Горечь инея

Ника Веймар

ПРОЛОГ

Где-то капала вода. Тяжелые капли размеренно и монотонно стучали по выщербленным плитам. Мирт поморщился от боли в затекших мышцах, переступил с ноги на ногу, насколько позволили цепи. Антимагические кандалы держали крепко. В дрожащем, неверном свете единственного факела стены камеры, в которой оказался молодой маг, влажно поблескивали. Пахло сыростью. Каменный пол неприятно холодил босые ступни. Тот, кто притащил сюда Мирта, оставил ему штаны и рубашку, но позарился на крепкие сапоги из кожи виверны и почти новый плащ.

Сайфер досадливо сплюнул, в который раз осматривая камеру, которой грозило стать его последним пристанищем. По всей видимости, он находился на окраине Ардана, в подземных катакомбах, точной карты которых, по слухам, не было даже у Тайной Канцелярии. Остатки проржавевшей решетки перегораживали вход в камеру и выглядели так, словно готовы были рассыпаться от легкого прикосновения. А вот стальное кольцо в потолке и цепи, чтоб их Пересмешнику в глотку, были новенькими. О том, чтобы хотя бы ослабить их, и думать было нечего. Про то, чтобы освободиться из слишком крепких объятий антимагических кандалов, тем более.

"Попался, как зеленый первокурсник", — Мирт сдавленно ругнулся, пошевелив руками. Затекшие кисти моментально отозвались болью. Порадовался удачному завершению заказа, пренебрег голосом интуиции и напился в дугу со случайным знакомым, подсевшим к нему в трактире. А потом, пошатываясь, ушел наверх с подцепленной в том же трактире молоденькой энайке. Кажется, она, фальшиво хихикая, предложила ему стакан воды, чтобы "молодой господин протрезвел". И как раз после этого угощения Мирт вырубился окончательно. Что за демоново зелье было в стакане, оставалось лишь догадываться. Очнулся уже здесь, распятый посреди камеры. В сознание привели боль в руках, вынужденных выдерживать тяжесть тела в течение нескольких часов, и монотонно капающая вода. Теперь оставалось только ждать, пока заказчик соизволит явиться к надежно скованной жертве. В том, что это — очередной жестокий урок от господина Вальтормара для одного поймавшего ложный кураж четверокурсника, Мирт сильно сомневался. Атор предпочитал иные методы.

Облизнув пересохшие губы, Сайфер с ненавистью посмотрел на небольшую прозрачную лужицу у стены. Очередная капля только что глухо плюхнулась в нее. Если бы длина цепей позволяла, не погнушался бы упасть на колени и выпить эту холодную воду одним глотком. Еще бы и стену облизал. Язык, казалось, уже распух от жажды. А проклятые капли издевательски медленно сползали по стенам, срывались с потолка. Так близко и так далеко. Отсчитывали время. Еще одна изощренная пытка. Мирт понятия не имел, сколько он тут находится. Под землей всегда царила ночь. Кому же он так перешел дорогу? Начал было в очередной раз перебирать кандидатуры и тут же бросил это бессмысленное занятие. Слишком мало фактов. Понятно лишь одно: живым, скорее всего, ему отсюда не выбраться. Остается только гадать, какие пытки заготовил для него пока что неведомый удачливый враг, и надеяться, что удастся вынести их достойно, не порадовав мучителя криками боли. А после Пресветлый сжалится и дарует своему скверному адепту легкую смерть.

Вдалеке послышались шаги. Тихие, но уверенные. Тот, кто шел сюда, явно знал дорогу. Плохо… Если нет купола тишины, значит, в этой части катакомб они одни. Мирт прищурился, разглядывая приближающуюся фигуру с факелом в руке. Тяжелый длинный плащ с капюшоном надежно скрывал лицо и тело гостя. Визитер уверенно воткнул факел в гнездо, повернулся и с легкой насмешкой в голосе произнес, одновременно скидывая капюшон:

— Ну здравствуй, Снежный Сайфер.

— Ты? — сипло выдохнул Мирт.

Эту кандидатуру среди возможных врагов он не рассматривал. И тем удивительней было увидеть перед собой именно это лицо.

— Я, — еще более насмешливо прозвучало в ответ. — И у нас с тобой уйма времени. Ты ведь никуда не торопишься, верно?

Мирт стиснул зубы, глядя на кривую ухмылку своего палача. Кто бы мог подумать? Кажется, в свое время он сильно недооценил вероятного противника. И сейчас за это поплатится.

ГЛАВА 1

Айя Делавент спускалась в катакомбы с предвкушением, борясь с желанием сорваться на бег. Она неоднократно бывала здесь с отцом, знала каждый камешек на пути, каждый поворот. Благородный маркиз не гнушался добывать нужную ему информацию лично и не слишком деликатными методами. Катакомбы верно хранили свои тайны. И сколько тел навек упокоилось в каменных разломах, не знал никто. Но впервые Айя спустилась сюда без отца. Шла, надвинув глухой капюшон на лицо, с предвкушающей улыбкой на губах. Сегодня был особенный день. И пленник был тоже особенный. Тот, кто чуть больше года назад посмел уложить ее на парту и отшлепать, словно служанку. Прощать такое унижение Айя не собиралась. Считала, что наказание категорически не соответствовало проступку. А раз так, ответ должен быть соразмерным. Сегодня Снежный Сайфер ответит за нанесенную ей обиду.

Чуть замедлив шаг, Айя вдохнула влажный воздух подземелья. Запах камня, сырости и копоти от факелов. Тратить магию на освещение коридора и камеры маркиз Делавент считал нецелесообразным. А еще здесь пахло страхом. И иногда — кровью. Маркиза много раз видела, как отец лично хлещет плетью допрашиваемых. Обычно сюда попадали разбойники, промышлявшие на землях маркиза. Как правило, после одной ночи в мрачных катакомбах язык у них развязывался куда быстрей, чем после недели в сухой и светлой камере, расположенной в загородном поместье Делавентов. Сама она до сегодняшнего дня ни разу не брала в руки плеть. Но не сомневалась: сумеет справиться с ней. Толстая, удобно ложащаяся в ладонь рукоять, оплетенная витым шнуром, была заткнута за пояс. Кожаный ремень бил по сапогу при каждом шаге.

Мирт, заслышав шаги, поднял голову, жадно всматриваясь в фигуру заказчика. Выглядел пленник неважно: пересохшие губы плотно сжаты, и даже в неверном свете факела на запястьях были видны красные следы. Неудивительно: несколько часов простоять с поднятыми руками. Наверняка пытался вырваться, пока не понял бесполезность этой затеи.

— Ты? — сипло выдохнул он, не скрывая удивления, когда Айя скинула плащ.

— Я, — уверила его маркиза.

Приблизилась, остановилась в шаге от него, эффектным движением откинув назад волосы. Демонстративно опустила ладонь на рукоять плети, вглядываясь в красивое, усталое лицо пленника. Его беспомощность, осознание полной власти над этим сильным молодым магом будоражили, опьяняли сильнее, чем вино, рождая внутри сладкую дрожь предвкушения. Как долго она ждала этого момента. С нескрываемым наслаждением поинтересовалась у Сайфера — каково это, ощущать себя настолько беспомощным, но совершенно не ожидала услышать в ответ сухой, ехидный смешок.

— Айя, а ты не боишься, что очень скоро окажешься в таком же положении? — в нахальных зеленых глазах Мирта светилось искреннее любопытство. — Играешь с огнем, маркиза. Вернее, со льдом. Но поверь, он обжигает так же.

— Ты унизил меня, я отплачу той же полновесной монетой, — хмыкнула она. — Будем квиты, Сайфер. Уж прости, силы неравны, поэтому я взяла с собой плеть. Боюсь, отобью ладошку о твою костлявую задницу. А так пострадает спина. Как считаешь, равноценная замена?

— Когда это… — начал было Мирт и умолк, вспомнив, как действительно отшлепал вздорную мстительную девчонку в пустой аудитории. Криво усмехнулся: — А ты все такая же мерзавка.

— Хорошие наставники были, — в тон ему ответила Айя. Вернулась к плащу, выудила из глубокого кармана флягу. — Водички? А то вырубишься, мне неинтересно будет.

Отказываться Мирт не стал. Пил жадно, роняя капли воды на грудь. Когда Айя убрала горлышко фляги, облизнул губы и нагло усмехнулся:

— Ты хоть умеешь пользоваться этой игрушкой, Айечка?

— На тебе и поучусь, — сладко улыбнулась та в ответ, закручивая крышку фляги. Решительно подошла ближе, потянулась к пуговицам его рубахи. — Она будет только мешать, правда?

— Раздень меня, детка, — интимно-издевательски шепнул Мирт. — Не упусти возможность. В иных обстоятельствах у тебя бы не было такого шанса.

— Раздену, не сомневайся, — Айя хищно улыбнулась. — И приласкаю. Плетью.

В том, что она решится его ударить, маркиза уже не была уверена. Возможно, плеть — действительно перебор. Хватит с Сайфера и проведенной в катакомбах ночи. В конце концов, Айе предстояло еще год сталкиваться с ним в коридорах Академии, и в ее планы не входило снова оказаться в пустой аудитории наедине с Миртом. Гордость парня и так пострадала почти в той же мере, что и ее собственная. А первый год обучения на факультете боевой магии научил маркизу осторожности и размышлениям о возможных последствиях. Но сообщать об этом Айя не торопилась. Слишком приятным оказалось ощущение полной власти над другим человеком.

Ее нежные ладони легли на влажную ткань рубашки, споро принялись расстегивать пуговицы. Сайфер глубоко вздохнул, пытаясь унять несвоевременно проснувшиеся желания. Перед глазами стояла розовая от шлепков круглая попка маркизы. "Ночные твари, она собирается меня выпороть, как провинившегося конюха, а у меня стоит так, что сейчас штаны порвутся, — Мирт стиснул зубы, чувствуя, как член натягивает ткань упомянутых штанов. — Докатился" Унизить его сильнее Айя не смогла бы при всем желании. Распятый посреди камеры, абсолютно беспомощный и, Пересмешник его задери, возбужденный. Маркиза дошла до последней пуговицы, машинально скользнула взглядом ниже и непонимающе замерла на секунду. А после, подняв голову, ласково поинтересовалась:

— Сайфер, ты извращенец? Надо же, какие любопытные у тебя наклонности. Настроился получить удовольствие от порки?

Мирт бессильно дернулся в цепях. В зеленых глазах полыхнули злость… и нескрываемое возбуждение. Осознав, что это — реакция на нее, а не на обещанную порку, Айя почувствовала, как по телу прокатилась горячая волна. Неприкрытое, искреннее желание четверокурсника, избалованного женским вниманием, было, чего уж скрывать, приятным. И открывало новые перспективы. Тогда, в аудитории, упиваясь ее беспомощностью, Мирт насмешливо заявил, что может довести ее до оргазма. А что может быть для него унизительней, чем кончить от прикосновений врага, поминутно гадая, не последует ли за лаской удар плети? Заодно будет отличная возможность отработать навыки, полученные на занятиях Флавии Треаль. И на каком экземпляре.

— М-м-м, как интересно, — протянула Айя, проводя рукоятью плети по животу Мирта и упираясь ею в выпуклость на штанах. — Не такой уж ты и ледяной, Сайфер.

Легонько нажимая, потерла рукоятью его пах, наслаждаясь дикой смесью ненависти, стыда, злости и возбуждения в глазах Мирта. У него был взгляд зверя, попавшего в капкан, понимающего, что обречен, сопротивляться бесполезно, но не сдавшегося. Сайфер молчал, и это Айе не нравилось. Она хотела заставить его признать поражение.

Зайдя за спину Мирта, Айя задрала его рубашку, провела ногтем вдоль позвоночника. Пока не царапая, лишь дразня. Сайфер вздрогнул, выдохнул сквозь зубы, и она довольно усмехнулась. Надо же, какой отзывчивый. А ведь это только начало. Айя так долго мечтала о мести, о том, как Снежный Сайфер окажется в ее власти и ответит за каждую секунду ее унижения. И сейчас маркиза искренне наслаждалась беспомощностью своего пленника. А то, как сильно Мирт возбудился, стоило ей коснуться его тела, открывало поистине великолепные возможности для мести. Порка, безусловно, была жестоким наказанием. Но не самым унизительным.

Мирт чувствовал, как холодный воздух подземелья касается разгоряченной кожи. В другое время это было бы неприятно, но сейчас, когда его бросало в жар от каждого прикосновения маркизы, Сайфер даже радовался прохладе. Айя тихо рассмеялась за спиной, уложила ладони на его бедра, прижалась грудью. Мягкой, высокой. Тихо шепнула на ухо:

— Что, неужели нечего сказать? О чем ты сейчас думаешь, а, Мирт?

— О том, что твои пухлые губки сейчас заняты не тем делом, — низким, хриплым голосом отозвался он. — Встанешь передо мной на колени, Делавент?

— Размечтался, — фыркнула Айя, обходя его.

Провела кончиками пальцев по его животу, по бедру. Мирт с трудом удержался, чтобы не податься навстречу. Член болезненно пульсировал. Демонова девка. Засадить бы сейчас ей поглубже, чтоб орала под ним, как мартовская кошка. Стереть с ее лица довольную ухмылку победительницы. А еще лучше — и впрямь занять пухлые розовые губки полезным делом. Представив картинку детально, Сайфер едва не застонал от болезненного возбуждения. И пожалел, что уже давно не кончает от одних лишь фантазий.

— Погладить тебя еще? — откровенно упиваясь видом возбужденного пленника, спросила Айя. — Попроси, и я подумаю.

— Себя погладь, — сверкнул в ответ зелеными глазами Мирт.

— Можно и так, — она расхохоталась, шалея от осознания безнаказанности, от того, что можно провоцировать Сайфера, как угодно, от чувства своей женской власти над ним.

И медленно погрузила гладкую рукоять в декольте, между двух высоких холмиков груди, наблюдая за реакцией Мирта. Качнула несколько раз вверх-вниз. Сайфер снова бессильно рванулся в цепях. Зеленые глаза стали почти черными от вожделения. От того, как жадно он следил за движениями толстой рукояти, Айе стало жарко. И сладко. И еще сильнее захотелось довести Мирта до исступления, заставляя молить о ласках, испытывать удовольствие, еще более унизительное от того, что разум протестует. О да, это будет идеальная месть. Стереть с его лица ехидную ухмылку, держать на грани, а потом… оставить. Распаленного, возбужденного, согласного на все, лишь бы получить вожделенную разрядку. Айя подалась вперед, касаясь грудью его груди. Томно шепнула:

— А чего ты хочешь теперь, холодный Снежный Сайфер? Вторая попытка.

Мирт медленно выдохнул, пытаясь успокоиться. Хотя бы немного. Хотя соблазнительный шепот маркизы, теплая мягкость ее груди, близость тела совершенно не способствовали спокойствию. Были бы свободными руки. Перед глазами пронеслись картинки, как он прижимает к себе аристократичную девчонку, опустив одну ладонь на круглую попку, а другую запустив под рубашку. Интересно, какого цвета у нее белье? Сайфер уже не сомневался: Айя не станет использовать плеть по назначению. Слишком явный интерес сквозил в ее глазах. И слишком хорошо были знакомы молодому магу эти признаки — немного учащенное дыхание и легкое, едва заметное подрагивание пальцев. Маркиза решила отомстить иначе, удовлетворив заодно и свой интерес. И это злило почти так же сильно, как и возбуждало.

Чувствуя, как стучит в висках кровь, Мирт облизнул пересохшие губы. Попросить еще воды, что ли? С Делавент, конечно, станется отказать. Просто из вредности. Встретился взглядом с Айей и едва не рассмеялся от внезапного осознания: а она ведь ждет, чтобы он начал умолять прикоснуться к нему, приласкать, дотронуться до болезненно напряженного члена хотя бы через ткань штанов. Обойдется. По крайней мере, пока что.

— Чего я хочу? — хрипло произнес он. — А как ты думаешь, Айечка? Воды, разумеется.

— Жарко стало? — участливо поинтересовалась маркиза.

Но, вопреки ожиданиям, отстранилась, вытащила из кармана флягу. Без лишних слов открыла ее и снова приложила горлышко к губам Мирта, жадно наблюдая, как тяжелые капли падают на обнаженную грудь пленника, сползают к поясу.

— А еще я хочу тебя, — Сайфер усмехнулся, наблюдая за тем, как Айя смущенно опустила взгляд, делая вид, что бесконечно занята закручиванием фляги. И припечатал: — Но не обольщайся, это всего лишь физиология. У тебя красивая задница и большие сиськи. Что еще нужно?

Маркиза отшатнулась, в глазах полыхнула ярость. На какой-то миг Мирту показалось, что она все-таки ударит. Слишком сильно сжалась девичья ладошка на рукояти плети. И он бы предпочел, чтобы ударила. Не пришлось бы презирать себя за неуместную реакцию тела и стараться как можно дольше сохранить гордость и не опуститься до мольбы. Но Делавент изменилась за этот год. Не поддалась первому порыву. Заткнула плеть за пояс и криво усмехнулась:

— Всего лишь физиология? Восхитительно. Меня устраивает.

Зашла за спину, прижалась к нему, провела прохладными тонкими пальчиками по животу. Мирт дышал рвано, словно загнанная лошадь. Мышцы пресса под рукой казались каменными.

— Каково это, Сайфер? — прошептала Айя ему на ухо, почти задевая губами. — Каково — ощущать свою полную беспомощность и неспособность контролировать реакции собственного тела? Даже не надейся, что проявлю милосердие и не воспользуюсь представившейся возможностью.

— Айя, ты понимаешь, что я с тобой потом сделаю? — низким, срывающимся голосом спросил Мирт.

— Ничего, — с мстительным удовольствием выдохнула она. — По крайней мере, до конца учебного года. Иначе вылетишь из Академии со свистом. А после двери ФБМ для тебя закроются. Надеешься, что я окажусь настолько глупой, чтобы попасться тебе за стенами Академии?

И подняла руку на уровень его глаз, демонстрируя переливающийся огоньками черный браслет. Помолвка надежно защищала студенток ФБМ от любого сексуального насилия со стороны как адептов, так и преподавателей. И Айя отлично об этом знала. Тихое ругательство, сорвавшееся с губ Мирта, заставило ее довольно рассмеяться.

— Желай меня, Сайфер, желай, — промурлыкала она. — Это все, что тебе остается.

Отступила на шаг, с удовольствием любуясь своим пленником. Мускулы на руках, широкие плечи, узкие бедра. Мысленно сравнила его со своим женихом и поморщилась. Сравнение было не в пользу Элистера. Рыхлое тело, волосатая спина, дряблые ягодицы. И маленький член. А у Мирта, судя по внушительной выпуклости, с этим тоже был полный порядок. "Интересно, а в постели с ним так же, как с Элом?" — пронеслась шальная мысль. Айя вздрогнула и помотала головой. Еще чего не хватало. Позволить этому мужлану себя трахнуть? Ну уж нет. Гадость какая. Она сама его сейчас поимеет, заставит умолять о ласке, выгибаться навстречу, толкаясь твердой плотью в ладонь. А вечером, вернувшись в Академию, позволит себе расслабиться. Айя давно изучила собственное тело и знала, как доставить себе удовольствие. Но вначале…

Она вновь прижалась к Сайферу, нарочито медленно провела ладонями до пояса, чуть царапая ногтями кожу. Задержалась там, дразня легкими прикосновениями, и уложила руки на бедра пленника. В голове звучал грудной, томный голос Флавии: "Не спешите сразу взяться за член. Дразните, ласкайте мужчину, обходя предмет его гордости стороной. И только потом, когда его взгляд потемнеет от желания, можете подарить ему блаженство. А потом он подарит наслаждение уже вам". Насчет последнего Айя сомневалась. Секс с Элистером ее разочаровал. Нет, пока жених ласкал ее тело, было приятно, а вот потом… Потом Айя скучающе пялилась в потолок, пока Эл сопел и тыкался в нее, дожидаясь, когда же он наконец шумно выдохнет и обмякнет. А затем спешила в душ, чтобы смыть с себя следы страсти. И заодно, нежась в теплой воде, приласкать себя как следует. Жених в этом плане оказался совершенно бесполезен, увы.

При этом Айе нравилось знать, что она желанна, ловить на себе восхищенные взгляды и любоваться в Академии красиво сложенными старшекурсниками. И Микаэлем Ларошем, преподавателем по боевке. Впрочем, в того были тайно или явно влюблены почти все адептки из его групп. Вот ему бы она позволила… наверное. Флавия говорила, что маги крови — умелые и нежные любовники. Прикрыв глаза и представив себе синеглазого Микаэля, Айя погладила Мирта по бедрам. Недовольно поморщилась. Образ преподавателя не желал держаться в воображении. Нахальные зеленые глаза и родинка на щеке оказались сильнее. "Да и ночные твари с ним, — решила маркиза, склоняясь к плечу пленника и касаясь кожи дыханием. — Сайфер тоже вполне привлекателен. По крайней мере, с точки зрения физиологии".

Но первый запал уже прошел. Как и желание покуражиться. Нет, идея довести Мирта до грани и оставить на ней, не дав желанной разрядки, все еще казалась привлекательной, но Айя понимала: такого Сайфер ей точно не простит. Слишком болезненный удар по самолюбию и верный способ получить очень злого врага. Маркиза же хотела проучить негодяя, но при этом не оказаться объектом ответной мести.

Айя прижалась теснее, скользнув ладонями с бедер Мирта на его живот. Задержалась, поглаживая мускулистый пресс, и вернула руки на прежнее место. Парень не удержал разочарованного вздоха, и маркиза тихо, довольно рассмеялась, почти уткнувшись носом в его плечо. От Мирта пахло морозным утром. Хрустальным прозрачным льдом на реке, пушистым инеем на деревьях. Казалось, от этого запаха даже слегка покалывает в носу. Хотелось еще раз коснуться гладкой горячей кожи, лизнуть ее, даже прикусить, попробовать на вкус. Айя не боялась, что Сайфер дернется в оковах так, чтобы ударить ее, отбросить от себя. Чувствовала это. Его бесила ситуация, в которой он оказался, но и заводила не меньше. И маркиза собиралась использовать это в своих интересах.

Мирт шевельнул бедрами, молчаливо намекая, что неплохо бы сдвинуть ладони вперед, на более чувствительное к ласкам место, и Айя тут же отстранилась. Надо же, какой шустрый. Собрался диктовать условия. Нет уж, Сайфер, перебьешься. По крайней мере, сейчас. Чтобы напомнить, кто тут главный, с мстительным удовольствием медленно провела ногтями от плеч к пояснице, чувствительно царапая кожу. Подула на розовые дорожки, оставшиеся на смуглой спине.

— Айя, доиграешься, — срывающимся шепотом прошипел Мирт, дернувшись, словно от удара.

— Ты ведь не сказал, чего хочешь, — напомнила маркиза, наслаждаясь его реакцией. — Вот я и изучаю… физиологические реакции на прикосновения. — Обошла, смело взглянула в зеленые глаза пленника, мурлыкнула: — И не надейся, что мне это быстро надоест. Или ты надеешься как раз на другое, м-м-м?

Провела ладошкой по его груди вниз, до самого пояса штанов, снова поднялась выше, внимательно наблюдая, как темнеют глаза Снежного Сайфера. Положила руки ему на плечи и на несколько секунд прижалась всем телом, потерлась бедром о твердую выпуклость в паху парня, и тут же отстранилась. Мирт рванулся следом, насколько позволяли цепи. Звякнули железные звенья.

Близость мягкого, горячего тела, прикосновения нежных ладошек сводили парня с ума. Возбуждение стало уже болезненным. Когда Айя прижалась к нему и потерлась бедром, а потом отстранилась, Мирт едва не застонал от разочарования. Она откровенно дразнила его, умело распаляя, но при этом не переходила черту. Ждала, пока он начнет умолять, зар-р-раза аристократическая. И самым паскудным было то, что эта игра заводила Айю куда меньше, чем хотелось бы. Маленькая знатная дрянь прекрасно контролировала ситуацию. И, ночные твари его раздери, Мирт поймал себя на том, что ему это нравится. Он уже держался на чистом упрямстве, не желая признавать поражение. Пусть даже оно обещало быть очень сладким… Распаленное воображение тут же подсунуло картинку, как ласковые руки касаются напряженного члена, сжимают его, скользят все быстрее, даря, наконец, желанную разрядку. На то, что Айя пойдет на большее, рассчитывать не стоило. В самом деле, не станет она запрыгивать на него. "А жаль…" Последняя мысль распалила еще сильнее, и Сайфер не выдержал, тихо застонал от мучительного возбуждения.

— Пересмешник с тобой, Делавент, — выдохнул он. — Погладь меня. Всюду.

Голубые глаза маркизы удовлетворенно сверкнули, на губах появилась довольная улыбка. Мирт в этот момент ненавидел себя за проявленную слабость, но, Пресветлый свидетель, слишком мучительной была сладкая пытка, слишком соблазнительной — демонова девчонка, слишком сильно хотелось большего. "А ведь с нее станется сейчас развернуться и уйти", — молнией пронеслось в голове. Но Айя удивила. Шагнула чуть ближе, опустила руки на пояс его штанов.

— Думала, ты продержишься дольше, — фыркнула она, возясь с ремнем.

Но Мирта не обманул тон, которым это было сказано. Слишком довольным и предвкушающим был взгляд Айи. Маркиза явно хотела этого не меньше, чем сам Сайфер. Пусть даже из любопытства. Сейчас парень абсолютно не возражал побыть учебным пособием. Шпилька не попала в цель, но осадить обнаглевшую девчонку стоило.

— Детка, я с удовольствием продемонстрирую тебе, как долго я могу продержаться, — ухмыльнулся он. — Но ты уверена, что у тебя хватит сил?

— А ты мечтатель, — хмыкнула Айя, стягивая с него штаны вместе с нательным бельем. С интересом глядя на дернувшийся навстречу возбужденный член, отметила: — Надо же, как сильно тебя заводит беспомощность. Сайфер, твои подружки знают об этом? Ты позволяешь им себя связывать? Или только мечтаешь о сильной женской руке?

— Меня заводишь ты, Делавент, — оборвал ее Мирт. В зеленых глазах сверкнули острые грани льда. — И мечтаю я прижать тебя к ближайшей стене, закинуть твои длинные ножки себе на бедра и брать, пока ты не сорвешь голос, умоляя не останавливаться. А потом повернуть лицом к той же стене, наклонить и повторить. Для закрепления результата.

— Не получится, — с показным огорчением Айя пожала плечами. — Мне нравится нежно, медленно и чувственно. Хотя ты наверняка не знаешь, как это.

Внутренне она задыхалась от возмущения, но показывать это не собиралась. Как и признавать, что эта грубоватая откровенность отозвалась внутри сладкой дрожью. "Было бы так же, как с Элом, — одернула она себя. — Несколько минут пыхтения, сопения, поелозил бы внутри своей штукой и — я все, дорогая, тебе понравилось? Мерзость. Думают только о себе. А мне потом вытирайся…" От воспоминаний о близости с женихом возбуждение тут же схлынуло. Желание продолжать игру тоже пропало, зато злость разгорелась с новой силой. Эта зеленоглазая сволочь еще и издевается. Положив ладонь на затылок Мирта, маркиза резко прижалась к нему, привстав на цыпочки, и впилась в губы ненавидящим, яростным поцелуем. Получи, гаденыш. Кто еще попросит не останавливаться. Сайфер, не ожидавший такого, дернулся, пытаясь отстраниться, вдохнуть воздуха, но Айя не собиралась его отпускать. Целовала жадно, сумбурно, выплескивая всю злость, всю накопившуюся ненависть, все негодование и раздражение, а когда Мирт начал отвечать с той же страстью, отскочила, перед этим до крови укусив за нижнюю губу.

— И это называется "нежно и чувственно"? — облизнув саднящую ранку, поинтересовался Сайфер, поймав шальной взгляд девушки. — Айечка, похоже, мне есть, чему тебя поучить.

— Заткнись, — приказала она, тяжело дыша. Пригрозила, почти бессильно и неубедительно: — Иначе уйду, и будешь учить крыс. Или мокриц. Понятия не имею, кто здесь водится.

— Не уходи, — Мирт вновь облизнул губу, убирая кровь. — Приласкай меня, детка. Сейчас я весь твой. Ты же хочешь этого.

— Мой, говоришь? — Айя прищурилась. — Ну хорошо…

Снова шагнула к нему, почти касаясь его груди своей, опустила руку на член, второй провела по щеке. Заученные, механические движения, без страсти. И оттого долгожданная ласка казалась особенно унизительной, но отказаться от нее не было сил. Мирт закрыл глаза, чтобы не видеть презрительного взгляда маркизы, шевельнул бедрами, толкаясь навстречу нежной ладошке. Ни сил, ни желания думать сейчас о том, почему интерес и возбуждение в глазах Айи сменились почти что отвращением, не было. Пусть… пусть сполна насладится сейчас своим триумфом. Лишь бы не останавливалась. Слишком болезненным было возбуждение, слишком сильно хотелось получить удовлетворение, хотя бы ненадолго. Мирт не сомневался, что на белокурую бестию у него опять встанет почти моментально. Но сейчас он плавился от прикосновений умелых пальчиков. Ох, не пренебрегала маркиза уроками госпожи Треаль, точно не пренебрегала. И хвала Пресветлому.

— Айя, — хрипло полувыдохнул-полупростонал Мирт, окончательно отбросив гордость.

Маркиза вздрогнула, на миг сбившись с ритма. Собственное имя, произнесенное с такой страстью, прикрытые глаза Сайфера, совсем не ледяного, не скрывающего эмоций. Неужели он действительно хочет именно ее? Неужели ему не глубоко все равно в этот момент, чьи руки дарят ему наслаждение? От этих мыслей словно опалило огнем, заныли затвердевшие соски. Чужое желание, такое откровенное, неприкрытое, нашло отклик внутри. Моментально пересохло во рту, и Айя непроизвольно сглотнула, не отводя взгляда от едва запекшейся крови на губе Сайфера. Почему-то осознание, что она оставила эту метку, наполняло странным удовольствием. Не удержавшись, маркиза прижалась к своему пленнику, провела языком по ключице, уткнулась носом в шею, пьянея от морозно-свежего запаха. Положила ладонь ему на грудь, чувствуя, как бешено колотится сердце Снежного Сайфера. Да и ее собственное сейчас колотилось в том же ритме. Чувствуя, что парень близок к оргазму, она едва касалась его члена второй рукой, лаская легкими, почти невесомыми поглаживаниями. Не затем, чтобы помучить, а для того, чтобы продлить удовольствие.

— А-ай-йя, — простонал Мирт, распахнув шальные, невидящие глаза, толкаясь навстречу. Рванулся в цепях, забыв, что может причинить себе боль, сорвать с запястий кожу. — Не могу больше, не могу…

Делавент промолчала, боясь, что если ответит, голос сорвется, выдаст, что она далеко не так бесстрастна, как хотелось бы. Прижалась к Сайферу всем телом и ускорила движения ладони, чувствуя, как подкашиваются ноги от близости снежного мага. Когда горячее, густое семя выплеснулось в руку, нашла в себе силы отстраниться. Отерла пальцы об одежду, преувеличенно заботливо натянула на тяжело дышащего парня штаны.

— А говорил, продержишься долго, — выдохнула она, злясь что не сумела сдержать эмоции, и все получилось не так, как хотелось. — Я ожидала большего. Скорострел.

Во взгляде Мирта полыхнула такая ярость, что маркиза тут же пожалела о сказанном. "Этого он мне точно не простит", — обреченно пронеслось в голове. На миг захотелось трусливо сбежать, оставив пленника висеть в цепях. Дать ключ от кандалов кому-нибудь из слуг и приказать освободить страдальца, а потом пережить скандал, который непременно устроит папенька… Ну уж нет. Айя протянула руку, вспоминая уроки господина Лароша, нашла на шее парня нужную точку. Мирт рванулся в оковах, слишком поздно поняв, что задумала маркиза, но уже не успел увернуться. Тело бессильно обмякло. Дрожащими руками Айя провернула ключ в замке, торопливо сняла легкие цепи, едва не упав вместе с Миртом. У нее было не больше десяти минут, пока парень придет в себя. Положив рядом с ним флягу, схватила плащ, завернула в него цепи и сжала заранее купленный портальный амулет. Через несколько секунд в пещере остался только Снежный Сайфер.

Артефактор не подвел: амулет переместил Айю к заднему крыльцу столичного особняка Делавентов. Брезгливо скинув звякнувший сверток и плеть на руки первому попавшемуся слуге, она приказала:

— Цепи и плеть в подвал, плащ прачкам.

Не сомневаясь, что указание будет выполнено, поднялась по ступенькам и распахнула дверь. Отец хорошо вышколил слуг: все были исполнительны и неболтливы. Другие у маркиза не задерживались. Колинер Делавент умел доходчиво объяснить, что многие знания вкупе с длинным языком — многие печали, а вот незаинтересованность в личных хозяйских делах и короткая память поощряются. Впрочем, даже если бы отец узнал, что дочь отомстила одному из своих обидчиков, он не стал бы ее ругать. Но о подробностях Айя не рассказала бы ни под каким предлогом. Даже сейчас, при одном воспоминании о "наказании", по телу прокатилась жаркая волна. Как же приятно было понимать, что Снежный Сайфер, такой опасный, такой сильный, целиком и полностью оказался в ее власти. Как же приятно было заставить его сдаться, уступить, признать поражение. И как же приятно оказалось прикасаться к его мускулистому твердому телу… Айя вздрогнула, мотнула головой, отгоняя последнюю мысль. Легко взбежала по лестнице, вошла в свою комнату, тряхнула колокольчик, стоявший на журнальном столике. Горничная не заставила себя ждать, явилась через минуту.

— Приготовь ванну с розовым маслом, — бросила Айя, падая в глубокое кресло.

Взглянув на часы, на миг недовольно поджала губы. Провозилась дольше, чем планировала — уже перевалило за полдень. Придется перенести визит к портнихе, иначе они с отцом опять не успеют обсудить детали брачного договора с Элистером. А ведь до свадьбы всего два года, катастрофически мало. Граф Себастьян Бакрон, отец Эла, настаивал, что первый ребенок должен унаследовать титул их семьи. Желание графа было понятным: его жена Алисия, миниатюрная и изящная, словно статуэтка из дорогого маурского хрусталя, с трудом сумела подарить ему всего одного наследника после череды выкидышей, и господин Себастьян опасался, что невеста сына тоже окажется не слишком плодовитой. Делавенты, в свою очередь, требовали, чтобы в их род ввели первого ребенка и первого сына, и уступать ни Айя, ни Колинер не собирались. Особенно, после того, как старшая сестра юной маркизы расшиблась насмерть, упав с лошади, и Айя осталась единственной наследницей.

— Ванна готова, госпожа, — доложила вернувшаяся служанка. — Помочь вам раздеться?

— Бри, не задавай глупых вопросов, — поморщилась маркиза, неохотно выбираясь из уютного кресла.

Она не могла отказать себе в удовольствии хотя бы в один из выходных вернуться в привычную жизнь молодой аристократки, доверить заботу о себе умелым рукам горничной. В Академии такой роскоши не было, увы. И ванны с розовым маслом тоже. Точнее, ванна-то была… Маленькая, узкая, жутко неудобная и с потрескавшейся от времени эмалью. Брезгливая маркиза кидала на дно полотенце каждый раз, когда принимала душ, и старалась лишний раз не касаться этого убожества. То ли дело — ее личная ванная в столичном особняке. Огромная чаша из розового мрамора, магический подогрев и — последняя новинка в сфере бытовой магии — специальные миниатюрные воздушные распылители на дне. Жемчужные нити пузырьков так приятно ласкали кожу, что Айя была готова проводить в ванне целые часы.

Но в этот день понежиться в ароматной пене не удалось. Элистер с отцом прибыли раньше, чем планировалось, и маркизе пришлось свернуть водные процедуры и развлекать жениха и будущего свекра. Потом Колинер Делавент пригласил всех в кабинет для обсуждения брачного контракта. Спорили до ужина, но по главному пункту решения так и не приняли. После Эл вежливо вызвался проводить невесту к воротам Академии.

— Может, заедем куда-нибудь? — жарко выдохнул он в ухо Айе в полумраке кареты. — Я скучал.

— Не сегодня, — раздосадованно буркнула маркиза, скидывая ладонь жениха со своей коленки. — Я устала.

— Зайка моя, не сердись на моего отца, — прошептал Элистер, вновь укладывая ладонь на прежнее место. — Он хочет быть уверенным, что род не угаснет. Давай, если первым ребенком будет девочка, она войдет в род Бакронов, а если мальчик, так и быть, в твой. Но последующие дети в таком случае…

— Нет, — оборвала его Айя и вновь стряхнула нахально поползшую вверх руку. — Будет так, как сказали мы с отцом. И прекрати называть меня этим мерзким ушастым животным.

— Люблю, когда ты сердишься, — довольно хмыкнул жених, облапив ее, как медведь. — Такая страстная, такая горячая…

Он впился поцелуем в ее губы, настойчиво пытаясь пробраться языком в рот. Айя нехотя ответила, зная, что иначе Эл не угомонится. Элистер умел целоваться, но в этот раз маркиза мечтала, чтобы поцелуй поскорее закончился. Сейчас его ласки вызывали только глухое раздражение. Слишком свежи были воспоминания о другом поцелуе, полном неприкрытого вожделения и страсти.

— Отстань, — воспользовавшись тем, что жених на миг отстранился для вдоха, Айя отвернулась и вытерла губы платочком. — Сказала же — не сегодня. Расскажи лучше, что там с вашим земельным спором.

— Ничего хорошего, — хмуро проронил Элистер и отодвинулся. — Барон Герин вчера предъявил бумаги, по которым род моей матери взял охотничьи угодья в аренду на два века. И срок истекает через год. Утверждает, что граф Круа не имел права отдавать их в качестве приданого, и ведь любой законник встанет на его сторону. А бумаги, подтверждающие, что мой прадед выкупил демонову землю, сгорели в пожаре.

— Каков мерзавец, — посочувствовала Айя.

Дальше до самой Академии ехали молча. Настроение у маркизы испортилось окончательно. Барон Герин, неприятный, сутулый мужчина с намечающейся лысиной, сватался к ней, но получил отказ. Айя не пожелала выходить замуж за человека на два года младше ее отца. И тогда обиженный Герин решил испоганить жизнь более удачливому сопернику. Спорные охотничьи угодья славились черно-бурыми лисами, и их потеря была нежелательной. Хотя даже без этого куска земли союз с Бакронами оставался выгодным.

— Он назначил мне встречу в среду, — неохотно добавил Эл, когда карета остановилась у ворот Арданской военной Академии. — Сказал, что готов предложить сделку. — Удачных переговоров, — напутствовала жениха маркиза, опираясь на его руку, чтобы выйти.

— Я заберу тебя в следующий соларис, — Элистер задержал ее ладонь в своей. — Я действительно соскучился. Проведем время вместе. И у меня для тебя будет подарок.

— Подарок это хорошо, — благосклонно улыбнулась Айя. — Увидимся в соларис.

Она не стала говорить явно настроившемуся на близость жениху, что у нее как раз будут "лунные дни". Ничего-ничего, мужчине полезно побыть на голодном пайке, как говорила госпожа Флавия. Будет сильнее желать и жарче любить. Хотя в случае с Элом Айя не чувствовала никакой разницы. Был бы на его месте Микаэль Ларош…

Быстро шагая по дорожке к общежитию, маркиза улыбнулась, предвкушая завтрашнюю встречу с синеглазым преподавателем по боевке. За один только чарующий голос великолепному Мику можно было простить любые физические нагрузки. Поднявшись в комнату, не стала сразу включать свет. Закрыла дверь, бросила на стул легкий плащик и подошла к окну, чтобы задернуть шторы.

Свет загорелся сам, заставив маркизу вздрогнуть. Обернувшись, она почувствовала, как предательски задрожали коленки. Мирт Сайфер стоял, лениво прислонившись к дверному косяку.

— Детка, ты так быстро сбежала утром, даже не попрощавшись, — протянул он. — Нехорошо.

— Выйди вон, — Айя скрестила руки на груди. — Я тебя не приглашала.

Мирт негромко рассмеялся и покачал головой. Отлепился от двери, сделал несколько шагов к маркизе. Пластичный, опасный, словно хищник, уже загнавший добычу, и теперь прикидывающий, как именно броситься.

— Еще как приглашала, блондиночка, — с видимым удовольствием сообщил он. — От таких приглашений не отказываются.

— Сам виноват, — парировала Айя, отступая в дальний угол комнаты.

— Детка, я не шучу, — холодно улыбнулся собеседник. — Ты сделала все, чтобы привлечь мое внимание.

— Молодец, что пришел сказать об этом лично, — съязвила маркиза. — Можешь расслабиться и выдохнуть, в Академии тебе ничего не светит, а за ее пределами мы не встретимся, уж я об этом позабочусь. Гуляй, мальчик.

Мирт перестал улыбаться. В зеленых глазах сверкнул холодный лед. Из движений ушла расслабленная пластичность. Время игр закончилось, хищник выбрал момент для броска. Он в доли секунды оказался рядом, на расстоянии вытянутой руки. Но голос его звучал по-прежнему ровно.

— Айя, ты ведь прекрасно понимала, что творишь, — медленно и вкрадчиво проговорил он. — Знала, что после этого я захочу сделать с тобой очень многое.

— Ты не посмеешь, — отшатнувшись к стене, прошипела маркиза.

— А еще ты должна была понимать, что у каждого поступка есть свои последствия, — продолжил Мирт, словно не слыша ее. Шагнул ближе, поставил руки на стену, заключая Айю в своеобразную "клетку". На губах его играла предвкушающая улыбка. — Так вот, детка, считай, что я — последствие твоего необдуманного поступка. И не нужно показывать мне свой браслет, я знаю, что можно сделать прямо сейчас и не получить за это наказания. Даже не сомневайся.

— Я буду кричать, — пригрозила маркиза, чувствуя, как по спине пробежала капля холодного пота.

Сайфер действительно не шутил, достаточно было одного взгляда в его глаза, чтобы это понять. Одному Пресветлому было известно, что он задумал, и маркиза многое бы отдала, чтобы этого не узнать. Можно было ударить его коленом в пах и попытаться сбежать из комнаты, но для этого пришлось бы шагнуть к зеленоглазому порождению Пересмешника, а под его взглядом Айя чувствовала себя демонски беспомощной. Хотелось даже перестать дышать, чтобы не спровоцировать собеседника неосторожным движением. Слишком явное ощущение опасности исходило от него.

— Хм, где-то я это уже слышал. — Мирт задумчиво нахмурился. — Кажется, даже от тебя. И помню, что было потом.

— Не смей, — взвизгнула Айя, вжимаясь в стену, словно это могло помочь оказаться подальше от утренней жертвы, слишком быстро превратившейся в охотника.

— Не вопи, — поморщился молодой маг.

А потом сгреб ее за талию, закинул на плечо и потащил к ближайшей кровати. Айя вскрикнула и изо всех сил замолотила кулачками по его спине, не желая сдаваться без боя.

— Прекрати, — холодно приказал Мирт, несильно шлепнув ее по попе. — Не зли меня, Делавент. Хотя куда уж больше.

Он швырнул Айю на покрывало, и она тут же поспешила отползти в дальний угол. Обхватила коленки руками, с ужасом глядя на стоящего у края кровати Сайфера. Тот скрестил руки на груди и буравил маркизу недовольным взглядом.

— Давай договоримся, — осторожно предложила Айя.

— Договоримся? — Мирт хмыкнул. — Детка, да ты меня оскорбила, обозвав "скорострелом". Теперь я чувствую себя обязанным доказать тебе, что это не так.

— Не надо, — маркиза выставила вперед ладошки, — верю. Поспешила с выводами. Бывает. Не нужно мне ничего доказывать.

— Ну уж нет, — Сайфер негромко рассмеялся, — действия всегда убедительнее слов. Я непременно докажу тебе свою выносливость, так, чтобы не оставалось никаких сомнений. Но чуть позже и не здесь. У меня есть и другие претензии…

Его руки легли на пояс брюк, начали расстегивать ремень, и Айя, решив, что Мирт все-таки собирается ее выпороть, сжалась в комок на кровати и дернула на себя покрывало, накрываясь с головой, словно это могло помочь. Животный ужас проник в каждую клеточку тела, парализовав и обездвижив лучше любых пут. Маркиза словно опять оказалась в той аудитории, беспомощная, беззащитная, во власти разозленного парня.

— Не надо, — прошептала она. — Я ведь ничего плохого тебе не сделала.

— Делавент, тебя какие ночные твари покусали?

В голосе Мирта звучали любопытство и легкое недоумение. Кровать прогнулась под весом севшего на матрас парня, сильная рука попыталась стянуть покрывало, но Айя держала крепко, не желая расставаться с этой ненадежной защитой.

— Так, — после недолгого молчания угрюмо произнес Сайфер, — ты решила, что я собираюсь тебя бить? Детка, я не извращенец, а ремень снял, чтобы… Неважно. Открой личико, красавица.

— Уйди, — прошипела маркиза, чувствуя, как на смену секундному облегчению приходит ярость. — Сгинь из моей комнаты. Ненавижу.

Она швырнула в него покрывало и вскочила в отчаянной попытке добраться до двери, сбежать туда, где люди. Ведь не станет Мирт, чтобы он ни задумал, продолжать это при свидетелях. Но парень был начеку, легко перехватил ее, уронил обратно и лег сверху, прижав к кровати всем телом.

— На чем мы остановились? — миролюбиво спросил он, удерживая запястья маркизы. И сам ответил: — Помнится, с утра я обещал показать тебе, что такое нежно и чувственно. А слово я держу, Айечка. — Склонился ближе и выдохнул, почти касаясь ее губ: — И только посмей укусить. Накажу.

Айя дрожала, глядя на него со страхом и ненавистью. Она не ожидала, что Сайфер решится так открыто прийти в ее комнату. Маркиза рассчитывала, что помолвка защитит ее в Академии, но недооценила противника. Мирт не собирался нарушать правила и насиловать ее, но вполне мог прямо сейчас отплатить той же полновесной монетой — связать, раздеть и прикасаться к ее телу. По-хозяйски и где ему вздумается. Тем неожиданней было легкое, чуть ощутимое прикосновение губ к щеке. Осторожное и бережное, словно бабочка мазанула крылом. Айя моргнула, недоуменно таращась на лежащего на ней парня.

— Сайфер, какого демона ты творишь?

Собственный голос показался чужим, хриплым, каким-то мяукающим и жалким.

— Целую тебя? — предположил Мирт, иронично прищурившись. — Кажется, это называется именно так.

— Какого демона… — повторила Айя и умолкла на полуслове, когда парень, отпустив ее правую руку, приложил палец к губам.

— Делавент, ты задаешь слишком много вопросов.

Опешив от неожиданности и полной нелогичности происходящего, маркиза даже не пыталась сопротивляться. Освобожденная рука так и осталась бессильно лежать за головой. Мирт мягко провел ладонью по ее щеке, убрал волосы со лба. В его зеленых глазах не было насмешки, торжества сильнейшего над поверженным противником, но не было и тепла. Холодная сосредоточенность и легкое предвкушение. Он изучал Айю, словно дорогую и хрупкую вещь, случайно оказавшуюся в его руках. Коснуться здесь, погладить вот так — и получить запланированную реакцию. Ледяной мерзавец даже не пытался сделать вид, что его интересует не только отклик тела, и несоответствие между холодом в его взгляде и теплой нежностью губ сводило Айю с ума.

— Прекрати, — выдохнула она, пытаясь отвернуться.

— Детка, я только начал, — хмыкнул Мирт. — Наслаждайся и запоминай.

Не позволив маркизе ответить, убрал палец и накрыл ее губы своими. Ласково, осторожно, смакуя поцелуй, будто дорогое и самое изысканное вино, наслаждаясь каждой секундой, позволяя букету раскрыться. Айя планировала лежать неподвижно, не реагируя на прикосновения, и хотя бы так сломать все планы зеленоглазого нахала, но слишком умелым оказался поцелуй, томительно нежным и ласковым. От него по телу пробегали короткие волны жара, словно от пропущенного заклинания, и сладко пульсировало между бедер. Как раз там, куда упирался твердый член лежащего на Айе парня. Даже через грубую ткань форменных брюк, своих и его, маркиза ощущала степень возбуждения Мирта. Шевельнулась, устраиваясь поудобней, и Сайфер тут же толкнулся бедрами, прижался плотнее. Отстранился, с тихим свистом выдохнув сквозь зубы, и снова провел пальцем по щеке маркизы, коснулся припухших от поцелуя губ. Поддавшись спонтанному желанию, Айя легонько лизнула кончик пальца и тут же прикусила его, несильно, просто для порядка. Мирт тихо, довольно рассмеялся и снова поцеловал ее.

На этот раз Айя ответила охотно, в полной мере позволив себе насладиться этой неожиданной нежностью. Элистер не любил долгих поцелуев, стремясь поскорее перейти к более близкому контакту. А у Сайфера не было выбора, и сейчас успокоившаяся маркиза беззастенчиво пользовалась возможностью нацеловаться вдоволь. Это ей нравилось. Если Мирт планировал таким образом наказать ее, его затея провалилась. А что до того, что она, гордая аристократка, позволяет прикасаться к себе какому-то безродному выскочке, так он сильнее, он заставил. Будь иначе, Айя бы и близко его не подпустила. Так что совесть маркизы была чище свежевыпавшего снега, и Айя даже планировала искренне возмутиться нахальством Снежного Сайфера, как только он ее отпустит.

— Вот это называется "нежно и чувственно", Делавент, — хрипло прошептал Мирт, скатываясь с нее. — Все остальное продемонстрирую в другой раз.

Он поднялся с кровати, поднял и застегнул ремень. В висках бешено стучала кровь. Слишком сладкой, слишком мягкой и желанной оказалась Айя, слишком, демоны задери, нежными были ее губы. Вначале Мирт планировал привязать руки маркизы к изголовью кровати, раздеть ее до пояса, обнажив высокую белую грудь, ласкать, пока аристократичная гордячка не начнет стонать, а ее взгляд не станет шальным, с томной поволокой, и после этого реализовать фантазию, которая с утра не выходила из головы. Слишком уж соблазнительно Айя погружала рукоять плети между пышных холмиков. И Сайфер не собирался прощать такую провокацию. Но все пошло не так.

Айя почему-то решила, что он собирается ее избить, и в один миг из нахальной, самоуверенной и оттого вдвойне желанной добычи превратилась в перепуганную до полусмерти девчонку. Мирт никогда не был жесток с любовницами, поэтому ужас в глазах маркизы неприятно его задел. Сайфер не ожидал, что Айя до сих пор его боится. Захотелось успокоить, утешить, показать, что он может быть другим. Маркиза, поняв, что порки не будет, отреагировала на ласку неожиданно искренне, охотно отвечая на поцелуи, и Мирт, чувствуя, как опасно тает самоконтроль, решил не испытывать судьбу и остановиться на малом. Блондиночка, не побоявшаяся бросить ему вызов, оказалась слишком чувственной.

— Другого раза не будет, — фыркнула Айя, полным брезгливости жестом утирая губы. — Целуешься ты неплохо, Сайфер, но этого мало, чтобы я охотно упала в твои объятья. И вообще, полагаю, можем считать наш… конфликт исчерпанным. У меня было право отомстить за унижение.

— Было, — спокойно согласился Мирт, позволяя ей встать. — Детка, давай прямо: я не в обиде за то, что ты устроила утром. Сам дурак. Был бы внимательней — не попал бы в не слишком приятную ситуацию. Тут мы квиты. За Альку порву любого, но с тобой перегнул палку, признаю, и даю слово, что больше не ударю. Можешь не сомневаться. А за тобой должок за оскорбление.

— Надо же, какая тонкая у тебя натура, — уколола маркиза.

Холодное, почти безэмоциональное признание Сайфера ее почему-то обидело, а не успокоило. Счет он выставлять вздумал, гаденыш. Мол, я в принципе не в обиде, но раз уж ты меня оскорбила, буду вынужден тебя поиметь. Не то, что очень уж хочется, просто так сложились обстоятельства. Ничего личного. Хотелось стереть с его лица мерзкую снисходительную ухмылочку, пробиться сквозь холодное равнодушие, заставить проявить настоящие эмоции. И, в этом Айя не призналась бы даже себе, хотелось снова увидеть темный от страсти взгляд молодого мага, зная, что она ничем не рискует.

Маркиза подошла к стулу, на котором лежал сброшенный плащик, достала из кармана расшитый золотыми нитками кошелек. Стоя спиной к своему гостю, спросила деловым и слегка усталым тоном:

— Сколько?

Мирт нахмурился, не понимая, о чем речь. Айя обернулась и повторила:

— Так сколько? В какую сумму ты оцениваешь свою слегка уязвленную мужскую гордость, учитывая, что я признала свою вероятную неправоту? Снимешь себе энайке, удовлетворишь с ней любые желания.

— Делавент, заткнись и спрячь свое золото, — рыкнул Сайфер. Демонова девка словно специально его злила. В несколько шагов оказался рядом, сжимая руки в кулаки. — Ты меня за кого принимаешь?

Айя едва сдержала довольную улыбку. Флавия Треаль была права, говоря, что у любого мужчины есть три уязвимых места: яйца, кошелек и самолюбие. И сыграть можно на любой из этих слабостей. В отношении Мирта это определенно сработало. Он смотрел на нее так, словно хотел смять, подчинить, и в то же время — обнять, любить страстно, жарко, неистово. Айя одновременно немного боялась того, что читалось в его глазах, и радовалась, что в очередной раз пробила ледяную отстраненность, что Мирт смотрит на нее таким голодным взглядом, совершенно не скрывая эмоций. Опустила взгляд ниже, на туго натянувшиеся в определенном месте штаны, и не удержалась, поинтересовалась:

— В чем дело, Сайфер? Не можешь разобраться, хочешь меня ударить или просто хочешь?

— Да я как раз определился, — усмехнулся тот. Склонился к ней и добавил интимным шепотом: — Хочу ударить… бедрами по твоей круглой попке. И не раз.

— Нет ничего проще, — сладко улыбнулась Айя в ответ, внутренне пылая от негодования и борясь с желанием закатить зеленоглазой пошлой сволочи пощечину, — люби меня, носи на руках, терпи мои капризы и прихоти, и может быть, однажды получишь в награду ночь со мной. Я вполне могу соблазниться твоим телом.

— Делавент, мое тело ты можешь получить в ближайшие выходные, — промурлыкал Мирт ей в ухо. — А любовь в комплект не входит. Разве что любовь к сексу. Обещаю, что в постели буду внимателен ко всем капризам и прихотям.

— Да пошел ты, — не выдержала маркиза, пытаясь проскользнуть мимо.

Разговор принимал неприятный оборот. Соревноваться с Сайфером в том, кто кому наговорит больше пошлостей, Айя не собиралась. К тому же, она уже получила желаемое, увидела в его глазах настоящие эмоции. Но попытка побега не удалась. Мирт сделал лишь один шаг, преграждая дорогу, и она уткнулась в его грудь. Руки мага легли на талию Айи и тут же опустились ниже, сжали ягодицы.

— Куда именно? — с тихим смешком осведомился он.

— К Пересмешнику, — выдохнула маркиза, чувствуя, как возбужден Сайфер. — Ему рассказывай о своих пошлых фантазиях. Я не хочу о них слышать.

— Не сомневаюсь, — неожиданно согласился Мирт, поглаживая ее попку. — Ты хочешь, чтобы я их реализовал.

— А не много ли ты о себе возомнил? — прищурилась Айя, пытаясь не обращать внимания на нахальные прикосновения. — Я не хочу…

— Хочешь, — неожиданно жестко перебил ее парень.

Резко притянул ближе и закрыл рот яростным, страстным, почти болезненно грубым поцелуем. Маркиза возмущенно выгнулась, пытаясь освободиться, но Мирт не собирался ее отпускать. Легко удерживая, продолжал целовать, но уже мягче, нежнее, осторожнее. Не подчиняя, а соблазняя. И Айя сдалась, обняла его за плечи, прильнула к твердому телу, чувствуя, как от быстрых, легких, поцелуев сбивается дыхание, а в груди сладко замирает от предвкушения чего-то особенного.

Ладони Мирта забрались под ее рубашку, поднялись по спине и с ловкостью, которой позавидовал бы ярмарочный факир, справились с застежкой бюстгальтера. Двинулись вперед, поднырнув под тонкую ткань, и замерли, едва коснувшись нежных округлостей. Айя шевельнулась, желая продолжения ласки, но Сайфер, тихо выругавшись, внезапно отстранился. Зеленые глаза метали ледяные молнии, способные заморозить огненные чертоги самого Пересмешника.

— На сегодня достаточно, — хмуро произнес он, резко и зло одернув на ней рубашку. — Продолжим в следующий раз.

— Холодный самоконтроль подводит? — ядовито выплюнула маркиза.

— Детка, не беси. — От улыбки, появившейся на губах Мирта, Айе захотелось отшатнуться. — Я могу продолжить то, что начал, но взамен ты поработаешь язычком. Правилами это не запрещено. Убедишь меня в том, что ты послушная девочка — получишь свою порцию удовольствия.

— Пошел вон, — тихо и яростно прошептала Айя, чувствуя, как перед глазами расплывается багровая пелена бешенства. — Вон из моей комнаты, мерзавец.

— Нет, так нет, — хмыкнул Сайфер и еще раз издевательски улыбнулся. — Сладких снов, моя блондиночка. И до новой встречи.

Выйдя в коридор, Мирт тихо прикрыл за собой дверь, хотя хотелось грохнуть ею так, чтобы задрожали стены. Привычка не откладывать дела на потом в этот раз сыграла с ним злую шутку. Хотел показать нахалке Делавент, чем может обернуться откровенная провокация, а в итоге наказал сам себя. Покачав головой, парень усмехнулся своим мыслям и направился к лестнице. Айя сделала все возможное, чтобы привлечь его интерес. Ну что ж, ставка принята. И игра обещала быть весьма приятной…

— Мирт? — окликнул его нежный девичий голосок, в котором слышались нотки удивления. — Какая приятная встреча.

— Согласен, — кивнул Сайфер, оценивающе взглянув на остановившую его девушку. Руби, Рози… Как же там ее? А, плевать. — Детка, как насчет прогуляться в мою комнату?

Желание, терзавшее после общения с Айей, требовало удовлетворения. Руби или Рози сегодня повезло.

— Я обещала соседке помочь с рефератом, — девушка задумчиво прикусила губу, размышляя, затем решительно заявила: — Сама справится. Пойдем.

Мирт ухмыльнулся и, ничего больше не говоря, начал спускаться вниз, не сомневаясь, что девчонка следует за ним. От предложения провести с ним часик-другой к обоюдному удовольствию отказывались немногие.

После ухода незваного гостя Айя с трудом взяла себя в руки. Хотелось запустить в демонову дверь чем-нибудь тяжелым. Закрыв глаза, маркиза прислонилась к стене и несколько раз глубоко вздохнула, задерживая дыхание на выдохе. "Спокойно, Айя, спокойно", — приказала сама себе. В общем-то, неприятная встреча закончилась куда лучше, чем могло бы быть. Но провоцировать Сайфера дальше не стоило. Слишком жаркое пламя скрывалось подо льдом, и выпускать его наружу было опасно. Маркиза прошла в ванную, плеснула в лицо холодной водой. Замерла, глядя в глаза своему отражению, с растрепанной прической, припухшими губами, и нехотя признала: да, хотелось продолжить провокации. Очень хотелось. Слишком приятно было видеть огонь желания во взгляде одного из лучших адептов выпускного курса и знать, что можно безнаказанно его дразнить. Ну… почти безнаказанно.

— Нельзя, — Айя строго погрозила отражению пальцем. — Не заигрывайся.

Переодевшись в сорочку, вернулась в комнату, еще раз проверила, заперта ли дверь, и погасила свет. Назавтра первой парой стоял спецкурс по снижению издержек при производстве мануфактурных товаров и пропускать его маркиза не хотела. Вытянувшись под одеялом, закрыла глаза и попыталась представить мягкую улыбку Микаэля Лароша. Но в голову упрямо лез совершенно другой образ. Наглый прищур зеленых глаз, родинка на щеке, сильные руки, так уверенно прижимавшие ее к мускулистому горячему телу. И губы все еще ныли от поцелуев…

— Да чтоб тебе Пересмешник каждую ночь являлся, — выругалась Айя, резко поворачиваясь набок.

