Сысоин Андрей

Богословские беседы Андрея Сысоина

Андрей Сысоин

Богословские беседы

1

Мягкий, нежный плеск водички разбудил Володю Баркасова. Он открыл глаза. Володя не помнил о себе ничего кроме имени и органично сливался с чистым синим небом над головой, мягким теплым песочком под ним. Он был частичкой этого рая.

Но блаженство длилось недолго. Володя поднял голову и обнаружил себя на берегу Волги. Что это за место и как он попал сюда? В памяти не было ничего кроме стола, уставленного водкой в каком-то городском кабаке, и развеселых пьяных морд. Волга ластилась к босым володиным ногам… И он зябко поежился, увидев нв другом берегу шпиль упомянутого кабака, а левее — знаменитую ярославскую тюрьму по прозвищу "Коровники". Но сразу радость блеснула в володиных глазах и он запрыгал на голом берегу: милостивая судьба забросила его на пляж Дома студентов ЯрГУ и оставила одиноким баркасом тереться об чистый песок. (Вот так Володя стал Баркасовым).

И еще раз глянув на другой берег, Володя вспомнил, что далеко у кромки горизонта на высоком холме в одном из сверкающих на утреннем солнце небоскребов Нефтестроя покинута им любимая женщина. Но как давно это было! Сколько времени он пропивает память о ней?

Пляж, облюбованный студентами ЯрГУ, серповидной косой вдавался в речку и состоял из высоких песочных барханов. Здесь в незапамятные времена Отцы города мечтали соорудить через Волгу памятник себе. Но не об этом речь. Володя бодро потрусил за барханы, туда где скрывался лесистый берег с тропинкой к Дому. Пляж был длинным, а Володя — терпеливым. И он совершенно не ожидал через пару минут наткнуться на собственный отпечаток тела в песке. Перед ним опять гордо возвышались шпиль кабака "Волга" и кресты тюрьмы "Коровники".

Это был остров… Пляж студентов ЯрГУ превратился в остров. Сомнений в этом не могло быть. Перед Володей злорадно блестело 25 метров пролива. А на обрывистом берегу из-за верхушек деревьев угадывалась крыша родного Дома студентов.

— ААААА! — обратился Володя к обрыву.

Стояло ранее летнее утро и не было там никого.

И тогда из самых крепких застенков володиной души прорвался глубокий заветный стон:

— Господи! Забери меня отсюда!

Володя глубоко вздохнул, закрыл глаза и вошел в воды пролива…

2

Почти две тысячи лет тому назад Иисус спешил в поселок Вифиния, что в пригородах Иерусалима. Там, у старого плотника Лазаря жили две симпатичные сестры Мария и Марфа. Марфа была строгой и хозяйственной девушкой, а Мария — смешливой и беззаботной. Иисусу нравились обе. В своих шатаниях по Иудее он всегда останавливался у старого Лазаря. Иисус знал: Марфа накормит и умоет его, а Мария сядет на пол рядом, будет ластиться к его ногам и смеяться над его историями.

Усталая истома разлилась в чреслах бродяги, — сейчас дорога обогнет гору и на восточном склоне горы Иисус увидит Вифинию.

Последний луч солнца блеснул из-за склона, когда Иисус стоял на пороге ставшего ему родным дома.

В доме случилась беда. Лазарь мертв — понял Иисус, увидев скорбное лицо Марфы и залитую слезами Марию. Он взял последнюю за руки и они ушли на темные ночные огороды, где нельзя никого найти, и где они долго плакали вместе. Иисус как мог утешал Марию. И утешил.

И тогда они вернулись к дому, у которого в ожидании неизвестно чего уже собралась толпа. Грязный оборванный бродяга поднял обе руки.

— Лазарь! Встань и выйди ко мне! — в мертвой тишине проговорил он.

Целую минуту ничего не происходило и толпа заворчала, требуя вина. Через минуту начался рассвет, факелы побледнели, дверь дома открылась и вышел Лазарь. Саван лентами отслаивался от него и Лазарь сумел протянуть руки к Иисусу.

— Здравствуй, друг! — воскликнул Лазарь.

— Да славятся дела Господа! — ответил Иисус.

И возрадовался народ! Начался праздник и все напились. Но никто в безудержном весельи не обратил внимания на Марфу…

3

Знаменитейшая личность Дома студентов, прямой и честный как струна абсурдрежиссер А.Шпагин летом 1990 года деканатом юридического факультета был отправлен на практику к проповеднику и прокурору, старшему лейтенанту С.Козлову.

Убийство — обычное развлечение невежественных аборигенов Заволжья. Поэтому в первую очередь проповедник послал нашего режиссера в Тверицкий бор — найти отрезанную кухонным ножом человечью голову. Конечно, Андрюша голову не нашел и вообще через пару дней сбежал в райсовет. Но он успел познакомиться с кучей убийств и изнасилований. Народная стихия, в которой С.Козлов чувствовал себя как рыба в воде, подвигла А.Шпагина к мысли о религии. Была еще одна немаловажная причина: режиссеру перевалило на третий десяток, три поставленные им пьесы блестяще и знаменито оскандалились на восточно-европейских просторах, и Андрюша решил, что пора подумать о вечности.

Вдоволь и невинно натешившись абсурдными выходками советской власти за день, вечером режиссер пошел в библиотеку и набрал кучу литературы о христианстве.

Прочитать ее за один вечер не составило для абсурд-режиссера большого труда. Но здесь надо отметить, что ни герой польского просвещения З.Косидовский, ни посланцы Князя Тьмы на советской земле, наплодившие массу атеистической литературы с чудовищной помощью "Политиздата", не отличались правдивостью и намеренно извратили события, произошедшие на рубеже эпох. К чести режиссера — не прошел он мимо Библии и другой христианской литературы. И вот тогда в таинственных глубинах его сознания началась сложная и никому не понятная работа усвоения христианской культуры.

Но временно оставим Андрюшу мучаться неразришимыми проблемами Бытия и обратим внимание на крупного ересиарха XX века Петра Бекаревича. Этот очень загадочный и противоречивый человек жил по соседству с абсурд-режиссером на 4 этаже.

Времяпрепровождение ересиарха заключалось в возлежании на койке, просмотре по телевизору всех без исключения программ и принятии даров от паломников.

