Юрий Шерстобитов

Хроники Нонарабис

Змей и орлица

Хроники Нонарабис

Вступление

Я, дочь короля Тира и королевы Саломеи, имею долг перед Вселенной поведать в своих хрониках историю своей жизни, о тех силах и законах, что правят нашим миром, о великих и славных Воинах Его доблестного Величества, о жалких попытках покушения на Трон Великой Триады, о цене, заплаченной за нашу свободу, о Тайнах Мироздания и Секретах, поглощенных Вечностью, а также о Древней Забытой Битве и Пире в Храме Великих Триад.

Вся эта история началась задолго до моего рождения, когда Тайна Триад вершила то, что сможет понять лишь чистый сердцем и тот, кто не мыслит зла. И я никогда бы не узнала смысла этих тайн, как и прочих, кто мой отец, а кто моя мать, какой ценой им достался трон в нашем небольшом королевстве Тайных Печатей, которое находилось возле Океана Неизбежности, Холмов Далеких странствий и Равнины Забвения, впрочем, когда-то это все носило другие названия, но это уже другая история…

Я хотела сказать, что в силу моего отнюдь не королевского красноречия и глубокой сообразительности, даже не могла представить, в какой букет событий угодила. Я росла, как и все маленькие девочки, играясь с куклами и мечтая о принце на белом коне и только то и слыша: «Нельзя!», «Молчать!», «Это тайна!», «Не смей!» и жесткий взгляд отца и ухмылка матери были ответом на вопросы кто я, почему отец так строг ко мне, чем занимается мать в своей башне, почему ночью нельзя гулять, в чем смысл жизни и почему нельзя кормить ворон.

Мне запрещалось заводить подружек и дружить с парнями. И время от времени я слышала странные шептания стражей и слуг о том, что в имени Нонарабис сокрыта тайна древних, что Он вернется, что все в Его власти, а что же Он нам сделает за долгие годы…

Прогулка на площади возле фонтана

— Молчать, собаки! — раздавался грозный голос отца и все сразу начинали дрожать от страха. Интересно, почему!?

Мое страстное желание разобраться в чем дело привело меня в самый жаркий день этого лета, куда б вы могли подумать — на рыночную площадь, где когда-то был очень красивый фонтан, судя по тому как люди смотрели на очень старый памятник, обросший горьким виноградом.

— Нонарабис, слава юной принцессе! — раздалось из толпы.

Странно, кто бы мог догадаться, что в этих душных старых платьях и вонючих балахонах пряталась я. Оглядевшись, я не заметила никого подозрительного, толпа как толпа: ходят, бродят, покупают, продают.

— Будем играть на равных, — как будто кто-то просто ворвался в мое сознание, но вокруг меня вроде все молчали…

— Хорошо, у меня есть то, что тебе нужно, но ценой за эту вещь будет то, что ты меня найдешь — голос был игрив, молодого парня, по голосу можно было понять, что он не глупец и затеял злую игру. Он меня заинтриговал, надо же искать на базаре незнакомца, чей голос звучал в моей голове. Да я всю жизнь мечтала услышать такой голос, наверное, это король, молодой король. Нет воин, доблестный воин.

— Нет, как видишь, я всего лишь странник, — это уже было по-настоящему, передо мною на корточках сидел молодой парень, лет так тридцати, он по виду был похож на знатного человека, черные длинные волосы, вьющиеся кудрями, нос с горбинкой, голубые глаза и старый вонючий балахон, который был весь изорван.

— Да, я странник.

— Откуда ты знаешь мое имя?

— Важнее то, что ты не знаешь моего.

— Да? И как тебя зовут?

— Я сам прихожу, когда в этом есть смысл.

Он так и не назвал свое имя.

— Мое имя записано здесь и здесь, — и он плавно прикоснулся двумя пальцами к моей груди и моему вспотевшему лбу.

— Да, — я решила дерзнуть с юмором — у тебя на руках…

— Белые перчатки, — как он жестоко меня перебил и не дал мне сказать то, что я уже забыла.

— Будь осторожна, маленькое слово может сделать многое.

— Э… так что у тебя там есть для меня?

— Книга, …

— Ради книги я искала тебя? Ненавижу читать! В книгах пишут полный бред! Там и двух слов связать не могут!

— Полегче. В этой книге нет букв и нет слов…

— Хорошо. Ты представляешь как можно читать книгу без слов? По картинкам? Люблю картинки.

