Вадим Михейкин

Вирус Зоны. Предвестники выброса

Глава 1

Могила сталкера

«Внимание! Далее начинается зона экологического бедствия! Пожалуйста, не…

(Добро пожаловать в Новосибирскую Зону!)»

На предупреждающей табличке

Окрестности южных болот

Конец октября

Повидавший своё «ГАЗ Тигр» с раскуроченной мордой остановился у подножия холма.

Командир группы, открыв дверцу, высунулся по пояс и махнул рукой. Из машины посыпали люди при штурмовом оружии и в бронежилетах нового поколения. С собой они прихватили обычные лопаты. В предрассветной тишине только и было слышно, как топают тяжёлые ботинки да лязгают затворы.

Первая группа из четырёх человек сразу же ворвалась во внутренний двор старой заброшенной церквушки; другие, с лопатами, ускоренным шагом направились на холм к расположенным там могильным крестам.

Четвёрка в чёрных комбинезонах, блокировав все три выхода из церкви, действовала по чётко отработанной схеме: выбить двери, гранаты со слезоточивым газом, штурм.

Первый этаж – чисто! Подъём на второй – чисто!

В динамике раздался фоновый прерывистый гудок. Затем прозвучал приглушённый голос:

– Лемур, всё спокойно? Объект чист?

– Да, – произнёс сталкер, снимая маску. – Больше косметику наводили.

– Выходи во двор. Закончим скорее и сматываемся.

Лемур обречённо вздохнул и двинулся к выходу. В дверях стоял один из его напарников – бродяга по кличке Шелест.

– Тяжёлый день? – с участием спросил он.

– Не сложнее, чем все предыдущие на службе у государства.

– Это да, – кивнул напарник. – Иногда жалею, что ушёл из вольной жизни обычного старателя.

«Жалеет о прошлом, как же. Ты и Зоны-то ещё не видел, салага», – подумал Лемур с неуместной завистью. Он всё чаще задумывался о том, чтобы разорвать контракт с Институтом и бросить эту занудную и скучную работу легальным сталкером. Когда он устраивался в государственную контору, работающую с Зоной, ожидал интересных контрактов, регулярных рейдов по самым злачным местам Зоны. А на деле оказалась одна отчётность, постоянные рапорты, перепроверки и непрерывное наблюдение со всех сторон.

А уж сами задания – хуже не придумаешь. Либо самоубийственные исследования аномалий, либо, и того хуже, отлов мутировавших особей. Например, псов. С тех пор, как в Новосибирской Зоне произошла небольшая военная кампания, повлекшая за собой исчезновение абсолютно всех группировок, популяция тварей заметно увеличилась. Даже стали появляться новые виды мутантов.

Хотя Лемуру это было неинтересно. За весь период работы на Институт ему так и не довелось не то чтобы подержать в руках, но даже увидеть настоящий артефакт. Учёные и вовсе говорили, что за всю карьеру видели не более пары штук.

А ещё Лемура пробирала тоска по сталкерской романтике. По тем временам, когда он взламывал ПДА богатеньких новичков и нередко работал с бандитами.

Сейчас всё это осталось в прошлом. Как и гигантская электронная сталкерская сеть, которую после распада группировки «Штаб» так и не смогли довести до ума.

– Знаешь, я ждал гораздо большего от «Явления», когда вступал в него, – сообщил Шелест.

– Возможно, – раздражённо огрызнулся Лемур, направляясь к остальным.

– Не хватает свободы действия, какая была раньше. Ты вот здесь с основания. Сколько группа существует?

– «Явление» создали приблизительно четыре месяца назад.

– Четыре месяца? – не поверил Шелест. – Я тогда только в Зону пришёл. В «Штаб» мечтал податься, а он распался.

Лемур пожал плечами:

– Поверь, ты ничего не потерял. Жалею, что «штабистам» не надрали зад раньше.

– Да, я в курсе, что сталкерская братия не очень-то их жаловала, – вспомнил Шелест.

Сталкер с трудом подавил нервный смех.

– Может, в скором будущем в Зоне ещё появится клан настоящих, честных бродяг.

Когда-то наслушался баек про Новосибирскую Зону, особенно про клан честных и правильных сталкеров. Скорее всего, к счастью, он просто не успел в него влиться и какое-то время бегал хвостом за ветеранами. Как он умудрился попасть в «Явление», для Лемура до сих пор оставалось загадкой.

Скользнув по напарнику взглядом, бродяга направился к могильнику на холме. Резво выскочив из машины, в ту же сторону направился и Серафим – самый молодой парень в группе, буквально на днях присоединившийся к ним в роли водителя.

– Поднимай! – скомандовал Танк, предводитель группы, мужчина крепкого телосложения.

До легальной службы государству Танк принимал активное участие в частных военных компаниях и зарекомендовал себя как наёмник средней руки. В «Явлении» ему быстро нашлась руководящая должность.

Он выглядел совсем бледным. Лемур не понимал, в чём дело, но затем догадался. Сталкерские могильники – места почти священные, и раскопка ям является настоящим кощунством. В сталкерской среде принято оставлять ценное, чтобы остаться целым. Обычное суеверие, но даже конченые мародёры чтят его. В Зоне не может быть других добродетелей, кроме дани уважения к умершим и местам их погребения.

В могилу кинули верёвки, двое крепких парней обвязали их вокруг выступов гроба.

– Я многое делал, но такого не совершал, даже когда с бандитами работал, – пробормотал бродяга.

– Лемур, окажи услугу – заткнись! – рявкнул Танк, наблюдая за процессом.

Похоже, никто, кроме него, не понимал, что они делают и для чего.

– Что там внутри? – не унимался бродяга.

– А ты точно хочешь знать, Лемур? – словно не своим голосом произнёс Танк. – Из тех, кто знал суть, мало кто остался в живых.

– Умоляю, может, обойдёмся без этого пафоса и ты просто скажешь, зачем мы сорвались сюда ни свет ни заря?

– Я не шучу, – серьёзным тоном произнёс командир. – Это одна из секретных разработок нового оружия военных.

– Почему они сами его не откопали? Неохота руки марать?

Деревянный ящик достали из ямы, кувалдами сбили замки. Бойцы из «Явления» подняли крышку и откинули её в сторону. Лемур в этом участия не принимал и не стал даже смотреть, что находилось внутри.

Остальные же столпились в кучу и рассматривали увиденное.

– Что тут, в мешке? – спросил Шелест с нетерпением.

– Я уже всё сказал. Очередная разработка военных, – ответил Танк, пока двое бойцов срезали верёвки и стаскивали полиэтиленовый мешок. – Поаккуратнее с ней, иначе вояки потом шкуру сдерут.

Принимать участие в этом цирке он не хотел. Вся эта загадочная операция с самого начала ему не нравилась.

Отправиться в Зону в компании сразу восьми человек, разграбить могилу, отвезти секретное военное оружие.

Никогда прежде военные не доверяли легальным сталкерам ответственные операции. Не говоря уже о доставке сверхсекретного оружия.

В реальность его вернул оживлённый голос в наушнике. Говорил дозорный – сталкер Неон:

– Проникновение! Вижу людей!

Встрепенувшись, сталкер напряг внимание.

– Кто, где? – спросил он, нервничая.

Сильное шипение прервало диалог, затем в канал связи вернулся Неон:

– Вижу неизвестного, приближается к руинам церкви! Идёт с севера!

– Описание! – потребовал сталкер, снимая короткоствольный МП-5 с предохранителя.

– Кожаная куртка, маска, вооружён… Он не один, уводи ребят! Их тут с десяток!

Однако что-либо сделать Танк уже не смог.

В момент, когда всё началось, Лемур не стоял у разграбленной могилы, и это спасло ему жизнь.

Остальные слишком поздно сообразили, почему вдруг у всех одновременно сработали детекторы аномалий. Они не заметили и лёгкий пылевой вихрь, взвившийся под ними. И уж точно не успели осознать, что прямо на их месте родилась аномалия.

Гравитационная «клеть» подняла шестерых «явленцев» примерно на метр, перекрутила и разорвала их на множество частей, которые тут же стали распадаться на красноватую, моментально иссушившуюся пыль. Однако силы аномалии не хватило на шестерых, и кому-то просто оторвало конечности, прежде чем отбросить на десяток метров в сторону.

В центр освобождённого от энергии круга свалился непонятный полукруглый предмет, испускающий красные лучи.

Всё это произошло настолько быстро и неожиданно, что Лемур даже не сразу понял, что не услышал крика. Лишь после этого перепонки едва не лопнули от истошного воя Серафима, очевидно, пережившего рождение аномалии.

– Что за чёрт у вас происходит, Лемур! – кричал по рации Неон.

Голос был перебит другим, более жарким воплем Серафима.

– Лемур, что стряслось? Отвечай! – паниковал дозорный.

– Я здесь, – сталкер всё ещё был ошарашен увиденным и не мог заставить себя поверить в случившееся. – Группа погибла… Вся.

– Что ты несёшь?! – истерил Неон. – Какого чёрта, Лемур, что там?!

Лемур отрешённо отступил от окрасившейся в красный цвет могилы, возле которой лежали оторванные части тел. Он отвернулся и бросился к Серафиму. Парень лежал в кустах, весь в крови, страшно бледный, с испуганными глазами, с оторванной по колено ногой, и выл от боли.

«Шок. Легко отделался», – пронеслось в голове у сталкера.

Он рывком скинул с себя рюкзак и вытряхнул из него армейскую аптечку. Вколол обезболивающее. Динамик в его ухе снова ожил:

– Лемур, отвечай! Неизвестные подходят…

Раздались беспорядочные выстрелы.

– Неон, Неон, что у тебя?

– Они открыли огонь!.. Лемур, я ранен!..

От растерянности бродяга открыл рот, но так и не сказал ни слова. Лишь бросил и без того бледному Серафиму:

– Брат, я сейчас вернусь и вывезу тебя отсюда. Слышишь?

Взгляд водителя был непонимающим. Парень совсем не вникал в происходящее. Как и в то, что до конца жизни остался инвалидом.

Внезапно на подступах к церкви разгорелась перестрелка. Неизвестные в грязных куртках с милицейскими АКСУ поливали огнём укрытие Неона.

Судя по звукам, стрельба разыгралась с северной части церкви. Как раз там, где Неон нёс свою вахту.

Холм с кладбищем располагался южнее. Отсюда весь церковный двор просматривался как на ладони. Вокруг него проходила деревянная изгородь с множеством прорех. А впереди, по правую руку от Лемура, была кирпичная арка и то, что осталось от стальных решётчатых ворот. Проход через них преграждала гравитационная аномалия, которая вырвала их с петлями.

Лемур метнулся к могильному памятнику и прикрыл укрывшегося там Неона длинной очередью.

– Они на холме, за плитой! – раздался чей-то крик.

В церковный двор с севера ворвались несколько человек в обносках. Они открыли по сталкерам вялый, но прицельный огонь, не давая высунуться.

Одна из пуль угодила Лемуру в грудь и отшвырнула назад. Повезло – спас бронежилет.

Не успел бродяга прийти в себя, как рядом с ним вздыбилась земля от врезавшихся в неё пуль. Противник крепко зажал его, не оставляя шансов на спасение.

Ситуация стремительно и бесповоротно выходила из-под контроля.

В таких случаях, согласно протоколу безопасности, было необходимо связаться с Институтом.

Однако связь отсутствовала. Не спасла даже красная кнопка аварийного вызова.

Конец. Определённо.

Лемур прильнул к прицелу и поймал одного из нападавших. Короткая очередь вынудила противника затаиться за бревенчатым укрытием. Однако все попытки уменьшить количество атакующих не приносили хоть какого-то результата. Сталкер промахивался раз за разом.

Противники же качественно меняли позиции и подступали всё ближе. Они действовали грамотно – прикрывая друг друга, подступали всё ближе и постепенно брали их в кольцо.

– Братва, у них тачка! Давай к ней!

Один из боевиков залёг за брёвнами и, вскинув укороченный АКСУ, стал поливать сталкеров свинцом. Пули били по надгробному камню, выбивая искры и осыпая Лемура бетонной крошкой.

Бродяга был вынужден припасть к земле и отползти назад. Несмотря на практически непрекращающийся обстрел, в какой-то момент он смог поймать стрелка в прицел и нажал спуск.

– Ай, чтоб тебя! – раздался хриплый голос.

Не убил, но хотя бы задел.

Однако этот успех никоим образом не улучшил ситуацию. Ещё немного времени, и кладбище на холме будет окружено. А вместе с этим исчезнет и без того мизерная вероятность выбраться отсюда живыми. Единственный шанс на спасение – добраться до машины раньше боевиков и вызвать подкрепление.

Лемур не хотел признаваться себе, но мысленно он уже смирился с потерей товарищей и намеревался убраться отсюда как можно скорее.

Сталкер перехватил рацию:

– Неон, дружище, ты там как? Привлеки их внимание и прикрывай меня!

Лемур рывком метнулся за памятник с пролетарской красной звездой.

В этот момент по нему открыли огонь со стороны арки. Шальная пуля угодила под ребро. На счастье, бронежилет снова выдержал.

Превозмогая боль, Лемур сорвался с места и ринулся к «Тигру». Вслед ему прогремели автоматные очереди.

Добравшись до машины, следопыт забрался в салон и тут же взял в руки приёмник:

– Неон, ты жив? Неон, мать твою растак, ответь мне! Неон!

Связь не работала. Как и экстренная с центром.

В бешенстве Лемур разразился бранью. Потеряв самообладание, он стал лупить кулаком по панели автомобиля.

Снова раздался снайперский выстрел, и за ним последовал чей-то предсмертный всхлип.

Бродяга полез к замку зажигания, пытаясь нащупать ключи. Ключей не было – остались у Серафима.

– Да пропади оно всё пропадом!

Сыпя матами, Лемур встал за пулемётную турель с боевым модулем Oto Melara HITROLE Light. Церковный двор отлично просматривался в прицел, как и противники, снующие по нему.

Всего он насчитал четверых. Все до неузнаваемости грязные, перевязанные бинтами поверх тряпья. Но это не считая тех, кто уже занял церковь. В том числе и пресловутый снайпер.

– Слышь, черти закатушечные! – крикнул сталкер, снимая пулемёт с предохранителя. – Стройся в ряд!

Двоих боевиков моментально скосило очередью – одному оторвало ногу, голова второго едва не разлетелась пополам.

Стиснув зубы, Лемур смотрел, как деревянные щепки разлетаются подобно шрапнели, блокируя все возможные пути отхода врагу. Истошный рёв одного из них был ужасным, но не мог лишить бродягу самообладания.

Дуло пулемёта крутилось из стороны в сторону, поливая огнём церковь. Сталкер был уверен, что несколько противников забились в здание, и щедро одарил их свинцом.

Длинная очередь разносила древесину в труху, разбрасывая доски словно бумагу, и в просветах Лемур увидел бегущую фигуру.

– Врёшь, собака, не уйдёшь!

В какой-то момент здание покосилось, и одна из несущих стен прогнулась. Часовая башня накренилась и рухнула на крышу вместе с куполом. Затем как карточный домик сложился и весь второй этаж.

За считаные секунды здание превратилось в груду сваленных гнилых досок и брёвен.

К этому времени на территории церкви не осталось ни единой живой души.

Бой был окончен.

– Серафим! – вспомнил сталкер и выбрался из машины.

Безногий водитель всё так же лежал на прежнем месте. Он совсем побледнел и был без сознания.

– Серафим, приподнимись немного… так, всё, сейчас я тебя вытащу.

Лемур взвалил раненого себе на спину, затем присел и перехватил поудобнее. Водитель тяжело дышал и вряд ли понимал суть происходящего.

Бродяга немедля отнёс его на заднее сиденье машины.

– Ааа, Лемур, – пробормотал Серафим плывущим голосом. – Что с остальными? Где Танк, Шелест, Неон, Карбид?

– Погибли, – мрачно сказал сталкер, разрывая медицинскую сумку.

В медицине он был не силен, и всё, на что хватило его познания, – это поменять бинты и залить культю перекисью.

Серафим закрыл глаза, потом снова открыл.

Лемур хлопнул дверью и сел за руль. Что-то его останавливало.

«Неон. А если он ещё жив?»

Сталкер обеими руками вцепился в баранку и прикусил губу. Секунды на размышление показались ему вечностью. Оставить своего он не мог: не принято это в сталкерских кругах. Но и Серафим нуждался в срочной врачебной помощи.

Он наклонился назад:

– Дружище, я сейчас вернусь, ладно? Ты только не волнуйся. Я мигом.

Серафим вяло простонал в ответ.

Лемур хлопнул дверцей и быстрым шагом отправился к руинам церкви, правой рукой крепко сжимая рукоять пистолета. Он не исключал возможности встретиться с уцелевшим врагом. И был прав.

Из-за дальнего угла развалины полетела бутылка с зажигательной смесью. Сталкер отскочил в сторону и едва избежал пламени, начавшего пожирать трупы боевиков.

– Не подходите! – истерично закричал кто-то. – У меня ваш человек!

«Неон! Он выжил!» – сталкер приободрился от этой мысли. Но тут же скис, не представляя, что делать дальше.

В целом Неон был крепким и плечистым парнем. Кроме того, он занимался рукопашным боем и спокойно мог уложить врага на близкой дистанции. Вывод только один – противников минимум двое.

– С кем я говорю? Чего ты хочешь? – выкрикнул Лемур.

– Удав моя кликуха, я из шайки Хобота! – последовал ответ.

– И чем мы так не угодили вашему султану? – поинтересовался Лемур, вспоминая, о ком идёт речь. – Честным ворам дорогу не переходили, границы бандитов не нарушали.

– Бугор велел зачистить остатки вашей группы, – крикнул бандит. Лемур почти удивился. Неизвестный вывалил информации куда больше, чем мог. Похоже, он прекрасно знал, что случится на кладбище.

– Пахан знал, что группу придётся «зачищать»?

Пауза. Бандит понял, что сболтнул лишнего. Сталкер же продолжил вести переговоры.

– А он хорошо подумал о последствиях? Если об этом узнают, вашу маленькую шайку разнесут в прах.

Бродяга ощущал, как противник занервничал. Возможно, он сейчас перебирал в голове подходящие слова. Сам же Лемур медленно подступал к развалинам.

– На понт не бери, чертила! Хобот не лох с подворотни, знает, что делает. И друга твоего я сейчас кончу!

– Давай договоримся, – проговорил сталкер, – Ты отпускаешь моего человека, а я не стану стучать на вашу кучку куда следует.

Щелчок предохранителя был громче всяких слов. Звук прозвучал совсем близко. Буквально в десятке метров от следопыта.

В щели между досками что-то мелькнуло. Лемур тут же слегка качнул дулом пистолета и нажал на спуск. Две пули попали чётко в грудь. Бандит успел пройти пару шагов, прежде чем неуклюже упал, свалившись боком в проходе.

Рванувшись вперёд, Лемур добрался до дыры ростом с человека.

– Неон, ты там? – позвал бродяга.

Никто не ответил. И от этой тишины сталкеру стало не по себе.

– Давай, брат, не хватало ещё тебя калекой привезти, – пробормотал он.

Бродяга перешагнул через труп говорливого бандита. Из темноты дуло сыростью и прохладой. Чтобы протиснуться вглубь, Лемуру пришлось пригнуться. В многочисленные отверстия просачивались лучи дневного света, слегка рассеивая тьму. Однако сталкер всё же достал зажигалку и посветил себе под ноги.

Его взгляд упал на простреленную икону на полу. Грустно было осознавать, что в святом месте пришлось проливать кровь.

Пройдя ещё немного, Лемур убрал пистолет в кобуру и посветил зажигалкой в темноту. Почти на корточках он обогнул стоящее поперёк бревно и наткнулся на лежащего на спине человека.

Некто не был бандитом, но и членом группы «Явления» тоже.

– Кто это? – вырвалось у Лемура. – Ты… какого хрена ты тут делаешь?

Перед ним, держась за живот, лежал бродяга в камуфлированном комбинезоне. Его глаза были приоткрыты, он то и дело моргал, глядя вверх. На нём не было никаких признаков ранений, не считая многочисленных ссадин от падения. Сбоку лежали его рюкзак и снайперская винтовка. Склонившись над человеком, Лемур заметил несколько пуль, застрявших в пластинах бронежилета.

– Ты что тут делаешь? – повторил вопрос Лемур. – Как ты сюда попал? Зачем вернулся в Зону?

Он тут же понял, что ответа не последует. Сталкер был на грани шока, если не потери сознания.

– Рубец! – выдавил Лемур, вложив в это прозвище необъятный спектр эмоций. – Виктор… Рубец!

Перед ним лежал человек, четыре месяца назад с ног на голову перевернувший мир следопыта. Внедрённый в сталкерскую среду агент Департамента по расследованию аномальных происшествий и исполнитель сценария по уничтожению аномалии «кротовая нора».

Он немного похудел, но ни вес, ни щетина на бледном лице не изменили выражения его глаз.

– И тебе привет, сталкер Лемур. Нам с тобой нужно о многом поговорить.

Глава 2

Возвращение

«Со своими молитвами в чужой монастырь не ходят; заскочил в гости – веди себя по-людски».

У входа в сталкерский бар «Чехол»

Окрестности южных болот

Конец октября

Телефон на столе зажужжал. Виктор лениво включил светильник, поднялся, дотянулся до мобильника и ответил на вызов. Одновременно глянул на часы. Была глубокая ночь. Виктор тяжело вздохнул.

– Прохор Геннадьевич, вы по какому делу так поздно?

– Виктор Ромашов! – раздался глухой голос начальника.

– Да, да, это я, что случилось?

– Виктор, на Департамент совершено нападение! Вход разносят силовики, пожарные и какие-то люди в чёрном!

– Что?!

Виктор сел на диване.

– Хранилище артефактов в огне, весь научный персонал потерян.

– Как в огне, что у вас там случилось? Пожар?

– Нет, Витя, – это настоящий теракт. В здании сработала аномалия «пламя».

– Постойте! Как? Мы же за пределами Зоны? – Виктор уже ходил по комнате и накидывал на себя рубашку.

– Это я и хочу знать. Ромашов, ты должен сделать кое-что для меня. Для всех нас!

Некоторое время абонент молчал. Наконец, заговорил вновь:

– Виктор, теперь официально ты в отпуске. Собирайся к Захару, он уже ждёт тебя. Там будет всё необходимое снаряжение и пропуск.

– Куда? Что происходит?

– Тебе нужно в Зону. На этот раз нелегально. Сегодня утром пресса меня уничтожит. Московские наблюдатели уже сообщили мне, что я отстранён от руководства и все проекты по Зоне будут заморожены. Почти всех моих агентов взяли за яйца.

– Нас прикрыли? – мужчина замер посреди комнаты, пытаясь осознать услышанное.

– Можно сказать так: кто-то здорово щёлкнул Департамент по носу. И пока не совсем поздно, ты должен выяснить, к кому ведут эти нити.

– Но отчего мне отталкиваться, Прохор Геннадьевич?

– Они уже поднимаются за мной!

– Кто поднимается?

– Нет времени объяснять! Просто следуй моему плану. Ты получишь неограниченный доступ к информации Департамента и пакет дальнейших действий.

Виктор протёр глаза, не веря в реальность разговора.

– Прохор Геннадьевич, в Департаменте же ещё есть силовая ячейка «Явление».

– Военные отправили их по срочному заказу в Зону.

– Совпадение?

– Думаю, нет. А что, хочешь начать с них?

– Да.

– Всё, они уже рядом. Я очень надеюсь, что эта мельница тебя не перемолотит. Чувствую, если мы проиграем, произойдёт нечто ужасное. Удачи тебе.

Связь прервалась. Виктор Ромашов продолжал стоять с бьющимся сердцем. Затем в ярости вскочил и опрокинул стол.

* * *

– Он будет жить? – спросил Лемур с надеждой.

– Я не врач, – сухо ответил Рубец, осматривая Серафима. – Ему бы в больничку, но где сейчас её найти?

Водитель лежал без сознания. Мокрое сиденье под ним чавкало, как пропитанная губка. Рубец истратил на Серафима остаток медикаментов и туго затянул жгут. Лемур же, скрестив руки на груди, следил за происходящим испытующим взглядом.

Он обошёл машину и осмотрел вмятины, после чего уселся за руль и запустил двигатель.

– Выезжаем, придержи бойца.

«ГАЗ Тигр» выкатил на ровную дорогу и неспешно покатил в сторону Периметра.

С километр они ехали молча. Лицо Рубца выражало глубокую задумчивость. Сам же Лемур едва сдерживал шквал эмоций, переполняющих его. Наконец, он первым решил нарушить молчание:

– Ты был с оптикой – отстреливал бандитов?

– Да, – коротко ответил давний знакомый, глядя на дорогу. – Я пришёл на место, когда уже вовсю гремел бой, и занял позицию на втором этаже. Правда, никак не ожидал, что сам стану мишенью для пулемётчика.

– Откуда мне было знать? Связь не работала! – зашипел сталкер, крепко сжимая руль.

– Понимаю. Район, где вы работали, находится в «глухом квадрате».

– Не понял.

– Разве вам это не сообщили? – протянул Рубец. – Что же, это подтверждает многие мои догадки… понятно, понятно.

Лемур совсем не понимал сути происходящего, и это начинало сильно действовать на нервы. Вскоре на горизонте замаячила развилка. Рубец жестом попросил остановиться и твёрдо сказал:

– Наверное, нам снова придётся поработать вместе…

– Что? – Сталкер надавил на тормоз и изумлённо вытаращился на спутника. – С какого перепуга? Что ты вообще здесь забыл, чертила?

– Лемур, вам нельзя возвращаться к своим. Это ловушка.

– Что ты несёшь, фраер? Серафим загнётся без врача!

– Если доставишь его на блокпост – он загнётся ещё быстрее.

– Чего?!

– Боюсь тебя удивить, но вся ваша операция – страшная подстава: сталкерскую группу намеренно устранили, чтобы лишить Департамент тех, кто обладает навыками выживания в Зоне.

Лемур побагровел и заглушил мотор.

– Зачем Департаменту списывать нас со счетов?

– Департамента больше нет, – ответил Рубец. – В главном штабе сегодня ночью произошёл теракт. Есть погибшие.

– Что? Кто это сделал? Зачем? – не поверил Лемур.

– Пока неизвестно. Руководство сменилось, все проекты по Зоне заморожены, а сотрудники под домашним арестом.

Лемур громко выругался и ударил по рулю.

– Это ещё не всё, – продолжил Рубец. – Я ещё не уверен, но эти же люди стоят за вашей операцией. Подтверди или опровергни моё предположение. Вы ведь здесь по поручению военных?

– Да, – тяжело подтвердил Лемур. – На брифинге нас встретил какой-то солдафон без опознавательных знаков. Псевдоним ещё странный – Коллекционер.

Рубец тут же вспомнил слова Прохора Геннадьевича: «Вход разносят силовики».

– Хорошо, допустим, ты говоришь правду, – согласился Лемур. – Зачем им «Явление»?

– Чтобы вывести контору из игры. Они, видимо, решили обезопасить себя и устранить сталкерский ресурс. Всех тех, у кого есть опыт выживания в условиях Зоны.

Лемур подумал. Звучало вполне правдоподобно.

– Зачем? – повторил он.

– А я откуда знаю? И разве это сейчас главный вопрос?

– Я хочу знать, кто наш враг, а кто нет. Пока я понял, что военные не на нашей стороне.

– С чего ты вообще взял, что Коллекционер был военным?

Лемур открыл было рот, но решил промолчать. А ведь действительно, загадочный Коллекционер не представился и своё звание на брифинге не раскрыл.

Сталкер медленно потянулся к фляге, трясущимися руками отпил воды.

– Хорошо, я понял, – сказал он упавшим голосом. – Серафиму нужен врач.

– Ты здесь сталкер – неужели во всей Зоне не найдётся полевого доктора?

– Обалдеть! – Лемур прижался к кожаному креслу, глядя в сторону.

– Что? – забеспокоился Рубец. – Я что-то не так сказал?

– Ты думаешь, я знаю всех и каждого в Зоне?

– Ты же сталкер, – неуверенно вымолвил Рубец.

– Десять баллов из десяти! – вспылил Лемур, заводя машину. – Просто железная логика! Ты сталкер – значит, ты можешь тут всё, так, что ли?

– Нет, но…

– Будь добр – заткнись, пожалуйста, пока я не рассердился и не выкинул тебя из машины.

Настроение было в труху. Лемур свернул направо, в противоположную от Барьера сторону и поехал по дороге.

Связываться с местными по радиосвязи он не стал, хотя красный огонек, наконец, сменился зелёным. Высока вероятность, что их услышит неприятель. А светиться сейчас перед военными было смертельно опасно. Впрочем, как и в старые добрые времена, когда он ещё был вне закона.

На примете у сталкера была одна стоянка – посреди болот появилась группа диггеров и мелких барахольщиков. К ним-то Лемур и поехал.

Через четверть часа «ГАЗ Тигр» подобрался к старой насосной станции – небольшому строению, располагавшемуся севернее рухнувшей церкви. Раньше здесь, судя по всему, добывали какое-то вещество из-под поверхности болот. Сейчас здесь располагалась небольшая опорная точка всех бродяг, которым пришлось закрепиться на Болотах.

Расположение у станции было превосходным с точки зрения организации обороны: вокруг находилось болото, и к станции вели только три тропинки. Разумеется, простреливаемые снайперами.

Машину пришлось оставить поодаль, в заросшей кустарником ложбине, а сверху накрыть старым брезентом. Даже если кто-то из незваных гостей и наткнётся на машину, открыть её всё равно не получится.

Серафим к тому времени совсем побледнел и едва постанывал от боли. Рубец вколол ему обезболивающее.

– Хватаем его и пошли, – сказал Лемур.

К счастью, его новоиспечённый напарник не стал препираться, и они вдвоём медленно понесли раненого по деревянной тропинке.

На посту стояли двое: оба безалаберные олухи, каких свет не видел. Один пафосно крутил в руках «макаров», второй положил обрез на плечо. Видимо, думал, что со стороны он круто смотрится.

– Стой! Кто идёт?! – крикнул второй, жуя во рту соломинку.

«Даже голос как у идиота», – подумал сталкер.

– Мужики, выручайте, пацан на «клеть» нарвался. Полноги как не бывало, – сказал он.

К счастью, этих слов оказалось достаточно: двое бродяг тут же кого-то свистнули и принялись помогать раненому. Из крытого одноэтажного здания выскочили ещё люди. Они подхватили Серафима и унесли внутрь. Лемур и Рубец направились следом.

Появился рослый мужик с седой бородой в коричневом плаще. Лицо его рассекал глубокий шрам, оставленный какой-то тварью. От него сильно разило перегаром и потом.

– На стол его ко мне, живо! – велел он, осматривая культю Серафима. – Придётся резать. Кузбасс, Муравей, медикаменты мне, живо!

Тут в разговор вклинился Лемур.

– Постой, отец, как резать? Без этого никак?

Бородатый бросил на него брезгливый взгляд и спросил:

– Ты врач или медбрат? Может, диплом по медицине есть?

Сталкер не ответил. Вопрос был снят сам собой.

– Тогда не путайся под ногами, если хочешь, чтобы я спас твоего друга!

Он задрал Серафиму гачу и покачал головой:

– Заражение у него, без хирургии не обойтись.

На этом и решили. Едва живого Серафима отнесли в маленький кубрик. Туда же отправился бородатый и ещё двое парней. Видимо, держать раненого.

Лемур отвернулся и полез за сигаретами. Руки сталкера тряслись. От происходящего ему сделалось дурно, и он едва стоял на ногах. Рубец хранил молчание. Наверное, специально пытался не доставать бродягу лишний раз. Однако покой нарушили другие люди.

Двое охранников подошли сзади:

– Мужики, а вы это, откуда сами-то? Местные или из глубокого рейда?

– Нет, – ответил сталкер, докуривая сигарету и вытягивая из пачки следующую. – Мы из «Явления».

Двое бойцов переглянулись, но ничего не ответили. Скорее всего, решили, что из частной военной компании. О том же говорила и униформа, которая колоссально отличалась от лохмотьев, в которых ходили местные.

Впрочем, от «Явления» осталось одно название. Некогда сформированный на государственном обеспечении легальный отряд сталкеров перестал существовать за какие-то несколько секунд. Этот жуткий день навсегда останется в памяти Лемура.

Двое незнакомцев не унимались. Парень с обрезом аккуратно сказал:

– Мужики, вы если расслабиться хотите, выпить там или просто отдохнуть, проходите внутрь, там бар у нас…

– Благодарю, но я здесь задерживаться не собираюсь.

Парень насупился и аккуратно положил руку на обрез.

– Брат, ты не понял – вас наш главный увидеть хочет.

– Рад за него, – сухо сказал Лемур. – Если хочет видеть, пусть сам выходит и говорит.

Бойцы посмотрели на него, медленно убирая улыбки с лиц. Тот, что был с обрезом, перехватил оружие и ткнул дулом в спину следопыта.

– Баклан, запихай ствол себе в одно место и дай мне докурить, пока я добрый, – процедил Лемур.

– Я схожу, – подал голос Рубец и выдвинулся вперёд. – У моего друга сегодня очень тяжёлый день. Давайте я встречусь с вашим вожаком и всё ему объясню.

– Никакой ты мне не друг, – произнёс следопыт, продолжая смотреть за горизонт.

Рубец ничего не ответил и вместе с одним из бродяг зашёл внутрь, откуда раздавались звуки музыки и чьи-то приглушённые голоса.

Впервые за день Лемуру хотелось побыть в одиночестве, переварить всё произошедшее за утро и решить, что делать дальше.

Он присел на деревянную ступень и задумался.

Думал про Серафима, про погибшего Танка и всю его группу. Даже про Шелеста. И про Неона, до последнего вздоха прикрывавшего уже погибшую группу.

От грустных мыслей его отвлекла упавшая на лицо тень. Рядом тяжело опустился Рубец.

– Держи.

Лемур поднял тяжёлый взгляд на своего компаньона, протягивающего ему новую пачку «Мальборо».

– Благодарю.

– Знаешь, зря ты нагрубил этим милым людям, – сказал напарник, разминая колени. – Люди они хорошие и отзывчивые. Кстати, об их вожаке. Ты никогда не догадаешься, кем он был в прошлом.

– Не догадаюсь, потому что мне неинтересно, – произнёс Лемур.

– Хребет его зовут. Помнишь, когда сталкеры подняли революцию против «Штаба»? Так вот…

– Не интересно, – отрезал Лемур.

Рубец замолчал. Он понял, что так диалога не добьётся, и начал издалека:

– Я узнал про расстановку сил и ситуацию на болотах в целом – бандит Хобот не просто какой-то лох с подворотни. Это серьёзный криминальный авторитет, который фактически подмял под себя весь район.

Следопыт продолжал хранить молчание.

– Ещё кто-то из местных видел, как упала церковь. Я сказал, что мы к этому отношения не имеем. И легенду подходящую состряпал. Старик вроде бы поверил, так что с этим полный порядок.

На лице агента появилась самодовольная улыбка. Что же, дурить головы людей – это всегда был его конёк.

– Что с Серафимом? Его вылечат?

Рубец слегка замялся.

– Он потерял слишком много крови, но доктор говорит, что поставит его на ноги. Правда, ходить без костыля парень уже не сможет.

Лемур устало кивнул. Хотя бы останется жить.

– И что ты планируешь делать дальше? Чего хочешь?

– Я? – Сталкер покрутил пачку сигарет и спрятал её в карман. – Дождусь, когда Серафим оклемается, и уйду с ним из Зоны.

– Вот так просто? – удивился Рубец.

Он выдержал паузу и коротко кивнул:

– Это твоё право. Я, правда, надеялся, что ты поможешь мне разобраться во всём этом.

Сталкер посмотрел на него косым взглядом:

– Какой в этом смысл?

– Разве ты не хочешь вернуть всё как было? Восстановить группу.

– «Явлению» конец. Его уже не вернуть.

Рубец замялся, но продолжил:

– Отомстить за своих товарищей. На худой конец, спасти себя и Серафима. Ты же понимаешь, что те, кто сделал это, не остановятся на достигнутом.

– Послушай, Рубец, – произнёс Лемур и вздохнул, – я уже сыт по горло этой Зоной. Если меня хотят убить – значит, убьют. Это лишь вопрос времени. Но это моё время. И я не хочу тратить его на бессмысленные разгадывания чужих секретов. Я хочу просто отдохнуть от всего этого.

Напарник ничего не ответил и оставил сталкера наедине со своими мыслями. Хлопнул его по плечу и поднялся на ноги:

– На закате Всплеск обещают.

– Пережду его в машине.

– Уверен? – усомнился Рубец. – Думаю, Серафим хотел бы увидеть тебя, когда очнётся.

Он пожал плечами и ушёл в импровизированный бар. Лемур вспорол новую пачку сигарет и остался сидеть на ступени.

* * *

Вечером народу на старой насосной станции заметно прибавилось. Бродяги пережидали Всплеск в единственном в окрестностях баре под названием «Чехол».

Первое, что Лемуру бросилось в глаза, это спартанские условия заведения. Достаточно тесная комнатка, где едва умещались с десяток человек. В помещении царил полумрак, свет фонарей и керосиновых ламп не до конца справлялся с тьмой. По углам просматривались разостланные матрацы, на которых перебрасывались в картишки полулежащие люди в простых сталкерских комбинезонах. Справа слышались звуки ненастроенной гитары и тяжёлое дыхание бродяг, пребывавших в процессе духовного поиска.

На весь зал нашлось только четыре импровизированных стола, каждый из которых был занят кучкой бродяг. Темы у ветеранов были обычные: Барьер, бандиты, хабар.

– Надо с бандитами что-то решать, они уже всю долину в кольцо взяли, – взволнованно сообщил один из подвыпивших бродяг и ударил кулаком по столу.

– Ты в одиночку, что ли, это делать собрался, умник? – ответил его напарник, заговорщицки озираясь. – Дерзай, только я бы против Хобота лишний раз языком не молол.

– Боишься? – презрительно спросил первый.

– Стукачей и засланцев полная Зона, – второй разлил по стопке водки. – У Хобота своих людей на болотах полно. А ты знаешь, куда попадают все неугодные бандитам.

– Концлагерь, – тяжело протянул первый и махнул стопку.

– Именно, в концлагерь.

– А всё-таки, если накопить прилично денег, можно и бравых ребят в Зоне нанять и дать бой этим ублюдкам.

У дальней стены располагалось что-то вроде барной стойки из ржавых бочек и старой сетки, за которой стоял пожилой жилистый мужик, облачённый в экспериментальный образец военного экзоскелета.

Внешность этого человека была очень уж отталкивающей: колючий, острый взгляд, впалые бледные щёки. Человек внимательно следил за присутствующими. Сразу видно – хозяин заведения. И кличка говорящая – Хребет.

Другой столик, ближе ко входу, занимали подозрительные личности в тёмных маскхалатах. Всего их было четверо – один мужик средних лет, остальные помоложе. Тот, что постарше, почти сразу поманил к себе Лемура рукой.

– Мир тебе, бродяга, – сказал он ровным голосом. – Ты сегодня привёл безногого пацана?

– Допустим, – ответил сталкер.

– Тут в баре сейчас все про вас говорят, – продолжил незнакомец. – Про тебя и кента твоего, что с тобой пришёл. Уважают.

– Он мне не кент, – отрезал Лемур.

– Как скажешь. Только я же не слепой – у вас на морде написано, что вы не простые старатели, – хитро сощурился человек.

– Чем-то обязан или поболтать захотелось? – Лемур поднял бровь.

– Люблю прямых людей, – незнакомец довольно потёр ладони. – Снаряга не интересует?

Сталкер искоса глянул на него, а мужик продолжил:

– Вы с тем хмурым парнем к глубокому рейду готовитесь, это сразу видно. А я могу наводку на кольчугу хорошую дать.

– С чего ты взял, что я к чему-то готовлюсь?

– Так приятель твой сказал. Да и повторюсь – вы, братцы, не такие простые, какими кажетесь.

– Даже если и так, хочешь сказать, на чёрном рынке серьёзные доспехи появились? – спросил Лемур.

– Да.

– И сколько они стоят?

– Этого я не знаю. Известно, что торгуют ими чёрные копатели.

– Не понимаю, о чём ты, – признался сталкер.

– О тайном рынке в Аппендиксе.

– Не может этого быть, – отмахнулся следопыт. – Там же всё вокруг химией заражено.

– Вот именно. Поэтому там и охрана не нужна. Новички и отморозки туда, само собой, не сунутся. А вот элита, имеющая противохимические препараты и скафандры, там завсегдатаи. Там и цены повыше, и товар совсем другого уровня.

Лемур быстро сообразил, что к чему, и скривился.

– Ясно. И почём твои новые лекарства?

Мужчина улыбнулся и вывалил на стол несколько пачек таблеток непонятного изготовителя.

– Из медицинского набора западных спецслужб. В наших краях вещь новая и очень редкая. Здесь тебе и противохимические, и болеутоляющие препараты последнего поколения.

Сталкер бросил короткий взгляд на вываленное добро и отмахнулся.

– Спасибо, но я откажусь.

– Подумай, чёрные копатели много всего интересного продают.

– Оставь свои байки для кого-нибудь другого.

За угловым столиком сидел слегка выпивший Рубец. Многие переживали Всплеск в состоянии алкогольного опьянения. Некоторые и вовсе принимали наркотики. Проще переносится.

– Всё-таки решил остаться в лагере себе подобных?

– Не могу бросить Серафима, – проворчал бродяга.

Напарник не ответил. Вскоре посетители бара засуетились и наглухо заперли все окна и двери.

И тут началось. Свет мигнул и погас, в висках заломило, резко закружилась голова. К горлу тугим комом подскочила тошнота. Низкочастотный гул, нарастая, заполнил зал. Сердце гулко застучало, набирая обороты, потом мощный толчок сотряс деревянные стены, и здание затряслось как при сильном землетрясении. Со столов попадали бутылки, со стены свалилась картина и висевшее на гвозде ружьё. Рухнула на пол и лампа.

Деревянный пол под ногами начал ходить в разные стороны. Местами между досками появлялись щели, из которых просачивался багровый свет. Некоторые сталкеры повалились без сознания. Кто-то застонал от нахлынувшей боли в висках или боевых ранах. Но сильнее всего досталось тем, у кого были проблемы с зубами. У этих несчастных сводило едва ли не всю челюсть.

Вдруг раздался ещё один сильный гул, а после этого резкий грохот, от которого из ламп полетели искры; и Лемур отключился.

Сознание покинуло его всего на несколько секунд, но, когда он очнулся, всё было тихо. Света не было. Сплошной мрак. Из разных углов были слышны стоны и чьи-то возгласы. Кто-то открыл дверь и впустил свежий воздух в помещение.