Она точно сошла с ума, раз утром, вместо того, чтобы отходить зеленоглазого мерзавца плетью, решила довести его до оргазма. Молодец, довела. Только теперь, задыхаясь от неудовлетворенного желания, ворочается на батистовых простынях, а перед внутренним взором — темный от вожделения взгляд Сайфера, и в ушах повторяется его хриплый шепот. Прекрасная месть. Удалась на славу. И кому она в итоге сделала хуже? Злясь на себя, чувствуя, как запылали от стыда и унижения щеки, Айя опустила руку под одеяло, задрала сорочку. Коснулась груди, представляя, что это пальцы Мирта ласкают ее, легонько сжимают соски, бережно прикасаются к нежной коже. Потом, облизнув два пальца, опустила их между бедер. Вскоре дыхание маркизы стало хриплым, а сквозь плотно стиснутые зубы вырвалось несколько тихих стонов. В ванную она не пошла, свернулась калачиком под одеялом, подтянув ноги к груди. Удовлетворенное тело сладко ныло, а на душе было тоскливо и гадко. "Буду держаться от Сайфера подальше, — пообещала Айя сама себе, старательно отгоняя мысль, что молодой маг так просто этого не оставит. — Пусть провалится к ночным и закатным тварям. Хватит с меня этих игр"

ГЛАВА 2

Неделя прошла на удивление спокойно. Дважды Айя встречала Мирта в коридорах учебного корпуса, но парень не обращал на нее внимания, и маркиза почти уверилась, что инцидент благополучно забыт. В пятницу после пар она столкнулась с ним на лестнице, когда шла в деканат за разрешением на выход в город в лунницу и соларис. По старой памяти, Айя предпочитала подписывать заявления у Бриана Лорио. Как назло, на лестничной площадке никого, кроме нее и Мирта, не было. Внутренности в ожидании неприятностей свело в тугой, нервный ком. Но Снежный Сайфер равнодушно бросил:

— Хорошего вечера.

— И тебе, — сдержанно отозвалась маркиза, мысленно выдохнув. Сделала шаг и едва не уткнулась в грудь Мирта, заступившего ей дорогу. — Сайфер, тебе лестницы мало? Дай пройти.

— Проходи, — разрешил тот, не двигаясь с места.

Боком, внимательно следя за каждым движением Мирта, Айя протиснулась мимо него. Подавив желание рвануть наверх, перепрыгивая через ступеньку, чинно и степенно, как и полагалось потомственной аристократке, начала подниматься. Спину обжигал пристальный взгляд.

— Айя, — негромко окликнул ее Мирт, когда девушка поднялась на пролет. — Я все помню.

— Рада, что у тебя нет проблем с памятью, — холодно ответила маркиза, не оборачиваясь.

— Как легко тебя обрадовать. — В голосе Сайфера слышался неприкрытый сарказм.

— Наслаждайся, — позволила Айя таким же тоном.

Обернулась и пожалела об этом. Слишком оценивающим и откровенным взглядом смотрел на нее Мирт.

— Наслаждаться лучше вдвоем, — сообщил он, пристально глядя на ее губы. — Намного приятнее.

— Пусть тебе повезет с компанией, — пожелала маркиза, резко отворачиваясь и продолжая путь.

За спиной вместо ответа раздался тихий смех. Но развивать тему, к облегчению девушки, Мирт не стал. Впрочем, того, что он уже сказал, было достаточно, чтобы Айя слегка обеспокоилась. Встреча со Снежным Сайфером за пределами Академии, там, где внутренние правила факультета уже не действовали, в списке желаемых событий не значилась.

Бриан Лорио подписал разрешения быстро, уже через несколько минут Айя спускалась обратно, мысленно составляя детальные планы на выходные. Следующим вечером они всей семьей собирались в театр, потому предстояло немало хлопот. Выбрать наряд, сделать прическу, а потом еще успеть переодеться и вернуться в Академию до полуночи. Увидев Мирта, стоявшего на той же лестничной площадке, маркиза позволила себе досадливо поморщиться. Похоже, она поторопилась, посчитав разговор законченным.

— Насчет приятной компании ты угадала, Делавент, — миролюбиво сообщил парень так, словно они и не прекращали беседу. — Ты меня вполне устроишь.

— Боюсь, у меня слишком много дел на выходных, и ты в этом расписании не значишься, Сайфер, — пожала плечами Айя, прикидывая, как лучше обойти старшекурсника. — Как-нибудь в другой раз. В другой жизни.

— Дерзкая, — с улыбкой протянул Мирт. — Мне нравится.

— Как мало тебе нужно для счастья, — преувеличенно любезно отметила маркиза. — Отец называет это низким уровнем притязаний.

— Можно вначале полюбоваться на фигурный шоколад в красивой обертке, а потом медленно, получая удовольствие от каждого движения, снять все, что мешает добраться до сладости, и насладиться уже ею, — парировал Сайфер, окинув собеседницу таким интимным взглядом, что она почувствовала себя обнаженной. — Предвкушение приносит не меньшее наслаждение, чем обладание, Айя.

Взгляд зеленых глаз был непроницаемо спокоен, но тон и едва заметная ехидная ухмылка, кривившая уголки губ, не оставляли сомнений: Мирт говорил вовсе не о шоколаде.

— Излишек сладкого вредит фигуре, — холодно отозвалась Айя. — И негативные последствия могут быть слишком серьезными. Как бы не пришлось обращаться к целителю, сладкоежка.

— Я знаю меру, — успокоил ее парень.

— Это обнадеживает, — кивнула маркиза. — И будь так любезен, дай пройти. Я спешу.

— Избавиться от моего общества? — осведомился Мирт. — Хорошо, детка, тогда ближе к телу, то есть, к делу. Завтра после полудня жду тебя в "Хмельном бочонке".

— Можешь не утруждаться, — подавив волну возмущения, Айя ответила спокойно. — Я не приду. Мне не о чем с тобой разговаривать.

— Это в твоих интересах, Делавент, — усмехнулся собеседник. — Завтра я настроен исключительно на деловую беседу. Не придешь, и я тоже решу, что разговаривать с тобой не о чем, и наше общение будет носить исключительно… положительный характер. Понимаешь, о чем я?

— Хам, — поджав губы, заявила Айя.

Мирт не стал реагировать на этот выпад. Молча отступил к стене, давая маркизе возможность пройти. Айя, гордо вздернув голову, прошествовала мимо, хотя очень хотелось за пошлые намеки влепить наглецу хотя бы пощечину. Приходить в указанный трактир она, конечно же, не собиралась. В самом деле, да кто этот Сайфер такой, чтобы указывать ей, что делать?

Выйдя из учебного корпуса, маркиза жадно вдохнула холодный осенний воздух, несколько раз сжала и расслабила кулаки, пытаясь унять неожиданно сильный гнев. Мирт вел себя как хозяин положения, спокойный, уверенный, и это задело Айю. Маркиза медленно шла по дорожке к общежитию, обдумывая сложившуюся ситуацию. За прошедший год Айя научилась вести себя осмотрительней и старалась не действовать так импульсивно, как раньше. Слишком много неприятностей приносили необдуманные поступки. Но стоило лишь подумать о том, чтобы согласиться на условия зеленоглазого нахала и прийти в трактир, как изнутри снова поднималась только что придушенная волна ярости. "Довольно, — маркиза глубоко вздохнула, надеясь, что свежий воздух поможет успокоиться. — Мне нужна информация…"

Мысленно перебрав всех, кто мог бы рассказать ей про Снежного Сайфера, Айя остановилась на баронессе Торин. Иллиана училась на одном курсе с ним, и маркиза надеялась узнать от нее что-нибудь полезное. Можно было, конечно, попробовать отыскать бывшую соседку, но сейчас Лидана наверняка была с мужем, а лишний раз попадаться на глаза куратору Айя совершенно не желала. Заходить в свою комнату она не стала, сразу поднялась этажом выше и постучала в тяжелую дверь с металлической табличкой "375", надеясь, что четверокурсница сегодня осталась в Академии.

— Кто там? — лениво донеслось из комнаты. — Входите.

— Добрый вечер, баронесса. — Переступив порог, маркиза слегка склонила голову. Ровно настолько, чтобы не показаться невежливой. — Я не отвлеку вас?

— Я не занята, — прощебетала Иллиана, откладывая в сторону толстый конспект.

— Мне нужен ваш совет, госпожа Торин, — не стала ходить вокруг да около Айя. — Смогли бы вы уделить мне четверть часа?

— Разумеется, — Иллиана приветливо улыбнулась и предложила: — Госпожа Делавент, как вы смотрите на то, чтобы оставить светские манеры для более подходящих мест? Как любят повторять наши преподаватели, на факультете боевой магии все равны. А нам с вами тем более не зазорно беседовать на равных.

Глядя на открытую, искреннюю улыбку баронессы Торин, Айя на секунду ощутила укол зависти. Иллиана легко и непринужденно общалась со всеми, кто оказывался рядом, находила подход к любому, но при этом всегда держалась с императорским достоинством. Можно было списать это на способности менталиста, но маркиза подозревала, что дело не только в них. У нее самой до сих пор не получалось переступить через любовно выращенную идею о собственной исключительности, да и отношения с однокурсниками и одногруппниками оставляли желать лучшего. В уже сложившиеся компании ее не приглашали, и Айя считала ниже своего достоинства навязываться. Подругами за этот год она так и не обзавелась. Так, несколько знакомых, рядом с которыми она садилась на парах да несколько раз была в библиотеке. Пустоголовые куклы, чьи семьи всего лишь несколько поколений назад получили титул и сейчас стремились упрочить свое положение при дворе, либо попасть туда. Айя изо всех сил пыталась быть с ними любезной, но "подруги" утратили интерес к ней, как только поняли, что маркиза Делавент не намерена пользоваться отцовскими связями, чтобы помочь им получить теплое и сытное место после окончания ФБМ.

— Конечно, Иллиана, — согласилась она, поняв, что молчание опасно затянулось. — Извини, я задумалась.

— Ничего страшного, — уверила баронесса и указала на стул. — Присаживайся. Так о чем ты хотела поговорить?

— Скажи, ты хорошо знаешь Мирта? — Айя сцепила ладони в замок, чтобы те не дрожали, выдавая волнение хозяйки.

— Не приходилось общаться вне стен Академии, — Иллиана слегка развела руками. — Целеустремленный юноша, один из лучших боевиков на курсе. Да и как иначе, он же у Вальтормара занимается и стремится во всем ему подражать. Хотя до невозмутимости Атора ему еще далеко… Даже не знаю, что тебе еще рассказать. — На личике баронессы было искреннее сожаление по этому поводу. Чуть помолчав, она предложила: — Ты спрашивай, возможно, я смогу что-то вспомнить.

— У нас с Сайфером вышел… небольшой конфликт, — осторожно подбирая слова, начала Айя. — Мы категорически не сошлись во мнениях, и он предлагает встретиться на нейтральной территории, чтобы прояснить спорные вопросы. Иначе обещает действовать по собственному усмотрению.

— Я бы на твоем месте согласилась, — тон баронессы был серьезен. — Сайфер, он… Он не бросает слов на ветер. Если предлагает, лучше принять его условия, иначе будет хуже. В итоге тебе все равно придется договариваться с ним, только цена отступных может вырасти в несколько раз. Это ведь личный конфликт?

— Можно сказать и так, — Айя неопределенно махнула рукой. — Благодарю, Иллиана. Я подумаю над твоими словами. Надеюсь, разговор останется между нами?

— Конечно, — кивнула собеседница. — Рада была помочь.

Разговор нисколько не успокоил маркизу. Причин не верить Иллиане не было, но, видит Пресветлый, как же не хотелось уступать Сайферу хоть в малом и послушно явиться в трактир. Уязвленная гордость болела почти физически, словно открытая рана. Айя полночи ворочалась под теплым пуховым одеялом, размышляя, как же поступить, и в итоге забылась тревожным сном, так и не приняв окончательного решения.

Утро не принесло успокоения. Невыспавшаяся и хмурая, Айя спустилась вниз. За воротами Академии ждал экипаж с гербом Делавентов на дверце. Кучер услужливо распахнул дверцу, помог молодой хозяйке подняться в карету. Опустившись на мягкое сидение, она прикрыла глаза, снова и снова прокручивая сложившуюся ситуацию и пытаясь понять, как выйти из нее с наименьшими потерями.

Маркиза надеялась поговорить с отцом, но тот с рассветом отбыл на верфи. Что-то там не ладилось, и Колинер Делавент решил лично проконтролировать, как выполняется императорский заказ на постройку кораблей. По словам матери, обещал вернуться к обеду. Айя совсем захандрила. Раньше, чем к трем пополудни отца ждать не стоило, а она так рассчитывала, что он даст ей дельный совет. Мать, заметив, что дочь чем-то обеспокоена, мягко попыталась узнать, в чем причина, но Айя отмахнулась, не желая посвящать ее в свои проблемы и выслушивать очередную порцию нотаций на тему, что нужно быть лояльнее к окружающим, не пытаться оставить за собой последнее слово, уступать, чтобы сохранить добрые отношения с оппонентом. Вяло ковыряясь в тарелке, она размышляла. По всему выходило, что встречи с Миртом все-таки не избежать. Подцепив на вилку кусочек рыбного филе, Айя замерла, осененная идеей. Она согласится на встречу, но кто сказал, что разговор состоится на условиях Снежного Сайфера? Улыбнувшись, юная маркиза отправила рыбу в рот и деликатно промокнула губы салфеткой. Теперь она знала, как поступить.

После завтрака прибыл портной и несколько часов Айя провела, примеряя ворох разноцветных платьев. Остановилась на двух, насыщенно-синем бархатном, с расшитым миниатюрными бриллиантами лифом, и винно-багряном, из легкого шелка. Молчаливые помощницы мастера тут же подогнали платья по фигуре с помощью магии. Мать лишь одобрительно улыбнулась, увидев выбор дочери. Для себя Луиза Делавент приобрела нежно-голубой наряд, с пышной юбкой, мягкими складками стекавшей вниз. В этом платье она казалась совсем юной и хрупкой, почти ровесницей Айи. А ее тонкой талии можно было лишь позавидовать.

— Восхитительно выглядишь, мама, — искренне признала Айя. — Думаю, сюда подойдет комплект из дымчатых топазов.

— А что наденешь ты? — Маркиза Делавент бережно поправила выбившийся из прически дочери локон и неторопливо убрала ладонь. — Синее и сапфиры?

— Да. — Айя тряхнула головой и непослушная прядь снова упала на лицо. — Я отлучусь ненадолго, вернусь к обеду.

Не дожидаясь ответа, она повернулась и вышла из комнаты, лишь дробно застучали каблучки по лестнице. Через четверть часа сбежала вниз, одетая в широкие темные брюки и длинную блузу, перехваченную тонким поясом. В руках Айя несла свернутый плащ. Луиза лишь вздохнула, наблюдая из окна, как дочь на ходу накидывает плащ и спешит к воротам. Как же быстро она выросла… Появились тайны, ласковая нежная девочка, пахнущая молоком, стала сдержанной барышней, уже невестой. Теперь Айя уклонялась от материнской ласки, да и от общения тоже. Где же они потеряли друг друга, в какой момент? Луиза не находила ответа. Она видела, что дочь страдает от недостатка общения, переживает, что за год учебы на ФБМ не сумела завести подруг, но все попытки поговорить неизменно разбивались о холодное: "Все в порядке". И вот сегодня Айя нервничала все утро, а затем приняла какое-то решение и успокоилась, лишь довольно и холодно сверкнули голубые, как у отца, глаза. Они с Колинером были во многом похожи. Упрямые, не умеющие уступать. К ужасу Луизы, младшая дочь перенимала от отца худшие качества, не понимая, чем это грозит. Скучнела и пыталась поскорее сбежать, стоило матери завести разговор о том, что бескомпромиссность и излишняя горделивость могут больно аукнуться. Колинер в ответ на робкие просьбы поговорить с Айей лишь пожимал плечами. Он не видел проблем. По его мнению, Айя была идеальной дочерью, истинной Делавент. И Луиза не знала, как изменить сложившуюся ситуацию. Материнское сердце болело.

* * *

Остановив свободный экипаж, Айя доехала до нужного трактира и, надвинув капюшон поглубже, вошла внутрь. Был почти час пополудни, но она решила, что раз Сайфер не назвал точного времени, это его проблема, если его не окажется на месте. Посетителей в "Хмельном бочонке" в это время было немного, и Мирта Айя заметила почти сразу. Он сидел за столиком у стены, читая какой-то из столичных новостных листков, и, казалось, не обращал внимания ни на что другое.

— У меня мало времени, — сходу заявила Айя, присаживаясь за столик. — Хочешь поговорить — поговорим, но не сейчас. Завтра.

Она говорила негромко, не желая, чтобы кто-то подслушал эту беседу.

— Не принципиально, — Мирт лениво улыбнулся, отложив новостной листок. — Здесь же или ты имеешь что-то против этого трактира?

Маркиза на секунду даже растерялась. Разговор пошел совершенно не так, как она планировала. По крайней мере, такого быстрого согласия она не ожидала.

— Не принципиально, — вернула любезность она, решив не настаивать на переносе встречи в другой трактир.

— Значит, в это же время и на этом же месте, — подвел итог беседе Сайфер. — Договорились.

Айя молча кивнула и поднялась. Выходя из трактира, она почему-то не чувствовала себя победительницей. Наоборот, терзало гадкое чувство, что она что-то упустила, поступила так, как добивался Мирт. Теперь разговор, перенесенный на следующий день, страшил еще сильнее. Маркиза ненавидела чувствовать себя пешкой в чужой игре, а, судя по довольной улыбке Сайфера, сейчас дело обстояло именно так.

— Мерзавец, — яростно шепнула она, недовольно поджимая губы. Сев в ожидавший экипаж, приказала: — Обратно к особняку рода Делавент.

Отец, как и опасалась Айя, вернулся только вечером, к пяти пополудни. Мрачный, усталый и в дурном расположении духа. Но при виде дочери выражение его лица немного смягчилось, а на губах появилась улыбка.

— Ты у меня красавица, — произнес он, любуясь готовой к поездке в театр Айей.

В бархатном синем платье юная маркиза выглядела особенно хрупкой и милой. Из высокой прически спадали два тонких локона, подчеркивая нежность образа. Изумительный цветок, редкая драгоценность с его, Колинера, твердым характером. Достойная продолжательница рода Делавент.

— Благодарю, папа, — Айя присела в реверансе. — Могу ли я с тобой поговорить? Мне нужен твой совет.

Маркиз молча предложил дочери руку. В кабинете тяжело опустился в кресло, из стоящей на столе бутылки плеснул в стакан бренди, залпом выпил. Айя лишь вздохнула. Понятно, день не заладился. Наверняка поставщики материалов опять срывают сроки.

— Что у тебя? — коротко спросил отец, с громким стуком возвращая стакан на столешницу.

— Некоторые разногласия личного характера с одним настойчивым молодым человеком, — Айя тоже опустилась в кресло, аккуратно расправив платье.

— Простолюдин? — уточнил маркиз. — Возьми десяток золотых, найми крепких ребят из Ночной Гильдии, пусть доходчиво объяснят, где твой знакомец не прав. Крепкий кулак хорошо вразумляет всякое отребье.

— Я бы предпочла разобраться самостоятельно, — покачала головой Айя. — Зачем наживать лишних врагов? Но на случай, если придется убеждать не только словами, мне хотелось бы себя обезопасить. Твой совет нужен именно в этой области. Что-нибудь незаметное, но действенное.

Колинер отпер ящик стола, пошуршал какими-то бумагами, и положил перед дочерью мешочек из мягкой замши.

— Хотел сделать тебе подарок к смене сезонов, но придумаю что-нибудь другое, — произнес он и откинулся на спинку кресла, наблюдая, как Айя неторопливо развязывает шнурок.

Вытряхнув на ладонь изящный серебряный браслет, юная маркиза восхищенно ахнула. Украшение было выполнено в виде трех переплетенных друг с другом змей, каждая из которых держала в пасти ограненный камень. Хрусталь, сапфир и рубин. Тонкая работа. Если бы Айя не знала, что это артефакт, ни за чтобы не догадалась. Она в нетерпении подняла глаза на довольно усмехающегося отца, ожидая, когда тот объяснит, в чем секрет браслета. Колинер не заставил дочь долго ждать.

— Привести артефакт в действие просто, — сообщил он. — Сапфир на пять минут парализует всех окружающих в пределах видимости, стоит лишь повернуть его вправо и вдавить. А вот этот камень, горный хрусталь, заставит оцепенеть лишь того, кого ты коснешься.

Айя кивнула, отмечая мудрое решение мастера. Учитывая милую привычку всех девушек теребить украшения в минуты волнения, прикосновение к браслету не могло вызвать никаких подозрений.

— А рубин? — уточнила она. — Для красоты?

— А рубин, моя драгоценная, активирует заклинание крепкого сна, — пояснил маркиз Делавент. — Оно рассчитано на пять часов непрерывного воздействия. Достаточно, чтобы выбраться из любой… неприятности. Разумеется, в артефакт встроена защита, не позволяющая применять его против первых лиц империи.

— Благодарю, — Айя склонила голову. Протянула руку, позволяя отцу самому надеть на нее подарок. — Как обстоят дела с кораблями?

— Поставку дерева для мачт опять задерживают, — поморщился отец и налил себе еще бренди. — За что я только плачу?

— Укажи это в отчете его императорскому величеству, — посоветовала Айя. — Отхлестают виновных плетьми на площади за срыв дела государственной важности, все остальные сразу исправятся.

— Драгоценная моя, разве найдешь виновных? — вздохнул маркиз. — Каждый кивает на другого, а в итоге виновным получается младенец какого-нибудь лесоруба с севера, потому что он-де плакал в люльке, мать стала его укачивать и не принесла мужу вовремя обед, тот не выполнил норму, дерево не высохло, как следует, партия не готова, и потому все отправят к порталу со следующим караваном. И кого будут пороть на площади? Означенного младенца?

— Хитроумного торговца, сочинившего эту историю, — не согласилась Айя. — В договоре ведь прописана неустойка за срыв сроков?

— Тем, кто не желает, чтобы Ардан получил новые боевые фрегаты в срок, не жаль никаких денег, — вздохнул Колинер. — Не забивай свою хорошенькую головку, милая. Пойдем, твоя матушка, верно, нас уже заждалась в гостиной.

Через полчаса благородное семейство отправилось в театр, на премьеру сезона, драму о благородном Черном корсаре. Чинно раскланиваясь со знакомыми, прошли в свою ложу. Его величество император Зиам тоже почтил своим вниманием премьеру. Не один, с новой фавориткой — юной миловидной блондинкой.

— Леди Арабелла Фортейн, — тихо проговорил Колинер, склонившись к дочери. — Его величеству нравятся блондинки, но, помимо внешности, он ценит ум. Увы, госпожа Фортейн обладает лишь милым личиком. На Зимнем балу я представлю тебя императору, Айя. Надеюсь, ты оправдаешь мои ожидания.

У юной маркизы от возмущения отнялся дар речи. Она никак не ожидала, что отец захочет подложить ее под императора. Как будто ему без этого мало привилегий. Спору нет, император Зиам обладал вполне привлекательной для мужчины внешностью, но становиться его любовницей Айя решительно не хотела.

— Дочь? — маркиз чуть повысил голос, не получив ответа.

— Да, отец, — тихо шепнула она, скромно опустив ресницы. — Я постараюсь оправдать ваши ожидания.

За спектаклем она не следила, пытаясь унять гнев. Вот почему отец настаивал на том, чтобы она поступила на факультет боевой магии, интересовался ее успехами в учебе, намекал на то, что устроит ее судьбу. Вот почему так рьяно требовал от Бакронов, чтобы первый ребенок был введен в род Делавентов. Наверняка ведь рассчитывает, что его план сработает и Айя родит дочь или, что лучше, сына, от императора, но внешние приличия при этом будут соблюдены. Сильный маг в роду и гарантированная милость со стороны его величества. Айе хотелось плакать от обиды. Отец готов был продать ее, словно породистую лошадь.

После возвращения домой она отказалась остаться на поздний ужин, сославшись на нежелание возвращаться в академию к полуночи, рискуя опоздать. Колинер не стал настаивать, ласково поцеловал Айю в лоб и пожелал добрых снов. Луиза вышла проводить дочь к экипажу.

— Мама, ты знала? — холодно спросила Айя.

— Дорогая, я пыталась повлиять на твоего отца, но… — Луиза Делавент вздохнула и плотней запахнулась в шаль. — Ты знаешь, какой он упрямый.

— Понятно, — процедила дочь, отворачиваясь.

— Завтра к обеду тебя ждать? — предприняла робкую попытку нарушить холодное, обиженное молчание Луиза.

— Нет, — бросила Айя. Впорхнула в поданный экипаж, прежде, чем кучер захлопнул дверцу, соизволила пояснить: — У меня много дел.

Луиза стояла на крыльце, пока цокот копыт по мостовой не затих вдали, и лишь потом медленно вернулась в дом. Колинер лишь накануне, выпив слегка больше, чем обычно, и пребывая в благодушном настроении, соизволил открыть ей свои планы в отношении дочери. На робкие возражения супруги лишь грохнул кулаком по столу и заявил, что не потерпит неповиновения.

— Не смогла родить мне сына, значит, не мешай устроить судьбу дочери так, как я считаю нужным, — проревел он и хлопнул дверью.

Луиза рыдала всю ночь, чувствуя вину и перед мужем, за случившийся пять лет назад выкидыш, и перед дочерью, за то, что не сумела ее отстоять. И теперь глаза вновь жгли подступающие слезы. Айя, узнав о планах отца, почему-то решила возложить вину именно на мать, окончательно похоронив надежды Луизы снова наладить отношения. Приказав служанке подать в гостиную чай, она опустилась в кресло. Оставшись одна, на миг позволила соскользнуть маске вежливой отстраненности и сдержанности. Но тут же, спохватившись, взяла себя в руки. Ни к чему давать слугам лишний повод для сплетен.

* * *

Пока экипаж нес ее к Академии, Айя успела немного успокоиться. До Зимнего бала было почти три месяца, и за это время многое могло измениться. В любом случае, фавориткой его императорского величества юная маркиза себя не видела и намеревалась отговорить отца от этой затеи. Поднявшись в комнату, достала подаренный браслет, застегнула его на запястье. Украшение было восхитительным, завораживающим, а камни загадочно мерцали в неярком свете маголампы. Айя даже решила его не снимать. Уже лежа в кровати, легонько коснулась пальцами трех камней в змеиных пастях и ощутила легкое покалывание в кончиках пальцев. Артефакт был заряжен под завязку. Если Сайфер назавтра решит, что может лапать ее, как трактирную девку, ему не поздоровится. С этой мыслью Айя и задремала, довольно улыбаясь.

Проснулась она около десяти утра, но вставать не спешила. Живот болезненно ныл, намекая, что он против любой активности. Лишь через полчаса, когда начал ныть еще и отлежанный бок, Айя неохотно выползла из-под одеяла и заварила себе травяной сбор прямо в чашке, капнув туда еще и обезболивающего. Настроение было никудышное. Не хотелось никуда идти, ни с кем встречаться. Маркиза предпочла бы остаться в Академии, открыть коробку конфет от лучшего шоколатье Ардана и целый день лежать под пледом, листая модные журналы. Может быть, к вечеру заглянула бы на чашку чая к Илианне. Если баронесса оставалась в общежитии, по выходным при ее участии в большой общей комнате, исполнявшей роль гостиной, разворачивался настоящий модный салон с шарадами, чаепитием и фантами. Двери были открыты для всех. Но как только вечер заканчивался, Айя снова оказывалась одна. Пожалуй, она бы даже согласилась на соседку, но в этом году среди первокурсников девушек было немного, и комендантше удалось расселить их в освобожденные выпускницами комнаты поодиночке.

— Пересмешник бы тебя побрал, Сайфер, — тихонько выругалась Айя, роясь в шкафу и выбирая наряд, который подошел бы и для встречи с этой зеленоглазой снежной сволочью, и для рандеву с Элистером.

Она уже сожалела, что перенесла разговор. Мирту, похоже, было неважно, в какой день наговорить ей очередных гадостей (а в том, что ничего хорошего он не скажет, Айя была уверена), зато себе она организовала лишнюю проблему. Сейчас могла бы укутаться в плед, заварить чашку ароматного чая и листать журнал, а вместо этого вынуждена куда-то идти. Перебрав гору вещей, остановилась на простых черных брюках с эластичным поясом и молочно-кофейной бархатной тунике с завышенной талией. В пару к браслету надела серебряные серьги с рубинами, а на шею повязала легкий шарфик. Полюбовалась на себя в тусклое зеркало в ванной, поправила заколку на волосах и довольно улыбнулась отражению. Натянула высокие сапоги, накинула кожаный плащ, отороченный мехом, и вышла из комнаты.

На улице было премерзко. Накрапывал мелкий дождь, ветер так и норовил растрепать прическу, пробраться под плащ, скользнуть в рукава, выдувая живое тепло. Айя зябко поежилась и накинула капюшон, вновь мысленно помянув недобрым словом одного четверокурсника. Дежуривший у ворот парень лишь мельком глянул на разрешение, подписанное деканом, и махнул рукой, выпуская маркизу за пределы Академии. Хорошо хоть, удалось быстро остановить экипаж.

В "Хмельном бочонке" на этот раз было не протолкнуться. Горожане пережидали непогоду, согреваясь горячим вином с пряностями и сытной пищей. Айя сглотнула слюну, уловив аромат густого мясного супа и жареных на огне колбасок. К ночным тварям все беседы, пока она не поест. За год учебы на ФБМ и вынужденного питания в столовой факультета маркиза обнаружила, что самая обыкновенная еда ничем не хуже изысканных блюд, которыми семью Делавент потчевал повар, переманенный маркизом, по слухам, у самого главы Тайной Канцелярии.

Мирт, о чем-то болтавший с трактирщиком, заметил ее сразу. Прервав разговор, двинулся к Айе, ловко обходя посетителей.

— Светлого дня, детка, — развязно подмигнув, бросил он. — Народу сегодня — как головастиков в весенней луже, я заказал нам отдельный кабинет. Не люблю, знаешь ли, решать важные вопросы там, где отовсюду торчат чужие уши. Пойдем.

Собиравшаяся было возмутиться на "детку" Айя, услышав про отдельный кабинет, решила на этот раз простить Сайферу фамильярность. Она уже слегка огорчилась, не увидев свободных столиков, а кричать на весь трактир, что она маркиза Делавент и требовать немедленно уступить ей место, было глупо. Отдельный кабинет вновь делал шанс пообедать вполне реальным. Ради такого Айя была согласна потерпеть компанию Мирта.

— Делавент, не знаю, как ты, а я голодный, как стая волков зимней ночью, — заявил парень, едва они вошли в кабинет. — Предлагаю поесть, а потом выслушаешь мое предложение. Я угощаю.

— Я в состоянии заплатить за себя, — хмуро бросила Айя, распуская завязки на плаще.

— Не обсуждается, — покачал головой Мирт. — Детка, разберемся сразу: тебя это ни к чему не обяжет. Инициатор встречи я, мне и платить.

— Вообще-то я перенесла разговор на сегодня, — напомнила маркиза, любезно позволяя помочь ей снять плащ.

— И что? — усмехнулся Сайфер.

"Действительно, — пронеслось у Айи в голове, — и что? Пусть компенсирует то, что вытащил меня в такую мерзкую погоду". Царственно кивнула и согласилась:

— Хорошо, я позволяю тебе угостить меня обедом.

— Вот и чудненько. — Дождавшись, пока она опустится на диванчик, Мирт тряхнул колокольчик у двери, вызывая подавальщицу, отодвинул стул для себя и продолжил: — Рекомендую оленью ногу, тушеную в сметане с грибами, а к ней овощи. Фирменное блюдо хозяйки. А запьем все грогом.

Айя молча кивнула еще раз, сглотнув слюну. Слишком вкусно это звучало. На деле тоже не разочаровало: мясо было отменным, мягким, ароматным и сочным. Горячий грог, оставляя мягкое послевкусие, разливался по телу жидким огнем. Боясь опьянеть слишком быстро, маркиза запивала его водой, вяло поддерживая пустой разговор о том, что осень в этом году особенно дождливая и холодная. Но едва вызванная подавальщица унесла пустые тарелки и поставила на стол кувшин с новой порцией грога, с Мирта тут же слетели напускные благодушие и мягкость.

— Мои планы относительно тебя, Делавент, не изменились, — жестко произнес он. — Что скажешь?

— То же, что и в прошлый раз: катись к Пересмешнику, — заявила Айя, откинувшись на спинку дивана и перебирая пальцами змеек на браслете.

— Не сомневался, — ухмыльнулся молодой маг, оценивающе глядя на нее. — В таком случае, расклад следующий: либо в следующую лунницу ты ляжешь под меня добровольно и к обоюдному удовольствию, либо поиграем в сопротивление и принуждение. Тоже к обоюдному удовольствию.

— Сайфер, спрошу на понятном тебе языке: ты охренел? — Айя прищурилась, стараясь скрыть ярость. — С чего ты взял, что я вообще подпущу тебя к себе?

— Ты меня хочешь, — с нескрываемым удовольствием отозвался Мирт, весело сверкнув зелеными глазами. Облокотился на стол и продолжил, почти ласково: — Айя, я не дурак и не слепой. Когда я тебя целовал, твое дыхание сбивалось совсем не от отвращения. Выбор за тобой: либо иметь смелость признать свое влечение, либо продолжать делать вид, что вся такая знатная маркиза считает ниже своего достоинства упасть в объятья какого-то там мужлана. Во втором случае я охотно помогу тебе сохранить гордость. Как я уже сказал, поиграем в то, что ты против, но вынуждена подчиниться грубой силе. Не волнуйся, я помню о своем обещании и буду нежным.

Маркиза медленными глотками пила воду, хотя очень хотелось выплеснуть ее в наглую физиономию собеседника. Демонов Сайфер оказался слишком проницательным. Айя совершенно не жалела о том, что млела от его поцелуев в своей комнате и искренне считала себя жертвой обстоятельств. Возможно, из любопытства она бы даже согласилась "случайно" дать Мирту возможность похитить ее в какой-нибудь выходной, повозмущалась бы, чтобы соблюсти приличия, а после потребовала компенсацию за поруганную честь. Но зеленоглазый гаденыш не желал притворяться, да еще и посмел озвучить свои условия так откровенно, что согласиться было решительно невозможно. Оставалось лишь попытаться уколоть наглеца ледяным презрением.

— С чего ты взял, что я не испытываю отвращения? — фыркнула Айя. — Мне неприятны твои прикосновения.

Мирт не стал отвечать. Придвинулся ближе, коснулся ее ладони. Маркиза напряглась, не понимая, что он задумал, но Сайфер лишь поглаживал ее руку кончиками пальцев. Осторожно, бережно, нежно, вырисовывая узоры на коже. А потом поднял расслабленную ладонь и прильнул к ней губами. Поцеловал каждый пальчик, прошелся языком по запястью. Айя сидела, затаив дыхание, не в силах отнять руку. По телу разливалась сладкая истома, дыхание перехватывало от чарующей нежности, с которой Мирт ласкал ее ладонь. И внезапно все закончилось. Отпустив ее руку, снежный мерзавец довольно усмехнулся и заявил:

— Полагаю, вопрос о том, как сильно тебе неприятны мои прикосновения, закрыт.

От негодования Айя не могла произнести ни слова. Снежный Сайфер переиграл ее виртуозно. Если бы он пытался поцеловать ее насильно или облапать, Айя непременно бы воспользовалась артефактом. Но Мирт ни к чему ее не принуждал: она могла в любой момент забрать ладонь. И от того, какой неожиданно яркой оказалась реакция на почти невинную ласку, от того, как жарко отреагировало тело и, особенно, от того, что зеленоглазый гад даже не скрывал, что ждал именно такого отклика, злость лишь усилилась. Вот ведь толкнул Пересмешник под руку лично наказать Сайфера. Дернула ночную тварь за хвост, ничего не скажешь.

— И что же ты, такой самоуверенный, щедро даешь мне целую неделю на размышления? — ядовито выплюнула она. — Не так уверен в собственной неотразимости?

— Детка, я мог бы разложить тебя прямо на этом диванчике, — протянул Мирт, окидывая ее таким пошлым взглядом, словно она сидела перед ним обнаженной, — даже не сомневайся. Но хочу кое в чем убедиться. Или не убедиться.

— Или у тебя есть некоторые проблемы.

Айя демонстративно согнула мизинец, намекая, в какой именно сфере проблемы у собеседника и с удовлетворением заметила, как зеленые глаза Сайфера полыхнули злостью. Да, она хотела его спровоцировать, чтобы все-таки воспользоваться артефактом и оставить последнее слово за собой. Но Мирт моментально взял себя в руки.

— Делавент, моя основная проблема сейчас сидит передо мной, — тихо проговорил он, глядя на нее, как хищник на зайца. — И ты ошибаешься, если думаешь, что можно дразнить меня бесконечно. Хочешь откровенности?

— Не хочу, — поняв, что беседа снова грозит свернуть не туда, Айя поднялась. Чуть быстрей, чем следовало бы. — Катись к Пересмешнику, Сайфер, вместе со своей откровенностью, проблемами и желаниями.

— Я тоже был рад тебя видеть, — усмехнулся Мирт, тоже вставая. — Кстати, Делавент, если выберешь второй вариант, я позволю себе больше, чем планировал. Надо же оправдать образ негодяя.

Галантно подал ей плащ, на секунду дольше, чем следовало бы, задержав ладони на плечах маркизы. Когда она вышла, аккуратно закрыв за собой дверь, вернулся за стол, плеснул в пузатую глиняную чашку грога. Айя отреагировала на его предложение именно так, как ожидалось. Сайфер прекрасно понимал, что маленькая гордячка сделает все возможное, чтобы оказаться в собственных глазах несчастной жертвой насилия с его стороны, но подыгрывать не собирался. По сути, он лишил Айю выбора: в любом случае она признавала, что хочет оказаться в его объятьях. Хотя она уже признала это. Тем, как отреагировала на прикосновение его губ к своей ладони. Вопрос был только в том, хватит ли маркизе смелости принять очевидное. Мирт был готов биться об заклад, что нет.

— Поиграем, — негромко рассмеялся он, поднося чашку к губам. — В любом случае, я в накладе не останусь.

* * *

Одному Пресветлому было известно, каких трудов стоило Айе сдерживать эмоции, пока она выходила из "Хмельного бочонка" и ожидала экипаж. В душе огненным вихрем бушевала ярость. Да как он посмел заявить ей такое? Снежный ублюдок. Мерзавец. Еще и снисходительно дал неделю на размышления. Небось, рассчитывает, что она упадет в его объятья. Пусть даже не мечтает. Маркиза коснулась рукава плаща, почувствовала, как камни браслета холодят кожу и позволила себе легкую улыбку. Если Сайфер надеется, что она покорно позволит ему сделать с собой все, что он там себе нафантазировал, его ждет сюрприз.

— На Рубиновую улицу, к особняку Делавентов, — велела она извозчику.

Откинувшись на вытертую обивку сидения, несколько раз медленно глубоко вдохнула и выдохнула, успокаиваясь. Все, самая неприятная встреча уже состоялась. К ночным тварям Сайфера, есть более важные дела. Например, встреча с Элистером. Интересно, что ему предложил барон Герин?

Отец вновь был на верфях, и Айя даже порадовалась этому. После того, как он заявил о планах сделать ее любовницей императора, юная маркиза не знала, как вести себя с отцом, чтобы не выдать своего недовольства. Действовать нужно было аккуратно и исподволь подводить папеньку к мысли, что идея далеко не так хороша, как показалось на первый взгляд. Еще бы знать, когда она вообще пришла в его голову. Задерживаться Айя не стала: присланный Элистером экипаж уже ожидал ее. Луиза заметно расстроилась, узнав, что дочь после визита к жениху планирует сразу вернуться в Академию, и Айя, на миг почувствовав укол совести, смягчилась и даже поцеловала мать в щеку прежде, чем выйти из дома. Открыто возражать отцу она и сама решалась далеко не всегда, чего уж было ждать от тихой нерешительной матери? Слава Пресветлому, она не унаследовала характер кроткой горлицы. Разве стал бы отец в таком случае обсуждать с ней некоторые вопросы, касающиеся семейного дела? О нет, она настоящая Делавент — несгибаемая и уверенная в себе.

Элистер встретил ее в холле, лично принял плащ и тут же передал его дворецкому.

— Чудесно выглядишь, дорогая, — произнес он, коснувшись губами ее руки, с ходу отбрасывая лишние условности.

— Благодарю, — Айя слегка склонила голову, принимая дежурный комплимент.

Жених провел ее в гостиную, приказал подать чай с пирожными и опустился в кресло напротив. В его глазах мелькнуло чуть заметное недовольство. Айя понимала, почему: Эл не любил, когда она надевала брюки. По его словам, платья шли ей куда больше.

— Твои родители к нам не присоединятся? — спросила Айя, пригубив ароматный чай.

— Отец час назад отбыл в гильдию оружейников и пробудет там допоздна, а мать отправилась с дружескими визитами к виконтессе де Корен и баронессе Летонд, — Элистер тонко улыбнулся. — До вечера тебе предстоит пользоваться лишь моим гостеприимством, моя бесценная.

Он придвинул к ней блюдо с пирожными, витиевато отметив, что их нежность не сравнится с хрупкой красотой милой гостьи, а сладость проигрывает ее чарующему голосу. Айя едва сдержала смех, прекрасно понимая, на что именно рассчитывает жених.

— Как прошла твоя встреча с бароном Герином? — поинтересовалась она, отставив чашку на столик. — Удалось договориться?

— Барон выставил условия, на которых он согласен признать права нашей семьи на спорные земли, но с отсрочкой на полгода, — слегка замявшись, произнес Элистер. — Я склонен согласиться, но мне понадобится твоя помощь.

— Вот как? — Айя удивленно подняла брови. — Слушаю.

— Барон хочет, чтобы ты на эти полгода стала его тайной любовницей, — ровно произнес молодой граф. — Эти земли важны для нас, и я решил, что…

— Барон Герин может катиться к Пересмешнику, — выпалила Айя, мысленно обозвав означенного барона несколькими выражениями, самым приличным среди которых было "старый извращенец". — Я не собираюсь отдаваться похотливому старику за кусок земель.

Она была в ярости. Мало того, что отец задумал сделать ее любовницей императора и тем самым получить новые привилегии для рода, так и жених туда же, да еще и под Герина вздумал подложить. И Сайфер с его пошлыми предложениями. Да как же они все надоели.

— Дорогая, ты не понимаешь. — Элистер нахмурился. — Эти леса приносят хороший доход, мы не можем их потерять.

— Вот сам и спи с Герином, — прошипела девушка. — Это твои земли. Реши вопрос, как мужчина.

— Давай не будем ссориться, — примирительно улыбнулся граф и поднялся. — Драгоценная, я тебя услышал. Предлагаю продолжить разговор в моей комнате. Там же тебя ждет обещанный подарок.

— Надеюсь, ты не пригласил в гости барона Герина, — буркнула Айя, не торопясь сменять гнев на милость.

— Что ты, дорогая, — покачал головой жених. — Я бы не позволил себе решать этот вопрос без твоего согласия, хотя надеюсь, что мы все-таки…

— Мой ответ окончательный, — перебила его маркиза. — Показывай свой сюрприз.

Подарком оказалось великолепнейшее манто из меха чернобурок. Легкое, теплое, с подкладкой из алого шелка. Как раз такое Айя хотела попросить у отца к началу зимнего сезона. Она даже на несколько секунд перестала сердиться на жениха, задумавшего решить семейные проблемы за ее счет. Рано или поздно он завел бы разговор на эту тему и даже лучше, что сейчас. Сразу можно расставить все по местам, чтоб даже не заикался о подобном. "Зато теперь уж точно согласится на условия брачного контракта, — подумала Айя. — Иначе пригрожу, что все расскажу отцу о таком возмутительном предложении" Она взяла манто, прижала его к груди, с удовольствием погрузив пальцы в шелковистый мех.

— Я хотел бы увидеть тебя в нем, — шепнул на ухо Айе Эл, приобняв за плечи. — Только в нем.

— В другой раз, — высвободившись из объятий жениха, протянула маркиза. — Сегодня природа против сладкого.

— Когда парадный вход заперт, можно рассмотреть другие возможности попасть в дом, — мурлыкнул молодой граф, подталкивая ее к кровати. Ощутимо стиснул ягодицы, давая понять, чего он хочет. — Я буду аккуратен, дорогая.

— Элистер, нет, — раздраженно бросила Айя. — Сколько раз повторять, что я против таких развлечений?

— У тебя слишком соблазнительная попка, моя драгоценная, — выдохнул жених. — И губки тоже.

Маркизу передернуло. Однажды она решилась доставить ему удовольствие таким способом, решив применить теоретические знания на практике и очень пожалела. С иллюзорным мужчиной было как-то поприятней. Эл же кончил сразу, заполнив ее рот густым вязким семенем. От одного воспоминания об этом Айю замутило. Пресветлый, какая мерзость.

— Сними себе энайке, чтоб сбросить напряжение… драгоценный, — прошипела она. Швырнула манто на кресло и направилась к двери. — Благодарю за гостеприимство.

Элистер схватил ее за руку и резко дернул на себя, так, что Айя едва не упала, а после толкнул на кровать.

— Хватит строить из себя принцессу, — рявкнул он, сверля ее взглядом. — Так не хочу, этак не буду. Да я прекрасно знаю, что на твоем факультете вас по-всякому учат доставлять удовольствие мужчинам, а ты в постели как снулая рыба, еще и носом крутишь, отказывая мне в том, на что я имею право.

— Ты мне еще не муж, — ядовито парировала Айя, потирая руку. — И до свадьбы больше не рассчитывай на близость.

— Ах так? — протянул граф, нехорошо прищурившись.

— Именно, — кивнула маркиза, поправляя тунику.

Она нисколько не боялась Элистера. Он и раньше пытался с ней спорить, но сдавался, стоило лишь слегка надавить, и Айя не видела причин, по которым в этот раз что-то должно было произойти иначе. Тем неожиданней стало, что жених набросился на нее, как дикий зверь, перевернул на живот, прижав руки и придавив всем весом, и принялся стягивать брюки.

— Я хотел по-хорошему, — жарко выдохнул он, удерживая извивающуюся Айю. — Ничего, ты у меня научишься по одной половице ходить. Да не дергайся. Понравится — сама просить будешь.

Справившись со своими штанами, он запустил руку под ее тунику, отыскивая пояс, и немного ослабил хватку. Перепуганная Айя воспользовалась этим, чтобы высвободить руку, придавленную женихом, и вцепилась в браслет, нащупывая камни. Повернула и надавила первый попавшийся, не глядя. Элистер тут же обмяк, став еще тяжелее. Выбравшись из-под него, Айя, на ходу поправляя одежду, выскочила из комнаты и бросилась вниз по лестнице. Не став дожидаться слуг, схватила плащ и выбежала из негостеприимного особняка. От пережитого ужаса даже не сразу сообразила остановить экипаж, вспомнила об этом лишь пробежав несколько сотен метров.

— К Военной Академии, — велела извозчику, пытаясь скрыть нервозность в голосе.

Забравшись в карету, пригладила растрепанную прическу, сцепила руки на коленях, пытаясь унять дрожь. Такого она не ожидала. Соларис, не заладившийся с утра, едва не закончился еще ужасней, чем можно было предположить. Взглянула на браслет. Хрусталь чуть заметно светился в полумраке. Пресветлый, как хорошо, что отец подарил ей этот артефакт, иначе… Айя подавила рвущийся из груди всхлип. Элистер за это заплатит. Она все расскажет отцу, и как только он подберет ей нового жениха, вовсе расторгнет помолвку с Бакроном-младшим. Не хватало еще оказаться женой насильника.

* * *

Элистер Бакрон зло швырнул дорогое манто на пол и от души пнул меховое великолепие. Видит Пресветлый, он старался уговорить вздорную девку по-хорошему. Что, убыло бы с гордячки Делавент раздвинуть ноги перед бароном? Он, Элистер, слова бы не сказал про измену, и был бы благодарен за то, что невеста помогла сохранить за родом Бакронов богатые леса. Он ведь не предложил ей переспать со всем высшим светом. Так нет же, Айя возомнила, что у нее между ног более ценное сокровище. Еще и обездвижила каким-то заклинанием, когда он решил указать зарвавшейся маркизе, где ее место. Ничего, он собьет с нее спесь. Тонкие губы мужчины растянула злобная ухмылка. Айя еще пожалеет, что оскорбила Элистера Бакрона. Приползет просить прощенья. А он подумает, принять ли ее обратно.

ГЛАВА 3

Ночью Айя почти не спала. Проваливалась в тревожную, чуткую дрему, как в пропасть, и тут же подхватывалась, чувствуя, как суматошно колотится сердце. Долго ворочалась, снова и снова переживая и обдумывая события последних дней. Предполагая, что может стать объектом домогательств, она все же оказалась совершенно не готова к тому, что именно так и произойдет. До этого момента маркиза была уверена, что все плохое может случиться с кем угодно, только не с ней. Это другие могли стать жертвами насилия, это других могли ограбить или даже убить. И то, что зло, существовавшее где-то там, далеко за границами ее личного, уютного и понятного, безопасного мира внезапно ворвалось в него злым и колючим северным ветром, пытаясь уничтожить все, до чего могло дотянуться, оказалось слишком сильным потрясением. Айя жалела, что поторопилась вернуться в Академию, нужно было ехать на верфи, отыскать отца и сразу рассказать ему о том, что пытался сделать Элистер. При воспоминании о том, как подонок-жених пытался стянуть с нее одежду, снова затрясло. Сжавшись под одеялом, Айя прерывисто выдохнула, пытаясь сдержать рвущийся на волю всхлип. Отец наверняка бы что-то придумал, а сейчас придется ждать целую неделю. Доверять подробности магическому вестнику девушка не желала.

Когда за окном забрезжил уныло-серый рассвет, Айя встала. Долго умывалась прохладной водой, пытаясь взбодриться. О бессонной ночи напоминала лишь, пожалуй, излишняя бледность, но трепетно относившейся к своей внешности маркизе казалось, что она выглядит ужасно. Решив, что в ближайшие выходные посетит лавку артефактора и скупит все разрешенные амулеты для самозащиты, Айя почти успокоилась и отправилась завтракать. В столовой было почти пусто, лишь один столик был занят компанией третьекурсников. Бурно обсуждавшие что-то парни при виде блондинки притихли. Айя гордо прошествовала мимо, не удостоив будущих боевиков и взглядом. Самый нахальный из молодых магов поднялся и пошел за ней к раздаточной стойке.

— Киса, составь нам компанию, — предложил он, догнав девушку. — С нами интересно. Можем и поближе познакомиться.

— Не мечтай, — хмыкнула Айя, приподнимая рукав форменной рубашки и демонстрируя переливающийся огоньками на левом запястье браслет адепта факультета боевой магии.

— Понял, — слегка разочарованно протянул парень. Но отходить не торопился. Окинул ее оценивающим взглядом и выдал: — Повезло же твоему жениху.

— Очень, — хмуро подтвердила маркиза, хватая поднос и направляясь с ним в дальний от компании угол.

Третьекурсник намек понял и преследовать не стал. Но эта встреча неожиданно подняла Айе настроение. Ей нравилось быть в центре внимания и ловить на себе заинтересованные мужские взгляды. Пусть любуются, тронуть все равно не получится. На пары девушка шла, довольно улыбаясь. Мир снова заиграл яркими красками и казался вполне дружелюбным.

К концу второй пары браслет на левой руке едва ощутимо запульсировал и слегка нагрелся, но тут же вновь стал привычно-прохладным. Айя непонимающе нахмурилась. Дар техномага, пробудившийся полгода назад, не был главенствующим, но давал о себе знать чаще, чем основной, воздушный. С артефактом что-то происходило, и маркизе это не нравилось. Спросив разрешения отлучиться, она поспешила в уборную. Закрывшись в одной из кабинок, потянула рукав вверх и тихо ахнула, увидев, что браслет почернел. Этого просто не могло быть.

Опустив рукав обратно, Айя, едва не срываясь на бег, устремилась в деканат, разобраться с непонятной ситуацией как можно быстрее и потребовать заменить вышедший из строя артефакт. Но Рени Фьорр огорчила ее, сообщив, что декан Лорио уехал в министерство и до конца дня не вернется.

— Госпожа Фьорр, у меня крайне важный вопрос, — настаивала на своем маркиза. — Быть может, я смогу обсудить его с кем-то из заместителей декана?

— Делавент, у вас есть куратор. — Секретарь устало помассировала переносицу. — Насколько мне известно, он сейчас в своем кабинете. Если поспешите, можете его там застать.

— Д-да, благодарю, — чуть запнувшись, ответила Айя.

Идя по пустому коридору, она тяжело вздохнула. Разговоров с Атором Вальтормаром девушка старательно избегала. Слишком много неприятных воспоминаний было с ним связано. И взгляд янтарных глаз бывшего Императорского Жнеца пугал до дрожи. Но сейчас выбирать не приходилось. Потоптавшись перед дверью несколько секунд, она постучала и услышав уверенное "Входите", повернула ручку.

— Светлого дня, господин куратор, — проговорила она, проходя в кабинет.

— Присаживайтесь, Айя, — разрешил Атор, отвлекаясь от заполнения ведомостей. — По какому поводу вы решили почтить меня своим присутствием?

Хрипловатый, чуть насмешливый тон боевика заставил маркизу поежиться. Под пристальным взглядом Вальтормара она ощущала себя неуверенной и беспомощной. А это злило, ведь Айя привыкла чувствовать себя хозяйкой положения.

— Господин Лорио уехал… — глубоко вдохнув, начала она.

— В курсе, иначе вас бы здесь не было, — перебил ее куратор. — Давайте сразу к делу.

— У меня сломался браслет, — выпалила Айя. — Его нужно срочно заменить, потому что…

— Стоп, — приказал Атор, прерывая поток лишней информации. — Покажите артефакт.

Маркиза подошла к столу, протянула руку с браслетом. Не удержалась, вздрогнула, когда боевик коснулся нескольких звеньев, и артефакт на миг полыхнул мягким синим цветом, а после вновь почернел.

— С браслетом все в порядке, — произнес мужчина, отпуская ее руку.

— Но… Этого просто не может быть, — выдохнула Айя, оперевшись на край стола. — Он же черный.

— Разумеется, — безжалостно подтвердил Атор. — Вы встретили совершеннолетие, с чего бы артефакту иметь другой цвет.

— У меня есть жених, — покачала головой маркиза, не желая верить в исправность браслета.

— В контракте был пункт о том, что помолвка может быть расторгнута в одностороннем порядке? — осведомился куратор.

— Был, но… — девушка осеклась и умолкла. Лишь через несколько секунд, сумев взять эмоции под контроль, тихо спросила: — Господин Вальтормар, вы думаете, что…

— Я ничего не думаю, — отрезал собеседник. — Предпочитаю верить фактам. У вас все?

Айя чувствовала себя так, словно ей только что подписали смертный приговор. Элистер оказался еще большим подонком, чем она предполагала, и за отказ лечь под барона Герина отомстил жестоко и подло. Если кто-нибудь узнает о том, что она стала беззащитной, подаренный отцом амулет уже не спасет. И полученных на боевках у Микаэля навыков тоже не хватит, чтобы отстоять свою честь. Рассчитывать на выгодный брак после такого будет невозможно: слишком сильно будет испорчена репутация. Останется лишь попытаться уговорить Бакронов на повторную помолвку, но диктовать условия будут уже они. Расчет Эла оказался безжалостно точным и жестоким. Понимая это, маркиза лихорадочно перебирала варианты.

— Можете подписать мне разрешение на выход в город? — попросила она наконец, поднимая глаза на куратора. — Это ведь исключительный случай.

— Это ваша личная проблема, Делавент, — не проникся Атор. — И вам ее решать.

— Как? — почти прошептала Айя, чувствуя, как дрожат губы.

— Как угодно, — пожал плечами боевик. — Желательно, без нарушений устава. Свободны.

— Господин Вальтормар, вы же аристократ, — предприняла еще одну попытку девушка. — Вы не можете просто выставить меня за дверь.

— Могу, — не согласился Атор. — Позвольте вам напомнить, Айя, что я куратор, а не нянька. На ФБМ все равны. Здесь важно, что ты из себя представляешь, а не то, в какой семье повезло или не повезло родиться. И думать за вас никто не станет. Дверь за вами.

— Дайте хотя бы совет, — взмолилась маркиза, чувствуя, как глаза начинают щипать подступающие слезы.

— Найдите себе защитника, — холодно бросил боевик, опять утыкаясь в ведомости.

Когда дверь кабинета захлопнулась, Атор отложил ручку и задумчиво постучал пальцами по столу. За менее, чем полтора года учебы юная маркиза нажила себе достаточно недоброжелателей, которые с удовольствием отыгрались бы при первой возможности. Но ситуация могла обернуться нешуточным скандалом. Колинер Делавент наверняка не простит обиды, нанесенной единственной дочери и наследнице. К тому же, сам Вальтормар не терпел подлости, а бывший жених маркизы, на его взгляд, поступил низко. Значит, следовало позаботиться, чтобы жизненный урок не оказался чересчур жестоким. Но сообщать об этом Айе он не планировал.

Пара уже закончилась и в коридорах стало многолюдно и шумно. Айя медленно брела, уставившись перед собой невидящим взглядом. Она совершенно не представляла, что теперь делать. "Найдите себе защитника", — звучал в ушах равнодушный голос Вальтормара. Легко сказать. Где же его взять? С головой уйдя в невеселые мысли, Айя очнулась лишь когда с кем-то столкнулась. Сильные мужские руки подхватили ее, не позволив растянуться на полу.

— Падать к прекрасным женским ногам должны мужчины, но никак не наоборот, — раздался веселый голос Алехно Бретона. — Простите, ради Пресветлого, дорогая одногруппница, что-то я совсем не смотрю, куда иду. Вот как вредно отвлекаться на разговоры.

— Барон, можно вас на несколько слов? — выпалила маркиза, не торопясь отпускать надежную ладонь парня.

Возникшая идея была совершенно сумасбродной, но давала хоть какой-то шанс на спасение.

— Разумеется, — с легким удивлением ответил Алехно. Повернувшись к друзьям, бросил: — Я догоню.

— Алехно, вы благородный человек? — тихо спросила Айя, когда они отошли к одному из окон.

— С утра был именно таким, — белозубо улыбнулся Бретон. — Осмелюсь полагать, за несколько часов никаких кардинальных изменений произойти не могло.

— И вы не оставите девушку в беде? — Голос маркизы чуть дрогнул.

— Любезная одногруппница, бед и девушек так много, а я всего один, — вздохнул Бретон. — Как говорит наш уважаемый куратор, поясните свою мысль.

— Мне нужна ваша помощь, — еле слышно прошептала Айя, опустив голову.

Произнести эту простую фразу оказалось неожиданно трудно. Попросить о помощи значило расписаться в собственном бессилии, уподобиться нищему, униженно клянчащему медную монету. Алехно молчал, и это было невыносимо. Уязвленная гордость корчилась в предсмертных судорогах, вставала в горле комом, физически болела где-то в области лопаток.

— Простите, — ломким, срывающимся голосом проговорила она и попыталась повернуться, чтобы уйти.

Но парень остановил ее, положив ладони на предплечья. Тепло его рук чувствовалось даже сквозь толстую ткань зимней форменной рубашки.

— Айя, что у вас произошло? — спросил он, отбросив шутливый тон. — Вы можете на меня рассчитывать, но я хотел бы знать, в чем именно должна выражаться моя помощь.

— Эта беседа останется между нами? — Айя нервно прикусила губу.

— Пресветлый с вами, — возмутился Бретон, убирая руки. — Само собой.

Маркиза глубоко вздохнула, собираясь с духом. Нужные слова никак не желали идти на ум. Впрочем, лучшей идеи все равно не было. Коридор к этому времени опустел, студенты разбрелись по аудиториям.

— Мне нужна фиктивная помолвка, — наконец решилась Айя. — Тайная, на месяц или два, не больше, с возможностью расторжения в одностороннем порядке. Мой бывший жених… Бывший. Я осталась беззащитной, барон, а вы знаете, чем это грозит на нашем факультете. Могу ли я рассчитывать на вас в этом деликатном вопросе, если не сумею решить этот вопрос до выходных?

— Клянусь честью, такого мне еще не предлагали, — негромко рассмеялся парень.

— Мой род не останется в долгу, вы можете рассчитывать на ответную услугу, — поспешила добавить маркиза.

— Айя, не оскорбляйте меня намеками на возможную благодарность, — покачал головой Алехно. — Если обстоятельства у вас не изменятся, в лунницу зайдем в храм и вы получите столь необходимую защиту. А детали обсудим накануне вечером. Согласны?

— Благодарю вас, — немного воспрянув духом, произнесла Айя.

— Пустяки, — улыбнулся Бретон и добавил: — Если возникнут сложности в общении с нашими коллегами из-за вашего нынешнего, — он повел рукой, подбирая слово, — несколько неопределенного положения, можете ссылаться на меня.

— Вы готовы за меня драться? — опешила девушка. — Но почему?

На такую удачу она даже не смела рассчитывать. Надеялась, что барон Бретон согласится на фиктивную помолвку, но не на то, что он сам предложит практически идеальный выход из той ситуации, в которой Айя оказалась стараниями Элистера.

— Я ведь благородный человек, — напомнил Алехно. — Если мы решили вашу проблему, предлагаю поспешить вновь припасть к источнику знаний. Не знаю, как ваш преподаватель, а господин Блейк требует, чтобы на свидание с ним и его ядами не слишком опаздывали. Светлого вам дня.