— Тут нет картинок…

— Нет картинок?! Тогда забирай ее обратно!!!

— Да, и проделав долгий путь лишить тебя возможности получить ответы на твои вопросы? Забавно.

— Но как?!

— Сердцем… Держи. Мне пора в путь. Ах да, тебя уже ищут. Лучше им не знать, что ты виделась со мной.

И я ухватив книгу с досады рванулась к замку. Когда я бежала и оглянулась назад, Странника уже не было видно. И тут я почувствовала, что ударилась в железное брюхо одного солдата.

— Детка, поиграем?!

— Вон от меня, я дочь короля Тира Могучего, прочь с моего пути.

— Извините, госпожа, я вас в этом… э…

— Довольно. Ты меня не видел! Молчать! Иначе расскажу отцу что ты хотел меня изрезать на куски, грубый, бородатый, рыжий кусок гов…

И тут мне вспомнились слова странника:

…может сделать многое…

И я испугалась непонятно чего и сбежала, как трусиха.

Книга и новая встреча с Белым вороном

Отец так и не узнал о моей встрече со странником, а книга с кожаной обложкой чёрного цвета и темно-оранжевыми листками лежала в моем тайнике под кроватью несколько лет, потому что я не поняла как её прочитать и найти в ней ответы на свои вопросы. Но я ее боялась вытащить, чтоб ее случайно никто не увидел. Но в эту ночь была сильная гроза, дул, аж свистел ветер и я не смогла уснуть…

Вдруг сон все-таки одолел меня. И я увидела птицу, точнее ее тень, она стояла в углу над моей головой, но я побоялась взглянуть на нее и видела только тень, падающую со шкафа.

— Нонарабис, — прозвучал почти шепотом знакомый голос странника, но в голосе слышалось недовольство, а затем тишина. Я закрыла глаза и молчала, страх окутал мою душу, он, наверное, вернулся за своей книгой. Затем я открыла глаза и увидела, что птица осталась там где и была. Далее последовала тишина, даже грома не было слышно — только вспышки молний.

— Твой сон реальнее той реальности, которая и есть сном, — продолжал голос странника.

— Ты…

— Я…

— Ты приходишь всегда когда в этом есть смысл.

— Да…

— Но зачем ты здесь? Почему твой голос как мед, а вид…

— Важно другое. Почему твоя внешность красивее вспышки молнии, а сердце?…

— Стой, ты ничего не знаешь о моем сердце, не суди меня, такой меня вырастили…

— Нет, такой ты стала сама… Помнишь, ты гуляла по саду, ты была совсем крохой, и увидела птицу в золотой клетке посреди сада между двумя плакучими ивами… Ты рванулась к клетке и выпустила ее…

— Да, белые перья, красные глаза и очень острые когти… Это был ты? Но как, ты же человек?!

— Нет, я тот, кто я есть.

— Но кто же ты?

— Тот кто…

— Нет, я не готова услышать кто есть ты! Это ужас…

И я закричала что было сил, и поняла, что вовсе не сплю, потому что загремел гром, засвистел ветер и никаких птиц в комнате не было…

Я побежала к умывальнику, чтобы умыть лицо и посмотрела в зеркало, к своему счастью, я увидела там только свое отражение, мне захотелось всмотреться в свой взгляд и что меня потянуло сказать:

— Я тот, кто тебя ждет, — и от этой фразы на душе было ужаснее, чем от познания самого жуткого колдовства, по крайней мере, мне так показалось. Это было как жуткое обречение на вечные муки. Опутанная этим страхом, я полезла под кровать за той самой книгой, которую мне подарил загадочный странник пять лет назад. Книга была покрыта толстым слоем пыли и, сдув ее, она вся оказалась на моем лице, но меня манило открыть ее с невиданной ранее силой. И как будто я знала древнюю магию, с помощью которой можно было ее прочитать. И я почти шепотом, сосредоточенно вглядываясь в пустые страницы, сказала всего лишь одно слово: «Как?..» и меня куда-то перенесло, я увидела вокруг себя непроглядную тьму и вдруг поняла, что это огромный зал и посреди него в воздухе висело огромное сердце, почти как в маминых книгах, которые она заставляла меня читать последние два года. Я это страшно ненавидела, они были глупы, по крайней мере, я ничего в них не понимала. И вдруг сердце окутало облако, еще чернее, чем та тьма, что была вокруг. Из облака выходили молнии, и одна молния пронзила сердце насквозь и улетела куда-то вдаль, прорисовывая очень красивые изогнутые линии. И прозвучал тот самый голос странника:

— Когда разум обнимает сердце… — но на этот раз голос был более глубоким, низким и полным сладости.