– Кузбасс, что там стряслось? – хозяин заведения зажёг керосиновую лампу.

Его голос был твёрдым и решительным. Наверняка из бывших военных. Возможно, даже дезертир.

– В крышу молния ударила, походу, – ответил парень снаружи. – Проводка вся погорела.

Бродяги засуетились. Кто-то громко выругался. Выражение лица хозяина в свете огня от лампы выражало растерянность.

– Керосинки зажигайте, раньше и без этого добра пережидали, – решил он.

Спустя какое-то время в помещении стало светлее – в ход пошли свечки, а кто-то даже запалил огонь в бочке.

Рубец, хоть и выглядел не лучшим образом, пришёл в себя быстрее большинства бродяг.

– Может, выпьем? – предложил он.

Лемур не отказался. Хорошего пива он, и правда, давно не пробовал. А в свете последних событий напиться ему просто было необходимо.

Рубец сходил к стойке и вернулся с четырьмя бутылками «абаканского». Удивительный факт, но в Новосибирской Зоне палёный алкоголь практически не встречался. Даже будучи в самом Новосибирске, Лемур не был до конца уверен, что пьёт не очередную отраву; то ли дело в Зоне. Да и в Зоне оно заходит намного лучше.

– За что пьём? – спросил детектив.

– За погибших, – ответил Лемур и сразу же сделал крупный глоток.

– Поддерживаю.

Выпили. Сталкер слегка помрачнел, а Рубец, пристально глядя ему в лицо, спросил:

– Не надумал помочь мне?

Лемур молчал. Внутри у него происходила борьба. Желание отомстить и вернуть престиж «Явления» не давали покоя. К тому же подначивало сталкерское прошлое, чего бродяге не хватало даже в группе. Но гордость и давнее желание отойти от дел и покинуть Зону раз и навсегда выступали против.

– До сегодняшнего дня я не ценил этих ребят, – сказал Лемур, сжимая бутылку и глядя вниз, на дощатый пол. – А сейчас я понимаю, что потерял друзей.

– Не всех, – напомнил Рубец.

– Всех, – резко отрезал сталкер. – Я не первый год в Зоне, и все мои партнёры и товарищи давно отдали душу этой проклятой земле. Ни один не вернулся за Периметр.

Детектив не ответил. Он понимал, что хотел сказать Лемур, и тяжело вздохнул.

– Остался только Серафим, и он стал калекой. Нет, Руб, не хочу, надоело видеть смерти близких вокруг себя.

Напарник немного отодвинулся от него:

– Что же, я не стану препятствовать.

– Я должен вывезти его живым, – словно оправдываясь, повторил бродяга.

– Понимаю.

Следопыт выждал паузу и спросил:

– Когда уходишь?

– На рассвете. А что? Есть какая-то зацепка? – В глазах сталкера мелькнул огонёк интереса.

– Какая разница, ты же отошёл от дел.

– Вопрос снят.

Сталкер отхлебнул ещё пива. Некоторое время они сидели молча.

С каждой минутой на душе у Лемура становилось всё тяжелее. Он всё больше начинал жалеть о своём решении и чувствовал, что поступает неверно. Где-то внутри себя он даже надеялся, что детектив вновь начнёт его упрашивать. Однако тот молчал.

Рубец сделал вид, что не понял, почему изменилось выражение лица бродяги. Наступившее молчание нарушил подошедший старик в коричневом балахоне – доктор:

– Привет, мужики, свободно? – спросил он томно.

– О чём речь, отец, падай, – Лемур мотнул головой на пустой табурет.

Местный целитесь посидел неподвижно, затем расправил плечи и шумно вздохнул. Бродяги покосились на него с удивлением.

– В общем, буду краток. Это по поводу вашего товарища.

Целитель стал что-то в красках расписывать о сложности ситуации. Лемур, почти не слыша его слов, прикрыл глаза и взялся за голову.

– Мне бы артефакт какой или нормальную медицинскую аппаратуру, – пожаловался старик.

– Сколько он ещё протянет? – спросил Рубец.

– Неделю, думаю, протянет, – доктор поднялся с табурета и, направляясь к выходу, добавил: – Извините, мужики. Я сделал всё, что мог.

Рубец покивал, прислушиваясь к своим мыслям, и лукаво улыбнулся.

– Вставай. Нужно кое-что проверить, – сказал он уверенно.

– В смысле? Куда? – взвился Лемур.

– Вернёмся в церковь, пока темно – самое время.

– Зачем ещё? – оживился бродяга.

– Ты хорошо запомнил аномалию, которая сегодня была? Что скажешь?

Лемур поднял брови:

– Не понимаю. Ну, «клеть», причём здоровее, чем обычно.

Рубец начал постукивать по экрану ПДА ногтем. Его настроение слегка улучшилось.

– Какие артефакты производит «клеть», помнишь?

– Издеваешься? – искоса глянул на напарника Лемур.

Как известно, артефактов в Новосибирской Зоне практически не осталось. За всю свою сталкерскую карьеру Лемуру лишь раз удалось увидеть фото редкого экземпляра, да и то благодаря тесной дружбе с военными и учёными. Но что-то внутри подсказывало, что его собеседник мыслит в верном направлении.

Получить артефакт, способный вылечить Серафима, было сейчас пределом желаний Лемура.

– Ну, «холодный якорь», например, – вспомнил он.

Рубец не ответил, глядя на него с ожиданием и доброй, ободряющей улыбкой. Лемур напряг память: перед глазами возникли образы данного артефакта.

– Погоди-ка… – начал он.

Рубец протянул ему свой ПДА, на экране которого высветилась фотография «холодного якоря».

Сталкер моргнул раз десять, прежде чем смог заговорить.

– Стоп, я ведь его уже видел. – Бродяга напряг память, и вдруг его осенило: – Секунду! Сегодня утром, как раз когда отряд нарвался на аномалию!

– Верно, – кивнул Рубец, пряча коммуникатор. – Ты стал свидетелем рождения нового артефакта.

– Не понимаю, как это возможно? Хабара в Зоне же почти нет, только малые крохи, и их скрывают вояки!

– Это только подтверждает мою догадку, – торжественно сказал Рубец. – Лемур, аномалия, на которую вы нарвались, была создана искусственно.

– Что? Как?

– Это я и должен выяснить, в Департаменте случилось то же самое – кто-то воссоздал искусственное природное отклонение – аномалию «пламя» прямо в здании.

Сталкер округлил глаза, переваривая услышанное.

– Почему ты раньше мне не сказал? – спросил он, не находя других слов.

– Ты не спрашивал и не очень-то слушал, – ответил детектив уклончиво.

Он поднялся со стула и накинул на себя куртку.

– Я же просто осёл – не догадался сразу, что «клеть», на которой вы подорвались, из той же партии, что и «пламя». Теперь нет никаких сомнений, что вас подставили те же люди, что совершили теракт в штабе Департамента.

Сталкер смотрел на него с изумлением. Рубец закинул винтовку на плечо и позвал:

– Чего расселся, ты хочешь спасти своего друга или нет? Тогда пошли скорее.

Бродяга сорвался с места, и через мгновение оба покинули бар.

Они уже не видели, как почти сразу вслед за ними, накинув капюшон на голову, ушёл ещё один сталкер.

Глава 3

ЧП на Периметре

«Осторожно, мужики! В подвале капкан! Смотрите себе под ноги».

Написано над входом в заброшенный домик

Окрестности Периметра и другие места

Конец октября

За час до Всплеска на Барьере было тихо.

Разумеется, тишина на Периметре была относительная в условиях близости к аномальной территории. Ну как может быть тихо на границе Зоны, да ещё и перед Всплеском? Часовые на башне покинули посты, доверив охрану автоматическим турелям. Всем патрулям поступил приказ о срочном возвращении и последующем докладе о малейших изменениях. Радиоэфир оповещал о прибытии той или иной группы в заданный сектор, а также о скором приближении Всплеска. Хотя патрули редко не поспевали до контрольной точки, рядовой Роман Умеров серьёзно беспокоился.

За несколько месяцев службы он успел привыкнуть почти ко всему. Попав в патруль, он уже сталкивался со многими сложностями и представлял, насколько сильно может затянуться поездка. Освоился Умеров поразительно быстро и уже различал разницу между Зоной и внешним миром. Поездки вдоль стены от одного блокпоста к другому и доставка снабжения в пункт распределения стали для него привычным делом. Иногда ему приходилось пускать в ход оружие. Впрочем, настоящего противника ему видеть ещё не доводилось.

Как и многие, он страшился Всплесков. Особенно после того, как в прошлом месяце одна из машин снабжения не успела вовремя добраться до опорного пункта. К счастью, тогда обошлось без жертв – солдаты, осознав всю тщетность бытия, бросили груз и нашли себе укрытие. Хотя на случай проблем в такие моменты у каждого бойца имелась инъекция соответствующего анабиотика в блистерной упаковке. Впрочем, пользоваться ей всё равно запрещали.

Ещё по прибытии старшина разъяснил правила молодым:

– Бегите в кусты, копайте яму, ищите глубокую нору, но анабиотик жрать нельзя! Забудьте, что он вообще у вас есть!

Возможно, это было связано с высокой стоимостью лекарства, а может, на то были более веские причины. Умеров давно смирился с армейским идиотизмом.

– Тормозим, – велел сержант Фуртес, и водитель остановил машину.

Армейский «уазик» остановился на гравийной дороге. По правую руку начинался заболоченный лес, а по левую – крутая скала. Единственное уязвимое место в Новосибирской Зоне Отчуждения. Если вокруг всей территории и построили Стену и возвели Барьер, то скалу трогать не стали. Посчитали её и без того идеальной защитой. Желающих спуститься или подняться по ней было мало.

– Не глуши мотор, мы мигом, – велел командир.

Свет фар вырывал из мрака болотную заводь. Даже в машине сильно ощущался запах подгнившей воды и тины. Стоячая неглубокая вода болот полностью зацвела. Часть деревьев, не пережив такого количества влаги, сгнила; тут и там из болота торчали чёрные остовы. Между кустарниками и деревьями в лунном отсвете виднелись мелкие водоёмы, и местами среди них мелькали ржавые скелеты оставленной со времён Большой Стройки техники. Этого добра на территории Новосибирской Зоны оставили много. Даже слишком много. Сюда относились и строительные краны, и речные суда, а также несметное количество экскаваторов и бульдозеров.

– Это последний. Ромка, давай живее.

Боец открыл дверцу и встал на подножке, вдыхая полной грудью.

– Всплеск обещают уже в ближайшее время, не медли только.

Умеров зашагал к двум мусорным горам, и фигуру его тут же до пояса скрыл туман. Подобные схроны были разбросаны вдоль всей границы Зоны. Воровать горючку и сдавать её на чёрном рынке было привычным делом для рядового Умерова. После каждого Всплеска армейские тайники пополнялись новыми запасами, и бойцы спешили урвать свой кусок топливного пирога.

Дойдя до мусорного отвала, Роман вновь обернулся. Джип на фоне скалы казался ничтожно малым. Рядовой не мог рассмотреть силуэт напарников в кабине, но на всякий случай махнул рукой – мол, всё нормально – и пошёл дальше. В армейском тайнике под брезентом он нашёл канистры с горючкой. Взяв две штуки, он пошёл обратно к машине.

Увидев его, сержант оживился и выбрался наружу.

– Много там ещё? Я обещал сталкерам не меньше сотни литров.

– Есть там сотка, – заверил Умеров. – Меня, главное, прикрывайте, мало ли.

И пошёл обратно.

На третьем заходе, когда он вернулся к тайнику, рация на его груди вдруг зашипела. Роман подумал, что это очередное предупреждение о Всплеске или команда возвращаться. Но совершенно случайно он услышал короткий фрагмент диалога:

– …«Явление» слито, тела с машиной сброшены в аномалию, опознанию не подлежат, – послышался чей-то таинственный голос. – Насчёт техники оговорено. Хобот не подведёт.

– Отлично, – ответил второй собеседник. – Вы только проследите, чтобы всё прошло гладко. Когда прибудут покупатели, я не хочу, чтобы их что-то задерживало.

– Понял, сделаем.

Рядовой взял приёмник в руку и нажал кнопку передачи.

– Кто на линии? – спросил он.

Рация какое-то время не издавала ничего, кроме статического шума.

– Кто здесь? – повторил Роман, чувствуя тревогу.

– Назовите себя! – потребовал встревоженный голос.

– Рядовой Умеров, седьмая патрульная группа, следуем по трассе девять ноль три к сороковому посту.

– Сколько вас человек? Доложите ещё раз точнее, где вы находитесь!

Армеец подозрительно покосился на рацию:

– С кем имею честь? Кто вы?

В ответ тишина. Служба охраны Периметра так обычно не делает. На посту пофамильно знают, кто в какой группе состоит и где несёт службу.

Неприятные мысли зашевелились в мозгу Умерова, и он тут же настроил рацию на частоту блокпоста номер сорок. Однако в ответ на все попытки вызвать дежурного он услышал лишь шипение. Рядовой попытался настроиться на кого-то из Периметра, но ничего не поменялось.

Сквозь треск и шум он вновь услышал знакомую интонацию таинственного собеседника:

– Умеров, вы ещё здесь? Не пытайтесь связаться с блокпостом – ваш канал перекрыт.

– Кто вы такие! – завопил в приёмник солдат.

В этот момент на дороге он услышал рёв моторов. Затем сквозь туман мигнули фары. Согласно графику, ни одна машина больше не должна была покидать блокпоста.

Солдат бросил канистры и побежал к своим.

В этот момент напротив армейского УАЗа остановился ещё один, с пулемётной башней на крыше. Водительская дверь распахнулась, и наружу выбрался человек в армейском камуфляже без опознавательных знаков.

– Рядовой Умеров здесь?! – прокричал незнакомец.

– В чём проблема, господа? Вы по какому поводу? – спросил сержант Фуртес.

Боец первым делом подумал, что кто-то настучал за воровство. Его правая рука уже лежала на рукояти пистолета. В случае, если неизвестные попытаются его задержать, он откроет огонь. А дальше как получится.

– Повторяю, Умеров присутствует здесь? – со злостью проговорил мужчина.

– Он состоит в моей группе, а что случилось?

Роман, увидев чужой внедорожник, замахал руками и прокричал:

– Атас, мужики! Это не наши!

Лобовое стекло патрульного УАЗа разлетелось вдребезги от взрезавшей воздух пулемётной очереди, панель окрасилась кровью водителя, машина опустилась на спущенных шинах.

Старшего группы отбросило на землю. Пулемётчик повернулся в сторону крика. Луч прожектора ударил Умерову в глаза.

– Это он, вали его!

Рядовой бросился в туман и что было сил побежал прочь в чащу заболоченного леса. Пули свистели у него над головой, но ни одна не достигла цели. Через несколько секунд его уже не было видно. Воцарилась кромешная тишина. Из атакующего джипа выскочили ещё двое бойцов без опознавательных знаков.

– Догнать? – спросил один из них.

Тот, что говорил с погибшим сержантом, убрал выхваченный из кобуры пистолет обратно.

– Не надо, скоро Всплеск – валим отсюда, – пробурчал он. – Смените канал связи. Утечки информации нам не простят.

Двое помощников вернулись в машину. Командир ещё раз осмотрел место происшествия и уселся за руль. Джип сорвался с места и уехал в темноту, сверкая габаритами.

* * *

Лемур подбежал к Рубцу, махая руками.

– Его нет, артефакта нет, – начал он. – Трупы тоже куда-то подевались!

– Значит, кто-то нас опередил, – подвёл итог детектив, прислонившись к двери бронированного «Тигра».

Он прикусил губу и спросил у сталкера:

– Никого подозрительного в баре не видел?

– Нет, думаю, нет, – Лемур отрицательно замотал головой.

– Торгаш тоже слишком спокойный. Упади ему такой жирный хабар, свинтил бы с бара в два счёта.

– Да кто бы ему артефакт толкать стал? – ухмыльнулся бродяга. – Слишком мелкое заведение для подобных сделок.

– Согласен, но здесь дело уже в людях. Это другое.

– Не понял, – признался следопыт.

Последние события дали ему понять, что выдержка и осторожность – это ещё не всё. Оказывается, для сохранения спокойствия и душевного здоровья ему хватало общения с детективом.

– Я присмотрелся к каждому в баре и нашёл кое-что странное.

– Дай угадаю, там были одни сталкеры? – съязвил Лемур.

– Не в этом дело. Все они из низшего слоя: новички, изгои и просто те, кому не повезло в жизни.

– Ну, тут ты загнул. Скажу как на духу: почти всем в Зоне так или иначе не повезло в прошлой жизни.

– Ты меня не понял, – покачал головой Рубец. – Даже у сталкеров есть своя иерархия, пищевая цепочка. Есть те, кто заслужил в Зоне почёт и уважение, а есть те, о ком даже не вспомнят. Те, с кем никто не хочет иметь серьёзных дел.

– Начинаю понимать, – согласился Лемур.

– Никто из них не смог бы продать артефакт кому-то другому. Круг их общения ограничен себе подобными. Даже если бы один из них сорвал крупный куш и отыскал целый Клондайк, альтернативы по клиентам бы не нашлось.

– Суровая правда жизни, – закончил за напарника Лемур. – И всё-таки я не понимаю, к чему ты клонишь. Предлагаешь пасти местных?

Рубец странно улыбнулся и громко сказал:

– Не совсем; я думаю, артефакт нашли совсем недавно. Возможно, перед нашим появлением. А значит, этот ловкач не мог уйти далеко.

Лемур расплылся в широкой улыбке и хлопнул напарника по плечу:

– Знаешь, а ты мне определённо нравишься. Не знал, что в тебе мародёрская жилка течёт. Молодец!

Он запрыгнул на место водителя и завёл «ГАЗ Тигр». Рубец уселся рядом.

– По пути в бар никто не встречался. Где ещё могут кучковаться сталкеры?

Лемур немного подумал и сказал:

– Неподалёку хуторок один есть, местные его Лодочным называют. Только там.

– Другие варианты? – потребовал детектив.

– Никаких.

– Решено! Едем! – заключил Рубец.

Следующие четверть часа обошлись без приключений: «Тигр» слегка потряхивало на ухабах, Лемур внимательно следил и за дорогой, и за мобильным детектором аномалий, на них никто не нападал. Гудящий железный монстр со слепящими фарами отпугивал всякую живность на дороге, а бандиты не привыкли блуждать по Зоне ночью, да ещё и в таком гиблом месте. К тому же любители лёгкой наживы редко осмеливались атаковать технику. В темноте джип можно легко принять за военный, а с ними связываться – себе дороже. Охрана Периметра жестоко карала всяких нарушителей, осмелившихся саботировать их деятельность.

Рубец попытался завести разговор:

– Слушай, а как ты попал в Зону?

– Разве в Департаменте на меня не копал? – спросил Лемур.

– Не приходилось, – честно признался детектив.

– Ничего интересного, – пробурчал бродяга. – Я сюда практически прямиком из СИЗО… А сидел ни за что – один ублюдок меня подставил. Не самая приятная история.

Рубец не стал уточнять, по какой именно статье бродяга загремел в тюрьму. Положив винтовку на колени, он повернулся к нему:

– Как же ты с такими взглядами в сталкеры подался, а не в бандиты?

– Изначально я сюда с уголовниками и пришёл. Но вскоре отделился и освоился среди бродяг. Потом какое-то время с учёными работал. То были самые светлые деньки.

Воспоминания о былом относительном спокойствии заполнили мысли Лемура. Остаток пути проехали молча.

Вскоре показался тот самый Лодочный хутор. Со всех сторон он был огорожен довольно высоким деревянным забором. Всего на территории имелось пять построек: три дома, летняя кухня и что-то вроде сарая. Двери и окна одного из домов были заколочены и отмечены предупреждающими знаками.

Раздавшийся хлопок заставил Лемура включить дальний свети остановиться напротив хутора.

– Мне послышалось или там кто-то стрелял? – он вопросительно посмотрел на детектива.

С минуту в округе стояла тишина. Затем внутри одного из зданий вновь раздался глухой выстрел. Рубец схватился за винтовку.

– Выходим, мы здесь не одни! – Он раскрыл дверцу и тут же приник к оптике.

Лемур не стал медлить и, схватив в руки автомат, быстро выбрался на улицу.

– Стреляли в одном из домов, – сказал он тихо.

– Может, бандиты? – предположил напарник.

– Скорее всего, – согласился сталкер и, пригнувшись, медленно двинулся по тропинке. – Прикрой меня.

Оказавшись во внутреннем дворике, он приладил фонарик к дулу автомата, водя им из стороны в сторону. В одноэтажном домике слева послышался удар, будто о стену разбили табурет. После этого раздались несколько шагов по скрипучему полу.

– Выходи, или стрелять буду! – прокричал сталкер в темноту, и его услышали.

Всё произошло слишком быстро.

Лемур вскинул автомат в последний момент, когда кто-то уже летел на него. Раздался грохот выстрелов, но ни одна из пуль не угодила в противника. Сталкер отскочил в сторону и увидел рядом тонкое существо в остатках армейского костюма с натянутой на лицо маской. Его можно было принять за человека, но, судя по мягкости приземления, это был не человек, а трухляк – деградировавшая стадия зомбированного. Очень редкое существо. До легальной карьеры сталкером Лемур даже не верил в их существование. Когда подвергшиеся Всплеску люди становятся зомбированными, окончательно утрачивают память и навыки владения оружием, вырабатывается новая модель поведения, приближенная к животной. Прямоходящий образ передвижения заменяется приседанием, что повышает незаметность и скорость. Разумеется, эти создания уже не способны здраво мыслить – фактически они уже не считаются живыми существами. Как правило, трухляки живут не более месяца, после чего мёртвая ткань окончательно разваливается от гниения.

Кем бы ни был этот несчастный в прошлой жизни, он не заслуживал того, чтобы его тело пребывало в образе трухляка. Однако Лемур подавил в себе жалость.

Он вновь отскочил в сторону и плечом выбил заколоченный гнилыми досками вход в один из домов. Мутант последовал за ним.

Внутри пахло сыростью и сгнившей тиной. Темно было – хоть глаз коли. Единственным источником света был фонарь сталкера. Он кувыркнулся навстречу монстру, надеясь, что костюм защитит его от атаки.

Трухляк пролетел над ним, врезался в кирпичную печь напротив и обернулся, чуть подняв руку, вернее, уродливую лапу, на которой не хватало нескольких пальцев. Он снова бросился на сталкера, но уже не так резко, как в первый раз. Лемур ударил трухляка прикладом в закрытое маской рыло и, изловчившись, столкнул мутанта в тёмный лаз.

Раздался треск гнилых досок и характерный рык, намекающий на серьёзное ранение твари. Трухляки из-за полной мутации утрачивали способность говорить, но изредка в их рыках можно было уловить членораздельные звуки и даже целые слова.

– Ррррлексй! Рррлексй! – прорычал трухляк.

Сталкер поднялся на ноги и посветил фонарём вниз. Тварь угодила в чей-то капкан и кружилась вокруг себя, пытаясь высвободиться.

– Ррррлксй! Ррррлксй! – в ярости произнёс он, подняв взгляд на свет.

Лемур облегчённо перевёл дух, глядя на существо. Трухляк вдруг отчётливо произнёс:

– Арлексей! Арлексей!

– Прощай, Алёша, – бродяга открыл огонь, превращая остатки мозгов трухляка в кашу.

Позади раздался топот. Через мгновение рядом возник Рубец.

– Это ещё что, нахрен, такое было? – спросил он ошеломлённо.

– Зомби, Лёхой звали. – Сталкер сплюнул в подвал и вышел.

Детектив какое-то время постоял на месте, переваривая услышанное:

– Какой ещё зомби? В Новосибирской Зоне же нет никаких монстров!

Лемур не ответил. Он, слегка прихрамывая, приблизился к домику, из которого появился трухляк, и осторожно вошёл внутрь.

Дверь в одну из комнат оказалась заперта с обратной стороны, на полу лежали стреляные гильзы от «калашникова». Мутант явно кого-то здесь караулил.

– Мужик, открывай калитку, – велел он громко.

За дверью послышался шорох. Лемур передёрнул затвор.

– На счёт три я открываю огонь! – предупредил он. – Раз! Два!..

– Пожалуйста, не надо! – голос был напуганным и принадлежал явно не очередному монстру.

Дверь открылась, и из комнаты вышел молодой солдат с нашивками рядового. Он был весь в грязи и пыли.

– Кто такой? – потребовал ответа Лемур.

– Рядовой я, Ромка Умеров, – жалобно произнёс человек, подняв руки кверху. – В патруле был, на нас напали…

– Кто напал? – не понял сталкер. – Где это случилось?

Умеров был сильно напуган. Его лицо было бледным как смерть. Поняв, что убивать его не собираются, он торопливо и заикаясь стал рассказывать о событиях последних часов. О воровстве горючки, о перехваченном радиосообщении и о нападении. Подоспевший Рубец слушал его не перебивая.

– Что ты сказал? – ошарашенно спросил Лемур, когда боец умолк. – «Явление»? Ты уверен в этом?

Роман закивал головой. Сталкер переглянулся с напарником. Худшие догадки начали подтверждаться.

– Как ты здесь оказался? – спросил Рубец.

И тут Умеров достал из своей курточки светящийся предмет неправильной формы:

– Увидел это в темноте, – ответил он заплетающимся языком.

Сталкеры ошарашенно переводили взгляды с руки солдата на его лицо и обратно. На ладони рядового слегка подпрыгивал легендарный артефакт «холодный якорь».

Во времена «золотой лихорадки» таких вынесли всего около десятка. Потом этим аномальным образованием всерьёз заинтересовались учёные, и тогда-то в Новосибирской Зоне появился первый научный бункер.

«Холодный якорь» обладал ускорением процессов метаболизма и высоко ценился как среди торговцев, так и среди сталкеров. Некоторые даже поговаривали, что артефакт являлся живым образованием, существовавшим за счёт аномальной энергии и не нуждающимся в питании. Впрочем, подобным слухам Лемур не верил.

– Невероятно! – выпалил он, забирая артефакт. – Как, как ты его нашёл?

Армеец, похоже, ещё не осознавший ценность своей находки, пожал плечами и устало пробубнил:

– Я же сказал – на свет бежал. В темноте хорошо его видел. Думал, что радиоактивен, только что мне оставалось делать? Мой фонарик отключился, и укрытие от Всплеска искать нужно было.

Сталкер округлил глаза:

– Ты им что, как светильником пользовался?

Рядовой Умеров закивал:

– Да, а утром я его выбросить собирался. А что?

Следопыт переложил находку в свой рюкзак:

– Да ровным счётом ничего, дорогой, всё правильно. Опасная эта штука. Без защиты облучился бы до смерти.

Роман сглотнул, но ничего не ответил.

– Лемур, на пару слов, – позвал Рубец, и Лемур вышел с ним на улицу.

– Тут тебе надо решить, – твёрдо сказал он. – На рассвете я ухожу. Ты со мной или мы расходимся?

– Уже решил, – ответил Лемур, слегка поколебавшись. – Кто-то должен ответить за ребят, за «Явление». Я иду с тобой. Но сперва мы навестим Серафима, а когда всё закончится, я его выведу из Зоны.

– Хорошо, – Рубец удовлетворённо кивнул. – Выступаем на рассвете. Пока все зацепки ведут к одному человеку.

– Криминальный авторитет Хобот? – догадался следопыт.

– Да, он, – согласился детектив. – В баре предстоит многое узнать об этом бандите. Тебе, кстати, нужно купить новый ПДА и залогиниться под другим именем. Пусть наши недруги и правда верят, что «Явлению» конец.

Лемур не стал возражать.

– Руб, что будем делать с рядовым Умеровым? Жалко его. Хотя и кое-кого напоминает.

– Отвезём в бар, не оставлять же здесь. Пусть парень сам свою дорогу выберет.

Сталкер согласился с мнением напарника и позвал Романа:

– Эй, солдат! Поедешь с нами. Падай на заднее сиденье.

Армеец послушно забрался в машину. Лемур последовал за ним и откинулся на спинку, настраиваясь на дорогу, в то время как Рубец повёл автомобиль по обратному курсу к бару «Чехол».

Его настоящее путешествие только начиналось. Впереди было ещё много неразрешённых вопросов, которые сталкеру предстояло раскрыть.

Глава 4

Пленник

«Сибиряки, уничтожим Зону во что бы то ни стало! Ура 404-й специальной бригаде чистильщиков!»

Написано на сгоревшем БТРе

Окраины полей и другие места

Начало ноября

На ПДА человека пришло подтверждение. Одно короткое слово:

«Убить».

Человек прошёл в кубрик бесшумно.

Никого из часовых на посту не оказалось. Стояла глухая ночь, и большая часть бродяг уже спали.

Человек тихо зашёл в лазарет доктора и прикрыл за собой дверь. Перед ним с закрытыми глазами лежал незнакомый парень без ноги. Лунный свет из окна падал ему прямо на лицо.

– Привет, – сказал человек, вытаскивая пистолет и навинчивая на дуло глушитель.

Серафим открыл глаза и посмотрел на незнакомца.

Пистолет в руке убийцы издал громкий хлопок. Пуля угодила в стену – Серафим успел схватить со стола банку с шипящей жидкостью и бросить её в нападавшего.

– Караул! – прокричал он во весь голос. – Помогите!

Что было в банке, он так и не понял, но, когда её содержимое врезалось в лицо обидчика, тот завопил от боли и выронил из рук пистолет. Лицо его начало дымиться и шипеть.

За дверью уже послышался топот ног. За ручку дёрнули – не поддаётся.

– Мужики, помогите, скорее! – Серафим на адреналине схватился за скальпель, но сдвинуться с места не смог.

В дверь ударили с такой силой, что послышался хруст. После второго удара она едва не слетела с петель и распахнулась.

Убийца к тому времени, вопя от нестерпимой боли, вывалился в раскрытое оконце и свалился в холодную заводь.

– Что случилось? – в проёме показались двое крепких парней.

В глазах больного потемнело, он вдруг почувствовал резкую слабость.

– Он там, – Серафим из последних сил указал в направлении окна и отключился.

Убийца тем временем кое-как выбрался из мутной жижи и побежал в сторону зарослей. Его лицо сильно горело, кожа покрылась ожогами и пузырями. В спину ему ударили лучи фонарей.

– Вижу его, стоять!

Но несостоявшийся киллер был уже достаточно далеко и вскоре скрылся за кустарником. Сбросив с себя коричневый плащ и все ещё шипя от боли, он вызволил из кармана свой ПДА. Дрожащими пальцами набил ответное сообщение: «Меня раскрыли, с заданием не справился. Ухожу на север к диггерам» и скрылся в ночной темноте.

* * *

Лемур встретил Рубца у дверей джипа. Он докуривал вторую сигарету, стряхивая кружащиеся комья пепла на землю. Детектив пришёл в сопровождении двух крепких, бомжеватых на вид бродяг.

– Я думал, тебе только я нужен, а ты целый взвод с собой берёшь? – усмехнулся сталкер.

– Лемур, этой ночью на Серафима напали, – виновато сказал Рубец, щурясь от солнца.

Сталкер резко бросил окурок в сторону.

– Что? Кто? – заволновался он.

За напарника ответил пожилой мужик в экзоскелете – хозяин заведения по кличке Хребет:

– Его зовут Чалый. Гнилой фраерок, всё мозги новичкам байками про чёрных копателей пудрил и посылал их на верную смерть.

– Что с Серафимом? – резко прервал его сталкер, чувствуя, как бешено колотится сердце.

– Жив ваш орлик, здоров. Сейчас с ним доктор. Просил передать, что с вашей цацкой скоро оклемается.

Старик попытался улыбнуться, но получилось фальшиво.

– Если кто-то попытается стянуть артефакт… – процедил сквозь зубы сталкер.

– Да тише ты, парень, тише, – осадил его другой следопыт, высокий и худой. – Мы не ссориться пришли. Никто больше не подойдёт к вашему человеку, кроме доктора. Даю слово.

Лемур скрипнул зубами:

– Где этот ваш Чалый?!

– Упустили, – признался главарь. – Но твой друг не промах – запустил в него банкой с аномальным раствором. Очевидцы говорят, пол-лица сжёг точно. Больше он не вернётся.

Легальный сталкер смачно сплюнул.

– Куда он ушёл?

В ответ бродяги пожали плечами. Лемур ловким движением сунул в потрескавшиеся губы новую сигарету и лихо прикурил, чиркнув спичкой о рукав.

– Найду – убью суку.

Бродяги кивнули и ушли в здание. Добытчик артефактов осуждающе посмотрел на детектива.

– Что ты хочешь от меня услышать! – не выдержал тот. – Я сразу предупреждал, что вас не оставят в покое! Как и рядового Умерова!

Сталкер не ответил ни слова и сел в машину. Он почувствовал, что ему стало душно, и дёрнул за ворот своей куртки. Только глядя на уходящих оборванцев, он осознал в полной мере масштабы происходящего в Зоне.

– Что с ним, кстати? – спросил он, глядя на панель приборов.

– С кем? – детектив уселся рядом.

– С рядовым Умеровым.

– У пацана нехилый стресс. Что будет дальше, не знаю. Решение оставаться здесь или возвращаться на блокпост за парнем.

– Понятно, – сталкер громко вздохнул. – Что дальше, умник?

Продолжая смотреть куда-то вдаль, Рубец сунул руку в нагрудный карман и вытащил чёрный плоский предмет. Снял кожаный чехол, помахал в воздухе.

– Твой новый ПДА, – сообщил он. – Тебя зарегистрировали как нейтрала-одиночку по кличке Малди. В Зоне сейчас никого нет с таким именем, а оно неброское и не привлекает внимания.

Лемур кивнул, принимая подарок.

– Ещё я договорился с доктором, что он будет присылать тебе отчёты о состоянии Серафима каждый день.

– Спасибо, – поблагодарил сталкер.

– А теперь немного о последних новостях, – важно произнёс Рубец.

Он протянул Лемуру свой персональный портативный компьютер:

– Читай, что здесь написано. Час назад в сталкерскую сеть выложили фотографии с якобы погибшей группой «Явление», влетевшей в аномалию.

Лемур жадно изучал свежую статью. Все части головоломки, наконец, начали вставать на свои места.

– Рядовой Умеров что-то говорил об этом, – вспомнил он.

– Точно, – подтвердил напарник. – Тела уже доставили за Периметр. Следственный комитет проводит опознание. Департамент окончательно решили прикрыть до выяснения обстоятельств. Свой кусок сейчас урывают журналюги и юристы.

– Это не простой заказ на убийство, – догадался сталкер. – Здесь больше показательная порка. Щелчок по носу Департамента, чтобы вывести его из игры.

– Точно. Теперь там не скоро оправятся. Скорее всего, контору и вовсе закроют. Нас слили, Лемур.

Сталкер вернул детективу наладонник.

– Как-то мутно это всё, – протянул он. – Больше похоже на закулисные интриги в верхушке руководства. Ещё этот подставной вояка Коллекционер и вся наша операция.

– Про Коллекционера забудь, это тупик. Здесь ловить нечего. Копать нужно под Хобота.

Следопыт недоверчиво покосился на напарника.

– Не уверен. Скорее всего, это обычный отброс, которому заплатили для подстраховки.

– Я тоже так думал, но сталкеры в баре меня переубедили, – деловито сообщил Рубец. – Я разузнал про Хобота. Не самая яркая фигура в Зоне, это правда. Отморозок средней руки, поднялся на контрабанде оружия. Однако совсем недавно на чёрном рынке он сделал странный заказ.

– Поручил привезти в Зону три гитары? – съязвил Лемур.

– Кое-что покруче. Погрузчик с многотонным краном.

Сталкер чертыхнулся про себя и широко раскрыл глаза.

– Что? Это вообще реально?

– Ты мне скажи, это ведь ты когда-то был контрабандистом, – пожал плечами Рубец.

– Я торговал информацией – это другое, – упрямо отрезал бродяга.

– Ладно, не заводись, – отмахнулся напарник, – не знаю как, но технику Хобот получил. И даже несколько бочек горючки в придачу.

– Откуда ты всё это знаешь? – удивился бродяга.

– Очевидцы фотографии в сеть залили, они видели, как бандиты машину пригнали.

– Может, фейк?

Детектив пожал плечами и открыл дверцу:

– Пойдём узнаем.

Они вышли из джипа и направились к насосной станции.

Внутри было пусто. Большинство посетителей покинули бар с первыми лучами солнца. Лемур не заметил ни единой души за столиками. Лишь в дальнем углу на ящике отсыпался бродяга в куртке цвета хаки без рукава. Рядом сидел другой и хрустел сухариками.

– Как ты думаешь, где нам надо искать? – спросил Лемур.

– Я скажу, где нам надо было искать раньше. Уверен, бармен этого заведения не так прост.

– Думаешь, он может дать ответы?

Детектив кивнул:

– Думаю, если назвать приемлемую цену, он что-нибудь да выдаст. Как и все барыги. К тому же братков Хобота здесь боятся как огня, а значит, бдят.

– В этом есть смысл, – согласился следопыт.

К хозяину заведения они подошли вместе. Первым заговорил Рубец. Лемур же молчал и поглядывал по сторонам. Наконец, старик ответил.

– Бандиты что-то из мехдвора вывозили, – сообщил седой. – Совсем недавно, почти перед вашим приездом. Насели в том районе плотно. Со всех сторон нас выжимали. Там ведь раньше база какой-то научной группировки была.

Хозяин заведения почесал переносицу:

– Ну, в общем, мы в чужие дела лезть не стали. Хотя территория и наша по всем понятиям, а проблем мало кто себе лишних хочет. Но некоторые за ними приглядывали. Вот один и видел, как они тяжёлую машину пригнали. Лебёдка, тросы, кран. И что-то конкретное такое вывезли.

– Чья, говоришь, там раньше база была? – переспросил Лемур.

– Да слухи-то, им верить – себе дороже, – отмахнулся дед.

– А всё-таки? – настоял Рубец.

– Какие-то идеалисты-научники. Зону они, видите ли, решили изучать. Только их пацифизм сыграл с ними злую шутку – всех до одного перебили ренегаты и прочие отморозки.

Бродяги молча переглянулись.

– Да история-то не очень длинная, – продолжал старик. – Подогнали бандиты грузовик, установили кран. Долго корячились, снимали оттуда не то сейф, не то ящик здоровый…

– Сняли? – спросил Рубец.

Тот закивал и поддакнул:

– Наши туда больше не совались – там нашим ребятам только пуля светит. Хотя, конечно, интересно, что за хабар такой они там вывозили.

– Короче! – начал терять терпение Рубец. – Куда это отправили? То, что достали в этом дворе?

– А я почём знаю? – пожал плечами старый сталкер. – Повезли куда-то, и всё. Никто их догонять не стал. Наоборот, теперь подальше держатся.

– Вот так взяли и ушли? И вы так ни разу и не пытались изучить район, который, по сути, мог стать золотой жилой для охотников? А после этого вас ещё и активно выжали оттуда какие-то отщепенцы, и вам даже пороху не хватило узнать, зачем им это надо?

– Нехрен нас тут учить! – возмутился седой. – Нам этот ремонтный дворик и даром не сдался со всеми его причудами. У нас и своих проблем хватает – например, активное появление бандитов в округе!

Рубец отрицательно замотал головой и усмехнулся:

– Пока вы тут задницы отсиживаете, они вас таким темпом скоро и правда за яйца крепко возьмут.

– Если ты такой крутой – сходи и наваляй им! Пришёл сюда весь на понтах, весь в претензиях!..

– Мы закончили, – коротко сказал Рубец, повернулся и вышел.

Старик бросил ему что-то вслед, но детектив его уже не слушал.

Лемур поспешил за ним, чуть не сбив по пути одного из бродяг. Он напряжённо ждал любого вопроса в спину, но не дождался.

На улице он окликнул напарника:

– Слушай, и куда ты сейчас?

– Хочу съездить туда, посмотреть, что это вообще за место, – ответил Рубец.

– Я с тобой, если возьмёшь, – кивнул ему сталкер.

– Вот и отлично, – улыбнулся детектив. – Садись за баранку, в Зоне из меня водитель не очень.

* * *

Через четверть часа они подъехали к полям, что располагались западнее болот. Солнце уже высоко поднялось над горизонтом и грело холодную землю.

На подходе к механизаторскому двору машину было решено оставить и спрятать за маскировочной сеткой.

– Дальше сами, – сообщил Рубец, залезая в салон джипа и вытаскивая какие-то тряпки.

– Что это? – спросил Лемур.

– Одёжка – мужики из бара подогнали. Надевай.

– Зачем?

– Ты себя в зеркало видел, умник? – окрысился напарник. – Хоть бы нашивки института сорвал. Последний лох в округе узнает, откуда ты.

Подавив в себе желание нагрубить, Лемур согласился с решением напарника.

Модель универсального комбинезона, созданная по образцу экипировки спецназа западных спецслужб, сильно выделялась на общем фоне. Поэтому с костюмом «Явления» пришлось расстаться.

Сталкер облачился в обычную куртку болотного цвета и синие джинсы. Типичный наряд новичка, перешедшего Периметр.

Рубец тем временем примерял поношенную бандитскую куртку.

– Ты похож на школьника, – высказался напарник, застёгивая молнию.

– И хорошо, братки Хобота со стороны примерно так и смотрятся.

– Ты нисколько не похож на них.

– Ой, что ты понимаешь в пацанской романтике? – фыркнул детектив.

– Побольше тебя, – всерьёз произнёс сталкер.

Бурая пыль выбивалась из-под подошв, придавленные Всплеском листья шуршали и рассыпались, подобно пересохшим веткам. Лемур всеми силами пытался вернуть себе ощущение Зоны, позабытое после потери группы. Это ему никак не удавалось, словно он уже не принадлежал этому месту. Мысли сталкера витали далеко отсюда. Вернуться бы на пару дней назад, послать контракт и весь институт к чертям, а павших ребят взять и оградить от этого безумия. Оставалась последняя работа, самая ответственная и тяжёлая из всех. Работа, за которую ему никто не заплатит, работа, которая должна была всего лишь избавить его от дальнейших потерь и позволить отомстить за ребят.

– Обходим, аномалия впереди, – сказал он напарнику.

– Как ты её определил? – удивился детектив. – Мой прибор ничего не видит.

– Выброси свою электронику! Пользуйся глазами! Они скажут тебе больше, чем красная точка на экране.

– И всё равно я ничего не вижу, – признался Рубец.

Сталкер молча сунул руку в запачканный каким-то видом дешёвого пойла карман. Пошарив в нём, вытащил болт, покрытый оранжевым налётом.

– Лучше ляг, – предупредил Лемур. – Срикошетит – без глаза ещё останешься.

