Смертник на бронетянке

Пролог

К предстоящим праздникам город был украшен на славу — выложенные яркими цветами композиции изумительно смотрелись на ярко-зеленых лужайках, приятно контрастируя с обыденной серостью закованного в асфальт города. А свежий весенний ветерок, ясное голубое небо с редкими облачками и пригревающее уже совсем по-летнему солнышко просто идеально дополняли общую атмосферу предстоящих выходных.

На тротуарах разгуливали все те счастливчики, кто уже успел вынырнуть из унылости трудовых будней и с предвкушением бежал готовиться к долгому празднованию, либо просто наслаждался первыми часами заслуженного отдыха. В подобное время людей было множество и в центре, и на окраинах, в магазинах и на детских площадках, но было и немало тех, кто целенаправленно отправился к памятникам, чтобы сфотографироваться на фоне цветочных композиций, пока они еще в полной целости.

Несколько мальчуганов громко спорили, обсуждая, кто на какое место встанет возле постамента, пока их молодая мама с улыбкой пыталась поймать неугомонных ребят в объектив фотокамеры; маленькая девчонка рядом с недоумением смотрела на все это ребячество и, демонстративно хмыкая, заняла самое лучшее по ее мнению место на небольшом возвышении неподалеку. Похожие забавные проблемы были и у других семей, а чуть поодаль собралась даже целая толпа школьников, по чьим страдальческим лицам можно было легко заметить, что они думают о всей этой поездке в ближайший музей всем классом, особенно не в учебное время, а после сокращенных занятий.

— Мам-мам, мне кажется, что танк сейчас шевельнулся! — горящими от удивления и восторга глазами воскликнул мальчуган, беззастенчиво тыкая пальцами в гордую боевую машину, щеголяющую свежей краской — классика, известная всем мало-мальски знакомым с историей, даже из тех, кто не увлекался военной техникой. «Тридцатьчетверка» с раскрашенными белыми катками и поблескивающими на солнце бронированными изгибами даже спустя десятки лет казалась мощной и грозной машиной, внушая трепет и гордость в сердца мелких мальчуганов, поэтому мама лишь улыбнулась на слова сына.

— Павлик, это все-таки памятник, танк больше никуда не поедет, его специально здесь оставили, чтобы ты мог полюбоваться, — терпеливо и ласково объяснила женщина, ковыряясь в смартфоне, но мальчуган не унимался.

— Нет же! Мам-мам, ну посмотри!

Вздохнув, слегка раздраженная женщина подняла взгляд и, немного прищурившись, удивленно приподняла одну бровь. Да, пушка вроде бы раньше была направлена ровненько… Или ей показалось? Ради интереса вновь обратившись к смартфону в поисках старой фотографии памятника, мамочка резко обернулась на раздавшийся совсем рядом шум — с визгом тормозов и жутким грохотом инкассаторский микроавтобус снес остановку и врезался в ближайший дом, перевернувшись, а следом над улицей разнеслась пугающая трель из десятков одинаковых ухающих звуков. Кто-то завизжал, стали раздаваться болезненные стоны и крики о помощи, пока те, кто не запаниковал и не попал под машину, бросились к пострадавшим, а из броневика тем временем стал подниматься темно-серый, неестественно густой дым.

Павлик, сразу же спрятавшийся позади мамы, смотрел широко раскрытыми от удивления и ужаса глазами на тела людей, лежащие в неестественных позах совсем недалеко, но боковым зрением мальчуган отвлекся на дымящуюся машину. Стекло словно бы исчезло, когда раздался очередной гулкий звук, столь низкий, что от него даже внутренности начинали мелко вибрировать — из кабины показалось изуродованное аварией тело инкассатора, отчего паренек даже испуганно пискнул, стиснув руку побледневшей мамы.

— З-зомби! — еле слышно прошептал Павлик; но нет, также как и появился, труп тут же с неприятным звуком шлепнулся внутрь машины, а вот держащийся на нем до этого за счет ремня укороченный автомат Калашникова остался висеть в воздухе. Раздался щелчок, удивительно слышимый на фоне неутихающих стонов и криков паники, а затем из дула оружия полетели серые сгустки, испепеляя попавших под удар людей.

Закричав от страха, паренек потянул замершую от ужаса маму на землю, и тогда, словно бы всего этого было мало, над улицей раздался оглушительный рев мотора. Недвижимый десятки лет танк озарился тусклым серым свечением, после чего двигатель вновь взревел, и тяжелая махина сорвалась со своего постамента, подминая под себя зевак и наматывая их на гусеницы; за бронированной машиной остались лишь алые следы на отмытой к праздникам плитке, да кровавые ошметки, лишь отдаленно напоминающие людей. Башня с легкостью повернулась и, издав низкий гудящий звук, от которого задребезжали стекла во всех окружающих домах, выплюнула энергетический шар, испепеливший разом несколько десятков людей вместе с автомобилями — все эти бедолаги судорожно пытались выбраться из опасного места, но слишком жалели своих четырехколесных друзей. Взрыкнув мотором, тридцатьчетверка расплющила припаркованный внедорожник, размозжив вместе с ним и владельца, а следом пушка вновь засветилась и, развернувшись, испепелила постамент, взрывом превращая гранитную облицовку в подобие осколочной гранаты — острые куски породы впились в тела тех, кто не успел уйти далеко, а маленький Павел, вжавшись вместе с мамой в землю под лавкой, тихо скулил от ужаса и боли из-за попавших в него мелких кусочков, мечтая о том, чтобы все побыстрее кончилось.

Глава 1

Немолодая женщина-экскурсовод выкладывала, конечно, какую-то свою версию ДД или Дня Демилитаризации, как его называют некоторые. Столичный вариант, естественно, там все куда эпичней было, раз уж центр Москвы до сих пор остается во власти Разлома. Впрочем, все это кажется слишком далеким, и мне куда больше нравится история дедушки Павла, как-то она красочней и ближе, что ли…

Посетителей было не слишком-то много, так что в просторном зале на меня, бездельника, никто особого внимания пока не обращал, пока я, щурясь от ярких потолочных диодов, вновь вступил в тень возле экспоната, стараясь иногда кивать, чтобы местная работница и мой куратор по совместительству не начала на меня отвлекаться. Рассматривая голографические картины, демонстрирующие воссозданные трехмерные панорамы тех событий, я невольно проникался ужасом произошедшего и, можно сказать, еще больше осознавал всю ту панику и страх деда, ведь он был на момент событий совсем мелким! А мощная бронетехника, на которую теперь только в запретном кино посмотреть можно, поражала своим видом и внушала трепет.

Вот так, наблюдая за кривляниями нашего гида, которые, без сомнения, были своего рода демонстрацией актерского мастерства, не слишком-то подходящего для столь важно выглядящей особы, я решил лишний раз вспомнить много раз поведанную дедом историю, только отделался чересчур быстро, блин. Остается глазеть по сторонам, зря что ли выбрался из дома.

Но это я так, на правах ворчания, иначе банально аттестат не выдадут, если вживую не посетишь один из музеев новейшей истории, какие бы хорошие отметки не имел до этого, вот только, к сожалению, за время учебы дают лишь общие понятия. Где конкретика, я вас спрашиваю? Например, с учетом того, что оружием может выступать все, что угодно, раз уж человеческий организм слишком хрупкий, выжившим после катаклизма пришлось вертеться и анализировать произошедшее — ведь слишком уж много вспыльчивых личностей, готовых за банальную царапину на своем драгоценном кредитном авто голову проломить. Такие, правда, как говорят, в итоге все-таки ломают свою тупую черепушку сами себе, ибо с фантомами шутки плохи, но разделение молодежи с горячей кровью все восприняли на «ура», особенно на фоне подтвержденного исследования британских, что ли, ученых о том, что дистанционное обучение куда эффективней обычного.

А что насчет старых профессий? В справочной литературе я узнавал, что всякие опасные колюще-режущие, да и не только предметы использовались в стольких отраслях, что дурно становится. И пусть медициной весьма неплохо занимаются Целители разных мастей, то мяско из пробирки, как говорят, многим не по душе, так что на натуральном можно неплохо так подняться, если не удастся устроиться охраной какого-нибудь богатея. И это лишь вершина айсберга…

В общем, для молодежи суть проста: сидите дома — целее будете, а там и опыта потом наберетесь, хех. Однако, никто не раскрывал других идей: например, что будет, если кто-то на том же автомобиле разгонится посильнее, не рассчитывая нанести кому-то вред, неужели фантомы могут и подобное предугадать? Тех же психов тестирование вроде отсекает, но ведь могут найтись изобретательные личности… Конечно, идея содержит очень уж много допущений, с учетом того, что сейчас даже вилками не поешь, из-за опаски некоторых, что фантомы воспримут четыре зубца как оружие, а уж движение авто корректируется программно, но все же.

На фоне таких преобразований немудрено было, что найдутся традиционники, которые отправляли свои богатеньких детишек в олдскульные учебные заведения, после всестороннего обследования, разумеется. Вот и сейчас помимо меня и еще нескольких подобных мне одиночек здесь торчала целая толпень расфуфыренных старшеклассников. Наверняка детишки тех, кто на фоне перестройки сразу же вспомнил, что принадлежит к каким-нибудь древним дворянам или графьям, хотя находились и те, кто просто мог неслабо профинансировать новые разработки, что и дало права отнюдь не хуже. Аристократы, как они есть. Впрочем, дядя мой тоже из этих, и, сложись все немного по-другому, я не был бы так предубежден, но сейчас ни к чему былое вспоминать. Да и мои мысли о выборе работы сами по себе говорят о том, что я не против тоже покупаться в роскоши, так что себя обманывать ни к чему.

Беленькая форма, выглаженные брючки, галстучки… Но это без разницы, я-то разглядывал не парней, хрена ли мне на них время тратить. С учетом того, что молодежь можно встретить на улице разве что случайно, видеть своих сверстниц было очень приятно и… волнующе, черт возьми. Вот, например, брюнеточка с длинными волосами. Или блондинка с вьющимися, рыженькая с каре! Юбочки, чулочки, кардиган, скрывающий волнующие округлости… Черт, Саня, ну нельзя же так откровенно пялиться! К счастью, мне, как «эфочке», было легко успокоиться, так что я даже и переживать не стал, решив обратить внимание на другие детали, пока кровь полностью не отлила от верхней головы к нижней с таким обществом.

Ага, минимум четверо золотых ровесничков тоже с контатами, уважаю. При больших деньгах самооборона — не проблема, конечно, так что сам факт того, что кто-то из таких купающихся в роскоши ребят решил себя посвятить боевым искусствам не мог не радовать. Одна из девчонок с контатой приметила меня и, опустив взгляд на мое запястье, удивленно заморгала, но, заметив, что я тоже на нее смотрю, быстро расширила панель своих новомодных смарт очков. Да, милочка, представь себе, не только богачи умеют драться… Хотя, если бы не запрет на ношение перчаток в общественном месте, я бы все-таки не хотел сильно афишировать подобное.

Незнакомка, наверняка «эсочка», явно решив, что я здесь на правах обезьянки в зоопарке, потянула свою подруженцию за руку, и вот уже две девчонки на меня пялятся, заодно фотографируя через очки, просто прекрасно. А там и третий владелец боевых искусств подтянулся вместе с напарником или просто дружком, для начала уважительно мне кивнув, а затем сорвавшись на снисходительную ухмылочку. Да-да, смейся, огонек.

Ну да, моя контролирующая татуировка, она же контат, была из Рэйки Земли, которая традиционно считалась женской школой. Ну это так, среди недалеких, ведь когда тебе пропишут в челюсть, уже будет не так важно, какого пола противник. Да и само разделение весьма условное, скорей отличающееся количеством защитных и атакующих техник, плюс тексты литаний, конечно. Наверняка так считают и эти молодцы, не пытавшиеся сдавать экзамены на высокие ранги, судя по строению контат. Выдохнув, я дружелюбно улыбнулся, и девчата поспешили отвести взгляд, зато я не преминул еще немного полюбоваться всколыхнувшимися юбочками перед тем, как экскурсовод повела нас дальше.

Ага, зал Фантомов. Мой любимый, кстати, и, если бы знал, сразу бы отметился, что я посещал музей, а не бегал лишний раз. Пока театралка снова затянула какую-то нудятину, я подошел к ближайшей голокартине и присмотрелся к пугающему силуэту, нарисованному неизвестным мне художником. Что-то вроде клубящегося дыма, в котором, подобно искрам от костра, просматривались злобные глазенки и оскалившаяся острыми зубищами пасть. Клево нарисовано, спору нет, но может быть простой фантазией. Так-то фантомы невидимы, но, говорят, что люди при смерти могут их замечать, причем не только те, кто вот-вот отдаст концы, но и больные неизлечимыми заболеваниями. С учетом того, что художнику уже пририсовали дату смерти, у меня нет причин обвинять его в вымысле, но этих существ я все-таки представлял немного другими.

— Кольцов Александр, просьба не стоять так долго у картин с неустановленным статусом детранквилизации, — обратила все-таки внимание на меня, зараза, вместе со всем классом…

— У меня же «Ф» уровень устойчивости, не беспокойтесь, Маргарита Васильевна, — нехотя протянул я, поигрывая пальцами на руке с контатой, чтобы эта горе-выпускница драмкружка поняла наконец, что право на использование боевых искусств не дадут психопату, паникующему от картинки монстра.

— Потому и беспокоюсь, Александр Геннадьевич! Мало ли, что вам там, эфочкам, в голову взбредет, а мне потом расхлебывай, — натянуто улыбнувшись, протянула мегера, решившая покрасоваться перед аристократами за счет меня, бедного удаленника.

Впрочем, вид переливающейся руны Земли, похоже, подействовал, да и девчонки без контат посмотрели на меня с интересом. Ну все, день прожит не зря, можно считать себя мачо. Сжав губы, я демонстративно отошел, всем своим видом говоря «Теперь довольна?», и вредная тетка переключилась на другого бедолагу.

Паренек, похоже, находился здесь еще до того, как мы пришли — по крайней мере, в общей толпе мажоров я его не приметил, а одиночек было немного. Осунувшийся вид, бледное лицо и мешки под глазами… Как-то он хреново выглядит, даже для удаленника, хех.

— Эм… Молодой человек! Я к вам обращаюсь, молодой человек! — вредная Марго решила во чтобы то ни стало докопаться до бедолаги, и тот медленно повернулся к ней. — Что… Почему вы так на меня смотрите?!

Одиночка прищурился и хищно усмехнулся, обнажая желтые зубы.

— Что тебе нужно, падаль? Сдохнуть хочешь? — ноздри паренька расширились, а сам он, сипло и громко дыша через нос, медленно пошел в сторону толпы учеников, поигрывая пальцами, как-то неестественно… Перчатки? Ой-ей! Никогда не видел детранков, но вряд ли они ведут себя так осмысленно, что-то мне такой расклад со-о-овсем не нравится.

— М-молодой человек, что вы такое говорите? Это ведь глупая шутка, да? — Маргарита окончательно потерялась, прижавшись спиной к постаменту с генератором голо-панорамы и опрокинув ее к чертям.

Рыжие силовые линии под перчаткой бледного ярко засветились, и замеченный мной ранее ученик с контатой бросился наперерез свихнувшемуся малому. Ловко, словно в танце, богатей преодолел эти несколько метров, после чего вместо быстрого джэба ушел в свинг, решив покрасоваться, не иначе — распрямившаяся рука резко пошла вперед, и в этот момент раздался низкий гул, от которого задребезжали стекла в витринах музея. Бледный незнакомец слегка покрылся серым дымом, перчатка с щелчком лопнула, обнажая обугленную кожу вокруг силовых линий, и, уйдя из-под кулака мажора, дебошир резко ударил того в живот. Послышался хруст, неприятный влажный звук… Быстро окрасившаяся в алый цвет белоснежная ткань не смогла удержать выбитые внутренности, и, натужно хрипя, ученик повалился на пол, пуская кровавую пену из рта.

Визг, крики, паника. Две девчонки, переглянувшись, вышли вперед со стиснутыми от страха губами, тогда как дружок погибшего в панике сел на корточки и схватился за голову. Девчата хоть и весьма заметно трусили, тем не менее, быстро встали в защитные воздушные стойки, удерживая руки близко перед собой. Псих тем временем наступил на шею погибшего паренька и, хмыкнув, резко ударил ногой, сшибая череп с основания — оторванная голова врезалась в стену и откатилась к сгруппировавшимся от ужаса старшеклассникам, слишком испуганным, чтобы даже бежать к черту отсюда.

Я видел скорость этого засранца, такому не учат в школах рэйки, независимо от стихии. И этот звук… Никогда его не слышал, но, много раз слышав рассказы дедушки, воспроизведенные весьма подробно, не сильно сомневался — скорее всего, именно такой звук издают фантомы после захвата предмета. Логичней всего было бы сбежать, пока я еще спокоен, но это все же шанс. Шанс показать, что я не зря тренировался, верно? Если выручу этих толстосумов, не придется думать о том, как устроится дальше — наверняка возьмут в частную охрану, а это сейчас золотое дно. Да и я здесь наверняка единственный с четвертым рангом, я же потом спать спокойно не смогу, если сейчас убегу и упущу шанс, да и, в отличие от того безголового, излишне рисковать не собираюсь.

Быстрый шаг, еще один, плавно и в обход.

«Земля питает силой, и я порождение земли.

Земля отражает вечность, и я буду вечно с ней.

Мои ноги ступают по тебе, мои кости становятся частью тебя.

Дай мне крепость скалы и текучесть песка, и я вновь вернусь к тебе после окончания вечности».

Ссыкливый вояка уже отползал на четвереньках к стене, так и не решившись даже в стойку встать. Две девчонки испуганно отшатнулись от резкой серии выпадов разошедшегося бледного, чью руку уже полностью покрывал сгусток дыма, испепеливший его плоть до кости. Еще один удар, еще, меньше секунды на пять выпадов, и старшеклассницам осталось лишь отпрыгнуть, чтобы не умереть от рассекающих воздух со свистом кулаков. Вот оно, мгновение — и я резко подскочил к бледному в подсечке! Словно сумев разглядеть меня со спины, засранец резко подпрыгнул на метр вверх, разворачивая свой костяной кулак вниз в расчете припечатать меня к полу при приземлении, но моя рука уже тоже ушла в сторону противника. Наверняка сейчас все видящие подобное подумали, что я просто смелый дебил.

Жгущее кожу ощущение в запястье от активации контата, и… псевдосейсмическая волна. Получилось, сука! Незримый поток энергии врезается в грудь психа с громким хлопком: ребра трескаются и ломаются, сжимаются и гнутся, протыкая плоть осколками и острыми частями, а грудина просто раздавливает сердце. Одновременно с этим летящий в меня кулак теряет траекторию… Черт, слишком быстро и слишком сильно, я уже не успеваю увернуться, просто поставлю блок… Хруст. Острая боль. Невероятный по силе удар, хоть и проходит вскользь, но ломает мне руку и ударяет в грудь, проникая костями прямо в плоть. Густой дым обволакивает меня, и я на миг вижу алые злобные глаза и зубастую пасть паранормального существа, совпадающие с лицом умирающего психа. Темнота.

Глава 2

Темнота вокруг. Хриплые, приглушенные голоса непрерывно шепчут что-то прямо на ухо, но так неразборчиво, что приходится напрягать слух.

— Ты — мой! — мерзкий голос гаркнул прямо в ухо, заставив меня поморщиться. Раздался сиплый смех, и тело пронзило жгучей болью, выжигающей, казалось, все изнутри, словно через мгновение и кожа к черту оплавиться, выпуская странный жар наружу. — Отныне и до самой смерти, глупый и недальновидный Метнафни Меротцефрет. МетМер! МетМер!

Голос продолжал кружить вокруг меня, крича одно и то же слово мне в ухо, пока я не провалился в окружающую меня темноту.

* * *

Какой странный сон, хотел бы подумать я, вот только мерное пиликанье приборов и белизна больничной палаты не настраивают на подобный лад. Однако, не сказал бы, что мне так уж и плохо — раскрыв глаза, я осмотрелся — рука цела, хотя на коже груди шрамы. М-да. Ох ты ж вашу матушку!

Внезапно вокруг моей кожи заклубился дым, а прямо перед глазами все залило алым маревом, словно я смотрю на мир сквозь декоративную стекляшку, но морок прошел также быстро, как и появился.

— Ох-хо-хо, проснулся, боец! — раздался откуда-то сбоку грубый мужской голос и, повернувшись, я приметил здоровенного мужика с окладистой белой бородой. Это он решил косить под Санта Клауса из-за своего смеха или начал так смеяться, потому что похож на Санту? Хотя, пуза нет, так что скорее Дед Мороз. Думаю о всякой ерунде, значит, все в порядке, но… Похоже, дым показался только мне.

— Да, и вам здрасьте.

— О, сразу же иронизируешь? Хороший знак, Саша, хороший! Наше вам приветствие, конечно, ты уж не обижайся, я просто тут давненько сижу, — Санта весь разулыбался, стараясь придать себе вид эдакого доброго дедушки, только вот форма мне его не нравилась, на доктора не сильно-то смахивает. Бирюзовая рубашка, алый галстук и голо-бейдж, демонстрирующий витиевато написанное имя «Некто». Шикарно.

— Благодарю. И все же… Как там обычно бывает, расскажет мне кто-нибудь что-то интересное? Судя по отсутствию цветов, фруктов и прочей больничной банальщины, их либо кто-то схрумкал, либо утащил персонал. Стараясь видеть в людях только хорошее, я скорей склоняюсь к тому, что матушке было плевать, и вы — мой единственный посетитель, — улыбнувшись уголком рта, выдал я.

— Ох-хо-хо, эдак ты загнул, Александр, цветы — схрумкать. Но да, к сожалению, ты прав. Мне только кое-что непонятно, ты уж прости, что вот так сразу лезу… — мужичок хоть так и говорил, на сильно раскаивающегося не походил. Махнув рукой, я улегся на подушке поудобней, ожидая вопроса. — Дядя-то твой, оказывается, из Волковых, что ж ты под крылышко к нему не пошел? Уж он-то тебе прислал бы вазочку фруктов, размером с палату.

— Как-то не верится, что вы это узнали, а причину — нет. Грехи отцов, очевидно же. Обучил меня Рэйки до второго ранга — и на том спасибо.

Мужичка явно напрягало, что я на него не смотрю, поэтому он встал и плюхнулся у меня в ногах.

— Ох, ну еще бы он оставил родную кровь без своей школы, хо-хо. Дмитрий Павлович — порядочный человек, что бы ты о нем там не думал, — льстиво заявил мой бородатый собеседник, из чего стоило сделать вывод о том, что по статусу он все-таки ниже дядьки моего. Правда, с учетом отношений, я дяде Диме все равно почти что никто, так что это не столь важно. И, раз не отреагировали, значит не в курсе, что у меня на самом деле четвертый ранг — похоже, никто не успел обратить внимания на дистанционную атаку. Или Некто решил посмотреть, что еще я захочу наврать.

— Да я не в обиде. Сыт, одет, вот и ладно.

— Мелко плаваешь, Александр.

— Вообще не умею, господин Некто. Я благодарен тем, кто меня подлатал, но как-то не готов к продолжительным беседам…

— Ах да, эфочка же. Прости-прости. Только есть один нюанс, — с важным видом заявил мужик, подняв палец вверх с такой улыбкой, что мне показалось, будто он начнет сейчас рассказывать бородатый похабный анекдот. — Эм, как бы это помягче… Ты умираешь, вот, — с наигранным выражением лживого сочувствия заявил бородач, дав мне паузу подумать.

Хм. Я не знаю, как себя чувствуют люди в подобной ситуации, но я себя ощущаю вполне здоровым. С другой стороны, в клинике я лежу не от нехрен делать, так что такой расклад возможен… Ну и морок беспокоит конечно, но раз пока что не повторялся, не стоит и голову забивать, лучше пока что послушаем. Конечно, у ранее упомянутого Дмитрия Николаевича есть клиника, где я бы мог попасть под, так сказать, независимый осмотр, но пока что не хотелось бы влезать в долги дальше прежнего.

— Допустим. И что вы мне предлагаете, завещание написать? У меня кроме компьютера и шмоток и нет толком ничего.

— Ох-хо-хо, как спокойно принял. Из-за «Ф» статуса или просто не поверил, а, Саня? — бородач обрадованно ткнул меня локтем в ногу.

— А есть разница? В чем суть?

— Суть в том, что если не поверил, могу тебе доказать, — загадочным тоном заявил мужик, поднявшись. Стянув с руки дорогую кожаную перчатку, Некто продемонстрировал мне контату Огня и, закрыв глаза, встал неподалеку от моей койки. Сначала абсолютно ничего не происходило, а вот затем, одновременно со свечением силовых линий на коже бородача, в воздухе заклубился дым, формируясь в мерзкий бесформенный силуэт со злобной рожей, который будто бы обтекал мужчину, удерживая того за запястье.

— Увидел? Прекрасно, вижу по реакции, — обрадованно заявил Некто, присаживаясь обратно — силуэт исчез сразу после того, как он прекратил читать литании. — Теперь веришь?

— Хм, пусть да, — осторожно произнес я, на что мужичок вновь заохал.

— Вот ведь скептик уродился! Но тебя удивило появление фантома, а? — опять тычок в ногу. Ты чего, зараза, такой приставучий?

— Конечно же удивило, — процедил я сквозь зубы.

— А это странно, Александр. В конце концов, уж с твоим живым умом и не подумать о том, почему боевые искусства в их текущем проявлении появились именно после ДД, а? Когда хочешь расквасить мордаху другому человеку, разве ж это не причинение вреда оружием, пусть и речь о кулаке или ноге?

— Да, согласен.

— Так бы и закончили свою жизнь рукопашные суицидники, но если брать фантома на это время под контроль, то это вроде как и понарошку, понимаешь? — с улыбкой произнес «Санта», объясняя мне, словно какому-то несмышленышу. Нет, это было логично, да и я о подобном думал. Только вот не рассчитывал, что контата связывает нас напрямую с этими паранормальными тварями — мне казалось, что татуировка служила чем-то вроде пропуска или индульгенции, смотря какой будет результат у атаки.

— Так сколько мне осталось, лучше поведайте, уж теперь без разницы, как тут и что… — раздраженно сказал я, и Некто тут же заткнулся. С «Ф» статусом тяжеловато передавать эмоции, так что пусть считает, что смог вывести меня из равновесия.

— Ах, да, прости. Думаю, не больше года: в тебя попали фантомные осколки, которые так и будут отравлять тебя все это время, печалька. Но есть нюанс! — и опять палец вверх, да ты издеваешься? Надеюсь сейчас не будет древнего похабного анекдота про нюанс…

— О, и какой же? — покачав головой, я наигранно улыбнулся, отчего бородач нахмурился.

— Наша фирмочка… «Комаров Лабс», на минуточку — одна из самых передовых по фантомным разработкам, — с важным видом сообщил Некто. Ну да, слышал я про такую, удивляясь, как можно было так назвать международную корпорацию. — И, как ты уже догадываешься, мы имеем что-то вроде… антидота.

— Хотите меня подсадить на всю жизнь на свою химию, чтобы вертеть, как хочется? Нет, спасибо.

— Ох, ну что ж ты такого плохого мнения, Саша? — вскинув руки вверх, сокрушенно заявил бородач. — Нам не нужны рабы, нам нужны ценные ресурсы! Молодой человек, с Рэйки, да еще и увлекающийся оружием, а? — хитро подмигнув, бородач опять ткнул меня. Ну да, молодцы, даже это узнали. Хобби такое себе, в наше-то время, но мне интересно. Не иначе, как рассказы деда повлияли.

— Допустим.

— Вот. Поступишь в нашу академию, получишь комнату в общежитии, питание-стипендия, все путем! — бородач попытался стать ко мне ближе, использовав молодежный сленг, только не очень получилось…

— Вот уж охрененно весело последний год провести на учебе. Спасибо вам, за доброту, за щедрость…

— Ох, какие поспешные выводы, и как ты эфочкой стал? — нахмурившись, бородач недовольно цокнул языком. — Без спецобразования от тебя толку в Разломе — ноль! Где будешь информацию доставать?

— Что, простите? В Разломе? — пропустив остальное мимо ушей, я зацепился за это одновременно и привлекательное, и загадочное слово.

— Александр, вроде бы умный парень, а начинаешь вот так тупить вдруг. Естественно в Разломе, а откуда, по-твоему, фантомные технологии? В подарок от Деда Мороза, ох-хо-хо?!

— Эм, то есть вы… предлагаете мне стать Искателем? — чересчур холодно спросил я, уж очень мне не хотелось раскрывать свою радость.

— Бинго! Условия вредные, но для смертника-то что, хе-хе? И зарплатка приличная, ты не думай, не обидим. Раз уж у нас учатся и работают детки аристократов, то сам покумекай, а? — подмигнув, бородач радостно хмыкнул, ощущая, что я уже мысленно согласился.

— Эм, столько смертников?

— Ах да… Про твой маленький секрет стоит умолчать, ради спокойствия коллектива, знаешь ли. Не вся работа заключается в поиске фантомов, а в остальное время, ну… Не все будут рады тому, что их спину прикрывает тот, кто все равно умрет, пусть и позже, — заговорщицки нашептал мне Некто, пододвинувшись ближе.

— Я понял. И согласен, только…

Уже готовый охать, бородач замер, внимательно смотря на меня.

— Что такое, Сашенька?

— А те, м-м, девчонки, что были в зале. С ними все хорошо? Да и с парнями?

— О. О-о-о! Благородно, Александр, благородно. Даже чересчур для тех, кто себя порой называет новой аристократией, но это — между нами, — опять зашептал мужик. — Никаких жертв кроме младшего сына Сергеевых, так что живы твои красавицы. Вот только сыграли их папашки наверняка на том, что ты вроде как сам полез, так что благодарности от этих господ не жди.

— Да я и не потому полез, — чувствуя, что слегка покраснел, сказал я осторожно. Черт, о толстосумах в таком ключе я и не подумал, плакала моя охранная карьера. Даже если пытаться найти их по памяти, будет непросто — слишком много девчат сразу в одном месте, так ведь эти еще и в смарт очках были. Разве что того задохлика попробовать узнать?

— Понял я тебя, понял. Ладненько, Саня, не болей, скоро выпишем.

Глава 3

Оказывается, провалялся я целый месяц без сознания и, если бы не целительные техники, вряд ли бы так отлично себя чувствовал сейчас. Клиника принадлежала Комарову, так что я уже вроде как задолжал этой семейке, пусть они и строят из себя эдаких добрячков. Однако, отказываться от предложения было бы глупо, поскольку перспектив после школы у меня все еще было не слишком много, без связей-то. Это аристократия хапает себе по три высших образования, а тут и на одно деньжат не хватит.

Выписавшись, я первым делом отправился домой и, получив аттестат, с чистой душой мог чувствовать себя временно свободным человеком. Занятия в академии, впрочем, не слишком-то совпадали с обычными понятиями об учебных заведениях — с учетом развивающейся фантомной, хм, науки, студенты там торчали чуть ли не круглый год, иногда уходя на коротенькие каникулы, да и после окончания обучения большинство оставалось там же работать. Вернее, останется, поскольку еще ни одного выпуска не было — слишком уж свежее направление.

К счастью, пропущенный мной месяц особой роли не сыграет в плане обучения — переведенных учеников в академии много: раз уж корпорация международная, Некто и компания ищут таланты повсюду, так что неудивительно, что абитуриенты могут попадать на обучение со всего земного шара и в любое время. Наверстываешь программу дома по упрощенному курсу, сдаешь простенькие зачеты — и вперед, уже наравне с остальными. Собственно, с этим Некто уже подсобил — я был счастливым обладателем сданных на «хорошо» зачетов, так что мог со спокойной душой продолжать обучение уже в стенах академии. Правда, стоит все-таки почитать, что я там пропустил.

А вот насчет аристократов Санта приврал… Понятное дело, что никто не будет своих наследников или дочек отправлять в Разломы за снаряжением или материалами, пусть даже это поможет подняться семье. Так что там, похоже, среди студентов были всякие третьи и более поздние дети, которые оказывались слишком далеко от папиной кормушки. Правда, даже так они были выше меня по статусу, но сама возможность влиться в ряды эрзац-аристократов, если зарплата для «смертника» и впрямь такая, какую обещают, казалась весьма перспективной. Да и чувствовал я себя отлично, а не как отравленный полутруп, каким можно было себя представить, только вот сам факт видения фантомов говорил о том, что в моем теле что-то изменилось.

К слову, о фантомах… О самой сути произошедшего в музее безымянный Санта ничего не стал рассказывать, сославшись на то, что о подобном я узнаю уже в академии. С одной стороны, понятно его стремление — я о подобном ранее не слышал, и наверняка далеко информация не уползла, людей-то было не густо. С другой — раз уж я был очевидцем, можно было и оказать чуть больше доверия. Зато, пока шел по улице, видел несколько странностей.

Фантомы были повсюду. Кто-то словно окутывал своих владельцев, скрывающих под перчаткой контаты, другие лишь слегка касались запястий, находясь в совсем уж бесформенном виде, третьи же восседали на плечах людей, с виду ничем от других не отличавшихся. Но большинство было без каких-либо признаков этого серого дыма, так что можно было жить относительно спокойно.

В происходящее не верилось до конца, что и говорить. Как с произошедшим инцидентом, так и с возможностью стать Искателем. Они были своего рода полумифическими фигурами, которые, якобы, свободно посещали Разломы. Только вот никаких достоверных видео или фото не было, поэтому оставалось только решить для себя, верить подобным слухам или нет. Но, с учетом того, что теперь очевидна связь между фантомом и владельцем контаты, может это и помогает проходить через пелену… Вроде как все существующие Разломы, по большей части, возникали на местах бывших военных баз, либо просто скоплений оружия или военной техники. Некоторые заводы и военные части были просто уничтожены, но на других по странной причине возникло густое облако плотного дыма, скрывающее все происходящее от любопытных глаз — под шумок, когда государственных силовых структур в одночасье не стало, подобные места себе захапали частники. А теперь, с развитием Рэйки, подобные аномалии охраняются со всей тщательностью, привлекая внимание как жадных до наживы личностей, так и просто любознательных ребят, вроде меня — ведь там, возможно, еще можно найти оружие!

Решив, что маменьке все равно плевать, я не стал ей даже звонить — только деньги тратить. А вот сестре не стал звонить по другой причине — как раз не хотел, чтобы она переживала: учится себе и пусть учится, она из нашей семейки самая толковая. Собрав вещички и прихватив свои копеечные сбережения, я закрыл дверь и со вздохом покинул квартиру, не зная, когда смогу вернуться.

Несмотря на разруху в столице после ДД, своей значимости Москва не потеряла, и тем удивительней было то, что академия Комарова оказалась на территории Воронежа — не иначе, как сказывалось наличие сразу двух больших Разломов — на месте военного аэродрома Балтимор и Нововоронежской АЭС. То ли фантомам покоя не давал «Сталкер», то ли атомная энергетика считалась военной, но станцию они по-тихому угробили, поглотив своим дымком. Плюс сравнительная близость со столицей, да и возможность достаточно легко принимать иностранных гостей — корпорация все-таки была международной, пусть это и не было чем-то необычным сейчас. Вместе с потерей возможности бряцать оружием страны стали как-то с опаской посматривать друг на дружку, не зная чего ожидать, ну а раз Россия оказалась родиной сразу двух школ Рэйки, то и многие постарались сразу же подружиться с новой русской аристократией, рассчитывая заполучить к себе специалистов побыстрее. В итоге это вылилось во власть мощных Семей, так что сами по себе государства уже не имеют того значения, что в них вкладывали ранее.

Воспользовавшись подаренными Сантой билетами, я благополучно приземлился в родном городе дедушки и, пройдя контрольное тестирование темперамента на выходе из аэропорта, сел на автоматизированное такси и отправился прямиком к жилым корпусам общежития, расположившимся почти что на краю города, так что катиться пришлось недолго. Правда, туповатый мозг авто оставил меня прямо на остановке, а до самих корпусов было еще минут двадцать ходу, не меньше. Поэтому я, закинув рюкзак на оба плеча, пошел вперед, наслаждаясь летним солнышком и свежестью леса, окружающего все постройки, принадлежащие студенческой братии. Перед этим, правда, заскочив на регистрацию, которую чуть не пропустил, подумав заодно о том, что это не у машины мозг туповатый…

Рассмотрев меня со всех сторон и прогнав через очередной тестер, суровый старичок предсмертного возраста выдал мне разрешение, которое я тут же прицепил к одежде, а не менее суровая мадемуазель дальнебальзаковских лет выдала мне кучу бумаженций и пластиковых одноразовых карт на получение формы, литературы, еще каких-то бланков и, как итог — ключ-карты от комнаты общежития, так что рюкзак мне пригодился куда больше, чем я рассчитывал — все это барахло туда еле влезло, а ведь можно было все сделать единым чипом…

Социальное неравенство так и сквозило все эти пару десятков минут пути до корпуса — мимо меня то и дело проезжали ребята на гироскутерах, на ховерциклах, даже нашлись те, кто умудрялся приезжать в общежитие на собственном авто с шофером — вот уж действительно редкость! Хотя больше всего удивляло не разнообразие транспорта, а сам факт того, что люди с утра ехали в сторону общежития, а не покидали его — что-то я не понимал в местной системе. Впрочем, находились и те, кто также гордо вышагивал пешком, но они явно просто наслаждались погодкой, идя налегке, а я немного, скажем так, не вписывался в общую картинку. Не говоря уж о том, что все были в форме: темно-синие брюки и пиджак с белой рубашкой у парней, весьма короткая юбка и кардиган с блузкой — у девчат. Ну и для всех — белоснежные перчатки, а также галстуки серого цвета вместе с эмблемой колледжа — пентаклем, разукрашенным по-разному, в зависимости от года обучения. Тут, конечно, речь не о демонах, а о точках стихий на пятиконечной звездочке, но легкий привкус эдакой магической академии оставался.

— Хеюшки, да у нас пополнение, а? Иль турист какой? — ко мне подскочил паренек в слегка мятой форме, эмблема которого была окрашена в белый цвет — первый год. Огненно-рыжие волосы, уложенные в какой-то кошмар парикмахера, слегка нахальная рожа, но добродушный взгляд. — Ох, да не покусаю я, не молчи только!

— Да, привет. Новенький, Саня, — осторожно представился я, протянув руку, которую рыжий тут же стал радостно трясти.

— У, отлично! Хоть будет с кем пройтись, а то, как видишь, все на тачках гоняют, жопу не поднимая, а тут — тренировка, какая-никакая! — паренек сделал вид, что бежит на месте, после чего задорно рассмеялся. Правда, говорить, что у меня даже на доску с колесиками самодельную денег нет, не то что на машину, я не спешил. — Только тут по правилам лучше официально всех величать, а то какой-нибудь сноб обидится, да еще родителей позовет… Хотя мне и нравится папкино имя, — подмигнув, добавил парень. — Данила Александрович, приятно познакомиться.

— А, Александр Геннадьевич, взаимно, — вновь обменявшись рукопожатиями, я заметил, что Данила бросил быстрый взгляд на мое запястье, скрытое перчаткой, но ничего не сказал.

— Уже в курсе, куда заселили? Было бы круто, если в наш корпус, там девчонок чересчур много, я ж со всеми не справлюсь!

— Эм, корпуса общие?

— А почему бы и… ДА! А, сразу у нас понравилось еще больше? — хмыкнув, рыжий закинул руки за голову и стал с довольным видом насвистывать какую-то мелодию. — Специфика обучения такая, сам потом поймешь.

— Лады, — осторожно ответил я. — Третий корпус у меня, эм, комната пятьсот четыре.

— Э, брат, да ты счастливчик! Добро пожаловать в Иностранный Легион, йу-ху! — но, видя мое недопонимание, парень прекратил веселиться и вздохнул. — Александр Геннадьевич, в нашем корпусе больше всего иностраночек! Разве не здорово?

— Да, конечно, — вымученно улыбнувшись, я тоже постарался порадоваться. Нет, я за время обучения очень часто общался с противоположным полом… по сети. А что еще делать удаленнику-то? Ну, и не говорить же сейчас, что я никогда вживую с девушками толком не общался, не считая сестры, конечно, которую уже давно не видел. А тут еще и иностранки… Я, правда, по данному поводу не особо переживал — после ДД число мужчин неслабо так сократилось, ведь основу вооруженных сил составляли именно они, да и другим тоже досталось. И, хотя в итоге боевые искусства примерно в равной степени давались обоим полам, не считая предрасположенности к определенному элементу, так уж сложилось, что в основе всех четырех школ Рэйки были мужчины. Такое преимущество никто не хотел сразу же сливать в чужие руки, так что постепенно главы обзавелись своими собственными гаремами, чтобы подрастающее поколение осваивало премудрости из первых рук и оставляло основную силу в рамках семьи. Собственно, дядя не был в этом плане белой вороной, хотя после третьей я перестал запоминать имена его молоденьких супруг, а после пятой — и считать перестал.

В итоге и главы поднявшихся корпораций тоже подключились к общему движению, но даже так свободных девчат было немало, хотя часть теперь уже и принадлежала к элите, так что без хорошего положения уже и не подкатишь. Устроить свою жизнь через постель — была и такая у некоторых перспектива, но мне не слишком-то улыбался такой расклад, да и даже если бы на меня клюнула какая аристократка, ее папаня наверняка бы тут же кинулся копать под меня, так что на этом бы все и закончилось. А вот с обычной девушкой я был бы и не прочь замутить, но все откладывалось до более зрелого возраста, когда можно будет спокойно везде расхаживать, не ловя настороженные взгляды прохожих, опасающихся «горячей молодежи».

— Ох, ну ты и горазд задумываться, Александр Геннадьевич, сразу видно, что "Ф «статус, — вывел меня из далеко ушедших размышлений мой новый знакомый, тихонько рассмеявшись. — Ты так не переживай, они хоть и из других стран, но в большинстве своем — милейшие создания. Да и наши девчата никуда не делись, так что не нагружайся.

— А, не… Я задумался о том, почему сюда все едут с утра, а не идут из общежития… — улыбнувшись уголком рта, сказал я, уводя тему с щекотливых для меня пока что гендерных взаимоотношений.

— М-м? А, понял-понял! Да не обращай внимания, это теоретики, — раздраженно махнув рукой, сказал мне Данила, с презрительным видом проводив взглядом навороченную «Ладу Брависсимо», в которой кроме названия ничего от стареньких авто и не осталось, да и собирали их в Китае. — Не всем же в полевых операциях участвовать, есть и просто ученые, аналитики и специалисты по фантомной физике, химии и прочему… По тем же контатам целый отдельный факультет, а из преподов там учителя Рэйки со всех четырех направлений, так что и им готовят подмогу, — с удовольствием поведал мне парень.

— Да уж, для первокурсника ты неплохо так осведомлен. Но… Почему же сам идешь от выхода, а не от общежития? — прищурив один глаз, спросил я.

Однако, Данила ничуть не изменился в лице, поняв, что его раскусили, а наоборот, тихо рассмеялся.

— Ой-ей, раскусил. Да, я староста, так что тащу данные о тебе с проходной, — подняв руки вверх, словно сдается, сообщил рыжий. — Тут у нас же вроде как перспективные исследования ведутся, так что лишний раз на электронику не полагаются, вот все и на куче макулатуры… Хотя я тебе так скажу, Саша — суть все-таки в людях, копируй-не копируй, а у фантомов все индивидуально.

— Звучит серьезно, — покачав головой, я сделал серьезное лицо. — В отличниках небось?

— Ну не без этого, — скромно сообщил Данила, и к этому моменту мы как раз подошли к самому далеко расположившемуся от входа зданию. Хотя по пути, вдали от окруженной березками широкой дороги, и попадались разные постройки, среди которых были как учебные, так и жилые, да и просто магазинчики вместе со столовыми, эта смотрелась куда интереснее. Неподалеку от дороги расположилась парковка, на данный момент забитая техникой не на один миллион рублей, но самих студентов практически не было видно, лишь небольшая группка столпилась у трехэтажного здания какой-то кафедры — она расположилась как раз неподалеку от общежития, казавшегося на фоне этой постройки гигантским. Переделанное из старой девятиэтажки здание пестрело зеркальными панелями из темного стекла, на фоне которого в некоторых окнах тускло светились маскировочные поля — вполне обычное явление, не всякий захочет, чтобы к нему квадрокоптеры в окна подглядывали. На крыше можно было увидеть новомодные висячие сады, покачивающиеся от легкого ветерка, да и сама дорожка к общежитию, выполненная из замаскированной под мрамор плитки, была окружена ивами и какими-то ярко-зелеными цветущими деревьями, названия которых я не знал. А вот вход был оформлен белоснежными плитами с эмблемами академии и… танковой гусеницы? Это было весьма неожиданно.

— А, удивлен? Зато так факультет наземных операций никто не перепутает, — хмыкнув, сказал Данила, проследив за моим взглядом. — Все это, конечно, хорошо, но мы так на встречу с куратором курса опоздаем. Думаю, отсутствие формы огорчит ее куда меньше, чем твое опоздание, — сообщил парень, и я, вздохнув, поплелся за ним как раз к замеченному ранее трехэтажному зданию.

Глава 4, часть 1

Несмотря на то, что снаружи зданьице казалось не особо впечатляющим по сравнению с общежитием, явно выглядящим столь презентабельным ради иностранцев, внутри учебный корпус оказался весьма и весьма приятным на вид. Стены салатового цвета в вестибюле были украшены голографическими панорамами природы, у входа расположились автоматы по продаже газировки и всяких снеков, так что подобное и богачам было не чуждо. Правда, увидев цену на шоколадку, я понял, что во времена школы мог бы ужраться на эти деньги. Хотя, если разобраться, торговая марка была мне незнакома, пусть даже и названия были на русском, так что может это и был какой-нибудь элитный шоколад, а я тут лезу со своими провинциальными вкусами.

Не задерживаясь, я прошел за Данилой вглубь здания, которое пронизывал один-единственный коридор, лишь в одном месте переходящий в перекресток, ведущий к двум лестницам наверх. По одной из таких мы и добрались до третьего этажа, где практически около выхода были широкие двойные двери, ведущие в лекционную аудиторию, из которой раздавался шум, состоящий преимущественно из девчачьих голосов. Так, Саня, ведем себя спокойно, иначе все равно не умеем.

Аудитория была большой и многоуровневой — самые дальние ряды располагались весьма высоко, но наш курс, похоже, был слишком маленьким для подобного, так что большинство сгруппировалось на местах поближе к первому ряду. Как только мой рыжий спутник вошел, к нему тут же с визгом подскочила пара девиц, став выспрашивать о настроении и каких-то не касающихся меня делах, а я тем временем постарался не отсвечивать и осторожно добрался до одной из самых дальних парт из того ряда, что заняли мои однокурсницы. Правда, без формы я в любом случае привлек внимание, да и парней здесь было от силы человек пять, так что свою порцию внимательных девчачьих взглядов я заполучил. Пялиться на меня, когда я оказался практически позади всех, было всем явно не с руки, так что теперь уже я занялся разглядыванием. Глаза разбегаются, черт возьми…

Так и не сумев сосредоточиться, я обратил внимание на мебель — стулья были на славу, выполненными из облагороженного пластиком и тканью металла такой толщины, что я невольно удивился — неужели в моем возрасте кто-то может оказаться настолько толстым. Вернее, даже, вряд ли он смог бы заниматься боевыми искусствами, разве что тоже смертник? Да и нет смысла лепить тогда все стулья такими, если только тут в иностранный легион не входит спецотряд каких-нибудь сумоистов.

Небольшие парты были со встроенными мониторами, но имелись и обычные письменные принадлежности, помещенные в небольшую нишу. Введя свой код, который мне назначили на пропускной, я поглядел, как ниша с тихим щелчком открывается, предоставляя мне ручку и карандаш. Было и остальное, но это удивляло больше всего — они были острыми! Похоже, все здесь проходят тщательный отбор, ведь подобным тоже можно убить…

Не успел я об этом подумать, как сероватый дым закружился вокруг моей кожи, и где-то на грани слуха вновь рассмеялся жутковатый голос, преследовавший меня во сне. Сглотнув, я быстро начал читать нейтральную литанию и, успокоившись, торопливо осмотрелся. Вроде бы никто ничего не заметил. Да и вообще было странным то, что я здесь практически не видел фантомов. Мой рыжий знакомый наверняка был с контатой, но за все это время ни разу не сосредоточился на ней, остальные, похоже, были тоже весьма стабильны. Только у нескольких девчонок можно было приметить отклонения, но они казались куда более необычными…

Данила, отмахнувшись от своих навязчивых поклонниц, а иначе и не назовешь, бодро проскакал по ступенькам и плюхнулся рядом со мной.

— Хей, ну что, нашел себе девчонку по душе? — ткнув меня локтем в бок, тихо сказал парень, а я лишь отмахнулся. Но, видя, что он явно не отстанет, перевел взгляд на одну из тех, кто не сидел на своем месте; да и у нее была странность — клубок серого дыма, словно бы так и не сумевший оформиться в силуэт фантома, заполнял ее живот. Смотрелось это жутковато, но сам дымок проявлялся лишь изредка, может, пару раз за те несколько минут, что я здесь.

Сама девчушка была с темно-русыми волосами в виде каре; аккуратные брови, яркие голубые глаза, маленький ротик. Милая, но на вид кажется не слишком заинтересованной вообще в чем-либо, словно бы ей уже все надоело — такое вот флегматичное выражение лица. Юбка открывала вид на стройные ноги с небольшими носочками белого цвета, закрывающими щиколотки, а кардиган не давал скрыть волнующие округлости размера… А не знаю я их, но мне нравится.

Ее знакомая, у которой я видел только затылок, что-то сказала, и голубоглазая еле заметно нахмурилась, после чего сказала:

— Вей з мир! Ви таки немножечко правы, Софья Андревна, но за всю пятую я б не говорила… Шо-то не сильно хочется опять пирожки без ничего кушать, так что…

Собеседница голубоглазой что-то громко прошептала, и та, фыркнув, направилась к своему месту, перед этим сказав:

— Не надо мине этих подробностей!

Данила вновь ткнул меня локтем и зашептал:

— О, да, неплохой выбор, сразу на иностраночку, да? Себе на уме, но девочка приятная. Сара Габович.

— Эм, а ты уверен, что она иностранка? — осторожно спросил я, поскольку ее говор меня немного…смутил, скажем так.

Рыжий даже немного отстранился в удивлении и продолжил:

— Обижаешь! Израиль, одна из первых, кто к нам поступила по новой программе. А то, что у нас тут все по-русски неплохо говорят — это ты не обращай внимания.

— А, ну ладно, — ответив, я краем глаза приметил, как на меня смотрит девчонка, сидящая чуть ниже. Обратить внимание на нее было весьма просто — у нее были яркие зеленые волосы. Только вот она очень быстро отвернулась, но причина могла быть и другой — в аудиторию зашла женщина лет тридцати, одетая в строгий деловой костюм в расцветке академии, только галстука не было, а вместо него висел на груди небольшой голографический бейджик, как у Санты, но с такого расстояния я разглядеть деталей не мог. Все дружно вскочили, кто не успел, тот быстро метнулся к своему месту, и через пару мгновений наступила тишина. Наша куратор, как я уже догадался, выглядела строгой, а особенно это почувствовалось, когда ее холодный взгляд остановился на мне. Слегка тряхнув белоснежными волосами, женщина посмотрела на небольшой экранчик своего смарт-браслета и произнесла громким и твердым голосом:

— Александр Геннадьевич, то, что вы сели так далеко — знак вашей своеобразной тяги к знаниями или все-таки нежелание выделяться на фоне умиротворяющей гаммы оттенков нашей формы?

— Просто не хотел отвлекать моих товарищей от учебного процесса, — беззаботно ответил я.

— Ясно. Принято, рассчитываю, что все организационные дела пройдут достаточно быстро, чтобы все ваши сокурсницы могли полюбоваться вами в форме уже к следующей паре.

— Полностью согласен с вами, — слегка кивнув, я еле заметно улыбнулся, услышав тихое хихиканье.

— Я не шучу, Александр Геннадьевич. Но не будем зазря тратить время, выйдите к нам, — сообщила куратор, и я шустро спустился вниз, приметив на ее бейджике надпись «Никто». Они прямо оригиналы… — Итак, все еще может сложиться по-другому, но, позвольте вам всем представить нашего нового студента: Александр Геннадьевич, он же еще один кандидат на роль командира Искателей, — объявила Никто, и по аудитории пронесся весьма громкий шепот, после чего весь курс внимательно уставился на меня. — Так что, Данила Александрович и Семен Ефимович, у вас теперь еще один коллега и соперник, уж постарайтесь поладить, — добавила куратор.

Рыжий лишь улыбнулся и сложил руки за головой, а вот названный Семен никак себя не проявил, как и остальные парни. Куратор тем временем усмехнулась и, впервые улыбнувшись, посмотрела на дальние ряды и сказала:

— Мария Сергеевна, вы все глаза проглядели на новенького, так хотите к нему в отряд?

— Д-да, то есть, нет! Как прикажете, так и будет! — зеленоволосая, которую я приметил раньше, резко вскочила и в аудитории послышался резкий скрип металла, на который, казалось, никто не обратил внимания, кроме меня. Волосы Маши ниспадали на плечи, красиво контрастируя с белизной формы. Глаза были под цвет волос, причем такими же яркими, а накрашенные чуть пухлые губки и прямой нос добавляли девушке шарма. Не говоря уж о женских прелестях, которые, казалось, были слишком велики для стандартной формы. А еще розовый румянец на щечках… Приятно осознавать, что тут не все еще знатоки общения.

— Эй-эй, ты расслабься… Сама посмотришь, как будет лучше, я уж думаю, что Александр Геннадьевич не откажет в принятии заявки, — явно забавляясь, сказала Никто, и Маша поспешно уселась обратно на место, после чего лязг повторился. — Впрочем, остальных это тоже касается. Уже месяц прошел, а у нас даже для тренировки отряды не укомплектованы, вы чем вообще во внеурочное время занимаетесь, молодежь?!

Получив знак, я отправился назад, на свое место — зеленоволосая поспешно отвернулась, уткнувшись в текст какого-то учебника, выведенный на мониторе парты, но я успел приметить у девушки такой же сгусток, как и у Сары.

— Конкуренты? — тут же спросил я, пока кто-то из первых рядов оправдывался перед куратором.

— А, да не парься так. Так-то всегда студенты между собой конкуренты, разве нет? — зевнув, сказал Данила. — Ведь и на обычных специальностях все учатся на одну профессию, так что после выпуска соперничают за права на хорошие места. А так нам даже лучше: с одной теорией в Разломы лучше не ходить, а мы поднатаскаем друг друга — и вперед. Уж тайн на наш век хватит.

Ответить я не успел, поскольку Никто опять перешла в серьезный режим и с недовольным видом заявила:

— Так-так. Нет, я бы поняла, если бы у нас тут одни удаленники были, но здесь же полно выпускников обычных школ… Может, это русские такие нерешительные? Грета, нашла себе парня?!

— Найн! — воскликнула вскочившая девушка, сидящая на втором ряду. Длинные иссиня-черные волосы, а больше ничего и не видно с моего места. В отличие от остальных, у нее на голове была небольшая фуражка, опять же, под цвет формы. Хотя такие были у нескольких, я не вдавался в подробности — мало ли какие для иностранцев поблажки. Да и Сара нацепила пилотку за время перерыва… — Я считайт, что это лишь потьеря времени.

— Так-так. Грета Вольф, ты ведь собираешься стать одной из лучших, если не ошибаюсь?

— Я.

— Тогда придется тебе в скором времени пересмотреть свои приоритеты, — хищно усмехнувшись, сказала куратор, и немка резко села обратно на место. — Да, курс… Джесси, Сара, Грета, Алиса Константиновна и Мария Сергеевна — после пары пройдите в лабораторию за обновками, остальные — вперед, грызите гранит знаний.

Глава 4, часть 2

Из-за того, что Маша сидела совсем рядом, я не стал выспрашивать у рыжего по поводу сказанного, но на этом встреча с куратором оборвалась и, с учетом того, что впереди было окно, я решил заняться организационными вопросами. Данила куда-то лихо слинял, так что мне пришлось заниматься всем самостоятельно, но оно и не впервой.

С учетом размеров отведенной под разные зданьица территории, я бы и сам был не прочь обзавестись каким-нибудь транспортом, но лучше это рассматривать и впрямь, как тренировку, тем более не везде есть возможность вот так побегать. Вдыхая аромат зелени и ГМОшных вечноцветущих гипоаллергенных кустиков, трусцой помчался мимо березок, наслаждаясь тенью, поскольку солнце было уже высоко и начинало неслабо так припекать. Чуть не позарившись на вкусные запахи из столовой, я припомнил расценки на банальные батончики и, решив, что лучше потом узнаю у сокурсников по поводу обеда, промчался мимо и вскоре добрался до местной хозяйственной части, где для меня уже была готова новехонькая форма. По соседству раздобыв для себя смарт-браслет, который использовался для упрощения доступа вместо ручного ввода кодов, я прождал минут тридцать, пока местная библиотека проветрится, а затем очень долго ждал скачивания нужной литературы — на деле, файлы-то передавались быстро, а вот обменивать бумажные листочки на каждый из них — то еще занятие. Восхитившись масштабами бюрократического аппарата, я наконец-то побежал обратно к общежитию и, разогревшись, вернулся куда быстрее, чем рассчитывал.

Чиркнув пластинкой браслета на входе в корпус, я благополучно прошел по излишне шикарному коридору, пестрящему золотистыми голо-панорамами, частично прикрытыми через равные промежутки вазами с раскидистыми домашними пальмами, и, решив не дожидаться катающегося туда-сюда лифта, быстро добрался до пятого этажа с помощью лестницы. Коридор и здесь был весьма ухоженным, правда, без голографичеких излишеств — просто отделка в мягких спокойных цветах. Добравшись до четвертой комнаты, я вновь провел пластинкой по считывателю, и дверь с нужным номером послушно открылась.

Ох ты ж! Номерок шикарный, словно я в какой-нибудь дорогущей гостинице остановился. На полу пушистый ковер, два шкафа, тумбочки из натуральной древесины, если глаза не обманывают. Пара кроватей, стол с двумя мониторами и централизованным системным блоком, стулья и дверь, ведущая в собственный санузел — душ и туалет. О таком комфорте в общежитии я и подумать не мог, когда сюда собирался. Не удивлюсь, если тут и холодильник для хранения перекусов есть, хех.

Правда, постельное белье было аккуратно сложено, нигде нет вещей — похоже, я первый сюда заселился. Ну, так оно, может, и лучше, а то бы пиханули вместе с каким-нибудь левым типом, что конкуренцию будет воспринимать, как личную войнушку. Расценив, что разложить вещи можно и чуть позже, я бросил сумку в предбаннике ванной и, решив смыть пот после своей беготни перед одеванием чистенькой формы, быстро намылился в душ.

Правда, продлилось это недолго — почувствовав холодок от потока воздуха, я открыл глаза и встретился взглядом с девицей, вошедшей в предбанник. Яркие желтые глаза, длинные черные волосы и фуражка… Глазищи плавно опустились от моего лица к лишь частично прикрытому мылом причиндалу, после чего по ушам ударило:

— О майн гот! Почемяу ты здесь?! — Грета охнула, словно сказала что-то не то, хлопнула ладошкой себе по рту и, закрыв глаза, замотала головой.

— Эй-эй, это мой номер! Ага, ты подглядывать пришла?

— Найн! Я не хотеть подглядывайт! Я просто возвращаться после лабораторий! — поспешно ответила девица, теперь уже закрыв ладошками глаза. Должен признать, она тоже выглядела очень миленько. Хотя, быть может, это мне так кажется после удаленки… Грета, правда, на фоне прочих казалась хрупкой, в ней и было-то, наверное, метр-шестьдесят или чуть больше, но даже так, она смотрелась стройной. Опустив взгляд ниже, я заметил, что белый чулочек девицы окрасился на уровне голени в алый цвет.

— Ладно, не так важно… Грета, у тебя кровь что ли? Подожди, я сейчас выйду и посмотрю, — уверенно сказал я: в конце концов, в Рэйки Земли были и исцеляющие техники, хотя я и знал только общие.

— Шайссе… — буркнув, девушка отвела взгляд и осторожно вышла из предбанника, а там уже и я, обмотавшись полотенцем, выскочил следом.

Грета в этот момент сняла перчатку, и, не увидев на запястье контату, я немало удивился — что же она тогда делает на нашем факультете? Сняв туфельки, немка осторожно стащила с себя чулочек и еще раз неразборчиво ругнулась на родном языке. Сбоку на голени был самый настоящий небольшой металлический штырь, проникающий прямо сквозь кожу внутрь ноги, и из образовавшейся ранки тонкой струйкой вела подсохшая струйка крови. Если бы мне такой вбили, я бы, наверное, если и не орал, то как минимум шипел от боли весьма громко, а не заметил бы инородное тело только после того, как кровь уже застыла.

— Давай я попробую «Дар Земли», — тихо сказал я, а девушка, бросив на меня взгляд, лишь покачала головой.

— Найн. Ничего страшного. Сейчас мы это быстро исправляйт, — из смарт-браслета Греты показался небольшой цилиндрик и, коснувшись им ноги возле ранки, девушка победно улыбнулась — штырь с щелчком проник внутрь, так что на коже остался лишь черный кружок. — Я понимайт, почему ты подумайт, что здесь никто не жить. Я любить порядок, — протерев кровь салфеткой, девушка отправилась к одному из шкафов и открыла дверцу — внутри было множество одежды, но все было сложено настолько ровно и аккуратно, что я бы мог с легкостью назвать Грету королевой перфекционизма.

— Тогда понятно. С таким мне не сравниться, конечно, но привычки разбрасывать барахло у меня нет, — добродушно улыбнувшись, я наконец-то вызвал и у девушки слабый отклик в виде поднявшихся на миллиметр уголков рта. — Хотя мне и странновато, что парня и девушку поселили вместе…

Услышав подобное, Грета воодушевилась, даже в ее глазах будто бы возник воинственный огонек:

— Благодарить за это мнение, Алекс Геннадьевич! По мне, так это, как у вас говорится… Хватит дурака валякать! — с чувством произнесла девушка. — Пусть мы учиться убивайт, но это не повод играйт с чувствами!

— Прости, я не знаком с историей вопроса…

— Ах, все просто! Ты — убивайт, из-за этого — страдайт, любовный нектар тебя от детранквализашн спасайт, — коротко сообщила Грета, найдя новые чулочки и, поставив ногу на стул, стала их натягивать. Черт, она, похоже, совсем не знает, как это может подействовать на одинокого парня… Сглотнув, я положил ногу на ногу и обмотался полотенцем понадежней.

— Тогда понятно, старая теория о том, что любовь выручит из беды, да? Не думал, что ее внедрили на таком уровне, — сказал я усмехнувшись, и девушка, закончив свои дела, одернула юбку.

— Рада, что понимайт. Однако, раз нас распределяйт в связи с правилами, я не перечить. Надеюсь на плодотворное совместное обучение! — как-то чересчур торжественно сказала Грета, подойдя ближе и протянув мне руку. Ее ладошка была нежной, а кожа — бархатной, совсем не подходя к ее холодным привычкам. — Так, Алекс…

— Можно просто Саша или Александр, без отчества.

— Гут, Саша. Просто Грета, — усмехнувшись, девушка села на кровать напротив, теперь уже внимательно разглядывая меня а в особенности — мое запястье. — Боюсь, ты узнавайт мой секрет… Я бы не хотеть его афишировайт, и не знать, являться ли ты человек чести.

Ох и нехорошие мне мыслишки пошли после такого. Но, с учетом того, что нам жить вместе, лучше такое откинуть в сторону. Я совершенно ничего не знаю об этих Вольфах, хотя и забавно, как эта фамилия сходна с дядиной — русские волки против немецких. И чем аукнется подкатывание к их дочурке — кто его знает, хотя, получается, сама суть академии подталкивает к подобному. Я несколько обескуражен.

— Думаю, я вполне могу скрыть от всех, что у тебя странный штырь в ноге, — выдал я первое, что пришло на ум, а девушка в ответ захлопала ресничками.

— Штырь? А-а, креплений для обвес? А… Ах-ха-ха! — Грета весьма задорно рассмеялась, и я бы даже присоединился, если бы знал причину. — Прощайт, Алекс, я не ожидайт подобный исход. М-м… Так ты ничего не знайт?

— Ну, если ты об этом, то да, я с подобным не сталкивался, — с толикой недовольства сказал я, и девушка облегченно вздохнула, поднявшись.