— Нонарабис! — кричала моя мать, со всей силы стуча в дверь моей комнаты. — ты своим писклявым криком разбудила всех в замке, открой свою дверь, я тебя сейчас выпорю! Стража, ломайте дверь!

Пока мать кричала, я запрятала книгу на место, и меня еще сильнее тянуло к ее страницам, но я понимала, что нужно прикинуться спящей.

Раздался грохот, огромная толстая деревянная дверь грохнулась на каменный пол, сломав засов и слетев с петель.

Мать, увидев мой сладкий сон, замолчала. К ней подошел мой отец и просто обнял.

— Она слишком мала, пророчество не сбудется — это был шепот, но я услышала

— Да ее имя, ее защитит.

И они ушли.

Утром стража ставила новую дверь на петли. Но более всего меня удивил поступок матери…

После погрома — видение

Когда была поставлена новая дверь из редко породы красного дерева, и отремонтирована стена возле двери, мать ночью пришла и зарезала черного ворона, набрала его кровь в золотую чашу, часть ее выпила, а остальной частью нарисовала пальцем круг и написала в нем мое имя.

Я же стояла под дверью с другой стороны, глядя в щель и почти не дыша. А утром разглядела тот самый рисунок.

Захлопнув дверь и заперев ее на новый золотой засов, я вытащила книгу и задала второй вопрос: «Кто?..» — стоило мне сказать первое слово, как мне явилось новое видение.

— Валтасар, сын мой, ты человек, такой же самый, как и все смертные, но я, Белый Ворон, принц Вселенной вручаю тебе священный Рог Воззвания… — голос звучал, как голос странника.

Затем я увидела отца, у него в руках был колдовской жезл, и он призвал одного красивого парня, у которого была очень длинная борода и длинные волосы почти алого цвета. И из скипетра вышла сила, которая сковала парня в раскаленные ржавые цепи, и вырвала из его рук длинный закругленный рог, который был поглощен огнем и он пропал из виду.

— Валтасар поможет тебе, если ты поможешь ему, — снова прозвучал сладкий низкий голос.

Видение закончилось. Снова в дверь стучалась мать, на этот раз она говорила нежным ехидным голосом, как будто шипела змея:

— Идем со мной, я хочу обучить тебя своей силе, хочу чтобы ты была равна мне, как я равна ему.

Слово «ему» звучало как нечто ужасное, и я поняла, что сон в грозу и фраза про ожидание были самыми прекрасными моментами моей юной жизни.

Я открыла дверь и мать взяла меня за руку, которая вмиг обожгла меня холодом. Когда я вырвала свою руку из ее ладони, на своей я увидела странный знак: круг, через который проходили две линии, разделяющие его на четыре части.

Далее мать прочитала заклинание, после которого четверти круга окрасились в четыре цвета: красный, синий, зеленый и черный.

После этих действий мать открыла свою ладонь, на которой был такой же знак, и прикоснулась ею к моей помеченной ладони. И мой разум с болью наполнился знаниями, которые несли в себе только злобу и ненависть ко всем окружающим, не только людям, но и зверям, птицам, деревьям, растениям, гармонии, добру и какой-то Триаде.

И тут я услышала голос странника:

— Борись, дитя мое, ты сильнее познаний зла, я с тобой, доверься мне.

И у меня хватило сил, чтобы оторвать свою руку. Когда я очнулась, отец держал меня на руках, а мать рассматривала ту самую ладонь:

— Нет, она не моя дочь, у нее пропал знак моей семьи и на дверях, как выяснилось позже, пропал знак с моим именем, и появился другой, похожий на три выжженные полоски, как от царапин, сужающиеся и почти пересекающиеся снизу. Мать была очень недовольна этим, но прикоснуться к двери, ведущей в мою комнату, она побоялась.

Отец старался не думать об этом и избегал разговоров о случившемся.

Пир в честь меня

Тир устроил огромный пир в честь своей дочери. Он собрал всех знатных вельмож со всех стран. Там были старые и молодые, короли и королевы, принцы и принцесс, купцы, клоуны, шуты, капитаны больших суден и генералы наземных войск, офицеры и прочая знать.