Единственным фактором, раздражающим величественного бездельника, являлись девочки-абитуриентки, воспринимавшие Дом студентов как одну большую комнату без дверей. Но на самом деле Петр — самый просвещенный и образованейший житель упомянутого Дома, знаток богословия и тайного раннехристианского гностического учения. П.Бекаревич обладает и другими достоинствами, для нашего повествования несущественными. Тайные познания давали возможность ересиарху Петру провоцировать студентов, аборигенов и гостей Дома; делали его одной из тех темных сил, которые орудуют в нашей культуре наподобие теневым силам в экономике.

Итак, в июльский вечер 1990 года, когда Андрюша лежал в своей комнате и слушал литургию по граммофону, Петр поднялся с ложа, открыл дверь и впустил к себе паломника А.Пушкаря. Радостно улыбаясь Пушкарь вытащил из сумки напиток богов — пятизвездочный армянский коньяк. С очень хитрой этикеткой. Петр — человек проницательный — он знал, что Любочка, которой напиток предназначался, укатила домой. Тем лучше для всех. Петр взял огромный фужер на тонюсенькой ножке, наполнил до краев, понюхал и помочил язык. Вкус и аромат превосходили все ожидания! Через минуту на запах заглянул трансценденталист О.Н.Ершов и ему тоже плеснули в стакан.

В первую очередь слегка прибалдевший Петр выслушал два свежих антисемитских анекдота — львовского хохла Пушкаря мучала еврейская проблема. Затем разговор перепрыгнул на фундаментальнейшие гносеологические темы. Гностик Петр так увлекся слововерчением, что забыл про фужер, успев сделать только три маленьких глотка. Свободный писатель-трансценденталист Олег Николаевич Ершов всегда благосклонно и иронично воспринимал выходки гностического ересиарха. Для паломника же Пушкаря, систематически припадавшего к Любочке, а за духовной пищей обращавшегося к Петру, всегда оставалось непостижимой загадкой: как же это так Бекаревич, вращая пьяными зрачками и размахивая руками, изрыгая потоки стройных и связных предложений в любой стадии опьянения, повергает его — Пушкаря в мистериальный экстаз? Но оставим этот маленький фокус на совести ересиарха.

В это мгновение свежая мысль подбросила А.Шпагина с кровати: Бог — это Любовь!

Режиссер почувствовал, что надо немедленно проверить гипотезу. Любовь и нежность ко всему переполнила Андрюшу, он не смог больше сдерживаться, выскочил в коридор и ломанулся в первую попавшуюся дверь. На беду за ней сидели наши собутыльники.

— Здравствуйте все! Петя, здравствуй! — вскричал абсурд-режиссер и полез целоваться к ничего не понявшему ересиарху.

Несколько секунд длилась борьба и были видны только мелькающие руки двух богословов. Через мгновение андрюшин локоть опрокинул полный бокал на тонюсенькой ножке…

— ……. МА-ааааааа! — ересиарх забыл все человечьи слова, ломая под собой стул.

Рубиновая ароматная лужица растекалась по чистому столу… Режиссер мгновенно оценил ситуацию: не оставалось ничего лучшего как ретироваться — Петр бывал очень страшен в искреннем гневе.

— Педераст! — кричал уже в коридоре в догонку Шпагину Бекаревич, не найдя более подходящего в этом случае выражения.

Данный забавный эпизод и явился первой принципиальной стычкой двух носителей христианства на 4 этаже Дома студентов ЯрГУ.

4

Допив остатки коньяка и выпроводив паломника, ересиарх сел за продолжение своего богословского трактата. Сумрачно оглядев комнату, Петр увидел шокирующую своей неуместностью люстру, заваленные книгами, кассетами и пластинками полки, три кровати. На одной из них громоздился Олег Николаевич и немигающим взглядом разглядывал по телевизору девочек от Кардена. Петр глубоко вздохнул, подмигнул мраку за открытым окном и отстучал на своей машинке:

АПОКАЛИПСИС-XXI

Глава 3. Хозяйство Антихриста.

Враг могуществен и вездесущ! Он давно и уютно обосновался в нашем жилище. И у него богатейший набор приемов соблазнять и подчинять человека. Посмотрим как резвится Дьявол в студенческом Доме.

Всех студентов, живущих в этом лесу можно разделить на три категории:

1). сексуально озабоченные, 2). борющиеся с озабоченностью, 3). победившие личности.

К великому прискорбию подавляющее число студенток оказались во власти Сатаны.

Крайний пуританизм стал их лозунгом. Озабоченность проявляется по разному, но изрядно потрудившись, мы можем ее классифицировать.

Во-первых, ряд дьяволиц обращается к водке. Они поглощают ее как гидравлические насосы. Затем в пьяном виде расхаживают по общежитию и пугают трезвых граждан.

Самое вредное в них то, что они пропивают не только себя, но норовят пропить и своих товарищей.

Вторая форма озабоченности — самая страшная — учеба. Сублимация достигает высших пределов: некоторые дамы осваивают знания сразу на двух факультетах. Ученая женщина — сам Дьявол во плоти. Вспомните Марка Волхва и его учениц. Не приведи Господь встретиться вас с ними!

Другие озабоченные девушки не столь опасны. Они имеют привычку часами курить в холлах, походя ставя вам подножки и творя прочие мелкие гадости. Они являются основным контингентом на общажных дискотеках. Эти же девушки-бесенята частенько врываются в мужские комнаты общежития с вопросами наподобие: "Скажите, а какая вам нужна жена?"; или с таким еще более пугающим: "У вас нет чего-нибудь покушать, а может, попьем чаю?" Большинство неопытных абитуриенток, вырвавшись на месяц из-под опеки родителей, попадают в третью классификацию.

(Здесь Бекаревич опять глубоко вздохнул, мрачно посмотрел в черный оконный проем и решил об абитуриентках больше не распространяться.)

Почти все подпавшие под власть Князя Тьмы студентки не обладают природной красотой. Но автор сего трактата глубоко уверен, что любая душевно богатая и эмоциональная женщина, внутренне чувствуя себя красивой и является таковой!

Крокодилицы же, не перестраивая свое внутреннее озабоченное содержание приближают на нашу голову Апокалипсис.

Но есть, есть, но как мало! в нашем Доме милые и прекрасные, умные и чуткие девушки, борющиеся со своими эгоистическими инстинктами!