— Гут, гут! Вот, смотри, Саша, — Грета неожиданно подошла чуть ближе и, встав боком, приподняла юбку. Должен признать, я не сразу и понял, о чем речь, увидев краешек розовых кружевных трусиков, но вид нескольких черных металлических кругов в бедре быстро поставил меня на место. — Это — тоже креплений для обвес. Сегодня присылайт новый бронелист из Дойчланд, слишком тяжелый, поэтому искривление креплений, — юбочка заманчиво колыхнулась, возвращаясь в исходное положение, а я до сих пор толком не понимал. — Ох-ох, Саша, срочно читайт главы о технодевах, — с укоризной сказала девушка и, весело насвистывая «Ах, мой милый Августин», ушла из комнаты, прихватив сумочку.

Глава 5, часть 1

Сбитый с толку, я просидел в раздумьях пару минут, после чего глянул на время и тут же вскочил. Быстро нарядившись в форму, которая села на мне, как влитая, я на всякий случай прихватил сумку, с которой приехал и выскочил из комнаты. Интересно, зачем Грета вообще приходила? Скорее всего, тоже хотела ополоснуться, но я помешал… Только вот с секретом я опростоволосился, раз даже в учебнике можно отыскать информацию. Что же тогда? Правда, вопрос технодев меня сейчас заботил куда больше, чем тайны немки, которые наверняка еще откроются, если уж мы будем жить в одной комнате, так что я просто сосредоточился на дороге.

Лекция по фантомной физике, замаскированной под какое-то трудовыговариваемое название, проходила в том же корпусе, что и встреча с куратором, так что я не опоздал и теперь уже гордо выпрямившись, зашел в аудиторию. Часть просто любопытных взглядов сменилась интересом, так что я, почувствовав себя куда уверенней, не стал садиться далеко, а разместился на ряду перед Машей, даже немного вздрогнувшей, когда я пробирался на свое место. Данила куда-то запропастился, и пришел только к самому началу лекции, да и садиться рядом со мной не стал — неужели из-за конкуренции? Не ожидал, что он все-таки примет это так близко к сердцу, я-то тоже был сходного с ним мнения: Искателей не так много, как мне думается, так что Разломов на всех хватит. Ну да его дело.

Лекция была монотонной и такой заумной, что меня хватило от силы на десять минут — слишком сложно воспринимать, когда не знаешь, да еще и забыл. Фантомная физика чем-то напоминала квантовую: когда толком ничего не пощупать, и все строится на целой цепочке теорий, но, раз итог верен, то и все вроде как правильно. Окончательно отчаявшись хоть что-то понять и подключив браслет к монитору в парте, я открыл учебник с самого начала и немало удивился — после школьной литературы было необычно видеть комментарии и правки составителей, добавленные сегодня же к начальным темам. Прямо начинаешь чувствовать себя частью чего-то великого, раз изучаешь то, что остальные открывают прямо сейчас.

Выведя содержание, я получил еще одну странность: темы, еще не пройденные в основном курсе, были недоступны для открытия в связи с возможностью правки. Хотя мне очень даже захотелось ознакомиться с теорией нематериальных фантомных объектов на примере снарядов, даже если я там ничего не пойму… Впрочем, в первых главах тоже ничего не было ясно, так что я закрыл учебник до лучших времен и попробовал найти информацию о технодевах. Ох, вот ведь немка сказанула, «почитай». Тут текста — кот наплакал.

Никогда о них не слышал, даже о таком понятии, не то, что о девушках, спокойно всаживающих себе в конечности металлические штыри. Открыв общую справку, понял, почему: данная информация относилась к детранквилизующей. Хотя оно и понятно — одни лишь владельцы Рэйки могли выбить нетренированных и податливых людей из колеи просто своим существованием, а тут что-то явно более мощное.

Вот только данные были весьма скудны. Вместо контаты технодевы используют фантомное ядро для контроля, но не применяют внутреннюю энергию для преобразования в продвинутые техники, как это делается в Рэйки. Похоже, что вместо этого такие девушки используют самое настоящее модифицированное вооружение из прошлого! Оно и понятно, новое сейчас фантомы сделать не позволят, а старое… Расклад таков, что слухи о том, будто в Разломах осталось целое оружие, были правдивы, но как его вытащить и применять в итоге? Осознание того, что меня готовят именно на командира Искателей, щелкнуло по мне грузом ответственности.

Конкретики особо не было, а часть информации была недоступна, поскольку до нее не дошли по программе — видимо, тоже еще до конца не уверены. В принципе, тогда становится ясным само наличие подобных девчат здесь: подготовить их достаточно сложно, вот и собирают по всему миру, отправляя сюда, где Комаров и компания проводят испытания и потом делятся информацией. Хотя, с учетом многонациональности корпорации, их могли бы уже негласно пригласить на работу, и тут уже не столь важно, из разных они стран или нет…

Остатки лекции проскочили за попытками разобраться, а затем вроде как наступила получасовая перемена, только нудятина не закончилась, и методичный бубнеж преподши шел еще двадцать минут. Мне после удаленного обучения подобное показалось пыткой, но я стойко держался, только вот на следующую пару бежать пришлось весьма шустро, так что ни с кем за это время не удалось ни переговорить, ни хотя бы познакомиться.

Хоть и практика, но по истории, теории и практике применения фантомных технологий, так что понять можно и без вчитывания в учебник. Вел ее совсем уже сморщенный старичок, так что не удивлюсь, если он тоже уже фантомов видит в столь преклонном возрасте.

— Владислав Сергеевич, скажите-скажите! Что-нибудь новое удалось узнать? — в самом начале с любопытством спросили девчонки с первой парты, и старичок расплылся в улыбке — видимо, тут своя атмосфера.

— Ох, дорогие, простите-простите! Пока что ориентируемся на то, что есть, — немного хрипловатым голосом заявил старик. — Сами знаете, что мы в этом вопросе отстали… Эм… Госпожа Мику, вы тоже нас не порадуете вестями с родины? Слышал, что вы возвращаетесь домой… Печально, но удачной вам дороги! — следом последовал удивленный и разочарованный возглас многих девчат, да и парни, похоже, тоже были расстроены, а я не совсем понял, к кому дедок обращается, но по взглядам остальных сориентировался.

Чуть дальше, но ближе к окну, за партой сидела девушка, которую я не приметил за предыдущие пары — похоже, ее и не было, я бы такую не забыл. Она была настоящей красавицей, от вида которой сердце будто удар пропустило. Бирюзовые или голубоватые длинные волосы, уложенные в два хвостика с красно-черными ленточками словно бы даже слегка светились, хотя это наверняка было особой игрой света.

— Что вы, сенсей, для меня слишком много чести, — мелодично произнесла девушка и, прикрыв глаза, встала и почтительно поклонилась. — Срочные дела требует моего возвращения… Гоменасай!

Судя по всему, она была из Японии, но личико было далеким от азиатской внешности, взять хотя бы широкие глаза с яркой желтой радужкой. Вот что она анимешница — вполне возможно, но насчет страны…

— Эх, было бы приятно послушать вашу теорию напоследок, тем более, что у нас есть новенькие, — мягко улыбнувшись, сказал старик, и девушка, бросив на меня быстрый взгляд, еще раз поклонилась и, поднявшись, вышла к учительскому столу. Поправив фуражку, Мику сообщила:

— На самом деле, я бы не стала говорить, что изыскания моих семпаев можно расценивать, как истину в последней инстанции, однако… Корни подобного явления лежат в оккультизме и культурах разных народов. Первые упоминания Цукумогами или «духов вещей» относятся к десятому веку и являются частью учения Сингон, но наиболее частые именные случаи появления духов принадлежат к периоду Эдо, — сделав паузу, девушка тряхнула хвостиками и провела по своей правой перчатке, вокруг которой на мгновение возник дымок. — Если принять во внимание, что контроль фантомов осуществляется через фантазит, полученный в Разломе и введенный в виде силовой линии, а также путем имплантации ядер, то можно говорить о том, что и в данном случае связь с этими существами идет через определенные вещи, то есть, речь не об одержимости или контроле самой сущности человека. Применение литаний в таком случае сходно с церемониями в дзиндзя, призванными «утешить» негодные товары или просто предметы, но в подобной теории нет точного обоснования явления детранквилизации, поэтому я и упомянула возможную несостоятельность. Аригато, — поклонившись, девушка отдельно поклонилась учителю, после чего вернулась на свое место под тихие благодарности сидящих неподалеку студентов. Голос у нее и впрямь был чарующим, причем настолько, что я не сразу понял, что сижу и улыбаюсь, как идиот.

Духи вещей, значит? Получается, если из меня извлечь осколки, то можно избавиться от морока? Коснувшись груди, я ощутил, как аудитория окрашивается в алый цвет, и протяжно выдохнув, успокоился. Все-таки в выходной нужно съездить в клинику.

После выступления милой японочки курс как-то совсем сбился с рабочего настроя, став обсуждать разнообразные теории, а старичок-преподаватель тем временем вывел на экран изображения силовых линий, принявшись втирать про контаты и ранги применения. К счастью, ничего нового здесь рассказано не было — как и ожидалось, выпускники школ в лучшем случае владели вторым уровнем или рангом, как кому удобнее. Это было искусственным разграничением, позволяющим новехоньким школам Рэйки удерживать сильных бойцов в пределах своего влияния, и в то же время не мешало расширять возможности и зарабатывать деньжата на желающих. Так что, не будь я родственничком, не получил бы в свои восемнадцать четвертый уровень, это точно, ну а для дальнейшего все-таки уже нужно было время и опыт, так что одними знакомствами не обойтись.

Следующая перемена тоже была получасовой, а с учетом отдаленного расположения тренировочного стадиона, за это время кроме как добежать до нужного места особо успеть ничего и не получится. И после этого мисс Никто еще удивляется, что тут никто не знакомится… Правда, как только я собирался сорваться с места и разыскивать нужную постройку на территории, сзади меня окликнул неуверенный голосок:

— Ал-лександр Геннадьевич! — опустив взгляд на парту, вновь лязгнувшая Маша стояла позади, на глазах краснея. Да что с ней такое-то… Мне тоже не по себе, но я все-таки стараюсь этого не показывать, какой же у нее статус?

— Да, Мария Сергеевна?

— Ах! Н-нет, можно просто, Маша! — поспешно заявила девушка, и я дружелюбно кивнул. Приятно, что здесь меньше всяких мнящих о себе богатеев, чем я думал.

— Можете тоже звать просто Сашей. Чем могу помочь?

— М-м, я думала, что мы могли бы пройти к следующему занятию вместе… Ой, то есть, я бы, как вежливая однокурсница, хотела бы показать вам территорию академии! — слегка запинаясь, девушка так и не подняла взгляд, а ярко-зеленый чуб в итоге прикрыл глаза. Какое приятное чувство… Могу по неопытности ошибаться, но, если я сразу же понравился одной из местных, то это не может не радовать! Главное не выдать свои эмоции.

— Буду очень благодарен, Маша.

Глава 5, часть 2

Торопливо кивнув, девушка схватила небольшую сумку и, не прекращая мило улыбаться, осторожно спустилась по ступенькам вперед меня. Я не мог не заметить, как поверхность пола неслабо так под ней проминается…

Данила тем временем шел по другому ряду и, остановившись рядом с собирающимися девчатами, будто бы невзначай сказал:

— Почтение вам, мадам Габович, и добрый день.

— И наше вам с кисточкой, — без особого энтузиазма сказала Сара, смерив рыжего взглядом.

— А ты что же, не думаешь в отряд хотя бы к новенькому завалиться?

— Шо я из этого буду иметь? Таки если гешефта не предвидится, шо ви таки от мене хочете? Пущай промежду собой пока погутарят, — весьма шустро выпалила девушка, даже не глянув в мою сторону, а Данила издал еле слышимый смешок. Поправив пилотку, Сара пружинистой походкой стала спускаться, а рыжий сказал ей в спину:

— Смотри сама. Птичка напела, что в ближайшее время других кандидатов не предвидится.

Остановившись на миг, голубоглазая продолжила свой путь и весьма шустро вышла из аудитории, проскочив мимо нас с Машей.

— Пойдем? — похоже, зеленовласка не собиралась трогаться с места, так что я взял инициативу в свои руки, и только после этого мы отправились на улицу. Молчаливая и быстрая прогулка перемежалась лишь металлическим постукиванием, явно слишком громким для обычных каблучков, хотя Маша вроде как и была обута в легкие туфельки. Так, ладно, я ж мужик, надо хоть как-то разговор поддержать, а то как понравился, так и разонравлюсь.

— Саша, — тихо сказал девушка, опередив все мои попытки заделаться альфачом. — А вы разбираетесь в оружии?

О-па. Интересно, кто это уже успел напеть? Вряд ли где-то мое досье с хобби гуляет, хотя, кто их тут знает… Похоже, заметив мое замешательство, девушка замахала руками и, виновато улыбнувшись, сказала:

— Эм, да… Это, наверное, не мое дело. Просто предположила, что раз вы кандидат в командиры…

— Нет-нет, ничего страшного! — кивнув, я попытался всем своим видом показать, что совершенно не против. — Есть немного… Хотя это и сложновато в наше время изучать…

— Ох, все равно здорово! — тихонько рассмеявшись, сказала Маша, немного зажавшись и сведя руки вместе, отчего и без этого немаленькая грудь стала казаться огромной, и я отвел взгляд, решив показаться приличней, чем являюсь на самом деле. — А можно проверку?

— М-м? Что-то хотите спросить?

— Да! Например… Т-90?

Погладив подбородок, я с интересом глянул на девушку, которая пристально рассматривала меня, даже остановившись.

— Хм… Сто двадцать пять миллиметров орудие, комбинированная противоснарядная броня, комплекс электронно-оптической активной защиты от ПТУР, динамическая защита третьего поколения, комплекс «Рефлекс-М», пулеметы 12,7 и 7,62 миллиметров. Подвеска…

— Ох… Это просто изумительно! Жаль, только, что от этого мало что есть, — грустным тоном сказала Маша.

— М-м, что, прости…те?

— А? А… Я ведь технодева, надеюсь, ты это заметил, — вновь рассмеявшись, зеленовласка смущенно отбросила прядку волос, открывая вид на лицо и плавно переходя на «ты», сделав вид, что не заметила моей оговорки. — Просто обычно не все говорят свои исходники, хотя большинство и так знают, но ты ведь меня даже в обвесе не видел. Я получила свою основу из Т-90.

— А, вот как, — облизнув губы, я смотрел прямо перед собой, не совсем понимая, как на такое реагировать. Нет, я помню слова Греты про обвес и все такое, имплантация ядра. Они вообще люди?

Мою паузу девушка, похоже, восприняла как-то по-своему, вновь уткнувшись взглядом в землю.

— Наверное, теперь ты не захочешь меня принять, — прошептала Маша, вцепившись в сумочку.

— Стоп-стоп, ты чего там успела себе надумать? Я просто маленько не в курсе и с технодевами не знаком, так что меня сам этот факт несколько выбивает из колеи, а уж против тебя я ничего не имею против. Ты милая и приятная девушка…

— Ах! С-спасибо. И за тот раз тоже, — поспешно сказала Маша, чуть ускорив шаг и на дав мне договорить, хотя я и сам от себя таких слов не ожидал. — Если уж совсем не знаешь… Слышал же Мику-тян?

— Про духов вещей? Конечно.

Кивнув, Маша пошла уже бодрее, размахивая своей сумочкой.

— Наверное, тебя текст учебника сбил с толку. Суть не просто в оружии, а в технике. Когда удается найти частично поврежденный, допустим, танк, то его можно попробовать вытащить. Он уже захвачен фантомом, раз находится в Разломе, так что его использование не приведет к суициду или детранквилизации, — объяснила девушка. — Только вот и напрямую его контролировать не выйдет из-за поражения фантомом, так что используют ядра, а от самой техники берут модифицированные запчасти, которые можно закрепить на технодевах. К примеру, у меня — пушка уменьшенного калибра, пулемет и часть бронирования от Т-90… М-м? Что… Что такое? — запнувшись, Маша сглотнула, видя, с каким изумлением я смотрю на нее.

— Это удивительно. И как при таких возможностях ты вообще могла подумать, что я тебя не приму, Мария?!

— Ум. Ну, я как бы устарела, — нехотя сказала девушка, посмотрев на деревца над нами. — Совсем недавно стала технодевой, и уже устарела. Но тут выбирать не приходится… Что находят в Разломах, то и используют, плюс сродство еще играет роль…

— Знаешь, подобные технологии нигде не увидишь, так что не думаю, что ты устарела, не надо себя накручивать так, ладно? — попытался я хоть как-то подбодрить Машу, и та благодарно улыбнулась.

— Вы же с Данилой и Семеном конкуренты, так что отряды у вас должны быть самые сильные, раз вход в Разлом ограничен, а на курсе ты сам видел, девчонок куда больше, чем кандидатов, — пояснила девушка. — Семен вообще скрывает, кто согласился с ним быть вместе, а у Данилы есть как минимум Алиса Константиновна — «Армата». Да и другие готовы сразу же к нему вступить, стоит ему пальчиком поманить, — с толикой злости в голосе сказала Маша, смотря куда-то в сторону.

— А Данила популярен, я смотрю.

— Ну… Сложно быть непопулярным с фамилией Комаров в академии Комарова, — хмыкнув, ответила Маша. — Но ты тоже у девчонок на хорошем счету, пусть и темная лошадка. Грета сказала, что ты — человек чести, — подбодрила меня девушка в ответ.

М-да, рыжий-то, похоже, сыночек шишки. Вполне можно списать его показное дружелюбие на вынюхивание подробностей, хотя мог уже все у папика вызнать, зараза. Ладно-ладно. А вот немочка — молодец, милаха, поднимает мой рейтинг.

— Хм, что-то по Саре я бы не сказал, что все готовы к нему вступить, — сказал я, припомнив случай после окончания пары.

— А, она девушка свободолюбивая. Да и на самом деле, по секрету, у нее еще нет полного обвеса, вот она и цену набивает, пока может, — прошептала Маша, приблизившись, — от нее пахнуло приятным цветочным ароматом. — Но да, Данила бы хотел себе «Меркаву Мк 4» заполучить. Говорят в ее модификации отражено даже наличие в прообразе десантного отсека. А пружинящая подвеска? Это добавляет ей шарма, я со своей торсионкой, как корова на шпильках, — не без удовольствия рассказывала Маша о своих… коллегах?

— А Грета?

— М-м, вроде бы «Леопард 2». Но, честно скажу, она удивительная, как и другие девчонки из Германии. Такое чувство, что они с фантомами куда ближе, чем наши, — вновь заговорщицки поведала мне девушка, а я потихоньку мотал на ус. М-да, при таком разнообразии мне и впрямь стоит с умом подойти, если хочу подзаработать в качестве Искателя. В Разломе явно не только руками махать придется, раз используют девчонко-танки.

Как бы ни хотелось и дальше порасспрашивать Машу, мы подошли к нужному корпусу. Тренировочное здание было выполнено в виде небольшого стадиона, примерно такого, какие обычно используют в олдскульных школах. Попрощавшись с Машей, я отправился в раздевалку — теперь мы были поделены на группы, так что из парней никого, кроме Данилы не оказалось, но и он, лишь усмехнувшись, помахал мне рукой, выходя из помещения.

Зайдя внутрь, я обнаружил белоснежные шкафчики, расположенные рядом с нишами. Сложив форму, приложил браслет к считывателю — и получил тренировочный одноразовый костюм из биоразлагаемого материала. Дешево и сердито — можно не стирать и не переживать, если на тренировке повредится, а это бывало весьма часто, когда сталкивались хотя бы третьи ранги. Облегающая белая ткань с черными вставками приятно стягивала кожу, а на груди была эмблема курса с моим именем и отчеством. Нацепив знакомые со времен занятий Рэйки концентрирующие перчатки, слегка облегчающие работу силовых линий и заменяющие предварительные медитации, я вышел из раздевалки и направился к стартовой линии, где уже собралась наша группа. Что и говорить, в этот момент я немного пожалел о собственной обтягивающей форме, поскольку девчонки тоже были в подобной, и им это чертовски шло, что могло легко выдать во мне физиологический интерес. Правда, самих девчат было всего шестеро, из которых я знал только двоих — Мику, одевшую вместо фуражки обтягивающую спортивную шапочку, из-под которой все еще торчали яркие бирюзовые хвостики, а также Машу. Насколько понимал, у технодев были свои тренировки, поскольку Греты, что входила в нашу группу, здесь не было, но, увидев на руках зеленовласки концентрирующие перчатки, я удивленно присвистнул. Так она — два в одном!

Спустя пять минут к нам трусцой подбежал огромный мужик под два метра ростом: о нем я уже слышал — Зангиев. Не имя, конечно, просто прозвище, и я даже знал, откуда. Большинство агрессивных игр считались детранквилизирующими, но тем, кто занимался Рэйки, разрешалось порой зарубиться в «Уличного бойца — 10». Особого насилия, кроме боевых искусств, там не было, так что проблем не возникало, хотя многие больше не на борьбу внимание обращали, а на героинь, но это отдельная история.

— Так-так, свежее мясо, — грубым голосом заявил амбал, с довольным видом рассмеявшись собственной фразочке. — Ладно, быстро — десять кругов, а потом на кулачках покажете, что из себя стоите. Маха, не растопчи тут нам все покрытие, только новое положили!

— Из-звините, — покраснев, сказала девушка, опустив взгляд.

— Да ладно тебе, не тушуйся, теоретики оплатят. Освобождение от физры тоже баблишка стоит, ах-ха-ха! — вновь рассмеялся бугай. Похоже, что все ученички привыкли к его неформальной манере обращения. — Комаров, не прочь выбить из новичка всю дурь?

— О, ну я попытаюсь, — скромно ответил Данила, тряхнув рыжей шевелюрой и подмигнув мне, только вот всколыхнувшийся возле его запястья дым говорил, что парень как раз-таки в себе весьма уверен.

Глава 6, часть 1

Весьма удачно, что перед тренировкой «на кулачках» нам дали задание побегать. Соскучился я по таким разминкам, когда целый стадион в твоем распоряжении! Свежий воздух, мягкое покрытие, приятная форма и вид обтянутых тканью девчат, м-м… Хотя, конечно, не об этом стоит думать. Пропустив вперед соблазнительно покачивающиеся бедра сокурсниц, я помахал обернувшейся Маше, которая, вопреки предупреждениям Зангиева, ничуть не портила покрытие, и решил немного прикинуть дальнейшие действия.

Если разобраться, то сейчас, уже выйдя из статуса школьника, можно не прятаться со своим четвертым рангом и показать себя во всей красе. Пока что никто не растрепал или вообще не узнал, что я далек от местных богатых семеек, так что подобное проявление силы поднимет мой статус — не каждый в моем возрасте мог бы оплатить обучение Рэйки, даже особенно если не принадлежал к известной Семье. То есть, я буду или в роли богача, или в роли дальнего сыночка каких-нибудь толстосумов, которому не достались сливки, поэтому приходится работать на благо родни путем обучения новым технологиям. То, что рыжий вдруг так встрепенулся, может говорить о том, что «разломный» пирог все-таки не так велик, как его хотели бы обрисовать, хотя, конечно, мог и характер взыграть: если уж он сынок Комарова, то наверняка привык брать все послаще, да повкуснее. Если уделаю его, то можно будет рассчитывать, что девчонки взглянут на меня уже в другом ключе и удастся заполучить себе в запланированный отряд технодевочек помощнее. Черт знает, как в этом разбираться, но хотя бы план наметился — уже хорошо, все-таки, если бы в Разломе все было спокойно, можно было бы обойтись и простыми ребятками с контатами, верно? С этим разобрались.

Дальше, как будем побеждать? Выехать на одном лишь ранге вряд ли получится, поскольку Данила этот наверняка тоже не двоечка, как другие выпускники. Так, вспоминай, Саня… В чем там были особенности?

Первый ранг — понятно, он у всех школ одинаков. Позволяет махать руками с целью раскроить чью-нибудь нерадивую голову и самому при этом не отправится в дальнюю дорогу из-за взбрыкивания фантома. Тут и говорить не о чем, в целом, нет отличий, разве что кто-то использует приемы из бокса, кто-то из восточных единоборств, а другие вообще изобретают что-то свое, не всегда удачное, но все же. А вот дальше потихоньку начинаются различия…

Изначально, после ДД встала немаленькая такая проблемка с медициной — так уж исторически сложилось, что очень часто использовались в этом деле всякие острые штуки. Ходили слухи и о том, что от обычных лекарств можно погибнуть, к примеру, неожиданная аллергическая реакция — и все, пиши пропало, даже антигистаминки вовремя не ввести, раз самая высокая биодоступность при внутривенном введении, а фантомы весьма щепетильно относятся к тем моментам, когда люди друг друга тыкают иголками. Конечно, в итоге это не приняло масштабы такого уж прям повального бедствия, особенно на фоне только что произошедшего ДД, ведь далеко не у всех есть аллергия, да и не всем требуется хирургическое вмешательство, но альтернативы искать стали весьма активно. Начиная от давно известной народной медицины с лечением травками, уринотерапии и всяческих сомнительных методик, услышанных от кого-то и записанных с ошибками, до экспериментов с давно существующими видами медицины. Так дошли и до Рэйки — и, хотя от изначальных методов бросались во все крайности, сама идея передачи целительной энергии путем касания неожиданно сработала. Понятно, что это было из-за влияния фантомов, но подобное помогло быстро наладить медицину и вернуть хоть в этой сфере качество жизни не то что на прошлый, а даже на куда более высокий уровень.

Естественно, те, кто могут исцелять, знают, и как убивать, но использование не рук, как таковых, а передачи энергии воспринималось фантомами точно также — в негативном ключе, так что идею использовать боевые искусства отбросили до появления контат. Как они появились — черт их знает, скорее всего просто методом тыка пытались приспособить фантазит хоть куда-нибудь. А уж откуда он берется — тайна, охраняемая теми семьями и корпорациями, что смогли захапать себе контроль над Разломами. Видимо, в данном случае огромная территория России как раз поспособствовала тому, что именно у нас появились школы Боевого Рэйки — все-таки выбор Разломов оказался ну очень широким на фоне крошечных стран, где войска были весьма сильно сгруппированы на момент ДД. Или просто Рэйки, как уже потом стали сокращать, поскольку целительные техники входят в число общих. Земля и Огонь — две самые большие школы, потом уже азиаты спохватились, что их древние практики модифицировали подобным образом, и в Японии основали школу Воды, а последними объявились европейцы с Воздухом.

Конечно, никто не мешал после открытия теории в общих чертах и остальным «переосновывать» подобные методики и создавать собственные школы, но на фоне остальных это было ничего особо не значащей силой, да и отставание в текущей быстрой гонке сказывалось не лучшим образом.

Так что, исходя из истории, вряд ли Комаров будет с чем-то, кроме Огня и Земли. Хотя в том же музее и были девчата с Воздухом, но там скорее просто блажь, поскольку без обучения в Европе они далеко бы не ушли в своих тренировках, а со вторым рангом можно хоть чем рисоваться. Собственно, второй позволяет проводить бесконтактный бой, правда, обычно дальность удара не превышает для таких ребят с девчатами и десятка сантиметров, но здесь начинаются различия в школах. У Воздуха дальность чуть больше, так что он неплохо подходит для тех, кто не собирается себя посвящать боевым искусствам и при случае столкнется с таким же новичком. Вода — золотая середина, Земля — самые короткие, а Огонь… Он вообще специфичен. Стандартная дальность, как у Воды, но можно искусственно удлинить свою атаку, нанося тем самым повреждения себе, но и пробивая внутрь тела противника. Профессиональный огонек может удачным ударом превратить сердце в лохмотья уже на втором ранге, хотя тем самым и сократит собственную жизнь за счет сбоя в биополе. Сжигая других — сгорает и сам, весьма иронично, но подобных психов найти можно немного, разве что в профессиональных наемниках; из тех, кто по обмену спарринговался с нами, все огоньки были ребятами пусть и агрессивными, но без перегибов, в этом и минус — я до этого бился только с такими же, как и я, специалистами Рэйки Земли, так что точной информации по высоким рангам Огня у меня не было.

Конечно, учитывая подобное, можно было бы уже сушить весла — если Данила целеустремленный и, конечно, Огонь, то прижучил бы меня если не одним ударом, то несколькими точно, но здесь идут дальнейшие различия. Третий ранг — еще больше специфики разных школ, где у Земли появляются защитные и целительные техники, самые лучшие из четырех, и против них пробой уже так запросто не работает. Правда, атаковать тоже особо нечем, но для этого есть четвертый — дистанция бесконтактного боя возрастает, появляются возможности перераспределять энергию в двух направлениях — как по всему телу, чтобы не концентрировать все в кулаке с контатой, так и внешне. Ну и, конечно, дистанционная атака вроде псевдосейсмической волны, хотя убивать я рыжего и не хотел… Взор опять заволокло алым, и я даже остановился, чувствуя, как быстро бьется сердце.

— Быстро выдохся, Кольцов, — вякнул Данила, промчавшись мимо с довольной улыбочкой, совершенно не зная о том, что я сейчас борюсь с желанием его размозжить прямо здесь. Базовые успокаивающие литании пронеслись моментально за счет перчаток, почти интуитивно, и пелена постепенно стала рассеиваться. Однако… Неужели мой статус нарушился после инцидента? Сканеры вроде как ничего не показали. Впрочем, меня волновало не столько это, сколько влияние подобного изменения на техники, но сейчас уже некогда разбираться.

«Земля питает силой, и я порождение земли.

Я твой листик, и лесок, в поле каждый колосок.

Ты моя защита и опора, а я твой вечнозеленый дубовый росток, вернувшийся в землю по окончанию вечности».

Упрощенная литания сотворения «Дубовой коры» вкупе с моим «Ф» статусом позволяла за минуту уплотнить биополе настолько, что неосторожные двухранговики бы себе руки поломали за здорово живешь. Весьма занимательно было наблюдать, как вместе с окончанием чтения материализовавшийся дымок растекся из моего запястья и груди по всему телу, покрыв всю кожу тоненькой прослойкой. Забавно… А учителя глотку срывали, доказывая существование биополя и подобного, а на деле все делают фантомы.

Завершив кружок, я почувствовал себя спокойней и уверенней — дым полностью окутал тело, став теперь больше напоминать не бесформенную субстанцию, а гладкую полупрозрачную поверхность, похожую на металлическую из-за своей серости.

— Кольцов, а ты не спешил, я смотрю, — рявкнул Зангиев, на что я виновато улыбнулся. — Маха, вон, первая примчала, и всего-лишь две дыры в покрытии оставила, — хохотнул амбал, на что зеленовласка смущенно ковырнула дыру в покрытии носочком кроссовка.

— Так ведь это, шестьдесят километров в час по шоссе — куда ж мне соревноваться? — в шутку сказал я. И, почесав щеку, Зангиев еще раз глянул на смущенную девушку и вновь заржал.

— Понял-понял! Молодцом, Саня, но скорость — это не самое важное. Главное — оцени у бронетехники корпус, особенно — заднее бронирование, — подмигнул препод.

Маша издала какой-то нечленораздельный звук, повернувшись так, чтобы никто не мог глянуть на ее попку, а я вежливо кивнул на подмигивание Зангиева.

— Так, задницы обсуждать — дело благое, но у нас тут спарринг намечался, верно? Давай, Комаров, но только на кулачках, помнишь? Нечего нам тут студентов в больничку отправлять.

Рыжий услужливо рассмеялся, продолжая разминаться даже после бега. Судя по тому, что он до сих пор не наложил на себя ничего из долгих техник то он Х или С, хотя может быть просто слишком самоуверен. Пройдя в сторону от беговых дорожек, мы пробежались по зеленой травке, оставленной для рэйкболистов, и вскоре вошли в «Клетку» — такие были во всех школах. Особое строение металла и покрытие металлической клетушки позволяло глушить дистанционные атаки, уберегая наблюдателей от случайных ударов, но сама конструкция все-таки была слишком громоздкой, чтобы попытаться использовать ее, как противодействие специалистам Рэйки в реальном бою, да и против бойцов пятого ранга и выше уже действовала не так эффективно.

Заперев за нами дверь, Зангиев подбадривающе заревел, а девчата из нашей группы сгрудились вокруг. Маша смотрела на меня с надеждой и тревогой в глазах, наверняка из-за того, что уже наблюдала рыжего в деле.

Загудела активация Клетки, после чего мы с соперником вышли в центр. Куб здесь был явно рассчитан больше на выпускников, грань не больше шести метров. Пол расчерчен градуировочной линейкой для тренировки дальности ударов, стенки снабжены матами — на фоне этой несерьезной, учебной атмосферы меня неприятно удивил за мгновение всколыхнувшийся фантом рыжего, полностью окутавший его руку. Существо приняло вид зубчатого пламени, будто бы неистово пылающего и способного сжечь все вокруг — так и кажется, что можно будет услышать рев всепожирающего странного серого огня, в центре которого искрят угольками всполохи фантомных глаз.

— Погнали, ребятки! — ударив в гонг, Зангиев сложил руки на груди и удовлетворительно кивнул. Данила сделал шаг, еще один, резкий разворот — даже не рассчитывая получить удар в ответ, полностью открытый, он с наскоку собирался прописать мне удар в правое плечо. Ясно. Повредить сустав и вырубить руку с контатой не только на текущий бой, но и на недельку-другую. Сука.

Глава 6, часть 2

Шагнув в сторону, я легонько ударил без энергии рыжего в бок, прямо в печень, и рыжий нахмурился, всем своим видом говоря: «Какого хрена ты рыпаешься?». Тут же по мне прошлась быстрая дистанционная двойка, шустрый поворот и, резко присев, рыжий молниеносно ударил энергетическим апперкотом снизу, рассчитывая пройти волной в щель между телом и выставленными мной в защите руками, а затем ударить прямо в голову. Это было уже чувствительней, и, сделав вид, что покачнулся, я заставил радостно ухмыляющегося рыжего вновь безрассудно ломануться вперед со своей фантомной атакой. Выпрямившись быстро, словно пружина, паренек задумал свинг, надеясь, что я достаточно дезориентирован, чтобы пропустить его замах.

Резкий удар в скулу рыжего кулаком — смачно, по-старинке, с рассечением кожи и быстро наливающимся будущим красивым синяком. Охнув, Данила промазал своим кулаком, оступившись и, схватившись за поврежденную кожу, удивленно посмотрел на кровь.

— До первой крови?

— Ну уж нет, зараза, — прошипел парень, после чего фантом заклубился вокруг него, теперь уже полностью закрывая тело — только в отличие от моего, эта тварь выглядела теперь уже огромным костром, полыхающим и охватывающим парня с ног до головы. Кто-то из девчонок быстро смотался от клетки, вернувшись с поддержкой, так что теперь уже не только наша группа наблюдала за боем.

— Ох, на новеньком нет ни царапины? Интересненько!

— Комарову успели заехать по роже? Вот так номер, — шептался кто-то из только что подошедших, и Данила, слыша подобное, злился все сильнее.

«Огненный рывок» — одна из немногих техник, что я успел усвоить от «конкурентов»: Данила метнулся вперед, на ходу закрываясь рукой с контатой, тем самым делая вид, словно будет блокировать что угодно, но на деле перебрасывая энергию на второй кулак. Дым полыхнул в мою сторону, и, закрывшись обеими руками, я почувствовал, как проскользил по поверхности Клетки с метр назад. Убрав руки от лица, услышал, как девчонки охнули, обнаружив, что и подобный удар мне ничуть не повредил.

«Земля питает силой, и я порождение земли.

Мои руки — продолжение гор, а кости сотканы из нерушимой породы.

Даруй мне мощь камнепада, что обрушится на топчущих тебя изгоев».

Атакующие техники при Ф статусе — такое себе удовольствие, дымок стал медленно обволакивать мои запястья, переходя постепенно на кулаки, тем самым покрывая все еще невредимую Дубовую кожу. «Наручи Антея» позволяли утяжелить удар и игнорировать вражескую защиту, но действовали только при контактном бое — техника четвертого ранга и весьма ситуативная, но, учитывая то, как этот рыжий бузяка на меня кидается, даже выгадывать момент не придется. Он так много крутится наверняка из-за того, что привык использовать в бою ноги, но честь не позволяет выйти сейчас за установленные рамки, хех.

Чертыхнувшись, Данила вновь перевел энергию в ведущую руку, вокруг которой стал концентрироваться большой клубок дыма размером с голову. Тем не менее, староста ломанулся вперед, вновь использовав Рывок, после чего сыпанул сразу серию быстрых ударов, резко развернулся и попытался ударить локтем. Пригнувшись, я прописал ему пока что не в полную силу еще один удар по печеночке, вынудив парня сбиться с ритма, но сразу после этого Данила резко подскочил и, оттолкнувшись от моей руки, оказался на полголовы выше и швырнул свой шар мне на голову, словно мяч в баскетбольную корзину.

Жжется. Кто-то взвизгнул, послышались испуганные крики. В глаза потекло что-то жаркое, наверное, кровь из рассеченной пробивающей атакой кожи головы. Радостно усмехнувшись, Данила быстрым движением руки стер выступившую из глаз алую жижу, проступившую из-за повреждения его собственных тканей самосжигающей атакой.

— Ха, я победил, — процедил сквозь зубы парень, которого я почти перестал видеть из-за алого марева. Дым вокруг моих рук всколыхнулся, закончив формирование наручей гораздо быстрее, чем я изначально рассчитывал, где-то на фоне послышался мерзкий хохот, и я с чувством прописал удар в живот охреневшему огоньку даже не сдерживаясь — кулак ненадолго окутало защищающее паренька пылающее серое пламя, а затем я влил в руку накопленную энергию, которая обычно используется для дальнобойных атак, распределив ее по площади. «Полеломка», но, раз у Данилы не было защитного поля, пришлось ему принять мой удар животом. Сложившись пополам, рыжий упал на колени, и я кое-как успел отпрыгнуть, чуть не оказавшись в полупереваренном обеде засранца.

— Вы какого хрена устроили! — заорал Зангиев, скорее для порядка, чем действительно так считая — бой уже давненько ушел за пределы двух рангов, так что сейчас об этом точно говорить было поздновато. — Кольцов, Комаров — отлично по физподготовке, неуд за дисциплину!

Хотя вокруг и были вполне закономерные возгласы отвращения, кто-то из поклонниц местной шишки с рвением заботливой мамаши бросился внутрь Клетки к валяющемуся в своей кровавой блевоте пареньку, я же привалился спиной к матам и никак не мог отдышаться. Серые сгустки дыма обволокли мою шею и туго сдавливали, не собираясь отпускать, и, читая литании, словно молитву, я стал медленно оседать на землю.

«Сдохни, МетМер! Сдохни!»

— Э, Саня, Саня?! У тебя же Ф статус, какого черта?! — с нотками испуга в голосе зашептал Зангиев, заскочив внутрь и похлопав меня по щекам. Быстро выудив из кармана карманный считыватель, амбал поднес его ко мне, и тот предупреждающе запиликал.

— Предлетальный уровень детранквилизации, вмешательство Фантома необратимо, — безразличным тоном заявила электронная девица, а я лишь попробовал что-то прохрипеть, пытаясь схватиться за сдавившие меня сгустки, но для остальных это наверняка выглядело, словно я окончательно свихнулся.

— Саша! Сашенька, а ну прекрати думать об убийствах! — упав рядом со мной на колени, Маша слегка вмяла пол, но я через секунду ощутил ее теплые ладошки на своих щеках. — Столько всего хорошего есть! Цветы, прогулки, закат… Свидания! Тортики! — быстро говорила девушка, приблизившись так близко, что я ощущал ее горячее дыхание. — Слушай только меня!

— Маха, ему уже не помочь, — начал было Зангиев, сидя рядом, но девушка лишь оттолкнула амбала, и тот шлепнулся на задницу, словно бы в нем и не было двух метров сплошного накачанного мяса.

— Еще есть чувства! Любовь спасет мир, знаешь же, Саша! Это только кажется глупостью, но я докажу, что нет, — настойчиво шептала девушка, но я вдохнул еще раз, снова… и больше не смог.

Ласковое, нежное, теплое и мягкое касание девичьих губ. Мои же похолодевшие губы, должно быть, не слишком приятны для подобного сейчас. Закрывшись своим длинным чубом, Маша осторожно нависла надо мной, продолжая долгий и очень приятный поцелуй. Вокруг тишина, или это я уже перестал слышать? Бархатные губки на миг оторвались от моих, но девушка тут же поспешно восстановила контакт, боясь меня потерять и сидя надо мной красная, как самый спелый томат.

Кусочки «Дубовой кожи», уже частично рассеявшейся за время моей нежелаемой попытки отойти в мир иной, преобразовались в небольшие черные отростки, впившиеся в щупальца, опутавшие мою шею. Резкий рывок — и лишь яркие светящиеся огнем глаза на миг сверкнули злобой, исчезая в моей груди, тогда как остатки дыма благополучно всосались в контату, после чего Фантом окончательно исчез.

— Уровень детранквилизации — нулевой, — пропел электронный голос в тишине, когда молчавший до этого Зангиев вновь подтащил ко мне считыватель.

— Какой ты однако падкий на баб, а? Я такого еще не видал! Вторая днюха у тебя сегодня, Саня! Маха, молодцом!

— С-спасибо, — сжав губы, девушка резко поднялась и попыталась укрыться за своими волосами от любопытных взглядов. — Я, пожалуй, п-пойду! — прошептала Маша и поспешно покинула клетку, а я тем временем осторожно поднялся, поддерживаемый преподом. Рыжий пропустил все шоу, потеряв сознание, но вместе с ним в лазарет я отправляться отказался, использовав на себе «Дар земли». Рыжая скотина повредил мне только кожу на голове, но мог и черепушку пробить, не будь у меня хорошей защиты. Выродок. Впрочем, совсем уж от обследования, тем более — халявного, я отказываться не стал, так что остался в медицинском корпусе ненадолго, заодно и поел бесплатно. Просто шик.

Хотелось бы, конечно, Машу найти, но расспрашивать о ней — не очень-то хорошо после случившегося, наверняка ее все это чертовски смутило. Теперь ясно, что тут у них за система мальчик-девочка. Не знаю, как там у всяких альфа-самцов, но меня подобный внезапный поцелуй настолько удивил, что я больше ни о чем и подумать не мог, так что неудивительно, что такое спугнуло фантома… Хотя нет, наоборот, удивительно. Конечно, хуже было то, что я вообще так легко поддался фантому. Раз уж заявился в медицинский корпус, я заодно вновь прошел через тест, но все оказалось стабильным.

Хотя в основе нового теста и лежали придуманные еще Гиппократом определения для темпераментов, на деле они были не более, чем историческими напоминаниями. За все время существования людей было выдвинуто немало теорий: и привязывали высшую нервную деятельность и ее процессы к определенному темпераменту, и делали множество вариаций на основах опросов, но на деле у большинства людей все-таки смешанные темпераменты; таким образом после ДД и введения Рэйки стали использовать новую систему, не говорящую толком о поведении владельца, но характеризующую его взаимодействие с фантомами. Создатель тестирования наверняка заработал немало деньжат, ведь подобные сканеры есть на всех мало-мальски важных объектах, но и пользы вышло немало.

Как и в старину, существует четыре класса-статуса. «С», «Ф», «Х» и «М». Первые два считаются невосприимчивыми к детранквилизации, причем мой, Ф — в особенности, хотя, конечно, абсолютной защиты ни у кого нет. Оставшиеся два — наоборот, восприимчивы, причем «М» — уязвимее всего, так что обычно таких с контатами не увидишь, хотя тот малый, что в музее перепугался больше всех, вполне мог быть «эмочкой». В остальном статус характеризует использование техник. Молниеносная активация атакующих и просто кратковременных у Х, быстрая у С, чуть менее быстрая у М и самая тормознутая у Ф. Тогда как долговременные, большинство которых защитные, самые мощные и продолжительные у Ф, затем М, С и хуже всего — у Х. Так что Данила явно «Х», что вкупе с Огнем делает его опасным и взрывным противником, но даже он не поддался фантомам, но здесь, возможно, я его просто вырубил раньше.

Со всеми этими обследованиями уже стемнело, и я, удостоверившись, что все раны уже затянулись, сытый и немного довольный направился к общежитию.

Глава 7

Вечерний воздух приятно освежал, полумрак давал отдых глазам после ослепительно ярких белоснежных стен залов медицинского центра, а тихий шелест листвы действовал успокаивающе — отличное место для школы Земли, на самом-то деле. Местная больничка была расположена совсем рядом со спортивным корпусом, из которого мою форму, естественно, никто не забирал, так что, потратив немного времени на то, чтобы ополоснуться, забрать свои шмотки и сдать частично испорченное спортивное обмундирование, я наконец-то отправился вглубь территории к жилому корпусу.

Рыжий, конечно, удивил. Как я ни старался его особо не бить, он все равно лез и лез вперед. Можно оценить, что подобное станет проблемкой из-за того, что я отправил на койку сынка владельца академии минимум на неделю… А ведь мог бы и вообще вырубить, если бы ударил энергией направленно, превратил бы этому не умеющему пользоваться защитой засранцу все кишки в труху. Напрягшись, я ожидал вновь почувствовать проявление фантома, но все вроде бы было спокойно. Неужели наладилось?

А вообще, если бы Комаров-старший хотел бы уберечь свое чадо, то обеспечил бы иные условия. Могут, конечно, и выгнать, но в этом случае мне, как рабу, кроме цепей терять-то и нечего, хотя сам шанс потерять было бы и неприятно, но это не повод плясать под рыжую дудку. А про хваленый антидот от Санты что-то ни слуху, ни духу.

Хотя, конечно, на фоне Машиного поступка подобное казалось так, бытовой суетой. Она ж мне все-таки жизнь спасла. Избавила от мерзкого, всеохватывающего ощущения страха и паники, сжимающего сердце не хуже дымных отростков, своим простым поцелуем, наплевав на мое неизвестное происхождение, толпу студентов вокруг и не слишком-то романтичную атмосферу перепачканного ринга. Меньшее, что я мог для нее сделать — поступить точно так же, но, конечно, лучше бы такой случай никогда не представился.

Дорожки в столь поздний по меркам академии час были пустынны, хотя кто-то из мажоров и разъезжал на тачках, видимо, направляясь в город, так что даже не было возможности узнать, как случившееся восприняли другие студенты. Уже войдя в жилой корпус, я увидел нескольких девчат, о чем-то шушукающихся, но, увидев меня, они как-то уж слишком резко замолчали. Улыбнувшись на всякий случай и с сожалением посмотрев на расценки в торговом автомате, я направился к своей комнатушке. Использование техник тратило немало сил, так что никого не удивлял чересчур здоровый аппетит владельцев контат, но я, похоже, сегодня переборщил — даже сытный углеводный ужин уже казался слишком далеким, а прошло-то от силы полчаса.

Вовремя вспомнив, что я все-таки в одной комнате с девушкой, вежливо предупредил и постучался пару раз, но, не получив ответа, расценил, что Грета, должно быть, уже спит или вообще еще не пришла — кто знает, какой график у технодев?

Открыв дверь, я сразу же приметил мелькание монитора в полумраке комнаты и, на всякий случай хлопнув дверью, прошел внутрь. Раздался весьма неожиданный для меня звук, а затем Грета, сидящая за столом с криво надетыми наушниками на голове резко дернулась, сворачивая окошко, и тут же повернулась ко мне.

— Гутен абен! Извиняйт, Саша, я думайт, что ты оставаться в лазарет, — виноватым тоном сказала девушка, непрерывно поворачиваясь на крутящемся кресле то вправо, то влево. Форму немка сменила на милую полосатую кофточку и яркую желтую юбку, явно слишком короткую для повседневного ношения, вот и моталась теперь из стороны в сторону, чтобы я вдруг ненароком чего не увидел под этим тщедушным кусочком ткани. А вот фуражку Грета сменила на небольшую спортивную шапочку, прижатую ободком: интересная у них там мода, все-таки — не так уж у нас холодно, чтобы и дома торчать в головном уборе.

— Ну уж извини за вторжение, я решил, что не настолько потрепан, чтобы валяться под наблюдением, — сообщил я, и девушка поспешно закивала. — А ты видела, что произошло?

— Все видеть, Саша. Гут!

— В смысле, хорошо? Что именно? — стянув галстук, я уселся на кровать, но девушка не рискнула повернуться ко мне лицом и, соскочив с кресла, бросилась к шкафу и скрылась за дверцей, так что я на всякий случай еще и отвернулся.

— Каменный кожа… Хороший техник, верно? — продолжила Грета, шелестя одеждой, и этот звук немного выбивал меня из равновесия. — У нас до этого не бывайт кандидат в командиры пятый ранг, поэтому гут.

Пятый? Интересно в том ключе, что посторонние могут об этом так спокойно рассуждать: во время обсуждения мастера нам всегда втолковывали, что, как только сможем повысить ранг, то и сами прочувствуем новые, открывающиеся техники. Я слышал о каменной коже только по слухам, поскольку среди других учеников никого не было выше четвертого… Получается, я вот так запросто преобразовал Дубовую в Каменную, сам того не заметив? Хотя тут наверняка фантом постарался, и гадать нечего, но это весьма интересная новость — если шагнул в рамки пятого, то, получается, могу попробовать и что-нибудь другое.

— Комаров использовайт сжигающий касаний, боевой прием четвертый ранг, — продолжила Грета, наконец-то появившись из-за дверцы и тем самым позволив мне на нее взглянуть — надев под юбку леггинсы, обтягивающие ее, словно вторая кожа, немка все равно смотрелась очень миленько. — Ты мог умерейт. Отряд должен выживайт, а не старание всех убивайт, поэтому ты теперь — майн кандидат! — слегка повысив голос, сказала девушка и вручила мне заявление, написанное на бумаге, прямо как тут любят.

— Я думал, ты хочешь стать лучшей. Разве же это не значит, что тебе было бы куда комфортней с тем, кто любой ценой уничтожит противника? — бегло читая написанные аккуратным почерком строчки, сказал я.

— Найн. Если мы не сумейт вернуться, нихт смысл. Не хотеть быть лучшей в посмертный отчет, — с чувством произнесла девушка и вновь расположилась на кресле, выжидающе смотря на меня.

— Ох, даже не знаю, такой вдруг спрос на меня… Да шутка-шутка, ты чего? — увидев, как девушка хищно прищурилась, мне стало на миг даже как-то не по себе. — Я конечно же рассмотрю ваше прошение, фрау Вольф.

— Я нихт замуж, господин Кольцов, — так же надменно, передразнивая меня, ответила девушка и улыбнулась. — Фрейлейн Вольф тогда уж.

— Прошу прощения, — чуть привстав, я театрально поклонился. — А по поводу сбора… Где же Маша? Если она согласится, я бы хотел и ее в отряд…

— Ах, Мария отправиться в город, — понимающе хмыкнув, сказала Грета. — Она часто так делайт. Завтра будет. А теперь…

— М-м?

— Скажите, Александр, вы ведь человек чести? — постаравшись выговорить все без акцента, спросила девушка, слегка подкатившись ко мне вместе с креслом.

— А, ты опять об этом. Ну, раз ты так говоришь обо мне другим, кем бы я был, если бы им не оказался? — с улыбкой ответил я, пожав плечами.

— Гут. Тогда вы не говорийт, что здесь быть, когда вы приходийт? — подкатившись еще чуть ближе, девушка оказалась от меня буквально в полуметре.

— Ты о котенке? Я так-то даже не в курсе, можно ли здесь держать животных, так что, если не хочешь, никому не скажу, — обнадеживающим тоном сообщил я.

— К-к-кот?! — вздрогнув, Грета сглотнула и стала обмахивать ладошкой свое слегка порозовевшее личико. — Ха-а, с чего вы так подумайт?

— Так ведь я слышал мяуканье, когда хлопнул дверью…

— Найн! Это быть рингтон! Нихт кот! Никаких котов здесь никогда не бывайт! — торопливо выпалила девушка.

— Эм, ну… хорошо. Тогда о чем ты? — в этот раз я решил не попадаться на угадывание секретов, раз уж девица сама себя выдала. Что-то смотрела, похоже.

— М-м… Если ты и впрямь человек чести, Саша, то я хотеть предложить… посмотреть запретный кино, — слегка смутившись, сказала девушка и закусила губу.

Ох, вон оно что. Я даже воодушевился, услышав подобное. После трудного дня это было бы как раз тем, что нужно, хотя вместе с девушкой подобное смотреть волнительно, но наверняка интересно. А если сюда еще добавить слухи о том, что немцы знают толк в подобных фильмах…

— Да, я был бы счастлив присоединиться к просмотру, — с легкой улыбкой произнес я, и Грета от радости даже подпрыгнула на кресле, но с ним ничего не сделалось. Она явно не такая тяжелая, как Маша.

— Ты верно хотеть переодеться? — поинтересовалась немка, нетерпеливо ерзая.

Получив от меня кивок, Грета развернулась к монитору и принялась ждать, пока я сброшу форму и нацеплю на себя повседневную одежду, а, когда я сел на кресло рядом с ней, возобновила воспроизведение. На экране возник здоровенный накачанный мужик, причем полностью голый. А уж что он начал творить! Запросто всех раскидал, нож какому-то типу в плечо вогнал, да и фраза весьма крутая получилась: «Мне нужны твоя одежда, обувь и мотоцикл». Умели все-таки раньше снимать.

Грета тоже была в восторге, особенно когда в дело пошел огнестрел. Тут уж я вставлял время от времени свои комментарии по тем образцам оружия, о которых хоть что-то знаю, но, как мне показалось, немке был именно этот фильм интересен не просто так. Все-таки там фигурировала эдакая живая машина, а я до сих пор не знал, как относиться к технодевам. С одной стороны, они казались какими-то, хм, отдаленными, словно бы держались от остальных в какой-то степени особняком, ну а с другой сложно забыть нежный поцелуй Маши. Вряд ли бы она смогла подобное сделать, не будь хотя бы в душе обычной девушкой.

— Гайль! — с улыбкой сказала немка, потянувшись после просмотра. — Как тебе, Саша?

— Да, было здорово! У тебя еще есть?

— Хе-хе, как знайт, Саша. Только нам уже пора засыпайт.

Глянув на часы, я присвистнул и, согласившись с девушкой, отправился к своей кровати. Грета все-таки постеснялась переодеваться ко сну при мне, даже с учетом того, что я отвернулся, и ушла в ванную. Две кровати были разделены небольшой перегородкой, все-таки слишком маленькой, чтобы абсолютно ничего не видеть, но достаточной, чтобы не пялиться на лицо соседки по комнате. Я же, расценив, что стоит хотя бы на данный момент поддерживать свой благопристойный образ, отвернулся в другую сторону и лишь услышал, как девушка вернулась, а под ней тихо скрипнула кровать. Пожелав друг другу спокойной ночи, мы вроде как уже должны были заснуть, но, услышав ворочанье девушки, я все-таки решил спросить:

— Грета?

— Я слушайт, — сразу же отозвалась немка, будто ожидавшая моих слов.

— Это может и личное, но мне покоя не дают технодевы.

Грета издала тихий смешок, после чего добавила:

— Хах. Кто-то с зеленый волос или в целом?

— Можно сказать, что в целом. Извини и, если что, можешь не отвечать. Как бы это лучше сформулировать… Насколько вы люди?

Пауза была затянувшейся, и я решил, что немка не хочет на подобное отвечать, но, услышав вздох облегчения, я напряг слух.

— Ты иметь в виду, техника или человек? Конечно же, второе. М-м, возможно, тебя смущайт закрытые главы в текстах учебник, я сама их сегодня открывайт — слишком много шифра.

— Да, есть такое, — подал я голос, когда Грета вдруг замолчала.

— Это не слишком разный явлений с контата. Ядро давайт возможность контролировать фантом, его техник позволяйт быть сильней. Как долговременный литаний, только постоянный эффект, — рассказала девушка. — Отличий — в обвес, необходимо внедрить креплений… — над перегородкой показалась обнаженная ножка, и Грета провела пальцами по черным кругляшам, расположенным в нескольких местах.

— Это больно? — искренне поинтересовался, смотря на белеющую в темноте комнаты кожу моей соседки. Грета кажется слишком хрупкой, что вытерпеть подобную экзекуцию, не говоря уж о том, кто вообще смог бы ее провести?

— Найн. Рэйки легко убирайт боль, а ядро укрепляйт кость и окружающий мышц, чтобы выдерживать креплений.

— А обвес?

— Саша, завтра у нас техноведение и тренировочный выход в Разлом, нам пора спайт, — явно устав, сонным голосом сообщила девушка.

Правда, как мне после подобного заснуть? «Завтра в Разлом», серьезно, вот так вот обыденным голосом подобное заявить?! Разглядывая в тишине потолок, я все-таки отбросил мысли в сторону и, прочитав несколько успокаивающих литаний, стал постепенно погружаться сон. Мирное сопение Греты неплохо помогало подобному, а затем мне вроде бы послышалось тихое урчание. Почему не сказала про котенка? Будто я ему что-то сделаю…

Глава 8

Низко висящие тучи были слишком черными даже для грозовых. Неясное, очень тусклое фиолетовое свечение, исходящие от черного неба, служило единственным источником света на много километров вокруг. Осмотревшись, я заметил, что стою на холме посреди каких-то металлических развалин — все вокруг было выполнено из странного серебристого металла, который то ли был начищен до такого блеска, что отражал фиолетовый оттенок неба, то ли сам по себе тоже лучился странным сиянием.

Руины неизвестного поселения выглядели слишком странными и неприятными привычному к обычной архитектуре глазу: зубчатые колонны и обломки, по которым можно было лишь частично угадать утонченные очертания былых предметов, казались на вид слишком непрактичны, а для произведений искусства смотрелись слишком грубо и даже в какой-то мере сюрреалистично, словно бы это было творением человека, потерявшего рассудок.

Сделав шаг, я заметил, как свечение слегка усилилось, из-за чего на поверхности металла проступили буквы. Или просто символы… Они были начертаны в полнейшем хаосе, словно кто-то пытался на скорую руку перенести все известные алфавиты и обозначения в одну гигантскую таблицу, в итоге превратившуюся в руины, так еще и ошибался при копировании, из-за чего одни символы больше напоминали витиеватые узоры, а другие — просто накарябанные на поверхности засечки.

— Пробудис-с, МетМер! Пробудись и пос-с-скорее ус-с-сни навечно! — раздался жутковатый голос у меня за спиной, но не успев развернуться, я очнулся.

Ошарашенно осмотрев комнату, я не сразу осознал, что нахожусь в общежитии, слишком уж живым и ярким был только что привидевшийся сон, словно бы я сам побывал на тех странных развалинах. Контата неприятно жгла кожу, но, как только я начал читать успокаивающую литанию, ощущения отступили.

— Гутен морген, Саша, — отозвалась Грета, уже одетая в форму академии.

— Утречка.

Сидя за столом, девица с умным видом всматривалась в голографический экран с текстом учебника, транслирующий изображения прямо на поверхность стола. Маленькими кусочками поглощая шоколадный батончик, девушка больше ничего не сказала и даже не смотрела в мою сторону, пока я поспешно приводил себя в порядок. Никаких мурлыканий и мяуканий… Не то, что бы я действительно хотел вывести Грету на чистую воду с ее животинкой, но подобное недоверие меня немного коробило.

— Я уже хотеть тебя начинайт будить, но ты успеть избежать майн жесткий методик, — как-то совсем не по-доброму усмехнувшись, добавила девушка, когда я плюхнулся на стул напротив нее.

— Что-то вчера перетрудился, видать, — причесываясь, сказал я в свою защиту. — А это… — только сейчас заметив на тарелке с моей стороны стола меню завтрака, я пробежался глазами и не удержался от возгласа: — Сколько?!

— М-м? Чтой-то не так?

— А… Я просто привык, что в батончиках грамм на десять побольше, — быстро нашелся я, на деле раздумывая над тем, как может одна крошечная шоколадка равняться цене паре десятков буханок хлеба.

— У-у. Да, я тоже находить местный шоколадэ весьма недостойный, — со смешком закивав, ответила девушка, пододвигая ко мне тарелочку с батончиком. — Считайт, что ты уже не успеть хорошо завтракайт, так что угощайся. Прямиком из Дойчланд, прислать две ящик вместе с бронеплит, — любезно улыбнувшись, немка вновь углубилась в чтение.

А я думал, чем буду отплачивать, после всех вчерашних «Господ» как-то совсем не круто признаться, что у меня ни гроша за пазухой. К счастью, в меню были и бесплатные блюда из стандартного набора, так что голодать я не должен, но Грета уже предложила угощение… Батончик был весьма похож на те, что продавались в автоматах, но на этикетке не было ни слова на русском.

Расценив мою заминку по-своему, Грета отвлеклась от учебника и пояснила:

— Ах, Саша, беспокойство ни к чему. Батончик для технодев просто содержайт много калорий, а ты вчера потеряйт весьма немало, как я считайт. Или ты все еще думайт, что мы не люди и кушайт дизел? Натираясь машинный масло? — захихикав, девушка внимательно посмотрела за тем, как я разрываю этикетку и пробую небольшой кусочек.

— О, вкус отличный. Спасибо!

— Гут, — кивнув, Грета вернулась к своим занятиям, а я быстро умял шоколадку. Вон оно что… Ну, тогда расценки ясны, все ж-таки, если девчата постоянно находятся в состоянии взаимодействия со своим ядром, то у них и впрямь должно уходить много сил, а пузо хлебом забивать придется чересчур долго.

— Съесть сразу все? Смотреть, Александр, вы так быстро набирайт вес и переставать нравиться зеленоволосый девушка, — вновь вставила Грета свое замечание с ехидной улыбочкой, хотя вроде бы выглядела занятой до этого момента.

— М-м? А, на тренировке сгоню, — машинально ответил я, но окончание фразы меня немного взволновало, в приятном смысле. — И почему ты так думаешь?

— Хо, ктой-то у нас заинтересоваться? — глянув на меня поверх экрана, Грета облокотилась на стол, с прищуром сверля меня взглядом. — М-м, Мария в самом начале много рассказывайт о герой, что ее спасайт, думайт, что она на него западайт.

— Герой?

— Я. Какой-то случай в музей, она много говорийт об этом. Ох, ты что, не знайт?! А ну быстро забывайт! — даже привстав, Грета посмотрела на меня со смесью укоризны и смущения, словно бы от этого я бы точно забыл ее слова.

Получается, что Маша — одна из тех, кто был тогда вместе со мной? Не помню девушек с таким цветом волос, да и вообще смутно помню, честно говоря… Тогда это объясняет, почему она так странно на меня реагировала. Но после подобного становиться технодевой, чтобы вновь подвергать себя риску? Или она уже тогда была? Думаю, вряд ли.

— Я не скажу, — твердым голосом ответил я, и Грета, еще немного посмотрев на меня, фыркнула и уселась на место. — И много ли известно о том случае?

— Найн. СМИ замять этот историй, хотя там кто-то погибайт… Может, ктой-то у нас рассказать взамен на полученный информаций? — словно бы невзначай заявила немка, рассматривая свои ногти. Хитрая, наверняка к подобному и вела. Не уверен, что информация о том, что я нравлюсь какой-то девушке, которая меня уже и поцеловала к тому же, действительно стоит подобного, но все-таки в той истории было слишком много неясного, и сейчас, отойдя от череды новшеств вчерашнего дня, я понял, что именно.

— Хм. Ты же человек чести, верно, Грета? — заговорщицким шепотом спросил я, наклонившись над столом, и девушка, подавшись вперед, так же шепотом ответила «Да», даже не пытаясь скрыть охватившее ее любопытство. Как мы, должно быть, сейчас забавно смотрелись бы со стороны. — Раз вы здесь даже в курсе того, какие способности применяют владельцы контат, не владея ими, может поведаешь кое-что? Знаешь ли о детранках?

— Так ведь он сидейт передо мной, — тут же сказала соседка, и, видя мою кислую мину, поспешно замахала ладошками перед собой. — Найн! Простить-простить, слишком глупый шутка!

— Ха-ха… И все же? — выслушав поспешный ответ Греты, я убедился, что местные знания не отличаются от общепринятых.

По сути, все просто, и стало ясно практически сразу после ДД. Для фантомов условно есть два вида людей. Одни держат в руках оружие — и они в тот же миг от него погибают. В данном случае речь именно о пистолетах, винтовках и прочих предметах, которые изначально создавались для убийства себе подобных. Конечно, с учетом того, что большинство скоплений вооружения оказались во власти Разлома, а единичные образцы исчезли или были разрушены, на данный момент подобное встретить, допустим, в черте города — проблематично.

