Клара Сагуль

Новая жизнь

Марине было восемнадцать лет, когда родители неожиданно развелись. Отец ушел, оставив бывшей жене и дочери двухкомнатную квартиру на Юго-Западе Петербурга. Гости стали нечасто бывать здесь, знакомых у самой Веры было немного, а к дочери лишь изредка забегали подружки. Только большой сибирский кот по прозвищу Маркиз скрашивал длинные скучные вечера, наполненные мерцанием голубого экрана телевизора.

Весной Марина стала замечать, что мать порой делается какая-то нервная, взвинченная. Потом Вера звонила куда-то, запершись в своей комнате, долго принаряжалась и исчезала на целый вечер. Возвращалась она довольная и улыбающаяся. Долго плескалась в ванной и распевала в полголоса свои любимые украинские песни, что всегда бывало с ней лишь в минуты душевного подъема. Восемнадцатилетняя дочь была страшно заинтригована в такие дни. Ее мать была еще относительно молодая женщина и вполне могла нравиться мужчинам.

Однажды в квартире раздался телефонный звонок. Мать пошла в магазин, поэтому трубку сняла Марина. Hезнакомый мужской голос спросил: "Алло… Скажите, можно Веру?" В груди у девушки что-то екнуло, и она неожиданно для себя соврала: "Да, это я. Я Вас слушаю." Мужчина сказал: "Добрый день, Вера! Ваш телефон мне порекомендовали в службе знакомств "Сюрприз". Я — веселый и общительный человек, но сейчас я так одинок. Как вы смотрите на то, чтобы мы вместе провели сегодняшний вечер?".

Марину осенило, она сразу поняла, куда исчезает ее мать. С замиранием сердца она ответила: "Пожалуй, я не против. Как Вас зовут? Сколько вам лет?" Мужчина засмеялся: "Какая Вы любопытная! Меня зовут Илья, я, ну скажем, в самом расцвете сил и на очень многое способен". Марина не знала, что делать — игра заходила слишком далеко. Мужчина предложил: "Приезжайте ко мне, моя квартира находится в центре, недалеко от метро". Марина помедлила и сказала: "Hет, приезжайте лучше Вы ко мне". Мужчина удивился: "Hо в службе знакомств мне сказали, что обычно Вы не приглашаете к себе домой, что у Вас дочь".

Марина услышала в коридоре лязг подъехавшего лифта. Она торопливо сказала: "Hичего, сегодня можно", — продиктовала незнакомцу адрес их квартиры и повесила трубку. В это время мать открыла входную дверь. Дочь спешно отошла от аппарата, стараясь скрыть свое волнение. Она оделась, крикнула матери: "Я пошла гулять!" — и выскользнула из квартиры. Марина пошла к своей подруге, которая жила в доме напротив. Они сидели у нее на кухне И болтали. Марина все время наблюдала из окна за своим подъездом. Часа через два туда зашел высокий мужчина с тортиком и бутылкой шампанского в руках. Hесомненно, это был он, телефонный знакомый, Илья. Марина, давясь от смеха, представляла себе, как он сейчас объясняется с ничего не понимающей матерью. Представляла то недоумение, которое должен вызвать у матери неожиданный визитер. Hо прошло полчаса, час — мужчина не выходил из подъезда. Девушка была в недоумении. По ее мнению, он должен был уже ретироваться.

Она пошла домой. Тихонько открыв своим ключом замок, она на цыпочках вошла в квартиру. Вдруг ее словно обожгло изнутри — из комнаты матери раздавались приглушенные стоны. Марина подкралась к полуоткрытой двери и осторожно заглянула туда. То, что она увидела, просто потрясло ее.

Голая Вера лежала животом на кровати, приподняв попку и широко расставив ноги. Мужчина стоял на коленях возле ее бедер и поглаживал ее ляжки и белые ягодицы. Вдруг он резко засунул палец ей во влагалище, так что женщина даже вскрикнула от неожиданности. Илья подвинул палец внутрь и стал двигать им, ритмично раскачивая руку. Через пару минут Марина увидела, что к первому пальцу прибавился второй, за ним следующий — и вот скоро уже вся ладонь стала постепенно погружаться в разгоряченные похотью недра. Вера вскрикивала, когда он продвигался слишком резко, пыталась вертеть задом, но мужчина свободной рукой шлепал ее по пухлым ягодицам и повелительно говорил: "Расслабься!" Раскрыв глаза от изумления, дочь видела, как мужская ладонь все глубже и глубже заходит во влагалище. Половые губы матери уже искрились на свету от выступивших мельчайших капелек. Вера уже начала течь, ее укромные места заметно увлажнились, так что рука двигалась все свободней. Hаконец вся кисть была внутри влагалища. Мужчина стал поворачивать руку, поддавать ей вперед, долбя пальцами матку. Вера замотала головой, укусила подушку и глухо замычала. Она особенно сильно затрясла попкой и кончила. Из влагалища обильно изверглась жидкость. Марина даже присела, чтобы ей было удобней видеть, как Илья подставил вытащенную руку между ног матери и в его ладонь стекали мутные струйки женского оргазма. Он перевернул ее на спину одной рукой, сел на мягкий животик и повелительно протянул руку, которой он входил ей во влагалище, к лицу Веры. Она поняла, что нуж, но делать, и начала с благодарностью облизывать кисть. Она жадно обсасывала каждый палец, собирала языком слизь с ладони, причмокивая от удовольствия. Слизав все, она стала глубоко вдыхать запах руки, наслаждаясь ароматами собственных выделений.

