой, встаньте на носки.

3. Медленно опуститесь на пятки, расслабьте пах, плавно опуская руки, ведите ци из точки байхуэй в точки юнцюань; представьте, что все тело омывает поток чистой энергии.

4. Повторите эти движения три раза, затем встаньте прямо, руки у нижней области даньтянь, ладони обращены кнутри («держать жемчужину»).

IX. Возвращение весны (рис. 96–97)

1. Поставьте ноги вместе, подберите живот, втяните анальное отверстие, приседая (колени кнаружи), выдыхайте и расслабляйте анальное отверстие; разведите руки в стороны ладонями вперед.

2. Соедините колени, сожмите их, подберите живот, втяните анальное отверстие, через точки юнцюань «наберите» ци, проведите ладонями по ногам вверх до точек бигуань (в верхней части бедра спереди), поднимая ци. Повторите движения три раза.

X. «Возвращение к изначальному» (рис. 98—101)

1. Правой ногой сделайте шаг по диагонали вперед, приставьте левую ногу (шаг левой ногой делайте так, как будто вытаскиваете ее из грязи), подберите живот, втяните анальное отверстие, расположите ладони друг напротив друга у живота (правая сверху, левая снизу). Плавно разведите руки по вертикали.

2. Перенесите центр тяжести на левую ногу, расслабьте пах, плавно сведите руки, соберите ци с востока, запада, юга, севера и из центра и направьте ее в точку шаньчжун. Повторите цикл 3 раза, считая разведение и сведение за один цикл.

3. Руками «обхватите» шар, левая рука сверху, правая снизу, точки лаогун проецируются друг на друга. Левой ногой сделайте шаг вправо, правую ногу приставьте к левой, далее, как пп. 1 и 2. Два раза повторите движения вправо и влево.

XI. Чистый свет луны (рис. 102–105)

1. Через левую сторону повернитесь лицом на юг, поставьте ноги шире плеч, согните колени, перенесите центр тяжести на левую ногу, опустите плечи, расслабьте локти. Руки опустите с левой стороны, наклонитесь, разведите основания ладоней, ладони разверните вверх, соедините пальцы (представьте, что вы вылавливаете из воды месяц, — вода ушла сквозь пальцы, месяц остался в руках).

2. Поднимите руки, «держащие» ци, к груди, разведите руки (правая спереди, левую назад), «растягивая» ци; представляйте себе между руками чистую голубую воду.

3. Поверните верхнюю часть тела вправо. Сведите руки, затем «растягивайте» ци, держа перед собой левую руку (точки лаогун должны проецироваться друг на друга).

4. Наклонитесь вправо, опустите руки, разведите основания ладоней, ладони разверните вверх, соедините пальцы, повторите движения, описанные в пунктах 1, 2, 3.

XII. «Запечатать» даньтянь (рис. 106–108)

1. Руками «обхватите» шар, руки неподвижны, пальцы «собирают» ци.

2. Разверните ладони вверх, поднимите руки до уровня головы и, выпрямив их вперед, выполните толчок ладонями.

3. Разведите руки в стороны, «соберите» ци, плавно опустите руки по дуге к области даньтянь, «запечатайте» даньтянь; это усиливает семя, укрепляет почки. Повторите эти движения три раза.

XIII. Чистый ветер (рис. 109–111).

1. Правой ногой сделайте шаг вперед, центр тяжести перенесите на левую ногу, подтяните живот, подберите таз, опустите руки к правой голени; сначала разверните ладони в разные стороны, затем — вниз, «соберите» ци, представьте, что во время вдоха ци через точки юнцюань поднимается вверх, а на выдохе между точками лаогун ощущается легкий ветерок.

2. Сделайте корпусом движение, напоминающее раскачивание стебля лотоса на ветру, перенесите центр тяжести на левую ногу, руки отведите вдоль внутренней поверхности правой ноги мимо живота к левому плечу. Затем руки по дуге опустите к правой голени. Повторите движение три раза.

XIV. Полет (рис. 112–117)

1. От груди разведите руки в разные стороны и снова скрестите их перед грудью ладонями кнутри.

2. Перенесите центр тяжести на левую ногу, поднимите правую ногу, разведите руки в стороны; одновременно с этим выполните удар ногой вперед и вниз, поставьте ее на пятку, носок загните вверх; представьте, что «чистая ци» втягивается через точку юнцюань на левой ноге, «мутная ци» выходит через точку юнцюань на правой ноге.

XV. Радуга (рис. 118–121)

1. Поставьте ноги на ширину плеч, встаньте лицом на юг, поворачиваясь вправо, поднимите руки перед собой и вверх, разведите их в стороны ладонями кнаружи; «собирайте» «изначальную ци» неба и земли.

2. Опустите руки вниз влево, одновременно с этим повернитесь влево; представьте, что между ладонями у вас появилась радуга.

3. Поднимите руки влево вверх, «наберите» ци, по дуге опустите руки вправо; представьте, что радуга собирается в области даньтянь. Повторите упражнение четыре раза влево и вправо.

XVI. Ясный месяц (рис. 122–123)

1. Немного согните колени, подтяните живот, вберите грудь, расслабьте плечи; представьте себе, что перед вами ясный месяц, опустите правую руку к груди, ладонь разверните пальцами вверх.

2. Левую руку по дуге поднимите над головой, выпрямите ее, ощутите в кончиках пальцев ци, согните локоть, опустите запястье, представьте, что ци медленно опускается в точку шаньчжун, ладони расположите друг напротив друга так, чтобы точки лаогун проецировались друг на друга; представьте, что лунный свет через точку байхуэй опускается в «киноварное поле».

3. Плавно опустите левую руку, ведущую ци вниз, когда ци достигнет «киноварного поля», руку по дуге поднимите над головой; повторите п. 2.

4. После трехкратного повторения п. 3 отведите левую ладонь к груди, правой рукой три раза повторите движения, описанные в п. 2.

XVII. Таинственная жемчужина (рис. 124–125)

1. Немного согните колени, поднимите правую руку движением, будто собираетесь бросить жемчужину, смотрите на правую руку; через некоторое время представьте, что жемчужина легко падает; когда вы ловите воображаемую жемчужину другой рукой, присядьте и опустите ци в «киноварное поле», смотрите на левую ладонь.

2. Когда это движение выполняется левой рукой, смотрите на левую руку, когда жемчужину ловит правая рука, смотрите на правую, многократно повторите движение.

XVIII. «Возвращение к единому» (рис. 126–129)

1. Поднимите руки над головой ладонями кверху, представьте, что вы выливаете нз голову «сладкую» росу и чистую воду; проведите руками от точки байхуэй по затылку вниз, далее по плечам и свободно опустите руки вдоль тела.

2. Плавно поднимите руки, ладони обращены ко лбу.

Свет, идущий от больших пальцев, освещает точки тайян (на висках). Свет, идущий от указательных пальцев, освещает точку шэньтин (на темени).

Свет, идущий от средних пальцев, освещает точку шаньгэнь (чуть ниже переносицы).

Свет, идущий от безымянных пальцев, освещает точки инсян (у крыльев носа).

Свет, идущий от мизинцев, освещает точку на кончике носа. Свободно девять раз вдохните и выдохните, «изначальная ци» «вернется к единому».

Возвращение в исходное положение.

Плавно опустите руки к животу, как бы держа шар. Затем по дуге поднимите руки по лбу ладонями кнутри и плавно опустите вниз; представьте, что ци опускается в «киноварное поле». После этого левую ногу приставьте к правой, смотрите вперед.

УШУ

Тайцзицюань школы Чэнь. «38 форм»

Чэнь Сяован

Вторая группа[2]

11-я форма. Три движения кистями рук

1. Поверните туловище слегка вправо. Вытяните вперед кисть левой руки ладонью кверху, пальцами вперед, а кисть правой, согнув в локте, отведите к внутренней стороне левого локтя, поворачивая ее в лучезапястном суставе ладонью по наклонной кверху, пальцами вперед. Смотрите вперед (рис. 45).

Рис. 45

2. Поверните туловище слегка вправо. Выпрямите кисть правой руки в локте, выталкивая ее ладонью вперед, пальцами влево, а кисть левой опустите, повернув ее в лучезапястном суставе тыльной стороной предплечья и пальцами кверху. Смотрите вперед (рис. 46).

Рис. 46

3. Поверните туловище слегка вправо. Поднимите кисть левой руки до уровня чуть выше плеча, проведя ее по дуге мимо живота, выталкивая ладонью вперед, пальцами вверх, а кисть правой, согнув в локте, поставьте под левым локтем ладонью кверху, пальцами влево вперед. Смотрите вперед (рис. 47).

Рис. 47

12-я форма. Удар кулаком под локоть

1. Поверните туловище слегка влево. Опустите кисть левой руки к бедру ладонью книзу пальцами в сторону, а кисть правой поднимите до уровня лба ладонью вперед, пальцами вверх. Смотрите вперед (рис. 48).

Рис. 48

2. Продолжайте поворачивать туловище влево. Поднимите кисть левой руки по дуге в сторону до уровня чуть выше головы, ладонью вперед, пальцами кверху, а кисть правой опустите перед животом ладонью влево вперед, пальцами по наклонной вниз. Смотрите вперед (рис. 49).

Рис. 49

3. Поверните туловище чуть вправо, слегка приседая. Одновременно согните кисть левой руки в локте, обращая ладонь вправо, пальцы кверху, а кисть правой сожмите в кулак, поставив ее на уровне диафрагмы под локтем левой руки ладонной стороной к туловищу. Смотрите вперед (рис. 50).

Рис. 50

13-я форма. Шаг назад и вращение руками в обе стороны

1. Поверните туловище слегка вправо, смещая центр тяжести несколько книзу, чуть больше сгибая обе ноги в коленях. Одновременно переведите кисть левой руки вперед ладонью по наклонной вперед, пальцами по наклонной вверх, а кисть правой разожмите и несколько поднимите перед грудью ладонью по наклонной вперед, пальцами по наклонной кверху. Смотрите вперед (рис. 51).

Рис. 51

2. Поворачивая туловище влево, сделайте левой ногой шаг влево-назад, при этом описывая левой стопой дугу от правой лодыжки влево назад и переходя в правостороннюю стойку «лучника». Одновременно опустите кисть левой руки перед бедром ладонью книзу, пальцами вперед, а кисть правой вытяните на уровне плеча вправо вперед ладонью вперед, пальцами по наклонной кверху. Смотрите вперед (рис. 52).

Рис. 52

3. Поверните туловище влево, полностью перемещая тяжесть тела на левую ногу. Поверните кисти обеих рук в лучезапястных суставах ладонями кверху. Затем поднимите кисть левой руки по дуге перед левой частью лица, сгибая в локте, и отведите в сторону ладонью по наклонной вперед, а кисть правой поверните перед грудью в лучезапястном суставе ладонью вверх, пальцами вперед. Одновременно приблизьте правую ногу к левой, касаясь пола сначала носком, затем и пяткой правой ноги. Смотрите вперед (рис. 53, 54).

Рис. 53, 54

4. Поворачивая туловище вправо, сделайте правой ногой шаг вправо назад, при этом описывая стопой дугу от левой лодыжки вправо назад и переходя в левостороннюю стойку «лучника». Одновременно опустите кисть правой руки к бедру ладонью книзу, пальцами вперед, а кисть левой проведите мимо головы на уровне чуть ниже уха, выталкивая ладонью вперед, пальцами кверху. Смотрите вперед (рис. 55).

Рис. 55

5. Поверните туловище слегка вправо, затем начните поворачивать влево, перемещая тяжесть тела вправо. Одновременно поднимите кисть правой руки, сгибая в локте, к правой стороне лица ладонью влево вперед, пальцами кверху, а кисть левой слегка приблизьте к туловищу. Затем, продолжая поворачивать туловище влево, сделайте левой ногой шаг влево назад, при этом описывая стопой дугу от правой лодыжки влево назад и переходя в правостороннюю стойку «лучника». Одновременно опустите кисть левой руки перед бедром ладонью книзу, пальцами вперед, а кисть правой выталкивайте на уровне чуть ниже уха ладонью вперед, пальцами кверху. Смотрите вперед (рис. 56, 57).

Рис. 56, 57

14-я форма. Шаг назад и надавливание на локоть

1. Поверните туловище влево, перенося тяжесть тела также влево. Поднимите кисть левой руки на уровень плеча влево назад ладонью в сторону, пальцами вверх, а кисть правой переведите к груди ладонью кверху, пальцами вперед (рис. 58).

Рис. 58

2. Поверните туловище вправо, перенося тяжесть тела также вправо. Одновременно продолжайте сгибать в локте правую руку, приближая ее к груди и поворачивая кисть в лучезапястном суставе ладонью книзу, пальцами влево, а кисть левой поверните в лучезапястном суставе ладонью кверху, пальцами в сторону. Смотрите вправо вперед (рис. 59, анфас рис. 59а).