И вдруг, когда все уселись за столы, Тир грозно крикнул:

— Молчать всем! Да здравствует моя жена Саломея и дочь Нонарабис!

В ответ звучало:

— Долгих лет королю!

И затем последовала волна бурных оваций. Кто-то хлопал в ладоши, кто-то топал ногами, другие просто наблюдали за происходящим.

Король Тир объявил: «Кто искуснее всех исполнит три моих желания, тот удостоится чести взять мою дочь Нонарабис в законные жены, но кто меня разочарует — тотчас будет убит».

И тут вызвался один молодой человек, ему было около тридцати лет. Я уже рассказывала Вам о нем, господа. Да-да, это был тот самый Белый Ворон. Но отец не узнал его, и никто более из присутствующих тоже, они боялись даже вызваться исполнить желания отца.

— Кто ты? — спросил отец.

— Важнее то, что ты хочешь, чтоб я исполнил.

— Ладно, так и быть. Нарисуй картину. Принесите ему кисти, краски и холст на мольберте.

И слуги тотчас приступили к выполнению приказа короля, которая прозвучала на удивление спокойно и ласково.

Белый Ворон взял в руки деревянную кисть с серебряного подноса, на котором также лежали налитые в маленькие чашечки краски для рисования, сделанные из различных растений.

Кисточка словно танцевала на холсте в руках маэстро.

Когда мой отец подвел меня к картине, я увидела огромную невообразимо прекрасную пару дельфинов, плавающих в стеклянном шаре, вокруг которого стояли стеклянные столпы. Наверное, стекло было очень крепким, потому что ему приходилось удерживать огромное количество воды, которая постоянно бурлила, поднимая вверх большие и маленькие пузыри воздуха, сами столбы отражали разные цвета радуги.

Самым удивительным было то, что эта картина реально оживала под моим взглядом, но остальные видели всего лишь картину с изображенным на ней аквариумом с дельфинами.

И тут отец закричал:

— Что за вздор!? Он мошенник…

— Почему? — отозвался Белый Ворон.

— Ты околдовал мою дочь своей картиной!

— Нет, отец. Здесь нет колдовства, он просто отобразил нечто прекрасное, а вы, жалкие люди, полные лести, лицемерия и гордыни, полные коварства и всякого глупого рода зла. Мне плевать на ваши интриги, меня волнует что скажет только Он, — я хотела указать пальцем на Белого Ворона, и вдруг заметила, что он бесследно исчез.

Отец так разозлился, что запер меня в темнице глубоко под землей, а мать еще и успела сжечь картину и прочитать своим мерзким шепотом заклинания над моей темничной камерой. Отец злобно разогнал гостей, добавив: «Не будет вам свадеб, будет вам только кровь и смерть! Вон, собаки! Вон!»

Заточение в тюрьме

Прошло несколько дней. Я сидела в камере, еду мне кидали как собаке, и мне было крайне скучно. Обида, горечь и досада овладели моим сердцем, и тут я услышала голос живого человека, моего соседа по камере, у него была рыжая борода, и он сказал:

— Здравствуй, дорогая. Я ждал этой встречи, меня зовут Валтасар. Твой отец пленил меня, как и тебя, он отобрал мой драгоценный рог Воззвания. Мне хватит сил, чтоб вывести тебя на свободу, но ты должна успеть сбежать до полуночи и вернуться завтра утром, потому что без источника живой воды каждый житель города превращается в мерзкое животное, способное только убивать, истязать себя и пить кровь, но к утру королева использует магию, чтобы возвращать все в равновесие. Все забывают кем они были ночью, как злость бушевала в их душах, и живут дальше, испытывая страшную агонию внутри, которую невозможно остановить. Это пылающий феникс, которого мы сдерживаем в себе до наступления ночи. Твой отец не всегда был таким злым и упрямым, он был одним из двенадцати приверженцев, которые правили нашим городом и Всей нашей прекрасной страной, но он предал всех, опьяненный страстью к одной молодой прекрасной девушке, которая была родом из другого дома. Он рос как садовник, познавая суть любви и глубину сути законов мироздания, а она воспитывалась в древних пытках черных магов — исполинов, которые продали свои души в погоне за славой, богатством и властью, она вовсе не желала быть злой, но они с каждым днем все больше порабощали ее волю, заставляя страдать, а она просто никогда в своей жизни не испытывала настоящей любви, которая исходит как раз от моего господина, Белого Ворона, и только он может спасти наше королевство. У него есть прекрасный отряд воинов-беневолентцев, способный остановить проклятие колдуньи, вернув покой на наши земли и вот для этого мне нужен тот самый рог Воззвания. Все, теперь беги, я на время усыплю всех стражников и открою все двери и решетки, используй книгу, которую тебе дал Белый Ворон, она укажет путь и не даст с него свернуть.

