Дмитрий Семакин

Сага о мятеже на «Баунти» и об острове Питкэрн

Том III

Посвящается моим родителям

Иллюстратор Мария Сергеевна Ашихмина

© Дмитрий Евгеньевич Семакин, 2018

© Мария Сергеевна Ашихмина, иллюстрации, 2018

ISBN 978-5-4493-2598-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Роман с путешествием

К 200-летию открытия поселения на острове Питкэрн

капитаном Мэйхью Фолджером

(китобойное судно «Топаз», 1808)

и

к 175-летию со дня первого посещения Питкэрна

русским кораблем (военный транспорт «Америка», 1833)

* * *

Том III

Приложения

Экипаж «Баунти»

Томас Бёркетт, матрос

Родился в Бате (графство Сомерсет, Англия) ориентировочно в 1762 году.

Известно, что до «Баунти» Бёркетт служил на Его Величества Судне «Гектор» и имел хорошие отзывы за примерное поведение и добросовестное исполнение своих обязанностей. Умел читать и писать.

Описание Блая: «…26 лет, 5 футов 9 дюймов ростом. Бледный цвет лица. Сильно изъеден оспой. Коричневые волосы, стройный и сильно татуирован…»

Во время плавания ничем особенным не отличился. На Таити Бёркетт был одним из четырех матросов, постоянно находившихся на берегу и участвовавших в сборе саженцев хлебного дерева.

В ночь мятежа был в карауле вместе с Кристианом. С самого начала принимал активнейшее участие в восстании. Был одним из тех, кто арестовывал капитана Блая. Когда Блай в одном нижнем белье был уже на верхней палубе, Бёркетт разрешил принести ему одежду. Кроме того, именно он, несмотря на возражения Куинтала, настоял на том, чтобы боцман Коул взял в баркас компас. По просьбе канонира Пековера Бёркетт принес ему в баркас его одежду.

На Тубуаи в одной из стычек с аборигенами был легко ранен. Когда решался вопрос о дальнейшей судьбе «Баунти», голосовал за возвращение на Таити.

На Таити Бёркетт, по приглашению вождя Темарии, вместе с Самнером и Маспрэттом жил в районе Папара, к югу от бухты Матаваи, на западном побережье острова. Именно Бёркетт похоронил Чёрчилла после его убийства Томпсоном. Принимал участие в междоусобицах на стороне вождя Помаре I. Таитянская жена Бёркетта (ее имя не сохранилось) родила ему сына незадолго до прибытия «Пандоры».

Бёркетт выжил после кораблекрушения «Пандоры». На суде его вина была очевидной. У него не было адвоката, и суд приговорил его к смертной казни. 29 октября 1792 года Бёркетт вместе Миллуордом и Эллисоном был повешен на борту Его Величества Судна «Брунсвик» в гавани Портсмута.

Майкл Бирн, матрос, скрипач

Родился в Килкенни (Ирландия) примерно в 1761 году.

Был слеп на «две трети», как пишет Блай. Он зачислил Бирна на «Баунти» матросом только из-за его умения играть на скрипке. Во время плавания Блай почти ежедневно под музыку Бирна устраивал на верхней палубе танцы для поддержания в матросах хорошей физической формы и бодрости духа.

Описание Блая: «…28 лет, 5 футов 6 дюймов ростом. Бледный цвет лица и почти слепой. Играет на скрипке. Имеет след от раны на задней стороне шеи…».

Во время мятежа Бирн, из-за слепоты плохо понимая, что происходит, все время держался в стороне от основных событий. Он даже залез в одну из шлюпок и кричал оттуда в панике. Очень хотел идти с Блаем на баркасе, но его оставили на «Баунти», во-первых, потому, что мятежникам нужен был музыкант, и, во-вторых, баркас к тому времени уже был переполнен.

На Таити Бирн жил в районе Опарра, рядом с местным вождем. Постоянно опасался, что остальные мятежники бросят его. Когда прибыла «Пандора», Бирн сдался добровольно.

Несмотря на слепоту и беспомощность выжил во время кораблекрушения «Пандоры».

После рассмотрения дела в суде Бирн был полностью оправдан. Его дальнейшая судьба неизвестна.

Лейтенант Уильям Блай, командир корабля

Краткая биография

Уильям Блай родился 9 сентября 1754 года в местечке Сэйнт-Тьюди, близ городка Бодмин (графство Корнуолл на юго-западе Англии). Уильям был единственным ребенком в семье таможенного инспектора Фрэнсиса Блая и вдовы Джейн (урожденной Пирс) Блай. Его мать умерла, когда ему не исполнилось шестнадцати лет; отец впоследствии женился еще несколько раз. Детство Уильяма прошло в портовом городе Плимут, на берегу пролива Ла-Манш. Мальчик рос смышленым и усердным, проявляя талант к арифметике и рисованию.

На флоте — с 8 лет (в 1762 году был зачислен юнгой и слугой капитана судна «Монмаут»). На действительной морской службе — с 16 лет: сначала простым матросом, а затем гардемарином полгода проплавал на 10-пушечном шлюпе «Хантер» в акватории Ирландского моря. С 1771 по 1774 год в качестве матроса 36-пушечного фрегата «Кресент» несколько раз посетил острова Вест-Индии (Карибский бассейн). В течение долгих стоянок в порте приписки Дуглас, на Острове Мэн, самостоятельно изучал навигацию и картографию. С 1774 по 1776 год — служба на корабле «Рэйнджер» (Ирландское море). В 1776 году, в возрасте неполных 22 лет, Блай успешно сдал теоретическую часть экзамена на звание морского офицера и несколько дней спустя получил неожиданное и очень престижное назначение на Его Величества Судно «Резолюшн», под командование прославленного капитана Джеймса Кука.

С 1776 по 1780 год в качестве штурмана принимал участие в Третьей, последней экспедиции Кука. Вместе с экипажами «Резолюшн» и «Дискавери» побывал во всех четырех океанах — Атлантическом, Индийском, Великом (Тихом) и Арктическом (ныне — Северном Ледовитом). Посетил множество новых земель, в том числе — о. Таити в Южных Морях. За время четырехлетнего путешествия проявил себя грамотным моряком, превосходным навигатором и отличным картографом. В частности, первым нанес на карту только что открытые Куком Сандвичевы острова (ныне — Гавайи), Авачинскую бухту (ныне — Петропавловск-Камчатский) и др. Глубоко лично переживал трагическую гибель капитана Кука 14 февраля 1779 года в бухте Кеалакеакуа на Гавайях.

Вернувшись в Англию, Блай обосновался в Дугласе на Острове Мэн, где 4 февраля 1781 года женился на Элизабет (Бетси) Бетам, дочери друга своего отца. Через 10 дней после свадьбы отбыл на действительную военную службу.

В 1781–1783 годах участвовал в Четвертой Англо-Голландской войне. Дважды — на кораблях «Белль Поуль» (15 августа 1781, битва у Доггер Банка) и «Кембридж» (1782, поход на осажденный Гибралтар) — принимал участие в активных боевых действиях против голландского флота.

По окончании войны, как и большинство морских офицеров, был уволен в запас и переведен на половинное жалование. С 1783 по 1787 год, вплоть до назначения на «Баунти», работал по найму у дяди своей жены, влиятельного судовладельца и плантатора Данкана Кэмпбелла — служил капитаном нескольких торговых и транспортных судов, перевозивших товары и грузы в Вест-Индию.

16 августа 1787 года лейтенант Блай при содействии Д. Кэмпбелла был назначен командиром Его Величества Вооруженного Судна «Баунти», снаряжаемого для особой миссии — перевозки саженцев хлебного дерева из Южных Морей в Вест-Индию.

28 апреля 1789 года, когда после почти полугодовой стоянки на о. Таити «Баунти» возвращалась с грузом хлебного дерева, группа моряков во главе с помощником штурмана Флетчером Кристианом подняла мятеж и захватила корабль. Блай вместе с восемнадцатью лоялистами был насильно посажен на судовой баркас и отправлен по воле волн. Баркас Блая совершил беспрецедентный в истории героический 42-суточный переход в 3618 морских миль от островов Дружбы (ныне — Королевство Тонга) до о. Тимор, Голландская ост-Индия (ныне — Индонезия). В результате назад, в Англию, из 19 человек вернулось лишь 12, в том числе и Блай.

История с мятежом сделала Блая знаменитым. Уже в июне 1790 года выходит его книга «Рассказ о мятеже на „Баунти“». А спустя год, успев прослужить капитаном на двух небольших судах, Блай получает приказ отправиться во вторую экспедицию за хлебным деревом.

С 1791 по 1793 год руководит второй экспедицией за хлебным деревом на кораблях «Провиденс» и «Ассистант». После успешного выполнения миссии (саженцы благополучно доставлены с о. Таити на Ямайку и Сент-Винсент) Блай получает щедрое денежное вознаграждение от Комитета Плантаторов Вест-Индии и становится членом Королевского Общества (Британской академии наук).

В 1795 году он по заданию Адмиралтейства руководит переоборудованием старого торгового судна «Уорли» в боевой крейсер «Калькутта». В том же году его семью постигает горе: его единственные сыновья, новорожденные близнецы Уильям и Генри, умирают, не прожив и 24 часов.

В начале 1796 года Блай становится командиром Его Величества Судна «Директор», 64-пушечного военного корабля. 19 мая 1797 года команда «Директора» присоединяется к самой массовой забастовке в истории флота — так называемому «Великому Мятежу в Норе» — и отправляет капитана Блая на берег.

После подавления мятежа Блай вновь возглавил «Директор», с которым в октябре того же 1797 года участвовал в битве с голландцами у Кампердауна. В сентябре 1800 года Блай приглашен в Дублин, где в течение трех месяцев он проводит исследование дна и обмеры глубин Дублинского залива. В 1801 году — битва с датчанами у Копенгагена (54-пушечный корабль «Глаттон»), после которой Блай заслужил похвалу самого адмирала Нельсона. 1804 год отмечен тем, что Блай в качестве командира военного судна «Уорриор» предстал перед трибуналом «за тираническое и репрессивное поведение» и «оскорбительную речь» и получил выговор.

На следующий год Блай в 51-летнем возрасте был назначен губернатором провинции Новый Южный Уэльс (Австралия). 26 января 1808 года против Блая вспыхнул очередной мятеж, вошедший в историю как «ромовый бунт»: восставшие офицеры сместили Блая и заключили его под домашний арест.

Спустя два года, в 1810 году, после прибытия нового губернатора, Блай вернулся в Англию. В результате судебного разбирательства он был реабилитирован, но его активная карьера на этом завершилась. Он поселился с семьей в Лондоне.

Дважды его повышали в звании «за выслугу лет»: в 1812 году он стал контр-адмиралом, в 1814 — вице-адмиралом флота. 15 апреля 1812 года в возрасте 59 лет умирает его верная жена Элизабет. Блай пережил ее на пять с половиной лет и умер от рака 7 декабря 1817 года, в 63-летнем возрасте. Похоронен рядом с супругой на кладбище церкви Сэйнт Мэри в Ламбете, Лондон (сегодня — Музей Истории Садоводства).

Уильям Блай оставил после себя шестерых дочерей: Хэрриет, Мэри, Элизабет, Фрэнсис, Джейн и Энн. Именем Блая на морских картах назван один из проходов в Большом Барьерном Рифе (Австралия) и пролив к северу от о. Вити Леву в архипелаге Фиджи.

Роль Блая в кино исполняли такие артисты, как Джордж Кросс («Мятеж на „Баунти“», 1916), Мэйн Линтон («По следам „Баунти“», 1933), Чарльз Лаутон («Мятеж на „Баунти“», 1935), Тревор Хауард («Мятеж на „Баунти“», 1962) и, наконец, Энтони Хопкинс («Баунти», 1984).

В настоящее время потомки Блая живут в Австралии, Новой Зеландии, Соединенном Королевстве и США.

Уильям Браун, садовник

Родился в Лейстере (Англия) приблизительно в 1762 году. По некоторым данным служил в Королевских Кью Гарденз садоводом. Браун и ботаник Нельсон стали первыми, кого 5 мая 1787 года, еще до того, как выбрали судно, по ходатайству сэра Дж. Бэнкса назначили в экспедицию за хлебным деревом.

Описание Блая: «…27 лет, 5 футов 8 дюймов ростом, бледный цвет лица, темно-коричневые волосы, крепкое телосложение; запоминающийся шрам на одной из щек, который рассекает веко и идет вниз до самого горла, вызван золотухой; татуирован…».

В течение плавания был скромным и незаметным. Жаловался на ревматические боли и чуть не заболел цингой. 19 октября 1788 года, всего за неделю до прибытия на Таити, по причине плохого самочувствия Браун отказался танцевать на палубе (вместе с Джоном Миллзом). Оба были наказаны тем, что Блай запретил выдавать им положенную порцию грога.

Во время стоянки на Таити отвечал за сбор саженцев хлебного дерева и был одним из тех, кто постоянно находился на берегу. Благодаря своему шраму Браун неожиданно для себя пользовался популярностью среди местных женщин — в отличие от Англии, обезображенное лицо на Таити являлось признаком мужественности.

В мятеже никакого участия не принимал и присоединился к мятежникам потом, очевидно не желая возвращаться в Англию с Блаем. На Тубуаи проголосовал против возвращения на Таити и отправился с Кристианом в поисках последнего убежища.

На Питкэрне Браун жил со своей таитянской подругой по имени Театуахитеа, которую он называл Сарой. Это была самая тихая пара на острове. Детей у них не было.

20 сентября 1793 года, в День Резни, Браун был убит последним из моряков, пятым по счету. По преданию, таитянин Теимуа уважал Брауна и поэтому выстрелил в него холостым зарядом, велев притвориться мертвым. Но Брауну это не удалось, и другой таитянин, Манарии, добил его.

Родник, который садовник обнаружил на Питкэрне, и по сей день называется Водой Брауна.

Джеймс Валентайн, матрос

Родился в Монтрозе (Шотландия) в 1760 году. Был одним из самых крепких и здоровых матросов на «Баунти».

Во время стоянки в бухте Адвенчер, в сентябре 1788 года, Валентайн почувствовал «легкое недомогание» и вскоре обратился к судовому врачу Хаггану. Хагган поставил неточный диагноз и попытался лечить Валентайна кровопусканием. В результате Валентайн получил заражение крови и гангрену руки, от которой умер 28 лет от роду, 9 октября 1788 года, за несколько дней до прибытия на Таити.

Валентайн был похоронен в море и стал первым умершим из экипажа «Баунти».

Уильям Коул, боцман

По некоторым данным, родился в 1751 году в Дорсете (Англия).

Во время плавания капитан Блай был недоволен работой Коула. 17 января 1789 года, когда после трех месяцев стоянки на Таити обнаружилось, что паруса заплесневели и подгнили, Блай в гневе записывает в судовом журнале:

«…если бы у меня были офицеры, которыми я мог бы заменить штурмана Джона Фрайера и боцмана Уильяма Коула, или если бы я мог обойтись без них вообще, считая их простыми матросами, они бы больше не занимали соответствующие должности…»

Коул был одним из тех на борту «Баунти», кто знал, что Кристиан собирается сбежать на плоту. Во время мятежа Коул и Пёрселл пытались уговорить Кристиана остановиться. Когда Кристиан напомнил, какие унижения ему приходилось терпеть от Блая, Коул якобы ответил: «Я знаю это очень хорошо, мистер Кристиан. Мы все знаем это, но бросьте это, ради бога!» Чуть позже Коул вместе с Фрайером пробовали убедить Кристиана просто арестовать Блая и вернуться с ним в Англию. Это именно Коул умолял Кристиана дать лоялистам большой баркас, а не шлюпку, как хотели мятежники — по словам Коула, шлюпка нуждалась в ремонте и была непригодна для плавания. Наконец, Коул требовал отдать им компас и, несмотря на протесты Куинтала, настоял на своем.

Перед тем, как лоялисты отчалили, помощник Коула Моррисон крикнул ему, что он остается на «Баунти» только из-за того, что ради своей семьи не может рисковать своей жизнью, пускаясь в опасное плавание на утлом баркасе.

И Коул ответил: «Да благословит вас господь, мой мальчик. Если бы не моя жена и семья, я бы сам остался!»

Во время плавания на баркасе в противостоянии Фрайера и Блая Коул был на стороне последнего. Очевидно, между боцманом и штурманом отношения были весьма натянутыми. Однажды, уже в Купанге, дело чуть ли не дошло до кровопролития. Юный шурин Фрайера гардемарин Роберт Тинклер, крепко выпив, позволил себе сказать что-то исключительно дерзкое в адрес Коула. В ответ Коул устроил ему хорошую взбучку. И Фрайер, тоже в изрядном подпитии, подстрекал Тинклера «всадить в него (в Коула) нож».

На суде Коул свидетельствовал в защиту юного Хейвуда и своего помощника Моррисона. В результате их все же приговорили к смертной казни, но вскоре помиловали.

Дальнейшая судьба Коула остается неизвестной.

Впрочем, некоторые исследователи считают, что некто Уильям Коул, скончавшийся в 1833 году в Гринвичском госпитале в семидесятиоднолетнем возрасте, есть никто иной, как бывший боцман «Баунти».

Джозеф Коулман, оружейник

Родился в Гилдфорде (графство Суррей, Англия) примерно в 1751 году. До зачисления на «Баунти» много лет прослужил во флоте и обладал безупречной репутацией. В качестве матроса на судне «Дискавери» участвовал в Третьей Экспедиции Джеймса Кука. Имел жену и детей.

Описание Блая: «…40 лет, 5 футов 6 дюймов роста. Бледный цвет лица, седые волосы, крепкое телосложение, на руке вытатуировано сердце…»

Во время плавания Коулман не только отвечал за состояние мушкетов и сабель, но и выполнял мелкий ремонт металлических деталей судна. На Таити активно помогал местным жителям: изготавливал инструменты и точил ножи.

Во время мятежа Коулман вместе с помощниками плотника Норманом и Макинтошем были удержаны на «Баунти» против своей воли.

Пять месяцев спустя Кристиан, в последний раз покидая Таити, хитростью планировал снова задержать Коулмана на корабле. В ночь на 23 сентября 1789 года на борту было устроено «прощальное застолье», куда пригласили и Коулмана. Но когда «Баунти», неожиданно подняв якорь, стала выходить из бухты, Коулман все понял и убежал: прыгнул в воду и доплыл до берега.

На Таити Коулман активно помогал Моррисону строить шхуну «Резолюшн». Он был одним из четырех человек, кто первым добровольно прибыл на «Пандору», и именно его первого заковали в кандалы. Во время кораблекрушения «Пандоры» у Большого Барьерного Рифа Коулмана вместе с Норманом и Макинтошем освободили от наручников и заставили насосами откачивать воду.

На суде Коулман был полностью оправдан. Его дальнейшая судьба, место и дата смерти — неизвестны.

Флетчер Кристиан, помощник штурмана

Краткая биография

Родился 25 сентября 1764 года в имении Мурланд Клоуз, близ Кокермута в Озерном Крае (графство Камберленд, северо-запад Англии) в благородной, но обедневшей семье. Флетчер был шестым сыном и седьмым ребенком среди десяти детей адвоката Чарльза Кристиана и Энн (урожденной Диксон) Кристиан. Четверо из них умерли в раннем возрасте. Отец скончался, когда Флетчеру не исполнилось 4 лет.

Флетчер посещал в начальную школу в Кокермуте, затем вместе со старшим братом Эдвардом учился в частной школе в Сэйнт-Биз. Имение в Мурланд Клоуз обанкротилось в 1779-м, и его мать стала испытывать финансовые затруднения, что побудило ее в 1780 году переселиться со старшей дочерью и двумя сыновьями, Флетчером и Хамфри, в город Дуглас на Острове Мэн. В том же году была опубликована баллада о прапрапрадеде Кристиана, Иллиаме Доуне, местном национальном герое, который возглавил мятеж против англичан и был казнен в 1663 году.

Некоторое время Кристиан учился в пансионате Сент Бисон, где, возможно, познакомился с девушкой из богатой семьи по имени Изабелла Кёрвен. В октябре 1782 года Изабелла Кёрвен вышла замуж за дальнего родственника Флетчера, Джона Кристиана. Некоторые исследователи полагают, что Кристиан был влюблен в нее, и именно поэтому, много позже, стал называть Изабеллой свою таитянскую избранницу Мауатуа.

В 1782 году Кристиан начал свою морскую карьеру — был зачислен на Его Величества Судно «Кембридж» (Блай служил на этом же судне шестым лейтенантом). Скорее всего, именно в это время состоялось знакомство Кристиана и Блая.