Второй тип людей — это, соответственно, те, кто оружие в руках не держит, но использует что-либо еще. Допустим, нож для хлеба. Обычный человек будет воспринимать его исключительно, как инструмент для резки хлеба, тогда как могут найтись те, кто захотят воткнуть его в ближнего своего — в таком случае фантомы перехватывают контроль и прирезают горе-убийцу. По этой-то причине молодежь всячески опекают, боясь, что в агрессивные подростковые мозги могут наведаться всякие нехорошие мыслишки… Собственно, у меня подобных проблем не было сколько себя помню, поэтому вчерашняя реакция на одни лишь карандаши казалась весьма странной.

И, если считать теорию японочки верной, то фантомы не могут взаимодействовать с людьми без участия предметов. Причем об одежде вроде как речь и не идет, но не суть важно — есть явления, которые могут считать детранквилизующими, как, например, демонстрация убийств в запретном кино. Не уверен, что кого-то всерьез подобное может вдохновить попробовать или повлиять на духовное спокойствие, но более современные, реалистичные изображения могут вывести неустойчивых личностей из себя — скорее всего тех, кто относится к М и Х статусам. Такие люди будто теряют себя, резко меняя свою личность: кто-то в ужасе пытается забиться в угол, кто-то наоборот, становится слишком агрессивным. Вроде бы есть стадии детранквилизации, поддающиеся коррекции, но это все-таки больше касается «спокойных» вариаций, поскольку агрессивные чаще всего сразу же хватают что-нибудь в руки и пытаются нанести кому-нибудь вред, что заканчивается плачевно.

На фоне этого владельцы боевых искусств выделяются тем, что имеют контаты — а, как уже теперь мне окончательно ясно, это, по сути, не просто расширение человеческих способностей, а именно возможность превратить собственное тело в оружие, которое сразу же оказывается поражено фантомом, как и любое другое. Поэтому для владельцев контат детранквилизация обычно равняется смерти, поскольку, даже если все пойдет по «спокойному» типу, фантом наложит на тебя твои же руки, что доказывает, что подобное явление напрямую связано с ДД. Наверное, даже я, когда вчера пытался разжать щупальцы этой твари, для всех остальных на самом деле душил себя.

А вот парнишка, встреченный в музее, был владельцем контаты и явным детранком, но это не помешало ему убивать с использованием сразу множества техник. Почему его фантом это позволил? Понятное дело, что и сейчас любой владелец боевых искусств способен убить человека без прямой угрозы для себя, но с каждой жертвой уровень детранквилизации будет расти, как на дрожжах, так что все это закончится смертью. Так что в разборках между Семьями обычно все заканчивается инвалидностью участников, либо отложенной смертью от травм в больничке: хотя лечение Рэйки и работает просто потрясающе, на совсем уж невиданные чудеса, вроде возвращения конечностей и замены жизненно важных органов, оно не способно. После подобного незадачливым воякам приходится отходить от дел: протез — тот же предмет, и, как только владелец контаты захочет кого-то прибить, его же собственная искусственная конечность и прикончит.

А, раз дело в музее замяли, не я один удивлен подобным и, если выяснится, что любой владелец контат может превратиться в неуправляемое орудие убийства, страшно подумать, что может начаться. Если припомнить, у того детранка неконтролируемая реакция фантазита вообще руку сожгла, так что фантом позволил засранцу еще и выше своего ранга прыгнуть. Странно это все.

— Хм, Саша, ты, насколько я понимайт, на удаленном учиться? — прервала мои размышления заскучавшая Грета, выглядящая весьма мило с подставленной под щечку рукой. — Или просто не желайт мне рассказывайт о музей?

— О… С чего так вдруг? — хоть и спросил, но прекрасно понимал, о чем она. Когда особо не с кем общаться, привыкаешь прогонять мысли про себя. — Хотя, и впрямь, мне нечего пока что добавить, но на мысль я тебя направил.

— М-м, ясно-ясно, — хмыкнув, сказала девушка, после чего решил вернуться к вопросу об обучении. — У вас это что-то постыдный? Я тоже учиться на удаленный, — призналась немка, ободряюще улыбнувшись. — Хотя и ходить пару лет в обычный школа.

— Просто признак статуса или что-то вроде того. Если у тебя много денег, значит нужно выделяться, вот все и стараются пристроить детишек в общие школы.

— Ах, я понимайт, но не понимайт, — осознав, что произнесла что-то странное, девушка на миг смутилась. — Разве не нужно делайт то, что эффективно, а не дорого? Почему ты думайт, у нас здесь нихт особый контроль?

Не совсем поняв, как вдруг к подобному перешли, я задумался. Ну да, раз здесь такая концентрация владельцев контат и технодев, да и речь о своего рода военных операциях на территории Разлома, отсутствие казарменных условий и специализированных надсмотрщиков немного удивляет. Хотя я о подобных условиях только слышал, но они явно отличаются от шика местных номеров, и вряд ли это связано только с тем, что здесь богатенькие детки.

— Хм. Хочешь сказать, мы здесь в такой роскоши из-за эффективности?

— Дистанционный обучений учит самодисциплина, что хорошо помогайт с контроль литаний. В бою, да и тренировка, не будет учитель, что будет подгонять нас, как это говорийт… Из-под палка! Пусть в итоге страдает социализаций, но ее можно наверстывайт, когда уже не будет возникайт мысль об убийство одноклассник из-за обидный шутка, — с чувством рассказала Грета, да так эмоционально, что мне показалось, будто это и впрямь могло случиться в ее школе.

— Да, думаю, в этом ты права. Хочешь сказать, и здесь нет подобного контроля из-за тренировки самодисциплины?

— Я. Строгий контроль приводить к угнетений и возможный детранк-статус, а здесь все равно все прекрасно знайт, зачем учиться. Ты мочь прогуливайт, не делайт занятий и халтурить тренировка, но Разлом все расставляйт по место, — таинственно и даже зловеще закончила Грета, после чего резко поднялась, глянув на часы. — Вставайт, Саша. Ты же хотейт увидеть Мария в обвес? Еще чуточка-чуть, и мы можем опоздайт на танковедений.

Глава 9, часть 1

Долго меня упрашивать не пришлось, тем более я уже успел собраться — вот только в голове все еще было весьма пусто, но не думаю, что если бы вместо фильма пытался вникнуть в программу, то что-нибудь толком понял. Нужный корпус находился весьма близко, но мы вместе с Гретой все-таки шли довольно быстро, и, задумавшись, я решил кое-что уточнить, предварительно сверившись с расписанием:

— Когда ты говорила «танковедение», ты ведь оговорилась? Вроде бы предмет «Техноведение» называется.

— М-м? Найн, сказать, как хотеть, — усмехнувшись, ответила девушка. — Или ты видеть у нас когой-то, кроме танк? А так, ты прав, кафедра общий для всей наземный техник.

— Стоп. Ты хочешь сказать, что есть не только танки…

— Я думать, ты увлекаться оружие? — с ноткой удивления в голосе сказала Грета. — Есть же артиллерий, бронемашин…

— Не, это понятно, — быстро сказал я, хотя из рассказов вроде бы слышал только о технодевах-танках. — Я хоть и в курсе, как называется наш факультет, но думал, что это просто обозначение — «Наземные операции», а не противопоставление… воздушным?

— А, этот смысл? Факультет «воздушный операций» иметь, раз уж здесь близко Разлом-аэродром, но результатов я пока не видайт, — отмахнулась немка. — Только теоретик, так что не забивайт голова.

Кивнув, я начал было задумываться, что еще мне здесь откроется, но неожиданно пиликнувший браслет отвлек от размышлений. Поскольку он был соединен с моим личным коммуникатором, лишние гаджеты можно было не таскать, но я все-таки был удивлен, что сообщение поступило именно мне, а не «студенту Александру». А точнее — пополнение счета. Пару раз пересчитав нули, я не удержался и посчитал их еще раз. Нет, вроде бы все верно. Для мажорчиков это, может, и копейки, но мне бы этого на год хватило в школьные времена. Приписка: «В качестве компенсации за инцидент на тренировке. С уважением, Администрация Академии». Ну, это если коротко, так там изливались в таких сладких речах, которые я только в книгах и читал.

Если разобраться, то это был самый оптимальный вариант. Конечно, рыжий вообще порывался меня грохнуть, да и я его покалечил, так что, учитывая то, что я не могу прикрыться именем какой-либо семьи, передо мной могли и не извиняться, посчитав, что сам факт того, что я побил их дитеночка и не получил за это негативных последствий — отличная награда. В то же время, сейчас они прислали мне компенсацию от лица академии за происшествие как таковое, то есть, сам Комаров, лично, как бы оставил инцидент в подвешенном состоянии, тем самым оставляя и меня без права начать выпендриваться в стиле «ну и дешево же вы оценили своего ненаглядного сынка». Похоже, пока не знают, захочу ли я дядю задействовать или нет, и заодно показали, что я им все-таки нужен.

Правда, внезапно начинать шиковать я не собирался, так что, половины пока будет за глаза. Маменька на попечении своего братца, так что, думаю, эти «гроши» даже не заметит, это раз. А два — и не поймет, кто их вообще прислал, так что с тем же успехом можно их просто выбросить, поэтому есть применение получше. Быстро выбрав другой, нужный счет, я отослал половину, и буквально через минуту получил ответ: «Спасибо тебе огроменно-большущее, братик! Раз присылаешь такие баблищи, то у тебя все хорошо? Как только чуть освобожусь, вышлю обнимашки!».

— Саша, так улыбаться… Девушка что-то написайт? — внаглую пытаясь заглянуть на экран моего браслета, сказала немка, тихо хихикая.

— Сестра.

— А-а… Если она тоже мощный боец, то звать ее сюда!

— Она вообще в другом городе, да и без контаты. Так что если только теоретиком, — сказал я, на самом деле так не думая. Пусть уж лучше доучивается и идет в какую-нибудь спокойную профессию, подальше от всякого мордобоя и связанных со смертью вещей.

— Тю, это скучно, — вздохнула немка, поняв, что о родственниках я болтать не в настроении. Переключившись на рассказы об академии, девушка увлеклась разговором, и вскоре мы пришли к нужному месту.

Учебный корпус техноведения располагался на отдалении от остальных, занимая немаленькую площадь. Ненамного меньше стадиона, я бы даже сказал, плюс ко всему он был защищен забором, дополнительно усиленным силовыми полями, формирующими своеобразный купол над зданием и скрывающими вид на территорию. Если вспомнить, то, как уже говорил рыжий, да и Грета между делом намекнула, особого смысла в такой защите не было, если только держать в неведении часть Семей, чтобы другие не знали, чьи родственники вдруг решили обзавестись технодевами в своих рядах.

Пройдя через вход, который отозвался певучим переливом из нескольких электронных нот, знакомых любому, кто посещал релакс-медитации школы Земли, мы оказались перед проходной, ведущей внутрь здания. Стены приятного бежевого цвета были снабжены инфо-панелями для, видимо, теоретиков, поскольку те, кто занимался боевыми искусствами, давно вызубрили все написанные здесь стандартные литании. Хотя мы и пришли практически ко времени, группа была в неполном составе: отсутствовали рыжий, по понятной причине, а также Маша и Мику. Одна из девиц, симпатичная голубоглазая блондинка с длинными кудрявыми волосами, увидев меня, тут же фыркнула и демонстративно отвернулась. Ага, это из тех, что подбегали тогда к Даниле в первый день… Да и хрен с ним, я ж не рубль, чтобы всем нравиться. Остальные три девчонки были с контатами и наоборот, смотрели на меня с интересом и опаской одновременно.

Гляделки продолжались недолго, поскольку заявился преподаватель — рослый мужичок лет тридцати пяти, эдакая холеная звезда дамских мелодрам. Прозвище у него было — Виттман, но не потому, что он был каким-то там танковым асом, а потому, что подбил клинья к преподавательнице-технодеве, которая всех остальных прилежно динамила, и вроде как даже женился на ней — это все мне успела протараторить Грета, пока мы добирались до корпуса. Жаль только, что спросить не успел, почему вроде как опытная в только начавшем зарождаться танковедении женщина вместо того, чтобы ходить в Разломы, занимается преподавательской деятельностью.

Приятно было отметить, что часть девиц, даже несмотря на наличие рядом взрослого красавчика, все равно посматривали на меня, но блондинка тут же расплылась в кокетливой улыбке, пытаясь произвести впечатление на препода, только вот ничего не успела сказать, поскольку Виттман прошел мимо нее и остановился рядом с Гретой.

— Мое почтение, фройляйн Вольф, — бархатный низкий голос отлично подходил к образу этого мачо, а немецкое происхождение выдавал лишь едва заметный акцент. — Как поживают ваши родители? Все ли ладно?

— Ах, герр Майер, мы же все-таки в академия. Я передавайт ваш любезность, не беспокойтесь, — слегка кивнув, ответила Грета, и преподаватель отвесил ей низкий поклон.

— А вы, должно быть, господин Кольцов? Юное дарование, рад узнать, что вы приняли заявку милой фройляйн, но уж поберегите ее, хорошо? — уже без всяких церемоний обратился ко мне Виттман, и я ответил неопределенным кивком. Так-так, нужно узнать о Вольфах побольше…

— Когда успевайт? Правда принимайт меня?! — громко зашептала девушка, когда преподаватель покинул нас и, не утруждая больше никого своими личными разговорами, открыл дверь внутрь здания.

— Так перед сном еще электронную версию отправил, пока ты там со своим котенком тискалась, — с улыбочкой сказал я, не без удовольствия наблюдая панику на лице девицы, зашипевшей на меня.

— Нихт кот! Я же уже говорийт!

— Ладно-ладно, пойдем уже…

Короткий, но широкий коридор был нашпигован экспресс-сканерами, быстро проверившими наш уровень детранквилизации. Выйдя к развилке, и, свернув в сторону, мы отправились к дверям нужной аудитории — так я думал, но по факту за раздвижной перегородкой оказался самый настоящий ангар. Это, конечно, просто первое впечатление, но помещение и впрямь было здоровенным после всех этих ничтожных коридорчиков. Примерно по центру боковой стены располагалась кубическая металлическая конструкция, нашпигованная разнообразными роботизированными манипуляторами — чем-то напоминает автоматическую мойку для машин, если разобраться. Тогда понятно, к чему подобная защита — если тут вдруг найдется какой-нибудь нестабильный малый, то мало кто захочет потом заменять вышедшую из-под контроля конструкцию, которую он может захотеть использовать в качестве оружия.

Остановившись неподалеку от куба и расположившись полукругом, мы подождали, пока Виттман встанет рядом с пультом управления — пара плавных взмахов над виртуальной клавиатурой, после чего преподаватель тоном рефери объявил:

— Ма-а-а-ария-я-я-я-я…. Серге-е-е-е-евна-а!

Слегка смущенная подобным вниманием девушка вышла откуда-то из задней части куба, встав прямо по центру. На ней был облегающий костюм, похожий на закрытый купальник камуфляжной бело-зеленой раскраски, отлично подчеркивающий формы девушки. На фоне этого немного странно смотрелись торчащие из рук и ног ранее виденные мной штыри, расположившиеся на голенях, в районе коленей, ступней, а вверху: плечи, предплечья и запястья. Клубящийся дым вновь проявился на уровне живота Маши, после этого вся конструкция неожиданно засияла ярким зеленым светом. По центру тела девушки замигала надпись «Т-90», после чего ноги Маши словно бы начали и сами излучать зеленоватое свечение: с тихим лязгом из гнезд окружающих механизмов показались небольшие бронелисты, вставшие, как влитые, поверх ног Маши. Металл по размеру соответствовал ножкам девушки, закрыв голени; еще одни бронелисты, обтекаемой формы, прикрыли колени, а затем снизу обнаженные ступни Маши покрылись подобием бронированных ботинок на гусеничной подошве, причем сами траки были расположены преимущественно в области пятки, прикрытые металличеким носком «сапожек».

Вокруг засветились яркие зеленые кольца, мелькающие вокруг фигурки девушки, пока она не расставила руки в стороны — на штыри сели небольшие бронелисты, прикрывающие плечи и запястья, а одна из кистей оказалась облачена в металлическую перчатку, тогда как рука с контатой была лишь в металлическом наруче. На плечи Маши опустилась ярко мигнувшая конструкция, поверх которой были расположены контейнеры динамической защиты, а также крепления для пулемета, из-за чего верхняя часть тела зеленовласки и впрямь стала похожа на часть башни Т-90.

Свечение неожиданно исчезло, после чего Виттман убрал ладонь от лица и осторожно сказал:

— Мику-сан, я понимаю, что вам не хочется расставаться со своими друзьями, но я же просил, не нужно этих ваших голографических спектаклей на занятии.

Из-за металлического куба выскочила японочка и, весело сказав: «Гоменасай», высунула язычок и стукнула себя кулачком по голове, после чего быстро подбежала к нам и встала вместе со всеми с таким видом, будто и не уходила.

— В общем, если убрать всю эту световую свистопляску, то принцип закрепления обвеса вы уже видели, — объявил преподаватель, горестно вздохнув. — Возможно и ручное закрепление, в том числе и ремонт в полевых условиях. Только, само собой, не трогайте оружие, этим пусть девушки занимаются самостоятельно.

Послышался тихий лязг, и, шустро сбежав с небольшого возвышения, имеющегося в центре куба, Маша подошла к Виттману, после чего он продолжил:

— Раз уж у нас новичок, а впереди тестовый Разлом, думаю, не будет лишним еще раз быстренько прогнать спецификацию. Мику-сан? Раз уж вы нас повеселили этим своим экспресс-хеншином, то и поведайте что-нибудь интересное.

Глава 9, часть 2

Приложив ладошку к фуражке, японка тряхнула хвостиками и, выйдя вперед, сказала:

— Да, сенсей. Мария Сергеевна относится к технодевам первого поколения. На момент создания первых прототипов не были обнаружены материалы, катализирующие эффект пассивных техник ядра, поэтому часть металла, переплавленного в виде стабилизирующих стержней, помещалась напрямую в тело, но и на данный момент подобная технология используется в случае необходимости…

— Когдья нужнэ дьешевка, — хихикая, заявила блондинка хоть и шепотом, но достаточно громко, чтобы могли услышать и другие.

Цокнув языком, Грета сложила руки под грудью и куда-то в сторону сказала:

— Когда пойти речь о дорогой пустышка, не способный ничего сделайт без Дойчланд, мы все спрашивайт «Абрамс».

Судя по громкому стуку, послышавшемуся со стороны блондинки, она тоже относилась к первому поколению, но перепалка не продолжилась, поскольку Мику с милой улыбкой продолжила говорить, только чуть громче:

— Суть производства одновременно и проста, и сложна. Захваченный цукумогами танк обезвреживается владельцами контат, после чего осуществляется выплавка требуемых деталей с использованием металла, добытого из запчастей полученной техники.

— Получается, из одного Т-90 можно получить множество технодев? — не удержался я от того, чтобы хоть что-то спросить, но Виттман кивнул, тем самым как бы говоря, что вопрос стоит ответа.

— Единица техники духами считается единым целым, за счет этого и удается передать контроль над вооружением, хотя по факту речь уже о новых деталях, — пояснила японка. — Даже если отлить из исходной модели два обвеса, использовать подобный сможет только та технодева, что получила ядро.

— А другое оружие? Допустим, отлить из металла винтовки?

— Ха, Александр-сан, заметно, что вы новенький, — с улыбкой «пожурила» меня девушка, но все-таки продолжила: — В этом суть технодев. Цукумогами является духом вполне конкретной вещи, поэтому и приходится максимально приводить образ девушки к его первоначальному виду, частично копируя раскраску, общие контуры и расположение деталей. Чем больше сходство с исходником, тем эффективнее работает ядро.

Маша все это время стояла, увлеченно разглядывая пол и не решаясь даже глянуть в мою сторону. Однако мне не удавалось отвести взгляд, даже с учетом бирюзововолосой красавицы напротив — уж очень одежда хорошо очерчивала очертания Марии, даже жаль было, что вокруг нее возникла серая пелена, весьма напоминающая мою собственную Каменную Кожу. Защита выглядела одинаково прочной во всех местах, независимо от расположения бронелистов, а вокруг обеих рук и на плече — там, где было крепление, дымчатая аура слегка клубилась, непрерывно вздрагивая, словно бы требовала отсутствующие детали.

Мику, получив мою благодарность за ответы, продолжила:

— Технодевы второго поколения используют тот же принцип, что и первого. Применение изомерного фантазита позволило повысить эффективность ядра, вместе с этим отказ от стержней облегчил таким технодевам повседневную жизнь, плюс расширил мобильность. Но стоимость, да, гораздо выше, — бросив взгляд на блондинку, добавила японочка. — Суть третьего поколения пока что в секрете, верно, сенсей?

— Да, Мику-сан. Если мадам Габович соизволит как-нибудь заглянуть к нам в группу, то что-нибудь выясним, но сразу говорю — готовьте денежки, — со смешком ответил Виттман, и девчонки дружно рассмеялись. Похоже, Сара известна в особом свете. — Пять минут перерыв, после чего посмотрим на Марию Сергеевну в деле, — объявил обрусевший немец, и девчата дружно разошлись, чтобы сойтись вокруг Мику, являющейся здесь душой компании — даже Грета и блондинка не продолжили перепалку друг с другом.

Когда Маша ушла в сторону небольшой постройки, разместившейся прямо в огромном зале, Виттман подошел ко мне и тихонько шепнул:

— Господин Кольцов, у вас весьма интересные вопросы. Сам я, когда увидел подобных девушек, был просто в шоке и ошарашенно думал: «Как так?», а вы сразу зрите в суть.

— Просто хочу разобраться, не люблю что-либо зазубривать — проще просто понять суть, и от этого рассуждать далее, господин Майер.

Одобрительно кивнув, мужчина жестом предложил отойти подальше.

— Подход хороший, но, знаете, не все вопросы будут уместны, не находите? — сказал Виттман, улыбнувшись уголком рта. — Думаю, если парочку зададите лично мне, будет всяко лучше.

— А… наверное. Почему именно девы?

— Отлично, — вновь закивав, преподаватель размял пальцы. — Да, это очевидно, но и странно. Издавна считалось, что женщины обладают большей выносливостью, но я считаю, что суть в другом — фантомы к мужчинам более предвзяты. Официальной причиной является принцип имплантации ядра — в чем-то он схож с искусственным оплодотворением, за счет чего инородное вещество встраивается в репродуктивные органы. Раз могут создать жизнь, могут принести и смерть, — философски изрек Виттман.

— Эм, получается… Беременны фанто…

— Ох, молодой человек, эдак вы завернули. Простая имплантация, у нас тут все — прекрасные юные леди, что вы себе там надумали? — строго сказал мужчина, но, судя по глазам, он наверняка сейчас посмеивался. — Главное: у мужчин ядро отторгается, да и молоденькие девушки не смогут познать счастье материнства…

— Но все ведь из богатых семей, как же так? Хотя…

— Да, думаю, вы правильно подумали, господин Кольцов. Если когда-то давно дворяне и выдавали своих дочерей в надежде, например, наладить отношения, то с текущей ситуацией девушек слишком много. Вот и приходится столь юным и невинным созданиям становиться машинами смерти, чтобы стать полезнее для своих Семей.

— М-да… А что насчет одежды? — решил уйти я от щекотливой темы, поскольку Виттман, похоже, вспомнил свою жену, судя по тому, как резко он стал грустным.

— А что с ней? — искренне удивился немец.

— Мало ее.

— А, на этот вопрос Мику-сан вам уже ответила, — с важным видом сказал препод, подняв вверх указательный палец. — Соответствие образу. Фантомы считают облегающую одежду частью тела человека, а излишки сбивают общий контур и понижают эффективность. Концентрирующих линий, как в тренировочных перчатках, обычно достаточно для усиления контроля над ядром. Да и повышенный обмен веществ во время использования обвеса требует хотя бы воздушного охлаждения, для чего обнаженной кожи чаще всего вполне хватает.

Хм, вот даже как. Представляю, если бы Маша заявилась, в чем мать родила. Даже слишком хорошо представляю! А с одеждой всегда интересная ситуация, ни разу не слышал, чтобы кого-то вдруг прикончили шмотками, хотя, казалось бы, для агрессивных детранков подобные вещи — ближе всего. Скорее всего про нее обычно просто забывают.

Поблагодарив Виттмана, я вместе с остальными прошел в небольшой Куб, похожий на тот, что был на стадионе. Он располагался чуть дальше металлической конструкции с обвесом и был напротив пристройки, в которой исчезла Маша. Неподалеку из пола появились большие мишени — простенькие круглые диски на треногах с размеченными на них окружностями. Разговоры постепенно затихли, после чего наконец-то появилась Маша: в обеих руках у нее были большие серебристые контейнеры, содержимое которых я мог угадать по дымчатым очертаниям.

Остановившись, девушка положила один из контейнеров на пол и, щелкнув замками, извлекла из него пулемет Калашникова, если не ошибаюсь, который тут же разместила у себя на плече — с приятным щелчком оружие встало на место, после чего девушка использовала свою бронированную перчатку для того, чтобы двигать стволом из стороны в сторону. Мне кажется, я даже дышать перестал! Наверное, так себя чувствует какой-нибудь исследователь, наконец-то нашедший редкий вид животного, который он так долго выслеживал! Вид Маши со снаряжением был чарующим, пугающим и воодушевляющим одновременно, да и она сама отбросила в сторону смущение, с серьезным личиком открывая второй контейнер.

В нем оказалась уменьшенная копия пушки Т-90, сделанная в текущем виде на манер чересчур крупной винтовки. Уверенным и ловким движением схватив оружие за рукоять, Маша дополнительно закрепила его на наруче и соединила тросиками с деталями обвеса после чего, расположив пушку параллельно полу, глянула на Виттмана.

— Огонь по готовности.

Кивнув, Маша подошла к расчерченной на полу линии. Стойки защитной стены мелко задребезжали, и, с пробирающей до внутренностей дрожью и низким гудящим звуком, основное орудие девушки выстрелило — крупный серый сгусток пронесся по залу и, попав в центр круга, размозжил одну из мишеней. Мелкая очередь низких ухающих шумов отразилась в стенах непрерывным дребезжанием, после чего наплечный пулемет выплюнул очередь мелких серых шариков, превращая в труху оставшиеся мишени.

— Отлично, Мария Сергеевна, просто отлично! — зааплодировал Виттман, и тут же к нему присоединилась Грета, да и я заодно. — Дополнительная защита рук прекрасно повысила вашу эффективность.

— Спасибо! — воспользовавшись волосами, как прикрытием, девушка все-таки осторожно глянула на меня и радостно улыбнулась. — Оставляем снаряжение?

— Да, сейчас маленько потренируемся, да в Разлом нагрянем, — пообещал преподаватель. — Фройляйн Вольф, не будете сегодня реализовывать свой неудержимый потенциал?

— Так ведь обвес не подойти, герр Майер, жду не дождаться, когда хоть кто-нибудь из достопочтенный Семья Майер соизволяйт высылайт новый. Вместе с упаковка вкусный байер колбасен. Цвай, нет, три упаковка, — сказала девушка, с усмешкой глянув почему-то в мою сторону.

— М-м, еще раз прошу прощения за подобную заминку, — вновь поклонившись, сказал Виттман. — Мисс Дженнифер Флорес, могу я вас попросить временно вступить в сегодняшнюю группу?

Посмотрев на меня, как на мусор, блондинка фыркнула, и, убрав прядку с лица, сказала:

— Рьяз уж Даньилочка из-за какой-то грубийян в больньице, так уж и бывьять, покажью, что значит — настьоящий мощь Эмэрикан Ар-рми, — самодовольно заявила Дженни, после чего направилась к сборочному кубу, тяжело постукивая каблучками.

— А ребятам с контатами я не указ — разогревайтесь потихоньку, — с улыбкой сказал Виттман, уже собираясь идти к пульту, когда я его остановил и шепотом спросил давно волнующий меня вопрос:

— Я все понимаю, конечно, но не рано ли мне в Разлом? Нет, я в себе уверен, если речь идет о моих способностях в Рэйки…

— Господин Кольцов, вы не задумывались, почему опытные преподаватели именно преподают, а не ходят вместо вас, молодых? — с улыбкой ответил немец. — Как говаривали в прошлом: «Кто умеет, тот делает; кто не умеет, тот учит». Разлом не принимает тех, у кого окончательно сформировался и закрепился устойчивый статус, а также быстро уничтожает тех, кто еще слишком молод и горяч. Если не успеем выцепить ваши пограничные между этим двумя гранями годы, то идти придется кому-то еще. Не беспокойтесь, мы отправляемся в тестовый Разлом на месте АЭС, где уже давно устранили любые возможные угрозы, если они вообще были. Просто проверим реакцию вашей контаты, устойчивость статуса и, если все хорошо, проведем учебное патрулирование группы Искателя, — уверенным тоном выдал немец, и я успокоился. Значит, это что-то вроде теста? А то я уже себе понапридумывал всякое…

Покинув вместе с одногруппницами общий зал, я оказался на подобии тренировочной площадки, имеющейся в спортивном корпусе, только в разы меньше, где и приступил к разминке. Сейчас было неподходящее время для попытки использовать что-либо еще из пятого ранга, поэтому я остановился на закреплении Каменной Кожи, оттачивая подходящие слова литании и настраиваясь на использование новой техники. Только вот, когда в очередной раз открыл глаза после чтения про себя текста, увидел прямо перед собой хитрое личико местной красавицы.

— Алекс-кун, — озорно сказала Мику, склонив голову набок. — Ты же не откажешь даме в возможности поспарринговаться?

— Почему бы и нет? Если тебя не пугает то, что вчера произошло, конечно.

— А-а… Данила-ба-а-а-ака, — поправив фуражку, сказала девушка, улыбнувшись уголком рта. — Нет, мне наоборот интересно побороться с пятерочкой. До первой крови, без всяких этих ваших мужественных превозмоганий, не в сёнене же, — сказала Мику, слегка нахмурившись.

— Мне было бы невероятно интересно побороться со столь талантливой ученицей и познать на своей шкуре силу Воды, но будет крайне неприятно хотя бы пытаться ударить это красивое лицо, — косноязычно сказал я, стараясь казаться уверенней.

— Ах, так значит, я — красивая? — обнажив ровные белые зубки с неожиданно длинными клычками, девушка подарила мне добрую улыбку.

— Что, часто это говорят, да?

— Чуть чаще, чем пару раз в день, — захихикала Мику. — Только боюсь разочаровать, я тоже — Земля, — пожав плечами, девушка сняла перчатку и показала контату такой же формы, что и у меня.

— Ох ты ж. Но это тоже интересно, — ответил я. — Хм. Кстати, Мику…сан.

— Нани?

— Никак не могу понять, ты ведь косплеишь кого-то?

— Хоть кто-то заметил, аригато! — взявшись руками за бирюзовые хвостики, девушку крутанулась на месте. — Только ты вряд ли знаешь этого персонажа, но он весьма популярен в определенных мир… местах.

— Ах, Саша, не успевайт я отходить, ты уже клеиться к другой иностранка, что подумайт Мария? — прозвучал сзади голос Греты. — Двум леопардам не место в одной зале, — продолжила немка, подойдя ближе и с прищуром глянув на Мику, на что та виновато почесала щечку.

— Я и не претендую, няшечка, у меня есть мой суженый, — скромно ответила японочка на выпад. — Константин-сама зовут. Просто хотейт немного потренироваться вместе с Саша, — последняя фраза прозвучала голосом Греты, но говорила все еще Мику, на что немка нахмурилась еще сильнее, пока японка весело не рассмеялась.

— Саша, она тебя все равно уделайт. Восходящий звезда страна восходящий звезда, — сухо процедила сквозь зубы моя соседка, даже не замечая, как сказала одно и то же два раза. — Лет через зибен будем меряйт максимальный доступный ранг по этой талантливый выскочка.

— Ох, взяла и все выложила. Кстати, Алекс-кун, а ты заметил, как странно реагирует Вольф-сан на кошек, а?

— Шайссе, уж в это-то не стоит влезайт!

Мику подняла руки вверх, словно сдается, но продолжить мы уже не успели, поскольку заявился Виттман и объявил:

— Что ж, дамы и господин, отправляемся! Разлом нас ждет.

Глава 10, часть 1

Тренировка после фразы преподавателя резко закончилась, и мы, отставив в сторону все разговоры о соревнованиях, вышли из корпуса техноведения, причем Мария с Дженни не последовали вместе с нами. Неподалеку от здания наготове расположился роскошный скоростной пассажирский конвертоплан с эмблемами академии, что скорее лишний раз показывало статус, чем было какой-то особой необходимостью — в конце концов, даже по дороге, еле плетясь, мы бы добрались от силы за час, хотя и отправляться нужно было с другого конца города.

Разместившись в мягеньких креслах и закрепив ремни безопасности, мы подождали от силы минуту, после чего шустрая винтокрылая машина уже взмыла в воздух, оставляя территорию академии далеко внизу — отсюда можно было заметить все возможные корпуса, часть из которых с виду не отличалась от обычных зеленых лужаек за счет работы маскировочных полей.

Выйдя на нужную высоту, наш транспорт немного замедлил ход, и я смог разглядеть Воронежское водохранилище, чьи берега немного раздались вширь со времен ДД, да и разрушенный мост служил напоминанием. Дед рассказывал, что тому виной были расположенные сравнительно недалеко от берегов музеи — в одном были представлена настоящие экземпляры старой военной техники: их было от силы десяток, но даже так они превратили всю территорию вокруг в руины, и, возможно, на этом месте даже образовался бы небольшой Разлом, если бы в итоге всю опасную территорию не затопили. Кто знает, может и сейчас где-то под водой все еще в недвижимом состоянии затаились образцы захваченной техники, и от того мне немного не по себе, хотя и любопытство никуда не делось. Да, видимо, именно оно и преобладает — с момента разговора с Сантой я постоянно возвращался к мыслям о том, что же находится внутри Разломов, а обещанные золотые горы были скорее приятным дополнением.

На противоположном берегу тоже был военный музей, но без техники в качестве экспонатов, хотя и образцы легкого вооружения нанесли немало повреждений и погубили десятки, если не сотни людей… На фоне этого становится странным, как сейчас фантомы оберегают человеческие жизни, не позволяя убийства, словно бы весь ДД был своеобразным предостережением заигравшемуся человечеству.

Город оказался позади, и мое философское настроение было прервано поднявшимся со своего места Виттманом. Выудив из папочки планшет, он расположил его горизонтально и показал всей группе трехмерную голографическую модель территории захваченной Разломом АЭС, вместе с этим говоря:

— Так-так. Думаю, все уже знают, что абсолютно каждый Разлом индивидуален. Нет, общий принцип вхождения в них не отличается, ради этого мы и затеяли данный тест, — с улыбкой сказал мужчина, бросив на меня мимолетный взгляд. — В данном случае у нас Разлом пятого уровня опасности, то есть, по сути, для подходящих индивидов не опасней обычной прогулки по городу. Первичная мембрана крайне тонкая и не затрудняет визуальное ориентирование, атмосфера соответствует окружающей, никаких следов радиации и какого-либо вредного излучения, так что из обязательного снаряжения воспользуемся лишь концентрирующими перчатками и средствами связи.

Подав голос, некоторые из девчат принялись нацеплять обозначенную одежку, и я к ним присоединился, внимательно слушая дальнейшие указания и вместе с этим закрепляя на голове гарнитуру:

— После первичного теста, который, я думаю, пройдет успешно, поделимся на три группы. Александр Геннадьевич вместе с нашими технодевами в обвесе отправится вглубь территории; фройляйн Вольф вместе с добровольцами останется вне Разлома во главе группы наблюдателей; Мику-сан поможет во главе группы поддержки Искателя. Думаю, сами поделитесь, уже не первый день вместе учитесь, — сообщил Виттман таким тоном, что было больше похоже на то, что ему просто лень распределять. — Оценим скорость ориентирования в незнакомом месте, поиск пути и по возвращению проведем тест боевых техник в условии Разлома.

В принципе, все звучало и впрямь не слишком сложным, так что я даже почувствовал приятное воодушевление, когда вдалеке показался таинственный купол. С учетом того, что рядом с Нововоронежом находилось сразу две АЭС, хоть и расположенных в одном месте, Разлом полностью накрывал всю территорию, цепляя даже часть реки Дон, из которой, должно быть, когда — то использовали воду для работы станции. Хотя речь вроде бы об одном объекте, по размерам АЭС можно было бы сравнить с небольшим городком.

Сероватый блестящий купол был весьма высоким, а местность под ним выглядела серой и безжизненной на фоне зеленеющих вокруг лужаек. Потрескавшийся асфальт, пыльные и полуразрушенные здания, поблекшие от времени красные линии на градирнях — окружающая эту местность пелена и впрямь ничуть не закрывала обзор, но даже с высоты полета я мог заметить снующие по территории фигуры. Их было немного, всего несколько штук, но, как только наш транспорт стал снижаться, силуэты разошлись и скрылись внутри зданий до того, как я смог толком их рассмотреть.

— Что-то заметили, Александр Геннадьевич? — внимательно следя за мной, спросил Виттман, на что я осторожно покачал головой в отрицательном жесте — все-таки сейчас явно не самый подходящий момент для того, чтобы поднимать вопрос о случившемся в музее. Но, чтобы не выглядеть совсем уж подозрительно, спросил:

— А что же случилось с персоналом? Ведь, получается, в отличие от Разломов на военных объектах, на АЭС не было оружия, как такового, если не считать подручные средства, конечно. Да и, как мне кажется, без контроля человека могла бы произойти авария…

— А, да, закономерный вопрос. Наблюдая подобные объекты из прошлого, невольно задумываешься, как это было, — возвышенным голосом начал вещать немец, словно бы собирался рассказывать стихи. — Однако, станция была отключена сама собой вскоре после ДД, а люди… Скажем так, наши исследователи не нашли их следов. Даже если бы кто-то чудом выжил, что весьма проблематично, с учетом известных нам условий нахождения в Разломе, они бы уже, скорее всего, погибли от старости. Или вы боитесь призраков, Александр Геннадьевич? — снисходительно улыбнулся преподаватель, и пара девчонок тихо захихикала.

— Нет. Живые куда опаснее.

— И то верно.

Приземлившись возле въезда в Нововоронежскую АЭС 2 возле поста ДПС, где даже можно было заметить на парковке давно брошенные и обветшавшие автомобили, конвертоплан отключил двигатели, после чего мы дружно высыпали наружу. Как и ожидалось, вся территория была оцеплена людьми Комарова, поскольку Разломы все-таки являлись объектами повышенного интереса, даже такие слабенькие, как этот. Силовые поля тянулись вереницей вплоть до реки, а там уже в дело вступали сканирующие буйки на случай подводного проникновения. Помимо этого, можно было разглядеть небольшие домики, разбросанные по территории, в которых скорее всего дежурила охрана — даже было немного жаль, что мы здесь с официальным визитом, было бы интересно взглянуть, каких бойцов содержит у себя корпорация. Рядом с каждым домиком расположились крепления для охранных ховеров — аналоги молодежных летающих досок, только повышенной мощности — вместе с ними бойцы Рэйки, не освоившие транспортные техники, могли лихо наверстать мобильность, но, опять же, перед прямым вступлением в бой от них следовало избавляться.

Было приятно вдохнуть свежий воздух после пыли города, но небольшое волнение не позволяло вдоволь насладиться местной природой. Пока девчата распределялись по группам, неподалеку от нашего летуна приземлился еще один, грузовой и упрощенной модели, но тоже с символикой академии. Скорее всего он был рассчитан сразу на большой отряд технодев, поскольку вряд ли на двух девушек, пусть и в полном обвесе, могло потребоваться отдельное транспортное средство.

Громко лязгая, Маша ловко сбежала по металлической платформе и сразу же немного увязла в рыхлой почве, но, чем-то щелкнув, уже через пару секунд стояла на широких гусеничных траках, которые были под ее подошвой, подобно колесикам у роликовых коньков. С гудением прокатившись до меня с ловкостью бывалого роллера, девушка смущенно потупила взгляд и, смотря мимо меня, осторожно сказала:

— Странно выгляжу, да?

— Потрясающе, — не мешкая, ответил я, и слова мои были вполне искренними. — Чем больше узнаю тебя, тем больший восторг меня переполняет. И, Маш, спасибо тебе за….

— Н-не за что! — покраснев, девушка хотела было поправить волосы, но в бронированных перчатках это было не так-то просто. — Любая бы поступила на моем месте так же.

— Ха, не стоить так считьять. Детранквилизаэйшн из показатьель слабый харьяктер, — подала голос появившаяся из грузового летуна Дженни.

Во многом она была похожа на Машу по принципу построения своего костюма, но с большим отличием — вместо мощной винтовки она в руке держала пулемет, а вот здоровенная башня, по виду и впрямь напоминающая квадратную махину оригинального «Абрамса», была закреплена вдоль руки девушки по всей длине, из-за чего она даже не могла ее толком согнуть. Похоже, что из-за этого страдал баланс, и другая перчатка была куда более громоздкой для нивелирования перекоса, но эта гордая голубоглазая девица явно не собиралась показывать, что ей неудобно.

Прежде, чем кто-либо успел вставить что-то в ответ на слова американки, я примирительно взмахнул рукой и сказал:

— Это уж как тебе угодно. Я же в свою очередь постараюсь тебя все-таки вытянуть, даже если ты уже приставишь собственное оружие к своим кучерям.

— Оукей, но я нот нид твой хелп. Андестенд? — коверканная мешанина из языков выдавала закипающую злость со стороны блондинки, но я не стал обращать на это внимания. В конце концов, она лишь временный член группы, пусть валит потом к своему Даниле.

— Раз все готовы, можем начинать, — воспользовался паузой Виттман, развернув целую наблюдательную станцию на основе передвижной платформы, привезенной из грузового летуна. — Что ж, Александр Геннадьевич, милости просим.

Кивнув, я медленно выдохнул, и, читая на всякий случай успокаивающие литании, сошел с зеленой травки и направился в сторону давно заброшенной парковки, хотя отсюда она казалась куда дальше, чем сначала. Рядом со мной завис небольшой автоматизированный сканер статуса и я, продолжая бубнить повторенные миллион раз слова, даже немного вздрогнул, когда в наушнике прозвучало:

— Ох-хо-хо-хо! Привет, Саня, как слышно меня?

— А… Никто.

— Некто. Значит, слышишь. Ты, главное, не дрейфь, статус-то у тебя вполне подходящий, как и возраст. Надеюсь, что осколки не станут слишком уж тебе препятствовать, но, если совсем прижмет, махни рукой дрону рядом с тобой- получишь ингибирующий антидот. Так, на всякий пожарный.

— Очень своевременные известия, — громко зашептал я, хотя, кроме меня рядом никого и не было. — Смерти моей хотите?

— Сложный ты вопрос задаешь, Саша. Очевидно, что в текущем виде ты куда ценнее для компании, чем любой твой здоровый сверстник, то и терять тебя сразу же нам тем более ни к чему.

— Ясно. Что за силуэты на территории?

Последовала небольшая пауза, после чего Некто вновь расхохотался:

— Ох-хо-хо, Саша, молодцом. Вот видишь — уже заработал себе плюшку. А то, что от немчуры скрыл, это даже правильно — меньше знает, лучше спит.

— Так что за силуэты? — упрямо продолжил я, видя, что до мембраны Разлома осталось всего-то с десяток метров.

— Фантомы, а кто ж еще? Странно, что они шастают там, где давно нет людей, как и сам факт того, что им нужно на станции.

— Неужели за все эти годы ничего не выяснили? Что-то не верится. Любому студенту подмешали яд медленного действия — и ага, исследуй — не хочу.

Санта горестно вздохнул, после чего продолжил:

— Эдакого ты все-таки о нас плохого мнения, Саня. Ну уж попробуй поверить. Заметил же, как у тебя лихо стал статус детранквилизации накапливаться после инцидента? И это — у эфочки. Очень уж эти дымчатые скотины не любят тех, кто может их видеть, так что будь осторожен. Как только почувствуешь себя херово — на поцелуй красавиц не рассчитывай и беги со всех ног.

— Хорошо, что вообще рассказали, — с укором произнес я, рассматривая слегка колышущуюся пелену перед глазами. Ну, отступать прямо сейчас все равно не вариант, стоит хотя бы попробовать.

Осторожно протянув руку вперед, я коснулся пальцем мембраны и ощутил, что она слегка сопротивляется, словно какое-то желе, но стоило нажать чуть сильнее, и кисть прошла внутрь. Так, вроде бы ничего плохого пока не происходит. Посмотрев на свою руку с контатой, я решился погрузить теперь и ее, и, в этот раз не став осторожничать, постарался сразу оказаться внутри. Как только рука оказалась внутри, кожу начало легонько жечь, как при активации базовых техник, но ощущение не усиливалось, так что я, выдохнув, сделала шаг вперед. Дрон не стал за мной следовать, так что я оказался совершенно один.

Звуки снаружи будто бы притихли: никакого пения птиц, дуновения ветра и лязга девчат. Приятный аромат цветов тоже исчез, уступив странному запаху озона вперемешку с какой-то вонью окислов. Теперь уже немного стало жечь грудь в том месте, куда пришелся удар детранка, но, прислушавшись к ощущениям, я кивнул сам себе и сказал:

— Походу все нормально.

— Так и есть. Молодцом, Саня. Слышишь что-нибудь?

На фоне абсолютной тишины, я улавливал лишь свое слегка прерывистое дыхание и скрип облегающей одежды. Шелест волос от сместившейся гарнитуры, шорох песка…

— Вроде нет. Ничего особого.

— Хм. Ну, что ж, переходи к своим студенческим развлечениям, но не забывай об осторожности.

Глава 10, часть 2

Повернувшись, я помахал рукой, и Маша, обрадованно улыбнувшись, вскоре подкатила ко мне и без всякого промедления оказалась внутри. Дженни для порядка немного поломалась, но, как только прошла через мембрану, уже активировала траки своих бежевых бронеботинок и стала выглядеть куда серьезней.

— Что ж, ребятки, все отлично. Пробуйте дойти до парковки, там будет зданьице с изображениями на стенах, клумбы всякие и дорожка плиткой выложена. Короче, как увидите — не ошибетесь, — объявил Виттман. — Как только доберетесь до оговоренной точки, выступит группа Мику-Сан, вся координация теперь на фройляйн Вольф. Удачи. Конец связи.

— Гут. Саша, как слышайт?

— Хорошо, Грета, — услышав важный голос немки, я невольно улыбнулся, представив, как она сейчас восседает со своей милой серьезностью. Даже страшилки Санты в сторону отступили.

Добираться по асфальтовой дороге было проще простого, даже немного скучно — но, вместо того, чтобы развлекаться разговорами, я старался подмечать все вокруг. Пока что не было видно ни единого фантома и, добравшись до парковки, я воспользовался потрепанным внедорожником, как площадкой для обзора, запрыгнув на его крышу.

Прямо за проходной уже можно было разглядеть нарядно выглядящее здание с потухшим электронным табло. Когда-то яркая зеленая краска местами осыпалась, окна помутнели, и я ощутил, как по коже пробежал неприятный холодок — в нескольких помещениях горел свет, но, как только я постарался присмотреться, тут же потух. Лишь яркие красные точки, будто бы смотрящие на меня, промелькнули за серым стеклом и исчезли.

— Что-то заметил? — осторожно спросила Маша.

— Увидел нужное здание. Что ж, пойдем дальше. Грета, слышишь?

— Я. Как только подходить, мне говорийт, ладно?

— Оки.

То и дело бросая взгляд на странное здание, я слегка ускорил шаг и, добравшись до контрольно-пропускного пункта, пошел медленнее, мягко ступая по растрескавшейся дороге. Под траками девчат плитка нещадно хрустела и лопалась, наполняя воздух шумом и, попросив отключить шумную обувку, я вскоре услышал мягкие перестуки металлических подошв.

Тук-тук.

Замерев, я попробовал вслушаться, и вскоре услышал повторный парный стук, о чем объявил Санте, оставив девушек охранять периметр и отойдя чуть дальше.

— Ох-хо-хо! Отлично. Короткий ликбез — это Сердце Разлома, — объявил Некто. — Его слышат только смертники, да еще и местоположение меняется после каждого посещения, так что ты особого не рассчитывай его найти.

— И что в Сердце?

— Слышал когда-нибудь о закрывшихся Разломах? Вот и я нет, — не дожидаясь моего ответа, сказал Санта. — Умники твердят, что там может быть ключ к разрушению Разломов или разгадка природы фантомов, но я бы все-таки воспринимал это, как фантастику. Нам куда интересней другое, и это — работа для Искателя. Иди на стук и с большой вероятностью найдешь фантомные материалы. В этом плюс таких, как ты, остальным группам нужно вслепую бродить по всей территории.

— Материалы?

— Хо, не боись, узнаешь, как увидишь. Все, конец связи, а то твои красавицы заподозрят еще чего.

— Идем вперед, только не шумим, — объявил я, и, с интересом подтвердив, Маша пошла за мной чуть ли не на цыпочках, а Дженни, фыркнув, все-таки тоже послушалась.

Пройдя мимо странного здания, я мельком поглядывал на его вход, но там никого не было. Остановившись возле стены, сделал по несколько шагов в разные стороны, пока не понял, где стук слышен чуть сильнее — похоже, сердце где-то в новых градирнях или примерно в этой стороне, а это значит, что нужно продвинуться к зданиям заброшенных реакторов, направляясь ближе к центру купола.

— Ты как будто бы здесь уже бывал, — тихо сказала Маша, удивленно следя за моими манипуляциями.

— Просто хорошо изучил карту.

Оставив здание позади, я обнаружил еще несколько горящих фонарей вдалеке, но и они быстро потухли. Получив сообщение о том, что Мику выступила следом за нами, я почувствовал облегчение, но почти сразу же за этим послышался прерывистый, протяжный сигнал в наушнике:

— Мемб… Уплот…..тесь.

Голос принадлежал Грете, но, попытавшись связаться с ней, я получил лишь автоматическое сообщение гарнитуры об отсутствии сигнала. Академический браслет тоже потерял связь, и, увидев встревоженные лица девчат, я убедился, что у них точно такая же ситуация.

— Такое бывало? — коротко спросил я.

— Н-нет!

— Тогда возвращаемся, — развернувшись, я быстрым шагом дошел до края стены и, выглянув за угол, практически сразу увидел фантома. Трехметровая клубящаяся фигура стояла возле дверей и смотрела прямо на меня, будто бы пытаясь выжечь своим алым взглядом дыры в моем теле, но, конечно, это оставалось всего лишь взглядом, но жжение в груди и руке чуть усилилось.

Решив не таращиться на недвижимую тварь, я бросил взгляд на пропускной пункт: группы Мику до сих пор не было видно, хотя они должны были добраться шустрее, поскольку были налегке и шли по уже исследованной территории.

Сделав шаг к КПП, я заметил, что фантом продолжает удерживать свой взгляд на мне. Еще шаг — повернулся чуть дальше, но не стронулся с места. Медленно став наращивать Дубовую Кожу до Каменной, я следил за действиями существа, пока техника полностью не применилась, окутав меня сплошной защитной пеленой, в Разломе и впрямь по виду напоминающей каменный доспех.

— Что же тебе от меня нужно? — остановившись, спросил я, глядя монстру в угольки.

— Связь наладильяась? — воскликнула Дженни и, став проверять, выругалась, сказав что-то вроде «факин щит».

Со всех сторон послышался хриплый смех.

— Мы хотим, чтобы ты сдох, МетМер, — прозвучал голос над ухом и, резко развернувшись, я шарахнулся от тянущего ко мне лапищи фантома, который за мгновение успел переместиться на несколько метров.

— Мария, огонь короткими очередями на три часа, — коротко объявил я, и Маша, широко раскрыв глаза, не стала спорить. Ее наплечный пулемет слегка развернулся, а затем вместе с нарастающим гудением воздух прорезали шарообразные сгустки, явно куда более крупные, чем те, что появлялись из оружия вне Разлома. Внутри тела Маши заклубился фантом, начиная приобретать человеческие очертания, но как только стрельба прекратилась, существо вновь свернулось в клубок.

Очередь насквозь прошила тело пытавшегося напасть на меня существа, а силуэт испарился, не оставив и следа.

— Вы что устройили? Мы должньи возвращьяться, а не тестировьать ган!

Я молча указал на воздух в той стороне, куда улетели сгустки Маши — снаряды быстро летели по прямой, пока все дружно не распадались облачками дыма примерно на уровне КПП. Да и сам воздух дальше этой точки стал казаться каким-то вязким и густым, размывая очертания окружающего мира.

— Если такого не было на уроках, то предлагаю, чтобы подобный эффект все-таки не назвали нашими именами, уйти чуть дальше вглубь, — сообщил я, заметив, как пелена немного стягивается, потихоньку приближаясь к нашей точке.

— М-да, не было. — Маша решительно кивнула и пошла впереди меня, тогда как Дженни опять фыркнула и, ткнув в мою сторону пальцем, сказала:

— Мы должны возвращайтся!

— Да что ж ты заладила, как будто мы не хотим, — вздохнув, я пригладил волосы, озираясь по округе. Не найдя ничего более подходящего, чем кусок потрескавшейся плитки, отковырнул его и, надеясь на то, что взбалмошные серые твари не подумают, что это ноу-хау в оружейном деле, прицелился получше и метнул в сторону медленно ползущей мембраны. Кусок врезался в плотный воздух, словно в стену, и благополучно свалился на землю, треснув еще больше.

— Жизнь твоя, конечно, но я бы пока не рисковал, — увидев, что Дженни удовлетворена таким экспериментом, я незаметно растер ноющую руку и пошел за зеленовлаской. Вернувшись к той точке, с которой начались наши беды, я вновь сориентировался на стук, к которому добавился слегка заметный перезвон. Вроде бы звук идет со стороны одного из трехэтажных технических зданий, возле которого с одной стороны пролегала широкая асфальтовая дорога для транспорта, а с другой — самые настоящие рельсы с локомотивом, когда-то наверняка привозившим громоздкие части реактора на место. Поскольку какой-либо информации о происходящем не было, разумнее всего было бы воспользоваться указаниями Санты и попробовать найти тот самый фантомный материал — быть может, он и будет служить пропуском, кто знает?

Позвав девчат за собой, я обнаружил дверь, ведущую внутрь. Ловким ударом могучей перчатки Дженни разломала замок, после чего я, обновив на себе Каменную Кожу, осторожно вошел внутрь. Ан нет, обознался — зданьице было скорее всего для управления, поскольку на первом этаже был обычный вестибюль, как и в подобных офисных корпусах. Сиганув через закрытый турникет, я с сомнением посмотрел, как девушки к чертям разломали металлическую конструкцию легким движением рук, после чего стал ориентироваться на усилившийся звон, который, судя по всему, доносился с одного из верхних этажей. Обнаружив лестницу, я уже ступил на ступеньку, когда Маша меня окликнула:

— Саш, с этим проблемка… Мы будем долго подниматься, если вообще сможем, — смущенно пояснила девушка, показывая на не очень-то хорошо гнущиеся броненакладки на ногах.

— А если снять часть обвеса?

— Думаю, не стоит… Зачем нам вообще наверх?

— Пока и сам не знаю, но есть мысль. Ладно, я по-быстрому разведаю, вы здесь прикрывайте друг друга. Постараюсь не рисковать, — тоном, не терпящим возражений, быстро сказал я и шустро преодолел пролет, без особого энтузиазма поглядывая на кромешную темноту второго этажа. Активировав фонарик, входящий в общий комплект академического браслета, высветил лишь облупившийся потолок и пыльные кресла на колесиках, которые кому-то вдруг понадобилось оттащить к лестнице. Показав поглядывающей вверх Маше «Ок», тихо вздохнул и поднялся на второй этаж.

Неровный лучик света кое-как разгонял темноту, высвечивая поднятую мной пыль. Под ногами предательски громко в окружающей тишине заскрипел пол, но я, сглотнув, продолжал шарить лучиком по полу и стенам. Пробравшись через мебельную баррикаду, которая все-таки больше напоминала то, что кто-то сгреб в одно место ненужные вещицы, я наконец-то добрался до какого-то кабинета. Трухлявый череп с остатками волос встретил меня безрадостным костлявым оскалом — похоже, местный клерк так и погиб, сидя за столом, никто его даже не побеспокоил.

Осторожно прокравшись мимо тела, я поймал себя на мысли: считаются ли кости предметом? Если так, то Фантомы могут мне устроить вечеринку оживших мертвецов… Бросив еще один взгляд на скелет, я торопливо прошел мимо его коллег, рассевшихся за навсегда потухшими компьютерами, и пробрался в следующее помещение. Еще один шаг — и с гудением зажглись лампы дневного света, пугающе помигивая. На фоне пыли, осевшей на полу, я смог увидеть весьма свежие следы — как будто бы кто-то перемещал что-то по полу, слишком тяжелое. Или кого-то…

Лампы потухли так же быстро, как и зажглись, но я успел уловить еще одну инородную деталь — толстенный пучок проводов, явно не предназначенный для этого помещеньица. Нет, конечно, на электростанции провода могли быть в порядке вещей, но здесь это смотрелось и впрямь слишком чуждо. Раз уж проводка шла примерно в ту же сторону, откуда слышался звон, я стал ориентироваться на нее, больше не шастая по мертвяцким кабинетам и сосредоточившись на коридоре.

Развилка — и очередная вспышка света проверила мои нервы на прочность, но я уже просто непрерывно бубнил литании спокойствия, стараясь не задумываться о происходящем чересчур уж сильно. Пучок кабелей любезно поворачивал вправо, и я, успев при свете ламп разглядеть вход в какой-то зал, приготовился наконец-то увидеть то, зачем сюда заявился — очень уж громким стал звук.

Подкравшись, прижался к стене и постарался отогнать свои «смертнические» ощущения, вычленяя те шумы, что были помимо Сердца. Шорохи, тихое механическое лязгание и довольно шумное…дыхание? Поскольку вход в зал был прямо рядом со стеной, на ней можно было увидеть редкие вспышки света, идущего откуда-то из глубины зала. Прижавшись к отклеившимся обоям, я прошуршал к дверному проему и, вдохнув поглубже, осторожно заглянул внутрь.

Провода и впрямь вели именно сюда, формируя нечто, что я бы назвал скорее каким-то птичьим гнездом, чем осмысленной инженерной конструкцией. Клубки кабелей расположились по окружности, частично уходя на потолок, из-за чего становились похожи на своеобразные технолианы.

В комнате было сразу несколько фантомов, каждый из которых контролировал жутковатые на вид приспособления, больше напоминающие орудия пыток, чем медицинское оборудование, слишком уж громоздкие ножи и пилы были в их арсенале. Возможно, это были переделанные роботы-хирурги, бормашины или еще что — похожее я видел разве что в кино.

Звон же, насколько можно понять, исходил от крошечных лучащихся энергией фиолетовых камушков, лежащих как на столе рядом с фантомными эскулапами, так и в центре кабельного гнезда. Но, конечно, первым в глаза бросалось не это.

Девушка. Обнаженная, молоденькая девушка с шикарной фигуркой стояла в центре этой техновакханалии, привязанная кабелями и цепями к потолку. На ее израненной спине можно было увидеть нечто вроде высокотехнологичного позвоночника, впившегося контактами прямо в плоть — металл шел от основания черепа до копчика, в котором было установлено нечто вроде шарнира. От этого устройства вниз шел толстый черный хвост из какого-то черного эластичного материала, судя по гибкости, и заканчивался отросток оранжевой клешней.

Обе руки незнакомки по локоть были заменены металлическими имплантами — я бы даже сказал, что они больше похожи на фабричные манипуляторы, чем специализированные медицинские протезы.

Неожиданно иссиня-черные волосы девушки чуть шевельнулись, и она, обернувшись, посмотрела прямо на меня своим ярким алым взглядом, неотличимым от фантомного, после чего ее губы медленно растянулись в улыбке облегчения, и послышался тихий, еле слышимый шёпот:

— Помогите.

Вместе с этим местные иглы, ножи и прочая утварь весьма шустро зашевелились и, убрав из проема нос, мимо которого только что пролетела пила, я быстро начал читать боевые литании.

Глава 11

Неприятное, склизкое и мерзкое ощущение страха, до этого проявлявшееся лишь в беспокойстве. Стараясь не сосредотачиваться на этом чувстве, чтобы не сбивать концентрацию, я шумно выдохнул и подготовил псевдосейсмическую волну для атаки — получилось сравнительно быстро за счет концентрирующих перчаток и постоянного удержания себя в боевом состоянии.

Но, даже так, я не знал, как лучше поступить. Может, когда-то раньше, во времена деда, люди и шастали по улице в броненакладках, опасаясь ножа под ребро, но сейчас… Хотя, даже простенькие транспортные техники позволяли отчасти влиять на окружающий мир с помощью Рэйки, преобразовывая его под свои нужды, так что не удивлюсь, что у продвинутых специалистов Земли какая-нибудь мифриловая кожа способна даже пулю остановить — только вот стрелять ими некому.

А вот на начальных рангах вся защита ориентирована на блокирование бесконтактных атак, и для физического воздействия у нее останавливающее действие такое себе, хотя на кулачках можно биться даже без синяков. Насколько сильное по факту — мне бы сейчас не хотелось тестировать: есть подозрение, что от воткнувшейся мне в плоть железяки ощущения будут далекими от приятных.

Лязг стал громче, и виденное ранее нагромождение ножей на колесной платформе ловко перескочило через наваленный в зале хлам, появившись в коридоре — как и ожидалось, фантомы могут свободно управлять предметами, позволяя им даже парить на небольшой высоте от пола. Алые глаза где-то среди проводов сузились, взвизгнули сверла, но я уже направил вперед руку с контатой.

Ощутимые, даже видимые волны псевдосейсмической атаки пронеслись на пару метров вперед — отголоски сорвали обои, раскрошили стены и вызвали появление трещин в полу и потолке, но зато центральная волна угодила точнехонько в цель. Диковинный агрегат лопнул с искрами, разлетаясь на тысячи кусочков, которые одной сплошной кучей мусора пронеслись через зал и лихо врезались в стену. С шелестящим воем фантом испарился, будто бы его тут и не было, но на его место уже подоспели другие, а вот у меня наготове не было новой атаки.

Резко пригнувшись, я чудом ускользнул от еще одной пилы, по размерам больше подходящей для распила бревен — со стуком и грохотом вражеский боеприпас воткнулся в стену на несколько сантиметров, что как бы намекало, что будет со мной, если не буду осторожен. На подмогу пильщику ринулась механическая каракатица чуть меньше метра ростом с четырьмя конечностями, на которых поблескивали красные от крови ножи, причем вся конструкция весьма ловко двигалась, через пару секунд уже оказавшись в коридоре. Резко отпрыгнув, я пытался сосредоточиться на литании, но тварь поджала гидравлические конечности и сиганула в мою сторону.

Плюнув на все, я сделал резкий кувырок назад, но механизм был очень уж проворным и вогнал ножички совсем рядом с моей ногой, когда я выпрямился. Резкий удар энергией вблизи — не дойдя с десяток сантиметров до твари, я пробил направленным пучком энергии двигатели одного из манипуляторов: заискрив, гудящая от недовольства тварь споткнулась, но тут же приподнялась над землей и чиркнула ножичками в ответ, вместе с этим продвигаясь вперед.

С гудящим свистом скальпели прорезали пахнущий озоном воздух, а на пыльный пол брызнула кровь. Отдернув раненую ногу, я прыгнул в противоположную сторону, уворачиваясь от очередной порции летающего железа, после чего, опираясь на стену, ввалился за угол.

Что ж, тест прошел без моего желания. Каменная кожа не позволила лезвию войти слишком глубоко, оставив лишь глубокую царапину, сочащуюся кровью и пульсирующую болью каждую секунду. Однако того, что произошло дальше, я не ожидал: часть доспеха, формирующего поверхность моей защиты, распалась на мерзкие дымчатые щупальца и подобралась к ране, пробираясь внутрь — всего мгновение, и с тихим перезвоном на пол вывалились крохотные фиолетовые кусочки, оставшиеся в ране после атаки. Боль немного утихла, но, понимая, что против минимум двух фантомов биться в коридоре не с руки, я повернул ручку ближайшей двери и заскочил внутрь.

Еще один кабинет, не особо отличающийся от тех, в которых я уже успел до этого побывать, зато можно хотя бы укрыться за мебелью. А если они захотят и ее прихватизировать в свои дымчатые лапы? Чертыхнувшись, я все-таки добрался до угла и стал читать «Дар Земли», чтобы окончательно избавиться от ранения, сбивающего меня с концентрации.

С лязгом теперь уже трехпалая тварь заскочила в кабинет следом за мной, но тут же остановилась. Гудение стало тише, редкие шажки уцелевших скальпельных лапок — медленнее. Следом с шумом подкатился мистер швырятель железа, покачивая оставшимися в запасе пилами, и на этом все — остальные существа, похоже, остались вместе с девчулей.