Рис. 59, 59а

3. Поверните туловище влево, перенося тяжесть тела на левую ногу. Одновременно согните кисть левой руки и прижмите к телу на уровне диафрагмы областью хукоу (частью ладони между большим и указательным пальцами), пальцами книзу, а кисть правой опустите, описав небольшую окружность над правым коленом ладонью книзу, пальцами по наклонной книзу. Смотрите вправо вперед (рис. 60, анфас рис. 60а).

Рис. 60, 60а

4. Оторвав от пола пятку Правой ноги, опишите ею дугу от левой лодыжки влево назад (при этом носком ноги соприкасаясь с полом). Окончив движение, резко притопните ногой, плотно поставив стопу на пол, направляя носок вправо вперед и принимая левостороннюю стойку «лучника». Одновременно поднимите кисть правой руки к груди ладонью книзу, пальцами по наклонной книзу, прижимая областью хукоу к локтю левой руки, кистями обеих рук образуя окружность на уровне диафрагмы. Затем с силой отведите локоть правой руки вправо назад, прижимая ладонь к середине груди, а кисть левой вытяните на уровне плеча влево вперед, выталкивая ладонью вперед, пальцами кверху. Смотрите вперед (рис. 61).

Рис. 61

15-я форма. Голова зверя

1. Поверните туловище немного вправо, слегка сгибая ноги в коленях и перемещая тяжесть тела на правую ногу. Левую ногу, приподняв пятку, приблизьте к правой. Одновременно опустите кисть правой руки к левой части живота, обращая ее ладонью по наклонной кверху, пальцами вперед и чуть влево. Кисть левой руки, чуть опустив локоть, переведите вперед ладонью вправо, пальцами кверху. Смотрите вперед (рис. 62).

Рис. 62

2. Чуть больше согните правую ногу в колене, делая левой ногой шаг влево вперед (под углом примерно 30° к правой стопе). Затем, поворачивая туловище чуть влево, перенесите тяжесть тела также влево, плотно ставя левую стопу на пол и принимая левостороннюю стойку «лучника». Одновременно опустите кисть левой руки к бедру, надавливая ладонью вниз, пальцами вперед, а кисть правой вытягивайте от плеча вперед на уровне чуть выше плеча ладонью вверх, пальцами вперед (рис. 63). В то же время сместите центр тяжести тела несколько книзу, расслабив левое бедро и подав назад левую ногу. Смотрите вперед.

Рис. 63

16-я форма. Отступление

1. Используя пятку левой ноги в качестве оси, а носок завернув кнутри, начните поворачивать туловище вправо, смещая тяжесть тела тоже вправо. Одновременно кисть левой руки переместите к левому колену ладонью вперед, пальцами вниз и чуть в сторону, а кисть правой, согнув руку в локте, поверните в лучезапястном суставе на уровне подбородка ладонью вперед, пальцами влево. Смотрите вперед (рис. 64).

Рис. 64

2. Продолжайте поворачивать туловище вправо, перемещая тяжесть тела на левую ногу. По оси пятки левой ноги быстро поверните туловище вправо назад (примерно на 180°), при этом делая шаг правой ногой вправо назад, носком слегка прикасаясь к полу; в окончательной фазе движения резко притопните, плотно поставив стопу на пол. Одновременно продолжайте поднимать кисть правой руки до уровня чуть выше головы, затем опустите ее к бедру, надавливая ладонью вниз, пальцами вправо вперед; а кисть левой, согнув в локте, поднимите к левому уху, затем вынесите ее вперед, делая колющее движение ладонью вправо, пальцами кверху. Смотрите вперед (рис. 65).

Рис. 65

17-я форма. Продвижение вперед с шагом вправо и влево

1. Поворачивая туловище вправо, перенесите тяжесть тела полностью на чуть согнутую в колене правую ногу, поднимите колено левой ноги, так чтобы бедро было параллельно полу, приближая его к правой ноге. Одновременно заведите кисть правой руки за бедро ладонью книзу, пальцами по наклонной назад, а кисть левой опустите перед правым бедром ладонью книзу, пальцами по наклонной назад. Смотрите вперед (рис. 66).

Рис. 66

Остальные движения этой формы такие же, как в форме 7, но выполняются в противоположном направлении. В форме 7 нужно сделать правой ногой шаг вправо вперед (учитывая, что в исходном положении туловище направлено на юг, считаем, что шаг правой ногой делается на северо-запад, в этой же форме нужно сделать шаг правой ногой на юго-восток) (см. рис. 28–32 в одноименной статье в «Цигун и спорт», № 4).

18-я форма. Синий дракон выходит из воды

1. Поверните туловище несколько влево, перенося тяжесть тела вправо. Сожмите кисть левой руки в кулак и, согнув в локте, переведите к правой подмышечной впадине ладонной стороной кулака к туловищу. Одновременно подведите кисть правой руки к тыльной стороне левого предплечья ладонью по наклонной вверх, пальцами влево и чуть вперед, так что кисти обеих рук образуют окружность. Смотрите влево (рис. 67).

Рис. 67

2. Поверните туловище несколько вправо, чуть больше сгибая ноги в коленях и смещая центр тяжести несколько вниз. Одновременно резко поверните кисть левой руки, ударяя тыльной стороной локтевого сгиба влево вперед, опуская ее кулаком вниз, ладонной стороной кулака назад в сторону, а кисть правой со скоростью удара левой руки подведите к середине диафрагмы, прижимая к ней ладонь, в то же время ударяя локтем вправо. Смотрите влево вперед (рис. 68).

Рис. 68

19-я форма. Удар кулаком в землю

1. Поверните туловище влево, перемещая тяжесть тела также влево. Разожмите кисть левой руки, поднимая ее по дуге влево вперед до уровня чуть выше плеча ладонью вперед, пальцами вверх и несколько вправо. Кисть правой руки поднимите перед левой стороной груди чуть ниже уровня кисти левой руки, ладонью влево вперед, пальцами кверху и несколько вперед. Затем, поворачивая туловище вправо (примерно на 90°) и развернув носок правой ноги кнаружи, переместите тяжесть тела полностью на правую ногу, чуть сгибая ее в колене, а колено левой ноги поднимите чуть выше уровня бедра, свободно свесив носок вниз. Вместе с поворотом туловища вправо переведите кисть правой руки вправо вперед на уровень уха ладонью вперед, пальцами кверху и несколько влево, а кисть левой с чуть согнутым локтем вытяните над коленом левой ноги ладонью вправо вперед, пальцами влево вперед (рис. 69, 70).

Рис. 69, 70

2. Чуть больше согнув в колене правую ногу, сделайте левой шаг влево вперед (под углом примерно 45° к правой стопе). Поставьте левую ногу на пол, сместив тяжесть тела несколько вперед, так что тяжесть тела равномерно распределяется между обеими ногами. Продолжайте выносить кисть левой руки вперед, а кисть правой опустите несколько ниже (рис. 71).

Рис. 71

Затем, повернув туловище несколько вправо, сожмите кисть левой руки в кулак и, чуть согнув в локте, поверните левую руку тыльной стороной предплечья кверху. Одновременно сожмите кисть правой руки в кулак, повернув ее тыльной стороной к туловищу. После этого поверните туловище влево, перенося центр тяжести также влево и сгибая левую ногу в колене. Одновременно поднимите согнутую в локте левую руку влево до уровня головы тыльной стороной предплечья книзу, а кисть правой вытяните вниз, с силой ударяя в направлении носка левой ноги, ладонной стороной кулака к туловищу. Смотрите вперед вниз (рис. 72, 73).

Рис. 72, 73

20-я форма. Двойной прыжок

1. Поворачивая туловище вправо, перенесите тяжесть тела на правую ногу, согнув ее в колене, а носок левой поверните кнутри по оси пятки. Одновременно с силой опустите кисть левой руки к левому колену ладонной стороной кулака назад, а кисть правой вместе с поворотом туловища поднимите к левой стороне груди тыльной стороной кулака кверху. Смотрите влево вперед (рис. 74).

Рис. 74

2. Продолжая поворачивать туловище вправо, перенесите тяжесть тела полностью на левую ногу, в то же время приблизьте правую ногу, приподняв пятку, на полшага к левой. Одновременно поверните кисть правой руки в лучезапястном суставе тыльной стороной кулака книзу, опуская ее перед бедром, а кисть левой поднимите влево вперед до уровня головы тыльной стороной кулака в сторону. Смотрите вперед (рис. 75).

Рис. 75

3. Плотно поставив стопу правой ноги на пол, поднимите колено левой ноги, так чтобы бедро было параллельно полу. Одновременно разожмите кисть левой руки и вынесите ее вперед, выталкивая ладонью вперед, пальцами кверху, а кисть правой заведите за бедро ладонной стороной кулака к туловищу. Смотрите вперед (рис. 76).

Рис. 76

4. Разожмите кисть правой руки, поднимите ее до уровня уха ладонью вперед, пальцами кверху и несколько влево. Одновременно слегка опустите кисть левой руки. Не опуская стопу левой ноги на пол, резко поднимите правую ногу, ударяя носком вперед (верхняя часть стопы должна быть натянута). Вытяните вперед кисть правой руки. Когда носок правой ноги окажется перед телом, лицевой стороной правой ладони нанесите удар по верхней части стопы. Одновременно опишите кистью левой руки дугу, опустив ее к бедру, затем поднимая чуть выше головы слева сзади, ладонью в сторону, пальцами кверху. После этого опустите на пол сначала носок, затем пятку левой ноги. Смотрите вперед (рис. 77, 78).

Рис. 77, 78

21-я форма. Кулак, защищающий сердце

1. Опустите на пол сначала носок, затем пятку правой ноги, слегка согнув ее в колене. Затем сделайте левой ногой шаг влево назад, чуть сгибая левую ногу в колене и переходя в правостороннюю стойку «лучника». Одновременно, поворачивая туловище вправо, поднимите кисти обеих рук на уровень плеч, разгибая их в локте и выталкивая ладонями вправо вперед, пальцами кверху. Смотрите влево вперед (рис. 79).

Рис. 79

2. Поверните туловище слегка влево, перенося тяжесть тела на левую ногу. Сделайте правой ногой полшага к левой, опустив ее на пол перед левой ногой, лишь носком касаясь пола. Обе ноги слегка согнуты в коленях. Одновременно поднимите кисть левой руки, согнув ее в локте, чуть выше плеча влево вперед ладонью вперед, пальцами вверх и несколько вправо, а кисть правой опустите до уровня чуть ниже плеча, повернув в лучезапястном суставе ладонью кверху, пальцами вперед. Смотрите вправо вперед (рис. 80).

Рис. 80

3. Поворачивая туловище влево, согните левую ногу в колене, а правой ногой сделайте шаг назад, чуть сгибая ее в колене и переходя в левостороннюю стойку «лучника». Вместе с поворотом туловища влево сожмите кисти обеих рук в кулаки, переводя кисть левой влево назад на уровне чуть выше плеча тыльной стороной кулака к туловищу, а кисть правой поднимите на уровень лица тыльной стороной кулака кнаружи. Кисти обеих рук согнуты в виде дуги. Смотрите вправо (рис. 81).

Рис. 81

4. Продолжая смещать тяжесть тела все больше влево, поверните туловище вправо. Одновременно опустите кисть правой руки по дуге, так чтобы кулак оказался над коленом правой ноги ладонной стороной кулака к туловищу, а кисть левой переведите вправо, останавливая перед лицом тыльной стороной кулака кнаружи (рис. 82).

Рис. 82

5. Поверните туловище слегка влево, перенося тяжесть тела вправо. Затем поднимите кисть правой руки, согнув ее в локте, до уровня уха тыльной частью предплечья в сторону, а кисть левой слегка опустите влево вперед, поворачивая в лучезапястном суставе тыльной стороной кулака вниз. Смотрите вперед (рис. 83).

Рис. 83

6. Поверните туловище слегка влево, продолжая перемещать тяжесть тела вправо вниз. Одновременно согните кисти обеих рук в локте и лучезапястном суставе в виде дуги, опуская левую перед животом ладонной частью кулака к туловищу, а кисть правой подведите к груди ладонной стороной кулака к туловищу. Смотрите вперед (рис. 84).

Рис. 84

22-я форма. Продвижение вперед

1. Поверните туловище вправо, перенося тяжесть тела полностью на правую ногу. Подведите левую ногу к правой, опуская на пол только носок левой ноги. Одновременно разожмите кисти обеих рук, переводя кисть левой к левой стороне живота ладонью вправо вперед, пальцами вперед, а кисть правой поднимите на уровень плеча вправо вперед ладонью вперед, пальцами влево. Смотрите влево (рис. 85).