25 апреля 1783 года Кристиан стал гардемарином Его Величества Судна «Эвридика» (капитан Джордж Кортни). После почти полугодовой стоянки в Спитхэде, 11 октября «Эвридика» отправилась в Индию. 24 мая 1784 года в Мадрасе, в возрасте неполных двадцати лет Кристиан заступает на должность действующего лейтенанта. В июне 1785 года судно вернулось в Англию, и Кристиану заплатили полагающийся гонорар за два года, уволили в резерв и перевели на половинное жалование.

В течение полутора лет он искал новое подходящее место до тех пор, пока в конце 1786 года не попросился на торговое судно «Британниа», принадлежавшее Данкану Кэмпбеллу, влиятельному судовладельцу и вест-индскому плантатору. Капитаном на «Британниа» служил лейтенант Уильям Блай. Кристиан, как это часто бывало в те времена, был зачислен простым матросом, но фактически служил гардемарином и обедал в кают-компании вместе с капитаном. Судя по всему, во время первого плавания на Ямайку проявил себя с самой лучшей стороны, и поэтому во второй рейс на «Британниа» Блай назначил его вторым помощником.

7 сентября 1787 года Кристиан по рекомендации Блая был назначен помощником штурмана на «Баунти».

Описание Блая: «…24 года, 5 футов 9 дюймов ростом, чернявый или очень смуглый цвет лица, темно-коричневые волосы, крепкое телосложение; на левой груди татуировка в виде звезды, также татуирован со спины; его колени смотрят чуть в разные стороны, и его можно назвать кривоногим. Подвержен сильному потению, особенно руки, так что он пачкает все, к чему прикоснется…»

9 марта 1787 года Блай повысил Кристиана в должности и назначил действующим лейтенантом.

По некоторым данным, в июне 1788 года во время стоянки в Фолс Бэй, Капстад (ныне — Кейптаун, ЮАР) Кристиан занял у Блая крупную сумму денег.

После прибытия на Таити Блай назначил Кристиана ответственным за сбор саженцев хлебного дерева. Кристиан был одним из немногих моряков «Баунти», кто практически все время находился на берегу. Насколько известно, таитяне любили помощника штурмана.

После того, как «Баунти» покинула Таити, отношения между Блаем и Кристианом испортились.

25 апреля 1789 года на о. Номука Блай приказал группе матросов под руководством Кристиана отправиться за пресной водой, категорически запретив применять оружие против недоброжелательно настроенных местных жителей. В результате с одной из шлюпок аборигенами был украден тесак.

Придя в бешенство, Блай обвинил в этом Кристиана и в присутствии команды назвал его «трусливым негодяем», который не смог противостоять против безоружных дикарей.

Через два дня Блай, так же публично, обвинил Кристиана в краже нескольких кокосовых орехов, сложенных на палубе. Это несправедливое оскорбление (Блай называл его «проклятым псом» и «вором») стало для Кристиана последней каплей.

Ночью он собирался покинуть судно на самодельном плоту, однако после коротких разговоров с гардемаринами Стюартом и Янгом, изменил свое решение.

Ранним утром 28 апреля 1789 года Кристиан возглавил мятеж против капитана Блая и вместе с несколькими моряками с оружием в руках захватил судно. Блай и еще восемнадцать лоялистов были посажены на судовой баркас и отправлены по воле волн.

28 мая «Баунти» с мятежным экипажем под предводительством Кристиана прибыла на о. Тубуаи (ныне — Южная Группа островов Французской Полинезии), где бунтовщики решили поселиться. Спустя три дня «Баунти» отчаливает с Тубуаи, чтобы вернуться на Таити и забрать с собой женщин и домашний скот.

6 июня «Баунти» возвращается на Таити. Через десять дней, 16 июня, бунтовщики, погрузив на борт свиней, коз, кур, быка и корову, а также взяв с собой своих таитянских подруг и друзей, отплывают обратно на Тубуаи.

В течение двенадцати с половиной недель пребывания на Тубуаи, с 23 июня по 17 сентября 1789 года мятежники пытались обосноваться на острове. Кристиан старался установить добрососедские отношения с местными вождями и одновременно поддерживать дисциплину среди экипажа. Однажды он приказал на сутки заковать в кандалы матросов Куинтала и Самнера за то, что они самовольно покинули «Баунти» и ночевали на берегу.

Мятежники начали строить свою крепость Форт Джордж на северном берегу Тубуаи. Однако конфликты с местным населением побудили их, в конце концов, оставить остров. 17 сентября «Баунти» подняла якорь.

Среди мятежников произошел раскол: большинство из 25 членов экипажа проголосовали за возвращение на Таити. Судно прибыло туда в последний раз 22 сентября 1789 года. 16 моряков вместе с подругами остались на острове, а девять вместе с Кристианом, опасаясь, что на Таити их найдут британские военные корабли, решили плыть на «Баунти» дальше, в поисках последнего пристанища.

Существует версия, что в ночь перед отплытием Кристиан устроил прощальный пир и хитростью пытался оставить на борту нескольких женщин и помощника корабельного плотника Коулмана. Однако Коулман, заподозрив неладное, прыгнул за борт и доплыл до берега.

Ранним утром 23 сентября 1789 года «Баунти» навсегда покинула Таити. После пятимесячного плавания по Южным Морям, 15 января 1790 года, корабль бросил якорь у необитаемого острова Питкэрн. Мятежники во главе с Кристианом обследовали берег и убедились, что остров вполне пригоден для жизни. 23 января «Баунти» посадили на мель и сожгли.

На Питкэрн высадились 28 человек: 9 мятежников, 6 мужчин-полинезийцев и 13 полинезиек, в том числе грудная девочка.

На острове Кристиан жил со своей таитянской возлюбленной по имени Мауатуа (он называл ее Изабелла). По преданию, она была дочерью одного из таитянских вождей. В октябре 1790 года она родила Кристиану сына, которого назвали Четверг Октябрь. Это был первый ребенок, рожденный на Питкэрне после прибытия мятежников.

20 сентября 1793 года, в день, который вошел в историю Питкэрна как «День Резни», в результате заговора полинезийцев Кристиан, как и еще четверо моряков, был убит. По преданию, его застрелили в спину, когда он работал в своем саду, и он только успел вскрикнуть: «О боже!». Место его захоронения неизвестно. По некоторым данным, его останки были преданы земле только в 1794 году.

Подробности — во второй части книги.

Мауатуа родила Кристиану троих детей: сыновей Четверга Октябрь и Чарльза и дочь Мэри Энн.

В настоящее время потомки Кристиана живут на о. Питкэрн, о. Норфолк, в Новой Зеландии, Австралии, США и по всему миру.

В книге сэра Джона Барроу «Полная история мятежа и пиратского захвата Его Величества Судна „Баунти“: его причины и последствия» (1831) упоминается о том, что однажды, в 1808 или 1809 году, Питер Хейвуд, бывший гардемарин с «Баунти», видел на Фор Стрит в Плимуте человека, как две капли воды похожего на Флетчера Кристиана. Хейвуд окликнул его, но человек убежал. Этот факт положил начало многочисленным и самым невероятным слухам о счастливом и тайном возвращении Кристиана с Питкэрна в Англию.

В кино роль Флетчера Кристиана играли такие выдающиеся актеры, как Эролл Флинн («По следам „Баунти“», 1933), Кларк Гейбл («Мятеж на „Баунти“», 1935), Марлон Брандо («Мятеж на „Баунти“», 1962) и Мел Гибсон («Баунти», 1984).

Мэттью Куинтал, матрос

Родился в Падстоу (графство Корнуолл, юго-запад Англии) 3 марта 1766 года. По некоторым данным, Куинтал рано потерял мать и в течение двух лет жил со своим дядей. Затем дядя, будучи канониром военного шлюпа «Нимфа», взял юного Куинтала с собой в плавание в качестве слуги. После смерти дяди Куинтал еще три года пробыл слугой капитана. Вместе со своим приятелем Маккоем был переведен на «Баунти» с Его Величества Судна «Трайамф».

Описание Блая: «…21 год, 5 футов 5 дюймов ростом, бледный цвет лица, светло-коричневые волосы, крепкое телосложение; сильно татуирован на спине и в нескольких других местах…»

11 марта 1788 года Куинтал получил 24 удара кошкой «за дерзость и мятежное поведение» по отношение к штурману Фрайеру. Куинтал стал первым, кого высекли на борту «Баунти».

За два дня до мятежа, 26 апреля 1789 года, во время короткой стоянки на о. Номука, когда группу моряков окружили враждебно настроенные туземцы, Куинтал криком предупредил штурмана Фрайера, что один из аборигенов собирается ударить его дубиной. Фрайер резко обернулся, и нападавший убежал.

Куинтал был в карауле Кристиана в день мятежа, 28 апреля 1789 года. Он стал вторым (после Мартина), к кому Кристиан обратился за помощью в захвате корабля, и первым, кто, после некоторого сомнения, согласился. Он самым активнейшим образом подбивал остальных на бунт и, безусловно, наряду с Чёрчиллом и Маккоем, был одним из главных мятежников.

Во время пребывания на Тубуаи Куинтал вместе с Самнером самовольно покинул судно и ночевал на берегу. Известна его реплика: «Корабль захвачен, и мы теперь сами себе хозяева». За это Кристиан приказал заковать обоих в кандалы на сутки.

Именно Куинтал поджег «Баунти» на Питкэрне, пока мятежники решали, что делать с судном.

В День Резни, 20 сентября 1793 года, Куинтал выжил, скрывшись в горах вместе с Маккоем. Вдвоем они убили таитянина Манарии.

Впоследствии он стал, пожалуй, самым жестоким притеснителем полинезийцев на острове. Особенно, по преданию, от его поведения страдала его жена, Теваруа («Сара»). После того, как Маккою удалось дистиллировать спиртное, Куинтал впал в безудержное пьянство. Однажды, рассвирепев на свою жену за то, что она принесла ему мало рыбы, он, очевидно в алкогольном угаре, откусил ей ухо. Вскоре Теваруа бросилась вниз со скалы и разбилась насмерть.

Оставшись один, Куинтал окончательно обезумел. Уже после смерти своего друга Маккоя в 1798 году он угрожал убить всех детей, если ему не отдадут вдову Кристиана (тогда — уже жену Янга) Мауатуа. В конце концов, в 1799 году Адамс (Смит) и Янг решили его устранить. Они пригласили Куинтала в дом Адамса, напоили, и зарубили его топором. Невольным свидетелем этой сцены стала семилетняя дочь Миллза Элизабет.

После себя Куинтал оставил четырех детей от Теваруа (двух сыновей — Мэттью Младшего и Артура, и двух дочерей — Дженни и Сару), один ребенок умер во младенчестве; и еще одного мальчика, Эдварда, от него родила уже после его смерти Тераура, бывшая жена Янга.

Подробности — во второй части книги.

В настоящее время потомки Куинтала живут на о. Норфолк и в Новой Зеландии.

Лоуренс Лебог, парусный мастер

Родился предположительно в Канаде или Соединенных Штатах приблизительно в 1748 году. Плавал с Блаем и Кристианом на судне «Британниа» в Вест-Индию. Был одним из самых старших и опытных членов экипажа «Баунти».

О его поведении на судне практически ничего не известно.

Во время плавания на баркасе Лебог тяжело заболел, но выжил и благополучно вернулся в Англию.

Записался добровольцем к Блаю во вторую экспедицию за хлебным деревом на кораблях «Провиденс» и «Ассистант».

Умер в 1795 году.

Томас Денман Ледуорд, помощник судового врача

Место и дата рождения неизвестны. В сезон 1782/1783 годов Ледуорд числился студентом Университета Сэйнт-Эндрю в Шотландии. 4 октября 1787 года защитил экзамен в Королевском Хирургическом Колледже и в результате был квалифицирован как первый помощник судового врача на кораблях второго класса.

Во время стоянки в Спитхэде Блай пытался найти замену уже назначенному на «Баунти» лекарю, горькому пьянице Томасу Хаггану. В это время Ледуорд служил помощником врача на Его Величества Судне «Трайамф». Блай предложил ему должность, и Ледуорд, получив согласие своего капитана, Альбемарля Берти, перешел на «Баунти».

Кстати, спустя пять лет, когда Ледуорда уже не будет в живых, Берти станет одним из судей трибунала над мятежниками.

В плавании проявил себя грамотным специалистом. После смерти Хаггана на Таити, Ледуорд стал единственным лекарем на судне. В мятеже никакого участия не принимал и все время находился на нижней палубе.

На баркасе в спорах Фрайера и Блая Ледуорд был, скорее, на стороне Блая. Однако затем его мнение о капитане переменилось. Сохранилось одно из писем Ледуорда, написанное им в Батавии. Там упоминается о том, что Блай удерживал законные выплаты младшему составу, требуя взамен подписанной доверенности на владение всем имуществом каждого — на случай их смерти.

В конце 1789 года Ледуорд отправился в Англию на корабле «Уэлфер». Корабль бесследно исчез — в Англию не пришел и в Батавию не вернулся, и все члены экипажа считаются пропавшими без вести.

Впрочем, Гэвин Кеннеди в своем труде «Bligh» («Блай», 1978) пишет, что с 1791 по 1795 года судовым врачом у капитана Ванкувера на корабле «Дискавери» служил некто Ледуорд. А Пол Лару в книге «The HMS Bounty Genealogies» («Генеалогии „Баунти“», 1992) упоминает о некоей семье, живущей на о. Кауаи (Гавайский архипелаг), которая считает себя прямыми потомками Ледуорда.

От имени Ледуорда ведется повествование во втором романе «Трилогии Баунти» Ч. Нордхоффа и Дж. Н. Холла — «Люди против моря».

Питер Линклеттер, старшина

Родился на Шетландских островах (север Великобритании) примерно в 1757 году. Записался на «Баунти» 29 августа 1787 года вместе со своим другом Уильямом Эльфинстоуном.

О поведении Линклеттера во время плавания, стоянки на Таити и мятежа практически ничего не известно. На баркасе Линклеттер поддерживал Фрайера.

Умер в октябре 1789 года в Батавии, предположительно от малярии, вместе с Эльфинстоуном.

Роберт Лэмб, матрос, мясник

Родился в Лондоне примерно в 1766 году.

29 декабря 1788 года на Таити Лэмб получил 12 ударов кошкой за то, что прозевал кражу своего резака.

В день мятежа Лэмб поначалу присоединился к восставшим и даже взял в руки мушкет, но затем передумал. Он стал единственным из высеченных на борту «Баунти», кто в итоге не примкнул к мятежникам и сел на баркас.

На острове Воскресенья, у Большого Барьерного Рифа, Лэмб был побит Блаем за то, что распугал птиц, которых моряки должны были поймать для пропитания. Позже, уже в Батавии, Лэмб признался, что сам, сидя в гроте, пока никто не видел, съел сырыми 9 крачек.

Лэмб умер предположительно от малярии на борту судна, плывшего в Англию. Похоронен в море.

Томас Макинтош, помощник плотника

Родился в местечке Норт Шилдс (графство Нортумберленд, Англия) приблизительно в 1761 году.

Описание Блая: «…28 лет, 5 футов 6 дюймов ростом. Бледный цвет лица, светло-коричневые волосы, стройного телосложения. В оспинах…»

Во время мятежа Макинтош вместе с другим помощником плотника, Норманом, был оставлен на борту «Баунти» против своей воли. Оба, и Макинтош, и Норман, в отчаянии кричали Блаю, чтобы он помнил об этом.

Еще во время стоянки на Таити Макинтош сблизился с местной девушкой, которую называл Мэри. Мэри была с Макинтошем и на Тубуаи, и снова на Таити. Известно, что она родила ему дочь по имени Элизабет.

На Таити Макинтош жил в районе Опарра, недалеко от бухты Матаваи. Активно работал на строительстве шхуны «Резолюшн». Насколько известно, в отличие от многих остальных моряков с «Баунти», Макинтош не принимал никакого участия в таитянских междоусобицах.

Возможно, из-за того, что Макинтош был сильно привязан к жене и ребенку, он единственным из лоялистов скрылся с мятежниками в горах, когда на Таити прибыла «Пандора». Во время кораблекрушения судна он вместе с Коулманом и Норманом был освобожден от цепей и наравне со всеми матросами откачивал воду.

На суде Макинтош был полностью оправдан. Дальнейшая судьба неизвестна.

Уильям Маккой, матрос

Родился предположительно в 1764 году в Шотландии. По некоторым данным, в молодости Маккой работал на одной из вискокурен Глазго. Вместе со своим приятелем Мэттью Куинталом был переведен на «Баунти» с Его Величества Судна «Трайамф».

Описание Блая: «…25 лет, 5 футов 6 дюймов ростом, бледный цвет лица, светло-коричневые волосы, крепкое телосложение; шрам от ножевого ранения на животе и небольшой шрам под подбородком; татуирован в разных частях тела…»

О его поведении во время плавания и стоянки на Таити практически ничего не известно. Существует лишь одно свидетельство: после того, как «Баунти» покинула о. Номука, незадолго до мятежа, Блай, в очередной раз браня всю команду, в бешенстве наставил на Маккоя мушкет и пригрозил, что убьет его, если тот не будет слушать капитана.

Маккой стал одним из первых, кто присоединился к мятежу. О его конкретной роли в захвате судна известно мало.

На Питкэрне Маккой жил с таитянкой по имени Тейо («Мэри»), которая родила ему двух детей: мальчика Дэниела и девочку Кейт.

В День Резни, 20 сентября 1793 года, Маккою удалось выжить. Полинезийцы стреляли в него дважды, но оба раза промахнулись; на него напал таитянин Манарии, но шотландец вырвался и убежал. Именно он первым из белых увидел Кристиана мертвым и успел сообщить об этом его жене, Мауатуа («Изабелле»), и предупредить Куинтала. Куинтал и Маккой скрылись в горах. Когда к ним, спасаясь от остальных полинезийцев, пришел Манарии с мушкетом, они отобрали у него оружие и застрелили. Оба вернулись в поселение лишь 3 октября, только после того, как женщины показали им отрубленные кисти рук всех оставшихся полинезийцев.

Через некоторое время, благодаря навыкам, полученным в юности, Маккою удалось дистиллировать спиртное из корней растения ти. Для этого он использовал перегонное устройство, сооруженное из кухонного котла с «Баунти» (сегодня этот котел хранится в музее о. Норфолк). Очень скоро Маккой спился. В 1798 году он, по преданию, в приступе алкогольного помешательства привязал к шее тяжелый камень и бросился с утеса в море.

Подробности — во второй части книги.

Потомки Маккоя живут на о. Норфолк.

Айзек Мартин, матрос

Родился в Филадельфии (Северо-Американские Соединенные Штаты) ориентировочно в 1757 году. По некоторым данным, Мартин служил в американском флоте и участвовал в Войне за Независимость против Британской Империи. 15 октября 1781 года судно «Джейсон», на котором он числился матросом, было захвачено английским военным кораблем «Мсье», и Браун вместе с 76 членами экипажа попал в плен.

По британскому закону, военнопленных могли помиловать и освободить при условии, если они присягнут на верность Короне, а затем будут служить в армии или на флоте. Скорее всего, Браун воспользовался такой возможностью в 1782 году и остался в Англии.

Описание Блая: «…30 лет, 5 футов 11 дюймов ростом. Болезненный цвет лица, короткие коричневые волосы, костлявый. На левой груди татуировка в виде звезды…»

Во время плавания «Баунти» Мартин ничем особенным не отличился. На Таити он ударил таитянина за то, что тот украл железный крючок с судна. Блай назначил Мартину две дюжины ударов кошкой, но по просьбе вождя Таина и его жены Итиа экзекуция была сокращена, и 30 января 1789 года американец вместо 24 получил 19 ударов.

Ранним утром 28 апреля 1789 года Мартин заступил на вахту в карауле Кристиана. Именно Мартин стал первым, к кому Кристиан обратился с идеей захватить «Баунти». Поначалу Мартин отказался, но когда к Кристиану присоединились Куинтал и Чёрчилл, американец встал на сторону мятежников.

Впрочем, он колебался до последнего момента. Его приставили стражником к капитану Блаю, и Мартин, сжалившись, дал ему апельсин. Это заметили остальные бунтовщики и отстранили Мартина от Блая. Затем Мартин даже прыгнул в баркас, но Чёрчилл и Куинтал закричали на него, угрожая мушкетами, и американец вернулся на борт «Баунти».

На Тубуаи его подругой была Обуареи, которую он взял с собой с Таити, но на Питкэрне Мартин жил с Теехутеатуаоноа («Дженни»), бывшей спутницей Смита (Адамса). Детей у них не было.