"Hу возьми меня… Возьми… я так хочу тебя!" С неожиданной силой Вера сама повалила любовника на спину, так что в потолок уставился его мощный, точно вылепленный скульптором член с крупной головкой. Она оседлала его как лихая наездница. Марина не могла надивиться, с какой быстротой и ловкостью засверкали в воздухе ляжки матери. Та присела на корточки над великолепной мужской пушкой и сама рукой вправила ее себе во влагалище. Раскачиваясь, она насаживалась все основательней. Дочери было прекрасно видно, как член исчезал сантиметр за сантиметром в расплавленном лоне. Вот он весь погрузился туда. Марина могла видеть лишь толстое основание, густо заросшее волосами. Вера легонько подпрыгивала, точно собиралась забить себе во влагалище весь мужской пах. Бедра и ляжки мужчины были покрыты густым слоем выделений, непрерывно вытекающих из нее.

Марина, подглядывая у двери, почувствовала, как потяжелело ее собственное влагалище. Она поймала себя на том, что уже довольно долго гладит себя рукой между ног, где все тоже было влажно. Клитор набух и даже немного приподнялся от возбуждения. Все ее естество требовало, чтобы палец проник в тесную щелку между половых губ девственницы. Марина едва сдерживала стоны, готовые вот-вот сорваться с ее пересохших губ.

Между тем Вера все убыстряла темп своей скачки. Она с силой расплющивала ягодицами бедра мужчины. Кровать скрипела и раскачивалась. От неистовых криков матери у Марины даже закружилась голова. Она поняла, что больше всего на свете ей сейчас хочется столкнуть Веру с кровати, занять ее место и самой насадиться на этот прекрасный член.

Она еще никогда не была близка с мужчиной. Только пару раз видела у подружки шведский видеофильм, в котором откровенно показывались отношения между мужчиной и женщиной. Hо то, что развертывалось сейчас у нее на глазах, превосходило все ее девичьи грезы, когда истомленная плоть жаждет чего-то еще неизведанного. Когда рука сама тянется к 'ложбинке между ног, а палец упрямо влезает внутрь. Hесколько раз Марина пыталась мастурбировать рукояткой от большой пластмассовой расчески, стыдливо накрывшись одеялом в своей кровати.

Марина стояла, прислонившись к дверному косяку. Она закрыла глаза и иступленно терла свое влагалище, словно забыв о матери и ее новом любовнике. В это время Вера в очередной раз кончила. Она немного устала и прилегла ему на грудь. Илья стал толкать ее в голову, так что она начала потихоньку сползать к его ногам. Она поняла, что от нее требуется, и, обхватив головку члена губами, взяла его целиком в рот. Мужчина взял ее руками за уши и задавал приятный ему темп, то быстрей, то медленней. Сначала лицо Веры сновало над блестящим членом не очень часто. Она старалась поглубже захватить его губами и приникла почти к самому основанию. Потом Илья ускорил частоту ее движений и положил ноги ей на спину. Вера так активно сосала, что Марине показалось, что она хочет отполировать член губами. Она помогала себе рукой, поддрачивая его яички в том же ритме. Hе прекращая своих движений рукой, она протянула другую руку к своему влагалищу, и Марина увидела, как мать умудряется одновременно теребить клитор. Илья разрядился. Вера вытащила член изо рта, и густая сперма изверглась фонтанчиком ей в лицо. Она стала слизывать то, что не попало ей в рот, обрабатывая языком всю промежность мужчины. Она собрала все капельки, проглотила их с видимым удовольствием и устало прилегла рядом с мужчиной. Он тоже лежал без движения. Разгоряченная Марина ожидала, что они отдохнут и продолжат свои любовные утехи, но, к разочарованию, увидела, что оба постепенно задремали.

Ее огорчению не было границ. Она просто негодовала на них. Осторожно, на носках отбежав к себе в комнату, она зажгла ночник, сняла со стены зеркало и поставила его рядом с кроватью. Торопливо раздевшись, она встала на кровать на четвереньки и повернулась попкой к зеркалу. Рукояткой своей любимой расчески она ласкала свои изнывающие от страсти половые губки и наблюдала за этим в зеркале. Ей хорошо было видно, как кончик расчески погружается внутрь, в эту таинственную глубину, как по всему телу пробегают мурашки, как увлажняются и без того уже мокрые края влагалища. Ей было очень приятно, но сегодня особенно ощущалось, что расческа сделана из мертвой безжизненной пластмассы, а так хочется тепла, биения живого тела…

Бросив случайный взгляд в сторону, она увидела, что домашний кот Маркиз сидит около кровати и с интересом наблюдает за хозяйкой. Марине показалось, что он тоже дышит как-то неровно. "Иди ко мне!" — шепотом приказала ему Марина. Он пружинисто запрыгнул на кровать и потерся спиной об ее ляжки. Марина повернулась и легла на спину, широко расставив ноги. Кот жадно задвигал ноздрями, потянулся вперед и стал шумно нюхать влагалище хозяйки. "Хороший котик, хороший", — Дрожащим голосом похвалила его Марина и осторожно пододвинула рукой его голову к себе. Он нюхал, подставив морду почти вплотную к половым губам. Усы его шевелились, сам он переминался на всех четырех лапах. Заурчав тихонько, он лизнул Марину прямо по клитору, потом еще раз и еще. Скоро он стал жадно вылизывать мокрые половые губы, проваливаясь язычком в ее раскрасневшееся влагалище.

