Клюева Варвара

УРОВЕНЬ ОБСЛУЖИВАНИЯ

Левон Арутюнян, владелец и управляющий небольшого элитного отеля «Морской Лев», чувствовал себя неважно. Не потому даже, что вчера впервые за долгое время позволил себе перебрать. Для того чтобы коньяк такой выдержки да с такой закуской дал похмелье, надо выхлебать не меньше литра, а Левон едва осилил бутылку. Но трех часов сна организму и без возлияний маловато, а уж с возлияниями — и говорить нечего.

Заказав по селектору кофейник крепкого кофе, Левон, кряхтя, встал под холодный душ и немного помечтал о том, как когда-нибудь уйдет на покой и будет дрыхнуть до полудня. Вообще говоря, ему и теперь нет особой нужды подниматься ни свет ни заря. Тщательно подобранный персонал отеля отличается высочайшим профессионализмом и почти наверняка справится с любой, самой деликатной проблемой самостоятельно.

С другой стороны, гости отеля — птицы такого полета, что малейшая оплошность со стороны обслуги может привести к краху. К личному его, Левона, краху. Ведь заведение у него — не обычная гостиница, привлекающая клиентов при помощи рекламных объявлений. «Морской Лев» не числится в справочниках и не отмечен в путеводителях. У него даже вывески как таковой не имеется только маленькая табличка, которую от ворот и не разглядишь. Случайный человек сюда не попадет, отель принимает гостей исключительно по рекомендации постоянных клиентов. И в задачу Левона входит не только обслуживание по высшему разряду, но и сохранение тайны. Гости могут без собственной охраны предаваться здесь отдыху и развлечениям или проводить конфиденциальные переговоры, не опасаясь экономического или политического шпионажа, а также будущего шантажа, пленки с компроматом и выплат за молчание. Все номера отеля звукоизолированы и защищены от прослушивания. Обслуга проверяется тщательнее, чем персонал секретных военных объектов, и вышколена почище личной гвардии президента.

Однако Левон всегда старался держать все под личным контролем. Потому что малейший скандал, даже намек на скандал, ударит по его репутации. А незапятнанная репутация — залог его преуспеяния и долголетия.

Левон растерся полотенцем до красноты, оделся и прошел в свой кабинет. Отпустил официантку, сервировавшую завтрак, и одну за другой выпил три чашки крепкого кофе. Слабость вскоре прошла, мозги прочистились, зато заколотилось сердце. «Нет, — сказал себе Левон, — больше никаких ночных попоек. Не мальчик уже, надо себя поберечь. Правда, по такому случаю грех было не выпить».

Случай вчера и впрямь был особый — нечаянная встреча с другом, сгинувшим с горизонта много лет назад. Левон и подумать не мог, что Майкл Ковальски, американский бизнесмен, которого попросила принять в отеле некая важная персона, — это Мишка Кузнецов, бывший главстаршина морской пехоты и его, Левона, ангел-хранитель. Мишка, занесенный каким-то ветром в Америку и ставший там большим человеком, истосковался по родине и устроил себе деловую поездку, прихватив с собой жену и трехлетнего сына, чтобы показать им Россию.

Они втроем — Левон, Мишка и его жена Лина — просидели за бутылкой до трех часов ночи. Лина, юная красавица-азиатка, все больше молчала и улыбалась, зато Левон с Мишкой наговорились всласть. И вот теперь Мишка с Линой сладко спят, а Левона ждет долгий хлопотливый рабочий день…

Размышления на тему житейской несправедливости прервал зуммер селектора. Управляющего вызывал пост охраны бокового выхода, ведущего в парк отеля.

— Левон Эдуардович, похоже, у нас ЧП, — зазвенел взволнованный голос охранника. — Я вам напрямую решил доложить. Полчаса назад из здания в парк вышла девушка с ребенком. Из триста восьмого номера. Сейчас она вернулась, но одна, без ребенка. И вид у нее м-м… потрепанный. Мы с Иваном попытались выяснить, что случилось, но девушка бьется в истерике и требует немедленно пропустить ее к хозяевам, в триста десятый.

У Левона похолодело в груди. Триста десятый занимают Мишка с женой. В соседнем, триста восьмом, поселили мальчика с гувернанткой. Если ребенок пропал… Мишка и Лина сойдут с ума… И скандал… Это конец!

Паника на миг парализовала мозги, но многолетний опыт управления отелем и общения с опасной клиентурой не проходит даром. Он учит держать удар, быстро соображать и находить единственно верное решение в любых обстоятельствах.

— Немедленно отправьте дежурного службы безопасности проверить парк, распорядился Левон. — Вызовите врача. Я буду через три минуты. — Он нажал на другую кнопку. — Начальника СБ ко мне. Срочно!