Ее присутствие, кстати, было загадочным настолько, насколько возможно. Судя по возрасту и костлявому состоянию местных работяг, она появилась здесь извне, что немножко так подрывает ощущение безопасности у всех, кто живет сравнительно далеко от Разломов. Но, даже если не брать такую мелочь, как похищение, за основу, она была поглощена Фантомом. Вернее… Ее, должно быть, можно сравнить с тем детранком, чье лицо перед смертью полностью совпало с мордой паранормальной твари, но, помимо этого, у девицы было сразу несколько существ в теле, а иначе бы импланты в случае агрессии ее бы и укокошили. Или же она тоже воспроизводит какую-то технику, на манер технодев? Вроде фантомам ни к чему обманывать самих себя, а так, получается, каждый имплант, да еще и хвост… Выходит, не меньше четырех штук сразу.

Две контаты не ставят не просто так — не может быть два хозяина у одной вещи. Когда я слышал древние страшилки о том, как рука выходит из-под контроля и душит горе-обладателя этой конечности, порой казалось, что подобные истории, придуманные любителями пощекотать нервы, были пророческими. Должно быть, из-за этого и к оружию технодев нельзя прикасаться — вероятность того, что вооружение взбрыкнет куда выше, чем у простой защиты.

Думая о всякой всячине, я успокоился и подготовил еще одну атаку, стараясь по звукам ориентироваться, где находятся мои новые знакомые. И если метатель оставался на страже в проходе, то мелкая мразь запрыгнула на стол и начала ползать, сталкивая тела на пол. С мерзким скрежещущим лязганьем механическое существо расцарапало столешницу, затем рассекло черепушку какого-то бедолаги на две ровные части, и стало постепенно продвигаться в мою сторону.

Войну всем местным фантомам я объявлять не собирался, хотя бы не в одиночку. А вот забрать камушки — стоит, вряд ли подобранных осколков будет достаточно. Правда, там еще и девушка, но учитывая все странности, я до сих пор был в сомнениях, что будет лучше — помочь ей сбежать от этих тварей или… Разберемся по ходу дела.

Искусственный четырехлапый монстр выдал себя низким гудением. Задребезжавший монитор ухнул со стола, и я в эту же секунду отскочил к стене — с клокочущим нечеловеческим ревом местный хирург ловким ударом рассек лезвиями столешницу и оставил в полу глубокие борозды от энергетического продолжения атаки. Поскольку тварь была чересчур юркой, я не стал пытать счастья с псевдосейсмической волной против него, и вместо этого направил энергию в охранника у двери. В стул, за который я упал, воткнулись ножи, пробив спинку насквозь, но дело было сделано — вереща, метатель оказался прибит к пошедшей трещинами стене и развалился на части, превратившись в кучу бесполезного хлама без какого-либо фантома внутри.

Подхватив спинку от стула, я прикрылся ей от удара скальпелем, после чего еще одним ударом кулака разбил вторую лапку монстра, оставив его только с двумя ножами. Завизжав мне вслед, фантом взлетел еще выше, но, прежде чем успел проникнуть следом за мной, замешкался среди мебели, так что я хлопнул дверью и бросился в сторону зала с техногнездом. Осторожно заглянув за угол, никого не обнаружил, поэтому поспешил вперед, готовя еще один удар для тех, кто мог остаться вместе с девчушкой.

Услышав мои шаги, незнакомка слегка дернулась в своих путах, обернувшись и жалобно посмотрев на меня. По серой от пыли щечке бежала крупная слезинка, и девушка вновь прошептала, теперь уже практически не слышно, одними губами:

— Пожалуйста, помогите!

Ее злобные алые глаза никак не вязались с полным страдания и боли выражением лица, да и фигуркой вместе с внешностью она была очень даже в моем вкусе, если на импланты внимания не обращать, конечно, но я постарался отмести показное рыцарство и осторожно сделал шаг внутрь комнаты. Там оставалось еще несколько фантомов, но они почему-то не двигались с места, да и устройства у них были куда как более громоздкие. Незнакомка не пыталась меня уговорить, не сулила богатства за спасение и не предлагала иные услуги, похоже, что она просто была уже слишком измучена, чтобы что-либо говорить лишний раз.

Посчитав, что это подходящий шанс стырить то, зачем пришел, я торопливо подошел ближе, не спуская глаз с тихо гудящих механизмами паранормальных существ, издающих весьма пугающие шелестящие звуки — какой-то язык, слов которого не разобрать. Остается надеяться, что они говорят что-то вроде «Смотри, чего этот дебил крадется, мы ж его и не собираемся трогать».

Выдохнув, я подобрался ближе и, протянув руку, подобрал камушек со стола. Он был на удивление легким, словно бы сделан из пены или просто воздуха, но на ощупь оказался настолько горячим, что жар ощущался даже сквозь перчатки. Подобрав все со стола, я бросил взгляд на слегка раскачивающуюся на технолианах девушку, после чего обернулся — мой покоцанный четырехлапый товарищ не спешил продолжать преследование. Настроившись, я потянулся к камушкам, лежащим внутри гнезда, когда манипуляторы местных фантомов стронулись с места.

— Нет! Нет! Пожалуйста! Умоляю! — девушка взвыла от ужаса и затряслась, пытаясь вырваться, но роботизированные руки уже крепко подцепили ее ступни, зажимая, словно в тисках. Распылив какую-то жидкость с резким запахом антисептика, второй аппарат взвыл дисковой пилой и повел ее прямо к коленям девчушки, собираясь отпилить ей еще и ноги. Другой ловкий манипулятор вытащил один из камушков у меня прямо из-под носа и разместил находку рядом с грубой металлической клешней, которая больше подошла бы какому-нибудь грузовому роботу.

Пусть я и буду потом об этом жалеть, но не могу просто стоять и смотреть, как бедняжке отхерачивают конечности. Для протокола будет версия, что местная фантомная падлюка стырила мое богатство, которое стало имуществом Комарова с того момента, как я ее увидел. Ну… Что-то такое, в общем.

Резко вскочив, я пнул столик с манипулятором и камушком, после чего навел контату и активировал сейсмо-волну. Да… Похоже, мой невольный товарищ-фантом решил поступить с подготовленной атакой так же, как и с Дубовой Кожей до этого, усилив ее до пятого ранга.

Волна. Агрегаты покачнулись и с грохотом отлетели в сторону, увлекаемые мощным потоком энергии, я же в этот момент осторожно подхватил девушку и коротким ударом кулака сшиб связывающие ее оковы.

Волна. С гудением и визгом фантомы, увлекаемые ворохом обломков, полетели дальше, подхваченные самым настоящим локальным пусть и не земля-, но полотрясением. Еще одна — перекрытия окончательно не выдержали нагрузки и начали осыпаться, увлекая меня вниз вместе с ворохом строительного мусора, в который превратился окружающий нас зал. Вцепившись в технолиану, удержался, аки Тарзан индустриальных джунглей, но провода были закреплены куда хуже, чем я считал, так что я вместе с обнаженной девицей и обрывками кабелей полетел вниз.

Несколько кувырков, сальто через голову и прочие непроизвольные кульбиты, хоть и были смягчены Кожей, но унесли меня далековато вниз, выведя в забаррикадированный зал, расположившийся под тем местом, где фантомы устроили свою лабораторию, что было не так уж и плохо — маловероятно, что Маша с Дженни могли ожидать меня именно здесь, так что вряд ли пострадали. Правда, своими действиями я вряд ли смягчил настрой дымчатых засранцев, которые и без этого хотели меня грохнуть, так что бронедевочки сейчас были бы кстати…

Осмотревшись, я не обнаружил поблизости и кибернетическую пленницу, хотя первоначально плохое предчувствие и кольнуло меня: вокруг, пусть и присыпанные теперь уже обломками потолка, лежали останки тел. Руки, ноги, даже головы — все это было аккуратно отпилено или отрезано, и осталось лежать здесь огромной кучей гниющего мяса. Мой костюм оказался весь перемазан в гнилых останках, но вот запах тухлятины отсутствовал — как и ранее, лишь озон вперемешку с ржавчиной и запахом окислов, причем оттенок последних резко усилился. К несчастью, мне не удалось спокойно воспринять подобное, и я почувствовал, как чаще бьется сердце, а перед глазами начинает проявляться кроваво-красная пелена, приближая мою детранквилизацию.

Постаравшись отвлечься и сориентировавшись на звон, я добыл вторую партию камушков, которые, в отличие от первых, были гораздо более тяжелыми, хотя внешне отличить их было проблематично. Дальнейшее исследование пришлось приостановить, поскольку в комнате среди останков тел начал витать серый дымок, накрывая все конечности сплошной пеленой. Стараясь поскорее пробраться к выходу, я торопливо пошел вперед, выбирая путь так, чтобы не наступать здесь ни на что, когда что-то резко дернуло меня за ногу, и я тут же шлепнулся лицом прямо на чей-то череп: чересчур хрупкие останки лопнули, обдав меня ошметками гнилого мозга и телесных жидкостей, а на коже остались даже кусочки кости. Быстро проведя рукавом по лицу, я тщетно пытался успокоиться, дергая ногой и пытаясь освободиться: одна из отрезанных рук, покрывшись дымкой, вцепилась в мою лодыжку. Шелестящие голоса, мерзкий и сиплый хохот в ушах — взлетевшая вверх конечность отпустила меня и шлепнулась на гору из мяса, формируя нечто вроде исковерканного человеческого тела, состоящего из одних лишь обрубков. Лица давно мертвых людей открывали и закрывали рты, насмехаясь, а дымчатый контур фантома в центре этого месива хищно ухмылялся своей сияющей, подобно костру в ночи, улыбкой.

Глава 12

Послушавшись Сашу, Мария осталась на первом этаже, внимательно присматриваясь к пустому вестибюлю. Дженни в это время не находила себе места и почти непрерывно что-то бормотала, не забывая приправить все однотипными ругательствами. Это можно было бы в общих чертах понять… Мария была отличницей по новейшей истории, так что для нее не было секретом, что к моменту ДД заокеанские товарищи были весьма и весьма неплохо подкованы в военной мощи, но столь сильно увлеклись насаждением собственных идеалов по всему миру, организуя гарнизоны везде, где только можно, что в момент демилитаризации большая часть современного вооружения, превратившегося в Разломы, досталась странам Евразии. К этому же можно прибавить разрешение на ношение и хранение оружия, которое в итоге превратило половину страны в безлюдные руины, устроенные разошедшимися фантомами. В результате остальные страны получили доступ к фантомным технологиям куда раньше, и гонка была окончательно проиграна, так что Дженни «Абрамс» с сестрой «Бредли» явно пытались хоть как-то помочь подняться своей Семье, при этом используя технификацию первого поколения, а тут такие проблемы на пустом месте.

Правда, зеленовласая девушка всерьез не считала, что ее случайная напарница и впрямь дуется по-настоящему, но все же подобное отношение ее несколько коробило, будто бы речь шла не о парне, а о ней самой. Или, если обида и была, то из-за того, что Данила проиграл новичку… Все-таки видных мальчишек было не так много, и блондинке наверняка неприятно осознавать, что ее «командир», а на деле, наверняка, и куда более близкий знакомый, оказался в чем-то хуже других.

— Слушай, давай разберемся со всем после того, как выберемся, хорошо? — осторожно сказала Маша, примирительно протянув в сторону Дженни бронеперчатку. — Лишними тревогами ты только сбиваешь концентрацию.

— Без тебя понимьять, — огрызнулась американка, резким движением головы тряхнув своими роскошными кудряшками. — Зачьем он вообще уходийт?

— Он все-таки командир, мы должны просто выполнять указания, — не сумев найти ответ, Маша разочарованно выдохнула. — Эх, нам бы сюда хотя бы беспилотники…

— Этьо да… Ты слышать? — подняв палец вверх, Дженни замерла. На самом деле в вестибюле было сравнительно тихо, даже чересчур, так что куда слышнее были скрипы сочленений брони и лязг траков, чем что-либо постороннее, но где-то на самой границе слуха Маша уловила то, от чего ей стало не по себе. Снова это низкое гудение, резонирующие с ядром внутри ее тела, а следом — отголоски сейсмоволны, которые девушка очень хорошо запомнила после музея. Тогда все произошло очень быстро, но зрелище того, как совершенно незнакомый парень бросился вперед нее на обезумевшего монстра и вырубил его одним ударом, навсегда запало в ее сердечко.

— Я иду наверх, — коротко объявила Маша, резким движением снимая бронелисты с ног и тут же вправляя стабилизирующие штифты обратно.

— Ю кэн терьять стабилизейшн, — с тревогой произнесла Дженни, поглядывая на напарницу не без уважения.

— Ничего страшного, пушку оставлю здесь. Разделяться — не самая лучшая идея, но нам нужен хоть кто-то с максимальной боевой мощью, так что тебе лучше оставаться в целом виде, — сложив бронелисты на пол, Маша отцепила контролирующие кабели и с опаской положила свое основное орудие на землю. Чем меньше совпадает образ, тем труднее контролировать ядро, поэтому девушка молча указала Дженни на другую часть коридора, подальше от пушки, и та, поняв, тяжело топая и проминая линолеум, поспешила перебраться в другой зал.

Выдохнув, Маша бодро побежала к лестнице и весьма быстро добралась до второго этажа, раскидав в сторону гору стульев, что преграждала путь. Больше всего ее беспокоило то, что больше не было ни следов атаки фантомов, ни отголосков ударов Саши — неужели они уже его… Нет! Наплечный пулемет самопроизвольно развернулся в сторону, но девушка тут же остановилась и сосредоточилась на оставшемся у нее оружии.

Выйдя в коридор, девушка быстро осмотрелась по сторонам. Вокруг было пыльно, и по следам можно было бы понять, куда отправился парень, вот только натоптано было слишком сильно для заброшенного объекта, с которого исчезли люди. Вместо ожидаемых звуков атаки, Маша услышала тихие щелчки. Будто бы кто-то нервно разминал суставы, да еще и умудрялся к этому добавить постукивание пальцев по столу — просто чертовски нервный тип. Шум шел из кабинета неподалеку, и, хоть девушка и баловалась порой запретным кинишком и знала типичный сюжет ужастиков, оставить неведомого и потенциального противника за спиной было куда хуже, чем сразу с ним разобраться. Только вот на подготовке речь обычно шла об уцелевшей военной технике, которую необходимо обезвредить собственным вооружением, чтобы Искатели могли хотя бы подобраться чуть ближе, а не о чем-то, что способно находиться внутри жилого здания. Неужели здесь у кого-то с собой был пистолет или еще что?

Для танков самой простой тактикой было поглотить удар лобовой броней или даже позволить знергозаряду срикошетить, либо угодить в динамическую защиту — против легкого вооружения такое должно сработать без проблем. Загудев когтистой перчаткой, Маша резко подалась вперёд, вышибая дверь, и тут же встала прямо в проеме, нагнетая энергию ядра в плечевые бронелисты, которые ретранслируют защитную технику Рэйки дальше, на все тело.

Никаких летающих пистолетов, автоматов или чего-либо подобного. Просто офисное помещение со столами, компьютерами и останками служащих. Покрытый волосами череп ближайшего к входу мертвеца медленно повернулся и «взглянул» на зеленовласую гостью своими чернющими глазницами.

Послышался тихий звук сглатывания от Маши, после чего с низким гудением пулемет развернулся и дал очередь по офисной нежити — энергопули изрешетили останки, расщепляя кости на мелкие кусочки; часть зарядов проскочила между ребер и угодила в спинку кресла, взрываясь и отбрасывая скелет вперед, тогда как меткие пули наоборот, отталкивали монстра назад — прекратив стрельбу через несколько секунд, девушка выдохнула, наблюдая за тем, как останки прекратили шевелиться, оставшись на полу. После гибели ее одноклассника, Маша инстинктивно боялась мертвых, а уж когда они еще и ожившие…

Отступив на шаг, девушка почувствовала, как на что-то натолкнулась. На ее плечо легла костлявая кисть, начавшая нервно барабанить пальцами по металлу, но защита все-таки сработала, и еще один скелет, подобравшийся сзади, отлетел к стенке, будучи отброшенным энерговсплеском ядра, имитирующим динамическую защиту.

Челюсть мертвяка повисла на остатках истлевших мышц, когда черепушка настойчивой твари повернулась в сторону девушки, но по каким-то кривым шевелениям можно было понять, что скелет даже пытается что-то сказать. Взвизгнув от омерзения, Маша слегка подскочила на месте и взмахом бронеботинка снесла голову твари, после чего, смотря в потолок, подпрыгнула и размозжила грудную клетку существа и, потоптавшись, понадеялась, что тварь больше не встанет. Понимая, что наверняка на Сашу напали не они, девушка торопливо пошла вперед, когда из кабинета впереди вывалился еще один скелет, на этот раз с бумагой в руках. На ней было криво написано:

«Мария, сдохни. Сдохни в муках, вшивая метмерка».

— Да ты что себе позволяешь, мразь, я даже на свидание еще не ходила, — на что бы не рассчитывал этот монстр, но подобное обращение лишь укрепило концентрацию бронедевушки, и, замерев, она навела орудие — серые сгустки изрешетили посла мертвых вместе со странным текстом, после чего зеленовласка поспешила вперед. Еще один отголосок сейсмоатаки, затем снова, но, до того, как она успела добежать, часть здания просто обрушилась, а вонь окислов в воздухе на миг усилилась.

* * *

Ах, кажется, я понял. Эти фантомные сучки решили взять меня измором. Не смогли пробить защиту или победить тем, что было, и решили вывести из строя детранквилизацией. Только, как по мне, переборщили — убивать людей чертовски непросто и видеть, как страдают подобные тебе — тоже. А у этой твари, что появилась передо мной, пусть и были человеческие черты, но по факту это был лишь мерзкий монстр. Правда, успокоиться в подобных условиях все равно непросто, да и энергии на мощные атаки я потратил изрядно… Надо было с собой насобирать батончиков.

Вспомнив о Грете, я неожиданно для себя улыбнулся. Почему-то она действовала на меня успокаивающе, и ведь, наверное, волнуется сейчас где-то там, далеко. Да, черт возьми, я бы даже был рад знать, что она переживает, как бы это странно не казалось. Так что не стоит здесь сдыхать.

Все еще видя мир в алом свете, я отпрыгнул от потянувшихся ко мне десятков рук, не забыв хотя бы на пробу ударить мерзкое существо — быстрый базовый джэб промял тухлую структуру плоти, покрывающей монстра, оставив в чьей-то ноге большую вмятину. Ну вот, ничего же опасного, верно, такой же уязвимый ублюдок, как и все.

Расхохотавшись, монстр ловко сиганул вперед, сделав что-то вроде колеса за счет своего неадекватного числа конечностей, из-за чего за мгновение оказался рядом со мной и ударил разом десятком кулаков — выставив блок, я по инерции проскользил по покрытому тухлятиной полу, удерживая руки перед собой. Защита цела, но на месте попадания осколков начали вяло копошиться дымчатые щупальца.

— Ха, слабый МетМер не в состоянии удержать в себе семена. Сдохни, — поочередно пробормотали разные головы, пока монстр, громко топоча, вновь бежал в мою сторону. Контата стала жечься сильнее, но я все-таки собрал энергию для короткого бесконтактного удара — шлепнувшись на пол, убедился, что здоровяк не смог сразу же затормозить, и врезал по его основным конечностям — лопаясь, колени выгнулись, обнажая белизну трескающихся костей, затем подгнившие сухожилия окончательно разорвались и туша повалилась на пол, плюхнувшись всей массой на кучу таких же останков. С хрустом оторвав останки ног, и отбросив их в сторону, тварь подобрала себе новые и со смачным звуком разрываемой плоти, пристроила в общее месиво рядом с культями старых. От удара с части лиц исчезли носы, у других остался лишь болтающийся язык без сгнивших челюстей, но в целом монстр чувствовал себя ничуть не хуже, чем раньше.

— Хрупкие и бесполезные куски сахаров, белков и жира. Только с нами в вас есть хоть какой-то смысл, — неожиданно говорливым оказался фантом, хотя с таким количеством ртов это и неудивительно. Потратив время на литанию успокоения, я хотя бы позволил щупальцам исчезнуть, но и боевую технику подготовить не успел. Кувырок в сторону — монстр опять затеял хитрые кульбиты, но я в этот раз стал пробиваться к выходу: до второго этажа прыгать далековато, а вот дверь, хоть и завалена разнообразным барахлом, но приведет меня к коридорам. Только вот фантомная сволочь вновь провернула свой трюк — с пола поднялись сразу несколько рук, пытаясь вцепиться в меня и остановить, так что пришлось собраться с силами и перепрыгнуть отвратительно выглядящее колышущееся поле из гнилой плоти. Крутанувшись, я опять насобирал на свою одежку останки каких-то бедолаг и, тяжело дыша, разрядил таки псевдосейсмическую волну в груду мебели, разбивая все барахло в щепки и снося часть перекрытия.

Одновременно с этим тварь меня догнала и, не став больше цацкаться, сбила своей массой с ног и вцепилась сотнями крепких пальцев в меня — проникая сквозь каменную кожу, пальцы ломались, но монстр все равно пытался вцепиться и задушить, наплевав на сыпящиеся фаланги и обломки костей, что уже начали расцарапывать мой костюм, добираясь до кожи.

«Земля питает силой, и я порождение земли.

Земля отражает вечность, и я буду вечно с ней.

Моя плоть вернется к тебе, и ты дашь жизнь новым поколениям.

Позволь мне уже сейчас стать осколком твоей гранитной вечности».

Текучая серая дымка, бывшая разломанной Каменной Кожей, вновь стала восстанавливаться, формируя сплошную стену. «Гранитная непоколебимость» — из тех техник пятого ранга, о которых никто не стеснялся рассказывать, поскольку в настоящем бою глухая защита принесет мало пользы. Приятно, что она получилась так легко — фантом окутал меня, сделав похожим на огромную глыбу, окутав мощной толстой оболочкой, внутри которой я и сам-то не мог пошевелиться. Тварь заверещала, чертовски злая из-за того, что не удалось завершить начатое: непрерывные пинки и удары сыпались на меня градом, но монстр лишь вредил сам себе — во все стороны летели куски отваливающейся плоти, осколки костей, и все это сопровождалось весьма громким треском и хрустом переломов.

— Ты! — неожиданно монстр оставил меня в покое, но обращение принадлежало не мне — в дверях показалась обнаженная незнакомка, теперь уже выглядящая не так забито, как раньше — но хищная улыбочка на ее лице смотрелась весьма гармонично.

Зарычав, фантомная тварь метнулась к пробоине, отбросив меня в сторону, как ненужное барахло, а девчуля тем временем ловко подпрыгнула и, вбив пальцы импланта в стену, зависла на месте. Ко второй руке-манипулятору была прикреплена здоровенная дисковая пила, которая громко зажужжала, когда фантом приблизился к бывшей пленнице. Перепрыгнув махину, которая собралась ползти наверх следом за беглянкой, девица кувыркнулась через себя и, резко бросившись вперед, полоснула пилой по спине твари — бледное месиво плоти брызнуло соками и свернувшейся кровью во все стороны, забрызгав и обнаженную маньячку, но брюнетка на этом не остановилась — впившись клешней и хвостом в тело твари, она повисла на нем, будто пиявка, и продолжала вгрызаться пилой, нещадно кромсая плоть, пока монстр тщетно пытался сбросить с себя наездницу.

Еще один взмах зубчатым диском — кусок утрамбованного мяса вывалился из спины существа, а девушка помахала мне и хвостиком указала внутрь — там, среди нагромождения костей и мяса пульсировал еще один камушек, раза в два больше тех, что мне попадались до этого, вот только звона от него не было. Улыбнувшись, незнакомка толкнула монстра и, отпилив ему еще пару рук напоследок, убежала прочь.

«Разрушь защиту, что была мне дана, обратив ее в гнев против врагов твоих».

Как и ожидалось, униженный девчушкой монстр решил вернуться к более безопасной цели и, когда попытался схватить меня, «гранитная» оболочка взорвалась сотнями энерговсполохов, весьма похожих на пули технодевчат — завизжав, монстр отшатнулся, и я поспешил добраться до его истерзанной спины, пока хотя бы мог хоть что-то видеть — пелена стала совсем уж темно-алой, но я, погрузив перчатки внутрь, крепко вцепился в ледяной камушек и, уперевшись ногами в спину твари, резко дернул, на миг ощутив мерзкую вонь гниения.

— Саша! Саша! — услышал я громкий крик Маши совсем рядом, плюхнувшись на пол со своей находкой. Лишь заваленный строительным мусором из-за обвалившегося потолка зал без единого следа отрубленных конечностей и самого монстра, вместо этого — перепуганная зеленовласка, непрерывно поливающая огнем пулемета прущих сквозь пролом скелетов.

Глава 13, часть 1

Хм, ох и вряд ли мне все это почудилось — покрытые слизью шмотки и разорванный обломками костей монстра костюм никуда не делись. Ранки тоже остались, но, в отличие от вошедшего в ногу скальпеля с осколками, новые ранения так сильно не беспокоили, так что я даже не стал тратить время и энергию на «Дар Земли».

Камушек, добытый из туши твари, лишнее подтверждение реальности происходящего, причем весьма необычное — как я уже заметил, в отличие от остальных, он не фонил звоном, а так же был больше по размерам и тяжелее. Но, конечно, проводить детальный анализ сейчас было некогда — я был рад тому, что Маша нашлась, вот только она, похоже, слишком долго воюет со скелетами: вместо темного сгустка на уровне живота, девушку уже практически целиком опоясывала серая дымка, нарушая общий образ бронепластин и теперь больше напоминая очеловеченную фигуру фантома.

— Тише, Маш, я здесь, все хорошо, — успокаивающим тоном быстро сказал я, резко вскакивая с места. Ответом была еще одна пулеметная очередь, превратившая троих скелетов в обломки истлевшей костяной муки, после чего зеленовласка шумно выдохнула и схватилась за голову.

— Я понимаю, но все равно не могу успокоиться, — с тревогой произнесла девушка, не шевелясь. Очередная парочка скелетов сиганула через пролом, но я подскочил к ним через мгновение, и в какой-то момент показалось, будто бы нежить даже отшатнулась в сторону, когда я приблизился. Быстрыми бесконтактными ударами в грудину я развалил мертвяков на части, выгнав крошечных фантомов, что находились внутри них — да, так и есть, вместо полноценных силуэтов были лишь небольшие следы дымки без оформившихся алых глаз. Схлопотав от меня удар, мертвяки, похоже, ненадолго передумали, но моей однокурснице лучше не становилось. Заметив, что она без части своей экипировки, я предположил, что стабильность потеряна как раз из-за этого — блин, ну вот что она за человек, снова бросилась мне помогать… Хотя не сказать, что это мне неприятно, но сейчас ситуация не самая подходящая, да и я весь в какой-то хрени перемазан, истощен, да и еще и кое-как удерживаю стабильность, забивая голову непрерывным бормотанием. Раз сработало в прошлый раз, может и еще раз сойдет, но целовать Машу после того, как меня окунули рожей в гниль было бы не слишком вдохновляюще и наверняка бы сбило с настроя куда больше.

— Отключи защиту ненадолго, — коротко сказал я уверенным тоном, настолько резко, что девушка тут же бросила на меня взгляд, но, послушавшись, сосредоточилась — пелена понемногу спала, и даже фантом оказался внутри тела, перестав давить на зеленовласку своим присутствием извне.

— Что… Саша! — ойкнув, девушка замерла, когда я оказался сзади и прижался к ней. — Это… Ч-что ты хочешь делать?

— Черт с ними, с мертвяками и прочей нечистью, не думай о них. Расслабься, — шепча на ухо девушке почти что машинально, я и сам ощущал, как у меня начинают гореть щеки. Черт, надо же строить из себя мачо, а то даже стыдно как-то… Быстро сняв перчатки, я обнял девушку за талию, прижавшись к ней всем телом.

— Я… Я даже не знаю, — голос Маши был неуверенным, но она хотя бы точно отвлеклась от происходящего.

— Не нравится, когда тебя обнимает парень?

— Меня раньше и не… Эм. Не нравится! — словно бы пытаясь отстоять свое личное пространство, резко высказалась девушка, но, не оборачиваясь, все-таки добавила. — Хотя, Саша, если это ты… То я… Ответь!

— На какой же вопрос?

— Ох, а ты как думаешь… Или ты всех девушек лапаешь просто так? Не ожидала, — произнесла с укором девица, явно понизив свой статус детранквилизации.

— Нет, конечно, только когда это и впрямь требуется, — кое-как отвертелся я от прямого ответа — не потому, что мне Маша совсем вдруг не нравилась, а потому, что здесь точно не то место, где стоит узнавать впечатление друг о друге.

Проведя по плоскому животику зеленовласки, я осознавал, что мою руку отделяет от нежной девичьей кожи всего-то какие-то миллиметры тонкой ткани. Однако, даже так, девушка была очень горячей — то ли из-за усиленного энергообмена, о котором болтал препод, то ли из-за ситуации, но мне казалось, что мои руки сейчас ничуть не прохладней. Задышав чуть чаще, когда я добрался до верхней части живота, Маша замерла и тихим лязгом руки выдала свое волнение, но никак не попыталась мне помешать.

Комбинезон был тоненьким, и я, скользнув ладонями выше, добрался до нужного — плавно и нежно проведя руками по прелестям, я бесцеремонно стиснул пальцы чуть сильнее. Объемный бюст девушки на ощупь оказался восхитительным, мягким и соблазнительным. Еще чуть сильнее сжав пальцы, я услышал, как Маша тихо охнула, вновь лязгнув теперь уже ботинками, но вместе с этим даже в такой момент не сказала и слова против. Прижавшись сильнее, я размял округлости Маши уже уверенней, смакуя каждое нажатие и упиваясь неожиданной покорностью девчушки, наслаждаясь ощущением твердых сосочков, легко прощупывающихся через одежду, а вместе с этим — девушка слегка шевельнула и своей попкой, потеревшись о меня и оставляя сладостное чувство давления в паху своими сочными ягодицами.

— Саша, это же…

— Физиология это.

— А-а… Ну да, — смущенно прошептав, Маша сглотнула и вновь чуть подалась назад — она меня еще и дразнит?!

Увлекшись, я сам того не заметил, как гнетущая пелена рассеялась, да и фантом девушки вновь принял свой стандартный шарообразный вид. Ладно, пора смириться, что на меня девушки влияют куда сильнее, чем страсти-мордасти иного мира, но Машка-то чего? Так разомлела от ласки груди, пусть даже в последние минуты я и старался стиснуть ее сосочки пальцами прямо через ткань.

— Нам нужно выбираться, — сипло прошептал я, хотя мне совсем не хотелось прерываться, а, скорее, наоборот, был бы не против продолжить, но даже если девушка и согласится, помереть во время соития от атаки какого-нибудь пильщика — такое фиаско может даже в учебники попасть. Отстранившись, я с небольшим ощущением стыда глянул на перемазанную трупной слизью спину девушки. Извинюсь позже…

— Да, конечно! — нарочито громко выпалив, Маша тут же быстро закивала и отскочила от меня на шаг, стараясь все-таки не смотреть в мою сторону. — Ты нашел, что искал?

— Да… Правда, нет особой уверенности, что это поможет нам выбраться, но все же, — показав девушке «стандартный» камушек, который не был особо тяжелым или легким, я увидел, как глаза Марии расширились от удивления.

— О. Это, если не ошибаюсь, Катализ Ядра. По крайней мере, кусочки для моего брали из подобной штуковины, но точно не скажу… Надо же, вот это у тебя нюх, Саша, — улыбнувшись, девушка все-таки глянула в мою сторону, порадовав меня видом румяных от смущения щечек.

— Хорошо, если так. И где Дженни? — понимая, что вряд ли американка тоже была полна энтузиазма меня выручать, я надеялся, что мы все-таки сможем ее отыскать.

— Примерно там, где мы и вошли. Думаю, по коридору сможем вернуться, — указала девушка на не заваленную ничем стену, и, подойдя к ней, гудящим ударом кулака снесла дверь с петель. — Готово.

Никаких следов мертвяков или иных фантомов. Это, конечно, хорошо, поскольку у Маши с собой тоже не было подпитки, поэтому я мог теперь разве что ограничиться поддержанием защиты и использованием базовых ударов, если не хочу свалиться от истощения. Девушка же за счет использования одного лишь пулемета чувствовала себя лучше, но это не означало, что стоит палить во все, что видишь, без разбора. Пыльный коридор потихоньку вывел нас в направлении вестибюля, неподалеку от которого мы обнаружили в одной из комнат восседающую на куче хлама девицу.

— Вы где столько пропадали? — быстро и без акцента сказала девушка, нервно оглядываясь, после чего ойкнула и продолжила. — Что случьйилос?

— Столько — это сколько? — с подозрением спросила Маша, на что американка бодро ответила:

— Я здесь уже торчьять один час!

Посмотрев на меня, удивленная Маша получила лишь мой неопределенный взмах головой. Мы явно были в разведке меньше часа, хотя, если брать во внимание инцидент с монстром… Неужели тут какой-то Разлом в Разломе? В принципе, подобное может оправдать и то, откуда здесь взялось все найденное мной барахло, да и наличие пленницы… Вряд ли так запросто в ближайшем городке можно найти подобную виденной мной аппаратуру.

— Ладно, это не столь важно. Пока суть, да дело, я тут вспомнил один момент, о котором Виттман болтал, когда описывал этот Разлом — мол, первичная мембрана, бла-бла-бла… Есть мысли по этому поводу? — обратился я к девчатам, надеясь, что уж за тот месяц, что я отсутствовал, они могли хоть что-то изучить.

— В учебниках было указано только про первичный купол, это точно, — уверенно ответила Маша, и Дженни нехотя кивнула. — А уж что выясняется каждый день — кто знает.

— М-да. Ладно, давайте попробуем вернуться и использовать нашу находку, — предложил я, чтобы хоть что-то сделать. Была надежда, что найденный здесь материал будет своего рода пропуском, в противном случае все-таки придется разыскивать Сердце, чего мне на данный момент не слишком-то хотелось — если в простом домишке была такая чертовщина, что может быть там?

— Принято, но все-таки нужно забрать обвес, — пояснила Маша, направившись к соседнему залу.

— Алекс? Почему ты в такой вид, да и Мария тоже каверед виз слизь? — задала Дженни явно терзающий ее с момента нашего появления вопрос, но я лишь с важным видом отмахнулся, мол, потом расскажем, если что.

Ушли мы недалеко, поскольку по виду Маши было очень легко понять — что-то не так, вскоре мы и сами увидели: ее винтовка-пушка теперь была больше похожа на искореженный кусок металла, разлетевшийся обломками по всей округе, да так, что весь вестибюль разворотило, будто в него какая-то бомба угодила.

— И ты это не слышала? — с сомнением спросил я у Дженни, но та, как мне показалось, вполне искренне покачала головой, тоже с болью смотря на остатки оружия. Должно быть, для бронедевочек обвес становится чем-то гораздо более личным, чем может показаться на первый взгляд.

— Как же так… Я же до конца ощущала, что оно где-то здесь, а оно вон оно как, — зациклившись на одном и том же слове, Маша с грустным личиком бубнила слова, не решаясь даже подойти к останкам орудия.

— Его совсем нельзя восстановить?

— Ю кэн, но стабилизэйшн и привычка практический с нуля, — пояснила Дженни.

— Тогда просто забираем. Чем быстрее покинем это место, тем меньше вероятность, что приключится что-нибудь еще, — сказал я, после чего подошел к Маше и, воспользовавшись тем, что она не активировала полную защиту, положил руку ей на плечо. — Чем я могу помочь?

— А, нет… Думаю, наши смогут оплатить для меня восстановление, — тихо сказала девушка, сделав особый акцент на слове «меня». Неужели после музея от нее совсем открестились?

На самом деле, я все-таки рассчитывал, что найденные мной камушки стоят достаточно, чтобы Маша не расстраивалась. Тут правда был нюанс в том, что самостоятельно продать мне их вроде как и некому, чтобы получить денежку, если только дяде попробовать сбагрить… Черт знает, интересуется ли он фантомными технологиями в той же мере, как и Комаров. Хотя тому же Санте и компании вряд ли есть резон обижать Искателя с выручкой, иначе кто пойдет сюда в следующий раз? Или если сказать, что какой-то камушек — полный хлам, который копейки не стоит, то в следующий раз его банально не будут собирать, так что им же хуже.

Был еще вариант сдать часть камушков втайне от остальных: все-таки я их не все показывал, а уж что у меня на поясе — кто знает, но, как мне кажется, доверительные отношения были бы куда важней, чем мимолетный куш. Хотя Дженни, которая нихрена не сделала за это время и даже допустила потерю орудия, своими действиями так и подмывает оставить ее без доли. Но это все шкура неубитого медведя, разделкой которого я занялся, пока зеленовласка закрепляла слегка погнутые бронелисты на место.

Не став пока что никак обнадеживать Машу, я пошел вперед, к выходу — мембрана за это время приблизилась к нашей точке, но не столь близко, как это можно было ожидать за час, так что можно не беспокоиться, что эта штука сомкнется чересчур быстро. Шаг за дверь — аромат озона явно усилился, а вот тишина ничуть не радовала — верней, где-то на самой границе слышимости можно было ощутить стук Сердца, но это было больше похоже на то, что источник переместился куда-то ближе к реке. Если Санта в своей теории был прав, то источник Разлома меняет свое положение каждый раз, когда искатель-смертник попадает внутрь. Где же все-таки я был? И куда тогда исчезла незнакомка с имплантами?

Фантомов поблизости видно не было, но, как только наша небольшая группа вышла на улицу, я ощутил низкую вибрацию, вынудившую меня тут же глянуть в обе стороны широкой асфальтовой дороги, по краю которой мы сейчас шли. Если не здесь, то что может издавать подобный шум?

— Саша, ядро резонирует, когда поблизости другое, нестабильное ядро фантома, — схватившись за живот, объявила Маша, с тревогой посматривая в сторону дальней части здания, возле которой проходили рельсы.

— Биг кор в биг обжект. Вэри биг обжект, как танк, — добавила сморщившаяся Дженни.

Нет, вы серьезно? Не хватало еще здесь бронетехники, или… Прежде, чем я успел про себя выругаться, из-за стены здания показалась передняя часть локомотива. Просто поезд катается по рельсам, ничего страшного не было бы, если бы он не был сплошняком окутан серой дымкой.

Глава 13, часть 2

— Он ведь на рельсах, все хорошо, если мы не пойдем в ту сторону? — осторожно поинтересовалась Маша, на всякий случай прижимая к себе крепче обломки пушки, словно плюшевого медвежонка.

— При желании они позволяют захваченным объектам парить, так что… Дженни, подготовить атаку главным орудием. Мария, на подхвате. Огонь не открываем без приказа, — быстро нашептал я, где-то в глубине души надеясь, что поезд укатится в дальние дали по своим фантомным делам. Но, как только колеса оторвались от рельсов, и махина взмыла на пару метров в воздух за какие-то мгновения, я отдал приказ.

Придерживая руку с башней второй рукой, словно стабилизатором, Дженни с хищной улыбочкой выстрелила — мощный сгусток серой энергии умчался в сторону противника, вмяв девушку отдачей на пару сантиметров в асфальт, но ее, похоже, подобная мелочь не беспокоила. Секунда — и заряд с грохотом вонзился в боковую часть локомотива, корежа металл и разбрызгивая расплавленные капли железа. Следом пошли короткие очереди Машиного пулемета, с легкостью пробивающие искорёженную дымчатую защиту, оказавшеюся слишком тонкой против танкового выстрела, но и сам поезд начал разворачиваться. Вибрирующий звук, бьющий интервалами через какие-то миллисекунды, разнес все окна поблизости, а затем железная махина резко ускорилась и низко полетела в нашу сторону. Подготовившаяся Маша активировала траки в ботинках и откатилась в сторону, а вот Дженни, слишком увлеченная повторной зарядкой пушки, банально не успевала уйти с траектории. Нашептав хотя бы Дубовую Кожу, я зашипел от боли, когда защита американки столкнулась с моей, но все-таки вытолкнул ее к краю дороги.

— Тяжеленная. Фастфуд? — спрятав болезненную гримасу за кривой улыбкой и простецкой шуткой, я быстро поднял девушку с земли, не обращая внимания на ее раздраженное цоканье языком. Металлическая махина вспорола землю позади нас, разбрасывая во все стороны куски асфальта и обломки повреждённых усиленной энергоатакой колес. Пронёсшись мимо, локомотив врезался в стоявшее неподалеку здание и пробил огромную дыру в нем — во все стороны разнесся грохот обрушившейся крыши, стен и перекрытий, и вдобавок к этому поднялся огроменный столб пыли, за которым нельзя было увидеть, что фантомная машина затевает делать дальше.

— Дженни, огонь по дыре в здании, вряд ли он там запросто сумеет развернуться. Маша, экономь энергию. Где обычно находится ядро?

— Случайным образом внутри большой техники, но в свободном месте, то есть, не где-нибудь в толще металла, — быстро объяснила зеленовласка, на всякий случай направляя пулемет в сторону полуразрушенного здания.

— Принял. И, если его дернуть, то техника отрубится? — предположил я, исходя из того, что девчата до этого рассказывали о тактике захвата образцов. Правда, не думаю, что какая-то из девчонок захочет стать воплощением поезда, но так вырубить его должно быть куда проще, чем понемногу ушатывать энергозарядами.

— Да.

Ох, намечается чересчур напряжный день… Вряд ли мои спутницы смогут забраться внутрь летающей махины, а я, будучи большую часть на удаленном обучении, не то, чтобы особо тренировал транспортные техники, но уж будем работать с тем, что есть. Хорошо, что железяка частично убрала асфальт, стоит этим воспользоваться, что я и объяснил девчонкам.

— Я ведь все-таки владею Воздухом, — напомнила мне Маша, неодобрительно смотря после выслушивания моей идеи.

— Ранг?

— Второй…

Разведя руками, я дал понять, что дискуссия окончена, и бодро подбежал к границе взрыхленного асфальта. За это время в дыру уже угодила тройка зарядов Дженни, но локомотив пока что не надумал появляться. Шаг, другой, третий. Готовясь отпрыгнуть в любой момент, я без особого результата вглядывался в столб пыли, которая упрямо не хотела оседать, когда внутренности вновь ощутили вибрацию. Обернувшись, получил кивок от моих спутниц, и проверил крепление перчаток — сейчас скорость применения техник мне ой как пригодилась бы.

Со скрежетом и постукиванием колес по несуществующим рельсам, из недр здания выкатилась поврежденная махина. Передняя часть была раскурочена прямым попаданием «Абрамса», но вот искореженный металл странным образом по виду напоминал оскалившийся череп, глаза которого горели пресловутым угольным жаром. Издав протяжное гудение, смешанное с усиливающейся интервальной вибрацией, локомотив медленно подлетел вверх, из-за чего от него отвалилось несколько колес, и осыпались куски поврежденного корпуса. Еще один гудящий выстрел Дженни угодил поезду под низ, пробивая отверстие в центре локомотива, но фантом лишь ускорился и направил свою переднюю часть прямо на меня. Чиркающие звуки попаданий двойных пулеметов, проделывающих множественные отверстия с обоих боков транспорта, после чего я, наплевав на летящие в меня осколки, в последний момент сиганул в сторону, уходя из-под удара. Накренившись, стальная махина начала разворачиваться, продолжая двигаться боком и снося часть стены здания, из которого мы вышли не столь давно, стараясь тем самым зацепить хотя бы неуклюжих и медленных на вид девчонок, но в этот раз они разъехались сразу же. Я же тем временем вскочил и, запрыгнув в колею, ощутил приятное спокойствие от того, что стою на простой почве без всякого покрытия.

«Направь меня, позволь воспользоваться течением твоих песков».

Концовка транспортной литании была прочтена за мгновения, и я, прищурившись, ощутил, как тонкий слой почвы под моими ногами пришел в движение, быстро ускоряя меня, подобно транспортной ленте. Все быстрее и быстрее, разгоняя по всему пути атаки локомотива, а под конец — возникший из ниоткуда небольшой холмик запустил меня в небо — невысоко, но достаточно для того, чтобы зацепиться за буйную железяку. В уши тут же ударил злобный сипящий фантомный голос, бурчащий непонятно о чем, но, наплевав на все бормотания, я прошмыгнул внутрь кабины. Девчата сказали, что ядро для каждого вида техники индивидуально, но узнать его достаточно легко по… ага! Замаскировавшись под деталь пола, прямо возле выхода из кабины оказался небольшой металлический стержень, которой выдало то, что помимо серого дыма в его структуре были еще и небольшие огоньки, подобные искоркам в дыме от костра. Вцепившись обеими руками, я попытался оторвать вещицу от пола, когда со всех сторон послышался оглушительный скрежет сминаемого металла: подобно разному оружию, фантомы, похоже, решили избавиться от более не нужной вещицы, а тут я внутри как раз, прямо внутри уже деформировавшейся кучи железа.

Тогда, пробуем другое — собрав энергию в направленный удар, подобный тем, которые так любят специалисты Огня, я со всей дури ударил по ядру — раздался болезненный вой, после чего вещица потухла, а я на миг ощутил волнующее чувство свободного падения, после чего меня припечатало к потолку от того, что локомотив шлепнулся на землю, перестав принадлежать фантомам. Растеряв на этом последние крупицы энергии, я почувствовал усталость — хотелось просто присесть здесь же, уютненько так, в смявшейся от удара кабине, прислониться к стеночке и покемарить маленько.

— Саша?! — услышанный голос заставил мои слипающиеся глаза открыться, и я вяло протянул что-то в ответ, постучав для верности по нижней части металлической гробницы. Не прошло и минуты, как девицы своими бронеперчатками словно ножницами разодрали металл в клочья, сделав для меня проход.

— Ух. Ю а крейзи, — со слабой улыбкой сказала Дженни, после чего кашлянула и вновь постаралась придать своему личику невозмутимость.

— Ага, наверное, — похлопав себя по щекам, я отмахнулся от попытавшихся поддержать меня девушек, и медленно направился в сторону злополучной мембраны. К счастью для моего теперешнего состояния, идти пришлось совсем недалеко, так что вскоре мы молча уставились на слой плотного воздуха перед нами, в котором при желании можно было даже разглядеть наши размазанные отражения. Из того, что не жалко, были только осколки из раны и сломанное ядро, которое Маша все-таки выковырнула из пола, так что для начала я взял крохотный кусочек и метнул в сторону пелены — он благополучно исчез где-то с другой стороны. Чтобы раньше времени не радоваться, я повторил эксперимент с плиткой, которая благополучно ударилась о мембрану и осталась валяться внутри.

— Что ж, надеюсь, что это распространяется не только на найденные камушки, но и на нас самих, — сказал я мысли вслух, и, удерживая найденный возле техногнезда «Катализ», подвел руку к пелене — воздух возле сжатой в кулак кисти медленно разошелся в стороны, пропуская яркое свечение летнего солнышка внутрь. Да уж, наверное, я никогда так не радовался виду зеленеющей природы, как сейчас! Дженни облегченно рассмеялась, а Маша радостно взвизгнула — выдав им по такому же камушку, я подождал, пока девчата тоже поэкспериментируют, и, видя, как вокруг их силуэтов пробоина в пелене увеличивается, последовал за ними. Плотный воздух позади нас снова сомкнулся, а мы оказались там же, где и вошли, хотя по факту вышли в другом месте.

В нос ударил тошнотворный запах гниения, от которого меня замутило вдобавок к навалившейся усталости. Дженни так и вообще, унюхав подобное, поспешила избавиться от содержимого желудка, ну а Маша, похоже, вымоталась не меньше меня и просто медленно осела на землю, просто радуясь тому, что мы снова видим солнышко.

Однако, вокруг не было девчат из нашего курса, как и летунов академии. Вообще никого, не считая охранных систем корпорации, которые все так же безмолвно следили за бесшумным куполом, таящим в себе невесть что. Послышалось тихое гудение, на этот раз приятное, не фантомное — с тихим стрёкотом к нам подоспели удивленные охраннички на ховерскейтах и в перчатках, к моему сожалению. Ребятки сразу же поняли, кто мы такие, и связались по рации с кем-то еще. Я мог бы даже догадаться, с кем, хотя это могло быть и совпадением.

— Воу, Саня. Привет-привет, — с удивлением и радостью заявил Санта в наушник.

— Ага…

— М-да, действительно. Один вопрос, а потом отдохнете, ладненько?

— Как будто отстанете, если я откажусь, — вяло пробормотал я, желая как можно быстрее избавиться от смердящих гнилью одежек. Да и исцеление наверняка пригодится, хрен знает, что в таком логове могло в ранки попасть.

— Вы знаете, что вас не было целую неделю? Вы правда продержались там так долго и не погибли? Ах, да, я же про один вопрос говорил…

— Нет, не знаю, — тупо ответил я, пытаясь осмыслить. Как-то это сразу в голове не укладывалось, особенно сейчас.

— Ладно. Ребятки вам там все устроят, отдыхай Саня, заслужил… Уже заметил, что ты кой-чего добыл, так что, думаю, сработаемся, — радостно закончил Некто, отключив связь, а для нас тем временем организовали транспорт — помимо небольших домиков охраны, здесь, на территории возле Разлома, было и вполне себе неплохое жилое зданьице, где я смог привести себя в порядок, да и для девчат нашлась портативная станция по демонтированию обвесов, лишь вооружение технодевы поместили в контейнеры и оставили при себе, чтобы чего непредвиденного не случилось во время транспортировки. Камушки тоже могли быть опасны, так что я их сдал под опись, все-таки расценив, что выпендриваться тогда, когда толком не знаешь расценки на все эти вещицы — такое себе занятие, а Санта без лишних вопросов обещал в скором времени поведать о ценности наших находок.

Поспать, правда, не дали, так что обошлось все энергетическими батончиками, которые, впрочем, бодрили не хуже энергетиков. Штатный целитель обработал наши раны, после чего новый летун забрал обратно в академию.

Слухи, похоже, кто-то успел распустить, поскольку, несмотря на внеурочное время, когда большинство мажоров обычно уже либо грызло гранит домашних заданий, либо тусило где-то в городе по своим делам, территория вуза пестрила внезапно решившими прогуляться студентами. Приземлившийся роскошный летун еще и выбрал гостевую вертолетную площадку, чтобы мы уж наверняка не смогли уйти от чужих глаз, и, как только трап опустился, послышался радостный приветственный визг — может парни тоже что-то кричали, но за общим количеством девчонок это было бы сложно уловить.

Дженни, посмотрев на нас, кивнула уже без былой враждебности и, поправив волосы, походкой принцессы вышла вперед, самодовольно вздернув носик. Первой же к ней подбежала ее близняшка и стиснула в объятьях сразу растерявшую свой пыл американку, а затем и другие подружки поспешили навстречу. Данила же, похоже, еще не выписался или не счел нужным приходить, чтобы поприветствовать свою напарницу, хотя, закончив обнимашки с сестрой, Дженни бросала взгляды в толпу, надеясь заприметить рыжую шевелюру.

— Ох, вот в такие моменты джентльменство совсем ни к чему, — смущенно сказала Маша, но все-таки отправилась второй. Щурясь от яркого света габаритных огней летуна, она осторожно помахала всем рукой, но и к ней выбежали девчата, которых увидеть Мария, похоже, не ожидала.

Я же, не привычный к подобному, настроился и постарался смотреться серьезно. Уверенным шагом выйдя из транспорта, скромно улыбнулся, но присутствующие, похоже, не знали, как себя со мной вести. Были и крики, и овации, но я еще никого не знал, чтобы рассчитывать на теплый прием. Хотя, конечно, Грета и Мику были и могли прийти… Они-то, в отличие от нас, вернулись без проблем.

Вскоре я увидел бирюзовые хвостики, проталкивающиеся сквозь толпу в мою сторону, но, прежде, чем японочка смогла протиснуться, совершенно другая девушка выскочила из первых рядов со слезами на глазах. Светловолосая милашка с точеной фигуркой, очень удачно подчеркиваемой формой академии, разве что значок факультета у нее был другой, а курс — второй. Похоже, подобное было неожиданностью не только для меня, поскольку часть девчат затихла, когда блондинка добралась до меня и напрыгнула, вцепившись и крепко обняв.

— Сашка, дурак! Почему не сказал?! — шмыгнув носом, заявила Танька, уткнувшись в мое плечо.

— И тебе привет, сестренка…

Глава 14, часть 1

Некоторая неловкость, вызванная столь горячей на вид встречей, быстро рассеялась, когда окружающие осознали, что у нас с Танькой родственные отношения, только вот сестрица как вцепилась в меня, так и не отпускала, так что даже если кто и планировал подойти, то не решился. Мику осторожно помахала мне из первого ряда, ободряюще улыбаясь, и уже это вместе с визитом сестры подняло мое настроение, неслабо подпорченное не столь давними событиями.

К счастью, для остальных студентов было очевидно, что мы пропадали не на курорте, так что очень скоро толпа рассосалась на небольшие группки, которые занялись сплетнями и проработкой невероятного числа теорий о том, что с нами могло происходить за прошедшую неделю. Думаю, напридумывать успели бы многое, если бы мои спутницы не отделались от транспортировки вооружения в корпус техноведения за считанные минуты. Как только они были готовы отправиться в общежитие, слухи сменились ворохом назойливых вопросов: особенно большая толпа собралась возле Дженни, вызвавшись ее таким образом проводить до жилого корпуса, но даже под напором сокурсниц и фанатов американочка лишь удерживала на лице дежурную улыбочку, не спеша поведать о произошедшем. Около Маши тоже собралось немаленькое кольцо, ну а к нам с Танькой вместо фанатов наведались люди из числа служащих академии, чем наверняка еще больше окутали мою скромную персону лишними слоями загадочности. Увидев это, Мику дала знак, что переговорит со мной позже, и вот уже вместо отдыха я направляюсь в административный корпус, в котором обычно обитают преподаватели и всякие бюрократы из числа местных служащих. Так мне успела объяснить сестрица, поскольку сам я за мое недолгое пребывание в академии больше интересовался теми корпусами, где у нас проходят занятия.

— Почему не сказала? — первым же делом спросил я у Таньки, когда вокруг стало посвободней — не считая парочки девиц лет тридцати с внешностью стереотипных работниц библиотеки, которые и были нашими сопровождающими. — Мы-то думали, а ты…

— Мы? А, ты все маму относишь к числу волнующихся, зря, — грустно улыбнувшись, ответила девушка. — Ох, братец, как будто я не знаю, как бы ты это воспринял, — чуть наморщив носик, сказала блондинка, накручивая локон на палец, как она это обычно делала во время не слишком приятных для нее разговоров.

— Действительно, как же? С твоими оценками ты могла пойти куда угодно! Нет, блин, надо лезть к пушкам! Судя по нашивке, ты ж нихрена не на факультете теоретиков.

Бросив взгляд на эмблемку с крыльями, девушка вздохнула и ускорила наматывание.

— Да… Прости, я должна была сказать хотя бы тебе, — безэмоционально сообщила девица, лишь бы я отстал.

— И какого ты еще и на втором курсе уже?

— Экстерном последний класс закончила, — высунув язык, Танька ткнула меня ладошкой в плечо. — Ты же так на меня надеялся, как я могла подвести, верно?

Глядя на ее довольную мордаху, я лишь вздохнул и покачал головой. Всплыли слова «Ты учишься в первую очередь для себя, а не для кого-то», но я не настолько старший брат, чтобы подобным бросаться, а теперь еще и отстаю в какой-то мере. Не могу долго сердиться на Таньку, чем она и пользуется, пусть и редко. На самом-то деле да, кроме меня никто, наверное, и не переживал по ее поводу. Нет, маман, конечно, с видом сверхзаботливой матушки отправила ей баблосы на первое время, поскольку мне было негде их в таких объемах поднять, но большая часть — накопления, которые сестрица откладывала несколько лет.

— И что, неужели хватило тех денег, чтобы сюда поступить? Или… — тут я осекся. У Таньки не было следов фантома — значит, она не являлась технодевой. Неужели она тоже где-то попала? Представив на миг, как сестренке становится хуже и хуже с каждым днем из-за того, что она окажется смертницей, мне поплохело.

— Ну… Подобных академий все же несколько, а эта самая передовая, — не обращая внимания на мою реакцию, продолжала девушка. — Здесь даже ввели льготы для отличников учебы, так что я на бюджетном местечке.

Ага, конечно. Догнали — и еще дали халявы. Нет, может, когда вузы были государственными, так и впрямь было, но не в случае академии, принадлежащей корпорации.

— Да ладно? И в чем резон Комарову влить в тебя деньги, если ты потом возьмешь и срулишь к дяде, например?

— А ты тогда почему здесь? — нахмурившись, сестрица отпустила свои волосы и посмотрела на меня с укором. — Вот так вот сам по себе решил, что можешь стать Искателем? А если бы ты не вернулся сегодня? Я потеряла папу, не хочу еще и тебя лишиться, — зажмурившись, Танька отвернулась, сказав последнее изменившимся голосом, будто бы сейчас заплачет. Нет, она, конечно, была в чем-то права, но на вопрос все-таки толком не ответила, а теперь еще и применила свое мощнейшее оружие. Вот ведь… Столько не виделись, а приемчики все те же!

Учитывая, что мы уже успели подойти к нужному зданию, дальнейшие вопросы пришлось отложить в любом случае. Административный корпус по своему виду напомнил мне какой-нибудь сельский Дом Культуры, с аляповатой лепниной, неуместными колоннами и мраморной отделкой. Внутри, впрочем, зданьице было комфортным, наверняка с климат-контролем каждого зала, не говоря уж о вычурных фильтрах на окнах, улавливающих малейшие пылинки.

По голографическим бейджам наших сопровождающих уже можно было догадаться, что идем мы не в деканат или к ректору; пройдя по запутанным коридорам, оказались в куда более высокотехнологичном на вид крыле здания, где разве что умников в халатах и респираторах не хватало для формирования образа очень-важной-лаборатории-с-белоснежными-стенами. Оказавшись возле кабинета с золотистой надписью «Некто», мы без лишних церемоний вошли: как и ожидалось, там восседал Санта за простеньким овальным столиком, попивая какой-то напиток из стоящего неподалеку графина с автоохлаждением. Получив приглашение присесть, я отодвинул кресло и усадил сначала сестру, а затем и сам расположился напротив молчащего бородача.

— Ох-хо-хо! Кольцовы, приветствую вас в своем логове. Извиняюсь, что выдернул из объятий друзьяшек и оторвал Санька от долгожданного отдыха, но стоит сразу кое-то прояснить. Не против? Кстати, угощайтесь.

— Мы ж уже пришли… — устало высказался я, подцепив со стола стакан с уже налитым лимонадом и с удовольствием его пригубив.

— Все же, стоило спросить. Так, Саня. Первое правило Разлома — никому не рассказывать о Разломе, понял, да? — улыбнувшись, бородач будто бы оценивал, смотрю ли я запретные киношки. — Кроме служащих корпорации, конечно.

— Понял. И даже не запросите подробный рапорт или отчет, как там правильно?

— Ох-хо-хо, я бы хотел, только вот если там были детранквилизующие образы, а они были сто процентов, я бы не хотел расшатывать твой статус никому не нужными писульками. Вместо этого обойдемся наводящими вопросами, а рапорт можешь написать позже, когда все уляжется. Не забесплатно, конечно, мы ценим качественную работу наших Искателей, — поспешно добавил Санта, жестом обозначив, как отсчитывает деньги.

— Хорошо. Но, — собираясь спросить, зачем по этому вопросу здесь Танька, я перевел взгляд на нее, и Некто поднял руки вверх.

— Всему свое время, Саша, мы к этому еще вернемся. Итак, несколько вопросов. Готов?

Отхлебнув, я кивнул, и Некто активировал проектор позади себя, демонстрирующий счастливую парочку.

— Пришлось ли тебе для стабилизации статуса проводить какие-либо, скажем так, межполовые взаимодействия с сопровождающими тебя технодевами? С целью спасения тебя или их?

Конечно, это было чертовски смущающе, даже когда сейчас вспомнил об этом. Но, полагаю, спрашивают не из-за праздного любопытства, чтобы выяснить, кто с кем спит.

— Да, — коротко сказал я, никак не отреагировав на удивленно приподнятую бровь сестрицы.

— Отлично. Думаю, в скором времени мы можем обнародовать результаты, раз у нас есть уже столь много наблюдений по этому вопросу, — обрадованно заявил Некто, потирая руки и указывая на парочку. — Наша академия первой ввела совместное проживание мужчин и женщин именно с этой целью. Назовем это… ретранквилизацией. Образно говоря, по нашим наблюдениям: когда человек сталкивается с угнетающими явлениями, зачастую связанными со смертью, убийствами и подобными картинами, фантомы быстро ведут его к детранквилизации и убивают. Является ли это их целенаправленным воздействием или случайностью — пока неизвестно, но факт остается фактом.

— Это общеизвестно, — сказала заскучавшая Таня, и Санта с укором посмотрел на нее.

— Это нужно для полноты картины. Наоборот, когда два юных, готовых любить, сердца оказываются рядом и начинают тесненько так взаимодействовать друг с дружкой, делая то, что в итоге может привести к образованию новой жизни, детранквилизация словно бы меняет свой заряд с негатива на позитив, отчего душевное спокойствие восстанавливается, — расплывшись в улыбке умиления, сообщил Некто. — Как могли заметить, у нас не учатся те, чьи семьи были бы против подобной мимолетной интрижки, так что простор для экспериментов весьма большой, — добавил бородач, видимо, намекая на бесплодие технодев.

Ясно. Это не я бабник, это официальное явление такое. Кстати…

— И что, ты с каким-то парнем в одной комнате спишь? Кто он? Если он тебя обижает, я ж ему рожу-то отполирую! — спросил я у Таньки.

— Нет. И с чего вдруг?

— Ребят, вы вообще слушаете? Э-э-эй?! — казалось, Некто был разочарован.

— Слушаем, здесь все ясно: тискаться надо друг с дружкой, — ответил я. — А что насчет наиболее эффективных, эм… Способов?

— А это уже индивидуально, факторов-то много разных. Как некоторые явления не вызывают детранквилизацию у одних, но пагубно влияют на других, так и в этом деле. Правда, опыты ставить в таком ключе куда интересней, — мечтательно протянул бородач. — Хорошо. Погнали дальше: были внутри Разлома агрессивные фантомы?

— Да.

— Были ли внутри Разлома следы агрессивного обращения с телами людей? Ампутация, замена конечностей, — продолжая вопрос, Некто пристально смотрел на меня, словно бы рассчитывая не упустить, захочу я солгать по подобному вопросу или нет. Раз речь не шла о найденной в плену девчушке, я молча кивнул — есть вариант, что Санта расскажет что-то подходящее сам. Даже если считать, что мы с незнакомкой квиты, пусть даже я изначально и не рвался ее спасать, стоит для начала выяснить, с чем имеем дело, а то еще и меня на опыты отправят из-за близости с такой невиданной аномалией…

— Ясно. Что ж, тебе, как командиру Искателей, и Татьяне Геннадьевне, как одной из лучших студенток своего факультета, лучше сразу узнать информацию по этому вопросу, наверняка может пригодиться в следующий раз. Конечно, ты можешь нас корить за то, что сразу не предоставили подробную информацию, но ты первый из наших Искателей, кто столкнулся с подобным, а доверять собранным в других корпорациях данным стоит далеко не всегда… — виноватым тоном сообщил Некто. — Но молчок, поняли? Если хотите и дальше продолжать наше плодотворное сотрудничество, — добавил Санта, приложив палец к губами, после чего вывел на экран большой слайд с разнообразными фотографиями, показывающими разнообразные производственные цеха, правда, какие именно, сказать было сложно. — Это в том числе и связано с тем происшествием в музее…

— Так это был ты?! — изумленно воскликнула Танька, смотря на меня так, будто впервые увидела. — Саша, черт, почему ты такой молчун?!

— А, все хороши, — отмахнулся я и в этот раз внимательно посмотрел на Санту. — Так что же?

— Мы до сих пор не знаем, почему фантомы пришли в этот мир, лишь тыкаемся, как слепые котята, пытаясь не выйти слишком далеко за рамки негласных правил, что установили эти существа, — начал бородач, поглаживая свою растительность. — Контаты, технодевы… Всё это — попытки обмануть навязанные ограничения, и они работают. Но что, если ограничения связывают руки не только нам, но и этим тварям? — философски изрек Некто, подняв указательный палец вверх. Видя, что мы внимательно слушаем, мужчина улыбнулся и чуть приблизил фотографии. — За последний год произошло больше полусотни случаев похищения оборудования на различных предприятиях, причем есть сведения и о разграблении давно не использующихся складов с потенциально детранквилизующим и, честно говоря, бесполезным на данный момент медицинским оборудованием.