Намного реже озабоченные встречаются в мужской среде. Такие юноши становятся сразу знамениты. Ряд из них — "бездельники" — распространяют о себе слух, что они держат руку на сексуальном пульсе нашей многотрудной жизни. Но только у простаков подобный героизм вызывает зависть и уважение. Мания величия развращает Бездельника, его характер становится несносен. Он требует к себе много внимания, основываясь на своей исключительности, приватизирует необходимую всем общажную собственность: комнаты, кровати, одежду, пищу. Бездельник часто донимает своих товарищей рассуждениями о женщинах и этим портит им хорошее настроение.

Куда опаснее "тихушники". Они предпочитают не болтать, а действовать. Сам Сатана спускает Тихушника с поводка и говорит: "Фас!", указывая на все юбки по очереди.

Тихушник почти каждую ночь приводит в комнату новую женщину и выгоняет соседей.

Если соседи сопротивляются, то в ход идут всякие дьяволские уловки, превращающие их жизнь в кромешный ад. Именно так пострадал студент-историк Дмитрий Писарев, с горя принявший из рук ересиарха Петра сан послушника.

Но, автор не спорит — бывают очень редкостные исключения…

5

Никто бы не смог оторвать П.Бекаревича от его труда кроме очень нужного и незаменимого психолога В.Ковалева. Валера заглянул в 2 часа ночи слегка пьяный и чудной.

— Выпить найдешь? — выдохнул Петр, протрезвевший от работы.

Инженер человечьих душ с минутку поразмышлял, набивая себе цену:

— Вообще-то можно, но с одним условием.

— Давай! — отрубил ересиарх.

Валера исчез. Петр вернулся к машинке, но работать больше не мог. Психо-инженер Ковалев обладал волшебным качеством: в любое время суток и в любом месте он всегда мог найти хорошие и редкие марки вин, коньяков, шампанских. Но не гнушался и водочки. Вот и сейчас он вернулся очень быстро с тремя бутылками "Токайского" и одним очень радующим его известием:

— Петр, у меня на хвосте две женщины, тоже хотят выпить. Позовем их сюда?

— Кто такие? — набычился Петр.

— Психологини с 5 этажа.

Петр очень испугался, представив двух матерых хищниц, пытающихся проникнуть в его комнату.

— Валера! Ни в коем случае не показывай им дорогу. На, отдай бутылку.

— Но, Петр, хорошее вино в обществе женщин — это так приятно!

Но превратившийся в барана ересиарх был непробиваемо упорен в принципиальных вопросах:

— Нет. Отдай им бутылку, пусть идут с Богом.

— Ну тогда я выпью ее с ними, — гордо заявил инженер и вышел.

Подобно запертому в клетке тигру Петр крался вокруг стола, но к вину не притронулся. Опять Валера вернулся очень быстро.

— Ты был прав, — загадочно сказал он и профессионально выбив пробку, забулькал токайским в стаканы.

— Что пьем? — раздался будничный голос с ближайшей койки.

Бутылка в ковалевской руке дрогнула.

— Олежка, вставай, вино принесли, — ответил Петр прикорнувшему писателютрансценденталисту.

Олег Николаевич сел, изобразил очень недовольное выражение лица, но стакан изволил принять.

Стояла на удивление чудесная ночь: Дом студентов угомонился раньше полуночи и теперь в полной и темной тишине за столом, слабо освещенным настольной лампой сидели трое старых и бывалых обитателя Дома и попивали из обыкновенных стаканов необыкновенный напиток.

— Петр, — смущенно нарушил блаженную тишину Ковалев, — у меня к тебе небольшая просьба.

— Ну, говори.

— Сначала еще по-полстаканчика.

Наконец Валера заговорил:

— Ты уж разреши переночевать у тебя одну ночь.

— О чем речь, всегда есть свободная койка, — отозвался Петр, но сразу же чего-то заподозрил, — постой, Валера, у тебя же своя комната.

— Я не могу там спать.

— Почему? — к вопросу Бекаревича присоединился и Олег Николаевич.

— Там полтергейст! — с безумным блеском в глазах заявил психо-инженер.

Реакция слушателей оказалась неоднозначной. Ересиарх подобрался и обратился во внимание: он впервые встречался с домовым. Лицо писателя выражало полное удовлетворение вином и легкий интерес: борцу с трансценденцией полтергейст не представлялся чем-то из ряда вон выходящим.

— Расскажи, как он себя проявляет? — в голосе ересиарха появились рейнджеровские интонации.

— Сетка кровати не проваливается под весом тела. Я рукой там щупал: никого и ничего нет, а когда засыпаю сетка начинает раскачиваться вверх и вниз, — уставшим от страха тихим голосом взахлеб повествовал жертва полтергейста, — И еще он преследует меня: постоянно толкает в бок или постукивает в стенку рядом. А вчера на дискотеке он завладел моей правой рукой и ударил по морде аборигена.

— Вот это да! — Олег Николаевич с Петром живо представили что было дальше.

— Медельский во всем виноват! — между тем продолжал Ковалев, — Я много думал — нет никаких сомнений: Медельский — это сам Дьявол!

— Ну, ты преувеличиваешь, — нахмурился ересиарх и ударился в глубокомысленные рассуждения о сильных и слабых взаимодействиях в природе перед воспринимавшим слова богослова как манну небесную психоинженером. — Медельский не может быть Дьяволом, но передатчиком в наш мир козней нечистой силы — вполне возможно, заключил ересиарх.

— Что же мне делать? — в установившейся тишине возопил В.Ковалев.

— Покаяться, — глубокомысленно изрек Олег Николаевич, — поговорить со священником и раскрыться во всех своих грехах.

— Но это завтра, — прервал Петр, — надо что-то делать сейчас…Пойдем-ка, Николаич, посмотрим на Медельского.

— Нет уж, — перекрестился Ершов, — никуда я не пойду.

— Ладно, один пойду, — сам удивился своей храбрости ересиарх и предусмотрительно выпил целый стакан.

Студент Медельский жил с Ковалевым в одной комнате здесь же на 4 этаже.

Неразговорчивого, жадного и скандального Медельского не любили в Доме студентов.

Теперь же у Бекаревича появился повод, злоба переполняла его сердце: какой-то магистр-недоучка посмел преследовать и мучить доброго и нужного обществу психоинженера Валеру. Подойдя к нужной двери Петр ударил по ней кулаком. Медельский нарисовался на пороге и загородил вход. За его спиной ничего не было видно кроме слабого фиолетового света.

— Водка есть? — спросил ересиарх.

Магистр сунул руку назад и извлек бутылку.