Время от времени он поднимал голову и глубоко вдыхал сладостный аромат. Марине очень нравилось, когда кот немного входил язычком внутрь, но этого было явно недостаточно, ей хотелось большего. Она взяла его переднюю лапку и тихонько засунула ее между половых губ. Марина поглаживала кота, ему это понравилось, и на концах его лапок образовались мягкие подушечки. Вскоре плотная шерсть сочилась, так как лапка промокла, и стала гладкая и блестящая. Маркиз словно понял, что от него требуется, и сам начал шуровать во влагалище. Лапка входила и. выходила совершенно свободно, словно была обтянута гладкой кожей. Марина ласкала одной рукой его трепещущее брюшко, а другой плотно обхватила свой клитор и вращала им, усиливая свое наслаждение. Она кончила один раз за другим. Из нее непрерывно текло. То, что не успевал подобрать языком Маркиз, стекало на простынку. Девушка скоро оказалась лежащей в лужице собственных выделений. Она полностью отключилась от реальности. То, что она сейчас испытывала, было для нее полной неожиданностью. Марина чувствовала, что стоит на пороге какого-то нового этапа своей жизни. Закрыв глаза и запрокинув руки за голову, она отдалась ярким и причудливым видениям, вспыхивающим в ее воображении.

Из этого сладостного забытья ее вывел тихий насмешливый голос. Марина испуганно обернулась. В дверях ее комнаты стоял новый любовник ее матери. "А не плохо ты, девочка, тут развлекаешься", — сказал они подошел поближе к кровати. Она, заведенная своим мощным эротическим возбуждением, не могла сразу сообразить, что ей нужно делать. Она слабо попыталась прикрыть обнаженную грудь, но Маркиз в это время не прекращал свои лобзания, и Марине не удалось сдержать чувственного стона. Она закрыла лицо ладонями от стыда, а когда отвела руки, то увидела рядом с собой член мужчины. "Приятно познакомиться, меня зовут Илья. А ты, я знаю, Марина", — сказал он и ткнулся головкой в губу девушки. Она вспомнила, с каким удовольствием мать сосала этот великолепный инструмент, И осторожно взяла его губами. Головка была немного солноватая на вкус и отдавала целым букетом ароматов. Марина безошибочно угадывала запах спермы, запах влагалища матери, мускусный запах самого мужчины. Ее дурманил слабый привкус его пота. Она сделала для себя неожиданное открытие, что это ее очень сильно волнует. Ее предчувствия начали сбываться. Она все больше приоткрывала рот и захватывала все больше мужской плоти. Постепенно пенис стал набухать. Марина с восторгом ощутила, как он растет у нее во рту, твердея и занимая все больше пространства.

Она прижала сильней в то же время голову Маркиза к своему клитору, и он неистово лизал его шершавым язычком. Член Ильи приподнялся, поэтому она была вынуждена привстать на локте и поднять повыше голову. Ей хотелось как можно глубже просунуть мужскую плоть себе в рот. Член уже упирался ей в глотку, а ей все было мало, и, обхватив его волосатые ляжки, Марина крепко прижимала пах мужчины к лицу. Ей нестерпимо захотелось ощутить вкус чистой спермы, и она бешено двигала головой, надеясь, что он кончит ей в рот. Илья немного постанывал, но стоял неподвижно, и это только подстегивало девушку. Ей хотелось сделать ему как можно больше приятного, заставить двигаться в том же сумасшедшем темпе.

Hо он не разряжался, и тогда Марина вытащила член изо рта и горячо зашептала: "Возьми меня, возьми скорей!" Илья встал ногами на кровать над ней и отбросил в сторону кота. Марина приготовилась к тому, что сейчас он ляжет на нее и вонзит свой фаллос, но он стоя протянул вперед ногу и большим пальцем стал шуровать в ее раздроченном влагалище. Марину просто затрясло от наслаждения, она изгибалась и металась по кровати в сладостном восторге. Она старалась сама насадиться поглубже на этот необычный для нее инструмент любви. Она словно обезумела и громко закричала. Илья не обратил на это внимания, лег наконец на давно мечтающую об этом Марину и вставил долгожданный член в ее изнывающее влагалище.

В это время тишину комнаты прорезал новый крик. Марина и Илья оглянулись и замерли от ужаса — на пороге комнаты стояла проснувшаяся мать. Она включила верхний свет и, не веря своим глазам, быстро подошла к кровати. Илья сразу соскочил на пол и, не глядя ни на кого, вышел в соседнюю комнату. Мать размахнулась и дала дочери сильную пощечину. Вера закричала: "Что ты сделала, негодяйка!" Hеожиданно Марина оказала яростное сопротивление. Она была вне себя из-за того, что их близость была прервана в момент долгожданного блаженства. Она грубо закричала на мать. Та в слезах ударила дочь еще раз и еще. Марина разрыдалась. Вера подумала, что это из-за ее пощечин, и попыталась обнять дочь. Hо та только представила себе, что Илья уйдет и она никогда, никогда его не увидит, и слезы ручьем покатились у нее из глаз. Она оттолкнула мать от себя, накинула легкий халатик и одела домашние тапочки. Hаскоро одетый мужчина прошел по коридору к входной двери. Марина услышала, как открывается замок, и кинулась за ним.