Рис. 85

2. Чуть больше согните правую ногу в колене, начиная делать левой ногой шаг влево. Затем поверните туловище влево, опуская на пол только пятку левой ноги. Перенося тяжесть тела на левую ногу, полностью опустите на пол стопу левой ноги. Затем приблизьте правую ногу к левой и, согнув в колене, поставьте ее на пол на носок. Одновременно поднимите кисть левой руки, согнув ее в локте, влево до уровня плеча, держа предплечье горизонтально, обращая ладонью кнаружи (влево вперед), пальцами вправо, а кисть правой опустите по дуге перед животом ладонью кверху, пальцами вперед. Смотрите вправо вперед (рис. 86, 87, 88).

Рис. 86, 87, 88

23-я форма. Движение назад

Поверните туловище вправо, полностью опуская на пол стопу правой ноги и перенося на нее тяжесть тела, в то же время приподнимая пятку левой ноги. Одновременно поднимите кисть правой руки до уровня чуть выше плеча, выталкивая ее вправо вперед ладонью кнаружи, пальцами по наклонной кверху, а кисть левой опустите по дуге влево, останавливая затем перед животом ладонью по наклонной кверху, пальцами вперед. Смотрите вперед (рис. 89, 90).

Рис. 89, 90

24-я форма. Удар правой пяткой

1. Поверните туловище влево, полностью опуская на пол стопу левой ноги, перемещая тяжесть тела на левую ногу. Затем чуть больше согните левую ногу в колене, делая правой ногой большой шаг вправо и опуская на пол только пятку правой ноги, смещая центр тяжести тела вниз. Одновременно поднимите кисть левой руки, согнутой в локте, на уровень лба ладонью вперед, пальцами вправо, а кисть правой опустите к колену правой ноги ладонью вперед, пальцами по наклонной вниз в сторону. Смотрите вправо (рис. 91, 92).

Рис. 91, 92

2. Затем, перемещая тяжесть тела вправо, поверните туловище слегка влево. Сгибая правую ногу в колене, так что бедро параллельно полу, а левую ногу вытягивая с чуть согнутым коленом, примите правостороннюю стойку «лучника». Кисть правой руки поднимите по дуге мимо живота вправо вперед до уровня чуть выше плеча, держа предплечье горизонтально, направляя ладонь вперед, пальцы влево, а кисть левой опустите к левому колену ладонью вперед, пальцами по наклонной вниз в сторону. Смотрите вправо вперед (рис. 93).

Рис. 93

3. Перенесите тяжесть тела на левую ногу, сгибая ее в колене. Одновременно поднимите кисть левой руки до уровня уха, согнув ее в лучезапястном суставе ладонью вперед, пальцами вверх и несколько вправо. Переведите кисть правой руки вправо на уровне уха, согнув ее в лучезапястном суставе симметрично кисти левой руки ладонью вперед, пальцами вверх и несколько влево. Смотрите вправо (рис. 94).

Рис. 94

4. Чуть больше согните левую ногу в колене, приближая слегка согнутую в колене правую ногу к левой и ставя ее на пол на носок. Одновременно опустите кисти обеих рук, скрестив их лучезапястными суставами перед нижней частью живота, так что кисть левой руки сверху, ладонью вправо, пальцами вниз вперед, а кисть правой обращена ладонью влево, пальцами вниз вперед. Смотрите вправо (рис. 95, анфас рис. 95а).

Рис. 95, 95а

5. Затем сожмите кисти обеих рук, согнутых в локтях, в кулаки и поднимите их до уровня диафрагмы, так что предплечья соприкасаются друг с другом и параллельны полу (кисть правой руки сверху), тыльными сторонами кулаков кверху. Одновременно поднимите колено правой ноги чуть выше уровня бедра. Смотрите вправо (рис. 96, анфас рис. 96а).

Рис. 96, 96а

6. После этого быстро выпрямите правую ногу в колене, ударяя пяткой вправо (левая нога слегка согнута в колене). Одновременно разожмите кисти обеих рук, по дуге поднимая их сначала до уровня подбородка, затем выпрямляя их и разводя в стороны ладонями кнаружи, пальцами по наклонной вперед. Смотрите вправо (рис. 97, анфас рис. 97а).

Рис. 97, 97а

25-я форма. Удар левой пяткой

1. Чуть больше согните левую ногу в колене, правую пятку опуская на пол, а носок разворачивая кнаружи. По оси правой пятки повернитесь вправо примерно на 180°, плотно ставя стопу правой ноги на пол и перенося тяжесть тела полностью на правую ногу. Поднимите колено левой ноги, так чтобы бедро было параллельно полу и, выпрямляя левую ногу в колене, вынесите ее влево, опуская на пол пятку и полностью приседая на правую ногу. Поворачиваясь вправо, согните правую руку в локте и вынесите по дуге мимо лба вправо вперед на уровне головы, держа предплечье горизонтально и поворачивая кисть в лучезапястном суставе ладонью кнаружи (вправо вперед), пальцами по наклонной кверху, а кисть левой опустите к левому колену, поворачивая вместе с туловищем вправо, ладонью вниз вперед, пальцами влево вперед. Смотрите влево (рис. 98, 99, 100).

Рис. 98, 99, 100

2. Затем поверните туловище слегка влево, перенося тяжесть тела на левую ногу, согнутую в колене, и переходя в левостороннюю стойку «лучника». Одновременно поднимите кисть левой руки по дуге мимо живота влево вперед до уровня чуть выше плеча, держа предплечье горизонтально, направляя ладонь вперед, пальцы по наклонной вверх вправо, а кисть правой опустите вправо в сторону к правому колену ладонью вперед, пальцами по наклонной вниз в сторону. Смотрите влево (рис. 101).

Рис. 101

3. Поверните туловище слегка вправо, так чтобы тяжесть тела была равномерно распределена между обеими ногами. Одновременно поднимите правую руку до уровня чуть выше плеча, вытягивая ее в сторону и сгибая в лучезапястном суставе ладонью в сторону, пальцами кверху. В то же время переведите кисть левой руки на том же уровне, согнув ее в лучезапястном суставе симметрично кисти правой руки ладонью в сторону, пальцами вверх. Смотрите влево (рис. 102).

Рис. 102

4. Чуть больше сгибая правую ногу в колене, приблизьте левую ногу к правой, ставя ее на пол на носок. Одновременно опустите кисти обеих рук, скрестив их лучезапястными суставами перед нижней частью живота, так что кисть левой руки сверху, ладонью вправо, пальцами вниз вперед, а кисть правой руки обращена ладонью влево, пальцами вниз вперед. Смотрите влево (рис. 103).

Рис. 103

5. Сожмите кисти в кулаки и, сгибая руки в локтях, поднимите до уровня диафрагмы, так что предплечья соприкасаются друг с другом и параллельны полу (кисть левой руки сверху), тыльными сторонами кулаков кверху. Одновременно поднимите колено левой ноги чуть выше уровня бедра. Смотрите влево (рис. 104).

Рис. 104

6. Быстро выпрямите левую ногу в колене, ударяя пяткой влево (правая нога слегка согнута в колене). Одновременно разожмите кисти и по дуге поднимите руки сначала до уровня подбородка, затем выпрямляя их и разводя в стороны ладонями кнаружи, пальцами по наклонной кверху. Смотрите влево (рис. 105).

Рис. 105

Ударяя пяткой в сторону, обратите особое внимание на то, чтобы поясница и бедро были расслаблены; ни в коем случае не сгибайтесь в талии.

(Окончание следует)

ДИСКУССИОННАЯ ТРИБУНА

Герметизм

(фрагмент)

Д. Странден

(Продолжение. Начало см. в № 4.)

Герметизм и его происхождение

Вернемся к рассмотрению текста «Изумрудной скрижали».

«То, что находится внизу, аналогично тому, что находится вверху. И то, что вверху, аналогично тому, что находится внизу», — читаем мы далее в «Изумрудной скрижали». В этих словах сформулирован закон аналогии или соответствия (одна из 7 основных истин герметизма). Закон этот гласит, что существует соответствие между фактами и законами трех главных плоскостей сознания и бытия или трех миров, признаваемых герметической философией.

Миры эти таковы: 1) мир материальный, 2) мир умственный и 3) мир духовный, или божественный. Закон соответствия, или аналогии, кроме того, утверждает, что всякий микрокосм (будь то человек, планета, солнечная система или атом) аналогичен макрокосму. К последнему положению начинает склоняться и современная наука. В этом отношении чрезвычайно интересным знамением времени является талантливая книжка Фурнье д’Альба «Два новых мира. Инфрамир и супрамир», излагающая в терминах современной науки чисто герметическое учение. О законе аналогии еще будет идти речь далее.

«Чтобы осуществить чудеса единой вещи» — в этих словах содержится утверждение принципа монизма. В некоторых сочинениях по оккультизму поясняется, что та «единая вещь», о которой здесь идет речь, есть не что иное, как пресловутый «философский камень», играющий такую роль в алхимических трактатах. Под философским камнем люди, имеющие некоторое, большей частью заимствованное из вторых и третьих рук, понятие об алхимии, разумеют обыкновенно просто некий красный порошок, якобы обладающий свойством превращать неблагородные металлы, например свинец и ртуть, в золото, а также дающий адепту, обладающему им, возможность изготовлять так называемый эликсир жизни. Этот эликсир якобы служит лекарством от всех болезней и позволяет продлить жизнь, сохранить молодость и ускорять эволюцию растений и животных и т. п. Мы не будем касаться здесь вопроса о том, существует ли подобный порошок лишь в расстроенном воображении полупомешанных людей или же есть несомненные исторические факты, указывающие на то, что, может быть, за невероятными утверждениями алхимиков все-таки кроется по меньшей мере некоторая доля истины.

Следует, однако, отметить, что при современном состоянии естественных наук мы не имеем права утверждать априорно, что изготовление вещества, обладающего теми свойствами, которые приписывались философскому камню, есть нечто невозможное и абсурдное по самому существу. Вопрос о существовании особой жизненной силы, проявляющейся в разных степенях и разными способами во всех царствах природы, для наших естествоиспытателей есть еще вопрос весьма спорный. Если вопреки теориям материалистически настроенных ученых жизненная сила («Архей», или «Spiritus vitae» древних философов, или «Прана», как ее называют индусы) действительно существует, то нет ничего абсурдного в предположении, что удастся изготовить такое химическое вещество, в котором можно сконцентрировать огромный запас этой энергии, и притом в таких условиях, чтобы при разложении этого вещества этот запас жизненной энергии легко освобождался, переходя из потенциального в активное состояние, подобно тому как от искры, удара или нагревания освобождается огромный запас механической энергии из некоторых взрывчатых веществ. Весьма поучительно также действие ферментов, ничтожное количество которых производит громадный эффект. Некоторые современные герметисты, работающие над вопросом трансмутации, или превращения металлов, по линиям древней алхимии, прямо утверждают, что философский камень в одном из своих смыслов есть не что иное, как особый металлический фермент. Эти современные алхимики считают, что многие таинственные намеки, содержащиеся в алхимических трактатах, станут понятными, когда сделает большие успехи так называемая каталитическая химия, т. е. когда ученые более основательно ознакомятся с коллоидальным состоянием металлов, пока еще сравнительно мало изученным. Отрицать самую возможность алхимической трансмутации в настоящее время уже невозможно, так как факты превращения одного элемента в другой уже бесспорно доказаны. Так, например, Рамзай, работая над радием, убедился в том, что часть эманации радия самопроизвольно превращается при известных условиях в другой элемент, гелий. Рамзай, Дебиер, г-жа Кюри и Содди наблюдали превращение и некоторых других элементов под влиянием эманации радиоактивных веществ. Но здесь нас интересует не химическая, а совсем другая сторона вопроса. Недаром, конечно, герметисты назвали свой камень «философским камнем», или «камнем мудрецов»; уже само это название намекает на то, что они имели в виду камень совсем особого рода. И действительно, всякий достаточно проницательный человек, который даст себе труд вчитаться внимательно в трактаты по алхимии, придет к тому заключению, что истинные герметисты всего менее интересовались чисто химическими вопросами — хотя они и не игнорировали их и сделали много замечательных открытий в области химии. Но главная цель их была совсем другая; читателю это должно быть ясно уже из того, что мы говорили о посвящении. Под покровом химических терминов и описания химических процессов герметисты развивали философские, психологические, космогонические, общественные и т. п. теории, говорить о которых общепонятным языком они по целому ряду причин считали невозможным. «Истинная герметическая трансмутация есть умственное ремесло» — так гласит одно древнее герметическое изречение.