Айя задумчиво смотрела ему вслед, хмуря лобик. В то, что Бретон согласился помочь просто так, без намерения получить какую-либо выгоду для себя, она не верила. Колинер Делавент обладал достаточным влиянием при дворе, и раз Алехно не пожелал обсуждать размер благодарности сейчас, наверняка планирует выставить счет позже. Отец часто повторял Айе, что любая, даже самая незначительная услуга должна быть оплачена, иначе потом о ней напомнят в самый неподходящий момент. Значит, каким бы притягательным не был соблазн согласиться на предложение барона Бретона, следовало поискать и другие варианты, с более прозрачными условиями.

На свой спецкурс она решила не идти, рассудив, что все равно не сможет вникнуть в объяснения преподавателя. А на боевке Микаэль Ларош в "особые" дни разрешал студенткам и вовсе не появляться. К тому же, сейчас Айя могла дойти до общежития спокойно, ни с кем не повстречавшись, и обдумать, как действовать дальше.

Оказавшись в комнате, она заперла дверь и достала из ящика письменного стола шкатулку для моментальной доставки сообщений. Задумалась, глядя на чистый лист. И что написать отцу? Вдаваться в подробности Айя не хотела, опасаясь доверять бумаге слишком многое, но за неделю маркиз Делавент, при определенном везении, вполне мог решить вопрос с новым женихом. В этом случае необходимость оказаться в долгу перед младшим Бретоном отпала бы сама собой. В итоге девушка ограничилась сухим и коротким: "Элистер расторг помолвку", и, свернув листок, бросила его в артефакт. Отец наверняка сделает нужные выводы.

Забравшись с ногами на кровать, Айя прислонилась спиной к стене и прикрыла глаза, перебирая варианты. Допустим, вопрос с помолвкой можно считать решенным: с лунницы она в любом случае будет под защитой. А вот что делать сейчас? Маркиза нахмурила лобик, задумчиво накручивая на палец прядь волос. Телохранителя нанять, что ли? Он пригодится и на выходных, вдруг Элистер не остановится на уже совершенной подлости? Идея выглядела все более заманчиво. А еще на смену растерянности и ужасу пришла злость. Бывший жених поступил подло, прекрасно зная, что может произойти с бывшей невестой за эту неделю. Теперь Айя совершенно не возражала бы, чтобы барон Герин оттяпал у Бакронов не только спорные леса, но и еще какой-нибудь кусок земель. А еще лучше — чтобы Себастьян Бакрон вместе с мерзавцем-наследником и вовсе разорились. Но пока, к сожалению, предпосылок для этого не было.

Огорченно вздохнув, Айя вновь вернулась к размышлениям о возможном телохранителе. Ситуация осложнялась тем, что выбирать приходилось из адептов ФБМ: посторонних на территорию военной академии не пускали. А какой прок от охранника, который не в состоянии выполнять свои прямые обязанности? Девушка даже рассмотрела вариант с двумя телохранителями: одним здесь, в академии, вторым — в городе. Но это означало лишние траты, и практичной Айе было банально жаль платить кому-то за полную неделю при том, что в будни "городской" телохранитель был ей без надобности.

Маркиза сползла на подушку и уставилась в потолок, словно там был написан ответ. Из старшекурсников она знала только Сайфера, но обращаться к нему очень не хотелось. Особенно, учитывая выставленные им условия. С зеленоглазого проходимца Снежного сталось бы потребовать оплаты отнюдь не деньгами. А это Айю категорически не устраивало. И вряд ли Сайфер будет столь любезен, чтобы посоветовать ей на роль телохранителя кого-то из своих одногруппников. "А вот Иллиана посоветует" — Айя едва не рассмеялась от облегчения. Ну конечно, баронесса Торин порекомендует ей, к кому из студентов выпускного курса обратиться. Маркиза встала, одернула рукава рубашки, чтобы браслет ни в коем случае не показался наружу, и направилась в комнату Иллианы, надеясь, что та окажется на месте. Но дверь была заперта. Вернувшись обратно, Айя надела форменную куртку и решилась сходить в учебный корпус, к расписанию. Новая пара только-только началась, и в коридорах должно было быть пусто.

Изучив расписание выпускников, маркиза немного огорчилась. Единственная на сегодня пара у них закончилась еще три часа назад, а следующий день и вовсе был свободным.

— Какая неожиданная встреча, Делавент, — раздалось за спиной. — Не меня ищешь?

— Много чести, Сайфер, — не торопясь оборачиваться, ответила Айя. — Мне нужна Иллиана Торин.

— Илли сегодня уже не вернется, — бросил парень.

Подошел к расписанию, встал рядом, почти касаясь Айи плечом. Эта близость нервировала маркизу, несмотря на то, что Мирт вел себя сдержанно и вполне мирно.

— Жаль, — с показным равнодушием ответила она и поспешила отодвинуться. — Очень жаль.

— Детка, вот ты чего такая дерганная? — усмехнулся парень. — Я до тебя даже не дотронулся.

— Вот и молодец, — похвалила Айя. — Держи и дальше руки при себе.

— Только руки? — порочным тоном осведомился он. — М-м-м, а мне нравится эта идея.

— Снежный, тебе бы охладиться, — заботливо посоветовала маркиза. — Неровен час, сгоришь в пламени собственных мечтаний. Говорят, холодный душ очень способствует прояснению головы.

— Тебе не понравится холодный душ, — покачал головой Мирт. — А вот если взять кусочек льда…

— И бросить его в стакан виски… — в тон ему отозвалась Айя.

— Вариант, — согласился Сайфер и внезапно улыбнулся вполне искренне. — Хорошо, на этот раз ничья. Быстро учишься, Делавент. У тебя вопросы исключительно к Иллиане, или я тоже могу ответить?

— А с чего ты такой добрый? — насторожилась маркиза.

— Минутка бескорыстной помощи страждущим, — пояснил Мирт, продолжая благодушно улыбаться. — Лови момент, детка.

— Назови мне трех… нет, четырех лучших студентов на твоем курсе, — решилась Айя. — Себя можешь пропустить.

— Неожиданно, — заинтересованно отметил Мирт. — Зачем тебе это?

Айя молчала, не желая вдаваться в подробности. Не дождавшись реакции на вопрос, Сайфер пояснил, вполне серьезно:

— Айя, лучшими можно быть в разных сферах. Четверка лучших воздушников, или, допустим, техномагов, будет отличаться от четверки лучших ядоделов. Что именно тебя интересует?

— Мне нужен телохранитель, — нехотя пояснила маркиза.

— Проблемы?

Поза Мирта неуловимо изменилась, ушла расслабленность, взгляд стал острым и холодным.

— Нет, я хочу нанять охрану просто так, — ядовито отозвалась Айя. — Скучно мне, думаю, найму телохранителя, жизнь сразу станет веселее.

— Понятно, — кивнул Сайфер. — И чем тебя не устраивает моя кандидатура?

— Ценой, — припечатала маркиза. — Вот какую плату ты бы запросил?

— Ну… — ухмыльнулся Мирт, окинув ее оценивающим взглядом. — По-моему, это очевидно.

— Потому и нет, — холодно заявила девушка. — Предпочитаю рассчитываться деньгами. Так назовешь имена?

Она не рассчитывала на ответ, но Сайфер, похоже, и впрямь решил помочь.

— Леон Райт, Дэн Тэйсо, Стив Реганто и, пожалуй, Фабиан Дельгато, — перечислил он, с нескрываемым удовольствием добавив: — Только никого из них до среды тоже не будет.

— Ничего страшного, — уверила его Айя. — Я подожду. Благодарю за помощь, Сайфер. Оказывается, ты можешь быть нормальным. Если постараешься.

— Языкастая стервочка, — почти ласково протянул Мирт.

— Сайфер, я бы сказала, что ты родственник судаку, но боюсь оскорбить рыбу, — таким же теплым тоном ответила маркиза. — До встречи, надеюсь, очень нескорой.

— А я надеюсь, на следующей встрече мы займемся не разговорами. — Мирт усмехнулся. — Делавент, если ты надеешься, что твой охранник защитит от меня, то напрасно. Я умею добиваться своего.

— Ты знаешь, по какому адресу катиться, — пожала плечами Айя. — Не вижу смысла повторяться.

Развернувшись, она направилась к выходу. Мирт, проводив ее взглядом, зло ударил кулаком по стене. Почему-то спешка, с которой Айя поспешила уточнить, что его кандидатуру на роль телохранителя не рассматривает, взбесила. Скорее всего, он бы отказался, но откровенное нежелание маркизы иметь с ним дело затронуло гордость и вмиг заставило переменить решение. Мирт бы с удовольствием поохранял такое тело. Желательно, ночью. И в самых разных позах. Хотя он и так получит вздорную девчонку в ближайший соларис. Не спасет и десяток охранников.

Айя, в отличие от Мирта, оставшаяся вполне довольной разговором, поспешила вернуться в комнату. Несмотря на предложение молодого Бретона ссылаться на него в случае домогательств, лишний раз искушать судьбу маркиза не желала. К тому же, отец уже мог вернуться домой, увидеть послание и дать ответ. Но в шкатулке было пусто. Решив, что на сегодня она сделала все, что могла, Айя заварила себе чай, открыла коробку конфет. Завернулась в плед, как в кокон, и придвинула ближе модный роман о приключениях благородного юноши, по неосторожности коснувшегося древнего артефакта и превратившегося в обыкновенного бездомного пса.

— Глупый, — снисходительно прошептала маркиза, пробежав глазами несколько страниц, — кто же хватает чужие артефакты такой силы голыми руками?

Окажись она в подобной ситуации, уж наверняка не повела бы себя так опрометчиво. Повествование неожиданно увлекло настолько, что девушка даже не заметила, как закончился чай. Лишь когда вместо глотка ароматного напитка на язык упала жалкая капля, недоуменно замерла на миг и неверяще заглянула в пустую чашку. Нехотя выпуталась из пушистого пледа, чтобы заварить новый чай, зажгла свет и поспешила вернуться обратно, чтобы вновь окунуться в захватывающую историю.

* * *

Мирт с трудом дождался окончания боевки у второго курса. Злость, завладевшая им после встречи с Айей, требовала выхода. Атор, объяснявший что-то задержавшимся адептам, бросил на него лишь один пристальный взгляд и любезно создал сразу двух големов. Коротко кивнув в знак благодарности, Сайфер снял со стены катану и хищно улыбнулся, примеряясь к противникам.

— Полегчало? — поинтересовался Атор через полчаса, когда Мирт поднял ладонь вверх, прекращая бой.

— Вполне, — ответил парень, возвращая катану на место.

— Превосходно, — кивнул боевик. — У меня есть для тебя поручение: необходимо взять под негласную опеку одну из студенток второго курса.

— Айю Делавент? — Мирт настороженно вглядывался в бесстрастное лицо Атора, пытаясь понять — верной ли оказалось догадка.

Но бывший Императорский Жнец, ныне герцог Вальтормар лишь лениво поднял бровь и осведомился:

— С чего ты так решил, что речь идет о маркизе?

— С час назад она спрашивала, кого из моих однокурсников я могу порекомендовать ей в качестве телохранителя, — не стал скрывать Сайфер.

— Умная девочка, — довольно отметил Атор. — Похоже, из нее все-таки будет толк. Полагаю, ты настойчиво рекомендовал свою кандидатуру?

— Моя кандидатура ей не приглянулась, — с едва заметной досадой отозвался Мирт. — Так что там с поручением?

— Отменяется, — спокойно произнес боевик. — Юная леди прекрасно решила проблему сама.

Мирт чувствовал, как его вновь захлестывает бешенство. Было похоже, что благородная белокурая язва куда-то серьезно влипла, иначе Атор не стал бы беспокоиться о ее охране. И то, что какая-то мразь посмела посягать на ту, которую он, Снежный Сайфер, присмотрел для себя, заставляло магию внутри бушевать ледяным торнадо, готовым обрушиться на врага. Пока Айя интересует его, никто не посмеет даже взглянуть в ее сторону.

— А если я сумею убедить ее остановить выбор на моей кандидатуре? — медленно процедил Мирт.

— Не имею ничего против, если при этом ты не нарушишь Устав и кодекс. — Вальтормар шагнул к стене с оружием. — Тебе цепь, шест или снова катану?

Сайфер закрыл глаза, на миг мысленно окунулся в чистый, холодный поток магии, медленно выдохнул, успокаиваясь.

— Шест, — решил он.

Мысленно Мирт поблагодарил Атора, моментально оценившего его состояние и сделавшего выводы. Злость всегда была дурным советчиком при принятии решений. А спарринг с противником такого уровня как Императорский Жнец не оставлял ни малейшей возможности думать о чем-то, кроме боя.

— Сайфер, — окликнул его боевик, когда вымотанный тренировкой парень направился к выходу, — надеюсь, убеждать госпожу Делавент остановиться на твоей кандидатуре ты планируешь исключительно с помощью красноречия?

— Именно так и никак иначе, — кивнул Мирт, верно истолковав намек. Атор пока что не интересовался, что за вожжа попала под хвост одному из его лучших студентов, но давать ему карт-бланш тоже не планировал. — Исключительно добрым словом.

Кулаком Снежный Сайфер планировал вразумлять совершенно иных лиц, имена которых рассчитывал услышать от Айи. Он уже воспринимал ее как свою добычу и не собирался отдавать без боя. Никому. По крайней мере, пока не надоест. Шагая к женскому общежитию, Мирт предвкушающе улыбнулся, подумав, что с таким темпераментом, как у аристократической занозы, его интерес к ней угаснет не скоро.

* * *

Дочитав книгу, Айя с сожалением вздохнула. Как жаль, что интересная история закончилась так быстро. Верные друзья, которых юноша обрел за время своих приключений, помогли снять проклятие артефакта, и парень вернулся в родное тело. На всякий случай проверив, надежно ли заперта дверь, маркиза ушла в ванную, решив, что сегодня ляжет пораньше. Отдохнуть стоило. Слишком непростым выдался день. И отец почему-то так и не ответил на послание.

Вволю понежившись под душем, Айя налила на ладонь немного увлажняющего масла с легким, ненавязчивым ароматом карамели и ванили и бережными, аккуратными движениями втерла его в порозовевшую после горячей воды кожу, с удовольствием любуясь на себя в зеркало. Надела трусики с кокетливыми бантиками по бокам, шелковую сорочку с лифом из нежного кружева, накинула теплый пушистый халатик с длинными рукавами и, улыбнувшись отражению, вышла из ванной. Тут же растерянно замерла, округлившимися глазами глядя на нахально развалившегося на стуле Сайфера. Тот в свою очередь с нескрываемым удовольствием рассматривал ее.

— Очень добрый вечер, — с улыбкой протянул он. — Прекрасный вечер, сказал бы я.

— Какого Пересмешника ты тут делаешь? — рассерженно зашипела Айя, готовая в любую секунду удрать от зеленоглазого захватчика обратно в ванную. — Дверь была заперта.

— Ну да, — лениво согласился Мирт. — Была. И сейчас тоже. Я постучал, мне никто не открыл, а ждать в коридоре холодно. Ловкость рук и никакого мошенничества.

— Вот и ждал бы у родственницы, — выплюнула маркиза, плотнее кутаясь в халат и радуясь, что он достаточно плотный, чтобы скрыть очертания тела. Хотя под заинтересованным взглядом Сайфера она ощущала просто катастрофическую нехватку одежды. — И вообще, я тебя не звала.

— Расслабься, детка, сегодня я просто поговорить, — заявил незваный гость и добавил с ухмылкой: — Хотя если ты согласишься на что-нибудь поинтереснее, не огорчусь.

— Держи себя в руках, Сайфер, — посоветовала Айя, на всякий случай отодвигаясь подальше.

— Не могу, — покачал головой Мирт, поедая ее взглядом.

— Брезгуешь? — участливо осведомилась маркиза.

— Почему же? — пожал плечами Снежный. — Просто намного приятней, когда в руках, и не только в них, меня держат девушки.

— Я же сразу говорила, что тебе не хватает твердой женской руки, — посочувствовала Айя, изо всех сил стараясь не покраснеть.

— Нежной женской руки, — мягко поправил Мирт и с пошлой улыбкой уточнил: — Сказать, где конкретно? Или показать?

— Сайфер, ты меня чем-то хочешь удивить? — фыркнула Айя. — К своему прискорбию, я о твоих фантазиях осведомлена лучше, чем хотела бы. Говори, что хотел, и избавь меня от своего общества.

— К делу так к делу, — легко согласился Мирт. — Присаживайся, поболтаем.

Айя замялась. Приближаться к Сайферу не было никакого желания. Уловив это замешательство, снежный маг досадливо поморщился и добавил снисходительным тоном:

— Делавент, если бы я хотел тебя потискать и реализовать хотя бы часть своих фантазий, составил бы компанию в ванной. Не волнуйся, детка, сегодня я действительно намерен только поговорить.

— Хорошо, — нехотя согласилась маркиза. — Подожди минутку.

И все-таки нырнула обратно в ванную. За отцовским подарком, оставшимся лежать на полочке у зеркала. Застегнув браслет на запястье и сразу почувствовав себя уверенней, Айя неторопливо вернулась в комнату и опустилась на второй стул.

— Внимательно слушаю, — царственно заявила она.

— Найми меня. — Мирт откинулся на спинку стула, заложив большие пальцы за ремень брюк. — Как мы выяснили несколько часов назад, тебе нужен телохранитель. Предлагаю свои услуги.

— Что? — Айя нахмурилась, не веря своим ушам. — Сайфер, ты в своем уме?

— Вполне, — кивнул собеседник и принялся перечислять: — Я один из лучших на курсе в рукопашном бою, владею ледяной магией и практически всеми видами оружия. Умен, осторожен, сдержан. И заинтересован в твоей неприкосновенности.

— Да неужели? — резонно не поверила маркиза. — Позволь полюбопытствовать, с каких пор именно ты неожиданно оказался заинтересован в моей неприкосновенности?

— С тех самых, с которых хочу сам к тебе прикасаться, — без тени улыбки ответил Мирт, глядя на нее жадно, словно акула на неосторожного купальщика.

— Меня не устраивает твоя цена, — зло заявила Айя.

— Я еще ее не назвал, — парировал Сайфер. — Предлагай сама.

— Предлагаю тебе пойти по известному адресу к известной личности с известными тварями, — хмыкнула девушка. — Выход вон там.

Снежный гаденыш, явно чувствовавший себя хозяином положения, ничуть не обиделся. Напротив, негромко рассмеялся и почти ласково попенял:

— Любишь ты все усложнять. Упрямица. Детка, ты ведь понимаешь, что я не отступлю. Ты слишком лакомый заказ. Во всех смыслах. Просто конфетка.

Маркизе уже в который раз захотелось запустить в него чем-нибудь тяжелым. Закрыв глаза, она сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Вот ведь мерзавец. Привязался, как жрец Познающего. Но с мнением Снежного Сайфера на ФБМ действительно считались. Айя прекрасно понимала: если он поговорит с однокурсниками и настойчиво попросит не соглашаться на ее предложение, и впрямь придется идти к нему. Но условия в этом случае будет ставить он. Сейчас есть хотя бы видимость того, что решает все же она сама.

— Тридцать золотых в неделю с условием, что ты прекращаешь свои пошлые намеки, — открыв глаза, произнесла она. — И держишься от меня на расстоянии не менее трех метров. Исключение — если моей жизни угрожает опасность.

— Надо же, как высоко ты меня ценишь, — задумчиво пробормотал Мирт. Довольным он почему-то не выглядел. — Делавент, скажи честно: ты собираешься платить за то, чтобы я держался от тебя подальше?

— Да, — кивнула Айя. Заломив бровь, холодно осведомилась: — Мало? Напоминаю: дверь вон там.

Сайфер несколько секунд смотрел ей в глаза, а потом одним быстрым, почти неуловимым движением, перегнулся через стол, заставив маркизу отшатнуться.

— Чего ты боишься, Айя? — тихо спросил он. — Признать, что тебя тянет ко мне? Сбросить маску высокомерной гордячки и позволить себе получить удовольствие от прикосновений низкородного мужлана? Хоть раз в жизни быть искренней в своих эмоциях?

— Я очень искренна, — прошипела маркиза. — Катись к демонам, Сайфер. Можно к снежным, они тебе явно не чужие.

— Ты не ответила, — покачал головой Мирт, придвигаясь вместе со стулом ближе и прижимая Айю к стене в прямом и в переносном смысле. — Ну же, детка, ты будущий боевой маг. Имей смелость взглянуть в лицо своим страхам.

— Не пудри мне мозги, — взвизгнула девушка, не выдержав напряжения, и попыталась вскочить, чтобы удрать.

Жесткая рука моментально перехватила ее, притянув на колени своего владельца, вторая обвила талию, не позволяя вырваться. Айя замахнулась свободной, левой рукой, целясь ногтями в лицо, но Сайфер легко поймал ее, сжал запястье. Рукав халата сполз вниз, предательски обнажив антрацитово-черный браслет.

— Вот это номер, — пробормотал Мирт, рассматривая абсолютно черное украшение и без труда удерживая бьющуюся, словно попавшая в силок птица, маркизу. — Теперь понятно, почему тебе так срочно понадобилась защита… Да прекрати дергаться, не съем я тебя.

— Оставь меня в покое, — взвыла Айя, умудрившись несколько раз чувствительно заехать локтем по ребрам захватчика. — Немедленно отпусти.

— Первого не обещаю, второе — да пожалуйста, — усмехнулся Сайфер.

Едва почувствовав свободу, маркиза тут же удрала в другой конец комнаты, на ходу лихорадочно нащупывая подаренный отцом браслет. Вдавила и повернула сапфир, затравленно наблюдая за Миртом. Убедившись, что артефакт сработал, тихонько всхлипнула от пережитого ужаса. Пробежалась взглядом по комнате. У Айи было всего пять минут на то, чтобы обезвредить слишком сильного и неудобного противника и решить, что делать дальше. Как назло, ничего, чем можно было бы связать руки незванного гостя, на глаза не попадалось. А медлить было нельзя. Закусив губу, маркиза решительно рванула поясок халата. Придерживая расходящиеся полы, подошла к Мирту, слегка дрожащими руками спутала его руки, проверив, крепко ли держится узел, и обессиленно опустилась на кровать. Пресветлый, вот за что столько неприятностей? Теперь Айя совершенно не представляла, что делать дальше. То, что Сайфер будет крайне недоволен таким поворотом событий, было очевидно, и девушка боялась даже думать о том, чем это может обернуться для нее.

Время истекло неумолимо быстро. Освободившийся от пут заклинания Мирт поднял голову и неожиданно тихо рассмеялся, глядя на нахохлившуюся Айю. За показным весельем он тщательно скрывал ярость. В первую очередь, на себя. Уже во второй раз недооценил белокурую бестию. Мог бы и предположить, что у девчонки окажется какой-нибудь артефакт. Но в этот раз путы были ненадежными: Айя не учла, что связать расслабленные кисти сложнее, а пушистый пояс, в отличие от старой доброй веревки, скользит, позволяя сдвинуть узел. Одно движение, и руки будут свободны. Но Сайфер не спешил, не желая получить очередной неприятный сюрприз. Пусть Айя думает, что контролирует ситуацию, можно даже немного подыграть.

— Детка, у тебя какое-то нездоровое стремление к связыванию, — выдал он. — Магов крови в роду не было?

— Сайфер, сделай одолжение, заткнись, — неласково отозвалась маркиза, настороженно следя за ним.

— Не хочу, — парень пошевелил связанными руками и удобно устроился на стуле, закинув ногу за ногу. — Мне любопытно, что ты теперь собираешься делать.

— Думать, куда спрятать твой труп, — огрызнулась Айя.

— Кровожадная, — цокнул языком Мирт и неожиданно уставился куда-то на стену слева от маркизы: — А это еще что такое?

— Где? — дернулась девушка, автоматически поворачивая голову.

Среагировать на замеченное краем глаза резкое движение еще мгновение назад расслабленно сидевшего на стуле пленника она не успела. Сильное тело придавило Айю к кровати, вышибая из легких воздух, жесткая ладонь легла на шею, пережимая сонную артерию, и перед глазами качнулась вязкая глухая тьма.

Очнувшись, маркиза с ужасом поняла, что теперь она не в силах освободить руки, заведенные за голову. Запястья плотно охватывал злосчастный пояс. На удивление, халатик оказался на месте, даже целомудренно запахнут. Впрочем, от резкого движения ткань охотно соскользнула с груди, открывая во всем великолепии нежное полупрозрачное кружево сорочки.

— Да-да, я уже успел оценить это потрясающее зрелище, — хмыкнул Мирт, успевший придвинуть к кровати стул. — Хотя без сорочки было бы лучше.

— Размечтался, — прошипела Айя, отчаянно дергая руками в безуспешной попытке освободиться. — Немедленно развяжи меня, слышишь?

— А мне и так нравится, — усмехнулся Сайфер. — Можно не ждать никаких неприятных сюрпризов. Так на чем мы остановились? На обсуждении цены, верно?

— Снежный, ты плохо слышишь? — возмутилась маркиза. — Я сказала, развяжи меня.

— М-м-м, даже не знаю, — Мирт потянулся, не сводя с нее пристального взгляда. — Вначале придется тебя обыскать. Вдруг есть еще артефакты?

— Можно подумать, ты не успел меня облапать с ног до головы, — огрызнулась девушка.

— Какое удовольствие в том, чтобы обыскивать бесчувственное тело? — поинтересовался он с пошлой ухмылкой. — А вот сейчас, когда ты пришла в себя, можно и облапать… в смысле, обыскать. Медленно и очень тщательно.

— Не вздумай, — Айя побледнела.

— Пожалуй, ты права, — неожиданно согласился Снежный, лаская взглядом декольте ее сорочки. — Могу увлечься. А это пока лишнее.

Он протянул руку и с видимой неохотой поправил на Айе халатик. Но освобождать ее все равно не спешил.

— Детка, я жду предложения, — напомнил он.

— Прости, Сайфер, но у тебя нет титула и ты не в моем вкусе, — не удержалась от сарказма маркиза. — Мне жаль травмировать твою психику, но эти обстоятельства сильнее нас.

Брови Мирта взлетели вверх. Такого ответа он явно не ожидал. А после в зеленых глазах плеснулось нескрываемое веселье.

— Титула нет, — согласился он. — А насчет того, что я не в твоем вкусе, не уверен. Попробуй лизнуть меня, детка. Вдруг понравлюсь.

— Я тебя, скорее, покусаю, — мрачно отозвалась Айя.

— Если нежно, я согласен, — с пошлой улыбкой кивнул Мирт. — Можем начать прямо сейчас. С тебя.

И провел кончиками пальцев по щиколотке маркизы. Айя взвизгнула от неожиданности, попытавшись пяткой достать до чужой нахальной конечности. Халатик от резкого движения вновь гостеприимно распахнулся, а сорочка задралась почти до бедер.

— Не нужно, пожалуйста, — прошептала маркиза, глядя в темнеющие глаза Сайфера.

— Не буду, — неожиданно мягко пообещал Мирт. — Сегодня — не буду. Ладно, поиграли, и хватит. К делу.

Он поднялся, подошел к изголовью кровати. Айя вздрогнула, ощутив прикосновение теплых пальцев к запястьям. Несколько секунд, и путы ослабли. Едва почувствовав свободу, маркиза шарахнулась в противоположный угол кровати. Под насмешливым взглядом Сайфера запахнула халатик. Сердце билось, как пойманная в силок птица, стучало оглушающе громко, рвалось из груди. Поведение нежданного гостя не поддавалось никакой логике. Айя понятия не имела, чего от него ожидать, и это пугало и злило. А вот Мирт чувствовал себя вполне уверенно. Вновь уселся на стул, расслабленно откинулся на спинку и произнес:

— Делавент, давай откровенно. Тебе нужен защитник. Расклад такой: либо мы сейчас договариваемся по-хорошему, либо я просто поставлю всех заинтересованных в известность, что забираю тебя себе по праву сильного.

— Сайфер, а с чего ты вообще решил, что мне нужна твоя помощь в стенах Академии? — фыркнула Айя, накидывая на обнаженные ноги покрывало. — Здесь у меня защитник уже есть.

— Вот как? — молодой маг недоверчиво цокнул языком. — И кто же он?

— Алехно Бретон, — гордо сообщила маркиза.

Мирт усмехнулся, скрестив руки на груди, и с интересом спросил:

— Детка, а почему ты думаешь, что для меня будет проблемой тебя отбить?

— Сайфер, тебе девок мало? — холодно поинтересовалась Айя. — Ты чего ко мне пристал, как жрец Познающего? Уязвленное самолюбие до сих пор не дает покоя? Хочешь откровенности — пожалуйста. Ты неплохо целуешься, но это не значит, что я согласна под тебя лечь. Как ты сам сказал, физиология, ничего личного. Меня не интересует интим с тобой.

— Почему? — Мирт слегка склонил голову к правому плечу. — Тебе понравится.

— Неужели? — Айя брезгливо поморщилась. — Как будто я не знаю, как это происходит.

— Начинаю подозревать, что не знаешь, — задумчиво согласился собеседник. — Но это ничего не меняет. Бретону придется уступить. А тебе — смириться.

— Мне сейчас нельзя, — торопливо выдохнула девушка.

— Я в этом плане не брезгливый, — усмехнулся Мирт. — А если что-то смущает тебя, так есть тьма других вариантов, как сделать друг другу приятно. Можем обсудить.

— Не смей ко мне прикасаться, — прошипела Айя, не сумев скрыть страх в голосе.

Попыталась нащупать подаренный отцом браслет на правой руке, но украшения не было.

— Не это ищешь? — хмыкнул снежный гаденыш, демонстрируя вожделенный артефакт. — Отдам потом, так и быть. Делавент, прекрати на меня смотреть с таким ужасом. Если бы я хотел тебя уложить на спину здесь и сейчас, не развязывал бы. И все же, давай вернемся к разговору о цене.

— Сайфер, сколько денег надо, чтоб ты от меня отстал? — обреченно протянула Айя. — Я не желаю платить за охрану собственным телом.

— Так я и не предлагаю, — оскорбился зеленоглазый нахал. — Интим сугубо по добровольному согласию. А денег от тебя я не возьму.

— Намекаешь, что готов оберегать мою честь от посягательств просто так? — недоверчиво нахмурилась Айя. — Да неужели?

— Детка, тебе ведь нравится со мной целоваться, — хитро улыбнулся Мирт. — Я готов стать твоим телохранителем за, скажем, десять минут поцелуев ежедневно.

— И руки распускать не будешь? — с нескрываемым скептицизмом уточнила девушка.

— В разумных пределах, — пообещал Сайфер. — И остановлюсь по первой же просьбе. Устраивает?

Айю, разумеется, не устраивало. Но других вариантов не было, и маркиза это прекрасно понимала. Это зеленоглазое порождение Пересмешника не оставило ей выбора. Правда, фраза о добровольном согласии внушала некоторые надежды. Сайфер неожиданно оказался порядочней, чем маркизе представлялось. Мог ведь и вовсе не интересоваться ее мнением, узнав, что помолвка разорвана. А Мирт щедро оставил ей возможность сохранить репутацию, хотя многие на его месте с радостью воспользовались бы случаем отомстить с лихвой. И плюсы в его предложении тоже были: он мог защитить ее и в Академии, и за ее пределами. Впрочем, Айя надеялась, что сделка будет краткосрочной.

— Оплата исключительно наедине, — выставила она свое условие.

— Разумеется, — кивнул Мирт. — О конфиденциальности можешь не напоминать: я чту кодекс наемника. Оплата, недополученная в один день, суммируется и переходит на следующий.

— Расторжение исключительно по моей инициативе и без неожиданных повышений цены с твоей стороны, — продолжила Айя.

— После уведомления о прекращении нашего сотрудничества условия сделки соблюдаются сторонами еще неделю с возможностью возобновления в любой момент, — дополнил Сайфер. — В остальном — пожалуйста.

— Эта сделка затрагивает ранее достигнутые договоренности? — поинтересовалась маркиза.

Она задала этот вопрос, скорее, для проформы, не слишком надеясь на положительный ответ. А вдруг получится? Но Мирт отрицательно покачал головой.

— И не мечтай. Все остается в силе, детка. Еще дополнения есть?

— Пока нет, — медленно протянула Айя, чувствуя, что упускает что-то важное. Но сообразить, где подвох, не получалось.

— Замечательно, — бодро потер ладони Мирт и поднялся. — Магической фиксации договора, так и быть, требовать не стану. Тебе крайне невыгодно пытаться меня обмануть. Могу считать себя принятым на работу?

— Оплата по истечении суток, — торопливо добавила маркиза.

— Обычно я настаиваю на полной предоплате, — хищно усмехнулся Снежный, медленно пройдясь по ней взглядом. — Но готов сделать для тебя исключение, Айя.

— Я согласна на озвученные условия, — после короткой паузы кивнула маркиза.

— Вот и чудесно, — подытожил Мирт, направляясь к двери. — Ярких снов, детка. Увидимся завтра.

После его ухода Айя несколько минут пребывала в прострации, не в силах пошевелиться. Эта незапланированная встреча и напряженный разговор вымотали ее окончательно. Наконец, она нехотя поднялась, заперла дверь, на всякий случай придвинув к ней стул. Тяжело вздохнула. Ощущение, что она не учла что-то очень важное, не покидало, но поймать тревожащую мысль, словно мышь, скребущуюся где-то на краю сознания, не удавалось. Девушка проверила шкатулку, предательски молчащую весь вечер. Ответа от отца до сих пор не было, и это беспокоило куда сильнее свежезаключенной сделки. "Наверняка задержался на верфях", — попыталась успокоить себя Айя, забираясь под одеяло и сворачиваясь под ним. Почему-то хотелось обнять подушку и по-детски расплакаться: отчаянно, с громкими всхлипами и ручьями слез. Неделя началась отвратительно.

ГЛАВА 4

Едва открыв утром глаза, Айя поспешила к шкатулке, надеясь, что отец ответил на записку. Но внутри артефакта было пусто. Беспокойство, которое накануне удалось кое-как унять, вспыхнуло с новой силой. Отец не мог проигнорировать это послание. "Может, поздно вернулся и не заглядывал в кабинет", — попыталась найти логичное объяснение этому молчанию Айя, старательно отгоняя мысли, что случилось что-то плохое. Она даже взяла шкатулку на занятия, боясь пропустить ответ. Но артефакт предательски молчал.

К концу последней пары маркиза совсем извелась и даже рассматривала идею вновь обратиться к куратору с просьбой все-таки разрешить ей покинуть стены Академии на несколько часов. Представила холодный, пронзительный взгляд янтарных глаз Атора и его невозмутимое: "Это не является достаточным основанием, госпожа Делавент", и поежилась. Рассчитывать на понимание не приходилось. Бывший Императорский Жнец никого и никогда не жалел. В лучшем случае, он просто выставит ее за дверь, как вчера. Жуткий мужчина. Как только Дана с ним живет? Вспомнив о бывшей соседке, Айя досадливо поморщилась, в который раз сожалея об упущенной возможности. Если бы она только знала, что Лидана герцогиня, вела бы себя с ней иначе и постаралась подружиться. За прошедший год маркиза кардинально пересмотрела некоторые свои взгляды и сейчас искренне раскаивалась в том, что попыталась устроить нападение на соседку, чтобы нанятые бандиты из Ночной Гильдии проучили ее за пренебрежение к аристократам. Пресветлый, какой же самовлюбленной идиоткой она была. И розог получила справедливо, как ни прискорбно было признавать сей факт. А ведь если бы не заступничество Даны, дело наверняка закончилось бы отчислением… Вздохнув, Айя в очередной раз проверила шкатулку, убедилась, что та пуста, и решила после пар отправить телеграмму и узнать у матери, куда пропал отец.

В телеграфном отделении, располагавшемся на территории факультета, маркиза была впервые и оказалась неприятно поражена увиденной там очередью. В иной ситуации Айя тут же ушла бы, но сейчас обстоятельства сложились не в ее пользу. Вздохнув, маркиза осведомилась, кто крайний, и принялась терпеливо ждать. В общежитие вернулась лишь через полтора часа, злая, уставшая и нервная. Артефакт все так же молчал. Айя заварила себе успокаивающий сбор, но тот желаемого эффекта не принес. Нервы с каждой секундой все сильнее грозили сдать окончательно. На шкатулку маркиза смотрела почти с ненавистью, как на персонального врага. Услышав стук в дверь, бросилась к ней, надеясь, что принесли ответ на телеграмму, и отшатнулась, увидев Мирта. Из головы совершенно вылетело, что нанятый "телохранитель" непременно явится за оплатой.

— Сайфер, ты очень не вовремя, — процедила она сквозь зубы, захлопывая за ним дверь. Глубоко вздохнув, прислонилась к косяку и обреченно выдохнула: — Ладно, целуй. Покончим с этим как можно скорее и ты уберешься из моей комнаты.

— Детка, ты чего злющая, как демон, осененный благодатью Пресветлого? — миролюбиво поинтересовался Мирт.

— Не твое дело, — отрезала Айя. — Ты сюда зачем пришел? Не имею желания с тобой разговаривать. Целуй меня и… — Она умолкла, закрыла глаза, сделала несколько глубоких вдохов и выдохов и продолжила, уже спокойней: — И будь любезен избавить меня от своего общества.

— Дорогая, я не могу вот так сразу, — усмехнулся снежный маг. — Мне нужно настроиться, привыкнуть к этой мысли, а ты с порога требуешь поцелуев, да еще с таким решительным лицом, что даже мне становится не по себе. А поговорить?

Айя, едва-едва взявшая себя в руки, задохнулась от возмущения. Снежный гаденыш откровенно издевался и абсолютно этого не скрывал. Как будто нарочно напрашивался на грубость. Пресветлый, вот чем она думала, соглашаясь на его сомнительное предложение. Но срывать злость даже на Сайфере маркиза не желала. Лично он еще не настолько ее взбесил.

— Я не в настроении, — медленно произнесла она, опустив голову. — Ни разговаривать, ни, уж тем более, целоваться. Если тебе не принципиально, предлагаю перенести наши расчеты на завтра.

— Мне-то не принципиально, — произнес Мирт, подходя к ней практически вплотную. Коснулся пальцами подбородка, заставляя Айю поднять голову и встретиться с насмешливым взглядом зеленых глаз. — Но ты точно хочешь сразу влезть в долги, Делавент? Не боишься?

— Сайфер, какая разница, десять минут ты будешь меня целовать или двадцать, — фыркнула Айя, тряхнув головой. — Раз мы договорились, сделай милость — уйди.

— Даже не выслушаешь отчет за день? — поинтересовался он.

— Нет, — категорично отрезала маркиза.

Попыталась обойти его, но Мирт поставил руку на стену, преграждая путь. Насмешливый еще мгновение назад взгляд теперь обжигал льдом. Айя замерла, чувствуя, как колотится сердце. Почему-то в этот момент Сайфер напомнил ей Атора. Жесткий, непреклонный, опасный. "Он же один из лучших учеников Вальтормара", — молнией пронеслось в голове.

— Что произошло? — требовательно спросил Мирт.

— Сайфер, вот какая тебе разница? — поморщилась Айя.

— По условиям сделки, Делавент, я несу за тебя некоторую ответственность, — напомнил молодой маг. — А раз так, имею право знать, с какой стороны ждать неприятностей.

— Поверь на слово, то, что меня тревожит, не имеет ни малейшего отношения к нашим договоренностям, — покачала головой маркиза.

— И все-таки я настаиваю, — сверкнул глазами Мирт.

— Привязался, как жрец Познающего: дай да дай, — недовольно бросила Айя, скрестив руки на груди.

— Так дай то, чего я хочу, — вкрадчиво произнес Сайфер, склоняясь так близко, что она чувствовала его дыхание на своих губах. — Все равно ведь никуда не денешься.

В зеленых глазах плясали лукавые огоньки. Снежный негодяй совершенно определенно вновь намекал на свое возмутительно непристойное предложение. Маркиза лихорадочно пыталась подобрать слова, чтобы припечатать наглеца, как следует, но не могла отыскать, к чему придраться. Сама по себе фраза была безобидной, а вот интонация, с которой Снежный ее произнес, и многообещающий взгляд выводили Айю из себя. А еще бесил нескрываемый интерес, с которым парень ждал ее ответа. Молчание затягивалось. Положение спасла тихо тренькнувшая на столе шкатулка.

Поднырнув под руку Мирта, Айя бросилась к столу. Слава Пресветлому, отец дал знать о себе. Подрагивающими от волнения руками откинула крышку, выхватила сложенный вчетверо листок. Развернула его и не удержалась от разочарованного вздоха, увидев ровный, округлый почерк матери. Та писала, что отец по приказу Его Императорского Величества прошлым утром был срочно командирован в провинцию Норад, на север империи. О сроках Луиза Делавент не знала ничего. Айя два раза перечитала записку, пытаясь вникнуть в смысл. "Кажется, именно в этой провинции растут корабельные сосны…" — пронеслось в голове. И тут же, словно лавиной, накрыло осознание: отец не в курсе случившегося. Он не видел ее письма и ничем не поможет, а мать никогда не читала их переписку. Хорошо хоть, что решила ответить через артефакт, сэкономив время. Но одному Пересмешнику теперь было ведомо, какую еще пакость решит учинить оставшийся безнаказанным Элистер, выяснив, что его план провалился. В том, что имя скромного барона Бретона остановит зарвавшегося графеныша, юная маркиза сомневалась. Это значило только одно: план придется менять и рассчитывать лишь на себя. Без права на ошибку. Ослабевшие пальцы разжались, листок спланировал на пол.

Закрыв глаза, Айя сжала кулаки, до боли впиваясь ногтями в ладони, пытаясь сообразить, что теперь делать. Больше всего хотелось забиться под одеяло, накрыться с головой, и чтобы все это оказалось кошмарным сном. Чем она только прогневала Пресветлого? Глаза щипало от подступивших слез. И когда сильные руки рывком развернули ее, прижали к твердому мужскому телу, Айя даже не сопротивлялась. Уткнулась носом в шею Мирта, вдыхая морозно-свежий запах, всей душой принимая эту неожиданную поддержку, позволив себе на несколько минут забыть, что Сайфер — это еще одна проблема.

Поглаживая по спине доверчиво прильнувшую к нему маркизу, Мирт недовольно хмурился. Он не собирался ее утешать, но Айя, с трогательно-беззащитно опустившимися плечами была такой несчастной, что перед искушением пожалеть ее не устоял бы даже святой. А Сайфер святым не был. И раз уж так сложилось, намеревался извлечь из сложившейся ситуации несколько приятных моментов. Решив, что Айя вполне успокоилась и пригрелась в его объятьях, осторожно коснулся губами ее волос. Почувствовав эту ласку, маркиза тут же подняла голову, то ли желая возмутиться, то ли убедиться, что ей не показалось. Давать ей возможность высказаться Мирт не собирался. Накрыл соблазнительные розовые губы нежным, осторожным поцелуем, продолжая прижимать Айю к себе. Никакой страсти, лавиной сносящей к Пересмешнику и его тварям все запреты, лишь деликатные, бережные, чуть ощутимые прикосновения. К губам, к щекам, к нежной светло-голубой венке на виске, к шее, к тонким ключицам. Успокаивающие, приручающие, лишь разжигающие чувственный голод. И когда Мирт отстранился, Айя, не открывая глаз, потянулась следом.

— Так что у тебя произошло? — тихо спросил он, обводя пальцем контур слегка припухших розовых губ. — И что было в записке?

— М-м-м? — маркиза приоткрыла затуманенные глаза, повторила: — В записке…

И тут же отшатнулась, осознав, что процесс утешения едва не зашел слишком далеко. Если бы демонов Сайфер проявил больше настойчивости, она вполне могла позволить ему больше, чем просто поцелуи. Мирт, на удивление, не стал ее удерживать, лишь понимающе усмехнулся. Чувствуя, как начинают пылать щеки, Айя отвернулась, подошла к столу. Не оборачиваясь, произнесла:

— На сегодня мы в расчете, так понимаю. Все отчеты завтра. Свободен.

— Какая ты строгая, — хмыкнул Мирт. — Пока что не в расчете, детка. Ты мне должна еще три с половиной минуты поцелуев. Но сейчас меня интересует, что такого было в этом клочке бумаги, что ты едва не разрыдалась на моем плече.

— Не скажу, — вредно буркнула маркиза.

— Да не проблема, сам прочитаю, — спокойно отозвался Сайфер. — Листок вот он, на полу. Бери, кто хочешь. А я хочу.

Айя повернулась, как раз вовремя, чтобы увидеть, как он поднял записку с пола.

— Отдай, — приказала она, бросаясь к нему. — Отдай немедленно, слышишь?

— А не то что? — лениво осведомился Мирт. — Отберешь?

— Вообще-то, раз ты мой телохранитель, обязан прислушиваться к моим пожеланиям, — бессильно топнув ногой, заявила маркиза.

— Надо же, вспомнила, — весело сверкнул глазами Мирт. — Да, детка. Я твой телохранитель, а ты всячески мешаешь мне выполнять мои обязанности. Приходится добывать информацию самому.

— Отдай записку, — повторила Айя. Нехотя добавила: — Пожалуйста.

— Ну, если "пожалуйста"… — неожиданно мягко улыбнулся Сайфер, протягивая ей листок. — Но рассказать придется.

Не придумав ничего лучше, маркиза отвернулась и, сложив записку еще несколько раз, запихнула ее в бюстгальтер. Повернулась и тут же поняла, что идея была плохой. Зеленые глаза Мирта потемнели от возбуждения.

— Делавент, мне расценивать это как провокацию? — хрипло произнес он.

Айя собиралась было возразить, но неожиданно даже для себя выпалила:

— Тебя так легко спровоцировать? А как же хваленый ледяной самоконтроль, Снежный?

Не иначе, Пересмешник за язык дернул. Или сказалась нервозность двух последних дней. Ничем другим объяснить неуемное желание подергать тигра за усы маркиза объяснить не могла и опасалась, что сейчас все-таки перегнула палку. Сайфер молчал, глядя на нее. Его зрачки расширились так, что практически скрыли радужку. Вены на лбу вздулись, руки сжались в кулаки. Опасный, яростный хищник — еще секунда, и бросится. Доигралась… Айе не хотелось даже думать, каких усилий ему сейчас стоило держать себя под контролем. И знать, о чем Мирт сейчас размышляет, пригвоздив ее к месту тяжелым взглядом, тоже. Стук сердца отдавался в висках, во рту пересохло. Пресветлый, ну почему он молчит? Сейчас бы маркиза согласилась услышать любую колкость, любой пошлый намек, который можно было бы перевести в шутку. Воздух, казалось, сгустился и был готов вот-вот заискриться от напряжения. Айя не выдержала первой, отвела взгляд и попыталась удрать в ванную, подальше от этого бешеного голодного взгляда. Не успела повернуться и сделать несколько шагов, как Сайфер вихрем налетел сзади, стиснул, выбивая воздух из легких, прижимая к себе почти до боли.

— Делавент, любой самоконтроль лопнет, если его постоянно испытывать на прочность, — хриплым, низким тоном шепнул он. — Ты только этим и занимаешься, а я не железный.

Одна его ладонь скользила по животу Айи, и от каждого прикосновения по телу расходились волны жара. Вторая лежала на плечах, удерживая на месте и не позволяя маркизе повернуться. Но почему-то сейчас страшно не было. Наоборот, от близости Мирта лихорадило и перехватывало дыхание. Айя неосознанно потерлась об его тело, прерывисто выдохнула сквозь зубы. Напряжение достигло верхней точки, вибрировало внутри натянутой струной. Теплое дыхание стоящего за спиной Сайфера обжигало кожу.

— А ведь ты хочешь, чтобы я поддался на провокацию, верно? — шепнул он, разворачивая Айю к себе и пристально глядя в глаза. — И не желаешь в этом признаваться.

— Ты слишком высокого о себе мнения, — выдохнула маркиза, тяжело дыша.

— Неужели? — усмехнулся Мирт, легонько обводя подушечкой большого пальца контур ее губ. Склонился, почти касаясь их поцелуем. Пальцы скользнули по подбородку, чуть ощутимо пробежались по шее. — А твое тело говорит иначе. Может, мне все-таки послушать его для разнообразия?

— Это… всего лишь… физиология, — с трудом проговорила Айя, дрожа от его прикосновений. — Не больше.

— Меня устраивает, — продолжая поглаживать нежную кожу, кивнул Мирт. — Я не стремлюсь дальше твоих бедер и не понимаю, почему мы теряем время, если наши желания совпадают.

Маркизу словно окатили ледяной водой. Циничная, пошлая фраза обожгла, будто пощечина. Оттолкнув Сайфера, она отступила на шаг и процедила:

— Найди себе за пару медяков девку на ночь, раз штаны удержать не можешь. И даже не мечтай, что я соглашусь пустить тебя в свою постель. Знай свое место.

Мирт не ответил на этот выпад, лишь криво усмехнулся, даже не пытаясь скрыть, что не поверил громкому заявлению. Айя сделала глубокий вдох, медленно сосчитала до пяти и выдохнула. Не дождавшиеся поцелуя губы ныли, мышцы живота то и дело перехватывало короткими спазмами.

— Ты хотел знать, что меня беспокоит, — холодно произнесла она. — Бывший жених. Граф Элистер Бакрон. Почти уверена, что он не остановится на расторжении помолвки и попытается испортить мою репутацию так, чтобы мне пришлось вновь принять его предложение на его же условиях. А отец по приказу императора отбыл в Норад и не в курсе произошедшего. Как связаться с ним, я не знаю. И когда вернется — тоже.

Сайфер кивнул, давая понять, что услышал и принял к сведению. Вежливо подождал с полминуты, позволяя нанимательнице продолжить, а после начал задавать уточняющие вопросы. Айя отвечала неохотно, стараясь не вдаваться в подробности, но с каждым вопросом делать это было все сложнее.

— Почему он решил расторгнуть помолвку? — осведомился Мирт.

— Месть, — односложно буркнула Айя.

— А подробнее? — не согласился принять такой ответ собеседник.

— Личные мотивы, — переформулировала ответ маркиза.

— Делавент, давай проясним один важный момент, — ровным тоном произнес Мирт. — Моя задача — обеспечивать твою безопасность, а для этого нужно знать причины конфликта. Даже если ты категорически неправа в ситуации с бывшим женихом, он не имел права так тебя подставлять. И я на твоей стороне. О том, что услышанное мной останется тайной, напоминать стоит?

— Нет, — хмуро отозвалась Айя. Подошла к окну, отогнула плотную штору. Всматриваясь в ночь, нехотя продолжила: — Элистер возомнил, что может поправить дела семьи, торгуя моей благосклонностью. Предложил мне месяц ублажать одного мерзкого похотливого старикашку, а когда я отказалась, попытался меня изнасиловать. Мне удалось вырваться и сбежать. А на следующий день он расторг помолвку. Уверена, рассчитывал, что у меня не останется другого выбора, кроме как принять его условия. Доволен?

— Твой бывший жених еще тот мерзавец, — отметил Мирт.

— Да что ты говоришь? — маркиза резко обернулась. — Без тебя бы никогда не догадалась. Все, брысь из моей комнаты. Я устала, спать хочу.

Взяла висевший на спинке стула халатик и направилась в ванную. Прежде, чем скрыться там, бросила:

— Дверь за собой захлопнуть не забудь.

Сайфер промолчал. Разумеется, он не собирался никуда уходить. Мирт хотел успокоить девушку, вынужденную вспомнить не самые приятные события, и доказать, что далеко не все мужчины такие беспринципные мрази, как ее бывший жених. Но все пошло не так, как он задумал, и тактику пришлось менять на ходу. Айя, едва вернувшись в комнату, ядовито поинтересовалась:

— Снежный, ты плохо слышишь? Или заблудился? Дверь вон там. Что ты еще тут забыл?

— Детка, это ты кое-что забыла, — парировал Мирт, широко улыбаясь. — За тобой должок. Три с половиной минуты поцелуев.

— И после этого ты называешь мерзавцем Элистера, — Айя скрестила руки на груди, не собираясь уступать. — А сам лучше?

— Я тебя к чему-то принуждаю? — Мирт заинтересованно склонил голову к правому плечу. — И к чему же? На предложенную цену ты согласилась сама.

— У тебя еще и с памятью проблемы, — хмыкнула маркиза, подходя к кровати и снимая с нее покрывало. — Кто угрожал взять меня силой, если не соглашусь добровольно?

— Делавент, не путай игру в принуждение с настоящим принуждением, — с легкой угрозой произнес Сайфер. Несправедливое обвинение задело. — Я ведь могу показать разницу.

— "Нет" — это всегда "нет", — холодно заявила Айя. — В любой ситуации.

— Верно, — кивнул Мирт. И тут же шагнул к ней, повалил на кровать и прижал запястья одной рукой, не позволяя вырваться. — Страшно?

— Сайфер, ты совсем обалдел? — возмутилась маркиза, пытаясь высвободиться. — Немедленно отпусти.

— Вначале ответь, — Мирт провел свободной ладонью по щеке девушки. — Страшно? А так?

Его рука опустилась ниже, очертила вырез халатика.

— Снежный, ты идиот или умело притворяешься? — прошипела Айя. — Нет, не страшно. Пусти, говорю.

— Что и требовалось доказать, — весело подмигнул парень, отпуская ее. — Ты прекрасно знаешь, детка, что я тебя не обижу. Все, что между нами происходит, происходит с твоего согласия.

— Ну конечно, еще скажи, что это я тебя провоцирую, — недовольно дернула плечиком маркиза, поправляя халатик.

— А разве нет? — ехидно спросил Мирт. — Если откровенно.

Айя от возмущения на несколько секунд даже онемела. Нет, ну каков наглец. Конечно, она его не провоцирует. Совершенно. Ну ладно, самую малость все-таки провоцирует. Но совсем чуть-чуть. Ну хорошо, да. Но признаваться в этом? Обойдется. Только пауза затягивалась. Убедительно соврать, глядя в зеленые глаза Сайфера, не поворачивался язык.

— Если откровенно, то тебе нравится выдавать желаемое за действительное, — гордо заявила она наконец. — Я бы показала тебе, что такое настоящая провокация, но боюсь, это станет слишком серьезным испытанием для твоего самоконтроля.

— Зря сомневаешься, — негромко отозвался Мирт, пристально глядя на ее губы. — Я умею останавливаться вовремя.

— Хорошая шутка, — одобрительно кивнула Айя. — Удачная.

— Проверим, кто будет смеяться последним? — предложил Сайфер, азартно сверкнув зелеными глазами.

— Вот только я не спорила со всякими… телохранителями, — фыркнула маркиза, в последний момент сдержав рвущееся с губ оскорбление.

— А придется, — тихо и довольно рассмеялся молодой маг. — За тобой должок. — Придвинулся ближе и, понизив голос почти до интимного шепота, сообщил: — Помни, ты можешь меня остановить, если сочтешь, что я перехожу грань. И если захочешь.

— Остановлю, даже не сомневайся, — процедила Айя.

Она ни на секунду не сомневалась, что сумеет устоять перед сумасшедшим обаянием старшекурсника. Тем более, после всего, что Сайфер ей сегодня наговорил. Подумаешь, снежный гад целуется как демон страсти, так, что перехватывает дыхание и начинает жарко и сладко тянуть внизу живота. Но на деле не поддаться зеленоглазому искушению оказалось непросто. Маркиза даже не заметила, в какой момент оказалась не сидящей, а лежащей на кровати. Губы горели от поцелуев, развязавшийся (наверняка не без помощи) халатик сполз с плеч, и теперь лишь изящная сорочка с кружевом служила ненадежной защитой от нескромных прикосновений. Точнее, как раз-таки очень скромных. Даже придраться было не к чему. Деликатные, неторопливые поглаживания сводили с ума, здравый смысл был не в силах заглушить желание еще немного продлить эту сладкую пытку.

Губы Мирта скользнули по щеке вниз, обожгли быстрыми, острыми поцелуями подбородок, шею, спустились к груди, пройдя по кромке кружева сорочки, и снова поднялись вверх. Айя рвано выдохнула, пытаясь сдержать стон удовольствия. Она не хотела, не хотела, не хотела желать ласк Снежного Сайфера, его умелых прикосновений, его нежности, но ничего не могла с собой поделать.

— Делавент, ты собираешься меня останавливать? — выдохнул Мирт, почти касаясь ее губ. — Самое время.

— С-собираюсь, — кивнула Айя, держась на остатках гордости и чистом упрямстве.

— Значит, сегодня нет? — мурлыкнул Сайфер, целуя ее в плечо и скидывая с него тонкую бретельку. — Или да?

— Нет… — прошептала маркиза еле слышно.

— Как скажешь, — согласился Мирт, моментально прекращая соблазнять ее. Скатился на бок и, насмешливо блеснув зеленым взглядом, пожелал: — В таком случае, спокойной ночи, Айя.

— Мерзавец, — тихо прошипела она, резко отворачиваясь и поправляя сбившуюся сорочку. — Пошел вон из моей комнаты.

— А как же обязанность охранять тебя? — преувеличенно заботливо поинтересовался Сайфер.

— Снежный, ты ведь не дилетант, верно? — завязывая поясок халата, холодно спросила Айя. Получив утвердительный кивок, припечатала: — Вот и действуй, как профи. Так, чтобы я не замечала твоего присутствия. Не беси заказчика. Свою оплату на сегодня ты уже получил.

— В полном объеме, — согласился Мирт, послушно направляясь к двери. — Что ж, сладких снов, детка.

Физиономия у него была до того довольная, что маркизе в который уж раз захотелось в него чем-нибудь запустить. Сайфер, забери его Пересмешник, прекрасно знал, что уходит победителем.

Несколько минут девушка сидела, не шевелясь, прислушиваясь к каждому шороху. Убедившись, что снежный маг действительно ушел, Айя позволила маске холодной сдержанности слететь. Зло стукнула кулачком по подушке, вымещая на ней бушующую в груди ярость, и встала. Заперла дверь, подумав, что неплохо бы помимо замка, совершенно не мешающего ее телохранителю проникать в комнату, поставить хотя бы простенькую задвижку. Придется посетить хозблок и заплатить местному столяру, чтобы не тянул с исполнением.

Еще раз перечитала записку от матери и задумчиво прикусила губу. Наверняка отец оставил в особняке одну из "дорожного" комплекта шкатулок-артефактов, как делал это раньше. Но вряд ли мать догадалась переслать ему записку Айи, решив, что срочных вопросов у дочери быть не может. В самом деле, что с ней здесь может случиться? Внутри густой, тягучей волной плеснулось раздражение. Мать жила в своем идеальном мире и пыталась убедить ее, Айю, в том, что нужно быть добрее, отзывчивей, судить не по статусу, а по делам. Глупости какие. Всем ведь известно: уважают силу и власть, а мягкость — слабость. Об этом говорил отец, это же твердили и преподаватели на ФБМ. Даже обходительный Микаэль Ларош, сводя с ума женскую часть группы улыбкой и глубоким взглядом синих глаз (демоново обаяние магов крови), не забывал повторять на каждой боевке, что добро должно быть с кулаками, рогами и копытами. На наивный вопрос одной из студенток, чем же оно тогда отличается от зла, господин Ларош лишь рассмеялся и ответил, что это зависит от того, кто побеждает. Айя попыталась удержать в сознании образ Микаэля, вспомнить его бархатный глубокий голос и скорчила недовольную гримасу, потерпев неудачу. Перед внутренним взором раз за разом появлялось лицо одного зеленоглазого нахала, а в груди сладко замирало при воспоминаниях о его поцелуях. Элистер определенно уступал Сайферу в этом. Демонов графеныш. И вот надо было ему разорвать помолвку именно в это время. Как нарочно. Везучий до безобразия…

Айя сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, успокаиваясь. Спокойствие, только спокойствие. Раньше лунницы все равно ничего не решится. А там… Допустим, можно будет встретиться с бароном Герином и любезно сообщить ему, что план купить ее благосклонность ценой куска чужой земли потерпел крах. Маленькая и приятная месть Бакронам. Не наедине, упаси Пресветлый. В ресторации и в присутствии охраны. При очередной мысли о своем телохранителе маркиза едва сдержала ругательство. Еще одна проблема, решения которой она пока не видела. Наглый, самоуверенный тип. И, в отличие от старого и омерзительного старикашки Герина весьма привлекательный. Айя понятия не имела, как заставить Сайфера уважать себя, признать ее власть. В том, что он действительно выполняет обязанности телохранителя, сомнений не было. Мирта не зря называли одним из самых перспективных четверокурсников и раз уж он "нанялся" обеспечивать ее безопасность, наверняка позаботился о том, чтобы оградить "клиентку" от неприятностей. Жаль, что одной из этих самых неприятностей являлся он сам.