— В долг, — значительно сказал ересиарх и пошел домой.

В своей комнате Петр не обнаружил никого. Только Ковалев суетливо рыскал по полкам в поисках закуски. Бекаревич замер с бутылкой в руках, воздел глаза к потолку и попытался понять: почему Медельский сразу и в долг отдал ему водку?

Здесь оставим гностического ересиарха и не будем о нем беспокоится. Жидкий сорокоградусный дьяволенок слишком слаб, чтобы с ним справиться.

А чем занимается абсурд-режиссер Шпагин? Андрюша глубоко спит у себя под звуки божественной музыки. За вечер он успел обежать все этажи с первого по девятый, но нигде его вселеннская любовь не была воспринята адекватно. Но режиссер никогда без боя не отказывался от своих принципов…

6

Вечерело когда Володя Баркасов наконец-то увидел перед собой гигантский и родной Дом студентов. Володя очень устал пройдя за день эти бредовые и кошмарные пятьсот метров, отделявшие Дом от берега. Из последних сил гордо продефелировав мимо вахтерши, строго зыркая на нее левым глазом, Володя оказался в недрах нашей вавилонской башни. Запутанность и безлюдность коридорных лабиринтов неприятно удивила путешественника: на каком этаже он находится и где ему переночевать? По пути попалась полуоткрытая дверь. Заглянув в темную пустую комнату, Володя радостно повалился на кровать. Он нашел ночлег и завершил на сегодня свой скорбный путь.

Уже засыпающего Володю сильно толкнули в бок.

— Отстань, — пробурчал он, повернувшись лицом к стене.

— Рота, подъем! — пропищал голосок дневального, пнувшего ногой в володину спину.

— А? — вскочил Баркасов на ноги, но ничего не увидел.

— Хе-хе-хе, — прозвучало за его спиной.

Володя резко развернулся. Громко захлопало и тень крыла коснулась его щеки.

Донельзя испуганный наш герой бросился на стену и щелкнул выключателем. Слабый фиолетовый свет залил комнату, двухспальную койку, стол, книжные полки, открытое в бездну окно.

— Эскадрон моих мыслей шальных! — донеслось из бездны.

— Атас! — отозвалось с другой стороны.

"Что за чертовщина?!" — догадался Володя и укрепился духом.

Взяв со стола газету "Правда", расстелив ее посреди комнаты, Володя встал на нее, закрыл глаза, пробурчал невнятную молитву: "Папа, мама и все женщины, с которыми я знался, простите мя", и уже приготовился таким образом героически спать посреди этого шабаша, когда распахнулась дверь. Закачалась, замерцала лампочка на потолке и погасла. Прямо на Володю надвигалась черная морда, в глазах — желтый блеск.

— Ты что здесь делаешь? Как посмел войти!? — грохочуще прорычала морда и перешла на пронзительный визг, — Сейчас милицию позову!

Дар речи покинул Баркасова. "С нами крестная сила!" — только подумал он, пятясь назад. Загорелось на стене бра и осветило поднятую в крестном знамении руку Баркасова и черную бороду Медельского. Два Врага стояли друг против друга…

— А, это ты, Володя, — магистр постарался выразить приятность на хмуром недовольном лице, — заблудился наверное. Пошли, я твою комнату покажу, — и отвел к дверям с 431 номером.

— Ах! — два радостных девичьих голоска отозвались на володин стук.

Открылась дверь, за ней улыбались Ксюша с Танюшей и Володя вспомнил все.

— Тяжко мне, — простонал он и сразу Танюша поднесла полную кружку пива.

Подружки подхватили измученное тело путника и погрузили его в кресло. Затем Танюша побежала на кухню за тазиком с подогретой водой, а Ксюша стащила грязную одежду. Володя блаженно смежил веки, когда ласковые танюшины ладошки смывали землю с его ног, рук, головы. А Ксюша включила магнитофон и устроила танцы. Но аромат горячего девичьего тела уже не мог разбудить Баркасова…

7

АПОКАЛИПСИС-XXI

Глава 1. О Христе (фрагмент).

Проститутка Магдалина сыграла роковую роль в судьбе Иисуса. После двухтысячелетней дискуссии в этом уже нет сомнений. Эту женщину Он по настоящему любил. Вспомним вкратце историю.

Иисус спас Магдалину от смертной казни и отпустил ее по добру по здорову на все четыре стороны, попросив больше не грешить. Несчастная женщина отказалась от своего ремесла и не смогла жить без нового кумира. Мария упорно искала и нашла Иисуса в Капернауме — "городе успокоения" во время пиршества с друзьями. Она обмыла мирром Его ноги и обтерла своими волосами. Иисус благословил женщину и вера христианская снизошла на нее…

Потом Иисус учил на улицах города, сказал много мудрых слов. Мария стояла рядом и слушала Его. Симон Петр заметил это.

"Пусть Мария уйдет от нас, ибо такие женщины недостойны жизни", — обратился он к учителю.

Иисус сказал: "Смотрите, я направлю ее, дабы сделать ее мужчиной, чтобы она также стала духом живым, подобным вам, мужчинам. Ибо всякая женщина, которая станет мужчиной, войдет в Царствие небесное".

Так свидетельствует апостол Фома. Не следует понимать слова Иисуса буквально: он воспитал Марию в христианском духе и они стали верными друзьями. Вплоть до воскрешения Мария Магдалина безоглядно следовала за Ним…

8

Утром, во второй половине дня, в сонную берлогу ересиарха залетела стайка абитуриенток численностью в 5 особей. Щебеча и смеясь девушки начали бегать по бесчувственному Петру и по другим кроватям, с которых раздавались постанывания.

Но невинное развлечение длилось недолго — вбежал А.Шпагин.

— Брысь малявки, — цыкнул режиссер.

Затем Андрюша выложил на стол здоровый ярославский пряник, чем и разбудил Петра.

— Чаю! — спросонья потребовал ересиарх.

— Сейчас будет.

Продрав глаза, Петр увидел спавшего напротив психо-инженера Ковалева, а на дежурной койке — паломника Пушкаря. Ладно, пусть живут — решил Петр и уселся за стол. Наскоро выхлебав чай, паломник убежал на ночную работу, а психо-инженер вспомнил, что ему сегодня сдавать зачет.