И вдруг бесшумно передо мной открылись все двери, и путь был свободен.

Вдобавок Валтасар заплакал:

— Не возвращайся, когда найдешь рог. Просто труби в него что есть силы, и ты сможешь сама призвать отряд беневолентцев, но помни: среди них есть та, что имеет такую же красоту как и ты, и она очень горда, и я не знаю хватит ли ей сил сдержать свою гордость, она может причинить тебе боль…

— Мне плевать что у нее там есть, я просто хочу отомстить моему глупому отцу!

— Эх дети, дети… беги… Пока я еще человек… Беги!

Призвание Беневолентцев

И когда я, Нонарабис, нашла рог Воззвания и протрубила в него, небо покрылось черными тучами, затряслась земля и началась гроза.

Посреди неба появилась огненная колесница и силуэты могучих воинов.

Атмосфера происходящего внушила бы чувство страха даже самым храбрым жителям королевства.

Когда колесница коснулась земли, можно было смело насчитать двенадцать воинов, среди них был и Валтасар, который и рассказал мне о беневолентцах и о роге Воззвания.

И вдруг из этой толпы резко выпрыгнула девушка в белом, дала мне пощечину, закричав острым высоким голосом:

— Как ты посмела?!

— Посмела что? — спросила робко я.

— Использовать рог Воззвания!

— Валтасар был пленен… — но ей было все равно. Отряд двигался в сторону Крепости. У них было оружие, от прикосновения лезвия которого жители крепости и города превращались из оборотней в людей.

Главной их целью было свергнуть диктат моего отца Тира и матери Саломеи.

Когда девушка в красном швырнула свой молот к ногам моего отца, она приказала:

— Рушь, бей и круши свой алый трон, свой бастион.

Отцу не оставалась ничего кроме как сдаться и выполнить приказ. Тем временем мать оседлала коня и сбежала из крепости.

После сего явился сам Белый Ворон и молвил:

— Властью данной мне Отцом моим, я приказываю источнику ожить и наполниться водою жизни. — речь шла об источнике, который находился на торговой площади.

Далее Он обратился к жителям крепости со следующей речью:

— Эта земля находилась под властью колдовства, отныне каждый житель имеет право пить воду из источника жизни, но кроме этого, мой Отец, Всевладыка Вселенной, готовит пир, какого еще не знала Вселенная и каждый желающий попасть на него имеет на это право.

Затем поднялся сильный ветер. Из глубин океана на берег поднялись резвые водные кони. От их прекрасного танца на берегу стали появляться корабли и огромные грифоны Свободы.

И в конце Белый Ворон добавил:

— Всякий желающий пусть приходит на Вечный Пир и каждый жаждущий да напьется, и каждый алчный да наестся.

Потом, спустя некоторое время он добавил:

— Каждый желающий отправиться в путь, да получит компас из чистого алмаза и карту Незапамятных Времен. Но горе тому, кто не пожелает отправиться на пир. — его слова были полны печали и горечи

Я, принцесса Нонарабис, конечно сочла, если я отправлюсь в путь, то это станет самым прекрасным приключением, которое только могло произойти в моей жизни.

Подготовка к отплытию на мыс Доброй Надежды

Белый Ворон самолично вручил мне карту и компас, добавив:

— Береги их как зеницу глаза, они направят тебя к Мысу Доброй Надежды.

Многие старцы и старицы решили пуститься в путь оседлав грифонов, к ним также присоединились юноши и дети. Я же готовилась отправиться в плаванье, но перед этим я решила вернуться в свои покои и взять с собой кое-что на память о родителях и их образе жизни, я нашла кинжал, названый Копьем Судьбы. Он принадлежал моей матери, позже я пожалела об этом.