Утро наступило слишком быстро. Отчаянно зевая, маркиза выбралась из-под теплого одеяла и зябко поежилась, наступив босыми ногами на ледяной пол. Прислушалась и тоскливо вздохнула: за окном шумел ливень. Но опаздывать на лекцию к профессору Сигурду Дэстрино она не хотела. Почтенный господин Дэстрино читал теорию налогообложения и крайне лояльно относился к посещению своих занятий. Хитро щурясь из-под кустистых седых бровей он на первой же лекции сообщил высоким дребезжащим голосом, что чем меньше будут знать адепты, тем более ценным и высокооплачиваемым специалистом будет он. Зачет по итогам первого семестра он обещал поставить всем без исключения. Даже тем, кого на этом зачете увидит впервые. Часть второкурсников с радостью воспользовалась предложением профессора и вместо посещения лекций благополучно отсыпалась в теплых кроватях. Но Айя помнила, что в конце второго семестра будет экзамен. И о коварстве преподавателей ФБМ тоже. Это сейчас Сигурд Дэстрино улыбался и щедро раздавал обещания, а во втором семестре вполне мог из доброго преподавателя стать злым. Поэтому маркиза, победив лень и желание поспать еще пару часиков, пришла на следующую лекцию и не пожалела. Профессор объяснял интересно, понятно и подробно, не скупился на примеры и с охотой отвечал на вопросы. Пожалуй, он был одним из немногих, на чей курс Айя ходила с удовольствием.

Взглянув на часы, поняла, что как раз успевает к открытию столовой. Плотно завтракать маркиза не любила, но по средам и пятницам повара пекли чудесные сдобные булочки с корицей, а к ним можно было взять несколько ломтей сыра и обеспечить себя не только легким завтраком, но и перекусом между парами. Натянув форму и закинув на плечо сумку с конспектами, Айя заперла дверь и направилась к лестнице. Выйдя из общежития, вздрогнула от крупных холодных капель дождя и посильней надвинула капюшон. Эх, если бы не интерес к тонкостям налогообложения и нежная любовь к булочкам, ничто не выгнало бы ее из-под одеяла.

Позавтракав и запасшись свежей сдобой на потом, Айя поспешила в учебный корпус. До пары было еще минут сорок, как раз достаточно для того, чтобы зайти в читальный зал и пролистать свежие газеты. Вдруг попадется что-то интересное, о чем можно будет спросить профессора Дэстрино?

— Будьте любезны, свежие выпуски "Экономического вестника", "Арданского герольда" и "Столичного курьера", — заказала она, предъявив библиотекарю браслет. — Читать буду здесь.

Получив затребованные газеты, села за столик у окна, открыла "Арданский герольд", с наслаждением вдохнув свежий запах типографской краски, пробежалась по колонке светских сплетен и замерла, наткнувшись на объявление в толстой золотистой рамке, сообщающее о разрыве помолвки между графом Элистером Бакроном и маркизой Айей Делавент. Торопливо пролистала остальные газеты. Демоново объявление было во всех. И бывший жених позаботился о том, чтобы оно бросалось в глаза, не пожалев денег ни на центральную колонку, ни на цветную рамку.

— Вот вымесок лесной, — едва слышно прошипела Айя, наплевав на все правила приличия и то, что благородным юным аристократкам так выражаться не пристало.

Элистер расспрашивал ее о возможностях браслета адепта Академии, о том, какие отличительные признаки это непростое украшение имеет у помолвленных и замужних, но Айя и подумать не могла, что однажды бывший жених обернет эту информацию против нее. Бакрон-младший учел, что маркиза может скрыть почерневший браслет под длинными рукавами форменной рубашки и сделал все возможное, чтобы это не помогло. В этот момент Айя была даже рада тому, что у нее уже есть телохранитель. Более того, не отказалась бы увидеть его прямо сейчас. Подавив желание варварски вырвать страницы с объявлениями, она сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, пытаясь сосредоточиться и успокоиться. Плюсы были очевидны: теперь не было необходимости ждать выходных, чтобы связаться с отцом. Он все узнает в ближайшие часы, если еще не успел прочесть газету за чашкой утреннего кофе. Жаль, конечно, что не вышло переговорить с ним, не привлекая к произошедшему лишнего внимания. Второй плюс заключался в том, что она очень вовремя обзавелась защитником, достаточно авторитетным, чтобы любой нежелательный интерес к ее персоне тут же угас. Третьим плюсом, точнее, небольшой мелочью, приятно греющей душу, было то, что до сих пор она верно оценивала ситуацию. Минус был лишь один: телохранитель шлялся неизвестно где. Впрочем… Айя легонько прикусила губу, размышляя. Нет, пожалуй, это могло стать четвертым плюсом. Если ей придется самой объясняться с кем-то, кто прочитает новость о расторжении помолвки и решит воспользоваться беззащитностью красивой аристократки, можно будет заявить Мирту, что он не справляется со своими обязанностями и потребовать компенсации морального ущерба. Как ни крути, Айя останется в выигрыше.

Перевернув страницу с объявлением, маркиза бегло ознакомилась с остальными новостями. В "Арданском герольде" на глаза больше не попалось ничего любопытного, как и в "Столичном курьере". А вот "Экономический вестник" порадовал. Там был неплохой материал о тонкостях налогообложения ремесленников, состоящих в гильдиях, и аналитическая статья о том, почему вексельная система со временем окончательно заменит расчеты наличными и как избежать двойного налогообложения при обналичивании векселей. Последнее особенно заинтересовало Айю. Ее уже полгода не покидала одна любопытная идея, с каждым днем казавшаяся все более привлекательной. Маркиза даже выписала пару тезисов, чтобы на лекции или после нее задать несколько вопросов уважаемому профессору Дэстрино.

Большинство второкурсников лекцию проигнорировали, в аудитории было от силы человек тридцать. Заслужив похвалу от Сигурда Дэстрино за то, что нашла время ознакомиться с последними экономическими новостями, Айя довольно улыбнулась. Испорченное с утра настроение стремительно улучшалось. Но поговорить с профессором после пары не вышло: едва лекция закончилась, из динамика под потолком раздалось: "Студентка Делавент, к куратору группы".

— Как же не вовремя, — раздосадованно пробурчала Айя, едва успевшая сделать один шаг к профессорской кафедре.

— У вас есть вопросы, моя дорогая студентка? — прищурился из-под седых бровей господин Дэстрино. — Похвально. У меня сегодня еще две лекции и одно практическое занятие, а потом до вечера буду на кафедре экономической безопасности. Приходите, с удовольствием побеседую с вами.

— Да у меня вопросов минут на пять, — слегка смутилась маркиза, не ожидавшая такого предложения. — Мне даже неловко отнимать у вас время.

— Айя, вы где учитесь? — профессор наставительно поднял палец. — Слова "неловко" не должно быть в вашей речи. Ваша задача — с боем добывать знания, а не отказываться от возможности их получить.

— Я не ожидала, что вы так быстро согласитесь, — попыталась оправдаться Айя.

— У меня не так много студентов, чтобы ими пренебрегать, — усмехнулся господин Дэстрино. — Бегите к куратору, девушка. Заставлять ждать Вальтормара крайне неосмотрительно.

Кабинет Атора был этажом выше. Поднимаясь по лестнице, Айя пыталась понять, зачем он ее вызвал, и не находила ответа. Мелькнувшую идею о том, что это связано с новостью о расторжении ее помолвки маркиза отбросила сразу. В прошлую встречу бывший Императорский Жнец высказался четко и недвусмысленно: подобные проблемы — личная беда адептов.

ГЛАВА 5

Отложив в сторону ведомости и журнал, Атор в который раз помянул тихим недобрым словом Бриана Лорио, год назад "осчастливившего" его должностью куратора. Будто ему своих дел мало. Вот и сегодня с утра декан напомнил о необходимости провести с вверенной группой кураторский час. Боевик криво усмехнулся, представив "восторг" студентов. Несмотря на то, что он уже почти год как официально оставил службу при дворе, император по-прежнему периодически обращался к лучшему боевому магу Ардана с деликатными поручениями. Теперь к прозвищу Императорский Жнец прибавилось еще одно: Кровавый Герцог.

В дверь тихонько, деликатно поскреблись, и губы боевика на миг тронула улыбка.

— Входи, Дана, — разрешил он.

— Я на минутку, — приоткрыв дверь, Лидана скользнула в кабинет: — Не хочу мешать твоей беседе с Айей.

— Как видишь, пока мешать нечему, — пожал плечами Атор. — Госпожа Делавент не торопится меня увидеть.

— Она что-то спрашивала у профессора Дэстрино, — заступилась за бывшую соседку Лидана.

— Похвальное рвение к учебе, — усмехнулся боевик. — Солнышко, ты чего хотела?

— Алехно предложил нам с ребятами после пар встретиться у него в комнате, — призналась Дана, наблюдая за его реакцией. — Просто мы в последнее время встречаемся только на парах, а у меня сегодня занятий с Ридом нет, вот и подумали, почему бы не посидеть, как раньше. Ты не против? Буквально на пару часов.

— То есть, как и в прошлый раз, дружная банда проводит тебя до самой двери ближе к утру, — перевел Атор. — Хорошо. Заодно напомнишь молодому Бретону, что он еще на прошлой неделе должен был выбрать себе тему для курсовой работы и научного руководителя, а Никсу, что он до сих пор не сдал преподавателю по ядоведению три реферата.

— Тяжела доля куратора, — вздохнула герцогиня и тихо пискнула, когда боевик в один миг сгреб ее в обьятья.

— Солнышко, дошутишься, — предупредил он, легонько шлепнув ее чуть ниже талии. — Вызову на внеплановую беседу… с последствиями.

— А как же учебный процесс? — хихикнула Дана, не предпринимая, впрочем, попыток освободиться. Наоборот, провокационно потерлась бедром.

— Процесс непременно будет, — пообещал Атор. — Но не уверен, что учебный.

С удовольствием полюбовался моментально порозовевшими щеками жены. Дана до сих пор мило смущалась, услышав откровенный намек, и боевик не мог отказать себе в удовольствии поддразнивать ее. Легонько коснулся поцелуем нежных губ и с сожалением отпустил свое персональное искушение.

— Вернешься в общежитие — продолжим, — пообещал он. — Не отвертишься.

— Я надеюсь, сегодня мы все-таки разойдемся пораньше, — улыбнулась Дана. — До вечера.

Когда дверь за ней закрылась, Атор вернулся за стол. Задумчиво постукивая по столешнице карандашом, размышлял, о чем поговорить со студентами во время кураторского часа. Спросить, что ли, Микаэля, о чем он со своими беседует?..

— Можно, — разрешил он, услышав очередной стук в дверь и одновременно соглашаясь с собственной идеей. Да, поговорить с Миком можно даже сегодня вечером. А заодно взять у него отчет и переписать, заменив имена и фамилии. Бриан все равно даже не заглянет в эти бумажки.

Айя вошла в его кабинет с гордо поднятой головой, старательно пряча эмоции за показным равнодушием. Вежливо поздоровалась и, повинуясь кивку куратора, опустилась на стул. Молодая наследница рода Делавент хорошо владела собой и ее волнение выдавали, пожалуй, только излишне напряженные плечи и едва заметно подрагивающие ладони, чинно лежащие на коленях. Атор не торопился начинать разговор, молча наблюдая за адепткой. Столь пристальное внимание не вызывало у девушки восторга: она явно чувствовала себя некомфортно, дважды пыталась ответить боевику таким же холодным и непроницаемым взглядом и дважды сдавалась, опуская глаза. Наконец, не выдержав, безукоризненно вежливым тоном поинтересовалась:

— Господин куратор, вы вызвали меня, чтобы помолчать в хорошем обществе? Ценю столь доброе отношение, но через несколько минут начнется пара, и мне хотелось бы на нее попасть.

Боевик усмехнулся в ответ на этот почти неприкрытый выпад. Студентка не скрывала желания избавиться от его "хорошего общества" как можно быстрее.

— Я не задержу вас надолго, Айя, — произнес он. — Полагаю, вы еще не успели ознакомится со свежими газетами. Ваш бывший жених позаботился о том, чтобы новость о расторжении вашей с ним помолвки стала достоянием общественности.

— Успела, — ледяным тоном отрезала маркиза. — Господин Вальтормар, право, мне непонятен ваш интерес. Два дня назад вы убеждали, что это моя личная проблема и решать ее — мне. Что изменилось?

— К своему прискорбию, в силу обязанностей куратора группы вынужден интересоваться делами студентов куда больше, чем желаю, — усмехнулся Атор. — Лично меня ваша судьба беспокоит мало, да и совет я вам уже дал.

— Тогда к чему этот разговор? — Айя вопросительно подняла тонкие брови. — Я вас услышала еще два дня назад, господин Вальтормар, и вняла вашей рекомендации. Нет необходимости повторяться.

С наслаждением отметила, как боевик недовольно прищурился в ответ на "господина Вальтормара". Она знала, что Императорскому Жнецу не нравится такая форма обращения, но не отказывала себе в удовольствии хоть так отомстить ему за пренебрежительный тон.

— Сегодня я вызвал вас по другому поводу, — сообщил Атор. — Айя, вы хотите отчислиться с ФБМ?

— Что? — моментально растеряв всю браваду и напускную уверенность, маркиза растерянно прикусила губу. Непонимающе моргнула, покачала головой и заявила: — Не хочу. А почему вы спрашиваете?

— Ваш отец прислал на имя декана Лорио письмо, в котором требует немедленно предоставить вам академический отпуск на полгода, а если это невозможно, отчислить, — пояснил боевик. — Пытается таким образом обеспечить вашу безопасность. Академический отпуск вам не полагается, расторжение помолвки не является уважительной причиной. А вот по поводу отчисления можно поговорить.

"Не дождетесь" — подумала Айя, глядя в бесстрастное лицо куратора. Оставлять учебу она не хотела, слишком много планов уже было связано с перспективами, которые открывались после получения диплома. Маркиза понимала, что отец позаботился о ней единственным доступным ему сейчас способом: прочел газету и поспешил забрать дочь из опасного места. Но резкий отказ продолжать разговор на тему отчисления так и не сорвался с губ. Айя лихорадочно размышляла. Она совершеннолетняя, следовательно, родители не имеют права решать за нее, прекращать ли учебу. Но отец может быть недоволен, если она посмеет открыто пойти против его воли. И проблему с домогательствами Сайфера отчисление могло бы решить, но… А вдруг отец решит отправить ее в пансион? Или попытается подложить ее под императора раньше, чем на Зимнем балу? Вопросов и нюансов было слишком много, а знаний не хватало. Принять решение было несложно, сложно было просчитать последствия.

— Господин куратор, боюсь, мне снова нужен ваш совет, — тихо, но отчетливо проговорила она, опуская глаза. — До того, как мы вернемся к беседе, могу ли я поговорить с вами, как со старшим… другом? Неофициально. У меня недостаточно опыта, чтобы сходу сделать правильный выбор.

— Как со старшим другом? — иронично переспросил боевик. — Смелое заявление.

Айя промолчала. В том, что конкретно это решение правильное, она уверена не была. У Атора Вальтормара были причины относиться к ней не лучшим образом, но маркиза надеялась, что он не позволит личному отношению возобладать над профессиональным. Хотя она, пожалуй, погорячилась с формулировкой "друг". Стоило ограничиться безликим: "Поговорить, как со старшим", пусть бы сам додумал, кем именно. И просить его о помощи было демонски сложно.

— Хорошо, — неожиданно заявил Атор. — Я тебя слушаю.

В первую секунду Айя, уже почти смирившаяся с тем, что идея была глупой, а боевик сейчас выставит ее за дверь, не поверила своим ушам. Изумленно посмотрела на собеседника, наткнулась на холодный взгляд янтарных глаз и опустила голову.

— Господин куратор, — проговорила она, решив быть откровенной, насколько получится, — я не знаю, что мне делать. И с чего начать разговор — тоже.

— Начни с того, чтобы прекратить обращаться ко мне "господин куратор" и "господин Вальтормар", — подсказал боевик. — Бесит. Просто Атор, раз уж у нас неофициальная беседа.

— А потом можно будет вернуться к принятым уважительным формам? — уточнила маркиза.

— Айя, я непонятно выразился? — осведомился Атор. — В подобных проявлениях уважения я не нуждаюсь.

Тон мага не изменился, но Айе моментально расхотелось развивать эту тему. Рядом с Императорским Жнецом ей и без того было неуютно. Слишком давило ощущение чужой силы, слишком пронзительным и холодным был взгляд боевика. Хаосит, стихийник, умело обращающийся с магией света и тьмы, сильнейший боевой маг империи. Чем она только думала, решив попросить у него совета? Не иначе, Пересмешник за язык дернул. Но теперь отступать было поздно.

— Так что мне делать, Атор? — повторила она вопрос. — Я не хочу отчисляться, но у этого варианта есть свои преимущества.

— Какие? — вполне ожидаемо поинтересовался боевик.

— Исчезнет угроза… — Айя на миг запнулась, подбирая более мягкое определение, — принуждения к слишком близкому знакомству. И отец будет доволен, что я не оспариваю его приказ. — Она вновь замялась, решая, пояснять ли дальше, но все же продолжила: — У него есть определенные планы на мою дальнейшую судьбу. Мое самоуправство может их нарушить. И в этом случае отец непременно найдет способ выразить свое недовольство.

— Лишив материальной поддержки? — лениво уточнил Атор.

— Это он сделает наверняка, — со вздохом согласилась маркиза. — Полагаю, он придумает что-нибудь еще, чтобы заставить меня пересмотреть решение, не совпадающее с его планами.

Умолкла, ожидая, что боевик как-то прокомментирует услышанное, но он не произнес ни слова. Под холодным, непроницаемым взглядом янтарных глаз Айе захотелось поежиться. Совершенно некстати промелькнула мысль, что Императорскому Жнецу нет нужды кого-то допрашивать, уж слишком гнетущим и тяжелым было его молчание.

— Я хочу остаться на ФБМ, — призналась она. — У меня есть идеи, для реализации которых потребуются знания, а в том, что отец поддержит меня в этом, не уверена. Он, — Айя сделала паузу, аккуратно подбирая слово, — сложный человек. Я уже нашла телохранителя, который должен обеспечить мне безопасность и здесь, и за пределами Академии. Не знаю, на какую еще подлость способен Элистер, поэтому защита не помешает.

Она снова замолчала, чувствуя себя донельзя глупо. Атор слушал ее внимательно, в его взгляде не было ни насмешки, ни издевки, но при этом у Айи в самом прямом смысле слова заплетался язык и все мысли разбегались, словно ночные твари от Пресветлого.

— И чего ты хочешь от меня? — спросил боевик. — Руководства к действию?

— Нет, — Айя протестующе замотала головой, и тут же сникла. — Не знаю. Я не уверена, что отец окажется против того, чтобы я продолжала обучение. Просто предположила это, зная о некоторых его планах.

— Боишься, — кивнул Атор.

— Боюсь, — тихо призналась маркиза, опустив голову. — Но вас многие боятся.

— Не меня, — усмехнулся боевик. — Выбора. И ответственности за него.

— Вы неправы, — возмутилась Айя. — Я умею принимать решения. Но у меня слишком мало информации.

— Неужели? — с нескрываемым скептицизмом осведомился собеседник.

Маркиза молчала, рассматривая пол под ногами так внимательно, словно там вот-вот должен был появиться ответ. Наконец, тяжело вздохнув, глухо повторила:

— Я действительно не знаю, как поступить. Если вы считаете, что расписаться в собственном бессилии легко, я вам завидую.

Попытка манипулирования была неплохой, но Атор не стал об этом говорить. В первую очередь потому, что с каждой секундой убеждался: Айя не отдает себе отчета в том, что происходит. Слишком глубоко в ней укоренилась привычка пытаться повлиять на других. Сейчас маркиза не хотела выбирать: остаться послушной дочерью или прислушаться к собственным желаниям. Настолько не хотела, что даже обратилась к нему, надеясь на четкий и однозначный вердикт, и теперь неосознанно пыталась добиться желаемого ответа.

— У каждого решения есть последствия, — сухо произнес боевик. — Если ты ищешь легкий путь, то забирай документы. Достопочтенный маркиз Делавент наверняка устроит твою судьбу наилучшим образом.

— Я не хочу быть вещью, которой распоряжаются, как угодно, — Айя гордо вскинула голову.

— Поздравляю, — бесстрастно отозвался Атор. — А кем хочешь?

— Артефактором в сфере, связанной с финансами, — не задумываясь, ответила маркиза.

— Допустим, — кивнул боевик. — Хотя я спрашивал не об этом. Хорошо, пусть так. Ты готова ради этого пойти против воли отца?

Айя ненадолго задумалась, в очередной раз пытаясь просчитать возможные последствия этого решения. но перспективы оставались все такими же туманными Слишком много "а если…" было в исходных условиях.

— Допустим, — осторожно ответила она, поднимая взгляд на собеседника.

— В таком случае, исходи из самого худшего варианта. — Атор откинулся на спинку кресла, расслабленно постукивая пальцами по столу. — Ты уверена в своем телохранителе?

— В каком смысле? — Айя нахмурилась.

— Что он сделает, узнав о том, что твоя помолвка с Элистером Бакроном расторгнута? — дополнил вопрос боевик. — Повысит цену за свои услуги, попытается воспользоваться твоей уязвимостью сам?

— Он в курсе, — призналась маркиза. — И пока что не высказывал намерения пересмотреть размер оплаты в свою пользу. Не думаю, что это объявление что-то изменит в наших с ним договоренностях. Более того, он сам настаивал на том, чтобы я наняла его.

— Сайфер? — уточнил Атор, почти не сомневаясь в утвердительном ответе.

— Сайфер, — не стала скрывать Айя. Подумав, продолжила: — Кроме того, я договорилась с одним из молодых аристократов о заключении фиктивной помолвки, но теперь подумываю отказаться от этой идеи.

— Напрасно, — проронил собеседник, не сводя с нее пристального взгляда. — Если отец урежет тебе содержание, могут возникнуть проблемы с оплатой услуг телохранителя. Кроме того, помолвка защитит надежней, чем любой охранник. Подумай об этом.

— Думала, — протянула Айя. — Но есть проблема: барон Бретон наотрез отказался назвать цену своей помощи. А я не верю, что в наше время кто-то готов помогать бескорыстно. И не хочу оставаться в долгу.

— Барон Бретон как раз из тех, кто страдает излишним благородством, — усмехнулся Атор. — Можешь не искать подвоха в его словах. Алехно помогает потому, что может это сделать, а не потому, что надеется сорвать куш. Счет он тебе не выставит.

Айя задумчиво кивнула. Вот теперь будущее виделось более определенным.

— Верно понимаю, что вы советуете мне продолжить обучение? — уточнила она.

— Нет, — холодно отрезал боевик. — Думай сама. Либо ты выбираешь легкий путь и смиряешься с тем, что выбирают за тебя, либо взрослеешь и учишься жить с последствиями собственных решений.

— Считаете, что у меня не хватит на это духу? — маркиза зло прищурила глаза.

— Айя, это не провокация, — негромко произнес Атор без тени улыбки. — Есть люди, которым удобнее быть ведомыми. Не стоит бросаться на копья из чувства противоречия. — Он достал из ящика стола чистый лист, написал на нем несколько коротких предложений, размашисто расписался, сложил записку вдвое и щелчком отправил ее на ближайший к маркизе край стола: — Передашь преподавателю на следующей паре. Подумай о том, чего ты хочешь и хватит ли у тебя смелости и сил идти до конца. Завтра перед первой парой зайдешь ко мне и скажешь, что решила.

— Благодарю, что уделили мне время, господин Атор, — звенящим от едва скрываемой ярости голосом произнесла Айя, вставая.

— Не стоит благодарности, — боевик позволил легкой улыбке тронуть уголки губ. — Но дружеские беседы не должны идти в ущерб учебе.

Шпилька достигла цели. Маркиза вздрогнула и побледнела. Но тут же взяла себя в руки и холодно процедила:

— Вы абсолютно правы. До завтра.

Неестественно ровно держа спину, она вышла из кабинета и даже сдержала порыв хлопнуть дверью сильней, чем следовало. Атор усмехнулся. Характер у девчонки был. И потенциал тоже. А вот с непомерно раздутым самомнением и болезненной гордостью ей стоило бы поработать.

До конца пары было еще минут десять, но Айя не торопилась в аудиторию, справедливо полагая, что вряд ли сумеет внимательно слушать преподавателя. Кипящая внутри злость требовала выхода. Да как господин Атор посмел предположить, что она может быть ведомой? Делавенты всегда, всегда были впереди. Это за ними следовали, а не наоборот.

— Ничего, я им всем еще покажу, — прошипела маркиза сквозь зубы, не слишком задумываясь, кто конкретно подразумевается под этими самыми "всеми". — Они еще узнают.

Бродить по коридорам учебного корпуса, рискуя встретиться с преподавателями, Айя не хотела, потому свернула к выходу на запасную лестницу. Именно там предпочитали отсиживаться прогульщики. Открывшаяся дверь вызвала легкий переполох этажом выше. Из-за перил осторожно выглянули две девчонки, скорее всего, первокурсницы, убедились, что бояться некого, и спрятались обратно. Маркиза недовольно поморщилась и направилась вниз. Спустившись на один пролет, остановилась, прислонилась к стене и закрыла глаза. Разговор с куратором группы нельзя было назвать бесполезным, но то, с каким равнодушным безразличием он отказался дать ей внятный совет, да еще и усомнился в способности ее, Айи Делавент, самостоятельно принимать решения, бесило до зубовного скрежета. Подумаешь, великий и ужасный боевой маг. Сложно было сказать, что ли, да, Айя, рекомендую вам остаться, вы достойны большего, чем быть вещью в чужих руках? "Думай сама". Так она и не просила решать за нее. Маркиза глубоко вздохнула, пытаясь сосредоточиться и успокоиться. Машинально прислушалась к обрывкам негромкого разговора, доносившегося сверху.

— …в золотой рамочке, Лина… так и написано… — делилась с подружкой порциями свежих сплетен одна из первокурсниц. — Да, граф Бакрон… говорят, Делавент эта на втором курсе… что теперь будет.

Едва утихшая ярость взвилась в душе черным пламенем. Уже обсуждают, уже смакуют. Да как они смеют вообще полоскать ее имя своими грязными языками? Айя даже сделала несколько шагов наверх, намереваясь отчитать двух мерзавок, но вовремя опомнилась. Еще не хватало, чтобы на скандал сбежалось полфакультета. Еще и Сайфера где-то Пересмешник носит. Хорош телохранитель, ничего не скажешь. Между прочим, к ней уже мог кто-нибудь пристать.

В корпусе стало шумно, послышался веселый смех, гомон. Пара закончилась. Оставаться здесь смысла больше не было. Маркиза спустилась еще на один пролет и вышла в заполненный адептами коридор. Нужная аудитория находилась как раз на этом этаже, только в другом крыле. Как и стоило ожидать, с утренними газетами успели ознакомиться многие. И рассказали тем, кто не успел. Айя шла с гордо поднятой головой, чувствуя на себе чужие взгляды: любопытно-равнодушные, злорадные, торжествующие.

— Эй, красавица, ты действительно свободна? — Рыжеволосый старшекурсник откололся от своей компании, заступил ей дорогу и широко улыбнулся. — Есть тема, чтоб перетереть.

Айя даже рта не успела открыть, как один из друзей рыжего дернул его за рукав и что-то шепнул. На лице парня мелькнули растерянность и сожаление.

— Отменяется, — он развел руками и шустро отступил. — Не в курсах был.

Маркиза кивнула с поистине императорским достоинством и проследовала дальше. Задуматься о том, почему старшекурсник так резко передумал продолжать диалог, можно было и позже. Тем более, она высмотрела Сайфера. Этот, с позволения сказать, телохранитель, как ни в чем ни бывало, стоял у окна и трепался со знакомыми, приобнимая за плечи какую-то остроносую девчонку. Словно почувствовав ее взгляд, Мирт обернулся. Встретившись с ним глазами, Айя повелительно качнула головой, молча приказывая следовать за ней.

Зеленоглазый гаденыш несколько секунд смотрел на нее, а после безразлично отвернулся, возвращаясь к беседе. И руку с плеч своей мымрочки так и не убрал. Маркиза задохнулась от возмущения. Каков наглец. Мелькнула мысль подойти и призвать обнаглевшего телохранителя к порядку, но Айя сдержалась. Ничего, вечером явится сам. И тогда она подумает, стоит ли уделить ему внимание.

По пути к аудитории больше никто маркизу не потревожил. Преподаватель меланхолично листал собственный учебный план, время от времени делая на полях ежедневника какие-то пометки. Кивнул, принимая записку от Вальтормара, даже не потрудившись развернуть, запихнул ее под скрепку на последней странице журнала и проскрипел:

— Можете присаживаться. Возьмите потом конспект у кого-нибудь из однокурсников, того, о чем я рассказывал, в учебниках нет.

В аудитории было от силы человек десять со всего курса, остальные адепты, воспользовавшись длинным перерывом, разбрелись кто куда. Алехно и его компании среди оставшихся не было. Айя бросила сумку с конспектами на ближайшее свободное место и подошла к окну. Глядя куда-то вдаль невидящим взглядом, она размышляла, как лучше поговорить с молодым Бретоном и все-таки выяснить, чего он хочет за свою помощь. После недавней неудачной попытки общения с Сайфером маркиза опасалась прямо сообщить Бретону о желании побеседовать с ним. Но вернувшийся к концу перерыва Алехно подошел сам. Деликатно постучал пальцами по подоконнику, привлекая к себе внимание.

— Бесконечно рада вас видеть, барон, — не кривя душой, призналась Айя, повернувшись к нему. — Как раз о вас и думала.

— Польщен, — Алехно вежливо склонил голову. — Я в вашем распоряжении, прекрасная маркиза.

— Давайте без титулов, — предложила девушка. Вспомнив фразу Иллианы, добавила: — На ФБМ все равны, а нам с вами тем более не зазорно обращаться друг к другу без лишнего официоза.

Вот только у баронессы Торин это звучало легко и непринужденно, а у Айи вышло так пафосно, что она сама едва не поморщилась. Но Алехно великодушно сделал вид, будто ничего не заметил, и с открытой улыбкой произнес:

— Желание дамы — закон.

— Наша договоренность насчет лунницы в силе? — тихо спросила Айя. После утвердительного кивка продолжила: — Алехно, я ценю твое благородство, но не могу принять помощь просто так. Дело не в тебе, а во мне. Я и без того буду чувствовать себя обязанной.

— Если ты на этом настаиваешь, я подумаю, — серьезно кивнул парень. — Обсудим позже. Как ты смотришь на то, чтобы присоединиться к нашей компании?

— Боюсь, твои друзья будут не слишком рады, — покачала головой Айя. — Мне не хотелось бы доставлять тебе лишние хлопоты.

— Брось, — махнул рукой Алехно. — Ты никому не помешаешь. Тем более, с Даной вы и так в нормальных отношениях.

Маркиза понимала, почему он это предложил. Бретон помнил о своем предложении лично обеспечить ей защиту до помолвки и не собирался отступать от данного слова.

— Я подумала, что с моей стороны будет слишком нахальным перекладывать на тебя решение всех моих проблем, поэтому наняла телохранителя, — призналась она. — Он должен обеспечить мою безопасность в Академии и за ее пределами.

— И что? — удивился Алехно. — Не вижу причин для отказа.

Спорить дальше Айя не стала, мысленно приготовившись к тому, что ее будут игнорировать. Но, вопреки ожиданиям, этого не произошло. Ее приняли в компанию, как добрую знакомую, на время отлучившуюся, а сейчас снова вернувшуюся. Лидана предложила дать после пары конспект с пропущенной лекцией, Террен тут же заявил, что у него почерк лучше, а записи — подробнее. Не ожидавшая такого внимания к себе Айя смутилась, сбивчиво поблагодарила и уткнулась в протянутую Терреном тетрадь.

— А булки в столовой тю-тю уже, — огорченно доложил вернувшийся Феб, плюхаясь на скамью. — Все размели, только запах и остался. Даже тут чувствуется.

— Обидно, — посетовал Террен. — Придется грызть гранит науки без лишних перекусов.

— Я тоже в столовой была, — торопливо вмешалась Айя, извлекая из сумки пакет. — Угощайтесь.

На несколько секунд повисло неловкое молчание, а после Феб возликовал:

— Живем. А я всегда говорил, что в столовую надо благородных отправлять, вы с пустыми руками не возвращаетесь. Можно, я две возьму?

— Да хоть все, — щедро позволила маркиза.

— Проглот, — усмехнулся Алехно. — Феб, куда в тебя столько лезет?

— Не завидуй, — отмахнулся друг, вгрызаясь в булку. — У меня самый молодой и растущий организм.

— Что-то не вижу я, куда он растет, — хмыкнул помалкивавший до этого Ниэль. — Точно не ввысь и не вширь.

— Может, Феб и признался бы, да при дамах такое не обсуждают, — пробасил Маттис, вызвав дружный хохот и получив от Феба тычок под ребра.

Наблюдая за этим общением, Айя чувствовала себя самозванкой. Вот еще минута, и окажется, что это дружелюбие — лишь злая шутка. С чего бы тем, кто еще вчера не интересовался ее присутствием, менять свое отношение? Неосознанно она попыталась отодвинуться от веселящихся Фабиана и Маттиса, позабыв, что с другой стороны сидит Алехно, и вздрогнула, когда он на миг накрыл ее руку своей ладонью и тихо шепнул:

— Не волнуйся.

— Делавент, и как это понимать? — неожиданно раздался возмущенный голос.

Альма Сайфер стояла, уперев руки в бока, и испепеляла Айю злым взглядом.

— Алька, ты чего злая, как камышовый кот? — миролюбиво поинтересовался Террен, сидевший к ней ближе всего. — Того и гляди, шипеть начнешь.

— Ты действительно наняла моего брата? — отмахнувшись от парня, как от надоедливой мухи, спросила Альма, все так же недовольно глядя на Айю.

— Допустим, — величественно кивнула маркиза. — Но не вижу причин, по которым это касается тебя.

— Да как у тебя совести хватило? — возмутилась однокурсница. — Разбирайся со своими проблемами сама, а нас не вмешивай.

— Альма, осторожней со словами, — мягко предупредил Алехно.

— Да нет, пусть говорит, — усмехнулась Айя, чувствуя не только собственную правоту, но и поддержку сидящих рядом ребят. — Мне любопытно узнать, с каких это пор нельзя заключить контракт с любым из старшекурсников нашего ФБМ.

— Других кандидатур не нашлось? — кисло спросила Альма.

— Твой брат сам предложил нанять его, — с удовольствием сообщила маркиза. — Я сочла, что он в качестве телохранителя меня вполне устроит. Повторюсь: все еще не вижу причин, по которым это касается тебя.

— Я поговорю с ним, — резко бросила Альма, разворачиваясь.

Айя промолчала. Лишь улыбнулась еще шире, представив реакцию Мирта на требования немедленно расторгнуть договоренности, потому что, видите ли, кто-то против. Она даже не сомневалась, что Снежный не будет сдерживаться и поставит зарвавшуюся сестрицу на место. Настроение после этой небольшой стычки значительно улучшилось.

Альма вылетела из аудитории, едва раздался звонок, извещающий об окончании лекции. Не иначе, побежала искать брата и высказывать ему свое негодование. Айя заметила, как Лидана, проводив подругу взглядом, тихо вздохнула и покачала головой, но останавливать ее не стала.

— Если трясешь елку, готовься получить шишкой в лоб, — хмыкнул Феб, тоже наблюдавший за Альмой. — Айя, а Снежный действительно сам вызвался наняться? Не похоже на него.

— Сам, — кивнула маркиза. — Полагаю, задело мое нежелание рассматривать его кандидатуру.

— Бывает, — согласился Феб. — А что, я бы тоже на его месте обиделся, скинь меня кто со счетов.

— Уязвленное самолюбие заставляет совершать странные поступки, — улыбнулся Алехно, прислушивавшийся к разговору. — А осознание приходит после, когда уже поздно.

— Потому что нельзя позволять эмоциям брать верх над разумом, — Айя наставительно подняла указательный палец.

— Согласен, — одобрил этот тезис барон. — Но увы, лично я еще не постиг это искусство в той мере, в какой следовало бы, и периодически поддаюсь эмоциям, а не разуму.

— И слава Пресветлому, — Террен шутливо ткнул друга кулаком в плечо. — Второго Квабарюна я бы не выдержал. Вот уж кто сумел освободиться от эмоций.

— Предлагаешь равняться на господина Авея? — расхохотался Алехно и пробормотал, подражая бесцветному и тихому голосу преподавателя: — Для этого, друг мой Террен, необходимо прожить минимум, столько же, сколько он. И не спать.

Альма немного опоздала на последнюю пару. Извинившись перед лектором, протиснулась к свободному месту, недовольная и раскрасневшаяся. И вновь, торопливо собрав вещи, убежала сразу после звонка.

— Пойдешь с нами в столовую? — спросил Алехно у Айи.

— Нет, у меня еще есть дела, — покачала та головой, не став вдаваться в подробности.

— Как хочешь, — пожал плечами барон. — Тогда до завтра.

На кафедре у Сигурда Дэстрино Айя пробыла до самого вечера. Профессор даже угостил ее чаем с конфетами и домашним пирогом с вареньем. Озвучивать ему свои идеи маркиза не стала, но этого и не требовалось. Теория налогообложения была не самым популярным предметом, адепты, пользуясь лояльностью преподавателя, предпочитали поспать лишний час, нежели явиться на лекцию, и сейчас, видя искренний интерес Айи, господин Дэстрино более чем охотно отвечал на вопросы, в том числе, и на те, что касались экономики в целом. Сумерки за окном окончательно сгустились, когда маркиза наконец-то вышла в коридор, усталая, но довольная разговором. С профессором она договорилась еще об одной встрече, а сейчас обдумывала полученную информацию. Идея понемногу обретала все более четкие очертания. Айя прикусила губу, размышляя, где найти артефактора, который согласился бы поговорить с ней так же открыто, как Сигурд Дэстрино.

В учебном корпусе царила тишина. Залитые ярким светом коридоры были пусты. Помимо воли, Айя замедлилась, ступая аккуратней. Слишком гулко звучали шаги. Спустилась по лестнице, вышла на улицу. Дождь, моросивший целый день, наконец-то прекратился. Скинув капюшон, маркиза с удовольствием вдохнула холодный осенний воздух, наполненный терпким ароматом опавших листьев и сырой земли. Вдалеке, в окнах общежитий, горел свет, теплый и мягкий. Айя представила, как хорошо сейчас будет вернуться в комнату, задернуть шторы, заварить себе чашечку чая и завернуться в теплый плед. "А потом явится Сайфер и потребует свои поцелуи, — мрачно подумала она. — И наверняка опять наговорит всяких мерзостей. Снежный поганец"

При одной мысли о Мирте, так возмутительно пренебрегшим ею днем, в душе всколыхнулась ярость. И сейчас где-то шатается, вместо того, чтобы следить за ее безопасностью, как полагается хорошему телохранителю. Подумаешь, предупредил некоторых адептов о том, что она, Айя, находится под его защитой, это не повод считать свои обязанности выполненными. И обнимать всяких остроносых девок тоже. Подумав, чем конкретно сейчас может быть занят Снежный Сайфер, маркиза зло пнула валявшийся посреди дороги камешек. Вот уж нет. Сейчас она в общежитие не пойдет. Самое время прогуляться, да хотя бы по парку, обдумать все, что рассказал профессор Дэстрино. А заодно еще раз взвесить все возможные последствия решения остаться на факультете, вопреки приказу отца. Отчисляться Айя не желала.

По усыпанным мокрыми листьями дорожкам она бродила долго. Капюшон все же пришлось накинуть: с деревьев то и дело срывались холодные тяжелые капли. Из низин выползал туман, колыхался плотным маревом, недовольно шарахаясь от тусклых фонарей, но не оставляя попыток поглотить и их. И почему-то все время казалось, что кто-то идет следом, но сколько маркиза не оборачивалась, дорожка была пустой. Да и чужих шагов слышно не было. Вздохнув, Айя в очередной раз остановилась и развернулась. Пора было возвращаться. Не хватало еще заплутать в тумане в нескольких сотнях метров от общежития. Сделала несколько шагов, и почти тут же из тени деревьев под ближайший фонарь шагнула плечистая фигура. Маркиза вздрогнула от неожиданности, но тут же успокоилась, узнав неожиданного спутника. Выходит, ей не казалось, что кто-то крадется следом.

— Что, Сайфер, так переживаешь, как бы не остаться без оплаты, что даже выследил меня в парке? — хмыкнула она, поравнявшись с парнем.

— Выполняю свои обязанности, — ровно ответил тот.

— Да неужели? — с нескрываемым сомнением осведомилась Айя. — А днем ты ими откровенно пренебрегал.

— Разве? Я всего лишь выполнял твое пожелание, — усмехнулся Мирт. — Ты же хотела, чтоб я охранял тебя и при этом не бесил своим присутствием.

— Какой ты послушный, — восхитилась маркиза. — Идеальный телохранитель, выполняющий все пожелания заказчика.

— Детка, давай конкретно, — поморщился Сайфер. — Ты чем недовольна? Кто-то посмел обидеть?

— Снежный, какого демона ты сделал вид, что впервые меня видишь? — прямо спросила Айя. — И какого демона я должна выслушивать блажь твоей сестры о том, что я, видите ли, тебя вмешиваю в свои проблемы?

— С Альмой я разберусь, — пообещал Мирт.

От его тона маркизе захотелось поежиться. Кажется, выскочку Альму ждали серьезные неприятности. И Айя ни капли ей не сочувствовала. Та заслужила. Впрочем, она тут же выкинула мысли про однокурсницу из головы. Мирт проигнорировал один из вопросов, а это Айю не устраивало.

— Сайфер, ты не ответил, — повторила она. — Какого демона ты ко мне не подошел? Я могу расценить это как пренебрежение обязанностями телохранителя. Со всеми последствиями.

— Детка, мы не договаривались, что я обязан бежать к тебе по первому зову, — в тон ей отозвался парень. — И не советую угрожать мне.

— Я не угрожаю, а предупреждаю, — хмыкнула Айя. — Еще один такой поступок, и можешь обращаться за оплатой к той девке, которую тискал.

— Ревность? — весело усмехнулся Мирт. — Договорились, завтра на всех перерывах тискаю тебя. Надо быть ближе к телу, которое охраняю. К примеру, вот так.

Шагнул к маркизе и обнял ее за талию, притягивая к себе. Уверенно, дерзко, так, словно имел на это полное право.

— Снежный, ты совсем с катушек слетел? — возмутилась Айя, вывернувшись из его рук и отскочив в сторону. — Какая еще ревность? Обыкновенная логика: игнорируешь нанимателя — получаешь штраф. И даже не вздумай ко мне приставать.

— Логика, значит? — негромко повторил Сайфер. Его улыбка из веселой стала предвкушающей. — Что ж, моя прекрасная леди-блондинка, в таком случае, вынужден напомнить, что мы не оговаривали, кто и куда должен целовать. Догадываешься, к чему может привести эта логика?

Он демонстративно заложил большие пальцы за ремень брюк. Айя задохнулась от ярости. Каков наглец. Набрала в грудь побольше воздуха для гневной отповеди и, поймав насмешливо-понимающий взгляд Мирта, промолчала. Стиснула кулаки, пытаясь унять дрожь. От невысказанной злости трясло, словно в лихорадке. И хуже всего было то, что снежный гаденыш был в своем праве. Она действительно не учла этот момент.

— Бесишь, — прошипела она, резко отворачиваясь.

И, не говоря больше ни слова, быстро зашагала по дорожке. Мирт, тихо рассмеявшись, догнал ее и пошел рядом, подстраиваясь под шаг маркизы.

— Сгинь, — бросила она, ускоряясь.

— Как надолго? — слишком заинтересованно осведомился Сайфер. — А то потом выяснится, что я опять неправильно тебя понял. Определись, чего хочешь, моя прелесть.

— Чтоб ты катился к Пересмешнику с его тварями, — неласково буркнула Айя, останавливаясь и поворачиваясь к откровенно развлекающемуся собеседнику. — Очень хочу.

— И все? — с улыбкой поинтересовался Мирт и неожиданно протянул ей руку ладонью вверх.

Айя напряглась, ожидая подвоха, в любой момент готовая снова отскочить в сторону. Что еще задумал этот зеленоглазый мерзавец? Но Сайфер стоял неподвижно и ждал. Маркиза с нескрываемым сомнением несколько секунд изучала его руку взглядом, а после решила считать этот жест предложением перемирия и уверенно вложила свою ладонь в его, горячую и большую.

— Иди ко мне, — прошептал Мирт, притягивая ее к себе и отступая с освещенной дорожки в тень.

Расстегнул куртку, позволяя спрятать озябшие руки на груди, чувствуя, как напряжено девичье тело в его объятьях. Айя не доверяла ему. Сделала шаг навстречу, но до сих пор ожидала подвоха. Похоже, она всерьез восприняла угрозу, и обреченное понимание, проскользнувшее в ее глазах, почему-то взбесило Мирта. Последнее, чего он желал, — это сломать и унизить аристократичную гордячку. Приручать ее было намного интересней. И провоцировать, наблюдая, как маркиза борется с нежеланием признавать очевидное притяжение к нему, тоже.

Легонько коснулся губами светлых волос на виске. Почувствовав это прикосновение, Айя подняла голову, закрыла глаза, молчаливо позволяя продолжать. И прильнула к нему, обнимая за плечи. Мягкость высокой груди ощущалась даже через несколько слоев толстой ткани. Вспомнив, как маркиза дразнила его, погружая между белоснежными полушариями рукоять плети, Мирт стиснул зубы от болезненного возбуждения. И не удержался, провел ладонью по груди Айи поверх плаща, одновременно накрыв ее губы своими. Ласково и нежно, хоть хотелось совсем иначе — яростно, до сносящей крышу страсти, до стонов. Останавливало лишь понимание того, что в этом случае он может не ограничиться поцелуями. А девушка в его объятьях и без того была слишком желанной. Не в последнюю очередь от того, что не спешила сдаться.

ГЛАВА 6

До самого общежития шли молча. О чем думал Мирт, Айя даже знать не желала, радуясь, что он не пытается язвить и доводить ее до состояния, близкого к бешенству. Сама она вновь вернулась к размышлениям о том, как быть, если отец прямо в ближайшие дни попытается закрыть ей доступ к финансам, разъярившись, что дочь пошла против его воли. Вариант с отчислением маркиза больше не рассматривала. Слишком много минусов было с ним связано. И быть только "дочерью Делавента" Айя не хотела. Равно как и быть ведомой, позволяя решать за себя всем, кто пожелает. Но когда Мирт зашел в общежитие следом за ней, удивилась и на несколько секунд даже слегка растерялась. "Мы же на сегодня в расчете", — промелькнуло в голове. Не понимая, какого демона в этом случае Сайферу еще нужно, маркиза начала злиться.

— Снежный, я счастлива, что ты так трепетно относишься к своим обязанностям этим вечером, но я бы прекрасно дошла и сама, — хмуро заявила она, останавливаясь у лестницы. — Можешь не провожать.

— Не сомневаюсь в твоей самостоятельности, — бросил Мирт в ответ, — но кое-кто заслужил воспитательную беседу.

— А ты не слишком много на себя берешь? — зло прищурилась Айя.

Именно сейчас она не чувствовала за собой абсолютно никакой вины и выслушивать необоснованные претензии совершенно не желала. Нет, зеленоглазый мерзавец совершенно однозначно напрашивался на грубость.

Мирт удивленно нахмурился, не понимая, чем вызвана такая реакция, но почти тут же расслабленно усмехнулся и покачал головой:

— Детка, сбавь обороты. Мозги промывать я буду не тебе, а Альке. Потерпи уж мою компанию еще несколько минут, пока дойдем до вашего этажа.

Айя пристыженно умолкла. В самом деле, с чего она взяла, что речь идет о ней? Сайфер же сказал, что разберется с сестрой. Поднимаясь вслед за ним, маркиза тихонько вздохнула. Заварить, что ли, на ночь успокаивающих травок? Нервы совсем расшатались. Точнее, им успешно помог расшататься один наглый старшекурсник, идущий сейчас впереди. Каждый разговор с Сайфером выматывал до предела. Самым неприятным в этой ситуации было то, что Айя прекрасно понимала: инициатором многих стычек выступала она сама. Мирт, при всем его нахальстве и полном отсутствии пиетета перед титулами, свои обязанности телохранителя исполнял. И чаще всего именно он нивелировал разгорающийся конфликт, пусть до этого и вносил лепту в его развитие. Чувствовать себя капризной истеричкой, готовой взвиться от самой безобидной фразы, маркизе не нравилось. Только вот по какой-то неведомой причине проклятый Сайфер действовал на нее, словно красная тряпка на быка. Вот и сейчас — хотела же рассказать ему и про разговор с Атором, и про решение, которое приняла. Как телохранитель, Мирт имел право знать об этом. А вместо этого, едва увидев, окрысилась на него, пусть даже и заслуженно… Ситуацию срочно требовалось исправлять.

— Сайфер, — решилась она, когда они поднялись на этаж, — зайди ко мне потом на несколько минут. Хочу кое-что с тобой обсудить.

— Хорошо, — спокойно кивнул Мирт.

— И еще, — Айя слегка запнулась, но договорила: — Будь помягче с сестрой. Я на нее не в обиде. На эмоциях все могут наговорить лишнего.

— Пусть учится держать язык за зубами, — пожал плечами парень. — И не совать нос в чужие дела тоже. — Заметив, что собеседница собирается сказать что-то еще, добавил: — Айя, дело не в том, что Алька пришла с глупыми претензиями к тебе, а в том, что она в принципе решила, что вправе их высказать. И получит она именно за это.

— Об этом я не подумала, — задумчиво признала маркиза.

— Я понял, — усмехнулся Мирт. — Бывает.

Дождался, пока Айя войдет в свою комнату, закроет дверь, и лишь после этого направился к комнате сестры. Просьба маркизы быть с Альмой помягче его удивила. Айя не скрывала своей неприязни к однокурснице, да и Альма не раз жаловалась на высокомерную и заносчивую гордячку Делавент, постоянно оказывающуюся сильнее на боевке. На деле же Айя оказалась не такой уж мерзавкой. Умела признавать ошибки и делать из них правильные выводы. При всей нелюбви к Альме Айя все-таки сочла вероятное наказание для нее несоизмеримым с тяжестью проступка и сказала об этом. Пожалуй, у маркизы был шанс заслужить его уважение.

Оставшись в одиночестве, Айя вздохнула свободнее. Бросила на спинку стула плащ и опустилась на кровать, обхватив голову ладонями. Пресветлый, что ж все так сложно-то? Отрешиться от проблем и взглянуть на них без эмоций почему-то не получалось. Вся размеренная, упорядоченная, понятная и привычная жизнь с развеселым гиканьем летела к Пересмешнику, а ей оставалось лишь беспомощно наблюдать за этим. И каждый при этом считал своим долгом заявить, дескать, все это потому, что ты, дорогая маркиза, не желаешь ответственности за свой выбор. Не готова отвечать за него. Желает. Готова. Только за что хвататься, когда рушится абсолютно все, куда ни повернись? От чувства собственного бессилия на глаза навернулись злые слезы.

— Да провались оно все… — тихо прошептала Айя, резко поднимаясь. — Я знаю, чего хочу. И никто не вправе решать за меня.

Ушла в ванную, плеснула в лицо ледяной водой, закрыла глаза, чувствуя, как холодные ручейки сбегают по шее, пробираются под футболку. Несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, успокаиваясь. Сомкнутые ресницы дрогнули. Сейчас, стоя у зеркала и глядя в глаза отражению, Айя не собиралась себе лгать. К ночным тварям во главе с Пересмешником всех и все. Маркиза Делавент не боится признавать свои желания. И это не Сайфер ее получит, а она его. Прямо сейчас.

Промелькнувшую было мысль, что начинать надо бы не с этого, Айя отмела. Вернулась в комнату, выбрала из шкафа самый красивый комплект белья, насыщенно-бирюзового цвета, с узорной вышивкой, и лавандовый шелковый халатик с широким поясом. Нанесла на сгиб локтя и в ложбинку между грудей по капле духов со сладко-цветочным ароматом, слегка покусала губы перед зеркалом, чтобы они выглядели более пухлыми и соблазнительными, собрала волосы в низкий хвост, но тут же передумала и распустила, позволяя белокурым локонам свободно рассыпаться по плечам. Низ живота сладко потягивало от предвкушения. По крайней мере, целоваться с Сайфером было очень приятно, вдруг и все остальное в этот раз окажется лучше, чем обычно?

Мирт пришел через полчаса, ради разнообразия, не иначе, постучав в дверь, а не вламываясь без разрешения. Хмуро взглянул на Айю, преувеличенно заинтересованно листавшую за столом конспект по теории экономики, и привалился к косяку, скрестив руки на груди.

— Ну? Что такого важного ты хотела мне сообщить? — спросил он.

— Поставить в известность о некоторых принятых решениях, — спокойно отозвалась маркиза, убирая за ухо упавший на лицо локон. — Присядь. Только дверь закрой. Мало ли любопытных бродит по коридору, а я хочу поговорить спокойно.

Пожав плечами, Мирт повернул ключ в замке, но остался стоять.

— Я сегодня разговаривала с куратором нашей группы, — начала Айя, откладывая конспект, — по поводу того объявления, что дал в газеты Элистер, и о том, каковы будут мои дальнейшие действия.

— Мне похрен, сколько объявлений напечатает твой бывший жених, — хмыкнул Сайфер. — Пусть хоть на столбах развешивает. И уже не твоя забота — думать, как избавиться от повышенного внимания на ФБМ. Никто не посмеет тронуть.

— Надеюсь, — бросила маркиза, чуть нахмурившись, недовольная тем, что ее перебили. — Но проблема в другом: мой отец тоже видел это объявление и решил защитить меня единственным возможным способом. Он прислал письмо на имя декана с требованием либо предоставить мне академический отпуск, либо отчислить.

— А декан озадачил Атора, — усмехнулся Мирт. — Ну и? Ты решила отчислиться, что ли?

— Еще чего не хватало, — возмутилась Айя. — Нет. Просто… Есть некоторые нюансы, в общем, и отец может выразить свое недовольство тем, что я решила остаться на ФБМ вопреки его воле.

— Учту, — спокойно кивнул парень.

— А еще господин Атор посоветовал мне все-таки заключить фиктивную помолвку с Алехно Бретоном, — продолжила маркиза. — Поэтому со следующей недели услуги телохранителя мне будут необходимы исключительно по выходным.

— Правильно посоветовал, — согласился Сайфер. — Но за работу исключительно в выходные ставка выше. — Он пошло усмехнулся и умолк, ожидая реакции. Не получив ее, невозмутимо продолжил: — Не десять минут поцелуев, а пятнадцать.

— Да хоть тридцать, — фыркнула Айя.

— Заметь, не я это предложил, — хитро прищурившись, отозвался Мирт. — Мне нравится твоя щедрость, детка. Чем еще порадуешь?

Маркиза молча осмотрела его с ног до головы и обратно. Демонстративно, словно выставленный на продажу товар, но без пренебрежения. Разговор пока складывался слишком по-деловому, и Айя понятия не имела, как теперь перевести его в нужное русло. Снежный Сайфер сегодня оправдывал свое прозвище. Он словно не замечал ни слегка распахнувшегося халатика, ни обнаженных до коленей стройных ног. Невозмутимый, словно ледяная статуя. Нет бы, язвил, как обычно.

— Айечка, я не экспонат, чтобы изучать меня с таким интересом, — между тем заявил Мирт, словно услышав ее пожелание. — Впрочем, могу раздеться, если хочешь. Рассмотришь в подробностях. Даже потрогать разрешу.

— Да я все в подробностях рассмотрела и потрогала еще две недели назад, — пожала плечами Айя, откидываясь на спинку стула.

— Понравилось? — вкрадчиво поинтересовался парень.

— Вполне, — кивнула маркиза, медленно накручивая локон на палец.

— Можем повторить, — Мирт широко улыбнулся. — Только без цепей.

— Можем, — согласилась Айя. — Раздевайся.

Проблема решилась сама собой. А озадаченное выражение на лице Сайфера было поистине бесценным. Похоже, такого поворота зеленоглазый нахал не ожидал. Но почти тут же удивление сменилось привычной наглой ухмылкой. В два счета Мирт скинул куртку и рубашку, чуть медленней, играя мускулами, стянул футболку и взялся за пояс брюк. Иронично уточнил:

— Все снимать?

— Есть другие варианты? — холодно поинтересовалась Айя.

Волнение улеглось, а на его место пришло предвкушение. И воспоминания о том, как чутко Мирт реагировал на ее прикосновения, какой горячей была его кожа. Маркиза проследила взглядом дорожку темных волос, уходящую под пояс брюк парня, и сглотнула. О-ох, как жарко и сладко сейчас пульсировало внизу живота. Ощущение особой, женской власти над самим Снежным Сайфером опьяняло и будоражило. А то, что он принял правила игры, не задавая лишних вопросов, лишь добавляло остроты эмоциям.

— Какие еще будут пожелания? — поинтересовался Мирт, избавляясь от оставшейся одежды и обуви и выпрямляясь.

Собственной наготы он ничуть не стеснялся. Молча, боясь, что не сумеет сохранить холодный и невозмутимый тон, Айя кивнула ему в сторону кровати и поднялась. Потянула пояс халатика и повела плечами, позволяя нежному шелку соскользнуть на пол. От темного, голодного взгляда Мирта перехватывало дыхание. Медленно, наслаждаясь ролью соблазнительницы и хозяйки положения, маркиза завела руки за спину, нащупывая застежку бюстгальтера.

— Оставь, — хрипло шепнул Сайфер. Привстал, не разрывая зрительного контакта, поманил ее ладонью. — Иди сюда.

Его зеленые глаза казались черными из-за расширившегося зрачка. Айя сделала шаг, второй, пьянея от собственной смелости, чувствуя, как с каждым ударом сердца, каждым вдохом, по телу прокатывается волна жара. Приблизившись к кровати, тряхнула головой, позволяя белокурым локонам рассыпаться по плечам. И неожиданно для себя вдруг оказалась сидящей на коленях Мирта. Не успела не то что возмутиться, даже уловить его движения. Горячий, твердый член скользнул по внутренней стороне бедра, по тонкому кружеву трусиков, и Айя задрожала от избытка эмоций. Не позволяя опомниться, Мирт впился в ее губы жарким поцелуем. Одной рукой удерживая маркизу за талию и не позволяя отстраниться, другой он накрыл ее правую грудь, потер подушечкой большого пальца затвердевший сосок, и Айя выгнулась, прерывая поцелуй, едва сдерживая стон и жадно хватая воздух ртом. Уперлась ладошкой в широкую грудь Сайфера, не позволяя ему сократить расстояние, предупредила срывающимся голосом:

— Я буду сверху.

— Да ради Пресветлого, — усмехнулся Мирт, откидываясь на подушку. — Не возражаю. Наслаждайся.

Сидя верхом на бедрах Сайфера, чувствуя, как при каждом движении его член касается уже насквозь промокшей ткани трусиков, Айя гладила его торс, медленно скользила подушечками пальцев по горячей коже, с наслаждением ощущая, как парень вздрагивает от этих легких прикосновений. Шаловливо царапнула коричневую монетку соска и торжествующе рассмеялась, услышав, как судорожно, со свистом, Мирт втянул воздух.

— Достаточно, — прошипел он, резко выпрямляясь и опрокидывая Айю на кровать.

Перекатился, нависая сверху, сдвинул шлейку бюстгальтера с плеча, потянул вниз тонкое кружево, обнажая грудь. Маркиза чуть приподнялась, позволяя расстегнуть застежку давно уже мешающей вещи, тихо застонала от избытка эмоций, комкая в кулаках покрывало, почувствовав, как губы Мирта сомкнулись на соске. Он дразнил, ласкал, терзал поцелуями, то нежными, то яростными, почти болезненными. Айя уже не понимала, в какой момент трусики улетели следом за верхней частью комплекта, и когда она вновь успела оказаться сидящей на коленях Сайфера. Знала только одно: она не хотела, не хотела, не хотела, чтобы он останавливался. Низ живота сводило болезненно-сладкими судорогами. И когда Мирт мягко потянул ее к себе, заставляя приподняться, Айя с готовностью подчинилась. Опускалась медленно, глядя в глаза парня, отдаваясь собственным ощущениям. Выдохнула, шевельнула бедрами, закусила губу, чтобы не застонать от короткого, яркого импульса удовольствия. Мирт положил ладони на талию, помогая поймать ритм, толкнулся навстречу, проникая, казалось, еще глубже, и Айя задрожала от прокатившейся по телу жаркой волны. Не было больше ничего, кроме шального взгляда его зеленых глаз, горячих ладоней, хриплого дыхания. Реальность дрожала, качалась, словно на волнах, пока наконец не взорвалась ослепительно яркой вспышкой экстаза.

— О-ох, Пресветлый, — хрипло выдохнула Айя, открывая глаза.

Она лежала на груди Мирта, а он бережно поглаживал ее по спине.

— Польщен сравнением, но это все еще всего лишь я, — ласково улыбнулся Сайфер. — Детка, скажи мне одну важную вещь: ты что-нибудь принимаешь?

— Капли, — кивнула маркиза.

— Тогда продолжим, — сверкнул глазами он. — Ты же не думала отделаться несколькими минутами? Полагаю, на этот раз сверху буду я?

— Даже не надейся, — фыркнула маркиза.