* * *

— Пустите меня! Не надо мне никаких уколов! Вы не имеете права! Гувернантка билась в руках врача и охранника, точно рыба в сетях. Увидев вошедшего Левона, девушка устремила на него умоляющий взгляд: — Прошу вас, скажите им отпустить меня. Мне обязательно нужно поговорить с хозяином, это очень, очень важно! Потом, если хотите, можете спрашивать, колоть что угодно, но сейчас позвольте мне подняться наверх!

— Душенька, ваши хозяева очень поздно легли, — ласково начал увещевать ее Левон. — У них на двери висит табличка «Не беспокоить». Почему бы вам не поделиться своими неприятностями с нами? Уверяю вас, мои люди профессионалы высочайшего класса. Нет такой проблемы, с которой они не сумели бы справиться наилучшим образом.

— Нет, это невозможно! Вы не понимаете… Я не могу! — С лица девушки можно было лепить маску отчаянья. — Пожалуйста, поверьте мне! Я должна сначала поговорить с хозяином.

— Милая, ваш хозяин — обычный человек. Если случилось что-то из ряда вон выходящее, он может расстроиться, запаниковать, наделать ошибок. Люди, попавшие в беду, должны обращаться к специалистам — врачам, адвокатам, спасателям. К тем, кто не потеряет головы ни при каких условиях. Наш отель предлагает своим клиентам лучших специалистов практически в любой области. Доверьтесь нам, и вы не пожалеете.

Гувернантка замотала головой и начала было протестовать, но в эту минуту в комнату вошел дежурный, которого посылали проверить парк. Он вопросительно посмотрел на Левона и, дождавшись его кивка, доложил:

— Мальчика в парке нет. В одной из секций ограды по правую сторону от отеля, метрах в ста пятидесяти от входа выпилено два прута. Вернее, два фрагмента в нижней части ограды. В образовавшуюся дыру вполне мог пролезть взрослый человек. Мы пустили по следу собаку, но злоумышленник, судя по всему, уехал на машине. Сейчас разыскиваем свидетелей…

Девушка вскрикнула и изо всех сил рванулась вперед.

— Что вы наделали, кретины! Из-за вас они его убьют!.. Самодовольные болваны! Сволочи!

Левон дал охраннику знак, и тот отпустил ее. Гувернантка выбежала за дверь и бросилась к лестнице. Присутствующие мрачной свитой двинулись следом. Они немного отстали, и вошли с площадки третьего этажа в коридор, когда девушка уже подбегала к двери триста десятого номера. Ее стремительность привлекла внимание дежурного по этажу, он поднялся из-за стола и воскликнул:

— Прошу прощения, мадам…

Но девушка уже толкнула дверь с табличкой «Не беспокоить!». Шагнула вперед. Отшатнулась. И застыла, прикрыв рот ладонью.

Ее свита прибавила шагу. Левон, отстранив гувернантку, первым вошел в комнату. И тоже застыл.

Дверь из первой комнаты в спальню была распахнута настежь. В глаза сразу бросалась огромная двуспальная кровать со скомканными окровавленными простынями. Упавшая на пол подушка с ярко-алыми брызгами прикрывала начало широкого кровавого следа, тянущегося по светлому ковру в направлении открытого окна. Перевернутый туалетный столик, опрокинутая ваза, рассыпанные цветы…

Левон стремительно прошел в спальню, заглянул в ванную, проверил другие комнаты, потом повернулся к подчиненным и тусклым голосом распорядился:

— Вызывайте милицию.

Гувернантка покачнулась и начала оседать на пол. Дежурный едва успел подхватить ее.

* * *

Девушка пришла в себя в медицинском кабинете.

— Как вы себя чувствуете? — заботливо спросила сестра, убирая от лица пациентки ватку, пропитанную нашатырным спиртом.

— Меня тошнит. Мне нужно в ванную. Немедленно!

— Ванная в соседней комнате. Давайте я вас провожу.

— Нет-нет, со мной все в порядке! Правда, не нужно. Я справлюсь сама.

Медсестра с сомнением посмотрела вслед пациентке, но та, казалось, действительно вполне оправилась. Во всяком случае, шагала уверенно.

* * *

Она утопила кнопку, блокирующую язычок замка, пустила воду. Торопливо открыла сумочку, лихорадочно перетряхнула содержимое, выхватила трубку мобильного телефона.

— Леня, Ленечка!..

— Что стряслось?

— У меня ужасные неприятности! Похитили мальчика, за которым я присматривала. Похититель велел мне передать хозяевам, чтобы они ждали звонка и ни в коем случае не обращались в милицию… А хозяева пропали… Спальня вся в крови… Окно распахнуто… Администратор приказал вызвать милицию. Что же мне делать, Ленечка?

— Успокойся, лапонька. Ты же ни в чем не виновата, правда? Вот на этом и стой. Ничего плохого они тебе не сделают.

— Но мальчик!.. Он не должен погибнуть! Я не вынесу…

— Все будет хорошо, милая. Вот увидишь, все будет хорошо.