Детектив молча выполнил приказ. Лемур швырнул болт вперёд по нужной траектории, продолжая стоять на месте. Кусочек стали полетел в заданном направлении, затем внезапно его сменил и направился в сторону, получив неожиданное ускорение.

– Убедился? – произнёс Лемур.

– Убедился, убедился, – Рубец отряхнул штаны от листьев. – А ты почему не лёг?

– Болт никогда бы не полетел в обратном направлении.

Сталкер поймал непонимающий взгляд собеседника.

– Что, этому не учат в Департаменте? – улыбнулся он.

– А такому разве можно научить?

– Жизнь всему научит. В Зоне иначе не получится. Либо ты адаптируешься к этому миру, либо погибаешь.

Они забрались на небольшую горку, на которой стоял остов проржавевшего танка с накренившейся башней.

– Теперь я начинаю понимать всю опасность «Явления», – признался детектив. – Здесь, в Зоне даже рота головорезов и наёмников не сможет заменить одного опытного сталкера. А целый отряд – это сила.

– Может, ты и прав, – Лемур задумался.

На его памяти по общедоступным источникам частники и в самом деле пачками гробились в Зоне. Боевой опыт и простые рефлексы стрелять во всё живое не заменили им навык выживания на аномальной территории. Привычка стрелять и быть первым часто играла с ними злую шутку.

У сгоревшей избы спутники застали тошнотворную картину: стайка крыс с хрустом и повизгиванием обгладывала чьё-то тело. Их было так много, что труп двигался, словно его сносило течением. Рубец полоснул длинной очередью, по сторонам разметав зверьков и их трапезу.

Топи остались позади. Перед ними расстилалась протоптанная, почти прямая тропа, ведущая на поля, на запад Зоны. Скопление старых отходов, оставленное со времён Великой Стройки, заброшенные и многократно обживаемые поселки и знаменитое кладбище танков, постоянно переходящее под контроль то одной, то другой группировки.

Наконец, впереди показались несколько полуразрушенных построек, ранее служивших пунктом обслуживания техники. Вероятнее всего, он был организован как раз в первые дни появления Зоны, когда строительную технику пачками завозили за Периметр. В центре располагался большой навес, под которым стояли несколько грузовиков и бульдозеров, полуразрушенное строение рядом и большое угловое кирпичное здание.

Возле покосившегося сетчатого забора стояла деревянная скульптура – неопределённое, но безусловно доброе животное с отбитыми ушами. Зона искорёжила зверушку, превратив в одного из своих обитателей.

В центре двора красовался наполовину сгоревший остов БТРа со следами чьей-то запекшейся крови.

– Мы на месте, будь внимательней, – предупредил Рубец. – Отморозки Хобота ещё могут здесь околачиваться.

Он перемахнул через забор и, вскинув оружие, затаился за старой цистерной.

Сталкер замешкался, раздумывая. Ему не хотелось лезть в эти постройки. Даже при свете дня они выглядели мрачновато. Что же происходило тут ночью – Лемур мог только представить.

– Как ты думаешь, здесь никого нет? – спросил Лемур.

– Мне тоже интересно услышать твоё мнение.

– Думаю, это место до того стрёмное, что даже заходить сюда не хочется.

Оказавшись на территории мехдвора, они удвоили бдительность.

– Разделимся? – предложил детектив неуверенно.

– Не очень-то хочется.

Послышался треск. Рубец оглянулся и увидел, что сталкер смотрит на прибор, показавшийся знакомым.

– Значит, детектор ты всё-таки с собой носишь?

– Спокойнее будет. Лучше иметь и не нуждаться, чем наоборот. Но доверять целиком и полностью нужно только своим глазам.

– Чем прибор тебе не угодил?

– Он не всегда указывает границы аномалий. Только центр.

Пару минут они простояли в тишине. Ничего подозрительного слышно не было. Лишь свистел ветер и шелестела листва.

– Следы колёс, – тихо сказал Рубец.

– Сюда технику на ремонт со всей Стройки гнали.

– Нет, эти свежие. Пойдём проверим.

– Что ты надеешься там найти? – подал голос Лемур.

Напарник не ответил и молча подступил к кирпичному зданию.

Внутри было пусто. Совсем пусто. Словно всё имущество отсюда вывезли. С проломов в стенах сочился солнечный свет. Рядом стояли стеллажи с пустыми ящиками, а земляной пол был усыпан стреляными гильзами.

В центре постройки бродяги обнаружили кое-что интересное: за прямоугольным ящиком стояли четыре электромотора. Мощные лебёдки были установлены вокруг большой и ровной ямы. Подобравшись к самому краю, Лемур и Рубец заглянули вниз – земляная шахта уходила неглубоко. Два конуса света от фонариков проткнули пыльный воздух и упёрлись в бетонный пол.

Сталкер присвистнул и сплюнул.

– Даже представить трудно, что здесь было, – признался он.

Рубец стоял на месте, глядя вниз и по сторонам. Он что-то внимательно изучал. Следопыт старался не мешать. Прошла минута.

– Всё, – сказал детектив. – Можем уходить.

– Знаешь, братан, эта твоя манера жутко бесит.

– О чём ты?

– Серьёзно? Приходишь, стоишь как столб, ничего не трогаешь и говоришь «всё понятно». Мне вот ни хрена непонятно. Мы находимся в каком-то заброшенном ремонтном кооперативе напротив глубокой ямы, и тебе что-то понятно? Будь добр, поделись своими соображениями, пока я не потерял к тебе всё уважение и не ударил тебя.

– А ты сам не догадался, чем тут занимались бандиты?

– Вывезли какую-то хрень размером с контейнер, что ещё я должен понять?

– А что конкретно, ещё не сообразил?

– Представь себе, нет.

– Исследовательскую группу «Явление» уничтожают искусственной аномалией, а после спешно увозят что-то очень крупное. Не нужно быть гением, чтобы понять, что к чему.

Лемур обдумывал эти слова минуты две.

– Хочешь сказать, здесь и создавались искусственные аномалии?

– Возможно. В документах, которые я получил перед тем, как попасть в Зону, упоминалась мобильная лаборатория по катализации аномалий.

– Погоди, так Департамент всё-таки проводил подобные эксперименты? – удивился Лемур.

– Ещё с появлением первой Зоны, конечно. Но, насколько мне известно, этот проект так и не завершили.

– Ага, я бы поспорил, – съязвил сталкер. – Только слабо верится, что всё проводилось в этой мастерской.

– Бармен говорил, что здесь раньше обитала какая-то научная группа, – напомнил детектив. – Возможно, их детище бандиты и вывозили отсюда.

– Прям тебе ящик Пандоры.

– Хуже, всё намного хуже, – серьёзно проговорил напарник и выключил фонарь.

– Говоришь так, словно у нас до этого всё было хорошо.

– Именно так. Да, теперь можно так считать.

– Меня только тревожит один момент, – не унимался следопыт. – Как долго ты собирался скрывать это от меня?

– Не понял.

– Всё ты прекрасно понял. Что ещё тебе известно?

– Немногое, – отмахнулся детектив, обходя яму вокруг.

– Может, самое время поделиться со своим напарником секретами? – взвился сталкер.

– Немного терпения, – огрызнулся спутник, – и ты всё узнаешь.

– Да неужели? Обалденный из тебя товарищ, дружище! А что же сейчас мешает, друг мой ситный? Мало дерьма, через которое пришлось пробиваться всё это время?

Лемур остановился у тумбочки, на которой стоял набор гаечных ключей.

– Тихо! – Рубец осторожно взялся за оружие и посмотрел в пустое окно.

Сталкер среагировал моментально. Рука легла на автомат, а сам он сместился в тень.

– Что ты там увидел?

– Тише! – предостерёг его Рубец. – Снаружи кто-то ходит.

– У нас гости?

– Похоже на то. На одиночек не похожи – идут группой.

– Почему ты решил, что вольные бродяги не ходят группами?

– Да заткнись ты, – прошипел Рубец, отступая назад. – Они идут сюда. Несколько человек.

Их разговор был прерван внезапным сигналом ПДА Лемура. Его детектор аномалий работал в режиме обнаружения любых посторонних сигналов, будь то эманации аномальных энергий, выдающие местоположение созданных Зоной ловушек, или же излучение других ПДА, автоматически ищущих доступные для соединения в локальную сеть приборы.

– Кто это? – спросил сталкер.

– Похожи на бандитов, – прошептал напарник. – Но это не точно.

Долго ждать не пришлось. Снаружи послышался топот нескольких ног. Донеслись голоса. Неизвестные обошли кирпичное здание с двух флангов.

Послышался громкий свист и сиплый голос скомандовал:

– Эй, пацаны, вылезайте, побазарим! Мы знаем, что вы там!

Лемур стал смещаться в сторону, но Рубец жестом его остановил.

– Отступаем? – осведомился сталкер.

Детектив глянул в щель в стене и отпрянул.

– Не получится, нас окружили.

– Сколько их? Может, отобьёмся?

– Не надо. Дай сюда автомат, – произнёс Рубец и принял оружие бродяги. – Есть одна идея, но она тебе не понравится.

Лемур послушно подчинился. Голос снаружи повторил:

– Пацаны, вы чё, перестремались? Выходите!

– Молчи, – предупредил детектив. – Если что, говорить буду я.

Путники молча вышли на улицу и тут же оказались под прицелами трёх стволов. Как Рубец и предполагал, это были мародёры. Тёмные, небрежно перехваченные поясами плащи, разбитые ботинки у одного и перепачканные застарелой грязью солдатские сапоги у других, беспечная походка людей, которым не присуща сталкерская осторожность.

– Честным людям моё почтение! – прогремел Рубец.

Вперёд выбился кряжистый мужчина с лицом, похожим на испорченный сухофрукт. Он оглядел пришельцев оценивающим взглядом. Было сразу видно, что с шахматами он не дружил, как и со спортом. Облачён он был в потрёпанный плащ.

– И тебе не болеть, – сказал он. – Кто такой, куда путь держишь?

– Протри зенки, папаша. Мочалка это.

Бандиты переглянулись, но оружие не опустили. Всего их было трое – последний с маской-марлей на лице появился из-за спины. И в руках он держал весомый аргумент – дробовик «Чейзер», для чего-то обмотанный тряпкой.

– Куда ведёшь?

– Не куда, а к кому, – поправил Рубец. – А это, господа, уже не ваше дело.

Низкорослый парень лет двадцати пяти с крысиным взглядом небрежно покачал оружием.

Наконец, вожак маленькой группы спросил:

– А что за кадр такой ценный?

– Много будешь знать – плохо будешь спать. Сказано привести – я веду. Остальное мне до лампочки.

Низкорослый прищурил взгляд.

– Не помню я его репы, пацаны, гонит он, походу, – прогнусавил он.

Бандиты насторожились.

– Ты бы слова правильные подбирал, пернатый, – рассвирепел детектив. – Ты масть в упор не видишь или в глаза долбишься? Может, тебе закон немножечко растолковать?

От такого натиска низкорослый слегка растерялся и неуверенно посмотрел на своего вожака.

– А звать меня – Зоркий. И если есть какие сомнения, можете машинку свою включить и пробить за меня.

Один из боевиков достал карманный компьютер, нахмурился, подошёл к старшему и что-то шепнул ему на ухо.

– Если ты Зоркий, почему не пеленгуешься? – бандит поднял бровь.

– Батарея села, – отмахнулся Рубец. – А что, там за меня не сказано?

Лемур мысленно оценил игру напарника. Сам же он продолжал строить из себя мученика.

Пока главарь маленького отряда напряжённо обдумывал услышанное, Лемур наскоро оценил его компаньонов. Слабое снаряжение и заметная расхлябанность намекали на то, что в Зоне эти люди совсем недавно. Разве что только кроме молчаливого парня за спиной. Кошачья походка и внимательный, изучающий взгляд говорили о неплохом опыте бойца.

Бандит махнул рукой и опустил оружие:

– Ладно, проехали. Не обессудь, сгоряча не признали. Сейчас времена тёмные – ни одного порядочного человека, сплошные хулиганы да беспредельщики.

Предводитель группы сокрушённо развёл руками, как бы показывая Рубцу, с кем приходится общаться.

– Чего же тогда с ними кентуешься?

– А куда же мне ещё? На воле мне десятка светит, если не пятнашка. А здесь хотя бы так, – бандит опустил голову и тяжко вздохнул.

Настало напряжённое молчание, которое нарушил характерный лай.

– Камень, походу, собаки! – доложил молчавший до этого третий спутник – широкоплечий парень с «Чейзером» в руках.

Его лицо было перемотано повязкой с изображением черепа. Наверняка боец думал, что со стороны смотрится так круче, но на деле был больше похож на школьника, переигравшего в компьютерные игры.

– Так иди, проверь, – велел командир отряда.

Мародёр быстрым шагом пробрался сквозь кустарник, взобрался на возвышенность и резко остановился, словно налетел на невидимую стену.

– Чума! Пацаны, вы гляньте! Опять мигрируют, твари! – крикнул он, и вся группа подскочила к нему.

Рубец с Лемуром, не сговариваясь, последовали за ними. Это получилось как-то само собой, хотя им и выдался прекрасный шанс покинуть бандитскую компанию.

– Твою мать, – прошептал Лемур.

Тропа, по которой они с Рубцом недавно прибыли на механизаторский двор, была заполнена сплошной шевелящейся массой, состоявшей из мутировавших собак с облезлой шкурой и бешено крутящих мордами кабанов. Дополнял эту картину крупный олень, качающий большими рогами. Волна существ, словно селевой поток, текла куда-то в сторону, снося всё на своём пути.

– Что это ещё такое? – ошарашенно спросил Рубец.

– Ну ты даёшь, жиган, – протянул кряжистый. – Миграция.

– Бегут, суки, – низкорослый протёр нос рукавом.

– Приплыли, – тихо сказал Рубец.

Вернуться обратным путём было невозможно. А других обходов просто не существовало.

– Это надолго? – спросил Рубец у Лемура.

– Не представляю. Ещё бы знать, куда они все ломятся, – шепнул следопыт.

Мародёры повернулись к собеседникам, и детектив пихнул сталкера в бок.

– Твоего мнения не спрашивали, мочалка! Сказано ждать – значит, будем ждать.

Кряжистый заулыбался.

– А мочалка прав, это надолго. Да и опасно. Пойдём с нами, мы тебя короткой дорогой выведем. А по пути к нашим заглянем, проведаем.

Рубец выждал буквально несколько секунд, оглядывая мародёров.

– Похоже, придётся, – пожал он плечами. – Далеко идти?

– Ну, крюк немалый сделать придётся, – неопределённо проинформировал бандит. – Меня, кстати, Камнем кличут. Эти двое – Сапожник и Костыль.

Боевик в маске-повязке молча кивнул, а низкорослый насупился. Сразу было видно, что новым компаньонам он был не очень рад, но вслух ничего не сказал.

Рубец махнул рукой:

– Так и быть – веди, Камень. Неохота здесь чалиться часами.

– Вот и правильно! – кряжистый хлопнул ладонями. – Ещё не ясно, что у тварей на уме. Бывает, у них крыша совсем отъезжает и кругами бегают по нескольку часов. И круги не меньше полукилометра. Так и обходи их стороной.

Камень махнул своим людям.

– Пацаны, отчаливаем, – отдал он приказ. – Пока эта муть до нас не добралась. Я иду первым, за мной Зоркий и его, эм… пассажир. Следом Сапожник, Костыль – замыкающий. Идём след в след. Пошли.

– Подорвали, пацаны! – задорно ответил Костыль.

Главарь подмигнул сталкерам и двинулся с места:

– Пошли, ща выведем вас отсюда.

И повёл группу в противоположную от волны зверей сторону.

Глава 5

Оборона сухогруза

«Не бывает в Зоне плохих и хороших. Только живые и мёртвые».

Нацарапано на табличке напротив стоянки брошенных танков

Бандитские земли. Кладбище танкистов и баркас «Ледовск»

Начало ноября 2020 года.

Они успели пройти от силы метров двадцать, когда на покинутой опушке послышалась возня, тонкий суетливый писк и отвратительное похрустывание. Лемур хотел было обернуться, но тут же получил прикладом в плечо – не больно, но обидно.

Солнце скрылось за тучами; судя по всему, дело шло к дождю.

– Чего встал? Вперёд! – прошипел Рубец.

Сдержав нахлынувшую злобу, Лемур прибавил шагу.

– Что ты задумал, чертила? – прошептал Лемур. – Они же нас в ловушку заведут.

– А что, умник, ты знаешь, как обойти этот звериный рой? – взорвался Рубец.

– Можно было их обезоружить для начала. А теперь только дьявол знает, чем всё закончится.

– Не нервничай – я на чай у них оставаться не собираюсь. Хотя с этим Камнем пообщаться не помешало бы.

– По поводу?

И тут же вместо ответа получил пинок под зад:

– Шевели уже копытами, петушара! Надоело за тобой наблюдать!

Камень обернулся и оскалился в хитрой улыбке.

– За собой смотреть еле успеваешь, а уж на других и вовсе нет времени, – он понимающе закивал.

Держать дистанцию и одновременно переговариваться между собой так, чтобы никто не слышал, оказалось непросто. Камень постоянно оглядывался и прислушивался к беседе. Недоверчиво к новым путникам отнёсся молодой и горячий Сапожник, постоянно присматривающий за Рубцом.

Один Костыль никак не реагировал на новых спутников и уныло поглядывал по сторонам:

– Ля, стрёмное местечко. Скорей бы к своим, хоть в карты перекинемся.

Лемур упустил момент, когда Камень дал команду к остановке. Он едва не налетел на вожака, благо Рубец успел схватить его за ворот.

– Что-то не так? – спросил Рубец.

Впереди в нескольких метрах от них стоял остов старого Т-62.Одна половина танка была почерневшей. Это скорее напоминало негатив фотоплёнки. Впечатление эта картина производила гнетущее. Если когда-то техника горела, то непонятно, почему выгорела только половина танка. Если же это произошло от аномального удара молнии, то он был достаточно сильным и точным.

– Аномалия здесь была, – пояснил идущий позади Костыль. – Огненная, только она могла так красиво машинку пополам поделить.

Лемур внимательно оглядел технику. Картина и правда была устрашающая.

– Уходим с тропы, – решил Камень. – Идём тем же порядком, увеличить дистанцию. Ливернули!

Рубец кивнул и пихнул Лемура вперёд. Уходим, так уходим. Хотя он и до этого не замечал никакой тропы. Ему казалось, что бандиты идут не разбирая дороги, просто придерживаясь заданного направления.

Следующая остановка случилась минут через десять. Группа взобралась на крутой склон, и Камень поманил сталкеров к себе рукой.

– Что там ещё? – недовольно пробурчал детектив.

– Смотри вправо, увидишь, что прав я был, – довольно ответил бандит.

Сталкеры пригляделись и далеко на горизонте увидели знакомую движущуюся массу. Зверьё заходило на второй круг и неслось куда-то на восток.

– Во чума, пацаны! – изумился Сапожник. – Они в натуре нехилый радиус описывают! Чё им там, мёдом помазано?

– А правда, чего они так пляшут, как на стадионе? – спросил Рубец.

– А кто их знает, безмозглых, – Камень пожал плечами. – Возможно, перемена пси-полярности или скачки электромагнитного поля.

Рубец не нашёл что сказать. Познания бандита его явно поразили.

– А у тебя котелок варит что надо, учёные в роду были? – удивился он.

Мародёры настороженно переглянулись. И Лемур сразу всё понял. А вернее, даже вспомнил:

– Вот комедия, а! Так вы же не мародёры, мужики.

– В смысле? – напрягся Костыль.

– Да я же тебя в баре «Чехол» ещё вчера видел! Да и зэков я за версту чую. А тут и тропинку отыщут, и аномалию бережно болтиками обкидают… Сталкеры вы.

Детектив повернулся:

– Как сталкеры? В смысле?..

Того, что произошло дальше, Рубец уж точно не ожидал. Низкорослый, но крепкий Сапожник пихнул его в бок и засветил ему с кулака в челюсть. Костыль в этот момент отскочил назад и вскинул МП-5. Щёлкнул предохранитель.

– Оружие на землю, лёг! – приказал Сапожник.

Рубец отбросил автомат в сторону и, неторопливо ложась на землю, вытер кровь с рассечённой губы.

– Братва, мы друг друга не поняли, – сообщил он.

И тут же получил прикладом по затылку.

– Лапы за голову! – шикнул на него Камень. – Мы тебе не братва, понял? Привыкли толпой на одного. Вот теперь получайте отдачу.

– Всё не так, как вы думаете, – попытался объясниться Рубец и получил очередной удар от Сапожника.

Камень обернулся, ища взглядом Лемура.

– Фух, чуть в штаны не наделали. Парень, ты цел? Зачем сдал-то нас? Мы и так…

Камень не договорил – Лемур, оказавшись сзади, ударил его со спины. Старый лже-мародёр охнул и упал. В следующую секунду Лемур уже держал «макаров» Камня и целился из него в незадачливых освободителей.

– Не понял, – Сапожник округлил глаза.

– Волыны на землю, халявщики! Руки за голову! – вырвалось у сталкера.

Двое послушно выполнили его указание и припали на колени. Только Камень лежал на земле и скулил от боли.

– Ты что, старый, совсем рамсы попутал? – рассвирепел Лемур. – Свои мы, неужели не ясно?

Рубец поднялся на ноги, поднимая с земли оружие:

– Я что-то совсем не понимаю, что здесь только что произошло.

– Да всё просто, – ответил Лемур. – Не мародёры это, а парни из бара «Чехол». Хотели погеройствовать.

– На юге бандиты правят, – простонал Камень. – Ну, мы и переоделись под них. А на механизаторском дворе поглядеть хотели, чего там братки искали. Видим, бандит нашего в плену держит. Хотели выручить.

– Так а чего сразу на него не наехали? – удивился Лемур. – Втроём-то на одного?

– Да пацаны молодые совсем, – жалобно всхлипнул Камень. – Струхнули сперва, выждать решили. А я уже не в том возрасте, чтобы понты гнуть и кулаками махать.

– Значит, всё про твой срок за Периметром – бздёшь? – вспомнил Рубец.

– А вот это, друг мой, чистая правда, только что же теперь, я в волки сразу податься должен? – Камень опустил голову.

– Жалкое зрелище, – Лемур сплюнул под ноги. – Так вы в этой партизанской войне их никогда не вывезете. У тех язык подвязан не как у нас.

Сапожник с Костылём переглянулись. Пожилой бродяга повернулся к Лемуру.

– Мужики, мы тогда пойдём, да? – взмолился он и показал экран ПДА. – Нас тут как раз вызывают, не по пути дальше…

Сталкер опустил автомат, позволяя трём незадачливым бродягам подняться и собрать свои вещи.

– Камень! – обратился к нему Рубец. – Ты здесь свой, не подскажешь дорогу к одному уважаемому человеку?

Пожилой лже-бандит развернулся на месте и вопросительно посмотрел на детектива.

– К кому? – спросил он.

– Где здесь база Хобота?

Камень изменился в лице. Медленно шагнул навстречу, и Лемур снова взялся за оружие.

– Так вы всё-таки к бандитам идёте?

– Отвечай на вопрос, – строго потребовал бродяга.

Собеседник коротко кивнул и отвёл взгляд.

– К Хоботу дорогу знаю, – бесцветно сказал он. – Мы вас, считай, уже почти к его базе привели. Вот за этим, ты глянь, пригорком начнётся овраг. Он будет петлять ещё с полкилометра. Вот вам и надо вдоль оврага; чем ближе к краю, тем безопаснее. А как он закончится, тропинка выведет вас на опушку. По правую руку будет кладбище танкистов и сразу рядом озеро. Вот на берегу и будет баркас Хобота.

– Баркас? Он что, на корабле обитает?

– Жаль только, не плавает, – лже-бандит попытался выдавить улыбку.

Сталкер быстро глянул ему за спину. Лица двух его спутников были красными и опухшими.

– Благодарю, отец, надеюсь, не заплутаю, – сказал Рубец.

– Сгиньте, – эхом откликнулся Лемур.

Через мгновение сталкеры остались одни. Бродяга закурил, а детектив молча что-то обдумывал.

В небе трижды каркнула ворона.

– Нормально так получилось, – покачал головой детектив. – И часто здесь такие приколы бывают?

– Это Зона, – сталкер пожал плечами. – Каждый выживает, как может. Кто-то в партизаны, а кто-то сам по себе.

– Жаль, на баркасе так легко уже не будет.

– А было легко?

– Я смотрю, ты перетрудился, – саркастически развёл руками детектив.

– Что ещё за наёмник Зоркий?

– Свой ПДА я тоже перепрошил на чужое имя, – ответил детектив. – С Зорким пруха вышла фантастическая. Такой сталкер и правда был в Зоне.

– А мне ты когда собирался об этом сказать? – нахмурился следопыт.

– Не было подходящего момента, – отмахнулся Рубец.

Лемур втоптал окурок в грязь и перехватил штурмовую винтовку поудобнее.

– На баркас пойдём? – поинтересовался напарник.

– Да ты, я гляжу, Рембо: вдвоём в логово бандитов, – проворчал сталкер.

– А ты всё ещё надеешься, что нам кто-то поможет? – поинтересовался Рубец.

– Нет, но мало ли, – следопыт стушевался.

– Тогда перестань ныть. Разведать территорию врага не помешало бы.

– Ничего я не ною, – хмуро произнёс бродяга.

– Да неужели? Каждый раз, когда у тебя открывается рот, ты постоянно на что-то жалуешься, – резонно заявил Рубец. – Если хочешь дать заднюю, лучше скажи сразу и вали нахрен.

– Пошли уже, пошли, – максимально уверенным тоном сказал Лемур, направляясь в сторону озера.

Через несколько десятков метров детектив заметил постороннее движение.

– Зомбированный на северо-западе, – предупредил он.

– Пусть живёт, – ответил Лемур хмуро, поднеся к глазам бинокль. – Он нам ничего не сделал, так ведь? Вот и мы его не тронем.

– Разумно, – Рубец опустил винтовку. – Давно они так далеко от центра блуждать стали?

– Честно, никогда их раньше здесь не видел.

– Недобрый признак.

– В Зоне вообще ничего доброго нет. Однако в этом мире есть своё преимущество.

– Какое?

– Ни самолётов, ни смога, ни постороннего шума. Лишь чистый воздух и тишина.

– Точняк. И множество хищных аномалий и клыкастых зверей.

– По крайней мере, в этом мире люди становятся искренними намного чаще, чем за Периметром. Особенно под дулом пистолета.

– Возможно, ты и прав, – согласился Рубец. – Ну, далеко нам ещё?

– Нет, совсем нет, вот и овраг.

С пригорка, на котором стоял Лемур, ломаные изгибы оврага просматривались метров на пятьдесят, не более. Дальше всё скрывалось за дрожащей дымкой и неровностями рельефа. Овраг выглядел странно: ни капли растительности на крутых склонах и на дне, куда недавний дождь, казалось, согнал весь туман с округи. Зато множество вывороченных с корнем и поломанных деревьев, валявшихся тут и там, будто рассыпавшиеся из коробка спички.

– Милое зрелище, – заметил бродяга. – Чем ближе к краю, тем безопаснее, так?

– Камень ещё что-то про стоянку брошенных танков говорил, – напомнил детектив.

– Да знаю, знаю, видел я эту стоянку, давно ещё, – пробурчал следопыт.

– А баркас? Помнишь, как он выглядит?

– Да их по всей Зоне знаешь сколько? – окрысился бродяга. – Типичное ржавое корыто, не более того. Странно, что братва вообще там околачивается, а не на складах или заводском комплексе.

Его размышления прервали приглушённые выстрелы впереди. Рубец замер:

– Перестрелка?

– Прислушайся, стреляют редко совсем, – заметил Лемур. – Это не настоящий бой, что-то вялотекущее. В Зоне так сутки могут стрелять и больше. Не обращай внимания.

Солнце давно перевалило зенит, было прохладно, в зарослях стрекотали насекомые. А впереди клубился туман. Из его глубины и стреляли одиночными.

Бродяги всё дальше уходили вдоль оврага, и через некоторое время туман окутал их.

Поросшая бурой травой земля под ногами мягко пружинила, казалось, вот-вот разойдётся – и провалишься в топкую глубину.

– Ну вот, почти пришли, – довольно вымолвил сталкер, забираясь на опушку.

– Не прошло и года, – проворчал Рубец, но напарник вдруг шикнул на него.

– Что такое? – детектив взялся за оружие.

Знакомый нарастающий гул вынудил их лечь на землю. Прямо под ними простиралась небольшая поляна, огороженная забором с колючей проволокой. Посреди гнило около десятка танков, оставленных со времён Большой Стройки. Между ними бродяги увидели какое-то движение.

– Кабаны! – вырвалось у Лемура.

И в ту же секунду прогремела пулемётная очередь. Несколько зверей с характерными визгами повалились на землю и, подрыгав копытами, замерли.

– А вот тебе и баркас собственной персоной, – протянул бродяга.

Рубец не нашёлся что ответить. Зрелище действительно было необычным.

Сразу за стоянкой начиналось неглубокое озеро. Местами оно поросло камышами и сильно высохло. А рядом с берегом не то лежал, не то плавал баркас. Лемур напомнил себе, что корабли не плавают, а ходят. А этот своё уже отходил.

Издали судно казалось не крупнее среднего сарая, но по мере приближения сарай увеличивался в размерах, пока не вырос в огромный ржавый айсберг.

К своему удивлению, бродяги заметили на нём оживлённое движение. По палубе носились люди и что-то кричали друг другу.

Не прошло и пары минут, как на ПДА сталкеров упало радиосообщение:«Мужики, вызывает «Ледовск». Тут монстров в округе развелось, ожидаем атаку – выручайте! Примем любую помощь!»

Сталкеры переглянулись.

– Что ещё за «Ледовск»? – спросил детектив.

– Баркас так называется, – пояснил сталкер. – Похоже, бандиты переживают не лучший период.

Рубец заметно изменился в лице и заявил:

– Пойдём, узнаем, что там у них.

– А может, не стоит, а? Сам же говорил, что разведать хочешь – зачем на рожон лезть?

– Смысл? Они нас всё равно уже заметили, раз помощь запрашивают. Пошли.

Спорить было бесполезно, и бродяги медленно стали спускаться по склону. Обитатели баркаса увидели их и стали махать им руками и что-то выкрикивать.

– Вот теперь точно заметили, – проворчал Лемур.

– И хорошо, веди себя спокойно, и всё будет в ажуре, – подбодрил его напарник.

Стоило группе приблизиться к кладбищу оставленных танков, как туман рассеялся, и перед ними предстала совершенно иная картина.

– Мать честная, что тут вообще происходит?! – открыл рот шокированный Лемур.

Все поле было усеяно трупами мутантов: крысы, собаки, с десяток кабанов и огромный лось, чьи рога упёрлись в гусеницы ржавого танка. Людей на месте бойни бродяги не обнаружили и мысленно обрадовались этому.

Лемур вскинул оружие, настороженно глядя вокруг:

– Ох, не нравится мне это. Похоже, волна не обошла стороной этот лагерь.

– Тела свежие, некоторые ещё тёплые, – подал голос детектив.

По мере приближения к баркасу тел тварей становилось всё больше. У самой кормы бойцов остановила очередь из тяжёлого пулемёта, взрыхлившая землю и десятке метров перед ними.

– Эй, юнга, вы там совсем охренели? Сперва помощь просите, потом по ногам бьёте? – вырвалось у детектива.

– Хотел бы замочить – замочил бы, – донёсся голос стрелка. – Извини, надо было убедиться, что вы не мертвяки.

– И часто к вам мёртвые в гости заходят? – подал голос Лемур.

– Не чаще, чем стадо зверей. Вы чьих будете, господа?

– Спартак, ты, что ли? – сталкер сделал шаг вперёд, услышав знакомый голос.

Это был Спартак, вольный бродяга, с которым Лемур не раз сиживал за бутылкой «беленькой» ещё до падения «Штаба».

– Лемур? Лопни мои глазоньки! – стрелок подскочил к краю палубы. – Точно ты! Живой! Эй, мужики, скидывайте трап, к нам подкрепление прибыло!

Один из бойцов перекинул через борт длинную лестницу, сварганенную из двух алюминиевых стремянок. Когда бродяги поднялись на палубу, Лемур сжал старого товарища в братском объятии.

– Ну, слушай, вот уж не ожидал тебя здесь увидеть, – признался Спартак.

– Аналогично. Как тебя угораздило на бандитской крепости вахту нести?

– Бандюги нам судно оставили, – довольно произнёс старый приятель. – Вернее, мы его заняли, когда те ушли.

– Как ушли? Когда? – растерянно спросил Рубец.

– На днях буквально, – пожал плечами бродяга. – Тут сейчас в Зоне такой бардак, что уже давно непонятно, какая база кем контролируется. По сути, здесь давно война кланов идёт, и каждый день новый хозяин объявляется.

Лемур многозначительно посмотрел на детектива. Тот спросил:

– А кто братков Хобота выбил?

– Никто их не выбивал, – спокойно произнёс Спартак. – Сами всем скопом по машинам сели и к центру поехали. Скорее всего, к «Сфере невнимания».

– «Сфере невнимания»? Это что? – Лемур поднял бровь.

– Тьфу ты, как мочалка, честное слово! Давно по Зоне не ходил, что ли?

Следопыт виновато почесал затылок и отвёл взгляд:

– Можно сказать и так.

– Свинцовый Лес аномалия мощная накрыла – «Сфера невнимания» называется. А вместе с ней и добрую часть сталкеров. Там сейчас совсем гиблое место. Смерть одна, и ничего больше.

– Расскажи подробнее, пожалуйста, – попросил Лемур.

– Извини, брат, сейчас не до этого, – Спартак криво улыбнулся. – Вниз глянь. Видишь? Это только первая волна. Ожидаем вторую.

– По пути сюда мы видели, как свора тварей неслась на восток, – вспомнил следопыт.

– Они кругами носятся, – подтвердил сталкер. – Скоро вернутся. И вполне могут затопить баркас, а там и нас вместе с ним. Так что если вы пришли помочь, то очень кстати.

Рубец только открыл было рот, но Лемур твёрдо заявил:

– Мы с вами.

– Вот и хорошо. Волна будет в течение часа вон с того холма. Запасайтесь патронами, они в трюме. Бандиты целый склад нам оставили. Как знали, черти. Кстати, знакомьтесь – это Эфир, Могила и Паяльник. Надёжные парни, которые всегда прикроют спину.

Бойцы кивнули пришельцам в знак приветствия.

Эфир с Паяльником подняли трап, а сам Спартак занялся чисткой пулемёта. Было видно, что этим людям сейчас не до расспросов.

– Похоже, мы вовремя, – подытожил Рубец.

– Точно, и с Хоботом интересно получилось, – заметил Лемур.

– Придётся переждать эту осаду и идти по его следам.

– Не вариант. Лучше ночь здесь переждём, если выживем, конечно.

По всей палубе валялись стреляные гильзы. К краям бродяги стащили ящики и бочки из-под горючего. В целом баркас напоминал неприступную крепость, но было у него одно слабое место – в корме зиял сильный разлом, наскоро заделанный листами из железа и прочим мусором. Внешне казалось, что эта конструкция держится буквально на соплях, что, впрочем, не сильно отличалось от правды.

К обороне бойцы подготовились основательно: на палубу стащили ящики с боезапасом. Ответственной за это оказалась худенькая девушка в блекло-синем натовском комбинезоне по прозвищу Система. За спиной у неё громоздился баллон с огненной смесью и старенький огнемёт.

Вскоре один из бойцов, оторвавшись от бинокля, крикнул:

– Идут! Они идут!

– Все по позициям! – велел Спартак.

После этих слов начался настоящий АД.

Сначала следопыты услышали многоголосый лай, затем к нему прибавилось рычание и даже рёв. А после этого из-за холма выскочили первые особи.

– Мутсобаки! – крикнул Эфир, сидящий с «калашом» у края.

Вслед за псами на поляну выскочили с десяток крупных кабанов и ещё каких-то непонятных тварей, напоминающих крупных рысей.

– Сибирские баюны! Мочи их! – Спартак открыл огонь.

Все бойцы заняли позиции у края сухогруза и открыли плотный огонь по тварям. Внизу под баркасом шевелилась и напирала с холма живая масса. Зверей там было полно – настоящий гон на юге Зоны! Эти твари не собирались пробегать мимо, они выбрали конкретную цель – захватить судно любой ценой.

– Выноси сволочей! – проревел Эфир, разряжая свой АК.

Заработали пулемёты, ударили винтовки сталкеров. Под мощным огненным натиском строй зверей быстро распался, и вскоре они потеряли всю свою сплочённость.

Самые пронырливые твари умудрялись прорваться и врезаться в стены баркаса.

Несколько гранат полетели в копошащуюся массу. После ряда взрывов живой муравейник окончательно рассыпался.

Некоторые особи обогнули судно и пытались прорваться с другой стороны.

Крупная рысь с жуткими клыками и когтистыми лапами умудрилась забраться на палубу и кинулась на Паяльника.

Снеся его с ног, кот вцепился в сталкера когтями. Паяльник истошно завопил. Лемур резким движением вскинул пистолет и выпалил по зверю всю обойму.

Одна из пуль расколола черепушку сибирского баюна пополам, и он замертво свалился на палубу.

– А-а, твари! – Спартак тем временем уже стоял на самом краю, отстреливая наиболее шустрых зверей.

Его поддерживали Рубец и молодой парень по прозвищу Эфир.

Последний бродяга, Могила, отчаянно палил из ружья у самого носа судна, выбивая из строя одну мутсобаку за другой.

Натиск зверей существенно ослаб, но и запасов у бродяг становилось всё меньше. Как и сил.

Словно почуяв это, на горизонте появилась вторая волна. С диким воем и рёвом в сторону баркаса неслись десятки мутсобак и кабанов.

– Заряжай! – оскалился Спартак, подскочив к пулемёту.

Казалось, что ничто не сможет остановить эту кишащую массу зверья. И вот тогда к бою присоединилась Система.

Над палубой вдруг вспыхнуло пламя – столб огня ударил сверху по тварям, вмиг рассыпав их строй. Лемур обернулся и с удивлением смотрел на Систему. Та самая хрупкая девушка в синем натовском комбинезоне, держа в руках массивный огнемёт, нещадно поливала всё пространство вокруг сухогруза огнём. Весьма внушительная картина, такое расскажешь – не поверят.

– Получите, твари! – вырвалось у подскочившего Могилы. Он высунулся с края и пальнул дробью в кошачью башку сибирского баюна.

– Они отступают! – крикнул Рубец, отправляя в бурлящую массу короткую очередь.

И действительно, в ажиотаже боя Лемур и не заметил, как наплыв второй волны давно закончился. Огненный смерч вынудил большую часть тварей разбежаться в разные стороны. Тех, что не сгорели или не успели отбежать на относительно безопасное расстояние, скосила пулемётная очередь.

А потом всё закончилось.

У Лемура, поглощенного боем, голова едва не лопнула от обрушившейся тишины. На её фоне голос Спартака был как гром среди ясного неба:

– Всё, отвоевались.

– А если будут ещё волны? – к нему подошёл Рубец. Его лицо было чёрным как сажа, а куртка заляпана кровью.

– Обязательно будут, – согласился Спартак. – Но до этого времени мы ещё поживём.

Лемур, опустив автомат, глянул через борт. Остатки своры улепётывали по равнине. Сплюнув, Рубец свесил голову назад. Эфир с Могилой подступили к Паяльнику – парень выжил, но срочно нуждался в первой помощи, и его спешно отнесли внутрь. После этого на палубе показалась девушка. Без крупного ранца она казалась ещё меньше.

– Вовремя вы, парни, – проговорил Спартак. – Без вас нам бы точно крышка пришла. А так – выстояли.

– Паяльник ранен, – сказала девушка.

– Могло бы быть хуже.

– Спартак, – Лемур повернулся к нему, – может, объяснишь, что только что здесь случилось?

Спартак пристально смотрел на сталкера, словно изучая.

– Это всё «Сфера невнимания», брат, – произнёс он. – Твари косяком валят из Свинцового Леса. Волна за волной.

– Откуда они берутся? – спросил Рубец.

– У них спроси. Лезут и лезут. И самое что печальное – остановить их некому. Все своими делами заняты, в войну играются.

Лемур кивнул.

– Расскажешь об этой «Сфере»?

Старый сталкер переглянулся с Системой и нехотя ответил:

– Давай сперва уберём здесь все, а потом уже поговорим по-людски. Скоро стемнеет. Вы же, парни, никуда не торопитесь?

Молчание послужило ему ответом, и он довольно кивнул.

– Вот и хорошо. Сейчас ночи неспокойные, особенно близ «Сферы». Лучше лишний раз пересидеть в укрытии.

– Вы, мальчики, откуда будете? – подала голос девушка.

– Из бара «Чехол», это к востоку отсюда, – ответил Рубец.

Слабая улыбка сползла с лица Спартака.

– Ладно, гости дорогие, устраивайтесь. Занимайте койки. Через час встретимся в каюте капитана– поговорим.

На этом и решили.

Глава 6

Задание

«Можно убить меня. Нас убить – невозможно!»

Надпись над койкой неизвестного сталкера в баре «Чехол»

Баркас «Ледовск» и бар

Поздняя ночь этого же дня

– …Так всё и получилось. Свинцовый Лес окутала непонятная доселе аномалия, которая спутала все тропинки. Точно невидимый лабиринт. Десятки бродяг оказались запертыми и по сей день присылают сигналы о помощи. Многие сейчас организовали там что-то вроде гуманитарного лагеря. Поисковые отряды посылают. Говорят, даже военные помогают в этом деле. Одни только бандиты, суки, на чужом горе зарабатывают. Пока наш брат сталкер там погибает, они на юге власть свою и установили. По крайней мере, пытались. Какое-то время даже между собой грызлись. Словом, на юге настоящая война группировок. Вялая, но война. А тем, кто на севере, точно не до междоусобиц. Ходили слухи, что для того, чтобы «Сферу невнимания» обойти, даже артефакт какой-то из Института заказали. Правда, пропал он куда-то. На болотах как раз после этих событий какая-то новая группировка осела. Какие-то заумные ребята из научников – «Пересвет» себя именовали. Жаль только, кончили они плохо. Кто сейчас в гуманитарном лагере рулит, я не знаю, но это точно кто-то из верхов. Сталкерам снарягу какую надо предоставляют, оборудование, провизию. А всё равно никого спасти почти не получается. «Сфера» – это что-то вроде невидимого колпака, который закрывает пространство и прячет от чужих глаз. Иначе я объяснить это не могу. А из самого Свинцового Леса косяками тварь всякая прёт – стадами. Вот одну из таких волн мы сегодня отбили. Ещё аномалии стали новые появляться, кто-то даже говорит, что и хабар встречается. Словно Зона возрождаться начала. Правду говорят или брешут, не знаю. Остальное тебе известно. На бывшей базе бандитов мы основали рубеж по сдерживанию мрази с севера. И пока мы здесь стоим, Периметр может спокойно вздохнуть.