Потянулась, словно кошка, выгибая спину и прислушиваясь к собственным ощущениям. Мышцы чуть ныли, непривычные к таким нагрузкам, но от одной мысли о продолжении бросило в жар. Теперь все было медленнее, нежнее, чувственнней. Айя не торопилась, наслаждаясь новыми для себя ощущениями. "С Элистером ничего подобного не было", — пронеслась шальная мысль, и маркиза тряхнула головой, прогоняя ее прочь. Думать сейчас о бывшем женихе казалось почти кощунством. Слишком сильно он уступал Снежному Сайферу.

Положив ладони на грудь Мирта, Айя чувствительно царапнула его ногтями и тут же бережно провела по появившимся красным полосам подушечками пальцев. Наклонилась вперед, чуть приподнялась и неторопливо опустилась обратно, жмурясь от удовольствия, не спеша вновь сорваться в такую манящую бездну, позволить наслаждению, тугой спиралью закручивающемуся внизу живота, растечься по всему телу. Хотелось продлить момент этой близости, пьянящей и сладкой.

— Издеваеш-ш-шься? — прошипел Мирт, когда она в очередной раз замерла, прикусив губу, чтобы сдержать тихий стон.

— Сам разрешил, — выдохнула Айя, ощущая в этот момент самую настоящую эйфорию.

Реакция Сайфера заводила еще сильнее, хотя, казалось бы, куда уж дальше. Капельки пота на его верхней губе, напряженные вены на висках, судорожно сжатые кулаки и сейчас вот этот хриплый шепот. Айя поймала себя на мысли, что хочет, чтобы Мирт снова просил ее не останавливаться, и приподнялась, почти позволив ему выскользнуть из себя. Провела ладонями по своей груди, сжала между пальцев соски, и вновь опустилась на горячий, напряженный член. Так медленно, как только могла.

— Айя… Доиграешься, — предупредил Мирт, дыша тяжело и часто, словно загнанный зверь. — Мое терпение не безгранично.

— А ты попроси, — окончательно хмелея от избытка эмоций, шепнула она в ответ. — Сдайся, как в прошлый раз.

— Маленькая аристократичная нахалка, — с улыбкой протянул Сайфер, поглаживая ее талию большими пальцами. — И о чем тебя попросить, детка?

— А чего ты хочешь? — мурлыкнула маркиза, чуть откидываясь назад. — О-о-оу…

— Кончить в тебя, — легко признался Мирт. — И одновременно с тобой.

Айя, не ожидавшая столь легкой победы, замерла на секунду, осознавая услышанное, а после, хитро улыбнувшись, вновь легонько провела ногтями по груди Сайфера, коснулась подушечками пальцев кубиков на животе, наконец, накрыла своими ладонями его, так и продолжающими поглаживать ее талию, и сдвинула их на бедра. Шепнула:

— Тогда полетели.

Легко подхватила предложенный ритм, покоряясь движению ладоней на бедрах, не сдерживая тихих стонов, когда проникновение получалось особенно глубоким, дрожа от удовольствия, расцветающего под закрытыми веками яркими вспышками. И наконец замерла, жадно хватая ртом воздух, чувствуя, как еще сокращаются мышцы, как влажно и горячо внутри. Обессиленно сползла на кровать, вытянулась рядом с Миртом, уложив голову на его плечо. Шевелиться совершенно не хотелось. Хотелось спать.

Но у неугомонного Сайфера были иные планы. Невзирая на возмущенный возглас, он подхватил Айю на руки и понес в ванную. Там она разомлела окончательно, и от теплого душа, и от ласковых прикосновений. Стояла с закрытыми глазами, не падая лишь потому, что Мирт удерживал ее за талию. И даже не отреагировала на тихий смешок и фразу:

— Ну хорошо, все мои фантазии относительно совместного душа воплотим в следующий раз.

Он заботливо завернул ее в пушистое полотенце и вновь взял на руки. Уже почти засыпая, Айя почувствовала прикосновение прохладной простыни к обнаженной коже, и, блаженно мурлыкнув, вытянулась под одеялом. Первоначальный план требовал открыть глаза и заявить Сайферу, что на сегодня он свободен, но сил на это уже не было. Да и желания тоже.

— Мне остаться? — спросил Мирт, будто услышав ее мысли, и Айя молча кивнула, не открывая глаз.

Щелкнул выключатель, и через несколько секунд парень лег рядом с ней, заключая в объятья. Нежно поцеловал плечико, прежде, чем укутать его в одеяло, коснулся груди и тут же, шумно выдохнув, опустил руку на талию. Маркиза почти не сомневалась, что с утра Мирт снова попытается уговорить ее на секс, но размышления о том, как отказать, да и нужно ли это делать, решила отложить. По крайней мере, сейчас ей было очень уютно и хорошо.

Утром Айя проснулась в одиночестве. Сонно потянулась, осмотрела комнату и непонимающе нахмурилась. Не было ни Сайфера, ни его вещей. О вчерашнем вечернем безумстве напоминала лишь легкая, тянущая боль в мышцах и так и оставшийся лежать на ковре халатик. Запахнувшись в одеяло, Айя дошла до выключателя, включила свет. Щурясь от яркой лампы, еще раз обвела взглядом комнату. Бюстгальтер и трусики обнаружились на спинке кровати. Придерживая одеяло на груди и зевая, маркиза побрела умываться. Накануне Айя бы только обрадовалась, скажи ей кто, что с утра не придется смотреть в глаза Мирту и объяснять, что на нее нашло, а вот сейчас почему-то было обидно.

Холодная вода привела в чувство и прояснила затуманенный разум. В самом деле, еще не хватало, чтобы кто-нибудь узнал, что Сайфер ночевал в ее комнате. Хватит того, что он приходит к ней по вечерам. Разобравшись в ситуации, Айя повеселела. Теперь у нее было время до вечера, чтобы решить, как вести себя дальше. Продолжать настаивать на том, что он ее не привлекает, было глупо. Но и падать в объятья Мирта спелым персиком, уподобляясь всем млеющим от Снежного Сайфера девицам, она не хотела. "Потом, все потом" Айя тряхнула густой копной волос, достала из очистителя форму. Выйдя в комнату, взглянула на часы и, охнув, засобиралась с утроенной скоростью. У нее оставалось меньше получаса на то, чтобы привести себя в порядок, забежать в столовую, а после явиться пред янтарные очи куратора и сообщить о принятом решении.

Атора в кабинете не оказалось. Подергав для приличия запертую дверь, Айя уже почти успела обрадоваться, что разговор откладывается, но, развернувшись, столкнулась с преподавателем нос к носу и испуганно шарахнулась обратно, едва не стукнувшись о косяк затылком.

— С каким энтузиазмом вы рветесь в мой кабинет, — усмехнулся боевик, отпирая дверь. — Прошу.

— Благодарю, — кивнула Айя и съязвила в ответ: — Каждая встреча с вами для меня настоящий праздник, Атор.

От уважительного "господин" она удержалась в последний момент, вспомнив о достигнутой ранее договоренности и резкой реакции Вальтормара на вопрос, стоит ли возвращаться к официальному тону.

— Польщен. — Янтарные глаза куратора были непроницаемо холодными. — В качестве ответной любезности могу забрать вас в свою группу по боевке, если останетесь на ФБМ. Будете видеть меня чаще. Чего не сделаешь ради блага адептов.

— Благодарю, но я предпочитаю дозировать радость от наших с вами встреч, — сдержанно отказалась Айя. — Так воспоминания о них намного ярче. К чему превращать это в обыденность?

— Ваше право, — пожал плечами боевик, усаживаясь в свое кресло и жестом указывая маркизе на стул. — Внимательно слушаю.

— Я решила продолжить обучение, — произнесла Айя.

— Ожидаемо, — кивнул Атор. — Больше вопросов к вам не имею.

И потянулся к лежащей на краю стола папке с бумагами. Маркиза автоматически проследила за его движением, на миг задержав взгляд на показавшемся из-под рукава узоре брачного браслета. Разговор, к которому она морально готовилась все утро, закончился неожиданно быстро.

— Можете быть свободны, — уточнил боевик, не отрываясь от изучения какого-то документа. — Или желаете поведать мне еще что-нибудь важное?

Айя желала лишь поскорее покинуть кабинет. Эта неделя и без того выдалась слишком богатой на беседы с Императорским Жнецом. Но, к ее величайшему сожалению, несколько важных вопросов действительно было. И начать маркиза решила с безобидного.

— Могу ли я получить разрешение на выход в город на лунницу и соларис? — поинтересовалась она. — Не хотелось бы отвлекать вас завтра.

— Не меня, а Бриана Лорио. — Атор соизволил оторваться от бумаг и поднял взгляд на собеседницу. — Меня завтра в Академии не будет. Пишите заявление.

Получив подписанное разрешение, Айя аккуратно сложила его в сумку между тетрадями и задала следующий вопрос, крайне важный:

— А когда вы направите ответ моему отцу с уведомлением, что отчисления не будет?

— Лично я перепиской с достопочтенным маркизом заниматься не намерен, — хмыкнул боевик. — Колинер Делавент прислал письмо на имя декана Лорио, пусть Бриан и отвечает. Я лишь передам ему ваше решение.

— А вы могли бы не торопиться? — Айя сцепила ладони в замок, чувствуя, как подрагивают от волнения пальцы. — Скажем, до лунницы?

— Бриан просил дать ответ до полудня, — покачал головой Атор. — Сожалею.

Он прекрасно понимал, на что рассчитывала молодая маркиза, озвучивая эту просьбу. Если Колинер Делавент решит перекрыть дочери доступ к своим счетам, то Айе придется учиться жить на то, что у нее есть сейчас. Девушка хотела обезопасить себя на этот случай и успеть с утра в лунницу посетить банк. Сейчас, понимая, что самый простой путь оказался закрыт, Айя задумчиво хмурилась, решая, как быть дальше. Атор не торопил ее, с интересом ожидая, что будет дальше. Маркиза повзрослела за прошедший год, научилась сдержанности и думала о последствиях своих поступков. Прежняя Айя уже билась бы в истерике, топала ногами и требовала сделать так, как хочет она, маркиза Делавент. А после попыталась бы подкупить. Всех, начиная с самого Атора и заканчивая секретарем Бриана.

— В таком случае, могу ли я написать отцу записку, которую господин декан отправит вместе с официальным ответом? — спросила Айя, придя, наконец, к какому-то решению.

— Можете, — кивнул Атор, протягивая ей еще один чистый лист.

Написав несколько строк быстрым, убористым почерком, маркиза сложила записку вчетверо и положила на край стола. Немного помолчав, тихо произнесла:

— Благодарю, что в прошлом году дали мне еще один шанс. Я… я сожалею о некоторых своих поступках. Простите.

— Все допускают ошибки, — спокойно ответил боевик. — Но не все умеют делать правильные выводы. У вас получилось. Вам не за что извиняться передо мной, Айя. Как и благодарить. Идите на пару. Записку Бриану я отдам.

Выйдя из кабинета Атора, Айя прислонилась к стене и на несколько секунд зажмурилась. Пресветлый, как же тяжело дались последние фразы. Но на миг потеплевший взгляд куратора стоил того, чтобы признать свою неправоту вслух. Услышав приближающиеся шаги, открыла глаза и вздрогнула, увидев Мирта. К разговору с ним она сейчас была катастрофически не готова.

— Сайфер, у меня пять минут до пары, — предупредила она.

— И тебе доброе утро, — усмехнулся Мирт. — Мне хватит. Пойдем, провожу до аудитории.

Айя молча кивнула и направилась к лестнице. Покосилась на идущего рядом парня, широкоплечего, уверенного в себе, и подавила неуместное желание прикоснуться к его руке хотя бы кончиками пальцев. Совершенно некстати нахлынули воспоминания о прошедшей ночи, о том, как Мирт касался ее тела, о хриплом шепоте, горячей, влажной коже, бисеринках пота на его висках. Низ живота опалило горячей волной. Разозлившись на себя за эту неуместную реакцию, Айя отвернулась от Мирта и ускорила шаг. Снежный маг молчал, бесшумно ступая рядом. Маркиза даже немного позавидовала: она пока что так не умела. А Сайфер отточил этот навык до совершенства. Не зря его называли одним из лучших на курсе.

Интереса у торопящихся на пары адептов они не вызывали: недолгий ажиотаж, вызванный информацией о расторжении помолвки маркизы Делавент и графа Бакрона, утих сразу же после того, как самые любопытные узнали о том, что Айя наняла для охраны своей драгоценной персоны самого Снежного Сайфера, и рассказали об этом остальным. Мирт не обманул, сказав, что на ФБМ его имя станет для маркизы надежной защитой. Желающих связываться с молодым наемником не было.

— Меня не будет в Академии ближайшие полтора дня, — неожиданно произнес Мирт, прерывая размышления Айи о том, что ей, в сущности, очень даже повезло с телохранителем. — Вернусь в пятницу вечером. Или ранним утром в лунницу.

— С утра в лунницу у меня важные дела в городе, — напомнила маркиза. — Надеюсь, мне не придется искать тебе замену на этот день.

— Я успею вернуться к этому времени, — повторил Сайфер. — Не беспокойся, я помню о своих обязательствах. И про обещания тоже.

Последнюю фразу он произнес чуть тише, окинув при этом Айю бесстыже-откровенным взглядом.

— Снежный, ты бы уточнил, о каких конкретно обещаниях речь, — хмыкнула маркиза, поддаваясь желанию подразнить парня. — А то все обещаешь, обещаешь… Дождешься, заведу специальную тетрадь и при случае предъявлю тебе список.

— Предъяви, — согласился Мирт. — Проникну… в смысле, проникнусь каждым пунктом. Глубоко и основательно.

— Отдашься выполнению обещаний со всем старанием? — улыбнулась Айя, прикусив нижнюю губу и проведя по ней пальцем. — Хорошо, я возьму твой интерес на заметку.

— Обсудим подробнее? — предложил Сайфер, глядя на нее темнеющими глазами. — Я знаю, где никто не помешает нашей увлекательной беседе.

— Увы, обстоятельства в лице уважаемого господина Дельгадо и его курса по теории коммуникации не оставляют мне шанса согласиться, — деланно вздохнула маркиза, решив прекратить игру в то, кто сумеет вложить в относительно безобидные фразы больше подтекста. Слишком велик был риск увлечься. — Как-нибудь в другой раз.

— А если я расскажу о некоторых секретах, о которых уважаемый господин Дельгадо умалчивает на своих лекциях? — поинтересовался Мирт.

— Полагаю, это щедрое предложение действует только здесь и сейчас? — холодно спросила Айя.

— Нет, — улыбнулся в ответ собеседник. — Просто иначе тебе придется ждать, пока я вернусь.

На секунду маркиза почти захотела согласиться. Вновь дать волю собственным желаниям, позволить целовать, ласкать, любить себя так же, как прошлой ночью. Но эту слабость Айя себе позволить не могла. Замедлив шаг, отметила:

— А ты умеешь заинтересовать.

— Стараюсь. — Улыбка Мирта стала предвкушающей. — Пойдем?

— Пойдем, — кивнула девушка. Дождалась, пока во взгляде Сайфера мелькнет торжество, и продолжила: — Я — на пару, а ты по своим важным делам. Удачи. Острого клинка и бесшумной удавки.

— Во благо Империи, — отозвался Мирт.

Если он и был недоволен отказом, то никак этого не выдал. Наоборот, казалось, что это лишь подогрело его интерес. И пристальный взгляд зеленых глаз Айя чувствовала, пока не скрылась за дверью аудитории.

По привычке направилась было к первым рядам, но не успела опуститься на скамью, как рядом возник Алехно, подхватил сумку и заявил, что они с друзьями заняли Айе место рядом с собой. Растерявшаяся девушка не успела даже возразить. Слишком неожиданным и незаслуженным было такое доброжелательное отношение, пусть даже исключительно на парах. И внутри снова поднял голову мерзкий червячок неуверенности, ждущий подвоха. Было бы намного проще, если бы Алехно продолжал вести себя, как обычно, ограничиваясь вежливым кивком при встрече. Но барон, похоже, не умел и не хотел делать что-то наполовину. И раз уж пообещал ей свою помощь, то принял и в близкий круг, не спрашивая, насколько сама Айя желает туда попасть. Не то, что она не хотела, просто слишком быстро все изменилась, и теперь маркиза просто не знала, как себя вести, чтобы не лишиться едва обретенной дружеской поддержки. Погрузившись в свои мысли, вздрогнула, ощутив легкое прикосновение к руке. Повернулась к Алехно.

— Все в порядке? — тихо поинтересовался барон.

— Да, — Айя выдавила из себя улыбку. — Все хорошо.

После пары выяснилось, что фальшивой улыбке Алехно не поверил. Отведя Айю в сторону от компании, он повторил свой вопрос. Мягко, но настойчиво, с искренним участием. Не желая обсуждать эту тему в коридоре, маркиза предложила вернуться к разговору после пар. И все оставшееся время сидела, как на иголках, размышляя, с чего начать.

Беседа и впрямь оказалась непростой. Выслушав несколько путанные и туманные объяснения, молодой Бретон лишь улыбнулся и заверил, что Айя напрасно волнуется. Пришлось говорить прямо, благо, в аудитории они остались вдвоем.

— Я не могу понять, почему ты обо мне беспокоишься, — призналась маркиза. — Ты не обязан вести себя так, словно нас и в самом деле связывают отношения.

— Айя, ты попросила помощи, — напомнил Алехно, посерьезнев. — Я помогаю в меру сил. Считаешь это излишним?

— Нет, но… — она вздохнула. — Алехно, я не просила пытаться подружить меня с твоей компанией. И сейчас чувствую себя неловко, потому что ничем не заслужила доброго отношения к себе.

— Не выдумывай, — покачал головой барон, положив ладонь ей на плечо. — Понимаешь ли, есть вещи, которые не нужно заслуживать или выпрашивать, которые нельзя купить или продать. И доброе отношение меня и моих друзей к тебе — это наша инициатива. Тебя она ни к чему не обязывает. Но если ответишь тем же, есть шанс, что общение продолжится и после того, как твоя проблема решится. Все зависит от тебя.

— Я понимаю, — Айя опустила голову. — Но мне кажется, что все помнят, как я себя вела раньше, и уже ничего не исправить.

— Ты изменилась, — просто ответил Алехно. — И исправить можно все, пока человек жив. Точку ставит лишь смерть.

— От Вальтормара набрался? — слабо улыбнулась маркиза.

— От отца. — Молодой барон усмехнулся. — Он любит при случае ввернуть умную фразу. Пойдем в столовую. Ребята обещали занять столик, а я голоден, как волк. Еще немного, и за неимением гранита науки начну грызть подоконник.

В свою комнату Айя вернулась лишь поздним вечером, усталая и почти счастливая. Подлый поступок Элистера неожиданно обернулся и хорошими последствиями. Впрочем, обольщаться маркиза не торопилась, предполагая, что проблем он принесет тоже немало. Вытянувшись под одеялом, закрыла глаза. Поймав себя на мысли, что настороженно прислушивается, не откроется ли дверь, раздосадованно поморщилась. За несколько дней успела привыкнуть к ежевечерним визитам Сайфера и долгим, страстным поцелуям. "Как хорошо, что со следующей недели видеться мы будем только по выходным, — подумала Айя. — Да, это просто великолепно. Потрясающе. Хватит с меня его общества" Но эта мысль, вопреки всем попыткам самообмана, почему-то не радовала. Напротив, от нее хотелось взвыть так, что позавидовал бы любой волк.

ГЛАВА 7

Пятница пролетела на одном вдохе. После пар Айя направилась на кафедру к Сигурду Дэстрино и засиделась у почтенного профессора до полуночи. Признавшись господину Дэстрино, что подумывает после окончания ФБМ открыть собственное дело, связанное с артефактикой, она попросила у него совета, как правильно все оформить так, чтобы сэкономить на получении патентов и налогообложении. Профессор в консультации не отказал. Послал одного из младших сотрудников в архив за толстенными кодексами и надергал из стоящих в шкафу папок целую стопку нормативных документов. Айя поначалу честно пыталась записывать, но уже через полчаса намертво запуталась в названиях документов и заковыристых формулировках. Решив разобраться позже, постаралась вникнуть в суть в общих чертах. К тому моменту, как профессор закончил объяснения, в кабинете они остались вдвоем.

— Я опять задержал вас дотемна, — покачал головой Сигурд Дэстрино, взглянув в окно.

— Вы мне очень помогли, — уверила его маркиза. — К слову, профессор, вы что-то упоминали про бизнес-план.

— Да-да, — тут же оживился преподаватель. — Бизнес-план — это самая важная часть будущего дела. Без него вы не сумеете просчитать все риски и выработать стратегию. Знаю-знаю, вы, боевые маги, обыкновенно считаете, что вопросы решаются либо веским кошельком, либо тихой удавкой, но, поверьте моему многолетнему опыту, хороший бизнес-план и кошелек сбережет, и к… гм, альтернативным методам убеждения прибегнуть не заставит. Раскрывайте тетрадь, сейчас все объясню.

— А теперь я вас задерживаю, — из вежливости заметила Айя.

— Моя супруга не ревнива, — пошутил господин Дэстрино. — И считает, что у меня достаточно колючая борода, чтобы отпугнуть всех юных дев. Так вот, вернемся к бизнес-плану…

Через несколько часов Айя окончательно перестала понимать объяснения профессора. Усталый мозг героически сопротивлялся любым попыткам впихнуть в него новую информацию. Заметив рассеянность девушки, Сигурд Дэстрино оборвал фразу на полуслове и заявил, что все остальное расскажет в любой вечер на следующей неделе. Айя предложила помочь разложить по папкам стопку документов, но преподаватель отказался.

— Я помню, где оно все лежало, а вы будете полчаса искать, — отмахнулся он. — Ступайте в общежитие.

— Доброй ночи вам, профессор, — пожелала маркиза, направляясь к дверям.

В коридоре было темно. После залитого светом кабинета — особенно. Сделав несколько шагов вдоль стены, Айя на несколько секунд зажмурилась, привыкая к перепаду освещения. Стало лучше. По крайней мере, тусклого лунного света, льющегося из окон, теперь хватало, чтобы видеть, куда идти. У лестницы маркиза остановилась. Здесь окон, к сожалению, не было. Тоскливо вглядываясь в черноту перед собой, пробормотала:

— Хотела ведь с утра "светлячок" взять. Как знала.

— А без него — никак? — полюбопытствовала темнота голосом Сайфера.

Вздрогнув от неожиданности, Айя крепче ухватилась за перила. Осторожно нащупывая ногой ступеньку, ответила:

— Без него есть вероятность споткнуться и что-нибудь сломать. Не самая заманчивая перспектива. Впрочем, раз уж ты здесь, теперь твоя задача уберечь меня от сей печальной участи.

Ожидаемой колкости в ответ почему-то не последовало. Шагов Айя тоже не услышала, лишь по едва уловимому движению воздуха поняла, что Мирт стоит рядом.

— Тогда пойдем, — просто сказал он, беря ее за руку.

От решительного, уверенного прикосновения жесткой ладони Айю бросило в жар. Слишком провокационной была ситуация: ее беспомощность, темная лестница, опустевший учебный корпус… Разыгравшееся воображение тут же подбросило несколько вариантов дальнейшего развития событий, в основном, отличающихся только степенью неприличности. Хотя перспективу все-таки упасть с лестницы маркиза окончательно не отбрасывала.

* * *

"Зачистка" одного из портовых городков, название которого Мирт даже не пытался запомнить, прошла успешно. Местный городской голова, в отличие от своего предшественника, оказался не только жадным, но и глупым, и вместо того, чтобы создавать видимость борьбы с контрабандистами, решил взять их под свое крыло. На том и погорел. Император, сквозь пальцы смотревший на мелкие прегрешения местных управленцев до тех пор, пока те не забывали о границах допустимого и исправно делились нечестно нажитым с казной, откровенного нахальства не прощал. К тому же, обнаглевшие контрабандисты в будущем могли стать опасной угрозой.

На подобные задания, в основном, отправляли недавних выпускников ФБМ, состоящих на императорской службе, и старшекурсников, которым только предстояло отрабатывать свой контракт. Списки составлял лично глава тайной канцелярии. Кто он, знали немногие, и Мирт в их число не входил. Впрочем, за последний год он уже привык ничему не удивляться. И даже если бы главой тайной канцелярии внезапно оказался язвительный Эдар Бретон, возглавлявший какой-то из многочисленных отделов, Сайфер бы воспринял это как должное. Хотя он все же склонялся к тому, что самой закрытой из служб заведует Атор Вальтормар. Не зря же он — Императорский Жнец. С точки зрения молодого снежного мага все было логично: Атор специально стал преподавателем боевки на ФБМ, чтобы оценить способности и уровень каждого адепта. И с Его Императорским Величеством герцог до сих пор общался часто, хоть и объявил с год назад, что оставляет службу. Мирт, искренне восхищавшийся Атором, еще на первом курсе поклялся себе, что добъется уважения Императорского Жнеца, и не подведет его. Тогда профессия императорского наемника еще казалась ему благородной и привлекательной. От нее веяло справедливостью и мужеством. На деле все оказалось далеко не так романтично. Отряд боевых магов, элитное подразделение, попасть в которое мечтали многие адепты Арданской военной академии, не зря называли отрядом головорезов. Убийцы с лицензией, палачи на императорской службе. Злые цепные псы, готовые по мановению руки повелителя Ардана порвать глотку любому. Мирт не любил убивать, но вины перед теми, кто упокоился от его руки, не чувствовал. Приговор они выносили себе сами, он лишь исполнял его. Если поручение, как в этот раз, исходило от Императора, Снежный Сайфер даже не задумывался о степени виновности будущих трупов. Если же он брал частный заказ, то не жалел времени на то, чтобы проверить полученную от потенциального клиента информацию, и коль скоро та расходилась с действительностью, либо отказывался от заказа, либо отправлял на встречу с Пересмешником лжеца.

В этот раз Сайфер особенно сильно желал, чтобы "зачистка" поскорее окончилась. В Академии осталась Айя. Упрямая гордячка, при одной мысли о которой в паху тяжелело. Белокурая милашка с острым язычком и нежной кожей. В какой момент желание поиграть с зарвавшейся аристократкой и наказать ее за некоторые опрометчивые поступки уступило место желанию защитить ее и одновременно бешеному вожделению, Мирт не знал. Айя была совсем не такой, какой пыталась казаться. За маской высокомерной аристократки, свысока смотрящей на окружающих, скрывалась неуверенная в себе девушка, отчаянно пытающаяся найти свое место в жизни. Сайфер понятия не имел, что там вбивал в белокурую голову дочери маркиз Делавент, но не отказался бы при случае хорошенько врезать высокородному мерзавцу. Айя абсолютно не умела общаться иначе, как с позиции "повелительница и слуги", не понимала, как вести себя, когда личные желания расходятся с накрепко усвоенным "ты же Делавент, а Делавентам не пристало…" и далее, в зависимости от ситуации. С того момента, как Мирт это понял, он перестал старательно загонять Айю в ловушку и заставлять ее выбирать между гордостью и желаниями. В конце концов, он не был откровенным подонком.

А два дня назад Айя и вовсе его удивила. Одним ночным тварям ведомо, почему маркиза неожиданно решила его соблазнить. Разбираться в причинах и отказываться от столь щедрого подарка судьбы Мирт не стал. В качестве исключения, даже уступил девушке ведущую роль, позволяя самой задавать ритм и темп, двигаться так, как было удобно и приятно ей. А после, когда утомленная Айя уснула на его плече, мысленно поразился тому, какой бездушной скотиной являлся ее бывший жених, раз сумел за недолгое время помолвки внушить чувственной, соблазнительной девушке брезгливость и едва ли не отвращение к сексу. Сайфер не испытывал иллюзий, что одна ночь все исправит, но, Пересмешник задери, мысль о том, что он оказался первым, кто смог подарить Айе удовольствие, была демонски приятной. И он не отказался бы преподать ей еще несколько уроков чувственности.

Сейчас, держа ее за руку, Мирт старался не думать о том, сколько удобных мест в опустевшем учебном корпусе. Но мысли не желали уступать завоеванные позиции. Свернуть бы в любой коридор, прижать Айю к стене, зацеловать пухлые розовые губы, после усадить на подоконник, расстегнуть рубашку, ласкать нежную, шелковистую, теплую кожу, чувствуя, как девушка трепещет от каждого прикосновения, слыша ее прерывистое дыхание. А потом развернуть к себе спиной, вынуждая облокотиться на широкий подоконник, спустить форменные брюки и вбиваться в горячее, податливое тело… Не удержавшись, Мирт провел большим пальцем по ладони Айи и тут же пожалел об этом, потому что маркиза, явно не ожидавшая подобного, вздрогнула и оступилась, качнувшись к нему и, естественно, моментально оказавшись в объятьях снежного мага. По счастью, они как раз были на одной из площадок между этажами.

— Я такая неловкая, — тихонько проговорила Айя, доверчиво прижимаясь к нему.

Ее ладонь скользнула по плечу Мирта, и он едва не взвыл от бешеного желания, пронзившего, словно разряд тока. Тело не желало понимать доводы разума. Оно прекрасно помнило, как хорошо ему было, и настаивало на повторении. Желательно, неоднократном. Держась на чистом упрямстве, Сайфер аккуратно отстранил от себя Айю и процедил:

— Пойдем. И постарайся больше не падать в мои объятья.

— Боишься не поймать? — обиженно вскинулась маркиза.

— Боюсь не отпустить, — резко отчеканил Мирт и неосознанно крепко стиснул все еще лежащую в его руке ладонь. Услышав тихий болезненный вздох, тут же разжал хватку. Поглаживая тонкие пальчики, произнес: — Извини, не хотел. — Чуть помолчав, нехотя добавил: — Айя, не провоцируй меня сейчас. Я серьезно. Могу сорваться.

— А может, я не против, — с каким-то отчаянным вызовом заявила маркиза.

Сайфер резко повернулся, припечатывая ее к стене, прижался, толкнулся бедрами, позволяя оценить всю твердость намерений. Поинтересовался:

— Прямо здесь? Перегнуть через перила и трахать до умопомрачения? Я могу.

— Н-не надо, — Айя испуганно замерла, даже не пытаясь вырваться.

— Вот и я думаю, что не надо, — согласился Мирт. — Хотя хочется, детка, ох, как хочется. Пойдем.

Отстранился, снова взял маркизу за руку и повел вниз. Ладонь Айи чуть дрожала, словно маркиза в любую секунду была готова ее вырвать и броситься подальше от собственного телохранителя. И эта дрожь демонски бесила Сайфера. Он злился на себя за срыв и за то, что слишком остро реагировал на близость Айи. Понимал, что маркиза не виновата в том, что стала для него слишком желанной и притягательной, и не следовало ее пугать, но, тысяча ночных тварей, это казалось единственным способом взять под контроль собственные желания. Только ничего не вышло. Разве что теперь он чувствовал себя еще и сволочью.

— Знаешь, Делавент, пожалуй, сейчас я склонен согласиться с одним из твоих определений, — задумчиво проговорил Мирт, когда они подошли к гардеробу.

Гардеробщиц в это время в корпусе уже не было. По традиции, куртки тех, кто задерживался на кафедрах или в лабораториях, перевешивали ближе к выходу, чтобы усталые адепты не блуждали между вешалок в поисках своей верхней одежды. В этом случае, забирая куртку, номерок опускали в специальную нишу, а оттуда он с помощью бытовой магии моментально попадал на отведенное ему место.

— С каким? — непонимающе нахмурившись, поинтересовалась Айя, отыскав наконец-то в сумке номерок.

— С тем, что я тот еще судак, — хмыкнул снежный маг, бесцеремонно вталкивая ее в открытую дверь.

Не давая опомниться, шагнул следом, прижал к стене и накрыл губы маркизы поцелуем. Резким, требовательным, жадным, голодным. Услышал, как, тоненько звякнув, упал на пол номерок из разжавшейся ладони. Айя ответила на поцелуй так же горячо, обняла за плечи, прижимаясь еще сильней. И потянулась следом, когда Мирт, тяжело дыша отстранился. Уткнулась лбом в его плечо, глубоко вздохнула и тихо спросила:

— Снежный, а варианты кроме "перегнуть через перила" или устроить разврат среди вешалок есть?

— А чего ты хочешь? — ответил он вопросом на вопрос.

Наклонился, поднимая упавший номерок, не глядя, метким броском отправил его прямиком в нишу.

— Угадай, — резко бросила Айя. — В карты сыграть.

— На раздевание? — со смешком уточнил Мирт. — Или на желание?

— Сайфер, не прикидывайся идиотом, — процедила маркиза.

— Как скажешь, — согласился снежный маг, подавая ей куртку. — Тогда к тебе.

Пока дошли до общежития и поднялись по лестнице, Мирт сумел взять себя в руки хотя бы настолько, чтобы не наброситься на Айю, словно голодный на краюху хлеба. Заперев дверь, прислонился плечом к косяку и предупредил:

— Детка, я скажу по-простому, чтобы ты понимала, на что подписываешься. Я сейчас едва соображаю, потому что у меня на тебя колом стоит и все, о чем я думаю, это как побыстрее сорвать с тебя эти тряпки и опрокинуть на спину. Для начала. Никаких игр. Если ты на это не рассчитывала, так и скажи. Я уйду.

Если бы Айя, пронзающая его гневным взглядом, в ответ возмутилась и действительно послала бы его прямиком к Пересмешнику и его тварям, Мирт бы не удивился. Но маркиза скрестила руки на груди и холодно поинтересовалась:

— Все сказал? Тогда слушай мои условия. Первое: никакой грубости. Второе: если я на какое-то предложение говорю "нет", ты не настаиваешь. Третье… Впрочем, хватит и этого. Решай. Если не согласен — дверь за твоей спиной. А я в душ.

Расстегнув куртку, она повесила ее на спинку стула, поставила на пол сумку с тетрадями и ушла в ванную. Мирт не колебался ни секунды. Запер дверь комнаты и пошел следом за Айей. Его желания, похоже, совпадали с желаниями девушки, а выставленные условия вполне устраивали.

Маркиза стояла у зеркала и расчесывала волосы. Мирт встал за ее спиной, перехватил ладонь с гребнем и сам провел им по шелковистым светлым прядям. Бережно и осторожно, стараясь не причинить боли. Айя безропотно отдала гребень, опустила руки, глядя в зеркальную глубину. Но в ее глазах все еще плескались недоверие и настороженность, словно она в любой момент была готова отскочить в сторону.

— И где же ты научился делать прически? — не скрывая удивления спросила она, когда Мирт, закончив с расчесыванием ее волос, ловко и быстро уложил их в аккуратную косу.

— У меня есть младшая сестра, — усмехнулся снежный маг. — Пришлось научиться.

— Как много у тебя скрытых талантов, — хмыкнула маркиза. — И полезных навыков.

— Да-да, я такой, — скромно согласился Мирт, обнимая ее за плечи.

Поцеловал в шею, расстегнул две верхние пуговицы на рубашке, а после просто задрал ее вместе с футболкой, сдвинул с плечей бретельки бюстгальтера и коснулся губами следов от них на нежной коже. Айя прерывисто вздохнула и повернулась к нему. Подняла руки, позволяя стянуть с себя одежду. Отбросив рубашку с футболкой в сторону, Сайфер не спешил раздевать маркизу дальше, любуясь ее ладной фигуркой. Высокая грудь, тонкая талия… Айя любила красивое белье, и сегодня на ней был кружевной черный лифчик с серебристой окантовкой. Напряженные соски выделялись под тонким кружевом, и, не удержавшись, Мирт наклонился, поймал губами одну из вершинок. Айя тихонько охнула, до боли впилась ногтями в его плечи. Отзывчивая, желанная. Именно сейчас Мирт предпочел бы сократить прелюдию и поскорее перейти к сексу, а уж в следующий раз заласкать маркизу до стонов и мольбы взять ее. Впрочем, ему никто и не мешал это сделать. Грубым он быть точно не собирался, а в остальном ограничений не было. Легонько подтолкнул Айю к стене, взялся за ремень на ее брюках, и девушка тут же напряглась, уперлась ладошками в его плечи. Заявила:

— Не здесь.

— Собираешься принимать душ в одежде? — прищурился Мирт, подавляя недовольство.

— Нет, — покачала головой маркиза. — Но меня не обязательно прижимать к стене.

— Тебе бы понравилось, — обезоруживающе улыбнулся он. — Но нет, так нет. Значит, сейчас будет просто душ.

Возможностью ласкать самые чувствительные местечки, намыливая стройное тело девушки, а после смывая пену, Мирт воспользовался сполна. Айя старалась сдерживать стоны, прикусывая нижнюю губу, а после решила отплатить той же монетой, и развлечение пришлось прекратить, иначе он кончил бы прямо там. Подхватив маркизу на руки, понес ее в комнату, игнорируя возмущенное восклицание:

— А полотенце?

Опустив Айю на покрывало, рыкнул:

— К демонам полотенце. Не убежит, — И прильнул к ее губам.

А потом было уже не до полотенца. Дрожь удовольствия, тихие стоны, ногти, царапающие его спину, яркий, огненный пульсар экстаза. И снова — неторопливые, тягучие, как дикий мед, ласки. Мирт чутко ловил каждый вздох Айи, малейший отклик на прикосновения, чувствуя особенное удовлетворение от того, что ей хорошо с ним. Так, как не было ни с кем другим. В какой-то момент Сайфер даже немного пожалел, что он не первый у Айи, и сам удивился, поймав себя на этой мысли. Всегда старался избегать девственниц, а тут, нате вам, неведомо откуда взявшаяся злость на бывшего жениха маркизы, забравшего ее невинность. И то, что Мирт был первым, с кем она испытала удовольствие, не успокаивало.

* * *

Элистер Бакрон потянулся к бутылке из темно-синего стекла и подрагивающей рукой плеснул в стакан густой, темной настойки. Залпом опрокинул в себя, крякнув, когда алкоголь обжег горло, и налил еще. Ситуация никак не хотела складываться желаемым образом. Бывшая невеста оказалась везучей стервой и успела найти себе защитника раньше, чем кто-либо воспользовался ее беззащитностью. Осведомитель Элистера узнал об этом от кого-то из старшекурсников. Он же назвал имя нового телохранителя Айи и наотрез отказался даже пытаться перекупить того. По его словам, Снежный Сайфер отличался принципиальностью и заказчиков, как перчатки, не менял. Под его защитой Айе ничего не угрожало, а значит, о заключении новой помолвки уже на его, Элистера, условиях, не шло и речи.

Молодой граф раздосадованно поморщился. Еще и отец, узнав о самоуправстве, учинил скандал. Оказывается, у него были свои далеко идущие планы на будущую невестку. Барон Герин, к слову, тоже в них значился. Как и еще с десяток имеющих влияние при дворе особ. Себастьян Бакрон разве что не успел составить расписание, кому и в какой очередности Айя должна была бы дарить свою благосклонность, принося семье супруга преференции. Почувствовавший себя оскорбленным Элистер тут же забыл, что сам планировал уложить невесту под барона Герина и потребовал объяснений, а в ответ схлопотал оплеуху за то, что посмел повысить голос. Ухо, на которое пришелся удар, до сих пор ныло. Рука у отца была тяжелая. Теперь молодому графу предстояло встретиться с Айей, любой ценой вымолить у нее прощение и уговорить перезаключить помолвку до того, как маркиз Делавент вернется в столицу. В случае неудачного результата, отец пригрозил лишить Эла содержания. Но обещал поспособствовать тому, чтобы будущего родственника еще на неделю, а то и две задержали неотложные дела.

— Демоновы бабы, — пробормотал Элистер, опустошая стакан. — Возомнят, что у них между ляжек сокровище, и строят из себя… Много свободы взяли. Ничего, ничего, она у меня приучится по одной половице ходить…

Пьяно усмехнувшись, он выдвинул ящик стола и коснулся стоящего там флакона. Один из столичных зельеваров за совершенно неприличную сумму согласился изготовить для молодого Бакрона эликсир, подавляющий волю. Всего одна капля в сутки, и подчинение гарантировано. А флакона хватило бы минимум на полгода. Конечно же, Элистер тут же испытал эликсир на одной из молоденьких служанок. Девка, никак не соглашавшаяся подставить ему свой круглый зад, едва выпив вино, тут же стала шелковой и покладистой. Безропотно разделась и наклонилась, ухватившись за спинку кресла. Только на ее месте Эл представлял совсем другую. И прохрипел ее имя, изливаясь в тело служанки. Он сам не знал, когда успел так прикипеть к Айе, но мысли о бывшей невесте не покидали его ни на день. Холодная гордячка всего лишь раз встала перед ним на колени, и Элистер кончил от одного этого зрелища, едва она коснулась губами его члена. Ничего, он это исправит. Главное, убедить маркизу, что он сожалеет о размолвке, готов все исправить и загладить вину.

— Подарить ей, что ли, то самое манто? — задумчиво спросил Элистер у флакона с эликсиром, и тут же едва не подскочил от пришедшей в голову простой и гениальной идеи. К чему тратить время на уговоры, если можно предложить выпить чашечку чая в отдельном кабинете, предложить пирожное с каплей эликсира, и Айя сама согласится на все. В том числе, и на новую помолвку. Хотя… пожалуй, манто он все-таки ей подарит. Представив, как маркиза будет выглядеть в объятьях пушистого меха, ласкающего нежную кожу, Элистер сглотнул ставшую вязкой слюну. Пошатываясь, поднялся, распахнул дверь комнаты.

— Пришли ко мне эту… Матушкину швею новую, со светлыми волосами, — велел он примчавшемуся на зов камердинеру. — И поживее.

Вернулся обратно в кресло, придвинул к себе бутылку и, наблюдая, как льется в стакан темная жидкость, проговорил:

— За нас, дорогая. За взаимопоминание… поми… а, демоны с ним. За наше светлое и счастливое будущее, Айечка.

Искривив губы в ухмылке, он отсалютовал наполненным стаканом невидимому собеседнику.

* * *

Утром Айя снова проснулась одна. Ну, как сказать, проснулась. Скорее, с трудом заставила себя подняться. После бурной ночи слегка ломило мышцы, но эта усталость была приятной. Как и воспоминания, от которых бросило в жар. Ох, Пресветлый, как же хорошо было. Горячие губы Мирта на ее груди, умелые пальцы, ласкающие шею, живот, внутреннюю часть бедер, сладкое томление, разливающееся по телу… Айя потянулась, словно большая кошка, чувствуя, как мышцы откликаются на движение. Она с удовольствием поспала бы еще, но, увы, планы не терпели отлагательств. С Алехно Бретоном они условились встретиться у ворот в половине седьмого. Большинство столичных храмов принимали верующих круглосуточно, а Айя не хотела задерживать молодого барона. В конце концов, у того тоже наверняка были собственные планы на лунницу. Сайфер пообещал, что обеспечит ее безопасность, и причин не верить ему у маркизы не было. Слегка беспокоила неосмотрительность, с которой она накануне бросилась в его объятья. Еще, чего доброго, снежный маг теперь возомнит, что он хозяин положения. Айя задумчиво прикусила губу, размышляя, как этого избежать. Впрочем… Фиктивная помолвка с Бретоном надежно оградит ее и от слишком пристального внимания Сайфера. А над тем, допускать ли Мирта к телу в выходные, можно подумать и позже.

Алехно, вопреки договоренности, ждал у общежития. Предложив руку, рассыпался в комплиментах по поводу цветущего вида и прекрасных глаз своей спутницы.

— Бретон, имейте совесть, не врите хотя бы так нагло, — не выдержала Айя, с трудом подавив очередной зевок. — Сегодня я едва ли краше умертвия. Как и положено порядочной невесте, не спала почти всю ночь.

О причинах бессонницы она предпочла тактично умолчать.

— Дорогая одногруппница, еще два месяца, и все мы будем не краше умертвий, — со вздохом отозвался Алехно. — Сессия не пощадит никого. Как и наши любезные преподаватели. Но вы меня убедили: теперь я буду откровенен и прям, как боевой посох. Вы прекрасны, как летний рассвет.

— Алехно, вы неисправимы, — Айя не удержалась от улыбки.

— Смею надеяться, — Бретон чуть склонил голову и лукаво блеснул глазами. — Но за это меня и ценят, не правда ли?

Наемный экипаж ждал за воротами. Алехно помог Айе забраться в карету, велел вознице ехать в храм богини Нереи и сел напротив маркизы. Приносить клятвы пред ликом Пресветлого и просить его освятить временную помолвку они сочли неправильным. А богиня моря принимала всех и не карала за непостоянство. Потому именно ее благословения просили те, кто не был уверен в решении связать судьбу с конкретным человеком, и те, кто точно знал, что помолвка вскоре будет расторгнута.

В храме Нереи в этот час было тихо и пусто. Лучи света падали на статую богини, отражались от сотен миниатюрных перламутровых ракушек, которыми был выложен малахитовый постамент, и казалось, что ноги мраморной фигуры омывает ласковая, игривая волна с белоснежным гребнем из пены. Заслышав чужие шаги, из одного из боковых приделов вышел жрец. Загорелый, с огрубевшим от ветра лицом и выцветшими от соли волосами. Зажег на алтаре свечи, плеснул в чашу морской воды и повернулся к явившейся за благословением паре.

Алехно произнес свою часть клятв уверенно и легко. Пообещал ценить свою невесту, быть рядом с ней в трудную минуту и оберегать ее от невзгод. Вода в чаше на алтаре колыхнулась несколько раз, пошла мелкой рябью, а после затихла и посветлела. Жрец улыбнулся и повернулся к Айе. Едва она успела проговорить первую фразу, принимая покровительство фиктивного жениха, как вода в чаше забурлила. По храму пронесся порыв ветра, запахло грозой. Шторм в чаше на алтаре набирал силу. Миниатюрный вихрь кружился по поверхности воды. И внезапно все кончилось, а из окна прямо на алтарь упал яркий луч солнца.

— Непростая у тебя судьба, дева, — покачал головой жрец. — Немало испытаний пройдет твой корабль, пока отыщет тихую гавань.

— Какая жизнь без шторма? — усмехнулся Алехно, ободряюще сжав ладонь побледневшей Айи. — Благодарим вас, служитель. Примите скромный дар во славу Нереи.

Он протянул жрецу увесистый мешочек с серебром. Морская богиня любила этот металл куда больше, чем золото. Айя тем временем положила на алтарь рядом с чашей тяжелый браслет из серебра с изумрудами. Тот мгновенно исчез, словно растаял, а на его месте появилась оправленная в серебро голубая жемчужина.

— Возьмите, — ласково улыбнулся жрец, видя, как девушка испуганно отшатнулась. — От дара богов не отказываются.

Служитель Нереи знал наверняка, что вскоре кто-то из пары придет в храм, чтобы расторгнуть заключенную сейчас помолвку. Слишком явно богиня продемонстрировала судьбу каждого из них. Но девушка чем-то приглянулась изменчивой и непостоянной Нерее, раз она приняла ее подношение и взяла под свою опеку.

— Да хранит вас богиня, — проговорил жрец вслед уходящей паре, осеняя их обережным знаком, и вернулся в боковой придел.

Бережно сжимая в ладони дар Нереи, Айя чувствовала, как гулко и взволнованно бухает сердце. Жемчужина морской богини, казалось, пульсировала в руке в такт его ударам. Предсказание испугало маркизу, и даже обещание тихой гавани совсем не радовало. Она бы предпочла не встретить шторм.

— Алехно, благодарю вас… тебя, — проговорила она, когда они вышли из храма, прикрыв глаза ладонью от неожиданно яркого осеннего солнца. — Я перед тобой в долгу.

— Пустяки, — улыбнулся парень. — Мне это ничего не стоило.

— И все-таки я хотела бы тебя отблагодарить, — решительно заявила Айя. — Ты обещал подумать, может, я все же могу чем-то помочь.

— Мне точно нет, — покачал головой Бретон. — Хотя… Я буду признателен, если ты поговоришь с отцом, чтобы тот принял Феба на летнюю практику на верфи. Феб грезит морем.

— Договорились, — кивнула маркиза.

Просьба была пустяковой, и Айя это прекрасно понимала. Но Алехно, похоже, на самом деле не ждал никакой благодарности за свою помощь. От очередного осознания, что общение может быть вот таким, без поисков личной выгоды, без попыток сорвать куш, запершило в горле и почему-то стало обидно за себя. Привычный мир, в котором правил закон силы, в котором за любую, даже самую незначительную просьбу могли выставить счет, сейчас казался особенно уродливым и однобоким. Айя безумно хотела вырваться за его пределы, научиться общаться так же легко, как Алехно, как Иллиана, как, в конце концов, тихоня Лидана, и одновременно боялась перешагнуть невидимую границу. Боялась оказаться лишней, не суметь открыться, и страдала, подсознательно ощущая, что лишается чего-то очень важного. Боялась не вписаться в общество тех, кто не видел ничего странного в том, чтобы помочь просто так, потому что есть возможность. Боялась оказаться в роли вечной просительницы, греющейся у чужого огня, которую терпят лишь из вежливости и жалости. Эти страхи впивались в душу острыми коготками, отравленными шипами пронзали насквозь, прорастали в мыслях, надежней любых цепей удерживая на месте. Гадкое, мерзкое чувство собственной слабости угнетало.

— Вижу, твой телохранитель уже на месте, — произнес Алехно, глядя поверх ее плеча, и Айя вздрогнула, возвращаясь в реальность. — Что ж, в таком случае, оставляю тебя под его надежной защитой.

— Да, конечно, — поспешно согласилась маркиза. — И еще раз благодарю.

Бретон улыбнулся в ответ и вежливо склонил голову. Крепко пожал руку приблизившемуся Мирту, пожелал удачного дня и ушел.

— Куда теперь? — бесстрастно поинтересовался снежный маг.

— Для начала в банк, — ответила Айя. — А потом решу, куда дальше. У тебя есть дела?

— На этих выходных мое единственное дело — ты, — ровно отозвался Мирт.

— Прекрасно, — кивнула маркиза.

Холодная сдержанность Сайфера задевала. Умом Айя понимала, что именно так и должен вести себя телохранитель, но, видит Пресветлый, слишком сильным был контраст между ночным пылким и нежным любовником, не скупившимся на поцелуи и объятья, и нынешним Миртом, безэмоциональным, словно каменная глыба. Хоть бы улыбнулся.

Снежный маг тем временем остановил экипаж и договорился с извозчиком. Подал Айе руку, помогая забраться в карету, сам вскочил на козлы. Устроившись на жестком сидении у окна, маркиза раскрыла ладонь, рассматривая неожиданный дар морской богини. Жемчужина словно светилась изнутри. По спине пробежал холодок. Учитывая то, что произошло в храме, благосклонность Нереи казалась каплей меда в громадной бочке с дегтем. Айя попыталась успокоить себя мыслями о том, что у многих не было и этого, но почему-то легче не стало. И дернул же Пересмешник пойти в храм именно морской богини. Словно других мало в столице. Надо было послушать Алехно и заключить помолвку в храме воинственного Трая. Тот тоже не карал пары, изменившие свое решение. Но теперь сожалеть было поздно.

ГЛАВА 8

Почтенный маркиз Делавент не успел или не пожелал заблокировать Айе доступ к счету, и она без проблем сумела снять приличную сумму. Открыв в том же банке счет уже на свое имя, Айя воспрянула духом. Будущее рисовалось уже не в столь мрачных красках. По крайней мере, теперь, в случае серьезной размолвки с отцом, она могла рассчитывать не только на стипендию. И необходимость продавать драгоценности, чтобы обеспечить себе привычный уровень комфорта, если не исчезла, то, как минимум, отодвинулась. Из банка маркиза вышла в почти хорошем настроении. Сайфер, о чем-то разговаривающий с извозчиком, скользнул по ней внимательным взглядом и помог подняться в карету.

— Куда теперь? — спросил он, придерживая дверь.

— К ювелиру на Золотейной, — ответила Айя. — А потом в особняк. Адрес…

— Адрес я знаю, — спокойно перебил ее Мирт.

Маркиза молча откинулась на сидение. Мысли вновь вернулись к помолвке и полученному предсказанию. Почему Нерея выбрала ее? Айя ведь никогда не любила море. И на верфях чувствовала себя неуютно. Там воняло рыбой, застоявшейся водой и смолой, визжали пилы, грохотали молотки, орали мастеровые, а над всем этим, как оглашенные, верещали чайки. Пожалуй, кораблестроение было именно тем делом, в которое она точно не хотела бы погружаться. Даже с благословением морской богини.

Ювелир быстро отыскал подходящую цепочку и жемчужина заняла место на шее Айи. Поглаживая ее кончиками пальцев, маркиза решила, что рассказывать отцу о произошедшем не стоит. Еще, упаси Пресветлый, заставит все выходные проводить на верфи. "И еще неизвестно, как он отреагирует на мою фиктивную помолвку и нежелание отчисляться с ФБМ…" — пронеслось в голове. В этот момент Айя от души порадовалась, что в этот раз беседа будет не личной, а с помощью артефакта связи.

Задерживаться в родовом особняке Делавентов молодая маркиза не планировала. Не хотела объясняться с матерью. Представила ей Сайфера как своего телохранителя, велела ему ждать в гостиной, а сама прошла в отцовский кабинет. Взяла с полки шкатулку, села за стол, придвинула к себе очиненный карандаш и стопку тонких листов и вложила в артефакт первую записку, сухое "Я дома". Ответ пришел через несколько секунд, словно Колинер Делавент сидел у парной шкатулки в ожидании. Такое же сухое и четкое "Рассказывай". Узнав о заключенной помолвке и нанятом телохранителе, маркиз не рассердился, наоборот, похвалил Айю за верно принятое решение и одобрил кандидатуру фиктивного жениха. И даже разрешил продолжить обучение. Пообещал, что постарается выкроить время и хотя бы на несколько дней вернуться в столицу, чтобы на следующих выходных они с дочерью поговорили детальней.

Мать предлагала остаться на обед, но Айя отказалась. Коротко сообщила, что все в порядке, сослалась на множество дел и поспешила прочь из дома. Она собиралась посетить книжные лавки, приобрести несколько книг по артефактике и вернуться в Академию, чтобы посвятить вечер их изучению. Слишком привлекательной была идея, жившая в голове уже несколько недель. Но едва Айя шагнула за ворота, как стоявший метрах в ста от особняка экипаж тронулся с места и остановился возле нее. А из него показался Элистер Бакрон собственной персоной. Маркиза с трудом подавила желание спрятаться за Мирта, державшегося на шаг позади. Тем временем Элистер, подчеркнуто не замечая ее охранника, расплылся в улыбке.

— Айя, дорогая, как я рад тебя видеть, — воскликнул он.

— Не могу ответить вам тем же, граф, — холодно процедила Айя, не желая любезничать с бывшим женихом.

— Понимаю твою обиду, — вздохнул Элистер. — Но прошу, позволь мне объясниться и принести свои глубочайшие извинения. Только не посреди улицы, давай обсудим все в отдельном кабинете любого ресторана, какой ты выберешь.

Маркиза с трудом удержалась от желания пояснить Бакрону, в каком именно направлении ему следует отправиться вместе со своими глубочайшими извинениями, объяснениями и приглашениями в ресторан. При одной мысли о том, что по вине этой аристократической мрази ее могли изнасиловать и опозорить, Айю колотило от бешенства и ужаса. И от воспоминаний, как он уговаривал ее лечь под старика Герина, а после сам навалился с далекими от благородных намерениями, тоже.

— Боюсь, нам с вами не о чем разговаривать, — заявила она.

— Это все отец, он вынудил меня расторгнуть помолвку, — опустив голову, тихо признался Элистер. — Клянусь честью, я этого не желал. Всю неделю не находил себе места от беспокойства. Умоляю, выслушай меня.

Это было похоже на правду. Себастьян Бакрон действительно был куда жестче своего тюфяка-сына. Несколько секунд Айя колебалась, а после решительно покачала головой. Изнасиловать ее Элистер пытался явно не по приказу отца, и разговаривать с ним она совершенно не желала. Даже из вежливости. Даже ради того, чтобы соблюсти приличия.

— Позволь тогда хотя бы помочь тебе, — окончательно понурившись, проговорил бывший жених. — Давай заключим новую помолвку, которая защитит тебя в твоей академии. Я готов прямо сейчас пойти в храм…

— Не беспокойтесь, граф, — перебила его Айя. — В вашей помощи я уже не нуждаюсь. А сейчас прошу меня извинить, я тороплюсь. Всего хорошего.

Она отвернулась и зашагала вниз по улице, жалея, что отказалась взять семейный экипаж, как предлагала мать. Подумаешь, кучер бы рассказал после, куда возил молодую хозяйку. Не вовремя решила проявить самостоятельность, не вовремя… Элистер дернулся было следом за ней, но Мирт преградил ему дорогу и негромко произнес:

— Моя клиентка выразилась предельно ясно.

Молодой Бакрон побелел от злости, видя, что добыча ускользает, но сумел взять себя в руки и, криво усмехнувшись, пожал плечами:

— Женщина, что с нее взять. В ней говорит обида. Не влезал бы ты, охранник, потом крайним окажешься.

— Пока госпожа Делавент не изъявит желания с вами побеседовать, уважаемый, я буду, как вы выразились, влезать, — особенно выделив слово "уважаемый", ответил Мирт. — Всего доброго.

Аристократический подлец собирался что-то ответить, но в последний момент передумал. Не иначе, решил, что спорить с телохранителем ниже его достоинства. Бросил еще один взгляд вслед Айе, резко развернулся и направился обратно к своему экипажу.

— В особняк, — рявкнул он кучеру.

Дверь кареты захлопнул сам, сильней, чем следовало бы, не сумев сдержать раздражения. Как же не вовремя Айя обзавелась телохранителем. Да еще и отказалась от его, Элистера, предложения, с таким видом, словно он ее оскорбил. Белокурая стерва. Ну уж нет, завтра она от него точно не уйдет. Придется раскошелиться, конечно, отправить вечером ей в Академию корзину цветов, записку с извинениями и коробку кремовых пирожных. А с утра ждать у ворот. Пусть Айя даже снова будет с этим своим охранником, ничего. Главное, чтобы села в карету и угостилась своим любимым шоколадом. А потом беспокоиться будет уже не о чем. Айя с превеликим удовольствием выполнит все, что он потребует.

Проводив сорвавшийся с места экипаж пристальным взглядом, Мирт последовал за Айей, на сей раз не стараясь ступать бесшумно. Заслышав шаги, она обернулась, недовольно бросила:

— Я уж думала, так и будешь стоять столбом.

— Пока твой бывший жених не распускал руки, я не мешал вашей беседе, — ответил Мирт. — Стоило помешать?

— Нет, — буркнула маркиза. Остановилась, глубоко вздохнула. Зябко поежилась от холодного осеннего ветра и продолжила, уже спокойнее: — Я собиралась пройтись по книжным лавкам, но планы изменились. Мне срочно требуется выпить чего-нибудь горячего. Составишь компанию? Я угощаю, на правах нанимателя. И не спорь.

Мирт кивнул и снова отстал на несколько шагов. В молчании они прошли всю улицу и подошли к одной из стоянок городских экипажей. Айя назвала первому из подбежавших извозчиков адрес одного из самых дорогих столичных ресторанов и, с вежливой улыбкой приняв его помощь, поднялась в карету. Сайфер сел рядом с извозчиком.

— Хороша у тебя хозяйка, — подмигнул ему тот. — Красавица.

Снежный маг промолчал, но извозчик и сам не стремился продолжить беседу. Залихватски щелкнул вожжами, и карета сорвалась с места. Прислонившись к твердой спинке сидения, Мирт полуприкрыл глаза, анализируя поведение Элистера Бакрона. Тот, хоть и выглядел неповоротливым тюфяком, таковым не являлся. Сайфер встречал слишком много таких, как он, обманчиво безобидных, а на деле оказывающихся опасней ядовитых змей. И Мирт готов был биться об заклад, что так просто бывший жених Айи не отступится. Слишком настойчиво он пытался помириться.

* * *

Вышколенный метрдотель встретил Айю и ее спутника вежливым поклоном.

— Госпожа Делавент, я счастлив приветствовать вас в нашем ресторане, — изрек он с таким восторженным выражением лица, словно ресторан почтил визитом сам император. — Желаете отдельный кабинет? Ваш любимый как раз свободен.

— Желаю, Эйдар, — кивнула она.

Метрдотель проводил их на второй этаж, придержал дверь кабинета, пропуская маркизу и ее сопровождающего. Принял у Айи пальто и, дождавшись, когда гости сядут за стол, подал каждому из них меню в кожаном переплете.

— Рекомендую оленью вырезку с брусничным соусом, а к ней ржаную лепешку с тмином, — проговорил он.

— Две порции, — решила Айя, мельком взглянув на Мирта. — И чашку цветочного чая для меня, Эйдар. На улице зябко.

— Осмелюсь предложить вам малиновый сбитень с имбирным сиропом, — произнес метрдотель. Уловив тень сомнения на лице маркизы, добавил: — Безалкогольный.

— Несите, — согласилась Айя.

— Что будет пить молодой господин? — осведомился Эйдар.

— Кофе, — коротко ответил Мирт.