В раскачивающемся на штормовых волнах времени посреди заволжского леса стандартном высотном общежитии, в комнате 411 остались вдвоем крупнейшие мыслители своей эпохи. Они неторопясь попивали чай с черным пряником и один из них с возрастающим беспокойством ожидал прихода вождя трансценденталистов.

— Вечности нет, а? — проглотив очередной кусок пряника, абсурд-режиссер уставился на ересиарха.

— С чего ты взял? — подавился своим куском ересиарх.

— Все мы смертны и у Вселенной впереди энтропия…

— Хм, Андрюша, Вы позабыли про такую внематериальную категорию как духовность.

— Вот, вот, и я так думаю! — обрадовался режиссер.

— Духовность бессмертна и не ограничивается рамками какой-то вселенной, — ересиарх налил себе еще один стакан чаю и посчитал разговор исчерпанным.

— Да! Наши души вечны, — на этот выпад режиссера ересиарх решил не возражать, — А вот Христос всю свою жизнь был девственником!

— Да? — несказанно удивился ересиарх.

— В Библии так написано. И вообще, откуда бы взялась у него сила, если бы он тратился на женщин? — режиссер был очень серьезен.

— Не примешивай этого вредителя Фрейда, — вытирая вызванные смехом слезы, ответил

Петр, — в Библии ничего не говорится об воздержании Иисуса.

— А его аскеза в пустыне, а… — и режиссер начал перечислять подряд все эпизоды древней палестинской истории, поражая Петра своей эрудицией, и завершая речь обращением рабби к своим апостолам, — Будьте мудры как змеи и кротки яко голуби!

Но в деле фальсификации истории всех времен и народов у ересиарха не было равных в Доме студентов.

— Андрюша, а про Лазаря Вы все рассказали? — разливая живительный индийский напиток, лукаво спросил Петр.

— Ну? — режиссер отрезал себе очередной кусок пряника.

— А его сестры? Уединялся Иисус с Марией на огородах?

— Ну и что? Они всю ночь молились об воскрешении Лазаря.

— Ладно, — ересиарх решил перейти к более веским доводам, — был бы смысл спорить, если бы Иисус был Богом.

— …?

— Но даже в каноне он признается человеком — "Сын Человеческий". И как человеку ему были доступны все радости земные.

— Ей Богу, Петя, а христианин ли ты? — усомнился режиссер.

— Я — гностик. И скажу тебе больше: Иисус — primus inter pares среди гностиков.

— Христос — Сын Божий и Его посланец в наш мир, — настаивал на своем режиссер.

— Настоящему богу нет никакого дела до этого мира, — веско возразил ересиарх.

— Ну это уж, ты — атеист, Петя! — напоследок абсурд-режиссер громко хлопнул дверью.

— Слишком ты его грубо окоротил, зря, — резюмировал со своего обычного места Олег Николаевич.

— Чего уж там, — махнул рукой Петр, лег на свое ложе и включил телевизор.

9

А между тем, в это время ниньдзя-йог Серж Зорин сошел на автобусной остановке с красочным названием "Депеш Мод". Остановка приткнулась к лесной опушке и от нее вела единственная асфальтированная во времена перестройки тропинка. Нагруженному тяжелой объемистой сумкой рейнджеру Востока путь через лес представлялся легкой прогулкой. В свои краткие отпуска ниньдзя Серж привык заглядывать в Дом студентов и там отдыхать душой в беседах с ересиархом Петром.

Открыв дверь, Серж профессионально осмотрел комнату. Центром композиции являлся народный боец Женя Дубов со всем своим летучим отрядом. Женя победоносно громил банды обитающие в заволжском лесу, имел собственного агента в милиции и ничего не боялся. Сейчас же народный герой очень культурно пил чай и строго следил за своей командой. Справа и слева вдоль стен на кроватях возлежали Петр и Олег Николаевич.

Серж непринужденным пинком отправил сумку под стол, поздоровался со всеми, подсел к ересиарху и завел с народным бойцом длинный разговор о восточных видах борьбы. Петр не дремал — его внимание давно уже привлекла сумка под столом.

Сконцентрировав всю свою проницательность, Петр узрел в ней добрую бутыль крепкой наливки и большое количество экологически чистых продуктов с домашнего огорода. Необходимо было избавиться от дубовского отряда.

— Женя, — безобидным голосом начал Петр, — вроде как дискотека на шестом собирается.

— Ванька, сбегай, посмотри, — скомандовал Дубов, внимательно приглядываясь к ересиарху.

Ванька вернулся через минуту:

— Не на шестом, а на седьмом — сейчас начнут.

— Пошли ребята, за мной!

"Странно: еще только 19 часов, а уже танцы начинаются", — удивился ересиарх, вскочил и забегал по комнате, радуясь приезду йога. Христианский еретик Петр и поклонник Будды Серж вечно спорили по принципиальным теософским вопросам. Йог большое внимание уделял физическим упражнениям, очищающих тело от шлаков и тренировкам карате, укрепляющих дух. Гностик считал все это мирской суетой, а очищающую и укрепляющую духовность принимал извне. Но за столом спорщики всегда благополучно находили общий язык, сближая на короткое время Запад и Восток. Они мирно угощались наливкой и смеялись над программой "Время", когда в комнату заглянул пробегавший мимо Шпагин.

— Здравствуй, Андрей! Садись, попробуй наливочки, — пригласил Серж, — совсем как бренди, да?

— Этот старый бандерлог, — Андрюша указал пальцем на ересиарха, — утверждает, что Христос спал с женщинами.

— Это ты об Иссе, Наилучшем из Сынов Человеческих? — дошло до Сержа, — так Он в 14 лет от роду отправился на Восток, чтобы усовершенствоваться в божественном Слове и изучить законы великого Будды. В Джаггернате и в стране Гаутамидов, что в Гималаях, брахманы посвятили его в тайны многих священных книг. И я думаю, Исса познал там человеческую любовь.

Плавная речь иога заворожила абсурд-режиссера, ересиарху же доставила наслаждение.

— Но Иисус все-таки — Бог, — скромно попытался возразить режиссер.

— Исса сказал: "Я пришел показать человеческие возможности. Творимое мною все люди могут творить. И то, что я есть, все люди будут. Эти дары принадлежат народам всех стран — это вода и хлеб жизни".

— Вот, вот, — подтвердил еретик.

— Но это еще ничего не доказывает об отношениях Иисуса к женщинам, — взвился абсурд-режиссер.