* * *

Два часа спустя Левон сидел в чисто прибранной спальне триста десятого номера. Миша, еще немного бледный, лежал на кровати и изображал тяжелобольного. Лина, то смеясь, то плача, качалась в кресле, крепко прижимая к себе трехлетнего карапуза. Карапуз сердито пыхтел и вырывался из материнских объятий.

— …Львенок, у меня нет слов. Мы страшно тебе благодарны. Можно сказать, обязаны по гроб жизни. Но все-таки методы у тебя малость того… крутоваты. Ну зачем, скажи на милость, нас одурманили этой гадостью? Неужели нельзя было просто разбудить и тихонько отсюда выставить?

— Время, Майк, дорогой, время! Мне самому утром понадобилось полчаса, чтобы мало-мальски оклематься. Несмотря на душ и кофе. Как же я мог надеяться, что сумею разбудить вас и объяснить свой план за считанные минуты?

— Не понимаю, к чему такая срочность? Ну, помариновали бы девицу подольше, зато у меня сейчас башка бы не трещала…

— Вот перестанет трещать, тогда ты, может, сообразишь, что мариновать девицу я не мог. Если бы она заподозрила неладное, весь мой замысел полетел бы к чертям собачьим. А на кону, между прочим, стояла жизнь твоего сына.

— А как тебе удалось так быстро отыскать Сашку?

— Я был уверен, что его оставят где-нибудь в людном месте. Позвонил в милицию по телефону, по которому дают справки о потерявшихся детях, сообщил приметы и пообещал девушке хорошее вознаграждение, если она перезвонит мне сразу, как только мальчик найдется.

— Знаешь, похоже, я и впрямь не в лучшей форме. По-моему, шанс у тебя был один на тысячу. Ну, может, на сотню. Почему же ты был так уверен, что твой план сработает?

— А ты поставь себя на место преступника. Ты похитил ребенка и подослал к родителям сообщницу, чтобы та передала им твои условия. Нормальные родители никогда не станут рисковать жизнью сына и покорно переведут на указанный тобой счет любую доступную им сумму. При этом они не посмеют обратиться за помощью в милицию или к частным детективам. А если посмеют, то сообщница даст тебе знать, ты им позвонишь, запугаешь до полусмерти и заставишь пойти на попятный. Даже если они заподозрят твою девицу, все равно пальцем ее не тронут — все козыри у тебя. Теперь представь, что сообщница звонит тебе и говорит, что жертвы вымогательства тоже похищены, а возможно, и убиты. Администрация отеля, где они остановились, вызвала милицию. Можно не сомневаться, что за твою девицу возьмутся всерьез и в конце концов вырвут у нее признание. Решишься ли ты при таких обстоятельствах убить ребенка? Да ни в жизнь, если только ты не законченный псих. Впрочем, и псих, наверное, сообразит, что срок за убийство намного больше срока за попытку похищения.

— Н-да, убедительно. Но, черт побери, как же ты догадался, что она сообщница?

— Ну, это просто. Дыру в парковой ограде могли проделать только этой ночью. Мои ребята каждый день проверяют, все ли в порядке. Вообще-то вдоль ограды установлены сенсорные датчики, но сейчас они отключены из-за теннисных кортов. Как подбежит игрок за мячом к сетке, сигнализация трезвонить начинает. Слишком близко к ограде. Упущение, надо будет передвинуть корт, а пока не передвинули, мы усилили охрану на входе в отель, обязали смотрителя парка почаще делать обход и датчики с утра пораньше отключаем. Не позднее восьми утра обходчик обязательно заметил бы дыру и поднял тревогу. Значит, похищение произошло только потому, что гувернантка повела твоего мальчика на прогулку так рано. Но как похититель мог предусмотреть такую оказию, если они не были в сговоре? И потом, она так отчаянно рвалась к вам в номер…

— Но если ты раскусил ее за две секунды, то и другие могли бы. Как же они пошли на такой риск?

— Э, Миша, им просто не повезло. Они не подозревали, с кем связались. Думаешь, в обычной гостинице кто-нибудь обратил бы внимание на девушку, которая вышла погулять с ребенком, а через полчаса вернулась одна и в растрепанных чувствах? А пускай бы и обратили, никому бы в голову не пришло удерживать ее, когда она рвалась к хозяевам. А уж усыпить хозяев хлороформом, перетащить в свободный номер и инсценировать в спальне кровавую бойню — до такого блистательного хода, я уверен, не додумался бы ни один нормальный управляющий.

— Вот ты и проговорился, Левончик! Не пора ли тебе провериться у хорошего специалиста?

— Мимо цели бьешь, Мишаня. Все сотрудники отеля, включая меня, регулярно проходят полный медосмотр. У самых лучших специалистов. Иначе как бы мы сумели гарантировать постояльцам подобный уровень обслуживания?

2003

Content

Клюева Варвара
УРОВЕНЬ ОБСЛУЖИВАНИЯ