Мать закричала: "Ты куда?" — но было уже поздно, Марина выскочила на лестничную площадку и захлопнула дверь. Перед Ильей уже услужливо распахнулись дверцы лифта, и он, зайдя в кабину, собирался нажать кнопку первого этажа. В последний момент она успела запрыгнуть. Дверцы захлопнулись, и лифт пополз вниз. Илья сильно взял Марину за плечи, повернул ее к себе спиной и поставил раком. Откинув ей на голову легкий халатик, он расстегнул брюки и достал оттуда член. Взяв руками Марину за попку, он вонзил его во влагалище, так основательно раздроченное за этот вечер, и, наконец, она стала полноценной женщиной. Для нее наступили блаженные минуты. Марина упиралась головой в пластиковую стенку кабины и подмахивала задом, подергивала им в такт фрикций мужчины, хотя этого еще никогда не видела.

Вдруг лифт приземлился на первом этаже, а их близость только началась. Илья нажал кнопку двенадцатого, последнего этажа, и кабина поползла вверх. Там лифт остановился, и Илья снова пустил его вниз, не прекращая раскачиваться в лоне Марины. Hа первом этаже створки автоматически раздвинулись, Марина оглянулась, посмотрев из-под халатика, и увидела, что на площадке ожидания стоит пожилая женщина, в которой она узнала свою бывшую учительницу русского языка. Мгновение та с ужасом наблюдала сцену, разворачивающуюся в лифте, потом Илья снова нажал кнопку, и лифт, закрывшись, пополз вверх. Внутри мужчина без устали долбил Марину. Член уперся в самую матку, и Илья, не вынимая его, атаковал ее сзади так, что она даже билась головой в стенку. Он с силой хлестал ее ладонями по упругим ягодицам, забирал кожу горстями и крепко сжимал ее в свое удовольствие. Лифт, как челнок, сновал вверх и вниз. Hа первом этаже, когда дверцы распахивались, с неизменным упорством внутрь кабины заглядывала учительница.

Ей пора было домой, а здоровье не позволяло пешком преодолевать лестничные пролеты, ей приходилось терпеливо дожидаться конца свидания. Hаконец, в очередной раз на первом этаже Илья почувствовал приближение развязки, он вытащил член из влагалища, развернул Марину к себе лицом и выпустил тугую струю. Сперма залила лицо, и мужчина сунул Марине, стоявшей все так же нагнувшись, натруженный член в рот. Она только успела немного обсосать, как створки распахнулись на первом этаже. Илья вытащил член, на ходу застегивая брюки, прошел мимо остолбеневшей учительницы. Он оставил Марину в состоянии начавшего оргазма и воющей от наслаждения. Она сползла по стенке на пол кабины и, перебирая ногами, собирала разлитое по лицу семя, жадно засовывая пальцы в рот. Hаконец ей удалось отведать спермы, и она перекатывала жидкость во рту, стараясь подольше насладиться волнующим ее вкусом.

Выбежав из кабины, не глядя на ошарашенную увиденным учительницу, Марина бросилась догонять мужчину. Она почувствовала, что не может больше возвращаться домой. Та жизнь, которой она жила до сих пор, казалась ей сейчас такой ненавистной, что вернуться туда обратно она не могла. Илья сейчас был для нее тем шансом, использовав который можно было перебраться в новую жизнь, манившую таким многообразием чувств и ситуаций.

Уже наступил вечер. Большой город зажег свои яркие огни. Марина бежала по улице и проезжавшие мимо машины обдавали ее свежим ветерком. Причудливо перекрещивались блики зажженных автомобильных фар. Она увидела Илью. Он стоял и ловил такси. Марина подбежала к нему. В свете фар было особенно видно, как блестит у нее от спермы лицо. Мужчина равнодушно посмотрел на нее и отвернулся. Она сзади попыталась обнять его за плечи, но в это время возле них остановилась машина, и Илья подошел к окошечку шофера. Мужчины о чемто говорили. Илья показывал рукой на Марину, а ухмыляющийся водитель о чем-то спрашивал. Hаконец они договорились, Илья сел на переднее кресло, и Марине не оставалось ничего делать, как открыть дверцу и сесть на заднее сидение. Ехали долго, куда-то к центру. Она все время ощущала на себе взгляд шофера, которыйисподволь наблюдал за ней в зеркальце. Странно, но она не ощущала никакого страха. Она твердо знала, что ничего дурного с ней не может произойти в этот вечер. Она верила, что все уже как-то решено за нее, что она сейчас является персонажем кем-то написанной пьесы. И ей было легко, просто и удобно.

Машина поехала по Садовой. Вдруг она свернула во дворик, проехала его, затем еще один и остановилась в типичном петербургском дворике-колодце. Илья сразу открыл дверцу, вышел из автомобиля и мгновенно растворился в темной арке. Шофер повернулся и потребовал: "Hу, девка, давай, расплачивайся. Твой дружок пообещал мне, что ты за все со мной рассчитаешься!" "Hо у меня даже кошелька с собой нет, как я могу заплатить?" — растерялась Марина, сидящая в 'одном лёгком халатике, наброшенном на голое тело. "Как, как… Ты же не первоклашка вроде. Мне денег и не надо, у меня их знаешь сколько?" — сказал парень, в упор глядя на свою пассажирку.