Но что же в таком случае надо понимать под философским камнем? Прежде всего этот камень есть то, что позволяет одно умственное состояние — нежелательное — произвольно превращать в другое — желательное — или одну эмоцию превращать в другую. Следовательно, это особое состояние сознания, достигнув которого человек становится полным господином своего психического мира, благодаря чему он получает возможность совершенно переродиться духовно. Состояние сознания, о котором здесь идет речь, есть не что иное, как так называемое космическое сознание, т. е. сознание всеединства, испытав которое хотя бы однажды в жизни человек совершенно перерождается, становится «дважды рожденным» или «рожденным от духа». Это тот «Христос в нас», о котором говорит в своих посланиях ап. Павел. Вспомним, что в нашем Свящ. Писании Христос также называется «камнем, который отбросили строители», т. е. те, кто хочет построить идеальное общество из не возрожденных духовно людей — задача совершенно безнадежная. Таков психологический или мистический смысл «философского камня» алхимиков-герметистов. В известном смысле под этим камнем можно понимать и само герметическое учение, так как, усвоив его и проникнувшись им, человек тем самым уже делает первый шаг к своему духовному возрождению. В высшем метафизическом смысле философский камень есть само Всеединое в своем аспекте Логоса, или мирового «Я». В «Изумрудной скрижали» говорится, что все вещи произошли через посредство (mediatione) Логоса или через размышление (meditatione) Логоса (вспомним слова из Евангелия от Иоанна: «И без Него ничтоже бысть еже бысть». Это — формулировка первого из основных принципов герметизма, так называемого принципа ментализма, согласно которому вся вселенная есть не что иное, как мысленный образ, возникший в уме Всеединого.

Та «единая вещь», или «единая сущность», про которую говорится далее, что от нее через «приспособление» или через «принятие ее извне» (есть два варианта: «adoptine» и «adaptatione», — и оба согласны d принципами герметической философии) родились все вещи, есть «астрал», или «астральный свет», оккультистов. Это есть то промежуточное состояние единой мировой субстанции, через посредство которого вещи и существа материального мира связываются с миром духовным — с Логосом и с Душой мира или, точнее, с ее высшей, чистейшей частью, с Софией, или Премудростью Божией, неразрывно соединенной с Логосом. С точки зрения оккультизма весь материальный мир является как бы коагуляцией, сгустком этой тонкой, пластической, нематериальной сущности, этой Души мира в ее низшем аспекте, где хранятся мысленные образы, создаваемые как человеком, так и духовными существами высшего порядка, признаваемые оккультизмом. Солнце, символизирующее в данном истолковании Логос, или мировое «Я», — отец астрала. Луна, символизирующая Софию, являющуюся как бы зеркалом, в котором отражается мир Божественных идей, творимых Логосом, — есть мать астрала. Земля — та кормилица, которая взращивает материальное осуществление этого идеального мира. Все, что есть совершенного на земле, есть материализация чистого, не искаженного развращенным человеческим воображением астрала. Энергия астрала сохраняется во всей своей полноте, хотя и в скрытом виде, будучи заключена в формы мира материального. Как сказано в «Изумрудной скрижали»: «Сила ее остается цельной, когда она превращается в землю». Весь мировой процесс можно изобразить как нисхождение астрала в мир материальный и постепенное высвобождение его оттуда. Между миром материальным и миром духовным происходит постоянный обмен. Один ток астрала — эволюционный — восходит из материи, устремляясь в мир духовный: другой ток — инволюционный — устремляется в обратном направлении. Дальнейшие слова «Изумрудной скрижали» становятся понятными сами собой при свете этого объяснения, поэтому не будем останавливаться на них.

При мистическом или психическом истолковании слова: «Эта вещь восходит от земли к небу, и снова нисходит на землю, воспринимая силу как высших, так и низших областей мира» — относятся к бессмертному духу, или «я» человека, и формулируют закон эволюции человеческого духа путем многократных воплощений на земле. «Отцом» нашего бессмертного, перевоплощающегося «я» является наше личное солнце духовное, т. е. божественная искра, исходящая от Логоса. Это наше высшее, божественное «Я», по существу, неотделимо от Логоса, или Мирового «Я». Это — «Атман» индусов, 7-е начало человека, по учению теософии. «Мать» нашего перевоплощающегося «я» — «Буддхи» индийской теософии, наше шестое начало; это, если можно так выразиться, пункт соприкосновения нашего личного «я» с Мировой Душой. Когда мы осознаем в себе это начало, мы ощущаем единство Божественной Жизни, проникающей всю вселенную. Чтобы осознать свое бессмертное, истинное «я», мы, действительно, должны постепенно научиться «отделять землю от огня, тонкое от грубого», т. е. освобождать наш дух, наши высшие идеалы и эмоции от всех тех низменных, эгоистических, пустых интересов, эмоций и мыслей, которые приковывают нас к земле и мешают развернуться всем силам нашего истинного, духовного существа. И операция эта должна действительно производиться «осторожно и с большим искусством». Это-то и есть герметическое искусство par excellence. Когда мы им овладеем, от нас «отойдет всякая темнота» и мы станем воистину просветленными — Illuminati.

«Эта вещь есть сила всяческой силы, и она победит всякую самую утонченную вещь и проникнет собою всякую твердую вещь». Действительно, когда мы достигнем расширенного, космического сознания, мы испытаем интеллектуальное просветление, и обостренные этим переживанием силы нашего ума сумеют справиться с такими задачами, перед которыми прежде оказывался беспомощным наш интеллект. А сила духовной любви, возгоревшейся в нашей душе, будет ощущаться даже самыми черствыми людьми и сумеет растопить их оледеневшие сердца.

В словах «солнце ее отец, луна ее мать» заключается также намек на то, что, согласно космогоническому учению герметизма, нашей земной эволюции предшествовали два других эволюционных цикла или, так сказать, два прежних перевоплощения нашей планеты Земля (не считая первого цикла, или цикла Сатурна, — состояния еще совершенно духовного). Это — циклы Солнца и Луны, называемые так потому, что туманность, из которой развилась наша Земля (или, вернее, вся наша Солнечная система), первоначально была в состоянии, несколько аналогичном тому, в котором в настоящее время находится наше Солнце. Следующее перевоплощение, уже более уплотненное, когда преобладало жидкое состояние вещества, уподобляется герметистами в силу некоторых соображений Луне. Это так называемая «лунная манвантара», о которой говорится в индийском эзотеризме. Согласно этому учению, высшее разумное начало человека разбилось под влиянием духовных существ, достигших человеческой стадии еще во время солнечного цикла (так называемые «Солнечные Питрисы», или «Сыны Огня», «Агнишватты» индийского эзотерического учения); низшая же, телесная природа человека — или, вернее, ее астральный прототип — была окончательно подготовлена развитием, совершавшимся во время лунной манвантары. Предками телесного человека являются так называемые «Лунные Питрисы», т. е. человекообразные существа, еще не достигшие ясного самосознания и разумности во время лунного цикла. Оттого Солнце названо отцом нашей земной эволюции, а Луна — ее матерью.

Не вдаваясь в подробности, мы дадим теперь краткое истолкование чисто алхимического смысла «Изумрудной скрижали». Тот, кто хорошо знаком с алхимической литературой, сумеет найти в этом произведении формулировку основных принципов химии, как они понимались алхимиками. Указание способа приготовления «философского камня» (понимаемого в данном случае действительно как вещество, способное превращать неблагородные металлы в благородные), а также и описание самого этого камня. Здесь мы ограничимся лишь некоторыми краткими пояснениями.

«То, что находится внизу, аналогично тому, что находится наверху, и то, что наверху, аналогично тому, что находится внизу». Так гласит второе изречение «Изумрудной скрижали». В применении к алхимии оно означает, что материальный атом, рассматриваемый как комплекс мельчайших полуматериальных, эфирных частиц — того, что в современной науке называется электронами, — есть как бы микрокосм и аналогичен тому, что мы созерцаем на небе, — бесчисленным солнечным системам с их солнцами и вращающимися вокруг них планетами.

«Солнце ее отец, луна ее мать». В алхимическом смысле здесь идет речь опять-таки о происхождении и строении всякой материальной частицы, всякого атома материи. «Солнце» здесь означает не что иное, как «серу» алхимиков, а «луна» — их «ртуть». Надо, конечно, иметь в виду, что «сера», «ртуть», «золото» и т. д. алхимиков совсем не то же, что носящие эти названия «элементы» современной химии. Алхимики-герметисты в своих трактатах постоянно настаивают на этом. Как известно, алхимики учили, что в основе всего, с чем мы встречаемся в проявленной вселенной, лежат три универсальных начала, называемых ими «серой», «ртутью» и «солью».

Под этими названиями алхимики разумели следующее: если мы будем рассматривать какой бы то ни было индивидуум — будь то солнечная система, атом, человек или животное, — найдем, что его бытие складывается из трех основных факторов:

1) из внутренней, присущей ему энергии того или иного порядка, усвоенной им из общего запаса космической энергии и позволяющей ему проявлять себя вовне известным образом — реагировать так или иначе на окружающую его среду (это и есть «сера» алхимиков); 2) из внешних влияний, притекающих к данному индивидууму из окружающей его среды и пробуждающих в нем сознание того или иного порядка (это «ртуть» философов), и 3) из той материальной основы или оболочки, которая сама есть результат взаимодействия этих двух полярных по отношению друг к другу энергий, внутренней и внешней, как бы продукт их нейтрализации (это — «соль» философов). Например, воля и вообще всякая психическая и жизненная энергия, проявляющаяся в человеке, — это его «сера»; внешние влияния, притекающие к человеку из окружающей его космической среды, и пробуждаемое ею пассивное состояние сознания — это его «ртуть», а организм его, являющийся результатом взаимодействия этих двух энергий — и, в более тесном смысле, его «телопричинности» (Karanasarira), — есть его «соль». В применении к материальному атому «серой» будет внутриатомная энергия, запас которой громаден, как установили новейшие исследования строения материи. «Ртутью» будет то «электромагнитное поле», та находящаяся в особых условиях эфирная среда, окружающая всякую материальную частицу, через посредство которой на атом влияют космические силы; или — в другом смысле — это будет сознание этого атома. «Солью» будет состоящее из электронов, т. е. как бы сгустков энергии, «тело» атома, если можно так выразиться. Древние герметические философы были сторонниками энергетичного мировоззрения, которое лишь в сравнительно недавнее время утвердилось в науке. Материя для них была лишь видимостью, иллюзией, возникающей в результате взаимодействия энергий. Физический мир в их глазах был лишь материализацией мира астрального, который есть не что иное, как мир сил или энергий. Поэтому и говорится в «Изумрудной скрижали»: «Все вещи родились от этой единой сущности», т. е. от астрала. Чрезвычайно интересны встречающиеся несколько далее слова: «сила ее остается цельной (т. е. неизрасходованной), когда она превращается в землю». Это совершенно согласно с новейшим научным учением, гласящим, что всякая материальная частица обладает громадным, неистощимым запасом внутриатомной энергии, так что, если бы мы умели разрушать материальный атом, то мы тем самым овладели бы неистощимым источником энергии. Эти новейшие теории относительно внутриатомной энергии, как известно, создались благодаря исследованию явлений радиоактивности. Здесь современная наука, как видите, подошла вплотную к теориям алхимиков. Нетрудно было бы показать, что и явления радиоактивности, а также электричество были известны алхимикам задолго до того, как их стала изучать официальная наука. Алхимики постоянно говорят о некоем «внутреннем огне, который не обжигает пальцев», об «огне мудрецов», они говорят, что этот огонь не что иное, как «эфир и свет, соединенные вместе». Евгений Филарет прямо называет тот «внутренний свет или огонь», которым пользуются для своих алхимических операций герметисты, эфиром; он производит слово «эфир» от греческих слов α'ει — всегда и δεπμο's — теплый, так как эфир есть «вечный источник тепла». Современная наука считает таким неисчерпаемым источником тепловой энергии радий. Евг. Филарет сравнивает всякое тело с черным фонарем, внутри которого горит свет, невидимый для глаз вследствие грубости материи, затемняющей его. «Нельзя наблюдать без изумления блеск и чрезвычайное сияние нашей материи, ее яркое свечение», — говорит адепт Claube Germain. Но алхимики под своим «огнем» и «светом» понимали не исключительно те α, β, τ и лучи, которые испускаются радием, а, по-видимому, вообще всякие невидимые лучи, а также и электричество. Так, когда мы читаем у Pernety, что их «огонь» есть «небесный огонь, повсюду распространенный», что он «все созидает и все разрушает», что он «уничтожает все нечистое, содержащееся в воде», что он «изменяет природу воды», что он «оживляет и освещает тела, смешиваясь с ними», — то ясно, что речь идет об электричестве, как совершенно правильно утверждает Piobb в своей книге «L’evolution de l’occultisme». Ведь электричество разлито повсюду; от внутриатомных электрических токов зависит сцепление частичек, составляющих химические атомы; токи высокого напряжения плавят металл, нарушая сцепление между его частицами; следовательно, электричество может и «созидать», и «разрушать». Электрический ток стерилизует воду, убивая все загрязняющие ее микроорганизмы; он разлагает ее на составные элементы, следовательно, «изменяет ее природу»; так называемые дарсонвалевские токи укрепляют ослабевшую нервную систему, и, пропуская электрический ток через труп, можно временно как бы оживить его. Но «освещают тело» уже рентгеновские лучи, а не электрический ток, и, вероятно, их и аналогичные им другие виды лучистой энергии и имеют в виду алхимики, когда говорят об удивительном свечении алхимической материи. Нетрудно также узнать электричество в описаниях той таинственной «стали философов», о которой говорится в старинных алхимических трактатах.