Корабль, на котором я отправилась в путешествие, назывался «Израэль», это был также личный подарок Белого Ворона. На корабле было три мачты, палуба имела два яруса. На корабле было тридцать кают, кроме этого там были погреба, кухни, и каюта капитана, которая, разумеется, принадлежала мне. Корабль был сделан из красного дерева, а паруса — из очень крепкого льна. Команда корабля насчитывала шестьдесят матросов.

Первые дни плавания шли очень быстро, но чем дальше мы были от берега, тем дольше продолжался день. Да, я забыла сказать, что Валтасар тоже отправился на моем корабле на тот Пир.

Пока мы плыли, он много чего мне рассказал. Оказалось, что беневолентцы не всегда были могучими воинами в шкурах драконов. В целом, они были обычными людьми. У каждого из них была своя неразрешимая проблема. Одни из них испытывали страшную боль, другие не могли найти покой, а кто-то был в плену колдовства. Их объединяло одно: все они не могли воплотить свою мечту честным путем, своими силами до тех пор, пока они не получили дар от Белого Ворона воплощение мечты.

Встреча с Эвроклидонцами

Я сбилась со счета, сколько дней уже продолжалось наше путешествие. Команда мне особо не доверяла. И самым худшим было то, что от досады я выкинула за борт компас и карту. Все, что мне оставалось это начать пользоваться Копьем Судьбы. Естественно, Валтасар был против этого, но я не желала его слушать. Мною руководила моя гордыня.

Спустя некоторое время команда начала терять рассудок, а затем превратилась в безумных неуправляемых оборотней. Они вели себя хуже животных. Это был настоящий ад. Внезапно на горизонте появился еще один корабль. По мере его приближения, стало видно, что корпус корабля был сделан в форме Могучего Дракона. Кроме корабля на нас надвигалась еще одна могучая стихия — шторм.

Мне казалось, что это моему плаванию настал конец. Когда корабль в форме дракона был очень близко, они закинули на наш борт абордажные кошки и захватили наш корабль. Валтасар едва слышно прошептал «Эвроклидонцы…». Вдруг мой взгляд упал на девушку, которая играла на скрипке, чем увлечение она играла, тем сильнее бушевал ураган. Вторая девушка, которую я увидела, перемещалась рывками, то исчезая, то появляясь. Наконец показался капитан, он был одет в красивый черный камзол, в руке он держал странный жезл в форме креста вонзенного в череп, из которого выходила двуглавая змея. Он постоянно строил страшные гримасы и непрестанно вопил. На руках у него были белые перчатки. Из его непонятной речи я смогла разобрать всего несколько слов: «Выкинь копье судьбы, я даю милость! Да, да, да!!!..». Но отпустить кинжал было непросто, будто мои руки намертво к нему прилипли. И внезапно я почувствовала, что за моей спиной кто-то стоит, и он обнял меня и очень знакомым голосом прошептал: «Доверься мне…». Да, это был сам Белый Ворон. Кинжал словно сам впал из моих рук. И я сразу же погрузилась в глубокий сон.

После шторма

Когда проснулась, то поняла, что нахожусь в каюте другого корабля. На столе лежала новая карта и новый компас. Белый листок и яблоко.

Когда я поднялась на верхнюю палубу, то увидела, что размеры нового корабля, как мне показалось, в три раза больше предыдущего. Со временем я насчитала 150 кают, размещенных на трех ярусах. Позже выяснилось, что корабль назывался «Виктория». Также на корабле была новая здравомыслящая команда с высокими моральными качествами. А в каюте капитана (то есть, в моей каюте) было много сундуков с дорогими платьями и украшениями. Я отнеслась к этому довольно критично. Я побоялась что-либо испортить. Даже к команде первое время относилась с недоверием. Но потом успокоилась, поняв, что судно со всем его содержимым — это дар. Возможно, только на время.

Испалины

Тем временем на материке, в королевстве моих родителей произошло следующее.

Мой отец признал тот факт, что долгие годы был под влиянием темных чар матери, и весь диктат и отрицание власти Белого Ворона были его страшной ошибкой. Он решил организовать военный поход на земли исполинов и свергнуть их колдовской диктат. Первой откликнулась некая Виктория. Она была обычной подданной. У нее не было титулов, кроме титула, что был дан ей самим Белым Вороном: доблестный приверженец.

Виктория попросила, чтобы ей выковали обычный меч, главным его качеством было тупое лезвие, неспособное ранить, а тем более убить.