— И это не просто воришки, верно? — уточнил я, начиная догадываться, к чему ведет Некто.

— Верно, Саня. Все это произошло не то что в разных городах, даже во многих случаях — в разных странах. В разное время, разное оборудование… Совпадением было лишь то, что во всех случаях перед этим был зафиксирован скачок детранк-статуса кого-то из посетителей.

— То есть, сканеры на входе ничего не показали? — спросила заинтересовавшаяся сестрица, и бородач кивнул.

— Да. Обычно на всех подобных, потенциально опасных в случае активации фантомов, заводах и фабриках усиленный контроль. Датчиками нашпигован каждый квадратный метр, чтобы потом не было проблем ни с семьей погибшего, ни с восстановлением дорогостоящего оборудования… Но суть в том, что похищениями занимались детранки, владеющие контатами, которые не погибали сразу же после обновления своего статуса. Причем их фантом настолько повышал их ранг, что никто из штата простых охранников не был в состоянии за ними угнаться и хоть что-то противопоставить.

— Зато с братцем шутки плохи! — уловив мысль, с гордостью заявила Таня. — Ты ведь раскатал ублюдка?

Глава 14, часть 2

Прежде, чем я успел что-либо сказать, Санта продолжил:

— Полагаем, что в том случае причиной было то, что никто не ожидал нахождения молодого человека с рангом, как у Саши, среди школьников; целью скорее всего должна была выступить экспозиция с новейшими изделиями в области бионических протезов Семей Габович и Хасегава. Посеяв панику, детранк смог бы относительно легко скрыться вместе с добычей даже в черте города из-за использования высокоранговых транспортных техник.

— Ясно. Так зачем им это?

— Вот здесь и начинается неизвестная часть. Есть предположение, что фантомы пытаются таким образом обрести тела, обманывая условия нашего сосуществования со своей стороны. Скажем так: пока мы пытаемся привнести искусственность в облик человека, чтобы сделать его более похожим на одержимую духом вещь, духи вещей пытаются сделать предметы более человечными, чтобы походить на людей, — загадочно произнес Санта.

— Тогда они смогут взаимодействовать с нами и без предметов, — мрачно заключила Таня.

— Верно. Думаю, не стоит объяснять, что число боеспособных людей, а уж тем более технодев ни в какую нельзя сравнивать с потенциально возможным числом очеловеченных фантомов, что могут однажды прийти к нам из Разломов.

— И как можно подобное держать в секрете? Это же уже не курсовая работа по какому-нибудь фантомоведению! — воскликнула сестрица, и я был с ней в этом согласен.

— Ох-хо-хо, ребят, тише. Вот представьте на минуточку, если все СМИ об этом заголосят. Что тогда? Постоянное волнение и потенциальный рост детранк-статуса. А что, если именно это и спровоцирует фантомов? Поможет им воспользоваться паникой и под шумок напасть? Пока люди спокойно живут повседневной жизнью, вдалеке от смертей, оружия и всех этих нелицеприятных духов, всем же лучше.

Переглянувшись с сестрой, я нехотя кивнул. Раз находятся те, кого киношки способны вывести из себя, про подобное и говорить нечего. Тем временем Санта продолжил:

— Но это и не значит, что мы сидим на заднице ровно: негласно повышен контроль за всеми нестабильными владельцами контат, но, конечно, речь идет о всем мире, так что уповать на подобное не стоит… Поэтому-то мы заодно стараемся вытащить из Разломов как можно больше техники и ресурсов, так что сейчас, можно сказать, золотая пора для Искателей, — с улыбкой добавил Некто. — И вообще, что-то вы совсем раскисли. То, о чем я вам рассказал, происходит не месяц, и не два, сами должны понимать, сколько времени прошло с ДД, а с тех пор жизнь во многом стала только лучше, так что и с этим разберемся! — даже такая вдохновенная и ободряющая речь на нас не слишком повлияла, поэтому Санта раздраженно вздохнул и устроился в кресле поудобней.

— Хотелось бы верить, — сложив руки под грудью, Таня всем своим видом выражала недовольство. — До сих пор число ребят по отношению к девчонкам не восстановилось, а вы тут толкуете о том, что может погубить еще больше мужчин.

— Ладненько, лучше перейду к приятным новостям, — поспешно объявил бородач, и вместе с этими словами выудил из-под стола небольшой стеклянный контейнер с одним из камушков, которые я добыл в Разломе: тот, который ничем особым не выделялся, а Маша назвала его «Катализом». — Так-с, запоминаем — это гамма-фантазит. Используется в производстве ядер технодев, так что вещица, как ты, Саня, должен понимать, ценная. Молодцом. Осколки — бета-фантазит, используется в создании контат, его достаточно много у школ Рэйки, так что сокровищем я бы не назвал, но, учитывая размер, верно сделал, что прихватил, — сказал Санта, указывая на крошечные кусочки, что я достал из раны, после чего открыл голографическое изображение, показывающее большой и тяжелый камень, выдернутый из тела твари. — Вот это — интересно. По структуре он весьма схож с гамма-фантазитом, так что резонно предположить, что может использоваться в качестве катализа, но какие свойства будут… Пока что умники в растерянности, поэтому самое время читать любимые литании в надежде на то, что мы станем богачами, обнаружив что-то невероятное! — энтузиазм Санты передался и нам с сестрой, так что пауза сопроводилась троицей сребролюбивых улыбочек, и тишина длилась до тех пор, пока Танька радостно не взвизгнула:

— Неужели он?!

— Все верно, Кольцова. Брательник раздобыл левитационный катализ, — с такой гордостью сказал Некто, будто бы это он притащил те самые легкие камушки, на которые сестра так бурно среагировала.

— Стоп-стоп. Если катализ, то для ядра, верно? Но…

— Да, Саш, я уже установила первичное ядро, так что можешь со мной не спорить по этому поводу. И почему ты так пялишься на мой живот?!

Санта дал знак, чтобы я прекратил, но меня это не слишком-то успокоило.

— А как же дети? Наша фамилия так прервется совсем… — ошарашенно пробормотал я, осознавая, что если сестра вот так запросто стала технодевой, то вся надежда на меня. А я по воле случая выбрал не самую спокойную профессию для семьянина. Санта тем временем стал маяковать мне совсем уж активно, и я отмахнулся от своевольной девицы, дав тем самым понять, что отложил разговор на потом. — Ладно. Но… С помощью этой штуки что, и впрямь можно летать?

— Парочка академий хвасталась подобными разработками… в деле мы подобных технодев не видели, но — скорее всего, — обрадовавшись смене темы, сказала Таня, а Некто, раздраженно постукивая пальцами, вклинился в наш разговор:

— Кхм. Ежели закончили, я объявляю самое важное в связи с обнаружением левитационного катализа. До этого момента мы были, как это говорится, сапожники без сапог. Под боком аэродром, а у нас на факультете воздушных операций ни одной технодевы с обвесом — было бы смешно, если бы не было так грустно. Над нами уже другие академии втихаря посмеивались, — недовольным тоном начал Санта. — Как раз находка совпала с утончением первичной мембраны Разлома на месте аэродрома Балтимор.

Слайд сменился на изображение просто огроменного купола. Если тот, что висел над АЭС, был очень большим, накрывая всю территорию, то этот еще и в высоту был вытянутым, отчего форма купола вместо правильной полусферы больше походила на нечто эллиптическое. Фотография была сделана с большого расстояния, плюс качество было не самым лучшим из-за мутного воздуха на месте мембраны, но я почти сразу узнал самолет по раскраске и форме.

— Су — 37? Но их не должно быть на «Балтиморе», До реконструкции на нем были лишь Су −34, — быстро сказал я, и Санта вместе с Таней поглядели на меня со смесью восхищения и удивления.

— Оу, братик, ну ты даешь.

— Все верно, Саня, молодцом. Да, там не только таких моделей не было, но и явно дело одним самолетом не ограничивалось, но это в порядке вещей, на самом деле. В идеале бы было послать группу прямо сейчас, но без нашей звезды, Александра Геннадьевича, это было бы слишком, — улыбнулся Санта. — Отдохнешь — и завтра можешь выдвигаться. К слову, это гонорар за предыдущую операцию, а ты уж сам распредели между Машей и Дженни, как посчитаешь нужным, — вместе с этим бородач пододвинул ко мне бумажку с цифрами, а браслет тренькнул пополнением счета. Когда я несколько раз сверил количество нолей, я было подумал, сколько же получает сам Санта и все остальные, если даже мне суют такие громадные деньги. Хотя, конечно, любая война выгодна оружейникам, не удивлюсь, что некоторые слухи все-таки разошлись, и те, у кого нет выхода к Разломам, поспешили заручиться поддержкой таких Семей, закупив технологии или даже сразу технодев. В таком случае озвученные зарплаты не кажутся столь уж удивительными. Да и, понятное дело, что я рисковал жизнью, но с такой суммой, даже если разделю поровну, можно квартирку спокойно купить. Вторым вопросом было то, куда теперь вкладывать деньги, если сестрица оказалась в той же упряжке…

— Татьяна, вы, кстати, определитесь до завтра, с кем пойдете, с Данилой или Семеном? — продолжил Некто, пока я охреневал от суммы, но сказанное меня вынудило ответить сразу же:

— Со мной.

Повисла небольшая пауза, после чего Санта кашлянул и осторожно сказал:

— Не подумайте, что я лезу со своими моральными устоями и прочей чепухой, меня это ничуть не интересует. Но… Если Татьяна получит повышение детранк-статуса… Или у вас такие отношения с сестрой?

— Нет! — высказались мы одновременно, даже слегка покраснев. Санта ничего не сказал, но его хитрое выражение лица говорило само за себя. — Мы это обсудим, — выдавил я из себя в качестве хоть какого-то ответа. Сложно это, поскольку с рыжим неадекватом я ее точно не хочу оставлять, а второго я вообще не видел.

— Хорошо. На этом, пожалуй, все. Татьяна, не оставите нас на пару минуточек?

— Конечно, — стараясь скрыть от меня пунцовое личико, Танька поспешила выйти.

— Что касается вашей особенности, Александр, то об этом не стоит говорить даже сестре. И тем более своими действиями давать понять, что вы видите фантомов, — слегка раздраженным тоном сообщил Санта, когда мы остались вдвоем. — На всякий случай сегодня примите антидот, поскольку мы еще не знаем, как сказалось столь долгое пребывание внутри Разлома… Полное обследование проведем в рамках еженедельного медосмотра, перед выходными.

— Хорошо, — взяв небольшой пузыречек с поблескивающей фиолетовым излучением суспензией, я поинтересовался:

— И что, точно нельзя никак с Таней решить вопрос иначе? Ну там, я же могу ее обнять, успокоить…

— Кто знает. Многое вы сами решаете и изобретаете прямо сейчас, так что порой нет каких-то четких законов. Как и с парами все индивидуально; если на вас подействовал поцелуй Марии, то другому может этого и не хватить. Эм, я не пытаюсь уязвить твою мужественность, Саня, просто как факт, — поспешил поправить себя Некто. — А что касается Данилы Александровича… Да и других Искателей. Как мог заметить, я умышленно не спрашиваю о том, где именно и при каких условиях были найдены камни. Конкуренция среди Искателей — нужное явление, иначе все будут ходить по проторенным путям, хотя это и проблематично, конечно, на фоне постоянно изменяющихся Разломов, но суть в том, что требуется что-то новое. Ты отличился, и завтра остальные попробуют тебя обогнать, зайдя дальше, где, возможно, найдут что-то еще более невероятное. А может и погибнут, что не редкость, иначе бы у нас единственными активными Искателями не были первогодки, — со вздохом сообщил Некто. — Собственно, я это к тому, что не стоит прогибаться под Данилу, но и загонять его в больничку тоже совсем ни к чему… Пусть даже он и сам виноват.

— Это расценивать как предупреждение?

— Просто совет.

Пригладив волосы, я молча кивнул. Похоже, на этом разговор был окончен, так что попрощавшись, я покинул административный корпус, так и не обнаружив Таньку. Похоже, под шумок она решила слинять, чтобы не продолжать сразу несколько не самых приятных для нее тем, а я ведь даже не знаю, где именно она здесь живет. Оставалось только вернуться к себе, заодно немного проветрившись: на улице уже стемнело, прохладный ветерок был весьма кстати после пусть и комфортного, но уж слишком «искусственного» воздуха помещений корпуса. Деревца приятно шелестели листьями, вновь настраивая меня на медитативный лад, выработанный в школе Земли, и я, свернув на дорожку, по которой уже никто не шлялся из студентов, быстрым прогулочным шагом направился в сторону общежития.

Деревьев вокруг было весьма много, да и занимали они почти все свободное пространство между корпусами; было ли это показателем крутости Комарова, или было своего рода подспорьем для учеников моей школы, которых наверняка было больше всего, я не знал, но, похоже, от столь густой растительности были свои проблемы: уже пару раз мимо пронеслись патрульные дроны, представляющие из себя просто небольшие летающие сканеры. Неужели из-за детранков? Мой браслет пару раз отзывался на сканеры беспилотников, так что с этим проблем не было, но само ощущение слежки меня немного напрягало, тем более, Санта обмолвился, что за всеми нестабильными владельцами контат повышен контроль, а после случая с рыжим я подхожу под это определение.

Успокоив себя легким насвистыванием, я постарался сосредоточиться на шелесте листьев, когда услышал еле слышимый хруст веточек. Очевидно, что все студенты в лучшем случае шли бы по дорожкам, а то и вовсе воспользовались транспортом, так что это может быть кто угодно, начиная от тайных фанатов, в наличие которых я не слишком-то верил, и заканчивая ненавистниками, которым успешный новичок мог встать как кость поперек горла.

Продолжая насвистывать, я сразу же принялся за чтение литании Каменной Кожи, между делом нацепляя концентрирующие перчатки, перед этим сделав вид, что мне зябко. Хруст не повторился, да и неподалеку опять прошмыгнули дроны, но, когда я ускорил шаг, одно из деревьев скрипнуло, и тогда же меня что-то резко сдернуло с дорожки.

Кожа смягчила мое падение, и даже удар спиной о ствол березки был почти неощутим, так что я вскочил сразу же и поставил блок, но удара не последовало.

В темноте ярко светился оранжевый глаз закутанной в черную куртку незнакомки из Разлома, которая, прищурившись, подошла чуть ближе, опустив щелкнувший манипулятором хвост до уровня земли. Бегло осмотрев меня, она тихо спросила:

— Почему ты отдал Семя?

Глава 15, часть 1

Возможных вопросов к оранжевоглазой незнакомке у меня было немало. Вряд ли она со своей колоритной внешностью курточку купила в магазине, да и, пусть даже до АЭС было не так уж и далеко, не верится, что она пешком добралась за это время. Остановила чью-то машину? Маловероятно, что за городом мотаются пустые авто… Про сканеры на территории Академии я и не говорю уже, хотя, насколько могу судить, фантомы, оккупировавшие тело девицы, сейчас были спокойны, оставаясь еле заметной дымкой в ее хвосте и манипуляторах. Ну и оставались такие незначительные темы, вроде того, что она забыла внутри Разлома, как выбралась и куда делась потом…

Помимо куртки девица обзавелась небольшой пластинкой, прикрывающей ее левый глаз, хотя в Разломе она вроде как была без подобных увечий. Правда, помня о подготавливающих бойцов фантомах и видя нетерпеливость девицы, я воздержался от лишних фраз, сосредоточившись на интересующем ее вопросе, который меня несколько озадачил: я помнил, что тварь, с которой я сражался, что-то там вякала про семена, но это было до того, как я выдернул у нее камень. Вряд ли монстр так отзывался о найденных мною камнях… Или о тех кусочках, что я вытащил из раны?

— Семя? Ты об осколках?

— Нет. Но они тоже — семена, семена Седрос, — без каких-либо эмоций на лице ответила девица, продолжая меня внимательно разглядывать. — Семя Ойтаци. Большое. Из Труподвига.

— Забрали в лабораторию.

— Пайдо! — резко сказала девушка таким тоном, что это явно было ругательство. — Я знаю, что его у тебя нет. Где оно теперь?

— Это все наверняка важно, но если меня обнаружат сканеры посреди деревьев, думаю, нашей встрече придет конец, — между делом сказал я. — Эй, что…

Резко рванув вперед, девица впечатала меня в дерево и крепко прижалась, обхватив ствол манипуляторами. Каменная Кожа не пропустила удар, но, в отличие от динамической защиты технодев, позволяла чувствовать обычное прикосновение. Черт, и как в подобной ситуации у меня мысли перенеслись к груди незнакомки, которая так плотно прижимается ко мне? Не найдя ничего лучше, чем опустить руки на талию девушки, я почувствовал, что куртка от движений у незнакомки задралась, и я теперь ощущаю жар ее кожи даже через ткань перчаток. И, самое забавное, после всех мерзостей внутри Разлома, от девушки пахло свежестью, возможно, тем самым ароматом озона.

Впрочем, происходящее оранжевоглазку ничуть не смущало, и она, ткнув меня носом, посмотрела в сторону тихо жужжащих беспилотников, которые вполне себе спокойно пролетели практически над нами без каких-либо сигналов тревоги, по крайней мере, явных.

— Как тебя хоть зовут?

— LK — одиннадцать.

— Элька?

Имя без числа девушке показалось сначала явно непривычным, но она осторожно кивнула, вновь коснувшись моей щеки носом.

— Спасибо. Я — Саша. Возможно, ты посчитала меня прошаренным парнишей, раз я мотался внутри Разлома, но я, мягко говоря, совсем не в теме…

— Я так и подумала, — впервые за время нашей недолгой встречи на лице девушки промелькнула улыбка. — А это что выпирает?

Ну, не говорить же ей, что она очень уж в моем вкусе, особенно когда не видно манипуляторов… Мне и самому подобное кажется странным, но уж, как говорят, сердцу не прикажешь, хотя здесь, вполне возможно, не оно правит балом.

— Это…

— Пайдо! Выбрось это, — достав выпирающую у меня из кармана склянку на удивление ловким хвостом, девушка с омерзением посмотрела на ее содержимое. — Это же надо догадаться… Суспензия Аква Седрос. Тебе желают зла, Саша.

— Так может любой сказать. Пока что я вижу, как ты бросила на землю антидот, который поможет мне не сдохнуть, — с раздражением сказал я, понимая, что девица, по крайней мере, не собирается причинять мне вред.

— Антидот? Нет. Сними перчатку, — Элька отстранилась, дав мне немного свободы и я, пожав плечами, избавился и от концентрирующих, и от форменных перчаток. Осторожно коснувшись моей кожи ледяными пальцами манипуляторов, девушка присмотрелась к силовым линиям контаты, после чего ткнула металлическим когтем в переплетение узоров. — Вот.

— М-м? — похоже, девица отлично видела в темноте, мне же пришлось подсветить экраном браслета. Да… Темная краска, составляющая рисунок, в указанном месте расплылась, закрашивая кожу сплошняком, хотя такого раньше не было. Тем временем хвост Эльки подцепил склянку с земли и, откупорив, девушка осторожно капнула суспензией возле одной из крайних линий — я сразу же почувствовав жжение, а контата еще немного расползлась в месте попадания антидота.

— Видишь? Семена Седрос убивают тебя, но и делают сильнее, поэтому ты чувствуешь себя лучше. Сильный мародер притащит им еще больше семян, а потом и не так жалко, если сдохнет.

— Ты-то откуда все это знаешь? — спросил я, но, прежде чем Элька ответила, послышался гул дронов, и мы снова оказались в объятьях друг друга. Хвост тихо щелкнул и пододвинул мои сползшие вниз руки чуть выше, а единственный глаз девушки посмотрел на меня с укором.

— Не знаю. Это их знания, не мои, — с некоторой растерянностью в голосе пробормотала девушка, взглянув на свои манипуляторы. — Они вне себя из-за того, что я сбежала, но куда больше злобы на тебя и ту девицу, что была с тобой.

— МетМер? Они говорили это и мне, и Маше. Это тот, кто видит фантомов? — припоминая постоянные обзывательства, сказал я.

— А? Нет… Тех, кто их видит, они зовут Сиурти Виви, «Живой мертвец». А МетМер, хм… «Ребенок убийцы»? — казалось, Элька сама была удивлена. — Твои родители кого-то убивали?

— Вряд ли, — теперь уже и я был озадачен. Маман настолько апатичная, что даже порой делает вид, что ее нет дома, лишь бы дверь не открывать, так что убийца из нее вышел бы так себе. А об отце я знаю слишком мало, но раз дяде пришлось фамилию менять, чтобы их с братом ничего на первый взгляд не связывало… В любом случае, что об этом размышлять — скорее всего речь о тех временах, когда контат не было, так что убить было в любом случае проблематично.

— Может быть, это в общих чертах? Они считают всех людей потенциальными убийцами, так что это может быть общим прозвищем, хотя и странно, почему именно вам досталось, — похоже, Эльку и саму ненадолго заинтересовало сказанное мной. — Не столь важно сейчас. У тебя в теле уже слишком много семян Седрос и духовного минерала, чтобы оставаться среди живых хотя бы месяц.

Отличные известия… Весь смак в том, что я никак не могу это проверить. Если Элька права, то даже оборудование в незаинтересованной клинике покажет, что я чувствую себя отлично, а аргументом Санты и корпорации будет то, что я вижу фантомов, значит, уже одной ногой на том свете. Есть вариант все-таки подосаждать дяде и вместе с Танькой уйти отсюда, но, боюсь, раз все новейшие исследования здесь, погибну я раньше, чем решение найдется.

— И ты хочешь сказать, что то, второе Семя, может помочь? Оно же было внутри огромной мерзкой твари, и она явно не выглядела здоровой.

— Если я выдерну тебе сердце, а потом зайду в здание и выдерну его у тех, кто травит своих учеников, будут ли они по факту разными? Это лишь субстанция. Тебе решать, кем ты будешь, — заявила девица, вновь отступив на шаг.

— Допустим. И в чем тебе выгода мне помогать?

— Они отрезали мне руки. Думаешь, что мне не нравились мои руки? — сказала Элька, горько усмехнувшись. — Я видела, как ты колебался, но это неудивительно. Я бы, наверное, вообще не стала помогать, если бы передо мной был одержимый и нашпигованный фантомами человек.

— Жаль, что не нашел тебя раньше. Но все равно, ты ведь не сможешь вернуть свои руки обратно…

— Умеешь поддержать, — хмыкнув, девица вновь прижалась. — Ты же понимаешь? Я, совсем недавно еле сдерживающая детранквилизацию, стою здесь, не обнаруживаемая датчиками. И могу вырезать спящих студенток до того, как они проснутся и нацепят обвесы, а владельцы контат еще должны попробовать меня схватить… — с каждым словом девушка сближала свое лицо с моим, пока не начала шептать мне на ухо, слегка щекоча мою кожу губами.

— Но ты ведь этого не сделаешь.

— Нет. Но я — одиннадцатая. Где-то есть еще десять, эксперимент с которыми наверняка удался, раз от них нет и следа. И кто знает, сколько таких будет или уже есть? Я не собираюсь ждать, пока они придут за мной.

Пусть она так и говорит, но причиной все-таки мне кажется простая месть. Хотя, если на нее не действуют сканеры, то она могла жить относительно спокойной жизнью, правда, любой смертник раскроет ее суть.

— Если для подобного нужно именно то Семя, почему ты его сразу не забрала?

— Оно деактивирует искусственные вещи, поэтому на мне и технодевах не сработает. Нужен владелец контат, а из умирающих лучше тебя варианта нет. Или ты лучше сдохнешь на службе у этих сволочей, а мне поискать кого-то еще? — девушка говорила спокойным голосом, не пытаясь на меня давить, но все непросто. Если бы хотела меня прикончить — сделала бы давно, да и камушек забрала тоже.

— Нет.

— Надеюсь, это не из-за того, что предлагаю именно я? — со вздохом сказала девушка, вновь отодвигаясь, но было не совсем ясно, что она имеет в виду: факт того, что она мне помогла, и я вдруг чувствую себя в долгу перед ней, или просто поняла, что понравилась мне, как женщина.

— Если все так, как ты говоришь, то я не собираюсь погибать из-за того, что не использовал возможность. Правда, точно все равно не знаю, где сейчас может быть камушек, но, раз остальные в свое оригинальном виде были в административном здании, то может быть там.

— Хорошо, тогда пойдем, — решительным тоном произнесла девица. — Ты знаешь расположение, я возьму на себя остальное.

Как-то все это быстро… Раз к этому и шло, то это было предсказуемо, но, если разобраться, то это будет не просто проделка студента, если меня поймают. Это мало того, что преступление против корпорации, раз уж я решил стырить имущество, а именно их оно считается на данный момент, так еще и приведу невиданную девицу, с которой вряд ли будут разбираться: контролирует она себя сама, или все-таки этим занимаются фантомы. Последний вариант и впрямь не стоило отметать, но к чему бы тогда все эти сложности, если камни были у них в руках.

— Так чего ждете-то? — раздался знакомый голос неподалеку, от которого мы вместе с Элькой вздрогнули. В свете браслета промелькнули бирюзовые хвостики, а затем к нам подошла Мику, окутанная самыми настоящими блестящими доспехами — именно такой вид принял ее фантом.

— Ты ее знаешь? — Элька подняла хвост над головой, задирая куртку, и я тактично отвел взгляд.

— Да. Только вот что…

— Подслушала маленько. Гоменасай! — слегка поклонившись, японочка невинно улыбнулась, а затем показала язычок. — На самом деле меня, как эксперта, вызвали в административный корпус для помощи с тем самым Семенем Ойтаци. Это, кстати, язык фантомов, Элька-сан?

— Да. У меня порой всплывают отдельные фразы и слова, полноценно говорить на их языке я не смогу, но понимаю легко, — все еще внимательно разглядывая девушку, сказала моя кибернетическая знакомая. — Почему от тебя веет иным миром?

— Я тоже была в Разломе вместе с Сашей, — коротко ответила Мику, положив пальчик себе на подбородок и поглядывая с интересом.

— Ты поняла, о чем я говорю.

— Ах, удивительно. Хочешь сказать, что Разломы — не просто терраформинг, проведённый фантомами для своего комфортного обитания?

— Сказала, что сказала, а ты до сих пор кружишь вокруг, — с раздражением в голосе сказала Элька. — Пайдо!

Дроны вновь приблизились, так что меня ждал еще один сеанс обнимашек от Эльки, тогда как Мику покрыла свой доспех чем-то вроде дымки и осталась стоять на месте, пока беспилотники не промчались мимо.

— У-у, Саша, Грета несколько дней оставалась рядом с куполом, ожидая, что вы все-таки вернетесь, а ты тут обнимаешься втихаря с незнакомой девицей, пока она отдыхает после всех стрессов, — строго сказала Мику, но в глазах ее было веселье. — Ня, то есть, дя… Элька-сан, вас устроит, если дам объяснения чуточку позже?

— Вполне.

— Меня заинтересовало: являются ли остальные образцы фантазита тоже какими-нибудь семенами?

Элька покачала головой, отпустив меня и одернув курточку.

— Я не знаю всех, но большинство — просто духовный минерал.

— Я еще здесь, между прочим, — со вздохом сказал я. — Мику-тян, тебе и впрямь не показалось все это странным?

— М-м? Нет. Я, знаешь ли, может, и выгляжу твоей ровесницей, но занимаюсь изучением местных феноменов не один год, — со смешком ответила синевласка. — Но то, что антидота не существует, могу ответить точно. Если в теле начали образовываться кристаллы фантазита, а они есть у всех владельцев контат, то процесс необратим. Другое дело, что обычно это микроскопическое увеличение концентрации, а у тебя все происходит слишком быстро.

— Раз здесь все в курсе, то мне не остается ничего, кроме как согласится, — подняв руки вверх, ответил я. — Но у тебя могут быть проблемы, если вскроется, что ты обо всем знала.

— Ой ли, — хихикнув, Мику тряхнула хвостиками. — В хранилище голосовой замок. Ох-хо-хо, Саня, а ты не знал, да? Молодцом, — неожиданно девушка заговорила голосом Санты, да так похоже, что я приоткрыл рот от удивления. Нет, я видел, как она передразнивала Грету, но чтобы еще и мужской голос с такой точностью копировать… насколько же она талантлива?

— Все равно я не вправе тебя в это втягивать.

— Саша-кун. Мы с Элькой-сан пойдем сами, а ты будешь не при делах. Зашел в лес пописать, потому выпал из поля зрения сенсоров, не слишком культурно, но что поделать, — с усмешкой сказала Мику. — А я все равно отправлюсь после этой небольшой авантюрки к своему суженому, пока все не стало хуже, а так, глядишь, прихвачу что на дорожку. Я и хотела с тобой встретиться, чтобы попрощаться. Ты ведь все-таки единственный угадал, что я косплейщица, — вновь хихикнув, девица улыбнулась.

Глава 15, часть 2

Сваливать все на девушек… Мне это было не по душе, но я осознавал, что такой вариант был самым оптимальным, так что оставалось лишь согласиться и пожелать удачи. После этого Элька продолжила о чем-то шушукаться с Мику, решив, что это не для моих ушей, а я поспешил вернуться на дорожку до того, как очередные дроны меня заметят.

В остальном теперь нужно действовать, как ни в чем не бывало. Хотя мысли и роились неугомонным ульем, что-то последовательное в голове не укладывалось. Санта вполне ожидаемо хотел выжать максимум из будущей шумихи, так что ему было бы не с руки, если я сдохну в завтрашнем Разломе, который наверняка будет не таким спокойным, каким ожидался предыдущий. Нужно просто гнуть свою линию, не слишком распространяясь о полученной информации, и потихоньку все-таки переместиться к дяде. Прошлое-прошлым, а если другие Эльки, или как они будут называться, и впрямь в будущем заявятся, лучше быть ближе к своим, но перед этим придется и сестрицу обеспечить обвесом, раз уж она в это ввязалась.

Включив голо-проекцию экрана браслета, я вывел сразу и Дженни, и Машу на экран, раздумывая. В чем-то непросто было оценить, кто показал себя лучше, а кто хуже, да и, в целом, вся группа получала стандартный оклад, так что вопрос разделения касался только щедрых премиальных за найденные камушки. То есть, если делить совсем уж по-наглому, то Искатель может заявить о том, что все камушки нашел сам за счет своих способностей, а девицы пусть уходят несолоно хлебавши. Вряд ли к такому Искателю потом захотят обратиться другие технодевы, так что это очевидная глупость, тем более я, привыкнув во всем себе отказывать, даже не мог сразу и представить, куда потратить сумму на одного, а что уж говорить о тройной.

Можно усесться и долго анализировать, чьи действия были эффективнее, и, возможно, такой расклад полезней всего — те, кто лентяйничал, получат шиши и постараются в следующий раз себя проявить, а эффективные девчонки честно получат свои денежки. Только вот с нашими спонтанными действиями и непонятной обстановкой внутри Разлома я не берусь оценить, действительно ли Дженни мало заслужила или все-таки Маша себя неверно повела, оставив указанную мной позицию? Чем голову ломать, проще просто поделить на троих, думаю, никто не будет в обиде, даже если взять в расчет, что девчата знать не знают о подобной прибавке.

Отправив короткие сообщения уже на подходе к общежитию, я оперся спиной на ствол раскидистого деревца неподалеку от входа, невольно вспомнив Эльку. К счастью, всяких комендантов и прочего контроля здесь не было, так что даже в столь поздний час девушки вышли на улицу без проблем. Обе, похоже, спешили, поскольку на них были простенькие платья вместо уже привычной глазу формы. Несмотря на то, что так были видны штифты на обнаженной коже, обе выглядели мило и куда женственней, чем в облегающем камуфляже технодев.

— Что-то случаться? — без былой враждебности в голосе спросила Дженни, подавив зевок.

— Пришел поделиться плюшками, — с важным видом выбрав корпоративный счет обеих девиц, который выделялся всем студентам академии, я раскидал равные части от наших денег, и спустя пару секунд браслеты девушек пиликнули.

— Это… И что ты предлагьять сдельять за такие мани? — неожиданно покраснев, сказала Дженни, почему-то прикрыв свою грудь руками, хотя через ткань ничего и не было видно.

— Эм… Просто наша надбавка за находки, я поделил поровну, — коротко ответил я, а Маша, неверящим взглядом смотря на экранчик, наконец-то посмотрела на меня. — Сколько стоит отремонтировать или сделать новое орудие?

— А! Тут хватит, — быстро сказала девушка, но я продолжил настаивать, пока она не назвала сумму. Нихрена ж себе… Похоже, когда зеленовласка говорила о починке и том, что хватит средств, она уже мысленно попрощалась со своей пушкой, поскольку требовалась шестая часть от общей суммы. Не думаю, что Мария вдруг стала столь алчной, чтобы назвать завышенный вариант. — Стой, нет, Саша…

Прежде, чем Маша меня остановила, я уже отправил ей обозначенное число.

— Почему? Если бы оказался толковым командиром, ее бы и не уничтожило, — пригладив волосы на затылке, шутливым тоном сказал я, но Маша все равно с громким стуком подошла ко мне и быстро поцеловала в губы, сама смущаясь своих действий.

— Ох, опьять. Вы это дельять и без менья, верно? — прищурившись, сказала Дженни, наблюдая за нами. — Я тоже хотьеть вкладываться, зис из май мистейк ту.

— Да! — воспользовавшись словами американки, как возможностью для побега, Маша облизнула губы. — Если так, то я не хочу в итоге быть в прибыли… Спасибо вам, ребята, но давайте тогда просто поделим на троих расходы?

— Не возражьять. Но жест был вери бьютифул, Алекс, — посмеиваясь, сказала Дженни.

— Есть еще кое-что. Отойдем? — заинтересовавшись, обе девушки прошли вместе со мной до дорожки, ведущей к одному из ближайших корпусов. — Завтра намечается еще одна операция. Хотя, наверное, Данила Александрович тебе…

— Ноу. Он меня увольньять, — с раздражением сказала Дженни. — Полагать, что причина в тебье, но оно и к лучшьему. Он никогда не пытаться меня убрать из-под удьяр. Воть, — отведя взгляд, блондинка выудила из кармашка аккуратно сложенный листок и вручила мне. — Я поньять, если ты отказьять.

Там был бланк для приема в группу, и я, вновь проведя по своей шевелюре, осторожно уточнил:

— А сколько вообще может быть технодев в отряде?

— Четыре точно может, — быстро сказала Маша с улыбкой.

— Четыре? Хм. Дженни, ты, Грета…

— Некая Габович к тебе заявится с просьбой. А уж если узнает, что с тобой ей светит таки далеко не парочка шекелей, то, может, и ночью к тебе вломится, — продолжая улыбаться, сказала явно повеселевшая Маша, скопировав одесский акцент Сары.

— Хех, хорошо. Тогда идите отдыхать, раз завтра опять сложный день.

— Правда, пушку за ночь не сделают, даже если доплатить, — с печалью в голосе сказала Маша. — Хватит ли одного пулемета?

— Раз будет четверо, то, думаю, хватит. Это не повод искать замену, — твердо сказал я, и девушка благодарно кивнула. — А вы, мисс Дженни Флорес, можете считаться официально принятой.

— Йес, сэр! — отчеканила блондинка и, пожелав спокойной ночи, вместе с Машей отправилась обратно к общежитию, пока я с тревогой посматривал в сторону где-то вдалеке стоящего административного здания. Все тихо, но означает ли это, что все хорошо? К сожалению, девчата не знали контактов Кольцовой, то есть, моей сестрицы, а на свой обычный номер эта наглая девица не отвечала, так что я направился на свой этаж. Перед дверью стоял небольшой кубический продуктовый контейнер, с гранью, наверное, сантиметров пять от силы. Я и не ожидал, что такие вообще есть. Вместе с ним была записка и, подобрав вещицу, я улыбнулся.

«Кецык угощеньица от семьи Габович, таки сделано своими руками и нахаляву».

Внутри оказалась та пища, которую некоторые называют еврейской закуской: плавленый сыр с чесноком, майонезом и вареными яйцами. Правда, боюсь, ее и ста грамм не набиралось, но как сам жест — вполне приятно. Значит, Сара и впрямь хочет ко мне в отряд.

Не прекращая улыбаться, я осторожно открыл дверь, чтобы не шуметь и, прокравшись, так же тихо за собой закрыл. Похоже, что Грета уже спала, судя по тишине. Почувствовав небольшое волнение, я снял обувь и на цыпочках пошел вперед, ориентируясь на тихое сопение и урчание — похоже, идея с котенком так и живет, хотя всю неделю и некому было немку подозревать.

Включенный планшет освещал лицо спящей девушки — уж не знаю, что она так усиленно на нем разыскивала, но это ее окончательно измотало. Стараясь не пользоваться моментом, я осторожно подцепил одеяло, сползшее в ноги, и накрыл девушку, после чего улегся на своей кровати, рассчитывая минут через тридцать снова спуститься вниз, если придет сообщение от Мику — так мы договорились с нашими заговорщицами.

То ли я потревожил чуткий сон немки, то ли она проснулась сама — но не прошло и пары минут, как кровать скрипнула и ошарашенная Грета посмотрела на меня.

— Саша…

— Да?

— Саша! Ты не умирайт! — взвизгнув, девушка вскочила и, сиганув через перегородку, оказалась возле меня и зачем-то еще вцепилась в мою рубашку. — Как ты посмейт оставляйт меня на неделя! Что случиться?!

— Мы только сегодня вернулись из Разлома, я думал, что ты тоже слышала об этом.

— Я долго искайт… Ой. Просто уставайт и спайт! Вот! — застеснявшись рассказывать о том, как ждала нашего возвращения, девушка кашлянула и поправила шапочку на голове. — С тобой все хорошо?

Коротко рассказав о повреждениях Маши, я не стал расписывать ни приключения внутри Разлома, ни разговор с Сантой. Было видно, что немка недовольна, но я не хотел ее нагружать лишними проблемами.

— А у тебя как? Обвес готов?

— Я, все гут. Ты что, планировайт опять?! — ахнула девушка.

— Так мы здесь затем и собрались. Хотя, если для тебя это было слишком, я пойму…

— Ха, Семью Вольф не напугайт чертов воздушный желе с призрак внутри. Я в деле, — хищно произнесла немка полным уверенности голосом. — Но я правда хотеть спайт…

На этом все обычные дела можно считать завершенными, так что я, подождав, пока девушка вновь засопит, осторожно вышел из комнаты и направился не к выходу, а к туалету на первом этаже. Учитывая количество парней, мужской был почти в идеальной чистоте и редко был занят, так что местом встречи был выбран именно он. И я даже не слишком удивился, увидев, что Элька и через вход проникла без особых проблем.

— Долго же ты, — скучающим тоном сказала Мику, прихорашиваясь перед зеркалом. — Надеюсь, тебе хватит твоей невозмутимости, чтобы не выдать себя перед Некто. А то ведь не так много людей вообще знало о находке неизвестного фантазита.

— Постараюсь, — коротко ответив, я совсем по-другому посмотрел на камень, лежащий между мылом и заколками японочки. — И что с ним делать?

— Вставить в тебя, — все тем же тоном сказала Мику, с интересом поглядывая на меня с помощью зеркала.

— Ты сейчас серьезно? Мне не нужны инородные штуки внутри. Стоп!

— Да погоди ты, — вздохнув, синевласка подошла ко мне. — Мы немного пообщались, я хочу кое-что проверить. Сними одежду. Ну или хотя бы задери вверх, чего ты такой стеснительный…

Меня напрягало то, о чем говорили до этого, но рубашку я все-таки поднял — и сам сглотнул, увидев в области груди фиолетовые прожилки. Мику сняла концентрирующую перчатку и осторожно коснулась моей кожи рукой, провела от ключицы вниз, ведя палец в сторону моего зажившего ранения, на месте которого даже шрама не осталось. Только вот легкое точечное надавливание — и послышался мерзкий хруст под кожей.

— Плохо. У тебя, Саша, два фантома. Как Элька рассказала, осколки или те самые вредные семена, образуются при контакте биополя человека с фантомом, позволяя последнему удерживаться в материальном мире, как они и существуют с помощью контат или ядер. А есть еще один, очень уж редкий вариант…

— Слияние души и фантома. Обычно после такого люди умирают сразу же, но у тебя словно бы сопротивление, — задумчиво сказала Элька, сидящая на верхней перекладине кабинок. — Это объясняет твой быстрый прогресс. А с этим семенем пагубный процесс остановится, но ты, в целом, не потеряешь в своих возможностях, может даже наоборот…

— Так что камушек запихать тебе в грудную клетку крайне желательно, если не хочешь стать мешком из кожи для кристаллов, изменяющих твои ткани, — милым голоском проговорила Мику, достав из кармашка антисептичекие салфетки. — Можем, правда, случайно сердце зацепить… Ой, не стоило так шутить, да?

Я, правда, не слушал, сам попробовав место ранения. Черт, и когда это все успело произойти? Под поверхностью кожи легко ощущались острые кристаллики, но, что удивительно, боли не было. Неужели они уже выжрали все окружающие нервы? И, если это не остановить, я больше не увижу ни Таньку, ни Машу, ни Грету, ни остальных. Хоть мы знакомы и недолго, но все же…

— Хорошо, — коротко ответил я.

Глава 16, часть 1

Без сомнения, девушки сделали для меня то, что далеко не каждый бы согласился, даже если свистнуть камень прямо из хранилища им и удалось легко… Но свыкнуться с мыслью об операции все-таки не слишком-то просто, особенно когда тебе их ни разу не проводили старым, варварским методом с помощью всяких железяк, еще и при этом вне больничной палаты.

— А точно стоит это делать в туалете? — осторожно, чтобы не казалось, будто я струсил, спросил я.

— У тебя есть варианты получше? — хихикая, Мику тщательно протирала камушек салфетками, уже закончив перед этим с перчатками. — Боюсь, что есть вероятность ухудшения твоего статуса из-за вмешательства, а ни я, ни Элька-сан не прикроем тебя от сканеров на время операции. Ломать их — тем более подозрительно. Да ты не бойся, я подлечу так, что микробчиков не будет, — весело объявила девушка, бросив на меня озорной взгляд.

— М-да… И все же, я немного, эм… Сомневаюсь, что у меня столько лишнего места в груди, чтобы все это уместить.

— Семя Ойтаци в меру пластично в условиях тела, — скучающим тоном пояснила Элька, все еще сидя наверху.

— Мне почему-то так не показалось, когда я его держал в руках.

— Так оно внутри трупов было до этого, вот и казалось ледяным и твердым, — пояснила Мику, перекатывая в руках слегка помявшийся предмет. Сейчас он и впрямь напоминал большой кусок твердого пластилина, но даже так выглядел не слишком обнадеживающе, но вариантов немного.

— Доверюсь эксперту… Что мне делать?

— Расслабиться. Литании почитать, все такое, — с убранными под шапочку хвостиками Мику казалась серьезней обычного. — Ложись.

Даром, что не на унитазе… Вздохнув, я стащил с себя рубашку окончательно и уложил на пол, но, расценив, что если будет кровь, то отстирывать будет не так уж просто, да и некогда, все-таки положил ее себе под голову. Затем улегся на холодный пол, поежившись и смотря при этом в потолок. Наклонившись, Мику протерла место ранения и окружающую кожу, причем что-то уж слишком большую площадь, на мой взгляд, после чего молча сделала знак головой, и я услышал, как мягко и почти бесшумно спрыгнула вниз Элька. Сверкнув когтем, она подставила его под салфетку, а я тем временем пытался на все это не смотреть, сосредоточившись на чем-нибудь нейтральном, но удавалось как-то не очень.

— Что-то он не расслабляется, а ведь надо просто лежать и не рыпаться, — задумчиво сказала оранжевоглазая, покачивая хвостом. — А вот мне еще сконцентрироваться нужно, чтобы это воспринималось как лечение… Ох, ладно.

Вместо того чтобы расположиться рядом с Мику, она оседлала меня и уселась на живот, слегка поерзав, отчего я сразу почувствовал тепло ее кожи и мягкость…

— На тебе, эм, нет трусиков? — не удержался я от вопроса, на что Элька улыбнулась.

— Какой проницательный, еще скажи, что раньше не заметил. Оп-па. Зато отвлекся.

Не успев даже разглядеть, как прошел удар, я лишь бросил взгляд на расползающуюся полоску крови, а вокруг манипулятора девушки через пару мгновений всколыхнулся фантом, обвивая коготь, на котором остались капельки крови. Бесцеремонно поддев кожу, Элька присвистнула.

— Пайдо! Ты видишь?

— Да, часть ребер уже заместилась кристалликами. Кошмар какой-то… А как дыхательные движения идут? О! Тут и плотная структура образовалась… Надо же, похоже семена даже настроили какую-то свою проводимость биопотенциалов, вклинившись и в мышцы, и в нервную систему…

— Можно так досконально не комментировать?!

— Гоменасай! Я же в первый раз человека вскрыла, интересно, — Мику в качестве извинения высунула язычок, придерживая перчаткой край увеличившейся раны, но сделала такой вид, будто кому-то случайно на ногу наступила, только и всего.

Стараясь не смотреть на то, как взлохмаченными лоскутами разворотили мою кожу две девицы, я отвлекся на медленно стекающие по бокам капельки крови, собирающиеся в струйки. Боли почему-то нет, но само ощущение того, как тебя вскрыли, будто труп, не идет из головы.

— Хм… А если подчистить осколки? Смотри, тут в межреберье можно хоть ложечкой собирать, — заинтересованно сказала японочка, и я шумно выдохнул, почувствовав, как смешанное чувство отчаяния, гнева и страха за свою жизнь материализуется в колыхающийся дым, мерзкими щупальцами выползающий из раны, будто бы внутри меня поселился уродливый осьминог. — Саша, дыши спокойней.

— Сейчас это структура слившегося с душой фантома, так что он может воспринять удаление, как атаку. Просто на свободное место уместить Ойтаци, оно нейтрализует распространение, — пояснила Элька, встав с меня. — Эй, ты чего побледнел? Ты же среди горы гнили держался и то бодрее?

— Не знаю, то чужие трупы, а это — мое тело, — кое-как прошептал я, не считая получившуюся причину хоть сколько-то разумно звучащей.

«Ха-а, наконец-то ты сдохнешь, МетМер!»

— Может, фантом расшатывает детранк-статус? — предположила Мику, разминая камушек и пытаясь вылепить из него нечто вроде грубой копии моих межреберных промежутков, уложив само Семя на грудину.

— Так быстро? — Элька внимательно посмотрела на меня, но я только и делал, что читал литании успокоения, даже губами шевелил при этом. Проявившиеся до этого эмоции заползли словно бы откуда-то извне, и я почти что почувствовал, как побледнел, а на лбу выступил холодный липкий пот. Выползшие из-под кожи серые отростки пытались отодвинуть руки совсем рядом находящейся Мику, но она их даже не замечала. — Пайдо… — неожиданно Элька щелкнула манипулятором, вокруг которого стал разгораться совсем уж плотный клубок дыма, а из-под глазной повязки еле заметно лучилось алое свечение угольков, характерное для глаз фантома. — О-о… Мику, ты лучше поторопись, пока мы оба не детранкнулись, — сдавленно прошептала оранжевоглазка.

— Я не привыкла делать тяп-ляп, уж давайте, успокаивайтесь, — недовольным тоном объявила японочка, вдавливая поверхность камушка в мои межреберные мышцы или, вернее, в то, что от них осталось.

— Коль такое дело, что ты хочешь, чтобы я сделала? — убрав за спинку сжатые в кулак пальцы, испачканные в моей крови, Элька обмотала их хвостом.

— Саша-кун, не отрубайся, она у тебя спросила вообще-то, — продолжая одобряюще улыбаться, сказала Мику, рассматривая свою поделку.

— Расскажи о себе, — пробормотал я, закрыв глаза, потому что из-за алой пелены сложно было что-то понять. К неприятным похрустывающим отзвукам сдвинувшихся с места кристалликов добавился злобный шепот фантомов. — И вообще, у тебя тоже проблемка.

— Проблемка моя в том, что я о себе ничего не помню, кроме обрывочных воспоминаний, — ответила Элька, — И даже если бы помнила, ты же выйдешь из себя раньше, чем мы закончим делиться прошлым. А руку я угомоню, не в первый раз.

Стиснув зубы, я боролся с желанием вцепиться в ковыряющуюся с раной Мику, подталкиваемый серыми щупальцами, которые уже начали обволакивать мое тело, только вот поврежденную кожу никак не могли защитить.

— Эх. Ладно, вроде как что-то такое надо, — подойдя ближе, Элька взяла мою голову в свои ледяные металлические пальцы и, выдернув мою импровизированную подушку, направила мой взгляд так, чтобы я точно не видел японку, с усилием распределяющую размягчившийся камушек поверх скрипящих кристаллов. Девушка отошла немного в сторону, после чего, взявшись за молнию куртки, медленно повела язычок замка вниз, обнажая свою белоснежную кожу. Волнительные холмики груди, облегаемые тканью, затем подкачанный плоский животик…

— Меня в такой ситуации это не отвлекает, я тебя уже видел голой, — издав вымученный смешок, я улыбнулся, когда услышал фырканье Эльки. Хотя пелена и не исчезла, но щупальца остановились.

— Это для меня может быть! Я сменила гнев от абстрактного желания прикончить кого-нибудь на стыд от того, что меня разглядывают таким похотливым взглядом! — торопливо сказала девица, отпустив молнию. — Пайдо, как можно быть таким беспросветным мужланом, не поверю, что перед тобой каждый день раздеваются красотки!

Мику издала смешок, но, похоже, почти закончила распределять Семя, раз давление прекратилось, а я тем временем искал вдохновение в неловкой ситуации:

— Уж прости. Разве ты меня сама не провоцировала на такие взгляды? Задирала курточку, обнимала, когда нас разделяли лишь миллиметры ткани, терлась о меня своей…

— Больно надо, — вновь фыркнув, Элька подошла ближе и опустилась возле моей головы на колени. — Даже так тебе все равно? — резким движением сдвинув куртку с плеч, девушка пристально смотрела на меня. Ткань тихо зашелестела, обнажая упругую красивую грудь со встопорщившимися сосочками.

— Так я уже видел, говорю же тебе, — с улыбкой сказал я, в то же время не спуская глаз с вздымающихся от участившегося дыхания девушки прелестей. Должно быть, близость опасности добавила мне своего рода смелости, а может и Маша, так податливо ведущая себя в моих объятьях, придала уверенности в себе.

— Но я тебя не люблю, чтобы тут поцелуйчики затевать. Хорошо. Я же потом не смогу жить спокойно, если в книжках напишут о том, как глупый мародер помер из-за того, что не полапал сиськи, — алый отсвет из-под повязки уже исчез, и Элька, довольно резко схватив меня за руку, положила мою ладонь себе на грудь. Приятная мягкость и ощущение твердого сосочка, упирающегося в мою кожу, вместе с внимательно смотрящей на меня девушкой — подобные впечатления были настолько странными и новыми, что я и впрямь отвлекся от происходящего.

— Я и не проси… — начал было я, но прищуренный глаз Эльки предупреждал меня о том, что лучше мне мою фразу не досказывать. Но что тогда? Не спасибо же говорить за такое? Такое чувство, что и сама девица не слишком понимала, что должно последовать дальше, поэтому смотрелись мы с ней вместе невероятно глупо, но осознал я это уже тогда, когда красная пелена прошла.

— М-м, — что-то неопределенно промычав, когда я сжал пальцы и сместил ладонь, разминая прелести девушки, Элька перестала удерживать мое запястье и вернула руку из-за спины, причем манипулятор пришел в норму — никаких следов фантома. Поигравшись с одним сосочком, я переключился на еще нетронутый, с улыбкой замечая, как хвост девушки дернулся и провел своим мягким и гибким материалом по внутренней части ее бедер, будто она уже и позабыла, зачем здесь.

— Экие вы озабоченные, ребята, прямо нашли друг друга, но так даже лучше, — несмотря на шутливый тон, Мику осторожно подула на лоб, пытаясь избавиться от выступивших бусинок пота. — Как-то так…

Нехотя убрав руку, я посмотрел на все еще раскуроченную кожу с сомнением, а потом мои глаза широко раскрылись, когда я увидел, как японочка увлеченно жует.

— Ты что оттуда съела?!

— А? Нет, это шоколадка, техники восьмого ранга очень уж затратные, — показав этикетку батончика, сказала Мику, продолжая жевать. — Да вы можете продолжать наслаждаться обществом друг друга, я ж не против.

— Никто тут не наслаждается, — быстро накинув куртку обратно, Элька поспешно отодвинулась от меня.

— Хм, Элька-сан — цундере? — проглотив кусочек, синевласка уселась на меня, устав сидеть на коленях. — Саша-кун, если ты дожмешь, она тебе наверняка даст.

— Дам что? — скептически посмотрев на девушку, Элька оперлась на стенку спиной, демонстративно стараясь не обращать на меня внимание.

— Кхм, — доев батончик, Мику медленно убрала фантик в кармашек, поле чего голосом Эльки сказала, перемежая все это чувственными стонами: — Ах! Да, Сашенька, глубже, глубже! Еще, заполни меня всю! — прозвучало это настолько натурально, что если бы я закрыл глаза, то и не понял бы, что это говорит не кибернетическая девица. — Что-то вроде этого, я сама-то свое ой-ля-ля храню для суженого, так что тонкостей не знаю.

Ошарашенная Элька покраснела, затем раскрыла рот и тут же закрыла, не найдя, что сказать. Мику тем временем сняла концентрирующие перчатки, нацепив вместо них весьма похожие, но с тоненькими металлическими вставками из поблескивающего серого металла, после чего закрыла глаза, и я увидел, как фантом вокруг нее расползается, уходя в руки и превращаясь в нечто вроде побегов винограда, сотканных из дыма. Коснувшись истерзанной кожи, девушка продолжила шептать какую-то очень длинную литанию, пока листочки дымчатого растения покрывали мое тело; щупальца вновь всколыхнулись, но до того, как они начали выползать из разрезов, листочки окутали меня на пару секунд мембраной.

— «Единение с природой», непростая штука, — выдохнув, Мику улыбнулась, смотря на мою невредимую кожу. — М-де. Что-то неровно легло, может, еще раз вскроем? Да я шучу, Саша, не бледней так…

Я же осторожно коснулся того места, где до этого прощупывались кристаллы. Кожа и впрямь утолщилась, обтягивая инородный материал так, словно бы я был настолько худым, что было видно все ребра, только в данном случае наоборот — видно межреберья. У любого, кто рассмотрит меня без рубашки, возникнет подозрение…

— Перемешается с Седрос и займет их место, — коротко сказала Элька, все-таки взглянув на меня. — Спасибо за помощь, я бы сама не справилась с этим не ценящим…

— Да ты уж договаривай, — осторожно поднявшись, я посмотрел на замершую Эльку.

— Не буду. Не хочу быть этой, как ее, цундерой, хотя и не понимаю, что это значит, — Элька сделала вид, что очень занята отмыванием своего манипулятора.

— И от меня спасибо, хотя я не могу взять в толк, зачем тебе все это, — озадаченно сказал я.

— М-м? А, ты в плане помощи? — Мику осторожно вытаскивала хвостики из-под шапочки, почему-то так и не сняв ее за все время, сколько я ее видел. — Конечно, я не могу уберечь всех людей от влияния Ноопроявлений, да и нереально это. Вдобавок еще и не очень интересно, тогда как сегодняшнее приключение было весьма бодрящим и информативным, как такое пропустить? — с улыбкой продолжала говорить девушка, смотря в зеркало. — Да и не хотелось бы однажды сюда вернуться и обнаружить, что Фантомы взяли верх, но здесь уже не от меня зависит, конечно…

Глава 16, часть 2

— Все равно спасибо. К слову, это ты Ноопроявлениями фантомов назвала?

— Да. Они же все-таки не просто духи из сказок, о которых я рассказывала, — закончив с возвращением своей былой хвостатой внешности, Мику развернулась ко мне лицом и сняла перчатки. — Ты не задумывался, почему можешь их видеть?

Как-то я упустил тот момент, когда она это поняла… Хотя, возможно, что по моему состоянию это было очевидно.

— Просто, как факт — те, кому уготован кирдык, те и видят.

Кивнув, японочка достала небольшой кубик — как-то мне такие попадались, голографическая штукенция для всяких светошоу, вроде того, что девушка устроила на паре техноведения. Положив предмет рядом с раковиной, девушка щелкнула пальцами, и над вещицей возникло изображение Земли, усеянное фиолетовыми точками, которые, видимо изображали Разломы.

— Души бессмертны, хотя, в какой-то мере это и без разницы, ведь после гибели ты все равно уже ничего не узнаешь, — с видом преподавателя, пояснила девушка. — Только они не остаются рядом с нами, не перерождаются вновь, как придется, а попадают в некий альтернативный мир… Фантомы по своей природе весьма близки к душам, так что, как только состояние человека ухудшается, их и становится видно, а до этого они могут существовать лишь внутри Разломов или кратковременно выходить наружу, выискивая предметы, которые помогут им материализоваться.

— Хочешь сказать, Разломы — нечто вроде связи с другой, потусторонней Землей, где обитают все умершие?

— Нет, они из мира близко к Источнику, — вклинилась в разговор Элька. — Порой об этом говорят.

— В любом случае, они являются продуктом мышления, воздействовавшего или на души, или на какие-то иные субстанции, — пожав плечами, сказала Мику. — Причем негативного мышления, если можно так выразиться, конечно. Не знаю, почему именно здесь вдруг возникла столь долгая связка между мирами, в истории войн явно не больше, чем где-либо еще, однако, вот ведь. Хотя большое количество оружия, изначально пропитанного негативным настроем, послужило для них отличной первичной подпиткой, чтобы закрепиться, — грустно усмехнувшись, добавила девушка.

— То есть, они не пытались нас оградить от самих себя? — предположил я. В конце концов, подобная теория всплывала весьма часто, даже целые религии на ее основе возникали, рассказывая о том, как в постоянном насилии на нас снизошла божья кара.

— Хах, кстати да, так может показаться, — улыбнувшись, Элька посмотрела на свои руки. — Нет, эти пайдо куда примитивней в своих действиях. Человек, убивший другого или покончивший жизнь самоубийством, при контакте его души с фантомом дает семена Седрос, которые и позволяют материализовываться этим тварям. Рассеянная везде после Дня Воплощения или ДД, как вы его называете, пыль из фантазита позволяет фантомам мимолетно пролетать повсюду, нашептывая свои гибельные идеи и вызывая детранквилизацию даже у тех, кто и не планировал никогда браться за оружие.

— Но сейчас слишком спокойное время настало, так что стоит ждать атаки оголодавших созданий, — закончила мысль Мику, после чего посмотрела куда-то в сторону и нахмурилась. — Удачки, думаю, что еще увидимся, а мне и впрямь нужно уходить.

— Кто же ты такая? — спросил я прежде, чем девушка успела выскочить из туалета, на что она развернулась ко мне.

— Я? Просто очень красивая, милая, талантливая и, самое главное, скромяуная девушка, — показав напоследок язычок, Мику скрылась за дверью. Это было весьма резкое исчезновение, причем настолько, что я забеспокоился за нее, но что ей можно предложить, если она овладела таким рангом, о котором я даже не думал? Правда, больше расстраивало, что она вообще не рассматривала нас с Элькой, как поддержку. Что же у нее за дела такие?

— И тебе тоже спасибо, — сказал я, отмывая следы крови как со своего тела, так и с пола.

— На здоровье. Может еще будем считать, кто сколько раз кому помог? — облокотившись на стену, Элька нахально на меня посмотрела.

— Я ведь вижу фантомов, стоило мне на тебя голенькую поглазеть, как ты сразу успокоилась.

— Еще скажи, что тебе не понравилось меня лапать, нахал. Можем и сегодня считаться квитами, ты мне должен только за кражу Семени, — торопливо сказала Элька, рассматривая выступы у меня под кожей.

— Тебе ведь наверняка негде переночевать, — переменил я тему, натягивая рубашку обратно. — Не на улице же или здесь.

— Хочешь к себе в комнату позвать? Когда Мику говорила о настойчивости, она не имела в виду тупую прямолинейность, — с улыбкой сказала Элька.

— Я могу купить квартиру, поживешь там, пока…

А действительно, пока что? Если верить тому, что поведали девчата, от фантомов не скрыться и не сбежать. Они закрепились здесь уже давно и, похоже, надолго. Если они вновь захотят повторить нечто вроде ДД, от этого не уберечься, но все это выглядит слишком глобальным для того, чтобы решить хоть что-то самостоятельно. А если отталкиваться от сведений Санты, ведь вряд ли он брехал абсолютно во всем, то запланированная дымчатыми тварями движуха вполне определенна, и заключается в создании людей-оружия, раз уж обычного вооружения большинство не касается, а неустойчивых личностей от детранквилизации оберегают всеми силами. Нужно попытаться противостоять хотя бы этому, чтобы уберечь близких, а Элька… Думаю, ее уже с чистой совестью можно отнести к таковым, жаль только, что в Академию ее не устроить — слишком уж ее импланты далеки от стандартных протезов, чтобы прокатить за изувеченную бедняжку, а близость лаборатории приведет к тому, что ее скорее разберут на части у Комарова, чем помогут. Если поймают, конечно.

В общем, пока есть возможность, ориентируюсь на первоначальный план, а если помещение внутрь меня Семени поможет в итоге не погибнуть, то и вообще лучше быть не может.

— Странный ты, — прервала мои размышления девушка, щелкнув при этом хвостом. — Я ведь не брошенный щеночек: если ты меня спас, необязательно теперь меня выхаживать.

Отмахнувшись, я подошел к двери и выглянул наружу. Конечно, в такой час уже все наверняка спят, и мало кому из студентов придет в голову отправляться справлять нужду на первый этаж.

— Ты пойдешь завтра в Разлом?

— Да. К слову, многие Разломы связаны между собой, так что насчет моего участия не волнуйся — перемещусь из того, что у водохранилища, — невозмутимо сказала Элька, как будто бы это было общеизвестно. Видя мой удивленный взгляд, она вернула мне мой жест, взмахнув манипулятором. — Не смотри так, я без понятия, что в меня поместили для подобного трюка.

Это означает, что другие кибердевицы могут спокойно напасть прямо в черте города, ведь все считают, что музейная техника затоплена, и там нет Разлома!

— А ты только сама можешь пройти, или все-таки способна еще кого-нибудь за собой протащить?

— На ком бы мне было пробовать? А, поняла… Ты знаешь, если бы меня ног лишили, я бы и пешком добралась наверняка очень быстро, так что на этот счет особо не беспокойся, — вздохнув, сказала Элька. — И вообще, тебе нужно отдохнуть, а не со мной тут беседовать.

— Лучше сразу говори, что я надоел, не нужно выдумывать другие причины, — сказал я, усмехнувшись. — Но все равно пойдем со мной.

Видя, что я не отступлю, девушка нерешительно кивнула, и уже через несколько минут мы оказались возле моей комнаты. Насколько знаю, видеонаблюдение на территории академии было официально запрещено, поскольку ни одной Семье, отправившей чадо учиться за немалые деньги, не понравилось бы, если бы здесь кто-то собирал компромат или неосторожно сказанную информацию против них же. Но с учетом лишних секретов, кто может знать? Мои подозрения заодно легли и на браслет, который выдавался нам академией, но, раз уж о подлянке со стороны Санты я узнал достаточно поздно, избавляться от девайса было бы еще более подозрительным жестом, тем более, Мику пользовалась им без утайки. Хотя, возможно, я просто слишком превозношу ее умения, и она об этом не задумывалась… В любом случае, наверняка логи использования пластинки для открытия дверей все-таки хранятся, так что вопросы все равно могут возникнуть.

Элька двигалась на удивление быстро, почти молниеносно, так что даже если камеры и были, мало кто смог бы понять, что за тень в черной куртке с закрытым воротником лицом здесь пробегала. Открыв перед девушкой дверь, я проскользнул вместе с ней внутрь и, убедившись, что Грета все еще спит, выдохнул.

— Можешь принять душ, если хочешь.

— А уж ты точно не прочь посмотреть? — ехидно заметила девушка, но по ней было видно, что ей приятен тот факт, что я не оставил ее без крыши над головой, пусть ей и придется таиться.

— Я пойду спать, так что можешь оставить свои эксгибиционистские замашки при себе, — тихо зевнув, я пожелал Эльке спокойной ночи. Она явно хотела что-то ответить на мой выпад, но в итоге фыркнула и молча закрыла дверь ванной.

* * *

Уже знакомая мне местность, наполненная диковинным металлом, вся поверхность которого изрисована невероятным количеством символов. Тучи над головой висят так низко, что кажется — стоит руку протянуть, и уже коснешься.