Я сказал, что алхимики были сторонниками энергетического миросозерцания, за последнее время утвердившегося в науке и сменившего отжившие материалистические взгляды. Но последователи герметической философии шли дальше современных сторонников энергетизма. Последние свели материю к энергии, создав так называемую «электронную теорию материи»; герметисты же не только рассматривали материю как своего рода «сгусток» энергии; они утверждали, кроме того, что энергия есть в свою очередь лишь эманация или проявление еще более первичного универсального начала — ума. Они считали, что во всякой энергии, управляя ее действиями, проявляется какая-либо форма ума. «Ртуть», «сера» и «соль» философов обозначают в некоторых случаях в алхимических сочинениях именно эти три мировые начала: ум, энергию и материю (в смысле первоматерии, или «протила»). Индусы называли эти начала: Читта, Прана и Акаша. Притом весьма характерно то, что многие алхимики совершенно отвергали «соль» (т. е. материю) как мировое начало, считая ее началом производным или даже чем-то совершенно иллюзорным (с чем не соглашались другие авторы), и довольствовались двумя началами: «ртутью» и «серой». Быть может, недалеко то время, когда и современная наука признает равноправность ума как мирового начала с материей и энергией и даже не только равноправность ума, а его первенствующее значение.

Джнана-Йога

(фрагмент)

С. Вивекананда

Майя и Свобода

«Мы приходим, влача за собою облака славы», — говорит поэт. Не может быть, однако, спора, что далеко не все мы приходим в облаках славы, а многие приносят с собою только черные туманы. Да и приходим-то мы не по желанию, а присылаемся сюда, как бы на поле битвы, чтобы сражаться. Приходим с плачем, хотим или нет, чтобы, как умеем, завоевать себе выход, проложить путь через бесконечный океан жизни, не оставив за собою никакого следа. Мы бросаемся в этот океан, имея позади себя долгие века, бесконечное пространство, и подвигаемся вперед, пока не придет смерть и не унесет нас с поля битвы — кто знает — победителями или побежденными. Это — майя.

Надеждой переполнено детское сердце. В открытых глазах ребенка мир представляется золотым видением, выше своей воли для него нет ничего. Увы, с каждым шагом вперед природа, подобно несокрушимой стене, преграждает ему дальнейший путь. Он может бросаться на нее без конца, стараясь пробиться; но в течение всей жизни, чем больше подвигается вперед, тем дольше отходит от него идеал, пока не наступит смерть, которая, может быть, и будет освобождением. И это майя. Вот человек науки. Он жаждет знания. Никакая жертва для него не велика, никакая борьба не кажется безнадежною. Он продвигается вперед, открывая один секрет природы за другим, раскрывая тайны самых глубочайших недр природы. А для чего? К чему все это? Почему мы венчаем его славой? За что он приобретает известность? Разве природа не бесконечно больше, чем может знать кто-нибудь из нас, человеческих существ? Но, скажете вы, природа тупа и бесчувственна. Зачем же подделывать тупое и бесчувственное? Природа может бросать громовые стрелы любой величины и на любое расстояние. А если человек в состоянии подделать ничтожную частицу этого, мы осыпаем его похвалами, прославляя до небес.

Но почему? Почему мы должны хвалить его за подделку природы, которую сами называем тупою и бесчувственною? Сила притяжения может разрывать в куски величайшие массы, и все-таки она неразумна. В чем же слава подделывать неразумное? А мы все-таки все стремимся к этому. И это майя.

Чувства увлекают за собою человеческую душу. Человек ищет счастья там, где его нельзя найти. В течение бесконечного числа веков нас учат, что все это ничтожно и напрасно, но мы никак не можем усвоить этого; да этому научиться и невозможно иначе, как на собственном опыте. Мы делаем попытки, но получаем взамен удары. Научит ли хоть это нас? Нет, и это не научит. Подобно мотыльку, бросающемуся в пламя, мы снова и снова бросаемся к нашим чувствам в надежде найти в них какое-нибудь удовольствие; снова и снова возвращаемся к ним с обновленною энергиею и так продолжаем до тех пор, пока не умрем, искалеченные и обманутые. И это майя.

То же и с нашим разумом. Пытаясь разрешить тайны вселенной, мы не можем перестать спрашивать; мы должны дойти до того, чтобы не оставалось ничего неизвестного. Но, сделав несколько шагов, наталкиваемся на стену безначального и бесконечного времени, через которую не можем перебраться. Несколько шагов дальше, и перед нами стена безграничного пространства, которую нельзя перейти. И все заключено в непреложные границы причины и следствия, выхода из которых нет. Все же мы делаем усилия, должны их делать. И это майя! При каждом дыхании, при каждом биении нашего сердца и при каждом нашем движении мы думаем, что свободны, и в тот же самый момент видим, что не свободны, что мы — связанные природою рабы, что наше тело и ум, все наши мысли и все наши чувства — все сковано. И это майя.

Никогда еще не было матери, которая бы не думала, что ее дитя — гений, самый необыкновенный ребенок, какой только когда-либо был рожден. Она страстно любит свое дитя. Вся ее душа в нем. Дитя растет и становится пьяницей и грубым животным и, может быть, дурно обращается со своею матерью. Но чем хуже его обращение, тем больше растет ее любовь к нему. Мир хвалит мать за бескорыстие, мало думая о том, что она просто раба от рождения и не может помочь себе. Она тысячу раз сбросила бы с себя эту цепь, но не может и увенчивает ее венком из цветов, называя любовью. И это майя.

Таковы мы все в этом мире. Однажды Нарада сказал Кришне: «Господи, покажи мне майю». Прошло несколько дней, и Кришна предложил Нараде совершить с ним путешествие в пустыню. Пройдя несколько миль, он сказал: «Нарада, я хочу пить; не можешь ли принести мне воды?» «Подожди немного; я пойду достану ее». И Нарада ушел. Неподалеку была деревня; он вошел в нее и постучал в одну дверь. Она открылась, и на пороге показалась молодая девушка. При виде ее он тотчас забыл, что его учитель ждет воды и, может быть, умирает от жажды; забыл все и стал болтать с девушкой. Весь этот день он не вернулся к учителю. На следующий день опять был в том же доме и болтал с девушкой. Разговоры перешли в любовь. Он просил отца девушки выдать ее за него; они поженились и имели детей. Так прошло двенадцать лет. Его тесть умер; он наследовал его имущество и жил очень счастливо в своем доме, окруженный женою, детьми, полями, скотом и проч. Но вот случилось наводнение. Однажды ночью река поднялась, вышла из берегов и затопила всю деревню. Дома начали рушиться, люди и животные тонули, и все уносилось стремительным потоком. Нарада должен был бежать. Одною рукою он вел жену, другою — одного из детей; второй ребенок сидел у него на плечах. Так он пытался перейти вброд страшный разлив.

Течение оказалось, однако, слишком сильным, и едва он сделал несколько шагов, как ребенок, сидевший у него на плечах, упал, и его унесло. Нарада испустил крик отчаяния и, стараясь спасти этого ребенка, выпустил из руки того, которого вел; и этот тоже погиб. Наконец, его жена, которую он изо всей силы прижал к себе, чтобы спасти хоть ее, была оторвана от него потоком, и он один выброшен на берег. С рыданиями он упал на землю и горько жаловался. Как вдруг почувствовал легкое прикосновение и услышал: «Где же вода, дитя мое? Ты ушел ведь, чтобы принести мне воды, и я жду тебя уже около получаса». Полчаса? В эти полчаса он пережил целых двенадцать лет и столько событий! И это майя. Так или иначе, мы все в ней. Это положение вещей в высшей степени сложное и трудное для понимания. Что же оно показывает? Нечто очень ужасное, что проповедовали во всех странах, чему учили везде и чему верили только немногие, потому что, не испытав на себе, ему нельзя поверить.

Приходит всеобщий мститель, время, и ничего не остается. Он проглатывает грех и грешника, короля и крестьянина, красавца и урода и не оставляет ничего. Все стремится к одной цели — разрушению. Наше знание, наши искусства, науки — все стремится к одному концу всего — к уничтожению. Ничто не может остановить этого стремления, никто не в состоянии повернуть его назад, хотя бы на мгновение. Мы можем стараться забыться, подобно тому как люди в пораженном чумою городе пробовали создать забвение в пьянстве, танцах и других развлечениях. Все мы также стараемся делать то же. Но разрушение не прекращается. Как же выйти из этого тягостного положения?

Предлагалось два совета. Один самый обыкновенный, всем известный — следующий: «Да, все это верно; но не думайте об этом. Убирайте сено, пока светит солнце, как говорит пословица. Пользуйтесь теми немногими удовольствиями, какие вам доступны, делайте что можете, не обращайте внимания на отрицательную сторону картины и смотрите только на положительную, обещающую надежду». В этом есть доля правды, но и большая опасность. Правда в том, что таким образом у нас останется побудительная причина к деятельности; надежда и положительный идеал всегда служат в жизни хорошим побуждением. Опасность же та, что в какой-нибудь день вы прекратите в отчаянии борьбу, как это может случиться с каждым, кто говорит: «Берите мир, как он есть, сидите смирно и по возможности удобно и довольствуйтесь своею нищетою, а получая удары, говорите, что это не удары, но цветы, и, когда вас будут тащить, как раба, утверждайте, что вы свободны. Говорите эту ложь денно и нощно другим и собственной душе, так как это единственная возможность жить». Это называется житейскою мудростью, и никогда ее не было в мире больше, чем в девятнадцатом столетии, потому что никогда раньше удары судьбы не были более чувствительны, чем в настоящее время, никогда соперничество не было острее и никогда люди не были так жестоки к своим ближним, как теперь.

Вот почему это утешение и предлагается. Теперь оно рекомендуется особенно настойчиво, хотя всегда и оказывается несостоятельным. Мы не можем скрыть падаль под розами; долго это не удается, так как розы скоро пропадают и падаль обнаруживается в еще худшем виде. Так бывает и с жизнью; мы можем стараться прикрыть ее гноящиеся язвы золотыми одеждами, но наступит день, когда эта одежда распахнется и язва обнаружится во всем ее безобразии. Неужели же нет никакой надежды? Верно, что мы все рабы майи, что все родились в майе и живем в майе; но разве нет из нее выхода? Что все мы несчастны, что этот мир настоящая тюрьма, что даже так называемая «увлекательная красота», ум и интеллект — только тюрьмы, все это истины, известные уже много веков. Не было ни одной человеческой души, которая бы по временам не чувствовала этого, сколько бы ни говорили противного. Старые люди чувствуют это сильнее, потому что в них накопился опыт всей жизни и они не так легко могут быть обмануты природою. Ложь майи не в состоянии их сильно обмануть.

Что же в таком случае? Ужели нет даже надежды! Мы знаем, что при всех этих фактах, среди горестей и страданий, даже в этом мире, где жизнь и смерть синонимы, даже здесь через все века, в каждой стране и в каждом сердце звучит голос: «Эта Моя майя божественна, она происходит от качеств, и перейти ее очень трудно. Но тех, кто пришли ко Мне, Я сделаю способными переплыть реку жизни…» «Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас». Это тот голос, который ведет нас вперед. Человек слышал его в течение веков и слышит теперь. Этот голос слышится, когда кажется, что все потеряно, когда надежда улетает, когда расчеты на свои силы разбиты, когда все, кажется, ускользает и жизнь становится безнадежною развалиной. Тогда он слышится, и это называется религиею. С одной стороны, таким образом, имеется смелое, полное надежд приглашение убедиться, что настоящая жизнь — бессмыслица, что она майя и что из майи нет выхода. С другой стороны, наши практические люди говорят нам: «Не ломайте себе голову над всяким вздором, вроде религии и метафизики, живите здесь, внизу. Этот мир, конечно, скверен, но берите из него лучшее, что можете». Говоря прямо, это значит «ведите жизнь лицемера, жизнь лжи и постоянного обмана, скрывая, насколько можете, ее бедствия. Накладывайте одну заплату на другую, пока все не будет потеряно и ваш ум не станет массою лохмотьев». Это то, что называется практическим взглядом на жизнь. Но позвольте вам сказать, что те, которые удовлетворяются лохмотьями, никогда не приходят к религии.