20 сентября 1793, в День Резни, Мартин был убит четвертым по счету. По преданию, полинезийцы в упор выстрелили ему в живот. Истекая кровью, Мартин дополз до своего дома, и тут ему размозжили голову железным прутом.

Подробности — во второй части книги.

Уильям Маспрэтт, матрос, портной

Родился в Ярмуте (о. Уайт, Англия) 24 марта 1761 года.

Описание Блая: «…30 лет, 5 футов 6 дюймов ростом. Смуглый цвет лица, коричневые волосы, стройное телосложение. Густая черная борода, подбородок со шрамом. Татуирован в нескольких местах…»

Во время стоянки на Таити, 27 декабря 1788 года, Маспрэтт был наказан дюжиной ударов кошкой за «халатное отношение к своим обязанностям». Девять дней спустя, 5 января 1789 года, он вместе с Чёрчиллом и Миллуордом бежал на о. Тетиароа. Беглецов поймали, и Маспрэтт получил еще 48 ударов (две дюжины — 23 января и две дюжины — через 12 дней, 4 февраля 1789 года). В итоге Маспрэтт стал «самым высеченным» на борту «Баунти» — в общей сложности 60 ударов кошкой за 40 дней.

Ранним утром 28 апреля 1789 года, перед мятежом, Маспрэтт помогал коку Холлу колоть дрова для камбуза. После некоторого колебания принял участие в восстании с оружием в руках.

После возвращения на Таити Маспрэтт вместе с Самнером и Бёркеттом жил в районе Папара, на западном побережье острова, к югу от бухты Матаваи.

Позже переселился в область Опарра. Вместе с группой под руководством Моррисона строил шхуну «Резолюшн» и участвовал в военных действиях на стороне вождя Таина (Матэ).

Когда на Таити прибыла «Пандора», Маспрэтт, как и большинство активных мятежников, бежал в горы, где вскоре был пойман.

На суде он, единственный из обвиняемых матросов, имел адвоката. Кроме него только семья гардемарина Питера Хейвуда смогла оплатить услуги защитника. Более того, по невыясненным причинам адвокатом Маспрэтта стал один из лучших юристов Британии, Стивен Барни. Именно благодаря Барни Маспрэтт не был казнен.

Во время процесса Маспрэтт по указанию своего адвоката потребовал, чтобы в качестве свидетелей по его делу отдельно допросили Нормана и Бирна. Суд отказал и 18 сентября 1792 года приговорил Маспрэтта к смертной казни через повешение. Барни тут же подал апелляцию, заявив, что его подзащитный был осужден с процессуальными нарушениями, и что он имел полное право на рассмотрение своего случая отдельно. В результате нового разбирательства суд, в конце концов, удовлетворил протест, и отменил приговор в отношении Маспрэтта. 11 февраля 1793 года Маспрэтт вышел на свободу.

По некоторым данным Маспрэтт скончался в январе 1798 года, 38 лет от роду.

Джон Миллз, помощник канонира

Родился в местечке Карни (неподалеку от Абердина, Шотландия) 21 апреля 1749 года. Сохранился факт: служа на судне «Медиатор», Миллз грубо оскорбил гардемарина, когда тот обвинил его в краже своей еды.

Описание Блая: «…40 лет, 5 футов 10 дюймов ростом, бледный цвет лица, светло-коричневые волосы, крепкое телосложение, костлявый; шрам в правой подмышке из-за гнойного нарыва…»

Миллз был одним из самых старших людей на «Баунти» и — позднее — самым старшим на Питкэрне. О нем известно немного.

За неделю до прибытия на Таити Миллз и садовник Браун отказались танцевать на палубе, как было заведено капитаном Блаем. За это их лишили порции грога.

Был вместе с Кристианом в карауле 28 апреля 1789 года, в день мятежа: управлял судном на мостике (у штурвала стоял Эллисон). Вместе с остальными восставшими с оружием в руках принял участие в аресте Блая. Причины, побудившие немолодого моряка присоединиться к мятежникам и, в конце концов, отправиться с Кристианом на Питкэрн, остаются загадкой.

На Питкэрне Миллз жил со своей таитянской подругой Вахинеатуа («Пруденс»). У них было двое детей: дочь Элизабет и сын Джон Младший.

В День Резни, 20 сентября 1793 года Миллз был убит третьим по счету среди белых. Некоторые исследователи считают его странное поведение в эти часы подозрительным.

С утра он вместе с Маккоем и Манарии работал на своем огороде. Когда они услышали первый выстрел (был убит Джон Уильямс), таитянин успокоил обоих белых: «О, это Титахити стреляет свинью для ужина». Затем был предсмертный крик Кристиана: «О боже!», на что Миллз сказал Маккою: «Это Гротмачта1 зовет детей на обед». Наконец, когда Маккою у своего дома удалось спастись от полинезийцев, то он на бегу предупредил Миллза о смертельной опасности, однако тот ничего не предпринял. Существует версия, что Миллз был вовлечен в заговор и поэтому был уверен, что на него не нападут.

Но на него напали: выстрелили из мушкета, а затем смертельно раненому размозжили голову.

Единственная дочь Миллза, Элизабет, впоследствии вышла замуж сначала за сына Куинтала, а затем, после его смерти, за сына Янга. Она прожила 91 год и умерла на Питкэрне в 1883 году, последней из второго поколения питкэрнцев. Сын Миллза, Джон Младший, погиб, сорвавшись со скалы в тринадцатилетнем возрасте. Таким образом род Миллза прервался.

Подробности — во второй части книги.

В фильме 1962 года «Мятеж на „Баунти“» Миллза сыграл замечательный ирландский актер Ричард Харрис.

Джон Миллуорд, матрос

Родился в местечке Стоук Дамерел (графство Девон, Англия) 15 июня 1767 года. Был одним из немногих грамотных матросов на «Баунти».

Описание Блая: «…22 года, 5 футов 5 дюймов ростом. Смуглый цвет лица. Темные волосы, крепкого телосложения. Под пупком татуировка в виде таооми, или нагрудного щита Отахеите…»

5 января 1789 года, во время стоянки на Таити, Миллуорд вместе с Чёрчиллом и Маспрэттом бежал на о. Тетиароа. После того, как дезертиров поймали, Миллуорд получил 48 ударов кошкой (первую пару дюжин — 23 января, вторую — 4 февраля).

В самом начале мятежа Миллуорд сильно колебался. Известна фраза, которую он произнес Чёрчиллу: «Нет, Чарльз, ты меня уже вовлек в одну неприятность, и я постараюсь, чтобы ты не вовлек меня в другую». Однако, в конце концов, Миллуорд все же взял в руки мушкет.

На Тубуаи Миллуорд проголосовал за возвращение на Таити. Вместе с Моррисоном и другими жил в гостях у вождя Поино. Одна из жен Поино родила Миллуорду ребенка. Помогал строить шхуну «Резолюшн» и принимал участие в междоусобицах на стороне вождя Таина (Матэ).

Когда на Таити прибыла «Пандора», Миллуорд скрылся в горах, но вскоре был пойман. Во время кораблекрушения ему удалось выжить.

На суде у Миллуорда не было адвоката. 18 сентября 1792 года трибунал приговорил его к высшей мере. В ночь перед казнью, на борту Его Величества Судна «Брунсвик» в гавани Портсмута, Миллуорд читал молитвы остальным приговоренным, Эллисону и Бёркетту. Уже стоя на эшафоте Миллуорд произнес прощальную речь.

Джеймс Моррисон, помощник боцмана

Родился в Лондоне ориентировочно в 1760 году. Происходил из небедной семьи и был хорошо образован. На флоте — с 17 лет, служил гардемарином и старшим канониром на разных военных судах. Успешно сдал экзамен по элементарной навигации. Мечтал побывать в Южных Морях, и поэтому, узнав о готовящейся экспедиции на «Баунти», вызвался добровольцем. Все позиции, подходящие его квалификации, к тому времени уже были заняты, и Моррисон согласился на должность помощника боцмана.

Описание Блая: «…28 лет, 5 футов 8 дюймов ростом. Болезненный цвет лица. Длинные черные волосы. Стройного телосложения. На правой руке отсутствует фаланга указательного пальца. На левой груди татуировка в виде звезды и вокруг левой ноги татуировка в виде подвязки с девизом: honi soit qui mal y pense[1]. Был ранен в руку пулей от мушкета…»

С самого начала плавания Моррисон вел записи, которые впоследствии станут важнейшим документом в истории мятежа на «Баунти».

В самом мятеже Моррисон участия не принимал. Позже, защищая себя на суде, он утверждал, что остался на «Баунти», чтобы потом попытаться отбить корабль. Тем не менее, Кристиан вскоре назначил Моррисона боцманом мятежного судна.

Поселясь на Таити после того, как «Баунти» покинула Тубуаи, Моррисон жил в районе бухты Матаваи. Именно он стал инициатором строительства шхуны «Резолюшн», намереваясь плыть на ней сначала в Батавию, а затем и в Англию. Принимал участие в междоусобицах местных вождей.

Во время плавания «Пандоры» неоднократно выступал против бесчеловечных условий содержания пленников.

На суде против Моррисона свидетельствовали Хэйуорд и Халлетт, и это сильно повредило помощнику боцмана. Он был приговорен к смертной казни, однако вскоре высочайше помилован.

В дальнейшем успешно продолжил морскую карьеру. 1 февраля 1807 года, в возрасте 47 лет и в должности старшего канонира, Моррисон погиб во время кораблекрушения в Индийском Океане Его Величества Судна «Бленем».

Дэвид Нельсон, ботаник

Место и дата рождения неизвестны. Нельсон служил садовником в Королевских Кью Гарденз и, как и Блай, участвовал в Третьей экспедиции Кука (1776–1780): Блай был штурманом на «Резолюшн», Нельсон — ботаником на «Дискавери».

Сэр Джозеф Бэнкс рекомендовал его кандидатуру Адмиралтейству, и 5 мая 1787 года, еще даже до того, как выбрали судно, Нельсон и его коллега Уильям Браун стали первыми, кого назначили в экспедицию за хлебным деревом.

Судя по всему, на «Баунти» его все любили, и офицеры, и матросы. На Таити он был одним из немногих, кто все 23 недели провел на берегу, собирая саженцы. Во время мятежа бунтовщики не выпускали его на палубу, а затем предоставили право выбора: остаться на борту или сесть в баркас. Нельсон выбрал второе.

Путешествие на баркасе подорвало здоровье Нельсона. Он умер от тропической лихорадки через пять недель после прибытия в Купанг, 20 июля 1789 года. Его похоронили на следующий день со всеми почестями.

В 1792 году Блай, будучи на Ван Дименовой Земле (ныне — о. Тасмания, Австралия), назвал один из местных холмов Горой Нельсона. Это название сохранилось и по сей день, сейчас там расположен Университет Хобарта.

Чарльз Норман, помощник плотника

Родился в Портсмуте 6 сентября 1757 года. Был женат, имел детей.

Описание Блая: «…26 лет, 5 футов 9 дюймов ростом. Бледный цвет лица, светло-коричневые волосы, стройное телосложение. Изъеден оспой, умеет замечательно двигать головой и глазами…»

Последние слова касаются того, что у Нормана действительно были большие на выкате глаза, и он умел поворачивать голову почти на 180°.

За время плавания и стоянки на Таити ничем особенным себя не проявил. В ночь перед мятежом Норман заступил на вахту вместе с Кристианом. В тот самый момент, когда бунтовщики вооружались, открыв сундук с мушкетами, Норман увлеченно следил (или делал вид, что следит) за огромной акулой по правому борту.

Ему и другому помощнику плотника, Макинтошу, мятежники не позволили сесть в баркас. Оба, и Норман, и Макинтош, кричали капитану Блаю, чтобы он не забыл о том, что их оставили на «Баунти» против воли.

После возвращения на Таити Норман жил рядом с Макинтошем и еще несколькими моряками с «Баунти» в районе Опарра, недалеко от бухты Матаваи. Самым активнейшим образом участвовал в строительстве шхуны «Резолюшн».

Во время кораблекрушения «Пандоры» вместе с Коулманом и Макинтошем был освобожден из цепей и откачивал воду помпой.

На суде Нормана полностью оправдали.

Через пятнадцать месяцев после завершения процесса, в декабре 1793 года 36-летний Норман умер в родном Портсмуте.

Джон Нортон, старшина

Родился в Ливерпуле приблизительно в 1753 году. Плавал вместе с Блаем, в том числе и на судне «Британниа». 13 октября 1787 года записался на «Баунти», последним из младших офицеров.

Во время плавания, стоянки на Таити и мятежа Нортон ничем особенным не отличился.

Он был самым большим и тучным на «Баунти». Когда он садился в баркас, кто-то пошутил, что сейчас баркас перевернется.

Пять дней спустя, 2 мая 1789 года на о. Тофуа люди Блая подверглись нападению туземцев, и Нортон погиб. Помогая своим товарищам отчалить с мели, Нортон героически бросился на берег и отвязал трос, но был схвачен дикарями и тут же на глазах у всех лоялистов растерзан.

Уильям Пековер, канонир

Родился в 1747 году в графстве Нортхэмптоншир, Англия.

Был одним из самых старших и опытных на «Баунти». Участвовал во всех трех экспедициях капитана Кука, четырежды побывал на Таити (на «Баунти» — в пятый раз). Знал и любил культуру Южных Морей, прекрасно говорил по-таитянски, и именно поэтому Блай назначил Пековера ответственным за меновую торговлю с туземцами.

В 4 часа утра 28 апреля 1789 года вахта Кристиана сменила вахту Пековера. Мятежники опасались активного сопротивления канонира, и удерживали его в трюме до самой посадки на баркас.

На Тофуа, перед атакой дикарей, Пековер самоотверженно выполнил поручение Блая и спас судовой журнал, пронеся его сквозь толпу агрессивно настроенных туземцев. Во время противостояния Фрайера и Блая безоговорочно поддерживал капитана.

На суде Пековер был одним из тех, кто свидетельствовал в пользу Питера Хейвуда.

Когда готовилась вторая экспедиция за хлебным деревом, Блай отказал Пековеру в прошении поступить канониром на «Провиденс», по неизвестным причинам назвав его в письме сэру Дж. Бэнксу «порочным и недостойным».

Пековер продолжил службу в Королевском Флоте и плавал на разных судах вплоть до 1800-х годов. Дата и место смерти неизвестны.

Уильям Пёрселл, плотник

Родился в Дептфорде, пригороде Лондона, 10 февраля 1762 года.

Несмотря на молодость, профессиональный плотник и столяр Пёрселл был одним из самых уважаемых членов экипажа «Баунти». Имел крайне строптивый характер: на протяжении всего плавания постоянно спорил и пререкался с Блаем.

28 августа 1788 года во время стоянки в бухте Адвенчер «в самой наглой и предосудительной манере», как пишет Блай, отказался участвовать в общих работах по поиску пресной воды и заготовке древесины. Неповиновение капитану строго каралось, но Блай, однако, от наказания Пёрселла воздержался.

4 декабря того же года, на Таити, Пёрселл снова не подчинился распоряжению Блая и в оскорбительной форме отказался вытесать точильный камень для таитянского друга Блая по имени Хитихити: «Есть закон, чтобы забирать у меня одежду, но нет закона забирать у меня мои инструменты!». Блай ограничился однодневным арестом плотника.

Известен факт, что накануне мятежа Кристиан жаловался Пёрселлу и боцману Коулу на Блая, и плотник безуспешно пытался успокоить второго помощника штурмана. Во время бунта восставшие отправили Пёрселла на баркас, конфисковав половину его инструментов и удержав на борту его помощников, Коулмана и Макинтоша.

На баркасе Пёрселл окончательно стал врагом Блая. 31 мая на острове Воскресения между ними произошла самая серьезная стычка, которая чуть было не привела к новому мятежу. Разъяренный Блай, выхватив саблю, даже вызвал Пёрселла на дуэль, но плотник вовремя одумался и отступил.

В сентябре 1789 года, по дороге из Купанга на борту шхуны «Ресурс», после очередного конфликта Блай арестовывает Фрайера и Пёрселла. Штурман вскоре извинился и был освобожден, а плотника продержали в кандалах до прибытия в Самаранг 1 октября.

В своем отчете Адмиралтейству Блай обвинил Пёрселла (единственного из всех лоялистов) в систематическом неповиновении, нарушении субординации, упрямом поведении и т. д., всего в шести пунктах. Командование вынесло плотнику официальный выговор. На судебном процессе Пёрселл, будучи лояльным к Питеру Хейвуду, тем не менее, упомянул, что видел юного гардемарина с оружием в руках. После суда Пёрселл помогал брату Флетчера Кристиана, Эдварду, собирать факты, дискредитирующие капитана Блая.

Дальнейшая жизнь Пёрселла остается неизвестной. Он умер глубоким стариком 10 марта 1834, через 45 лет после мятежа, в сумасшедшем доме госпиталя Хаслар в Портсмуте. Таким образом, Пёрселл на 5 лет пережил последнего из мятежников, Джона Адамса (Александра Смита), и из всех членов экипажа «Баунти» скончался, без сомнения, последним.

Джон Самнер, матрос

Родился в городке Уоррингтон (между Манчестером и Ливерпулем, графство Ланкашир, Англия) 24 марта 1765 года.

Описание Блая: «…24 года, 5 футов 8 дюймов ростом. Бледный цвет лица, коричневые волосы. Стройное телосложение, шрам на левой щеке и татуирован в нескольких местах…»

За шестнадцать дней до мятежа, 12 апреля 1789 года Самнер получил дюжину ударов кошкой «за пренебрежение своими обязанностями». Он стал последним, кого высекли на «Баунти».

Принимал активное участие в мятеже; вместе с Куинталом присматривал за Фрайером и не выпускал на верхнюю палубу Пековера и Нельсона. Когда решалась судьба Блая, Самнер крикнул: «Посадите его в лодку, и пусть педераст посмотрит, сможет ли он жить на три четверти фунта ямса в день!»

На Тубуаи Кристиан приказал на сутки заковать Самнера и Куинтала в цепи за то, что они самовольно покинули судно и ночевали на берегу. После возвращения на Таити вместе с Бёркеттом и Мапрэттом Самнер по приглашению вождя Темарии жил в районе Папара, на западном побережье острова. Имел жену, которая родила ему ребенка. Участвовал в военных действиях на стороне племени Таина (Матэ).

Когда прибыла «Пандора», Самнер бежал в горы, но вскоре был схвачен. 22 августа 1791 года утонул в кандалах во время кораблекрушения «Пандоры» у Большого Барьерного Рифа.

Джордж Симпсон, помощник старшины

Родился в Кендале, Камбрия (северо-запад Англии) в 1760 году.

Симпсон, пожалуй, — самый неизвестный и незаметный на сегодняшний день член экипажа «Баунти». Скорее всего, он был тихим и работящим моряком. В мятеже никакого участия не принимал. Оказавшись на баркасе, видимо, тяготел к группе штурмана Фрайера. На суд его по неизвестным причинам не вызывали.

Умер в 1801 году.

Ричард Скиннер, матрос, цирюльник

Родился в Танбридж Уэллс (графство Кент на юго-востоке Англии) ориентировочно в 1766 году.

Описание Блая: «…22 года, 5 футов 8 дюймов ростом. Бледный цвет лица, светло-коричневые волосы, очень хорошо сложен. Шрамы на обеих лодыжках и на правой голени. Татуирован, работал парикмахером…»

На «Баунти» Скиннер также прислуживал штурману Джону Фрайеру. Во время бурь у Мыса Горн был тяжело ранен, но впоследствии выздоровел.

Скиннер взял с собой в плавание болванку в виде женской головы (на подобных в ту пору примеряли парики и прически). На Таити по распоряжению Блая к этой голове приделали искусственное «тело», сделанное из простого бревна, и драпировали тканями, создав иллюзию женской одежды. Получившаяся фигура была представлена местным жителям как «англичанка». Все смеялись, кроме одной пожилой женщины, которая поверила в живую куклу и принесла ей подарки.

Скиннер активно участвовал в мятеже. Известен факт, что, когда баркас отчаливал от «Баунти», он даже пытался стрелять из мушкета в Блая.

О его жизни после возвращения на Таити известно немного. Есть сведения, что у него была жена, которая родила ему дочь. Когда прибыла «Пандора», Скиннер сдался добровольно.

Погиб в 25-летнем возрасте, не сумев освободиться от кандалов, 22 августа 1791 года во время кораблекрушения «Пандоры».