— Постой-ка, Андрей, уж не презираешь ли ты женщин? — нахмурился йог, — Исса сказал: "Покорствуйте женщине; ее любовь облагораживает человека, смягчает его ожесточенное сердце, укрощает зверя и делает его ягненком. Как некогда Бог Сил отделил свет от тьмы и сушу от вод, так женщина владеет божественным даром отделять в человеке добрые намерения от злых мыслей. Вот почему я говорю вам, что после Бога ваши лучшие мысли должны принадлежать женщинам; женщина для вас — божественный храм, в котором вы весьма легко получите полное блаженство.

Черпайте в этом храме ваши нравственные силы; там вы забудете свои печали и неудачи, возвратите погубленные силы, вам необходимые, чтобы помогать ближнему", — и уже вслед убегающему абсурд-режиссеру йог добавил, — и еще Исса сказал: "Не подвергайте женщину унижениям; этим вы унизите только самих себя и потеряете то чувство любви, без которого ничего здесь на земле не существует".

Вместе с буддистом ересиарх чувствовал себя всемогущим. Царственная походка вынесла его в коридор прямо на какую-то темную личность, бьющую стекло и ломающую двери в холле.

— Ты что здесь делаешь? — приглядевшись, Петр попытался вспомнить где он видел лицо юноши.

— Не мешай! — был ответ.

— Эй, прекрати буянить, — ересиарх схватил за руку хулигана.

— А! — парень угрожающе развернулся и в его руке блеснуло что-то железное.

Незатейливым ударом "маваши" Петр выбил заточенный напильник из рук юноши.

— Ну погоди! Я сейчас! — недолго думая, противник ересиарха зашел за угол и вернулся со здоровым огнетушителем.

Петр увидел сведенное судорогой злобы лицо, неистовый блеск мщения в хмельных глазах и перевернутый в боевую стойку огнетушитель в руках. И ересиарх понял — сейчас случится непоправимое…

10

Круглый отличник юридического факультета ЯрГУ Володя Баркасов вот уже полторы недели как сбежал от жены. Две подружки-абитуриентки Ксюша с Танюшей, понимая трагедию Баркасова лучше его самого, приютили скитальца, терпели и прощали его самодурство. В это утро Володя проснулся от ласковых прикосновений: Танюша брила его безопасным станком, а Ксюша держала зеркало.

— Сигарету мне найдите, — хмуро обронил Баркасов, и девочки разбежались в разные стороны.

Баркасов страдал! Жилось ему очень приятно, но кончались деньги, а все что осталось за душой — обручальное кольцо. И когда Ксюша с Танюшой вернулись, беспомощно разводя руками, он решился.

В городе Володя нашел содельника (имя его осталось неизвестным в Доме) с машиной. Они съездили на Нефтестрой и выкрали у Баркасова кольцо. Короче, весь день прошел в неотложных делах. Вечером они вернулись в заволжский лес.

— Сиди, пойду в разведку, — Баркасов вышел из машины, толкая дверцу непередаваемым жестом босса мафии.

Поднявшись на четвертый этаж он увидел обыденную картину: посреди холла в стойке окостеневшего каратиста возвышался Петр Бекаревич, напротив, держа огнетушитель как дубину, набычился абориген. Володя тяжко вздохнул и вмешался в разговор:

— Здравствуйте, Петр. А ты кто такой?

И случилось невероятное: бандит засмущался и поставил огнетушитель на пол:

— Вообще-то я не один. Мы с Дубовым пришли.

— Говори быстро, как тебя зовут.

— Да Ванька я.

(Теперь Петр вспомнил, что видел Ваньку в собственной комнате.)

— Так вот, Ваня. Сбегай, позови Дубова ко мне.

Дубов не заставил себя ждать.

— Женя, внизу стоит машина с полным багажником пива…

— Ну, да! — обрадовался Женя. — Понятно!

И разлилась пивная река по четвертому этажу! Посреди всенародного празднества сидела в уголке и горестно плакала Ксюша. Когда все отправились на дискотеку, Володя подсел к безутешной абитуриентке, обнял девушку за плечи.

— Что случилось?

— Экзамен на двойку сдалааа, — рыдала Ксюша, прижавшись к володиному плечу.

Тогда Володя слизал с юного лица соленые слезки, приласкал и раздел девчушку, взял ее на руки…

11

Пыльная каменистая дорога вилась вдоль подножия горы Гаризим. Иисус уже порядочно устал и сбил ноги когда увидел кирпичный колодец под высохшей смоковицей. Он присел в чахлую тень, прислонился к стволу, смежил веки.

К колодцу подошла самарянка.

— Дай напиться, женщина.

— Ох, мало воды в этом колодце, — пожаловалась самарянка, — на, возьми немного.

— Спасибо тебе. Но как бы много не было сей воды — никогда ты не сможешь ею напиться.

Улыбнулась женщина непонятным речам:

— Как имя твое, путник?

— Что тебе мое имя? Не спрашивай, ты сама постигнешь имя мое, когда я укажу тебе источник воды живой. Припади к нему и утоли жажду навечно!

— Где же он?

— В вере истинной.

— Но мы верим в иудейского Бога.

— Вы, самаряне, извратили веру и покинула вода ваши колодцы. Подойди ко мне! Иисус положил руку на голову женщине. — Только истинная вера в Предвечного спасет тебя и твой народ.

— Да, Господи! — прошептала самарянка (зрачки ее закатились под веки).-Помоги сыну моему!

— Хорошо, пошли.

Они поднялись на гору. На большом плато паслось стадо свиней. На камне сидел пастушок, странен был его лик: у юного тела — изъеденное морщинами и язвами лицо старика. Невыносимая вонь распространялась от пастушка повсюду.

— Ха! Ты пришел ко мне, — прокаркала мерзкая харя Иисусу, — проси, что тебе надобно.

— Скажи имя свое, — от тихих, но властных слов бродяги судорога скорчила бесноватую морду.

— Получи! — желтый густой плевок-блевотина потек по лицу Иисуса.

— ИМЯ?! — не оттирая лица поднял Иисус правую руку; упало, скорчилось тело пастушка.

— Нас много, имя нам — Легион, — прохрипело с земли, — помилуй нас, Господи, отпусти…

— Идите!

Что-то странное сотворилось с мирным стадом. Заорали свиньи дикими человечьими голосами, закатались по земле на спинах, начали бить друг друга копытами и рвать клыками, понеслись в безумстве к обрыву и сверзлись с горы.