Тук-тук.

Сердце. Осторожно спустившись с холма из серебристых железяк, я прислушался, ожидая вновь услышать знакомый звук. Тук-тук. Легкая пробежка среди земли, усыпанной фиолетовым порошком, взмывающим в воздух облачками при каждом моем движении, пока я не оказался перед целой горой металла, преграждающей путь. Тук-тук.

— Ищешь убийцу, МетМер? — злобный шепот над ухом раздался чересчур внезапно, так что я даже отпрыгнул в сторону, видя, как оскалившийся клубок дыма тихо посмеивается, сверля меня горящим взглядом своих угольков. — Ты, весь твой поганый род и все, тебе подобные, должны быть мясом для Сердца, а не бегать, где не просят. Вшивый ублюдок! Сдохни!

— Тебя не спросил, тварь, — процедил я, но когда попытался прочесть литанию и ударить волной, то осознал, что контата исчезла. Но есть же куча железа вокруг! Потянувшись рукой, я увидел, как обломок поднялся в воздух и резко улетел в сторону твари, пробив ее дымчатое тело, на что фантом злобно зашипел. Еще один кусок, еще. — Сдохни сам и не трогай ни меня, ни мою семью, ни моих близких!

* * *

— Сдохни! — вскочив, я услышал громкий грохот и, качнувшись от приземления, ударился головой об изголовье кровати. У одетой в аккуратно выглаженную форму Греты, сидящей за столом, медленно вывалился кусочек шоколадки из рук и упал на тарелку.

— Землетрясений? Странно, Саша, — с тревогой сказала девушка, сначала привстав, чтобы направиться ко мне, но потом все-таки сделала вид, что просто поправила юбку. — Что же ты увидейт в Разлом, что сняться такой страшный сон…

Протерев рукавом пот со лба, я заметил, что кровать сдвинулась с места, а ночник так и вовсе разбился, свалившись с тумбочки на пол. Потянувшись к нему, я увидел, как от моей руки тянутся белесые щупальца, с каждой секундой удлиняясь — они росли до тех пор, пока не подцепили обломки и не подняли в воздух.

— Разбиться? Это к счастье, — улыбнувшись, девушка продолжила свой завтрак, а я резко отдернул руку и увидел, как осколок опять упал на пол. — Саша, нам уже скоро надо выходийт.

— А, я сейчас, — быстро проскочив мимо девушки в ванну, я закрыл за собой дверь. Элька, похоже, и впрямь ушла до того, как Грета проснулась, так что с этим все хорошо. Стянув с себя майку, я всмотрелся в отражение, стараясь рассмотреть все получше. Фиолетовые прожилки исчезли, как и следы добавления семени Ойтаци — мое тело казалось нетронутым и, коснувшись пальцем, я не почувствовал кристаллов на прежнем месте. Контата оказалась невредимой, так что, начав читать простенькую литанию Земли, я увидел, как кулак начинает обволакивать серая дымка. Фантом на месте, и я их вижу… Будем считать, что мне лучше, а что касается белесых щупалец? Присмотревшись к баночке с гелем для душа, я увидел, что ситуация повторилась — дымчатая структура, весьма схожая с фантомной, только более светлого оттенка, потянулась к флакону и обвила ее. Сделав шаг назад, я посмотрел в зеркало: все это выглядело так, будто бы гель висит в воздухе сам по себе.

Что там делал в Разломе Труподвиг? Помимо мерзкого вида и банальной рукопашной атаки, он, получается, контролировал отрубленные конечности, валяющиеся на полу. В горячке боя мне было не до рассуждений о том, было ли это делом одного лишь монстра или сразу нескольких фантомов, но, если так разобраться, то это он всем управлял с помощью Семени Ойтаци. Начав бормотать литании успокоения, я добился того, что щупальца не появлялись из моего тела по любому поводу, после чего быстро привел себя в порядок и уже скоро сидел напротив Греты в сменной форме.

— Ах, Саша, ты же еще не слышайт? Говоряйт, что Мику-тян уехайт обратно, — сказала немка с грустью, хотя мне казалось, что они с ней не так уж хорошо ладят.

— Я такой засоня, что мне не до новостей, — выдавив из себя смех, я принялся за завтрак — просто восхитительный, к слову. Мясо весьма дорогое, а уж с учетом того, что Грета подарила мне целую упаковку фирменных «байер колбасен», я уплетал их за обе щеки и нахваливал, чем вызвал довольную улыбочку у девушки. — Больше ничего не слышно?

— Хм? — водя пальчиками по голо-экрану, Грета вывела мне новость:

«Всем, кто сегодня пойдет в Разлом, требуется сдать браслеты для модернизации».

— Это мне Дженни передайт, распоряжений от Данила. Странно, верно? Тебе еще не присылайт?

Когда я собирался посмотреть, раздалась трель входящего звонка. Извинившись, я, отойдя в сторону, услышал голос Таньки:

— Я иду с тобой.

— Хорошо, — одно лишь молчание вместо ответа. — Больше ничего сказать не хочешь?

— Конечно хочу, братик. Каждый день новшества, всякие обновки, а так порой хочется, как раньше… Скучаю по былым денькам, когда мы играли в Мистера и Миссис Ринг. Может, повторим?

— Уверена?

— Абсолютно. Жду не дождусь, братик! — закончила Танька сладким голоском и прервала звонок.

Невольно улыбнувшись, вспомнив детские времена, я вздохнул. Да, мы и впрямь играли в подобное, втихаря посмотрев практически одноименный фильм про семейку шпионов, но после того, как за нами установили слежку после пропажи отца, это стало в какой-то степени не только игрой. В конце концов, дедушка нас забрал к себе, чтобы уберечь от всех, кто захотел подкопаться к небезызвестному руководителю Рэйки Земли через «неблагополучного» брата и его семью, но то, что Танька об этом вспомнила сегодня, означало, что браслеты решили обновить не просто так.

Глава 17, часть 1

Новость, завуалированно поступившая от сестры, была не слишком радужной, но это лишь с одной стороны. Раз слежку решили ввести именно сейчас, можно расценивать это и как то, что мой браслет пока что вне подозрения, хотя, без сомнения, никто не мешал поработать именно над моим экземпляром и до этого. Все-таки не решаются они в открытую играться сразу со множеством Семей, а с теми немногими ребятами, что отправятся в Разлом, попытались все-таки рискнуть.

Еще одна новость, которую поведала мне Грета, не придав этому особого значения: Дженни сливает информацию от своей сестры, так что, можно сказать, что у нас есть своего рода лазутчик в отряде Данилы. Главное, чтобы Джесси, близняшка, не слишком явно подобным занималась, и чтобы не было обратного эффекта, когда американочка захочет тоже поделиться информацией уже из моего отряда. Пусть даже сам рыжий ей и насолил, сестра-то не при чем, так что сплетни могут летать в обе стороны.

— Что-то важный? — заинтересованно спросила Грета, поскольку я пребывал в своей обычной задумчивости.

— Подтвердили, что наши браслеты тоже будут модернизировать. Похоже, что это много времени не займет, но все же пойдем.

Обрадованно закивав, Грета закончила с завтраком за считанные секунды, так что мы вышли в коридор практически сразу после моего короткого разговора; именно там я и натолкнулся на голубоглазую девицу с неизменно флегматичным выражением лица, которая при всем этом пыталась сделать вид, что оказалась возле нашей комнаты абсолютно случайно.

— Ой, Александр Геннадич! Наше вам с кисточкой! Как ви себя имеете?

— И вам утречка, мадам Габович. Большое спасибо за угощение, — с улыбкой сказал я, на что Грета удивленно приподняла бровь, коротко поприветствовав Сару, и пошла по коридору дальше.

— Да шо вы, шо вы! Таки для хорошего человека немножко не жалко. А вы таки куда так бежите? — чуть приподнятые уголки рта, видимо, говорили о том, что девушка улыбается.

— А вы не слышали? Сегодня будет операция в Разломе.

— Та шо вы говорите?! — даже вскинув руки, с чувством произнесла Сара, отчего у нее из кармана юбочки вывалился бланк заявления, который она молниеносно подхватила, не дав ему даже упасть на пол. — Ой-вей, Александр Геннадич, таки сдался вам етот гембель? От когда я туточки учусь, ни разу не слыхала за гешефт с подобного.

Сара говорила так быстро и складно, ничем не выдав тот факт того, как засветила бланк, что я не мог не улыбнуться.

— Даже ни у кого из моей группы не пытались узнать, мадам Габович?

— Или! Я дико звиняюсь и таки спрашиваю у командира вашей группы.

— Думаю, что вы не будете разочарованы, если, конечно, действия группы будут согласованными, да и нужна некоторая толика везения в этом деле, — серьезно сказал я, смотря в глаза девушке. — Могу ли я рассчитывать на ваш профессионализм?

— Все будет по схеме микер-бикицер! — бодро сказала Сара, на этот раз доставая листочек самостоятельно. — Таки если я из этого буду иметь парочку шекелей, не могу таки пройти мимо.

Хмыкнув, я подписал листочек, но все-таки поинтересовался:

— И все же, даже если узнали про прибыль, могли бы обратиться к Даниле Александровичу или…

— Ой, не надо мине этих скандалов! — отмахнувшись, Сара аккуратно подула на бланк и бережно сложила его, после чего поправила пилотку и вновь посмотрела на меня. — Пошла я к ним, ага, аж два раза, когда и туточки командир неплохой.

— Благодарю, — пригладив волосы, я проводил взглядом пружинистую походку Сары, чья короткая юбка колыхалась при каждом шаге, еще больше открывая вид на стройные ноги, да и под тканью явно было, на что взглянуть. Хм. Что-то я как-то все время в своих мыслях переключаюсь не на то — резкое попадание в подобный цветник сказывается, не иначе.

На улице уже ждали Дженни вместе с Машей, о чем-то беседуя под раскидистым деревом. На деле, конечно, время было еще раннее даже для занятий, так что случайных студентов было увидеть проблематично, но, похоже, что из-за выхода в Разлом расписание немного изменили — вокруг было немало учащихся, которые, хоть и делали вид, что непринужденно о чем-то общаются в подобную рань, но взгляды я ловил один за другим. Попросив девчат выдвигаться в сторону корпуса танковедения, я залип в своем браслете, набирая несколько коротких писем с запросом уведомления о получении. Вполне возможно, что любые сообщения все-таки идут через местных айтишников, и при желании их смогут прочитать, так что я ограничился нейтральными письмами на личный ящик дяди, после чего перебросил деньги с академического счета на свой личный. Это может выглядеть и как подготовка к уходу, и как параноидальная предусмотрительность, но заодно так удастся выяснить намерения Некто и прочих чуть яснее. Или отсутствие таковых.

Увидев на одном из деревьев зарубку, я успокоился — значит, с Элькой все точно хорошо, раз ее оставила и, скорее всего, она уже в городе — на пути к подводному Разлому. Получив уведомления о прочтении, я окончательно успокоился и даже не сразу обратил внимание, как четыре девицы впереди принялись за обсуждение моей скромной персоны.

— Да шо вы мнетесь, Марья Сергевна, таки все свои, — вышагивая рядом с зеленовлаской, Сара была явно слишком настойчива, и непривычная к этому Машка то и дело пыталась немного отодвинуться.

— Рассказывайт, Маша. Ты же уже целовайт его, что быть дальше? Как насчет шпилен-вилен? — громко шептала Грета, широко раскрыв глаза от любопытства.

— Ха, вы же на целый час пропадьяли, — осторожно ткнув локотком Машу, сказала Дженни. — Ноубади повьерить, что вы просто гульять.

— Хватит уже, дурехи! — зеленовласка по очереди посмотрела на остальных, после чего быстро посмотрела назад и, заметив мой взгляд, покраснела еще больше. — Ничего такого! И вообще, ты, Грета, с парнем живешь в одной комнате. Вы там переодеваетесь, моетесь, спите рядом, вот уж тебе точно никто не поверит! — коварно улыбнувшись, Маша ткнула пальцем в Грету, которая почему-то вцепилась в свою шапочку.

— Найн! Нихт секс! Саша — человек чести, он никогда не пользовайтся свой положений даже чтоб подглядейт за мной! — оказалось, Грета была куда менее стеснительной, поскольку Маша, услышав слово «секс» спряталась за своим чубом, хоть и получилось не очень.

— Ой-вей, кто-то в наше время имеет стыд? Или не имеет счастья таки доказать кой-кому, шо он мушчина?

— Ай синк, зет Грета просто, хм… Недотрогать? Она даже в раздьевалка никогда не раздьеваться вместе с остальные, — хихикнув, добавила Дженни.

— Найн! Просто не хотейт, чтобы все завидовайт майн фигура, — с важным видом подняв носик, Грета провела руками по своим женственным изгибам.

Это было забавно, но лишь отчасти: похоже, девчата чертовски волнуются, раз затеяли такую тему. Мне и самому было не по себе, но любопытство и желание найти то, что может помочь, было все-таки сильнее, да и после предыдущего Разлома я получил немало информации, так что теперь есть надежда, что не придется тыкаться вслепую. Расширившийся отряд предполагал большую ответственность, но и боевая мощь должна вырасти достаточно, чтобы быстро избавиться от озверевших дымчатых тварей.

Вскоре мы добрались до корпуса, вокруг которого уже собирался народ; вернее, большинство толпилось вокруг пассажирских летунов, которых сюда пригнали несколько штук — похоже, будут показывать работу Искателей на примере, пока мембрана остается полупрозрачной. Таньку я заметил почти сразу — она стояла неподалеку от входа, слушая музыку и, увидев меня, грустно улыбнулась, вложив в эту улыбку и радость от нашей встречи, и печаль из-за наших разногласий. Так мне хотелось думать.

Возле входа дежурили уже знакомые мне «библиотекарши», которые, при виде нас, жестом предложили подойти и, приняв у девчат браслеты, отдельно задержали свой взгляд на мне.

— Господин Кольцов, Некто желает вас видеть. Это всего на парочку минут, — сухим и неприятным голосом, достойным автоответчика в морге, процедила сотрудница корпорации, и я, отдав и свой браслет, прошел в предбанник корпуса, откуда направился не в ангар, а в одну из комнатушек персонала. Правда, судя по обстановке, я вновь оказался в «логове» Санты, настолько кабинеты были похожи друг на друга.

— Ох-хо-хо, Саня, заходи. Часто я тебя стал дергать, ты уж не серчай, — весело сказал бородач, хотя в его глазах не было ничего, хроме холодной серьезности.

— Доброе утро.

— А это уж вряд ли… Печальное известие придется сообщить — камушек, который ты нашел, ну, тот самый необычный… Кто-то украл, представляешь? — пристально смотря на меня, Санта покачал головой и страдальчески вздохнул, но я сделал рожу кирпичом, как и ожидается от эфочки.

— Зато теперь точно буду знать, что он ценный, если найду похожий, — ответил я, посмотрев на Санту с укором.

— Ох-хо-хо, везде видишь плюсы? Хороший подход. Тем не менее, Комаров, а значит, и мы, не привыкли, чтобы какие-то сволочи отбирали наше имущество, так что будь уверен, мы обязательно отыщем, куда укатился наш фантазитный Колобок.

— Рад это слышать.

— После того, как ты ушел, ничего подозрительного не было по пути? — резко спросил Санта, но я постарался выглядеть невозмутимым.

— Нет, все как обычно.

— И в лесу? Не подумай чего плохого, но браслеты наши все-таки сделаны достаточно качественно, так что пропажа студента на некоторое время весьма неожиданна, — все еще сверля меня взглядом, сказал бородач.

— Знаете, не хотелось об этом говорить, но… — начал я, и Санта даже подался вперед, словно подготовившийся к атаке хищник. — Я справлял нужду в лесу. Не дотерпел до корпуса.

— Кхм, — почесав щеку, мужик был, мягко говоря, разочарован. — И в туалете ты столько торчал…

— Да. Отрадно, что вы так следите за моим перемещением, не так страшно.

— Саня, тебе бы, блин, желудок проверить, мало ли, чего ты там нахватался в Разломе, хотя до этого и поступала информация, что внутри все стерильно, — раздраженно пробормотал бородач. — И все же — какого ты на первый этаж-то попер… отправился?

— Серьезно? Я ведь на одном этаже с девчонками живу, не стоит им знать о подобном нюансе моего желудочно-кишечного тракта.

Санта просто отмахнулся, давая тем самым понять, что я могу идти. Что ж, весьма удачно, что на территории оказалось сразу две невидимки в виде Мику и Эльки, но второй раз подобное теперь вряд ли сработает. Про письма вроде как тоже молчок…

Пройдя по коридору обратно ко входу, я практически сразу получил браслет назад, а библиотекарша сказала, что девчата отправились за обвесом, так что я пошел следом за ними в уже однажды посещенный ангар, который на этот раз был куда оживленней, чем я думал.

Первой меня встретила Танька, у которой на руке вместе с браслетом была еще одна металлическая штуковина, по виду напоминающая растянутый экран планшета, от которого несколько проводков шло к телу сестрицы, к ее животу.

— Адаптер Ядра, — сразу же пояснила девушка. — Когда ослабим технику, я смогу взять ее под контроль. Кстати, братик, ты помнишь, что я тебе обещала? — не дав мне и слова вставить, Танька подскочила ко мне и крепко обняла, повиснув на шее.

— Обнимашки? Так ведь при первой встрече было, — хмыкнув, сказал я, удерживая девушку.

— Теперь они более теплые. Не ругайся, Сашка. Я знаю, что тебе не нравится, что я в это влезла, но ведь зато мы теперь вместе! Как когда-то… — отстранившись, девица посмотрела на меня, склонив голову.

— Пока что не буду. И вообще, лучше расскажи, кто это? — кивком головы я показал на две другие группы.

Данила, приметив меня, сделал такой вид, словно бы и знать меня не знает, но стоило мне отвернуться, то и дело стал бросать гневные взгляды. Вместе с ним находилась Джесси — такая же блондинка с кучеряшками, как и ее сестра. Одетая в облегающую форму пустынной камуфляжной расцветки, она не отступала от рыжего ни на шаг, стараясь то и дело продемонстрировать ему свои выгодно подчеркиваемые тканью формы. Ага, так у них с Дженни конкуренция вот какого рода! Непросто им, должно быть, но на слив информации тогда можно особо не рассчитывать, а с браслетами была скорее хвальба, что, дескать, их отряд «модернизировали» первее нашего.

Джесси была М2 «Брэдли», что казалось немного странным, но, похоже, у американочек и впрямь был дефицит техники, чтобы обеспечить обеих сестер абрамсным вариантом. Правда, производитель был явно одинаковым — по компоновке обвеса девица очень походила на уже виденный мной «Абрамс», только бронелисты были тоненькими. Зато башня с «автоматической» пушкой не была такой уж громоздкой и не сбивала баланс девицы, у которой помимо прочего на одном плече был пулемет, а на втором — уменьшенная пусковая установка для ПТУР. С таким набором она, кажется, и не слишком-то слаба. Другое дело, что остальных я не знал, поэтому и поинтересовался у Таньки.

— Это — Алиса Константиновна, они с Данилой обручены. Дочка одного из совладельцев Второго Разлома, — зашептала мне сестрица, указывая на гордо задравшую нос девицу с волосами цвета «Хамелеон», меняющими оттенок в зависимости от окружения. Второй Разлом — это один из тех, что на территории Москвы, вот уж не думал, что они тоже постараются задружиться с Комаровской семейкой.

— И она — «Армата», верно? — вспомнив слова Маши, сказал я, и Танька надула губы.

— М-дя, так что тогда рассказывать, если сам знаешь?

— Больше и не знаю никого… А чего без обвеса?

— Не хотят показывать. Вы ж конкуренты, как-никак, — продолжила шептать Танька, неодобрительно фыркнув. — С ней рядом еще одна москвичка, но она ни с кем особо не общается, так что сложно сказать, — добавила сестра, имея в виду еще одну любительницу модных оттенков, только на этот раз с длинными, до пояса, волосами. — Ирина Батьковна, даже отчества не знаю.

Глава 17, часть 2

Учитывая, что рыжий тянулся к самому лучшему, он и взял с собой только трех девчонок, что в целом, могло говорить и о профессионализме Джесси, раз она достойна быть вместе с остальными, являясь технодевой первого поколения. Впрочем, на фоне этого куда таинственней и непонятней смотрелась вторая группа. Особенно ее лидер.

Семен, как я уже догадался, был хлипким пареньком с тонкими косточками, обтянутыми кожей. Может он и был моим ровесником, но поразившая его тяжелая болезнь сделала лицо изможденным и даже в какой-то мере старым. Еще более удивительным было наличие у него контаты — вряд ли бы он смог управляться с боевыми техниками, да и опасно это, когда все твое тело сплавлено с поддерживающим экзоскелетом — высокотехнологичным аналогом обычных инвалидных колясок. Несмотря на цельную конструкцию, раз уж каркас был частью тела, как любой другой бионический протез, подобное было чревато возможным вселением фантома, поскольку только совсем уж тонкие девайсы, неотличимые от одежды, вроде браслетов, можно было носить относительно безопасно. Скорее всего Семену приходилось удерживать себя в постоянном спокойствии, чтобы не спровоцировать фантомов, но какой толк от настолько больного Искателя?

Рядом с ним стояла и выступала в роли прислуги азиатка — куда больше похожая на японку, чем Мику. Черные с фиолетовым оттенком волосы, нарочито короткая юбочка с полосатыми трусиками, отлично видимыми под ней; голубые чулки, тоже с белой полоской, в тон белья. Заметив мой взгляд, Танька продолжила экскурс:

— Это из Семьи Хасегава, «Тип 10». Третье поколение. Она, правда, больше мотается между странами, чем здесь учится, но по зову своего командира быстро примчала, как видишь.

— Остальные?

— А вот сейчас удивляйся: обе перевелись к нам только сегодня. Не слишком ли быстро для уже готовых к работе технодев? — мне не понравились завистливые нотки в голосе Таньки, но, если все и впрямь так, то это не столько удивительно, сколько подозрительно. Вряд ли все так рвутся помочь Комарову заполучить обвес для своей студентки, кстати… Я тоже за этим рвался, но как-то упустил момент.

— Один момент мы не прояснили, когда ты сбежала. И на какие шиши для тебя будут делать обвес? Тоже скажешь, что бюджетное, учитывая, что одна пушечка стоит, как треть квартиры? — зашептал я Таньке в ответ, и она сразу же принялась наматывать локон на палец.

— Как только поступила информация о том, что академия заполучила себе левитационный катализ, сразу же нашлись еще желающие, так что мы сами по себе, — нехотя сказала девушка. — Кроме меня есть еще две кандидатки, причем они готовы выложить немаленькую сумму за помощь в захвате самолета. И обе уже тоже имплантировали себе ядра.

Мне оставалось только чертыхнуться. Молодцы, ничего не скажешь, времени не теряют. Успели уже и продать по частям найденный мною камушек, и уже сделать дефицит из обнаруженного истребителя. Кто же знает, когда в следующий раз обнаружится новый?

— Ясно. И все же, раз такая заинтересованность в летающих технодевах, неужели для тебя сподобились бы в качестве рекламы сделать столь дорогую штуку?

Танька уже весь палец укутала в волосы, когда сподобилась посмотреть на меня.

— Бюджетное место предполагает, что я буду какое-то время работать в команде Искателей за сниженный оклад, пока не выкуплю оборудование…

Ха… То-то они не переживали, что Танька вдруг сбежит. Если кинет — с Кольцовыми вообще никто не захочет в будущем дел иметь, только как с шестерками в лучшем случае. А пойдет плакаться к дяде — и на Волковых ляжет тень. Похоже, через сеструху и меня хотят привязать, разузнав, что мы с ней в хороших отношениях. А если хитро составить договор, можно даже и не откликаться на желающих погасить долг, ведь Танька может за время своих похождений достать куда больше. А, учитывая, что распределяет бонусы командир, ей может ничего кроме оклада и не достаться, но, в отличие от свободных технодев, она не может фыркнуть и уйти. Таким макаром рыжий может и ей свадебку предложить, чтобы породнить Комаровых с мощной Семьей, и после этого аннулировать контракт… Хотя это я накрутил себя, конечно, но сам факт того, что Танька в своей самостоятельности забежала чересчур далеко, это не отменяет. Да и по моему лицу это все-таки отразилось, раз девица уткнула взгляд в пол.

— Ох и молодец… Ладно, пока будем разбираться с проблемами по мере поступления, — сказал я, положив руку Таньке на плечо. — Раз умная самая, давай, выкладывай свои мысли по поводу таинственных новеньких.

Часто заморгав, сестрица ошарашенно посмотрела на меня, но быстро кивнула и глянула на команду Семена. В отличие от остальных, он даже притащил нечто вроде собственного сборочного куба, более компактного, но закрытого, в отличие от того, которым пользовались наши девчонки, но обвес спутниц светить тоже не спешил.

Одна из девушек оказалась азиаткой, как и бронетянка Тип-10, но, в отличие от первой, была совсем уж миниатюрной. На ней была тщательно подогнанная одежда, состоящая из мини-юбки и черной «матроски» с коротким рукавом. На фоне черного резко контрастировали белые чулки и длинные перчатки с красной окантовкой.

— Хм… Эмблема академии убрана, так что она перевелась откуда-то еще, — сказала Танька, пристально рассматривая низенькую девицу. — Форма… Китайская, вроде. Двигается быстро и бесшумно, значит, третье поколение технодев.

Фантом у всех трех не просачивался через одежду, как это часто было у наших девчонок, так что они были явно отлично дисциплинированы. Сколько же там обещали, что Семочка явных профи позвал под видом учениц?

— А вторая — сложно сказать. Наверняка тоже третье поколение, но бедолага явно пострадала от нестабильности фантома, — продолжила Танька. — Как у Машки твоей, например, волосы в зеленый вдруг окрасились, из-за того, что у нее уже и без ядра контата была.

Присмотревшись получше, я понял, о чем говорит сестра. Третья спутница Семена была высокой, с прямыми, весьма длинными темными волосами, из-под которых выглядывали яркие красные глаза, смотрящиеся довольно зловеще, только, в отличие от явно модернизированной Эльки, это был, похоже, ее родной цвет. Бледная кожа отливала нездоровым голубоватым оттенком, а, присмотревшись, я увидел, что у незнакомки один из штифтов есть даже на лице. С такими соперниками я сам себе кажусь каким-то дилетантом, но, в отличие от остальных, хотя бы успел побывать в боевом Разломе, а остальные лишь тренировались в песочнице, пусть насчет незнакомок точно сказать и сложно.

Увидев, что я на нее смотрю, красноглазая хищно улыбнулась и весьма красноречиво провела у себя по шее большим пальцем, причем в этот же момент ее живот окутало серое существо, но почти сразу же затихло. Жест сейчас слишком редкий, чтобы его многие могли понять, но мне было достаточно.

— Зато нам таить нечего, — объявил я, когда все мои девчонки переоделись и принялись по очереди устанавливать обвес, но, когда оказалось, что Сара тоже отказалась от публичного снаряжения, мне пришлось изменить свое мнение. — Или нет… В любом случае: раньше отправимся, раньше вернемся.

Маша и Дженни остались в своем прежнем виде, только Т-90 был без своей пушки, хотя бронелисты и были приведены в норму. После этого вступила на помост Грета — в отличие от камуфляжных «купальников» Дженни и Маши, у ее образца была короткая полоска ткани, выступающая в роли юбки, а на голове — неизменная шапка вместо форменной фуражки. Плечи были прикрыты весьма громоздкими на вид пластинками брони вместе с динамической защитой, на одном был крупнокалиберный пулемет, тогда как в руках девушка держала нечто необычное: эдакая комбинация мощной винтовки, имитирующей пушку, спаренной с еще одним пулеметом. Конструкция выглядела мощно, особенно с учетом того, что калибр был одинаков с той махиной, что Дженни таскала вместе с башней, и присоединялось все к бронированным перчаткам немки сразу несколькими тросиками, но самой Грете, казалось, было ничуть не тяжело.

Проверив, как сидят те самые бронелисты, которые ее тогда поранили, Грета улыбнулась и, включив траки, очень быстро и почти бесшумно подкатила ко мне.

— Слушайт ваши указаний, майн командор!

Непривычно было видеть ее в таком виде, и я улыбнулся в ответ на ее реплику. Послушав меня, девчата распределили по кармашкам формы энергетики, которые послужат подпиткой для фантомных энергозарядов, да и для себя я тоже подобные прихватил. Поскольку ситуация со скрытностью начала приобретать напряженный характер, в зал наконец-то наведался Виттман и, коротко предложив мне и Саре воспользоваться мобильным пунктом по установке обвеса, наконец-то сдвинул дело с мертвой точки, так что уже через несколько минут я вместе с пятью девушками взошел на борт грузового летуна и отправился в сторону «Балтимора».

Через мгновения после старта в центре транспорта загорелся голографический экран, изображающий нужный нам купол с наложенными на него фотографиями местности, сделанными до ДД. Одна лишь взлетно-посадочная полоса — два с половиной километра, и это не считая раскиданных по территории ангаров, терминалов-перронов, стоянок… Да и наблюдательные башни. Несмотря на то, что местность казалась сравнительно открытой после заставленной зданиями АЭС, фантомам было, где укрыться.

— Первичная мембрана позволяет визуальное обнаружение и не должна блокировать связь, но на случай ухудшения ситуации браслеты снабжены коротковолновым передатчиком, который должен работать на коротких расстояниях, — пояснил нам электронный голос. — Ожидайте атаку захваченным вооружением, причем совсем необязательно, что оно будет принадлежать к авиации — могут присутствовать все возможные типы оружия, исходя из полученной ранее информации.

Девчата посмотрели на меня, но я оставался столь же невозмутимым, как и раньше, так что они немного успокоились.

— Основная миссия: захват и усмирение фантома, поглотившего Су-37. Отряд, выполнивший данное поручение получит солидную прибавку. Вторичная миссия: поиск материалов. Оплата исходя из ценности найденного фантазита.

Следом за этим мне пришло дополнительное сообщение: «Отдельная плата за информацию о захваченных людях, подвергнутых ампутации. Подпись: Некто».

— В этот раз конкурентами вам будут выступать еще две команды Искателей. Кооперация и соперничество — на ваше усмотрение, главное, чтобы цели были выполнены.

На экранчике мигнули фотографии: как и видел раньше, рыжий вместе с Джесси, Алисой-«Арматой», неизвестной москвичкой-Ириной и еще одной девицей, которая была кандидаткой на технодеву, как и Танька. Семен вместе с Хасегавой-«Тип 10», китаянкой, красноглазой и еще одной незнакомой кандидаткой.

— Что ж, постараемся! — банально, но с чувством объявил я, и девчата звонко закричали в ответ, когда наш летун приземлился неподалеку от громадного купола. Зеваки-практиканты уже собрались вокруг, чтобы поглазеть, причем это были, похоже, именно наши фанаты, поскольку у всех трех отрядов были различные точки входа в Разлом. Раз уж структура будет меняться с каждым вхождением, есть вероятность, что кто-то окажется ближе всех к истребителю, если тот решит смотаться с полосы, так что это была своего рода рулетка, но материалы искать было в любом случае не так просто на такой громадной территории.

Как и вокруг АЭС, здесь были охранные зданьица со служащими Комарова, которые нас и встретили. Небольшой контейнер, прихваченный грузовым летуном, разместился возле сторожевой вышки и, когда подали питание, Сара пошла «прихорашиваться», уже успев переодеться. Пилотка, синяя облегающая форма с камуфлированными рукавами, утыканная подсумками, из которых торчали разномастные шоколадки, а также серые шортики. Штифтов у девушки было куда меньше, как мне показалось, да и изначально закрытые руки говорили в пользу этого наблюдения, и все окончательно вскрылось, когда Сара нацепила обвес.

Многофункциональные механические конечности были выполнены в виде бронепластин «Меркавы», формируя роботизированные ноги, которые и закреплялись на штифтах девушки. На уровне талии можно было угадать характерный профиль израильского танка, от которого в стороны отходили подвижные соединения, подобные крыльям: одно «крыло» было большой бронепластиной с расположенным поверх конструкции пулеметом, которая при желании могла прикрыть не только саму Сару, но и кого-либо рядом с ней, тогда как второе подвижное «крыло» удерживало почти что полную копию башни танка с внушающей пушкой. Если у остальных девчат орудие было лишь подобием, то здесь — практически полное соответствие, разве что конструкция уменьшена, должно быть, всего лишь раза в два. На левой стороне башни еще и миномет был закреплен, подвергнувшийся самой большой минимизации.

И, как и предполагала Маша, у Сары было что-то, отражающее десантный отсек ее прообраза, только во всей красе демонстрировать она его не спешила, но один лишь вид того, как из ее покрытых броней бедер шли десятки кабелей к двустворчатым коробам позади механических конечностей, наталкивал на определенные мысли.

— Третье поколение, чтоб его, — горько вздохнула Маша. — Было бы интересно взглянуть на Т-90 в такой вариации…

— А шо вы не спрашиваете, как я себя чувствую во всем этом? — весело сказала Сара, пружинисто подбежав к нам на своих робо-ногах.

— Как ты себя чувствовайт?

— Ой, даже не спрашивайте!

Похоже, иностраночки были далеки от подобного каламбура, но я тихо посмеялся, вызвав хоть ненадолго улыбочку у голубоглазой Меркавы.

— Что ж, если все готовы, вперед, — получив подтверждение, я сверил часы, чтобы избежать лишних временных аномалий и, прихватив небольшие кусочки фантазита, что нам выдали в качестве ключей для возвращения, отправился под восхищенные взгляды студенток и нескольких студентов вперед. Удостоверившись, что остальные команды тоже на подходе, я вместе с девчатами медленно вошел в тягучий воздух Разлома.

Глава 18, часть 1

Местность внутри Разлома вновь разочаровывала своей серостью и запущенностью. Учитывая, что сам аэродром находился в довольно живописном районе с немалым количеством деревьев вокруг, состояние местной растительности меня даже немного угнетало — должно быть, после цветущей флоры Школы Земли это казалось слишком ненормальным. Да и когда-то здесь располагались жилые дома, всего-то в полутора километрах от взлетно-посадочной полосы, и теперь даже их часть оказалась накрыта куполом, так что и это не настраивало на радостный лад — если военные, скорее всего, пострадали сразу же, то с гражданскими ситуация может быть аналогична произошедшему на АЭС. Не хотелось бы, чтобы бегающие скелеты опять расшатали Машкин статус, но, если разобраться, то у фантомов особого дефицита в людских телах и не было…

Мы с девчонками оказались среди небольшого лесочка, деревья в котором бесшумно шелестели серыми листьями, покачиваясь от несуществующего ветра. Чуть дальше располагалась стоянка для самолетов, когда-то используемых студентами одного из местных учебных центров, а вокруг располагались как металлические укрытия для истребителей, так и железобетонные арочные конструкции, частично прикрытые землей и травой. То есть, стоит нам выйти из-за деревьев — и мы уже будем, как на ладони, тогда как сами сейчас не можем никого приметить.

Второй отряд, как нам подсказала электронная девица перед посадкой, выйдет у конца взлетно-посадочной полосы, в еще одном лесу, куда более густом; третий, скорее всего, пойдет с противоположной стороны, от начала полосы, где почти не будет укрытий. Видимо, по этой же причине никто не использовал вход в купол на уровне центра аэродрома — там отряд сразу оказался бы в голом поле, тогда как противник мог напасть сразу с нескольких сторон.

Воздух уже в какой-то степени привычно пах озоном и окислами, шум, издаваемый лишь тихим полязгиванием девчат и шуршанием моей одежды, быстро заглушался, но я в первую очередь сосредоточился на собственных ощущениях: жжение было только в запястье, а боль в груди на этот раз отсутствовала. Если расценивать свое состояние лишь по тому, как чертовы осколки пытались преобразовать ткани моего организма, то сейчас, похоже, все замечательно. Как бы хотелось еще раз увидеть Мику, чтобы отблагодарить… Не знаю как, правда. И Эльку, естественно, тоже, но встреча с ней куда более вероятна, чем с синевласой скромняжкой.

Обернувшись, я с улыбкой помахал студентам, которые с замиранием сердца следили за нашими передвижениями, после чего обратился к своим спутницам:

— Твари умеют телепортироваться, но в виде захваченной вещи им это, по всей видимости, недоступно. В любом случае — все активируйте техники защиты. Маша и Дженни — двигайтесь чуть впереди, с активацией динамической защиты против возможных противников ближнего боя. Сара, Таня и я — в центре, Грета — позади, тоже с активацией защиты.

Коротко подтвердив, девчата распределились в соответствии со сказанным. Я понаблюдал за тем, как их фантомы обволакивают детали обвеса, копируя общие контуры своих прообразов. Особенно интересным было то, что у Маши и Дженни фантомы приобрели с прошлого раза серебристо-фиолетовое свечение и более плотную структуру, хотя я и не уверен, что девушки сами это осознавали и уж тем более, видели. Получается, даже пассивные умения переходят с ранга на ранг?

Фантом Греты по своей структуре не отличался от обычного, но после того, как защита сформировалась, покрытие девушки стало удивительно напоминать обычный металл, настолько плотным казался дым; думаю, это схоже с моей «Каменной Кожей». У Сары же было без особых сюрпризов, за исключением того, что серое существо прикрывало и ее подвижные «крылья».

— Так что же у тебя за десант там припасен? — поинтересовался я у голубоглазой, на что она похлопала себя по бедрам.

— Ой, таки всего лишь дрончики, ничего такого.

— Вау? И как со стабилизейшн аутоматик милитари системс? — похоже, Дженни о подобном что-то слышала, но лично мне казалось, что любой, кто попытается создать боевых роботов, пострадает точно так же, как и, допустим, кузнец, делающий меч. Оружие — оно везде оружие, на технологичность фантомам обычно плевать.

— Все в ажуре, — коротко ответила Сара, поскольку я жестом указал двигаться вперед, с тревогой поглядывая на пытающуюся выглядеть невозмутимо сестру. Сара и Грета хотя бы бывали в тренировочном Разломе, для Таньки же это был первый раз, да еще и настолько серьезный. Не в ее правилах было жаловаться, но и на меня она старалась не смотреть, чтобы не выдать свое волнение.

Гнать в лесу было некуда, так что для начала я попросил девчат отключить траки, чтобы не выдавать нас лязгом раньше времени, хотя скрыться на территории фантомов и казалось занятием, обреченным на провал. Пройдя пару десятков метров вперед, я подал еще один знак, и девушки остановились, как вкопанные, вскоре и сами осознав, что вдруг изменилось. Листочки на бесшумном ветру затрепетали с такой силой, будто бы поднялся самый настоящий ураган, а воздух вокруг резко растерял приятный аромат свежести, уступив преимущественно металлической вони. Тук-тук. Колыхание деревьев прекратилось так же быстро, как и началось, а уже знакомый звук снова повторился.

По моей команде девушки осторожно коснулись друг друга руками, чтобы не вызвать срабатывание защиты, а я, взяв за руки Грету и Таньку, быстро осмотрелся и убедился в своем предположении: стена мембраны вновь превратилась в матовый кисель, который медленно стал сужаться, приближаясь в нашу сторону.

— Шустро на этот раз, — со вздохом сказал я, на что Дженни с Машей быстро закивали.

— Интересно, успевайт ли остальные войти? — вопрос Греты был весьма важным, но, глянув на браслет, я убедился, что мы опять остались без связи с внешним миром. Зато гарнитура работает, так что мы хотя бы можем общаться на расстоянии, если потребуется разделиться.

Прошлое «уплотнение» в какой-то мере совпало с вхождением отряда Мику внутрь Разлома и, если ориентироваться на то, что стук Сердца стал гораздо тише, чем в тот момент, когда я его только услышал, скорее всего конфигурация купола уже изменилась.

— Думаю, как минимум один успел войти. Идем, используя предыдущее построение, но для начала… — задрав голову, я с сожалением убедился в том, что все деревья на удивление одинаковые, так что, даже если я заберусь наверх, то вряд ли примечу, что нас ожидает сразу за лесочком. Судя по кабелям, дальность действия дронов не очень большая, так что в поисках нужного самолета потребуется рассчитывать на свои силы.

Но толк от моей задержки все-таки имелся — было одновременно и неприятно, и радостно заметить светящиеся глаза фантомов среди ветвей. Дымчатые твари уже ждали нас, но не решались напасть, сразу же испарившись, стоило мне их вычислить.

— Что-то увидел, да? — Маша и Дженни сразу же приготовились к бою, как только заметили мое серьёзное, озадаченное лицо. Грета и Сара, не привыкнув видеть меня таким, перевели взгляд с девчонок на меня и обратно, после чего сжали кулачки, задышав чаще — это было отлично слышно на фоне почти что звенящей тишины. А уж стук сердца рядом идущей Таньки мне казался ничуть не тише, чем от мифического центра Разлома.

— Да. Идем медленно. Дженни, Мария — пулеметы в положение для зенитной стрельбы. Грета — приготовь орудие. Сара — прикрытие.

Наплечное вооружение с щелчком расположилось в нужном направлении, готовое расстрелять местных любителей лазать по веткам. Зона высадки была проверенной, то есть проблем раньше не возникало. Вроде как деревья все-таки были живыми организмами, так что мне не попадались случаи их «одержимости», но, если разобраться, то скелеты людей тоже когда-то были вполне себе живыми. Сколько лет этому лесу? Даже во многих дворах и за меньшее время деревья засыхали, не выдерживая зим или просто погибая от мощного ветра и прочих факторов, если здесь все вокруг уже мертво, то как бы подобное укрытие не было опасней, чем открытая местность…

— МетМер… Нельзя избежать неизбежного, смертник должен умереть! — резко повернувшись на злобный голос, я не успел никого увидеть. Шустрый, зараза, однако, шелестящий звук фантомного голоса после этого прозвучал со всех сторон, будто бы нас обсуждала целая толпа, причем источники звуков менялись так быстро, что отследить их не было никакой возможности.

— И еще одна вшивая метмерка… Как вы только посмели наплодиться? Ни на что не годное поганое мясо, — зашелестело сбоку от Таньки, и она, заозиравшись, с испугом посмотрела на меня, когда прозвучал еще один голос.

— Мерзкая мутантка, сдохни. Ты недостойна жизни, лучше помри прямо сейчас, пока остальные не узнали, — быстрый и злобный шепот раздался сзади, и я, резко обернувшись, увидел, как Грета замерла с абсолютно бледным лицом. Позади нее стоял здоровенный фантом с ухмыляющейся рожей, продолжая нашептывать разные гадости. Быстро собрав в кулаке энергию для дистанционного удара, я сделал взмах — и пучок дымчатой энергии пронесся над плечом девушки, врезавшись в тело фантома, от которого уже остался лишь подвисший в воздухе хохот, тогда как тело телепортировалось. Но, конечно, никто этого не увидел. Лишь Грета все еще стояла, не шелохнувшись, словно мешком по голове ударенная.

— Они много всякого говорят и желают, не слушай их, — с теплом сказал я, шагнув к немке, стараясь при этом придать голосу ласковые нотки, и девушка нерешительно кивнула. Но, похоже, что речь была не о влиянии слов, как таковых: я тоже с момента попадания в Разлом ощущал какое-то гнетущее чувство. Как на похоронах отца, когда мы, хоть и хоронили пустой гроб, но все прекрасно знали, что он уже не вернется — эта смесь отчаяния, утраты, гнева и неверия, приправленная безразличием большинства окружающих… Отвратительный коктейль эмоций, почему-то проснувшийся вновь именно сейчас. Быть может, если эти фантомные твари являются порождением разума, то в своей родной среде они могут влиять подобным образом на тех, кто их породил?

— Мы ничьего не слышать, — озадаченно сказала Дженни, бросив назад лишь быстрый взгляд.

— Здесь они наглее, мне только записульки старались показывать. Отвратительные твари, — с чувством произнесла Маша. — Надеюсь только, что мертвых здесь не будет…

— Мне почему-то вспомнились похороны папы, — осторожно прошептала мне Танька, вновь взявшись за мою руку. — Сашка… Что мы им такого сделали?

Ответить хотя бы предположением я не успел: деревья вновь стали раскачиваться от несуществующего ветра, и, пользуясь моментом, я указал идти дальше. Сверху посыпались серые листочки, от малейших касаний превращающиеся в еле заметную труху, отчего все вокруг вскоре оказалось наполнено самым настоящим облаком пыли. Через защитные техники оно не проникало, так что Таньке было хуже всего — зажмурившись, она прикрыла рот форменной перчаткой, идя вслепую только с моей помощью, но по факту видимость ухудшилась для всех. Касаясь друг друга, мы продолжили путь: еще несколько метров — и бесшумный мир оказался потревожен резким, хлестким, бьющим по ушам свистом рассекаемого воздуха. Сразу несколько веток метнулись к нам, ударяя и по переднему ряду, и сзади, и сбоку — будто бы отовсюду. Стиснув взвизгнувшую от страха Таньку в объятьях, я выдохнул, видя, как моя защитная оболочка медленно закрывает и ее.

Послышался хруст ломаемой древесины, когда защита Маши, Дженни и Греты мигнула, отражая часть силы удара деревяшек в них самих. Вспыхивающие среди серой пыли алые глаза появлялись то в одном стволе, то в другом — фантомы метались между мертвыми деревьями, непрерывно меняя свои «тела» и используя еще уцелевшие ветви, чтобы барабанить по защите девчат. Несколько низко ударивших веток врезались и в мои ноги, отчего меня отбросило в сторону Сары, но та быстро прикрыла нас с сестрой своей бронепластиной. Удары не были болезненными, не пробивали защиту, но тратили наши силы все быстрее и быстрее.

— Круговой огонь! Выкосить все!

С низким гудением сразу несколько пулеметов активизировались, поливая непрерывными потоками серых сгустков пространство вокруг. Энергозаряды попадали в древесину, разрывая ее на щепки. Кора не выдерживала, и более тонкие стволы ломались сразу же, тогда как остальные тоже начинали трескаться от пары-тройки попаданий. В образовавшемся лесоповале деревья начали падать одно за другим — некоторые удивительным образом пытались свалиться именно на наш отряд, но резкие удары когтистых бронеперчаток отбрасывали или переламывали древесину с такой легкостью, будто на нас упала упаковка зубочисток.

Использовав лазерный целеуказатель браслета, хорошо видимый на фоне пыли, я выцеливал свалившиеся одержимые деревяшки — похоже, после потери структуры дымчатым тварям было не так просто поменять свое «тело». Чтобы не тратить энергозатратные удары орудий, девчата прошлись по злополучной флоре огнем пулеметов, разнося ее на куски, и спустя минуту вокруг воцарилась такая же тишина, что и до этого.

— Фух. Самочувствие, повреждения?

— Все в норме, — первой отозвалась Маша, и остальные выдали схожий результат. Отпустив Таньку, я увидел, как она быстро кивнула мне и одними губами прошептала «Спасибо».

— Только вот теперь кто угодно точно знает, где мы можем быть, — заметил я. — Уходим к стоянке.

Выйдя вперед, я стал быстро читать литанию псевдосейсмической волны. Раз уж внутри Разлома она била куда мощнее, то не стоит тратиться на что-то более серьезное — последние слова, и поток энергии волнами унесся вперед, скашивая все стволы мертвых деревьев на пути и разрыхляя землю, из-за чего все не сломавшиеся до этого растения оказались выдраны с корнем. Практически одновременно с этим послышалось то, чего я опасался: низкий, гудящий гул невероятной мощности раздался где-то далеко, но даже так, его мощь отразилась в моих завибрировавших органах. Чем бы это ни было, лучше оказаться как можно дальше, если это что-то целилось в нас.

Быстро активировав траки, Маша и Дженни, подобно настоящим танкам ломанулись вперед, круша и отбрасывая попадающиеся на пути стволы, затем за ними спешила ловко перепрыгивающая препятствия Сара и, отпустив вперед Грету с Танькой, я стал замыкающим, чтобы сразу увидеть, если кто-то попытается обойти нашу группу с тыла. Отрывистый гул сменился на приближающееся гудение, от которого даже немного осевшая пыль вновь взметнулась вверх, не говоря уж об опять пришедших в движение деревьях.

Продолговатый энергосгусток пронесся над верхушками и с хлопком разорвался на десятки небольших дымчатых сфер, которые осыпались вниз, накрывая площадь в несколько десятков метров. Подгоняя девчат, я и сам воспользовался транспортной техникой, чтобы проскользить по рыхлой земле, уходя из-под радиуса, когда сзади сдетонировала вся серая масса, накрывшая лесок.

Улетев вперед, я кубарем покатился и даже снес тонкое деревце на своем пути, после чего наконец-то остановился, увлекаемый мощной ударной волной. Неподалеку от места нашей высадки образовалась многометровая пустошь, усеянная испепеленными обломками деревьев, большинство из которых осыпалось и превратилось в нечто вроде праха, взметнувшегося вверх и создавшего над бывшим лесочком здоровенное серое облако.

Глава 18, часть 2

Бывшая ближе всех ко мне, Грета бросилась в мою сторону, но я остановил ее жестом и неуклюже поднялся, морщась от боли. Пусть защитная техника и помогала не раскроить черепушку о неудачно подвернувшееся деревце, но импульс все-таки был моему тельцу передан немалый. Прислушавшись и не уловив повторную атаку, я доковылял до девчат и стал накладывать на себя «Дар Земли», чтобы унять боль от ушибов.

— Что это могло быть? — первой озвучила немой вопрос Маша, на что я лишь почесал щеку, заканчивая мысленно дочитывать текст литании. Целительная энергия расползлась по телу, приятно бодря, после чего я выпрямился и отряхнул с перчаток грязь.

— Есть подозрение, что не авиация. По крайней мере, виденные нами ранее летающие предметы не были настолько шумными, да и, вроде как, вы же можете их почувствовать, верно? Ядро резонирует или что-то вроде того…

Маша осеклась, видимо, поняв свою оплошность, но это было и не столь важно. Из того, что я смог изучить, все это было похоже скорее на кассетный боеприпас, чем на что-либо другое. Конечно, высоты купола вполне достаточно, чтобы сбросить на нас бомбочку и улететь восвояси, но, судя по дальности первоначального гула, речь о наземной пусковой установке.

Свои мысли я озвучил и девчатам, когда мы выбрались к выходу из лесочка. Когда-то заставленная самолетами площадка сейчас пустовала, а вот ангары и укрытия были закрыты, так что в прямой видимости противников видно не было.

— Шайссе, если по нам и дальше шмаляйт своими Фергельтунсваффе, это скверно!

— Давай, отличница, рассказывай, — обратился я к Таньке, которая сразу же выпрямилась. — Что знаешь о подобном?

— Я не… Это ведь наземные операции, — смутившись, сестрица прикусила губу, и вместо нее ответила Дженни:

— Я слышьять о применений ар-р-ртиллэри! Очень затратный, но мощный аттак.

Ох, если есть технодевы-артиллерия, то нет сомнений, что и фантомы легко ей пользуются. Другое дело, что, не зная обвеса, мы не можем с уверенностью сказать, что атака не была со стороны наших дорогих сокурсников…

— Ясно. Тогда постараемся так сильно не отсвечивать, хотя фантомы к нам уж слишком пристали — у нас уже три так называемых «МетМера», которые им покоя не дают, — сказал я. — Не открывать огонь без приказа.

Стук Сердца раздавался совсем тихо, и исходил откуда-то с совсем уж дальней точки аэродрома, зато звон материалов был сравнительно близко. С учетом того, что кратчайший путь до полосы лежит все равно мимо укрытий, имеет смысл заглянуть. Если совсем уж повезет, то и истребитель могли укрыть от любопытных глаз в одном из них.

Вдалеке послышались гудящие отзвуки пулеметной стрельбы; если не ошибаюсь, то примерно там же, откуда ухнул мощный энергосгусток. Еще больше уверившись в своих подозрениях, я молча указал девчонкам на холмики железобетонных арок и, проследив, чтобы внезапно никто вдруг не появился поблизости, бегом отправился через растрескавшуюся поверхность стоянки.

Звон звучал все ближе, так что я окончательно убедился, что материалы находятся где-то внутри одного из укрытий. Проскочив мимо давно забытых автомобилей, мы оказались у одного из холмиков, перебравшись через который можно было оказаться у арок, коих здесь было сразу несколько штук. Приложив палец к губам, я подождал, пока девчонки отключат траки и пригнутся, после чего пополз вверх, пока не оказался на вершине одного из укрытий, среди неестественно высокой травы.

Несколько силуэтов фантомов клубилось впереди, на пересечении дорожек, ведущих к мини-ангарам. Не понимая их шелестящий шепот, я присмотрелся к окружению: ворота везде были закрыты, двери для персонала тоже, и подобная картина была у всех укрытий, кроме парочки самых дальних. Возле одного из них валялась груда металла, когда-то бывшая самолетом, по всей видимости, да и сама арка была повреждена, как и искореженные ржавые ворота. В темноте на мгновение полыхнули алые глаза, но исчезли столь же быстро, как и появились, после чего группа из дымчатых тварей всполошилась и исчезла из центра. Подождав еще парочку минут, я так и не обнаружил никакого движения ни поблизости, ни вдоль взлетно-посадочной полосы, после чего подал знак девчонкам, и Грета, оказавшись рядом, уложила свою пушку-винтовку на землю, вглядываясь в оптику.

— Найн. Нихт истребитель, — со смесью разочарования и удивления сказала девушка, посмотрев на меня. — Уже кто-то захватийт?

— Вряд ли им это удалось бы без атаки, а стрельбы что-то было не особо много. Будем искать здесь, хотя, он ведь должен резонировать?

— Спящий оружий не вызывайт вибраций, — предположила Грета. Так-то оно так, ведь локомотив тоже не заметили сразу, хотя и фантомы могли прихватить его только после наших блужданий по дому.

Осторожно спустившись вниз, мы решили разделиться, чтобы не попасть под одновременную атаку. Маша, Дженни и Сара должны пройти через ворота, аккуратно повредив их, тогда как я, Грета и Танька пойдем через дверь персонала — больше одной технодевы там все равно не протиснется.

Распределившись возле здания, я подтвердил готовность и шепотом начал отсчет:

— Две… Одна.

С тихим скрежетом ворота оказались смяты и раскурочены, а Грета с нашей стороны выломала дверь; четыре технодевы ввалились внутрь, когда вновь поднялся невидимый ветер, всколыхнув травинки на арочных стенках. Звон переместился, но вместе с этим, обернувшись, я никого не увидел. Да вашу ж мать! Не иначе, как третий отряд все-таки нарисовался, чтоб его… Неужели нужно всем всегда за ручки держаться?!

Выдохнув, я зачитал литанию успокоения. Как минимум, двери остались поврежденными, но где разыскивать остальных? Передатчик молчит, стук Сердца стал гораздо громче, похоже, сместившись к одному из металлических укрытий в паре сотен метров от меня, но прямо сейчас туда идти казалось не самой лучшей затеей, хотя это и означало, что в ближайшее время вряд ли конфигурация изменится. Куда хуже другое: Танька могла остаться одна, и что она сможет сделать? Чертыхнувшись, я скользнул внутрь укрытия, но обнаружил лишь пустоту: будто бы это был большой склад, из которого уже давно вынесли все, что только можно. Промчавшись до разломанных ворот, я почувствовал, что запах озона усилился, и со стороны разломанного входа мигнул знакомый оранжевый глаз, после чего я чуть не столкнулся с моей знакомой кибернетической девицей.

— Ох ты. Какие люди! Что-то я тебя не там ждала, похоже, — фыркнув, девушка вошла внутрь и осмотрелась.

— Элька! Как я рад тебя видеть! — вполне искренне сказал я, на что она вновь фыркнула, но не слишком искренне. — Сестрица и остальные девчонки в беде! Раз ты оказалась здесь, то в курсе, как вернуться?

— А. Хм. Я разобралась маленько в этой ерунде с перемещением, когда со мной та любознательная девица поделилась, — нахмурившись, сказала Элька, поправляя полюбившуюся ей куртку. — Короче, ты пока успокойся немного. Неделю вы в прошлый раз пропадали из-за того, что за счет Разлома оказались в другом мире ненадолго, а подобное перемещение органики дело не пары секунд, тогда как фантомам все дается легко.

— Хочешь сказать, что мы опять тут на неделю застряли?! Да за это время…

— Скорее всего, меньше. В общем, Альфа-барьер находится на твоей Земле, а Бета, который видно в виде уплотнения — уже родная планетка фантомов, переход на которую поддерживается Сердцем. Для своих темных делишек и чтобы избежать слишком долгого перемещения эти сраные экзекуторы могут создавать еще и альтернативные варианты отдельных помещений или даже зданий. Они заодно служат и для защиты, а охраняются Якорями, черпающими силу в семени Ойтаци, как убитый нами Труподвиг в прошлый раз, — торопливо рассказала Элька, пока я пытался не потерять нить рассказа.

— Так где мы-то сейчас?

— Полагаю, что Сердце захотело тебе помешать, так что использовало твое Ойтаци для генерации отдельного ангарчика, как мне кажется. Может, нужны ваши тела, как и мое когда-то, или сами технодевы для экспериментов… — в задумчивости Элька будто бы специально потянулась, задирая курточку, демонстрируя тем самым, что белья у нее с нашей последней встречи больше не стало. — А, как вариант, убрать действующие команды местной академии, чтобы потом тихо-мирно ее уничтожить, лишив людишек передового центра исследований и все такое… В общем, просто выйди через дверь, и снова окажешься во вторичной мембране, если хочешь этого, — быстро сказала девушка, поймав мой нетерпеливый взгляд.

Сглотнув, я кивнул и посмотрел на проем.

— Получается, у них есть нечто вроде пространственных карманов для моментального перемещения «мяса» и техники…

— Моментального — это чересчур, но куда более быстрого, — закончила мой вывод Элька. — Тебя же какое-то время не было в прошлый раз, но, полагаю, для Якоря, коим ты пока что являешься, остальные еще даже могли не переместиться.

— Спасибо.

— Да уж в который раз, я привыкла, — улыбнувшись, Элька подошла ко мне и осторожно взяла за руку — хоть я и почувствовал твердость ее металлических пальцев даже сквозь перчатку, для нее подобное наверняка было очень важно. — Неужели тебе правда неважно, что я такая? — еле слышно прошептала девушка, сделав акцент на последнем слове, но я, хоть и прекрасно уловил ее слова, сейчас был слишком озадачен.

— Прости, что?

— А, да так. Давай уже, вперед! — смущенно поправив волосы свободной рукой, девица посмотрела прямо перед собой, и мы шагнули наружу — практически сразу вернулись прежние ощущения, а вдалеке я вновь услышал стрельбу. Затем уже знакомый гудящий гул обрушился смертоносными взрывами где-то еще, а я тем временем вновь посмотрел на темное пространство ангара. — Похоже, что в меня влепили что-то вроде мини-якоря, за счет которого я тоже свободно могу мотаться между этими подпространствами, — сказала Элька, с такой довольной улыбочкой рассматривая обломки самолета, что я даже и не сомневался теперь, что это ее рук дело.

— И как вернуть девчат?

— Раз уж эти твари — Ноопроявления, как говорила синевласка, то суть как раз в этом — представь, к кому именно хочешь отправиться, раз не знаешь, как выглядят сами Якоря.

— Хм, то есть, ты оказалась вместе со мной, потому что думала обо…

— Да-да, ты все верно понял, — покраснев, Элька недовольно щелкнула хвостом. — А о ком мне было еще думать, если я никого не знаю? В общем, перемещайся к нужной, я — за тобой. Как только Якорь сдохнет, подпространство само разрушится, как это было с Труподвигом. Причем можно даже не убивать, а просто выдернуть Семя.

— Более-менее ясно… А что насчет самолета?

— О, скорее всего его сныкал один из Якорей, тут снаружи кто-то так жахает, что только самый полудохлый из фантомов не в курсе вторжения, — со смешком сказала Элька.

Ага, значит, все-таки наши… Еще раз поблагодарив немного удивленную девицу, я представил нужный образ, следом вновь вошел в злополучное укрытие и в итоге полетел прямехонько вниз — удивительным образом перекрытий возле входа не оказалось, так что я приземлился прямиком на влажный пол, пролетев несколько метров и оказавшись в итоге в каком-то подземелье. Железистый запах, витающий вокруг, исходил от алой жидкости, в которую я плюхнулся — подсветив фонариком браслета, я скептически глянул на лужицы крови, но, услышав женский крик где-то впереди, тут же вскочил и бросился по узкому коридору, проложенному в толще земли под укрытием.

Оказавшись под небольшой аркой, выложенной природным камнем, я обнаружил Таньку, лежащую на земле, привалившись спиной к стенке. За пару прыжков оказавшись рядом с ней, я осторожно приподнял голову девушки и, прислушавшись, уловил ее дыхание. Быстрое чтение «Дара Земли» — и вот уже свечение мягко окутало сестренку, после чего она осторожно открыла глаза.

— Братик… Тут был монстр! — глаза Таньки расширились от ужаса, когда она вспомнила произошедшее, но, оказавшись в моих объятьях, девушка уткнулась мне в плечо и облегченно выдохнула. — Ты пришел за мной.

— Ну конечно, глупая. Ты здесь одна?

— Нет, Грета отвлекла тварей на себя… Черт, Сашка! Помоги ей! — только отойдя от потрясения, Танька начала соображать, и как раз вовремя сзади появилась Элька, о которой я, к счастью, смог рассказать сестре до того, как она ее увидела, а то бы пришлось снова успокаивать. Хотя бы здесь мой авторитет старшего брата сработал, так что без лишних пререканий я оставил парочку позади, бросившись вперед по запутанным коридорам, в сводах которых вновь послышался крик.

Грета, умничка, оставляла своей когтистой перчаткой следы на стенах, так что скоро я уже услышал стрельбу и вибрацию орудий, перемежающихся с мерзкими всплесками и шепотом. Еще одна арка — и большой зал, залитый кровью по колено, чем-то напоминающий тот самый, где я спас Эльку, только вместо огромной кучи проводов здесь были развешаны сосуды. Человеческие вены, артерии, даже сеточки капилляров, удивительным образом выдернутые из тела и составляющие диковинный бред свихнувшегося анатома.

В дальнем конце зала булькал бесформенный кровавый силуэт, швыряясь алыми комками, а в него раз за разом прилетали слабые серые сгустки. Окутанная потерявшим форму силуэтом, Грета продолжала стрельбу из пулемета, вяло двигаясь — похоже, потратила уже слишком много энергии, да еще и частично потеряла контроль из-за местных ужасов.

— Отвали-ка, мразь, — совместив свою чем-то крутую фразу с псевдосейсмической волной, отправленной в сторону силуэта, я бросился к пошатывающейся девушке и поддержал ее, охнув из-за отразившей мое касание динамической защиты, но на долго ее не хватило, так что мне удалось дать немке немного времени на передышку.

— Сжечь мутанта! Сжечь! Она должна сдохнуть, МетМер, как и ты, впрочем! — разнесся со всех сторон булькающий смех, но силуэт вроде как исчез, так что я, не обращая внимания, оттащил Грету к стене.

— Саша. Он ведь прав. Я тоже так считайт, я даже бояться, что кто-то узнайт… — прошептала девушка, и я увидел, как по ее личику пробежала крупная, поблёскивающая в свете моего браслета, слезка.

— Они на это и рассчитывают. Не поддавайся! Разве не ты раздавала указы преподу, вынуждая его привозить колбасен? Не ты соревновалась с лучшей студенткой? Не ты помогала такому балбесу, как я? Ты — замечательная девушка, и как может мнение какого-то полудохлика из вонючего подземелья тебе быть важнее моего, например? Никто не может решать за других, достоин он жизни или нет, — произнес я быстро и искренне, но девушке, казалось, не становилось лучше — ее дымчатый силуэт расползался все больше.

— Просто ты не знайт, что я — мутант… Вот, — шмыгнув, Грета стащила с себя шапочку, и я увидел, что на макушке у нее два кошачьих ушка, которые еще и мелко дрожали, передавая волнение девушки. — Я не лгать. Нихт кот, Саша. Я сама… Мяу.

Звук был неожиданным, но каким-то комфортным и… домашним, что ли. Такое чувство, что я подсознательно знал об этом с самого начала, из-за чего и успокаивался, представляя Грету.

— Ну какой же ты мутант, ты — самое милое создание, которое мне доводилось видеть. Ушки тебе очень идут, милаш, — ласково произнес я, прижавшись щекой к макушке девушки, отчего покрытые шерсткой уши слегка примялись, а Грета, вздрогнув от моего касания, вдруг тихо заурчала, успокаиваясь.