Александр Смит (он же — Джон Адамс), матрос

Родился 4 ноября (по другим данным — 4 декабря) 1767 (или 1763) года в пригороде Лондона. О его матери ничего не известно, скорее всего, она или умерла, или рано бросила семью. Его отец, тоже Джон Адамс, одно время плававший на лихтере и служивший у торговца по имени Дэниел Белл Коул, утонул в Темзе, и Джон Адамс в раннем возрасте вместе с двумя родными сестрами, Рэйчел и Дайной и младшим братом Джонатаном остался сиротой. Старшая сестра скоро вышла замуж, а маленький Адамс оказался в приюте для бедных, где и воспитывался несколько лет. Существует версия, что Адамс, выросший на улицах Лондона, имел неприятности с законом и поэтому 7 сентября 1787 года (в один день с Кристианом) в возрасте неполных 20 лет записался на «Баунти» под вымышленным именем Александр Смит.

Описание Блая: «…22 года, 5 футов 5 дюймов ростом. Смуглый цвет лица, коричневые волосы, крепкое телосложение, изъеден оспой. Очень сильно татуирован, шрам на правой ноге…»

О поведении Смита во время плавания известно немного. 7 февраля 1788 года, когда «Баунти» пересекала экватор, именно Смит выступал в роли морского бога Нептуна в шуточной церемонии крещения новичков. Это говорит о том, что, возможно, Адамс (Смит) уже пересекал экватор раньше и хорошо знал этот старинный матросский ритуал.

3 ноября 1788 года Смит стал первым из экипажа «Баунти», кого Блай наказал на Таити. В присутствии толпы местных жителей он получил 12 ударов кошкой за то, что, стоя на вахте, не заметил кражи металлической рулевой петли со шлюпки.

Также Смит одним из первых сделал себе татуировку на таитянский манер. Его подругой стала девушка по имени Теехутеатуаоноа, которую он называл Дженни. Ей он вытатуировал на руке надпись «A. S.[2] 1789».

Смит принимал активное участие в мятеже, но самым заметным бунтовщиком не был. Вместе с Кристианом он отобрал у оружейника Коулмана ключи от сундука с мушкетами. Затем с оружием в руках стоял у дверей каюты Блая, когда того арестовывали.

На Тубуаи, во время одной из стычек с аборигенами Смит попал в плен к одному из вождей. У него отобрали всю одежду, кроме рубахи. 27 августа 1788 года его освободили остальные моряки с «Баунти», в отместку спалив дом вождя и забрав с собой священные статуэтки домашних божков. Это стало началом войны, в результате которой мятежники покинули Тубуаи.

На Питкэрне Смит поселился с бывшей таитянской подругой Мартина по имени Пуараи (а Теехутеатуаоноа (Дженни), наоборот, перешла к Мартину). Его дом стоял по соседству с домом Янга, с которым Смит особенно сблизился на острове.

Спустя примерно год после высадки на остров, ориентировочно в начале 1791 года, Пуараи, собирая яйца птиц, сорвалась со скалы и разбилась насмерть. Смит стал вторым вдовцом на Питкэрне (первым в конце 1790 года потерял жену Джон Уильямс). Вскоре было принято решение отдать Уильямсу одну из женщин полинезийцев, Тоофаити (Нэнси), а Смиту — другую, по имени Тинафанаеа (с о. Тубуаи), спутницу Титахити и Оха. Это стало причиной первой кровавой стычки между полинезийцами и белыми, в результате которой Тараро и Оха были убиты.

В День Резни, 20 сентября 1793 года Смиту чудом удалось выжить. Он, как и все остальные белые, с утра работал на своем огороде. Он не мог не слышать первых выстрелов, однако ничего не предпринял. Только когда жена Куинтала Теваруа, пробегая мимо, прокричала что-то страшное, Смит заподозрил неладное и, последовав за ней, спрятался в лесу. Через некоторое время его выследили полинезийцы и начали стрелять. Одна из пуль прошла навылет сквозь плечо и шею. Смит упал, и полинезийцы, набросившись, стали избивать его прикладами мушкетов. Отбиваясь, Смит сломал два пальца на руке. Наконец, его скрутили и дважды попытались застрелить в упор, но оба раза мушкет давал осечку. Смиту удалось вскочить на ноги и убежать.

Дальше события развивались весьма неожиданно. Полинезийцы предложили истекающему кровью Смиту сдаться, и он, окруженный ими, подчинился. Они не убили его, а перенесли в дом Янга, где полинезийские женщины выходили его.

Столь странная развязка до сих пор остается загадкой. Одни исследователи считают, что неправдоподобная история чудесного спасения выдумана самим Адамсом (Смитом), другие — что организатором заговора был гардемарин Эдвард «Нед» Янг, который симпатизировал Смиту (Адамсу) и велел его пощадить.

После выздоровления Смит привел к себе в дом еще одну женщину — Вахинеатуа, вдову Миллза. В дальнейшем она родила ему трех дочерей — Дайну, Рэйчел и Ханну.

В 1799 году Янг и Смит решили положить конец пьяным дебошам Куинтала. Они пригласили его в дом Смита, напоили, и, когда Куинтал по обыкновению начал буйствовать, Смит зарубил его топором.

Оставшись вдвоем, Янг и Смит, очевидно, почувствовали свою ответственность за судьбу детей и женщин, и уклад жизни на острове стал постепенно меняться. Легенда гласит, что Янг учил Смита читать и писать.

25 декабря 1800 года Янг умер от астмы, и Смит остался единственным взрослым мужчиной на Питкэрне. С этого времени, как считают многие исследователи, началось его моральное и духовное перерождение. Он даже вернул себе настоящее имя — Джон Адамс. По преданию, по вечерам он собирал вокруг себя женщин и детей и вслух читал им Библию.

В 1804 году вдова Маккоя Тейо родила Адамсу его единственного сына, Джорджа.

6 февраля 1808 года поселение на Питкэрне было случайно открыто капитаном Мэйхью Фолджером (американское китобойное судно «Топаз» из Бостона). Этот визит стал первым контактом островитян с внешним миром. Фолджер высадился на берег и встретился с Адамсом. Он стал первым человеком, кому Адамс вкратце рассказал историю поселения. На прощание Адамс отдал Фолджеру хронометр с «Баунти» (в настоящее время эта реликвия хранится в Национальном Морском Музее в Гринвиче).

17 сентября 1814 года Питкэрн, опять случайно, обнаружили два британских военных корабля: «Бритон» (капитан сэр Томас Стэйнс) и «Тагус» (капитан Филипп Пайпон). Поселение, островитяне и их лидер Адамс произвели сильное впечатление на военных моряков, и офицеры, которые по уставу должны были арестовать мятежника и доставить его в Англию, проявили гуманность: Адамса не тронули.

После этого посещения в течение пятнадцати лет до смерти Адамса еще как минимум 31 корабль бросал якорь у Питкэрна. Первое подробное описание поселения, местных жителей и Адамса сделал капитан Его Величества Судна «Блоссом» Фредерик У. Бичи, который гостил на острове шестнадцать дней, с 4 по 20 декабря 1825 года. Кроме этого, Бичи делал многочисленные зарисовки и, в частности, нарисовал первый и единственный прижизненный портрет Адамса.

5 марта 1829 года в возрасте неполных 62 (или 66) лет Джон Адамс умер. Похоронен на кладбище острова (сегодня его могила — одно из священных мест для питкэрнцев). 9 дней спустя умерла его жена Тейо.

Подробности — во второй части книги.

В честь Адамса назван единственный поселок на Питкэрне — Адамстаун. В настоящее время потомки Адамса живут на о. Норфолк.

Джон Смит, личный стюард капитана, второй кок

Родился в Стерлинге (Шотландия) примерно в 1751 году.

О Джоне Смите практически ничего не известно. Судя по всему, он был самозабвенно предан своему капитану. В хрониках мятежа 28 апреля 1789 года Джон Смит упоминается лишь тогда, когда Кристиан, в ознаменование победы приказал ему подать рома для всех вооруженных бунтовщиков, еще до посадки на баркас.

На суде Джон Смит дал показания о том, что не видел ни Хейвуда, ни Моррисона с оружием в руках.

Место и дата его смерти неизвестны.

Джордж Стюарт, гардемарин

Родился на Оркнейских Островах (на севере Великобритании) в 1766 году. Происходил из знатного рода. Блай, возвращаясь из Третьей экспедиции Кука, посетил Оркнейские Острова и познакомился с семьей Стюартов. Спустя семь лет он лично рекомендовал Стюарта на «Баунти». Первоначально его записали гардемарином, но после того, как были завербованы Хэйуорд, Халлетт и Хейвуд (из более высокопоставленных семей), Стюарт был официально зачислен простым матросом. На самом деле, на судне он исполнял обязанности гардемарина, и все называли его «мистер Стюарт».

Описание Блая: «…23 года, 5 футов 7 дюймов ростом. Хороший цвет лица, темные волосы, стройное телосложение, узкогрудый и длинношеий — на его левой груди вытатуирована звезда и еще одна на левой руке, на которой, в свою очередь, вытатуировано сердце со стрелами…»

Во время плавания, в марте 1788 года, после того, как Блай продвинул Кристиана до лейтенантской должности, Стюарт стал фактически помощником штурмана. В кают-компании делил трапезу с Кристианом, Хейвудом и Тинклером. Кроме этого, именно Стюарт был самым близким другом Кристиана на судне.

В ночь перед мятежом Стюарт уговаривал Кристиана не бежать на плоту. Известна его фраза, которая, как многие считают, и подтолкнула Кристиана к бунту: «Люди готовы на все!» Однако в самом мятеже Стюарт никак не участвовал, восставшие не выпускали его из трюма. Позднее Блай свидетельствовал, что когда баркас отчаливал, он видел, как на верхней палубе Стюарт танцевал таитянский танец.

На захваченной «Баунти» Кристиан назначил Стюарта штурманом. После возвращения на Таити Стюарт сочетался браком по местному ритуалу со своей возлюбленной, которую называл Пегги (таитянское имя неизвестно) — дочерью влиятельного вождя Тепаху. Вскоре Пегги родила Стюарту дочь. Жил по соседству с Хейвудом и, насколько известно, никакого участия в строительстве шхуны «Резолюшн» и таитянских междоусобицах не принимал.

С прибытием «Пандоры» сдался добровольно и, как и все остальные, был закован в кандалы. Согласно легенде, горе его жены Пегги было самым душераздирающим. Ей, как и всем остальным супругам пленников, разрешалось ежедневно с детьми навещать мужей. Пегги все время рыдала, не останавливаясь, и ее приходилось уводить силой. В конце концов, Стюарт вынужден был попросить не пускать ее на борт. Известно, что она умерла через несколько месяцев после того, как «Пандора» покинула Таити.

28 августа 1791 года в возрасте 25 лет Стюарт утонул в кандалах во время кораблекрушения «Пандоры».

Джон Сэмюэл, писарь, слуга капитана

Родился в Эдинбурге ориентировочно в 1761 году. Происходил из семьи корабельных ремесленников.

В самом начале плавания Блай негативно отзывался о Сэмюэле. Когда в феврале 1788 года обнаружилась пропажа двух голов сыра из бочки, капитан обвинил в воровстве команду. Но медник Хиллбрант рассказал, что сыры были отправлены Сэмюэлом на квартиру Блая. Блай обрушил свой гнев и на Хиллбранта, и на Сэмюэла, и сократил рацион всему экипажу.

На «Баунти» Сэмюэла не любили. Во время бунта восставшие первоначально хотели избавиться только от самых ненавистных членов экипажа: Блая, Хэйуорда, Халлетта и Сэмюэла. Презираемый всеми писарь был третьим (после Хэйуорда и Халлетта), кого ссадили на баркас. Тем не менее, Сэмюэлу удалось пронести с собой судовой журнал и бухгалтерские книги, что позже весьма пригодилось Блаю. Также Сэмюэл вместе с личным поваром капитана Джоном Смитом захватил обмундирование и другую одежду Блая. Более того, Сэмюэл пытался взять морские карты, зарисовки Блая и хронометр, однако мятежники не дали ему сделать это.

Сэмюэл вернулся в Англию в 1790 году на корабле «Влидте» вместе с Блаем и Джоном Смитом. К судебному разбирательству он привлечен не был, очевидно, из-за своего отсутствия в это время в Англии.

В дальнейшем Сэмюэл продолжил свою карьеру на флоте и стал военно-морским казначеем. Дата и место его смерти неизвестны.

Роберт Тинклер, гардемарин

Родился в местечке Уэллс (графство Норфолк, северо-восток Англии) в 1770 году. Приходился шурином (младшим братом жены) штурману Джону Фрайеру, и именно по его рекомендации попал на «Баунти». Официально в регистрационном списке значился как «юнга», на самом деле служил, по сути, гардемарином, и все называли его, как офицера — мистер Тинклер.

Во время плавания, стоянки на Таити и мятежа ничем себя не проявил. На баркасе в противостоянии между капитаном и штурманом активно поддерживал своего старшего родственника Фрайера. Однажды, уже в Купанге, Тинклер, будучи пьян, повел себя крайне неуважительно к боцману Коулу. Коул устроил обидчику головомойку. Дело чуть не дошло до драки, и Фрайер, тоже нетрезвый, подстрекал Тинклера всадить нож в Коула. Ссорящихся, судя по всему, разняли без кровопролития.

На суд Тинклера не вызывали, очевидно из-за того, что его не было в это время в Англии.

Известно, что Тинклер намеревался продолжить морскую карьеру. В частности, он служил первым лейтенантом на судне «Айсис», которое участвовало в битве при Копенгагене в 1801 году. В этой же военной операции также принимали участие Джон Фрайер (штурман на флагмане адмирала Паркера «Лондон») и Уильям Блай (командир корабля «Глаттон»).

Дата и место смерти неизвестны.

Мэттью Томпсон, матрос

Родился на острове Уайт (Англия) приблизительно в 1750 году.

Описание Блая: «… 40 лет, 5 футов 8 дюймов ростом. Очень темный цвет лица, короткие черные волосы. Стройное телосложение. Нет фаланги большого пальца правой ноги. Татуирован…»

5 декабря 1788 года, во время стоянки на Таити Томпсон получил 12 ударов кошкой «за дерзость и неповиновение приказам».

В ночь перед мятежом заступил на вахту под руководством Кристиана, и одним из первых примкнул к восставшим. С оружием в руках охранял сундук с мушкетами.

После мятежа, когда бунтовщики договорились раз и навсегда прекратить внутренние ссоры, Томпсон был единственным, кто отказался подписать соответствующее соглашение. По возвращении на Таити Томпсон поселился вместе с Чёрчиллом и другим английским матросом, Джоном Брауном с корабля «Меркьюри».

Возможно, что Томпсон был единственны из моряков, у которого на Таити из-за его характера не было ни подруги, ни тайо. 8 февраля 1790 года Томпсон попытался изнасиловать дочь одного из вождей. Ее брат заступился за нее, ударил Томпсона и убежал. Разъяренный Томпсон погнался за ним с мушкетом и, выстрелив в толпу, убил одного из мужчин, грудного младенца и ранил в челюсть одну из женщин. Опасаясь мести таитян, Томпсон бежал к Чёрчиллу, который жил на полуострове Таиарапу под покровительством местного вождя.

Вскоре Чёрчилл сам стал вождем. Не доверяя Томпсону, он приказал своим слугам тайно выкрасть у того мушкеты. Когда Томпсон узнал об этом (ему признался бывший слуга Чёрчилла по имени Маитити), он убил своего бывшего приятеля выстрелом в спину.

Молодой таитянин, друг Чёрчилла по имени Патирре отомстил убийце своего вождя. Группа мужчин, приблизившись к Томпсону якобы для его приветствия в качестве нового лидера, внезапно набросилась на него. Патирре сбил его с ног и расшиб голову камнем. Затем таитяне отрубили у Томпсона голову, а тело закопали.

Джон Уильямс, матрос, помощник канонира

Родился на о. Гернси в проливе Ла-Манш примерно в 1761 году. Одинаково хорошо говорил на английском и французском языках.

Описание Блая: «… 25 лет, 5 футов 5 дюймов ростом, смуглый цвет лица, черные волосы, стройное телосложение; имеет шрам на затылке; татуирован, уроженец Гернси; говорит по-французски…».

Уильямс был тем самым человеком, кто по распоряжению писаря Сэмюэла доставил с судна две головы сыра, флягу с уксусом и несколько других вещей из верфи Лонг Рич на квартиру Блая.

22 мая 1788 года, перед прибытием в Бухту Фолс (Капстад, ныне — Кейптаун, ЮАР), Уильямс был наказан за нарушение субординации 6 ударами кошкой.

Уильямс, по некоторым данным, принял активное участие в мятеже.

На Питкэрне Уильямс поселился со своей подругой, таитянкой Фаахоту («Фасто»). Меньше, чем через год после высадки на остров Фаахоту умерла предположительно от болезни шеи. Оставшись без жены, Уильямс впал в тяжелую депрессию и даже пытался убежать с острова на лодке. Благодаря своим навыкам кузнеца и плотника Уильямс был одним из самых полезных людей на Питкэрне, и поэтому ему позволили взять одну из женщин полинезийцев, Тоофаити (Нэнси). Именно это, по мнению многих исследователей, стало первой причиной дальнейших кровавых событий.

20 сентября 1793 года, в День Резни, Уильямс стал первым из белых, кого убили полинезийцы. Его застрелили из мушкета, когда он работал в своем саду.

Подробности — во второй части книги.

Детей у него не было, ни от Фаахоту, ни от Нэнси. Наковальня Уильямса, как одна из дорогих реликвий, и по сей день хранится в музее о. Норфолк.

Джон Фрайер, штурман

Родился 15 августа 1752 года в графстве Норфолк на востоке Англии. С 1781 года служил штурманом на различных судах Королевского Флота. 20 августа 1787 года зачислен на «Баунти», через четыре дня после Блая.

Поначалу Блай был вполне доволен работой своего штурмана, но затем их отношения испортились навсегда. Фрайер, сам опытный моряк, постоянно спорил с капитаном, который был моложе его на два года. Этого, Блай, разумеется, стерпеть не мог, и вскоре между двумя офицерами установилось жесткое противостояние. Оба возненавидели друг друга. Почти три года, на протяжении всего плавания (на «Баунти», потом на баркасе и на шхуне «Ресурс») Блай всячески третировал Фрайера. Многие исследователи считают, что Фрайер имел гораздо больше поводов, чем Кристиан, поднять бунт против капитана.

Однако во время мятежа Фрайер не только не примкнул к восставшим, но и активнее других пытался остановить Кристиана. Хотя позже, в своем отчете, Блай обвинит Фрайера в бездействии. Его каюта находилась рядом с капитанской, и, по словам Блая, в открытый дверной проем штурман видел, как арестовывают капитана (они якобы даже встретились глазами), но ничего не предпринял. У Фрайера была пара мушкетов и патроны, но он никак ими не воспользовался. На суде Фрайер объяснил это своей полной растерянностью в первые минуты мятежа.

Зато потом штурман, тоже арестованный, вступил в яростную перебранку с бунтовщиками. Он пробовал поговорить с Кристианом, даже пытался примирить его с Блаем, требовал, чтобы лоялистам предоставили большой баркас вместо непригодной шлюпки. В один момент Фрайер был на волосок от смерти: разъяренный Кристиан приставил к его груди штык и пригрозил, что проткнет его насквозь, если тот сдвинется еще хоть на дюйм.

Во время плавания на баркасе лоялисты разделились на две группы: одни поддерживали капитана Блая, другие были за штурмана Фрайера. Несколько раз дело доходило до серьезных стычек. В конце концов, уже по дороге из Купанга в Батавию на судне «Ресурс», Блай приказал заковать Фрайера и плотника Пёрселла в кандалы. 22 сентября 1789 года Фрайер извинился и был освобожден.

На суде Фрайер честно рассказал о конфликте между капитаном и Кристианом и свидетельствовал в пользу Моррисона и Хейвуда.

В дальнейшем, несмотря на нелестные рекомендации Блая, Фрайер успешно продолжил карьеру морского офицера. Он служил штурманом на нескольких военных судах и вышел в отставку 6 апреля 1812 года в чине штурмана первого ранга. Умер в родном городке Уэллс 26 мая 1817 года в возрасте неполных 65 лет.

В фильме 1984 года Джона Фрайера сыграл замечательный ирландский актер, лауреат премии Оскар, Дэниел Дэй-Льюис.

Томас Хагган, врач

Место и дата рождения неизвестны.

Блай пытался избавиться от хронического пьяницы Хаггана задолго до отплытия из Спитхэда. Однако Адмиралтейство по не вполне ясным причинам не смогло предоставить замену, и капитан, не имея права отказываться от Хаггана, нанял второго судового лекаря, Ледуорда.