Пастушок с юным чистым лицом и его старая мать встали на колени:

— Как нам отблагодарить тебя, Господин?

— Веруйте во всемогущество Отца нашего Небесного, — благословил их Иисус…

12

Прекрасен обширен и дик заволжский лес ярыми летними днями! Идешь ли огромными полянами, распаханными под огороды, или разросшимся кустарником, минуешь ли березовые рощицы или перебираешься через проложенную прямо по земле теплотрассу, — все чудится: выйдет сейчас на тропинку снежный (то бищь — лесной) человек, или леший, как звали этого гуманоида на Руси, или в более древние времена — дивом.

Вот станет этакий гигант-див посередь тропинки, поведет умным глазом и, если нет у тебя съестного — сгинешь, пропадешь. Но вместо лешего выходили на тропинку маньяки, трахали молоденьких студенток булыжником по голове и уволакивали на мягкую травку… Страшные сказки творятся ныне на святой Руси…

Петр не заботился маньяками, он шел и наслаждался пряным дыханием леса, глаз ласкали зелень дерев и богатство трав. Вдоль тропинки паслись ручные козочки и носились дикие зайчата. Отдыхал душой ересиарх, когда шел этим неблагоустроенным уголком Ярославля…

Но хватит лирических отступлений: ересиарх перебирается через широкий хэй вей, начинающийся лесом и заканчивающийся в лесу, подходит к Дому студентов, без приключений поднимается на свой этаж и входит в 411 комнату.

А там развеселая кампания пирует за столом: Любочка с Пушкарем, Ксюша с Танюшей, Олег Николаевич. Душой общества являлся психоинженер Ковалев.

— Валера, ты был у священника? — так отреагировал ересиарх на веселое настроение психоинженера.

И Валера сразу затих и как-то незаметно ретировался. Пока ересиарх с ходу откушивал полстакана водки, Ксюша атаковала его вступительной речью:

— Мой папа — полковник в Плисецке, — гордо глядя в глаза ересиарху начала полковничья дочка, — он запускает ракеты, он очень честный и зарабатывает большие деньги, и он очень сильный и ловкий, поднимает штангу, владеет самбо, карате, ниньдзютсу…(etc, etc, etc)…

— Да? — глубокомысленно изрек Петр, вспомнив, что Любочка тоже питает слабость к панегирикам собственному папе-кооператору. Вообще, неплохо было бы организовать конкурс пап, для начала сведя ксюшиного и любочкиного, а в финале устроить дуэль на сковородках — такого шоу еще не видал Дом студентов. Однако мысли свои ересиарх оставил при себе и почел за разумное отступить вслед за психоинженером, но набраться все же успел.

Вот так Петр познакомился с Ксюшей и Танюшей. Эта встреча сыграла роковую роль в дальнейшей судьбе ересиарха, но об этом надо писать отдельный роман…

Многодневная пьянка привела ересиарха в легкое воздушное состояние. Он почти перелетел в комнату абсурд-режиссера, удобно устроился на кровати и начал весело комментировать похождения Шпагина по комнате.

— Расскажи лучше как гностики мыслят Бога.

— О! — воспламенился еретик. — Древнейший богослов Василид считал, что Бога не существует в мире. Он называл Его "Не-сущим". То есть, мы не можем постичь Бога ни умом ни чувством, Он не связан с нами ничем.

— Тогда откуда мы? — удивился абсурд-режиссер.

— Вот это самое сложное, приготовься, Андрюша. Не-сущее неизвестно каким образом произвело Логос — идею Вселенной. Логос породил Демиурга, создавшего материальный мир.

— Ну это все понятно, — отмахнулся абсурд-режиссер, — а чем гностики практически отличаются от христиан?

— Это те же христиане! Только гностики еще владеют магией.

— Ну да! — теперь режиссер откровенно потешался над Петром.

— Андрюша, нет ничего проще навести на вас порчу, — прищурился ересиарх.

— Ну да? — режиссер не поверил, но поостерегся.

— Черная магия — самая примитивная, ею владеет каждый гностик, но не пользуется.

— А что еще гностики могут?

— Библию читай! Древние гностики наподобие Иисусу излечивали больных, воскрешали мертвых, предсказывали будущее и много еще чего умели7 Но вот об одном важном факте Священное Писание умалчивает…

— Сейчас кофе заварю, — пообещал Шпагин.

— Так вот, — когда кофе был разлит по стаканам продолжил Петр, — расцвет гностического движения приходится на II век нашей эры. Тогда в христианство пришла античная интеллигенция, владеющая гносисом, то есть тайным знанием.

Гностики стали первыми христианскими богословами, организовали тайные школы, где учили адептов философии, врачеванию и многому другому — подготавливали учеников к определенной миссии. Налей еще кофе. Итак, основная масса населения Римской империи II века — темная невежественная масса крестьян и ремесленников, непосредственно верящая в чудо. Чудо существовало объективно в языческих мистериальных культах, которые праздновались повсюду. Для того, чтобы обратить всю эту массу язычников в христианство, гностики создают собственный мистериальный культ. Гностическая мистерия объединила языческую магию с христианской истиной и победоносно прошла по всем провинциям Империи.

Фантастически быстро христианство покорило миллионы и стало государственной религией — это потрудились гностические проповедники.

— Что же собой представлял гностический культ?

— Тайна сия велика есть. Святые Отцы постарались вытравить и память о гносисе.

Но кое что сохранилось. Я предполагаю, что в основе мистерии лежала особая проповедь-гипноз. Слушатели ввергались в экстатическое состояние и проповедник творил чудеса. Гностики были отменными психологами, умели оперировать общественным сознанием — владели тайнами оперативного изменения социальной психологии. Кофе еще есть?

— Петя, да ведь они были фашистами, — огорошил еретика режиссер.

— Как это?

— Это даже хуже атеизма, — глаза режиссера убежденно горели, — твои гностики лишают людей не только свободы выбора, но и свободы сознания — повергают в прах бессознания! Манипуляция общественным сознанием — фашизм! Ты страшный человек, Петя…

На это ересиарх не нашел ответа. Он только невозмутимо зрил на режиссера и наперво помыслил: до чего свежо и оригинально может соображать провинциальный абсурдист, но с точки зрения историософии… Но здесь странное чувство обвалилось и придавило ересиарха.

— Если хочешь оставайся, слушай музыку, я побежал, — и только режиссерские пятки мелькнули за порогом.