Озвучив стоимость заказа и получив деньги, метрдотель откланялся, уверив, что блюда и напитки доставят в течение нескольких минут. Айя откинулась на спинку мягкого диванчика и, закрыв глаза, легонько помассировала виски. Встреча с бывшим женихом разозлила и, чего уж таить, немного испугала. Неискренние извинения Элистера и его настойчивое желание пообщаться лишь насторожили. А сорвалась она в итоге на Сайфере. Снова.

Тихо приоткрылась дверь, негромко стукнули опущенные на столешницу тарелки, звякнули столовые приборы. Мелодичный женский голос пожелал дорогим гостям приятного аппетита, и дверь снова закрылась. Айя открыла глаза и вздрогнула, поймав пристальный взгляд Мирта. Снежный маг молчал и не выказывал ни малейшего желания начать разговор первым. Уязвленная гордость вновь встрепенулась. Надо же, какой ранимый нашелся. Но желание не нарушать едва-едва установившееся хрупкое равновесие победило.

— Полагаю, мне следует извиниться за резкий тон, — проговорила маркиза, рассматривая чашку.

— Ты о чем? — в голосе Сайфера отчетливо слышалось недоумение.

— Неважно, — махнула ладонью Айя, торопливо поднося чашку к губам.

— Допустим, — кивнул Мирт и неожиданно поинтересовался: — Могу задать личный вопрос? Какого демона ты платишь в ресторане, принадлежащем твоему отцу?

Айя от удивления едва не выронила чашку. О том, что рестораном "Лунный свет" владеет Колинер Делавент знали немногие. Это дело отец считал, скорее, необременительным дополнением к судостроению. Да и выкупил его в свое время только потому, что хотел получить удобную площадку для переговоров в неофициальной обстановке. А что может быть лучше, чем обсуждать условия взаимовыгодного сотрудничества за бокалом доброго вина? Здесь не было общего зала, лишь отдельные кабинеты, оборудованные встроенными амулетами для активации "купола тишины". В основном, небольшие, вроде того, в котором сейчас были они с Миртом.

— Это называется экономической целесообразностью, Сайфер, — улыбнулась она. — Дело должно приносить прибыль, а не убытки. Проще говоря, если ты станешь приходить в собственный ресторан, чтобы бесплатно пообедать, это одно. Но рано или поздно ты станешь приводить с собой друзей, а после они начнут заявляться сюда без тебя, ссылаясь на личное знакомство, приглашать уже своих друзей, и в итоге дело прогорит.

— Умно придумано, — отметил Мирт. — Твой отец знает, как выгодно распорядиться имуществом.

— Конечно, — с гордостью подтвердила Айя.

И тут же погрустнела, некстати вспомнив, что она сама с точки зрения отца тоже относится к имуществу, которым можно и нужно распорядиться с максимальной выгодой. Нет, мнение Айи в некоторых вопросах, конечно же, учитывалось. К примеру, перед тем, как начать переговоры о ее помолвке с Элистером Бакроном, маркиз Делавент поинтересовался, устраивает ли дочь эта кандидатура. Айя согласилась. С молодым графом они беседовали на двух или трех музыкальных вечерах, встречались в театре, и он не был ей противен. Сейчас она определенно отказалась бы от сомнительного счастья быть невестой Элистера. Особенно после того, как узнала, что близость с мужчиной может приносить удовольствие, а не быть досадной необходимостью.

— Почему твой отец решил породниться именно с Бакронами? — поинтересовался Мирт, словно прочитав ее мысли.

— Он забыл сообщить мне, чем руководствовался, остановив выбор на них, — резко ответила Айя. — Да и какая теперь разница? Лично мне гораздо интересней, почему Элистер настаивает на возобновлении помолвки. У нас были не такие уж и теплые отношения.

— Странно, что ты вообще согласилась стать его невестой, — хмыкнул снежный маг, окинув ее медленным, откровенным взглядом. — Его мотивация мне понятна, хотя бы с мужской точки зрения. Красивая жена или, для начала, невеста, это престижно.

— Сайфер, веришь, мне было наплевать, с кем заключать помолвку, — дернула плечиком маркиза. — Молодой, обеспеченный, аристократ, более-менее приятен в общении — и довольно. Люди моего круга не заключают союзы по велению сердца.

— Именно по этой причине у аристократии существует традиция принятия в род, — кивнул Мирт. — Нет чувств — нет верности. А воспитывать чужих детей и, уж тем более, передавать им титул, желающих нет.

— Очень смешно, — фыркнула Айя. — Любой запрет можно обойти. Лично я не собиралась прыгать по чужим постелям, даже несмотря на то, что… Неважно.

— Почему же? — Сайфер склонил голову к плечу. — Договаривай. Несмотря на то, что как любовник, твой жених тебя совершенно не устраивал. Или не с кем было сравнить.

Последняя фраза, брошенная снисходительным тоном, разозлила Айю окончательно. Кажется, кто-то слишком много о себе возомнил.

— С чего ты взял, что он не устраивал меня "совсем"? — холодно улыбнулась она. — Целуется Эл просто потрясающе.

— Лучше, чем я? — спокойно поинтересовался Мирт.

Он сознательно провоцировал Айю, видя, как напряжена она после неожиданной встречи с бывшим женихом. И задавал откровенные вопросы, зная, что в этом месте лишних ушей точно нет. Маркиза до сих пор не слишком доверяла ему и не хотела общаться на темы, связанные с бывшим женихом. А в запале могла сказать что-то интересное, дать информацию для размышления. Мирту очень не нравилось желание молодого Бакрона помириться с Айей и возобновить помолвку. Во внезапно проснувшиеся светлые чувства графа к бывшей невесте Сайфер верил не больше, чем сама маркиза. А еще его бесила сама мысль о том, что этот слизняк прикасался к Айе и явно намеревался вернуть себе это право. Но пока что маркиза держалась и на провокации не поддавалась. Сверкала глазами, шипела, пыталась язвить, но не срывалась.

— Ревность? — довольно рассмеялась она, поднося к губам чашку с имбирно-малиновым сбитнем.

— Разве что профессиональная, — улыбнулся в ответ Мирт. — Люблю быть лучшим.

— Как ты сам заметил, мне не с кем сравнивать, — деланно вздохнула Айя. — Повтори этот вопрос лет через пять. Я постараюсь к этому времени поцеловаться с достаточным количеством мужчин, чтобы судить непредвзято, лучший ты в поцелуях, или нет.

— Детка, осторожней со словами, — покачал головой Сайфер. — Я могу запомнить. И спросить.

— Сделай одолжение, — кивнула маркиза, возвращая чашку на стол, так и не сделав ни глотка. Перехватив вопросительный взгляд Мирта, пояснила: — Горячо.

Снежный маг повел ладонью, и из чашки маркизы поднялась вверх три тонких струйки сбитня, чтобы собраться в небольшие, идеально ровные кубики льда и тихо опуститься обратно.

— Благодарю, — кивнула Айя, потирая кончики пальцев. — Полезная способность.

— Очень, — согласился Сайфер. — Со льдом можно сделать массу интересных вещей. Если понимаешь, о чем я.

— Снежный, катись к Пересмешнику со своими намеками, — пожелала ему маркиза, поморщившись. — То, что я позволила себе, да и тебе тоже, вчера лишнего, не значит, что сегодня будет так же.

Она ждала в ответ очередного пошлого замечания, но Мирт неожиданно решил не спорить и вовсе закрыть тему. Бросил:

— Понял, заткнулся, отвалил.

Самым странным было то, что он действительно замолчал. Придвинул ближе тарелку и все внимание перенес на оленину с брусничным соусом. Несколько секунд Айя не сводила с него подозрительного взгляда, пытаясь понять, в чем подвох, а после мысленно махнула рукой и приступила к своей порции. Умолк — и слава Пресветлому.

* * *

Барон Эдар Бретон, в кои веки проводивший выходные не на службе, сразу заметил изменившийся браслет на руке Алехно, хоть младший сын и старался не демонстрировать его. Наблюдательному Эдару хватило доли секунды, на которую браслет адепта ФБМ, плотно обхватывавший запястье Алехно, выглянул из-под опущенного рукава рубашки, когда молодой барон потянулся за хлебом. Но сразу комментировать увиденное не стал. Подождал, пока закончится обед, ушел в рабочий кабинет, а через полчаса вернулся в столовую, зная, что Алехно наверняка с головой ушел в изучение свежих газет.

Сын действительно был там. Поднял серые глаза на устроившегося напротив отца и вопросительно изогнул бровь.

— Алехно, ты ничего не хочешь мне сказать? — вкрадчиво поинтересовался глава императорской тайной канцелярии.

— Пишут, что в северных провинциях небывалый урожай яблок, зато не уродила рожь, — охотно ответил сын. Перелистнул страницу и добавил: — А еще сообщают о поимке банды контрабандистов. В остальном все спокойно. Границы Ардана крепки и нерушимы, император мудр и справедлив, граждане могут спать спокойно.

— И впрямь, — согласился Эдар. — Спать спокойно, разводить яблоневые сады, сеять рожь. И заводить семьи.

— А, ты об этом, — Алехно кивнул на запястье с браслетом. — Не беспокойся, отец, это временно.

— Любая помолвка временная, — философски заметил барон.

— Подробностей не будет, — отрезал Алехно, сверкнув упрямым взглядом. — Это мое личное дело. Помолвка временная.

Эдар кивнул и поднялся. Он услышал все, что хотел. Проходя мимо сына не удержался и взъерошил тому волосы на макушке. Как быстро и незаметно младший повзрослел… Еще недавно под стол пешком ходил, а сейчас, того и гляди, внуками осчастливит раньше, чем старшие братья.

— Если твое временное вдруг попытается перерасти в постоянное, скажешь, что-нибудь придумаем, — произнес он. — У каждой попавшей в беду девы могут отыскаться родственники, имеющие свой взгляд на происходящее.

Алехно молча кивнул. Реакция отца была ожидаемой. Скорее, он удивился бы, не заметь тот изменившегося браслета. Судя по последней фразе, Бретон-старший еще и прекрасно понял, с кем именно и по какой причине сын заключил помолвку, но осуждать и упрекать в излишнем благородстве не стал. Алехно был благодарен ему за понимание и неизменную поддержку. Он успел узнать столичное высшее общество достаточно хорошо, чтобы заметить: отношения, которые царили в его семье, были редкостью. Чаще аристократы заключали союзы по расчету, и речи о доверии даже не велось. Молодой барон искренне надеялся, что сумеет создать такую же семью, как та, в которой вырос, где каждый будет уважать и поддерживать друг друга. И был почти уверен, что не сумеет отыскать невесту в столице.

ГЛАВА 9

Этим вечером Алехно вернулся в академию чуть раньше, чем обычно. На втором курсе, учитывая возросшую учебную нагрузку и дополнительные занятия, они с друзьями уже не могли позволить себе собираться чаще, чем два-три раза в неделю. Дана на вечерние посиделки приходила еще реже, предпочитая проводить свободное время с супругом. И ребята ее не осуждали. Самым забавным, на взгляд Алехно, в этой ситуации было то, что чаще всего им удавалось пообщаться именно на боевке у Атора. И, пожалуй, их команда ждала "полевых" занятий больше всего. Как-то само собой сложилось, что обычно всю группу к заданной цели вел Алехно — оспаривать его лидерство желающих не было. Хотя изобретательный Атор периодически устраивал группе марш-броски в формате "каждый за себя". Но сегодня был один из тех редких вечеров, когда всей компании удалось собраться вместе.

— Вот это номер, — звонко воскликнул Феб, увидев задорно переливающийся огоньками браслет на запястье Бретона. — И молчал ведь. Поздравляю, что ли.

— Полагаю, поздравления тут немного излишни, — негромко произнес Ниэль, пристально вглядываясь в лицо Алехно. — Друг мой, я верно думаю, что это, — он кивнул на переливающийся браслет, — результат благородного жеста с твоей стороны, и не более того?

— И приз за сообразительность достается маркизу де Рену, — с улыбкой хлопнул в ладоши барон.

В комнате на несколько секунд повисло молчание. Друзья переглядывались между собой, но никто не хотел высказываться первым. Алехно терпеливо ждал, догадываясь, о чем пойдет разговор. И не ошибся.

— Алехно, ты не обижайся, я прямо скажу, — пробасил Маттис, решивший высказать общее мнение. — Сдается мне, Делавент в нашей компании будет лишней. Скользкая она, что угорь. Не верю я ей.

Феб и Террен кивнули в знак согласия. Ниэль молчал, рассматривая узор на занавесках. Лидана теребила рукав, не поднимая глаз.

— И не надо, — спокойно согласился Бретон. — Все, что я хочу сделать для Айи, это показать ей, что общение хотя бы в рамках учебного корпуса может строиться не только на желании получить какую-либо выгоду. Поймет и сумеет перенести на другие сферы жизни — ее счастье. Нет, значит, нет. Мои две мили на этом заканчиваются.

— Ставить подобные рамки жестоко, — покачала головой Дана. — У нас с Айей были… некоторые разногласия, но она не такая уж высокомерная, какой пыталась казаться. Просто избалованная.

— Ты хотела бы видеть ее среди близких подруг? — поинтересовался Алехно, присаживаясь на кровать рядом с ней.

Лидана тихонько вздохнула и снова отвела взгляд. Но природная честность вынудила ее ответить:

— Нет. Но это все равно жестоко.

— Мир коварен и несправедлив, — пожал плечами внимательно прислушивающийся к разговору Террен. — А я поддерживаю Алехно. Лично меня не напрягает на парах общаться с Делавент.

— Не, ну раз так, то и меня все устраивает, — расслабился Маттис. — Просто странно это все выглядело… Ты хоть посвящай в свои гениальные планы, что ли.

— Задавай правильные вопросы, получай правильные ответы, — усмехнулся Бретон. Посчитав тему исчерпанной, взял в руки гитару. Легонько задевая пальцами струны, промурлыкал: — Ведь если горят мосты, то прошлого не вернуть. Пред пропастью позабудь стоящих на том краю. И выбери наугад свой Новый достойный путь, в том полыме закалив шальную судьбу свою.*

*стихи Саши Бест

— Хуже, когда вместо мостов сжигают сразу порты и гавани, — тихо заметил Ниэль.

— Когда вместе с мостами сжигают порты, гавани, корабли и портальные амулеты, — поправил его Террен.

— А потом идут к менталисту и стирают память, — подхватил Феб.

— И убивают менталиста, чтобы, так сказать, концы в воду, — веско добавил Маттис.

— Нет, ну что за люди, — шутливо возмутился Алехно, ударив по струнам. — Я им о высоком, а они все свели к банальному убийству.

— Можно не банальному, — расхохотался Террен. — Нарядить труп менталиста в костюм циркача, поднять настроение дознавателям.

— Друг мой, увлекающийся ядами, ты лучше сразу подлей несчастному менталисту что-нибудь веселящее, пусть отдаст Пресветлому душу, сорвав живот от смеха, — усмехнулся Ниэль.

К обсуждению Айи больше не возвращались. Лишь поздно ночью, когда все начали расходиться по комнатам, Феб, улучив минутку, спросил у Алехно:

— А что значила твоя фраза про две мили?

— Есть поговорка: "Если человек просит тебя пройти с ним милю, пройди с ним две", — охотно пояснил Бретон.

Фабиан успокоенно кивнул. Вопрос, терзавший его весь вечер, наконец-то разрешился. А поговорку он решил запомнить. На всякий случай. Хоть и сомневался, что сумеет ввернуть ее так же к месту, как это вышло у Алехно.

* * *

Вопреки опасениям Айи, Мирт и дальше вел себя, как и полагалось идеальному телохранителю. Держался рядом, умудряясь быть настолько неощутимым, что Айя несколько раз даже обернулась убедиться, что Сайфер никуда не исчез. Прошел с ней по всем книжным лавкам, заботливо донес приобретенные книги до комнаты и даже ни разу не съязвил по поводу внезапно проснувшегося интереса к учебе.

— Снежный, ты не заболел? — не выдержала маркиза, когда Мирт, оставив сверток с книгами на столе, направился к двери.

— Нет, — равнодушно отозвался ее телохранитель.

— Странный ты какой-то, — нахмурилась Айя.

— Уверена, что хочешь об этом поговорить? — поинтересовался Мирт, чуть склонив голову к плечу.

— Если собираешься наговорить мне гадостей, то нет, — честно ответила маркиза.

Сайфер в ответ лишь усмехнулся и отрицательно покачал головой:

— Не собираюсь. Но лучше перенести разговор на вечер.

Реакции на свое предложение он дожидаться не стал. Шагнул за дверь и захлопнул ее за собой. Чуть сильней, чем следовало. Поморщившись от громкого стука, Айя тяжело вздохнула. День явно был не слишком удачным. Вначале тревожное предупреждение от богини, после — встреча с Элистером, и вот сейчас странная задумчивость и отстраненность Мирта. Если бы он вел себя так с самого начала, маркиза была бы только рада. Но сейчас его поведение пугало. Айя с трудом избавилась от назойливых мыслей о том, что это как-то связано с ее бывшим женихом. Не зря Сайфер задавал вопросы об их отношениях. "Вечером, — напомнила она себе. — Я все выясню вечером. Снежный, конечно, любит помотать чужие нервы, но не настолько, чтобы умолчать об опасности. Значит, все в порядке".

А после, закопавшись в книги, Айя совершенно потеряла счет времени и забыла обо всем на свете. Когда перестало хватать места на столе, перебралась с тетрадями и книгами на пол. Идея, поначалу казавшаяся почти безумной, понемногу обретала очертания. Маркиза даже не обратила внимания на раздавшийся стук в дверь. Лишь когда он повторился, неохотно оторвалась от книг, выпрямилась, поморщившись от боли в затекшей спине. Складывая разбросанные вокруг тетрадные листы с заметками, крикнула:

— Не заперто.

Увидев Мирта, удивленно нахмурилась, перевела взгляд на часы. Те показывали почти одиннадцать вечера. Вот это зачиталась. Снежный маг выглядел таким же непроницаемо бесстрастным, как днем, и Айя почувствовала, как заснувшее было беспокойство снова зашевелилось в груди. Сайфер же не спешил ничего объяснять. Молча помог ей собрать с пола книги, а после, выпрямившись, неожиданно провел указательным пальцем по ее щеке. Маркиза отпрянула от неожиданности, едва не выронив пухлую стопку листов, которую прижимала к груди, словно щит.

— Чернила, — коротко пояснил Мирт.

— Потом смою. — Айя заправила за ухо прядь выбившихся из прически волос, поколебавшись, все-таки положила записи на стол, придавив их для надежности парой книг, чтоб не разлетелись от малейшего сквозняка. Сухо поинтересовалась: — И о чем ты хотел поговорить?

Если уж Сайфер решил изображать из себя ледышку, маркиза не собиралась доставлять ему удовольствие, проявляя любопытство. Никуда не денется, расскажет сам, раз пришел.

— Меня крайне интересует, как долго тебе еще понадобится охрана, — не стал тянуть Мирт. Заметив, как удивление в глазах Айи сменилось яростью, добавил: — Я планирую и дальше обеспечивать твою безопасность, насколько смогу, но есть некоторые нюансы.

Маркиза обреченно вздохнула и отвернулась. Именно эту тему она бы предпочла не поднимать, прекрасно понимая, о каких именно нюансах говорит Сайфер. Так было бы удобней. Подождав несколько секунд и не услышав ответа, Мирт продолжил, безжалостно спокойно и уверенно:

— Я гарантирую тебе неприкосновенность в стенах Академии, здесь у меня достаточно связей и авторитета. Но за ее пределами мои возможности ограничены. Статус адепта дает некоторые преимущества, но налагает и ограничения.

— Знаю, — бросила Айя, рассматривая штору. — Про обязанности адепта можешь не рассказывать. Сам себе не принадлежишь, выполняешь поручения преподавателей, в любой момент можешь сорваться на практику на другой конец империи и прочее. А потом появится еще и контракт. Вряд ли ты сумеешь его выкупить.

— Вряд ли я захочу это делать, — хмыкнул Мирт. — Быть боевым магом его Императорского Величества почетней, чем вольным наемником. Да и спокойней.

— Сайфер, какого снежного демона ты мне об этом говоришь? — резко спросила маркиза, поворачиваясь. — Хочешь, чтобы я разорвала наши договоренности, коль скоро в академии меня защищает помолвка, а в городе, как мы только что выяснили, рассчитывать на тебя можно только с оговорками?

— Решать тебе, — пожал плечами молодой маг. — Я всего лишь предупредил. И все еще жду ответа на свой вопрос.

— Жди, — позволила Айя. — Когда появится определенность, тогда и отвечу. Не устраивает — не держу.

— Почему не устраивает? — усмехнулся Мирт. — Устраивает.

Маркиза промолчала. Почему-то именно сейчас усталость, копившаяся на протяжении всего слишком долгого дня, нахлынула и накрыла с головой. И продолжать этот разговор ей хотелось меньше всего.

— Рада, что мы все решили, — сухо проговорила она. — Можешь идти.

Сайфер иронично хмыкнул и скрестил руки на груди. Айе даже не требовалось смотреть в его наглые глаза, чтобы безошибочно угадать: Снежный недоволен таким поворотом. Значит, почти наверняка сейчас скажет какую-нибудь гадость. Но Мирт, вопреки ожиданиям, язвить не спешил.

— К Пересмешнику? — почти ласково уточнил он. — Или к ночным тварям?

— К себе в комнату, — сдержанно ответила маркиза, с трудом сдержав желание добавить: "А какие твари обитают в твоей комнате, ты знаешь лучше".

— Я могу остаться в твоей, — прищурился Мирт.

— Это лишнее, — покачала головой Айя. — В стенах академии меня снова защищает помолвка. В том числе, и от тебя.

О последней фразе она пожалела почти сразу. Усталость и раздражение все же вырвались наружу. Но извиняться не стала, гордо вскинув голову, посмотрела в зеленые глаза Сайфера. И ответ не заставил себя долго ждать.

— От меня защищает, говоришь? — переспросил Мирт с нескрываемой иронией. — Странно. Мне казалось, ты стонала подо мной вовсе не от боли. Неужели ошибся?

— Снежный, дверь прямо за твоей спиной, — холодно проговорила маркиза. — Сделай над собой усилие, закрой ее с обратной стороны.

— Как пожелаешь, — пожал плечами Сайфер. — Любой каприз нанимателя в обмен на своевременную оплату.

Айя сделала вид, что не услышала последней фразы и не поняла откровенного намека. Хотя, чего уж скрывать, очень хотелось запустить в зеленоглазого гада чем-нибудь тяжелым. И назначить его виноватым во всем, что сегодня происходило, тоже. Особенно за то, что не промолчал, не понял, не попытался обнять и успокоить. Если бы попытался, она, конечно же, возмутилась бы исключительно для порядка, а после позволила бы себе побыть слабой и испуганной, притихнуть в его объятьях, наслаждаясь чужой уверенностью и силой. Почему-то казалось, что рядом с ним можно себе это позволить. Но Мирт не спешил проявлять способности провидца и делать то, чего маркиза от него ожидала. Может, и к лучшему. "Я Делавент, — напомнила себе Айя. — Я сталь, и слабость — не для меня". Только эта фраза почему-то с каждым днем действовала все хуже и хуже. Вот и сейчас она не успокоила, лишь оставила на языке горький привкус пепла.

Когда дверь за ним закрылась, маркиза обессиленно опустилась на кровать. Впервые в жизни она жалела о том, что у нее нет подруги, с которой можно было бы поговорить откровенно, поделиться переживаниями и сомнениями, получить поддержку и дельный совет. Отец всегда учил Айю, что доверять нельзя никому, но сейчас маркиза в очередной раз задумалась о том, что даже его советам следует верить с оговорками. "Либо ты выбираешь легкий путь и смиряешься с тем, что выбирают за тебя, либо взрослеешь и учишься жить с последствиями собственных решений", — прозвучал в голове бесстрастный голос Атора Вальтормара. Жестокая, болезненная правда, высказанная прямо в лоб. Айя не хотела, чтобы выбирали за нее, но не ожидала, что будет настолько непросто. Где-то внутри голодной мышью скреблось осознание собственной неправоты, требовало извиниться перед Миртом за попытку ужалить. А поднявшая голову гордость протестовала, считая это унижением. Айя почти придушила ее, даже поднялась, собираясь все-таки отыскать Сайфера, но остановилась у двери, подумав, что Снежный этой ночью может быть не один. В конце концов, у него добрый десяток любовниц на факультете, и лично Айе он ничего не обещал. Вот будет развлечение какой-нибудь остроносой мымре, которая станет свидетельницей того, как маркиза Делавент извиняется перед собственным телохранителем. Еще чего не хватало. Резко отвернувшись, Айя вернулась на кровать, старательно заглушая мысль, что ее гораздо больше взбесила вероятность того, что Мирт может с кем-то развлекаться, нежели возможный случайный свидетель. Да, Сайфер ничего ей не обещал, да, она сама была инициатором близости с ним, но, видит Пресветлый, скулы сводило от злости, стоило лишь представить, как он ласкает другую девушку.

Поднявшись, маркиза подошла к окну, уткнулась лбом в холодное стекло, закрыла глаза, глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. У нее не было ни одной причины считать Мирта своей собственностью. У нее не было ни одной причины требовать от него верности. У нее не было ни одной причины ревновать его. Оставалось лишь как-то убедить себя в этом, потому что разум был бессилен перед эмоциями. А сорваться на Сайфера еще раз только потому, что она сама что-то там себе придумала, Айя не хотела.

* * *

Спускаясь по лестнице, Мирт едва сдерживался от желания хорошенько вдарить кулаком в стену. Определенно, идея поговорить с Айей этим же вечером была отвратительной. Понадеялся на то, что удастся сдержать копившееся весь день раздражение, и совершенно упустил из виду тот факт, что рядом с маркизой его самоконтроль летел к Пересмешнику. Сумасшедший чувственный голод и жажда обладания лишь разгорелись после прошлой ночи. И то, что Айя теперь, пусть и формально, почти принадлежала другому мужчине, бесила до зубовного скрежета. Взявшись за перила, Мирт бросил на них случайный взгляд и тут же отдернул руку, увидев, как из-под ладони расползается морозный узор. Магия, чувствуя ярость своего хозяина, дрожала на кончиках пальцев, вспыхивала под кожей колкими снежинками. Выругавшись, Сайфер прислонился к стене, прикрыв глаза и мысленно успокаивая разбушевавшуюся внутри стихию. Еще не хватало неприятностей. Адептам четвертого курса разрешалось применять магию, но заморозить пару этажей общежития в планы Мирта все же не входило.

Все полетело к ночным тварям после того, как он увидел вновь задорно переливающийся огоньками браслет на тонком девичьем запястье. Сайфер не сомневался, что молодому Бретону даже в голову не придет намерение перевести помолвку с Айей из фиктивной в настоящую, но его раздражал сам факт того, что у барона было больше прав на общество белокурой маркизы. Пусть даже формально. Хотелось сжать Айю в объятьях, увезти куда-нибудь в уединенное место и любить, жадно, жарко и неистово, оставляя на нежной коже следы поцелуев, ловя губами каждый стон. И как же взбесила фраза маркизы о том, что она, пожалуй, попрактикуется в поцелуях с другими мужчинами, чтобы сравнить, кто лучше. Назови Айя в этот момент хоть одно имя, Мирт бы убил потенциального соперника, не раздумывая. А графеныша Бакрона, этого хитрого хорька, бросавшего на Айю масляные взгляды, он мечтал придушить с первой секунды, как увидел. И даже всерьез раздумывал над тем, как организовать ему несчастный случай. Надеялся, что до вечера раздражение уляжется, но нет. Разговор стоило отложить, но, чего уж лгать самому себе, слишком хотелось увидеть Айю. А получилось как получилось. Снова расстались почти врагами.

— Мирт, — нежный девичий голос заставил открыть глаза. — Не ожидала увидеть тебя здесь.

Руби или Рози, случайная любовница на одну ночь, стояла перед ним, не скрывая радости. На щеках девушки играл смущенный румянец. Не иначе, решила, что он явился сюда ради нее.

— Я как раз уходил, — сухо ответил он. — Доброй ночи.

И, не дожидаясь ответа, зашагал вниз.

— Мирт, — опомнившаяся Рози (или все же Руби?) поспешила следом. — Прости. Если бы я знала, что ты придешь…

— Детка, ты-то здесь причем? — резко оборвал ее молодой маг.

— Но… Разве ты приходил не ко мне? — губы девушки обиженно задрожали.

— Нет, — безжалостно произнес Мирт. — Я даже имени твоего не помню. Руби? Рози?

— Миранда… — прошептала она, прикусив губу.

— Замечательно, — кивнул он. — Спокойной ночи, Миранда. И не вздумай разреветься, я утешать точно не буду.

— Сайфер, тебе говорили, что ты подонок? — Миранда возмущенно сверкнула глазами.

— Неоднократно, — подтвердил он. — Детка, не понимаю твоего недовольства. На что ты рассчитывала? — Легко перехватил летящую к щеке ладонь и покачал головой: — А это лишнее. Я тебя ни к чему не принуждал. Предложил, ты согласилась. Все.

— Сугроб бесчувственный, — прошипела Миранда, выдергивая руку из его хватки. — Чтоб у тебя вставало только на ту, которая не даст.

Дождавшись, пока она умчится вверх по лестнице, Мирт тоскливо усмехнулся. Девчонка даже не подозревала, как близка к истине. У него действительно вставало на ту, с которой этой ночью точно бы ничего не обломилось. Хотя, пожалуй, рядом с Айей он согласился бы просто лежать рядом, обнимать ее, касаться высокой мягкой груди, и пусть даже без разрядки. Вернуться, что ли?.. "И получить в лоб учебником". Покачав головой, молодой маг снова направился вниз. Хватит на сегодня разговоров. Им обоим следует успокоиться.

* * *

Вопреки опасениям, что заснуть после нервного дня не получится, спала Айя, как убитая. И проснулась, впервые за последнюю неделю чувствуя себя отдохнувшей и полной сил. Откровенно говоря, она предпочла бы остаться в академии и продолжить изучать приобретенные накануне книги. Идея обретала все более четкие очертания. Не радовало только одно: в самое ближайшее время ей требовалось найти надежного партнера с даром техномага, способного взять на себя часть первоначальных затрат, чтобы перевести испытания в практическую плоскость. Самой привлекательной казалась кандидатура Алехно Бретона, по крайней мере, он был одним из немногих, в чьей порядочности и способности держать язык за зубами Айя не сомневалась. Но она справедливо подозревала, что убедить молодого барона участвовать в подобной авантюре будет непросто. А значит, следовало продумать все досконально. Но увы, на сегодня была назначена встреча с самой модной столичной портнихой, госпожой Иветт, и пропустить ее было никак нельзя. Отец расстарался, договорился, чтобы именно госпожа Иветт шила Айе платье для Зимнего бала.

Вспомнив, какие планы у почтенного папеньки были на этот самый бал и ее персону в частности, маркиза недовольно поморщилась. Нет, император Зиам, конечно, был вполне привлекательным мужчиной, но Айя даже думать не желала о том, чтобы стать его фавориткой. При всей своей честолюбивости, добиваться благ через постель высокопоставленного мужчины маркиза не хотела. И плевать, что подобное было в порядке вещей среди столичных аристократов, а целители, артефакторы и маги крови делали состояния на средствах и артефактах, препятствующих наступлению нежелательной беременности.

Открыв шкаф, Айя в задумчивости замерла перед ним, решая, что надеть. Брючки с завышенной талией и мягкую тунику из пуха редких горных белых кроликов, или все же платье? Решив, что с ним будет меньше мороки при примерке, маркиза натянула чулки с черной кружевной резинкой, надела тонкую, почти прозрачную нижнюю сорочку с вышивкой по краю и сняла с вешалки темно-зеленое платье из плотной ткани. Не слишком пышное, не требующее нескольких нижних юбок, но при этом достаточно теплое. Шнуровка у него была на груди. Надев сверху меховое болеро с жемчужными пуговицами, Айя ушла в ванную, к единственному зеркалу, и окинула себя довольным взглядом. Нежная кожа дышала свежестью и чистотой, белокурые локоны изящно рассыпались по плечам. На шее таинственно мерцала оправленная в серебро жемчужина — подарок богини. Чуть тронув губы легкой розовой помадой, маркиза улыбнулась отражению и вернулась в комнату.

Взяв сумочку, на секунду нахмурилась, вспомнив, что совершенно забыла накануне предупредить Сайфера о том, что собирается в город с самого утра. Ну вот, теперь придется тратить время, чтобы отыскать собственного телохранителя. И возможно, снимать его прямо с какой-нибудь остроносой курицы. Почему-то перед глазами так и стояла та девчонка, которую Снежный так небрежно приобнял в коридоре. Но Мирт неожиданно обнаружился в коридоре, прямо напротив двери.

— Сайфер, ты не заболел? — ласково поинтересовалась Айя. — Обычно ты не утруждаешь себя ожиданием в коридоре. Видно, что-то крупное в лесу вымерло, раз ты вспомнил о приличиях.

— Надо же тебя иногда удивлять, — пожал плечами тот.

И, не иначе, ради разнообразия, даже не съязвил.

— Удивляй, — позволила Айя. — Мне нравятся приятные сюрпризы.

— Запомню, — пообещал Мирт.

На этот раз в его тоне проскользнуло что-то предвкушающее и хищное. Уловив эти нотки, маркиза даже слегка обеспокоилась, не сболтнула ли случайно лишнего. Но, на ее взгляд, диалог был вполне безобидный.

Дальше Мирт снова играл роль идеального телохранителя. Держался на полшага позади и помалкивал. До тех пор, пока не усмотрел за воротами академии экипаж с гербом Бакронов на дверцах.

— Ты намерена пообщаться с благородным графом? — осведомился он, нагнав Айю.

Последние слова Мирт так выделил голосом, что они прозвучали, как ругательство.

— Не горю желанием, но, похоже, придется, — процедила Айя, наблюдая, как бывший жених вылезает из кареты, держа в руках громадный букет белых роз. — Терпеть не могу белые розы.

— Разобраться с ним? — почти с предвкушением поинтересовался Мирт.

Как же маркизе хотелось согласиться. Сказать "да" и с удовольствием понаблюдать за перекошенной физиономией Элистера, вынужденного общаться с ее телохранителем. Но увы и ах, принятые в высшем обществе правила поведения требовали еще хотя бы раз попытаться урегулировать отношения дипломатическими методами. Проще говоря, лично сообщить оппоненту о нежелании общаться с ним в дальнейшем и предупредить о возможных последствиях. Естественно, эти правила соблюдали далеко не все, но сейчас вокруг было слишком много свидетелей.

— Пока нет, — с нескрываемым сожалением ответила Айя и вздохнула: — Придется потратить на него несколько минут. Будь рядом.

Сайфер понятливо кивнул и вновь отстал ровно на полшага. Маркиза предъявила дежурному пропуск и вышла за ворота академии.

— Айя, дорогая, как я счастлив нашей встрече, — искрясь фальшивой радостью, Элистер устремился навстречу. — Право, не мог заснуть полночи после нашего разговора, закончившегося на такой печальной ноте. Умоляю, прекраснейшая из дев, позвольте мне еще раз принести свои извинения и объясниться. И примите в знак моей искренности этот скромный букет, такой же нежный, свежий и прекрасный, как вы…

От приторно-сладкого тона бывшего жениха Айя едва не поморщилась. Бакрон же продолжал рассыпаться в комплиментах, одновременно протягивая ей веник из роз, перехваченный золотистой лентой.

— Граф, я не желаю с вами разговаривать, — воспользовавшись короткой паузой в потоке словоблудия Элистера, заявила она. — Сделайте милость, избавьте меня от своего общества.

— Уделите мне всего несколько минут, — попросил Бакрон. — Вы ведь не откажете мне в такой малости, драгоценная?

— Боюсь, мне придется вас огорчить, — покачала головой Айя.

— А если я могу рассказать вам кое-что важное? — понизив голос, предложил Элистер. — Кое-что, касающееся верфей вашего любезного папеньки.

Айя колебалась. С одной стороны, общаться с бывшим женихом совершенно не хотелось, с другой, пренебрегать полезной информацией было глупо. Попытайся Элистер давить на нее, почувствовав слабину, она все-таки послала бы его к Пересмешнику, но он молчал и ждал ее решения.

— У вас пять минут, — с недовольной миной согласилась она.

— Не посреди же улицы, — обезоруживающе улыбнулся граф. — Прошу в мой экипаж.

— Только в сопровождении моего телохранителя, — поставила условие Айя. — После некоторых событий я предпочла бы не оставаться с вами наедине, Элистер. Полагаю, вы понимаете, о чем я.

Шпилька достигла цели. Бакрон недовольно поджал губы.

— Поверьте, любезная маркиза, вам ничего не угрожает, — заверил он. — Но информация, которую мне удалось узнать, конфиденциальна. — И тут же добавил, весело усмехнувшись: — Если вы опасаетесь, что я вас похищу на глазах у толпы зевак, могу приказать кучеру немного прогуляться. Без него экипаж никуда не поедет, клянусь честью. И дверь кареты оставлю открытой, чтобы ваш телохранитель видел, что я не представляю для вас ни малейшей опасности.

Помимо воли, Айя даже немного восхитилась тем, как изящно Элистер разнес в пух и прах все возможные контраргументы. Продолжи она сейчас настаивать на обязательном присутствии Мирта, это выглядело бы глупой блажью. К тому же, предложение бывшего жениха казалось абсолютно прозрачным. Похоже, он действительно не замышлял ничего дурного. Как минимум, сейчас. Айя покосилась на Мирта, слушающего этот разговор с непроницаемо-спокойным выражением лица. Снежный не спешил вмешиваться, и это значило, что опасности действительно нет.

— Беседа на таких условиях меня устраивает, — медленно произнесла она и снова взглянула на Мирта: не возразит ли. Телохранитель молчал, и она решилась окончательно. — У вас пять минут, Элистер. Не больше. Я тороплюсь.

Бывший жених кивнул, приказал кучеру уйти на другую сторону площади перед академией, открыл дверцу кареты и вежливо предложил Айе руку. Едва коснувшись его ладони, исключительно ради соблюдения этикета, маркиза поднялась по ступенькам, опустилась на сидение и выжидательно взглянула на молодого графа, всем видом показывая, что задерживаться не намерена. Мирт стоял метрах в трех от экипажа. Достаточно далеко, чтобы не слышать разговор, и одновременно достаточно близко, чтобы прийти на помощь, если это потребуется.

* * *

Элистер тщательно скрывал ликование. Получилось. Как он и предполагал, Делавент была слишком аристократкой, чтобы позволить себе пренебречь принятыми нормами поведения. Хоть на милом личике Айи было нескрываемое недовольство, она согласилась уделить ему несколько минут. Пусть даже для этого молодому графу и пришлось намекнуть на некоторую информацию, которая не могла не заинтересовать бывшую невесту. Как вовремя отец накануне поделился с ним некоторыми слухами, бродившими при дворе. Оставался пустяк: во время разговора угостить Айю ее любимыми шоколадными конфетами, заранее щедро сдобренными эликсиром подчинения, и дальше она сама громко заявит о желании уехать с ним в особняк. По дороге заедут в храм, расторгнут эту глупую помолвку, которую своенравная блондиночка успела заключить без его ведома, и вернут свою. А потом покорная и отзывчивая невеста позволит ему все, чего он пожелает. От этой мысли в штанах стало тесно. Стоило лишь представить, как ее совершенное тело выгибается под ним, как она сама умоляет взять ее…

— Элистер, у меня мало времени, — вырвал его из грез голос Айи. — Внимательно вас слушаю.

— Прежде всего, я хотел бы еще раз принести свои извинения, — вкрадчиво произнес молодой граф, вновь протягивая маркизе букет и скрывая недовольство от того, что она держит дистанцию.

— Будем считать, что я вас услышала, — слегка махнула ладонью Айя. — Извинения приняты, букет можете оставить себе. Давайте к делу. Что там с верфями?

— При дворе ходят слухи, что его императорское величество недоволен срывом сроков, — проговорил Элистер, внимательно следя за выражением лица собеседницы. — Учитывая, что та земля, на которой стоят верфи, передана вашему роду как ленное владение, она может быть возвращена в распоряжение Ардана в любой момент. И передана новому леннику.

— Как и большая часть земель, принадлежащих имперским аристократам, — холодно ответила Айя. — Граф, это все, что вы хотели мне сообщить? Я разочарована.

— Как вы думаете, моя драгоценная, кому это выгодно? — сделав вид, что не заметил последних двух фраз, продолжил Элистер. — При дворе называют имя графа Череньяка, как наиболее вероятного преемника маркиза Делавента.

— И что мне делать с этой, несомненно, ценной информацией? — подняла светлые брови Айя. — Два месяца назад слухи приносили другие имена.

— Граф Череньяк знаком с морским делом и, как вам, несомненно, известно, являлся главным конкурентом вашего уважаемого отца несколько лет назад, когда принималось решение о том, кто будет строить корабли для нужд империи, — пожал плечами Элистер и взял с сиденья рядом с собой изящную бонбоньерку с шоколадными конфетами. — Угощайтесь. Так вот, тогда проект маркиза Делавента император счел более успешным. Как вы считаете, мог ли граф Череньяк затаить обиду?

Чтобы усыпить бдительность маркизы, он и сам взял две конфеты. Единственные в полностью серебристой обертке среди ало-золотистых и сине-серебристых. И единственные, в которые не добавлял эликсир. Развернул одну из них, надкусил. Вскользь отметил:

— Арданские шоколатье настоящие мастера. Потрясающий вкус. Угощайтесь, Айя. Эй, как там тебя, телохранитель, лови.

И бросил вторую конфету Мирту. Тот ловко поймал ее, спрятал в карман куртки и кивнул в знак благодарности. Сам Элистер так и впился взглядом в Айю, мысленно поторапливая: ну же, бери конфетку. И с улыбкой откинулся на спинку сидения, когда нежная девичья ручка скользнула в бонбоньерку, чтобы вынырнуть оттуда с ало-золотистой добычей.

Но разворачивать конфету, вопреки ожиданиям графа, Айя не спешила. Несколько секунд вертела ее в руках, о чем-то размышляя, а после подняла на него задумчивый взгляд и, явно продолжая пребывать мыслями где-то далеко, произнесла:

— Благодарю за информацию, Элистер. Я подумаю над тем, что вы сказали. А сейчас прошу меня извинить, я тороплюсь.

— Да, разумеется, — криво улыбнулся он, скрывая разочарование. Продолжать настаивать на том, чтобы девушка попробовала конфету, было опасно. — Счастлив, что сумел оказаться полезным. Могу ли надеяться увидеть вас через неделю?

— Надейтесь, — позволила Айя. — Но обещать этого я вам не могу.

Бросила конфету в сумочку и, сделав знак телохранителю, выпорхнула из кареты, оперевшись на его руку. Проводив маркизу, направившуюся к уже ожидавшему ее городскому экипажу, взглядом, Элистер подозвал кучера, бросил ему "Домой" и захлопнул дверцу. Лишь тогда, надежно скрытый от глаз случайных прохожих, он позволил себе с силой впечатать кулак в мягкую обивку сидения. Ведь почти удалось. Айя не сможет доказать его причастность к своей неожиданной сговорчивости, если съест конфету, он об этом позаботился, но добровольно из его рук она больше ничего не примет. Видит Пресветлый, он желал действовать иначе, но теперь выбора не оставалось. Мешал лишь ее телохранитель, молчаливой тенью таскавшийся за наследницей Делавент повсюду, но убрать его на несколько часов было нетрудно. А большего Элистеру и не требовалось.

ГЛАВА 10

Посещение салона госпожи Иветт вымотало Айю сильней, чем она могла ожидать. Подбор фасона, выбор ткани, бесконечное количество примерок и магической подгонки по фигуре, спор с работающим при салоне цирюльником о том, какая прическа лучше всего подойдет к платью. И магия, магия, магия. Она прокатывалась по коже волнами, щекотала, будто случайно задевшая пушинка. Поначалу это не беспокоило, но к началу пятого часа экзекуции Айя мечтала лишь об одном — поскорее оказаться под душем и смыть с себя остатки чужого волшебства. Ей казалось, что вместо госпожи Иветт, решившей лично обслужить молодую маркизу Делавент, ее тела бесцеремонно касались сотни рук, поворачивали, затягивали шнуровку на платье, драпировали ткань, раздевали до белья, одевали обратно… И хотя хозяйка салона была доброжелательна и пыталась отвлечь Айю светской беседой, настроение у маркизы портилось с каждой секундой. Она и представить не могла, что длительное воздействие бытовой магии может быть настолько утомительным и неприятным.

Поначалу Айя намеревалась от портнихи уехать в родовой особняк, пообедать, на пару часов отпустить Сайфера и, никуда не торопясь, понежиться в ванне. Но изменила решение, едва выйдя из салона госпожи Иветт. Казалось, что чужая магия до сих пор блуждает под одеждой и въедается в кожу, словно грязь.

— К ближайшему постоялому двору, — приказала она остановившемуся извозчику.

Мирт удивленно изогнул левую бровь, но промолчал. Помог Айе забраться в карету, сам ловко запрыгнул на облучок к вознице. Как чувствовал, что не стоит задавать лишних вопросов.

— Комнату с ванной, — так же отрывисто распорядилась маркиза хозяину постоялого двора, хлопнув на стойку две серебряные монеты.

— Госпожа надолго? — моментально оценив дорогую одежду, отсутствие багажа и наличие охранника, осведомился тот. Аккуратно положил на стойку ключ. — Третий этаж, вторая дверь направо.

— Госпожа ненадолго, — мрачно отозвалась Айя, забирая ключ. Не оборачиваясь, приказала Мирту: — Жди здесь.

Тот и не подумал послушаться. Смерил ее насмешливым взглядом зеленых глаз и протянул ладонь, требуя ключ. Выбрал самое подходящее время, чтобы спорить. Маркиза едва удержалась от желания запустить злосчастный ключ прямиком в его наглую физиономию. Но устраивать скандал и призывать зарвавшегося телохранителя к порядку на глазах у хозяина постоялого двора все же не хотелось, поэтому Айя молча вложила требуемое в горячую ладонь снежного мага.

— Сайфер, ты охренел? — прошипела она, когда они поднялись на два пролета. — Я тебя не приглашала.

— В курсе, — спокойно уверил ее Мирт. — Проверю комнату и уйду. Не беспокойся.

Собравшаяся было припечатать его какой-нибудь хлесткой фразой Айя пристыженно умолкла. Об этом она не подумала. После утреннего разговора с Элистером маркиза сомневалась, что бывший жених станет следить за ней и пытаться устроить какую-либо неприятность, ведь разговор вышел вполне мирным, и позволила себе расслабиться. Сайфер, в отличие от нее, бдительность не терял, и сейчас, услышав о его намерениях убедиться в безопасности комнаты, Айя даже немного разозлилась на себя. Могла бы на всякий случай полностью вероятность пакости со счетов не сбрасывать. Хорошо, что Снежный не пренебрегает своими обязанностями телохранителя, но ведь и у нее тоже голова на плечах имеется.

— Извини, — тихо проговорила она. — Я подумала… Нет, неважно.

— Ты подумала, что я выбрал самое подходящее время, чтобы напомнить о нашей маленькой договоренности и желании узнать о принятом тобой решении, — ухмыльнулся Мирт. — Нет, я не собирался этого делать.

— Но напомнил, — недовольно буркнула Айя.

— Можешь не отвечать, — щедро позволил Сайфер.

— Какой ты добрый, — не удержалась от язвительной шпильки маркиза.

— А еще умный и красивый, — без тени смущения согласился Мирт. — Выдашь мне премию?

— Размечтался, — фыркнула Айя.

— Почему бы не помечтать о том, что может сбыться? — философски осведомился Сайфер. Повернул ключ, отпирая комнату, скользнул туда быстрой размытой тенью, бросив: — Жди здесь.

Дверь он оставил открытой. Айя видела, как с его ладоней сорвались миниатюрные снежные вихри. Они промчались по комнате, побывали в шкафах, под кроватью и в ванной и вернулись к своему создателю.

— А убирают здесь так себе, — хмыкнул Мирт, глядя на грязно-серый вихрь, примчавшийся из-под кровати с добычей — кружевным чулком. — Прошу, маркиза, опасности нет.

Снежный вихрь у его ног крутился с находкой, словно молодой игривый щенок. Повинуясь жесту мага, радостно умчался в коридор и закружился у двери. Мирт вышел из комнаты, не дожидаясь приказа, и Айя недовольно прикусила губу, не зная, как на это реагировать. В последние несколько дней он не переставал удивлять ее. Едва маркиза успела привыкнуть к нахальству снежного мага и выработать соответствующую линию защиты, как он сменил тактику. Но об этом можно было подумать в другой раз. А сейчас ее наконец-то ждал душ. Оказавшись под струями горячей воды, Айя едва не застонала от наслаждения. Вода смывала липкое, неприятное ощущение магии госпожи Иветт, дарила долгожданное ощущение чистоты и свежести. А все остальное могло и должно было подождать.

* * *

Привалившись к стене, Мирт не сводил глаз с ведущей на лестницу двери. Чутье подсказывало молодому наемнику, что долго ждать не придется. Слишком пристально хозяин постоялого двора рассматривал Айю, а тень сальной ухмылки, появившейся в уголках его губ, когда маркиза потребовала комнату с ванной, не оставляла сомнений в том, что мужчина совершенно однозначно решил: молодая красивая аристократка желает поразвлечься с любовником, и на этой информации можно неплохо заработать. Наверняка в соседней комнате есть дырка в стене, в которую можно в нужный момент вставить записывающий кристалл и получить прекрасный повод для шантажа. Кроме того, копии кристаллов с записью подобных развлечений пользовались неплохим спросом среди любителей подсматривать за чужими постельными играми.

Интуиция не подвела: через несколько минут на лестнице послышались крадущиеся шаги, а после в коридор выглянул и сам хозяин постоялого двора. Встретился взглядом с Миртом и озадаченно замер.

— Ай-ай-ай, уважаемый, как можно пренебрегать элементарной уборкой в комнатах, — покачал головой снежный маг, легким движением руки направляя к застывшему у выхода на лестницу мужчине небольшой вихрь со злосчастным чулком. — Моя нанимательница очень недовольна.

— Прошу прощенья, — пробормотал хозяин, поднимая с пола чулок и неловко запихивая его в карман. — А, так это третий этаж, я-то на четвертый шел… Обсчитался.

— Бывает, — посочувствовал Мирт. Подождал еще минут десять и почти дружелюбно осведомился у вернувшегося мужика: — Проблемы?

— Н-нет, просто смотрю, все ли в порядке, — покачал головой тот и поспешил убраться обратно на лестницу.

Снова вернулся еще через десять минут. Долго топтался, не решаясь выглянуть. Наконец высунулся, вздохнул, посмотрев на вопросительно приподнятые брови Сайфера, и пробормотал:

— Может, вам табуретик принести?

— Не стоит беспокоиться, — вежливо отказался Мирт. — Мне не привыкать.

Смахнул с плеча невидимую пылинку, позволив рукаву куртки чуть задраться, обнажив браслет адепта факультета боевой магии. Глаза хозяина постоялого двора слегка расширились. Еще раз пробормотав извинения, он торопливо ушел вниз. На этот раз окончательно. Связываться с боевыми магами его императорского величества, как дипломированными, так и будущими, он явно не стремился.

Вскоре из комнаты вышла освежившаяся и довольная жизнью Айя. Задумчиво нахмурилась, взглянув на него. Розовые губы дрогнули, но слова, бившиеся на них, так и не прозвучали. Кивком она велела следовать за ней, и на этот раз Мирт не стал возражать.

Хозяин постоялого двора, завидев их, принялся еще усердней полировать и без того чистую стойку. Подобострастно склонил голову, когда Айя проходила мимо, и льстиво пожелал прекрасного дня благородной леди.

— И что было не так с этим местом? — поинтересовалась маркиза, когда они вышли на крыльцо.

— Благодаря хозяину этого, как ты выразилась, места, у стен есть не только уши, но и глаза, — ответил Мирт. — И долгая память, которую можно выгодно продать.

— А я-то голову ломаю, с чего бы вдруг у тебя проснулась совесть и не позволила вломиться в комнату, — хмыкнула Айя. — Даже слегка обеспокоилась.

— А с чего я должен был вломиться? — усмехнулся Мирт. — Или ты ждала, что составлю тебе компанию в ванной, потру спинку, и не только, м-м-м?

— Некоторые, как ты недавно выразился, маленькие договоренности предполагают именно такое развитие событий, — дернула плечиком маркиза. — Я начинаю нервничать. Признаюсь, не обрадовалась бы, обнаружив тебя в комнате, а не в коридоре, но так как до этого ты не утруждал себя соблюдением приличий, то…

— Я понял, — спокойно перебил ее снежный маг. Глубоко вздохнув, взъерошил ладонью волосы. — Давай поговорим об этом чуть позже.

— Сайфер, ты действительно думаешь, что успокоил меня этим предложением? — нахмурилась Айя.

— Я думаю, что разговаривать об этом на крыльце постоялого двора не лучшая идея, — с легкой улыбкой парировал он.

— Вынуждена согласиться, — неохотно признала маркиза. — Хорошо, будь по-твоему. Останови экипаж, пора выбираться из этого района.

Пока возница, стоявший на другой стороне дороги, неторопливо разворачивал карету, Айя задумчиво пробормотала:

— И все же, я не могу понять, почему магия госпожи Иветт оказалась настолько… — Она покрутила ладонью в воздухе, подбирая верное слово. — …настолько неприятной. Никогда с таким не сталкивалась. Казалось, будто меня вываляли в сладкой патоке, а после от души присыпали сахарной пудрой. Липкое, гадкое ощущение. Едва удалось от него избавиться.

— Легкая непереносимость магии конкретного человека, — пояснил Мирт и, весело усмехнувшись, добавил: — Кажется, кое-кто не утруждал себя посещением лекций по курсу общей магии. Привыкнуть невозможно, со временем реакция будет лишь усиливаться. Желательно свести контакты с раздражителем к минимуму.

Щечки маркизы слегка порозовели.

— Хвала Пресветлому, что мой телохранитель не пренебрегает возможностью устранить пробелы в моих скромных знаниях, — обиженно фыркнула она.

— Почему бы нет, если это либо полезно, либо приятно? — улыбнулся Мирт еще шире, не отказывая себе в удовольствии подразнить Айю. — Мне с некоторых пор очень нравится роль наставника. Готов принимать у тебя зачеты по некоторым дисциплинам, отсутствующим в общем расписании.

— Снежный, ты губу закатай, а то наступишь ненароком, — ласково посоветовала маркиза.

Открыла сумочку, достала из нее подаренную Элистером шоколадную конфету, и едва не уронила ее, услышав резкое:

— Выбрось эту дрянь.

— Сайфер, ты чего? — Айя непонимающе захлопала длинными ресницами. — Между прочим, Эл на моих глазах съел такую же конфету и с ним ничего не случилось. И тебя угостил, ты тоже жив и здоров.

— Потому что не ем подозрительные угощения, — сверля ее взглядом, заявил Мирт. — Особенно, если их вручает тот, от кого я должен охранять. Выбрось.

— Не выброшу, — вредно хмыкнула Айя. — Еще раз повторяю: Элистер сам съел точно такую конфету, взятую из той же бонбоньерки. Он ведь не сошел с ума, чтобы пытаться отравить и меня, и тебя прямо у ворот Академии.

— Делавент, я привык верить интуиции, — тихо, но четко произнес снежный маг. — И она сейчас предупреждает об опасности. Готов биться об заклад, что твой бывший жених замыслил какую-то пакость.

Маркиза скрестила руки на груди, так и не выпуская конфету из пальцев. Несколько секунд хмуро смотрела в зеленые глаза Мирта.

— Ну хорошо, — кивнула она наконец. — У меня есть еще немного свободного времени. Можем заехать к нашему семейному целителю, думаю, он согласится исследовать несчастный шоколад при тебе. Если там действительно что-то есть, он это найдет. Но на растерзание отдашь свою конфету. Или у тебя претензии только к моей?

— Годится, — кивнул Сайфер, решив, что этого будет достаточно. — Поехали.

Семейный целитель Делавентов, добродушный усатый мужчина средних лет, действительно не возражал против присутствия в своей лаборатории нежданных гостей. Казалось, он был даже рад. Переданного для исследования творения арданских шоколатье касался исключительно в перчатках. Сделал несколько соскобов, распределил по пробиркам, капнул туда каких-то реактивов, взболтал и сообщил:

— Ядов не обнаружено.

Часть конфеты досталась меланхолично сидевшей в клетке толстой белой крысе. Животное с подозрением обнюхало угощение, затем аккуратно взяло в лапки и съело. После подошло к прутьям клетки, дергая бусиной носика и принюхиваясь к лежащим на железном подносе остаткам шоколада.

— Хм, думаю, дальнейшие опыты бессмысленны, — улыбнулся в усы целитель. — Джи сладкоежка, но крайне привередлив. Если бы с шоколадом было что-то не так, он не прикоснулся бы к нему. Но, если желаете, продолжим.

Мирт желал. Крыс в клетке огорченно пискнул, поняв, что больше лакомства не будет, и вновь уселся посреди своего обиталища, свесив кончик голого розового хвоста на стол.

— Что ж, арданские шоколатье не посрамили свое дело, — сообщил целитель, проведя еще серию манипуляций и окончательно уничтожив конфету. — Ни капли магии, исключительно ручная работа. Признаться, я приятно удивлен. Обычно какао-бобы перемалывают как раз магически, но здесь даже помол ручной. Прекрасный шоколад. И никаких посторонних добавок.

— Благодарю, господин Парацетомельс, — Айя протянула целителю золотой. — Надеюсь, мы не слишком обременили вас своей странной просьбой.

— Что вы, маркиза, — вновь улыбнулся в усы маг, принимая деньги. — Ничуть не обременили.

Мирт, в отличие от Айи, результатами доволен не был. Но Парацетомельс и впрямь разобрал конфету едва ли не на составляющие, и ничего подозрительного в ней не обнаружил. Да и угощенный крыс, судя по поведению, чувствовал себя очень неплохо, и даже соизволил пробежаться по установленному в клетке колесу, дабы нагулять аппетит.

— Я проголодалась, — заявила Айя, едва они вышли от целителя. — И ты задолжал мне некоторые объяснения, не так ли?

— Было дело, — согласился Мирт. — Пойдем. Я знаю неподалеку неплохое место, где нам точно не помешают. К тому же, там отлично готовят.

На душе у него скребли кошки. Надо же, графеныш действительно не замышлял ничего дурного. Но мысль о том, что Айя все-таки приняла эту пересмешникову сладость, заставляла сжиматься кулаки. На секунду Мирт даже подумал, что стоило без лишних слов выбить конфету из руки маркизы, а уж потом объясняться. В конце концов, как телохранитель, он имел на это полное право. И пусть бы Айя сочла его параноиком. Она не должна была принимать что-то от Бакрона. "И от любого другого мужчины тоже", — ехидно подсказал внутренний голос. Снежный маг едва не сбился с шага. Вот только не хватало руководствоваться ревностью. Зато теперь все встало на свои места. Да, следовало признать откровенно: он отчаянно ревновал. Особенно — к бывшему жениху, до сих пор имевшему на Айю виды. И это чертовски осложняло дело, потому что с каждым днем Сайферу все сильнее хотелось если не убить "конкурента", так хотя бы переломать ему пару костей, чтоб тот раз и навсегда зарекся приближаться к молодой маркизе Делавент. Хватило бы даже формального повода.

* * *

Таверна, в которую Мирт привел Айю, и впрямь оказалась очень неплохим местом. Здесь пахло можжевельником, горячим вином и жареным мясом, а каждый стол находился в отдельной нише, которая, при желании гостей заведения, могла быть закрыта ширмой. Свободных мест, на первый взгляд не было, но Мирт перекинулся парой слов с немолодым хозяином, и тот лично проводил их к столику, особенно удачно скрытому за кадкой с каким-то вечнозеленым растением. Принял заказ и, пообещав, что блюда принесут через несколько минут, удалился.

Задумчиво водя тонким пальцем по вышивке на скатерти из грубого льна, Айя из-под ресниц рассматривала Мирта. Снежный маг хмурился, недовольно поджав губы. Неужели из-за того, что подаренная Элистером конфета оказалась самой обычной? На секунду маркиза почувствовала укол совести. По правде говоря, она действительно собиралась выбросить угощение, не желая принимать от бывшего жениха даже такие знаки внимания, но резкий тон Сайфера и безапелляционное: "Выбрось эту дрянь" ее обидели. Вот и решила поспорить, а заодно продемонстрировать, что не такая уж она глупая, чтобы есть всякие подозрительные угощения от не менее подозрительных личностей. Но сейчас осознание собственной маленькой победы совершенно не радовало. Хотелось протянуть к Мирту ладонь, разгладить угрюмую складку между бровями. Он ведь просто выполнял свою работу. И беспокоился о ней. От этой мысли приятно потеплело в груди.

— Ваш заказ, — негромко проговорила молоденькая подавальщица в белоснежном чепчике, поставив на стол поднос. — Приятного аппетита.