Спартак закончил свой рассказ.

Бродяги сидели в трюме возле организованного ими костра. Их было трое: Спартак, Лемур и Рубец. Остальные либо несли службу, либо отдыхали.

– А банда Хобота куда ушла? – полюбопытствовал детектив.

– Эти на север свернулись, – ответил Спартак. – С собой что-то тяжёлое тащили, не то контейнер, не то сейф огромный. Они как за туман скрылись, никто их уже не видел.

– Спасибо за сведения, – поблагодарил Лемур, нервно перебирая распущенные нити матраца. Сидящий напротив него Рубец безучастно смотрел ему в глаза, абсолютно не мигая.

– А вообще, плохо сейчас в Зоне. На юге война, на севере гадость непонятная.

Снаружи раздался жуткий собачий вой. Его поддержали голоса других тварей.

– Спартак, – окликнул Лемур. – А когда было легче? Скажешь, при «Штабе» проблем было мало?

– Я… – сталкер растерялся. – Сейчас я даже скучаю по тем временам.

– Когда-нибудь будем скучать и по этим.

– А сам-то как здесь оказался? Ты же вроде в легальные сталкеры подался, нет? – Спартак прищурил взгляд.

Детектив молча перевёл взгляд на бродягу. Лемур спокойно ответил:

– Контору прикрыли, а нас распустили на все четыре стороны. А куда же я без Зоны?

– Прямо как тогда, когда мы с научниками работали, – Спартак мечтательно задумался. – Славно мы тогда жили.

– Сейчас даже интереснее, – ухмыльнулся Лемур. – Слушай, твои люди точно не против, что мы у вас переночуем?

– Оставайтесь, конечно! – оживился Спартак. – Вы нашим понравились, да и сейчас лучше держаться друг друга.

– Благодарю, – Лемур слегка поклонился. – Нам бы ещё патронов немного и еды. Мы уйдём с первыми лучами солнца.

Бродяга призадумался, но всё же согласно кивнул:

– Я, конечно, помогу, чем смогу. Но ты ведь понимаешь, у самих каждый патрон на счету. Кто-то же должен всю эту мразь сдерживать.

– Объявите себя последним оплотом человечества?

– Зря насмехаешься, – кисло ответил Спартак. – Если бы не наш рубеж – кто знает, что бы сейчас творилось на юге.

– Вам бы людей больше. Попробуйте наладить контакты с военными. Всё-таки на общее благо работаете.

– Посмотрим, – Спартак пожал плечами. – Эх, будь у меня их поддержка, может, свой клан бы организовал. А что? Верные бойцы у меня есть. Да и контакты кое-какие. Я бы нашел, чем людей занять.

– Дерзай, кто тебе мешает? Не забудь только о пафосном названии и патриотичном лозунге типа «Защитим мир от заразы Зоны!».

Сталкеры рассмеялись. Лишь Рубец сидел с серьёзным лицом.

– Главное, до уровня «Штаба» не опустись, – посоветовал следопыт. – А то знал я одного идеалиста, всё за правду боролся.

– Вот когда всяких тупых уродов вроде того же Хобота изведём, тогда, может, и создам. Но сейчас ты прав – нам нужна поддержка военных. Если помогут хотя бы патронами – уже хлеб.

– А почему ты в гуманитарный лагерь не подался? – спросил сталкер.

– Хотел, а потом понял, что юг охранять совсем некому будет. Ведь если сейчас всё оставлю, при первой же волне трындец всему. Браткам ведь оно не надо.

– Вот и получается, что ты ради них стараешься, – Лемур издал нервный смех.

– Не ради них, а ради тех, кто на Периметре и за ним!

– Ладно, ладно, не кипятись. Какие планы на обозримое будущее?

Спартак взял свой клинок, покрутил его в руках и внезапно нахмурился.

– Планы у нас эпические, это да. Если всё получится, хочу рубеж нормально организовать. А там, глядишь, уже и развернёмся. Кстати, смелые и проверенные кадры ещё принимаются.

– Прости, но пока без меня, – сказал Лемур.

– Жаль. Сталкер Лемур, который всегда в полном здравии и отличном расположении духа, нам бы не помешал.

– Ну, теперь уже не всегда, – поправил сталкер. – Хотя, признаться, весьма стараюсь.

Воцарилось долгое молчание. Казалось, в сложившейся ситуации добавить было нечего. ПДА Лемура известил о полученном сообщении: «Серафиму становится легче. Артефакт заметно улучшил его здоровье. Доктор».

Напечатав ответ, бродяга повернулся к Спартаку:

– Слушай, а тебе не встречался сталкер по кличке Чалый?

– Припоминаю, был здесь недавно. У него ещё половина лица обожжённая, да?

– Ты его видел? – Лемур оживился.

Спартак покивал головой.

– Да какой же это сталкер? Бандит, он и есть бандит. Аферист хренов. Была у нас с ним встреча недавно. Он в какую-то кислотную аномалию рожей попал, аптечку выпрашивал. Хотел подстрелить гадёныша, но упустил. А что?

– Не знаешь, часом, куда он пошёл?

– На север, к гуманитарному лагерю. Наверняка свои гнилые аферы там проворачивать собирается.

Лемур что-то прикинул в уме.

– Скинешь мне координаты этого лагеря?

– Да без проблем; если туда путь держишь, передай привет нашим ребятам. Даст Зона, закончим здесь, сам их навещу.

– Туда обязательно заскочу, но позже. Сейчас у нас есть дела поважнее.

В коридоре показался часовой:

– Командир, ты нужен на палубе, – доложил бродяга.

– Сейчас буду, – Спартак поднялся на ноги и отряхнул колени. – Ладно, мужики, располагайтесь поудобнее и отдыхайте. А я вас ненадолго покину.

Спартак вышел, оставив напарников наедине с тишиной. После этого в трюме на некоторое время воцарилась тишина.

– Давно вы с ним знакомы? – нарушил молчание Рубец.

– Достаточно, хотя и близкими друзьями нас не назовёшь. Скорее – собутыльниками. А что?

– Думаю, можно ли ему доверять или нет.

– Считаешь, что он двойной агент бандитов? – ухмыльнулся Лемур.

– Кто знает, всякое может быть.

Следопыт даже как-то расстроился от такого заявления:

– Ну, знаешь, тебя послушать – всех к стенке на расстрел.

– Если бы я ещё ошибался, – детектив покачал головой.

– Не пойму, тебя что-то тревожит? – Лемур поднял бровь.

– Похоже, всё намного хуже, чем мы думали, – наконец, произнёс Рубец.

– В смысле? – не понял сталкер.

– «Сфера невнимания» – ты ещё не понял, что это?

– Новая аномалия размером с целый Лес, а что? Или погоди… думаешь, она искусственная?

Детектив мрачно кивнул. Лемур почесал репу:

– Это же насколько развитыми должны быть технологии, чтобы создать такое?

– Спартак считает, что «Сфера» – это лабиринт. Я думаю, это средство защиты. Своеобразный барьер. Похоже, что кто-то очень не хочет, чтобы с ними искали контакта. И мутантов гонит.

– Возможно, в этом что-то есть, – предположил Лемур. – По крайней мере, это объясняет, для чего Хобот повёз ту штуковину из мехдвора на север.

– Группа «Пересвет», – напомнил Рубец. – Нужно узнать как можно больше об этой организации. Кто они, чем занимались и что, чёрт возьми, у них могло быть такое, что бандиты вывозили на погрузчике.

Лемур перестал стучать по столу.

– По крайней мере, теперь мы знаем, по какому маршруту ехала эта колонна.

Он поймал на себе острый, требующий ответа взгляд детектива.

– На машине путь туда пролегает через недостроенный заводской комплекс – как раз рядом с заброшенным научным лагерем. А дорога там извилистая, неровная. Погрузчик и вовсе может застрять.

– О как! А лагерь не тот самый, который майор Консул разнёс из вертушки? – напомнил детектив.

Следопыт удовлетворённо кивнул.

– Одно пока для меня остаётся неясным. Вот нагоним мы их завтра, а дальше что?

– Дальше разберёмся, – сухо ответил Рубец.

– В любом случае потом нужно будет выдвигаться в сторону гуманитарного лагеря. Там как раз теперь одно незаконченное дело есть.

Сталкер злобно сжал кулаки. Рубец, ничего не ответив, повернулся на бок и лёг на свой матрас:

– Давай спать, сталкер. Утро вечера мудренее.

Лемура в сон пока не тянуло, поэтому он, устроившись у тёплого костра в трюме, решил поискать в сети любую информацию про «Пересвет».

Толком ничего ценного найти не удалось, кроме пары записей и фотографий, выложенных в ленту.

Раздел «Группировки/Группы»

«Пересвет» – тайная организация учёных, якобы работавшая на частного предпринимателя (имя зачёркнуто) и имевшая прямое отношение к возникновению некоторых аномалий. В отличие от других групп о «Пересвете» крайне мало известно в сталкерских кругах. Идеология группы и источники её финансирования остаются неясными, фото– и видеоизображения участников отсутствуют. Известно лишь об их тесной связи с наёмниками из частных военных компаний.

Предположительная деятельность группы: изучение аномалий и возможность воссоздания аномальных образований вне Зоны Отчуждения.

Однако существенных результатов группа не достигла и ввиду некоторых обстоятельств просуществовала незначительный срок, после чего была расформирована и распущена. По некоторым сведениям, часть её членов осталась в Новосибирской Зоне Отчуждения…»

Больше никаких сведений о группе «Пересвет» в сети найдено не было, но Лемуру большего и не требовалось.

* * *

На рассвете к насосной станции приехали гости. Ревя мотором, к бару «Чехол» подъехал армейский грузовой «Урал». Хотя это и были военные, настроены агрессивно они не были.

Дверь распахнулась, и на мягкую землю спрыгнул молодой командир без опознавательных знаков. Он был в характерных армейских очках, напоминающих лыжные.

– Разгружайте! – прорычал он своим людям и не спеша направился к бару.

Бродяги выстроились в ряд, наблюдая за происходящим. Лица их были слегка насторожены, а пальцы уже лежали на курках.

Из машины высыпали несколько молодых бойцов в форме и спешно потащили какой-то тяжёлый ящик внутрь.

При виде их рядовой Умеров слегка напрягся.

– Увы и ах, лучше не суйся к ним, – сказал ему один из постояльцев по кличке Анархист.

– Почему? – спросил рядовой тихим, беспокойным голосом.

Ответа он не услышал. Хозяин заведения вышел вперёд и направился к офицеру.

– Что всё это значит? У нас же с вашим начальством чёткий договор.

Тот окинул его оценивающим взглядом и вежливо предложил:

– Отойдём, поговорим?

– Прежде чем ты скажешь мне, что здесь происходит? – вспылил седой. – Это что, арест?

Армеец с минуту смотрел ему прямо в глаза, а затем рассмеялся.

– Нет, ни в коем случае, – сказал он мягко. – Мы здесь по распоряжению одного человека. Он хочет попросить вас об одной услуге.

– Услуге? – старик прищурил взгляд. – И кто это?

Офицер в очках вслух произнёс имя, и выражение лица старика слегка изменилось. Он хотел что-то ответить, но передумал и понимающе кивнул.

– Так, может, всё-таки прогуляемся? – вновь предложил командир.

Несмотря на боевой настрой сталкеров, военные почти не обращали на них никакого внимания. Они перенесли несколько ящиков в бар, после чего начали грузиться обратно в машину.

Внимательно наблюдавшие за ними всё это время бродяги терялись в догадках.

– Похоже, продовольствие в гуманитарный лагерь хотят через нас переправить, – предположил Анархист.

– Раньше же другим маршрутом возили, – ответили ему.

– Увы и ах, это Зона, всякое могло случиться. Да и Всплеск недавно был. Накрыло дорогу аномалией, и всё.

Умеров посмотрел на них вопросительно:

– Что ещё за гуманитарный лагерь?

– А ты не слышал? – Анархист повернулся к нему. – Солдафон же нашему сказал, мол, поручение к стакерам от командующего спасательной операцией в Свинцовом Лесу. А какое может быть поручение к сталкерам от военных? Правильно – проводник им, похоже, нужен. Увы и ах.

Рядовой непонимающе почесал голову. Про ситуацию в Свинцовом Лесу он краем уха слышал ещё на блокпосту, но всех деталей не знал.

Он смотрел в сторону офицера и хозяина бара, которые о чём-то спорили. До него долетали отдельные фразы:

– …Ситуация крайне сложная, – резко говорил военный. – Противник знает, что мы идём. Командование и вовсе это не одобряет и при первом же провале свернёт проект. Светиться нам сейчас ни к чему.

– Почему майор не отправит туда своих агентов? – сорвался седой.

– А они есть? Искать новые кандидатуры нет времени. Ты ведь не маленький, сам должен понимать. В конце концов, для этого мы вас и содержим.

– Содержите?! Что-то я не припомню, чтобы мы за ваш счёт питались…

– Не дури. Без поддержки майора вам бы давно крышка пришла.

– Да нас и так скоро бандиты выдавят. Или майор не знает, что здесь война кланов идёт?

Они зашли в бар, который к тому времени опустел. Прямо на полу друг на друге стояли несколько ящиков. Военный понизил голос, так что Умерову пришлось напрячь весь свой слух, чтобы не потерять суть разговора.

– …положение крайне трудное, мы не можем в открытую ввести свой контингент. Если нас раскроют, мы не продержимся и часа. Наши ряды и без того редеют… он просит вас только об этой услуге.

Пауза. Судя по звуку, офицер проверял содержимое ящиков.

– Это дорогостоящее оборудование. Другого такого уже не будет. Если майор потеряет его… пойдёт по наклонной. Понимаешь?

– А как насчёт премий? Не можете бандитов выдавить – дайте нам оружие! – начал терять терпение хозяин бара.

– Будет вам партия стволов и снаряги – но потом. Майор боится обжечься ещё раз и стать на пороге создания нового клана.

– Вы хотите нашей поддержки и при этом не даёте ничего взамен. Так дела не делаются. Если мы хотим и дальше сотрудничать – придётся доверять друг другу…

Послышался скрип закрываемой двери, и больше Умеров ничего не мог услышать. Но и услышанное привело его в изумление.

Офицер в очках появился примерно через минуту. Водитель завёл двигатель и стал разворачивать грузовик.

– Ждите, через несколько дней будет вам снаряжение! – командир попытался перекричать рёв мотора. – Проследи, чтобы груз достиг конечной…

Дальнейшую реплику прервала пулемётная очередь.

Всё произошло в считаные секунды. Огненный шквал обрушился на автомобиль, превращая его в решето. Лопнуло лобовое стекло, вмиг окрасившееся красным от крови водителя. Офицер же успел пригнуться и залечь за массивным колесом «Урала».

– Враг на горизонте! – проревел он, но его никто не расслышал.

Оставшиеся в живых бойцы посыпались на землю и сделали это очень вовремя. Буквально через несколько секунд раздался хлопок, затем шипение, и «Урал» превратился из грозной боевой машины в кучу металлолома. Из кабины вырвалось пламя; последовавший за этим взрыв разметал всех бойцов в стороны.

Пулемётный огонь перекинулся на насосную станцию. Здание на сваях затряслось, завибрировало, закладывающий уши грохот прорвался сквозь дыры в стенах, проделанные крупнокалиберными пулями.

Солдаты, находящиеся между пылающим грузовиком и насосной станцией, оказались в критическом положении. Они никак не могли перегруппироваться и ползком пытались хоть где-то укрыться от шквального огня.

Разглядеть нападавших Умерову никак не удавалось. Противник находился в зарослях и постоянно менял позиции.

– Заносите всех внутрь, внутрь! – командовал Хребет.

В отличие от сталкеров военные находились в менее выгодном положении, из шести бойцов в живых остались только трое, да и те с ранениями. Двое с тяжёлыми. Роман подскочил к одному из них и вместе с Анархистом потащил его до укрытия.

К удивлению Умерова, никто из бродяг серьёзно не пострадал. Они даже ухитрялись стрелять в ответ. И возможно, даже попадали.

Стрельба прекратилась так же внезапно, как и началась. То ли нападавшие перегруппировывались, то ли просто давали время своим жертвам на осознание бессмысленности сопротивления.

– Помогите, – попросил Анархист, затаскивая в бар раненого офицера.

Сталкеры хлопнули дверью и завалили проход шкафом. Окна также задёрнули занавесками и прикрыли стальными листами.

Электричество не работало, но свет сочился из всех щелей и дыр, проделанных пулями.

– Мы здесь в ловушке, – проговорил кто-то.

– Считайте патроны! – жёстко скомандовал Хребет.

Умеров и сам не заметил, как его руки нащупали лежащий рядом потёртый ТОЗ. В голове творился хаос. Десятки вопросов сменяли друг друга. Для чего армейцы договариваются со сталкерами? Что за ценный груз они привезли? И кому хватило смелости атаковать их недалеко от Периметра?

– Они пришли за грузом, – хрипнул офицер, словно расслышав его мысли, и закрыл глаза от приступа боли. – Не выпустят нас, пока не получат его.

Хребет припал на колено рядом с ним и потряс за рукав:

– Вызывай подкрепление! Мы же здесь как шпроты в консервной банке!

– Не получится, – промямлил один из солдат, потирая окровавленное плечо. – Связь не работает. Нас глушат.

– Кто-нибудь на постах знает, что вы здесь? – с надеждой спросил кто-то из сталкеров. – Они же наверняка устроят поисковый рейд, если вы не вернётесь?

Офицер замотал головой и прошипел от боли:

– Не знают, мы вышли в Зону как гуманитарный отряд. Никто не знает наш маршрут. Только майор. Только он знает.

Напряжение в зале нарастало. Повисло тягостное молчание. Тишину нарушил голос Кузбасса, следящего за окнами:

– Вижу движение! Вижу! Они уходят, босс! Уходят!

– Может, это такая акция запугивания, а? – сказал кто-то. – Война группировок же. Бандиты?

– Это не бандиты, – тихо прошептал офицер, стягивая с себя очки. – И они вернутся. Хребет, ты должен сделать это…

Доктор разорвал на его груди китель и присвистнул, глядя, как в области диафрагмы топорщилась ткань. Жить командиру оставалось считаные минуты, если не секунды.

Стало тихо, как в склепе. И в этой напряжённой тишине раздался стук в дверь.

Один удар. Второй. Третий. Затем череда быстрых, как стук дятла. И снова один тяжеловесный, и второй. Как будто стучали два человека.

Кузбасс обернулся. Хребет кивнул ему, не опуская оружия. Сидевший вполоборота к выходу Анархист взялся за обрез.

Всего людей, способных держать оружие, было пятеро. Из них доктор и рядовой Умеров. Трое солдат были ранены и к бою явно не готовы. И это если ещё не считать одноногого Серафима.

«Настоящая консервная банка», – ужаснулся Умеров.

Условный стук повторился. Кузбасс, повесив ружьё на плечо, снял засов и положил тяжёлый брус на пол. Остальные направили стволы на вход.

«А если граната?!» – пронеслось в голове у рядового.

В бар вошёл бледный бродяга и испуганно уставился на направленные на него стволы.

– Фитиль, сукин ты сын! – выдохнул Хребет, опуская ствол. – Мы уже думали, тебе каюк настал!

Молодой парень был измазан гарью, руки тряслись, словно в припадке эпилепсии.

– Рассказывай, что там? – сталкеры подскочили к нему.

– Я был у входа, когда всё началось, – начал тот. – Когда машину спалили, меня накрыло. Сразу же прыгнул под дом, ближе к сваям. Повторять не советую. Ощущения запредельные.

Бродяги понимающе закивали.

– В рубашке родился, чертяга, – похвалил его седой. – А сейчас как там, тихо?

Фитиль быстро закивал:

– Они схватили меня и велели передать, что дают нам время до заката, а потом просто ушли.

– Время на что? – уточнил Анархист.

– Чтобы мы оставили бар и привезённый вояками груз им.

Бойцы повернули головы к ящикам. Никто не решался озвучить мысли, одновременно пришедшие в головы.

Наконец, после затянувшегося молчания, Хребет решил:

– Анархист, Кузбасс, проверьте двор – соберите, что осталось, и бегом назад. Будем держать оборону. Остальные – заприте окна и двери. И попробуйте решить проблему со связью, иначе нас тут всех порешат!

Когда сталкеры отважились выйти на свежий воздух, пылающий «Урал» уже успел обуглиться. Вместе с ним догорали и тела погибших солдат. В воздухе пахло палёным мясом и резиной. Картина была не из приятных.

За всю свою службу рядовой Умеров не видел ничего ужаснее. Попытка отыскать хоть что-то, пригодное для стрельбы, не принесла никакого результата– автоматы сгорели вместе с телами.

Двоих из нападавших нашли поодаль. Одному дробью разворотило живот, другому пуля угодила в висок. Ничего примечательного в них не было. Поношенный выцветший камуфляж, рваные штаны, истоптанные сапоги. Оружия сталкеры не нашли – судя по всему, выжившие унесли его с собой.

– Всё, назад, здесь всё ещё небезопасно, – проговорил Кузбасс.

Когда они вернулись, в баре шла дискуссия. Жить хотелось всем. На полу были разложены пачки с патронами и даже несколько гранат. Из закромов своего склада Хребет выудил ещё парочку ружей.

– Разбирайте добро, нам здесь весь день и всю ночь сидеть, – велел он. – Кузбасс, пробей по сталкерской сети всех. Всех! Камня вызывай, группу Спартака. Любого, кто есть в сети.

За короткое время седой успел занять работой всех. Рядовой Умеров сидел на полу рядом с Анархистом и считал патроны.

– Что мы здесь делаем? – произнёс он тихо. – Это не наша война. Не наш бой.

– Ты предлагаешь свалить? – спросил сталкер.

– А что нас здесь держит? Что мешает, пока есть время, заныкаться в другом месте? Мы ведь здесь в ловушке.

Анархист провёл рукой по глади обреза.

– Не будь наивным, наверняка, бар пасут и ждут, когда мы высунемся. Увы и ах. Отсиживаться тоже не вариант, но вестись на эту провокацию тоже глупо.

– А если послать гонца? Периметр близко!

– Вот как раз дороги к нему и будут перекрыты. Там ведь не дураки. Понимают, чем чревато нападение на военных, – сказал он с грустью в голосе.

– Сидеть здесь и ждать помощи тоже не получится. Кто бы это ни был, если они осмелились взорвать военный грузовик в двух шагах от Периметра, значит, настроены они серьёзно.

– Это только подтверждает факт того, что на улице нас ждут. Расстрелять нас на болоте проще, чем брать здание штурмом. Если хочешь валить – вали, а я отсюда ни ногой.

– Поговорим? – раздался голос.

Роман даже подскочил на месте. Над ним стоял Хребет. В правой руке он держал походной рюкзак, набитый едой и боезапасом.

– Ты прав, это не твой бой. Хотя ты и стал его участником. Хочешь, я дам тебе другую, конкретную цель?

– Что-то ещё случилось? – спросил Анархист с подозрением.

– Случится сегодня вечером, если вы не поможете. К сожалению, рассчитывать этой ночью придётся только на себя. Но вы можете помочь нам и за пределами этой крепости.

– Что надо сделать? – спросил Умеров.

Хребет шёпотом начал говорить.

Патрон, набитый дробью, выпал из оцепеневших пальцев Романа. Анархист наклонился вперёд.

– Ты серьёзно? – спросил он. – Вот так просто?

– Это и не просто, – ответил седой. – Но это единственный шанс обрести хоть какого-то союзника и вывести отсюда людей живыми и здоровыми.

– А как же бар? – удивился Анархист.

– К чёрту бар, – махнул рукой седой. – Нам бы ночь пережить. Ну так как, возьмётесь?

Умеров и Анархист пристально смотрели друг на друга.

– Я согласен, – сказал Роман. – Но после этого вы выведете меня из Зоны.

– Да я тебя хоть на край света отведу, если выживем, – кивнул Анархист. – Я тоже в деле. Можешь на нас рассчитывать.

– Спасибо, – поблагодарил Хребет. – На вас вся надежда. А сейчас собирайтесь. Я выведу вас через подвал и сброшу координаты одной норы. Главное, доберитесь до неё, а там одной ногой на полях будете.

Он передал рюкзак рядовому и тут же ушёл.

– Увы и ах, это будет непросто, – предупредил Анархист. – Ну, чего расселся? Времени у нас и правда в обрез. Собирайся. Да хранит нас Зона.

* * *

Дым от сгоревшего «Урала» был виден из любой точки долины.

Боевики, отступившие назад и сменившие позиции, любовались обугленным остовом в бинокль. Семеро бойцов в комбинезонах наёмников и хорошем снаряжении ждали команды.

Главарь стоял в задумчивости, словно думая о чём-то постороннем.

– Набери мне Коллекционера, – сказал он, щёлкая переключателем на микрофоне.

Радист подал ему крупную чёрную рацию:

– На связи, – послышался бодрый голос.

Боевик повернулся и наклонил голову:

– Командир, задание выполнено. Груз скоро будет у нас. Выжившие забились в сталкерском баре. Я дал им время до заката.

– Проблем с Периметра не будет?

– Мы перекрыли им связь – они полностью отрезаны от внешнего мира. Но есть и обратная сторона…

– Слушаю.

– Штурмом взять не получится – потратим много времени и сил.

– Потери есть? – строго спросил Коллекционер.

– Двое – один из них медик.

Некоторое время собеседник не говорил ни слова.

– Я не могу отправить вторую группу к вам, – проговорил он. – У них другое задание.

– Чёрт, мы и так слишком далеко от базы, – вздохнул наёмник. – А люди Хобота?

– Вот как раз ими группа и занимается, – спокойно ответил Коллекционер. – Бандиты не выходят на связь. Так что кровь из носу, но добудьте мне груз.

– Понял, сделаем, – недовольно пробурчал главарь.

Однако Коллекционер не отключился и внезапно добавил:

– Скорпион. Никто из свидетелей не должен выжить. Ты понимаешь?

Короткая пауза.

– Да, – сухо ответил боец.

– Хорошо. И позаботьтесь, чтобы о вашем присутствии на юге не догадывались.

Связь отключилась.

Глава 7

Разбитая колонна

«Лучшее средство передачи мысли на расстоянии – отравление свинцом в голову».

Предупреждающая табличка недалеко от исследовательского бункера

Окрестности заброшенного завода и бывшего научного пункта

Несколькими часами ранее

Сталкеры покинули баркас с первыми лучами солнца.

В знак благодарности Спартак помог им с провизией. Плотно позавтракав, бродяги покинули судно.

– Бывайте, мужики! – крикнул на прощание Спартак.

Вскоре баркас и кладбище танков остались далеко позади, а на горизонте уже маячили строительные корпуса завода. За ними был крупный котлован, в котором раньше был развёрнут исследовательский лагерь учёных. Он и по сей день стоит там, оставленный правительством до лучших времён как законсервированный проект.

Минут пятнадцать путники шли молча, но вдругЛемур вскинул свой автомат и припал на колено.

– В ружье, – тихо шепнул он.

Впереди поднялась фигура в грязной куртке. Незнакомец появился так неожиданно, что детектив едва не поперхнулся.

– А у тебя глаз – алмаз! – похвалил он напарника.

Неизвестный поднял кверху руки, в одной из которых он держал потрёпанное ружьё.

– Слышь, на месте стой! Говорить будем! – крикнул ему сталкер.

На полдороге мужичок остановился, словно прикидывая шансы. Своё присутствие он уже выдал и бежать не собирался.

– Язык чешется? Ну, поговорим, ты только волыну прибери, – проговорил незнакомец.

– Обойдёшься, – отрезал Лемур. – Хочешь жить – придётся поверить на слово в наше миролюбие.

Мужик опустил руки и обречённо добавил:

– А, к чёрту, всё равно я пустой, – сообщил он, бросив обрез. – Ни одного патрона.

Он ухмыльнулся, а глаза заблестели безумием.

– Ни одного.

– Как же ты по Зоне без патронов бегаешь? – подал голос Рубец.

– А ты что думаешь, я в Зону без них пришёл?

Лемур покрутил головой. Это вполне мог быть отвлекающий манёвр. Возможно, второй стрелок уже занимает удобную позицию и держит кого-то из бродяг на мушке. Бандиты часто так делали. Практически классическая схема. Пока один притворяется раненым или сумасшедшим, второй обходит сзади и бьёт в самый неподходящий момент.

– Посматривай по сторонам, – предостерёг напарника Лемур. – Он может тут быть не один.

Мужик громко рассмеялся и запустил руку за пазуху. Сталкер мгновенно вскинул автомат. Пришлый снова хихикнул и выудил из кармана сигаретную пачку.

– Ни одной, – грустно сказал он. – Братва, угостите?

– Может, и угостим. Ты откуда такой красивый нарисовался? – поинтересовался Лемур.

– Я-то? Я с пацанами прямиком с кичи сюда на заработки приехал, – хихикнул мужик. – Только манал я такие заработки. В гроб с собой деньги не возьмёшь. Мля, братан, угости сигаретой, невмоготу уже.

Сталкер аккуратно протянул ему свою пачку. Мужик вызволил пару цилиндров, подкурил и глубоко затянулся.

– Развелось как собак нерезаных, – проскрежетал сталкер. – Что ещё за заработки?

– Да обычный российский бизнес, мать его. Нас, зэков, прямо с кичи свозят сюда. Бабки лихие сулят! Вахтовый метод, мать его. А что, я трёшку отмотал, куда мне деваться? Ни родни, ни образования. А здесь и срок скостили, и денег братве отсыпать обещали. Только где братва теперь? Так я вам скажу. Всё! Кирдык! Нет никого! И пахан наш кончился! На том поле остался!

Мужик обвёл путников победным взглядом сумасшедших глазок.

– Как звали вашего бригадира? – жёстко потребовал Лемур.

– Всем отморозкам отморозок был, только связи блатные имел, это да, – пригорюнился мужик. – Ему на воле башню ещё снесло, а здесь он и вовсе разгулялся. Любил уродовать лица своим жертвам лезвием. Такие задвиги, как у него, уже не лечатся.

Сталкеры долго хранили молчание.

– И с этим человеком вы работали? – удивился Лемур. – И он ещё и на руководящем посту?

– Ха, а ты кому прикажешь урками командовать? – ухмыльнулся незнакомец. – Его наш заказчик чуть ли не из здания суда вытащил. Сам пахан не очень горел желанием здесь находиться. По воле тосковал, но понимал, что деваться некуда. А здесь и свобода действий, и волыны, и бабок море, и крыша что надо. Даже шлюх привозили. Только проклятое это место – это я сразу понял, как здесь оказался. Зона эта его всё равно сломала как щепку. Ха-ха, причём буквально.

Пришлый затянулся. Сигарета, дотлевшая до фильтра, обожгла губу. Мужик чертыхнулся, уронил бычок и принялся закуривать вторую.

– Ты бы чужим добром не злоупотреблял, паря, – обругал его сталкер.

– Не мешай, – осадил его Рубец. – Не видишь, он не в себе. Пусть отойдёт.

– Да крышей он поехал, что с него толку? – взорвался следопыт. – Я таких, как он, десятки видел, и что, всем курева на халяву раздавать?

А тот, словно не слыша спор, тихо заговорил, словно сам с собой.

– Зря они мочалок тех в расход пустили, ох, зря. Без них вся колонна ведь встала. А что? Попробуй машину без провожатого по Зоне провести. И кругом лес. Сотню метров бы не проехал!

Бродяги переглянулись.

– Что ты сказал? – потребовал Лемур, но тот его не слушал.

Следопыт терпеливо ждал, пока мужик закурит. Незнакомец выпустил струю дыма. Лемур не выдержал, поторопил:

– Ты сказал про колонну. Какая колонна?

– Колонна как колонна, – пыхнул дымом мужик. – Грузовик и машина прикрытия. Всего-то надо было до пункта доехать и сбросить груз. Нас немного – человек десять было. А куда больше? По этим землям мы не алё, дальше юга не совались. Ну, мы мочалок в дорогу и взяли. Чтобы путь нам показывали безопасный.

– Проводников, – догадался следопыт.

– А эти суки выждали момента и дёру дали.

Взгляд мужика затуманился. Глаза сделались больными.

– Можно ведь было и так догнать. На худой конец, подстрелить. Нет же, обязательно надо было им в голову палить. Короче, без мочалок мы остались, один на один с Зоной. И стемнело как раз, зверьё небежало… Так мы на «грави-поле» и наехали.

Рассказчик вытянул шею и зыркнул искоса.

– Машина прикрытия сразу в хлам, а пассажиры в кашу! Потом и грузовик полетел. И сразу эти твари нарисовались. Никого не осталось…

Лемур стоял и потирал бородку. Оружие он держал дулом вниз. Рубец аккуратно спросил у незнакомца:

– Что вы везли?

Мужик затряс головой.

– Не знаю. Мы с братвой здесь не больше месяца: всем до лампочки, что в багажнике. Платили, и ладно. Только не надо мне этих денег. Не надо мне… ничего не надо… Я жить хочу… Вы ж меня не убьёте?

– Ты помнишь, где встала ваша колонна?

Мужик встрепенулся, словно почувствовал себя неловко. Как собравшийся уходить гость, утомляющий болтовнёй спешащего по делам хозяина.

– Я туда не вернусь. Не вернусь я туда, – в его голосе прозвучала истерика.

– Спокойно, парень, мы тебя и не просим, – пообещал Лемур. – Ты только дорогу укажи, мы сами посмотрим.

– Восток, там подлесок рядом и завод недостроенный, – прошептал незнакомец и добавил: – Не ходите туда. Не надо. Аномалии.

– Звать-то тебя как, путник? – улыбнулся сталкер.

Пришлый поперхнулся и уронил сигарету. Глаза мужика блеснули паникой.

– Братан, мы свои, расслабься, – сталкер отошёл назад, чувствуя тревогу.

– Вы меня не обманете, я туда не вернусь, – прошипел безумец и резко рванул в сторону.

Он споткнулся, снова побежал, наращивая темп, оглядываясь и спотыкаясь.

Сталкер шагнул за ним и прокричал ему вслед:

– Стой, стой, дурак! Аномалия там, не видишь?! Стой, говорю!..

Беглец уже не слушал его. Страх говорил ему, что двое незнакомцев заставят его вернуться в то ужасное место, откуда он едва выбрался живым. Страх нашёптывал, что они сдадут его тем людям, от которых он бежал. Заставят платить долги сполна, как заплатил бригадир.

– Нет, не поддамся, не получится! Я не сдамся! – прокричал он, и это были последние слова беглеца.

Всё произошло в считаные секунды.

Он не заметил лёгкое колебание воздуха по центру чистого, свободного от растительности круга. Не придал значения и самому факту существования пустого пространства. И уж точно не осознал, что попал в «пламя».

Аномалия вспыхнула настолько мгновенно, что беглый бандит так ничего и не успел понять. Мощный огненный столб в один миг спалил его лицо и незащищённые части тела. Крика слышно не было, но Лемур знал, что безумный орал. Через считаные секунды обугленное тело свалилось со склона и замерло.

– Со смертью этого мужика можно ставить крест на всей банде Хобота, – мрачно произнёс Лемур.

– По-твоему, это смешно? – с отвращением спросил Рубец.

– Нет, вовсе нет.

– Вот тебе и «лёгкий заработок», – печально закончил напарник.

– А ты думал, местные братки от хорошей жизни тут небо коптят? – ухмыльнулся Лемур, отвернувшись в сторону.

– Я вообще уже не знаю, о чём думать, – признался детектив. – Далеко до колонны, как думаешь?

Лемур показал на него пальцем.

– Ты правда туда хочешь? – проговорил он. – Последний свидетель предпочёл сгореть в аномалии, лишь бы не возвращаться в этот АД.

– У меня нет выбора, – напомнил Рубец. – Да и у тебя тоже.

– У сталкеров всегда есть выбор, – заявил бродяга. – Это нас и отличает. Я свободен в своих решениях, а ты нет.

Следопыт оглянулся назад. Никого и ничего. Даже треклятых мутсобак не видно.

– Ладно, пошли, – решился он. – Я знаю, где примерно это случилось.

* * *

Машину прикрытия нашли почти сразу.

УАЗ со срезанной крышей стоял немного наискось, наклонившись на один борт так, что два колеса висели в воздухе. Морда автомобиля была смята в груду железа, будто неведомый гигант сжал её в кулаке.

Бандитский джип въехал в самый центр гравитационной аномалии. Ловушка оказалась сильной: передний мост вырвало, а бампер и капот превратились в рваные куски железа. Также досталось и водителю. Панель приборов вырвало вместе с рулём, а сиденье смяло в плотный ком.

Дополняли эту картину несколько обглоданных трупов и многочисленные следы крови.

– Ну и вонища; а я думал, их будет намного больше, – Лемур, подойдя к машине, шуганул палкой некрупную крысу, взобравшуюся на тело одного из мертвецов.

– Тот бандит говорил же, что на них звери набежали, – напомнил детектив. – Может, остальных съели?

– Скорее всего. Смотри, как бы новые не набежали.

Рубец, пнув машину по заднему бамперу, повернулся к напарнику:

– Ворчать – это у тебя в крови, что ли?

– Почему сразу ворчать? – обиделся сталкер. – Я серьёзно говорю. Есть падаль – жди хищников.

Словно в подтверждение его слов откуда-то из кустов раздался короткий рык. Бойцы тут же направили на него оружие.

За еловыми зарослями показался крупный сибирский баюн – местный представитель семейства кошачьих. Существо крайне редкое и определённо очень опасное. Зверь был размером с крупную рысь. Баюн, подхватив клыками тело одного из боевиков, медленно тащил его на себя, опасливо глядя на людей.

Позади послышался писк, и следом за крупной особью вышли двое маленьких «котят». Они вприпрыжку шли за мамой.

Лемур постоял с минуту и опустил оружие.

– Не надо, – произнёс сталкер и развернулся. – Пошли отсюда.

Он обошёл детектива и направился в другую сторону.

Рубец ничего не ответил по этому поводу. Самка сибирского баюна ещё какое-то время наблюдала за тем, как люди уходят с её территории. И лишь убедившись в своей безопасности, она подпустила «котят» к пище.

Вторую машину путники нашли примерно через сто метров. Весь подлесок был усеян термическими и гравитационными ловушками, поэтому шли медленно. Казалось, что кто-то намеренно набросал их для бандитов. А вполне вероятно, что без проводника те просто сбились с пути.

Грузовой ЗИЛ умудрился заехать в самый рассадник аномалий. От кабины практически ничего не осталось. Колёса автомобиля были спущены. Не меньше десятка тел лежали вразброс по всей поляне вперемешку с мёртвыми мутсобаками. По всей видимости, после наезда на аномалию бандиты поддались панике и разбежались врассыпную.

Пока детектив осматривал машину, Лемур потянулся к своему ПДА. Их окутала тишина, лишь изредка прерываемая писком коммуникатора сталкера.

Он уверенно сделал несколько шагов и замер над одним из трупов.

– Что-то нашёл? – позвал сзади Рубец.

– Это Хобот, – бродяга показал на мертвеца. – ПДА бандита ещё активен, и я настроился на его частоту.

Главарь крупной бандитской группировки, которую боялись все сталкеры на юге, был буквально переломлен пополам. При жизни он явно страдал ожирением. Круглое свинячье лицо, запавшие глаза, лысая голова накрыта капюшоном. Облачён он был в типичный чёрный кожаный плащ.

Погиб он не самой приятной смертью – аномалия переломила позвоночник пополам, и, судя по всему, ещё какое-то время после этого он был жив.

– А наш доносчик не соврал, – заметил сталкер. – Всё как на духу сказал. Сломался Хобот, как щепка.

Рубец тем временем пытался отворить заевший замок грузового отсека.

– А ну-ка… – Лемур присел рядом с трупом, достал из его нагрудного кармана ПДА и всмотрелся в экран. – Почитаем его переписку?

В файлах ему попалась аудиозапись. Сталкер нажал кнопку «воспроизведение».

«Трындец порядку в Зоне! Как только мы доставим лабораторию за «Сферу» – всё изменится. «Оберег» развернётся вовсю, и тогда масштабной войны не миновать. Сталкеры, военные, наёмники – всё пойдёт по наклонной. Такого кипеша у нас не было с тех пор, как развалился «Штаб».

По завершении запись автоматически переключилась на другую.

«Твою налево. Старикан предупреждал, что ночью в лесу пространственные «карманы» рисуются. А я не поверил! Срезать хотел! Да и Колл, сука, торопит… Заблудились, короче. Походу, кругами ходим. Фраера эти, что проводников из себя корчат, измену готовят. Ничего, пуля в лоб решает все проблемы».

Следующая аудиозапись началась с грохота стрельбы и матов на заднем фоне.

«Надо же было встать здесь именно ночью! Мочалки, суки, кинули нас. Как раз когда и не ждали. А я-то должен был догадаться! Как чертов нас опрокинули. А Дыба, баран… стрелок ворошиловский, мать его. Обоим башню снёс. И что дальше? Короче, ждём рассвета и продолжаем. Осталось немного».

На четвёртой записи прозвучал зверский рёв и крики:

«В натуре, аут! Зона как взбесилась! Твари стрёмные полезли, шо звиздец, а джип мой всмятку аномалией придавило! Пацанов жалко, мы втроём остались! Втроём! Зверьё из темноты постоянно прёт! Только бы продержаться до рассвета!.. Шухер, вали, вали их!..»

Послышалась автоматная очередь и громкий лай. Дыхание на записи участилось. Возможно, бандит уже бежал. И вдруг запись резко оборвалась на мерзком, вселяющем трепет хрусте. Хобот попал в аномалию.

Компьютер пискнул.

Команда из двух человек осталась стоять на месте. Лемур опустил машинку, а Рубец вопросительно глянул на него.

– Это сломался его позвоночник, – сказал сталкер, поворачиваясь к нему.

– Что ещё за «Оберег»? – уточнил детектив.

– Этого я не знаю, но в его переписках много сообщений про это, – пояснил бродяга, перелистывая контакты Хобота.

Он вдруг замер и твёрдо произнёс:

– Нашёл. Я нашёл! Коллекционер. У них целая перепись. И ещё ряд мутных контактов. Пожалуй, стоит изучить.

Бродяга спрятал ПДА во внутренний карман и посмотрел на бандита.

– Это тебе за «Явление», козззёл, – добавил он.

Рубец, не справившись с замком, отступил назад и вскинул автомат.

– Проверим, что внутри? – спросил детектив.