Судя по всему, на протяжении всего плавания Хагган сильно пил. Во время стоянки в бухте Адвенчер (Ван Дименова Земля, ныне — о. Тасмания, Австралия) матрос Джеймс Валентайн почувствовал себя нездоровым, и Хагган, установив неправильный диагноз, назначил больному кровопускание. Очевидно, эта процедура была проведена плохо, в результате чего Валентайн получил заражение крови и гангрену руки, от которой умер 9 октября 1788 года. Поздно узнав о предсмертном состоянии Валентайна, Блай был взбешен до крайности.

Перед высадкой на Таити Хагган по поручению Блая проверил всех членов экипажа на предмет венерических заболеваний. Судя по его отчету, все были здоровы.

Сохранилось немало свидетельств того, что таитяне любили Хаггана. 9 декабря 1788 года он умер от алкоголя и был похоронен с пышными таитянскими почестями. Таким образом, Хагган стал первым англичанином, похороненным на Таити.

Джон Халлетт, гардемарин

Родился в Лондоне примерно в 1772 году. Попал на «Баунти» в пятнадцатилетнем возрасте благодаря стараниям жены Блая Элизабет (близкой подруги сестры Халлетта, Энн Халлетт). Вместе со своим приятелем гардемарином Томасом Хэйуордом презирался всеми остальными членами экипажа за лень и подхалимство к капитану.

В день мятежа должен был служить утреннюю вахту вместе с Кристианом, но на палубу не вышел (спал на сундуке с оружием). Халлетт, а также Хэйуорд и писарь Джон Сэмюэл стали первыми, кого Кристиан отправил на баркас. Оба гардемарина в слезах умоляли пощадить их.

На баркас Халлетту удалось пронести свой учебник по навигации, что впоследствии очень помогло лоялистам по пути в Купанг.

По возвращении в Англию благодаря Блаю Халлетт получил звание лейтенанта и был назначен на Его Величества Судно «Пандора», которое отправлялось на поиски мятежников. По неизвестным причинам Халлетт, однако, в путешествии «Пандоры» не участвовал.

На суде Халлетт и Хэйуорд были фактически единственными, кто свидетельствовал против своего бывшего товарища и сверстника Питера Хейвуда.

В 1794 году Халлетт умер в 22-летнем возрасте.

Питер Хейвуд, гардемарин

Родился в Дугласе на Острове Мэн 6 июня 1772 года в аристократической семье. Учился в школе Нантвича (графство Чешир) под присмотром преподобного мистера Хантера. Затем на короткое время перешел в Ст. Биз. На флоте — с 14 лет (с 1786 года). Попал на «Баунти» в 15-летнем возрасте по рекомендации тестя Блая, доктора Ричарда Бетама, близкого друга семейства Хейвудов. 27 августа 1787 года назначен младшим гардемарином «Баунти».

Описание Блая: «…16 лет, 5 футов 7 дюймов ростом, бледный цвет лица, русые волосы, пропорционально сложен. Сильно татуирован, и на правой ноге вытатуированы „Ноги Мэна“[3], как на существующей монете…»

На борту «Баунти» обедал в кают-компании вместе с Кристианом, Стюартом и Тинклером. Хейвуда, в отличие от Хэйуорда и Халлетта, на судне уважали. Он зарекомендовал себя тихим и образованным гардемарином. На Таити, во время сбора саженцев, начал составлять словарь таитянского языка, впоследствии высоко оцененный миссионерами.

Во время мятежа Хейвуда со Стюартом держали под стражей на нижней палубе. Тем не менее, видимо из-за того, что Хейвуд не оказал никакого сопротивления восставшим, и вследствие, возможно, личной неприязни, Блай считал его одним из активных заговорщиков. Оставшись на Таити после отплытия «Баунти», Хейвуд не принимал никакого участия в местных междоусобицах и вел свой журнал, который впоследствии передал капитану «Пандоры» Эдвардсу (журнал утонул вместе с «Пандорой»).

На суде Хэйуорд и Халлетт свидетельствовали против Хейвуда. 18 сентября 1792 года трибунал приговорил его к смертной казни, но 24 октября того же года, благодаря усилиям адвоката и семьи, Хейвуд был высочайше помилован.

После суда Хейвуд активно помогал брату Флетчера Кристиана, Эдварду, собирать объективные материалы о мятеже.

Однажды, много лет спустя, Хейвуд увидел на улице Плимута человека, очень похожего на Флетчера Кристиана. Хейвуд окликнул его, но человек убежал. Эта история положила начало многочисленным слухам о том, что Кристиану удалось покинуть Питкэрн и вернуться в Англию.

Хейвуд успешно продолжил карьеру военно-морского офицера. Пользовался авторитетом и уважением среди коллег. Командовал несколькими судами и занимал ряд ответственных должностей во флоте. Скончался 10 февраля 1831 года в возрасте 58 лет в ранге старшего капитана.

В романе Чарльза Нордхоффа и Джеймса Нормана Холла «Мятеж на Баунти» Хейвуд выведен как гардемарин Роберт Байам (от чьего имени и ведется повествование).

Генри Хиллбрант, матрос, бондарь

Родился в Ганновере (Германия) примерно в 1763 году. По национальности немец, плохо говорил по-английски.

Описание Блая: «…25 лет, 5 футов 7 дюймов роста. Бледный цвет лица, рыжеволосый, очень крепкое телосложение. Его левая рука короче правой, потому что была сломана. Он из Ганновера и плохо говорит по-английски. Татуирован в нескольких местах…»

В самом начале плавания, в феврале 1788 года, Хиллбрант проговорился о том, что видел, как еще до отплытия «Баунти» судовой клерк Сэмюэл распорядился послать пару голов сыра на квартиру Блая. Блай был взбешен и пригрозил высечь Хиллбранта за болтовню.

В дальнейшем Хиллбрант ничем особенным себя не проявил. О его участии в мятеже фактически ничего не известно. Скорее всего, он присоединился к бунтовщикам не сразу.

Оставшись на Таити после того, как «Баунти» в последний раз покинула остров, Хиллбрант обосновался в районе Опарра, недалеко от бухты Матаваи. Активно помогал Моррисону строить шхуну «Резолюшн», принимал участие в военных действиях. Жил с женщиной (имя неизвестно), которая родила ему ребенка.

Когда на Таити прибыла «Пандора», Хиллбрант был одним из тех, кто укрылся в горах. Вскоре его поймали и, как и его товарищей, заковали в кандалы.

14 мая 1791 года, уже в море, Хиллбрант попросил разрешения поговорить с капитаном «Пандоры» Эдвардом Эдвардсом. Хиллбрант сообщил, что Кристиан сказал ему, куда пойдет «Баунти» после Таити — на необитаемый Остров Герцога Йоркского (ныне — о. Атафу, архипелаг Токелау, к западу от Французской Полинезии). Эдвардс не поверил Хиллбранту, но, тем не менее, направил «Пандору» именно туда. По пути «Пандора» зашла на о. Палмерстоун, где были обнаружены куски рангоута с надписью «Bounty’s Driver Yard». Это только укрепило Эдвардса в правильности маршрута, и «Пандора» продолжила поиски «Баунти» в ложном направлении. На Острове Герцога Йоркского, как и на других островах, никаких следов мятежного судна больше найти не удалось.

Сегодня многие исследователи считают, что рассказ Хиллбранта об Острове Герцога Йоркского — это не ошибка бондаря и не желание выслужиться перед Эдвардсом. Скорее всего, это была дезинформация, которую Кристиан «подкинул» болтливому Хиллбранту.

Однако никаких поблажек Хиллбрант не заслужил. Более того, во время кораблекрушения «Пандоры», 28 августа 1791 года, он оказался единственным из мятежников, кто так и не сумел выбраться из трюма и утонул первым.

Томас Холл, кок

Родился в Дархэме (северо-восток Англии) приблизительно в 1749 году. На «Баунти» — с 28 ноября 1787 года.

О Холле известно крайне мало. Он — единственный из экипажа «Баунти», кто по непонятным причинам не был включен в официально опубликованный список команды. Кроме того, Блай почему-то не описал его в своем отчете.

О кулинарных талантах Холла можно только догадываться. О всяком случае, никаких нареканий на качество приготовленной пищи у Блая не встречается. Помощник боцмана Моррисон упоминает лишь, что у Мыса Горн, защищая в драке запасы еды от голодных матросов, Холл сломал два ребра.

Когда начался мятеж, Холл колол дрова для своего камбуза и впоследствии никакого участия в бунте не принимал.

К концу плавания на баркасе он тяжело заболел, и Блай по прибытию в Батавию отправил его в местный госпиталь. Где Холл и умер 11 октября 1789 года, сорока лет от роду.

Томас Хэйуорд, гардемарин

Родился в Лондоне в 1767 году. 20 августа 1787 года был зачислен на «Баунти», как и его приятель Халлетт, по рекомендации Элизабет Блай (семья ее отца тесно дружила с семьей Хэйуорда). 1 декабря Блай назначил его старшим гардемарином.

Хэйуорд вместе с Халлеттом были крайне непопулярны на борту «Баунти»: обоих отличали высокомерие и беспечность. 5 января 1789 года, на Таити, когда выяснилось, что Хэйуорд проспал бегство Чёрчилла, Маспрэтта и Миллуорда, разгневанный Блай приказал заковать виновника в кандалы. В течение почти одиннадцати недель Хэйуорд провел в заточении в трюме.

Тем не менее, Хэйуорд сохранил свою преданность Блаю. Накануне мятежа, когда после инцидента с кокосовыми орехами младшие офицеры отказались ужинать с капитаном, Хэйуорд был единственным, кто разделил с ним трапезу. Он так же, как и Халлетт, числился в карауле рано утром в день мятежа, и так же, как и Халлетт, спал.

Хэйуорда вместе с Халлеттом первыми отправили на баркас. Оба рыдали, умоляя Кристиана оставить их на борту «Баунти». В течение плавания на баркасе Хэйуорд был безоговорочно на стороне Блая.

После возвращения в Англию Хэйуорд был единственным офицером «Баунти», которого Блай хвалил. Вскоре Хэйуорда назначили третьим лейтенантом на «Пандору», корабль, снаряженный для поимки мятежников. По прибытии на Таити он опознал всех своих бывших товарищей, не разделяя их на мятежников и лоялистов, и все были закованы в кандалы.

Во время кораблекрушения «Пандоры», как отмечают свидетели, проявил храбрость и собственноручно спас несколько инструментов и морских карт.

По пути назад, в Англию, Хэйуорд оказался на одном корабле с несколькими схваченными беглыми каторжниками из Порт Джексона (ныне — Сидней, Австралия). Когда судно шло по узкому проливу Санда между островами Суматра и Ява, один из заключенных, Джеймс Кокс, внезапно прыгнул в воду, кишащую акулами, и отчаянно поплыл к берегу. Капитан немедленно закричал, отдавая приказ повернуть штурвал и спустить шлюпку для поимки беглеца. Хэйуорд находился здесь же, на палубе, и его возглас слышали многие: «Нет, нет! Не останавливайтесь, плывите дальше! Он убежит от виселицы, но не от акул!»

В дальнейшем, несмотря на репутацию мерзавца, Хэйуорд продолжил морскую карьеру. В апреле 1798 года он в чине второго лейтенанта и в возрасте 31 года утонул в Южном Китайском море вместе с судном «Свифт».

Чарльз Чёрчилл, капрал

Родился в Манчестере приблизительно в 1759 году.

Описание Блая: «…30 лет, 5 футов 10 дюймов ростом. Бледный цвет лица, короткие русые волосы. Лысоват, крепкого телосложения. Указательный палец на его левой руке искривлен, и рука в следах сильного ошпаривания. Татуирован в нескольких частях тела…»

В плавании отвечал за дисциплину на судне и исполнял наказания — сек провинившихся кошкой.

5 января 1789 года, во время стоянки на Таити, вместе с Миллуордом и Маспрэттом дезертировал на о. Тетиароа. 22 января беглецов поймали, и Чёрчилл получил 24 плети (Миллуорд и Маспрэтт — по 48).

Принимал самое активное участие в мятеже. Арестовывал капитана Блая. Фактически был правой рукой Кристиана. На Тубуаи проголосовал за возвращение на Таити.

На Таити Чёрчилл стал, по сути, лидером среди мятежников. Имел могущественного тейо — вождя полуострова Таиарапу по имени Вехиатуа. Сначала вместе со Скиннером жил в бухте Матаваи, затем со своей женой (имя неизвестно), Мэттью Томпсоном и Джоном Брауном, английским матросом с «Меркьюри», переселился в Таиарапу.

Активно и с особой жестокостью участвовал в междоусобицах таитянских вождей. После неожиданной и странной смерти Вехиатуа в феврале 1790 года Чёрчилл стал вождем Таиарапу — первым и, насколько известно, единственным и по сей день белым вождем в Полинезии.

В марте 1790 года был застрелен в спину из мушкета своим приятелем Мэттью Томпсоном.

Томас Эллисон, матрос

Родился в Дептфорде примерно в 1772 году. Юнгой плавал вместе с Блаем на шхуне «Британниа». В возрасте 15 лет Эллисон по протекции Данкана Кэмпбелла, дяди жены Блая, записался на «Баунти».

Описание Блая: «…17 лет, 5 футов 3 дюйма ростом. Бледный цвет лица, темные волосы, крепкое телосложение. На правой руке вытатуировано его имя и дата „25 октября 1788“…».

В начале плавания Блай в письме Кэмпбеллу хорошо отзывался об Эллисоне. О его дальнейшем поведении на судне известно мало.

Ранним утром 28 апреля 1789 года Эллисон заступил на вахту под командой Кристиана, стоял у штурвала. Во время мятежа, после недолгого колебания, отчаянно присоединился к восставшим. Известен факт, что он, схватив эспадрон, размахивал им перед лицом Блая и кричал: «Будь он проклят, я буду его стражником!» После мятежа, на Тубуаи и вплоть до последнего возвращения на Таити Эллисон служил личным слугой Кристиана.

Оставшись на Таити, Эллисон принимал участие в междоусобной войне местных кланов на стороне вождя Таина (Матэ).

Когда прибыла «Пандора», Эллисон добровольно сдался вместе с Моррисоном и Норманом. Находясь закованным в кандалах в трюме «Пандоры», поддерживал Моррисона в его активных протестах против условий содержания арестованных. После кораблекрушения «Пандоры», во время плавания в открытой шлюпке до Тимора, Моррисона и Эллисона держали связанными и запрещали двигаться.

На процессе Эллисон, будучи одним из основных обвиняемых, безуспешно умолял суд учесть его юный возраст. У него не было адвоката, и 18 сентября 1792 года трибунал приговорил его к смертной казни.

29 октября того же года Эллисон вместе с Бёркеттом и Миллуордом был повешен на борту Его Величества Судна «Брунсвик» в гавани Портсмут.

Уильям Эльфинстоун, помощник штурмана

Родился в Эдинбурге примерно в 1751 году. 29 августа 1787 года записался на «Баунти» месте со своим другом Питером Линклеттером.

Многие исследователи считают, что, когда в марте 1788 года Блай назначил 23-летнего Кристиана помощником штурмана, 36-летний Эльфинстоун был унижен.

Когда начался мятеж, Эльфинстоун спал в своем гамаке. Его не выпускали из трюма до самой посадки в баркас. В течение плавания на баркасе Эльфинстоун поддерживал Фрайера против Блая.

В октябре 1789 года, уже в Батавии, Эльфинстоун умер от малярии, в одно время со своим другом Линклеттером.

Эдвард «Нед» Янг, гардемарин

Родился на о. Сент Киттс в Вест-Индии (ныне — государство Сент Киттс и Невис в зоне Карибского бассейна) примерно в 1766 году. Его отец был англичанином, мать — креолкой. Возможно, Янг был племянником сэра Джорджа Янга, влиятельного английского вельможи. По некоторым данным, несколько лет прожил в городке Пил на Острове Мэн. Очевидно, что Янг записался на «Баунти» благодаря ходатайству членов его семьи, которые, судя по всему, были знакомы с семейством Блая.

Описание Блая: «…22 года, 5 футов 8 дюймов ростом. Смуглый цвет лица, довольно плохой вид. Темно-коричневые волосы — крепкое телосложение — отсутствует несколько передних зубов, а оставшиеся зубы все гнилые. Маленькая родинка на левой стороне горла, и на правой руке вытатуировано сердце, пронзенное стрелой, с надписью „E. Y.“ внизу и датой „1788“ или „1789“, мы не уверены…»

Блай ни разу не упоминал о Янге в судовом журнале во время плавания и стоянки на Таити. Скорее всего, на судне Янг дружил с Кристианом и Стюартом. Пользовался успехом у таитян, особенно у женщин.

В ночь перед мятежом Янг дежурил в карауле Пековера, которого в 4 часа утра сменила вахта Кристиана. Существует версия, что именно Янг, успев обменяться с Кристианом несколькими фразами, подтолкнул его захватить судно.

Очевидно, что Янг был на стороне восставших с самого начала, но о его поведении во время мятежа известно немного. Сохранилась его реплика, брошенная в ответ на призывы связанного капитана Блая одуматься: «Сегодня у меня есть надежда поесть досыта!» Он стал единственным офицером, кто присоединился к Кристиану. Многие исследователи считают, что именно Янг был тайным вдохновителем бунта.

На Питкэрне Янг поселился со своей таитянской подругой по имени Тераура, которую он называл Сюзанна. От нее детей у него не было.

В День Резни, 20 сентября 1793 года Янг по загадочным причинам стал единственным из белых, кого не тронули полинезийцы. По одной из версий его спрятали женщины. Однако большинство исследователей сходятся во мнении, что Янг не только был причастен к заговору полинезийцев, но и сам организовал его.

Спустя несколько дней, когда женщины задумали убить оставшихся полинезийцев, Янг лично застрелил Ниау. После этого он стал жить в доме Кристиана с его вдовой Мауатуа («Изабеллой»). Она родила ему троих детей: дочь Дороти (Долли) и сыновей Эдварда Младшего и Джеймса. Еще четверых детей он имел от вдовы Уильямса Тоофаити («Нэнси»): дочь Полли и сыновей Джорджа, Роберта и Уильяма.

Известно, что на острове Янг начал вести свой журнал. Его видел в 1825 году капитан Бичи (судно «Блоссом») и даже сделал несколько выписок. Однако затем журнал Янга бесследно исчез.

В 1799 году Янг вместе со Смитом (Адамсом) решил убить Куинтала, который много пил и терроризировал всех на острове. Они заманили его в дом Смита, напоили, и Смит зарубил Куинтала топором.

Согласно легенде, Янг научил Смита (Адамса) читать и писать, и в последние годы жизни активно занимался воспитанием детей.

Подробности — во второй части книги.

25 декабря 1800 года Янг в возрасте 34 лет умер от астмы (или, по некоторым данным — от туберкулеза). Он стал первым мужчиной на острове, кто умер естественной, ненасильственной смертью. Его имя носят несколько небольших скал на севере Питкэрна. Потомки Янга в настоящее время живут на Питкэрне, Норфолке и в Новой Зеландии.

Атлас

Эксклюзивная коллекция оригинальных географических карт к книге «Сага о мятеже на „Баунти“ и об острове Питкэрн», созданная Марией Ашихминой

Питкэрн: соседи

В состав «Заморской территории Соединенного Королевства Островов Питкэрн»[4] входят четыре острова: сам Питкэрн, а также необитаемые Оэно, Хендерсон и Дьюси.

Оэно

Оэно (координаты 23°56′ южной широты и 130°45′ западной долготы) — самый близкий к приюту потомков мятежников с «Баунти» кусочек суши. Он расположен в 77 морских милях (142 км) к северо-западу от Питкэрна.

Первым из европейцев еще в далеком 1606 году эту землю на горизонте увидел Педро Фернандес де Кирос. Испанский капитан назвал атолл Островом Инкарнации. Спустя двести с лишним лет, в 1819-м, остров вторично открыл капитан Джеймс Хендерсон (английское торговое судно «Геркулес» из Калькутты), но на карту его нанес шкипер американского китобойца из Нантакета, штат Массачусетс, по имени Джордж Уорт. Это случилось в 1824 году, и остров назвали по имени корабля — «Оэно»[5].

Насколько известно, Оэно всегда оставался необитаемым, здесь никогда не жили люди. Если, конечно, не считать жертв кораблекрушений. В разное время в коварных водах у Оэно о рифы разбились несколько судов, и спасшимся людям приходилось высаживаться на берег близлежащего островка. Самая известная из этих историй — кораблекрушение судна «Уайлд Уэйв».