— Благодарю, — кивнула Айя и протянула девушке злосчастную конфету, придумав, наконец, как избавиться от нежеланного подарка. — Это вам к чаю.

— Ой, что вы, настоящий шоколад такой дорогой, — смутилась подавальщица. Но, приободренная разрешающим кивком, конфету взяла, бережно, словно настоящее сокровище, и прошептала: — Благодарю вас.

Перехватив внимательный взгляд Мирта, маркиза лишь улыбнулась. Дождавшись, пока девушка уйдет, унося с собой неожиданный подарок, произнесла:

— Когда еще она попробует шоколад ручной работы, да еще проверенный лично семейным целителем нашего рода? К тому же, в том, чтобы дать "на чай" конфету есть определенная ирония.

Снежный маг промолчал, но хмурая складка между бровей разгладилась. Мысленно Айя порадовалась тому, как удачно все сложилось. Мирт наверняка оценил эту небольшую уступку с ее стороны. А о том, что избавление от конфеты изначально входило в ее планы, Сайферу знать не обязательно.

— Через час у меня встреча с бароном Герином, — сменила она тему. — Признаюсь откровенно, после утреннего разговора с Элистером я уже не так уверена, что хочу общаться с ним на тему земель, которые Герин хочет отсудить у Бакронов. Собиралась продемонстрировать заинтересованность нашего рода в этих лесах и намекнуть, что мы могли бы выкупить их после суда у нового владельца. Отец не будет возражать против столь явной и болезненной пощечины Бакронам. А Герину эти леса ни к чему, зато он умеет считать деньги. И будет действовать активнее.

— И что тебя останавливает? — поинтересовался Мирт. — Неужели проснулось сочувствие? Напомнить, что могло с тобой произойти после того, как милейшее графское семейство так демонстративно разорвало помолвку, да еще и позаботилось дать объявления?

— О каком сочувствии ты говоришь? — фыркнула Айя. — Просто это как-то… не слишком порядочно.

— Зато в духе благородных аристократов, — холодно усмехнулся Мирт. — Детка, где ты видела порядочность в нашей столице? Это смертельно опасное качество. Мне ли тебе об этом говорить?

— Судак ты все-таки, Снежный, — беззлобно бросила маркиза. — Но в меру порядочный, между прочим.

— Звучит как изысканное оскорбление, — покачал головой Мирт. — С тем, что я порядочная сволочь, как-то даже свыкся. А вот в меру порядочный судак — это что-то новое.

В зеленых глазах снежного мага водили хороводы веселые демонята. Он даже не скрывал, что получает удовольствие от обмена колкостями. Вот такой Сайфер был Айе знаком.

— Каждый новый день несет чудные открытия, — поучительно заявила она. — Наслаждайся этим.

— Что я и делаю, — согласился Мирт. — Почему бы не насладиться в приятной компании? И приятной компанией тоже.

— Для начала предлагаю насладиться обедом, — улыбнулась Айя. — А потом продолжить беседу.

— Согласен, — кивнул молодой маг. — Некоторые разговоры лучше вести не на пустой желудок.

Маркизе показалось, что при этих словах Мирт вновь помрачнел. Но спокойно-отстраненное выражение так быстро вернулось на его лицо, что Айя засомневалась, не показалось ли ей, и решила не заострять на этом внимание. Тем более, готовили в этой таверне действительно вкусно.

* * *

Натьяна, довольно пританцовывая, вбежала на кухню и со смехом протараторила напарнице:

— Эрин, зря ты не пошла обслуживать столик за кустом. Мне там только что подарили конфету ручной работы. Представляю, какая она вкусная.

— Наверное… — грустно вздохнула вторая подавальщица, подперев щеку ладошкой.

— Хочешь, поделюсь? — не дожидаясь ответа, Натьяна уложила конфету на деревянную столешницу и ловко разрубила лакомство ножом. Протянула половинку подруге. — Угощайся.

— А я увольняться решила, — скорбно призналась та, шурша остатками обертки.

Натьяна замерла, так и не донеся конфету до рта.

— Почему?

— Есть причины, — Эрин сделала паузу, прожевывая шоколад. — И впрямь — очень вкусно. Хотя на рынке три кило телячьей вырезки стоят дешевле, чем десять таких конфет.

— Рин, — не позволила сбить себя с темы Нат. — Что случилось? Рассказывай.

— Ну не могу я работать там, где он, — прошептала вторая подавальщица, склонившись к ней и осторожно кивнув в сторону повара. — Сердце рвется на части. А он… — Эрин тихо всхлипнула, — он меня не замечает. Я так больше не могу, Нат, я живая, я хочу любви…

Дрожащими руками запихала в рот сочувственно протянутую подругой вторую часть конфеты, пытаясь сдержать слезы. Натьяна покосилась на повара и вздрогнула. Нет, готовил Норд отлично, но в лицо ему лучше было не смотреть. Левая половина была еще ничего, а вот правая напоминала собой уродливую маску. Вздувшаяся, бугристая от давних ожогов кожа, и лишь чудом уцелевший глаз. Хозяин однажды, выпив лишнюю кружку эля, обмолвился, будто Норд лет этак пять назад сцепился с огненной мантикорой. Опасная тварь, совсем молодая, поселилась близ небольшого городка, где жила семья повара, и однажды ночью в поисках еды пробралась в их дом. Норд, гостивший у родных, проснулся, вышел на шум, и с размаху огрел ухватом копошащуюся в печи незваную гостью. Задвинул заслонку, но та моментально раскалилась докрасна. Пока он тряс обожженными пальцами, выскочившая перепуганная мантикора огненным сгустком метнулась в каменную стену, проплавив в ней дыру. И на прощанье случайно мазанула Норда по правой щеке пылающим хвостом. Убрать такие ожоги местный целитель не смог: раны, нанесенные огненной мантикорой, требовали слишком большого вливания сил. Он сумел только залечить их. А на столичных магов не хватило денег. Невеста Норда, увидев жениха, упала в обморок. Очнувшись, заявила, что никогда не выйдет замуж за такое чудовище. И Нат ее понимала. Чем всю жизнь смотреть на этакую образину, так лучше в девках остаться. И вот сейчас Эрин, тихо всхлипывая, говорит, что любит его? За что?

— …он ведь добрый такой, не смотри, что хмурый, — жарко шептала тем временем подруга. — Утром, когда таверна закрыта еще, выносит обрезки кошкам да собакам, а те так и вьются вокруг. И ни одна другую не цапнет. И так ласково с ними разговаривает. Не могу я так больше, Натка. Он же на меня и не смотрит… Что мне делать-то?

Натьяна смотрела на тихоню Эрин и не узнавала ее. Надо же, в Норда втюрилась по самую макушку.

— Вот что, — решила она, — я сейчас столики обойду, может кто еще что закажет. А ты времени не теряй, поговори с ним. Скажи, что любишь, жить без него не можешь. Нет так нет, тогда и уволишься.

Губы подруги дрогнули, в глазах мелькнул испуг. Медленно, будто против воли, она поднялась и неожиданно решительно кивнула:

— Хорошо, Нат. Я все сделаю, как ты сказала.

Через пятнадцать минут, вернувшись на кухню, Натьяна не увидела ни Норда, ни Эрин. У плиты стоял сам хозяин. Помешивая густую похлебку, он недовольно бросил:

— Нашли время, пересмешниковы дети. Самый обед, а им жениться вздумалось, да сей секунд. Понеслись в храм, ровно им перца в подштанники сыпанули. Так что до завтрего ты да я отдуваемся.

— К-куда они пошли? — неверяще переспросила Натьяна.

— Куда-куда, на кудыкину гору, — пробормотал владелец таверны. — В храм, говорю. Жениться.

— А-а-а… — только и смогла протянуть Нат.

— Да ты не смотри, что я ворчу, — махнул рукой собеседник. — Норд мужик рукастый и с головой, да не с его мордой перебирать. Какая согласилась, ту к алтарю Пресветлого и поволок. Только мне ж теперь новую подавальщицу искать: Норд Эрьку ж запузатит, да шустро, чтоб не опомнилась и не сбегла. Дите, оно прочней всех обетов привязывает, верно говорю, девка. — Попробовал похлебку и поморщился: — Пересолил-таки, сукин сын. Тащи ковш воды и две картохи, спасать будем.

Вздрогнув, Натьяна бросилась исполнять поручение. Теперь она отчаянно жалела, что ушла в зал. Посетители бы подождали. Эх, такое пропустила, и по своей дурости. Надо будет непременно расспросить Рин назавтра, как прошел разговор. И брачная ночь. Подруги они, в конце концов, или нет?

* * *

Встреча с бароном Герином была назначена в одном из столичных парков. Оставаться наедине с этим человеком Айя не желала. Барон был приторно любезен и подчеркнуто внимателен. С тонких, бледно-розовых губ, не сходила улыбка, но взгляд мужчины был цепким, внимательным, оценивающим и холодным. Маркизе казалось, что она почти слышит, как в голове у барона Герина щелкают костяшки счетов, пока он оценивает, насколько выгодной будет та или иная фраза, тот или иной поступок. И она, Айя, наверняка тоже уже получила свой ценник. Это злило. С другой стороны, ее ценность, похоже, оказалась вполне достаточной для того, чтобы барон согласился на этот разговор. А желание доставить неприятности мерзавцу Элистеру стоило того, чтобы немного потерпеть общество Герина. К тому же Мирт шел шагах в десяти следом за ними и, позволь барон себе лишнего, пришел бы на помощь.

— Так значит, сиятельный маркиз желает расширить свои владения? — прямо спросил Герин после нескольких намеков со стороны Айи на заинтересованность рода Делавентов в спорных лесах.

— Любезный барон, покажите мне умного человека, не стремящегося сохранить и преумножить то, что у него есть, — мягко улыбнулась маркиза.

— Умные люди всегда стараются выгодно вложить активы, — согласился Герин, бросив на нее очередной оценивающий взгляд. — Особенно, если время инвестирования ограничено.

— Счастлива, что мы с вами понимаем друг друга, — кивнула Айя.

— Уверяю, это взаимно, — заверил барон.

Его тонкие губы вновь дрогнули в улыбке, обнажив на миг ряд мелких белых зубов. Почему-то в этот миг он напомнил Айе белую акулу, уже почуявшую запах крови и неторопливо сужающую круги подле избранной жертвы. Отец несколько раз рассказывал ей про этих хищников. Даже морские змеи и гигантские осьминоги были безопасней голодной акулы. И сейчас маркиза прекрасно понимала: рядом с Герином она даже не катран. Так, мелкая щучка. Тем сильней пугало, что Герин продолжал смотреть на нее с интересом коллекционера, обнаружившего редчайший экземпляр и твердо вознамерившегося заполучить его. И следующие слова барона подтвердили это предположение.

— Кажется, эти леса Бакроны обещали вашему роду в качестве свадебного подарка, — сухо проговорил он. — Щедро. Но вы этого достойны. Я бы тоже не поскупился. И на эти леса, и на что-нибудь сверх этого. Прекрасным бриллиантам требуется хорошая оправа.

— Я почти завидую тому бриллианту, который привлечет вас своим сиянием, — сдержанно отозвалась Айя, от души мысленно пожелав Герину мужского бессилия. — Мы с женихом еще не обсуждали варианты подарка, но буду надеяться, что он разделяет ваши взгляды.

— Вы вновь помолвлены? — в голосе барона прозвучали удивление и недовольство. Но он быстро совладал с эмоциями. — И кто же этот счастливец?

— Барон, счастье не любит, когда о нем громко говорят, — покачала головой Айя. — Могу лишь сказать, что это во всех отношениях достойный молодой аристократ.

— Поздравляю, — проронил Герин, поджав губы. — Пусть Пресветлый не оставляет вас в своей милости.

— Благодарю, барон, — ослепительно улыбнулась Айя. — И за доброе слово, и за приятную беседу.

— Надеюсь, это не последняя наша с вами встреча, маркиза.

Учитывая очередной холодный оценивающий взгляд, которым при этих словах одарил ее Герин, фраза прозвучала почти как угроза. Старый интриган никак не желал отказываться от идеи заполучить Айю если не в свой дом, так хотя бы в постель.

— О делах вам лучше разговаривать с моим отцом, — прикинувшись дурочкой, Айя очаровательно похлопала густыми ресницами. — Мужчинам всегда проще найти общий язык.

— И все же я надеюсь, — повторил барон, склоняясь к ее руке и касаясь тыльной стороны кисти холодными губами.

Айя едва сдержала дрожь отвращения. Было чувство, что по руке прополз слизняк.

— Не могу лишить вас права на надежду, — ответила она, забирая ладонь чуть поспешней, чем требовали приличия.

— Могу ли предложить вам свой экипаж? — любезно осведомился Герин. — Он ожидает возле центрального выхода.

— Благодарю, барон, но я хотела бы немного пройтись по парку, — отказалась от сомнительного удовольствия оказаться в одной карете с ним Айя. — Одна. Свежий воздух благоприятно сказывается на цвете лица, а в академии не так часто удается позволить себе прогулку. Учебная программа требует внимания.

— Понимаю, — равнодушно посочувствовал барон Герин. — Успехов вам, любезная маркиза. И называйте меня Гарольдом. Для деловых партнеров это допустимо. А я полагаю, нас будут связывать тесные деловые отношения.

Айя как раз полагала обратное, но спорить не стала. Рядом с Герином она чувствовала себя так, словно шла по гладкому, сверкающему льду. Один неверный шаг, и на ногах уже не удержаться. Хорошо, если рядом не окажется полыньи и удастся отделаться только ушибами. Беседовать на равных с этим хищником она пока не могла. И лишь когда барон, поклонившись на прощанье, скрылся с глаз, позволила себе выдохнуть.

— Куда теперь? — негромко поинтересовался приблизившийся Мирт.

Он стоял метрах в полутора от нее, как и полагалось телохранителю. Не лишняя предосторожность, учитывая, что в неожиданно теплый для поздней осени соларис в парке было людно. То и дело в пределах видимости мелькали чинно прогуливающиеся парочки, горожанки с детьми, степенные мужчины, неторопливо о чем-то беседующие и оставляющие за собой легкий шлейф сизого дыма от сигар. Аристократов почти не было. Они предпочитали для общения более комфортные места. Впрочем, за время беседы с бароном Герином Айя успела обменяться приветствиями с двумя матушкиными подругами, решившими именно сегодня прогуляться с внуками. Высокородные сплетницы, при виде ее сделавшие стойку не хуже, чем знаменитые арданские гончие, наткнулись взглядом на Сайфера и сразу поскучнели. Незамужняя дама в сопровождении телохранителя могла спокойно беседовать не то что с бароном Герином, а даже с самим Пересмешником, без опасений уронить свою честь. Несколько раз порывы ветра доносили громыхание железной тележки по мощеным дорожкам и осипший голос лоточника, выкрикивающего: "Горячие каштаны с солью" В воздухе терпко пахло опавшей листвой и сыростью. И Сайфер прекрасно вписывался в эту атмосферу, с хулигански поднятым воротником куртки и взъерошенными ветром волосами. Он был частью того Ардана, о котором в круге общения маркиза Делавента и его семьи говорили с пренебрежением. Мол, что взять с низкородных, вынужденных тяжелым трудом зарабатывать на кусок хлеба, и зависящих от работодателя чуть менее, чем полностью. Грязь под ногами, обслуга, не стоящая лишнего взгляда. Но с каждым днем Айя все больше убеждалась: это ложь. Любой из горожан с их нехитрыми радостями был намного свободнее, чем она, связанная паутиной условностей и правил. Теперь она понимала и Алехно, и Лидану, и Иллиану Торин, с куда большим удовольствием общающихся отнюдь не с равными им по статусу. И впервые задумалась о том, что дед его величества Зиама, император Гарьен, основавший Академию, не просто так распорядился, чтобы в ее правилах значилось, что все студенты равны.

— К ювелиру, — произнесла она, понимая, что молчание затянулось. — Вчера я заказала у него одну вещь… Точнее, две. Обещал, что сегодня будет готово. А потом — к артефактору.

Мирт едва заметно кивнул, давая понять, что услышал и принял к сведению, и шагнул в сторону, уступая ей дорогу. Идеальный телохранитель. По крайней мере, на публике. Как и прежде, Айя не слышала его шагов за спиной. Мягкая, кошачья поступь молодого наемника была абсолютно бесшумной. Он умудрялся не потревожить ни единого листика. Маркиза попробовала было идти так же, но быстро отказалась от этой затеи. Каблуки предательски цокали о камни дорожки. Сайфер за спиной тихо хмыкнул, но комментировать не стал. Оценив его тактичность, Айя отметила, что при случае, будет полезным попросить Мирта научить и ее ходить так же тихо. А что, сам как-то предложил научить чему-нибудь интересному. За язык никто не тянул.

ГЛАВА 11

Лавка артефактора, притулившаяся между цирюльней и сапожной мастерской, была невзрачной и, на первый взгляд, непримечательной. Вывеска с едва различимыми от времени буквами, тяжелая дверь с латунной ручкой. Но внимательный прохожий сразу заметил бы, что ручка была до блеска отполирована сотнями ладоней, а на выщербленных каменных ступенях не было ни единой соринки. Господин Рикон Феррино, скромно именовавший себя мастером Феррино, в отличие от молодых и более пробивных коллег-артефакторов не любил внешнюю мишуру. Его лавка не сверкала сотнями огней, завлекая горожан. У нее не было даже уличной витрины. Но Айя доподлинно знала, что без работы пожилой артефактор не сидел, и очень надеялась, что он возьмется за срочный заказ. А еще почти не сомневалась, что старый прохвост не упустит свою выгоду, и придется переплатить вдвое, а то и втрое. Но безопасность была важнее.

— Удивлен, — спокойно отметил Мирт, рассматривая лавку. — Думал, ты предпочтешь более модного артефактора.

Он говорил об этом без издевки и без сарказма, и Айя сдержала рвущуюся с языка злую, резкую фразу, что артефактор ей нужен не модный, а опытный. Мастер Феррино, несмотря на его достаточно вольные отношения с законом, был как раз из таких.

— Я предпочитаю платить за качество, а не за зрелищность, — все-таки не сумев окончательно совладать с эмоциями, ответила она.

— Понимаю, — кивнул снежный маг. — И полностью разделяю такой подход.

Он придержал дверь, позволяя Айе войти в лавку. Проходя мимо него, маркиза не удержалась от маленькой мести: тряхнула головой, позволив волосам мазануть по щеке телохранителя. А нечего делать вид, что весь такой непробиваемый.

— Доброго дня, мастер Феррино, — приветствовала она хозяина лавки, предпочитающего принимать заказы самостоятельно, а не доверять это наемным работникам.

Высокий, худощавый настолько, что казалось, он вот-вот переломится пополам, словно сухая ветка, артефактор сидел за прилавком, сейчас служившим ему еще и рабочим столом, и увлеченно собирал какой-то диковинный механизм.

— И вам, молодая госпожа, — подняв глаза, едва заметно улыбнулся тот. Перевел взгляд на Мирта и кивнул ему, как старому знакомому, а после вновь переключил все внимание на Айю: — Что привело вас в мою скромную лавку?

— Мне нужен артефакт отвода глаз, — произнесла маркиза. — Двойной. Когда он будет активен, меня не должен узнавать никто, кроме того, у кого будет парный артефакт.

— Это именные вещи, — предупредил мастер. — И я занесу их в реестр.

— Знаю, — кивнула Айя. — Я не прошу вас идти на нарушение закона, равно как и не планирую использовать артефакты в преступных целях.

Мирт, рассматривавший уставленные всякой всячиной полки за мастером Феррино усмехнулся про себя. Достопочтенный артефактор вполне охотно шел на нарушение закона, если это хорошо оплачивалось. Но при этом не скрывал, что так же охотно поделится с Тайной Канцелярией информацией о клиентах, если использование приобретенных артефактов будет слишком явным. Поговорку о том, что ласковое теля двух мамок сосет, Рикон Феррино знал назубок и активно применял ее в своей практике. Благодаря этому до сих пор сохранял лицензию, репутацию и жизнь.

— Прекрасно, — мастер энергично потер ладони и нырнул куда-то под стойку. Стукнулся макушкой, глухо выругался и вновь явился во весь рост с потрепанным ежедневником в руках. Щедро послюнявив пальцы, перевернул несколько страниц. — Так, это не то… И здесь тоже нет. Вот тут я занят, и вот здесь занят… Ага, нашел. Через месяц смогу взяться за ваш заказ. Если принесете материал, будет немного дешевле.

— А быстрее можно? — поинтересовалась Айя. Доверительно склонившись к артефактору, добавила: — За срочность доплачу, сами понимаете. И материал при себе. Вы же предпочитаете работать с украшениями.

Она достала из сумочки бархатный мешочек, украшенный знаком ювелирной гильдии, и вытряхнула из него на стойку две серебряные булавки с янтарем.

— Молодая госпожа знает, что такие вещи лучше делать неброскими, — довольно мурлыкнул мастер Феррино, аккуратно подцепляя одну из булавок длинными, худыми пальцами с крепкими желтыми ногтями. Придирчиво изучил янтарь на свет, поскреб серебро и вновь открыл ежедневник. Полистал, что-то бормоча под нос, и заявил: — Коли согласны доплатить за срочность, то через неделю возьмусь.

— А можно ли сделать так, чтобы было готово уже сегодня? — медовым тоном осведомилась маркиза.

Артефактор отрицательно покачал головой, но, переглянувшись с мирно стоявшим за Айей Сайфером, внезапно изменил решение и сообщил:

— Можно-то оно можно, только здесь магия крови потребуется, молодая госпожа. Сами понимаете, маг крови я слабый, энергии и сил уйдет много…

— Давайте не тратить время, — перебила его Айя. — Сколько?

Мастер Феррино чуть помялся и заломил такой ценник, что за эту сумму можно было купить неплохой дом с садом в пригороде столицы. А на сдачу еще карету и несколько лошадей. Айя не стала возмущаться, лишь выразительно взглянула на артефактора. Молчаливый поединок взглядов длился секунд тридцать, а после мастер Феррино вздохнул и умерил финансовые аппетиты до приемлемых. Вышел из-за стойки, задвинул тяжелый засов на двери, временно закрывая лавку.

— Артефакт не сработает на того, у кого будет при себе рассеиватель иллюзий, — предупредил он, вновь ныряя под стойку и извлекая оттуда латунную чашу и набор одноразовых ланцетов. — Вашу ручку, госпожа.

— Клятву, мастер Феррино, — потребовала Айя, не спеша протягивать ему ладонь.

— Ах, да, — закивал тот, ничуть не смущаясь. — Запамятовал. Редко приходится вспоминать про второй дар… Клянусь, что использую полученную кровь полностью, исключительно для парного артефакта, только сейчас, без вреда для вас и всего вашего рода. Да будет так.

В лавке остро и резко запахло свежей листвой. Мир услышал и принял магическую клятву. Теперь Айя без опаски протянула артефактору руку. Тот сделал аккуратный надрез на запястье, отсчитал в чашу десять капель крови и закрыл рану. Бросил в чашу обе булавки, предварительно расстегнув их, и, закрыв глаза, несколько раз с усилием провел над ними ладонями. Губы мастера Феррино беззвучно шевелились, на висках набухли тяжелые капли пота. Руки мастера мелко подрагивали. Кровь в чаше медленно, словно нехотя, разделилась на две части и медленно впиталась в янтарь, превратив его из прозрачно-желтого в темно-красный.

— Готово, — просипел старый маг, тяжело опускаясь на стул. — Заклинание "непотеряйка" в подарок.

Принял мешочек с золотыми, дважды пересчитал деньги и лишь после этого подтолкнул чашу с готовыми артефактами к заказчице.

— Застегнули булавку — активировали, расстегнули — деактивировали, — произнес он, утирая пот со лба льняной тряпицей, извлеченной опять же откуда-то из-под прилавка.

— Благодарю, — коротко ответила маркиза.

Одну из булавок она сразу протянула Мирту, вторую прикрепила на платье. Снежный маг несколько секунд рассматривал Айю, а после застегнул булавку и опустил ее во внутренний карман куртки.

— Доброго вам солариса, — пожелал мастер Феррино, отпирая дверь. — А я, пожалуй, прикрою лавку. Притомился. Да и выходной устрою завтра…

Айя подумала, что за полученную только с этого заказа сумму уважаемый мастер может отдыхать минимум, месяца четыре, питаясь исключительно в дорогих ресторациях и ни в чем себе не отказывая, но промолчала. Артефакт стоил уплаченных денег. А упомянутые рассеиватели иллюзий, способные повлиять на его действие, стоили еще дороже и были редкостью даже в столичных управлениях магполиции.

— Какое интересное действие у артефакта, — негромко произнес Мирт, когда они отошли от лавки мастера Феррино. — Я видел смутно знакомое лицо, но как только пытался сосредоточиться, в голову тут же начинала лезть всякая ерунда. А с ней за компанию — ненавязчивое желание поразглядывать полки и вообще уйти куда-нибудь подальше.

— Плохо, что ему можно сопротивляться, — нахмурила лобик Айя.

— Детка, я помнил, с кем и для чего я пришел, — усмехнулся снежный маг. — И ждал чего-то подобного. Но если бы встретил тебя на улице, даже не обратил бы внимания на эти ощущения. Мастер Феррино знает свое дело.

— И тебя тоже, — отметила маркиза.

— И меня, — согласился Мирт. И добавил, улыбаясь еще шире: — Я вообще общительный парень.

— Не сомневаюсь, — хмыкнула Айя, верно истолковав прозрачный намек, что распространяться на тему своих знакомств Мирт не собирается.

Солнце, целый день щедро дарившее арданцам последнее осеннее тепло, уже садилось. Оранжевый закат разливался по небу, тени от домов и деревьев набирали силу, сливались друг с другом. Вечерний сумрак хищно скалился из углов, готовясь отвоевывать позиции у дня. Айя поежилась, чувствуя, как усиливающийся ветер то и дело забирается под подол платья, пока еще легонько касаясь ног в тонких чулках. На улице становилось неуютно.

— Куда теперь? — спросил Мирт, словно прочитав ее мысли.

— Понятия не имею, — легко призналась маркиза. — Помнится, ты задолжал мне некоторые объяснения. А я уже побывала сегодня всюду, где хотела побывать.

— Не могу сказать о себе того же, — криво ухмыльнулся Сайфер. — Есть места, в которых я бы с удовольствием побывал сегодня. И не только сегодня… — Оборвав себя на полуслове, он неожиданно серьезно спросил: — Детка, ты уверена, что тебе нужен этот разговор?

— Снежный, ты меня пугаешь, — нахмурилась маркиза.

— Я сам себя в последние пару дней пугаю, — пробормотал Мирт. — Хорошо, пойдем. Есть тут неподалеку одно тихое и уютное место. Тебе понравится.

Тихим и уютным местом оказалась плоская крыша одного из доходных домов. Ход на чердак был закрыт, но Сайфер за несколько секунд вскрыл амбарный замок на двери. Пройдя по узкой тропинке между горами пыльного тряпья и прочего непонятного хлама, они подошли к шаткой лесенке, упирающейся в ведущий на крышу люк. Легко разделавшись и со вторым замком, Мирт откинул крышку люка в сторону, и на пыльном полу тут же заплясали косые солнечные полосы.

— Прошу, моя госпожа, — вежливо протянул он Айе ладонь.

Приподняв подол платья, маркиза осторожно поднялась по лесенке и выбралась на крышу. Здесь было холодней, чем внизу. Но стоило завернуть за широкую печную трубу, как ветер стих, словно по волшебству. С крыши открывался чудесный вид, но сейчас Айя была совершенно не настроена любоваться закатом.

— Внимательно тебя слушаю, — поторопила она Мирта, поворачиваясь к нему.

— И что же тебе рассказать? — поинтересовался молодой маг, небрежно прислонившись плечом к трубе.

— Поэму, — раздраженно бросила Айя. — Сайфер, ты целый день изводишь меня непонятными намеками, а когда я пытаюсь узнать, чего твоя снежная морда желает, начинаешь морозиться в прямом смысле этого слова.

— М-м-м, как изящно умеют разговаривать аристократы, — поддел ее Мирт. — Высокий слог, изысканная речь, а уж про манеры молчу.

— Стараюсь разговаривать на понятном тебе языке, — вернула шпильку маркиза.

— Еще скажи, что сейчас я несу пургу, — весело предложил парень.

— А разве нет? — просто спросила Айя.

— Да, — неожиданно признался Мирт. Мрачно, угрюмо и недовольно добавил: — Так и есть.

Шумно вздохнул, запустил пятерню в волосы, и без того растрепанные ветром, окончательно взъерошив их. Айя наблюдала за ним, чувствуя, как беспокойство, надоедливым червячком точившее весь день, разрастается все сильнее.

— Сайфер, твою метель, — не выдержала она наконец. — Прекрати меня пугать. Что случилось?

— Ты случилась, — помрачнев окончательно, ответил он. Спрятал руки в карманы куртки, но тут же снова достал их и скрестил на груди. — Взяла и случилась в моей жизни пару недель назад. А я самонадеянный придурок.

— Вообще-то я тебя не просила наниматься ко мне в телохранители, — уязвленно бросила маркиза. — Нечего с больной головы на здоровую перекладывать.

— Айя, я не об этом, — покачал головой Мирт и неожиданно изо всех сил долбанул кулаком по трубе так, что та задрожала. — Три тысячи ночных тварей.

Айя наблюдала за ним, не понимая в чем дело, и опасаясь снова поторопить с ответом. Сайфер заговорил сам, тяжело, глухо роняя каждое слово, как камень.

— Вначале я думал, что ты избалованная вседозволенностью маленькая аристократичная дрянь, которую мало пороли в детстве. Сиськи вырастила, а мозги — нет. Хотел посмотреть, как тебя ломает между физическим влечением и чувством гордости. Думал, потрахаемся пару раз ко взаимному удовольствию, поиграем в грубого мужлана и нежную аристократку, и на этом все закончится. Идиот… Хотел, чтобы все по-моему было. А сегодня смотрел на графеныша твоего бывшего и мечтал разнести ему харю и так отметелить, чтоб кровью харкал. За то, что он к тебе прикасался своими грязными лапами и за то, что продолжает их тянуть. И Бретону тоже, за то, что он теперь может тебя обнять на законных основаниях. Ты мне под кожу влезла, Делавент. Какой, к демонам, ледяной самоконтроль, когда смотрю на тебя, и аж корежит от желания схватить в охапку и не отпускать? Нет ума, считай, калека…

То красневшая, то бледневшая от обиды и ярости во время его речи Айя молчала, ошарашенная последними фразами. Слишком неожиданной и несвоевременной была эта правда, брошенная в лицо, как пощечина.

— Как интересно ты в любви признаешься, Снежный, — наконец проговорила она. — Или я не так тебя поняла?

— Это не любовь, — покачал головой Мирт, пристально глядя ей в глаза. — Пока что. Но уже не просто влечение. Мне мало только твоего тела, Айя. Я хочу больше.

— И что предлагаешь? — сдавленно спросила Айя.

Почему-то хотелось разреветься. Она ведь тоже думала, что будет просто секс, тоже хотела всего лишь проучить наглого зеленоглазого мерзавца, и совершенно упустила момент, когда развлечение стало зависимостью. Маркиза боялась признаться в этом даже себе, и, не заведи Мирт сейчас этот разговор, оставила бы все как есть.

— Давай попробуем по-нормальному, — Мирт дернул плечом. — Разговоры там, прогулки, ну, как это обычно бывает. Хочешь, веник из роз тебе притащу в общагу.

— Ты мне встречаться предлагаешь, что ли? — совершенно ошалев от полета мыслей снежного мага, недоверчиво уточнила Айя.

— Ну да, — Мирт снова спрятал ладони в карманы. — Я понимаю, со мной сложно. И хрен его знает, что из этого получится, да и получится ли вообще, но… Давай попробуем.

Айя попыталась сглотнуть, промочить внезапно пересохшее горло. Сердце колотилось так, что звенело в ушах. Сам того не зная, именно сейчас Мирт поставил ее перед самым сложным выбором. Согласиться на секс с ним было куда проще. Предсказанный морской богиней шторм был не на горизонте, он уже бушевал вокруг, хлестал волнами, тащил на дно, не давая сделать вдох. Согласиться? Если кто-то узнает, будет скандал, который ляжет на репутацию несмываемым пятном. Отказаться? Снова струсить и отступить? Хоть раз в жизни можно поступить так, как хочется.

— Давай попробуем, — проговорила она так тихо, что сама едва расслышала собственный голос.

И охнула, когда молниеносно шагнувший к ней Мирт обхватил руками так, что заныли ребра. Прижалась к нему и затихла, словно пойманная птица.

— Мне тебя побить хочется, за "маленькую аристократичную дрянь без мозгов", — шепотом призналась она. — Кто так выражает симпатию?

— Ну извини, — Сайфер легонько коснулся губами ее макушки. — У меня опыта куртуазных признаний нет, а все, чему на спецкурсе учили, вылетело из головы. — Продолжил, уже ехидней: — Но могу порепетировать и при случае повторить. Упасть там на одно колено, приложить руку к груди, рассказать, как горит и пылает сердце и прочую романтическую муть. А в конце осыпать тебя лепестками роз. Или снежинками.

— Не нужна мне романтическая муть, — фыркнула Айя, поднимая голову. — Мне нужен ты.

Где-то внутри теплым клубком пульсировало ощущение правильности происходящего. Сейчас она была уверена в том, что сделала верный выбор.

* * *

Едва войдя в дом, Элистер понял, что что-то не так. Стоящий на верхней ступеньке лестницы отец бросил на него тяжелый взгляд и приказал:

— Немедленно в мой кабинет.

В воздухе пахло грозой. Причем в самом прямом смысле слова. Себастьян Бакрон был магом воздуха, и то, что его дар сейчас вырывался из-под контроля, означало лишь одно: граф был в бешенстве. Поежившись, Элистер послушно побрел за ним.

— Это что? — резко спросил отец, едва захлопнув тяжелую дверь кабинета.

Эл проследил за его взглядом и почувствовал, как внутренности сжимаются в скользкий, холодный ком. На столе лежал флакон с эликсиром подчинения.

— Я тебя спрашиваю, что это? — прошипел отец, хватая его за ворот рубашки. — Совсем страх потерял?

— Никто не узнает, — буркнул Элистер, стараясь, чтобы это прозвучало уверенно. — Я же не идиот. Заказывал через целую цепочку подставных лиц, забирал в назначенном месте. Переписку вел на саморазрушающейся бумаге, она уже превратилась в пыль.

Отец тряхнул его, как грушу, так, что Эл неслабо приложился затылком об стену и зашипел от боли.

— Ты не идиот, ты полудурок, — рявкнул он. — Благодари Пресветлого, что о твоих развлечениях узнал я, а не кто-то из тайной канцелярии.

"Служанка, тварь, жаловаться приходила, — понял Элистер, бессильно сжав кулаки. — Демоны… Зря решил еще разок с ней развлечься". Отец между тем снова тряхнул его и отпустил. Медленно подошел к столу, опустился на стул. Брезгливо и осторожно, словно ядовитое насекомое, взял флакон и испепелил его миниатюрной молнией. Стряхнул с ладони хлопья белого пепла и холодно произнес:

— Я не позволю тебе, щенок, погубить репутацию нашей семьи и уничтожить все, чего я добивался многие годы. Слишком долго я закрывал глаза на твои выходки. С этого дня лишаю тебя содержания. Как перезаключить помолвку между тобой и молодой Делавент, разберусь сам. Понял?

Элистер молчал, тяжело дыша. Как же все не вовремя. И мерзавка Айя не съела конфету, и отец узнал про запрещенный эликсир. А план был так хорош… Расторгнуть помолвку, дождаться, пока строптивую курочку отжарят все желающие петушки, и милостиво согласиться принять опозоренную девчонку обратно. Кто знал, что белобрысая дрянь так быстро найдет себе защитника, да еще и умудрится заключить новую помолвку неведомо с кем?

— Я встречался с Айей сегодня и мы практически решили возникшее недоразумение, — взяв себя в руки, произнес он. — Позволь, я сам…

— Не позволю, — едко отозвался отец. — Особенно, такими методами. Свободен.

Сжимая кулаки, Элистер развернулся к двери. Лицо горело от ярости. Отец отчитал его, словно нашкодившего мальчишку.

— Эл, — бросил вслед ему Себастьян Бакрон, — узнаю, что продолжаешь лезть в это дело, отправлю в военный корпус. Рядовым. Послужишь несколько лет на границе, авось, поумнеешь.

Не ответив, Элистер вышел из отцовского кабинета, тихо прикрыв дверь. Сдаваться так просто он не собирался, но графу Себастьяну Бакрону знать об этом было не обязательно.

* * *

Колокольчик над входом в лавку артефактора звякнул, извещая хозяина о новом посетителе. Рикон Феррино, полировавший и без того сверкающую столешницу куском ткани, на секунду отвлекся от своего занятия, оценил внешний вид посетителя, его гордую осанку, сделал выводы и любезно поинтересовался:

— Чем могу быть полезен молодому господину?

Упомянутый молодой господин, скрывавший лицо в тени глубоко надвинутого широкого капюшона, подошел ближе и выложил перед артефактором два золотых.

— Молодой господин хотел бы получить некоторую информацию, — произнес неожиданный гость.

— О свойствах артефактов? — безмятежно предположил мастер Феррино. — Пресветлый с вами, о них я могу рассказывать бесконечно и совершенно бесплатно. Разумеется, при условии, что вы не уйдете без покупки. Итак, что вас интересует?

— Некая белокурая особа, которая посетила вашу лавку в прошлый соларис, — гость настойчиво придвинул монеты. — Я бы с удовольствием послушал о свойствах приобретенных ею артефактов.

— Молодой господин полагает, что у меня настолько хорошая память, чтобы помнить всех клиентов? — вздохнул мастер.

— Молодой господин полагает, что это освежит вашу память.

К двум золотым на столешнице прибавились еще два.

— Что ж, пожалуй, припоминаю, — кивнул артефактор, смахивая монеты в ладонь. — Юная красавица с белокурыми локонами действительно посещала мою скромную лавку в прошлый соларис. Но я не уверен, что имею право раскрывать тайну клиента…

Гость отчетливо скрипнул зубами, но выложил перед мастером Феррино еще золотой.

— Что вы, уважаемый, — произнес он. — Я не прошу рассказывать о том, что именно она приобрела. Поведайте мне о свойствах артефактов, купленных ею.

— Это можно, — согласился Рикон Феррино, придвигая к себе золотой. — Представляете, молодой господин, как непросто жить в наше время. Столица стала такой тесной, на каждом шагу можно встретить знакомого. А излишний интерес по душе не всем. Молодая госпожа приходила за предметом, который мог бы отводить чужие взгляды. Вы желаете приобрести что-то подобное? Или, может, вам требуется нечто иное?

Он выжидательно взглянул на гостя, но тот покачал головой:

— Пожалуй, нет. Благодарю вас, господин Феррино. Вы мне очень помогли.

— Мастер Феррино, — поправил его артефактор, безмятежно улыбаясь. — Обращайтесь.

Чутье подсказывало старому выжиге, что гость задал еще не все вопросы и уловил прозрачный намек. Оно не подвело. Выложив на стойку еще два золотых, молодой аристократ спросил:

— Скажите, мастер Феррино, а существуют ли артефакты, способные побороть действие того, о котором вы мне рассказали?

— Разумеется, — кивнул он.

И умолк, всем своим видом давая понять, что на вопрос ответил. Недовольно засопев, гость положил на столешницу еще одну монету. Артефактор молчал, никак не реагируя. Добавился второй золотой. Мастер Феррино смахнул невидимую пылинку с сюртука. И лишь когда собеседник яростно хлопнул на стойку еще одну золотую монету, снова заговорил:

— Существует такая великолепная вещь, как рассеиватель иллюзий. Он непрост в изготовлении, но спектр действия у него широчайший. В том числе, обладатель этого артефакта легко преодолеет защиту того, о котором я вам уже рассказал. И совершенно случайно подобная вещь у меня имеется.

— Нет, благодарю, — повторно отказался незнакомец. — Да хранит вас Пресветлый, мастер.

— И вас, молодой господин, — ответил артефактор в спину уходящему аристократу.

Вновь взялся за тряпку и в очередной раз протер стойку, размышляя о том, что неделя началась удачно. Всего лишь среда, а уже двое щедро заплатили ему за информацию о покупках белокурой красавицы. Впрочем, сегодняшний посетитель был глуповат. Не попросил показать ему реестр, поверил на слово. Как ему повезло, что мастер Феррино не лжет. Колокольчик вновь звякнул, отрывая старого артефактора от благостных мыслей. А приход этого гостя был вполне ожидаем.

— С чем пожаловал? — спросил он.

— С миром, — хмыкнул Снежный Сайфер. — И за новостями. Скажи, Рикон, никто не интересовался моей подопечной и ее недавними приобретениями в твоей лавке?

— За кого ты меня принимаешь? — возмутился артефактор. — Я уважаю тайну клиента.

— До тех пор, пока за нее не предложат хорошую цену, — усмехнулся Мирт. — А принимаю я тебя за того, кем ты и являешься: старого плута, который не моргнув глазом обдерет любого, как липку, умудрившись при этом не слишком высунуться за рамки закона.

— Польстил старику, — довольно хмыкнул мастер Феррино. — Ну спрашивали двое. Потолковали мы с ними про свойства артефактов, да и разошлись. Даже не купили ничего, злодеи. Только время отняли.

— Понятно, — Мирт помрачнел.

— Сынок, это не мое дело, но послушай старого Феррино, — тихо произнес артефактор, облокотившись на стойку. — Ты бы контрактик на охрану аристократки той расторг бы. Слишком много интереса к ней. Нехай эти благородья сами бодаются.

Молодого наемника, будущего имперского боевика, он зауважал после того, как тот защитил от шайки уличных грабителей его супругу однажды вечером не в добрый час решившую сократить путь через темный переулок. Артефакты артефактами, а от метко брошенного камня и они не спасли. Не окажись рядом Сайфера, потерявшая сознание женщина до утра лежала бы на холодной мостовой. Он разогнал неудачливых грабителей, привел в чувство их жертву и благородно довел ее до самого дома. С тех пор в знак благодарности Рикон иногда делился с ним полезными сведениями. Просто так, из уважения. Но за артефакты цену брал справедливую.

— Благодарю за совет, — равнодушно бросил Сайфер. — Как супруга?

— Скрипит потихоньку, — ответил мастер. — Велела кланяться при встрече.

— И ей мое почтение, — кивнул Мирт. — Хорошего дня, Рикон, и благодати Пресветлого.

Зябко поежившись от порыва ветра, радостно бросившего в едва открывшуюся дверь пригоршню мокрых листьев, мастер Феррино активировал тепловую завесу. Листву остановило простейшее бытовое заклинание, а вот сквозняк был совершенно лишним. Суставы и спина и без того ныли на перемену погоды. В его возрасте стоит себя поберечь.

* * *

Полтора месяца пролетели на одном дыхании. Айя тысячу раз спрашивала сама себя, не сошла ли она с ума, решившись на такое безумство, но от него было так хорошо, так тепло, что хотелось взлететь. Шальная, опасная радость плясала на кончиках пальцев, звенела натянутой струной. Случайные и неслучайные встречи в коридорах учебного корпуса, короткие, обжигающие прикосновения, выверенные фразы. Не выдать ни единым жестом, ни единым взмахом ресниц настоящего отношения друг к другу. Телохранитель и нанимательница, ничего больше. К тому же, от излишнего интереса отлично защищал переливающийся оранжевыми искрами браслет на запястье. Официальная помолвка гарантировала, что в стенах Академии никто, кроме жениха, к девушке не прикоснется.

Легко не было. Характеры что у нее, что у Мирта были непростыми, но теперь они старались прятать ядовитые шипы. Кружили друг вокруг друга, присматривались, осторожно, шаг за шагом, пробираясь за щиты. Айя все-таки попросила Сайфера научить ее ходить так же бесшумно, а заодно немного подтянуть по боевке. Микаэль Ларош все-таки жалел прекрасную половину своей группы и был с ними мягок. Айе было, с чем сравнивать: первое занятие у Атора Вальтормара было не в пример жестче. Именно после него она, едва не рыдая, умоляла декана перевести ее в другую группу. Мирт согласился, сразу предупредив, что будет сложно. Но не уточнил, зеленоглазый паршивец, почему именно. О нет, он ни разу не ударил ее всерьез, не причинил боли. Но не упускал ни единой возможности пройтись по грани, разъясняя тот или иной прием. Легонько надавливал пальцами на плечи, поправляя стойку и словно не замечая, как Айю бросает в дрожь от этих прикосновений, слишком чувственных для того, чтобы быть случайными. Вместо того, чтобы встать ровно, хотелось выгнуться, подставившись под уверенную ласку его ладоней. Внизу живота требовательно ныло от возбуждения. А этот… сугроб изо всех сил делал вид, что ничего особенного не происходит, и лишь веселые искорки в зеленых глазах давали понять, что он прекрасно понимает, что творит.

Айя уходила с этих занятий, шатаясь от усталости и неудовлетворенного желания. А ночами Мирт незаметно прокрадывался к ней в комнату и там наступало время уже совсем других уроков… Откровенных, бесстыдных, жарких. Все, кроме проникновения. И, тысяча ночных тварей, этого было невыносимо мало. Поэтому в выходные они сбегали в город с самого утра и не вылезали из постели до обеда. К тому же, Элистер, похоже, решил все-таки отступить. Он давно не искал встреч и никак не давал о себе знать. Понемногу Айя расслаблялась и уже позволила себе надеяться, что все так и останется.

Но сегодня день откровенно не заладился. Женская природа решила внести в планы коррективы. Айя проснулась от того, что начал ныть живот и едва не расплакалась от огорчения, поняв, что в этот раз "лунные дни" решили осчастливить ее на три дня раньше срока. Выходить из комнаты совершенно не хотелось. Заваренный сбор снял болевые ощущения, но никак не отразился на настроении.

— Что произошло? — спросил Мирт, ждавший ее возле ворот.

— Да так, ничего, — дернула плечиком Айя. — Сегодня я только собеседница.

— Думаешь? — приподнял бровь Сайфер. — Как по мне, в эти дни ты становишься еще чувственнее и отзывчивей. А я, напомню, не брезгливый и крови не боюсь.

— Снежный, мы с тобой это уже обсуждали, — хмуро бросила маркиза.

Мирт пожал плечами и настаивать на продолжении разговора не стал. Остановил свободный экипаж и помог Айе взобраться внутрь. Извозчик довез их до набережной, получил свою плату и, стегнув лошадей, скрылся в лабиринтах улиц. Погода в эту лунницу не радовала. Из сизых, набрякших туч сыпался мокрый снег, ветер так и норовил забраться в рукава куртки или за воротник, похищая живое тепло.

— Детка, пожалей меня, — попросил Мирт, видя, как зябко кутается в пальто Айя. — Простужусь ведь. Поехали ко мне. Там тепло, снег на голову не падает, особенно незапланированно. Обещаю сильно не приставать.

— С каких пор ты не любишь снег? — удивилась маркиза, нахохлившись, словно воробей.

— В такую пору года я предпочитаю любить его издали, — ухмыльнулся Мирт. — Согласись, есть разница между тем, когда с неба сыплется такая дрянь и тем, как пушистые снежинки прикасаются к горячей коже, превращаясь в капельки воды…

— Мирт, — возмутилась Айя, слегка покраснев от воспоминаний.

— Да, моя радость? — сверкнул наглой улыбкой Сайфер. — Ты же не позволишь мне окоченеть и превратиться в сугроб прямо на этой набережной?

— Хорошо, поехали, — махнула ладошкой маркиза. — Все равно не отвяжешься.

Ей и самой не очень хотелось мерзнуть на набережной, а таверны в такую погоду наверняка были переполнены. Мать ждала ее только к обеду, а отец до сих пор не вернулся из северной провинции, хотя исправно обещал вот-вот закончить дела. Айя скучала по нему и одновременно боялась встречи. Отец так и не выразил свое отношение к заключенной ею помолвке, ограничившись сухим "умница" в записке. А Зимний бал был все ближе, и молодая маркиза опасалась, что Колинер Делавент не изменил свои планы. А, к Пересмешнику все. Сейчас она все равно ничего не могла сделать.

Через час, разомлев от тепла, она полулежала в объятьях Мирта, опираясь на него спиной, и едва не мурлыкала от удовольствия, пока снежный маг бережно поглаживал ее живот. Такой заботливый, такой внимательный… Вредный и упрямый, конечно, этого не отнять. Язвительная пошлая зеленоглазая сволочь, но ведь любимая сволочь. И все чаще ей хотелось принадлежать ему до конца, так, как только может женщина принадлежать своему мужчине. И было почти не страшно.

— Мирт, — шепнула она, боясь передумать.

— М-м-м? — лениво отозвался он.

— Если хочешь, можем попробовать… как-нибудь иначе, — выпалила она, чувствуя, как уверенность тает, будто сахар в кипятке.

— Звучит заманчиво, — отозвался он, проводя указательным пальцем по ее губам. — Такое "иначе" мне нравится. Буду рад.

— Я не об этом, — призналась Айя, отчаянно краснея.

Повернулась, уткнулась лицом в его футболку. Ночные твари, думала, уже ничего не сможет смутить, давно пройден этап фальшивой стыдливости, и вот пожалуйста, дрожит, как девственница на брачной постели.

— Ну вот, сама предложила, сама испугалась, — с тихим смехом попенял Мирт. — А я, может, уже раскатал губу…

— Сайфер, ты бы на моем месте не испугался, зная, какая у тебя булава между ног? — возмутилась Айя.

Мирт расхохотался в голос, вытянулся, укладывая маркизу на себя, чмокнул в нос.

— Я буду нежным, — пообещал он. — И хватит смотреть на меня взглядом раненого олененка, принуждать тебя я не собираюсь. Услышал, запомнил, учту. Сегодня твоей попке ничего не угрожает.

— А если я хочу, чтобы угрожало? — прошептала Айя, чувствуя, как замирает все внутри, а кровь отливает от щек.

Было действительно страшно, до мурашек, и одновременно невероятно жарко от предвкушения. Она словно балансировала на краю пропасти. Еще шаг, и под ногами раскроется головокружительная бездна.

— Айя, не дразни меня, — глухо проговорил Мирт.

Его ладони пока еще расслабленно лежали на ее талии, не удерживая, но маркиза чувствовала, как напряглось его тело. Еще несколько секунд, и точно — прижмет и не отпустит. Вместо ответа она сама прильнула к его губам отчаянно-страстным поцелуем, окончательно разрешая все. И охнула, когда Мирт перекатился на кровати, подминая ее под себя, резко толкнулся бедрами, позволяя почувствовать, как сильно он возбужден.

— Пойдем в ванную, — прошептал он.

Айя медленно кивнула, не отводя взгляда от его расширившихся зрачков. Красиво и пугающе. Теперь точно не остановится.

* * *

Пока набиралась вода, Мирт медленно раздевался, наблюдая за реакцией Айи. Запирать дверь ванной он не стал. Флакончик со смазкой стоял на полу.

— А ты подготовился, — отметила Айя. Облизнув губы, спросила: — Не боишься, что сбегу?

— Я тебе сбегу, — усмехнулся он, стягивая футболку. — Только дернись. Раздевайся.

На долю секунды в ее глазах мелькнула растерянность, тут же сменившаяся веселой, бесшабашной решительностью. Айя сделала шаг назад, почти вплотную прижавшись к исходящей паром неглубокой ванне, и неторопливо потянулась к пуговицам блузки, вызывающе качнув высокой грудью. Провела ладонями по ключицам, запрокинув голову, тряхнула белокурыми волосами, бросив на Мирта вызывающий взгляд. Расстегнула одну пуговицу, вторую, третью, шевельнула плечом, позволяя блузке сползти, показав кружево бюстгальтера, и тут же, словно спохватившись, вернула ткань на место. Медленно, придерживая блузку на груди, расстегнула остальные пуговки. Облизала нижнюю губу, с вызовом глядя в глаза снежного мага и опустила руки, чуть прогнувшись назад. Так, что блузка сама спланировала к ее ногам. Так же грациозно избавилась от брюк, оставшись в одном белье.

— Два-один, Снежный, — прошептала она. — Твоя очередь снимать следующую вещь. Можно с меня.

— Детка, у меня сейчас даже завязки штанов на тебя колом стоят, — хрипло выдохнул Мирт. — Если я начну снимать что-то с тебя, твое белье этого не переживет.

Гортанно рассмеявшись, Айя сбросила остатки одежды и шагнула под теплые струи воды. Провела ладонями по груди, лаская себя. Прекрасно знала, маленькая зараза, как у него сносит крышу от этого зрелища. Хотя куда уж дальше. В глазах и так уже чернело. В другой день он бы сразу подхватил ее на руки, прижал спиной к стене и входил бы в горячее тесное лоно сразу на всю длину, резко, яростно, чтобы вскрикивала, всхлипывала и просила еще. Но сегодня Мирт позволил себе только первый пункт: подхватить на руки. И зацеловал, насколько хватало дыхания, ловя губами твердые камушки сосков, пока Айя не начала постанывать, запрокинув голову и ловя ртом воздух пополам с теплой водой. Опустил обратно, поддерживая за талию, убедившись, что маркиза крепко стоит на ногах, взял мыльный корень, щедро взбил пену, размазывая ее по ладоням. И снова поцеловал Айю, не давая ей вынырнуть в реальность, вспомнить, для чего они сюда пришли и испугаться. Но когда его палец нырнул между ягодицами девушки, она вздрогнула, нервно выдохнула:

— Мирт.

— Все хорошо, маленькая, все хорошо, — хрипло успокоил он. — Доверься мне.

Повернул ее спиной к себе, легонько надавил на беззащитные, узкие плечи, вынуждая опуститься на колени. Айя повиновалась без возражений. Сам опустился рядом, прошелся легкими, нежными поцелуями по шее, по лопаткам. Толкнул вперед, заставляя облокотиться на руки, прошелся языком вдоль позвоночника, до самой ложбинки между ягодицами, приказал:

— Раздвинь ноги шире.

Щедро плеснув на пальцы смазку, снова медленно скользнул одним пальцем в тугое колечко мышц, одновременно по очереди лаская второй рукой нежные груди. Член болезненно пульсировал, кровь в висках стучала набатом. Айя тихонько всхлипнула, подалась навстречу. Мирт добавил второй палец, склонившись, легонько куснул маркизу за нежную округлую ягодицу.

— А-ах, — выдохнула Айя, когда третий палец добавился к двум, медленно двигавшимся в ее попке.

Выгнулась навстречу, сама насаживаясь на них.

— Тихо, тихо, не спеши, — прошипел Сайфер, сходя с ума от ее отзывчивости, от поддатливости, от того, какая она тесная, горячая…

— Да трахни ты меня уже, — простонала она, снова дернувшись ему навстречу.

— С удовольствием, — заверил Мирт.

Не жалея, размазал смазку по болезненно напряженному члену и осторожно толкнулся вперед. Ночные твари, как же было узко. Почти до боли. Айя тихонько ойкнула, замерла.

— Тихо, маленькая, я не тороплюсь, — ласково прошептал Мирт, поглаживая ее по бедрам.

Перед глазами дрожала багровая пелена. Легонько толкнуться вперед, чуть резче — назад. Демоны, никогда так не осторожничал, как сейчас. Запустил руку между бедер девушки, нащупывая горячий, скользкий бугорок, и едва успел среагировать, когда Айя резко подалась навстречу, стремясь вобрать его член полностью.

— Ми-и-ирт, — простонала она. — Пожалуйста…

Это было последней каплей. Он вошел до конца одним плавным движением, замер на миг и начал двигаться короткими, неглубокими толчками. Айя поддавалась навстречу, терлась об его пальцы, шептала его имя и наконец, громко застонав, выгнулась особенно сильно. И лишь тогда он отпустил себя. Еще один толчок, жаркий, чуть резче предыдущих, и пелена перед глазами разлетелась сверкающими осколками.

— Это было… необычно, — призналась Айя чуть позже, вновь уютно устроившись в его объятьях на кровати. Шевельнулась и едва заметно поморщилась. — Но в ближайшее время повторять точно не хочу.

— Слишком больно? — обеспокоился Мирт.

— Слишком… необычно, — повторила Айя, не сумев, видимо, подобрать более точного определения. Вздохнув, прижалась щекой к его груди, сонно пробормотала: — Снежный, от такого свихнуться можно. И собственное имя забыть. И вообще, я спать хочу. Мне можно. Ты меня утомил.

— Польщен, — тепло улыбнулся снежный маг. — Спи, моя радость. У тебя на это почти час.

Обнимая доверчиво прижимающуюся к нему девушку, Мирт хмурился. Чем дальше, тем сильнее все запутывалось. Чувства к Айе только крепли, а впереди ждала лишь безысходная пустота. Слишком большая пропасть между социальным положением. Слишком разные финансовые возможности. Слишком большие ставки. Мирт не хотел всю жизнь быть тайным любовником молодой маркизы Делавент, но пока что альтернативы не было. Он понятия не имел, как поступить правильно. Что делать, когда все закончится. Что делать, чтобы ничего не закончилось. И, главное, стоит ли продолжать?

Сайфер слишком хорошо знал, как много свободы забирает факультет боевой магии Арданской военной академии у таких, как он. Контракт, клятва Императору, запреты на разглашение подробностей заказов и поручений. Ему оставалось совсем немного. Свобода остаться или уйти, полюбить или разлюбить, если на то будет воля Пресветлого, или, скорее, Пересмешника. Он не мог просить Айю отказаться от всего, что у нее было, ради себя. Был бы не вправе принять эту жертву, если бы она предложила. Все, на что Мирт мог рассчитывать, так это на то, что Айя тоже хочет быть с ним. Сейчас, сегодня, завтра. Что ее устраивает скрывать отношения, позволяя себе искренность лишь за закрытой дверью. Но другого пути у них быть не могло, и, демоны всего мира, Сайфер прекрасно знал об этом с самого начала. Только почему-то это не успокаивало.

ГЛАВА 12

Распрощавшись с Миртом до вечера, Айя вошла в ворота родового особняка Делавентов. Снежный давно уже не оставался ждать, пока она пообщается с матерью. Но всегда появлялся словно из ниоткуда, стоило ей выйти за ворота. Впрочем, Мирт не скрывал, что прицепил на все ее сумки простейшие "следилки" и присмотрел неподалеку от родового гнезда Делавентов подходящую темную подворотню, в которую и переносился порталом, когда Айя покидала особняк. На предложение компенсировать портальные артефакты лишь отмахнулся. Дома Айю ждал сюрприз. Радостно-взволнованная мать сбежала по ступенькам, обняла ее, окутав ароматом легких цветочных духов.

— Отец вернулся, — сообщила она.

— Да? — Айя почувствовала, как на губах расцветает улыбка. — Наконец-то.

— Он просил тебя зайти сразу, как придешь… — продолжила было Элиза Делавент, но умолкла, наблюдая, как дочь торопливо поднимается по лестнице.

Остановившись перед кабинетом отца, Айя пригладила волосы, одернула блузку. Деликатно постучала.

— Да, — донеслось из-за двери.

Потупив глаза, как и полагалось воспитанной молодой аристократке, Айя вошла в кабинет. И тут же, отринув все рамки приличий, бросилась на шею отцу.

— Я так скучала.

— Я тоже скучал, дорогая, — Колинер Делавент отстранил ее от себя, полюбовался. — Ты стала еще красивей. Я привез тебе подарок с севера.

Он указал на стоящую на краю стола коробочку. Разворачивая шелестящую бумагу, Айя покусывала губы от нетерпения. И восторженно ахнула, увидев изящную брошь из белого золота, украшенную небольшими алыми ягодками, так искусно выточенными, что их было не отличить от настоящих.

— Рад, что угодил тебе, моя дорогая, — с улыбкой отметил отец. — А теперь поговорим. С кем, говоришь, ты сейчас помолвлена?

— С Алехно Бретоном, — напомнила Айя, присаживаясь на стул. — Это младший сын барона Бретона…

— Да-да, я помню, — остановил ее Колинер. — Хорошая семья, из старых аристократов. Еще и про Эдара говорят, что он не из последних постов в Тайной Канцелярии занимает… Да, отличная партия. Даю тебе свое родительское благословение.

— Что? — в первую секунду Айя решила, что ослышалась. — Отец, я же писала тебе, что помолвка фиктивная и временная, Алехно…

— …станет тебе прекрасным мужем, — перебил ее маркиз. — Дочь, нет ничего более постоянного, чем временное. А уж что может быть проще, чем сделать фиктивную помолвку настоящей. Младший сын в роду, конечно, не совсем та партия, которую я желал бы, но и в этом есть свои плюсы. К примеру, он наверняка не станет возражать, чтобы все ваши дети вошли в наш род. Понимаешь, дорогая, какие это открывает перспективы?

— Отец, я обещала Алехно Бретону, что мы расторгнем помолвку, как только в ней отпадет необходимость, — она еще раз попыталась достучаться до отца.