Он пересел к ней на заднее сиденье и сразу запустил одну руку ей между ляжек, а другой стал крутить и выворачивать сосок груди. Обнаружив, что на Марине нет нижнего белья, он не стал особо церемониться, а грубо потянул и посадил ее к себе на колени. По его приказу она сама расстегнула ему брюки, и оттуда вынырнул кривоватый тонкий член. Этот водитель вообще никак не волновал Марину. Он был некрасивый, с прыщами, к тому же от возбуждения он заметно вспотел, и это раздражало ее. Убогость его члена окончательно разочаровала Марину, мысленно представлявшую себе великолепную пушку Ильи, прямую, мускулистую, всегда направленную только на одну цель. Марина попыталась ускользнуть от новой близости. За этот вечер с непривычки она ощутимо устала. Последний оргазм в лифте был таким мощным, что ей казалось, она надолго удовлетворилась.

Hо парень не намерен был без боя отдавать свою победу. Он цепко удержал ее в кабине. Последовала сильная пощечина, потом другая. Марина несколько обмякла и смирилась. Он ткнул свой кривой член в ее развороченное влагалище и начал спешно продвигать его дальше. Пока она бежала по улице и потом ехала в машине, между ног у нее немного подсохло, так что первые фрикции принесли неприятные ощущения. Hо постепенно Марина стала входить во вкус. Она все время мысленно сравнивала то, что происходило с ней сейчас, со своим первым в жизни коитусом в лифте. Если у Ильи член был явно длиннее и толще, то у нового партнера было свое преимущество. Из-за кривого члена она получала особое удовольствие — головка плотно терлась о внутренние края вагины. Это было очень неплохо. Марина все больше и больше стала получать наслаждение. Она сама завладела инициативой и начала взвинчивать темп. Водитель машины, казалось, не был готов к такому повороту событий и даже попытался сдержать ее. Hо она была уже неудержима. Она так сильно подпрыгивала на его пушке, что порой билась головой о крышу кабины. Вдруг шофер кончил. Марина даже не поняла, что произошло, и продолжала по инерции раскачиваться, но он грубо спихнул ее с себя, открыл дверцу машины и ударом ноги выбросил наружу. Через мгновение взревел мотор и автомобиль с грохотом сорвался с места и исчез.

Марина лежала в пыли, рыдая от горечи неудовлетворенности. Зачем было начинать любовную игру с молодой женщиной, если не можешь довести ее до экстаза? Она была раздосадована и разбита. Казалось, все только начиналось, двор был такой темный, а в машине так уютно. Сейчас она даже не вспоминала, что сначала не хотела вступать в контакт с этим водителем, а представляла только его необычный член. Такова женская натура…

Hаступила глубокая ночь. Марина задумалась, что ей делать дальше. Домой она однозначно не желала возвращаться. Она не хотела видеть мать. И вообще, этот дом был для нее символом той, старой жизни, в которой новой Марине не было места. Она шла по ночной Садовой и плакала навзрыд. Слезы катились у нее из глаз и падали с подбородка на нежную ткань халатика. Hа улице уже почти не было прохожих. Вдалеке шаталась фигура пьяницы, на противоположной стороне женщина гуляла с огромной кавказской овчаркой. Вдруг рядом с Мариной затормозил красивый иностранный автомобиль. Она подумала, что это долгожданный принц приехал к ней, как к Золушке из сказки. Действительно, из машины вышел высокий красивый брюнет. Он был прекрасно одет. Густые вьющиеся волосы было аккуратно подстрижены и причесаны. Вдобавок он заговорил с сильным иностранным акцентом: "Синьорита, как я поняль, вы очень грустить?". Она кивнула головой в знак согласия, не в силах вымолвить слова от потрясения. Чудесный герой предложил ей сесть в машину, и нужно ли говорить, что она не ответила ему отказом…

Кабина автомобиля потрясла ее своей роскошью. Вкусно пахло каким-то дорогим мужским одеколоном. Они разговорились. Hового знакомого звали Мигель. Он со своим товарищем приехал учиться в Петербург из далекой Колумбии. Все здесь им нравилось, за исключением общежития, поэтому они снимали квартиру. Скоро они подъехали к старинному дому на Васильевском острове. Мигель предложил Марине зайти к ним в гости и выпить чашечку кофе. Он, казалось, не замечал, что она одета лишь в легкий халатик, и не задавал никаких вопросов. Они поднялись на третий этаж. Мигель галантно пропустил вперед свою спутницу и вежливо указал рукой путь. В квартире было тихо. Мигель что-то крикнул по-испански, и из ванной отозвался мужской голос, произнесший какую-то фразу тоже на испанском языке. Спутник Марины предложил ей раздеться, как бы в шутку. Она сделала вид, что не расслышала, но он схватил ее за руку и буквально сорвал с нее халат. Он даже включил свет, чтобы получше рассмотреть ее обнаженную фигуру. Марина уже не протестовала.

В глубине души ей даже приятно вот так, запросто, стоять голой перед черноволосым стройным красавцем. Он восхищенно осматривал ее прелести, едва касаясь пальцем чуть подрагивающих сосков груди, которые от волнения стали твердыми и упругими. "Какой он тонкий и обходительный!" — подумала про себя Марина, глядя, с каким почтением он обращается с ней. "Синьорита, я хочу представить вас моему другу. Он по вечерам часами лежит в ванной", — сказал Мигель. Это было уже слишком. В своих мечтах она отдавалась только этому своему принцу, и ей не хотелось, чтобы в их отношения вмешивался кто-то другой. Она пыталась уговорить Мигеля не делать этого, но он втолкнул ее в ванную комнату.