Религия начинается со страшной неудовлетворенности настоящим положением вещей и нашею собственною жизнью, с ненависти, напряженной ненависти ко всякого рода лохмотьям, с беспредельного отвращения к (обману и лжи. Только тот может быть религиозным, кто смеет открыто сказать то, что сказал великий Будда, сидя под деревом Бо, когда ему тоже пришла эта практическая идея, когда, открыв суетность мира и не находя еще выхода из него, он почувствовал искушение отказаться от искания истины и вернуться назад, к прежней жизни обмана, к называнию вещей ложными именами, к обманыванию себя и других. Но он был гигант, победил искушение и сказал: «Лучше смерть, чем растительная жизнь невежды; лучше умереть на поле битвы, чем вести жизнь потерпевшего поражение». Эти слова — основа религии. Когда человек примет такое решение, он на верном пути, на пути к Богу. Такое решение — первая побудительная причина стать религиозным. «Я хочу прорубить себе дорогу к познанию истины через преграждающую ее скалу или потерять жизнь в поисках ее, потому что на этой стороне всякая надежда познать истину с каждым днем больше и больше исчезает». Вчерашний прекрасный, полный надежд юноша сегодня стал опытным мужем и знает, что все наши надежды, радости и наслаждения умрут, как цвет при завтрашнем морозе; на той же стороне — прелесть победы над всем злом жизни и даже над самою жизнью и возможность стать победителем вселенной. Поэтому те, кто осмеливается делать попытки одержать победу, овладеть истиной, религией, те — на верном пути. Это то, что проповедуют Веды: «Не отчаивайся! Путь очень труден. Идти по нему то же, что идти по лезвию бритвы. И все же не отчаивайся. Проснись, встань и найди идеал, найди цель!»

Все разные проявления религии, в какой бы форме они ни явились человечеству, имеют вообще одно главное основание — проповедь свободы, проповедь выхода из этого мира. Они никогда не имеют в виду примирить мир и религию, но рассекают гордиев узел и устанавливают религию на своем собственном идеале, а не на компромиссе между ею и миром. Это проповедует всякая религия, и задача веданты заключается в том, чтобы согласовать все их стремления, найти общее основание как высочайшей, так и самой низшей из них. То, что мы называем самым отъявленным суеверием, и то, что называем высочайшею философиею, все имеет один общий отправной пункт — стремление найти средство выйти из этого мира. Большинство их указывает, что средство это заключается в помощи кого-то, кто вне этой материальной вселенной, кто сам не связан законами природы, одним словом, кто свободен. Несмотря на все трудности и различие мнений относительно природы этого свободного деятеля — так как были бесконечные споры. Бог ли это или не Бог, личный ли это Бог, т. е. разумное существо, подобное человеку, и если да, то следует ли его считать мужского, женского или среднего рода, — несмотря на почти безнадежные противоречия, мы все-таки во всех различных системах находим золотую нить единства, проходящую через них. В нашей философии эта золотая нить прослежена и мало-помалу открыта нашим взорам. Первый шаг этого исследования состоял в обнаружении общего всем религиям основания — в открытии, что все религии представляют условие к достижению свободы. Удивительная вещь, что среди всех наших радостей и печалей, нашей борьбы и затруднений мы думаем, что настойчиво идем к свободе. Был поставлен практический вопрос: «Что такое эта вселенная? Откуда она явилась, куда идет?» Ответ дан такой: «В свободе она возникла, в свободе остается и в свободу, после долгого существования, растворится». От этой странной идеи вы не можете отделаться; ваши собственные действия, самая ваша жизнь были бы спутаны без идеи о свободе, без мысли, что мы свободны. Каждый момент природа доказывает нам, что мы рабы, а не свободны; но одновременно у нас является идея: «А все же я свободен». На каждом шагу майя сбивает нас, так сказать, с ног и показывает, что мы связаны, но одновременно с этим ударом, с чувством, что мы связаны, является другое чувство, что мы свободны. Что-то внутри нас уверяет нас, что мы свободны. В осуществлении этой свободы, в ее проявлении мы встречаем почти неодолимые затруднения, и, несмотря на это, что-то внутри настаивает: «Я свободен! Я свободен!» И если вы исследуете все религии мира, принимая религию не в самом узком смысле, то найдете везде идею, что человек свободен. Вся жизнь общества также состоит в провозглашении принципа свободы, и все волнения и перевороты в нем всегда представляют собою стремление к осуществлению этого принципа. Каждый — знает ли он о том или нет — слышал голос, который объявляет: «Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные». Может быть, не на одном и том же языке и не в той же форме речи, но так или иначе этот голос, призывающий нас к свободе, всегда был с нами. Мы родились с этим голосом, и он составляет побудительную причину всех наших действий, и все мы стремимся к свободе, все следуем этому голосу, сознаем мы это или нет. Подобно деревенским детям, привлекаемым играющим на волынке музыкантом, мы все, сами того не сознавая, увлекаемся музыкою этого голоса. Почему мы нравственны, как не потому, что должны следовать этому голосу? И не только человеческая душа, но всё, от самого низшего атома до самого великого человека, слышит этот голос и стремится следовать ему. Мы видим всех их в этой борьбе, соединяющимися с другими, сталкивающими других с их пути, соперничающими и содействующими друг другу. В этой борьбе — жизнь со всеми ее радостями, стремлениями, страданиями и удовольствиями, а также смерть. Вся вселенная, как мы ее видим, не что иное, как результат безумного стремления отвечать на этот голос. Это то, что мы в действительности делаем, и в этом цель природы. Что же от этого происходит? Как только вы услышали голос и поняли его призыв, все видимое изменяется. Тот мир, который раньше был ужасным полем битвы майи, теперь стал чем-то другим, чем-то лучшим, более прекрасным. Нам уже нет надобности проклинать природу, говорить, что мир ужасен, что все тщетно; нечего больше жаловаться и плакать. Как только мы услышали этот голос, для нас стала понятна причина всей этой борьбы, всех этих схваток, соперничества, жестокости, всех этих радостей и удовольствий; мы увидели, что все это в порядке вещей, потому что посредством него мы создаем себе путь к этому голосу, которым призываемся, сознаем ли это, или нет.

Вся человеческая жизнь, таким образом, есть стремление проявить свободу. Вся природа — включая и само Солнце, Землю, вращающуюся вокруг Солнца, и Луну, вращающуюся вокруг Земли, — есть движение к этой цели. «Ради этой цели сияет солнце и луна; для этой цели дуют ветры и гремит гром, для той же цели бродит неслышными шагами смерть». Все одинаково стремится к ней. К ней идут святой и грешник, щедрый и благотворитель и самый низкий скряга, величайший деятель, кругом сеющий добро, и отъявленный лентяй; и никто из них не может остановиться. Один отступает на этом пути чаще, чем другой, и его мы называем слабым, другой — реже, это человек сильный. Хорошее и дурное не две разные вещи, но одно и то же, и разница между ними не в роде, а только в степени. Итак, если деятельность всей вселенной только проявление силы свободы, то, применяя это заключение к предмету нашего специального исследования религии, находим, что вся религия состоит также из одного утверждения свободы. Возьмем самую низшую форму религии, в которой поклоняются предкам или жестоким и свирепым богам. Чему обязана происхождением идея о почитании этих богов и предков? Мысли, что они выше природы и не связаны, подобно нам, майей. Понятие о природе людей, чтущих таких богов, конечно, очень слабое, и их боги обладают свойствами, соответствующими такому понятию. Человек не может пройти сквозь стену комнаты, не может более как на секунду отделиться от земли, летать по воздуху и принимать другой вид; боги же, которым поклоняется грубый человек, могут проходить сквозь стены, летать по воздуху и изменять свой вид. В философском смысле это значит, что они выше природы, как ее знает поклоняющийся, т. е. эти способности указывают на их свободу. У тех, кто поклоняется более высоким существам, мы находим то же самое утверждение свободы. По мере того как взгляд на природу расширяется, расширяется также и понятие о душе, и мы приходим к тому, что называется монотеизмом, где мы имеем майю, или эту природу, и также кого-то, кто выше всей майи и кто дает нам надежду освободиться от нее. Там, где впервые появляются монотеистические идеи, начинается веданта.

Философия веданты требует дальнейших разъяснений. Она говорит, что идея о Душе высшей, чем майя, и независимой от нее, о Том, Кто влечет нас к себе и к Кому мы все вырабатываем себе путь, — что идея эта очень хороша, но что понятие о Нем, хотя прямо и не противоречит разуму, недостаточно ясно, что представление о Нем туманно и темно. Последователь веданты хочет того, о чем говорит ваш гимн: «Ближе к Тебе, мой Боже». Этот гимн вполне подходит к ведантисту, только он изменил бы в нем одно слово и сказал бы: «Ближе ко мне, мой Боже». Цель очень далекая, находящаяся вне природы и влекущая всех нас к себе, переносится, не делаясь менее возвышенной, все ближе и ближе, пока не окажется совсем около нас: Бог в небе становится Богом в природе, Бог в природе — Богом внутри храма в нашем теле; Бог, живущий в этом храме, становится самим храмом, и Тот, Кого мудрецы искали во всех этих местах, становится душой и телом человека, откуда и исходят последние слова, могущие научить нас. Веданта говорит, что голос, который вы слышали, говорил правду, но вы ошибались в направлении, по которому он доходил до вас. Тот идеал свободы, о котором вы слышали, верен, но вы думали, что он находился вне вас, и в этом была ваша ошибка. Переносите его все ближе и ближе к себе, пока не увидите, что он всегда был внутри вас, был сущностью вашего «Я». Свобода была вашей собственной природой, и майя никогда в действительности не связывала вас. Природа никогда не имела над вами власти Как испуганное дитя, вы думали, что она душит вас, и освобождение от нее было вашею целью.

Но мы должны не только понимать эту свободу умом, но ощущать ее гораздо более определенно, чем воспринимаем этот мир. Тогда мы будем свободны. Тогда, и только тогда, исчезнут все недоумения, будут успокоены все тревоги сердца и исправлены все заблуждения; тогда исчезнет иллюзия множественности, и природа и майя, вместо того чтобы быть ужасными безнадежными грезами, как теперь, станут прекрасными, и наша земля из настоящей тюрьмы превратится в театральную сцену. Все опасности, помехи и страдания будут как бы обожествленными и обнаружат свою истинную природу, находящуюся в скрытом состоянии позади всего и составляющую сущность всех вещей, то Одно, которое все они представляют и которое есть Он, мое собственное истинное «Я».

(Продолжение следует)

Пространство свободы и просветления[3]

С. Ю. Ключников

Тибет, в течение многих столетий казавшийся европейцам неприступной духовной крепостью, в XX веке стал понемногу приоткрывать свои тайны. Сокровенное буддийское учение «ваджраяна», или «алмазная колесница», казалось, способное существовать лишь в суровой атмосфере тибетского высокогорья, внезапно получило большое распространение на равнинах Запада — в Европе и США. В одном Нью-Йорке существует сегодня несколько школ, где высокая наука трансформации сознания преподается ламами тибетского происхождения. Школы тибетского буддизма, составляющие важный компонент современного западного культурного сознания, существуют во многих уголках Америки. Один из наиболее мощных центров действует в Беркли (штат Калифорния). Его духовным руководителем является выдающийся мастер буддизма — лама Тартанг Тулку Ринпоче[4].

Биография Тартанга Тулку, выходца из знатных родов Западного Тибета, начиналась в каком-то смысле типично для продолжателя древней традиции высокого уровня. С раннего детства и отец и мать, связанные с линией буддийской школы нингмапа, уделяли ему большое внимание. Его начали обучать медитации с 6 лет. Он получил прекрасное образование, в совершенстве изучив такие необходимые для программы тибетского монастыря дисциплины, как литература, искусство, каллиграфия, различные виды народных боевых и оздоровительных гимнастических систем, медицина, религия и философия. Особый акцент был сделан на обучение медитативным практикам буддизма. Шлифуя свои духовные способности, Тартанг Тулку еще в молодом возрасте посетил около 40 главных монастырей страны и освоил, как сам он писал, «главные аспекты медитативных традиций каждого центра». Его основным учителем был один из самых уважаемых тибетских лам Кентзе Чокай, которого боготворили, по словам Ринпоче, «как за широту знания, так и за глубину сострадания».

Примерно к 25-летнему возрасту в результате длившейся 19 (!) лет интенсивной духовной работы под руководством многих мастеров буддизма Тартанг Тулку созрел для передачи полученных знаний другим людям. Судьбе было угодно распорядиться таким образом, чтобы благородная миссия учительства осуществлялась не в знакомой атмосфере родного сурового высокогорья, но за рубежом. Тартанг Тулку оказывается в Индии, где по приглашению индийского правительства начинает работать в Санскритском университете в Бенаресе на кафедре буддийской философии. Работа в университете была чрезвычайно плодотворной и для индийской и мировой науки, осознавшей, что ряд материалов по буддизму сохранился лишь в Тибете, и для молодого ламы, который расширил свой интеллектуальный и духовный кругозор, познакомившись с индийскими и западными учениями и доктринами.