— Айя, — Колинер Делавент поморщился, — ты достаточно красива и образованна, чтобы составить счастье любого мужчины. Улыбнешься ему ласково, позволишь за руку подержать, или чему вас там учат в твоей академии. Даже слышать не желаю, что помолвка временная. Меня такой зять более чем устраивает. Так что уж постарайся не разочаровать меня, дочь. Поняла? — Не услышав ответа, он переспросил с нажимом: — Поняла?

— Да, отец, — опустив глаза, проговорила Айя. — Я вас услышала.

— Вот и славно, — Колинер погладил себя по животу. — Зимний бал через три недели. Надеюсь, твое платье уже готово? Помнишь, какая честь тебя ждет?

— Быть представленной Императору, — выдавила девушка, с горечью понимая, что отец не отказался от своих планов.

— Именно так, моя дорогая, — хищно улыбнулся маркиз. — Уверен, ты произведешь на него необходимое впечатление.

— Постараюсь, — кивнула Айя, до боли сжимая кулаки.

— Ты же Делавент, — подбодрил ее отец и, перегнувшись через стол, по-доброму погладил по голове. — А сейчас рассказывай, как вы с матерью тут без меня.

Внимательно выслушал о встрече с бароном Герином и одобрительно кивнул, отметив, что сам поступил бы именно так. Пообещал надавить на имеющиеся рычаги и ускорить передачу бакронских лесов новому старому владельцу. И когда Айя расслабилась и потеряла бдительность, неожиданно поинтересовался:

— Скажи, дорогая, а зачем тебе артефакты отвода глаз, раз Бакроны отступились? И у кого второй?

— Откуда ты знаешь про артефакты? — растерянно спросила она.

— Я же интересуюсь жизнью своей дочери, — ласково улыбнулся Колинер.

— Я не доверяю Элистеру и его отцу, — призналась Айя. — И чувствую себя спокойнее, когда знаю, что они или их подручные за мной не следят. Второй артефакт у моего телохранителя.

— Да, наслышан про этого подающего надежды мага, — кивнул отец. — Надо будет побеседовать с ним на следующей неделе… Хочу убедиться, что ты под надежной защитой.

"Не знает" — Айя выдохнула и мысленно вознесла хвалу Пресветлому. С отца бы сталось в кратчайшие сроки обзавестись артефактом, уничтожающем иллюзии, и проследить, как именно проводит время его дочь в компании телохранителя. О его реакции в этом случае молодая маркиза боялась даже подумать.

Обед прошел скомканно. Айя без аппетита поковырялась в тарелке и, сославшись на плохое самочувствие, поспешила удалиться в комнату. Отец разливался соловьем, радуясь кандидатуре будущего зятя, и несколько раз повторил, что готов познакомиться с ним хоть завтра. С трудом Айе удалось отговорить развившего бурную деятельность отца подождать хотя бы до следующей недели. А вот от намерения встретиться с будущим родственником, то бишь, Бретоном-старшим, он отказываться не собирался, и маркиза с ужасом представила себе, как отреагирует Алехно. Не поверит же, что она ни при чем. Хорошая новость была лишь одна: Колинер Делавент без лишних вопросов согласился принять на практику Феба, едва узнал, что это просьба Алехно.

— Как не уважить друга будущего зятя, — закивал он. — Пусть этот малый приходит завтра с утра на верфи, подумаю, куда его там пристроить.

Решив, что проведет в комнате минут сорок, чтобы не вызывать подозрений, а потом уедет обратно в Академию, Айя немного повеселела. На этот вечер у нее была запланирована новая встреча с Сигурдом Дэстрино. Пожилой профессор оценил ее рвение к учебе и с удовольствием помогал в составлении партнерского договора таким образом, чтобы даже без магической клятвы обмануть Айю было невозможно. Договор был почти готов, оставалось совсем немного. И первым, кому маркиза собиралась предложить сотрудничество, был Алехно Бретон. Молодой барон был неплохим техномагом, и Айя рассчитывала, что на первых порах их совместных усилий хватит, чтобы создать несколько рабочих образцов. Но Пересмешник, видимо, решил, что на сегодня порцию хорошего она уже получила.

— Госпожа, господин маркиз просит вас в его кабинет, — тихо поскреблась в дверь горничная.

— Иду, — со вздохом отозвалась Айя.

Неужели еще не все сказал? Но отец был не один. Напротив него вольготно расположился на стуле Себастьян Бакрон, при виде Айи поднявшийся и вежливо склонивший голову.

— Драгоценная Айя, счастлив видеть вас в добром здравии, — сообщил он. — Прошу простить, что не засвидетельствовал вам свое почтение ранее. Я здесь для того, чтобы обсудить досадную неприятность: случайное расторжение помолвки между вами и моим сыном.

— Элистер сказал, что это была ваша инициатива, — с удовольствием заявила Айя.

— Он так сказал? — Себастьян сокрушенно покачал головой. — Видите, как мой мальчик любит вас, совершенно не умеет хранить семейные тайны. Да, это моя вина. И мне бесконечно жаль, что я поспешил… Давайте же забудем это небольшое недоразумение. Колинер, кажется, вы хотели, чтобы первый ребенок вошел в ваш род? Я не возражаю. Более того, в знак извинения готов увеличить размер свадебного подарка для вашей прелестной дочери.

— Сожалею, любезный Себастьян, но моя дочь уже помолвлена, — покачиваясь в кресле, ответил маркиз.

— Друг мой, нерасторжимых помолвок не бывает, — печально покачал головой граф. — Мне ли не знать.

— Если вас интересует мое скромное мнение, любезнейший граф, то я против, — едко заявила Айя. — Между мной и вашим сыном возникли непреодолимые разногласия. Мне жаль.

— Дело молодое, — ничуть не смутился Бакрон. — Не торопитесь с выводами. Не смею больше отнимать ваше время. Маркиз, с нетерпением ожидаю нашей завтрашней встречи.

— Отец, я не хочу возобновления этой помолвки, — шепотом взвыла Айя, едва проводивший гостя маркиз вернулся в кабинет.

— Не беспокойся, — Колинер грузно опустился в кресло и сцепил пальцы. — Я свое слово сказал. Меня устраивает твой нынешний жених. А что до Бакронов… Себастьян понимает, что может потерять, и станет сговорчивей, когда мы будем обсуждать сделку. Пообещаю ему поговорить с тобою, потянем время, а к весне, когда завершится строительство кораблей, я с прискорбием сообщу ему, что переубедить тебя не удалось, какая досада. Но было приятно сотрудничать.

Айя криво улыбнулась. В этом был весь отец. Никакой морали. Личная выгода превыше всего. Еще несколько месяцев назад она бы и бровью не повела, а сейчас такая позиция маркиза вызывала лишь отвращение. При всей нелюбви к Бакронам, откровенный обман Айе претил. С ее точки зрения, было вполне достаточно лишить их спорного куска земель руками барона Герина. А что графское семейство будет делать потом, ее совершенно не интересовало. Лишь бы держались подальше.

* * *

Едва вернувшись в академию, Айя поспешила в мужское общежитие, к Алехно, надеясь, что молодой барон в своей комнате. Бретон был не один, а со всей компанией. Даже Лидана скромно примостилась на краешке кровати.

— Алехно, можно тебя на несколько слов? — попросила Айя, останавливаясь в дверях.

— Можете в нашей с Фебкой комнате потрещать, — предложил Маттис. — Чего в коридоре торчать.

— Ты настоящий друг, — шутливо поклонился Алехно, поднимаясь с табурета. — Айя, я весь в твоем распоряжении.

Маркиза проглотила язвительную и грубую шутку, что весь он ей в любом случае не нужен, и пошла следом.

— Мы должны срочно расторгнуть помолвку, — заявила она, едва переступив порог комнаты Феба и Маттиса.

— Отец вернулся? — получив мрачный кивок, Алехно энергично потер ладони. — Право, я оскорблен. Моя первая помолвка, и вот — едва вернувшись, вероятный тесть стремится от меня избавиться. Неужели я так плох?

— Не смешно, — буркнула Айя. — Отец как раз горячо одобрил твою кандидатуру, осчастливил меня своим родительским благословением и выразил надежду, что фиктивная помолвка станет настоящей, и наш союз будет долгим и крепким.

— И в чем проблема? — мягко улыбнулся Бретон. — Я верю твоему слову.

— Ты не знаешь моего отца, — покачала головой Айя. — У него… грандиозные планы. И на следующей неделе он намерен встретиться с твоим отцом и обсудить подробности нашего с тобой брака.

— А, на моего отца где сядешь, там и слезешь, — отмахнулся Алехно. — Я его предупрежу.

— Ты не понимаешь, — маркиза погрустнела. — Алехно, мой отец… Он страшный человек. Не остановится ни перед чем. Сегодня он фактически приказал мне влюбить тебя в себя, да так, чтобы ты и не помышлял о расторжении помолвки.

— Дорогая невеста, обещать и жениться — совершенно разные вещи, — серьезно произнес парень. — Я обещал тебе помочь, и если для этого требуется несколько раз встретиться с господином маркизом и заверить его в том, что ты прекрасней весеннего рассвета, нежнее лунного света на яблоневых лепестках, умом равна Познающему, а коварством… А это уже я увлекся. В общем, я не против встречи с твоим отцом.

— Мне кажется, проще расторгнуть помолвку, — настаивала Айя.

— Дело, конечно, твое, — пожал плечами Алехно, — но смею напомнить, что в этом случае тебе моментально припишут роман с Сайфером. Слишком много времени вы проводите вместе.

— Тогда пусть сразу и в любовницы к господину Дэстрино записывают, — огрызнулась девушка. — С ним я тоже заполночь засиживаюсь. А Снежный — мой телохранитель.

— Да мне-то все равно, — махнул рукой собеседник. — Но ты прекрасно знаешь, что репутация нарабатывается годами, а уничтожается в один миг. Послушай дружеский совет, Айя. Не становись уязвимой тогда, когда этого можно избежать.

Сейчас Алехно окончательно отбросил шутливый тон. И маркиза была готова поклясться перед Пресветлым: ему не все равно. Во взгляде Бретона читались искреннее беспокойство и желание помочь. Может, ему было жаль потраченного на Айю времени, может, слишком велико стремление спасти попавшую в беду девушку. Маркиза не знала. Но отталкивать в очередной раз протянутую дружескую руку не стала. Смирившись, опустилась на ближайшую кровать и уставилась в пол.

— Я разговаривала с отцом по поводу Феба, — сказала она. — Он не против. Предложил, чтобы Феб завтра утром приехал на верфи.

— Отлично, — обрадовался Алехно. — Я могу поехать с вами. Познакомлюсь с господином Делавентом, заверю его в своей искренней симпатии к тебе, и вопрос будет решен.

— Как скажешь, — согласилась маркиза, чувствуя, как наваливается усталость. Слишком богатым на события, в основном, неприятные, выдался день. — Поехали.

— Эй, — Алехно опустился на корточки, заглянул в лицо, — с тобой все в порядке?

— Просто устала, — со вздохом призналась Айя. Потерла ладонями глаза и поднялась. — Пойду к господину Дэстрино, он меня уже заждался. Встретимся утром у ворот.

— Подожди минуту, я Феба позову и пойдем вместе, — предложил Алехно. — Нам тоже срочно нужно в учебный корпус, за разрешением на выход.

Феб обрадовался новости, как ребенок. Едва не лучась от счастья, он только и мог говорить, что о кораблях, о море, то и дело сбиваясь на благодарности Айе. Уверял, что не подведет, оправдает доверие и будет полезен в меру скромных сил. Алехно по-доброму посмеивался, наблюдая за неожиданно осчастливленным другом, а Айя не знала, куда деться от этого потока признательности. И вздохнула с облегчением, когда Феб и Алехно свернули к кабинету декана.

* * *

Элистер слонялся по дому из угла в угол, ожидая, пока приедет отец, укативший на встречу с вернувшимся в столицу Колинером Делавентом. Граф Бакрон вошел в дом победителем, небрежно стряхнул пальто на руки дворецкому и быстрым шагом направился к своему кабинету.

— Почти договорился, — удовлетворенно констатировал он, наливая себе в бокал коньяка. — А ты, отпрыск, в следующий раз думай, прежде чем на меня свои грехи сваливать. Едва выкрутился, когда девчонка ляпнула, что это я настоял на расторжении помолвки. Тебе как вообще такая глупость в голову пришла?

— Я пытался помириться с Айей, — буркнул Элистер. — И мне почти удалось.

— Это мне почти удалось, — довольно исправил его отец. — Колинер аж подобрался, когда услышал, что мы согласны первого ребенка в их род ввести. Ох, быть тебе, сынок, рогоносцем. Впрочем, это мелочи. С маркизом я как-нибудь договорюсь, он на дочь повлияет, хотя она носом крутит. Но если ты, щенок, опять все испортишь…

Он многозначительно замолчал.

— …то меня ждет военная карьера, — закончил Элистер.

— Карьер тебя ждет, — передразнил его Бакрон-старший. — И лопата. Будешь копать от линии и до ужина. Понял?

— Понял, — согласился Эл.

— Не безнадежен, — Себастьян допил коньяк, поднялся и потрепал Элистера по щеке. Бросил перед ним туго набитый кошелек. — На мелкие расходы. Заслужил. И перестань у матери клянчить.

— Ничего я не клянчил, — возмутился молодой граф. — Она сама дала.

— Я сказал, а ты услышал, — веско проронил Себастьян.

Элистер понятливо замолчал. В душе клубилось тяжелое, густое, черное недовольство. В самом деле, он что — мальчик, чтобы так его отчитывать? И кошелек этот, словно подачка. Если бы отец не перекрыл ему доступ к финансам, он уже давно обзавелся бы нужным артефактом, выловил паршивку Делавент, заставил ее съесть одну из оставшихся конфеток, а дальше потащил бы в храм и сразу женился. А так оставалось лишь догадываться, где и с кем она проводит время. Белобрысая кукла не забывала активировать свой артефакт отвода глаз, а телохранитель таскался за ней, словно привязанный. Элистер нахмурился, обдумывая внезапно пришедшую в голову идею, и спрятал довольную улыбку. Все гениальное было простым. Страви своих врагов между собой и наблюдай в стороне. Если план выгорит, большинство проблем решатся сами собой.

* * *

Мирт, узнав о том, что планы на соларис несколько изменились, не огорчился. Заявил, что найдет, чем себя занять, и пообещал приехать за Айей к верфям. К воротам академии она шла одна. Алехно и Феб уже ждали, причем вчерашний веселый и счастливый до неприличия Феб куда-то исчез, оставив вместо себя неуверенный комок нервов, то и дело порывающийся уйти обратно в общежитие.

— А если я себя переоцениваю? — кипятился он, наступая на Алехно. — Приду, со мной поговорят и скажут: шел бы ты, адептик, поучился для начала.

— Ты будешь практикантом, — в сотый, наверное, раз, терпеливо успокаивал его друг. — Никто не будет требовать от тебя невозможного.

— А если я пойму, что не справляюсь? — ныл Фабиан. — Или не смогу ответить на самые простые вопросы?

— Айя подержит тебя за ручку, и ты успокоишься, — Алехно весело подмигнул Айе.

— Меня саму бы кто за руку подержал, — поежилась маркиза.

— Видите, какими полезными друг для друга вы можете быть, — умилился молодой барон и тут же отскочил на полметра, увернувшись от дружеской затрещины, которой хотел наградить его Феб. — Вот так всегда: я со всей душой, а он драться. Беспредел.

Пока ехали к верфям, Алехно болтал без умолку и в итоге умудрился если не окончательно успокоить Айю и Феба, то хотя бы заставить их улыбаться. Колинер Делавент едва перекинулся с Фабианом парой слов, позвал одного из помощников и заявил, что с этого дня Феба курирует господин Тайрис Репло. Сам же клещом вцепился в Алехно. Его интересовало буквально все. Но молодой барон был крепким орешком, отвечал подробно, многословно и ни о чем. Сыпал цветастыми фразами, в которых сути было меньше, чем сока в березе в засушливое лето, а на любые попытки узнать что-либо конкретное о его планах на будущее с Айей лишь отшучивался.

— Дочь сказала, что у вас фиктивная помолвка, — наконец, не выдержал маркиз. — Это так?

— Как вам сказать, — задумался Алехно. — Понимаете, дорогой господин Делавент, я не сторонник ускорять события и сближаться быстрее, чем следует. Счастлив, что Айя полностью разделяет мое мнение по этому поводу. Так что помолвка у нас действительно фиктивная, если вы понимаете, о чем я.

— Но намерения у вас серьезные? — не сдавался маркиз.

— Разумеется, — с жаром кивнул молодой барон. — Судите сами, были бы они несерьезными, разве посмел бы я отвести девушку в храм, не получив родительского благословения?

Айя молча слушала и поражалась тому, как виртуозно Алехно находит лазейки в вопросах и насколько умело недоговаривает. И впрямь, намерение помочь у него было самое серьезное. И вопрос о фиктивности помолвки он обернул в свою пользу так изящно, что маркиза восхитилась. Если Эдар Бретон обладает таким же острым языком, как его младший сын, отцу можно только посочувствовать.

Удачно начавшееся утро омрачилось лишь одним событием. Выходя с верфей, Айя увидела Элистера, стоящего на противоположной стороне площади возле кареты с гербом Бакронов.

— Мой соперник? — прищурился Алехно, рассматривая молодого графа.

— Никак не уймется, — поджала губы маркиза, безрезультатно высматривая Мирта.

Сайфера, как назло, еще не было. Очень не вовремя.

— Светлого дня, — приветствовал Элистера Алехно, собственническим жестом обнимая Айю за талию. — Решили полюбоваться кораблями? Боюсь, корабль вашего счастья уплыл безвозвратно и бросил якорь в моей гавани.

— К сожалению, за некоторые ошибки приходится платить слишком дорого, — посетовал Элистер. — Завидую вам и желаю счастья. Я хотел бы только надеяться, что былые разногласия все же не повлияли на наши добрые отношения с вашей прекрасной невестой. Кстати, кажется, мы не представлены друг другу. Элистер Бакрон.

— Алехно Бретон к вашим услугам, — коротко ответил барон.

— Элистер, что вам угодно? — поинтересовалась Айя. — Мне казалось, мы уже все обсудили.

— Представьте себе, ничего, — развел руками тот. — Мой отец, с позволения господина Делавента, конечно же, решил посетить верфи, чтобы узнать примерный объем требуемых поставок красного дерева для отделки капитанских кают. Я решил составить ему компанию. Но отец задерживается. Хотите воспользоваться моим экипажем?

Элистер рисковал. Сейчас он действовал без плана, по наитию, и совершенно не знал, что из этого получится. Информаторы сообщили ему, что с утра гордячка Делавент вышла из ворот академии в сопровождении двух парней, ни один из которых не был похож на Снежного Сайфера, и уехала на верфи. Отец очень вовремя собирался туда же, и Элистер напросился с ним. Торчал битый час на площади, вдыхая запах дерева и смолы и слушая дикий ор чаек, и наконец дождался. Заодно познакомился с новым женихом Айи. Ни имени, ни фамилии этого аристократишки, с ходу изящно обхамившего его, Элистер не знал. Предпочел не заметить оскорбления, выяснил, как зовут счастливого соперника, и предложил воспользоваться фамильным экипажем Бакронов, чтобы вернуться в центр города. Упускать шанс пообщаться с Айей, когда над душой не маячит ее телохранитель, Элистер не хотел. Пусть уже поверит в его добрые намерения, расслабится, прекратит таскать свой артефакт, уволит телохранителя, и вот тогда он начнет действовать.

Боги ему благоволили: как по заказу, рядом с верфями не было ни одной кареты. Осмотревшись, Айя, не скрывая недовольства, вздохнула:

— Хорошо, мы принимаем ваше предложение.

Оперевшись на руку Алехно, взобралась в экипаж. Барон едва успел поставить ногу на подножку, как его окликнул Фабиан, показавшийся у входа в ближайший док в сопровождении все того же господина Репло.

— Сейчас узнаю, скоро ли он освободится, и вернусь, — проговорил Алехно. — Без меня не уезжайте.

— Предлагаю подъехать ближе к доку, — произнес Элистер. — Не волнуйтесь, маркиза, похищать вас средь белого дня на глазах кучи народа и вашего жениха я не стану. Мои намерения прозрачны, словно слеза.

— Если вас в карете не будет, — нехотя согласилась Айя.

Элистер захлопнул дверцу, экипаж тронулся и успел прокатиться всего лишь десяток метров прежде, чем резко затормозил. Послышались крики, глухие звуки ударов. Распахнув дверцу, Айя увидела лежащего в пыли Элистера, сплевывающего кровь из разбитой губы, и грозно стоящего над ним Мирта. Взволнованно охнув, выскочила из кареты.

— Делавент, сделай милость, скажи своему цепному псу, что у меня и в мыслях не было тебе навредить, — гнусаво прохрипел Элистер.

— Я предупреждал, чтобы вы не приближались к моей нанимательнице? — спокойно спросил Мирт, ни на кого не обращая внимания.

Между тем, вокруг собиралась привлеченная шумом драки толпа.

— Силен парень, — возбужденно рассказывал один из очевидцев тому, кто подтянулся позже. — Метель коням перед мордами вскружил, те и встали, как вкопанные, а он благородию в зубы как дал, тот и отлетел в сторону.

— Я не желал ей дурного, — повысил голос Элистер, с трудом поднимаясь.

— Я предупреждал? — повторил вопрос Мирт.

— Предупреждал, предупреждал, — пробурчал граф, выуживая из кармана платок и прикладывая его к разбитой губе. — Но претензию я составлю. Где это видано, средь бела дня людей ни за что бить?

— Составляйте, — скучающим голосом позволил Сайфер. — Даже обжаловать не стану.

— Мы все пропустили, — огорчился Алехно, протискиваясь сквозь толпу. — Признавайтесь, люди добрые, хозяин экипажа приставал к моей невесте?

— Увезти ее хотел, — выкрикнул кто-то.

— Какой нехороший человек, — покачал головой барон. — Бакрон, вам помощь нужна?

— Нет, — отказался тот, промокая платком кровоточащую губу.

— Пришлите счет за целителя на мое имя, — предложил Алехно. — В конце концов, вы пострадали из-за меня. Если бы я не отошел, полагаю, сей неприятный инцидент не состоялся бы.

— Вы крайне любезны, — прошепелявил Элистер.

— Боюсь, в свете случившегося, мы вынуждены отказаться от вашего щедрого предложения, — Бретон развел руками. — Иначе это будет выглядеть как издевательство над вами. Приношу глубочайшие извинения.

Поняв, что представление закончилось, толпа поредела. Рабочие и мастеровые вернулись к своим делам. Айя стиснув зубы, молчала, не желая устраивать разбирательств с Миртом при свидетелях.

— Сайфер, оно тебе надо было, рожу этому графу бить? — спросил Алехно. — Он из тех, кто и впрямь претензию оформит как положено.

— Заплачу штраф, в первый раз что ли, — усмехнулся Мирт. — И, как по мне, оно того стоило. Я его предупреждал, чтобы не крутился возле Айи, а то меня, как телохранителя, это нервирует.

— Должен сказать, что нервы у тебя, дружище, так себе, — расхохотался Бретон. — Разгон до берсеркера за секунды.

— Профессия у нас нервная, — парировал Мирт. — Приучает реагировать моментально.

— Не поспоришь, — согласился Алехно и не стал развивать тему дальше.

В качестве безопасной альтернативы поинтересовался у Фабиана, как прошла беседа с господином Репло, и следующие полчаса Феб с горящими глазами рассказывал об экскурсии по мастерским и докам, о том, какие сильные маги задействованы на верфях и о том, как тепло его приняли. Понемногу осадок от неприятного происшествия растворился, хотя Айю не покидало ощущение грядущих неприятностей.

* * *

— Это возмутительно, — в который раз повторил Себастьян Бакрон, раненым зверем метавшийся по кабинету. — Еще не хватало, чтобы всякая шваль смела поднимать грязную лапу на моего сына.

— Отец, я тебе уже объяснял: это телохранитель молодой Делавент, — Элистер коснулся свежезаживленной целителем губы. — Почему-то он считает, что я обязан ее украсть, вот и действует далекими от приличий методами. Бешеный пес.

— Я считаю, таких надо уничтожать без жалости, — продолжал бушевать отец. — Приличному человеку скоро страшно будет на улицу выйти. Сегодня же подам жалобу Императору, пусть отправит проверку в академию.

Элистер на миг проникся сыновьими чувствами. А отец, оказывается, его по-своему любит. Вон как все близко к сердцу воспринял. Нет, идея поехать с ним была просто великолепной. И невинную жертву обстоятельств он, Элистер, сыграл на "отлично".

— А потом по кулуарам будут шептаться, дескать, кто-то из адептов безнаказанно избил сына самого Бакрона, либо даже его самого, — небрежно бросил он. — Ты не хуже меня знаешь, как мало надо для слухов, отец.

Себастьян Бакрон остановился и грузно рухнул в кресло. Дрожащей рукой плеснул в бокал коньяка, выпил залпом.

— Ты прав, — угрюмо произнес он. — Пес должен знать свое место. Как, говоришь, зовут телохранителя молодой Делавент?

— Мирт Сайфер, — с удовольствием напомнил Элистер. — Отец, ты ведь не собираешься его убивать? Скандалы нам ни к чему.

— Нет, что ты, — Себастьян холодно улыбнулся. — Назначу встречу где-нибудь в пустынном месте, к примеру, в старых катакомбах, и пообщаюсь с глазу на глаз. Уйду порталом, а Сайфера на обратном пути совершенно случайно перехватит банда грабителей. Район там опасный… Отметелят, как следует, и бросят. Полагаю, он сделает правильные выводы.

— Он будущий имперский маг, — напомнил Элистер. — Может справиться с любой бандой в два счета.

— Сынок, не учи меня жить, — снисходительно проронил граф. — Я непременно учту этот момент.

Элистер молча кивнул в знак согласия. Следующая неделя обещала быть весьма насыщенной.

* * *

Мирт ждал вызова в магполицию или Тайную Канцелярию, не сомневаясь, что графеныш выполнит свою угрозу, но пролетела уже половина недели, а никто из представителей закона так и не выразил желания с ним встретиться. Зато с самого утра прилетели два магических вестника. Колинер Делавент сухо сообщал, что ждет его для беседы в три часа пополудни в четверг, а Себастьян Бакрон назначил встречу в старых катакомбах на пять часов вечера. Тоже в четверг. Прикинув, что успеет и туда, и туда, Сайфер не стал отвечать. И волновать Айю, рассказывая ей, куда собирается, тоже. Отделался коротким, ничего не значащим "дела". Маркиза вздохнула и попросила быть поаккуратнее, решив, что он отправляется выполнять очередной заказ.

Знакомый дворецкий, с наглаженными до остроты стрелками на брюках, проводил его в кабинет Колинера Делавента.

— Присаживайся, — бросил хозяин кабинета, поднимаясь из-за стола. — Чего-нибудь налить?

— Благодарю, — коротко произнес Мирт, позволяя собеседнику самостоятельно додумать, значило это "да" или "нет".

Кабинет был роскошным. Даже чересчур. Абсолютно все здесь кричало — у владельца есть деньги, много денег. Дорогие артефакты для моментальной связи, целых три, портьеры с золотым тиснением, массивный стол, роскошное кресло, почти трон, в котором минуту назад восседал маркиз, и стул попроще для посетителей. Не иначе, чтобы почувствовали, кто здесь главный. Колинер Делавент тем временем достал из настенного шкафа бутылку и два бокала, плеснул в оба примерно на три пальца темного напитка.

— Бренди, — пояснил он. — Сигару?

— Не курю, — отказался Мирт.

Подозрительная любезность маркиза ему не нравилась.

— А я иногда позволяю себе небольшие слабости, — сообщил Колинер, доставая украшенный россыпью драгоценных камней портсигар.

Привычным жестом достал из него сигару, нажал на левый ботинок стоящей на столе невысокой скульптуры вставшей на дыбы саламандры, и из пасти той вырвался небольшой язычок огня. Раскурив сигару, Колинер затянулся, и по кабинету поплыл ароматный дымок.

— Для чего вы меня позвали? — прямо спросил Сайфер.

— Из любопытства, — ответил маркиз, согревая в ладони бокал с бренди. — Мне интересно, кому моя дочь доверила свою безопасность.

— И что скажете? — обнаглел Мирт.

— Что мне это не нравится, — Колинер затянулся. — Она слишком надеется на тебя. Ты наемник, значит, рано или поздно ваш контракт завершится. Ты уйдешь своей дорогой, а Айя останется без защиты.

— Вы считаете меня подлецом? — Сайфер прищурился.

— У меня осталась всего одна дочь, — спокойно напомнил маркиз. — Я вынужден наблюдать за ее жизнью пристальней, чем следует. И вмешиваться, когда считаю это необходимым. На моей стороне опыт. Айя молода, импульсивна и не так уж хорошо разбирается в людях.

— Я никому не позволю причинить ей вред, — веско произнес Мирт.

Колинер Делавент смотрел на него с доброжелательным интересом, но Сайфер не сомневался: за напускным добродушием скрываются стальные шипы. Чуть зазеваешься, и пробьют насквозь.

— Хорошо, — проронил он. — Открою карты. За полтора месяца моя дочь сильно изменилась. У нее всегда был характер, но она не позволяла себе оспаривать мои решения и сомневаться в них. Я полагаю, в этом есть и твоя заслуга.

— Айя достаточно умна, чтобы принимать самостоятельные решения, — парировал молодой маг. — И я на нее не влиял.

Оборот, который принимал разговор, ему категорически не нравился. Колинер не желал терять контроль над Айей, зато был не против назначить Мирта виновным в том, что происходит.

— Сайфер, так? — уточнил собеседник. — Я наводил о тебе справки. Молодой, дерзкий, резок в суждениях. Как телохранитель, ты проводишь слишком много времени с моей дочерью, чтобы она не попыталась перенять полезные, как ей кажется, качества. Но не будем об этом. Расскажи, почему она наняла тебя?

Разговор неожиданно затянулся. Если Колинер и играл заботливого отца, неравнодушного к судьбе дочери, ему удалось убедить Мирта в своей искренности. Снежный маг не одобрял его методов, но немного лучше понял, почему маркиз так беспокоится. На встречу с Бакроном он безнадежно опоздал и решил не идти на нее вовсе. Вряд ли граф соизволит дожидаться его два с половиной часа.

На следующее утро наконец-то пришел вызов в магполицию. Бюрократическая махина раскачалась, обработала запрос и выплюнула предписание. Предупредив Рени Фьорр, что может опоздать на единственную в этот день "пару", Сайфер дождался, пока секретарь поставит в журнале соответствующую отметку и направился к воротам академии. Увидев за ними экипаж с эмблемой магполиции, немного удивился. Таких почестей не ожидал и прекрасно дошел бы до ближайшего отделения сам.

— Мирт Сайфер? — уточнил, сверившись с голографическим изображением, полицейский. — Вы обвиняетесь в убийстве графа Себастьяна Бакрона.

* * *

Айя сходила с ума от беспокойства. Мирт исчез утром в пятницу и так и не вернулся. В лунницу она прождала его в академии до обеда, и лишь когда тянуть дальше было уже нельзя, поехала к родителям одна.

— Тебя что-то беспокоит? — поинтересовался Колинер Делавент после семейного обеда.

— Ничего особенного, отец, — глухо отозвалась Айя, отрицательно качнув головой.

— Жаль, — отметил маркиз. — Я надеялся, что мы поговорим по душам… Как же быстро ты выросла, девочка моя.

— Не понимаю, о чем ты, — нахмурилась девушка.

— Пойдем, — маркиз галантно подал ей руку. — В кабинете удобней, чем в гостиной.

Тщательно запер дверь, опустился в кресло и, наблюдая за реакцией Айи, сообщил:

— Накануне утром твой телохранитель был арестован по подозрению в убийстве графа Себастьяна Бакрона.

— Что? — ахнула Айя. — Он не мог…

— Такая трагедия, — словно не слыша ее, продолжил маркиз. — Вогнал ледяной шип прямо в сердце. Себастьян назначил ему встречу два дня назад, у старых катакомб. Там же, совершенно случайно, прогуливалась небольшая компания далеких от закона граждан. Бакрон обиделся, что твой телохранитель посмел ударить его сына, решил отомстить. Когда Сайфер почуял ловушку, он попытался уйти, а несчастный Себастьян решил его задержать и получил ледяной шип в сердце. После убийца сорвал с его шеи цепочку с портальным амулетом и был таков.

— Этого не может быть, — ошеломленно повторила Айя.

— Предварительная версия следствия именно такая, — развел руками маркиз. И неожиданно резко перегнулся через стол: — Я знаю, какие отношения связывают вас на самом деле, Айя.

— Отец, — взвилась она, но маркиз хлопнул ладонью по столу.

— Сядь. Я не в восторге, но другой дочери у меня нет. Вначале я думал, что ушлый парень решил выдоить побольше денег, но твои расходы остаются на том же уровне, что и раньше. Раз в месяц-полтора снимаешь крупную сумму на побрякушки или платья, а в остальном все, как было.

— Ему не нужны наши деньги, — возразила Айя.

— Я понимаю, — со спокойной улыбкой кивнул Колинер. — Но пойми и ты меня, дорогая. Как отец, именно я определяю твое будущее и хочу, чтобы оно было достойным. Ты можешь развлекаться с кем угодно, пока это не выходит за некие рамки. Я люблю тебя, милая, и, поверь, не стал бы вмешиваться, если бы не некоторые обстоятельства. Твой телохранитель выбрал опасную профессию… Да-да, я знаю, что ты хочешь сказать, — он шевельнул ладонью, показывая, что еще не закончил. — Он будущий имперский маг, несколько месяцев до выпуска, один из лучших на курсе. Но что он может тебе предложить? Сбежать с ним, чтобы мыть горшки и рожать детей? Рано или поздно ты устанешь от этой голо… босоногой романтики и самостоятельности и захочешь вернуться в отчий дом. Мы с матерью примем тебя любую: босую, беременную, но какая жизнь будет ждать тебя, когда нас не станет? Пятно позора ляжет на весь род.

— Я не собиралась с ним сбегать, — возмутилась Айя, покраснев.

Было бы неправдой сказать, что она ни разу не задумывалась об этом. Но молодая маркиза отдавала себе отчет в том, что последствия ей не понравятся.

— Я не враг тебе, милая, — Колинер встал, погладил ее по голове. — Но давай смотреть правде в глаза. У ваших отношений нет будущего.

— Зачем ты мне все это говоришь? — всхлипнула Айя.

— Хочу предложить сделку, — ласково улыбнулся отец. — Так уж получилось, что в момент убийства Себастьяна твой Сайфер был в этом самом кабинете. И я мог бы подтвердить его алиби.

— А что взамен? — спросила Айя, уже зная, каким будет ответ.

— Ты с ним расстанешься, — холодно произнес Колинер. — Убедишь его в том, что у вас нет будущего, как я только что сказал. Иначе его дело не дойдет даже до Тайной Канцелярии. Слишком много косвенных улик, а убитый горем Элистер настаивает на смертной казни. Тебе решать, дорогая. Либо он будет жив, но ваши отношения прекратятся, либо он будет мертв. И в этом случае ваши отношения тоже прекратятся.

Не выдержав давления, Айя расплакалась. Громко, отчаянно, навзрыд, захлебываясь слезами. Отец не оставлял ей выбора, а времени на раздумья не было. К сожалению, раньше начала следующей недели Мирта на факультете не хватятся. А тогда может быть уже поздно. Отец обнял ее, позволяя промочить слезами мягкий шелк рубашки, и не торопя с ответом.

— Хорошо, — выдавила Айя сквозь слезы. — Я согласна.

— Подпиши, — маркиз положил на стол лист бумаги, украшенный вязью символов. — Магический договор. Не то что я тебе не доверяю, дорогая, но любая сделка должна быть зафиксирована, чтобы у сторон не было соблазна отказаться от своих слов.

Утерев слезы, Айя внимательно прочла скупые строчки. Отец обещал сразу после подписания договора отправиться в центральное отделение магполиции и подтвердить алиби подозреваемого в убийстве графа Бакрона Мирта Сайфера. Взамен она, Айя, обязана была расстаться с ним и отвечать отказом на любые попытки возобновить отношения, равно как и сама не предлагать этого.

— Я хочу внести дополнения, — тихо произнесла она. — Ты не будешь пытаться улучшить дела семьи, продавая мою благосклонность. Никогда. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы очаровать императора, но это будет первый и последний мужчина, под которого я лягу по твоей указке. Если нарушишь это условие, сделка утратит силу, и я тоже буду считать себя свободной от обязательств.

— Настолько не доверять родному отцу, — сокрушенно покачал головой маркиз, но требуемое дополнение внес.

Он подписал документ первым. Протянул ручку Айе. Поставив подпись, она почувствовала, как по запястью прошлась горячая волна. Магия зафиксировала договор, и нарушить его теперь означало обречь себя на крайне болезненные ощущения, усиливающиеся с каждой секундой до тех пор, пока нарушитель не исправится. Внутри ширились пустота и апатия. Не было сил даже подняться.

Отец заботливо придержал ее за плечи, провожая до комнаты, помог опуститься на кровать.

— Поспи, милая, — посоветовал он. — Ты перенервничала. Я прикажу принести тебе успокоительное.

— Хорошо, — бесцветным голосом отозвалась Айя, отворачиваясь к стене.

— Я горжусь тобой, — Колинер погладил ее по плечу. — Ты сделала правильный выбор.

Дверь за ним тихо закрылась, и Айя тихонько заплакала, уже не боясь показать слугам свою слабость. Она знала, что все сказки рано или поздно заканчиваются, но не предполагала, что когда их рушат так грубо, боль становится почти невыносимой. Кто-то из слуг тихо поскребся в дверь, вошел. Звякнул поставленный на прикроватную тумбу поднос, и дверь снова закрылась. Шатаясь и держась за стенку, маркиза поднялась, подошла к окну и рывком распахнула его, жадно вдыхая морозный воздух. Сгребла с подоконника горсть пушистого снега, выпавшего ночью и еще не успевшего растаять, приложила к лицу. Снег таял в ладонях, ручейки воды бежали по щекам, смешиваясь с остатками слез, оставаясь на губах привкусом горечи. Она сделала неправильный выбор. Вот только правильного в этой ситуации быть не могло.

С Миртом она поговорила в тот же день. Предпочла бы отложить разговор, но не вышло. Сайфер, как обычно, встретил ее за воротами особняка. Вид у него был усталый.

— Нам лучше расстаться, — рубанула с плеча Айя.

Она полдня репетировала этот разговор, так и этак примеряла, что сказать, чтобы Мирт не стал спорить и пытаться ее переубедить. Вначале хотела солгать, заявить, что просто играла, хотела заставить его влюбиться, и своей цели добилась. А раз так, игру можно прекратить. Но Сайфер не поверил бы. Слишком искренней она была с ним, слишком открытой. И маркиза решила говорить правду. Неприятную, горькую, ту, которую они оба знали. Ту, о которой говорил и отец.

— Почему? — ожидаемо спросил Мирт. — Отец узнал и устроил тебе скандал?

— Он выше скандалов, — тоскливо вздохнула Айя. — Это мое решение, Мирт. Хватит притворяться, что все в порядке. Наши отношения были обречены изначально. Мы слишком разные.

Сайфер слушал внимательно и серьезно. Чувствуя, как с каждым словом душа разрывается на части, холодея от боли, маркиза безжалостно продолжала:

— Хорошо строить планы, когда есть хоть какие-то перспективы. У нас их нет. Что ты можешь мне дать, кроме самого себя?

— Ничего, — глухо согласился маг.

— Я привыкла к той жизни, которая у меня есть, — проговорила Айя. — Балы, драгоценности, посещение театральных премьер, лучшие цирюльники, в конце концов. Возможность купить то, что нужно и то, что хочется и не думать о том, хватит ли остатка стипендии на хлеб. Я… ты дорог мне, еще немного — и я задумаюсь над тем, чтобы отказаться от всего этого ради тебя. Но что потом?

— Сожаление и упреки, — холодно согласился Мирт. — Я не приму эту жертву, потому что прекрасно знаю, чем это обернется. Рано или поздно ты пожалеешь о том, что променяла весь свой мир на одного меня.

— Да, — тихо согласилась она. Хотелось выть от тоски. Какого Пересмешника он такой понимающий? Какого демона соглашается с каждым словом? — Поэтому давай расстанемся сейчас, пока не стало поздно. Пока я еще могу уйти.

— Понимаю, — кивнул он. — Ты права, Айя. Мне нечего тебе предложить. Но ты всегда можешь рассчитывать на мою поддержку.

— Это слишком много, — она попыталась улыбнуться. — Хорошо, что ты все понял. Проводишь до Академии в последний раз? И на этом будем считать контракт оконченным.

Она сама не знала, зачем растягивает эту боль. Все слова уже сказаны, решение принято. Просто хотелось побыть рядом с ним еще немного. В карете Мирт взял ее за руку, и Айя не отняла холодные пальцы, позволив себе эту последнюю ласку.

— Береги себя, — сказал ей Сайфер на прощанье. — И не забывай о том, какая ты настоящая. В конце концов, должны ведь быть среди аристократов приличные люди.

Айя промолчала. Слишком трудно было сказать что-то еще. Слова царапали горло ржавыми ножами.

— Айя, — окликнул ее Мирт, когда она поднималась по ступенькам общежития, — завтра меня не будет в столице. Постарайся ни во что не вляпаться, иначе я очень сильно огорчусь.

Он вел себя так, словно не произошло ничего особенного. Ну расстались, с кем не бывает. Разве это повод для огорчения? Маркиза почувствовала, как обида и горечь внутри сменяются злостью. Похоже, для него эти полтора месяца действительно были только игрой. Раунд окончен, победитель может быть свободен. И она ухватилась за эту злость, как за спасательный круг. Пусть все не так, пусть поступки не лгали, пусть Мирт не раз говорил, что все, что происходит, происходит исключительно с ее согласия, пусть сейчас он принял ее выбор, но горячая, яростная злость была куда лучше тоскливой беспросветной обиды и уныния. Сейчас гори все ярким пламенем, а потом будет видно, что там, за дымом и пеплом. Все, что угодно, лишь бы не пустота.

* * *

Оставшееся до Зимнего бала время Айя жила, словно в тумане. Единственной отдушиной были вечера с Сигурдом Дэстрино. Кроме него, ей никого не хотелось видеть. Совершенно апатично маркиза отреагировала на громкий скандал в высшем свете. Расследованием убийства графа Себастьяна Бакрона занялись профессионалы из Тайной Канцелярии, и выяснили, что убил его родной сын. Элистер попытался увести следствие по ложному следу и ему это удалось бы, не вмешайся Колинер Делавент. Именно он настоял на передаче дела из магполиции в Тайную Канцелярию. Новый граф Бакрон был арестован и, как и полагалось благородному человеку, принял яд прямо в камере, не дожидаясь приговора суда. Опасность миновала окончательно, но это почему-то не радовало.

Колинер Делавент, выигравший от случившегося больше всех, так как убитая горем вдова Себастьяна Бакрона, в одночасье лишившаяся мужа и сына без возражений подписала бумаги на продажу красного дерева для отделки капитанских кают по возмутительно низкой цене, сиял, как начищенный золотой. И с нетерпением ждал Зимнего бала, не сомневаясь, что после него официальной фавориткой императора Зиама станет именно Айя.

Но Пресветлый именно в этот момент решил повернуться к Айе лицом. Бал начался с объявления, что накануне Его Величество Зиам Арданский и принцесса Хлоя Рилантская принесли брачные обеты пред ликом Пресветлого. Переговоры, которые тайно велись несколько лет, наконец-то увенчались успехом. Теперь отношения между странами должны были стать еще крепче. Официальную церемонию и празднования перенесли на первый день весны. Естественно, ни о каких фаворитках в ближайшее время не могло быть и речи, и Айя впервые за все это время искренне улыбнулась. Свою часть сделки она исполнила: была мила и очаровательна с его императорским величеством. И его молодой супругой. Висевший над головой меч рассыпался пылью. Айя чувствовала себя свободной и почти счастливой.

Она все же решилась предложить Алехно участие в своем проекте и после того, как он подписал составленный ею и господином Дэстрино магический договор и поклялся не разглашать информацию, наконец-то поделилась идеей ввести вместо наличного расчета оплату с помощью артефактов. Расписки на крупные суммы давно уже были в ходу, но Айя хотела заменить их браслетами или кольцами с привязкой к ауре владельца. А еще — попытаться встроить в браслет функцию артефакта для мгновенной связи. Алехно загорелся идеей так же сильно, как она. Теперь они оба часами сидели в лаборатории, рисуя схемы, потоки возможного направления силы, разбирая принципы работы действующих артефактов. Дара Айи, пусть и слабого, пока что хватало. К тому же, он отлично вплетался в техномагию Алехно.

Гром грянул в начале весны. В первую же лунницу Айя обнаружила в родовом особняке испуганную мать, кусающую дрожащие губы, мрачного отца и безукоризненно вежливого барона Герина. Маркиз Делавент умудрился проиграться этому чудовищу в пух и прах. Для того, чтобы расплатиться, пришлось бы продать часть земель и большую половину имущества. Но барон Герин был готов простить долг в том случае, если Айя окажет честь стать его женой. Сидел в отцовском кабинете, в отцовском кресле, смотрел хозяйским взглядом и тихим, неторопливым голосом перечислял молодой маркизе последствия отказа.

— Герин, что вы ко мне привязались? — спросила она наконец, не желая слушать старого шантажиста.

— Гарольд, прекраснейшая Айя, мы же договорились, — на тонких губах барона мелькнула улыбка. — Я люблю получать то, чего хочу. Люблю азарт, предвкушение и сладкое чувство победы. Вы, моя прелесть, оказались непростой добычей. Но в этот раз я решил сделать ставку на вашу любовь к семье, ваше чувство долга. Вы же не позволите своему роду разориться, верно? Обещаю быть вам достойным мужем. Верности не прошу, это излишне и даже вредно.

Это был шах и мат. При всей неприязни к барону Герину, Айя не могла себе позволить обречь семью на разорение. Отец был виноват, безусловно, но он оставался ее отцом. Даже сейчас, когда сидел в углу кабинета, опустив глаза в пол. На одной чаше весов была ее судьба, на другой — весь род, в случае отказа обреченный на нищету и прозябание. А Айя прекрасно знала, как жесток высший свет к тем, кто упал с вершины.

— Я… — начала было она и, вздрогнув, схватилась за шею. Жемчужина, подарок морской богини, внезапно обожгла кожу. — Я могу отыграться вместо отца?

Откуда пришла эта мысль, маркиза не знала. Но сейчас она показалась единственно верной.

— И что же поставите? — ласково прищурился барон Герин.

— Себя.

— А вы азартны, — глаза барона сверкнули. — Карты, полагаю? Старый добрый "вист". Я щедро ставлю на кон ваше загородное поместье. Вы того стоите. Колода зачарована, смухлевать не выйдет.

Айя едва слышала его. Перед глазами плескались волны, в синем небе парили чайки. Пахло потом, смолой, солью и морем. На всех кораблях каждый день сотни тысяч матросов и офицеров убивали время, играя в карты. Ставкой служило все — от галет до мышиных хвостов. Собрал двадцать хвостов — получил увольнительную на берег в ближайшем порту. И морская богиня, коварная, изменчивая женщина, родная сестра богини судьбы, незримо присутствуя в каждой капле морской воды, в каждом порыве ветра, наполняющего паруса сотни лет наблюдала за этими играми. И сейчас она щедро выплеснула на Айю весь опыт сотен тысяч картежников. Молодая маркиза тонула в потоке информации, перед глазами проносились все возможные комбинации, все варианты. Руки действовали сами.

— Хм, вы выиграли, — удивленно отметил где-то далеко, вне круга ее сознания Герин. — Хорошо, следующая ставка…

И внезапно все кончилось. Раскрасневшаяся, ничего не понимающая Айя хватала воздух ртом, едва понимая, что говорит ей барон Герин, придвигающий стопку расписок, на которых красовалась размашистая подпись маркиза Делавента.

— …неожиданных талантов, — закончил он мысль. — Новичкам везет. Поздравляю, вы отыграли все. Что ж, похоже, этот раунд вновь не за мной. Мое почтение.

Но расстроенным он не выглядел, скорее, наоборот. В его глазах сквозило предвкушение.

— Невероятно, — тихо прошептал Колинер Делавент, разрывая расписки. — Никогда такого не видел.

Айя вновь коснулась шеи, но вместо украшения пальцы ощутили лишь мягкую ткань платья. Жемчужина исчезла вместе с цепочкой.

— Надеюсь, ты больше не станешь играть с Герином, — дрожащими губами прошептала маркиза.

— Нет-нет, я не повторяю своих ошибок, — заверил ее повеселевший маркиз. — Но видишь ли, милая, боюсь, я вынужден настаивать, чтобы ты была поласковей с Герином. Он, этакий мерзавец, отказывается продавать мне парусину. А без нее в срок корабли на воду не сойдут.

— Ты обещал, — нахмурилась Айя.

— Я обещал, я выполнил, — отмахнулся отец. — Я же не прошу тебя принести в подоле. Будь поласковей, а как заключу с ним сделку, можешь послать к Пересмешнику.

— Я не буду его любовницей, — твердо произнесла девушка.

— Вот заладила, — нахмурился Колинер. — А кто отцу поможет в срок корабли на воду спустить? Императорский заказ, между прочим.

— Если корабли для вас, отец, важнее дочери, пусть так и будет, — помертвевшими губами произнесла Айя. — Я считаю, что наша сделка больше не имеет силы. Вы нарушили свое слово.

Запястье снова обожгло горячей волной, на этот раз прокатившейся в обратном направлении.

— Самостоятельная, значит? — протянул Колинер, нехорошо прищурившись. — Ну что ж, ступай… Хлебни самостоятельной жизни. И к матери чтоб не бегала.

Вместе с богатством к нему вернулась уверенность в собственной правоте.

— Буду перечислять сто… нет, пятьдесят золотых в месяц, — медленно продолжил он. — И живи, как знаешь. Надоест — двери отчего дома всегда открыты. Но я жду от тебя уважения и дочерней покорности.

— Кто я такая, чтобы запрещать вам это? — вернула шпильку Айя. — Ждите.

Она не стала брать с собой ни украшений, ни вещей. Вышла за ворота особняка, вмиг ставшего чужим, полной грудью вдохнула свежий воздух. Айя не хотела, чтобы решали за нее и теперь точно была готова нести ответственность за собственный выбор. Крышу над головой еще на два года даст академия, а дальше будет видно. Работать над артефактами, заниматься тем, что по душе. Наконец-то будущее виделось вполне определенным. Оставалось прояснить лишь один вопрос.

Отыскать Мирта в Ардане оказалось не самой легкой задачей. Айя даже решилась съездить в тот дом, где он несколько месяцев назад снимал жилье, и узнала от выглянувшей бабы, державшей под мышкой голопопого орущего младенца, что прежний жилец съехал. Не оказалось его ни в одной из таверн, в которые они раньше заходили. Отчаявшись, Айя даже зашла в лавку артефактора. Мастер Феррино тоже развел руками и поинтересовался, что передать, если Снежный Сайфер случайно заглянет в его скромную лавку.

— Ничего, — покачала головой маркиза.

Что ж, может, оно и к лучшему. Чтобы она сказала ему сейчас? Знаешь, друг мой Снежный, я передумала, да и из дома меня выставили, так что все проблемы решены за нас? Вздохнула, пытаясь удержать в глубине души чувства, которые так никуда и не ушли за это время. Остановив экипаж, велела:

— К набережной.

Долго стояла, облокотившись на каменный парапет и глядя на быструю зеленую воду, при первой возможности сбросившую с себя оковы льда. Река ожила, мягко катила волны, приводила себя в порядок, выкидывая на мель у берега то веточки, то обрывки ткани, то скелеты не сумевших пережить зиму съеденных кем-то рыб. От созерцания водной глади маркизу отвлек негромкий стук пальцев по отполированной глади камня. Айя повернулась и замерла под спокойным холодным взглядом зеленых глаз.

— Ты меня искала, — констатировал Мирт. Шагнул ближе, остановившись в полуметре от маркизы. — Что-то произошло?

— Да, — Айя вновь повернулась к реке. Почему-то говорить, видя собеседника лишь боковым зрением было проще. — Изменились некоторые обстоятельства. Знаешь, Мирт, я не хочу сейчас снова копаться в прошлом, думать, можно ли было поступить иначе и к чему бы это привело, но… — Она все-таки повернулась к нему, неуверенно улыбнулась. — Если кратко, то хорошей и послушной дочери из меня не получилось, поэтому попытаюсь стать хотя бы счастливой женщиной. Давай начнем сначала. Со мной нелегко, у меня жуткий характер и острый язык. Но я скучала по тебе… Я не знаю, что из этого получится, и получится ли хоть что-то, но хочу попробовать. А ты?

Сайфер молчал, изучая ее. Бесстрастный, холодный взгляд, и ни единой эмоции на лице. Что ж, все понятно. Было странно ожидать иной реакции. "А ведь ждала". В горле появился горький ком, царапая небо ржавой проволокой, оставляя на языке привкус крови. Нет, она не станет просить Мирта дать ей еще один шанс. Это его выбор. Его решение. Его ответственность. И его судьба. Если бы повезло, могла быть и ее… Сейчас он бросит короткое, холодное "нет", и все закончится.

— Давай попробуем, — согласился он. И наконец-то скупо улыбнулся. — Я тоже скучал.

Айя шагнула вперед, в его объятья, чувствуя, как заслезились глаза, от ветра, не иначе. Да, просто не будет. Да, спокойное сытое будущее без тревог только что помахало ей рукой, и вместо перспектив остались одни амбиции. Но нет ничего страшного в том, чтобы вступить в игру с самыми слабыми картами. И победить, потому что терять уже нечего. Главное, чтобы рядом был тот, к кому хочется возвращаться. И ради кого хочется жить.

ЭПИЛОГ

Четыре года спустя

Император Зиам рассматривал ее с ленивым интересом. Задержал взгляд на груди, опустился на бедра и, видимо, удовлетворенный увиденным, произнес:

— Не ожидал, что работа в лаборатории может заставить женщину так расцвести.

— Вы мне льстите, ваше величество, — склонила голову Айя.

— Присаживайтесь, госпожа Делавент, — предложил он. — Смелее, аудиенция неформальная. Я не мог не заинтересоваться вашими изобретениями. Полезные вещи, к слову, особенно наладонник.

Упомянутая вещь проходила в экспериментальной мастерской под тройным названием "Устройство для моментальной передачи текстовой информации, артефакт для связи, многоразовая бумага". Вести запись на нем можно было чем угодно, даже пальцем. Но предложенное императором "наладонник" было короче, понятней и, чего уж скрывать, намного выгодней для продажи.

— Ваше величество, с вашего позволения, я хотела бы использовать для этого артефакта предложенное вами название, — скромно опустила глаза Айя.

— Ради Пресветлого, — позволил император. И перешел к делу: — Госпожа Делавент, полагаю, вы понимаете, что ваши изобретения слишком ценны для империи, чтобы находиться в одних руках?

Айя с достоинством кивнула. Она прекрасно это понимала. Как и то, что в договоре на патент, составленном почти пять лет назад была учтена даже минимальная вероятность того, что государство захочет наложить на изобретения свою загребущую лапу. Поэтому она была здесь. Документ наверняка изучали лучшие законники и не нашли, к чему придраться.

— Империя желала бы получить пятьдесят процентов акций на каждое изобретение, — между тем озвучил требования его величество. — Включая и те, что еще в разработке.

Айя с трудом удержала благостное выражение лица. Аппетиты у империи и ее владыки были зверские.

— И что империя желала бы предложить в качестве ответной любезности? — спросила она.

— Все зависит от того, чего вы хотите, — по-доброму улыбнулся Зиам Арданский.

Айя хотела разрешение на мезальянс с условием сохранения за детьми, рожденными в этом браке титула и запрет на дальнейшее деление пакета акций. Сорок процентов, в случае согласия, оставались за родом Делавент, десять — за родом Алехно Бретона, младшего партнера, соратника и бывшего жениха. За четыре года она устала скрываться и делать вид, что Мирт Сайфер, дослужившийся до командира первой сотни имперских боевых магов всего лишь ее телохранитель. В общем-то, все заинтересованные давно знали правду, но пока доказательств не было, благоразумно помалкивали. Император, услышав такие требования, задумался и постучал пальцами по подлокотнику кресла.

— Проще дать титул вашему, — он умолк, подбирая слово, — вашему фавориту, чем выполнить вашу просьбу, — сообщил он. — Но, в отличие от деда, великого императора Гарьена, я не любитель раздавать титулы за чужие заслуги. А на собственный Снежный Сайфер пока не наработал. Знаете, госпожа Делавент, пожалуй, я удовлетворю вашу просьбу. Давно пора влить в аристократию свежую кровь. Завтра же поручу подготовку указа, разрешающего межсословные браки с моего личного разрешения. Супруг или супруга в этом случае титул не получат, зато их детей с полным правом можно будет ввести в род. Но у меня есть несколько условий.

— Каких? — поинтересовалась маркиза.

— Для начала, помиритесь с отцом, — колко усмехнулся правитель. — А во-вторых, я хочу, чтобы между моим сыном Лоуренсом и вашей дочерью был заключен брачный контракт, и в приданое юная маркиза разово получила бы пять процентов акций на все артефакты, которые были, есть и будут разработаны вашей мастерской.

Маркиза понимала, для чего он это предлагает. Император хотел быстро и просто изменить отношение "старых" аристократов к тем, кто будет рожден от мезальянсов. Кто посмеет осудить их, раз уж владыке не зазорно породниться с такой семьей? А личное разрешение на межсословные браки гарантировало империи получение дополнительных преференций от каждого просителя. Айя искренне восхитилась острым умом владыки Зиама, так быстро все продумавшем.

— У меня нет дочери, — напомнила она.

— Будет, — ни на секунду не усомнился император. — В крайнем случае, я подарю вам на свадьбу один рилантский сбор, который гарантирует рождение девочки.

Айя задумалась. Отказывать императору было нельзя, но и соглашаться, фактически, принуждая будущую дочь стать женой одного из новорожденных принцев, ей претило. Она могла оставить все, как есть, заключить фиктивный брак с каким-нибудь младшим сыном обнищавшего рода, живущим далеко от столицы, не видеть супруга никогда в жизни, родить детей от Мирта и, помирившись с отцом, ввести их в свой род, но в этом случае император все равно мог предложить помолвку между детьми, и она не посмела бы отказать, чтобы не впасть в немилость.

— Брак между моей будущей дочерью и принцем Лоуренсом будет возможен только при добровольном обоюдном согласии невесты и жениха, — предложила она осторожную формулировку.

— Принимаю это предложение, — согласился император. — Готовьтесь к свадьбе, госпожа Делавент.

Мирт, к удивлению Айи, требования его императорского величества воспринял спокойно. Заявил, что это не худший из возможных родственников, намекая на Альму, год назад выскочившую замуж за маурского купца, трусливого, толстого и вонючего, как стадо верблюдов.

— Я боялась, что ты разозлишься, — призналась маркиза.

Снежный зашел за ней в мастерскую, буквально заставив оторваться от работы. Алехно удрал еще час назад, заявив, что барон Эдар Бретон недавно просил прислать портрет, потому что начал забывать как выглядит его младший сын.

— Детка, я неплохо тебя изучил, — усмехнулся Мирт. — Если ты и согласилась на помолвку едва рожденного ребенка с еще даже не зачатым, то оставила в контракте лазейку, чтобы этот союз можно было расторгнуть. С чего мне злиться?

— Да, ты меня и впрямь неплохо изучил, — согласилась Айя. — Но я не могла иначе, понимаешь?..

— Так, стоп, — снежный маг приложил палец к ее губам. — Верно оценила ситуацию, приняла решение, молодец. Не надо оправдываться. Вот если бы ты согласилась без дополнительных условий, у меня могли появиться основания для злости.

— Так, кто-то общался с Сигурдом Дэстрино, — прищурилась Айя. — Слышу знакомые обороты речи.

— Должен ведь я знать, чем так привлекает мою любимую женщину господин весьма почтенного возраста, — ухмыльнулся Мирт.

— Заботишься о будущем? — не упустила шанса поддеть его Айя. — Когда будешь стар и немощен, будем вести умные беседы о тонкостях толкования закона?

— Вот когда стану стар и немощен, тогда и поговорим, — грозно рыкнул Сайфер, подхватывая ее на руки. — А пока можно заняться другими приятными вещами.

Айя откликнулась на его поцелуй так же жарко, как в самом начале отношений. Прикосновения Мирта все так же сводили ее с ума, заставляя плавиться от желания, сгорать в огне страсти, и это безумие было обоюдным.

— Айя, меня мучает один вопрос, — прошептал Сайфер, отрываясь от ее губ.

Она смотрела на веселые искорки в его глазах, на лукавый прищур и даже не сомневалась, что кто-то зеленоглазый задумал пакость. Выразительно подняла брови, давая понять, что ждет этого самого вопроса. Мирт усмехнулся и шепнул ей на ухо:

— Взять тебя прямо здесь или все-таки донести до кровати?

Конец

Content

Горечь инея
Ника Веймар

ПРОЛОГ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ЭПИЛОГ