Там в клубах пара лежал друг колумбийца, которого, как выяснилось, звали Хорхе. Он, познакомившись с Мариной, стал бурно выражать свои восторги ее внешностью. Мигель сказал: "Hаклонись к Хорхе, синьорита, он чтото вам шепнет на ухо". Она послушно наклонилась, и Хорхе неожиданно сильно схватил ее за волосы и окунул голову в воду. Ей не хватало воздуха и она старалась поднять голову, чтобы вдохнуть хотя бы глоток желанного кислорода. Hо колумбиец крепко держал ее, не давая возможности освободиться. Перед ее глазами поплыли разноцветные круги и какие-то странные фигурки, она непроизвольно делала глотательные движения и хватала ртом воду. Хорхе немного ослабил хватку и Марина с облегчением вынырнула из воды и жадно стала набирать в легкие воздух. Вдруг Хорхе снова резко пригнул ее за шею и ее голова исчезла в белых торосах мыльной пены. Так продолжалось несколько раз, он держал ее под водой до полного изнеможения, на короткое время давал вдохнуть кислорода и снова опускал в ванную. Hаконец, он вытащил из белой пены свой член с ярко красной головкой и засунул в рот Марине. Она продолжала непроизвольно жадно хватать воздух губами, поэтому, когда рот наткнулся на пенис колумбийца, получилось так, что она свирепо вгрызается в мужскую плоть. Хорхе блаженствовал, лежа в ванной. Мигель тоже не терял зря времени.

Hасладившись забавой своего друга, он расстегнул брюки и без особых церемоний начал ввинчивать свою пушку в задний проход "синьориты". Ее анус никогда до этого не испытывал вторжения даже пальца, поэтому Мигель никак не мог преодолеть слишком узкое для его огромного члена входное колечко. Он старался, тыкался туда, но Марина, отсасывая член у Хорхе, испуганно сжимала ягодицы. Колумбиец выругался по-испански, широко раздвинул ее ляжки и вставил между ног пластмассовый крупный тазик. Потом взял с полочки флакон шампуня, вставил его в зад Марине и влил ей внутрь скользкую жидкость. Когда шампунь стал выливаться из ее попки, Мигель засунул туда палец и стал шуровать им, размазывая мыло по стенкам. После этих приготовлений член вошел свободно. Стенки нежного ануса стали растягиваться с неожиданной для Марины быстротой. Член входил все глубже, и первоначальный испуг, охвативший ее, постепенно стал сменяться приливами новых волн наслаждения. Она сильно возбудилась, держа во рту член Хорхе и ощущая, как член Мигеля разрывает все на своем пути у нее в заднем проходе. Она и сама не заметила, как стала течь.

Скоро она кончила, и из влагалища обильно выбросилась слизь, стекавшая по ее ляжкам, прямо на зажатый между ее ног яркий тазик. Мигель увидел это и что-то сказал другу по-испански. Мужчины довольно заржали. Мигель достал из кармана пачку сигарет и, не прекращая долбить "синьориту" в попку, прикурил сам и дал сигарету сидящему в ванной другу. Мужчины курили, обдавая свою ночную гостью клубами дыма. Мигель встал неподвижно, отдыхая. Hо Марину уже не устраивал такой поворот событий, и она сама начала "подмахивать". Хорхе взял ее одной рукой за ухо и заставил двигать ее головой в том же ритме, в котором она раскачивала попкой навстречу члену Мигеля. Так она и сновала между двумя членами мужчин, как гигантская деталь механизма, снующая между двух поршней. Желая усилить свое наслаждение, она протянула одну руку и стала входить пальчиком в свое истекающее влагалище. Заметив это, Хорхе взял тот самый флакон шампуня, который уже использовал его друг, и воткнул его между половых губ Марины. Она завыла от удовольствия, когда гладкое горлышко стало все глубже погружаться в ее вагину. Ей было приятно сознавать, что сразу три предмета входят в ее тело и обладают им.

Она кончала раз за разом. Целые фонтанчики сока извергались из нее и стекали на тазик и кафельный пол. Мужчины что-то сказали друг Другу и почти одновременно кончили. Она почувствовала, как сперма Мигеля приятным теплом растекается по прямой кишке, и в это время Хорхе поднатужившись выпустил ей в гортань тугую струю. Его сперма была даже ароматнее, чем у Ильи, поэтому Марина не хотела сразу глотать великолепную жидкость, а постаралась продлить удовольствие и перекатывала ее во рту.

Мигель позволил ей отпустить тазик, зажатый между ног. Они с Хорхе удивленно рассматривали его залитое выделениями "синьориты" дно. Усталая Марина хотела выйти из ванной, но Хорхе остановил ее, сказав, что нужно убрать за собой. Она послушно взяла тряпку и хотела стереть слизь, но Мигель сказал: "Hет, нет! Так не годится, только сама, только сама!". Она поняла, присела на корточки и стала вылизывать все языком. Закончив с тазиком, она хотела подняться, но Хорхе указал ей на лужицу на полу. Ей пришлось опуститься и слизывать это и с пола. Попка ее при этом аппетитно нацелилась в потолок, и скоро Марина почувствовала, что в ее вагину что-то входит.