– Валяй. Если там передвижное казино и шлюхи, мне бы не помешало развеяться.

Вдруг совсем близко раздался крик:

– Стоять на месте, руки в гору!

Кусты рядом зашуршали, и из них вышли четыре человека с оружием в руках, экипированные как попало.

– Стой на месте, сталкер! – сказал один из них. – На колени! Выполняй!

Бродяги подчинились.

«Вот тебе и казино со шлюхами», – мрачно подумал Лемур.

Человек в камуфлированном костюме быстро обыскал его и конфисковал нож и пистолет. Так же поступили и с Рубцом. Через минуту они уже оба лежали лицом в землю.

– Кто такой?

Лемур улыбнулся до ушей, раскрыв глаза как можно шире.

– Лёха Фартовый, – ответил он с пафосом. – Можешь звать меня – Джекпот.

Лидер группы наклонил голову и сжал пальцы в кулак, но бить не стал. Другой боец имел при себе что-то вроде модернизированного ПДА, улучшенной версии армейского прибора.

– Уже пробиваю, – тихо сообщил он. – Сталкер-нейтрал по кличке Малди. Та-ак… ничего интересного, а вот второй, похоже, наёмник. Точно, наёмный убийца по кличке Зоркий.

Один из незнакомцев тут же навёл на детектива ствол и громко спросил:

– Что здесь забыл, киллер?

– Спокуха, парни, спокуха, – попробовал заговорить Рубец. – Вы всё не так поняли, я не…

Но боевик, слегка качнув стволом, выстрелил рядом с детективом.

Звук выстрела спугнул ворон. Сталкеров обдало брызгами грязи.

– Это удобнее, чем орать «молчать» во всё горло, – спокойно сказал незнакомец.

Рубец покорно кивнул.

– Вот так-то лучше, – человек в камуфляже опустил оружие и громко позвал. – Командир, мы нашли двух выживших! Сталкер и наёмник. Машина с лабораторией тоже здесь.

Из зарослей выскочили ещё двое.

– Допросить выживших, – послышался знакомый голос, и Лемур чуть не вздрогнул. – Вскрывайте грузовик, я хочу убедиться.

Боец послушался и пропустил вперёд командира. Бродяга не видел лица чистильщика, но догадывался, кто стоит перед ним.

– Я вас помню, – произнёс человек, присев над сталкерами.

Лемур не ошибся. Он знал этого человека. Как и Рубец.

– Думаю, помнишь, – произнёс детектив. – Операция «Обратная реакция». Я активировал «кротовую нору» и разбился с тобой в одном вертолёте.

Лемур оживлённо закивал:

– А я был членом другой группы, которая…

– …должна была устранить одну аномалию и закончить важное дело, – закончил реплику человек.

Сталкеры сдержанно кивнули.

– Виктор Ромашов и сталкер Лемур. Что вы здесь делаете? Случайные прохожие или были наряду с бандитами? – с укором спросил человек.

– И не случайные, и тем более не с ними. И да, чертовски рад встрече, Консул, – выдавил Рубец.

Майор внутреннего подразделения чистильщиков Владислав Ударцев, известный в Новосибирской Зоне под псевдонимом Консул, пригляделся к путникам. Он немного похудел, но ни вес, ни щетина на бледном лице не изменили выражения его глаз. Единственное, что в нём поменялось, – это лицо, половина которого была опалена и слегка изуродована. Последствия крушения на вертолёте.

– Честно, я обескуражен вашим присутствием, – признался он. – Департамент по расследованию аномальных происшествий закрыт. Что вы здесь делаете?

– Тебе прямо сейчас всё рассказать? – пожаловался детектив, придавленный к земле.

– И желательно во всех подробностях.

– Если ты хочешь знать нашу историю в подробностях, это отнимет много времени, – ответил детектив.

– Я слушаю.

Бойцы Консула отпустили бродяг, но держали на мушке. В течение следующих пяти минут Рубец и Лемур в деталях объясняли всё, что с ними приключилось, начиная со злополучной атаки на Департамент. Консул слушал не перебивая, и всё больше мрачнел.

Дослушать до конца майору не дали. Его бойцы отстрелили замки и вскрыли грузовой отсек машины.

– Командир, у нас проблемы! – позвал один из них.

Отсек полностью пустовал. Не было ничего. Майор посветил фонарём внутрь. Что раньше находилось здесь, теперь одному дьяволу известно.

– Невозможно, – произнёс Консул, заглянув внутрь. Он с досады хлопнул дверцей и громко добавил: – Твою мать, а! Нас опередили! Когда успели? Как?

Ответом послужило молчание. Майор чистильщиков громко выругался.

– Ладно, сворачиваемся. – Он кивнул на двух сталкеров: – С этих двоих глаз не спускать. Пока с ними ничего не ясно.

К нему подбежал человек с модернизированным ПДА:

– Товарищ майор, у нас проблемы – вернуться прежним маршрутом не получится. «Сухое пятно».

Консул изменился в лице.

– Оно… оно же никак не может тут находиться.

– Сканеры уловили его активность в этом районе – аномалия двигается.

– Двигается?!

Боец кивнул, и Консул сдержанно ругнулся. Он повернулся к сталкерам:

– Вот как мы сейчас поступим. Вы оба идёте со мной, после чего мы выезжаем в штаб. Если вы говорите правду – нам есть о чём поговорить. Если же нет – я лично позабочусь о вашей смерти.

Консул снова оглянулся на своего бойца.

– Свяжись с «машинками», пусть заберут нас в низине артефактов. Сталкеры пойдут с нами. Если будет нужно – верни им оружие. Если будут дёргаться– пристрели.

– Понял.

Похоже, майор был настроен крайне серьёзно.

Лемур прекрасно понимал, что спугнуло его людей. «Сухим пятном» называлась коварная аномалия, поглощающая целый участок и буквально выжигающая его. Бродяга ранее сталкивался с этим явлением и не раз читал о нём доклады в Институте.

– Выдвигаемся, – отдал приказ командир.

* * *

Опасный участок пришлось покидать в спешке. Оружие сталкерам не вернули, но и под прицелом их никто не держал.

Вскоре они вышли из подлеска к окраинам заводского комплекса и спустились по склону в «низину артефактов». По легенде, первые сталкеры нашли в этом районе целое поле с ценным хабаром. Собственно, поэтому неподалёку отсюда учёные развернули исследовательский пост.

К сожалению, сейчас ни о каких артефактах речи быть не могло. Высушенный Зоной участок с мёртвыми деревьями и двумя пожарными машинами на спущенных колёсах, некогда легендарное место, ничем не отличался о помойки.

– Вот бы оказаться здесь года так три назад, – мечтательно произнёс Лемур.

Рубец вопросительно посмотрел на него.

– Ты чего, братан, здесь же сам Митяй целый Клондайк артефактов нашёл, – поделился знаниями Лемур. – На одном из них он потом свою машину зарядил и выехал из Зоны.

– Похоже на обычную сталкерскую легенду, – ответил напарник.

– И в Зоне людям нужны красивые легенды и сказания о героях. Сказки и вера в удачливых людей, на которых они бы могли равняться.

– Хотел бы я лично взглянуть на этого Митяя.

– Запросто, – ухмыльнулся Лемур. – Как-нибудь устрою тебе экскурсию к его могиле.

– Могиле? Так он мёртв? Что же за легенда Зоны такая?

– Он жив, пока бродяги в барах вспоминают его, а молодёжь равняется на его поступки и подвиги. Не одно сталкерское поколение выросло на мифах про Митяя.

– Которые, скорее всего, вымысел.

Достигнув позиции, люди Консула связались со «своими», и вскоре сталкеры услышали рёв моторов.

– Машины будут с минуты на минуту, – известил Консул.

– Куда мы поедем? – спросил Лемур.

– В гуманитарный лагерь, окраина Свинцового Леса, – ответил майор. – Там у нас штаб.

Из-за заводского комплекса вырулили два пикапа «УАЗ Патриот» модификации «Есаул». Не самая практичная модель в условиях Зоны, зато маневренная.

Машины двигались медленно. Водители прощупывали встроенными детекторами аномалий каждый метр. И после увиденной картины разбитого конвоя бандитов Лемур не мог не похвалить их за эту осторожность.

И тут что-то пошло не так.

Внезапно оба автомобиля резко остановились. Фары погасли, а сами пикапы словно напоролись на невидимую стену.

Группа майора напряжённо приготовила оружие. Консул взял в руки рацию:

– «Есаул один-два», что у вас случилось? Ответьте, – произнёс он.

* * *

На экране появилось чёрно-белое изображение. Два пикапа равномерно колесили по грунтовой дороге.

Неведомая рука в чёрной перчатке повернула джойстик влево и увеличила зум. Машины медленно проезжали мимо, и камера проводила их взглядом.

Человек за монитором щёлкнул тумблером, и оба автомобиля резко остановились. Электромагнитный импульс вмиг заглушил их моторы и полностью разрядил аккумуляторы.

Человек подключился по каналу связи и отрапортовал в микронаушник:

– Приступаю.

Он навёл джойстик на один из автомобилей и надавил красную кнопку.

* * *

Водитель головного «Патриота» медленно вёл машину по грунтовке. Внезапно отечественная армейская техника заглохла. Водитель попытался завезти её. Не выходило.

– «Есаул один-два», – раздалось по рации. – Что у вас случилось? Ответьте.

Боец за рулём принял рацию и коротко ответил:

– Товарищ майор, машина отрубилась. Не понимаю, что с ней пошло…

Он прервал доклад, услышав посторонний звук. Боец повернул голову влево и среди сухих кустарников увидел что-то непонятное. Какой-то аппарат, напоминающий луноход или марсоход.

– Это что ещё за херня? – спросил он вслух.

И в этот момент боковое стекло вместе с лобовым разлетелось на множество осколков. На автомобиль обрушился мощный шквальный огонь.

– Засада, всем перегруппироваться! – выкрикнул Консул.

Неведомый стрелок поливал конвой из двух машин плотным пулемётным огнём.

Произошло это настолько внезапно, что никто из прикрывающих не успел сообразить, откуда стреляют. Кто-то из них в панике укрылся с обратной стороны, а кто-то залёг на пол.

Масла в огонь подлили одиночные выстрелы из леса.

– Командир, бьют с тыла! – прокричал кто-то над ухом Консула.

Лемур с Рубцом и сами не успели заметить, как люди майора заняли круговую оборону и по кому-то активно вели огонь. Неизвестные нападающие атаковали из того самого леса, откуда только что явились сталкеры.

– В лесу снайперы, они окружают нас! – крикнул тот, что всё время возился с портативным компьютером.

– Кто это, бандиты? – спросил Рубец.

– Нет, это «Оберег», мы рядом с их территорией, – ответил майор.

– Кто? Что ещё за «Оберег»?

В поднявшейся суматохе Лемур ничего толком не смог понять.

Пока впереди по машинам без остановки лупили из пулемётов, с тыла работали снайперы. И всё это на открытой местности!

– Майор, верни оружие! – проорал Рубец.

Кто-то из бойцов кинул ему «калашников», и детектив присоединился к бою.

– Они между деревьев, не дают высунуться! – сообщил кто-то над его ухом.

Тем временем рация разрывалась от матерных возгласов водителей пикапов:

– Товарищ майор, мы под плотным огнём! Противника опознать не можем! Долго не продержимся! Вынужден отступить назад!

Удивительно, но даже под мощным огнём оба водителя смогли вернуть пикапы к жизни и сдать назад. Но если второй «Есаул» был практически целым, головной машине досталось сполна. В какой-то момент передняя дверь просто отвалилась, оставив водилу без защиты.

Лишь когда пикапы скрылись за поворотом, Лемур смог разглядеть пулемётчика. На свет выкатило нечто вроде лунохода, увешанного пулемётной лентой. Это был мобильный роботизированный комплекс Ижевского радиозавода на гусеничном ходу, предназначенный для обнаружения и уничтожения подвижных целей. Управлялась эта штука дистанционно и колесила весьма бодро.

– Это беспилотник! – выкрикнул сталкер.

К тому времени мобильный робот смело выкатил на дорогу и продолжил накрывать плотным огнём уезжающие машины.

Ситуация складывалась крайне печальная. Вот-вот беспилотник повернёт дуло и накроет группу, сомкнув клещи.

– Надо срочно уходить туда, где нас не достанет эта штуковина! Здесь мы как на ладони!

– Накроем эту гусеницу гранатами! – предложил кто-то из бойцов.

– Ничего не получится, есть другие идеи?!

К нему подполз помощник с портативным компьютером:

– Товарищ майор, машины отступили к заводу; отсюда к ним есть одна дорога – через туннель в нескольких десятках метров от нас. Но есть проблема.

– Ну?!

– «Сухое пятно», командир, – одними губами произнёс парень.

– Твою мать! – пролаял Консул.

Он повернулся к Лемуру и громко крикнул:

– Эй, сталкер! Ты здесь самый опытный проводник – через «пятно» есть шанс пройти?

Лемур, лёжа на пузе, быстро закивал головой:

– В принципе, можно…

– Без принципа! Да или нет?!

– Чёрт, да! Можно! Если оно совсем свежее и слабое.

Помощник за компьютером удовлетворённо кивнул. Консул, разрядив остаток обоймы по стрелкам в лесу, крикнул:

– Всем приготовиться! Надеть защитные маски, застегнуть комбинезоны и внимательно слушать этого парня!

Майор чистильщиков повернулся к своему советнику:

– Нужно срочно что-то решить с этим чёртовым роботом! Попробуй заблокировать его или отключить сигнал, но сделай так, чтобы вывести его из строя хотя бы на минуту!

– Есть!

Консул вручил Лемуру короткоствольный «калашников» и велел:

– Выводи нас отсюда, сталкер, пока мы все здесь не остались!

И вызволил из кармана чёрную гранату.

* * *

Человек за пультом управления гусеничным беспилотником проводил уезжающую колонну пикапов свинцовой очередью. Он взялся за наушник и произнёс:

– Группа поддержки выведена из строя, перевожу огонь на людей майора.

Он мягко крутанул джойстик и плавно покатил робота по направлению к «низине артефактов». Группа оказалась в ловушке. Для них стрелок подготовил особый сюрприз.

– Не можем пробиться, они плотно глушат нас, – раздалось в ухе.

– Сейчас, парни, сейчас, – сказал оператор. – Когда я ударю по ним, начинайте постепенно сближаться; будет им сюрприз…

Внезапно на том месте, где минуту назад на земле лежали стрелки майора, образовалась плотная дымовая завеса. На дорогу упали ещё несколько дымовых шашек, и видимость сошла на нет.

– Ничего не вижу, сплошной туман! – сообщили в эфире.

– Майор применил дымовую завесу – атакуйте! – приказал человек за пультом и навёл джойстик прямо в центр облака.

Большой палец лёг на красную кнопку.

Пулемёт гусеничного робота всё-таки ударил по группе. Но к тому моменту отряд бродяг, прикрывая друг друга, бросился к единственному спасительному коридору через аномалию «сухое пятно».

Первым делом бойцы отработали по лесу из подствольных гранатомётов. Когда стрелки затихли, они быстро добрались до кирпичной стены и по одному перемахнули на ту сторону.

Здесь начинался заводской комплекс – прямо впереди был коридор, усеянный контейнерами, трубами и насосными задвижками. Он выводил как раз в центр двора, куда по указанию Консула отступили эвакуационные пикапы.

Оказавшись за забором, отряд оказался вне досягаемости стрелков и гусеничного беспилотника. Но здесь их поджидала другая опасность.

– Надеть маски! Проверить фильтры! Голые части тела прикрыть! – проорал Консул.

Бойцы подчинились, и он отдал приказ:

– Сталкер, выводи нас! Идём цепочкой друг за другом, дистанция два метра. Держим тыл!

Коридор длиной метров тридцать был буквально высушен и выжжен дотла. Земля была сухой и мёртвой. Ни единого намёка на растения, ни капли влаги. На некоторых контейнерах были следы недавнего пожара.

Лемур, натянув на лицо защитную маску, повёл группу. Он аккуратно прощупывал каждый шаг, бросая впереди себя гайку. Иногда она достигала сухой земли, и группа двигалась дальше. Иногда же на месте падения поднимался высокий столб пламени.

Температура была высокой. Очень высокой. Настолько, что вода во фляжках понемногу начинала испаряться, а герметичные костюмы плавились.

Стёкла на маске ежесекундно запотевали, и их регулярно приходилось протирать. Казалось, что здесь исчезли все звуки внешнего мира. Чем дальше по «пятну» пробиралась группа, тем тише становилось вокруг. И только детектор аномалий не давал покоя и трубил на всю катушку.

На середине пути группу поджидал неприятный сюрприз. Лемур бросил гайку, и в центре тропы наискось буквой «Х» вспыхнули две аномалии «пламя», закрывая путь.

– А здесь как? – тревожно спросил кто-то сзади.

«Мне бы кто сказал, как такое обходить!» – пронеслось у бродяги в голове.

По закону подлости, именно в этот момент позади раздались хлопки. Стрелки из леса бросились вдогонку и по одному начали переваливать через кирпичный забор.

– По позициям! – скомандовал Консул и тут же укрылся за стальным контейнером.

Его люди резво упали за укрытия и начали стрелять в ответ. Один из неприятелей замертво свалился на землю. Двое других перемахнули на эту половину и заняли позиции по обе стороны коридора. Они открыли плотный, но не прицельный огонь.

– Мы здесь в ловушке! – запаниковал кто-то из людей майора.

Пули свистели над головой, врезались в металлические укрытия и меняли траекторию. Одна из них срикошетила в одного из стрелков Консула, попав в ногу.

– Сука! Млять! – тот завалился на горячую землю.

Противник не пытался расстрелять чистильщиков. Пока чистильщики и бродяги буквально варились заживо и задыхались от близости аномалии, они не выпускали их из-под обстрела.

– Да нахер, я не могу дышать!

– Мой автомат, он горячий, сука!

– Командир, нахер, валим назад!

Отряд быстро рассеялся и потерял сплочённость. И даже яростные крики майора не могли помочь им прийти в себя.

– Прикройте, я попытаюсь прорваться! – крикнул один из чистильщиков.

– Отставить! – проревел майор, но было поздно.

Боец соскочил с места, пригнулся и попытался проскочить снизу, между иксобразным «пламенем». К несчастью – не получилось. Два ярких огненных столба ударили почти одновременно по своей жертве. Чистильщик вмиг вспыхнул, как спичка, и, ревя от невыносимой боли, по инерции пробежал ещё несколько метров, пока не запнулся и не упал замертво.

– Командир, мы долго не продержимся! – советник обратился к Консулу. – Сваримся нахер!

Майор повернул голову к Лемуру. Сталкер, прижавшись спиной к кирпичной стене, понимающе кивнул. Он вытащил из кармана последнюю гайку и швырнул её точно в ловушку. Иксобразная аномалия вспыхнула и исчезла секунды на две, затем снова появилась.

– Понятно, – сказал он, протирая запотевшие глазницы. – Это группа аномалий третьего класса. Придётся разряжать их болтами и быстренько проскакивать поодиночке.

– По-другому никак? – спросил Консул.

– Нет.

– Там же их сразу две, – сказал Рубец.

Голоса бродяг были сильно искажены.

– Сталкер, иди первым, – решил майор. – А мы обеспечим, чтобы шальная пуля не ударила тебе в спину.

– Я?! Но почему я?

– Тогда смотри, как все мы погибнем, и останешься здесь один! – весомо добавил советник.

Возразить ему было нечего. Хотя по всем правилам выживания в Зоне первым предполагалось пустить «мочалку». Того, кого не жалко и кто не представляет особой ценности. Но никак не проводника, пусть и временного.

Становилось невыносимо жарко. Пластик начинал плавиться под воздействием аномального жара. Наконец, Лемур решился.

– Чёрт с вами, – сказал сталкер, глядя на смертоносный участок. – Я пойду первым. Майор, у вас остались дымовые шашки?

Чистильщики отрицательно замотали головой. При полном молчании группы Лемур вытащил несколько болтов. Бросил один и, не дожидаясь полной разрядки аномалии, отправил вслед за ним второй. Мерцание прекратилось, и сталкер рванул вперёд. За его спиной послышался грохот автоматных очередей. Бойцы Консула прикрыли его плотным огнём.

Миновав иксобразную ловушку, бродяга быстро перевалил через труп павшего чистильщика и рывком бросился за ржавый контейнер. Вслед ему чиркнула пуля.

В несколько движений Лемур миновал опасную зону. «Пламя» напоследок вспыхнуло и исчезло.

– Я прошёл! – крикнул сталкер, не оборачиваясь.

К его великому облегчению температура воздуха здесь была заметно ниже. И земля была не такой высушенной и палящей. Бродяга стянул с себя горячую маску и вдохнул свежего воздуха.

– Давайте сюда! – позвал он. – Тут лучше дышится!

Не давая противнику вести прицельный огонь, следом за сталкером проскочили по очереди майор, Рубец и остальные бойцы.

Сложнее всего было с раненым. Ему пришлось двигаться в паре со своим товарищем, что замедляло ход. Но в итоге они безупречно преодолели ловушку, словно репетировали это десятки раз.

– Все целы? – спросил Консул и услышал в ответ короткие подтверждения.

Скопление огненных аномалий и «сухое пятно» остались позади. Противники, словно забыв о собственной безопасности, бросились вдогонку. Но теперь они были уже не в лучшем положении. Стоило одному из них прорваться через иксобразное «пламя», как он тут же напоролся на несколько очередей одновременно и свалился на землю. Второй понял, что оказался в ловушке, отпрыгнул в сторону, но не уследил за мерцанием воздуха и угодил прямо в одну из аномалий. Столб пламени и жуткий вопль завершили эту картину.

– Сматываемся отсюда! – решил Консул.

Перемахнув через кучу ящиков, сложенных у кирпичного забора, бойцы оказались в центре двора заводского комплекса.

Здесь уже вовсю гремел бой. Пикапы, вставшие поперёк дороги, служили укрытием для чистильщиков от неизвестного противника с востока.

– «Есаул один-два», мы идём с юга, – предупредил Консул по рации.

– Вас понял, ждём, – отозвался бодрый голос.

Не прошло и пары минут, как отряд достиг пункта назначения. Возле пикапов с жаром отстреливались четверо бойцов.

Один из них тут же доложился Консулу:

– Товарищ майор, они пришли из леса! Группа не меньше десяти человек! По всей видимости – «Оберег»!

– Грузимся по машинам и отступаем в лагерь – туда они не пойдут, – распорядился Консул.

Бойцы спешно без слов запрыгнули по пикапам.

* * *

Оператор за пультом управления беспилотного гусеничного робота вывел машину к заводскому комплексу. Чёрно-белая картинка сильно рябила, но общую суть происходящего он увидел. Противник отступал.

– Они уходят, мы упустим их! – сообщил грубый голос по рации.

Человек у монитора размял шею и навёл камеру на одну из машин:

– Я ведь обещал сюрприз – лови отвальную!

Он вдавил кнопку, отправляя смертельный подарок вдогонку.

* * *

В комфортном салоне «Патриота» Рубец почувствовал себя в безопасности. Он с облегчением стянул с лица маску и вдохнул свежего воздуха. Рядом с ним потеснились двое бойцов Консула. Сам же майор сел впереди рядом с водителем. Лемур запрыгнул во вторую машину.

– Газу, газу! – велел майор.

Пикап с остервенением сорвался с места. Следом рванула вторая машина с Лемуром.

– Кто это нахрен такие?! – взорвался детектив, оглядываясь назад. – С кем вы тут воюете?

– Группировка «Оберег», – майор повернулся к нему и протянул АС «Вал». – Держи ствол, будешь прикрывать!

Серьёзное оружие. Да ещё и с оптикой.

– Дави на газ, дави! – протянул Консул. – Иначе все здесь останемся!

Поле боя осталось позади. Изредка по кузову прилетали шальные пули. Машина на скорости выбила решётчатый забор и выбралась за пределы заводского комплекса. Следом промчал и второй «Патриот».

– Они позади, – Рубец повернулся к майору. – Консул, блин, что здесь только что случилось?! Какой нахрен «Оберег»? Что за война, мать её?!

– Ещё не оторвались, вот когда…

– Майор, РПГ! – прогремел водитель и резко дал влево.

Всё произошло в считаные секунды. Ракета, выпущенная из беспилотного робота, ударила чуть сбоку от второго внедорожника.

Пикап резко потерял управление и слетел с дороги.

Позади раздался сильный грохот. «Патриот» модификации «Есаул» несколько раз перевернулся и рухнул на крышу.

Рация отозвалась хриплым матом и затихла.

Рубец с ужасом обернулся, словно не веря своим глазам:

– Лемур!

Глава 8

Предложение Консула

«Запомни! Здесь голос даже одного человека имеет значение».

Агитационный плакат в кабинете майора

Гуманитарный лагерь, окраина Свинцового Леса

Спустя восемь часов и ранее

Лемур прыгнул на переднее сиденье рядом с водителем, ловя на себе вопросительные взгляды.

– Я свой, мужики, свой! Помог Консулу к вам добраться!

Первая машина сорвалась с места, и водитель дал по газам. В отличие от ведущего пикапа, по второй машине стреляли интенсивнее.

– Выруливаем отсюда к ёперной матери! – выругался водитель.

Позади раздался грохот автоматных выстрелов. Бойцы Консула отстреливались от наступающих противников. Всего их тут было четверо: водитель, двое стрелков и один пулемётчик снаружи на багажнике. Пятым на заднем сиденье развалился раненный в ногу боец, который слабо стонал от боли.

– Вас же больше было, нет? – стрелок нервно обернулся на подстреленного напарника.

– Егор сгорел в «пламени», – прошипел от боли раненый, перебинтовывая рану. – Сталкер нас вытащил. Если бы не он, хана бы нам там пришла.

Стрелок уважительно глянул на сталкера и протянул ему свой «Абакан».

– Хорош, мужик, а теперь прикрывай нас от этих уродов.

Лемур принял оружие, передёрнул затвор и высунулся по пояс из окна.

Фигуры мелькающих противников становились всё дальше и дальше. Однако изредка они стреляли по уезжающим чистильщикам.

Откуда-то слева сталкер засёк яркую вспышку и повернулся к водителю:

– Шухер, пацаны, ракета! В сторону давай, в сторону! – прогремел он.

Водитель резко свернул влево, и тут по правую руку раздался оглушающий грохот.

Мир Лемура, и без того перенасыщенный событиями, в этот миг перевернулся.

«Патриот» перекувырнуло несколько раз, обломок некогда надёжного отечественного внедорожника прокатился по земле и остановился за добрую сотню метров. Острые зубья колесного диска взлетели высоко вверх и вонзились в мягкую землю.

Искорёженная дверца с грохотом отвалилась, сталкер упал на неё сверху. Лемур ничего не видел и не слышал вокруг себя, он чувствовал лишь нестерпимую боль в каждой клетке своего тела. Сталкер пополз, то и дело тычась лбом о горячую землю. Резкие колебания земли и невыносимый жар сообщили ему, что внедорожник за спиной взорвался, однако он и этого в полной мере не осознавал. Чьи-то руки подняли Лемура, и он полностью отключился. Последним, что он услышал, был тревожный голос:

– Он ещё жив! Сюда, скорее!..

* * *

Несколько дней назад

– Как всё прошло? – спросил Танк, выщёлкивая патроны из магазина.

Сидящий в углу Шелест, казалось, не слышал ничего и никого вокруг. Его сильно задело гравитационным ударом «змеелова», и сейчас он отходил от случившегося.

За товарища ответил Лемур.

– Удачно, – кивнул он, глядя на командира отряда. – Мы просканировали аномалию и не выявили никаких отклонений. Отчёты уже переданы в отдел.

Занимающийся подсчётом выдаваемого боезапаса Танк не кивнул, а удовлетворённо хмыкнул.

– На отходе были проблемы, – продолжил Лемур.

– Капитальные? – поинтересовался Танк, зачем-то гулко дунув в ствол ружья.

– Ничего особенного, стая собак, но задержались мы недурно, – продолжал следопыт.

Вздохнув и пожав плечами, Танк, наконец, сообщил последние новости:

– Есть работа. Для нас всех.

Бойцы отряда «Явление» замерли и посмотрели на лидера. Серафим прикрыл дверцу стального шкафчика с личными вещами. Чиркнул спичкой и закурил Неон. Карбид оторвался от бритья и повернулся. Шелест скрестил руки на груди и опёрся о личный ящик.

– Для всей группы? – спросил Серафим. – И что там?

– Пока сам не знаю. От начальства пришла постанова. Через час всей братвой собраться на брифинге в конференц-зале.

– Что-то серьёзное? – спросил Шелест.

– Скоро узнаем, но думаю, да, – ответил Танк. – Мне сообщили, что операцией будут командовать военные.

– Военные? – брезгливо спросил Карбид, продолжив невозмутимо водить бритвой по щеке.

– Какого чёрта они суются в наш отдел? – возмутился Неон.

– Тише, парни, тише, – успокоил всех командир. – Я понимаю ваше недовольство. Меня и самого не радует, что армия вновь суёт свои грязные лапы куда не надо.

– А может, ну их, а? – спросил Лемур. – Подадим заявление на отказ, и всё.

– После этого можешь сразу идти к начальнику с заявой на увольнение, – строго сказал Танк.

Шелест присвистнул. Бритва Карбида остановилась. Серафим округлил глаза, а Неон прокашлялся.

– Вы не ослышались. Мне сказали, что несогласные будут уволены на месте.

– Нас словно на убой ведут, – заметил Неон.

– Я предупредил, что вы будете не в восторге, и сумел немного разорить их на повышенную премию.

– Сам-то что думаешь об этом задании? – спросил Карбид.

– Я о нём ещё ничего не знаю.

Неон хлопнул по дверце.

– Мутно всё как-то это, – вздохнул он. – Никогда раньше с ними дела не имели. У них своя контора, у нас своя. Не верю я им.

– Ты прямо как мой старый друг говоришь, – подметил Танк. – Омуль его звали.

Лемур решил, что ослышался.

– Ты сказал, Омуль? Это не тот, что с Байкала приехал и про рыбу омуль всё время заливал?

– Тот самый.

После этих слов сталкеры подключились к разговору, наперебой вспоминая буйные моменты из сталкерской карьеры. Постепенно воспоминания перетекли к предыдущим операциям и заданиям от Института. Больше всех буйствовал Шелест, как и подобает самому молодому. Хотя те, что поопытней, понимали, что парень ещё настоящей Зоны толком не видел.

С наступлением темноты к Институту приехал армейский УАЗ. К тому моменту все сотрудники уже разошлись по домам. Во дворе же за охрану остались двое людей в форме, что лишь добавило мрачных штрихов всей этой конспирации.

– Знаете, я тут вспомнил, – сказал Лемур, останавливаясь у дверей. – У меня ведь завтра день рождения.

– Сколько будет? – улыбнулся Шелест.

– Двадцать шесть – моё счастливое число, – заявил Лемур с довольным лицом.

– А, ну раз счастливое, значит, фортуна завтра будет на нашей стороне, – подмигнул Неон.

– Первый мой день рождения в Зоне. Вот докатился!

– Проставишься! – сказал Карбид, хлопнув сталкера по плечу. – Шеф как раз за прибавочку говорил. А повод уже вдвойне имеется.

– Ну что, завтра в сауну с девками и пивом? – улыбнулся Шелест.

– А не маловат ли будешь, чтобы с дядями пить?

– Нашлись, тоже мне, старпёры: на пяток лет всего старше!

На этой ноте они все дружно рассмеялись.

– Ладно, пойдем, послушаем, чего нам солдафоны приготовили, – решил Лемур. – А после уже насчёт сауны и пива решим.

Он первый отворил дверь и вошёл внутрь.

* * *

Проснувшись, Лемур не сразу даже сообразил, где находится. Затем рывком поднялся, словно стараясь понять, что его разбудило. Но дело было даже не в обычном биоритме. Никаких признаков опасности не ощущалось. Встряхнувшись, Лемур посмотрел на часы. Стекло треснуло, а стрелки на циферблате командирских часов застыли на отметке 11:43. Как раз тогда, когда сталкер находился в армейском пикапе.

Времени прошло достаточно. Солнце уже клонилось к закату. Не меньше семи часов вечера.

«Что со мной случилось? И где я?»

Первое, на что сталкер обратил внимание, это шум вокруг. Сперва он не замечал его, но затем всё отчётливее слышал приглушённые голоса:

– …нас кто-нибудь слышит, приём? Это Волк и его группа!

– Обхожу западную гору, ставлю вешку.

– …это Самсон, мы застряли. И ни туда ни сюда! Мы как в клетке!

– …Пространство замкнулось! Кругом одни аномалии! Не можем выбраться!..

Затем сталкер обнаружил, что находится в узкой комнате и лежит на скромной армейской лежанке. Лучи заходящего солнца заливали комнату. Окна имелись с трёх сторон.

У одной из стен стоял добротный дубовый стол без изысков и стулья той же породы. Рядом шкаф с полуоткрытой дверцей и книжные полки, на которых вместо книг стояли разнообразные радиоприёмники всевозможных форм, размеров и возрастов. Из динамиков одновременно раздавалось шипение, шорохи, выкрики и даже выстрелы. В общей какофонии разобрать, о чём говорили, было невозможно.

– Коллекция, – голос майора прозвучал как гром среди ясного неба.

Консул стоял на пороге. Входная дверь отсутствовала, как и стёкла на окнах.

– Как себя чувствуешь, сталкер? – поинтересовался он.

Вопрос хороший. Глаза почти не щипало, хотя уши всё ещё были частично заложены. Сколько сталкер ни сглатывал, перебороть эффект он не мог.

– Бывало и лучше. – Он сел на кровати, держась за голову. – Где я?

– Гуманитарный лагерь по помощи и поиску пропавших сталкеров в Свинцовом Лесу, – майор прошёл внутрь и сел напротив бродяги. – В данный момент – в моём личном кабинете.

Лемур поморгал, пытаясь сфокусироваться на внешности чистильщика и пейзаже вокруг.

– Так это ты тут всем руководишь? – спросил сталкер.

– Верно. Гуманитарная операция – мой проект.

– Сколько времени я здесь нахожусь?

– Около восьми часов, – сообщил Консул. – Тебе здорово повезло. В отличие от моих парней. Твой друг вытащил тебя в последний момент.

– Он мне не друг, – хмуро сказал Лемур.

– Правда? А он о тебе по-другому отзывался, – майор хлопнул ладонями по коленям.

Консул продолжал смотреть на сталкера с некоторым любопытством. Он не походил на военного, хотя выглядел как человек, долгое время живущий по уставу.

– Я навёл о тебе некоторые справки, – проговорил он. – Стало быть, «Явление» ещё существует?

– В моём лице.

– Жаль, – подытожил Консул. – Их поддержка нам бы сейчас пригодилась.

– В чём?

Майор усмехнулся, но его улыбка выглядела невесёлой.

– Хорошо. Ты сейчас вообще представляешь, что из себя представляет Зона?

– В общих чертах.

– Сейчас объясню.

Он приглушил несколько приёмников и оценивающе осмотрел сталкера.

– Тебе известен человек по имени Дмитрий Булкин? – спросил он.

– Впервые слышу, – признался сталкер.

– Такие люди, как он, любят оставаться в тени. В прошлом разжалованный офицер ФСБ, построивший карьеру в одной из Зон Отчуждения.

– Есть и другие Зоны? – сталкер поднял бровь.

– Есть.

– Следует покрутить глобус.

– Он лжёт, – веско ответил Консул. – О таких вещах вслух не говорят. И даже думать не позволяют. Увы, мне приходилось видеть другие аномальные территории помимо Новосибирской.

– И как там? – сухо спросил сталкер.

– Везде хорошо, где нас нет, – отмахнулся майор. – Собственно, Булкин тому подтверждение.

– Насколько я помню, Новосибирская Зона всегда была под строжайшим государственным присмотром.

– Была, – подтвердил Консул. – Всё изменилось после того, как развалилась группировка «Штаб», а руководство Периметра претерпело некоторые изменения. Собственно, тогда-то и появился этот столичный хрен – Дмитрий Булкин.

Консул попытался сохранить на лице нейтральное выражение.

– Внутри Зоны тогда возник хаос – разразившаяся война группировок едва не привела сталкерство в упадок. А методы по урегулированию ситуации не приносили должных результатов. Проект «Зона» буквально висел на волоске от краха.

– Конвейер сбился, – догадался Лемур. – Система торговли была нарушена. Зона всегда была источником дохода для предприимчивых людей.

– В свете этих событий был принят частный проект для стабилизации ситуации и восстановления порядка за Периметром.

– Частник, решающий вопросы почти на федеральном уровне? – не поверил Лемур. – Должно быть, влиятельная фигура.

– Не будь наивным, в нашем мире всё решают деньги.

Он немного помолчал и продолжил:

– Сыграл его опыт в прошлых делах другой Зоны. Кого-то пришлось, конечно, подмазать, но в итоге ему дали зелёный свет.

Лемур задумался.

– И что тогда? Из государственной Зоны он сделал коммерческую?

– Ему предоставили слишком много прав и свобод. Но когда мы это поняли, было уже поздно. Одной из роковых ошибок было создание нового «Штаба».

Лемур помрачнел.

– Вы решили создать ещё одну военизированную группировку?

– Мы быстро поняли, что без внутренней силы порядок в Зоне не навести. Конкуренция и борьба за территорию показали, что помирать сталкерам приходится чаще всего не в аномалиях, не в пастях редких тварей и не от огня с Барьера. Учитывая ошибки «Штаба», руководство позволило Булкину основать новую боевую ячейку – клан «Оберег». Согласно проекту, бойцы должны были пополняться вольными сталкерами и нести пропаганду о вольной жизни бродяги. Согласно их идеологии, Зону нужно изучать и тесно сотрудничать с исследователями. Некая свобода. Только всё это осталось на бумаге. В действительности клан состоял из наёмников.

– Странно, что я этот момент упустил, – задумался Лемур.

– Проект не поддавался огласке и проходил в строжайших рамках эксперимента. Тогда руководство ещё думало, что способно прихлопнуть лавочку Булкина в любой момент, поэтому мы не торопились и ждали первых результатов.

Сталкер молча кивнул.

– Но скоро у нас появились подозрения, что Булкин стал заниматься созданием оружия нового поколения, – без предисловий начал собеседник. – И не разработкой, а производством. «Оберег» прикрывал его деятельность и тайком промышлял испытаниями.

– «Пересвет», – вспомнил сталкер. – Мы натыкались на базу таинственной научной группы с таким названием.

– Да, так называлась его исследовательская лаборатория. Разумеется, когда информация подтвердилась, лавочку Булкина и его самого было решено закрыть. Но что-то пошло не так…

Лемур сдержанно кивнул, а Консул продолжил:

– Булкин подчистил хвосты и исчез – когда наши спецы ворвались в его владения, там уже никого и ничего не было. И в этот самый момент появляется «Сфера невнимания».

Консул ударил кулаком по столу. Лемур вздрогнул.

– Непонятная чертовщина в Зоне, накрывшая Свинцовый Лес. Все известные тропы накрыли аномалии, появились пространственные карманы, а сам регион стал чистилищем для десятков сталкеров. Наши радиоприёмники каждый день ловят их призывы о помощи.

Майор указал на множество радиостанций.

– А «Оберег»? – поинтересовался Лемур. – Это ведь с ними мы встретились недавно?

– С этими приключилась совсем интересная история, – подхватил рассказчик. – Весь клан неожиданно сорвался в Свинцовый Лес и на какое-то время пропал. Мы решили, что они сгинули в «Сфере». Но позже встретились с ними в лесу – те словно были под психотропными веществами и больше напоминали зомбированных фанатиков.

– В общем, дружба с ними не задалась?

– Нет, – коротко ответил майор. – Они сторожат подходы к «Сфере». Делают всё, чтобы никто не смог проникнуть через лабиринт пространственных аномалий. Регулярно ставят нам палки в колёса. И что самое отвратительное – они имеют хорошее и дорогостоящее снаряжение. Радует низкая численность клана – при желании сталкеры могли бы одним махом их задавить. Только эти леса теперь уже не наши. Здесь «Оберег» хозяин – не мы.

Лемур кое-что сопоставил и поинтересовался:

– Интересно совпало. Думаешь, «Сфера» – дело рук Булкина?

– Вне всякого сомнения, – твёрдо заявил майор. – Ты и сам уже догадался, чем занимался бизнесмен.

Лемур без труда ответил:

– Созданием аномалий вне Зоны.

– Верно.

– «Сфера невнимания» – тоже аномалия, – догадался сталкер.

– Не просто аномалия – настоящий барьер.

Сталкер оценил Консула скептическим взглядом.

– Честно, ни ты, ни твои люди не похожи на карательный батальон. Или даже отряд специального реагирования.

Консул улыбнулся.

– Удивишься, но в моём отряде одни добровольцы.

– В смысле? – Лемур посчитал, что ослышался.

– После ряда военных неудач со «Сферой» все спецоперации в Новосибирской Зоне были свёрнуты.

Последние слова Консул едва ли не прошипел со злобы.

– Наверху просто взяли и закрыли глаза на то, что здесь творится? – удивился Лемур.

– Нашли простое решение – рядом с Зоной развернули воздушную базу и подтянули ВКС России. При малейшем намёке на производство какого-либо оружия в небо поднимутся бомбардировщики. Зону просто сровняют с землёй.

– В такой близости от Новосибирска?

– В руководстве посчитали риск минимальным. Что будет в реальности – остаётся только гадать.

– Тогда у меня вопрос. Если войскам запретили вмешиваться, что ты здесь делаешь?

Консул не был обескуражен.

– Выполняю свой долг. Допустить появления ещё одной Зоны нельзя. Но и бомбёжка – не выход. Наверху открыто запретили вмешиваться, поэтому я начал действовать самостоятельно.

– Вся эта гуманитарная миссия – твоих рук дело?

– Конечно. Этот проект сплотил сталкеров всей Зоны ради одной цели. Сейчас они сильны как никогда, и в их единстве наше огромное преимущество.

– Сколько твоих людей пошло с тобой?

– Немного.

– Ты доверяешь им?

– Полностью, – резко ответил Консул.

И в верности его бойцов сталкер не усомнился ни на минуту. Наверняка с майором ушла малая, но самая проверенная часть чистильщиков, готовая на всё ради выполнения поставленной задачи.

– Странный ты человек, майор, – сказал сталкер.

Консул безнадёжно махнул рукой.

– Ну, началось, – вздохнул он с горечью. – Генералы, ворующие направо и налево, для вас нормальные. А один бывший майор, добровольно выполняющий свою задачу, герой из ряда фантастики.

– Но ведь ты рискуешь остаться без звания, если не попасть за решётку.