От отца она также получила звание «Генерал ордена Веритас». В поход отправились все, кто не пустился в плавание и не оседлал грифонов свободы. Они надеялись найти другой путь, чтобы успеть попасть на Пир.

Когда армия отца добралась до крепости Исполинов, Виктория вонзила свой меч в землю, промолвив: «С этого мгновения да падут все колдовские барьеры, и каждый исполин, который не сдастся добровольно, будет заживо испепелен Белым Вороном, ибо пришло время разделить добро и зло.»

Исполинам не оставалось ничего, кроме как признать поражение. Но все же горсть исполинов решила сопротивляться до конца, и они решили совершить тайный побег. Но Белый Ворон опередил их и загородил собой выход из пещеры на заднем дворе. Они начали браниться, выкрикивая дерзкие проклятья. На что Белый Ворон им ответил: «Вы сами избрали свой исход». И исполины, глядя в глаза Белого Ворона, были повержены собственными проклятьями. Моя мать, к счастью, тоже сдалась на милость Белого Ворона.

Затем прилетели грифоны свободы, и каждый приверженец Белого Ворона отправился на Пир. Правда, осталось несколько десятков людей, которые решили не отправляться на Пир. Это был их свободный выбор.

Как оказалось, под милостью Белого Ворона подразумевался дар вечной молодости и свобода, не имеющая ничего общего с постыдной жалостью.

Свадьба и пир великих триад

Наконец, впереди была видна земля. Да, это был Мыс Доброй Надежды. Ветер бы попутный, так что корабль смог быстро пристать к берегу. На суше нас уже ждали. Валтасар спустил шлюпку и сказал:

— Ну что, пора немного поработать веслом, моя госпожа Нонарабис…

На берегу стояли Беневолентцы и Эвраклидонцы. К стати, судно эвраклидонцев также стояло в гавани Мыса Доброй Надежды, вместе с огромным количеством других кораблей.

Беневолнтцы приняли нас особым жестом, встав на одно колено, как рыцари и произнесли хором вместе с эвраклидонцами: «Долгих лет королеве! Долгих лет Нонарабис!».

Валтасару осталось просто добавить: «Прошу на берег, госпожа!». Я сначала была немного ошеломлена, почему ко мне так почтительно обращаются, но немного поразмыслив, я решила что самое интересное меня еще ждет впереди. Вода была очень теплой…

Прогуливаясь по берегу, я увидела аллею деревьев, которая вела сквозь густой лес к чертогам замка, а точнее к его вратам. Они были из чистого серебра, украшенные вставками из хрусталя и всевозможных драгоценных камней.

И когда я подошла к воротам, они сами передо мной открылись. За воротами был роскошный сад с фонтаном, в котором плавала пара дельфинов. За садом был виден дворец. Его двери были открыты, и когда я вошла во внутрь, со всех сторон раздался гул аплодисментов.

Белый Ворон стоял посреди холла в роскошном одеянии. Это был белый камзол с длинным шлейфом. Под камзолом была роскошная рубашка. Завершали образ багровые брюки и алая перевязь на горле.

У меня был один-единственный вопрос: неужели это все было в мою честь? Но я, в силу своей наивной наглости и дерзости, промолчала.

Но Белый Ворон ответил вслух: «Да это все для тебя, потому что ты избрана стать королевой и разделить со мной все мое богатство. Разумеется, если ты этого сама желаешь…».

Слезы градом катились по моим щекам. Честно говоря, я не была готова к такому радушному приему, но отказаться стать королевой бала после наступления на землю Белых Берегов, я не смогла.

Когда Пир был в самом разгаре, Белый Ворон увел меня в сад, где подарил мне крылатого черного пегаса. И мы отправились верхом на нем осматривать новые владения, доверенные мне самим принцем. Тем временем на пиру играл Новый Вальс Триад Любви.

Змей и орлица

Повествование о Трибунале, капитане Светоносца и его команде Эвроклидонцев, в частности великой и могучей Спиритус и грозной Мортис.

Я уже писала о своих отношениях с Белым Вороном, и о моем отце Тире и о матери моей Саломеи, которая занималась черной магией и была из рода древних исполинов, но я ничего так и не рассказала вам о великой Спиритус Мортис и её отношениях с грозным капитаном Трибуналом, Спиритус отдала половину своего имени великой Мортис, а та в свою очередь поклялась ей что заставит Трибунала, стать хорошим Эвроклидонцем и начать думать не только о себе и своем роскошном гробе, но и о команде.