5 марта 1858 года, в час ночи, американский клиппер «Уайлд Уэйв» («Дикая Волна») водоизмещением в полторы тысячи тонн налетел здесь на рифы. 30 членов экипажа и 10 пассажиров выбрались на берег. Среди прочего груза, который им удалось вытащить из воды, был и гроб с телом брата капитана. 13 марта капитан Джосайя Ноулз со своим помощником и еще пятью моряками на уцелевшей шлюпке отправился на Питкэрн за помощью. С собой Ноулз взял двух пойманных на Оэно птиц (чтобы использовать их в качестве «почтовых голубей») и два сундука со своими личными сбережениями (18 тысяч долларов в золотых монетах).

Через два дня, 15 марта, при попытке пристать к западной оконечности Питкэрна (туда, где в 1790 году высадилась первая группа мятежников с «Баунти»), лодка разбилась о камни. Оказавшись на берегу, моряки с изумлением обнаружили, что остров заброшен и необитаем — за пару лет до этого все население было эвакуировано на Норфолк. Но Ноулз сотоварищи ничего об этом не знали.

И потерпевшим кораблекрушение ничего не оставалось, как строить новую шлюпку. Им нужны были доски, и именно для этих целей они и разобрали несколько домов; им нужны были гвозди, и они, не сумев вытащить их из стен, сожгли пару хижин. (В 1859 году, вернувшись с Норфолка, питкэрнцы с изумлением обнаружили на родном острове следы пребывания чужаков: разруху и пепелище)

Оставленный местными жителями Питкэрн спас непрошенным гостям жизнь. Американцы ловили и жарили одичавших цыплят и свиней, собирали плоды хлебного дерева и кокосы, активно пользовались заржавевшими брошенными инструментами. В качестве якоря новой шхуны находчивые моряки решили привязать к канату кузнечную наковальню. Паруса шили из остатков тряпья и одеял. В редкие минуты отдыха капитан Ноулз, скучая по дому и страдая от ревматизма, читал роман «Джейн Эйр», найденный в одном из домов.

Через восемнадцать с половиной недель (130 дней) пребывания на острове 30-футовая шхуна была построена. Ее назвали «Джон Адамс» — в честь легендарного патриарха Питкэрна. Двое моряков остались на берегу, а пятеро во главе с Ноулзом 23 июля направились на Таити. Сундуки с золотом капитан тайком от всех предварительно закопал в землю.

Встречный ветер отнес «Джона Адамса» в сторону Маркизского архипелага, где 4 августа у острова Нуку-Хива несчастных в открытом море подобрало американское судно «Вандалия». Прибыв на Таити, капитан Ноулз вскоре отправился домой в Америку, и уже 29 сентября его, как героя, встречали в Сан-Франциско. А «Вандалия» тем временем поспешила спасать остальных — на Оэно и Питкэрне.

В общей сложности экипаж потерпевшей кораблекрушение «Уайлд Уэйв» прожил на Оэно более полугода (и еще двое шесть месяцев провели на Питкэрне). Во время этой вынужденной «робинзонады» на Оэно скончался всего один человек. Людей забрали, золото из питкэрнской земли выкопали, а тело брата капитана, наоборот, похоронили на Оэно.

Сегодня одна из главных достопримечательностей атолла — надгробная каменная плита с полустертой надписью:

In

Memory of

Capt. Thomas Knowles

of Brewster, Mass.

Late of Ship Versailles

of Boston.

Died April 2 1852

Aged 29 Years.

Capt. Knowles Remains

were Taken From San Francisco

by His Brother J. N. Knowles in

Ship Wild Wave which was Wrecked

on this island

5 March 1858.[6]

Многим исследователям не дает покоя простой вопрос: если человек умер еще в 1852, почему его похоронили лишь 6 лет спустя? Кроме того, нынешние потомки Джосайи Ноулза утверждают, что не имеют никаких документальных свидетельств того, что у капитана «Уайлд Уэйв» был брат. Еще одна загадка?

И что в этом случае на самом деле закопано под этой плитой на Оэно?.. Это типичный коралловый атолл Южных Морей: в кольце рифа располагается живописная голубая лагуна, глубиной не более пяти метров. Строго говоря, Оэно состоит из нескольких крошечных островков, самый крупный из которых имеет площадь менее одной квадратной мили. Здесь растет кокосовая пальма и чахлый кустарник, водятся несколько видов красивых тропических птиц, и в лагуне много рыбы. Но главное достоинство Оэно — прекрасный пляж, покрытый белым коралловым песком, мелким и мягким. Именно поэтому уже много лет этот островок — любимое место отдыха современных питкэрнцев.

Как известно, на Питкэрне своего естественного пляжа нет, и в хорошую погоду островитяне садятся на два баркаса и отправляются сюда на пикник. От Бухты Баунти до Оэно ночь пути, и рано утром туристы высаживаются на песчаный берег. Здесь ими оборудован небольшой лагерь: два полотняных навеса, деревянный туалет (так называемый «дункан»: кабинка с дыркой над выгребной ямой) и даже электрогенератор. Если копнуть поглубже, то ручной помпой можно накачать солоноватую, но вполне пригодную для питья воду, и питкэрнцы обожают устраивать тут «барбекью».

Хендерсон

Остров Хендерсон (координаты 24°20’S и 128°20’W) располагается в 104 морских милях (193 км) к северо-северо-востоку от Питкэрна. Это самый крупный из всех четырех островов Питкэрнской группы; его размеры — 7,3 км в длину и 4,8 км в ширину (по площади — 37 км^2 — это почти в восемь раз больше Питкэрна). По своему геологическому происхождению Хендерсон — так называемый «макатеа», большой коралловый массив, в незапамятные времена поднявшийся из воды. Остров состоит из известняковых пород, на которых произрастают кокосовые пальмы и деревья миро.

Несомненно, что когда-то этот клочок суши был обитаем. В начале 90-х годов XX столетия американский археолог Маршалл Уэйслер проводил раскопки на Хендерсоне и обнаружил неопровержимые свидетельства того, что в середине второго тысячелетия нашей эры (примерно в XV веке) здесь жили люди. Несмотря на то, что на острове отсутствуют пригоднаядля земледелия почва, полезные ископаемые и источники пресной воды, в течение достаточно долгого времени на Хендерсоне существовало поселение древних полинезийцев. Скорее всего, это были выходцы с соседних Питкэрна и Мангаревы. Однако по неустановленной причине к первому визиту европейцев местные жители навсегда покинули остров.

С тех пор Хендерсон остается необитаемым. Впрочем, периодически здесь появлялись люди.

В январе 1606 года сюда высаживались моряки экспедиции Педро Фернандеса де Кироса. Они стали самыми первыми европейцами, ступившими на землю нынешних островов Питкэрнской группы (за двести — без малого — лет до мятежников с «Баунти»). Кирос назвал остров в честь Святого Иоанна Крестителя — Сан Хуан Баутиста.

Капитан калькуттского «Геркулеса» Джеймс Хендерсон еще раз открыл остров в 1819 году, и с тех пор эта точка на карте носит его имя. Впрочем, некоторое время остров назывался Элизабет — по имени английского китобойного корабля капитана Генри Кинга, «открывшего» питкэрнского соседа в том же 1819-м, но на два месяца позже Дж. Хендерсона.

Через пару лет остров вошел в историю легендарных «робинзонад». 20 декабря 1820 года до Хендерсона добрались три шлюпки с экипажем американского китобойца «Эссекс», уничтоженного гигантским раненным кашалотом. Через неделю 17 человек, убедившись, что остров практически непригоден для житья, и не зная о спасительном для них поселении на соседнем Питкэрне, снова сели в шлюпки и отправились на восток, в сторону Южной Америки[7]. Но трое китобоев — Томас Чэппл (Thomas Chapple), Уильям Райт (William Wright) и Сет Уикс (Seth Weeks) — добровольно остались на берегу.

«Робинзоны» провели на Хендерсоне в общей сложности 103 дня. Они выжили, не поедая друг друга (в отличие от своих товарищей по несчастью, уплывших на шлюпках). Хотя в первые же дни моряки обнаружили наглядный пример того, что их ждет на этом необитаемом острове: в одной из узких пещер в прибрежных скалах они наткнулись на восемь человеческих скелетов[8]. Но это их не особо напугало. Укрываясь от жары и тропических ливней в этих самых пещерах, они собирали дождевую воду в парусиновые тенты, ловили голыми руками птиц и рыбу, сбивали кокосы и выковыривали из ракушек улиток.

8 апреля 1821 года их подобрал английский корабль «Суррей», специально направленный из Вальпараисо на поиски и спасение оставшихся в живых моряков «Эссекса».

С 1851 года Хендерсон периодически навещается питкэрнцами. Здесь растет дерево миро, из мягкой и податливой древесины которого островитяне вытачивают фигурки дельфинов и черепах — одни из самых популярных сувениров с Питкэрна.

В 1957 году остров Хендерсон попал на первые полосы многих австралийских и новозеландских газет в связи с весьма курьезным и странным случаем, который с грустной улыбкой вспоминается питкэрнскими долгожителями и сегодня. История эта называется «Боб Томарчин и его шимпанзе Моко».

…В Саббат 10 августа 1957 года в Бухте Баунти бросила якорь канадская яхта «Флайинг Уолрус» (Flying Walrus, «Летающий Морж»), на борту которой находились всего двое: супружеская чета из Ванкувера Джон и Диана Уэллсы. Судно доставило на остров почту и кокосы с Мангаревы. Капитан остался на яхте, а его жена высадилась на берег. Она осмотрела Адамстаун и посетила школу. Островитяне узнали, что она ждет ребенка, и что они с мужем очень торопятся в Новую Зеландию. Кто-то полюбопытствовал: как они управляются с яхтой вдвоем? Диана Уэллс ответила, что у них был матрос, но он оказался «ненадежным», и на пути к Питкэрну они вынуждены были высадить его на какой-то необитаемый остров. Не вдаваясь в подробности, питкэрнцы пожали плечами, и через два дня «Флайинг Уолрус» продолжил свой маршрут к Раротонге (Острова Кука).

Почти месяц спустя, 7 сентября к острову подошел английский грузовой корабль «Коринтик». Капитан Артур Джонс спросил питкэрнского магистрата Паркина Кристиана, не находится ли кто-либо из островитян на соседнем Хендерсоне. Дело в том, что «Коринтик» на пути из Панамы в Новую Зеландию проходил мимо Хендерсона, и один из пассажиров заметил на берегу какого-то человека, отчаянного размахивающего рубахой в надежде привлечь внимание. В бинокль моряки с удивлением увидели, что этот человек не один, что с ним по пляжу бегает… маленький ребенок.

Это известие озадачило и встревожило островитян не на шутку. Все свои были дома, а та неведомая пара, судя по сигналам, явно нуждалась в помощи.

Совет Питкэрна принял решение незамедлительно идти на Хендерсон — спасать незнакомцев. Том Кристиан связался по радио с американским транспортным судном «Пайонир Айл», и его капитан согласился доставить на Хендерсон два баркаса с питкэрнцами.

9 сентября спасательная команда была на месте. Не успели лодки причалить к берегу, как к ним со слезами на глазах бросился какой-то молодой человек. Вот как эту встречу описывает датский журналист и писатель Арне Фальк-Рённе в своей книге «Слева по борту — рай»:

«…Он вскочил в одну из лодок и обнял рулевого:

— Не знаю, кто вы такие, но вы спасли мне жизнь! Тут миллионы крыс, они пожирают мою провизию, и если бы не вы, то мы с Моко умерли бы скоро от голода!

Никто из прибывших не сомневался, кто такой Моко, — по узкой прибрежной полосе взад-вперед с громкими радостными криками носился шимпанзе…»

Это было невероятно. Тот, кого с борта «Коринтика» приняли за маленького ребенка, оказался маленькой обезьянкой, одетой в детские рубашку и штанишки! Незнакомец сбивчиво объяснил, что зовут его Роберт Томарчин, ему 27 лет, он американец, родом из Флориды, и что здесь, на этом острове, его на произвол судьбы оставили хозяева яхты «Флайинг Уолрус».

По его словам, дело происходило так: он нанялся к Уэллсам на Таити, при условии, что с ним будет его питомец — шимпанзе Моко. Поначалу все шло хорошо, но потом обезьянка стала действовать на нервы миссис Уэллс и раздражать мистера Уэллса. Однажды Моко съела все витамины леди из судовой аптечки, и это стало для канадской четы последней каплей. Они предложили Томарчину сойти с шимпанзе на первый попавшийся берег и подождать, пока женщина успокоится. В это самое время «Флайинг Уолрус» как раз проходил мимо Хендерсона.

Американец высадился, а яхта подняла паруса и скрылась из виду. Было договорено, что Уэллсы вернутся через четыре дня и заберут Томарчина и Моко, но прошло четыре недели, и никто, похоже, за ними возвращаться не собирался.

Томарчин утверждал, что раньше никогда ничего не слышал о Хендерсоне и был совершенно не готов к своей «робинзонаде». Эти слова сразу вызывали некоторые сомнения.

Питкэрнские спасатели увидели, что американец оказался на необитаемом островке, мягко выражаясь, не с пустыми руками. В его распоряжении имелись: несколько комплектов одежды, прочная нейлоновая палатка, надувные резиновые лодка и плот, переносная радиостанция с запасом батарей к ней, набор свечей, карманные фонари, ящик инструментов и гвоздей, винтовка с тысячью патронами, лук со стрелами, арбалет и маска с трубкой для подводной охоты, коробка с семенами цветов и овощей, 12 ящиков консервов, 166-литровая бочка пресной воды, несколько кур и даже кровать и граммофон с пластинками.

Плюс крупная сумма долларов в дорожных чеках. Подозрительно много для «выброшенного на произвол судьбы».

Да и сам Томарчин не очень походил на несчастного «робинзона». Он был крепкого телосложения, гладко выбрит, носил новые штаны, забавную шапочку и модные солнцезащитные очки. Однако его отчаяние выглядело неподдельным, и он по-настоящему плакал от радости, когда его обнаружили.

Капитан «Пайонир Айл» не имел права брать на борт животное без сопровождающих документов, и Томарчин отказался расставаться с Моко. Тогда питкэрнцы приняли решение взять их с собой на остров. Проводив судно и переночевав на берегу, на рассвете 10 сентября баркасы отправились домой.

Появление смешной обезьянки вызвало на Питкэрне самый настоящий фурор, особенно у ребятишек. Восторгу островитян не было конца. Диковинных гостей окружили теплом и заботой, и сам Паркин Кристиан, магистрат, приютил их в своем доме. Некоторое время Томарчин и Моко как сыр в масле катались.

Тем временем Тому Кристиану удалось связаться по радио с хозяевами яхты «Флайинг Уолрус», мистером и миссис Уэллс. Они клялись и божились, что Томарчин, на самом деле, даже заплатил им (по разным данным от трехсот до тысячи (!) долларов), чтобы они высадили его на Хендерсоне. Это заявление противоречило рассказам самого Томарчина, и бедные островитяне не знали, кому верить.

Как положено, обо всем доложили в резиденцию губернатора Питкэрна на Фиджи. Вскоре из встревоженной канцелярии пришла директива: Томарчин не имеет официального разрешения пребывать на острове, и потому должен покинуть Питкэрн на первом же проходящем судне. И если капитан этого судна согласится взять с собой еще и шимпанзе, то Моко надлежит оставить остров вместе с хозяином. Если же взять обезьянку на борт нельзя, ее следует… уничтожить.

В экстренном порядке собрался Совет Питкэрна. Сердобольные старейшины острова жалели чудака-американца, и его зверушка стала всеобщей любимицей. И было принято компромиссное решение: да, закон есть закон, и Бобу Томарчину действительно необходимо уплыть на первом же корабле. Но Моко пока останется на Питкэрне. Разумеется, никто убивать бедное животное не собирался. Зато с гостя взяли обещание, что как только он доберется до Америки, он должен немедленно оформить все медицинские документы на шимпанзе и как можно быстрее переслать их на остров. И, если с бумагами все будет в порядке, питкэрнцы немедленно вышлют Моко «по указанному адресу». Если же в течение трех месяцев островитяне не получат никаких убедительных документов, то в этом случае Моко становится собственностью Питкэрна, и местные жители вольны будут поступать с ней по их желанию.

На том и договорились. 26 октября 1957 года Томарчин попрощался со своей Моко и с разрешения капитана поднялся на борт английского торгового судна «Рангитики», шедшего из Новой Зеландии в Панаму.

Всего американец прожил на Питкэрне 43 дня (на Хендерсоне он провел 34 дня). В анналах острова сохранился его «прощальный» автограф: на листе бумаги достаточно корявым почерком записано: «Your friend cast-away of Henderson Island Bob Tomarchin & his pet chimp Moko. Thank you for everything» («Ваш друг, выброшенный на Остров Хендерсон, и его домашнее шимпанзе Моко. Спасибо за все»)

Месяц спустя, 29 ноября к Питкэрну подошел британский корабль «Рангитата». Каково же было удивление островитян, когда они узнали, что на борту — под стражей! — находится Томарчин. Выяснилось, что в Панаме он пробрался на судно зайцем, его быстро обнаружили и заперли в каюте. Пассажиры «Рангитата» рассказывали, что это был весьма приятный молодой человек, но незадолго до прибытия на Питкэрн ему удалось сбежать из-под замка и забраться в спасательную шлюпку. Там его через несколько часов и нашли: Боб был в совершенном исступлении, он рвался спустить лодку на воду, и десять матросов едва справились с ним, связав шлангами.

Никому из островитян не разрешили ни повидаться с ним, ни передать ему посылку, ни даже показать ему его обезьянку. И только когда лодка питкэрнцев отчаливала от борта «Рангитата», и Кларенс Янг громко прокричал: «До свидания, Боб!», Томарчину удалось высунуть руку из иллюминатора и отчаянно помахать на прощание.

Никто не чаял увидеть его снова, но не прошло и года, как 21 октября 1958-го Томарчин вновь прибыл на Питкэрн, на сей раз в качестве заплатившего пассажира, на борту уже знакомом ему «Рангитики» (не путать с «Рангитата»).

(За несколько месяцев до этого, прибыв в Новую Зеландию, первым делом То-марчин был оштрафован на 98 фунтов стерлингов за «безбилетный проезд». Затем он дал несколько интервью различным новозеландским и австралийским газетам, каждый раз пересказывая свою невероятную историю по-разному. Те-перь он уже не обвинял во всем чету Уэллсов, а утверждал, что на Хендерсон его привела некая тайна, раскрыть которую он пока не может. Пассажирам «Ран-гитата», например, он поведал, что где-то на Хендерсоне покоятся останки его родителей, потерпевших там кораблекрушение лет 20 назад. Том Кристиан вспоминает, что Томарчин намекал ему о некоем «сокровище», спрятанном на острове. И так далее…)

…И долгожданное воссоединение человека и его обезьянки состоялось. Их провожали всем островом. Говорят, что, в конце концов, они благополучно добрались до Америки[9].

Интересно, что все поздние попытки разыскать этого странного человека и расспросить-таки его, зачем он вдвоем со своей обезьянкой добровольно высадился на необитаемом острове неподалеку от легендарного Питкэрна, ни к чему не привели. Мало того, исследователь Майк Уинтроп утверждает, что в Соединенных Штатах Америки нет ни одного человека с загадочной фамилией «Томарчин». Из Бюро Переписи Населения США пришел официальный ответ, что в списке 88 тысяч 799 фамилий, зарегистрированных на территории Соединенных Штатов, фамилия Томарчин отсутствует! Уинтроп убежден, что эта фамилия — искаженное Томаркин, Тамарчин, Тумаркин или Томакин. То есть совсем не исключено, что этот самый таинственный чудак Боб был по происхождению… русским.

Как знать, может быть, пройдет время, и мы, наконец, узнаем всю правду о том, как некий эксцентричный молодой человек непонятного происхождения вместе со своей обезьянкой добровольно оказался на необитаемом острове, намереваясь оставаться там надолго, но испугавшись местных крыс, вовремя ретировался. Сейчас, когда пишутся эти строки, в 2008 году, Роберту Томарчину (или как там его на самом деле) должно быть лет 78. Если он, конечно, еще жив…

В 1983 году американский миллионер-скотопромышленник Артур «Смайли» Рэтлифф обратился к Британскому Правительству с предложением купить остров Хендерсон. Бизнесмен был готов выложить миллион долларов для строительства здесь взлетно-посадочной полосы. И, хотя ему в конечном итоге отказали, разговоры о будущем хендерсоновском «аэропорте» продолжаются до сих пор.

С 1988 года Хендерсон включен в список мест Всемирного Природного Наследия ЮНЕСКО. Здесь обитают и произрастают несколько уникальных, нигде более не встречающихся видов растений и птиц[10].