– Видать, судьба такая, – пожал плечами Консул. – Но лучше я попытаюсь сделать этот мир чище, чем буду сидеть сложа руки.

Сталкер не нашёл, что ответить. Он с уважением оглядел бывшего чистильщика, а ныне добровольца в борьбе за мир во всём мире.

– Ещё один момент: для чего Булкин уничтожил «Явление»?

– Разобрался с угрозой со стороны Департамента. Их сейчас связали по рукам и ногам запретами и проверками. А заодно и привлёк к себе покупателей.

– Они есть?

– Будут, это лишь вопрос времени, – уверенно сказал Консул.

– И как вы планируете остановить Булкина?

Бывший майор провёл рукой по щетине.

– Ты ведь понимаешь, что, узнав дальнейшие планы, соскочить у тебя уже не получится? Назад пути не будет.

– А что, с этого поезда ещё можно сойти? – сталкер поднял бровь.

– Нет, думаю, нет, – Консул замотал головой. – Как я говорил, человек из «Явления» мог бы здорово помочь. Хорошо, слушай. Для нас в приоритете найти цеха и лаборатории Булкина.

– А для этого придётся пробраться через «Сферу невнимания», – догадался Лемур.

Бывший майор оживился и с неподдельной радостью потёр ладони.

– Нет, не совсем. Выход можно найти всегда. Из любой мышеловки. И я знаю, как можно обойти «Сферу».

Чистильщик понизил голос. Лемур с интересом посмотрел на него:

– Обойти аномальный лабиринт и рассадник пространственных карманов? Хотелось бы услышать.

– Как найти безопасный коридор – да. Мы заказали из Института редкий и очень ценный экземпляр – артефакт «клубок».

– Не может быть… – одними губами проговорил бродяга.

Об этом артефакте ему еще новичком приходилось слышать от старожилов Зоны. Редкий артефакт, найденный всего в одном экземпляре. Обладает способностью показывать разрывы в аномальных полях. По слухам, с его помощью можно без малейшего риска пройти мимо самых сложных аномалий, однако очень мало кто знает, как с ним обращаться.

– Так он существует?!

– Конечно, существует, – ухмыльнулся чистильщик. – И все эти годы находился в Институте.

– Ведь ещё сам Митяй вынес его из Зоны! – воодушевлённо сказал Лемур.

– Только перед этим он убил истинного носителя артефакта – местного егеря по кличке Борода. Правда, теперь до этого уже никому нет дела.

Следопыт невольно сглотнул.

– Ты знал Митяя?

– И Бороду, и Червя, и даже Бродягу Сеймура. И всех прочих ребят, коих вы привыкли называть легендами Зоны. На деле из легендарного в них – одно слово.

– Брешешь, – возразил Лемур, но уверенности в его голосе не было.

– Митяй был алкоголиком и заядлым игроком в азартные игры. Борода уже в силу возраста маразмом покрылся, а Червь трижды пытался покончить с собой до попадания в Зону. Легендами их сделали уже мы, когда начали развивать сталкерство и организовывать первые касты. Хорошая пиар-кампания и никакого мошенничества. В конце концов, Зоне нужны герои.

Следопыт замотал головой.

– Мы отвлеклись.

– Согласен, – подтвердил майор. – С помощью «клубка» мы рассчитываем найти безопасный коридор. Аномалии в «Сфере» постоянно двигаются, но я уверен, что в этой чехарде должна быть своя тропка.

– Собираешься бегать с одним артефактом по всем аномалиям?

– Нет, я хочу просканировать Свинцовый Лес.

Глаза майора блеснули недобрым огоньком.

– И такое оборудование есть в Зоне. Заброшенная мобильная лаборатория. Центральная антенна уничтожена, но под бункером есть аварийная. Её мощности вполне хватит.

Сталкер почесал голову.

– Вот что тебе нужно – доставить артефакт нужным людям?

– Нет, «клубок» уже там, где ему следует быть. А вот люди ещё здесь.

Сталкер уставился на бывшего майора взглядом полного недоумения. Консул расплылся в улыбке и хрустнул пальцами.

– Допустим, а почему местных бродяг не попросишь?

– Самые опытные проводники сейчас в глубоком рейде, и высылать их из лагеря нельзя. Всё, что будет нужно, – проводить моих людей к бывшему бункеру.

– Мы ведь и так были рядом с ним, когда «Оберег» напал на нас.

– Не были – отсюда путь к бункеру преграждает лавирующее аномальное поле. Ни один из моих проводников не смог его пройти. Да и опыта у моих людей маловато.

– Ясно, – решил Лемур. – Я могу подумать?

– Только не тяни с решением. Выходить нужно с наступлением темноты.

– Рубец с нами?

– Твой товарищ ушёл, – неожиданно сказал майор. – Я поведал ему всё, что он хотел знать. Он шёл в Зону за ответами, и я их ему дал.

– Стоп, и ты его отпустил? Агента из Департамента?

– А что мне с него? – удивился майор. – Он не солдат, не проводник и даже не сталкер. Ценности от него здесь никакой. А вот если он сможет посодействовать восстановлению Департамента и пришлёт помощь – пользы от него будет куда больше.

С этим трудно было поспорить. Чистильщик рассуждал логически, как вычислительная машина. Холодно, но точно.

– Я дал координаты места, из которого есть подземный выход за пределы Зоны, – добавил майор. – Ход полностью безопасный, данные надёжно засекречены. Но как поступит твой приятель, я не знаю.

– Целый проход во внешний мир? Такой существует?

– Конечно, существует, – подтвердил Консул. – Причём он достаточно просторный, чтобы там смогла проехать легковая машина.

– Целый путепровод, я смотрю.

– Почти так и есть, раньше это был один из аварийных коридоров на случай ввода войск в Зону. Сейчас этот объект заброшен. Безопасность гарантирую.

– Слушай, а со мной поделишься такими знаниями?

Лемур задумался о том, как Рубцу повезло с такими знаниями. Подобная информация могла бы дорого стоить в Зоне. Очень дорого. Возможно, целое состояние.

Размышления сталкера прервал внезапный резкий голос в эфире. Он перебил все прочие каналы и звучал одновременно со всех радиостанций:

– Обращаюсь к бывшему майору Ударцеву.

Сообщение прозвучало как гром среди ясного неба:

– Владислав, я знаю, ты меня слышишь. Ответь.

Чистильщик резко подскочил с места. Он удивлённо уставился сперва на сталкера, затем на радиостанции.

– Майор, лучше дай команду своим людям уходить, – говорил прерывистый голос – связь была с сильными помехами.

– Ударцев, пока не поздно, остановись, – лаконично продолжил голос. – Твои действия подвергают всех, кто находится в твоём лагере, смертельной опасности.

Лемур неуверенно приблизился к радиостанции. Консул шикнул на него:

– Не лезь – это провокация.

– Часто здесь такое? – спросил сталкер.

– Нет, впервые.

– Может, стоит все-таки ответить?

В эфире какое-то время звучало шипение и треск, затем голос вернулся:

– Консул, твой конвой на юге Зоны подбит, а секретный груз у нас. Если ты продолжишь – малой кровью уже не обойдёмся.

Чистильщик прикусил губу.

– Блефует, – уверенно сказал он.

– А может, нет, – ухмыльнулся сталкер.

– Если артефакт у него – зачем меня запугивать?

Радиостанция вновь ожила:

– Нам известно о твоих намерениях и дальнейших планах. Всё кончено. Лучше уходите сами, или…

Консул резко передёрнул переключатель и проговорил:

– Или что? Взведёшь курок? Зачем тянуть – я только с радостью приму это предложение.

Пауза. Похоже, неизвестный собеседник не ожидал появления Консула в эфире.

– Ты сомневаешься? – наконец спросил человек.

Лемур напряжённо вслушивался в каждое слово.

– Нисколько, Колл, – спокойно сказал чистильщик. – Не понимаю, правда, всего этого цирка. Если ты меня раскрыл – действуй.

Сталкер резко подскочил и приблизился к Ударцеву.

– Колл, ты сказал – Колл? – спросил он майора.

Собеседник на связи тихо поинтересовался:

– Это последнее твоё слово, Консул?

Бродяга резко выхватил микрофон и как можно громче сказал:

– Коллекционер, узнаёшь меня, сука?

Пауза длилась ещё дольше.

– Нет, – отрапортовал неизвестный.

– Зато я тебя, крыса поганая, узнал, – процедил сталкер, вкладывая в каждое слово порцию ненависти. – Ты проводил мне брифинг несколько дней назад в Институте. Мне и другим парням из «Явления». Помнишь? Хотел нас скормить аномалии!

Майор поднял на сталкера вопросительный взгляд, но перебивать не стал.

– Думал, что убил меня, да? – с издевкой сказал сталкер. – Так вот хрен тебе! Я и все мои друзья живы! «Явление» живо, ясно тебе? Или ты правда думал, что бандиты смогли нас устранить?

Бродяга хищно облизнул губы:

– Так вот, слушай сюда, Коллекционер. Мы все живы; и мы знаем, как тебя найти. Тебя и твоих дружков, ясно? Жди, потому что скоро мы постучимся в двери. И никакой клан тебя уже не спасёт!

После этих слов связь неожиданно оборвалась. Сталкер поднял взгляд.

– Похоже, поверил, – тихо проговорил майор. – Во всяком случае, сейчас он в замешательстве. Зачем ты вмешался?

– Они держат нас за дураков – а мы их. Разве нет?

– И так до тех пор, пока у кого-нибудь не сдадут нервы, – подытожил майор.

Он выключил радиостанцию. В эту минуту в помещение ворвался один из бойцов в потёртом камуфляже. В руках у него был универсальный армейский ПДА.

– Товарищ майор, мы перехватили ваши переговоры, – доложил он. – И смогли определить расположение источника.

– И? – командир поднял бровь.

– Никак не могу разобрать, но похоже, он движется и… – боец замер, глядя на показания портативного компьютера.

Он замолчал. Что-то его отвлекло.

Лемур резко соскочил с места и прислушался. Снаружи раздался тихий рокот.

– Консул, ты ещё летаешь над Зоной? – спросил он с надеждой.

– Нет, конечно, а что? – уточнил майор, глядя на бродягу.

Лемур, закусив губу, быстро подошёл к окну и поднял взгляд.

– Командир! – сказал боец с компьютером. – Источник, он приближается!

Сталкер застыл в ужасе, глядя наружу.

На горизонте, на фоне яркого заката появился небесный хищник.

Многоцелевой вертолёт Ми-8ТВ, раскрашенный в гражданские цвета и увешанный крупнокалиберными пулемётами.

Стальная стрекоза яростно неслась к лагерю.

Глава 9

Ночные посетители

«Зона намекает, подсказывает, пытается достучаться… Когда ей надоест – пеняй на себя».

Граффити неизвестного автора

Гуманитарный лагерь, окраины Свинцового Леса

То же время

Рокот двигателя и свист лопастей стремительно приближались.

На поднявшийся шум собрались все сталкеры лагеря, коих Лемур насчитал не меньше двух десятков.

Вертолёт не имел ничего общего с армейским. Бортовой номер отсутствовал, как и знаки отличия. Корпус был перекрашен бог знает сколько раз, со свежими царапинами и мазками плохо заполированной автомобильной шпатлёвки.

«Полёты над Новосибирской Зоной запрещены!» – вспомнил сталкер. Слишком много воздушных аномалий в небе и слишком грустная статистка полётов в первые дни появления Зоны.

Все замерли. Лемур вздрогнул:

– Кто это?

– Это Коллекционер, по укрытиям! – крикнул майор.

Словно угадав мысли чистильщика, из вертолёта открыли огонь. Лемур успел заметить, как раскручивается барабан стволов роторного пулемёта, грозно выступающего из-под брюха Ми-8ТВ.

Сталкеры, столпившиеся во дворе, среагировали молниеносно. Неорганизованная толпа быстро разбежалась по укрытиям, словно тараканы по кухне. Вертолёт завис в воздухе и несколько раз покрутился вокруг своей оси, попутно снося всё вокруг.

Только сейчас сталкер увидел небольшой лагерь на бетонной площадке, где раскинулись палатки и горели костры. Дальше располагался кирпичный забор, за которым начинался Свинцовый Лес. Ещё дальше по левую руку располагалось что-то вроде входа в подземный ангар или туннель.

Сталкеры сновали во всевозможных укрытиях, окопах. Кто был в военной форме, кто в обычных сталкерских комбинезонах, а кто и вовсе в свитере. Один был даже в экзоскелете, но передвигался он крайне медленно и, не успев до укрытия, едва не был скошен пулемётной очередью вертолёта.

– У Булкина что, есть свой боевой вертолёт?! – спросил Лемур, не веря своим глазам.

Консул, прижавшись к стене и отдав ряд команд по рации, повернулся к нему:

– Имеется, с-сука, – проскрежетал он. – Ему разрешили собственный транспортник! Чёрт, эй, на вышках!!!

Он прокричал что-то в рацию. Лемур, спрятавшись рядом с ним, ошарашенно смотрел, как воздушный хищник буквально разносит гуманитарный лагерь.

Пыли намело столько, что даже щуриться было уже невозможно. Лемур вытащил из кармана защитные очки и натянул на голову, чётко уместив на переносице. Стало намного лучше.

Из ангара медленно выкатился уже знакомый пикап. Стрелок за пулемётом повернул дуло в сторону воздушного обидчика, и Лемур отпрянул назад, зажав затылок руками. Грохот от вертолёта был дополнен шумом пулемёта «Печенег», быстро пустившим по пластинам брони «вертушки» линии трещин.

Пилот резво увёл стальную стрекозу и стал кружить вокруг лагеря, щедро поливая его огнём.

Консул сидел на полу своего кабинета прямо напротив одной из радиостанций и что-то кричал. Его боец, который был здесь минуту назад, куда-то исчез, и сталкер с ужасом осознал, что они с майором остались одни.

– Саша, чёрт тебя драл, сбейте его к чертям! – кричал чистильщик.

Лемур хотел было подскочить к нему, и в этот момент свинцовый град обрушился на здание. Сталкер схватил Консула и вместе с ним упал на пол, держась за голову.

Ми-8 сделал всего один заход и быстро переключился на другую цель.

И тут с противоположной стороны лагеря сверкнуло. Сноп огня стрелой рванулся к вертолёту. Пилот в последний момент успел развернуть машину боком, и ракета, выпущенная из РПГ, пролетела мимо. В ответ пилоты накрыли предполагаемое место опасности шквальным огнём.

Лемур медленно поднялся и потряс Консула за плечо.

– Связь оборвалась, на выход! – велел тот и резво соскочил с места.

Пилот ещё раз облетел двухэтажное здание, в котором находились бойцы, и пошёл на второй круг.

Лемур не видел смысла спорить с майором. По всей видимости, пилот явно намеревался покончить со штабом бывшего чистильщика.

Когда же он пошёл на очередной заход, сталкер и майор уже находились через дорогу, за остовом брошенного некогда здесь УАЗа-буханки». Здесь были ещё несколько бродяг с чёрными от грязи лицами.

– Доложить о потерях! – потребовал майор.

– Да чёрт их знает! Вроде все живы, целы, – здоровяк в кожаном плаще пожал плечами.

– Сколько осталось зарядов?

– РПГ же два только было, у Коляна и Рафика, – вспомнил крепыш.

– Рафик уже стрелял, остался Колян, – подхватил второй, худой и бледный парень в сталкерском комбинезоне.

– И где он?! – не сдержался Консул.

Многоцелевой Ми-8МТ, совершив очередной круг, понёсся прямо на своих обидчиков на пикапе. Боковая дверь вертолёта сдвинулась, и в проёме показался стрелок со «стингером».

– Прочь! Уходите! Уходите-е!!!

Выстрел из «стингера» превратил «УАЗ Патриот» в пылающий каркас. К счастью, все пассажиры успели покинуть пикап за мгновение до взрыва.

Здоровяк отнял рацию от уха и прокричал:

– Колян здорово ранен; говорит, что стрелять не сможет!

Рокот усилился.

– Он летит сюда, все в разбег! – выкрикнул Консул и первым сорвался с места.

Бродяги сию секунду выполнили его приказ.

Кто-то в лагере принял огонь на себя, паля по «вертушке» из подствольника. Пилот умело увёл стальную стрекозу из-под огня и повернулся к обидчикам.

Лемур, огибая поваленные палатки, перепрыгнул через груду ящиков и залёг на траву. Здесь, корчась от боли, крутился плечистый мужик, держась за окровавленный бок. У его ног лежал РПГ.

– Парень, аптечку, – процедил мужчина. – В рюкзаке, дай сюда… пожалуйста.

Лемур осторожно, чтобы не потревожить раненого, расстегнул его рюкзак и вытащил аптечку синего цвета. На футляре было написано «Для ликвидации последствий огнестрельного ранения».

Бродяга раскрыл её и увидел внутри аккуратный набор шприцов и ампул.

– Я сам, дай мне, – прошептал сталкер, подтягивая футляр к себе. – А ты сбей этот чёртов вертолёт.

– Я не уверен, что смогу, – стушевался Лемур, но РПГ всё же принял.

– Парень, больше некому, ещё несколько минут, и от лагеря ничего не останется.

Лемур неохотно взвалил ручной гранатомёт на плечо.

– Поймай его на мушку и держи. Только не торопись. У тебя всего одна попытка.

Позиция была не самая удобная, если не сказать – никакая. Бродяга покрутил головой, и его взгляд упал на смотровую вышку в десятке метров.

Не проронив ни слова, Лемур короткими перебежками достиг её и поднялся по ручной лестнице. Снаряд был всего один. Одна попытка.

За последние несколько минут Лемур изучил действия Ми-8ТВ достаточно хорошо, чтобы понять, что пилот реагирует на обстрел одним и тем же манёвром – контратакой и уклонением, а затем выруливает с другой стороны. Из естественных укрытий были разве что верхушки особо высоких деревьев.

Палец на спуске налился тяжестью и не хотел слушаться.

Ми-8ТВ прекратил огонь, дал крен влево и сделал полукруг. Что-то его отвлекло. Лемур не стал медлить. У него выдалась отличная возможность.

Вертолёт ушёл от очередной подствольной гранаты, спустился совсем низко, повернувшись к Лемуру хвостом.

Сталкер потянул скобу. Под угрюмое шипение длинный стержень устремился навстречу приключениям. Оставляя за собой белый след, он полетел прямиком к вертолёту, который не успел даже сменить позицию. Сталкер отвернулся, заткнув уши ладонями. И всё равно звуковой удар был такой силы, что на какое-то время он оглох на правое ухо. В левом поселился противный свист, продолжавшийся ещё с полчаса.

Пилот резко дал крен влево, но от снаряда не ушёл, и тот врезался в хвостовую часть машины. Вертолёт лихо развернуло на сто восемьдесят градусов.

– Он его сбил! – заорали в лагере восторженные голоса.

Вопреки ожиданиям, стальная стрекоза не рухнула на землю, не загорелась, а хвост не отвалился. Броня «вертушки» выдержала. Казалось, что ракета ничем не повредила машине, однако вскоре из Ми-8ТВ повалил тёмный дым.

Многоцелевой вертолёт вернулся в прежнее положение и направился прямо к часовой вышке. Вероятно, пилот собирался разобраться со своим обидчиком и изрешетить его со всех орудий. Но вертолёт молчал. Лётчики не торопились сравнивать вышку с землёй.

Казалось, что эти несколько секунд тянулись целую вечность. Расстояние между противниками было таким, что сталкер уже видел двух пилотов. Те, в свою очередь, недобро смотрели на Лемура.

Затем в салоне явно что-то произошло. В хвостовой части вспыхнуло пламя, и, словно потеряв равновесие, стальная махина резко взяла вбок и унеслась прочь, оставляя за собой столб густого дыма.

Наступила звенящая тишина.

Один за другим из укрытий стали появляться поселенцы. Двое резвых парней с огнетушителями принялись тушить пикап. Кто-то взялся за восстановление поваленных палаток. Затем в поле зрения появились и чистильщики Консула. Или, как сталкер их мысленно окрестил, «свита».

Некоторое время все стояли не шевелясь, затем вольные бродяги перевели дух и принялись болтать. Более сдержанные чистильщики только чуть улыбались в ответ.

Через какое-то время Лемур уже стоял среди них, окружённый вниманием каждого из присутствующих. Все они с одобрением смотрели на бродягу.

– Ну и наломали же они дров, – проговорил кто-то из сталкеров. – Такое ощущение, что здесь прошёл Халк.

Другой следопыт обратился к Лемуру:

– Ты вертушку подбил? Спасибо за помощь. Ты сделал великое дело.

– Рад стараться, – ответил Лемур. – Надеюсь, мы больше её не увидим.

К ним подошёл чистильщик. Тот самый, что был в кабинете Консула в момент нападения. Сейчас он выглядел сильно уставшим, но тем не менее собранным. На его лбу красовалась свежая царапина.

– Мужики, помогите доктору, – попросил он. – Есть пострадавшие, и ему нужны ассистенты.

– Хорошо, – бродяги последовали к одной из палаток.

– А тебя, парень, я попрошу остаться, – сказал он Лемуру.

Какое-то время следопыт смотрел в сторону возбуждённо обсуждающих недавнее событие сталкеров.

– Командир назначил срочный совет, – сказал боец. – У себя в штабе. Тебе нужно там быть.

– Все сталкеры на нём будут?

– Нет. Совсем нет.

– Польщён, – отозвался Лемур и добавил: – Я приду.

– А ещё, – чистильщик протянул руку, и они обменялись рукопожатиями. – Мужик. Уважаю. Теперь тебе здесь все рады.

– Только, пожалуйста, не пытайтесь вербовать меня хотя бы сегодня.

– После такого не обещаю, что не попытаемся сделать это завтра, – доброжелательно произнёс чистильщик.

Лемур отвернулся, мрачно глядя вслед уходящему солнцу. Наступали сумерки.

– До завтра нужно ещё дожить, – сказал он тихо.

* * *

Было уже далеко за полночь, когда за дверью насосной станции послышался тихий скрип.

Атмосфера в баре «Чехол» накалилась до предела.

Мрак был такой, что хоть глаз выколи. С наступлением темноты сталкеры хранили молчание. Даже не перешёптывались. Только и было слышно неравномерное дыхание и биение собственного сердца.

Поэтому, когда пискнул чей-то ПДА, сталкеры вздрогнули от неожиданности. Вспышка на дисплее едва не ослепила бродяг. Следом один за другим на портативные компьютеры стали поочередно приходить сообщения.

Хребет вызволил свой ПДА и пробежался по тексту глазами. Всем пришло одно и то же сообщение:

– «Отдайте нам контейнер военных, и мы сохраним вам жизни», – прочитал вслух Фитиль.

– Отдадим? – спросил Кузбасс.

– Врут, – раздался голос солдата. – Тогда они нас точно убьют.

Звали его Валентир. Второго раненого армейца именовали Морозко. Причём это были их настоящие фамилии. Офицер к тому времени скончался, и его тело накрыли белой простынёй.

– Мы и сейчас недалеки от смерти, – подал голос кто-то третий. – А так хоть какая-то надежда.

В спор вмешался седой хозяин, усмирив накалившиеся страсти:

– Нечего нам им отдавать. Контейнер унёс Анархист с дезертиром.

– Ты же сказал, что на разведку их отправил, – с подозрением произнёс Фитиль.

– Ну, сказал, и что? Они за помощью ушли, понятно? Всю толпу прогнать через болота нереально даже ночью. А контейнер всучил, чтобы майор наши задницы спас.

Хребет не обращал внимания на поднявшееся ворчание. Стальным тоном он добавил:

– У нас есть раненые, которых ни днем, ни ночью мы не проведём. Или хотите бросить их? Если так, тогда убирайтесь отсюда.

Недовольный шёпот сменился на смиренное молчание. И тогда за дверью раздался скрип. Сталкеры тут же схватились за ружья.

Следующая минута растянулась на целую вечность.

– Там точно кто-то есть, – раздался шёпот.

Перехватил ружье, Хребет привалился плечом к перевёрнутому на бок столу. Он нацелился на закрытые форточки. Вероятнее всего, первым делом противник попытается проникнуть через них.

– А ведь мы можем солдат им сдать в обмен на наши жизни, – вдруг произнёс Фитиль с каким-то странным выражением. – Зачем им мы, лишняя кровь на руках им не нужна…

– Что? – спросил Хребет, поворачиваясь на голос. Фитиль замолчал, задумчиво покачивая обрезом.

– Доктор, как там раненые, в себя пришли? – спросил седой. – Если да, самое время и им по стволу в руки. Скоро начнётся.

– Серафим однозначно минус, а Морозко… – начал было целитель, но старик его уже не слушал.

Он смотрел в сторону Фитиля, а тот смотрел на хозяина бара.

Во время боя сталкер попал в плен к неприятелю, а после был отпущен к своим со всеми почестями только ради передачи очевидного послания? Здесь точно что-то не увязывалось…

– Слышь, Фитиль, тебя ведь не за тем сюда отпустили, чтобы ты нам их слова передал, да? – могильным голосом произнёс седой.

Гробовое молчание послужило ему ответом.

– Э, мужики, вы чего? – встрепенулся Кузбасс.

– Они ведь тебя заслали, чтобы ты убедил нас сдаться. А может, даже стучал им что-то на ПДА. Чем вооружены, сколько припасов. Я ведь прав, гадёныш?

Все всё поняли. И Фитиль тоже.

Его глаза сверкнули, и он вскочил, подняв обрез. Седой вскинул ружье. Молодой выстрелил первым – дробь угодила прямо в седого хозяина, повалив его на пол. Экзоскелет принял на себя добрую порцию свинца, но от ранения не спас. Старику перебило ребра, и он выронил ружьё. Из свежей раны хлестала кровь.

Вскрикнул доктор, ахнул Кузбасс, и только Валентир сохранил спокойствие. Выстрелом из обреза он едва не раздробил Фитилю руку.

Затем дважды выстрелил Кузбасс, дублетом ударил доктор. В поднявшейся суматохе во мраке вспышки ослепляли и оглушали.

– Мочи суку! – завопил Кузбасс.

Перевернув стол, он присел за железной столешницей. Валентир успел к этому времени спрятаться в углу за стеллажом и крикнул:

– Пацан, ты не понимаешь, что ты делаешь!

Донёсся звук возни, удар, стон… Фитиль скачком ринулся к лестнице, ведущей на сторожевую вышку. Возле него лежал доктор, только что получивший удар прикладом в голову. Кузбасс прицелился в Фитиля, вдавил спусковой крючок, но ружьё не выстрелило – что-то там заклинило.

Грохнул обрез Валентира, послышался стон. Попал. Судя по звуку, предатель повалился на пол и отполз за бочку.

– Сука! – процедил он, шипя от боли.

– Фитиль, подумай, что ты делаешь!

Кузбасс трясущимися пальцами вызволил горячие гильзы и вставил новые патроны. Щёлкнул его предохранитель.

– Ты не выберешься отсюда в любом случае, они тебя убьют!

– Нет, выберусь, – прошипел мерзкий голос. – Предлагаю обмен! Сука, жжётся…

– Какой ещё обмен, паря? – пролаял Валентир, стараясь привыкнуть к темноте.

Кузбасс отвернулся и подполз к Хребту. Седой сталкер быстро дышал, держась за рану.

– Не впускай никого, – захлёбываясь собственной кровью, прошептал тот. – Держите! Держите бар! Они никого не пощадят!

Судя по звукам, Фитиль отчаянно пытался перевязать свою рану.

– Я сам уйду отсюда, как это сделал Анархист, – из-за бочки показался ствол обреза и упёрся в голову доктора. – Вы мне сейчас рюкзак с едой, патронами и аптечкой! И обеспечите мне отход! Или я разнесу ему мозги!

Валентир напрягся. Кузбасс подскочил к нему и успокаивающе заговорил:

– Хорошо. Можешь валить отсюда куда хочешь. Только не трогай доктора. Хорошо?

– Выполняйте!!! – проревел Фитиль.

То ли от нервов, то ли нестерпимой боли он был на грани истерики. Кузбасс подтянул к себе пустой рюкзак и набил его патронами и консервами.

Повисла тишина. Вдруг совсем рядом повторился скрип. Теперь уже отчётливо звучало шевеление. А Фитиль горячо прошептал:

– Какого хрена, откуда ты?..

Спустя мгновение до Кузбасса донёсся всхлип рассекаемого ножом горла. Сталкер не в силах был объяснить, с чего он это взял. Такой звук могла бы издать, например, тряпка, которую полощут в мелком тазу. Однако версия о том, что Фильтр внезапно решил по ту сторону постирать носки, резко отпала.

Через секунду из-за бочки вывалилось чьё-то безжизненное тело. Это был Фитиль.

– Там кто-то есть! – сталкер с рядовым вскинули ружья.

– Это я, – простонал слабый голос.

– Кто – я?! – не выдержал Кузбасс. – Назовись!

– Серафим.

Зажёгся слепящий фонарик. Возле трупа Фитиля лежал безногий сталкер в чёрном комбинезоне. Тот самый, что ещё совсем недавно был при смерти.

Артефакт действительно быстро излечил его и вернул к бодрости. Хотя по уставшему взгляду безногого нельзя было сказать, что он чувствует себя лучше всех.

От этой картины Кузбасс едва не потерял дар речи.

– Помогите мне осмотреть доктора, – попросил Серафим. – Он без сознания.

– Чёрт, ты живой! Как? Как ты смог так быстро восстановиться?

Серафим с нажимом бросил ему:

– Может, лучше поможете!

Больше слов не потребовалось. Доктор был в порядке. А вот Хребет был уже на грани смерти. Кузбасс спешно стал накладывать жгуты и перевязывать седого хозяина. Из футляра аптечки он вызволил несколько ампул и ввёл их содержимое в тело Хребта.

Серафим отполз в угол и взял обрез Фитиля. Артефакт «холодный якорь» заживил его обрубок, остановив заражение и поспособствовав быстрому восстановлению кожных клеток.

– Как там Морозко? – спохватился Валентир.

– Ему разворотило рёбра и грудную клетку, – напомнил Кузбасс. – Боюсь, он и до утра не дотянет. А единственный, кто может поставить его на ноги – это наш док.

Хребет громко кашлял, захлёбываясь своей кровью. Он стонал, завывал, скулил от боли.

– Что я пропустил, где я? – спросил Серафим, окончательно приходя в себя.

Сталкерский опыт учит адаптироваться ко всему и сразу. Этому учит Зона. Этому учили в «Явлении». Но сейчас сил уже не было удивляться чему-либо.

– В баре «Чехол», – ответил ему Кузбасс из темноты. – Если это ещё можно называть баром.

– Как я здесь оказался? Кто вы?

На полный пересказ всех событий у Кузбасса не было ни времени, ни нервов. И он кратко описал всё в общих чертах.

Вновь настала тишина, прерываемая только предсмертными всхлипами Хребта. И тут сверху раздался сухой и продолжительный скрип.

Бродяги замерли. Даже Хребет замолчал, пересиливая боль.

– Солдат, – тихо позвал Кузбасс.

– Я проверю, – покорно ответил Валентир.

Он пригнулся и подступил к узкой лестнице, ведущей на второй этаж. Там было что-то вроде наблюдательного пункта, который бродяги за день заколотили.

В темноте солдата не было видно, но, судя по звуку шагов, он уже подошёл к лестнице. И тут раздался выстрел. Но не ружья. Звук был глухой, как от глушителя. Лязгнуло упавшее на пол оружие.

Потом тело Валентира скатилось в зал по крутым ступеням. В этот момент наглухо закрытые форточки распахнулись. Синхронно, бесшумно, тихо открылись внутрь, повиснув на петлях с лёгким стуком. По залу заиграли лазерные прицелы в поисках жертв. Очевидно, приборов ночного видения у неизвестных не было.

Никакой команды не последовало. Всё произошло быстро и неожиданно.

Грохнули ружья. Негромко захлопали стволы штурмовых винтовок.

Сложно было разобрать, что творится в помещении. Пули вырывали щепки из стен и разбивали стеклянную тару на полках. Всхлипнул чей-то голос. Кто-то повалился вниз по лестнице. Обе стороны стреляли практически наугад.

Серафим молчал до последнего, пока в ближайшей к нему форточке не увидел красный огонёк и тёмный силуэт. Враг уже наполовину просунулся внутрь и целился по вспышкам. Серафим разрядил в неизвестного свой обрез.

Вопль и крик ознаменовал точное попадание. Противник свесился головой вниз, выронив винтовку.

– Не стоим на месте, не стоим, – проговорили уже совсем близко.

Длинная автоматная очередь прошлась по помещению. Всхлипнул Кузбасс. Ахнул Хребет. Доктор, пришедший в себя, дослал в ответ дробь.

– Перегруппироваться! – раздалось снаружи. – Анубис велел любой ценой взять артефакт!

Серафим пошарил по полу руками в поисках патронов. Ничего. Ему попадались пустые, горячие, стреляные гильзы.

Сейчас противник дожмёт оказавшихся в ловушке сталкеров. Были бы у них гранаты, возможно, уже дожали бы.

Серафим распластался на полу и попытался доползти до винтовки. Где-то в углу громко стонал Хребет. Кузбасс же молчал. Погиб? Или болевой шок?

Снаружи послышался звук подъехавшей машины. Раздались выстрелы. Серафим встрепенулся, повернулся к лестнице.

От грохота выстрелов он чуть не оглох. Зажмурившись, он в свете автоматных вспышек увидел, как на пол скатывается чьё-то тело, содрогаясь от разящих его пуль. И вдруг резко наступила тишина.

В помещение ударил слепящий свет фонаря.

– Все целы? – раздался незнакомый голос.

Лучи фонарей выхватывали из темноты место побоища: кровавые пятна, мертвецов и разломанную в щепки мебель.

Несколько фигур спустились вниз.

– Мы опоздали всего на несколько минут, – доложил женский голос.

– Твою мать, что здесь вообще произошло? – изумился кто-то другой.

– Они выстояли, но какой ценой. Ещё бы немного, и крышка.

– Это «Оберег». Какого чёрта они забыли так далеко от своих земель?

– Вижу доктора, кажется, он цел, – ответил третий.

Серафим чувствовал, как сознание снова начало покидать его. Когда ему в лицо ударил слепящий свет, он выставил перед собой руку.

– Нашла ещё одного, этот, похоже, из «Явления», – произнесла девушка.

– Да, это он и есть, – к Серафиму подоспел незнакомец в маске.

Легальный сталкер готов был поклясться, что слышал его голос и раньше.

– Всё в порядке, парень, теперь ты в безопасности, – продолжал спаситель, но Серафим его уже почти не слышал. – Я друг Лемура. Слышишь? Я пришёл за тобой.

«Явленец» потерял сознание. Человек в маске поднялся на ноги. Другой, в типичном сталкерском комбинезоне, подошёл к мёртвому хозяину заведения. Тело старика было изрешечено пулевыми отверстиями.

– Хребет мёртв, военные в углу тоже, – подвёл итог он.

– Спартак, ещё один жив, – произнесла девушка из соседней комнаты. – Тяжело ранен, но жив.

– Выносите его, – велел Спартак. – Может, у него ещё есть шанс. А остальным пусть земля будет пухом. Хороший был бар. И люди здесь бывали хорошие.

Человек в маске подошёл к нему и спросил:

– Спартак, теперь повтори мне ещё раз. Ты сказал, что к вам пришли двое сталкеров и попросили помощи. У них было с собой что-нибудь?

– Контейнер для артефактов, – подтвердил Спартак, подсвечивая тело мёртвого Кузбасса. – Но спрашивать, что внутри, не стал.

– И куда они потом ушли?

– Анархист сказал, что торопится на северо-запад. В сторону научного лагеря. Попросил помочь здесь и ушёл. Остальное тебе известно.

Человек в маске кивнул и исчез.

Ещё двое сталкеров из группы Спартака собрали винтовки нападавших. Девушка закинула свой автомат на плечо.

– Как быть с ранеными? – спросила она.

– Грузите в машину, – твёрдо ответил Спартак, проходя мимо тела одного из противников. – Рубец обещал обеспечить выход из Зоны. Их нужно вывезти отсюда как можно скорее.

– Поняла, а остальным что делать?

– Система, скажи, что мы идём на север – в гуманитарный лагерь. На войну.

Он вышел навстречу неизвестности, сопровождаемый довольными взглядами своих товарищей.

Глава 10

Прорыв через аномалии

«Мы в Зоне свои законы установим».

Белой краской на прицепе грузового КрАЗа

Гуманитарный лагерь и окрестности заброшенного научного пункта

Полночь

Вопреки ожиданиям, во время брифинга у Лемура не было чувства единства.

Чистильщиков в лагере было довольно мало, и все они казались роботами с единым коллективным разумом. Монолог Консула они слушали с интересом, но атмосферы взаимопонимания не чувствовалось. Отчасти Лемур даже чувствовал лёгкую досаду из-за отсутствия у них персональной инициативы. Их преимуществом была верность майору и готовность идти с ним до самого конца, но самостоятельно они что-либо реализовать были не в состоянии.

Также сталкер ощутил явный раскол в гуманитарном лагере. Подавляющим большинством здесь были вольные сталкеры. Именно они являлись основной силой и залогом успеха в предстоящей кампании, а не бывшие армейцы. Однако ответной отдачи от самих бродяг почти не ощущалось. Всех сталкеров в лагере объединяла общая беда – аномалия, поймавшая в ловушку их близких и друзей. Кодекс сталкера прост как три копейки СССР – «своих не бросать». И именно за этим они здесь. И встревать в будущую войну майора с неким предпринимателем Дмитрием Булкиным, чтобы не допустить возникновения новых Зон, они желанием явно не горели. Кроме того, был виден явный разлад в отношениях между чистильщиками и вольными сталкерами. Консул действительно был здесь главным, но с некоторыми мнениями ему приходилось считаться.

Представителем от сталкеров был крепкий и молодой бродяга по прозвищу Самара. Среди местных он пользовался высоким авторитетом и был голосом «народа». Самаре дозволялось присутствовать на каждом совете, каждом собрании и знать обо всех операциях. И Консул ничего не мог с этим поделать.

Были здесь и представители третьей силы – бандиты. Этих в лагере было меньше всего, и обычно они кучковались в своём маленьком круге. Со сталкерами они общались редко, да те и сами не горели желанием к ним присоединяться. Вожаком у них был некто по прозвищу Вепрь. Тучная, очень тёмная и мутная личность с явным уголовным прошлым. Лемур долго не мог понять того, как его люди прибились к лагерю; однако бандиты предлагали свою помощь, и отказываться было глупо. Одни говорили, что уголовники продвигали здесь свой чёрный бизнес, другие – что они ищут своих пропавших людей за «Сферой», а третьи считали, что Вепрь ищет в Свинцовом Лесу какой-то клад. Так или иначе, его группа в составе всего четырёх человек имела весомое место в иерархии. И пусть не всегда, но на советах Вепрь имел свой голос.

Эти самые противоречия в лагере и привели к тому, что общей цели здесь не преследовал никто. Майор хотел достать террориста, сталкеры – спасти своих людей, а бандиты промышляли своими тёмными делишками.

Совет состоял из тринадцати человек – Лемур и Самара были единственными бродягами. Остальные – чистильщики. Вожак сталкеров скрестил руки на груди, опершись о стену. Чистильщики же сидели за импровизированным столиком. Лемур сидел на углу ящика.

Консул говорил о многом. По большей части о недавнем налёте и о том, что предстоит война с молодым кланом «Оберег».

– Вы понимаете, что, если мы сдадим лагерь, потеряем плацдарм и больше никогда сюда не подступим? – жёстко произнёс он.

Чистильщики понимающе закивали головами. Самара же был единственным, кто не отреагировал на это заявление. Лемур ждал, что после окончания брифинга лидер сталкеров задаст свои вопросы, но Самара хранил молчание.

– В связи с недавним нападением рейды в лес теперь будут сопровождаться огневой поддержкой моих ребят. Состав отряда должен быть не менее шести человек, и хотя бы один из них – мой боец.

Сам Консул держался достаточно уверенно, хотя Лемур понимал, что майор был на грани того, что скоро утратит все шансы на главенствующую роль. Но не менее ясно он видел, что Консулу никогда не было принципиально руководить процессом – главное, чтобы процесс пошёл. У Ударцева была навязчивая мысль, и он собирался добиться её результата во что бы то ни стало. Даже если на кону будет его собственная жизнь.

– Сталкеры не будут против? – с нажимом спросил он у Самары.

– При одном условии, командир, – невозмутимо произнёс вожак, – если ваш человек будет беспрекословно подчиняться мне и делать все так, как я скажу во время пути. На момент же атаки пусть берёт на себя руководство отрядом.

– Все услышали? – обратился Консул к своим бойцам, и те хором ответили ему.

– Хорошо, теперь оставим эту тему и перейдём к предстоящей операции, – наконец, произнёс майор.

Ударцев немного помолчал и сообщил:

– Все мы с вами работаем над одной целью: хотим снять «Сферу невнимания» – рассадник пространственных карманов. Самый эффективный способ – просканировать аномалию и выявить безопасные коридоры. И в этом нам поможет артефакт «клубок».

Судя по всему, о целях этой операции присутствующим уже было известно заранее, ибо никакой реакции не последовало. Скорее наоборот – все будто только этого и ждали.

– Мне удалось договориться с Институтом и получить единственный образец данного аномального образования. И, кроме того, он уже в Зоне. Мои люди успешно транспортировали его через Периметр и доставили в пункт назначения.

Он повернулся к своим людям:

– Сейчас объясню суть следующего шага. Нам нужно специальное оборудование и мощный сканер. Такой есть только в бывшем научном лагере. Сейчас там находится мой агент. Он откроет нам дверь и запустит оборудование. По сути, дальше в дело вступаете вы.

Он кивнул на своего советника и других чистильщиков. Те понимающе мотнули головами.

– Как только появятся координаты свободной тропы, отряды Самары могут выступать в лес. Но теперь перейдём к проблемам.

Консул заметно помрачнел:

– Самая сложная задача сейчас – это попасть в научный бункер. Все тропы к нему отрезаны стеной аномальных скоплений «разрядка». Мы планировали найти обходные пути, но…

Стоящий у стены Самара проговорил:

– Обходной путь есть, командир, но наши парни там заметили активность бойцов из «Оберега». Снайперы, штурмовики и, похоже, оборонительные сооружения.

– Все, – констатировал Консул. – Их клан, хотя и мал по численности, похоже, занял весь этот район. Альтернатива?

– Её не существует, – развёл плечами Самара. – Только Аппендикс, но этот путь сразу отсекается. Проще сразу в «разрядку» прыгнуть.

Майор замолчал. Он прикусил губу и спросил:

– Что конкретно вам известно о скоплении «Оберега»?