Глава 19, часть 1

Данила первым вошел в Разлом и, обернувшись, помахал фанаткам, лучезарно улыбаясь, словно один из известных петродворцовских актеров. Послав вдобавок воздушный поцелуй, парень помахал рукой и, медленно обернувшись к сероватым деревьям, вновь стал угрюмым, как и все время в летуне до этого.

— Брэдли — на разведку. Дойди до ближайшей стоянки, огонь не открывать, при необходимости использовать ближний бой, — отрывисто произнес парень, и Джесси, торопливо кивнув, активировала траки и ловко заскользила между деревьями, взрыхляя давно нетронутую никем почву. — Армата — защита и сканирование. Выполнять.

Алиса, тряхнув серыми, под местные листочки, волосами, из-за которых она теперь выглядела старше своих лет, поправила датчики на плечах и вышла немного вперед. Прошло совсем немного времени, и группа услышала вдалеке стрельбу: пока кандидатка в технодевы, держащаяся позади закованной в темную броню Алисы ежилась из-за непривычных звуков атаки энергозарядами, Данила хищно усмехнулся и посмотрел на зависший БПЛА, привязанный кабелем к спине его будущей жены, стоящей с закрытыми глазами на низких роботизированных ногах.

— Квадрат определен, ориентировочное положение близко с местом погружения первого отряда, — безразличным тоном сказала девушка, коснувшись «Птеродактиля», который опустился вниз и закрепился на обвесе, закончив сканирование. — Погрешность составляет около семнадцати метров из-за местных помех.

— Нам хватит, — улыбнувшись, Данила повернулся к молчаливой технодеве, сопровождающей его. — Огонь по координатам Арматы.

— Простите, — услышав подобное, кандидатка нервно сглотнула, с тревогой смотря на решительно выглядящего парня. — Но… Там же люди.

— Там фантомы, а иначе люди бы по ним не стреляли, — пожав плечами, Данила с прищуром глянул на прервавшую его девицу. — Чем меньше здесь потенциальной херни, тем выше шанс, что обвес окажется именно у тебя. Или хочешь потом сказать своему отцу, что он зря выбросил деньги?

— Но она права, первый отряд в любом случае попадет под радиус атаки, — сказала Ирина, облизнув губы. — Это… Я поняла, поняла! — взвизгнув, девушка закрыла уши бронеперчатками, когда ствол рядом с ней разлетелся в щепки из-за удара Данилы.

— Командир приказывает, вы — выполняете. Это что, сука, так сложно? Если захочу слушать ваш сраный консилиум и советы, я спрошу ваше долбаное мнение, а пока что — заткнулись и работаем! Быстро атаковала! — Данила мягко улыбнулся, увидев кивок технодевы, упиваясь приятным жжением контаты, разгоревшимся после его эмоционального взрыва. — Армата, расчисти площадку.

— Есть, — с неизменно флегматичным выражением лица, Алиса сорвалась с места и, проехавшись по кругу, ловкими ударами перчаток сломала несколько деревьев, из-за которых начался самый настоящий серый листопад. Смотря на плавно опускающиеся листочки, Ирина грустно улыбнулась, и, постаравшись скрыть вздох разочарования, подъехала в центр образовавшейся опушки, используя свои снабженные колесами бронеботинки. Встав на рыхлую почву, девушка чуть наклонилась, после чего громоздкий прямоугольный обвес на ее спине с щелчком раскрылся, открывая вид на длинный металлический каркас. Внутри него стал формироваться видимый глазу энергозаряд, отдаленно напоминающий по своей форме ракету. Как только создание почти закончилось, Ирина увидела, как листочки разлетелись от невидимого ветра, и почувствовала, будто это какой-то особый знак.

— «Искандер», огонь.

Энергозалп с ревом унесся вдаль, а девушка, обессилев, упала на колени, слушая, как кассетный залп уничтожает все, что только могло быть в указанном ее невозмутимой подругой квадрате.

— Молодец. Жри давай, мы только пришли, — похлопав Ирину по плечу, Данила потерял к ней всякий интерес — несмотря на свою мощь, девушка требовала слишком много времени на повторную атаку, а вне Разлома это еще и усугублялось тем, что она порой вообще не могла атаковать, а если и удавалось, то радиус и сила были настолько незначительными, что таких же результатов можно было добиться с помощью любых мало-мальски опытных девушек другого класса, разве что в дистанции было единственное преимущество.

«Вот что бывает, когда кандидаток подбирают куда зря, ведь говорил же отцу», — цокнув языком, Данила бросил взгляд на вяло жующую батончик Ирину и, подозвав жестом встревоженную новенькую, только собрался пойти дальше, как впереди послышалась пулеметная стрельба, уже знакомая парню во время совместных тренировок с Джесси.

— Какого черта ты открыла огонь, Брэдли?! — зашипев в гарнитуру, Данила прошептал литанию и резким рывком переместился на несколько метров вперед, слушая позади тихий лязг гусениц сразу же последовавшей за ним Алисы.

— Неустановленный фантом ближнего боя, — взвизгнула по рации Джесси, — но парень уже и без нее смог увидеть, что произошло, хотя даже так объяснение подобному было найти очень сложно.

Каким-то образом в лесу возле аэродрома оказалась техника для лесозаготовки, так, по крайней мере, расценил рыжий парень, когда увидел нечто вроде экскаватора с огромной клешней. Вцепившись в корпус Джесси, механизм, покрытый еле заметной дымкой, вминал девушку в рыхлую почву, несмотря на то, что она активно отстреливалась из пулеметов, пытаясь перебить манипулятор. Дело ухудшалось висящими прямо в воздухе бензопилами, которые, визжа работающими на пределе моторами, вгрызались зубцами в обнаженные части тела девушки, пытаясь истончить ее фантомную защиту и добраться до плоти.

— Армата, огонь главным орудием, — выругавшись, Данила резко подскочил в воздух и, использовав технику, в полете сшиб одну из пил ногой — отлетев в сторону, инструмент покатился по земле, и, вспыхнув, с хлопком разорвался, поврежденный энергоатакой. Удар с разворота — еще одна пила отскочила от девушки, тогда как оставшиеся две резко сорвались с места и устремились к парню, которому пришлось сделать быстрое сальто назад, чтобы не угодить под тускло светящиеся зубцы. С низким гудением орудие танка выстрелило, пробив огромную дыру в корпусе настойчивой машины, все еще пытающейся вжать американку в землю, после чего Алиса сделала повторный выстрел и снесла манипулятор с креплений. Взрыкнув траками, москвичка за пару секунд пересекла разделяющее ее и одержимую технику расстояние — вцепившись модифицированными перчатками, управляемыми через кабели, девушка разогнула клешню и отбросила в сторону вибрирующий фантомной энергией кусок металла.

Резко разведя руки в стороны, Данила ударил короткой дистанционной конусообразной атакой, отбросив пилы в сторону, после чего рванул следом и ударом с разворота размозжил один из инструментов об ствол, после чего второй пристрелила тяжело дышащая Джесси.

— И как такое произошло? Что за дилетанство? Ты подумала, что в боевом Разломе хоть что-то будет стоять просто так? — процедил Данила сквозь зубы, на что американка потупила взгляд, рассматривая свои погнувшиеся бронелисты. — В глаза смотреть!

— Ай эм сорри, больйше не повторьятся. Данила, плиз!

— Профита нет, одни расстройства. Почему я должен детранк-статус ухудшать из-за того, что вы тупите? Берите пример с Арматы. Алисочка — молодец, — подойдя к названной девушке, парень уверенно приобнял ее, положив руку ей на попку.

— Это честь для меня, помочь моему будущему мужу, — впервые улыбнувшись с момента операции, сказала Алиса, пригладив потемневшие волосы. — Оу! М-м, но у меня же со статусом все в порядке… Да еще и при всех…

Джесси покраснела, увидев, как рука парня скользнула под тонкую ткань униформы Алисы, так что она поспешила отвернуться и, вспомнив, что первоначальный приказ никто не отменял, отправилась вперед, старательно вглядываясь в промежутки между деревьями до тех пор, пока впереди не показалась серая поверхность взлётно-посадочной полосы. Радостно сжав кулачки, девушка осторожно подкатилась к краю деревьев, рассчитывая разглядеть с помощью оптики местонахождение «Су», но вместо этого снова увидела не самое ожидаемое: всего в каких-то ста метрах стояла странная гусеничная машина со счетверенным орудием, а круглая антенка локатора двигалась, выдавая в машине то, что она была готова к стрельбе. Убрав лезущие в глаза волосы, девушка замерла на месте и, поправив тоненькую полосочку гарнитуры, тихо сказала:

— Даньйила Александровьйич…

— Что там? Нашла самолет? — веселым голосом сказал парень, наверняка уже начав развлекаться со своей потенциальной невестой. — Если нет, то нехер меня беспокоить, пока я не восстановился.

— Но тут чертова машина с пушками! — злобно прошипела Джесси без всякого акцента, раздраженная тем, что этот козел лишь искал повода лишний раз трахнуть Алису, тогда как на все знаки внимания американки никогда внимания не обращал. — Хорош думать своей нижней головой, иди сюда!

Возможно, девушка выдала себя слишком громким разговором или просто так совпало, но вместе с этими словами орудия «Шилки» развернулись, и тихое шуршание небольших энергосгустков, выпускаемых со скоростью 3400 единиц в минуту, сбрило сразу множество деревьев вокруг американки, отбросив ее на землю и завалив упавшими стволами.

* * *

«Я их убила. Наверняка ведь кого-то убила», — вгрызаясь в шоколадку, как в единственное лекарство, Ирина все еще сидела на коленях, рассматривая еле колышущиеся листочки, превратившиеся в пыль, как только невидимый ветер снова поднялся. Сглотнув, вместе с куском батончика, казавшимся на удивление горьким, девушка пыталась проглотить и собственную никчемность. Нет, она не подходит для этого. Но даже так, наверное, лучше, чем быть обузой для Семьи. Или же сейчас она еще большая обуза? На выстрелы Ирина никак не отреагировала, продолжая жевать уже третий батончик. Алиса и сама справится, она всегда была самой лучшей, причем во всем. Дочка маминой подруги, как ее могли бы назвать. «Алисочка стала лучшей в параллели, Алисочка стала лучшей на курсе, Алисочка нашла себе жениха, тебе тоже пора. Часики-то тикают!»

Хотя бы бесплодие избавило от этого монотонного брюзжания, и, усмехнувшись, девушка вновь вгрызлась в шоколадку, когда услышала рядом шаги. А, новенькая.

— Простите, а куда все ушли? Тут немного, эм… Страшновато, — поёжившись, хрупкая девушка, которой на вид не дашь больше лет четырнадцати, осмотрелась по сторонам и сделала еще шаг к Ирине.

— Какая разница. Нам же меньше работы, — хмыкнув, технодева провела по своим фиолетовым волосам, которые редко меняли цвет, тем самым нагоняя на нее еще большее уныние. Даже в этом эта выскочка ее обогнала. — Да ты не бойся, тут ведь нет ничего вокруг. Если скучно — тоже чего-нибудь похавай.

— Как-то кусок в горло не лезет… — нервно засмеявшись, новенькая опустилась на землю рядом с технодевой. — Я себя здесь чувствую не в своей тарелке. Может, ну его, этот самолет…

— Никчемный кусок мяса. Ни на что не годное ничтожество, способное лишь сидеть на жопе и перерабатывать углеводы в дерьмо, — раздался над ухом шелестящий шепот, от которого Ирина вздрогнула, заозиралась, но никого не увидела. — Сдо-о-о-охни.

— Это ни капли не смешно, — пробурчала Ирина, убедившись, что гарнитура отключена. — Как будто от тебя дохрена толку.

— Эм? Ты о чем? — со смесью удивления и опаски прошептала кандидатка, слыша лишь непонятный шелест вокруг. Будто бы шум листьев складывается в отдельные, малопонятные слова, но, учитывая, что ветра не ощущалось, подобное казалось слишком неестественным.

— Ты никому не нужна, с тобой даже говорить никто не хочет, лучше сдохни, — снова раздался голос, сопровождаемый тихим смехом.

Прикусив губу, Ирина поднялась и, крутанувшись на месте, так никого и не увидела вокруг, да и кандидатка даже в сторону отодвинулась, не решившись повторять свой вопрос. Неужели она и впрямь никому не нужна? Нет, ее же все-таки взяли в отряд, а остальных — нет. В подтверждение зашипела активация рации, сопровождаемая голосом Данилы, и Ирина, радостно улыбнувшись, поправила бусинку наушника.

— Да!

— Да, девочка, возьми поглубже, а то я не успокоюсь! Ух, вот так ротик! Старайся получше, больше все равно некому, понадавали тупых уродин, у меня аж сразу стояк пропадает, как на них взгляну.

У Ирины дыхание перехватило от смущения и возмущения одновременно, и она не обратила внимания, что в самом конце фраза Данилы слилась на интонацию говорившего с ней до этого фантома. Она, может, и не какой-то там модельной внешности, но уж не уродина — точно! Она даже дружила с мальчиком, пока училась в школе…

— Ты там что, сука, уснула?! Атака! Атака, быстро! — безэмоциональный голос в наушнике сменился криком парня, от которого девушка вздрогнула. — Быстрей, пока Брэдли не вынесли нахер!

Получив координаты от Алисы, Ирина вновь перешла в боевое положение, но никак не могла сосредоточиться, поэтому отключила защитные техники и сконцентрировалась на формировании энергозаряда. Низкий гул — выстрел, унёсшийся куда-то в район взлетно-посадочной полосы.

Тяжело дыша, девушка вновь упала в грязь — рука казалась слишком тяжелой даже для того, чтобы залезть в подсумок за энергетиком, но она хотя бы оказалась нужной, что бы там ни говорили. И что это вообще про Джесси? Неужели там есть что-то, что может убить американку, когда рядом Алиса?

Новенькая, убрав руки от ушей, чтобы не оглохнуть от атаки «Искандера», открыла глаза и вскрикнула, на что Ирина сморщилась, но, посмотрев в ту же сторону, что и ее спутница, почувствовала, как покрывается холодным липким потом. Никем и ничем не замеченная до этого момента, в нескольких метрах от них была девушка. Миленькая, с ухоженными черными волосами в виде каре, она просто стояла, оперевшись на ствол дерева. Миниатюрные губки приоткрылись, и незнакомка хихикнула.

— Ой, вы так на меня смотрите, я даже немного смущена. Вы точно не из этих, ну, «розовых»? — улыбнувшись, девица тряхнула волосами, поправляя беспокойный чуб. Причины для возможных похотливых взглядов были: на ней и впрямь было лишь бикини — крошечные трусики белого цвета и лиф, перепачканный кровью, когда-то стекавшей из ранее отрезанных рук. Да, так и есть — чуть ниже плеча у девушки начинались изящные бионические протезы, одни из тех, что создавались Семьями Хасегава, Габович и их партнерами по бизнесу. Правда, поверх них были металлические пластины, напоминающие бронированный короб, закрывающий механизм от внешних повреждений, но это осознание пришло уже немного позже.

— Т-ты не из отрядов, — заикаясь, пробормотала Ирина, тщетно пытаясь восстановить защитные техники — слишком быстрый повторный удар опустошил ее настолько, что ей даже языком ворочать было непросто.

— Вау, какая проницательность. Ты точно не командир? Шучу, конечно, заткнись лучше, тупица, — звонко рассмеявшись, девица отошла от полюбившегося ей дерева и со скрежетом выдвинула из протезов длинные тонкие клинки, окутанные сероватым свечением. — Только попробуйте шевельнуться так, как мне не понравится — я ж вам кишки в ту же секунду выпущу.

Глава 19, часть 2

Грета продолжала тихо урчать, вжавшись в меня всем телом так, что я начал раздумывать над тем, что вместе с обвесом немка тоже не отличается особой легкостью, пусть и принадлежит ко второму поколению. Ушки слегка щекотали мою щеку, шевелясь, и это было и здорово, и странно одновременно. Девушка, похоже, почти пришла в норму, но все-таки решила поднять не слишком приятную для нее тему:

— Мы проходийт процедур генный модификаций в тайне… Чтобы соответствовайт образ «Леопард», — тихо сказала Грета, все еще не смотря на меня. — Двойной соответствий образ, лучший стабилизаций и синхронизаций с фантом.

— Так ты поэтому скрывала, боялась, что остальные Семьи узнают? Вряд ли это пойдет в массы, учитывая, что не так уж и много техники названо в честь животных…

— Найн. Это ведь ненормальный, что остальные подумайт? Еще и, — завозившись, девушка потянулась перчаткой к своей «юбочке» и, что-то поправив, выпустила наружу длинный черный хвостик, покрытый короткой шерсткой под тон ее волос. Да, для леопарда раскраска точно неподходящая, но если бы пятна пошли по коже девушки, ей бы явно подобное скрыть было куда сложнее. Да и цвет волос был бы слишком диким даже для столичных модниц, хотя, кто знает.

Очевидно, что это ненормально, но смотрелось миленько, так что не уверен, что все бы начали тыкать пальцем и кричать о том, что Грета мутантка, пусть даже на генетику всегда поглядывали с неодобрением. Ей бы культурную поддержку, но все умиляются от вида всяких очеловеченных предметов, столь популярных в японской анимации, когда одержимые вещи и даже опасные на вид инструменты принимают облик миленьких девочек. Наверное, это такой способ сделать угрозу фантомов несерьезной и не слишком страшной, хотя сама идея зверодевочек мне кажется тоже вполне перспективной. Жаль, что у Мику проблемы, интересно, понравилась бы ей подобная мысль? Продвинула бы там у себя, начали бы кошкодевичий мерч продавать, сделали бы из Греты айдола, я продюсер… И не надо лазить по колено то в крови, то в тухлятине.

Спокойно посидеть нам, впрочем, не дали. Скорее всего Якорю пришлось бы по душе, если бы Грета ушла в детранк и либо грохнула меня, либо покончила с собой сама, так что улучшение статуса вынудило кровяную тварь вновь действовать. Алая жидкость вокруг запузырилась, лучась сероватым оттенком одержимости фантомом, и я поспешил отпустить немку, чтобы она восстановила защиту. Почти одновременно с этим мои ноги будто бы оказались забетонированы — попытавшись сдвинуться с места, я ощутил, как жидкость вокруг густеет, шелестя фантомным языком.

— Огонь орудия, — коротко объявил я, на что девушка, шевельнув ушком, быстро кивнула и направила пушку мне под ноги, пока я укреплял защиту. Вибрирующее гудение в закрытом пространстве казалось просто оглушительным, но я, стиснув зубы, внимательно следил лишь за колыханием жидкости вокруг. Выстрел.

Испуганно всколыхнувшись, кровавое месиво расползлось в стороны от мощного попадания, которое пришлось чуть дальше моей позиции, поскольку девушка в самый последний момент изменила направление. В воздух поднялись миллионы брызг, а я, подпрыгнув куда выше из-за импульса, частично поглощенного фантомной защитой, относительно легко зацепился за свисающие с потолка сосудистые лианы.

Почему существо предстает в виде жидкости? Вряд ли ее можно считать единым «предметом», в который фантом может вселиться, пусть даже она будет максимально однородна… А вот сосудистая система связана в единое целое — подобно пресловутым скелетам, которых так боится Машка. Как только я уцепился за пучки артерий, весь потолок завибрировал и обрушился вместе со мной вниз — не перекрытие, а вся безумная композиция из сосудов, которая и оказалась Якорем, тогда как отдельные кровяные сгустки — управляемые с помощью Ойтаци «кусочки».

Мне, извалявшемуся не столь давно в тухлятине, подобное показалось вообще ерундой, а вот Грета, как только на нее свалились человеческие останки, замерла. Ее нижняя губа задрожала, и тут же девушка попыталась выпутаться из окутывающих ее отростков, яростно мяукая и разрывая кусочки перчаткой, пока я не оказался рядом.

— Тише, тише, моя кошечка, — ласково прошептал я, с усмешкой заметив, как прикрытые защитой ушки дернулись, будто бы прислушиваясь к моим словам. — Отключи динамику, — поняв меня с полуслова, девушка послушалась, и я вновь обнял ее, только на этот раз спереди. Быстро шепча литанию, которая выручила меня и против предыдущего якоря, я наблюдал за тем, как сосуды, будто змеи, пытаются сдавить нашу парочку, оплетая все новыми и новыми кольцами, но все уже было готово — взрыв осколков, и энергозаряды от моей защиты разорвали структуру наших пут, раскидав ошметки по разным уголкам зала. Упавшие в кровь вены начали с мерзким хлюпаньем всасывать окружающую жидкость, распрямляясь и формируя монструозные очертания сосудистого монстра, чей силуэт начал собираться неподалеку от нас.

— Ты что-то услышала, да?

— А? Я, услышайт всплеск, мяу, — быстро сказала девушка, закивав и ткнув пальчиком в сторону одного из углов, который уже был опутан подобием толстой алой паутины из раздувшихся капилляров, среди которых мощный свет браслетного фонарика выловил поблескивающий белесый камушек — наверняка семя Ойтаци.

— Пулеметный огонь на подавление, орудие — в центр той неведомой хренотени, — махнув в сторону шелестящей отростками твари, я заскользил по начавшей бурлить крови, чувствуя, что она снова начинает уплотняться. Вокруг меня полетели серые сгустки наплечного оружия немки, поддерживаемого вторым пулеметом; вместе с тем низкое гудение нарастало и, взвыв, разбухшая сосудистая тварь попыталась опрокинуть Грету в бурлящую алую бездну, но та, покачивая от усердия хвостиком, выпустила заряд в центр монстра. Куски напитавшейся кровью плоти со шмяком ударились о стенки, став стекать по каменной кладке, тогда как попадания пулеметных сгустков проредили сложный рисунок капиллярной паутины и я, зарядив «полеломку», ударил сразу двумя руками в рыхлое месиво — фантомная энергия расползлась по всей площади, разрушая конструкцию взвывшего Якоря, после чего я подцепил повисшее на нескольких ошметках вен Семя и резко дернул.

Несколько зарядов пулемета воткнулись в железобетонную стенку пустого и темного ангара, а затем, жалобно мяукнув, Грета чуть не расплакалась, увидев, что вся перепачкана в чужой крови — должно быть, с ее любовью к чистоте и аккуратности столь неопрятный вид был даже страшнее, чем сам факт того, что это были останки. А за этим последовала немая сцена.

Элька и Танька удивленно смотрели на ушки Греты и ее вяло покачивающийся хвостик, пока немка часто моргала, рассматривая кибернетическую девицу и явно недоумевала, почему я еще не приказал ее пристрелить.

— Так, некогда нам тут подробно знакомиться… Если коротко, то все здесь — свои.

— Раз ты так говорийт… — опустив пушку, Грета все еще внимательно следила за Элькой, но все же достала батончик и принялась усердно жевать. Да и по ней было видно, что защитный фантом выглядит как еле заметный дымчатый силуэт.

— Кошка, — коротко объявила Элька.

— Хочу потискать, — добавила Танька, и немка чуть не поперхнулась батончиком, смотря на меня в поисках поддержки.

— Для подобного пока нет времени. Маша, Сара и Дженни тоже заперты в подобном измерении, так что я — за ними, — напомнил я, хотя и понимал, что девчонкам просто хотелось бы хоть ненадолго отдохнуть от всей этой чертовщины, так что для начала я вывел их из ангара. Деревца здесь тоже были, так что можно было укрыться, хотя и вероятно нахождение фантомов поблизости, да и стрельба вдалеке ничуть не настраивает на спокойный лад. — Грета, защити Таню, пожалуйста.

— Конечняу. Ой, — кашлянув, чтоб скрыть свое непроизвольное мяуканье, девушка добавила кивок в качестве дополнительного подтверждения.

— Элька, думаю, ты пока что тоже побудь здесь недолго, пока Грета не восстановит часть сил.

Не слишком довольная подобным положением, девушка все-таки согласилась, и я, оставляя кровавые следы на жухлой траве, пошел обратно к двери, когда, тихо лязгая, Грета нагнала меня.

— Саша.

— Да?

— Ты сказайт… Ну, ты сам знайт, что сказайт! — осторожно почесывая когтистым кончиком перчатки переносицу, девушка смотрела мимо меня, но слегка подрагивающие ушки выдавали ее волнение.

— Эм… Я много, что говорил.

— Про кошечку, — надув губы, пробормотала немка. — Ты это серьезняу? Я пока не мочь давайт свой ответ, — серьезным тоном сказала девушка, похоже, имея в виду то, что я назвал ее своей. Вот ведь. — Я все же фройляйн Вольф, я не вправе так быстро решайт подобняу вопрос.

— Сейчас точно и не стоит… но я тебя понял. Моя Грета? — весело добавив и усмехнувшись, я шагнул внутрь двери, но успел увидеть пунцовые щечки и дрогнувшие ушки девушки.

* * *

Войдя внутрь Разлома, Семен галантно протянул руку своим спутницам по очереди, будто бы проход через мембрану мог быть сопряжён с какими-то особыми нагрузками. Разогнав всех зевак, командир лишний раз убедился в том, что ничей любопытный нос не будет вынюхивать, кто составляет третий отряд — даже сборочный контейнер располагался практически вплотную к куполу, чтобы девушки могли проскользнуть незамеченными.

Где-то уже были слышны выстрелы, и парень, покачав головой, отчего экзоскелет тихо загудел поддерживающими приводами, сделал несколько шагов вперед.

— Прелестно, рядышком уже собрались фантомчики. Моя дорогая Хасегава-сан, не будете ли так добры выстрелить основным орудием на три градуса правее от вашего текущего положения… О, вот так, блеск! Бам! Прелестно!

Японка, наклонив роботизированные ноги своего обвеса, почтительно поклонилась, когда пораженное фантомом мощное дерево с треском свалилось на землю.

— Дражайший Семен-сан, я же столько раз вас просила, можете звать меня просто по имени, — прощебетала девушка, подскочив ближе к парню после поклона, и тот расплылся в слащавой улыбке.

— Ах, для такого калеки, как я, одно только общество столь прекрасной особы — нечто неслыханное, как я могу проявить к вам хоть капельку неуважения, моя дорогая?

— Р-р-р, — издав нечто вроде недовольного рычания, красноглазая девушка, сложив руки под грудью, неодобрительно посмотрела на своего командира.

— Миссури, милая, скоро все будет, не пугай новенькую. Вы, кстати, не бойтесь, она в душе — просто милашка, просто любит порой убить человечка одного-другого. Ну, кто в наше время не без милого хобби, верно? — рассмеявшись, Семен похлопал красноглазую по голубоватой руке, почти полностью скрытой в помигивающей алым светом перчатке.

— Да посрать, хоть всех здесь выкосите… Брат сказал, что я должна достать самолет, так что пусть даже армагеддец вместе с рагнарокоапокалипсисом придет, но предоставьте, — сказала кандидатка, из-за своей короткой стрижки и грубых черт лица больше похожая на парня.

— Нас это устраивает, да, девочки? — всплеснув механическими руками, командир издал еще один смешок. — Хорошо. Госпожа Шуанг, вы не поможете? Рассчитываем на ваш опыт, милая.

Поправив перчатки и чулочки, прикрытые броненакладками из тоненького металла, китаянка разбежалась и прыгнула — крылья за ее спиной щелкнули, двигатели еле слышно загудели, и она взмыла в воздух почти вертикально, за несколько секунд достигнув верхнего края купола.

— Цзянь цзи эр ши син в небе. Цели обнаружены.

Глава 20, часть 1

Сара, шагнув внутрь укрытия, изумленно охнула, полетев вниз. Пружинящая подвеска смягчила падение с высоты нескольких метров, и, осмотревшись, девушка недоуменно покачала головой.

— Мария? Дженни? Шо таки случилось? — вроде бы она просто шагнула вперед вместе со всеми, насколько позволяла проделанная ими пробоина в воротах, а оно вон как повернулось. Никто не отозвался на крик, и, поглядев на арочный потолок, расположившийся теперь чересчур высоко, девушка перевела взгляд на просторный коридор впереди. Раздраженно цокнув, технодева расценила, что такую ерунду явно бы никто не стал сооружать под простым укрытием для истребителей, затем раздраженно посмотрела на собственный обвес, у которого не было ничего толкового для ближнего боя, чтобы хотя бы попробовать забраться по стене, вгрызаясь когтями перчаток. Предполагалось, что на такой дистанции будет достаточно изрешетить противника пулями или использовать дроны, тогда как вдали отлично справлялось основное орудие: в таких условиях руки можно было оставить свободными для манипулирования с дополнительным оборудованием, таким, как расчет траектории с помощью браслета или синхронизация атаки БПЛА.

«Ах, я, похоже, слишком совершенна», — подумала Сара и сама себе улыбнулась от подобной мысли, осторожно шагая вперед. Тихий стук металлических ног отзывался эхом в каменном коридоре, и, войдя в арку, девушка прикрылась бронепластиной с установленным пулеметом, чтобы сразу изрешетить любого, кого привлечет ее шум.

Широкий коридорчик резко свернул и вывел девушку к очередной арке, ведущей на этот раз в какой-то зал — даже не подходя к нему, девушка заинтересовалась желтоватыми отблесками на стене напротив входа и, снедаемая любопытством, осторожно заглянула внутрь, а от увиденного сразу же ощутила, как у нее перехватило дыхание.

Золото! Прямо как в какой-нибудь сказке, где могущественный дракон копит всю свою продолжительную жизнь несметные богатства, а потом валяется на них или ждет, пока очередная партия рыцарей вместе с магами не пожалует к нему в логово в качестве барбекю. Монеты, слитки, посуда, какие-то безделушки… Сглотнув, девушка не смогла с собой больше бороться и, еще раз осмотревшись, вошла внутрь. Встав в центре небольшой тропинки, ведущей куда-то в дальнюю часть зала между хаотически рассыпанными богатствами, Сара просто стояла и смотрела, не в силах стронуться с места. Нет, они сейчас точно в Разломе, тут фантомы и прочая гадость, но… Никто же не говорил, что здесь можно найти только странные камушки и агрессивную технику? Мало ли, кто тут что хранил или перетащил, вот и махонький такой склад добра образовался.

Переведя ноги в осадный режим, девушка потянулась рукой и подхватила монетку. Вроде бы настоящая. Ей не доводилось держать в руках золото до этого, но оно представлялось именно таким, да и кому придёт в голову хранить столько подделок? Сжимая монетку в руках сильнее, Сара выдохнула и быстро спрятала ее в кармашек.

Она знала, что ее наверняка считают жадной. Может и так. Родители разбогатели быстро и внезапно, никогда до этого не купаясь в роскоши, и причиной этому была успешная работа по созданию искусственных конечностей на основе фантазита. Конечно, деньги эти были получены не за красивые глаза, а были результатом упорных трудов, однако, привычки к подобному не было… Старшие дети помогали, как могли, а Сара была слишком маленькой, чтобы быть успешной в чем-то, кроме оценок в школе. Пока старшие ели сочное деликатесное мясо, маленькая Сара жевала какие-то корешки — мол, если растолстеет, то ее даже и замуж никто не возьмет, когда вырастет, чтобы хоть какой-то прок был. Пока старшие катались по отпускам, а ровесники из новоявленных друзей Семьи хвалились карманными деньгами, сравнимыми с годовой зарплатой простых служащих корпорации Габович, Сара искала подработку в сети, чтобы хотя бы оплатить подписку на учебники. Так растерялись контакты, все знакомые потенциальные женихи отвернулись от нелюдимой девицы, и на совершеннолетие папаша, скрепя сердце, решился впервые с обретения своего богатства инвестировать в дочурку, предоставив ей возможность учиться у Комарова и выдав финансы на обвес третьего поколения. Правда, Сара не сомневалась, что после обучения ей предоставят счет, да еще и с процентами за столь затратную отеческую заботу. Как ей хочется поскорее набрать всю сумму и, швырнув папочке под ноги, потом бежать, бежать куда-нибудь, только не терпеть этот домашний рынок чувств, заслуг и поощрений!

Часто дыша, представляя эту сцену, Сара пришла в себя только тогда, когда горка золотых вещей в ее руках стала столь большой, что она уже с трудом ее могла удержать так, чтобы не рассыпать. Прикусив губу, девушка стала лихорадочно искать хоть какой-нибудь мешочек — сил ей хватит, она попрет на себе все это золото, пока не вымотается, а самолет… Стопроцентной гарантии нет, а золото — вот оно, уже здесь!

Чертыхнувшись, девушка пошла вперед, надеясь найти хоть что-нибудь подходящее, когда увидела на резном деревянном столике, тоже наверняка весьма дорогом, целый набор из различных ожерелий. В неясном окружающем свете бриллианты все равно переливались так, словно состояли из миллиардов искрящихся граней, ослепляя и ошеломляя своей красотой. Одно ожерелье было красивее другого, а уж что подобное наверняка стоит целое состояние, Сара и не сомневалась. Сейчас полно богатеев, которым не на что тратить деньги, кроме как на себя любимых, так что подобная штука наверняка найдет своего покупателя. Однако… Разве ж она хуже всех этих королей жизни? Она ведь наверняка выглядит достаточно миленько, чтобы в подобном колье стать похожей на принцессу.

Радостно захихикав, Сара отложила собранное до этого добро и, подняв вещицу, с благоговением посмотрела на блеск камней, после чего бережно нацепила на себя украшение и защёлкнула замочек. Прелестно! Еще бы диадемку, и…

Захрипев, Сара вцепилась в колье, которое неожиданно стало настолько тугим, что не позволяло сделать ни вздоха. Точечная атака фантома пробила тонкую защиту, ослабленную рассеянностью, и теперь загрубевшая золотая полоска стягивала шею девушки мощнее любой удавки. Нежная кожа не выдержала, и из-под металла потекла тоненькая струйка крови из свежего пореза, тогда как Сара, выпучив глаза, тщетно пыталась подцепить смертоносную драгоценность, не обращая внимания на шелестящий хохот, льющийся со всех сторон.

«Не хочу! Я же так и не пожила толком! Хочу ни о чем не думать, хочу отдыхать, хочу влюбиться!» — брызнувшие то ли от боли, то ли от отчаяния слезы размыли взгляд, и, пошатываясь, Сара громко захрипела, в гневе активировав сразу все вооружение. Чиркающие выстрелы пулеметов испепеляли золотые горы, падающие на землю обугленными кусочками кожи; бронелист располосовал еще один пласт кожи, прикидывающийся горами драгоценностей, и на девушку брызнула мутная кровь из глубокой раны неведомого существа, а вместе с этим по сводам зала разнесся озлобленный вой. Хватка чуть ослабла, и Сара, прицелившись, набрала максимум возможной энергии в пушку и выстрелила — крупнокалиберное орудие снесло половину стены, разметав брызнувшие кусочками плоти фальшивые драгоценности, и сквозь розоватый от крови костяной остов стало видно идентичный зал, в котором Маша, визжа от ужаса, расстреливала из пулемета медленно бредущих к ней мертвяков.

Увидев, как отчаянно жестикулирует Сара, зеленовласка тут же сорвалась с места и, снеся костяной каркас плечом, ввалилась в фальшивый зал с драгоценностями, где тут же осторожно подцепила когтем цепочку на шее уже даже переставшей хрипеть Сары.

— Ох, ну ты нашла время примодняться, блин, — со злобой прошептала Маша, подключив и вторую руку. Чуть больше нажим — и небольшое поле энергокогтя разрубило цепочку.

— Сп…Спа…

— Да поняла я уже, тихо! — выдохнув с облегчением, зеленовласка развернулась и замерла, со смесью ужаса и омерзения смотря на то, как через пробоину лезут мертвяки. Шаркая по шершавой поверхности, они натужно сипели полусгнившими легкими, тогда как их внешний вид оставлял желать лучшего: вздувшаяся кожа была изъедена каким-то химикатом, покрыта волдырями, а у большинства так и вовсе свисала лохмотьями с рыхлой плоти. Отломанные челюсти, каким-то образом вывалившиеся из продырявленной трахеи раздувшиеся языки, клоки волос, съехавшие на лицо или зацепившиеся за остатки зрительных нервов, на которых медленно раскачивались лопнувшие глаза, порой направляя свои помутневшие хрусталики в сторону двух девушек.

— Ой, всем гамузом — и за тобой увязались? Вы мне просто начинаете нравиться, — прошептала Сара, сморщившись, когда коснулась рукой шеи. — Маша, таки посмотри, как туточки все второй раз умирают за мой счет.

* * *

Дженни грохнулась вниз и проскользила немного вперед, словно бы скатилась с детской горки. Пол, да и стенки вокруг, были удивительно скользкими из-за какой-то аномальной влажности, но, когда американка встала на траки, то медленно двигаться смогла без проблем. Оценив вертикальные стены без каких-либо намеков на выход, девушка тут же попробовала использовать рацию, но она не работала. Ясно… Наверное, ребята так в прошлый раз и исчезли, попав в какую-нибудь ерунду вроде этой.

Увидев перед собой лишь арку, ведущую куда-то вперед, Дженни все-таки для начала попробовала позвать хоть кого-нибудь, но ответом было лишь собственное эхо. Окончательно убедившись, что осталась одна, девушка медленно поехала вперед, стараясь не гнать, чтобы вдруг не навернуться — все-таки по бездорожью, да и по льду опыта передвижения у нее не было.

Добираться пришлось недалеко — пройдя через коридор, девушка вышла к небольшой комнатушке с мягким розовым светом, льющимся будто бы прямо из поблескивающих стен. У дальней стены что-то блеснуло, но, прежде чем Дженни смогла разглядеть, послышался голос:

— Привет. Все-таки пришла ко мне?

Открыв рот от удивления, американка обернулась, но вскоре поняла, что голос раздавался спереди — там и впрямь появилась фигура слишком уж знакомого ей рыжего парня.

— Даньийла? Откьюда ты здьесь?

— Не глупи, если я в другом отряде, это не значит, что я не хочу.

— Не хочьешь что? — вздрогнув, спросила Дженни, хотя уже и сама знала ответ.

— Тебя, дура.

Шумно сглотнув, Дженни попятилась к выходу. Ей не хотелось никому рассказывать о том, что после того, как она, по мнению Данилы, «предала» его, отправившись со столь ненавистным ему новеньким, увольнение из отряда прошло не просто так. Грозясь вообще вытурить ее из академии, парень вовсю намекал на близость и, когда она отказалась, стал будто бы сам не свой, так что Дженни просто убежала, а вот сестра… ей не удалось ее уговорить, как бы она ни старалась, но вроде бы пока между ними ничего не было.

— Я же уже говорьить по этот повод…

— Тихо, сучка. Что с тебя тогда вообще взять? Посредственность во всем! Хотя, все вы бабы — такие. Фартануло только со всеми этими ядрами, сразу себя важными почувствовали? Тупое мясо, — силуэт в дальнем конце комнаты рассмеялся с пугающим шелестящим фоновым отзвуком, но Дженни хотелось сейчас со всего маха просто набить рожу этому ублюдку. Пока никто не видит, здесь, в Разломе! Стиснув губы, девушка медленно покатилась вперед, и рыжий опять расхохотался.

— О, спешишь ко мне? Наконец-то! Твоя сестра была так себе, так что надеюсь, что хоть ты не разочаруешь, дырка.

— Как ты вообщье посметь ее тронуть, эссхоул!

— М-м? Так вы ж бесплодны. И родаки вас пихнули куда подальше, лишь бы не отсвечивали. На фоне этого побыть спермосборником для сына владельца богатой корпорации — отличная роль, сучка.

— Фак ю! Фак ю, пис оф щит! — подняв орудие, Дженни выстрелила в стену, но та всколыхнулась и лопнула, разлившись густой алой жидкостью, тогда как смех фантомного Данилы разнесся из каждого уголка. С громким и мерзким хлюпаньем часть пола и потолка расслоилась на тонкие жгуты, и, со свистом прорезав воздух, щупальца попытались обхватить Дженни, но с громкими всполохами динамическая защита отбила отростки, и те брызнули серовато-алой жижей на пол, развалившись на части.

Сразу еще десяток подобных появился со всех сторон, и Дженни, закричав, повела выстрелы пулемета по кругу, расстреливая цепкие щупальца на подлете, но основная часть все-таки успевала коснуться обвеса и раз за разом растекалась желеобразными остатками, разбиваясь о защиту, пока она не начала слабеть. Часто дыша, девушка попыталась накопить выстрел для основного орудия, чтобы попробовать все-таки разнести стену, в которой от прошлого попадания все еще зияло сочащееся биологическими жидкостями углубление, когда очередная атака щупалец резко подхватила девушку и подняла в воздух, сбив прицел — заряд улетел в кажущийся очень далеким потолок, отчего вниз посыпались небольшие обломки.

Все еще не сумев проникнуть через защиту, щупальца тем не менее оплели тело Дженни, не давая ей даже дергаться. Растянувшиеся от натуги отростки не смогли долго удерживать вес технодевы и, пришпилив американку к полу, стали елозить по ее телу, пытаясь добраться до кожи сквозь невидимую дымчатую защиту. Склизкие щупальца оплели грудь девушки, схватили ноги и раздвинули, продолжая скользить в промежности, отчего Дженни гневно барахталась, рыча, словно бешеное животное.

— Меньше дергайся, я все равно тебя трахну, — раздался шелестящий смех над ухом девушки, на что она гневно плюнула в ту сторону и, извернувшись, когтями перчатки отрубила парочку отростков, но новые сразу же пришли им на замену, стягивая свои путы вокруг технодевы. — А потом ты сдохнешь, хорошо? Все равно от вас никакого толку, куски безмозглого мяса.

Глава 20, часть 2

Сразу после двери я оказался в каком-то чересчур влажном месте, в момент отмывшем с меня часть крови. Зато здесь какие-то мерзкие капли вокруг, как бы кровь не оказалась лучшим вариантом… Однако, думать о подобной ерунде довелось совсем немного, поскольку я услышал громкое лязганье, сопровождаемое каким-то влажными звуками, будто кто-то оливьешку, смачно сдобренную майонезом, перемешивает.

Чуть не навернувшись, я все-таки удержал равновесие и, немного разогнавшись, просто заскользил вперед по коридору, пока не добрался до зала — похоже, у Якорей какой-то фетиш на подобные архитектурные изыски. А вот в самом зале было что-то совсем уж необычное… К счастью, дымчатая защита моей спутницы-«Абрамса» пока что еще держалась, а вот что собирались сделать щупальца — вопроса не возникало.

— Срамота-то какая, — выдохнув, я быстро осмотрел зал. Пара секунд точно еще есть, а вот поспешить и тоже оказаться в любовных объятьях тентаклей мне совсем не улыбалось. Я не прочь в ближайшее время лишиться девственности, но уж точно не такой!

В предыдущих комнатах все было более очевидно. Труподвиг скомпоновал себе новое тело из трупов и хранил Семя при себе, тогда как его кровяной коллега предпочитал в первую очередь атаковать управляемыми сгустками, пряча Семя и себя заодно под видом интерьера. Здесь же серая дымка была буквально повсюду, отчего было вообще не слишком-то понятно, что является предметом… Разве что вся комната — сплошное месиво плоти, одержимое одним фантомом? Тогда…

Видя, как несколько полосок перекрытий начинают расползаться в попытках добраться до моего нетронутого тела, я ускорил чтение литании, благо псевдосейсмическая волна была для меня уже вполне привычной. Осталось только слегка модифицировать…

«Дай мне крепость скалы и текучесть песка, чтобы я стряхнул изгоев, топчущих твои бескрайние плодородные поля, и я вновь вернусь к тебе после окончания вечности».

Контата разгорелась так мощно, что я невольно вцепился в запястье, но, стерпев жар, резко ударил в пол кулаком. Приближающийся гул отразился на своем пике от стен, оставив в ушах лишь звон и отрезав все остальные звуки. Завибрировавшая поверхность покрылась дрожащими капельками, а затем от моей руки во все стороны разнеслась кольцевая энергия, напоминающая по своему виду срез ствола долголетнего дерева; как только крайнее кольцо расползлось настолько, что коснулось стен, всю комнату тряхнуло — с хлюпаньем перекрытия набухли и взорвались, подняв фонтан мерзких густых брызг; щупальца, потеряв свою основу, попадали вниз и, оборвавшись, почти сразу же начали высыхать, пока не превращались в еле заметные жгутики. На месте стен оказались полупрозрачные перегородки, чем-то напоминающие кости, или… Как будто редуцированная раковина кальмара или что-то вроде того. Уж не знаю, из какого такого гибрида Якорь сделал тут целую комнату, но ему пришел конец — дым рассеялся, а раздражающий шелестящий хохот затих. Или я просто так и не очухался после сейсмоволны пятого ранга.

Дженни продолжала лежать на полу, покрытая ошметками и опутанная жгутами, но они вроде бы не должны были больше ей мешать. Подбежав, я увидел, что девушка лежит с закрытыми глазами и, когда она все-таки посмотрела на меня, я уловил блеск от подступивших слез.

— Не подходить! — визгливо произнесла американка, резко вскочив на колени и став разрывать опутавшие ее отростки.

— Ты в порядке? — явно было, что не очень, но что-то же нужно было спросить.

— Как будто тебье не плевьять! Вы все, мужьяки, такие!

— О-о… Нет, ну, если тебе легче будет от этого, то можешь на меня поорать, — сказал я, пожав плечами. Не знаю, как бы чувствовал себя сам, если бы меня уже вот-вот оприходовали щупальца, а вот что там фантомы успели наплести — вопрос отдельный. — Только вот, если бы было плевать, я бы не пришел, как мне кажется.

— Ты…

— И если тебе мои слова или поступки кажутся менее значимыми, чем то, что сейчас шелестели дымчатые твари, то я буду немножко так разочарован в девушке, без особых проблем прождавшей целый час внутри Разлома, не испугавшись и не струсив.

Дженни то и дело пыталась прервать меня, но я немного повысил голос, хотя и не любил подобное. Чувствуя, что даже так сердце бьется чаще из-за разгоревшихся эмоций, я вопросительно посмотрел на девицу, все еще сидящую на полу.

— Сэнк ю, бат… Эм, невьяжно, — тихо сказала Дженни, поднимаясь, и я, выдохнув, поспешил к странной стенке. За ней, похоже, была еще одна, подобная.

— Пробей. И спрашивай. Спрашивай, нечего тут словами бросаться, а потом заднюю врубать, — безэмоционально сказал я, когда американка стала заряжать орудие. — Что со статусом?

— Как ты относьится к гёрл? Честно, — сказала Дженни, проигнорировав мой вопрос.

С низким гудением орудие выплюнуло сгусток, разворотив полупрозрачную раковину, после чего девушка снова стала заряжать пушку.

— М-м? Я люблю девушек, если ты об этом. Парень же.

— Точнее, — на этот раз девица нахмурилась, а фантом, составляющий ее защиту, стал активно клубиться вокруг.

— Хех. Сложно… Не в том плане, что любить не за что, а все кажется вроде как очевидным. Вы женственны, вы милы, вы добры. Тратите столько сил, чтобы поддерживать красоту, эмоциональны, сентиментальны… Хрупкие на вид, но сильные. Сильные на вид, но порой такие хрупкие, — говорил я все подряд. Не то, чтобы это было неправдой, да и всегда можно было найти дамочек, перечеркивающих собранный мной образ, но американка наконец-то улыбнулась и, прицелившись получше, снесла стенку к чертям.

— Алекс. Ай м сорри за мой предыдущий слова.

— Статус, Дженни, детранк-статус говори.

— Хм. Я справльятся. Ты спрашивьять из-за беспокойство или желаний меня потрогьять? — настороженно уточнила девушка.

Опять вернулись к прежнему. Отмахнувшись, я проскользнул внутрь сделанного отверстия и даже присвистнул — здесь тоже все заполнено чертовым дымчатым существом, это сколько ж он себе комнат оттяпал? В этой на полу была какая-то полупрозрачная жидкость, в которой плавали полупереваренные останки людей. Одна из таких раздувшихся рук подплыла ближе и попыталась вцепиться в меня, но, получив короткий удар, благополучно отлетела в сторону, а я, посоветовав Дженни не стоять долго в этом подобии желудочного сока, поспешил к другой стене — судя по стрельбе, остальные девчата поблизости.

Все, кто не успел оказаться белками вместе с жирами и углеводами для гигантской твари, теперь медленно вышагивали, пугая Машку и падая от метких выстрелов Сары. Мертвяков оказалось несколько десятков — столь много, что огромный зал был заполнен почти полностью, однако девчата пока что справлялись: вокруг Сары висело несколько дронов, напоминающих небольшие диски, и под каждым был закреплен пулемет небольшого калибра — для трухлявых монстров этого было как раз достаточно.

С шуршанием дроны сделали залп — сразу шестеро зомбяков осыпалось, пока «Меркава» отпихивала особо наглых ударами подвижной бронепластины. Маша, явно растеряв уже немало энергии, тоже пыталась стрелять, всполохи пулемета были редкими, но все-таки достаточными, чтобы сносить головы незадачливой нежити. Рыхлые черепа взрывались один за другим, обдавая окружающих монстров ошметками сгнивших мозгов и сгустками давно свернувшейся крови, на что «пострадавшие» сразу же кидались дегустировать нежданные яства, елозя по своим соседям раздутыми языками в попытке слизать нежданное угощение.

— Меня сейчас вырвать, — сдавленно прошептала Дженни, и я ее всецело поддерживал, но, шумно втянув запах окислов, сосредоточился на литании успокоения. И повернувшихся в нашу сторону тварях.

Сколько еще тут залов? Местный Якорь был весьма мощным, похоже, раз поддерживал столь много, но сдаётся мне, что все окружающее — тоже отголоски, управляемые Ойтаци, а само Семя хранится где-то еще. Ежели тут поселился какой-то псевдокальмар, куда никто не захочет попасть?

Ругнувшись, я вернулся в предыдущий зал и, стараясь поддерживать концентрацию, чтобы монстр не сжёг мне желудочным соком ноги, пробежался до входа в зал. Арка реального укрытия была уже прямо над головой, тогда как вперед вел коридор, что явно выбивалось из общей концепции. Словно подтверждая мою догадку, стенки стали сокращаться, и из них появились кривые зубья, покрытые фантомной энергией, тогда как в самом конце почернел фальшивый тупик, на деле оказавшийся пастью гиганта, почти в центре которой и было закреплено Семя.

* * *

Залп «Искандера» оказался слабым, из-за чего Данила снова выругался, но, услышав, как стрельба зенитки прекратилась, замолчал. Бросив взгляд на раскрасневшуюся Алиску, парень кивком указал направление и, мягко шелестя траками по рыхлой почве, девушка подъехала к упавшим деревьям, выпустив перед этим БПЛА.

— Машина отсутствует. Нет подтверждения уничтожения цели, — прошептала технодева в микрофон, после чего подъехала еще чуть ближе и, подцепив руками ствол дерева, отбросила его в сторону, при этом сломав еще одно.

Джесси шумно дышала, схватившись свободной от перчатки рукой за неестественно вывернутую вторую руку. Бронелисты девушки были погнуты, башня повреждена, но видимых попаданий энергозарядов не наблюдалось.

— Ты как? — подхватив застонавшую от боли девушку, Алиса посмотрела на нее без особой жалости. — Вот что бывает, когда слабаки лезут не в свое дело.

— Тебья не спросить, — пробормотала девушка, снова сморщившись, но, выдернув свою кисть из руки Алисы, попыталась все-таки ровно встать. — Если так вонт ту фак, шли бы в лав-хоутэль, а не в Разлом.

— Тебя не спросила, — передразнив, прошипела Алиса.

— Тихо все, — нервно прикусив губу, Данила вжимал наушник в ухо — никто не отзывался. — Да вашу ж мать, кто ж таких неумех мне выделил? Это ж пипец какой-то, что ни прикажи — все просрут.

— Данилочка, не волнуйся, — прощебетала москвичка. — Связь могла просто прерваться.

— Не лезь, когда мужик думает. Ладно. Передатчик может просто барахлить. Армата, иди к ним и проверь, — резко произнес рыжий, на что Алиса подкатила глаза, но, ничего не сказав, быстро поехала на исходную позицию. — А ты чего? Перепугалась, небось? Давай успокою малехо.

— У менья рука сломана! — возмущенно процедила девушка сквозь зубы, отшатнувшись от полезшего к ней целоваться парня. — Да отцепьись ты.

— Потом сама «спасибо» скажешь, нечего так ломаться, — гоготнув, парень бесцеремонно схватил американку за грудь.

— Факин кондом, иди в жопу! Я возвращьятся.

— Давай, вали! Можешь вообще больше не приходить! — чувствуя, как разгорается гнев, крикнул парень. Ишь, какая стерва… Да она должна быть благодарна, что он вообще на нее позарился!

Сплюнув на землю, рыжий со злом проводил взглядом Джесси, после чего с опаской глянул на стоянку неподалеку. Там была лишь воронка от попадания энергоракеты, а следов самоходки не было вообще. Может, ну его… Деньги-то не проблема, хер с ней, с выручкой. Но если этот новенький не сдох и добудет самолет…

Заскрипев зубами, Данила прочитал литании и рывком попытался нагнать Джесси, чтобы снова отправить ее на разведку, но на выходе из транспортной техники обнаружил прямо перед собой незнакомку. Это было так внезапно, что Данила чуть не шлепнулся лицом в грязь, но все-таки устоял, сразу же разжигая «Огненный шар» на обеих руках.

Молоденькая, с серебристыми волосами, собранными в забавные пучки на макушке, из-за чего казалось, будто у девушки есть рожки. Закутанная в черную накидку, она просто стояла на месте, сжав кулачки, покрытые простыми тканевыми перчатками. Только опустив взгляд вниз, Данила увидел, что ноги незнакомки от середины бедра были заменены на спортивные бионические импланты, которыми порой пользуются паралимпийцы на соревнованиях по бегу.

— Ты из этих!

— Медленно, — проронила девушка единственное слово, когда рыжий крутанулся на месте и вместо быстрого джэба попытался вынести фантомную девицу ударом ногой с разворота. Энергоатака угодила в ствол ближайшего дерева, срубив его, будто лезвием, после чего парень тут же развернулся, но невредимая девица стояла на том месте, где он только что был.

— Нехер играться, сражайся, тварь, раз выползла из своей норы, — усмехаясь, Данила стал заряжать новые шары, перебрасывая их между руками, поскольку девица наверняка могла видеть, откуда именно пойдет атака. Рывок! Перебросив энергию с ведущей руки на ногу, парень проскользил по рыхлой земле, рассчитывая подсечкой сломать имплант незнакомки, но та с прытью горной козочки подпрыгнула вверх и вновь приземлилась позади Данилы. Замерев, парень просипел что-то невнятное, сплюнул кровь и, пошатнувшись, все-таки развернулся. Из сжатых в кулаки рук девушки торчали выдвижные лезвия, с которых медленно капала кровь. Очертания незнакомки стали меняться, и Данила смог разглядеть на фоне спокойного личика злобную усмешку фантома, сверлящего его полным ненависти взглядом.

— Пять фантомов, я теперь все вижу, сука, — вытерев кровь рукавом, Данила рассмеялся, отчего стало еще больнее.

— Ой, это ненадолго, — словно распрямившаяся пружина, девица сорвалась с места и вогнала лезвия в шею парня, который так и не смог поставить хотя бы мало-мальскую защиту. — Чик — и ты уже рядом с Истоком. Мог бы быть, но… — спокойным тоном сказала девушка и, вогнав лезвия чуть глубже, провела ими от шеи вниз, что-то мурлыкая себе под нос, пока ломаемые ребра тихо хрустели. Флегматично посмотрев на выпавшие под ноги Даниле внутренности, девушка брезгливо взяла парня за руку и его пальцами выскребла остатки кишечника, после чего выудила из-за спины мешочек, сшитый из человеческой кожи. Вспоров его, аккуратно ссыпала семена Седрос внутрь опустевшего тела Данилы и, разровняв осколки, будто готовила фаршированную рыбешку, аккуратно стянула кожу обратно и стала читать литанию.

Глава 21, часть 1

Мясной коридор, в котором я в итоге оказался, начал сокращаться, рассчитывая пройтись по мне острыми зубцами, торчащими буквально отовсюду. Резко отскочив назад, я даже сальто умудрился сделать и, приземлившись под началом арки, убедился, что остальная комната все-таки не настолько живая. Правда, со стенок сочился желудочный сок, что мягко говоря, нетипично для обычных апартаментов, но напрямую убить не пытается — уже хорошо.

Можно, конечно, разбежаться и попробовать сразу же сигануть внутрь пасти, вцепившись в уязвимое на вид Семя, вот только оставшиеся после применения техник силы мне сейчас точно не хотелось проверять на устойчивость, а спокойно вкушать энергетики точно не получится, да и, боюсь, с таким окружением мне и кусок в горло не полезет… Наверное, в этом и был хитрый план омерзительных тварей.

Дженни самозабвенно расстреливала из пулемета тех гнильцов, что обратили внимание на нашу парочку, явно вымещая на них гнев от недавно произошедшего, только вот статус все-таки начинал ухудшаться, что бы она там не говорила. Машке так и вообще уже совсем плохо, она даже побледнела, не говоря уж об истончившейся защите и совсем вялой стрельбе, разве что Сара с неизменно флегматичным, хотя нет, даже решительным на вид личиком изничтожает нежить. А вот ранка у нее на шее — что здесь произошло-то, черт возьми?! В том зале, где оказались девчонки, полно какой-то меняющей цвет кожи — будто бы кто-то освежевал… Хм? Камбалу? Осьминога? Хамелеона? По одной лишь коже сложно определить, но у некоторых кусочков была очень уж странная форма, а помигивающие в поврежденном выстрелами углу всполохи весьма напоминали неисправный голопроектор. Хитрые твари, хитрые…

Ладно, если экономно подойти к вопросу, то должно получиться. Проскочив мимо Дженни, я указал ей на центр комнаты, а сам принялся короткими и быстрыми ударами кулаков ломать незадачливой нежити ноги, потому что, даже потеряв голову, они не спешили останавливаться, что и неудивительно, если они не являлись самостоятельными существами, а просто были поломанными игрушками в руках Якоря.

Хрясть — подгнившее бедро подломилось и, потеряв равновесие, мертвяк свалился вниз. Резкий удар второму в верхнюю часть туловища, отчего тот отлетел в сторону и сбил еще нескольких, рассыпавшись на кучу бесполезной гнили. Чертова привычка пользоваться только руками, но так для Адептов Земли все-таки привычней — когда не теряешь связи с тем, к чему обращены все литании, оно как-то спокойней. Мысленно извинившись, я ударом ноги сломал голень третьему монстру, после чего пинок отправил еще одного в короткий полет, во время которого тот обезглавил нескольких товарищей: стало слышно сразу несколько отвратительных шлепков, с которыми упавшие головы лопнули, забрызгав весь пол вокруг. Стараясь не смотреть, как ближайшие зомби стали ползать и вылизывать пол в поисках свежих гнилых останков, как бы странно это не звучало, я отдал приказ Дженни.

Наведя орудие, американка прищурилась и даже слегка откатилась назад из-за почему-то усилившейся мощи выстрела — ее поблёскивающий фантом стал еще сильнее лучиться пурпурными оттенками, чем раньше. Да и серый сгусток оказался куда более похожим на снаряд, чем на простой серый бесформенный шар — угодив в толпу мертвых, он разорвался осколками, покосив бестолковых монстров, и я сразу же бросился вперед. Сара, кивнув, поспешила к выходу из зала, отведя «крылья» чуть назад, а я, обняв зеленовласку, быстро пошел вместе с ней за «Меркавой», закрытый от случайных ударов пластинами брони.

— Машка, ну ты чего, опять расклеилась. Мы же рядом, что нам эти монстры, так, раз плюнуть, — ободряюще сказал я, но, конечно, только от этого лучше девушке не станет. Если какая-то фобия есть, нельзя от нее просто отвернуться и перестать бояться.

Вот и зеленовласка согласно кивнула, но глаза так и не открыла до тех пор, пока мы не выбрались в «желудочный» зал.

— Так… Дженни и Сара, огонь основными орудиями вон в ту хренотень, — коротко сказал я, для наглядности подсветив «хренотень» лазером. — БПЛА на оборону пробоины, Маха — держись, недолго осталось.

Может, мой уверенный тон так повлиял, но девчата и впрямь вроде как воодушевились. Нагнетаемый гул от одновременной зарядки двух орудий был для слуха почти что болезненным, но в то же время — столь приятным, что я никак не мог дождаться, когда вся эта мерзость разлетится в клочья. Пик гула отдался внутри тела приятной вибрацией, и обе девушки послали заряды в верхушку зубастой пасти — почти сразу же стенки сомкнулись, отчего выстрелы угодили в заполонившую весь проход плоть. Всколыхнувшись, мясо задрожало, а потом навстречу нам хлынула кровища, разбавляя заполняющий комнатушку желудочный сок. Вокруг разнеслось шипение от попадания незащищенной органики в невероятно едкую кислоту, и, увидев, как стенки не могут больше сокращаться, я запросил повторный залп, когда у арки появилась уже знакомая мне оранжевоглазая девица.

— Пайдо! — приземлившись на куртку, Элька сразу же вскочила, и я увидел, как вокруг ее ног формируется защита, а от рук растекаются волны энергии, залечивая наверняка успевшую пострадать кожу. Но, похоже, Элька успела защитить себя вовремя, поскольку недовольство с ее личика исчезло. А мне предстояло в очередной раз объясняться…

— Ты уверен? — сказала Маша, которую подобное происшествие хотя бы отвлекло от неприятных мыслей.

— Да, мы не раз друг друга выручали, — объявил я, посмотрев на кибернетическую девицу, и в этот момент ее куртка окончательно истлела под действием химикатов и упала вниз.

— Дамн! Поньятно, что тебья в ней привлекьять, — ехидно заметила Дженни, пока Элька пыталась сделать вид, что ходить абсолютно голой в чреве монстра является для нее вполне себе будничным занятием. Забавным было и то, что при нашей первой встрече она так не смущалась, и, хочется мне думать, что не только потому, что ей тогда угрожала опасность.

— Тебя долго не было, поэтому я переместилась, — прикрыв хвостом самое сокровенное, пояснила Элька. — Грета в порядке, твоя сестра тоже.

— Спасибо, — замахав руками, я наконец-то вывел моих спутниц из ступора, и те, сосредоточившись, вновь приготовились сделать залп, а Маша в это время пристально разглядывала свою новую знакомую.

Бабах! Два заряда угодили в верхушку пасти, заставив монстра взвыть; крючья на поврежденных стенках прекратили болтаться, и я, слушая мерный стрекот дронов, поспешил вперед, чтобы проверить.

— Я с тобой, Саша, — проскользнув следом, тихо сказала Элька. — Ты же устал.

— Просто сказала бы, что волнуешься за меня, — хмыкнув, произнес я, бросив быстрый взгляд на девушку, хотя даже в подобных условиях хотелось задержать его подольше.

— Да, я волнуюсь. Кто же тогда мне поможет? — после короткой паузы ответила девушка, но я не ответил, поскольку мы уже оказались возле пасти.

Стены не пришли в движение, как в прошлый раз, но Семя казалось очень уж далеким, а постоянное шевеление плоти вынудило бы расстреливать всю тварь, пока не попадем случайно или не истощим ее достаточно, чтобы она прекратила защищаться. Но, прежде чем я начал действовать, Элька ловко впилась в стенку когтями и, перебирая одними лишь руками между зубьями, ловко добралась до центра. Монстр взревел, начав сокращаться, но цепкий хвост девицы уже сомкнулся на жгутах, удерживающих Семя. Разогнавшись, я прыгнул и, подхватив камушек, оборвал оставшиеся путы, после чего упал прямо на пол уже поднадоевшего мне укрытия. Кибердевушка грохнулась сверху, приземлившись задницей мне на грудь, и вид мне открылся весьма подробный.

— Ага, так ты для этого все и затевала? Есть ли предел твоей тяге к эксгибиционизму? — со смешком сказал я, после всей мерзости наслаждаясь видом покрасневшей Эльки, поспешно прикрывшей половые губки хвостом.

— Пайдо, Саша, необязательно же так пялиться! Просто глянул разок-другой, и все, — горячо зашептала девушка, поднимаясь с меня.

— Спасибо. И за помощь, и за зрелище, — добавил я, получив легонький тычок хвостом отвернувшейся Эльки. Остальные девчонки тоже оказались здесь, в том числе и Грета с сестрицей

— М-дя. Уходила одетая, а пришла голая и на Сашке. Эксперименты по ретранквилизации полным ходом, да, братик? — со смешком сказала Танька, но по ней было видно, что она просто рада, что все целы. А вот Грета была удивлена подобной картине, но ее весьма быстро отвлекли остальные, только сейчас заметив кошачью сущность немки.