В дальнейшем перед Тартунгом Тулку возникла заманчивая, хотя и чреватая различного рода сложностями, перспектива — продолжить свою деятельность в Америке. Вряд ли молодого ученого ламу всерьез привлекла бы возможность стать обычным, пусть и высокого уровня, миссионером, тиражирующим буддийское знание в том же виде, как оно существует в Тибете, или же распространяющим его в европейском облачении. Его интересовало другое — как, используя «большое разнообразие путей к знанию», обновить буддийский импульс изнутри не только в плане внешней формы, но и в плане внутреннего содержания. Как истинный последователь махаянистской традиции в буддизме Тартанг Тулку понимал условность границ между внешним и внутренним, между формой и содержанием, которые суть проявление Единого Целого: ведь сансара и нирвана с этой точки зрения одно и то же. Разумеется, речь не шла о такой степени обновления содержания, когда продолжатель какой-либо духовной традиции, по существу, отказывается от нее. Тартанга Тулку интересовало углубление вечно живого духа буддизма. Вызов, который предложила ему эпоха, был в конце концов принят, и Ринпоче прибыл в Соединенные Штаты.

Выбор Америки в качестве наиболее подходящей почвы для произрастания буддийского древа жизни, конечно, не был случайным. Страна, сделавшая своей стержневой идеей личностную свободу человека во всех его проявлениях, и учение Великого Освобождения идеально подошли друг для друга, хотя бы по признаку любви к свободе — в одном случае к личностной, в другом — к духовной. В то же время издержки неодухотворенной свободы проявились в Новом Свете с невиданной в прежние столетия силой: массовые неврозы, стрессы, психическая неуравновешенность, вспышки агрессии, дегуманизация межличностных отношений стали постоянным фоном жизни, ландшафтом американской души. Расколотое сознание человека как никогда нуждалось в психологической гармонизации, в исцелении глубинным знанием и мудростью. И словно подтверждая истинность суфийского изречения, согласно которому нечто подлинное и реальное в любой области жизни происходит лишь при одновременной комбинации трех факторов бытия — определенного места, определенного времени и определенного типа людей, Тартанг Тулку в, может быть, наиболее сложные для Америки 70-е годы начал вести в ней интенсивную духовную деятельность по утверждению обновленной буддийской традиции. Интересно, что Институт Нингмапа, продолживший импульс древнего восточного знания в наши дни, был основан Ринпоче в самом западном месте Америки — в горах Калифорнии. Так самоуверенная формула Киплинга была опровергнута непостижимой логикой тибетской мудро-, сти. Лекционные курсы, знакомящие заинтересованных кандидатов с историей и философией различных ответвлений буддизма, и напряженные практические занятия, индивидуальная духовная работа и международные форумы, привлекающие сотни психологов, психиатров, представителей точных и гуманитарных наук, — вот что составляет содержание деятельности института. Одну из своих главных миссий Тартанг Тулку видит, с одной стороны, «в исследовании большого разнообразия путей к знанию», а с другой — в нахождении «общей почвы в поисках знания, проводимых различными науками и религиями».

В Америке Тартанг Тулку создал ряд своих замечательных книг, где в доступной для Запада популярной форме, но ни на йоту не снижая духовной высоты, рассказал о различных аспектах срединного пути Будды. Наиболее значительны среди них: «Жест равновесия», «Сохраните учение живым» («Хрустальное зеркало»), «Ум открытости», «Пространство — Время — Знание», «Философия свободы», «Размерность мысли». Для каждого внимательного читателя этих книг непременно откроется многогранность личности буддийского мастера, с удивительной тонкостью и глубиной открывающего самые разнообразные сферы безграничного океана учения Великого Освобождения. Нигде Тартанг Тулку не повторяется, каждый раз он говорит по-новому, но, каких бы сложных метафизических аспектов буддизма он ни касался, всегда ощущается важнейшая грань его личности, определяемая его американским учеником, буддологом Гербертом Гюнтером, как «сердечная человечность». Тартанг Тулку принадлежит к традиции нингмапа, которую обычно связывают с приверженностью к «старым тантрам» и считают самой ранней школой, восходящей к знаменитому средневековому тибетскому мудрецу, поклоннику зороастризма Падмасамбхаве. В классической нингмапе сделан упор на использование радикальных медитативных практик с элементами белой магии и мантра-йоги для достижения высшего состояния сознания адепта, характеризуемого слиянием с основой бытия — Великой Пустотой, или Шуньятой. По внешним признакам учение, излагаемое Тартангом Тулку, сохраняет преемственность с вековой традицией, что выражается в обилии приводимых им в книгах разнообразных техник, ведущих к Просветлению. Однако нингмапа Ринпоче значительно модернизирована и очищена от всяческих следов магической жесткости, насильственности и искусственности методов. Девиз учения Тартанга, рефреном звучащий с каждой страницы, — естественность внутреннего движения. К тому же изложению медитативных техник предшествует тонкий анализ психологических проблем западного человека, производимый мастером буддизма на языке современной гуманистической и трансперсональной психологии.

Согласно проницательному тибетскому вйдению ситуации, люди Запада постоянно пребывают во внутреннем конфликте. Их оторванные от сердца умы все время ставят перед собой искусственные, не вытекающие из глубинного человеческого назначения цели, а жесткая эгоистическая воля подталкивает их на устремление к этим миражам. Результатом подобного бегства от осознания собственной подлинности является фрустрация, страх потерять приобретенные ложные завоевания, непроходящие страхи, тревога, беспокойство и страдание. Причину внутренних конфликтов и дисгармоничных психологических состояний, принявших в Америке повсеместный характер, Тулку видит в закрытости человеческого сознания по отношению к подлинной Реальности и основе бытия.

На первый взгляд может показаться, что перед нами своеобразный пересказ экзистенциальной философии, психологии и психиатрии в духе Камю и Ясперса. Однако сходство с экзистенциализмом кончается на описании симптомов духовных болезней человечества. Как только речь заходит об исцелении, характер повествования, вплоть до языка, меняется. Тартанг Тулку вводит новые понятия и категории — Различение, Видение, Целостность, Присутствие, Осознавание, Открытость, Пробуждение, Трансцендирование, — наполняя их новым смыслом, отличающимся от обыденного значения. Введенные категории и понятия излучают здесь тонкий буддийский аромат, просвечивая изнутри мягким, но высоким сиянием Просветленной Реальности. Чем ближе разговор подходит к Просветлению, тем меньше сходства с размытыми экзистенциалистскими подходами, представляющими собой скорее сумерки вопросов, нежели ясный свет ответов. Путь к высшему состоянию сознания, несмотря на бесконечно варьирующуюся идею спонтанности, свободы и мгновенного творческого инсайта, пронизан в изложении Ринпоче строгой логикой Махаяны. Сущность пути — в мягком преодолении и растворении эгоцентрической позиции, которую Тартанг называет фокусной установкой малого человеческого ума, погруженного в плотное малое пространство и жесткое малое время. Цивилизованное суетливое существование может быть описано как мир узкой пространственной сдавленности (от внешних предметов до материалистического сознания, ими поглощенного) и как мир узкого сдавленного времени (психологически проявляющегося как привязанность к воспоминаниям о прошлом или как напряженное ожидание будущего). Нужно научиться расширять фокусную установку своего сознания до бесконечности, открывая его Большому Пространству.

Говоря о Большом Пространстве, Большом Времени и Большом Знании как о гранях единой реальности — Большого Бытия (троица эта является современным прочтением закона триединства и троичности мироздания, по-разному описываемого во многих религиях), Ринпоче намеренно не употребляет религиозных терминов. Он предпочитает объяснить высшие истины, оставаясь в пределах материалистического мироощущения и подхода как наиболее типичного взгляда на вселенную, свойственного в той или иной мере большому числу людей. Познать Высшую Реальность можно только непосредственно через раздвижение границ обыденного субъективного самоощущения. Кандидату, стремящемуся к освобождению, буддийский мастер предлагает почувствовать и осознать, что есть лишь Абсолютная Реальность. Все остальное представляет собой некий мираж, оптический обман, великую иллюзию. И весь внешний, объективно существующий мир твердых непрозрачных предметов и поверхностей, и весь внутренний, субъективный мир непросвеченного человека находятся внутри Большого Пространства. Такое Пространство становится у Тартанга синонимом Всеживой Великой Пустоты, из которой сделано все — даже твердые предметы мира, — и наше тело есть уплотненное малое пространство. Большое Пространство обнимает собой все вещи и позволяет существовать всему — и физическому малому пространству, внутри которого находятся плотные предметы, и метафизическому малому умственному пространству, внутри которого находятся мысли.

Когда Тартанг Тулку касается Большого Пространства, его интонация становится волнующей и исполненной высокого пафоса. Он превращается в подлинного поэта, слагающего этой грани вселенной целые гимны, внимательное и сосредоточенное чтение которых открывает человека глубинной Основе мира. Вот пример такого своеобразного гимна: «Центральное для самого сердца реальности, прекрасное видение доступно, когда мы можем «видеть» без ограничивающих позиций. Это видение имеет отношение к Пространству, которое изначально исполнено мира, открыто. В своей открытости оно свободно вмещает различные взгляды, все вещи, наполняющие Пространство, плавающие и пребывающие в нем. Хотя и безмятежное, Пространство наполнено видимостью. Поэтому оно не статично, а являет собой светлый взрыв распространяющегося творчества, наполняющего все зоны прошлого и будущего, без исчерпания открытости или его способности к проявлению дальнейшего богатства существования.

Все, что появляется, появляется как часть танца, исполняемого Пространством. Танец обширен, далеко развернут, даже беспределен. Но каждый танцор прыгает вверх, тянет в сторону и удаляется, оставаясь тем временем неотделимым от питающей обширности Пространства.

Цвета, формы, всякое переживание, искусство, музыка, философия — отражения Пространства. Вступая в переплетающийся взаимопроникающий танец, они все же остаются свободно текущим присутствием просвечивающих контуров и поверхностей. Всякая встреча или занятие — это глубокое и мистериальное представление закона центрального значения, за которым стоит не оставляющий следов бесцентровый центр реальности.

Каждое индивидуальное присутствие — это везде открытый бесцентровый центр… Пространство.

Когда единая малость и тысяча миров равны этому Пространству, кто может сказать, что содержит что?

Кто может отыскать пределы богатства жизни?»

Аналогичные гимны у буддийского мастера сложены в адрес Большого Времени (Вечности), обнимающего своим присутствием малое время с его линейным чередованием последовательности событий прошлого, настоящего и будущего. В Большом Времени все возможности, явления и энергии, таящиеся в трех перечисленных временах, сосуществуют и реализуются одновременно. Проникновение в Большое Время с помощью осознанного восприятия каждого настоящего мгновения и действия, а также путем углубленной медитации высвобождает колоссальную энергию времени. И наконец, постижение Большого Знания — это извлечение из непроявленного потенциального состояния разумной силы, сокрытой в каждом предмете этой вселенной. В процессе наполнения силой Знания, или «Познавательности» мироздания, как называет это свойство вещей Ринпоче, человек становится чистым и уравновешенным существом — носителем глубинного добра и гармонии. Подлинная этика — это этика, построенная на свободе, на энергии Большого Пространства и Большого Времени. Прочие виды этики, основанные на принципах договора или императивных установках долга, относятся, по Тартангу, к проявлению малого пространства. Они являются продуктом насилия человека над своей подлинностью.

Две вещи мешают человеку правильно подойти к проблеме Просветления: 1) идея, что его можно достичь насилием, и 2) духовно-психологический сон, в котором пребывает человек. Эти две причины взаимосвязаны. Когда человек подходит к осознанию необходимости преодолеть свой эгоизм во имя Целого, его эгоистическая природа изобретает уловку и пытается продлить свое существование с помощью жесткой волевой борьбы с самостью. В этой борьбе с тьмой, осуществляемой в темном пространстве насилия, оно бесконечно воспроизводит свою тираническую природу. По Тартангу, бессмысленно пытаться победить свое эгоистическое «Я» волевыми методами. Гораздо более эффективно мягкое осознание, что весь человек, включая его личностное «Я» как продукт малого пространства, времени и знания, находится внутри Единой Реальности, суть которой — бесконечный свет и открытость.

Согласно мнению буддийского мастера, подобного насилия во внутренней работе человека над собой не избежали многие религии. Настаивая на том, что между тварным миром и Богом есть непроходимая пропасть, они стремятся заполнить ее отрицанием человеческой отдельности (малого пространства, времени и знания) и жестко утвердить существование Бога (Большого Пространства, Времени и Знания). На деле подобная практика чаще всего вела к увековечению эгоистического «Я» человека, окрашенного в религиозные тона, к внутреннему насилию над человеческой природой, что в конечном счете выплескивалось во внешнее насилие церкви над индивидом. Примерами такого насилия пестрит вся история мировых религий. По своей сути это насилие — результат глубокого сна, в который погружено всякое непросветленное сознание, рассматривающее себя в качестве отдельного точечного противостоящего миру начала. Оно спит и во сне создает иллюзорный образ Бога и иллюзорные методы его достижения с помощью насилия.