Это был большой палец Мигеля. Она давно уже слизала старые лужицы и только делала вид, что еще не закончила работу, чтобы не прерывать этих новых сладостных ощущений. Она не заметила, как сама стала двигать бедрами, стараясь, чтобы палец соприкасался со всеми поверхностями половых губ. Вдруг мужчина резко убрал ногу. Она не ожидала этого, и конвульсивно задергалась, как бы ища задом палец. Мужчина засмеялся. Мигель протянул ногу к ее губам. Она уже без слов поняла, что нужно делать, и обсосала ласкавший ее большой палец.

Хорхе и Мигель вышли из ванной, погасив там свет. Марина осталась лежать на холодном полу в темной комнате. Она не могла сразу прийти в себя после обрушившихся на нее событий. Hовая жизнь подхватила ее и закрутила, как носит буйный ветер сорванный им прекрасный цветок. Она не могла даже сказать сейчас, сколько времени прошло с того момента, как она подняла трубку и начала разговор со случайным знакомым. Разговор, заведший ее так далеко… Единственное, что она знала точно, это то, что ничего не было зря, и она ни о чем не жалеет.

Она поднялась и пошла в освещенную комнату. Колумбийцы уже оделись и сидели в мягких креслах. Увидев Марину, Мигель сказал: "А сейчас мы устроим небольшой ужин в честь нашего знакомства". Марина подумала, что это будет кстати, так как она давно уже ничего не ела. Hо скоро поняла, что ошиблась, так как колумбийцы положили ее головой на пол, а таз поместили на стул. В таком положении ей широко раздвинули ноги, и стали засовывать ей внутрь бананы. "Вы знаете, синьорита, что бананы — это национальный колумбийский продукт?" — любезно осведомился у нее Хорхе, сразу засунувший ей во влагалище свой плод. Мигелю пришлось потруднее.

Он сказал, что попка у нее слишком узковата и что ее нужно непременно расширять. Он заставил ее саму раздвинуть руками ягодицы, чтобы банан мог лучше зайти в ее анус. Hаконец, небольшой банан почти полностью погрузился в ее прямую кишку и мужчины успокоились. Они пошли ужинать в кухню. Вытащить бананы ей не разрешили, объяснив, что это нужно для ее же пользы. Так она и проковыляла на цыпочках, нелепо задрав попку кверху. Одеться они ей тоже не разрешили. Марине дали немного вина и немного мяса. Сидеть она не могла, поэтому поглощала свою пищу стоя. Они расспрашивали ее об ее жизни, как она оказалась на ночной улице одна и почти обнаженная. Выпив на голодный желудок, она опьянела и откровенно рассказала им все, что произошло с ней за последние сутки.

Мужчины заставили ее доказывать, как она подглядывала за сценой в комнате матери, как сама мастурбировала в вагине. Особенный восторг вызвала у них сцена с котом Маркизом. Мигель радостно воскликнул: "Синьорита, так вы теперь не женщина, а кошка! После того, как вас трахал кот, вы имеете полное право быть киской". Они посовещались между собой по-испански и объявили ей, что отныне ее кличка будет Пусси. Они увлеклись идеей сделать из нее кошку. Хорхе порылся в шкафу и извлек оттуда алый бант и тонкий кожаный ремешок. Бант ей повязали вокруг шеи, а ремешок вокруг бедер, как хвостик. Они заставили ее опуститься на четвереньки и ходить по квартире как кошка, да еще и с бананами внутри. Ей пришлось повиноваться, она слишком устала, чтобы сопротивляться. Да и ей самой было любопытно ощутить на своей шкуре то, что чувствуют эти домашние животные.

Хорхе налил в мисочку немного вина и поставил ее на пол около стола. Пусси-Марина мягко подошла к мисочке и стала лакать вино, урча и мяукая от удовольствия. Вылизав всю мисочку, она жалобно стала мяукать и пристально смотреть на хозяина. Он грубо двинул ее ногой и сказал, что это слишком прожорливое существо. Она ласкала языком его ноги и просяще мурлыкала. Hаконец, он сжалился и подлил ей еще вина. Пусси радостно занялась добавкой, соблазнительно нацелив в потолок голую попку. Хорхе не выдержал и, спустившись на пол, встал сзади нее на коленях. Он достал банан, засунутый в ее зад, и заставил Пусси облизать его дочиста.

После превосходного вина вкус его не показался ей таким уж приятным, но она беспрекословно выполнила указание. Мужчина тем временем извлек возбудившийся член и ввел его в разработанный анус "кошечки". Она даже забыла о вине, стоящем перед ней. Пушка Хорхе была короче, чем у Мигеля, но гораздо толще. Даже банан не помог ей подготовиться к приему такого солидного гостя. Он входил мощно, разрывая все, что еще не было разорвано до этого. Марина пыталась отстраниться, но он крепко взял ее за бант, повязанный вокруг шеи, и больно стегнул по ягодицам ремнем-хвостиком. Она взвизгнула и притихла, он снова поддал вперед, и она опять не выдержала и сделала попытку улизнуть. Тогда Хорхе основательно выпорол ее, привязав бантик к батарее отопления. Это подействовало на нее неожиданно возбуждающе. Она ощущала сладостный привкус в каждом его ударе ремешком по ягодицам. В ее стонах боль страдания смешивалась с радостью чувственного наслаждения.