Дьюси

Атолл Дьюси, расположенный на 24°41′ южной широты и 124°47′ западной долготы, — самый отдаленный островок всей питкэрнской группы. От Питкэрна до Дьюси — 290 морских миль (537 км) к востоку; ровно такое же расстояние разделяет приют потомков мятежников с «Баунти» и ближайшее человеческое жилье — в архипелаге Гамбье во Французской Полинезии. Неудивительно, что питкэрнцы на Дьюси бывают крайне редко. Геологически Дьюси — самый крайний, восточный участок суши так называемой гряды Туамоту.

Этот крошечный островок был открыт 16 марта 1791 года капитаном «Пандоры» Эдвардом Эдвардсом. Спеша на всех парусах на Таити, грозный преследователь мятежников с «Баунти» нашел время нанести на карту необитаемый атолл и назвать его в честь высокопоставленного чиновника Адмиралтейства Фрэнсиса Рейнолдс-Мортона, Третьего Барона Дьюси. Если бы Эдвардс повел свой фрегат дальше на запад вдоль 25-й параллели, он, несомненно, наткнулся бы на Питкэрн, и тогда вся история последнего пристанища бунтовщиков могла сложиться совсем по-другому. Но, к счастью, этого не произошло…

Дьюси — типичный, «классический» атолл Южных Морей: лежащая в кольце опасных коралловых рифов изогнутая бумерангом узкая известняковая отмель, опоясывающая голубую лагуну и поросшая тропическим кустарником под названием турнефортия (Tournefortia argentea). Флора и фауна Дьюси значительно беднее своих соседей; в отличие от остальных островов питкэрнской группы здесь не произрастают растения — эндемики. Красивая, но негостеприимная лагуна опасна острыми как лезвия кораллами, ядовитыми рыбами и крайне агрессивными акулами. Общая площадь атолла — 3,9 км^2 — сопоставима с площадью Оэно (5,1 км^2), но здесь нет ни роскошного пляжа, ни высоких деревьев, ни пресной воды. Пожалуй, из всех четырех островов питкэрнской группы Дьюси менее всего пригоден для человеческого обитания.

5 июня 1881 года на рифах у берегов Дьюси потерпела крушение 697-тонная британская шхуна «Акадиа», шедшая с грузом пшеницы по маршруту из Сан-Франциско в ирландский порт Корк. Через девять дней экипаж на двух шлюпках добрался до Питкэрна. Как всегда, островитяне приняли моряков с традиционным радушием и гостеприимством, и трое из них, американец Филипп Кук Коффин, валлиец Альберт Джон Волк и англичанин Альберт Найт, пожелали здесь остаться.

За Найта вышла замуж Мария Джейн Янг, и в 1882 году молодые перебрались на постоянное местожительство в Королевство Тонга. Волк взял в жены Мэри Энн Янг, и спустя три года они навсегда покинули остров, обосновавшись на родине мужа, в Уэльсе. А 43-летний Коффин женился на 15-летней Мэри Джейн Флоранс Уоррен, и они до конца своих дней прожили на Питкэрне. У них было десять детей.

Но из всех моряков «Акадии» больше всего на жизнь острова повлияли не эти трое. Был еще и 16-летний юнга Линкольн Кларк, американец. Как и остальные члены экипажа, он покинул приютивший его остров еще в 1882 году. Вернувшись в Штаты, он там вскоре обзавелся семьей и детьми. Но Питкэрн так запал юноше в душу, что прошло без малого тридцать лет, и Кларк — после смерти жены — вернулся сюда вместе со своим 16-летним сыном Роем. Вдовец Линкольн женился на вдове Аугусте «Джоуки» Кристиан, а его сын Рой — на Гиацинт Мэй Коффин (дочери другого моряка с «Акадии», Филиппа Коффина).

Рой Кларк быстро адаптировался к островной жизни, и в течение многих лет (вплоть до своей смерти в 1980 году) не только служил почтмейстером и школьным учителем, но и был, по сути, духовным лидером Питкэрна. Записки, которые он оставил после себя, являются одним из важнейших документов внутренней жизни острова в XX веке.

Хронология

1754–2007. Репринт

Альбом — III

(окончание)

Сага в кино

К началу XXI века о мятеже на «Баунти» и об острове Питкэрн было снято 6 игровых художественных фильмов. «Целых шесть»? Или «всего шесть»? Шесть картин о самом удивительном приключении в истории за сто лет кинематографа — много это или мало?..

«Мятеж Баунти» («Mutiny of the Bounty», Австралия, 1916)

Первыми к теме обратились австралийцы. 2 сентября 1916 года в театре на Джордж Стрит в Сиднее состоялась премьера немой «фильмы» под названием «Мятеж Баунти» («Mutiny of the Bounty»). Через четыре дня Australian Vari-ety назвала картину «лучшей продукцией, до сих пор сделанной в Австралии». Съемки проходили в окрестностях озера Роторуа в Новой Зеландии, а также на острове Норфолк и в Сиднее.

Продюсер и режиссер-постановщик — Рэймонд Лонгфорд (Raymond Longford). В главных ролях: капитан Блай — Джордж Кросс (George Cross), Флетчер Кристиан — Уилтон Пауэр (Wilton Power). Кроме них, в списке действующих лиц значатся, например, такие персонажи, как сэр Джозеф Бэнкс и король Георг III. К величайшему сожалению, не осталось ни одной сохраненной копии фильма. Ветхий целлулоид не был вовремя переведен в другой формат, эмульсия выцвела, и сейчас картина невосстановима и поэтому безвозвратно утеряна. Не осталось ничего, кроме нескольких редких фотографий в австралийских архивах…

…В 1967 году Австралийский Институт Кино (аналог Американской Киноакадемии, вручающей Оскары) учредил специальную почетную награду, названную в память выдающегося австралийского филммэйкера, режиссера «Мятежа Баунти» Рэймонда Лонгфорда. В 1977 году, спустя шестьдесят с лишним лет после выхода в свет первой картины о «Баунти» Премии имени Лонгфорда был посмертно удостоен другой замечательный кинематографист Зеленого континента — Чарльз Шовел (Charles Chauvel). Человек, снявший второй по счету — и единственный, уникальный в своем роде — фильм о мятеже на Баунти и об острове Питкэрн.

«По следам Баунти» («In the Wake of t he Bounty», Австралия, 1933)

Следующий фильм о «Баунти» и Питкэрне вышел в свет спустя 17 лет, в 1933 году, там же, в Австралии. Эта картина вошла в историю мирового кинематографа по нескольким причинам.

Для начала, это одна из первых звуковых лент вообще и в Австралии в частности. Во-вторых, в этом фильме состоялся экранный дебют будущей суперзвезды Голливуда, легендарного актера по имени Эролл Флинн (Eroll Fly-nn). В третьих, эта работа режиссера и продюсера Чарльза Шовела поистине бесценна, потому что впервые в истории съемки проходили на острове Питкэрн. Кинокамера впервые документально запечатлела повседневную островную жизнь потомков мятежников с «Баунти».

В начале тридцатых годов австралийский продюсер и режиссер Чарльз Шовел снимал в Новой Гвинее документальное кино о папуасах — охотниках за головами. Для работы он за десяток долларов нанял небольшую лодку, перевозившую людей и грузы по реке Сепик. Управлял лодкой молодой человек родом с австралийского острова Тасмания — Эролл Флинн. Шовел сразу обратил внимание на незаурядного красавца-лодочника: подготовка к съемкам «Баунти» уже начались, и режиссеру был нужен актер на роль Флетчера Кристиана. Но окончательное решение о выборе исполнителя пришло, когда Шовел узнал поразительный факт: выяснилось, что вот этот парень у штурвала утлой лодки Эролл Лесли Томсон Флинн — по материнской линии прямой потомок Флетчера Кристиана. И не только Кристиана. Мать Флинна, Маррель Янг была дочерью выходцев с острова Питкэрн и прапрапраправнучкой гардемарина Эдварда Янга.

Съемки «По следам Баунти» проходили в основном в Сиднее, а также на Таити и — впервые в истории — на острове Питкэрн. Шовел, не имея четкого сценария, импровизировал в процессе работы, и в результате у него получился весьма любопытный жанровый гибрид: уникальная смесь игрового и документального кино.

По замыслу режиссера, сначала повествование ведется от лица старого слепого скрипача Майкла Бирна, который, глотая пиво в английской таверне, весьма патетично рассказывает своим собутыльникам о мятеже на «Баунти». Капитан Блай в исполнении Мэйна Линтона (Mayne Lynton) нарочито омерзительно нюхает табак и, осклабившись, хихикает над Флетчером Кристианом. Красавчик Эролл Флинн, еще весьма далекий от блеска своих последующих ролей, старательно изображает романтического героя. Очень колоритны матросы-мятежники — с выбитыми зубами и с уголовными наколками на тощих торсах.

Вторая часть картины — документальная. Мы видим бесценные кадры жизни питкэрнцев 1932 года.

Выпуск картины на экран был задержан цензурой из-за «сцен насилия» (эпизоды телесного наказания на «Баунти») и «непристойных образов» (таитянские девушки с обнаженными грудями или, говоря современным языком, топлесс). После незначительного перемонтажа Шовел все же убедил австралийское кино-начальство разрешить фильм для широкой публики.

Премьера, сопровождавшаяся внушительной по тем временам рекламной кампанией, состоялась 15 марта 1933 года в сиднейском Театре Принца Эдварда. В поддержку проката «По следам Баунти» Шовел в том же 1933 году опубликовал свою одноименную книгу, в которой рассказал свое видение истории мятежа.

Автор-продюсер серьезно рассчитывал на международный прокат своего амбициозного проекта, и потому продал права на дистрибуцию фильма в Северной Америке крупнейшей голливудской студии MGM (Метро-Голдвин-Майер). Но на экраны Соединенных Штатов картина так и не вышла.

Дело в том, что в октябре 1932 года, в то же самое время, когда Шовел заканчивал свои съемки, в Америке вышел в свет новый роман Чарльза Нордхоффа и Джорджа Нормана Холла «Мятеж на Баунти». Книга мгновенно стала бестселлером, и MGM не только быстро приобрела права на экранизацию, но и предусмотрительно выкупила монополию на прокат возможного конкурента — ленты Чарльза Шовела «По следам Баунти». Естественно, широкая демонстрация австралийской картины в кинотеатрах Америки была не в интересах MGM. Из 70-минутного фильма Шовела «нарезали» две рекламных десятиминутки — «Первобытный Питкэрн» и «Остров Питкэрн сегодня» — и использовали их в качестве промо-кампании первой в истории картины о «Баунти», сделанной в Голливуде.

«Мятеж на Баунти» («Mutiny on the Bounty», США, 1935)

В 1932 году в США вышел в свет приключенческий роман Чарльза Нордхоффа и Джеймса Нормана Холла «Мятеж на Баунти» (Mutiny On The Bounty). Эта книга стала первой частью так называемой «Трилогии Баунти» — вскоре авторы издали продолжение: «Люди против моря» (Men Against The Sea) и «Остров Питкэрна» (Pitcairn’s Island).

Читательский успех первого романа побудил боссов MGM, одной из крупнейших голливудских студий, незамедлительно взяться за дело. Благодаря книге мир заново узнал о поразительной истории «Баунти», и Голливуд не мог оставаться в стороне. Сюжет так и просился на экран.

Проект обещал быть грандиозным, и студия не пожалела средств. Финальный бюджет картины составил огромную по тем временам сумму — $1 950 000, почти два миллиона долларов.

Во-первых, как уже было сказано, MGM выкупила права на распространение в Северной Америке австралийского фильма Чарльза Шовела «По следам Баунти». В итоге боссы не только не допустили конкурента на экраны страны, но и, перемонтировав, активно использовали его материал в качестве рекламной кампании.

Львиная доля сметы, как всегда в Голливуде, пошла на гонорары звездам. Режиссуру доверили одному из самых крупных филммэйкеров той эпохи, одному из основателей Американской Киноакадемии, двукратному лауреату Оскара Фрэнку Ллойду (Frank Lloyd). На две главных роли были выбраны два сверх-популярных актера, также к тому времени уже успевших получить по Оскару. Уильяма Блая сыграл замечательный Чарльз Лафтон (Charles Laughton), а Флетчера Кристиана — человек — идол, знаменитый голливудский герой-любовник Кларк Гейбл (Clark Gable). В роли вымышленного гардемарина Роджера Байама (от чьего имени ведется повествование в романе) руководство MGM планировало снять другую суперзвезду — Кэри Гранта, но актер оказался связан контрактом с другой студией, и в результате роль получил Франшо Тоун (Franchot Tone).

Огромные деньги были потрачены и на костюмы и декорации. А роль самого корабля «Баунти», если можно так выразиться, исполняли как минимум два парусника: старая двухмачтовая шхуна «Лили» (для съемок на верхней палубе) и трехмачтовик «Отилли Фьорд» (для общих планов).

Во время съемок, проходивших у берегов Калифорнии на островах Сан-Мигель и Каталина, не обошлось без проблем, серьезных и не очень. Однажды перевернулась баржа, перевозившая людей на большую землю, и один человек из съемочной группы погиб. Чарльз Лафтон, в отличие от своего персонажа «морского волка» Блая, по иронии судьбы постоянно жутко страдал от морской болезни, а Кларк Гейбл вынужден был сбрить свои «фирменные» усики — устав Английского Королевского Флота запрещал младшим офицерам носить усы и бороду.

Премьера состоялась 8 ноября 1935 года в Нью-Йорке, и через две недели — в Лос-Анджелесе. «Мятеж на Баунти» ждал большой успех. Сегодня этот фильм по праву считается классикой Голливуда и входит в Золотой Фонд мирового кино.

…

5 марта 1936 года в отеле «Билтмор» (Лос-Анджелес, Калифорния) состоялась 8-я церемония вручения премий Американской Киноакадемии (тогда еще именуемых Оскаром неофициально). Первый и единственный раз в истории награды «За лучшую главную мужскую роль» на нее номинировались сразу три (!) актера из одного фильма — Кларк Гейбл, Чарльз Лафтон и Франшо Тоун. Вообще, у «Мятежа на Баунти» в тот год было целых шесть номинаций: кроме ведущих актеров, на позолоченную игурку «атлета с мечом» претендовали Фрэнк Ллойд («За лучшую режиссуру»), Дж. Фуртман, Т. Дженнингс и К. Уилсон («За лучший сценарий»), М. Бут («За лучший монтаж»), Н. Финстон и Г. Стотхарт («За лучшую музыку к фильму»), а также — прежде всего — сама картина («За лучший фильм»).

В результате из шести возможных лента получила всего один Оскар. Зато самый главный: «Мятеж на Баунти» стал лучшим фильмом года. И это была крупная победа, хотя ни Гейбл, ни Лафтон[11], ни Ллойд, ни другие заветной статуэтки — увы — не удостоились.

Никакой награды не получила (и вообще никогда, нигде и ни на что не номинировалась) и восемнадцатилетняя актриса по имени Мовита[12], сыгравшая в фильме девушку Техани, таитянскую подругу гардемарина Роджера Байама. Четверть века спустя, в 1960 году, Мовита вышла замуж за актера, который чуть позже снялся в роли Флетчера Кристиана в следующей, четвертой версии «Мятежа». Актера, чья судьба весьма причудливым образом оказалась связана с «Баунти» и особенно с Таити.

Звали актера Марлон Брандо.

«Женщины острова Питкэрн» («The Women Of Pitcairn Island», США, 1956)

Судя по всему, этот первый (и единственный на сегодняшний день) игровой фильм о Питкэрне был типичным образцом так называемого «B-movie», то есть кино класса Б. Пленка не сохранилась, и мы можем судить о сюжете и качестве этой продукции только по оставшимся афишам и редким фотографиям.

Эта низкобюджетная картина была снята на студии «XX Century Fox» женщиной-режиссером Джин Ярбро (Jean Yarbrough) по одноименному роману некой Обри Уизберг (Aubrey Wisberg). Синопсис, опубликованный на сайте Inter-net Movie DataBase, гласит: «…Восемнадцать лет прошло с тех пор, как на остров Питкэрн высадились мятежники „Баунти“. Последний из этих мятежников только что умер, и сейчас остров населен лишь их вдовами и детьми, в числе которых и Четверг Октябрь Кристиан, сын Флетчера Кристиана. На остров прибывает банда потерпевших кораблекрушение моряков, принесших с собой похоть к женщинам и алчность к черным жемчужинам…».

Что ж, сразу становится понятно, что к реальной истории Питкэрна этот фильм никакого отношения не имел.

«Мятеж на Баунти» («Mutiny on the Bounty», США, 1962)

В начале шестидесятых студия MGM принимает решение сделать римейк своего классического фильма тридцатых — «Мятеж на Баунти». Настало время и саге о «Баунти» и Питкэрне воплотиться на широком экране Ultra Panavision и в полном цвете Technicolor.

Первым делом MGM был предпринят беспрецедентный шаг: в феврале 1960 года на верфи Смита и Руланда в канадском городке Луненбурге по старым чертежам началось строительство увеличенной копии «Баунти» — самого настоящего 412-тонного трехмачтового парусника. Восемь месяцев спустя «MGM Bounty» (или «Баунти II») была спущена на воду.

Тем временем утвердили исполнителей главных ролей: Блай — лучший британский актер 1959 года Тревор Хауард (Trevor Howard) и Кристиан — суперзвезда и лауреат Оскара Марлон Брандо (Marlon Brando). Продюсер Аарон Розенберг (Aaron Rosenberg) привлек к работе опытного режиссера, обладателя «Золотой Пальмы» Каннского Фестиваля 1948 года Кэрола Рида. Съемки начались в октябре 1961 года на Таити.

После того, как «Баунти II» была полностью укомплектована, корабль поднял паруса и направился через Панамский Канал к месту съемок, на Таити. Известно, что обсуждался возможный визит судна на остров Питкэрн, но сроки сильно поджимали, и новой «Баунти» так и не было суждено, как ее предшественнице в 1790 году, бросить якорь у Бухты Баунти.

А на Таити из-за постоянных конфликтов на съемочной площадке со своенравным и остро страдающим звездной болезнью Марлоном Брандо студия была вынуждена вскоре уволить… режиссера. Кэрола Рида заменили на старейшего голливудского филммэйкера, получившего еще 30 лет назад, в далеких 1929–1930 годах, двух самых первых Оскаров за режиссуру — Льюиса Майлстоуна (Lewis Milestone).[13]

Вообще о поведении Брандо надо сказать отдельно. Он бесконечно спорил с режиссером, требовал себе больше времени «на творческий процесс», часто опаздывал на площадку, иногда пропадал целыми сутками и — безмерно упивался Таити. История его любви к местной девушке стала легендой.

Ей было 18, и звали ее Тарита Терипиа. Она родилась в бамбуковой хижине около деревни Ваитапе, что на острове Бора-Бора. Дочь рыбака, она вынуждена была бросить школу в 12 лет. Когда на Таити приехала съемочная группа из Голливуда, Тарита работала посудомойкой в Папеэте. Говорят, Брандо лично отсматривал всех претенденток главную женскую роль Маимити, возлюбленную Флетчера Кристиана. Говорят, что актер влюбился в Тариту с первого взгляда и поэтому настоял на том, чтобы выбор пал на нее. Говорят, что Брандо готов был бросить все — съемки, карьеру, Америку, — чтобы остаться с любимой на райском острове.

Пьянящий воздух Таити сыграл с Марлоном ту же шутку, что и с матросами «Баунти», и актер почти повторил судьбу своего персонажа. Как и Флетчер Кристиан, Марлон Брандо был очарован Таити; как и Кристиан, Брандо полюбил местную красавицу; как и мятежный помощник штурмана, мятежный актер был не в ладах с «капитаном корабля» — режиссером-постановщиком. И, наконец, Брандо, как и Кристиан, нашел свое счастье с возлюбленной на необитаемом острове.

Он присмотрел себе маленький атолл Тетиароа в 30 морских милях к северу от Таити (тот самый Тетиароа, куда бежали в январе 1789 года Чёрчилл, Маспрэтт и Миллуорд). И — после долгих переговоров с властями — купил его. Сегодня — это одна из достопримечательностей Французской Полинезии. На «острове Крестного Отца», как иногда в шутку называют Тетиароа, давно собираются построить закрытый элитный и очень дорогой курорт (подробности — в главе «Экспедиция» второй части книги).

Из-за «выкрутасов» Брандо съемки несколько раз отменяли, переносили и продлевали. В результате смета проекта все разбухала и разбухала. Финальный бюджет картины оценивается в 19 миллионов долларов — примерно в 10 раз больше той суммы, которая была потрачена на предыдущий «Мятеж на Баунти» 1935 года. Гонорар Брандо составил $1 250 000 — почти 7 % бюджета всего фильма.