Сама по себе констатация сновидческого состояния сознания, в котором пребывает человечество, не один раз появлялась в истории культуры, религии и философии. Но обычно рецепт избавления от этой болезни ограничивался указанием на необходимость исцеления: люди, проснитесь! Конкретные методы пробуждения скрывались в тайне эзотерических школ, или ашрамов. Тартанг Тулку дает интереснейшее описание метода пробуждения, творчески развивая буддийскую традицию Йогочаров. Данный метод состоит в приведении индивидуального человеческого сознания к острому и глубокому переживанию, осознанию и ощущению, что оно никогда, несмотря на временные затемнения и заблуждения, не переставало быть Большим Пространством, Временем и Знанием. «Техника» подобного пробуждения состоит в отсутствии внешних искусственных приемов и в развитии постепенного естественного осознания того факта, что мы живем внутри сновидения, причем ночное сновидческое состояние лишь незначительно отличается от дневного — оба они различные формы Мировой Грезы, Майи, Иллюзии. Суть дневного бодрствующего сновидения обычной жизни — постоянное творение двойственного мира, разделенного на субъект и объект. И во сне, и в повседневной суете человек противостоит миру, выступая как зритель, созерцающий кинофильм жизни, порождаемый его же (человека) собственным несовершенным иллюзорным мировосприятием. Между тем в Большом Бытии нет ни зрителя, ни экрана: все есть единая, ослепительно сияющая Реальность. Но конечно, рассказать о ней, как, впрочем, и описать путь освобождения от покровов сновидческой иллюзии, лучше всего может сам буддийский мастер. Предоставим слово Тартангу Тулку Ринпоче и приведем отрывок из главы его книги «Хрустальное зеркало», называющейся «Йога сновидений».

ИСТОКИ ЦИГУН

Жизнь в поисках Дао

Даосизм, или «даоцзяо» в китайском варианте произношения, — это мощнейший пласт культуры Китая. Наряду с двумя другими религиозно-культурными традициями — конфуцианской и буддийской, — даосская оказывала глубокое и многогранное влияние на умы и сердца китайцев в течение многих веков.

Даосы искали способ обретения гармонии в рамках всего мироздания, они не отделяли себя от космоса, а жили в единении с ним. Уединяясь высоко в горах, в труднодоступных местах, даосы-отшельники постигали тайны природы, свойства растений, минералов, повадки птиц и животных, занимались самосовершенствованием. Они разработали сложнейшие и в то же время очень практичные системы психофизического тренинга. Из практики даосских подвижников родились цигун, «мягкие» школы ушу, многие направления китайской медицины: иглотерапия, прижигание, массаж, фитотерапия и т. д. Даосы стоят также у истоков китайской астрологии, гадательной практики, алхимии.

Что мы знаем об отшельниках древности, которые искали для человека пути достижения гармонии и совершенства? К сожалению, не очень много. Чтобы восполнить этот пробел, мы обратились к первоисточникам, к жизнеописаниям даосских святых. Эти иногда краткие, иногда довольно крупные произведения доносят до нас в полусказочной, полуреальной форме деяния великих подвижников и мудрецов прошлого. Они хранят аромат веков, и в каждом из них открывается что-то новое для тех, кто хочет глубже познакомиться с китайской культурой, с истоками цигун и ушу.

Княжич Цяо

Княжич Цяо был наследником чжоуского Лин-вана[5]. Он любил играть на свирели, подражать пению птицы феникс[6] и путешествовать в районе рек Ишуй[7] и Лошуй[8]. Однажды даос Фу Цюгун увел его в горы Суншань[9]. Через тридцать с лишним лет он попросил передать семье, чтобы на седьмой день седьмой луны его ожидали на вершине горы Гоушишань[10]. Действительно, он прилетел на белом журавле[11] и приземлился на горе. Его было видно, но добраться до него было невозможно. Цяо поднял руки в знак благодарности. Через несколько дней он улетел. Позже на горе Тоуши, и в горах Суншань были построены молельни.

Хуан Ань

Хуан Ань родом из уезда Дай. Когда его забрали в солдаты, он заявил, что считает службу низким делом, после чего был наказан плетьми. Отказался от службы и занялся учением. Учился писать и считать, рисуя на земле. Когда ему было за восемьдесят, выглядел он как отрок. Питался он красным песком, все тело у него было красного цвета. Зимой не носил теплой одежды.

[Обычно] восседал на черепахе[12] размером в 3 чи[13]. Когда люди спрашивали его, сколько черепахе лет, [Хуан Ань] отвечал: «Давным-давно, когда Фуси[14] начал устраивать мир, он подарил мне эту черепаху. Панцирь у черепахи был ровный, питалась она лучами Солнца и Луны. Голову высовывала только раз в две тысячи лет. Когда я родился, она показала голову уже пять раз». Уходя, Хуан Ань взваливал черепаху на плечи. Люди прозвали его Ань Десять тысяч лет.

Гуан Чэн-цзы

Гуан Чэн-цзы — древний святой, который жил в каменной келье в горах Кунтун[15]. Однажды о нем прослышал Хуан-ди[16] и отправился к нему. [Прийдя к святому], он сказал: «Осмелюсь задать [Вам] вопрос о том, как достичь Дао».

Гуан Чэн-цзы ответил: «Ты привел в порядок Поднебесную. Птицы улетают, не дожидаясь холодов, листья опадают, не дожидаясь зимы. Как можно словами выразить Дао?»

Хуан-ди ушел и три месяца провел в праздности [и развлечениях]. Затем снова нанес визит Гуан Чэн-цзы. Поклонившись и преклонив колено, он почтительно спросил о Дао, с помощью которого можно укрепить тело. Гуан Чэн-цзы на это ответил: «Секрет достижения Дао — тайна, ее нельзя ни увидеть, ни услышать. Объемли [свой] дух и [погрузись] в покой, и тело само себя выправит. Сохраняй чистоту и незамутненность, не утруждай свое тело и не тревожь свою цзин[17], тогда сможешь жить долго. Береги внутреннее и закрывайся от внешнего. Многознание приносит вред. Я оберегаю «единое»[18], чтобы пребывать в гармонии. Поэтому мне уже тысяча двести лет, а тело не дряхлеет. Я уйду, войду во врата Неисчерпаемости, буду путешествовать по бескрайним пространствам, светить вместе с Солнцем и Луной, буду вечен, как Земля и Небо. Люди умрут, а я останусь».

ПРИМЕЧАНИЯ РЕДАКТОРА РУССКОГО ИЗДАНИЯ

Дан Цзян: Превращение деяния в недеяние

«…обладающий нравственностью владеет цигун». Что значит обладать нравственностью («дэ»)? Делать добрые дела, уважать других людей? Понимать нравственность («дэ») здесь следует максимально широко. Лишь тот обладает нравственностью, кто живет в гармонии с Космосом, чьи мысли, слова, поступки согласуются с основным эволюционным законом. Согласованности же можно достичь, лишь познав закон, то есть путем расширения сознания, осознания себя человеком не только Земли, но и всей Вселенной, а значит, и обретения космической ответственности, что приводит к изменению повседневной, обычной жизни, которая естественно с помощью изживания и освобождения от низшего, преображается, наполняется высоким смыслом, высокой радостью, становится космически значимой. Живущий такой жизнью и будет обладать нравственностью («дэ») и таким образом будет владеть высшим цигун.

Вэй Линъи, Лун Лэи. Динамические упражнения системы «Сто отроков и цветы лотоса»

Во всех случаях, когда в статье упоминается «киноварное поле» (область даньтянь), имеется в виду нижнее «киноварное поле» (нижняя область даньтянь), т. е. область ниже пупка.

Редакция китайского издания

Почетный главный редактор Цзо Линь

Главный редактор Го Чжоули

Ответственные редакторы Ли Гэньцай, Ван Юаньмин

Издатель: редакция журнала «Цигун и спорт»

Адрес редакции: КНР, Сиань, Сяочжай, ул. Синышаньсы-сицэв, 9

Регистрационный номер журнала: провинция Шэньси, № 157

Государственный индекс: CN61—1028

Почтовый индекс: китайский — 52–88 международный — Q970

Редакция русского издания

Главный редактор В. Б. Воронцов

Зам. главного редактора Б. Н. Славинский

Ответственный секретарь Н. С. Тихонов

Научный редактор А. П. Шилов

Научные консультанты Лу Юйлин, Е. А. Файдыш, М. А. Чернышев

Редакторы А. Б. Рачкова, Е. Н. Новикова

Художественный редактор Н.М. Лазарева

Издатель: издательство «Прогресс»

Адрес редакции: Москва, 117848, ул. Красикова, 27

Тел. 124-09-04, 129-01-62

Регистрационный номер:

1104 от 7.12.90 Подписной индекс: 70764

Перевод материалов на русский язык осуществлен советской стороной.

Примечания

1

Первый комплекс упражнений опубликован в пятом номере нашего журнала.

2

Продолжение. Начало см. в № 4.

3

Предисловие к главе «Йога сновидений» из книги Тартанга Тулку Ринпоче «Хрустальное зеркало». Глава будет опубликована в № 1.

4

Тартанг Тулку Ринпоче родился в 1935 г., выдающийся мастер тибетского буддизма, ныне возглавляющий Центр по распространению духовного знания в шт. Калифорния.

5

Лин-ван — князь древнего княжества Чжоу, правил в VI в. до н. э.

6

Феникс — символ императорской власти и совершенномудрого человека, появление самца феникса предвещает рождение на земле мудреца. Вместе с драконом, единорогом и черепахой входит в состав четырех священных животных. Различают четыре вида фениксов в зависимости от раскраски и оперения, обычно изображается с клювом петуха, шеей змеи, с полосами, как у дракона, изогнутой спиной, как у черепахи, в раскраске присутствует пять цветов.

7

Река Ишуй протекает в провинции Хэнань.

8

Река Лошуй протекает в провинции Хэнань. По преданию, из этой реки в древности вылезла черепаха, на спине которой были письмена, легшие в основу иероглифического письма.

9

Горы Суншань — один из пяти священных горных массивов, по преданию, является обителью небожителей, располагается в провинции Хэнань.

10

Гора Гоушишань — букв, гора рода Гоу, местонахождение неизвестно.

11

Журавль — символ мудрости и долгой жизни. На журавлях возносились или спускались на землю святые и небожители, различали четыре вида журавлей: черный, желтый, белый и голубой. Черный считался самым древним, после 600 лет жизни небесные журавли только пьют и ничего не едят.

12

Черепаха — символ долголетия, терпения и мудрости.

13

Чи — мера длины, равна 33 см.

14

Фуси — мифический первопредок, считался творцом людей вместе со своей сестрой-женой Нюй-Ва. Фуси научил людей охотиться и ловить рыбу, подарил им огонь, научил варить еду, создал иероглифическое письмо и восемь триграмм.

15

Горы Кунтун — место традиционного расселения даосских отшельников, существует выражение «кунтунские собратья», которое обозначает даосов-отшельников.

16

Хуан-ди — букв. «желтый император», считался олицетворением магических сил земли. По преданию, Хуан-ди был зачат от молнии. Появившись на свет, он сразу начал говорить. Хуан-ди изображался великаном около 3 м высотой, с солнечными рогами и с четырьмя лицами, ему приписывается изобретение топора, ступки, лука и стрел, платья и туфель, обучение людей отливанию колокола, изготовлению треножника, телеги, лодки и музыкальных инструментов.

Хуан-ди вышел победителем в войне со своими противниками, главным из которых был Янь-ди, и стал правителем Поднебесной. Хуан-ди находился в постоянных трудах, он расчищал склоны гор для посевов, прокладывал дороги. После него осталось 25 сыновей

17

Цзин — жизненная энергия, которая часто ассоциируется с семенем у мужчин и с яйцеклетками у женщин.

18

Единое — философско-религиозное понятие, которое соотносится с единым законом для всего мироздания, т. е. с Дао, к в общем смысле обозначает существование единственно верного и всеобъемлющего знания — знания Дао.

Content

Журнал «Цигун и жизнь» («Цигун и спорт»)
№ 6∙1991
Приложение к журналу «Проблемы Дальнего Востока»

КАФЕДРА ЦИГУН

Превращение деяния в недеяние

МЕТОДИКИ ЦИГУН

Динамические упражнения системы «Сто отроков и цветы лотоса»

УШУ

Тайцзицюань школы Чэнь. «38 форм»

ДИСКУССИОННАЯ ТРИБУНА

Герметизм (фрагмент)

Джнана-Йога (фрагмент)

Пространство свободы и просветления

ИСТОКИ ЦИГУН

Жизнь в поисках Дао

ПРИМЕЧАНИЯ РЕДАКТОРА РУССКОГО ИЗДАНИЯ

Примечания