Трибунал жил в каюте правдивых зеркал и лежал на самом деле в белом гробу, расшитом изнутри бархатом и серебром.

А Спиритус Мортис жила в каюте живых сердец в полном мраке и темноте. И когда она шепотом читала свои заклинания то сердца загорались пламенем.

Мортис в свою очередь вообще не имела своей каюты, и то и дело что постоянно бродила, не находя себе места и целовала всех в лоб, поцелуем прощения, вершиной своего милосердия. Да она могла проходить сквозь стены, потолок и пол, но не могла найти себе место на этом корабле полном безумства и хаоса.

Да там были и другие резвые страшные ребята, как Анкхор, или его забвение Инсомний. О кстати, Инсомний очень любил спать, больше всего на свете, но сон бежал от него после убийства Белого Ворона.

Да что правда, так правда что Белый Ворон никому не воздал злом за зло. Беневолентцам он выдал шкуры драконов и оружие, а Эвроклидонцам корабль в форме дракона, под названием Светоносец, который иначе называется люцифер. Что в переводе древних наречий значит свет и пламя.

Больше всего на свете Трибунал боялся свое отражение в зеркале и вечно твердил: «Контроль неконтролируемого хаоса начинается с любви…». В зеркале он видел свое свирепое отражение и очень боялся его. А в зеркале он видел змея с красной головой и синим хвостом.

Однажды он решил сбежать со своего корабля, где он был капитаном, на малой шлюпке, но он забыл что у него самого самого страшного и сурового капитана две самые суровые спутницы. Спиритус Мортис и Мортис.

Когда Спиритус играла на скрипке мог подняться сильный вихрь урагана и она могла обернуться в орлицу и взлететь очень высоко в самую сердцевину вихря.

Так она сделала и в этот раз. Она опустилась на шлюпку Трибунала, обернулась в свой облик и положила скрипку на дно шлюпки и как истинный Беневолентец обернулась в свой истинный облик, красивой девы, в черном платье, расшитым красными узорами и символами истины и стала на одно колено.

Хочу напомнить что кодекс Беневоленцев требовал этот жест, а кодекс Эвроклидонцев нет, они были слишком гордыми чтобы терпеть унижение или унижаться.

Тоесть Спиритус Мортис была родной сестрой Боанергеса и дружила с Божественной тьмой, супругой Боанергеса, и только ее она могла впустить в каюту правдивых зеркал и в каюту живых сердец, а та в свою очередь видела себя в зеркале, младенцем, а в каюте живых сердец находила покой и могла там спать на груди у Спиритус Мортис вечным сном.

Да Трибунал вернулся на свой пост, и взял все таки Спиритус Мортис в законные жены. Ох как дорого это ему стоило, оставить свой беспредел и стать орлом, и идти на равных с Беневоленцами и стать первым на одно колено, перед возлюбленной.

В связи с таким его поступком, Белый Ворон освободил всех Эвроклидонцев от заклятия. И привел их в свои роскошные владения у мыса Доброй Надежды.

Но там был еще один орел, о да то был боцман, настоящий сверепый морской волк, его называли Чеширским Котом, слово Чешир я так и не смогла расшифровать. На нем было очень древнее заклятие моей матери. И он тоже сам нашел себе на голову, дикую волчицу, не менее дикую чем он сам, со статусом имени Божественная или Абсолютно святая и незабвенная.

Но то уже совсем другая история, о нарнии и нарнийских королях и постройке двадцати кораблей, двадцати капитанов и боцманов. Мой муж, Белый ворон запретил мне раньше времени открывать вам все тайны, этой темной истории.

И я будучи дочкой Белого Льва, не имею права открывать последний фрактал во вселенной.

Постскриптум

Да волки, это моя страсть, люблю их кормить мясом, и мирить, но мясо они едят только отборных ягнят, которых мне отдает только мой верный супруг.

Content

Юрий Шерстобитов
Хроники Нонарабис
Змей и орлица

Хроники Нонарабис

Вступление

Прогулка на площади возле фонтана

Книга и новая встреча с Белым вороном

После погрома — видение

Пир в честь меня

Заточение в тюрьме

Призвание Беневолентцев

Подготовка к отплытию на мыс Доброй Надежды

Встреча с Эвроклидонцами

После шторма

Испалины

Свадьба и пир великих триад

Змей и орлица

Постскриптум