8 ноября 1962 года, день в день ровно через 27 лет после предыдущей версии, картина вышла на экраны.

Фильм выдвигался в общей сложности на 12 номинаций шести различных премий Америки, в том числе — на 7 Оскаров (за лучшие декорации, спецэффекты, за лучшую операторскую работу и оригинальную песню, за лучший монтаж, саундтрек и лучший фильм года). В итоге единственный приз — совсем не Оскар, а малоизвестную журналистскую Премию Лорел за лучшую песню к фильму — получил композитор Бронислав Капер. Этот ветеран Голливуда, выходец из Варшавы, написал песню еще к первому «Мятежу на Баунти» 1935 года: она назвалась «Песнь Любви Таити». К картине 1962 года Капер сочинил другую — просто «Песнь Любви». Вторая, видимо, оказалась лучше.

На церемонии вручения премий Американской Киноакадемии 1963 года, когда «Мятеж на Баунти» так ничего и не получил, состоялся настоящий триумф другого фильма: в общей сложности 7 Оскаров из 10 номинаций взяла потрясающая картина студии Коламбиа Пикчерз «Лоуренс Аравийский». В том числе и за лучший фильм, и за лучшую режиссуру. Режиссером № 1 в этот год (как, впрочем, и два года спустя — за «Доктора Живаго» по роману лауреата Нобелевской Премии Бориса Пастернака) стал Дэвид Лин (David Lean). Человек, на протяжении долгих лет добивавшийся возможности снять, но так и — увы — не снявший эпопею о «Баунти».

«Баунти» («The Bounty», Великобритания — США, 1984)

После триумфального успеха «Лоуренса Аравийского» (1962) и «Доктора Живаго» (1965) его создатели — прославленный режиссер Дэвид Лин и обладатель двух Оскаров, двух Золотых Глобусов и множества других почетных призов сценарист Роберт Болт (Robert Bolt) — сняли еще один фильм, «Дочь Райана» (1970), после чего их творческие пути ненадолго разошлись. Болт занялся осуществлением своего режиссерского дебюта («Леди Каролина Лэмб»), а Лин переселился со своей женой на Таити. Райские острова Полинезии, разумеется, очаровали режиссера, и он начал думать о том, какой бы следующий фильм снять именно здесь.

В 1972 году вышла в свет книга Ричарда Хоу (Richard Hough) «Капитан Блай и мистер Кристиан. Мужчины и мятеж». В числе прочих гипотез и версий там высказывалось скандальное и весьма спорное предположение о скрытом гомосексуальном влечении между Блаем и Кристианом. Неизвестно почему, но эта книга заинтриговала Лина, и он послал ее своему старому другу и соратнику — сценаристу Болту. Вскоре решение было принято: снимать очередную версию мятежа на «Баунти». В новом, так сказать, свете.

Началась подготовка: Болт сел писать сценарий, а Лин занялся поисками продюсеров и финансирования. После мучительных и долгих переговоров со студией Уорнер Бразерз, стороны так и не пришли к соглашению. Лин упорно настаивал на том, чтобы снимать одновременно две части эпопеи: первая — о мятеже на «Баунти» и о плавании Блая на баркасе, вторая — о походе «Пандоры» и о первых годах на Питкэрне. Лин считал, что снимать нужно как на Таити, так и на Питкэрне (из-за чего проект удорожал бы на несколько миллионов долларов). Единственное, в чем ему удалось убедить боссов, так это в том, что для правдоподобия необходимо не «гримировать» под «Баунти» какой-либо подходящий корабль, а строить новый парусник.

В этот момент на сцене появляется один из самых крупных титанов мирового кинобизнеса — Дино де Лаурентис. Заинтересовавшись проектом, он выразил желание вложить свои средства (в том числе и в постройку судна), при условии, если студия и режиссер учтут его требования. Еще несколько месяцев тяжелых переговоров — и Дэвид Лин, сдавшись могучему напору, выходит из проекта.

К тому времени обе части сценария (первая называлась «Нарушитель закона», вторая — «Длинная рука») уже готовы, а в доках Уангареи (Новая Зеландия) судостроительная компания «Уэко», принадлежащая империи де Лаурентиса, начинает строительство «Баунти III». Маховик запущен, и теперь его очень трудно остановить.

В итоге принимается решение снимать пока только первую часть. В конце концов, с подачи де Лаурентиса к проекту подключается молодой и амбициозный продюсер Бернард Уильямс, работавший ранее со Стэнли Кубриком и Милошем Форманом. Режиссером назначается австралийский филммэйкер Роджер Дональдсон (Roger Donaldson).

Для съемок в картине набирается беспрецедентный актерский состав. Кроме известнейших британских артистов Бернарда Хилла (боцман Коул) и Эдварда Фокса (член суда капитан Гризэм) в фильме снялись прекрасные ирландские актеры: Лайам Нисон (Liam Neeson) — капрал Чарльз Черчилл, и Дэниэл Дэй-Льюис (Daniel Day-Lewis) — штурман Джон Фрайер. Две главных мужских роли сыграли две восходящих супер-звезды: Флетчер Кристиан — вчерашний «Бешеный Макс» австралиец Мел Гибсон (Mel Gibson), и Уильям Блай — будущий «Ганнибал Лектер» англичанин Энтони Хопкинс (Anthony Hopkins). И, наконец, в небольшой, но важной роли председателя суда адмирала Худа снялся великий Лоуренс Оливье (Laurence Olivier).

Замечательную музыку к картине написал знаменитый греческий композитор Вангелис Папатанасиу. Съемки проходили на острове Моореа (Французская Полинезия) и в Новой Зеландии в 1983 году. Американская премьера «Баунти» состоялась 4 мая 1984 года, и спустя пару недель фильм участвует в конкурсе 37-го Каннского Фестиваля. Дональдсон номинируется на приз «За лучшую режиссуру», но «Золотую Пальму» получает В. Вендерс (картина «Париж, Техас»).

Удивительно, но больше «Баунти» ни на что не номинируется и ни в каких конкурсах не участвует. Тем не менее, на сегодняшний день это, пожалуй, лучший игровой фильм о мятеже на «Баунти».

…

18 июля 1985 года на сцене лондонского Театра «Пикадилли» состоялась пре-мьера мюзикла под названием «Mutiny!» («Мятеж!»). Музыку к шоу написал Дэвид Эссекс (David Essex), он же исполнил главную роль — Флетчера Кристиана. Капитана Блая сыграл Фрэнк Финлэй (Frank Finlay), красавицу Маимити — чер-нокожая певица и актриса Синитта Ренет (Sinitta Renet). Поставил спектакль режиссер Майкл Богданов (Michael Bogdanov, настоящая фамилия — Богдин; не-смотря на русский псевдоним, этот сын еврея и валлийки никаких российских корней, судя по всему, не имел).

К сожалению, спектакль не пользовался столь шумным успехом, как его кон-куренты и соседи по Уэст-Энду (такие, например, как легендарные «Cats»), и потому довольно скоро сошёл со сцены…

Тема, конечно, далеко не исчерпана. К счастью, Сага о мятеже на «Баунти» по-прежнему интересует некоторых филммэйкеров[14]американских телевизионщиков. Несомненно, история «Баунти» и Питкэрна косвенно повлияла на два самых успешных телевизионных проекта современности — «Survivor» (в российском варианте «Последний герой») и «Lost» (в русскоязычном переводе Первого Канала — «Остаться в живых»). Ведь в основе интриги как популярного реалити-шоу, так и легендарного сериала — история выживания группы людей на загадочном тропическом острове….

Скоро, будем надеяться, появится и седьмая картина. В 2006 году американо-британская студия «Alchemy TV» объявила о своем новом проекте: съемках двухсерийного телефильма под названием «Баунти» («The Bounty»). В основе сценария — одноименная книга Кэролайн Александер (2003), развенчивающая романтический образ Флетчера Кристиана и реабилитирующая капитана Блая. Проект, кстати, осуществляется в ко-продукции с «Icon», студией Мела Гибсона, который сыграл Флетчера в фильме 1984 года. Бюджет проекта — 25 миллионов долларов…

И, в заключение, о наших соотечественниках.

Ни СССР, ни Россия никогда не снимали кино о «Баунти» и Питкэрне. Наши лучшие сценаристы и режиссеры, увы, никогда не прикасались к этой теме. Пока… Но кто из наших мастеров кино мог бы взяться за это (чисто гипотетически)?

По масштабу съемок этот проект могли бы, например, осилить Михаил Калатозов («Красная палатка») или, конечно, Сергей Бондарчук («Ватерлоо»).

А в наши дни подобная задача под силу, пожалуй, одному Никите Михалкову («Сибирский цирюльник»). Наверняка мятежом на «Баунти» заинтересовался бы Станислав Говорухин («Жизнь и удивительные приключения Робинзона Крузо», «Остров сокровищ», «Место встречи изменить нельзя», «В поисках капитана Гранта»). И — ни в коем случае! — при всем огромном уважении и нежной любви, это не относится к Леониду Гайдаю, Эльдару Рязанову или Георгию Данелия.

А кто из российских актеров мог бы сыграть главных героев Саги — капитана Уильяма Блая, предводителя мятежников Флетчера Кристиана и патриарха Питкэрна Джона Адамса? Можно долго и упоительно фантазировать на эту тему («если бы режиссером был я…»), но все-таки? Скажем, кто из актеров легендарных театральных трупп России мог бы прекрасно сыграть основных персонажей саги — Блая, Кристиана и Адамса?

Питерский БДТ образца 60-х (режиссер Г. А. Товстоногов): Копелян — Юрский — Борисов.

Таганка 70-х (режиссер Ю. П. Любимов): Высоцкий — Филатов (или Смехов) — Бортник.

Ленком 80-х (режиссер М. А. Захаров): разумеется, Янковский — Абдулов — Караченцов (или Проскурин).

«Табакерка» 90-х (О. Табаков): Машков — Миронов — Безруков. Это театр. А кино?

Какая пара Блай — Кристиан получилась бы в свое время из Никиты Михалкова и Олега Меньшикова! Достойным их Адамсом мог стать, скажем, Константин Райкин (или Сергей Шакуров).

Впрочем, это всего лишь фантазии. Как знать, может быть настанет день, и наши продюсеры, режиссеры и актеры заинтересуются мятежом на «Баунти» и историей острова Питкэрн. И мы увидим новую, русскую версию Саги — на экране или на сцене…

Избранная библиография

English language

Caroline Alexander «The Bounty»

Maurice Allward «Pitcairn Island. Refugee of the Bounty Mutineers»

Sir John Barrow «The Eventful History of the Mutiny and Piratical Seizure of H.M.S. Bounty: Its Causes and Consequences»

Louis Becke «The Mutineer: A Romance of Pitcairn Island»

Frederick William Beechey «Narrative of a Voyage to the Pacific and Beer-ing’s Strait»

«Betty Christian’s Cookbook»

Dea Birkett «Serpent in Paradise»

William Bligh «Log of the Bounty»

William Bligh «A Narrative of the Mutiny on Board His Majesty’s Ship Bounty»

William Bligh «A Voyage to the South Seas»

Edward Christian «Minutes of the Proceedings of the Court-Martial held at Portsmouth»

Glynn Christian «Fragile Paradise»

«The Court-Martial of the Bounty Mutineers»

Herbert Ford «Pitcairn — Port of Call»

Walter Hayes «The Captain from Nantucket and the Mutiny on the Bounty»

«The Journal of James Morrison»

Trevor Lummis «Pitcairn Island: Life and Death in Eden»

John McKay «The Armed Transport Bounty»

Spencer Murray «Pitcairn Island: The First 200 Years»

Charles Nordhoff and James Norman Hall «The Bounty Trilogy»: «Mutiny on the Bounty», «Men Against the Sea», «Pitcairn’s Island»

«Pitcairn Island Guide»

«Pitcairn Island Register Book»

David Stanley «South Pacific»

«Tahiti and French Polynesia» (Lonely Planet)

Sven Wahlroos «Mutiny and Romance in the South Seas»

Rosalind Amelia Young «Story of Pitcairn Island»

Русский язык

Джордж Гордон Байрон «Остров, или Христиан и его товарищи» (перевод Вяч. Иванова)

Вильям Блай «Мятеж на Баунти» (адаптация Д. Кестель, перевод Ю. Хазанова)

Луи Антуан де Бугенвиль «Кругосветное путешествие на фрегате „Будёз“ и транспорте „Этуаль“»

Жюль Верн «Мятеж на Баунти»

Владимир Даль «Остров Питкерн»

Бенгт Даниельссон «На „Баунти“ в Южные Моря»

Луи Жаколио «Питкернское преступление»

Отто Коцебу «Новое путешествие вокруг света в 1823–1826 гг.»

Джемс Кук «Плавание на „Индевре“»

Джемс Кук «Путешествие к Южному полюсу и вокруг света»

Джемс Кук «Третье плавание капитана Джемса Кука. Плавание в Тихом Океане в 1776–1780 гг.»

Джек Лондон «Потомок Мак-Коя»

Робер Мерль «Остров»

Николай Миклухо-Маклай «Острова Рапа-Нуи, Питкаирн и Мангарева»

Владимир Мордвинцев «Мятежи»

Чарльз Нордхофф и Джеймс Норман Холл «Бунт на Баунти»

Вильям Ровинский «Мятежный корабль»

Яков Свет «История открытия и исследования Австралии и Океании»

Марк Твен «Великая революция в Питкерне»

Те Ранги Хироа (Питер Бак) «Мореплаватели солнечного восхода»

Арне Фальк-Рённе «Слева по борту — рай»

Георг Форстер «Путешествие вокруг света»

Контакты

Автор & Художница

Дмитрий Семакин (1967). Сценарист, путешественник. Окончил режиссёрский факультет Российской Академии Театрального Искусства (ГИТИС). Прошёл стажировку BBC World Service. Автор нескольких книг, пьес и ТВ-сериалов. Инициатор, организатор и руководитель Первой Российской Экспедиции на Питкэрн (2007). Стипендиат Программы Фулбрайт: на базе Гавайского Университета — проект «Россияне на Сандвичевых островах 1815–1817» (2015–2016). С 2017 — международный литературно-экспедиционный проект «Робинзон в поисках Острова».

Мария Ашихмина (1980). Дизайнер, иллюстратор, театральный художник. Окончила Британскую Высшую Школу Дизайна. Персональные выставки в Великобритании и США. Арт-директор научно-популярных проектов «Баунти — Питкэрн» (2008) и «Россияне на Сандвичевых островах 1815–1817» (2017).

Обратная связь

Заказать печатные экземпляры книг «Сага о мятеже на „Баунти“ и об острове Питкэрн» и «Россiяне на Сандвичевыхъ островахъ (1815–1817), или Похожденiя доктора Шеффера»,

проконсультироваться по поводу поездки на о. Питкэрн или на о. Норфолк (а также присоединиться к другим экспедициям — Гавайи (США), атоллы Раевского (Французская Полинезия), атоллы Палмерстон и Суарроу (Острова Кука), острова Чатам (Новая Зеландия), Большой Барьерный Риф (Австралия) etc.),

можно через форму Обратной Связи на сайте:

www.pitcairn.ru

или

www.moscowbountyclub.com,

по WhatsApp:

+79689462574

или по email:

d.67@aol.com

Добро Пожаловать! You are welcome!

* * *

Примечания

1

«Позор тому, кто плохо об этом подумает» — девиз британского Ордена Подвязки.

2

Очевидно, A. S. означает Александр Смит.

3

Символ независимости о. Мэн — композиция из трех мужских ног.

4

Весьма любопытно: Острова Питкэрн косвенным образом вошли в советскую литературу. Многим, кто читал научно-фантастический роман Алексея Толстого «Гиперболоид инженера Гарина», наверняка запомнилось описание Золотого Острова (он же — Остров Негодяев) — цитадели главного героя, гениального изобретателя-маньяка. Стоит обратить внимание на координаты этого клочка суши: «…Гарин послал в газеты Старого и Нового Света радио о том, что им, Пьером Гарри, занят

в Тихом океане, под сто тридцатым градусом западной долготы и двадцать четвертым градусом южной широты, остров площадью в пятьдесят пять квадратных километров, с прилегающими островками и мелями, что этот остров он считает своим владением и готов до последней капли крови защищать свои суверенные права. Впечатление получилось смехотворное. Островишко в южных широтах Тихого океана был необитаем и ничем, кроме живописности, не отличался. Даже произошла путаница, — кому, собственно, он принадлежит: Америке, Голландии или Испании?..»

24° южной широты и 130° западной долготы, 55 км^2… Забавно, но Алексей Николаевич Толстой почему-то поместил владение Гарина как раз на территорию питкэрнского мини-архипелага. Если бы вымышленный Золотой Остров Негодяев существовал по указанным координатам на самом деле, то он лежал бы всего в 64 морских милях к северу от Питкэрна, в 93 — северо-западу от Хендерсона и в 40 — к юго-востоку от Оэно. И это был бы самый крупный «представитель» питкэрнской группы (ведь общая площадь всех четырёх реально существующих островов всего 46,5 км^2). Интересно, «красный граф» Толстой выбрал это место случайно, наугад ткнув пальцем в карту Южного Тихого Океана, или сознательно предложил читателям, если так можно выразиться, «среднее географическое» между Оэно, Хендерсоном и Питкэрном?

Вообще, знал ли Толстой что-либо о мятеже на «Баунти» и об острове Питкэрн?..

5

Оэно — в греческой мифологии дочь Аниуса, сына Аполлона; богиня вина.

6

«В память о капитане Томасе Ноулзе из Брюстера, Массачусетс. Недавно служившем на корабле „Версаль“, Бостон. Умер 2 апреля 1852 в возрасте 29 лет. Останки капитана Ноулза доставлены из Сан Франциско его братом Дж. Н. Ноулзом на корабле „Уайлд Уэйв“, который потерпел кораблекрушение у этого острова 5 марта 1858».

7

Это трагическое путешествие, в течение которого люди вынуждены были есть трупы своих погибших товарищей и даже бросали жребий, кого убить и употребить в пищу, стало притчей во языцех. Подробнее об этом — в первой части книги, в главе о плавании Блая и лоялистов на баркасе с «Баунти».

8

До сих пор происхождение этих костей не выяснено. Скорее всего, это были скелеты моряков неизвестного судна, потерпевшего кораблекрушение у Хендерсона задолго до 1820 года. Однако никаких прочих свидетельств этой предполагаемой катастрофы (ни останков корабля в прибрежных водах, ни документов в архивах) не обнаружено. Возможно, один из этих скелетов видели питкэрнцы, впервые посетившие Хендерсон тридцать лет спустя, в августе 1851 года. В ноябре того же 1851 года островитяне нашли все восемь скелетов.

9

Доподлинно известно, что по возвращении в Штаты Томарчин неоднократно появлялся вместе с Моко на экранах ТВ. Затем их следы теряются. Поговаривали, что однажды Боб продал своего питомца в зоопарк Бронкса (Нью-Йорк) за $2000. Однако вскоре он снова заскучал о своем друге и решил выкупить его обратно. Власти зоопарка не согласились на это и ответили категорическим отказом, и в одну прекрасную темную ночь Томарчин попросту выкрал Моко из клетки, благородно оставив на «месте преступления» эти самые две тысячи долларов. Человек и шимпанзе были объявлены в розыск, и вскоре их обнаружили в Мексике. Обоих вернули в Нью-Йорк, Моко снова очутился в зоопарке, а Томарчин исчез в неизвестном направлении. В середине 60-х до питкэрнцев дошел слух, что повзрослевший Боб и постаревший Моко выступают с цирковыми номерами где-то в Сан-Франциско.

10

Удивительно, но сам остров Питкэрн, где не только обитают растения-эндемики, но живет уникальный маленький народ со своей уникальной историей и культурой, в число сайтов Всемирного Культурного Наследия почему-то не входит.

11

Справедливости ради надо отметить, что до Оскара фильм все же получил одну персональную награду: в начале 1936 года Нью-Йоркская Ассоциация Кинокритиков признала лучшим актером Чарльза Лафтона за исполнение роли капитана Блая в «Мятеже на Баунти».

12

Также известная как Мовита Кастанеда.

13

Настоящее имя — Лев Мильштейн. Он был выходцем из Кишинева.

14

И, возможно, вдохновляет.

Content

Дмитрий Семакин
Сага о мятеже на «Баунти» и об острове Питкэрн
Том III

Том III Приложения

Экипаж «Баунти»

Атлас

Питкэрн: соседи

Хронология

Альбом — III

Сага в кино

Избранная библиография

Контакты

Автор & Художница

Обратная связь

Примечания