– Майор, мои люди не пойдут туда. Это не наша война. Никто не пойдёт. А вас слишком мало, чтобы пробиться через их блокаду. Коллекционер не дурак и грамотно расставит все ловушки.

Тут в диалог вмешался Лемур:

– Кто это такой, Коллекционер ваш?

Двенадцать голов повернулись в его сторону. За всех ответил Консул:

– Известно, что он бывший сталкер. По каким-то причинам он попал в поле зрения Булкина, и тот назначил его руководить «Оберегом».

– На нашей встрече он представился военным, – поведал Лемур. – Как раз перед тем, как слить «Явление».

Самара поднял бровь:

– Так это правда? Ты из «Явления», родной?

– То, что от него осталось.

– А другие?

– Мертвы.

– Врёшь, родной, – прищурил взгляд Самара.

– Я сказал, они мертвы! – вспылил сталкер.

– Довольно, – Консул ударил ладонью по столу. – Так уж получилось, что у нас в лагере поистине ценный человек – последний выживший из сталкеров Института, группы «Явление». Они вплотную занимались изучением аномалий, артефактов, их использованием и больше всех нас с вами знали, как ими пользоваться. Вероятно, поэтому Коллекционер и решил вас убрать. Вы можете использовать артефакты.

Сталкер рассмеялся и хлопнул по колену:

– Если бы они ещё были.

– Есть, – севшим голосом проговорил Самара. – Коллекционер известен тем, что конструирует какую-то сборку из аномальных образований.

Лемур прекратил смеяться и уставился на вожака сталкеров.

– Стоп, как? В Новосибирской Зоне же…

– Напомни, чем устранили вашу группу? – вопросом на вопрос спросил майор. – Мы ещё не понимаем как, но «Оберег» вплотную занимается компрессией новых аномалий. Которые, похоже, способны воспроизводить артефакты. Коллекционер на то и коллекционер, что их собирает.

– И разбрасывает, как ему угодно, – сказал кто-то из чистильщиков.

– Но артефакт «клубок» только один, – напомнил Лемур.

– Один, – подтвердил Консул. – И подходящая аппаратура в Зоне только одна. Вот и решайте, как нам лучше быть. С боем прорваться через блокаду «Оберега» или пройти через Аппендикс.

Чистильщики зашевелились. Зашептались. Самара устало произнёс:

– Майор, ты зря тратишь время. Никто из моих людей не пойдёт под пули. Я сам на это не пойду.

– Предлагай другие идеи, – мрачно отозвался Консул. – Что нужно, чтобы пройти через Аппендикс?

– Аппендикс, шутишь? – ухмыльнулся Самара. – Во-первых, нужны герметичные костюмы с замкнутой системой дыхания. Чего уже нет ни у кого в лагере. Также я молчу о подготовке людей. Там крутые и опасные обрывы и, плюс ко всему, ещё и химический фон не меньше, чем в Бердской реке! Я уверен, даже у вашего крутого «Явления» не было экспедиций к Аппендиксу.

– Товарищ майор, у нас больше нет техники, – напомнил кто-то из солдат. – У «Оберега» всё ещё есть вертолёт. Вертолёт в Зоне!

– Хочу напомнить, что полёты в Новосибирской Зоне запрещены, – добавил другой. – Вертолёт Булкина же, вопреки всей теории вероятности, до сих пор не нарвался на воздушную аномалию. Это говорит о какой-то защите.

– Численность «Оберега» невысокая, – сказал твёрдо Консул. – Могу допустить, что у них хорошее снаряжение, но численное преимущество на нашей стороне.

– Только со сталкерами, но никто из них в бой не пойдёт, – твёрдо ответил Самара.

Дальнейший спор больше напоминал балаган. Лемур без всякого интереса следил за происходящим. Вдруг он присмотрелся к карте Зоны, разложенной на столе, и его осенила одна идея.

– А что, если пройти напрямки через сеть «разрядок»? – спросил он.

Чистильщики посмотрели на него, как на идиота. Лемур же щёлкнул пальцами и продолжил:

– Я серьёзно. Великая удача, что этот район усеян только одним видом аномалий и только статическими. Если в запасе есть хоть одна машина, у нас есть все шансы прорваться прямо через пруд аномалий.

– Как? – спросил Консул. В его глазах мелькнул интерес.

– Машину придётся серьёзно снабдить защитными листами. Желательно стальными. И заземлить её. Противник ждёт нас на своей блокаде. На поле, на котором он явный победитель. Вы сами сказали, что он стянул туда едва ли не весь клан. Скорее всего, и в Аппендиксе нас может поджидать сюрприз. Но только не здесь. Если мы сумеем тайком просканировать все коридоры Свинцового Леса, мы сможем без проблем занять ключевую базу противника. А возможно, и раз и навсегда снять «Сферу невнимания».

Наступило молчание. Вожак сталкеров о чём-то задумался и понимающе закивал.

– Самара, это возможно? – спросил Консул.

– В принципе, да, – сталкер удовлетворённо вызволил свой ПДА и открыл изображение указанного участка.

– Конечно, шансы остаться дураком всё ещё есть, но прорыв вполне реален, командир.

– Мы потеряли машины, – напомнил майор с тяжестью.

– В этом я могу вам помочь, – Самара спрятал свой ПДА и расплылся в довольной улыбке. – Командир, сколько у вас ещё осталось горючки?

Чистильщики переглянулись. Советник Консула смутился:

– Этого добра у нас сейчас валом. А что толку?

– Не держите нас за идиотов, майор, – улыбнулся Самара, дёрнув себя за ухо. – Вы не единственные в Зоне, у кого есть колёса. Может быть, у вас есть новейшие пушки или даже танки, но машин в Зоне валом. И многие на ходу.

– У вас есть своя техника? – удивился советник.

– Не ждите, что мои парни прикатят вам БТР или БМП. Но кое-что мы, сталкеры, можем.

Самара сиял от гордости. Больше никто вопросов не задавал.

– Получасовая готовность, – объявил Консул, – проверить снаряжение. Арсенал объявляется полностью открытым.

– Час, – вставил Самара. – Майор, не борзей. Это тебе не за водкой сходить.

Чистильщик смутился, но смиренно согласился. Когда все начали расходиться, он попросил советника и Лемура остаться.

– Гайдар, – обратился он к советнику, – воспроизведи на своём планшете аномальное поле. У вас двоих целый час, чтобы выявить самые безопасные участки и проложить маршрут. В вашем распоряжении будет все, что есть в лагере. Действуйте.

И покинул кабинет. Лемур посмотрел на советника и кисло сказал:

– Ну что же, Гайдар. Давай, включай свою шарманку.

* * *

Когда майор вернулся в кабинет, Лемур с Гайдаром сидели напротив планшета с кислыми минами. Консул опустился на табурет рядом с ними:

– Как успехи?

– Я изучил карту аномального заслона и сделал точные выводы, – ответил сталкер.

– Какие?

– Товарищ майор, это будет непросто, – ответил за него Гайдар. – Будет несколько сложных этапов, и нам понадобится серьёзная защита. Такой нет в лагере.

Консул помассировал шею.

– А ну, дай посмотреть, – сказал он – Что открывать?

– Файл возле корзины.

Консул потыкал пальцем в сенсорную панель. Перед ним на экране появилась детальная карта с цепью анимированных опасных участков и их радиус действия.

– Я провёл детальный и простой маршрут, – сказал Лемур. – Но всё равно нашлись труднодоступные участки. Без хорошей защиты – никак.

– Что именно будет нужно? – требовательно спросил майор.

– Зависит от того, что ещё за ведро для нас притянут сталкеры. Желательно бы всем нам быть в герметичных костюмах с повышенной электрозащитой, – пожаловался Гайдар.

Майор покачал головой.

– Насчёт повышенки ничего сказать не могу, но парочку костюмов достать смогу. Что-то ещё?

– Дальше только детали дороги, – вздохнул Гайдар, вытаскивая бутылку с водой и прикладываясь к ней.

Консул повернулся к Лемуру. Тот пожал плечами:

– Пока я не увижу технику воочию, ничего сказать не могу. Как такового пустого коридора между аномалиями нет. И будут места, когда нам придётся прорываться прямо сквозь «разрядки», и там всё будет зависеть от нашей защиты. Если электроника проплавится и машина встанет – мы трупы.

– Ну вот, о чём я и говорил. Жаль. Такой хороший был план, – с досадой произнёс Гайдар.

Но майор не разделил его пессимизм и уверенно заявил:

– Я предоставлю вам лучшие детекторы и по возможности отражатели. Всё, что осталось целым от моего пикапа, подключим к вам.

– Отражатели?

Лемур взял бутылку и едва не поперхнулся водой. Майор подтвердил:

– Допотопные отражатели аномалий – они распространяются на электро– и термоловушки. Но не жди, что они будут уничтожать аномалии. Лишь на время разряжать, да и то пока батареи хватит.

– Вот сейчас бы сборку артефактов вроде «музыкального штурвала», – мечтательно произнёс Лемур.

В этот момент в помещение заглянул один из чистильщиков.

– Мужики, вас Самара зовёт на выход, – сказал он. – Это просто надо видеть.

Через минуту сталкер и майор уже быстрым шагом направлялись к центральным воротам. Их нагнал Гайдар:

– Только что сообщили, что детекторы в среднем состоянии. С отражателями намного лучше, – доложил он.

– Отлично, – протянул майор.

По прибытии на место Лемур заметил толпу. Обычно по лагерю бродили не больше пары человек, но сейчас поднялся весь лагерь. Большинство – вольные сталкеры и чистильщики. Без участия не остались и бандиты.

В центре всего этого дела Лемур увидел старый, оставленный давно догнивать свой век советский КрАЗ с длинным открытым прицепом. Верхом на нём суетились несколько человек.

Прибывших встретил Самара. Предводитель бродяг с довольным видом осматривал грузовик.

– Ты на этом собираешься через заслон «разрядок» пройти? – не выдержал Лемур.

– А что тебе не нравится, родной? – пожал плечами Самара. – Мощный, высокий, вместительный. На таком и роту солдат провезти можно. Дело осталось за малым – горючка и защита.

В последующие полчаса грузовик превратился в центр внимания всех техников и механиков.

Смекалистые техники организовали бойцов, и те понатащили со всего лагеря подходящий железный хлам: куски балок, арматуру, листовое железо. В ход пошли и запчасти от сгоревшего пикапа и всех оставленных здесь когда-то автомобилей.

Чистильщики же встроили в панель приборов детектор аномалий. На крышу установили что-то вроде телескопа. Это и был отражатель, действующий по лазерному принципу. От него в кузов тянулись толстые провода, которые подключили к ряду найденных аккумуляторов.

Также в кузов затащили и пару бочек с топливом. Сюда же сложили ящики с боеприпасом.

Майор не обманул и вскоре предоставил бойцам два герметичных костюма. По многочисленным швам и латкам было понятно, что они кустарного производства.

Лемур влез в изолирующий чёрный костюм с красными вставками. Это была чья-то ранняя модель, подогнанная для использования в условиях Зоны. Костюм носил пафосное название «Тёмный жнец» и имел в наличии отличную защиту от пуль. По всей видимости, местные техники подогнали некогда сталкерский костюм под армейские реалии. Он был несколько тесноватый, но зато в нём сталкер испытывал моральное удовлетворение. В своё время в подобных комбинезонах могли ходить только самые состоятельные бродяги.

Кроме него никто из бродяг участия в операции не принимал. Остальные были поголовно чистильщики. Эти были облачены в модернизированную армейскую модель ПСЗ-5Д «Убийца» болотно-зелёного цвета. От аномалии они защищали не так сильно, зато в бою эта броня была незаменимой. Хотя и к этим костюмам местные технари приложили руку.

Через час импровизированная техника и отряд были готовы к прорыву. Кузов КрАЗа был забран уродливым каркасом из металлических балок и обвешан листами железа.

Кроме фар сбоку приделали прожектор для улучшения видимости.

Перед отправкой майор собрал всех в круг и провёл краткий инструктаж. Лемур его почти не слушал. Он мысленно настраивался на предстоящие события. Ему выпала роль водителя этой жуткой конструкции.

Всего пассажиров было семеро, включая Лемура.

Сталкер медленно катил грузовик в сторону аномального поля. Ему предстоял настоящий прорыв через бушующее поле электрических аномалий.

Консул молча сидел рядом, уткнувшись в экран планшета.

– До заслона не больше сотни метров, – сообщил он.

– Спасибо, я вижу, – сухо поведал Лемур.

Майор взялся за рацию и приказал:

– Гайдар, приготовьтесь – сейчас начнётся.

Сталкер щёлкнул по панели и привёл в действие отражатель. О том, как это чудо инженерии действует, он не имел никакого представления, но больше всего надеялся на него.

В ночной тьме заслон «разрядок» был виден невооружённым глазом. Тысячи молний регулярно плясали и искрили во мраке.

– Ну, с богом…

Согласно составленному маршруту, сталкер приступил к первому шагу.

Грузовик зарычал и пополз вперёд по иссушенной земле. Прочь от опорного пункта и навстречу стихии Зоны.

Последующие события можно сравнить с полётом в космос на устаревшей допотопной ракете. Причём не приспособленной к полёту вообще.

Молнии, как будто приметив приготовления, стали с ожесточением бить по КрАЗу. Вспышка за вспышкой ослепляли бродягу. Но машина упорно продолжала движение.

Статическое поле заволновалось, загудело, начало искриться сильнее.

Сталкер продолжал ехать по строго указанному пути. Изредка он поворачивал, обходя наиболее агрессивные аномалии. Но другие «разрядки» тоже не оставались в стороне. Однако вскоре о маршруте пришлось забыть и двигаться почти наобум.

Машина тряслась, словно её раздирало невероятным давлением. Она скрипела, шипела, дымила. А приборы на панели и вовсе сошли с ума.

Аномалии били по грузовику всё сильнее и сильнее. В какой-то момент запахло палёным пластиком и горелой резиной.

Поднялся страшный грохот от разрядов сотен тысяч молний.

Не выдержали фары, следом за ним погас и прожектор. Но и без них видимость была отличная.

Чистильщики в прицепе развалились на мешках и укутались в ткань. Все они старались хранить молчание. С каждым ударом новой молнии кто-то из них либо на время слеп, либо глох.

Сталкер почувствовал сильное покалывание на кончиках пальцев. Он уверенно вёл машину сквозь ловушки, бранясь матом и проклиная всё на свете.

Слева раздался нехороший хлопок. Одно из задних колёс не выдержало и лопнуло. Но машина продолжала свой ход. Медленно и верно.

Очередной удар аномалии был настолько сильный, что позади что-то загорелось.

Грузовик заглох, затем снова завёлся.

К счастью, аномалии здесь были не такими сильными и окончательно обесточить аккумуляторы не могли. Через «не могу» стальной монстр продолжал двигаться и спустя пару секунд поймал ещё две мощные «разрядки».

КрАЗ снова заглох.

– Включай свой «гаситель», иначе мы здесь останемся! – заорал Лемур, пытаясь завести машину.

– Не «гаситель», а отражатель! – отозвался Консул, держась за голову.

Грохот стоял такой, что у кого-то из бойцов в кузове из ушей пошла кровь. Аномалии, подобно богу грома, продолжали бить с оглушительной силой.

Благо хоть света хватало – от постоянных разрядов аномалий сталкер видел каждый камень на своём пути.

Лемур завёл машину и громко рявкнул:

– Ну!

– Да работаю я, не отвлекай! – крикнул майор, тыкая что-то на своём планшете.

Отражатель на крыше грузовика издал какой-то непонятный шум, и действие аномалий вокруг резко сократилось. Они словно потеряли интерес к машине и лишь изредка били слабыми нитями.

– Другое дело, держись! – крикнул Лемур, нажимая на педаль газа.

– Мы же решили ехать согласно маршруту!

– К чёрту маршрут – прорвёмся напрямки, пока эта хрень работает!

– Сталкер, мы можем спалить её, и тогда нам всем конец!

Но сталкер не стал его слушать и на полной скорости пошёл напрямую.

«Разрядки» расступались перед несущейся техникой. Но более ожесточённо били машину под зад, где действие отражателя заканчивалось.

Заслон аномалий заволновался ещё сильнее. Словно ему не нравилось неожиданное вторжение.

Бампер с треском обрушился на кустарник. И тут из ниоткуда появилось сухое дерево. Однако скорость машины была уже достаточно высокой, и КрАЗ сломил его, словно состав, мчащий на полном ходу.

Детектор аномалий вопил на всю кабину, оглушая сталкера. Лемур осознал, что уже почти не управляет машиной. Руль поддавался слабо, и она просто неслась навстречу неизбежному.

– Сталкер, мы почти прорвались! – прогремел слева Консул. – Осталось ещё немного, и мы выйдем из заслона!

Удар!

Машина подпрыгнула, и сталкер едва справился с управлением. Ровная поверхность сменилась крутыми ухабами, и машину начало бросать из стороны в сторону.

Лемур уже не разбирал дороги. Пейзаж перед ним сменялся ежесекундно.

«Разрядка», «разрядка», сухое дерево, ухабы, вновь «разрядка», снова заросли кустарников, и всё по кругу.

И вдруг грохот закончился. Словно по щелчку, зажглись фары. И прямо на пути Лемур увидел чью-то фигуру.

– Зомбированный! – проорал он.

В момент удара впечатление было такое, что груженый состав врезался в автомобиль, застрявший на переезде. Грузовик буквально размазал череп зомбированного подобно гнилой тыкве.

– Тормози! – завопил майор Ударцев, прикрываясь руками.

Следом за мертвяком перед глазами предстали стальные трёхметровые ворота, огораживающие заброшенный исследовательский лагерь.

С мощным грохотом грузовик снёс ворота с петель с ржавым тянущимся треском разрываемого металла. Тело очередного мертвяка с жутким хрустом размазало вдоль воротины.

Сталкер дал по тормозам, и машина заглохла, застряв в крупном проломе.

Не успел Лемур прийти в себя, как снаружи послышались характерные хлопки.

– Все на выход! – приказал Консул.

Бойцы чётко, как на показательных учениях, десантировались из кузова.

Заработали их автоматы, кто-то даже послал в темноту подствольную гранату.

Сталкер, слегка помедлив, спрыгнул на землю. Свет фар освещал часть лагеря и одну из стен научного бункера.

– Перегруппироваться! – кричал майор.

Лемур даже не сразу понял, что вокруг него завязался бой. Он видел, как чистильщики сменяют позиции и поддерживают друг друга огнём, но противника разглядеть он никак не мог.

– Эй, мужики, что за херня?! – крикнул он Консулу. – Здесь же должны быть ваши парни. Не?

Ответа не последовало. Со стороны центральных ворот послышалось чьё-то мычание и негромкий голос. Следом раздался грохот автоматной очереди.

Чистильщики резво бросились к единственному входу в бункер – стальной бронированной двери.

– «Явленец», не мешкай, живее за мной! – велел Консул.

Хлопки и грохот автоматов сотрясали тишину.

Наконец, когда сталкер обогнул чьё-то обезображенное высохшее тело, он понял, с кем воюют чистильщики.

– Зомбированные! – крикнул он вслед убегающему Консулу. – Откуда они здесь?

– Отвали со своими вопросами, сталкер! – огрызнулся майор, прижавшись к двери. – Мужики, все здесь?!

Один за другим к нему стали подбегать чистильщики. Всего их было семеро вместе с Консулом.

Командир оценивающим взглядом окинул чудовищный хаос, творящийся вокруг. Несколько месяцев назад лагерь был атакован с воздуха и практически выжжен со всем оборудованием. Уцелел лишь бункер и часть стальных стен. И сейчас здесь хозяйничали зомбированные. Их было не меньше двух десятков. Все в давно истлевшей, рваной и грязной разномастной форме.

Чистильщики метнулись к бронированным дверям мобильной лаборатории.

– Занять оборону! – скомандовал Консул, перезаряжая «калашников».

– Командир, их слишком много! – крикнул Гайдар.

Советнику сильно досталось по ходу поездки. Из его ушей стекала ссохшаяся струйка крови. А на шлеме были свежие тёмные следы от статических ударов. Подобные травмы могут запросто привести к эпилепсии или даже психическим заболеваниям типа шизофрении. Однако, похоже, советник майора родился в рубашке.

Мертвяки толпой бродили по ту сторону стального забора. Кто-то из солдат догадался подпереть ворота стальной балкой, и зомбированные буквально всей своей массой навалились на них.

Лемур повернулся к Гайдару:

– Ствол мне дай! – потребовал он, чувствуя себя беззащитным.

Рядом с ним лязгнула о металл шальная пуля.

Гайдар ловко провёл ключ-картой по электронному замку. Послышался лязг шестерёнок и защитных механизмов.

Бронированная дверь начала приоткрываться, но вдруг её створки заклинило.

Чистильщик потянул её на себя. Дверь не поддавалась.

Гайдар повторил свой приём. Тот же результат.

– В чём дело? – спросил сталкер.

– Не поддаётся! Кто-то запер дверь изнутри! – отозвался чистильщик.

– Что?!

Гайдар со всей силы ударил по двери. Затем ещё и ещё.

– Эй! – крикнул он.

Лемур издал яростное шипение сквозь зубы. Он принялся колотить по двери.

– Открывайся, мать твою! – заорал он, стуча изо всей силы. – Мы тут все щас передохнем! Откройте!

Сталкер еле совладал с приступом паники. Калитка внешнего забора к тому времени уже ходила ходуном. Зомбированные не просто пытались выломать её, они ещё и палили по ней со всех стволов.

– Командир, как бы нам не пришлось возвращаться назад к машине! – прокричал Гайдар майору.

– Не получится! Назад пути нет! Помогите с дверью, чтоб её!

Лемур вместе с майором пытались справиться с заклинившим механизмом. Сталкер бил по ней ногами, руками, пихал её, толкал, дёргал что было мочи. И дверь начала поддаваться.

– Давай, давай, давай! – прогремел над ухом майор.

Послышался лязг и скрежет. Створки механизма, что не позволяли стальной махине раскрыться, понемногу давали слабину. В какой-то момент дверь резко отворилась. Это произошло так неожиданно, что Лемур вместе с Консулом рухнули спиной в грязь.

Но ещё неожиданнее было то, что из раскрытого проёма прямо на них смотрело дуло двустволки.

Гайдар ловко выбил оружие из рук незнакомца и вломился внутрь. Громыхнул выстрел, пуля улетела в небеса. Внутри раздались ругань и шум потасовки.

В этот момент сдерживающие напор зомбированных ворота с лязгом и скрипом рухнули.

Лемур больше не терял ни мгновения. Вскочив с земли, он последним скрылся внутри бункера, быстро захлопнул за собой дверь и упал на пол убежища.

– Руки за голову! Мордой в пол! – услышал он.

Зажглись фонари на лбах чистильщиков. Лемур поднялся на ноги и в тесном коридоре увидел, как бойцы Консула заломили двух людей и прижали их коленями.

– Лемур? – прозвучал изумлённый голос.

– Умеров? – только и произнёс сталкер.

Бывший рядовой лежал не шевелясь, с осторожностью глядя по очереди на каждого из гостей.

– Твой друг? – майор махнул дулом автомата.

– Позже объясню, – проговорил Лемур, без сил падая на стальной пол.

– Да свои мы, свои, – прогнусавил второй задержанный.

При свете фонарей Лемур не сразу вспомнил, что видел этого человека в баре несколько дней назад. Звали его Анархист.

– Если свои, какого чёрта дверь не открывали? – злобно прошипел Гайдар.

Голос из соседнего отсека прозвучал, как гром среди ясного неба, и Лемур чуть не вздрогнул.

– Вы чего здесь шумите? – на свет вышел крепкий сталкер в тёмном балахоне, обросший бородой. – Майор, разве так нужно встречать старых друзей?

– О, чёрт, – пробормотал Лемур. – Омуль. Ты жив?

Бывший предводитель диггеров в роще травников, развязавший войну против военизированной группировки «Штаб», сильно изменился с момента последней встречи. Поседел, похудел и больше напоминал старца.

С ним заговорил Консул:

– Не признали. Кто это с тобой, почему дверь не открывали?

– Так мы думали, что это мертвяки к нам стучатся! А вам это… мы для вас принесли кое-что! – оживился Анархист.

Он мотнул головой на ящик, припрятанный в углу. Один из бойцов подскочил к нему и вызволил содержимое.

Челюсть Лемура отпала, чистильщики поочерёдно ахнули. Гайдар ошеломлённо стянул с себя шлем. Один только Консул довольно кивнул. В руках бойца сиял и подпрыгивал светло-молочный легендарный артефакт «клубок».

Сталкер обессиленно прижался к стенке бункера. Консул молча обвёл присутствующих хмурым взглядом и произнёс:

– Ну что же, сейчас мы с вами серьёзно побеседуем.

Глава 11

Переход

«Шаг за шагом ближе к смерти!»

Послание, оставленное кровью в катакомбах

Заброшенный бункер учёных и законсервированная станция

Ранний рассвет следующего дня

После отгремевшей войны с группировкой «Штаб» мало кто знал о судьбе сталкера Омуля. Ходили даже слухи, что он погиб. Оказалось, бродяга стал затворником и жил сам по себе. Однако он всегда был на виду у майора и работал с военными.

Матёрый сталкер крутил в руках «клубок», внимательно осматривая его. Внешне артефакт напоминал сферу, из которой пружинили молочные цилиндры. При этом сфера испускала приятное светло-голубое свечение. Он был вторым источником света в бункере после керосиновой лампы, поставленной на ящик.

– Значит, с тех пор ты так и жил в этом бункере? – спросил Лемур.

– Жил, – подтвердил бородач. – Кто-то же должен за всем этим присматривать. Оборудование сторожить да отморозков гонять. Мы с майором и договорились после войны со «Штабом». Я объект стерегу, карты аномальные составляю. Он мне еду, патроны, снарягу.

Сталкер с удивлением наблюдал за действиями предводителя диггеров. Он не упустил выгодного момента, чтобы перекурить и сейчас дымил сигаретой, делая глубокие затяжки.

– Выходит, Танк тоже умер, да? – спросил бывший диггер.

Лемур утвердительно закивал. Омуль дёрнул головой.

– Хороший был мужик. Очень хороший. Надёжный, как скала. Я изредка с ним связывался. Порой советами помогал какими.

Лемур охнул.

– Постой, Танк говорил, что у него свой человек есть в Зоне. Информатор! Так это ты иногда вёл наш отряд, указывая на новые аномалии?

Вместо бородача ответил майор Консул:

– Омуль стал моими глазами и ушами и принял на себя роль местного лесничего.

Старый диггер только потёр ладони и мотнул головой в соседний отсек.

– Аппаратная там, – сказал он сурово. – Оборудование я как смог, так починил. Сканеры не проверял – не было времени.

Чистильщики проследовали в соседний отсек. Послышал– ся шум включающихся компьютеров и гул от серверов. Лемур не стал присоединяться к ним и составил компанию Омулю.

Усевшись на стул, он облокотился о столешницу.

– И что, так и планируешь жить здесь затворником в гордом одиночестве?

– Знаешь, рано или поздно у тебя наступит такой возраст, когда тебе уже захочется просто тишины и уединения. К тому же здесь от меня больше пользы.

– В самом деле?

– Пока я здесь – всё это добро в хороших руках. А бывает, прохожим помогаю.

– Экий ты добродетельный, – усмехнулся бродяга.

Старый диггер смерил сталкера скептическим взглядом и хмыкнул.

– Сталкер Лемур, – продолжал Омуль. – Ты, как и раньше, всегда в добром здравии и отличном расположении духа.

– Ну, теперь уже не всегда, – поправил сталкер. – Хотя, признаться, весьма стараюсь.

– Всё демонизируешь, – покивал отшельник. – Винишь себя за смерть ребят из «Явления»?

– Виню, что тогда остался жив. Иногда даже задаю себе вопрос зачем.

– Хочешь, чтобы я помог найти тебе жизненную цель?

– У меня есть цель, – чётко сказал сталкер.

– Какая?

Лемур ответил.

Отшельник откинулся на стенку бункера.

– Другого я от тебя и не ждал.

Затворник подозвал сидевших рядом бродягу и дезертира поближе.

– Думаю, тебе стоит послушать их, – сказал Омуль.

Бродяга вопросительно посмотрел на тех двоих. Анархист неспешно начал свой рассказ. И чем больше деталей он раскрывал, тем сильнее Лемур мрачнел.

– …А когда на бар напали, нас двоих послали за помощью. Хребет велел доставить контейнер военных сюда. По дороге мы встретили отряд Спартака и известили о случившемся. Те собрали амуницию и выступили к насосной станции. Увы и ах, что у них там было дальше – не знаю. Мы, как могли, прорвались к бункеру, а здесь кругом зомби. Сами чуть не пропали.

Омуль добавил:

– Я помог ребятам в последний момент и привёл их сюда. Они рассказали мне о случившемся и передали артефакт. Дальнейшее тебе уже известно.

– Что с баром? – спросил Лемур Анархиста.

Тот пожал плечами.

– Мы ведь ушли, – произнёс он. – Я даже и не понял, кто на нас напал. Уверен, Спартак помог им.

– А если нет?

– Ну, тогда им всем крышка. Увы и ах. Хотя штурмом станцию брать забоялись, значит, была на то причина.

– Им нужен был «клубок», – подвёл итог Омуль. – Остальное их не интересовало.

– Ценный, должно быть, артефакт, – подал голос рядовой Умеров.

Дезертир сидел на ящике напротив. От его прежней робости не осталось и следа. Даже при скудном освещении слабой керосиновой лампы было видно, насколько изменились его движения, ставшие чуть более плавными, кошачьими. А пятна чужой крови на его куртке свидетельствовали о нелёгком пути новоявленного странника Зоны.

Лемур смерил его уважительным взглядом. Интересно, что ждёт бывшего армейца дальше? Хотел бы он вернуться к своим – давно сделал бы это. Станет очередным сталкером? Поселится в Зоне и будет одним из волонтёров в лагере Консула? Или примкнёт к бандитской братии? Боевой опыт есть, выживать, как оказалось, он тоже умеет. А сталкерское чутьё у него точно имеется.

Многие сталкеры в Новосибирской Зоне ни разу своими глазами не видели ни одного артефакта. Сибирская Зона скудна на хабар, и все это знали. Этот же счастливчик меньше чем за неделю держал два в руках. С таким началом у парня было очень неплохое будущее.

– Ценный, сынок, – подытожил Омуль. – Ты даже не представляешь насколько.

Лемур поднялся на ноги:

– С вами, конечно, весело, но мне пора отчаливать назад. Омуль, как мне выйти в обход мертвяков?

Анархист суетливо повернулся к бородачу:

– Хороший вопрос – нам бы тоже свалить отсюда побыстрее.

Омуль нахмурил лоб и провёл по нему рукой:

– Либо через дверь, либо прыгнуть в пространственный карман. Но он выбросит вас аккурат к Свинцовому Лесу.

– Увы и ах, а южнее дороги нет? – спохватился Анархист.

Бородач отрицательно замотал головой и указал на бронированную дверь:

– Только так.

Сталкер громко выругался, а Лемур принялся собирать в путь свой рюкзак. За этим занятием его и застал Консул.

– Куда собрался?

– Я обещал помочь вам добраться до бункера. Воевать дальше в мои планы не входило.

Чистильщик посмотрел на него недобрым взглядом:

– Ты намерен отступить?

– Там, на юге остался мой друг, – твёрдо заявил Лемур. – Возможно, единственный. Я не могу оставить его.

– «Явленец», не будь идиотом. Наёмники Булкина будут искать тебя везде и, поверь мне, достанут.

– Я не могу бросить его! – повторил сталкер.

– Сейчас ты ему ничем не поможешь. Зато окажешь услугу, если поможешь сломать эту систему. Начни взрослеть и здраво оценивать ситуацию.

Лемур долго ничего не говорил. В этом споре Консул одерживал верх.

– Мы уже почти закончили и скоро двинемся на север, – добавил майор. – Решай, либо ты перестаёшь ныть и идёшь с нами, либо идёшь на хер отсюда и не будешь путаться под ногами. Но тогда за твою дальнейшую судьбу я не ручаюсь.

Бродяга напряжённо замер, но промолчал. Консул же добавил стали в голосе и сказал:

– Кроме того, когда мы покинем бункер, операция будет носить военный характер. И при первой же встрече мои люди не станут с тобой возиться, а откроют огонь.

Выбор, и правда, был сложный. Отступать от своей цели сталкер не собирался. Но и оставить своего товарища он не мог.

– Я обещал, что выведу его живым из Зоны, – с натягом произнёс Лемур.

– Не остановишь Булкина – не выведешь. И сам сгинешь.

Атмосферу разрядил голос Гайдара из аппаратной. Чистильщики, подключив артефакт «клубок» к какому-то устройству, уже завершали свою работу.

По всей видимости, сканирование было завершено, и бойцы уже вовсю занимались новым маршрутом.

– Товарищ майор, вам нужно это видеть.

Консул вернулся в аппаратную. Вскоре к нему присоединились и Анархист с рядовым Умеровым. До ушей сталкера донеслось оживлённое обсуждение свежей информации, перешедшее в спор. Лемур не стал к ним присоединяться и молча готовился к вылазке.

Он уже сделал выбор и терпеливо ждал остальных.

Чистильщики появились через минуту.

– И что в итоге, разобрались? – с участием спросил Лемур.

– Да, теперь всё ясно, – ответил советник майора. – «Сфера невнимания» искривляет пространство вокруг себя, закручивает его в баранку. С помощью артефакта мы смогли выявить несколько пространственных карманов. Их и проверим.

– Гайдар, что с боезапасом? – спросил Консул.

– С собой только ящик успели утащить, – пожал плечами советник. – Остальное осталось в машине.

Майор провёл рукой по грязной щеке.

– Значит, пойдём налегке, – решил он. – Свяжитесь со сталкерами в лагере и сообщите им координаты.

Советник отрицательно замотал головой:

– Не получится, «Сфера» сильно экранирует. Придётся подобраться ближе.

– Хорошо, – обречённо согласился Консул. – Тогда готовьтесь к вылазке. Здесь ведь есть другой выход?

Он вопросительно посмотрел на Омуля. Бородач стоял у стены, словно мраморная скульптура, и шумно дышал, глаза его блестели.

– Пространственная аномалия там же, где и всегда, – хмуро поведал затворник.

Лемур заметил, что отношения у этих двоих были весьма напряжёнными. Хотя Омуль редко давал волю эмоциям, складывалось впечатление, что бородач терпел присутствие майора и выполнял его поручения скрипя зубами.

Консул же сохранял абсолютное спокойствие и выпады старого сталкера игнорировал.

– Надеюсь, нам не придётся ждать сюрпризов? – уточнил он.

Тем временем двое бравых чистильщиков подскочили к потайному люку в соседнем отсеке и провернули штурвал. Отворив крышку, они посветили вниз фонарём.

Лемур с интересом посмотрел на них.

– Сколько раз был здесь, никогда не знал об этом шлюзе. Хотя и подозревал, что на случай эвакуации у «научников» имелся чёрный ход.

– Этот туннель был создан задолго до появления исследовательской лаборатории.

Лемур едва не поперхнулся и потянулся за пачкой сигарет:

– То есть как?

– Это только вход в секретный законсервированный объект – станцию «Луч-1». Нам туда.

Анархист широко раскрыл глаза. Умеров громко присвистнул. А чистильщики громко зашептались.

Слухи о тайных заброшенных лабораториях давно бродили по Зоне. Но то были байки у костра либо бред обезумевших сталкеров. Ещё никому всерьёз не доводилось бывать в подобных местах. За исключением легендарных сталкеров, таких как Митяй и Бродяга Сеймур.

Лемур решил, что ослышался.

– Повтори, пожалуйста, – потребовал он. – Какая ещё станция?

– Один из первых объектов в Новосибирской Зоне, – пояснил майор, перезаряжая автомат. – Когда Зона только появилась, государство всерьёз занялось изучением этой язвы. В аномальных эпицентрах возводились исследовательские объекты, но, к сожалению, проект был свернут.

Сталкер по очереди посмотрел на всех чистильщиков. Бойцы сидели неподвижно. Как верные псы своего хозяина в лице майора.

– Почему проект свернули? – спросил Лемур.

– Финансирование прервалось, и строительство комплекса приостановилось. Хотя станция под нами уже была готова к работе, и некоторые отсеки даже были запущены. Однако умы нашей необъятной страны не случайно установили свой лагерь именно здесь. Оборудование и вся аппаратура остались внизу и наверняка впоследствии использовались. Ползли слухи о возобновлении действия станции «Луч-1», но дальше слов не дошло.

– И что ждёт этот комплекс?

– Ничего. Денег на восстановление нет. Рано или поздно до объектов доберутся сталкеры и разворуют их.

Анархист нервно облизнул губы. Лемур с интересом поднял голову.

– Допустим, окажемся мы на станции, и что дальше? – уточнил он.

– Там должен быть пространственный карман в Свинцовый Лес, – пояснил Гайдар, скрестив руки на груди. – Вернёмся к своим без этих выкрутасов на аномалиях.

– Почему сразу нельзя было так сделать? – сдержанно поинтересовался Лемур.

– Он действует только в один конец.

– Вот те раз, – выругался бродяга. – Век живи, век учись. Никогда о них не слышал.

– Увы и ах, в Зоне ни к чему нельзя быть готовым, – вставил свои пять копеек Анархист.

– Твои слова-паразиты начинают действовать на нервы, – предупредил Лемур.

Анархист только развёл плечами и подмигнул:

– Увы и ах, придётся привыкнуть.

Отбросив крышку в сторону, чистильщики спустились на разведку. Через минуту снизу раздался басистый голос:

– Чисто, можем идти!

Группа начала готовиться к спуску. Лемур глубоко и неторопливо дышал. Он сжимал и разжимал кулаки, чувствуя внезапный приступ клаустрофобии. Бродить по подземельям было для него ненавистным занятием.

В аппаратной раздался гудок – на приборной панели замигал красный огонёк.

– Что это? – спросил Консул.

– Ничего особенного, – нахмурился советник, щёлкая тумблерами. – Хотя… погоди немного. Нас вызывают.

Он отследил сигнал и потянулся к большим наушникам.

– Что случилось? – Консул с опасением оглядел своего советника.

– Маяк тревоги, – сказал тот. – Частота не наша, по всей видимости, канал частный… Товарищ майор, похоже, это Дмитрий Булкин.

Бойцы замерли в ожидании. Консул надел на голову наушники и провернул тумблер.

– Это может быть ловушка, – сказал он. – Будьте готовы ко всему.

Консул повернул переключатель.

Сталкер не знал, что услышал майор по радиосообщению, однако выражение лица его мгновенно изменилось. Консул молча пошевелил губами, словно прогоняя услышанное. После чего резко сдёрнул с себя наушники и выключил аппаратуру.

Присутствующие внимательно уставились на него, как бараны на новые ворота.

– Ситуация изменилась, – резко бросил Консул. – Гайдар, ты поведёшь отряд через катакомбы. Если я не догоню вас – возглавишь поход в Свинцовый Лес. Всё согласно нашему плану.

– Что? – советник выпучил на него глаза.

Майор сделал шаг вперёд и придирчиво, с головы до ног осмотрел Умерова и Анархиста.

– Вы двое поможете мне.

Роман вздрогнул, Анархист тоже был предельно собран.

– Гайдар, на пару слов.

Когда они переговорили, советник обратился к остальной группе:

– Все слышали приказ? Выступаем. Времени впритык. Майор остаётся здесь. Встретимся с ним на поверхности. Все вопросы потом.

Последнее он добавил персонально Лемуру, встретив изумлённый взгляд сталкера.

Чистильщики послушно стали спускаться вниз. Сталкер шёл предпоследним. Всё его внимание было приковано к майору.

Что такого он мог услышать в радиоэфире? Ради чего он вдруг решил отказаться от всей своей работы?

– Сталкер, не мешкай, слезай вниз! – гаркнул ему в ухо Гайдар.

Лемур послушно спустился за остальными.

Развеять кромешную тьму впереди позволил мощный фонарь, луч которого высветил стены длинного коридора с кучей электрощитов и свисающих проводов. Упёрся луч в массивную железную дверь высотой от стены до стены.

– Разберитесь с освещением, – распорядился советник.

Один из чистильщиков дёрнул рубильник на электрощите, и над стальной дверью загорелась зелёная лампа аварийного освещения.

Бойцы обнаружили себя не в просторном помещении, а в широком тамбуре. Гайдар подключил свой портативный ноутбук к электронному замку.

Много времени не потребовалось – стальная массивная дверь начала медленно со скрипом подниматься.

– Надеть маски, проверить оружие, – приказал советник.

Бойцы послушно выполнили приказ. Лемур также натянул на лицо противогаз натовского образца.

В качестве оружия Гайдар выдал ему милицейский укороченный АКСу. За спиной сталкера щёлкнули предохранители автоматов, раздался лязг металла.

Сверху раздался голос Омуля.

– Эй, командир, – позвал он. – Иди прямо и ничего не бойся. Дорога чистая, разведанная. Поворачивать не вздумай! Сойдёшь с маршрута – окажешься прямо на станции. А там сам чёрт ногу сломит. Всё уяснил?

Лемур поёжился и прижал автомат поближе. Гайдар тихо повторил:

– Идти прямо, не сворачивать. Понял! Надеюсь, не обманул.

«А ты не надейся, болван. В Зоне нет проверенных тропинок», – подумал сталкер, но промолчал.

Мысленно он испытывал зависть к тем, кто остался наверху. Однако чувство долга не позволяло ему сворачивать с намеченного пути. В конце концов, от этого зависела и его жизнь. Не будет же он вечно прятаться! Скрываться от всех и, что самое ужасное, провести остаток жизни в Зоне!

Только от этих мыслей ему стало тошно, и он уверенно шагнул вперёд.

– Ну уж нет, – проговорил он себе, навинчивая фонарик на ствол автомата. – Я закончу эту историю. Слышишь? Я не собираюсь гостить у тебя дольше, чем мне надо.

Последнее он сказал, обращаясь уже конкретно к Зоне.

Пятеро армейцев и сталкер шагнули в неизвестность.

Группа находилась в грязном туннеле, планировка которого наводила на мысль о привычной канализации. Местами с потолка из щелей сочился свет и задувал сквозняк. Кое-где конструкция имела и обвалы.

Чистильщики передвигались быстро и практически бесшумно. Серьёзных препятствий на их пути почти не возникало. Лишь случайно встретившийся на пути зомбированный и высохшее тело мёртвого лося.

С первого же взгляда Лемур понял, что здесь что-то не так. Место было действительно жутким. Из глубин тоннеля тянуло могильным холодом, доносился еле слышимый непонятный свист. Это мог быть как сквозняк, так и живое существо.