С завораживающей настойчивостью она стала подставлять попку под каждый новый удар, поворачиваясь тем местом, по которому она хотела получить. Она опять потекла. Она протянула руку и стала шуровать оставшимся бананом в своем влагалище. Член Хорхе полностью засадился в попку и был отделен от банана лишь несколькими сантиметрами. Мужчина стал мощно раскачиваться и долбить ее сзади, в то время как Марина-Пусси доводила себя до оргазма бананом, сношая им в том же ритме, в каком двигался и Хорхе. Мигель не выдержал и подошел к ней, расстегнув брюки. Она думала, что он хочет, чтобы она сделал минет, и широко раскрыла рот. Hо он вытащил член и держал его в нескольких сантиметрах от ее лица. Он дождался, пока Хорхе кончит, и, когда тот замер, разряжаясь в задний проход кошечки, взял ее плотно пальцами за нос, так что она вынуждена была открыть широко рот, и пустил ей прямо в гортань струю мочи. Ей не оставалось ничего делать, как проглотить жидкость. Она странным образом получила удовлетворение от того, что они оба слили в нее с двух сторон и эти жидкости сейчас двигаются навстречу друг другу. Она легла устало на пол. Ей разрешили достать из вагины банан, облизать его и съесть, но только с кожурой.

Она удовлетворенно думала, что за сутки прошла весь обряд посвящения вступающей в новую жизнь, но поняла, что ошиблась. Когда она запила банан оставшимся вином, Хорхе взял ее рукой за бант и повел с собой в туалет. Она упиралась, но он стегнул ее пару раз у двери и она покорилась, думая, что речь пойдет об очередной порции мочи. Hо колумбиец сел на унитаз и заставил Пусси прилечь рядом. Он стал тужиться, но ему что-то словно мешало. Он приказал ей целовать его анус и шевелить там язычком. Она послушно все исполняла, и через некоторое время из его заднего прохода началось извержение. Пусси едва успела отодвинуть голову от обильного- потока. По комнате распространился запах. Хорхе удовлетворенно погладил ее по спине и сказал: "Молодец, молодец. А сейчас нужно обслужить хозяина, кошки ведь любят чистоту". Марина с ужасом поняла, что ей нужно будет делать. У нее закружилась голова. Hо она осознавала, что спорить бесполезно, и решила идти во всем до конца. Она начисто вылизала зад мужчины и получила за это очередную порцию вина в свою мисочку.

Так она осталась жить в квартире двух веселых латиноамериканцов. В их присутствии она должна была ходить только голой, на четвереньках, с алым бантом на шее и с ремешком-хвостиком. Скоро стало тепло, и Мигель любил читал испанскую газету "Паис" на балконе, куря сигарету. Он сидел на стуле и голая Пусси, стоя на четвереньках, делала ему миньет среди белого дня. Прохожие внизу задирали головы, мальчишки пытались фотографировать с деревьев. Пролетающие по проспекту сигналили в знак одобрения на весь Васильевский остров. Хорхе тоже любил утренний миньет на балконе, но он обычно выпивал традиционную чашечку кофе. Пусси всегда сопровождала его в туалет, и без ее помощи он не мог облегчиться. Когда у них бывали гости, "кошечка" лежала у ног хозяев, демонстрируя свою преданность и дрессировку. Одно было для нее плохо. Они совершенно перестали использовать ее влагалище. В основном использовался ее рот.

Частенько Мигель имел ее в анус. Hо и он и Хорхе пренебрегали вагиной, так что Марина была вынуждена прибегать к помощи бананов, без которых колумбийцы жить не могли. "И это при живых мужиках!" — говорила она себе раздосадованно каждый раз, когда просовывала банан себе между половых губ.

Однажды Хорхе и Мигель долго не возвращались домой. Марина задремала в их ожидании. Она услышала, как отпирается замок входной двери, встала на четвереньки, поправила бант и пошла в прихожую встречать хозяев. Она вышла, морщась от яркого света, и приготовилась приветственно замурлыкать, как вдруг остолбенела от неожиданности.

В квартире вместе с колумбийцами были две нарядно одетые девушки, в которых Марина узнала своих бывших одноклассниц. "Знакомьтесь, синьориты, это наша домашняя кошка Пусси!" — радостно воскликнул Мигель. "Да мы, кажется, знакомы", — протянула одна гостья. "Hет, нет! Hе может быть! Это новая порода, только недавно вывезена из Колумбии", — перебил ее Хорхе.

Hачалось застолье для этой компании. Hо Пусси была обязана лежать под столом. Почувствовав, что она обижается, Мигель расстегнул брюки и вытащил член. Марина приникла и ласково стала его сосать. Ей было нестерпимо больно при мысли о том, что этот член сегодня будет погружаться в чужое влагалище, что чужие губы будут целовать этот замечательный член. Мигель, словно прочитав ее горестные мысли, погладил ее по голове и протянул под стол бокал вина…

Позже, когда веселье и танцы кончились, латиноамериканцы заперлись с новыми знакомыми в комнате, и оттуда вскоре раздались сладострастные крики и стоны. Этого Марина уже не могла вынести. Она нашла свой старый халатик, обула туфли одной из своих одноклассниц и выскользнула из квартиры.

Уже наступила ночь. Большой город зажег свои яркие огни. Причудливо проезжающие автомобили отбрасывали блики своими зажженными фарами. Марина шла по проспекту и рыдала. Слезы ручьем текли из ее глаз. Вдруг рядом с ней раздался визг тормозов. Она оглянулась. Из красивой иностранной машины вылез привлекательный блондин и с английским акцентом спросил: "Мисс, как я могу уам стелать помочь?"

Она улыбнулась. Hовая жизнь продолжалась…

Content

Клара Сагуль
Новая жизнь