На воду рассчитывать не приходилось, так что пришлось воспользоваться окружающей укрытия растительностью, чтобы избавиться от оставшихся на одежде химикатов, пока они в конце концов не добрались до кожи. Да и постоянное воздействие на защитную технику истощает… Дженни постепенно восстановилась самостоятельно, а вот Маша никак не могла успокоиться, так что я, избавившись на время от изгвазданных перчаток, подошел к ней, оставшись наедине в укрытии, пока остальные занимались очисткой.

— Маш. Я с тобой. Больше нет мертвых рядом, все хорошо, — осторожно обняв девушку, я почувствовал, как она прильнула ко мне, отключив перед этим защиту. Ее жаркое от перерасхода энергии тело сейчас казалось слишком уязвимым, и девушка, похоже, сама это осознавала, крепко обняв меня, и прижавшись головой к плечу.

— Они снова хотели, чтобы я умерла. Я понимаю, что ничего не сделала, но они продолжают верещать одно и то же, никак не могу избавиться… — даже голос девушки был очень слабым. Все сразу наслоилось, и это было для нее не так уж и просто. — Хех. Даже прошлый раз меня не слишком закалил, наверное, ты ведь вроде как бодрячком держишься, — вымученно улыбнувшись, девушка подняла на меня глаза.

А мне как-то и ответить было на это нечего, но что есть — то есть. Да, было много неприятных моментов, настроение так себе, но ни красной пелены, ни резкого ухудшения статуса в детранквилизирующих условиях… Не говоря уж о вездесущем шепоте, который до этого меня успел изрядно задолбать. Получается, первый фантом, контатный, не слишком на меня влиял после инцидента, а причина всех бед была в осколках второго, сдавшегося под напором Ойтаци. Я должен Эльке куда больше, чем она может себе представить… Правда, тот странный эффект, что проявился у меня по пробуждении, самопроизвольно не повторялся, что не могло не радовать. Но и тестировать внутри Разлома мне пока что не очень-то хотелось, как говорят: «Лучшее — враг хорошего», пока все и так неплохо.

Выудив из кармана энергетик, я осторожно разорвал этикетку и коснулся шоколадом пухлых губок Маши.

— Вот, должно полегчать, ты хорошо постаралась.

Чуть подавшись вперед, девушка осторожно откусила кусочек и, пожевав всего секунду, неожиданно прильнула к моим губам. Оказавшись на удивление настойчивой, она требовательно надавила язычком и, открыв рот, я позволил ей вовлечь меня в свою игру. Шоколад стремительно таял, когда мы терлись языками друг о друга, отчего поцелуй выходил не только приятным, но и вкусным. Раззадоренный предыдущими событиями, я провел ладонью по спинке Маши, опустившись вниз и игриво ущипнув ее за попку, но она ничуть не сопротивляясь, лишь продолжала поцелуй. Положив руки на ее ягодицы, я прижал Машку к себе еще сильнее, задышав чаще из-за нарастающего возбуждения, пока, отстранившись, девушка смущенно не вытерла коротенькую струнку слюны и, посмотрев мне в глаза, сказала:

— Мне уже лучше, но недостаточно. Поцелуй со мной был самым сладким?

Не ответив, я тоже откусил кусочек и теперь сам прильнул к губам Маши. Моя рука погладила ее бок, ее подтянутый животик и, пойдя вверх, легла на стянутую тканью грудь, вызвав у девушки приятный мужскому уху стон. Задышав чуть чаще, Маша целовала меня еще и еще, пока я разминал ее прелести, ощущая, как сосочек от моих действий становится тверже. Проведя второй рукой по ярким волосам девушки, я без лишних действий скинул бретельку ее униформы с плеча и, увидев соблазнительно покачнувшуюся грудь, оторвался от поцелуя и провел языком по нежно-розовому сосочку, отчего Маша вновь тихо застонала, погладив меня по волосам. Водя языком вокруг, я легонько потрепал бугорок и, обхватив губами, стал посасывать, вместе с этим избавив девушку и от второй бретельки. Слегка выкручивая второй сосочек пальцами, я даже больше наслаждался чувственностью Маши, с которой она отзывалась на каждое мое действие, чем получал удовольствие от близости, но и ее женские чары были достаточно сильны, чтобы я уже чертовски возбудился.

— Сашенька, — прошептав, девушка приоткрыла глаза и поймала мой взгляд, продолжая гладить меня по голове. — Кто бы мог подумать, что мы будем делать подобное. Ты вообще говорил, что жениться не будешь, — радостно улыбаясь, продолжила девушка.

— Эм…

— Я в порядке. Но нельзя же продолжать, когда за нами столько зевак смотрит, они же меня взглядом испепелят сейчас, — смущенно прошептала Маша, приводя форму в норму, а я и сам приметил несколько голов, маячащих в проеме. Ну, заразы… Хотя, чего я хотел, когда такой цветник собирал.

— Все равно это было здорово, — усмехнувшись, сказал я, на что Маша быстро кивнула. — Прости, это, должно быть, будет печально знать, но про что ты говорила?

— Мы совсем маленькие были, я и сама не очень хорошо все помню, но ты мне запал в душу, — смотря в сторону, рассказала зеленовласка. — Я с тех пор сильно изменилась, фамилию поменяла, вон, волосы испортила… Еще тогда, в музее, я никак не могла понять, откуда ты мне знаком.

— Так ты не из-за контаты на меня внимание обратила?

— Не только. Наши родители когда-то давно дружили, а последний раз мы, наверное, виделись на похоронах твоего отца… Ты даже не пришел на похороны моего, но мне было это не так уж и важно тогда, — грустным тоном продолжила Машка. — Когда ты с сестрой про это стал говорить, мне все так ясно вспомнилось. Странное тут место.

— Да уж. Эй, если там все насмотрелись на ретранквилизацию, то можем отправляться, — громко заявил я, и головы из проема мгновенно исчезли.

* * *

— Госпожа Шуанг, дорогая, вы докладывайте, мы ведь в нетерпении, — певучим голосом сказал в рацию Семен, на что китаянка почти сразу же ответила:

— Истребитель обнаружен у открытого ангара, недалеко от текущего расположения Первого отряда. Статус неизвестен, агрессии не проявляет. Обнаружена зенитная установка и второй отряд, ведут огонь.

— Хо? Могут ли фантомчики знать, что у нас есть? — задумчиво произнес парень. — Нам-то лезть все-таки не стоит, пусть воюют себе, малыши, мы потом заберем сразу все. Хорошо, мои дорогие?

— Принято, — коротко ответив, китаянка через некоторое время вновь отозвалась. — Пропала часть сигнатур второго отряда и все — первого.

Семен, все это время обменивающийся комплиментами с Хасегавой, встрепенулся и с интересом уточнил:

— Вот как? Подробнее, милочка.

— Первый с большой вероятностью попал в аномалию.

— Ах, с кем не бывает.

— Второй находится слишком далеко от ближайших зданий, чтобы предположить подобное. Есть сигналы, информация лишь о месторасположении технодев классов «Брэдли» и «Армата». «Брэдли» через несколько секунд покинет пределы мембраны.

Посмотрев на своих спутниц, будто они могли что-то подсказать, Семен скривил слишком уж карикатурную гримасу, выражающую недоумение, вместе с этим пожав плечами экзоскелета.

— Ах, должно быть Данила Александрович снова разругался со своим окружением, не удержав свое либидо. Но куда же он сам тогда исчез?

— Его браслет не считывается. ЗСУ после повреждения ходовой части была перемещена, текущее расположение — в десяти метрах от нужного нам Су-37, — добавила китаянка.

Глава 21, часть 2

Укрытия располагались в низине, хотя, нет, так просто казалось из-за прикрывающих их холмов. В любом случае, стрельба вроде как прекратилась, так что можно считать, что рыжая команда чего-то добилась. Смерти я им не желал, конечно, да и не думал, что Комаров отправит сына со слабыми девчатами, так что Данила либо уже захватил самолет, либо уничтожил еще какую-то объявившуюся здесь технику. Без разведки — никуда, так что после приготовлений и подкрепления сил, Сара добралась до холма и, перейдя в высокое положение своих «ходулей», выпустила дрон, который в данном случае мог выступать в роли разведывательного, все-таки лес больше не мешал.

— И шо вы себе думаете? Самолетик-то неподалеку, только туточки еще и гембель нарисовался…

Забравшись на укрытие, я попытался разглядеть хоть что-нибудь. Ага, речь была об ангарах, вернее, об одном большом ангаре и нескольких металлических укрытиях метрах в трёхстах от текущей позиции. Раньше там вроде как ничего не было, а сейчас — пожалуйста. И истребитель, и, что гораздо хуже, «Шилка». Хуже в том плане, что не лежит у меня душа к тому, чтобы девчонок отправлять вперед, используя их как прикрытие от пуль, пусть даже сейчас фантомная броня у них и в целости. Придется обойти по дуге, чтобы не попасть в зону видимости, да и то, это если только машинка не вздумает полетать, как уже делал локомотив до этого. Но это только одно.

По стечению обстоятельств, в которое мне не слишком-то верилось, прямо рядом с техникой продолжало постукивать Сердце. Так что, скорее, фантомы решили притащить себе поддержку, а не мне так свезло, хотя, кто знает. Со слов Некто Сердце было достаточно таинственным явлением, и здесь только за счет большого числа человек получилось переконфигурировать купол так, что я оказался неподалеку, не говоря уж о том, что, если центр Разлома в помещении, то его может защищать еще один Якорь. Стоит ли этот, как говорит Сара — гембель, возможных усилий, мне вряд ли кто подскажет, но все же любопытно.

— Обходим по дуге, круговое наблюдение. Таня и Элька в центре, остальные — вокруг, — сказал я, сразу же взглядом кибернетической девице дав понять, чтобы она даже и не пыталась упрямиться. Фыркнув, девушка продолжала есть весьма полюбившиеся ей батончики, и мы, медленно выйдя из-за железобетонных укрытий, отправились к ангару. Фантомы, до этого шлявшиеся что между укрытиями, что у леса, куда-то все пропали, но от этого на душе спокойней не становилось — вряд ли они вдруг выскочат с поднятыми ручонками и зашелестят: «Мы сдаемся!».

Мы двигались максимально тихо, стараясь как можно быстрее уйти с открытого пространства и укрыться хотя бы за здоровенной стеной ангара. Не уверен, что она выдержит направленные энергозаряды чего-то достаточно мощного, но здесь все зависит от скорости — кто первый атаковал, тот и молодец. Стук Сердца оглушительно бил по ушам, отчего я окончательно убедился, что нечто скрыто именно в большом помещении, и от секрета Разлома отделяет какая-то стеночка… Облизнув губы, я жестами приказал девчонкам перераспределиться, когда мы добрались до угла — осталось только выйти, и противник будет, как на ладони. Если защиты нет, то направленный выстрел танков разрушит крылья Су и, даже несмотря на то, что для полета фантомам они не слишком-то нужны, сам факт повреждения столь обожаемой вещи должен обрубить действия твари на какое-то время. А там — выстрел по «Шилке», благо девочек с орудиями три, и можно даже простить промах, лишь бы остальные две попали.

Выдохнув и ощущая, как мое собственное сердце бьется ничуть не тише, чем здоровенное за стеной, я махнул рукой. С низким гудением три орудия начали зарядку и, выйдя из-за угла, Дженни сразу же направила пушку на истребитель. Выстрел. Окутавшая крылатую машину дымка подернулась, открывая беззащитный металл, но сразу после этого Су взмыл в воздух с такой скоростью, что, если бы я моргнул, то и не увидел, куда он вдруг делся. И без этого мощная и маневренная машина пронеслась над крышами, улетая вдаль, после чего с ревом развернулась почти без потери скорости и, оглашая местность двойным громогласным гулом, выпустила две энергоракеты, понёсшиеся прямо в нашу сторону.

Взмахнув рукой, я рывком переместился по рыхлой земле, видя, куда именно направляются заряды. Столкнуться с Машкой и Таней было весьма болезненно, но все вместе мы укатились в сторону, тогда как Дженни, Сара, Грета и Элька бросились в другую. Вонзившись в землю, ракеты подняли два мощных фонтана земли, но следом самолет снизился и с гудящим визгом открыл огонь из авиационной пушки.

— Братик! — Танька подо мной закричала, когда ощутила дрожь, с которой мое тело отзывается на попадание пуль. — Братик, не молчи! С тобой все в порядке?!

Закрыв глаза я остервенело бубнил литанию, пока закрепившаяся «Гранитная непоколебимость» не сформировалась, став принимать удары пуль на себя, только вот привычная мне уже каменистая поверхность превратилась в нечто поблескивающее, будто бы выполненное из какого-то пурпурного мрамора. Тихо шипя от боли, я посмотрел на то, как перчатка приплавилась прямо к коже из-за превысившей свой ранг защиты, но уж лучше так, конечно.

— Авиационная пушка ГШ-30-1, полторы тысячи выстрелов в минуту…

— Наверное, в порядке… — нервно хихикнув, Танька потрогала мой лоб.

Девчата открыли зенитный огонь из пулеметов, несколько раз попав в корпус самолёта, из-за чего он вновь взмыл вертикально и принялся заряжать «подвесное» вооружение. Прекратив технику, я с удивлением отметил, что стена ангара ничуть не пострадала, а вот дальше было странное — откуда-то сверху к Су спикировал крылатый силуэт и, гудя энергозарядами, прошил истребитель скорострельной очередью, вынуждая фантомную машину резко сорваться с места.

— У наших есть летающие технодевы? Вот так номер, — прошептала Танька, с тревогой смотря на меня. — Кто-то жрет из двух кормушек сразу.

— Сейчас я этому даже рад, — кряхтя, я поднялся, ощущая, что тело превратилось в сплошной синяк. Быстро читая «Дар земли», я проследил за тем, как юркий силуэт мчится за пытающимся скрыться Су. Вот истребитель резко развернулся, повиснув вниз кабиной и сразу же выпустив два энергозаряда воздух-воздух. От одного неизвестная девчонка ловко увернулась, а второй попал прямо в нее, но она лишь отлетела на пару десятков метров, закружившись в воздухе, после чего тут же снова открыла огонь. Это было бы занимательное и завораживающее зрелище, если бы я не услышал лязг начавшей движение техники, только вот «Шилка», похоже, вместо помощи своему собрату решила сначала подчистить землю.

Резко скрывшись за углом ангара, я услышал шелест сотен энергопуль, поднявших фонтанчики грязи с того места, где мы с Машей и Танькой только что находились. Стена вновь осталась нетронутой и, решив это использовать, я быстро скомандовал девчатам скрыться за следующим углом. Здание большое, так что машине придется поиграться с нами в догонялки, если и впрямь хочет достать. Оказавшись друг напротив друга, мы сможем вовремя сместиться, ориентируясь по звуку, поскольку ядра технодев хоть и резонировали, но не помогали определить направление с нужной точностью.

Ангар оказался закрыт, так что, если и на ворота распространяется его невероятная неуязвимость, то я теряюсь в догадках, как попадать-то внутрь. Хотя остается вариант в использовании камушков, как ключей, раз уж с мембраной подобное прокатывало, но это все же будет что-то новенькое. Авось даже учебник когда-нибудь напишу.

Успокаивая себя бестолковым потоком мыслей, я прислушался — лязг исчез, но в то, что «Шилка» разочаровалась в трусливой добыче и осталась стоять, размышляя о вечном, верить особо не стоило. Молча показав пальцем вверх, я подождал, пока Сара наведет орудие, тогда как Грета и Дженни нацелились на углы, на тот случай, если зенитка будет парящей, но решит использовать прежний путь. Готовясь поддержать дистанционной атакой, я медленно накапливал энергию для очередной сейсмоволны, когда из-за края крыши показался кусочек дымчатого силуэта машины.

Стрекот энергопулеметов всех четырех девчат, после чего по очереди пушки прошлись по днищу не успевшей развернуться машины — зашелестев и взвыв, будто бы это было его тело, фантом уменьшился в размерах, а сама машина грохнулась прямо с крыши вниз. Подскочив к ней вместе с Элькой, я подождал, пока девушка вскроет корпус и, нырнув внутрь, приготовился к тому, что фантом опять затеет тиски, но большое количество повреждений, похоже, не дало ему сосредоточиться. Небольшая рукоятка, торчащая прямо из стены, настолько выделялась из окружающего антуража, что я без лишних раздумий хлопнул по ней ударом кулака, и зенитка сразу же прекратила сыпать в мой адрес ругательствами и оскорблениями, щедро желая сдохнуть и все такое.

Выбравшись из машины, я проследил за продолжающимся воздушным боем — от Су уже шел дым, только, конечно, не от его поврежденных двигателей или еще чего — скорее это фантом терял синхронизацию из-за нанесенного корпусу урона. Продолжая надрывно гудеть, истребитель уже не пытался контратаковать и, став резко снижаться, полетел в нашу сторону; схлопотав еще одну очередь авиатянки, Су не смог даже скорректировать направление и на полной скорости врезался в землю метрах в ста от нас.

— Таки это наш шанс, — быстро сказала Сара, с жадностью смотря на беззащитный на данный момент самолет.

— Мы для его захвата особо ничего не сделали, хотя, если бы не задержали зенитку, то технодеве пришлось бы куда хуже, — торопливо произнес я на бегу. — Прием… Второй, Третий отряд? Связь работает? — подразумевалось, что мы будем с ними общаться только в экстренных ситуациях, поскольку все-таки у каждого свой интерес, но подобный случай наверняка был одним из них. Можно, например, отдать всю выручку взамен на то, что мы заберем обвес. Да и из практических целей куда логичней было мне сейчас захватить самолет, чем ждать, пока чужая кандидатка доберётся сюда — за это время фантом может и оклематься.

Ответом мне была тишина в наушнике и шум энергоатаки, разнесшийся сверху. Не сразу даже осознав, что наши «коллеги» решили в своей жадности пристрелить меня, я опешил на мгновение, но тут же метнулся в сторону — все-таки на рыхлой земле меня поймать сравнительно непросто.

В землю ударила пара ракет от пронесшейся над нами девицы, и, теперь уже не мешкая, я отдал приказ — стрекот пулеметов унесся следом за крылатой студенткой, но она даже от атак истребителя уворачивалась, а от подобного ушла вообще с легкостью…

— Быстро! За ангар! — матеря Семена и его шайку всеми известными мне ругательствами, я быстро поравнялся с девчатами.

— Может, тогда черт с ним? Я, конечно, хотела бы себе обвес, но это уже какое-то сумасшествие, Сашка, слушаешь?! Придумаю что-нибудь еще, — быстро сказала мне сестрица, тогда как Элька резко дернула меня на себя с помощью хвоста.

— Бегите дальше. Что ты задумала?

— Ты хочешь поддаться этим пайдо? Нет ничего более поганого, чем выступать друг против друга, когда есть дела куда важнее, — зашептала оранжевоглазка, следя за маневрирующей воздушной девушкой. — Ойтаци!

Ах, вот оно что. Фантом «Шилки» погиб, так что захватить ее Танька не могла бы в любом случае — если только подождать, пока найдется новый «владелец» на искореженную машину. Скользнув за каркас, я подождал, пока технодева промчится над нами, сбросив авиабомбу — большую часть энергии поглотила чудо-крыша ангара, чего авиатянка явно не ожидала, а у меня как раз нашлось время, чтобы поимпровизировать. Используя обратную литанию, которая применяется весьма редко, да и то лишь эфочками, чтобы немного «разогнать психику» и ускорить активацию боевых техник, я даже присвистнул, увидев, как белые щупальца вновь появляются вокруг меня. Позволив им проникнуть в недра машины, я мысленно торопил неведомое существо, решившее поселиться в моем теле, пока не почувствовал, как что-то изменилось. Приподнявшись над землёй, будто ховерскейт, зенитка вновь активировала локатор и, дерганым движением сместив орудия, выплюнула сотни энергосгустков в воздух, прошив промчавшуюся надо мной девицу. Мне показалось, я даже смог разглядеть удивление на лице китаянки, но через мгновение девушка потеряла скорость и кубарем покатилась по земле, пока не пробила своим телом металлическую стенку одного из укрытий и не скрылась из виду.

Резко отдернув руку, я увидел, как машина вновь обрела покой, а отростки исчезли. Пока Элька ликовала, остальные наверняка даже не поняли, что произошло, и бросились обратно, а я, надеясь, что все-таки не убил студентку, попытался сделать вид, что ни при чем.

— Мяу, ты обезвредийт целый зенитка в одиночку? Майн готт! — Грета казалась настолько впечатленной, что мне тут же захотелось оставить произошедшее в секрете. Черт, как это по-детски, но как хочется… Не до этого.

— Второй, Третий отряд, прием. Мы забираем Су, — коротко сказал я, быстрым шагом направляясь к месту крушения. Уж произошедшего должно быть достаточно, чтобы поумерить их пыл? Какой бы крутой не оказалась бы их «Тип-10», у нас банально численный перевес, а вот третья…

— Простите, вас не слышно, — раздался веселый голос, который наверняка принадлежал Семену. — Второй отряд уже давно ушел, понеся потери. Если это вы, Первый отряд, то было приятно вместе погулять по Разломам. Чмаф-ф-ф!

Да что за херня… Быстро осмотревшись, я лихорадочно прислушался, ожидая еще какую-нибудь энергоатаку, но все было тихо, не считая уже привычного уху стука.

— Сашка, что они сказали? — подойдя ближе, сестрица положила мне руку на плечо, видя, насколько я напряжен. Что же?

— БПЛА таки ничего и никого поблизости не видит, — сообщила Сара. — Забираем?

Ну конечно, не увидит. Подняв голову, я вглядывался в низко висящие тучи, пока одна из них не отделилась от остальных. Простая фантомная дымка, наверняка больше ни для кого не видимая, кроме смертников. Треугольная форма, летающее крыло. Фантомы восприняли его невидимость чересчур буквально!

— Нортроп Б-2 «Спирит». Да чертов он выродок, бежим! Где все эти твари, почему его не зовут сдохнуть, он заслужил куда больше, — схватив сестру, я бросился назад, хотя вряд ли удастся вообще где-то укрыться или успеть использовать зенитку, если та технодева сможет сделать энергокопию ядерного оружия. Хотя нет, тогда бы тот ублюдок еще не был здесь, да и самолет попадет в радиус действия… Но, учитывая действия этого неадеквата, рассчитывать на то, что он побоится повредить будущий обвес, не слишком-то стоит.

По моему виду все было заметно куда лучше, чем от приказов, так что девчата метнулись в сторону ангара сразу же, как только я поспешил в их сторону. Не зная, сработает или нет, я указал всем достать выданные нам камушки, и для верности еще и схватился за найденные семена. Низкий гул бомбардировщика стал слышимым, а мы уже добрались до двери. Схватившись за руки, наплевав на боль от обжигающей динамической защиты, мы рванули вперед и покатились с горы серебристого металла, исписанного символами, оказавшись в месте, которое я уже не раз видел в своем сне.

Глава 22, часть 1

Все совпадало до мелочей: низко висящие тучи, излучающие пурпурное свечение, странные металлические обломки из удивительного серебристого металла, на котором то и дело помигивали разнообразные символы из самых разных языков. Лишь земля немного отличалась — если во сне мне казалось, будто бы она сплошь покрыта фантазитной пылью, то здесь она, в целом, не отличалась от привычной, но ощущение чужеродности оставалось.

Обернувшись, я убедился, что никакого взрыва или атаки бомбардировщика не последовало, после чего бегло осмотрел девчонок: несмотря на падение с приличной высоты, все были в порядке. Вот только как выходить отсюда, если двери нет?

— Шайссе. Час от час не легчайт, — тихо мяукнув, сказала Грета, озираясь по сторонам. — Саша?

Прижав палец к губам, я прислушивался. Сердце, до этого казавшееся так близко, после перемещения немного изменило свое положение, но все же оставалось неподалеку. Торопливо вскарабкавшись на гору, с которой мы свалились, я осмотрелся — несмотря на кажущийся хаос, с которым были разбросаны обломки, на деле была лишь одна небольшая дорожка, проложенная между горками, которая вела в странную на вид башенку. Она была от силы этажа четыре в высоту, да и башней ее можно назвать лишь с натяжкой — скорее, это просто воткнутый в землю цилиндр метров эдак двенадцати в диаметре, усеянный зубцами и вмятинами, формирующими изящные, но слишком уж сюрреалистичные узоры на поверхности.

Вариантов вроде как больше и не было, особенно с учетом того, что я смог приметить тонкую мембрану, окружающую и это место — она была куда менее заметна, чем земная: просто мимолетное подергивание воздуха, но все же ограждала это место от других.

— Идем вперед, вариантов не особо много, — тихо сказал я, соскользнув с горки. — Элька, ты что-нибудь знаешь?

— Они молчат, — обеспокоенно произнесла девушка. — Лишь шепнули что-то вроде «Сердцу нужен покой».

— Ну здорово. Пойдем, одеялко ему подоткнем, — сказал я, вздохнув. — Расположение прежнее, но выстраиваемся в линию.

Дорожка была слишком узкой, чтобы технодевы могли идти по двое, все же обвес был довольно громоздким. Однако все наши приготовления казались чрезмерными, поскольку вокруг, такое чувство, вообще никогда ничего не происходило. Нарушая гробовую тишину своим лязганьем, девушки молча двигались вперед, пока я вглядывался в каждую тень, помня о том, что в моем сне здесь все-таки появлялся фантом, а барахла для вселения здесь просто невероятное количество.

Добрались мы до башенки-цилиндра без происшествий, а впереди — лишь очередная арка, ведущая в неосвещенные помещения таинственной постройки. Помня предыдущие проблемы, мы вновь взялись за руки — Маша и Грета уже привычным движением крепко обхватили мои пальцы, легкими кивками давая понять, что они готовы; интересно, насколько мы стали ближе за эти несколько дней? Однако, что Машка нервно покусывала губу, что немка подергивала ушком из-за потенциально опасной неизвестности. Оставалось лишь подать пример, что я не сомневаюсь в нашем успехе — сделав шаг, я вместе со своими спутницами оказался внутри.

Ничего сверхъестественного не произошло. Нас никуда не перебросило, не разделило, не уничтожило. Лишь серебристая поверхность стен озарилась пурпурным свечением, выцепляя из темноты зубчатую винтовую лестницу, ведущую наверх, к площадке, расположившейся в нескольких метрах над нами. Но и на первом этаже не было пусто: здесь были аккуратно сложены разнообразные импланты, винтовки, дробовики, холодное оружие всех мастей, от крошечных стилетов и заканчивая двуручниками. Хотя сложно это назвать какой-то музейной экспозицией или частной коллекцией — снаряжение было сложено так, чтобы его можно было прихватить с собой. Или легко захватить, если речь о фантомах.

Насладиться видом опасных штук, о которых я лишь читал или видел на старых фото, мне не дали — по центру башни мигнул серый дымок, став разрастаться до уровня человеческого силуэта. Вместо своего обычного монстроподобного вида, неизвестный фантом весьма точно повторил очертания какого-то мужчины, но черты лица все-таки оставались смазанными из-за клубящейся структуры существа. И, немаловажная деталь: он был видимым для всех.

— МетМеры. Надо же, все-таки аж сюда добрались, — шелестящим голосом сообщил фантом, посматривая то на меня, то на Таньку, то на Машу.

Дженни, Грета и Маша посмотрели на меня с изумлением, видимо, восхищаясь тому, как я умудряюсь оставаться спокойным. Все-таки, пусть они и слышали голоса, но видеть этих тварей воочию — совсем другое. Сара же разглядывала какой-то меч с позолоченной рукояткой, не особо вникая в происходящее, тогда как Элька даже и не пыталась скрыть свою неприязнь по отношению к силуэту.

— И что, тебе захотелось с нами поговорить? — осторожно начал я, видя, что дымок пока что не спешит проявлять агрессию.

— Я все же был человеком. Сложно в обществе одних лишь, как вы говорите, фантомов находиться, — раздалось нечто вроде грустного смеха.

— Человек? И что же могло вынудить творить с людьми такое, если ты был одним из нас? — возмущенным тоном сказала Танька, и дымок повернулся в ее сторону.

— Мы уже давно умерли, так что это лишь оболочка. Вам не было бы все равно, что будет дальше, если вас все равно уже нет? — почему-то силуэт вдруг начал говорить о себе во множественном числе, да и голос разделился, словно бы с нами сразу несколько людей пыталось общаться, синхронно зачитывая один и тот же текст.

— Как нам выбраться отсюда? — сразу же спросил я, пока это нечто не потеряло над собой контроль.

— Уничтожьте Сердце. Молим вас, уничтожьте его! Дайте нам освободиться! Помогите, как это сделали ваши отцы!

На этот раз даже Сара заинтересовалась, а нам с сестрой и Машкой оставалось лишь переглянуться.

— Но…

— МетМер, те, кто произошли от проклятой крови! Ваши отцы убили тысячи тысяч, миллионы духов! Нет вашему поганому роду прощения! — неожиданно взвизгнул фантом, стеная разными голосами, но столь же быстр успокоился.

— Вы нас с кем-то путаете…

— Ты! — силуэт ткнул пальцем в Машу, и она удивленно повторила этот жест, что выглядело даже забавно, если бы не странность ситуации. — Твой предок во всем содействовал Лживому Сердцу!

— Извините… — зеленовласка даже взгляд потупила.

— Может, хватит уже бросаться обвинениями за то, чего мы не делали? Наши родители давно погибли, сколько можно визжать? — подавив нарастающий гнев от того, что это странное нечто давит на Машку, я даже сделал шаг вперед. — Если надо помочь грохнуть, так рассказывай.

— Хо… наглый МетМер. Твой предок должен был молиться на то, что судьба позволила ему обрести Семя Седрос прямо в День Воплощения!

— Дедушка Павел? — удивленно прошептал я, припоминая. Но это все казалось слишком странным… Столько раз я слышал и воспроизводил в памяти эту историю. Тридцатьчетверка, испепелив постамент, обдала осколками всех, кто находился поблизости, а дед, тогда еще будучи совсем маленьким мальчиком, прикрыл свою маму. Раны залечили, да и кусочки извлекли, неужели они были вместе с энергией фантома?

— Благословенная кровь, ушедшая потомкам, сдерживала распространение духовного минерала, но, вместо того, чтобы стать живучим Сердцем, вы, подлецы, использовали его себе на благо! — силуэт снова развизжался, но хотя бы рассказал без излишних вяканий свои претензии. Говорил он злобно, много и быстро, словно жена перед разводом, как я это обычно видел в кино, но картинка у меня в голове в итоге сложилась.

Практически сразу после ДД был запрет на приближение к любым Разломам — все боялись спровоцировать еще что-нибудь похлеще, чем уже успело произойти, так что страх был вполне понятен. Но удерживать контроль многие годы было некому — даже если попытаться применить силу против любопытных, все это выльется в смертоубийство и суицид, так что останавливающим фактором было лишь то, что никто не возвращался из-за мембраны, из-за чего число желающих резко сократилось. Печально, что я до этого момента не знал всех деталей: почему отца вдруг начали преследовать, что он такого сделал, что постарался отстраниться от своего брата? Он ведь просто исчез, оставив нас одних, чертовски неприятное явление, но на тот момент и дядя Дима не был каким-то там олигархом, чтобы кто-то обратил на подобное внимание.

Будучи другом с родителями Маши, папа которой весьма неплохо шарил в технике, отец все-таки решил посетить Разлом. Даже не какой-то из известных, расположенных в черте города, а в глуши, благо военных баз по территории разбросано весьма много, и все оказались накрыты куполами непрошенных гостей. И здесь важным оказывается то, что мифическое Сердце — не какой-то предмет или высокотехнологичное устройство. Как Элька и говорила, фантазит позволяет фантомам удерживаться в нашем мире, образуясь в первую очередь во время контакта этих нематериальных сущностей с биополем. Дальше уже семена разрастаются сами, превращая ткани в то, что было у меня внутри грудной клетки, но основная проблема — в случае этого процесса человек весьма быстро умирает, поскольку его душа в итоге оказывается поглощена фантомом. А уж то, что я не погиб после слияния — не счастливая случайность, а результат того, что у меня была устойчивость с рождения, доставшаяся еще от деда.

Поскольку таких счастливчиков явно немного, а может, и вообще больше нет, кроме нашего рода, обычно Сердце возникало из тел тех, кто находился в эпицентре создаваемых Разломов. Те, кто когда-либо убивал, оказался убит или покончил с собой из-за мощного детранквилизирующего действия, стали материалом для Семян, подпитывающих их «негативные» желания и продуцируя тем самым все больше и больше фантазита. Скопление тел и душ, пораженных кристаллами, удерживающее фантомов в этом мире. Но ресурс это конечный, для этого фантомам и нужно такое большое число куполов, чтобы распределить общую нагрузку, и здесь очень подходил мой отец, угодивший в плен внутри Разлома: с его сопротивлением, он мог в одиночку выполнять функции Сердца, сдерживая отравляющий эффект поразивших его семян. Что-то вроде потенциального «вечного двигателя», позволяющего фантомам жить припеваючи.

Вот так, заселившись в новом куполе, они и потирали свои дымчатые ладошки, не определив вовремя, что за счет сопротивления отец не в полной мере попал под контроль, и, когда духов набралось достаточно много, он покончил с собой, тем самым уничтожив огромное количество тварей одним махом. Единственный закрытый Разлом, о котором знают единицы: погибший от отравления осколками отец Маши, который и помог папе реализовать план, и дядя Дима, использовавший полученный из исчезнувшего Разлома духовный минерал для создания контат. Как и брат, имея сопротивление влиянию осколков, он подобрал нужное количество фантазита для активации, так что в итоге имеем то, что есть сейчас. Естественно, такое большое открытие привлекло немало внимания, так что на фоне этого вдруг исчезнувший брат новой звезды смотрелся ну очень подозрительно, а нам с Танькой пришлось тащить на себе груз неведомых отцовских грехов, которые таковыми, оказывается, и не были по своей сути…

Заодно выяснилось, что то место, где мы оказались — снова не родина фантомов. Они расположены близко к какому-то Истоку, где, похоже, с материальностью какие-то проблемы, так что для того, чтобы уберечь Сердце, они используют так называемый Тэнэбра-мир. Что-то среднее между их и нашим, где всякие ноопроявления существуют в одной плоскости с обычными людьми. Если те выдержали такое соседство, конечно…

Разговоры фантома в итоге утомили, хотя вроде бы и пары минут не прошло, и это было по-своему ценно — вряд ли кто-то из первых рук сможет нам подобное рассказать. Но от дальнейших расспросов отвлек какой-то шум, послышавшийся сверху, из-за чего силуэт тут же растворился. Так здесь есть кто-то еще, кроме Сердца?

Лестница была с низенькими ступеньками, так что на этот раз ситуация с проблемной мобильностью технодев повториться не должна, но, чтобы не терять время, вперед отправились я, Элька и Сара, тогда как остальные девчонки постарались поспешить следом за нами. Бодро взбежав по ступенькам, я заглянул на платформу второго этажа — там были две девушки, которых я сразу же узнал, ведь именно их фотографии нам показывали в летуне. Обе лежали на чем-то вроде операционных столов, не шевелясь, а окружающие их опасные на вид железяки пусть и были в крови, но еще явно не использовались. Москвичка была прямиком в обвесе, в контурах которого я угадал пусковую установку «Искандер». Что ж, тогда ясно, кто по нам пулял энергоракетами. Хотя вряд ли она атаковала по своей воле, но, раз ублюдок из Третьей сказал, что команда рыжего покинула Разлом, что тогда произошло? Или их всех перебили, а этих — еще не успели?

Кандидатка казалась вообще еще ребенком, настолько хрупкой она была. Тем ужасней смотрелось то, как кто-то оголил ее живот и в нижней части уже наметил маркером линии, по которым будет резать. Похоже, кому-то не дает покоя явление технодев… Проверив пульс обеих пленниц, я осторожно отцепил их от столов и, использовав исцеляющие литании, оставил на месте, потому что шум издал наверняка кто-то другой.

На третий этаж мы поднимались уже куда медленней. Пытаясь услышать хоть что-нибудь, я максимально сосредоточился, из-за чего чуть не оглох, когда что-то заскрежетало по металлу совсем рядом. Почти машинально ударив, я попал по какой-то полуголой девице, сиганувшей сверху и попытавшейся отрезать мне руки двумя длинными клинками — ее белоснежное бикини на фоне местного убранства казалось совсем уж вульгарным, а милое личико было обезображено психованной улыбкой.

— Ути, кто-то здесь рыпается! Сейчас кто-то узнает, что без рук жить куда интересней! — отшатнувшись от кругового взмаха двумя клинками, я отскочил на несколько ступенек вниз, и вместо меня вперед бросилась Элька. — О, Пропавшая, решила к нам вернуться? — рассмеявшись, белая кибердевушка со всей силы опустила мечи вниз, но оранжевоглазка схватила оба лезвия манипуляторами и, рыча от злости, попыталась дернуть на себя. В этот же момент прикрывающие руки вражеской девушки коробы раскрылись, обнажая еще два клинка, установленных на подвижной конструкции. Слишком тесно, чтобы Сара могла открыть огонь, да и не успеет… Оттолкнувшись от стены, я врезался в девицу сбоку, вынудив один из дополнительных ножей врезаться в перекрытие лестницы, тогда как второй метнулся прямо в сторону головы Эльки.

— Пайдо, не лезь! — воскликнула оранжевоглазка, но я видел, как она зажмурилась, так и не сумев дернуть вражину на себя, чтобы хотя бы сбить ее с ног.

Глава 22, часть 2

Выставив многострадальную руку с контатой, я отклонил удар. Лезвие сначала звякнуло, но сразу же следом за этим девица рассмеялась и, заряжая дымкой клинок, усилила нажатие, отчего я вновь зашипел от боли: на этот раз энергокромка прошла сквозь усиленную защиту, рассекая мою кожу и мягко погружаясь в ткани, сопровождая все это хрустом возникших на месте попадания кристалликов.

Резкий удар второй рукой по коробу повредил механизм киберсучки, а я, услышав возглас Сары, резко отбросил меч, высвобождая раненую конечность — новый удар железяк звякнул, отражаясь от поставленного на их пути бронелиста Сары, после чего «Меркава» с улыбкой активировала пулемет, поливая вражескую Эльку энергозарядами.

— Здрасьте вам через окно! Таки если за ранение командира мне срежут хоть пару шекелей, я ж тебе, зараза, второй раз руки повыдергаю!

Попытавшись высвободить свои выдвижные клинки из манипуляторов оранжевоглазки, вражеская девица задергалась, уже ощущая, как дымчатая структура ее защиты заколыхалась, не выдерживая столь плотный огонь. Дополнительные ножи забарабанили по бронелисту, но цепкий хвост моей Эльки впился в основание одного из мечей, еще больше ограничив действия наглой кибердевицы. Вслед за очередным отчаянным криком над нами промелькнула еще одна тень — я лишь успел заметить серебристые волосы, торчащие рожками вверх; еще одна кибердевушка приземлилась позади меня, рассчитывая всадить мне в спину короткие ножи, торчащие у нее из запястий, но я уже удерживал достаточно плотную защиту с пурпурными вкраплениями, стоившую мне всего еще больше разгоревшегося запястья, наверное. А все для того, чтобы не побояться снова заблокировать удар рукой, которая продолжала нещадно болеть — во все стороны брызнули осколки, но нож не прошел через дымку.

Прищурившись, шустрая девица вновь скакнула на своих искусственных ногах, вмиг оказавшись позади поднимающихся девчонок. Стрекот пулеметов — и от них она успела уйти, но в этот раз не одна — резко схватив Таньку, сволочь отпрыгнула на нижнюю платформу, куда я и бросился за ней.

— Стой, МетМер. Я все равно собираюсь ее убить, а от тебя зависит, как больно это будет, — холодно произнесла сребровласая, оказавшись практически там же, где стоял фантом до этого, проведя кончиком лезвия по шее дрожащей Таньки. Зажмурившись, сестра вцепилась в механическую руку, тисками прижимающую ее к телу кибернетической твари, а я все еще стоял на ступеньках лестницы, не решаясь подойти.

— Чего ты хочешь?

— Вы должны просто сдохнуть. Хватит играться, просто позволь себя грохнуть.

Просто гений переговоров, никаких плюсов для меня. Смотреть на то, как сестра умрет быстро, а не медленно, сложновато к подобным отнести. Жестом я остановил остальных девчонок, чтобы не приближались, а рогатая Элька продолжала сверлить меня взглядом. Что касается атаки, я слабоват… Пока буду читать и целиться, девке достаточно просто резануть по горлу, я такое не исцелю. Все равно начав читать литанию, я попробовал выпустить белёсые щупальца — со стороны киберсучки ноль внимания, значит, она их не видит. Столько оружия, что же выбрать? И все сравнительно далеко. Я даже не знаю, дотянусь ли туда!

— Я теряю терпение. Это вы, мясо, привыкли тратить свое время на всякую чушь, — вновь бросила в мою сторону сребровласая, нажав ножичком чуть сильнее, отчего Танька сдавленно охнула.

Думай…

— Хорошо, — выдохнув, я медленно поднял руки в знак того, что сдаюсь.

— Не нужно, братик, — еле слышно прошептала Танька, но я лишь кивнул. Выдернув из подсумок семена Ойтаци, отростки резко метнули их в сторону рогатой сучки. Нагревшись от моего тела, камушки стали мягкими и врезались в тело Эльки подобно мячикам — одно в руку, другое в ногу.

Моргнув, девица недоумевающе посмотрела на то, как ее рука-имплант, до этого сжимающая Таньку, безвольно повисла, а затем и нога подкосилась. Сестра бросилась ко мне, практически сразу оказавшись между бросившимися вниз Гретой и Машей, а я, прыгнув, навалился всем телом на фантомную девицу. Элька же говорила, что Ойтацу вырубает технику, поэтому ни она, ни технодевы не могут ими пользоваться, но владельцам контаты эта штука весьма полезна…

— Хватит. Лезть. К моей. Семье! — с каждым словом я наносил удар «Наручами Антея», целясь в плечо девушки. С хрустом имплант оказался выдран из остатков плечевого сустава, затем второй постигла та же участь. Тяжело дыша, я почувствовал, что статус сместился, но все же разломал и ножные протезы, оставив беспомощную девицу валяться на полу, и только тогда поднялся. Шум сверху прекратился, отчего можно было предположить, что со второй психованной Элькой тоже разобрались.

— Мы все равно заберём ваши жизни! Слышишь, МетМер? Мы все равно их заберем! — продолжала кричать девица, копошась на полу, словно раненая гусеница, поливающая все вокруг своей кровью и искря обломками протезов. Зрелище безумное, но ухудшать статус прямым убийством я не стал, хотя внутри все и кипело из-за того, что эта тварь хотела прикончить сестренку. Вырубив резким ударом девицу, продолжающую сыпать фразами из дешевого боевика, я со скепсисом посмотрел на висящую, словно плеть, конечность, и помахал ошеломленным девушкам уцелевшей рукой.

Поднявшись по лестнице и прижав Таньку к себе, я быстро зашептал слова литании исцеления, чтобы поскорее залечить даже эти незначительные на вид следы от лезвия на ее шее. Сестре было непросто, но я стиснул ее покрепче и, поцеловав в лоб, неожиданно для нее стащил с себя перчатку, положил ладонь ей на волосы и принялся лохматить.

— Сашка! На кого я буду похожа?! — ахнув, девушка попыталась меня остановить, но я довел дело до конца, устроив у нее на голове почти что готовое гнездо для птичек. — Не-е-ет!

Тут же спохватившись, сестрица попыталась исправить положение, сама не заметив, как отвлеклась. Можно добавить еще одно в учебник — как фантомы с легкостью меняют настроение, используя наши слабости, так и мы можем воздействовать друг на друга, затрагивая заветные струны в душе. Хотя, может, это только внутри Разлома…

Поспешив наверх, я убедился, что девчата справились. Как и я, Элька вырвала своей сопернице руки, после чего маленько придушила, судя по всему. По крайней мере, девица валялась в углу со сломанными ногами, а невредимые на вид Сара и оранжевоглазка ее караулили.

— Ох, уделал другую? Пайдо, они ведь чертовски живучие… Десятая и двенадцатая, — уставшим голом сказала Элька.

— Значит, все-таки где-то еще куча подобных? Скверно.

— Здесь-то точно нет. Но… Спасибо тебе, — аккуратно почесав коготком нос, уже тише добавила девушка.

— Мы уже можем воспринимать это, как должное, — произнес я с усмешкой.

— Это да… Хм. Поскорей бы уже отсюда выбраться, чтобы найти одежду, сколько раз ты должен меня сожрать глазами перед тем, как я тебе надоем? — наигранно возмутившись, сказала Элька, когда я вновь окинул ее обнаженную фигурку взглядом.

Пожав плечами, я подошел ближе, причем с таким уверенным и, возможно, даже самодовольным видом, что девушка даже на шаг отступила, попытавшись найти поддержку в виде Сары, но та была слишком занята осмотром местного барахла.

— А что, если ты мне никогда не надоешь? Что тогда будешь делать? — шепнул я на ухо Эльке, оказавшись совсем рядом, и она даже вздрогнула, вдруг смущенно прикрыв грудь.

— Эй-эй? Когда ты успел стать таким напористым?

— Когда тебя лапал, а ты от этого заводилась. Или когда мы обнимались?

— Ой, я создала секс-монстра! Быстро в секс-убежище! — нервно засмеявшись, тихо сказала девушка, посмотрев на то, как остальные девчата поднялись на третий этаж. — М-м. Ну… Ты и сам уже понял мое отношение, иначе бы так не наглел…

— Я просто восстанавливал статус, — коварно улыбнувшись, сказал я. — Сразу как-то спокойней стало, когда пообщался с красивой девушкой. А что там с отношением?

— Ничего. Дурак, — отвернувшись, Элька замерла, но вдруг резко развернулась и быстро чмокнула меня в губы, после чего отбежала в сторону, сделав вид, что озабочена охраной другой Эльки.

— Мяурия, я считайт, что у Саша слишком много поклонниц, — осторожно заметила Грета, нервно покачивая хвостиком. — Вы так не считайт?

— Я в этом не участвовьять, — расслабленно сказала Дженни, обрадовавшись минутке передышки.

— Между прочим, невесту для Сашки должна я одобрить сначала. Он парень неопытный, попадется еще в сети какой-нибудь хитрой дамочке. Но за отдельную плату я могу рассказать, что ему нравится в девушках, — сообщила Танька.

— Мяу. Ящик байер колбасен, очень вкусный.

— Пойдет.

— Эй, мне показалось, или меня сейчас продали за колбасу?! — возмутился я, прекрасно понимая, что все произошедшее все-таки достаточно било по нервам, так что подобная разрядка была очень даже кстати.

— Так не за одну же, братик. Я с тобой поделюсь, не вредничай, — подмигнула мне сестрица, пальцем показывая, что это месть за прическу.

Сам предпоследний этаж оказался самым мерзким. Повсюду были разбросаны остатки человеческих тел, а, если присмотреться, то это была преимущественно кожа. Твари делали ткани именно из нее, почему-то в упор не воспринимая обычные шмотки. Помимо останков здесь еще было полным-полно осколков — фантазит лежал целыми горами, заполняя большую часть пространства, и от него шел тихий шелест. Даже если фантомы здесь и были, что можно было определить по дымке, они вели себя максимально спокойно и не пытались вопить и предъявлять свои чертовы претензии.

Остался один пролет лестницы, чтобы добраться до верхушки. Кое-как подлечив многострадальную руку, которая уже даже и не гнулась после всего произошедшего, я подождал девчат. На этот раз мы шли практически рядом друг с другом, чтобы задний ряд мог открыть огонь сразу же, если мы, передний, пригнемся. Да и Сару пустили немного вперед, чтобы у нее была возможность нас прикрыть, однако, на этот раз ни одна сволочь на нас внезапно не выпрыгнула.

Весь четвертый этаж был заполнен кристалликами фантазита. Его было еще больше, чем на третьем этаже, да и вниз он падал отсюда, скорее всего. А в центре башенки располагалось нечто. Если мне Труподвиг показался мерзким, то это существо просто вымораживало одним своим видом.

Десятки, а, может, и вся сотня обнаженных тел, склеившихся друг с другом различными частями, словно мутировавшие сиамские близнецы. У кого-то из головы торчали чужие конечности, другие вросли в спину соседа, третьи вообще уже не напоминали человека из-за коверканного строения. Так мало того, среди всех бедолаг были еще и мертвые, отчего по всей массе плоти распространялось гниение, поражая, видимо, все новые и новые тела. Хотя, нет. Это было заражение семенами. У многих тел кожа полопалась, выпуская сыпучие осколки наружу, другие же жертвы еле заметно копошились, отчего слышался тихий хруст осколков, заполняющих их тела.

— Какой кошмар…

— Убейте! Убейте нас! — жалобный шелестящий шепот почти прервался, заменяясь оскорблениями, но я лишь молча махнул, и девушки сами поняли все без слов. Оглушительное гудение орудий и стрекот пулеметов заполонили верхушку башни; снаряды взрывали Сердце, и, разлетаясь кусочками, оно засыпало все вокруг осколками, тогда как человеческие тела просто рассыпались прахом, не оставляя после себя ничего, кроме пыли. Мне показалось, что я даже услышал благодарности и плач счастья, а может, просто воображение разыгралось.

Пение птиц. Шум ветерка. Вонь гнили, которая осталась на нашей одежде… И вонь остатков Сердца, лежащих внутри ангара среди огромной кучи фантазита, рядом с которым оказались и все еще лежащие без сознания кибердевицы. Хотя, даже так, было чертовски здорово вновь оказаться посреди заброшенного аэродрома, который неожиданно ожил от многолетнего забвения. Купол наконец-то исчез.

Послышалось гудение и, бросив взгляд в небо, я похолодел, вспомнив о бомбардировщике. Эта тварь ведь никуда не делась! Но, судорожно вглядываясь в облака, я заметил, как треугольный фантом резко пошел вниз и врезался в землю — от обвеса красноглазой девицы отвалились какие-то части, и она больше не пошевелилась.

— Мы отступаем! — испуганно заявил по рации Семен, и больше никаких сообщений от него не последовало.

Вспомнив и про другую угрозу, я тут же побежал в сторону упавшего Су. После пропажи мембраны, фантом, удерживающий самолет, еле клубился, так что мне оставалось лишь подозвать Таньку — коснувшись мигающего рычажка на панели приборов, она радостно взвизгнула, а от ее тела к самолету пронеслась дымчатая волна.

— Я чувствую! Чувствую его!

— Вот только волочить его на себе…

— Мы дотащим, своя ноша не тянет, — улыбнувшись, Маша подцепила истребитель за крыло, и вместе с Дженни и Гретой они подняли машину в воздух, кабиной вниз. Такого я еще не видел…

Но, несмотря на радость от того, что мы не только выбрались и добыли самолет, но еще и избавились от Разлома и узнали немало информации, было недоумение. Все-таки куполы исчезают не каждый день, где вся охрана Комарова? Где студенты?

Браслет синхронизировался и подключился к сети, и я, посмотрев, понял, что прошло около суток — похоже, что вмешательство меня, как Якоря, позволило сократить время, и, хоть это и объясняло отсутствие учащихся, больше информации не давало. Указав девчатам прикрывать, я трусцой побежал вперед, стараясь как можно быстрее добраться до бывшего края мембраны, но уже на подходе заметил лежащие тела. Все охранники были мертвы, вокруг были лишь обломки транспорта и трупы со следами мощных ударов. Ну это точно не Семен, раз уж он решил слинять только что. Что могло произойти за это время? Словно бы я сразу чувствовал, что что-то пойдет не так, хотя с таким количеством секретиков это было и неудивительно, а уж после полученной информации я окончательно уверился, что не зря отправил сообщения перед походом.

Предложив девчонкам передохнуть, я собирался уже проверить, в каком состоянии подбитые авиатянки, когда вдалеке стал слышен стрекот конвертоплана. Прищурившись, я не удержался от улыбки, приметив на борту символ, хорошо знакомый не только мне, но и всему миру.

Эпилог

Приземлившись неподалеку от нас, на одной из стоянок, летун Рэйки Земли сразу же открыл люк, и из него высыпала толпа мужчин и женщин в форменной одежде, которую мне тоже доводилось носить в свое время. К нам сразу же поспешил рослый парень с настолько серьезной рожей, что аж тошно становилось. Но, как только рожа приметила Таньку, то тут же подобрела.

— Шпунька! Как вымахала-то!

— Блин, Егор, обязательно меня так при всех называть? Но я рада тебя видеть, — помахав ему рукой, сестрица не хотела расставаться с лежащим Су, будто бы охотница, впервые поборовшая зверя.

— Ладно тебе, — улыбнувшись, парень кашлянул и подошел ко мне. — Саня?

— Привет, кузен. Разгребайте, мы тут устали маленько.

— Охотно верю. Отец передает благодарность, официально сообщаю: у Волковых новый Разлом с военной техникой, да еще и прямо в центре города. Кто бы мог подумать, что музеи не затопило, — Егор хмыкнул, усевшись прямо на землю рядом со мной.

— Да мне не жалко, на здоровье, — отмахнулся я. — Счет ты знаешь.

— Все еще удерживаешь свою идею о том, что нужно держаться подальше? Отец в любой момент примет вас с сестрой, времени прошло слишком много, чтобы кто-то опять начал под вас копать, — сказал парень, чуть нахмурившись.

— Давайте уж вы к нам, все же Кольцовы, разве нет? — ткнув двоюродного брата кулаком в плечо, я сморщился и посмотрел на изуродованную руку. — Думаю, у меня при любом раскладе сейчас есть много полезного для дяди, как в виде информации, так и в виде, эм, материалов.

— Так может, сам с ним встретишься? — улыбнувшись, сказал Егор, помогая мне подняться.

* * *

Ах, штатные лекари Рэйки Земли — просто чудо! Наконец-то боль ушла. Да и девчонок подлатали без лишних вопросов. Проверив, как сидит зеленая форма, я увернулся от расчески, с которой погналась за мной Танька и, закрыв дверь перед носом радостной девицы, отправился по шикарному коридору, украшенному листвой и растущими прямо внутри здания травами и небольшими деревцами.

Открыв дверь, я сразу же увидел дядю Диму. Все такой же молодящийся, благо, использование Рэйки помогало отложить естественную старость, с зализанной назад шевелюрой, что делало его схожим с персонажем одного старого запретного фильма про мафию.

— Саша! — поднявшись, мужчина быстро обошел стол, а я даже немного замешкался, смотря на то, как красиво переливается его контата. Интересно, какого он уже достиг ранга за это время?

— Дядя, — коротко, но мощно, по-мужски, обнявшись, мы сели друг напротив друга.

— Эх, Сашка, я уважаю твое решение. Да и, честно говоря, было бы очень жаль терять фамилию, но на Волковых сейчас завязано уже очень уж много, чтобы вдруг менять.

— Я понимаю. Постараюсь удержать.

— Молодец. Полагаю, ты уже в курсе, что мы во многом обязаны твоему отцу. Думаю, он был бы рад, если бы узнал, как ты здорово держишься. А уж с новой информацией, так и вообще, старт у тебя будет хороший. Хотя я бы тебе мог и так подмогнуть…

— Нет. Уж пусть как есть, — остановил я дядю, и тот усмехнулся.

— Хорошо. Вернемся к нашим баранам. Комаров официально потерял контроль над разломом «Балтимор» после его исчезновения, а, с учётом погибшей до твоего вмешательства охраны, аэродром становится свободной территорией. Так что, кто был первый, тот и молодец. Кто молодец?

— Я — молодец? Блин, не люблю я весь этот дебилдинг и корпоративные штучки!

— Порой себя похвалить — не так уж и плохо, — улыбнулся Дмитрий, разгладив усы. — В общем, итого… Фантазита столько, что, боюсь, как бы рынок не обвалить. Так еще и чистейшего, я такой не видел… С той самой поры и не видел. Хотя, мне порой кажется, что Генка все еще со мной, — грустно улыбнувшись, дядя посмотрел на свою контату. — Кхм. Спешить не будем, повысим концентрацию за отдельные деньги для внекорпоративных клиентов, для рекламы парочке известных бойцов сделаем модифицированные контаты. Как народ пойдет, так и — ух! Я в доле, а то ты разгубастишься, — шутливо угрожая мне пальцем, сказал Дмитрий, на что я лишь кивнул с улыбкой.

— Я не против, человек-то новый.

— Дальше… «Шилку» поставили на Засеивание. Как только фантом объявится, попробуем захватить. А обвес для Танюшки уже делаем, хотя она тебе наверняка уже сама все уши прожужжала…

— Не без этого, — улыбнулся я в ответ, вспомнив сестрицу.

— Веселая выросла девица, эх, где б ей мужа-то подыскать? Ладно. Оружие. Огнестрел, холодное… Мы изолировали его в АнКубе пока что, но вопрос времени, когда фантомы его заберут. Что скажешь?

— На основе семян Ойтаци сделать нечто среднее между ядрами технодев и контатами, для персонального владения оружием. Патент мой, поскольку… — при этих словах я с помощью белесых отростков дистанционно приподнял стакан на столе, отчего у Дмитрия глаза на лоб полезли. — Я уже владею подобным.

— Ох ты, — нажав клавишу коммуникатора, дядя быстро заговорил в передатчик. — Леночка, да не кофе, ну тебя. Готовь бланки для договоров, да побольше. У нас намечается огромная куча выгодных сделок!

— А что с авиадевами?

— А. Живы, мы их подлечили. Похоже, что кто-то у Комарова раздавал технологию налево и направо. Не забесплатно, понятное дело. И, что-то мне подсказывает, что вылазку планировали не только для того, чтобы разжиться обвесом, но и для демонстрации того, на что способны подобные дамочки. Шутка ли? Там, где нашим бойцам нужно подбираться максимально близко, такая вот крылатка прилетит и разбомбит офис, например. Или конвой. Да что угодно!

— Как всегда, оружие против своих же?

— А что поделать, Саш… Такие уж люди мерзкие существа, — хохотнул Дмитрий, после чего продолжил. — Но вообще повезло, что «Искандер» и бомбардировщик были слабо синхронизированы, так что вне Разлома они своими обвесами почти не могут пользоваться. Пока что ведем переговоры о сотрудничестве, но, если академия китайцев и пытается выкупить свою студентку назад, то вторая, «Б-2», темная лошадка. Так еще и этот странный Семен куда-то скрылся, вместе с остатками команды.

— А что насчет…

— А, Элька твоя? Раз уж ты сказал, что это твоя девушка, какое к ней может быть отношение, кроме как самого наилучшего? — подмигнул мне дядя. — Правда, я в твоем возрасте столько дамочек не имел… Ты уж как-нибудь поосторожней, не размякни от обилия ласки.

— Хах, постараюсь. А что с ее вариациями?

— Пока что на терапии по ретранквилизации… Эм, нет, не то, о чем ты подумал, это простое лечение, — отмахнулся от меня Дмитрий, увидев мое удивление. — Если избавимся от засевшего в них фантома, то можно будет поставить обычные протезы, без повреждений. Хотя сам феномен интересный, если твоя Элька поможет нам это понять, то было бы здорово…

— Я спрошу. И все же, что-нибудь выяснилось? Ну, по этому инциденту?

Погладив переносицу, Дмитрий развернул голо-экран, вновь поднявшись и подойдя ко мне.

— Образы тут детранквилизирующие, но, полагаю, после двух Разломов тебя это вряд ли проймет.

— Я даже заинтересовался.

После включения на экране возникло изображение, получаемое с охранных камер на территории Разлома. По сути, кроме плотной мембраны, за которой ничего толком не видать, там и не разглядеть ничего, но, когда дядя промотал запись вперед, я сначала увидел выбравшуюся Джесси. У нее были повреждения, сломана рука, да и обвес искорежен, но, вроде бы, ничего критичного. Спустя мгновения наведались люди Комарова, в том числе и целители, и увели ее куда-то в сторону домиков охраны. А вот дальше…

* * *

— Данила? Почему ты не отвечаешь? Тоже связь накрылась? — обеспокоенно сказала Алиса, подъезжая к парню, стоящему к ней спиной. — А… Почему ты разделся? Только не говори, что хочешь прямо здесь!

Резко развернувшись, парень, усмехнувшись, резким ударом ноги оттолкнул технодеву, и Алиса, потеряв равновесие, покатилась по земле. Рыжий тут же бросился на нее сверху и, замахнувшись кулаком, резко ударил ее в солнечное сплетение, пытаясь пробить дымчатую защиту.

— Что на тебя нашло?! Данилочка?!

— Молчать, мясо. Не мешай, — парень продолжал долбить по груди своей будущей невесты до тех пор, пока она не отбросила его механическими перчатками, сломав при этом телом рыжего парочку деревьев. Ахнув, Алиса, морщась, поднялась и поехала в сторону выхода из мембраны, когда резким рывком парень подскочил к ней и снова ударил, теперь уже в спину. Из глаз Данилы текла алая жижа из-за перегрузки организма пробивающими ударами, но рыжий ударил кулаком в спину Алисы, и та, закашлявшись кровью из-за внутренних повреждений, пошатнулась.

— За что? За что, Данилочка?! — широко раскрыв глаза от удивления и обиды, девушка использовала «Афганит», и вся местность вокруг оказалась заполнена непроницаемой серой дымкой.

* * *

— Мы нашли ее при смерти, но помогли выкарабкаться. Запись с ее «Птеродактиля».

— И где этот ублюдок? — со злобой в голосе спросил я, видя продолжение записи с охранных камер, в которой рыжий убивает охранников одного за другим, с легкостью снося головы и уничтожая внутренние органы пробивными ударами, отчего бойцы просто падали замертво.

— Все ищут. Академия отключилась от общей сети, чтобы журналисты не трезвонили, да и сама девушка разослала знакомым информацию, так что студентов сейчас осталось не так уж и много. Кстати… Пока шумиха нам на руку, как насчет открыть свой вуз? Преподавателей перетащим, а, вместе с опытом и информацией, что вы получили у Сердца… Не такая уж и плохая идея, как считаешь?

Прежде, чем я успел что-нибудь ответить, коммуникатор зазвонил и, извинившись, дядя нажал кнопку.

— Леночка, просто приноси и все, не нужно трезвонить почем зря!

— Дмитрий Павлович, включите новости!

Посмотрев на меня, мужчина пощелкал клавишами и вывел на голо-экран один из новостных каналов, где репортерша надрывалась, кружа на летуне вокруг уже знакомой мне местности:

— Повторяю! На месте небезызвестной Академии корпорации «Комаров Лабс» неожиданно возник Разлом! Детали пока что уточняются! Всем, кто проживает или находится неподалёку от адреса….

— Что-то мне подсказывает, что вот Данила и нашелся, — вспомнив сказанное о Сердцах, сказал я. — С ним явно что-то сделали, в расчете проникнуть в центр передовых исследований.

— Саш, теперь тебе лучше знать всю эту кухню. Что скажешь? Ваш отряд ведь самый лучший на данный момент, хотя бы потому, что вам удалось закрыть один из куполов, — сказал дядя, вновь сев за стол. — От меня — любая посильная и даже невозможная помощь. Деньги деньгами, но подобное в перспективе ой как ударит по бизнесу, если здесь станут разгуливать фантомные технодевы и всякие кибердамочки. Покупать охрану станет банально некому, так что всем горе-оружейникам, кто лодку-то раскачивает, я бы по лицу бы нахлестал, — сказал Дмитрий, с тревогой смотря на кадры с места событий.

— Согласен. Но нужно сначала хоть немного отдохнуть и подготовиться, да и обсудить все это, — сказал я, поднявшись. — Кольцовы избавят вас от фантомов!

— Саш, от них ведь не только плохое… Но я тебя понял, над слоганом поработаем, — усмехнувшись, сказал дядя, пожав мне руку. — Удачи.

Улыбаясь, я вышел из кабинета. Пожалуй, я нашел то дело, каким хочется заниматься. Прости, пап, что думал о тебе плохо, и, раз уж ты хотел их извести, я это и продолжу.

Content

Смертник на бронетянке

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4, часть 1

Глава 4, часть 2

Глава 5, часть 1

Глава 5, часть 2

Глава 6, часть 1

Глава 6, часть 2

Глава 7

Глава 8

Глава 9, часть 1

Глава 9, часть 2

Глава 10, часть 1

Глава 10, часть 2

Глава 11

Глава 12

Глава 13, часть 1

Глава 13, часть 2

Глава 14, часть 1

Глава 14, часть 2

Глава 15, часть 1

Глава 15, часть 2

Глава 16, часть 1

Глава 16, часть 2

Глава 17, часть 1

Глава 17, часть 2

Глава 18, часть 1

Глава 18, часть 2

Глава 19, часть 1

Глава 19, часть 2

Глава 20, часть 1

Глава 20, часть 2

Глава 21, часть 1

Глава 21, часть 2

Глава 22, часть 1

Глава 22, часть 2

Эпилог