Петр не мог оставаться. Он вышел в темный коридор, больше напоминающий подземную коммуникацию огромного города, и ткнулся в свою комнату. Дверь была заперта, за ней не горел свет и слышалась недвусмысленная возня. Пошел тогда неприкаянный еретик куда глаза глядят и набрел на келью проповедника и прокурора С.Козлова.

Тот уютно сидел со свободным писателем О.Н.Ершовым за бутылочкой водки. Ересиарха усадили и налили стакан.

— Вот вы все спорите о духовности, — обращаясь к стакану Петра обронил писатель Ершов, — одного только вы не узрели с режиссером: здесь она — духовность — в этом стакане. Aqua vita — все: Бог, любовь, вечность, доброта, сила. Все дарит она человеку. В питии русская религия, с самого начала.

— А в тебе — наше русское знамя, — добавил, указывая на Олега Николаевича, проповедник Козлов.

Действительно, был похож Олег Николаевич на былинного витязя, только распустившегося от безделья. А ведь были времена, когда подобно Ильюше Муромцу стоял сержант пограничных войск О.Н.Ершов на страже русских рубежей. Но это только добило ересиарха. Он продлил свой скорбный путь. Под его ногами простиралась огромная языческая империя. Слабы были в ней ростки православия.

И как в древние времена обитали в ней миллионы язычников, не верующих ни во что.

Вот только чудо могло их озадачить, даже самое незамысловатое. И в этом было Петра предназначенье: освоить гностическую магию и с ее помощью привести толпы неверующих к свету истинной веры. Пусть Церковь осудит его, пусть на спасителя нации ляжет проклятие! И этот мученический святой путь, глядя трезвыми глазами абсурд-режиссера — всего лишь дорожка в Третий рейх! Живо представил ересиарх кинохронику 30-х годов и увидел огромные экстатически воодущевленные толпы…

О, Дьявол — Истина ослепила наглого еретика!

Не знамо как оказался он опять в пустой шпагинской комнате, схватил в руки первую попавшуюся пластинку (Лед Зеппелин "Лестница на небеса"). И от трубного гласа тяжелого рока задрожал заволжский лес! Возгордился ересиарх: восхотел разрушить стены вокруг себя. Ударил со всей мочи в кирпич кулаком, хряснул и сломался мизинец, с потолка загрохотала люстра. В наступившей тьме ослепительно блеснула последняя мысль: есть фашизм — будет и еврейский погром…

Под звуки бессмертной баллады метал ересиарх за окно два десятка, любовно наполненных режиссером для цветочка отстоенной водой, трехлитровых баллонов.

Красиво грохались баллоны об асфальт и разлетались мириадами бриллиантовых брызг. Потом полетело на пол все, что могло упасть. Но и этого было мало.

Помчался Петр по коридору чтобы влететь в жилище, где проводил редкие минуты уединения Олег Николаевич. Здесь тоже нашлось много бутылочной посуды.

13

В приятном благорасположении духа вел О.Н.Ершов в гости к себе С.Козлова. Не обращал он внимание на непривычно-испуганное затишье. Таинственная аура многострадального Дома напряглась и завибрировала от мощного эмоционального всплеска. Но сорокоградусная духовность притупила восприятие чуткого трансценденталиста. И вот, шевствуя впереди, он уже вступил в коридорчик родного блока и собрался завернуть за угол, когда раздался взрыв и перед его носом пролетел осколок.

— Ложись! — с грохотом падая заорал мгновенно превратившийся в сержанта пограничных войск КГБ СССР О.Н.Ершов.

И не успел. Отрекошетивший от косяка осколок вонзился в голову идущего сзади старшего лейтенанта Козлова. Последнил падал навзничь. Война — прокуроров убивают! — пронеслось в голове сержанта. Он был отважный воин и не раздумывая больше пополз вперед, то есть за угол. Там никого не было. Тогда, встав на четвереньки, сержант быстро побежал в свою комнату. Там его ждали одни неприятности: весь многомесячный мусор и пыль взметнулись к потолку, в желтой мгле среди феерически парящих вещей металась чья-то фигура, похоже, с четырмя руками. Услышав сержанта, она обернулась, издала жуткий клич и обрушила на жертву град изощренных ударов всеми четырьмя руками. Тяжелый Ершов увиливал от смертоносного смерча как балерина, но наконец обессилел, упал и придавил агрессора своим весом.

Заламывая и связывая руки орущему Петру, Ершов беззвучно шевелил губами и очень старался чтобы глаза не вылезли из орбит. Когда руки были крепко связаны, Ершов пришел в себя.

— Ну, вставай, пошли.

По коридору Петр шел сам. Ершов дигался в полуметре позади и с отрезвляющей ясностью начинал осознавать нанесенный ему моральный ущерб. Ведь это варварство совершил человек, с которым годами вместе коротали вечера! Мгновенно взбесившийся Петр подпрыгнул и ударом ногами в бок походя выбил какую-то дверь.

— А-а-а, ты!.. — заорал сержант и осекся.

За дверью слабое мерцание очерчивало темный силуэт.

— Подойдите ко мне, — спокойно и тихо произнес незнакомец.

— Как бы не так, — огрызнулся ересиарх и сделал два шага навстречу.

Олег Николаевич замер, почувствовав угрозу и пытаясь ее понять.

— Вы — ПЕТР, понимаете где вы сейчас? — человек положил Петру на плечо правую руку.

Ересиарх поднял глаза и долго всматривался в темный лик. Потом понурился и тихо пошел дальше. Олег Николаевич протер глаза. В проеме никого не было. На выбитой двери в стеклянном ромбике блестел 431 номер…

"Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Бессмертный, помилуй нас", — играл граммофон литургию Рахманинова. В комнате режиссера на полу посреди смятого белья, книг и перевернутой мебели лежал ересиарх и беззвучно плакал…

А утром так получилось, что ересиарх проснулся когда домой вернулся абсурдрежиссер. Они оба с удивлением и ужасом обозрели разгромленное жилище.

— Боже, за что Ты наказываешь меня! — простонал ересиарх.

— Какое чудовище я впустил в свой дом! — вторил ему абсурд-режиссер.

___________________________________

(c) июль 1991 г. от Р.Х.,г. Ярославль

А.Сысоин. Богословские беседы

Content

Сысоин Андрей Богословские беседы Андрея Сысоина

Андрей Сысоин Богословские беседы

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13