Повсюду валялись неизвестно откуда взявшиеся камни, от маленьких до огромных. Местами попадались и черепа. В основном они принадлежали собакам и крысам, но пару раз попались и человеческие. Следы разрушения были повсюду. По стенам пробегали паутины трещин, из которых струился толстый слой неестественно рыжего мха. Иногда казалось, что оттуда за гостями кто-то наблюдает. В одном месте стена была сломана, и там чернела яма. Приглядевшись, Лемур понял, что это нора. Кажется, прорытая снизу.

Лемур отвернулся.

Маски путникам вскоре пригодились: как оказалось, добрая часть туннеля была заполнена отравляющим газом. Однако, опасный участок быстро закончился, хотя снять маски никто не решался.

Лемур двигался плечом к плечу с Гайдаром, периодически останавливая его у опасного участка.

– Омуль сказал, что сюрпризов нам ждать не придётся, – напомнил советник.

Группа остановилась у обвала, в самом центре которого лежала рухнувшая пожарная машина. Рядом также было много прочего металлолома, но чутьё сталкера подсказывало следопыту, что здесь притаилась ловушка.

Лемур посмотрел на груду перед собой и, сунув руку в карман комбинезона, извлёк болт.

– Что-то не так? – спросил Гайдар.

– Сейчас узнаем, – ответил сталкер и бросил болт вперёд.

Столб пламени взметнулся в потолок, обдав пришельцев жаром. Через пару секунд аномалия снова исчезла.

– «Пламя», – изумился Гайдар. – Но мой прибор не…

– Выбрось свою электронику нахер и доверься глазам, они скажут больше.

Ещё несколько болтов, и бродяга смог прощупать безопасную тропинку. Это было пространство у левой стены, всего в полметра шириной. Лемур снял рюкзак и медленно полез боком, прижавшись спиной к стене. Затем принял все рюкзаки и проконтролировал перемещение остальных.

После этого они зашли за поворот и молча шагали до тех пор, пока не наткнулись на указатель и развилку. Свет фонаря упёрся в истлевшую надпись:«Вправо: исследовательская станция «Луч-1».

Справа тянуло холодом и смертью.

– Бородач говорил идти прямо, – сказал советник.

– А я направо и не собираюсь, – Лемур попробовал разглядеть хоть что-то в темноте коридора, но его фонарь не справился с мраком.

Он окликнул чистильщика:

– Чем таким здесь занимались?

– Ты меня спрашиваешь? – изумился Гайдар. – Я о существовании этих объектов знаю не больше тебя.

Голос бойца сильно искажался из-за противогаза.

– Наверное, хотели повлиять на электромагнитные поля Зоны. Мне один ракетчик по пьяни проболтался, что федералы какую-то спецтехнику микроволновую в Зону прикатывали. Вроде ПВО.

– И чего?

– Ничего, – пожал плечами чистильщик. – Как в Зону увезли, так и пропала. А кого сшибать по эту сторону? Да ещё и микроволновым танком? Сам подумай.

Вопрос был хорошим. Системы ПВО и без того окольцовывали Новосибирскую Зону, дабы ни одно воздушное судно не проникло на охраняемую территорию. Но зачем вводить его по эту сторону Периметра? Кого армейцы надеялись сбить здесь? Если это вообще была ПВО.

Команда последовала дальше. Гайдар держал автомат обеими руками, внимательно следя за пятнами от фонарей. Лемур шёл последним.

– Шаг за шагом ближе к смерти, – вдруг сказал идущий впереди Гайдар.

– Ты где эти слова услышал?! – подумав, что ослышался, быстро спросил напрягшийся Лемур.

– Что? А, здесь кто-то нацарапал. А что такое?

– Это девиз старой шизанутой группировки, – напрягся бродяга. – Одна из сталкерских баек у костра. Про клан сумасшедших фанатиков, которые верили в какое-то божество и приносили жертвоприношения не слышал?

– Самое время поднять эту тему здесь, – севшим голосом отозвался чистильщик.

– Я не шучу. Говорят, этих психов как раз в подземелье загнали. Давно ещё, перед самым рождением «Штаба». Эти отморозки себя, кажется, «Крайний Свет» называли. Всё в загробный мир стремились. А посему и девиз у них такой ламповый – шаг за шагом ближе к смерти.

Гайдар остановился, громко вздохнул и развернулся:

– Если это так, тогда тем более держим ушки на макушке. Не хватало ещё попасться в лапы безумным фанатикам.

По спине сталкера пробежала волна мурашек. Он разом вспомнил все легенды про таинственный клан «Крайний Свет». И от воспоминаний этих ему стало худо.

Впереди был небольшой спуск, который закончился лужами химической аномалии «желешка». В лучах фонарей булькающая масса испускала фиолетовое свечение, похожее на неоновое. Свечение осталось и после того, как Лемур отвёл фонарь.

– У меня плохое предчувствие, – сказал кто-то из бойцов.

– А у меня хорошее, – отозвался Лемур. – Уверен, впереди нас ждёт финская баня и бабушкино варенье.

– Сталкер, замолчи, – прервал его советник.

– А что такого? Помечтать уже нельзя? Нет, ну что вы за люди, а?..

Через какое-то время спутники дошли до нового проёма, дверь которого была на месте и распахнута. Вниз вели ступени. Гайдар заглянул туда и подозвал сталкера.

– Что скажешь?

– Чисто.

– Уверен? Детектор молчит, но я хотел бы убедиться…

– Здесь нет аномалий, – повторил сталкер. – Далеко нам ещё до выхода? Мне уже порядком надоело здесь блуждать.

– Нет, скоро мы будем на поверхности.

Внизу тускло мерцала лампа аварийного освещения, и Лемур увидел непросторное помещение.

Группа уже было спустилась вниз, как вдруг совсем рядом раздался глухой удар.

Чистильщики резко направили фонари к источнику – стальной двери сбоку.

– Что за чертовщина? – спросил Лемур.

– Рассредоточиться, – распорядился Гайдар. – Воздух, он отравлен… Не снимать маски!

Прямо напротив была ещё одна стальная дверь, над которой красовалась табличка «Выход». Дверь же сбоку вновь отозвалась сильным ударом.

– Надеюсь, нам не туда? – севшим голосом спросил сталкер.

– Боже упаси!

Чистильщики занервничали. Их датчики забили тревогу. Концентрация химического заражения была слишком велика.

Удар сбоку повторился. Бойцы сохраняли видимое спокойствие, хотя Лемур был уверен, что нервы у каждого были на пределе.

Гайдар отложил винтовку и схватился за штурвал обеими руками.

– Осторожно! – предостерёг Лемур.

Советник повернулся.

– Что? – спросил он.

– Ничего, – произнёс Лемур и посмотрел на зловещую дверь слева. – Крути давай.

Вздохнув, Гайдар крепко схватил штурвал и потянул влево. Замок поддался с третьего раза, жалобно заскрипел и провернулся сразу на пол-оборота.

– Что-то не так, – сказал Гайдар. – Такое ощущение, что с той стороны кто-то помогает…

Он снова крутанул штурвал, и Лемур внезапно упал на него сверху, прижав к полу. Чистильщики отскочили, глядя, как штурвал продолжает вращаться сам по себе, увеличивая скорость. Внезапно тяжёлая дверь открылась так резко, что едва не слетела с широких петель. Из-под неё вырвался столб жаркого пламени и едва не обдал огнём одного из бойцов. За ним последовала волна ледяного воздуха. Хором заревели датчики аномалий.

– Все назад! – крикнул Лемур, но бойцы и так уже отступили.

Чистильщик, чьё лицо успел облизнуть огонь, затряс головой. В воздухе запахло горелой резиной. Противогаз бойца слегка подплавился.

– Твою мать, – высвободился Гайдар, отряхиваясь. – Спасибо. Только это единственный выход!

– Бородач сказал, что дорога чиста, – поведал боец справа от него. – Соврал?

– Да зачем ему? Впрочем, не исключено.

– Я знаю Омуля, и он не крыса, – вступился за отшельника Лемур. – К тому же, если бы он хотел нас сплавить, придумал бы более надёжный способ.

– Это какой же? – в голосе Гайдара прозвучали нервные нотки.

– Нас бы поджидала не жалкая аномалия, а организованная засада «Оберега». Нет, Омуль не врал.

– Тогда откуда прямо на проходе взялось это?

– Это Зона, – сталкер пожал плечами. – Есть множество причин, как аномалия могла зародиться здесь.

Боец с оплавленным противогазом сделал шаг вперёд:

– Командир, время. Здесь нельзя долго задерживаться.

Вопросительные взгляды упали на Гайдара. Про себя сталкер отметил, что до сих пор не знает имён остальных четырёх бойцов. Впрочем, на людей они походили мало и больше напоминали биороботов, слепо выполняющих приказы.

Никакой инициативы или альтернативного мышления. Типичные солдафоны. Вот и сейчас, в безвыходной ситуации они ждали решения старшего.

– Хорошо, – наконец решил Гайдар. – Прямо нам не пройти. Но есть и обходной путь.

Его взор упал на боковую дверь, в которую периодически продолжали громко стучать с обратной стороны.

– Нет! – решительно крикнул сталкер. – Нет! Только не туда!

Гайдар обречённо вздохнул и пожал плечами:

– Можно вернуться назад и попробовать пройти через станцию «Луч-1».

От этого предложения по спине словно мурашки пробежали. Несмотря на всю свою пассивность в решениях, даже чистильщики не горели желанием соваться туда.

Они взволнованно зашептались, но вслух ничего не сказали.

– Может быть, у кого-то будут другие предложения? – громко спросил Гайдар.

– Вернуться в бункер. Уверен, старый сталкер найдёт нам другую тропинку, – попытался Лемур.

– Другой тропинки нет! – перебил его советник майора. – Попасть в пространственный карман можно лишь отсюда. Наверху путь преграждает поле из «разрядок» и заставы «Оберега»! К тому же мы не имеем права задерживаться!

Один из чистильщиков замялся и неохотно спросил:

– Станция «Луч-1». Она большая?

– Никогда там не был, – признался Гайдар. – Но знаю, что если мы выберемся через нее, то поднимемся далеко от кармана.

Удар в дверь снова повторился. На этот раз с новой силой.

У одного из бойцов сдали нервы, и он пнул по ней в ответ и что-то громко прокричал. Другие двое оттащили его назад.

Гайдар, наконец, решил:

– К чёрту. Этот путь самый оптимальный. Попробуем открыть. А там будь что будет. Если окажется ловушка – идём через станцию «Луч-1».

Это решение чистильщики поддержали единогласно. Недовольным остался только Лемур. Но спорить против всех было бесполезно.

– Если тебе страшно, можешь валить на хер, – сурово сказал Гайдар.

Чистильщики встали дугой и направили оружие на стальную дверь. Гайдар взялся обеими руками за штурвал и провернул его. Замок поддался с удивительной лёгкостью. Советник потянул штурвал на себя, отходя с линии возможного огня изнутри, и приоткрыл дверь.

Лемур ожидал чего угодно. Стучали по ту сторону сильно. Слишком сильно. Человек не способен на такое, а посему его воображение рисовало жутких чудовищ. Тех самых, о которых травили байки у костра. Высоких, сильных, резвых, невидимых, клыкастых! Однако увиденное поразило его ещё больше.

По ту сторону никого не было! За дверью находился лестничный пролёт, уходящий вниз.

– Что там? – Гайдар машинально отскочил от двери и взялся за оружие.

Внезапно снизу раздался приближающийся звук, словно кто-то бежал и тащил за собой стальные оковы с цепями. В голове Лемура одна за другой пронеслись несколько самых безумных теорий насчёт природы этих шагов.

Сами по себе щёлкнули предохранители бойцов, погасли их фонари, погорела вся электроника.

– Эй, что за чёрт?! – вырвалось у Гайдара.

Чистильщики машинально потянулись к своему оружию, и в эту секунду появился загадочный хозяин подземелий.

– Все на пол, живо! – прогремел Лемур, отскакивая к дальнему углу и падая на сырой бетон.

Из темноты, сверкая молниями, вырвался расплывчатый фиолетовый шар, вокруг которого быстро сверкали тысячи нитей. Сам сгусток уверенно летел на пришельцев.

Ругаясь матом, чистильщики рухнули на пол. И вовремя.

Фиолетовый шар пролетел мимо людей, обдав их теплом, и ворвался в открытый проем, в котором спрятались аномалии. Никто не успел ничего понять – над головой раздалась серия оглушительных взрывов, сопровождаемая скребущим треском.

Потом всё прекратилось. Шар улетел наверх и скрылся где-то позади.

– Ну ни хрена себе! – воскликнул кто-то из бойцов. – Что это было?

– Блуждающая аномалия, мать её! – проорал Лемур, поправляя противогаз. – Никогда раньше такую не видел! Нигде и никогда!

– Верю на слово, – Гайдар поднялся на ноги и взялся за винтовку.

Какое-то время ничего не было видно. Лемур только слышал короткие стоны и недовольные возгласы. И вдруг сами по себе зажглись все шесть фонарей. Заработали и портативные компьютеры.

– Все целы? – спросил Гайдар, отряхивая штанину.

– Голова побаливает и тошнит слегка, – отозвались ему.

Сталкер ничего не ответил. Тошнота и в самом деле подступила к горлу. А виски неприятно запульсировали от нестерпимой боли.

Двое бойцов стянули с себя маски, их стошнило. Лемур же держался увереннее. Хотя с каждой секундой ему становилось всё хуже.

– Пора сваливать отсюда, – решил Гайдар, держась за голову. – Проверьте спуск и выдвигаемся.

– Это уже не нужно, – прервал его Лемур.

Сталкер стоял на ногах в проёме основного пути, осторожно глядя вперёд.

– Смотрите, – позвал он. – Путь свободен!

Гайдар присоединился к нему, уставившись в чёрную пустоту.

– Невероятно, – протянул он. – Что это была за аномалия?

– И куда она исчезла? – подал голос кто-то из чистильщиков.

По ту сторону было светлее. Из многочисленных щелей сочился дневной свет.

Сталкер в несколько движений миновал бывшую опасную зону и прошёл немного вперёд.

– Здесь чисто! – позвал он. – И дышится намного лучше!

Он довольно стянул с себя противогаз и вдохнул свежего воздуха.

Группа молча последовала за ним. Бойцы также стали стягивать с себя маски. Лемур, наконец, начал видеть в их глазах осмысленность. Похоже, серьёзная встряска начала понемногу возвращать им человеческий облик.

На лицах появились счастливые улыбки. Кто-то даже отшутился насчёт ситуации позади.

Однако это был ещё далеко не конец пути. Сталкер чувствовал, что впереди их обязательно поджидала какая-то дрянь.

Гайдар же, напротив, заметно расслабился и бодро шёл вперёд.

– Подъём уже близко, – сказал он. – Наверху, поди, солнышко греет, птички поют.

«Скорей бы», – мечтательно подумал Лемур.

Сколько они уже здесь? Час? Два? Больше?

Часы у всех были сбиты после встречи с блуждающей аномалией. Чистильщики, отшучиваясь, дали ей название «циркач», хотя сталкеру оно не понравилось.

Он бы именовал её по-другому. Например, «комета» или «громовержец». Но его идею никто не одобрил. Что же, «циркач» так «циркач». Лишь бы больше с ним не встречаться.

В воздухе ощущалась сырость, хотя стены были сухие. Нигде не было заметно источника влаги. Лемур не знал ни одной аномалии, имитирующей сырость. Встречать ещё парочку новых разновидностей в этом месте ему больше не хотелось.

Далее всё пространство постепенно стал захватывать жуткий рыжий мох. Пол под ногами вздыбился и местами проваливался. Из трещин выползали корни непонятного растения.

Вскоре свет снова стал уступать мраку, и прямо по курсу им встретилось ещё одно загадочное явление. Лемур замер и посветил наверх:

– Взгляните. Вы когда-нибудь видели что-то подобное?

Потолок был не плоским и бетонным, а каким-то холмистым, из него свисали вниз прозрачные загадочные щупальца. Когда свет фонарей падал на них, они подрагивали, сужались.

– Здесь, по крайней мере, есть жизнь, – заметил Лемур, указывая вперёд. – Вон сколько костей, значит, зверьё сюда ходит.

– Только не выходит, – тихо сказал Гайдар.

Бойцы, пригнувшись, цепочкой двинулись дальше. Щупальца над головой оживились, зашевелились. Зловоние здесь стояло невыносимое. Сталкер не ведал, что за явление творилось у него над головой, однако когда среди костей он увидел и человеческие, осознал всю степень опасности.

Неведомый враг медленно тянул свои щупальца к людям, но бойцы оказались быстрее. Прозрачных отростков становилось всё больше – все они жаждали захватить добычу. Чистильщики же постоянно светили на них фонарями, и те сужались обратно.

Внезапно один из таких отростков коснулся плеча крайнего бойца, оставив обжигающий след. Чистильщик вмиг сбросил с себя куртку. Запахло палёным. Куртка задымилась, и ее словно начало разъедать кислотой.

– Осторожнее с этой дрянью, – предупредил сталкер.

Когда люди миновали опасный участок, отростки вновь потянулись наверх и замерли.

– Не хотел бы я знакомиться с ними поближе, – признался Гайдар.

– И не надо, – выдохнул сталкер.

В луче фонаря мелькнули на долю секунды никем не замеченные обглоданные кости и давно высохший череп – явно человеческий. Рядом бесполезной скорлупой валялись стальная каска и бронежилет.

На облезлом зелёном шлеме по трафарету было белой краской выведено: «Крайний Свет».

Звук выстрела прошёлся по тоннелю гулким эхом. Бойцы тут же сломали строй: Лемур метнулся к ящику, чтобы спрятаться за ним, Гайдар последовал ему примеру. Чистильщики же заняли боевые позиции, кто на полу, кто сбоку.

Стреляли из соседнего отсека. Того самого, за которым группу должен был ожидать заветный выход.

– Вот и засада! – выругался злобно советник.

Один из бойцов сделал шаг в сторону, и тут же раздался новый выстрел. Боец бросился на пол к товарищу. Судя по тому, как он дёрнулся перед падением, пуля пропорола самый край его защитного костюма.

– Стрелок один! – проскрежетал он, вскидывая оружие.

– Огонь! – скомандовал Гайдар.

Лемур не присоединился к последующему бою. Риск получить шальную пулю в замкнутом помещении и без того был велик. Поэтому он просто залёг и прикрыл голову руками. Спецы всё равно сделают всё сами. Зачем им мешать?

Вскоре грохнул последний выстрел, и по ту сторону раздался короткий вопль. Всё стихло.

– Вперёд, пошли! – приказал советник.

Внезапно послышался слабый и жалобный голос:

– Сдаюсь. Я один. Честно.

Чистильщики, прикрывая друг друга, устремились к противнику.

На пыльном полу перед ними, зажимая простреленное плечо, лежал человек в комбинезоне полевой окраски.

Гайдар наклонился к нему и без церемоний ухватил стрелка за воротник.

– Кто ты?! – рявкнул он.

Незнакомый сталкер застонал и скривился от боли. Лемур присмотрелся к нему. Половина лица его была изуродована, другая кого-то напоминала.

– Отпусти-и, – выдохнул стрелок. – Чёрт! Больно же!..

Чистильщик не ослабил хватку и продолжил допрос:

– Кто ты такой? Тебя подослал «Оберег»? Омуль нас сдал? Отвечай, сука!

– Нет, – ответил незнакомец. – Не знаю Омуля… Коллекционер. Он заплатил мне.

Советник довольно кивнул.

– Значит, всё-таки «Оберег». Что ты здесь делал? Откуда знал о нас?

Раненый громко простонал и прогнусавил:

– Ч-Ш-Ш-алый… Ч-Чалый меня зовут! Я сталкер Чалый!

И Лемур вспомнил его.

Чалый! Тот самый человек, который в баре «Чехол» рассказывал ему легенду про Аппендикс, а после пытался убить Серафима. Это был он.

Сталкер грубо оттолкнул Гайдара и крепко схватил пленника за грудки.

– Чалый, сука! – процедил он. – Это ты пытался убить моего друга в баре! Одноногого! Зачем? Что он тебе сделал? Говори, гнида, или я и вторую половину лица приукрашу!

Он выхватил нож и прижал его к глазу Чалого. Тот застонал ещё сильнее и взмолился:

– Не надо, парень, не надо! Я всё скажу! Всё скажу! Только не убивай!

Он закашлялся.

– Скажу, всё скажу, – повторил Чалый. – Меня завербовал «Оберег». Давно ещё. Я был наблюдателем на юге. В баре «Чехол».

Он быстро задышал, лицо его было бледным.

– Я получил приказ – устранить предполагаемую угрозу. Легальных сталкеров из какой-то группы «Явление». Мне сообщили, что я могу встретить их в баре «Чехол».

– Кто дал наводку? – спросил Лемур.

– «Оберег». Я получал задания напрямую от Коллекционера. Он велел мне разобраться с выжившими. Но я не знал деталей. Не знал имён. Ничего почти не знал. Тогда я стал сочинять сталкерам байки про таинственное место в Аппендиксе. Клондайк. Кладезь для сталкеров. И впаривал им якобы защитные препараты.

– Ты их травил, – догадался Гайдар.

– Да, травил, – подтвердил Чалый, щурясь от боли. – С десяток дурачков точно отправил на верную смерть. А потом что? Потом с них снарягу снимал…

Лемур быстро обыскал раненого и нашёл выключенный ПДА.

– Продолжай, – потребовал сталкер.

– Было бы что рассказывать! Хах! – стрелок стиснул зубы. – Задание я провалил. Даже когда вы явились. Я точно знал, что вы те, кто мне нужен. И что? Я не смог справиться даже с одноногим калекой.

Лемур от души врезал ему по лицу, и Чалый со стоном повалился на бетон. Сталкер наступил ботинком на грудь и надавил с силой:

– Следи за базаром, чертила!

– Что ты здесь забыл? Как оказался в катакомбах? – подал голос Гайдар.

Стрелок шлёпнул себя по груди здоровой рукой.

– После неудачи я сбежал… мне нужна была помощь. Коллекционер дал мне последний шанс… Он велел перекрыть мне этот проход, на случай, если появятся гости. Вы.

– Откуда он знал про нас? – чистильщик поднял бровь.

Чалый засмеялся. И его смех напоминал истерический. Он стал ёрзать под ботинком Лемура.

– Коллекционер умён. Очень умён. Он просчитал все ваши ходы намного вперёд. И велел мне оставить вам аномалию… его люди научили меня. Научили.

– Ставить аномалию? – переспросил Гайдар. – Повтори.

– …не понимаю, как вы прошли через «пламя». Вы должны были сгореть. Не сработало…

– Где сейчас Коллекционер? – Лемур надавил ботинок. – Где «Оберег»? Отвечай!

Чалый взвыл от боли и стал слабо скулить. Лемур с отвращением убрал ногу и отступил на шаг.

Он не был сентиментальным, но картина вызывала у него тошноту.

– Я не хотел. У меня семья, – ослабевшим голосом сказал раненый, запуская здоровую руку за спину. – «Оберег» меня всё равно убьёт. Я уже труп. Но своих спасти ещё могу!

– У него детонатор! – один из чистильщиков выстрелил в Чалого.

Голова бывшего сталкера взорвалась кровавым месивом. Но перед смертью он успел выполнить задуманное.

Чистильщиков обдало холодным ветром. Вокруг тела закружилось множество синих молний. Мертвец слегка приподнялся в воздухе, и вокруг него начал подниматься маленький смерч. Новорождённая аномалия в виде большого прозрачного шара издала глухой свист, и пространство вокруг запульсировало. Судя по всему, это был мощный «гравикотёл».

Глава 12

Лицо врага

«Добро пожаловать в светлый посёлок Излучинск! (Осторожно! Район захоронен и имеет высокую степень загрязнения! Берегите себя, мужики)».

Выцарапано на дорожном знаке при въезде в деревню

Окрестности Свинцового Леса

Обеденное время

– Надеть маски! – скомандовал Гайдар, выбираясь из дыры под ясное небо.

Чистильщики по очереди поднялись наверх, выполняя приказ. Холодный ветер ударил в лицо. Лемур поднялся на четвереньки и огляделся.

– Что случилось, опять химия? – спросил он и опомнился. – Понял. Излучинск.

– Старая деревня, в которую свозили все химические отходы практически со всей Зоны, – ответил советник, сверяясь с показателями на ПДА. – Воздух здесь настолько отравлен, что вдохни мы его без маски – наши лёгкие бы неминуемо сгорели.

– А я-то надеялся, что буду рад возвращению на поверхность, – ухмыльнулся Лемур.

Излучинск был небольшим поселением, оставленным после появления Новосибирской Зоны. Местных жителей эвакуировать так и не успели, а в период Большой Стройки сюда свозили все отходы. В итоге посёлок полностью оправдал своё название: химический фон на его территории превышал все допустимые нормы. Сталкеры редко заглядывали сюда. Ничего ценного в поселении не было. Кроме того, на территории деревни почти всегда бродили зомбированные. И другое, не менее жуткое явление – эманации.

На памяти Лемура мало кто бывал в этом районе. И ещё меньше тех, кто умудрялся что-то приносить отсюда. Поистине мёртвое место.

Погода выдалась не самая приятная. Из-за туч выглянуло осеннее солнце, но землю оно не грело. А с неба сыпал первый снег. Снежинки быстро таяли, едва достигнув земли, а сам факт наступления зимы не мог радовать.

– Люблю грозу в начале мая, – съязвил сталкер и повернулся к чистильщикам. – Куда нам, шеф?

– Прибор барахлит, млядь, – выругался Гайдар. – За мной, пошли.

Группа беспрепятственно миновала единственную улицу в деревне. Избы были покрыты толстым слоем мха и сильно покосились. Многократно встречались предупреждающие таблички, информирующие о биологическом заражении. Фон химической заразы там зашкаливал, и приходилось огибать эти места.

– Движение на пятнадцать часов, – доложил кто-то из чистильщиков.

Отряд замер и вскинул оружие.

Завидев нечто в одной из изб, отряд замер в оцепенении. В окнах двигались прозрачные силуэты людей. Они не издавали ни звука, лишь изредка скользили по воздуху и растворялись.

– Эманации, – севшим голосом произнёс Лемур. – Не обращайте на них внимания.

– Ты их раньше видел? – запаниковал Гайдар.

– Нет, только слышал про деревню призраков, – прошептал сталкер. – Они безвредны и скоро исчезнут. Но привлекать их внимание не стоит.

– Чем же это плохо? – спросил кто-то из бойцов.

– Тем, что по деревне могут бродить и другие твари, – ответил Гайдар.

– Не в этом дело. Никто точно не знает, что здесь происходит. Но говорят, что эманации лучше не трогать. Иначе можно навсегда остаться в этой деревне.

– Как он? – один из бойцов указал на истлевшее тело в отдалении. Судя по одежде, это был сталкер, неудачно забредший на мёртвую территорию.

– Лучше пойдёмте отсюда, – попросил Лемур.

– В обморок не упади, – проворчал Гайдар, убирая оружие. – Тащить на себе не стану.

Эманации не обращали на путников никакого внимания и вскоре исчезли. Но затем появились новые в других частях деревни. Они проживали не больше пары минут, прежде чем раствориться в воздухе.

По слухам, это были бывшие жильцы деревни и рабочие Большой Стройки. Когда Новосибирская Зона только появилась, Излучинск оказался едва ли не в самом эпицентре. Когда сюда добрались спасательные группы, они столкнулись с первыми зомбированными. В годы Стройки же здесь погибло немало рабочих. С тех пор Излучинск стал настоящим могильником. Даже звери обходили его стороной, а хозяевами деревни стали загадочные призраки – эманации.

Кто-то из сталкеров рассказывал, что в ночное время суток деревня оживает. В избах загораются окна, а эманаций становится гораздо больше, и они светятся. Проверять эту легенду на правдивость у Лемура не было никакого желания.

Его мысли прервал выстрел, прозвучавший в глухой тишине как гром среди ясного неба.

Чистильщик сбоку опустил автомат.

– Зомбированный, – довольно сообщил он.

– Как Чалый смог создать аномалию? – спросил Лемур у идущего впереди Гайдара.

– Хороший вопрос, – ответил чистильщик. – Последнее достижение штаба Булкина. Если сейчас и правда каждый отморозок сможет создавать вокруг себя аномалии – утечки за Периметр не избежать.

– Похоже, она уже началась, – мрачно заметил сталкер.

– Именно поэтому нам и нужно как можно скорее попасть в Свинцовый Лес. Так или иначе, производство этих бомб замедленного действия находится там.

– А если нет? – спросил Лемур, вглядываясь в кусты.

– Больше негде. Слишком много сил стянуто в этом лесу.

– Вы не могли предположить, что это ловушка? – сталкер поправил противогаз.

– Нет, это совершенно точно, – ответил Гайдар, теряя терпение.

Группа перемахнула через деревянный мост над пропастью. Внизу клубился густой туман и сворачивался в воронку.

«Очередная дьявольщина», – подумал сталкер.

Дальше их путь пролегал вдоль оврага. Здесь тоже была туманная дымка, хотя и не такая густая, как под мостом.

Наконец, жуткая деревня осталась позади. Датчики чистоты воздуха нормализовались, и бойцы с облегчением сняли маски.

– Экскурсия по городу призраков закончена, – довольно заявил сталкер. – Пожалуйста, верните билеты и отметьтесь в регистратуре.

– Мы почти пришли, – Гайдар сплюнул. – А Омуль, сука, трепал, что идти всего ничего.

– Ну, по сравнению с нашими покатушками по полю «разрядок» это детский лепет, – сказал Лемур. – Скажи спасибо еще, что не пришлось…

Он замолчал. Гайдар тоже замер и поднял руку, сжатую в кулак, на уровень головы. Команда застыла.

– Что? – прошептал один из бойцов, ничего не заметив.

– Тихо. Слушай.

С востока доносился тихий рокот.

– Вертолёт, – сказал Лемур.

– Да. Это «Оберег». В укрытие!

Группа бросилась за Гайдаром, поспешно сбежавшим в овраг. В трёх метрах от них виднелся выложенный бетоном проход, уходящий куда-то вглубь. Советник добрался до него и прижался к стене.

– Всем раскрыть уши, – велел он. – Пережидаем.

Стоило ему договорить, как приближающийся шум лопастей резко усилился – очевидно, вертолёт вылетел из-за холма.

Чистильщики молча прислушивались, что происходит наверху. Вертолёт летел в сторону недостроенного заводского комплекса.

– Что им здесь надо? – спросил Лемур.

– Разве не очевидно, нас ищут, – огрызнулся Гайдар. – Если поднажмём, через пару минут будем на месте. Если нет, нас засекут, как фанеру над Москвой… За мной, бегом!

У Лемура на этот счёт были другие соображения. Вряд ли Дмитрий Булкин станет поднимать единственную воздушную единицу ради того, чтобы вычислить один отряд бывших армейцев. Тем более что его агенты вроде Чалого и так блокировали все подступы. Здесь явно была причина посерьёзнее.

Уж не связан ли с этим майор и его решение остаться в бункере?

Пока группа бежала навстречу холодному ветру со снегом, Лемур вгляделся вслед улетающему воздушному хищнику.

Здесь на холме сталкер отлично видел всё: и сеть «разрядок», и маленький заброшенный бункер, и заводской комплекс. Его внимание приковала высотная башня чуть дальше завода. Сооружение явно было построено после появления Зоны и, возможно, использовалось как опорный пункт «Оберега».

Вертолёт нёсся туда. Сталкер пригляделся и увидел редкие вспышки. Он прильнул к биноклю.

Так и есть! Там шёл бой!

И вдруг снизу он увидел знакомые очертания. Немного не доехав до башни, в кустах завяз грузовик КрАЗ. Тот самый, на котором они с чистильщиками добрались до бункера! А рядом с ним сновала фигурка в армейском бронежилете. Человек медленно двигался прямо к башне.

Сталкер прижал к глазам бинокль и еле выдавил из себя:

– Майор Ударцев! Консул!

Чистильщики не отреагировали на его реплику и продолжили своё движение.

– Сталкер, не отставай, у нас мало времени! – окликнул его Гайдар.

– В смысле? – опешил тот. – Мы что, его бросим?

– У майора своя задача, у нас – своя, – отрезал советник.

– Ему жить надоело? Какая ещё своя задача? – Лемур остановился.

Гайдар, похоже, не на шутку был рассержен и огрызнулся бродяге:

– Майор велел ждать его в лагере или приступать к операции самостоятельно. Независимо от результатов его действий.

Вертолёт продолжал кружить вдалеке. Сталкер взорвался:

– Каких действий? Куда он полез?

Советник сдался и сквозь зубы процедил:

– У него встреча. С Дмитрием Булкиным. Тот позвонил майору и попросил о приватных переговорах.

Лемур округлил глаза:

– Что? И Консул повёлся на это?

– Булкин отвёл своих разведчиков и снайперов из этого участка. Он пропустил нас к карману.

– Обмен фигур? – удивился сталкер.

– Вроде того, – подтвердил советник. – Большего рассказать тебе пока не могу. Доволен?

Сталкер отошёл на шаг назад и удовлетворённо кивнул.

– Вполне, – сказал он и поправил лямку автомата. – Спасибо за информацию. Дальше я сам.

* * *

Звонкий стук гаечного ключа по металлу прервал концентрацию Лемура. Сталкер оторвался от своих мыслей по поводу предстоящей операции и попытался протереть глаза относительно чистой рукавицей.

– Всё в порядке, – подал голос Серафим и выполз из-под машины. – Подвеска ещё терпит.

Он отложил инструмент в сторону.

– Ты чего такой загруженный? – спросил «явленец». – Всё о завтрашнем думаешь?

Лемур уселся на табуретку, стаскивая со лба защитные очки.

– Точнее, о сегодняшнем, – хмуро сказал он. – Мутно всё это. Никогда вояки раньше в наш отдел не совались.

– Да уж, – Серафим почесал лысину. – Боишься, что теперь на горбушку нам сядут? Так это сразу понятно было. Делу время. Они первое время за нами просто следили, прощупывали. А как мы успехов добиваться стали, так всё – прошли их тест, и теперь нас можно эксплуатировать.

– И мы возвращаемся к былым временам, когда солдаты сталкеров в своих нуждах использовали, – горячо вздохнул Лемур.

– Ну, зато здесь нам хотя бы снарягу хорошую выдают. А в этой мастерской и вовсе от гвоздя до самолёта найти можно. Не пешком же по Зоне бродим, уже радует.

Лемур смотрел на товарища добрых десять секунд, пока не моргнул.

– Согласен, хотя бы голышом бегать по Зоне не приходится, – заметил он.

– По Зоне вообще бегают только психи, – хмыкнул молодой водитель, снимая перчатки.

В гараж зашёл Танк:

– Странно слышать это от человека, оказавшегося достаточным психом, чтобы в Зону прийти.

Серафим встрепенулся и наигранно отдал честь.

– Шеф, осмотр закончен, – отчеканил он. – Ехать можно. Но осторожно.

Танк продолжал стоять в проходе.

– Выезжаем через три часа, – напомнил он. – Вы бы выспались как следует.

Лемур повернулся к нему и полюбопытствовал:

– Тебя после брифинга попросили остаться. Что за секреты?

– Вас они не касаются, – сурово сказал вожак группы. – Ложитесь спать.

И скрылся.

Серафим надул губы и бросил ему что-то вслед. Повернулся к Лемуру:

– Какой нудный у нас командир.

– Свергнем? – Лемур улыбнулся.

– Если будешь чаще угощать пивом, отдам свой голос тебе.

«Явленцы» рассмеялись. Лемур вспомнил о своём празднике и слегка скис.

– Если честно, каждый раз, когда в Зону едем, меня мандраж берёт, – вдруг признался Серафим.

– Всех берёт – это нормально.

– Главное, стоит Периметр проехать, и всё – спокойно. Но перед самым выездом… Так и охота на душу принять.

– Ты водитель, – напомнил сталкер.

– Да помню я, помню, – Серафим отмахнулся от него, как от надоевшей мухи. – Но, если честно, между нами: предчувствие у меня какое-то нехорошее. Прям отталкивающее. С вечера меня не отпускает.

Пока водитель снимал с себя робу, Лемур успел стащить его кока-колу.

– Это твои страхи, – отрезал он. – Не думай об этом.

– Тебе легко говорить, ты Зону куда больше меня истоптал, – хмыкнул Серафим.

– Не сказать, что это звучит как комплимент, – признался Лемур и сделал несколько глотков. – Не заморачивайся. Все вернёмся целые и невредимые.

Серафим посмотрел на него тревожным взглядом.

– А потом пойдём гулять в какой-нибудь бар в честь моего праздника, – Лемур улыбнулся.

Серафим оживился:

– Обещаешь?

– Обещаю.

* * *

– Обещаю, – процедил сталкер, переходя с бега на шаг.

Воспоминания кольнули в сердце и сбили с темпа. Мысли о Серафиме всё чаще посещали его. Выжил ли он? Помог ли ему артефакт? Сможет ли следопыт его спасти?

– Смогу, обязательно смогу. Ещё за именины мои отгуляем как следует, – уверенно произнёс Лемур себе.

Путь по болотистой местности оказался сравнительно лёгким, как и положено стартовой полосе. Сталкеру встретились всего две аномалии, которые, словно издеваясь, кружили сухие листья, будто напоминая, что влететь в них может разве что слепой. Бродяга плавными дугами огибал их и возвращался на условную линию выбранного курса.

Башня, к которой двигался сталкер, была одним из военных объектов, созданных на случай военного вмешательства в Зону. Плацдарм для наступления. Этим также объяснялась её близость к восточному Периметру, чтобы войска смогли быстро перегруппироваться.

Когда-то давно, когда сталкер Лемур работал на учёных в исследовательском бункере, вышку прикрывали не более пяти стрелков. Тогда предполагалось усилить гарнизон. Однако вскоре её и вовсе оставили. Сейчас же, по всей видимости, здесь решил осесть «Оберег».

Дорога была вовсе не прямой, как указывал навигатор. Извилистая автомобильная тропа простиралась между фантастических деревьев, немыслимых соединений древесины разных пород. По левую руку в нескольких сотнях метров располагался заводской комплекс. По правую, чуть дальше – исследовательский лагерь.

За очередным поворотом сталкер снова увидел «вертушку». Ми-8ТВ висел на одном месте, целясь в пустующую башню. Лемур не мог дать внятного объяснения, какого врага выискивал пилот. Одно было ясно наверняка – в башне происходит что-то неладное.

Наконец, он добрался до грузовика майора Ударцева. Самого чистильщика нигде не было видно.

Грузовик был всё ещё заведён, но все его колёса были спущены. Из-под капота валил дым, а в лобовом стекле зияли свежие пулевые отверстия.

И тут случилось совсем непонятное.

Многоцелевой Ми-8ТВ поднялся выше, зависнув точно над башней. После чего принялся поливать её огнём. Не иначе, как если бы пилоты получили приказ о ликвидации собственного убежища. Или там уже никого не было?

Сталкер ускорился и перешёл на бег.

Худощавый человек в новеньком с иголочки камуфляжном костюме сидел за столом и, надрывая голос, что-то кричал по рации. Он пытался перекричать рокот приближающегося вертолёта.

– Приготовиться к эвакуации, – голос его дрожал, как и он сам.

– К нам приближается неизвестный субъект, – доложил по рации охранник. – Ликвидировать?

– Нет, пропустите, – велел человек.

Он следил за экраном монитора. Зазвонил мобильный телефон. Человек схватил трубку.

– Да, – сказал он и изменился в лице. – Коллекционер здесь? Быстро он…

Выслушав некоторые рекомендации от собеседника по телефону, он сдался.

– Хорошо, жду, – худощавый отключил мобильник.

Времени было мало. К башне приближался вертолёт.

Человек в камуфляже спешно вызволил диктофон и сделал короткую запись. Когда он закончил, входная дверь раскрылась и внутрь прошёл один из его личных телохранителей.

Время пришло.

Проверив пистолет, человек поднялся со стула.

– Мы покидаем башню, выведи меня, – твёрдо распорядился он.

Телохранитель даже не пошевелился. Он сцепил руки за спиной и молча смотрел на своего начальника.

– Этого больше не потребуется, – наконец произнёс он, и человек в камуфляже застыл с удивлённым лицом.

– Как? Что случилось?

– Ваша эвакуация отменяется. Теперь вы под домашним арестом до прихода Коллекционера.

Худощавый сразу всё понял.

Охранник потупил взгляд всего на мгновение. Но этого было достаточно. Начальник хорошо знал его. Как знал и всех представителей собственной службы безопасности. Знал все их недостатки и все их достоинства.

– Прошу простить, Дмитрий Юрьевич, – сказал телохранитель. – Мы получили некоторые рекомендации от вашего партнёра по бизнесу.

– Я понял, – процедил Дмитрий Юрьевич сквозь зубы. – И ты меня прости, Миша…

Быстро вытащив пистолет, он трижды выстрелил в охранника.

* * *

Сталкер застыл как приклеенный.

Вертолёт «Оберега» явно не мог стрелять по одному Консулу. Потому что, судя по общему грохоту на территории башни, там велась настоящая бойня. Судя по всему, внутри наёмной организации «Оберег» произошёл раскол, и собратья по оружию что-то не поделили. Многоцелевой Ми-8ТВ не висел на месте, а постоянно менял позицию, то и дело поливая башню огнём.

Внутри происходил погром. Когда Лемур подобрался к башне максимально близко, он чётко увидел, как по ней носятся люди с оптикой. Видел и горящие обломки какого-то джипа у входа, возле которого лежали трупы.

Бойцы «Оберега» были облачены в выделяющийся на окружающем фоне песочный камуфляж. Их лица были скрыты зеркальными забралами. Весьма дорогое снаряжение натовского производства. Доставить такое сюда явно стоило больших денег.

Внутри грохотали выстрелы. Похоже, «обереговцы» бились друг с другом за каждый этаж. Но почему? Что вдруг сподвигло их к братоубийственной бойне?

Сталкер рывком добрался до входа и рванул внутрь. Нет, он шёл сюда не для того, чтобы спасти майора. Скорее, наоборот, Ударцев может ему здорово помочь. Лемур не собирался ввязываться в войну в Свинцовом Лесу. Его не интересовало аномальное оружие. Важнее всего было устранить главную угрозу – Булкина. И он был здесь.

Стёкла на окнах отсутствовали. Вместо них – ржавые решётки. Первый этаж был завален разным хламом: столами, ящиками, даже рабочими станками. Наверх вёл лифт и обычная лестница.

На первом же этаже бродяга едва не столкнулся с сопротивлением. Двое «обереговцев» по кому-то палили на лестничном пролёте. Сталкер и понять ничего не успел, как послышался характерный стук и затем крик:

– Все на землю, грана…

Грохнул глухой взрыв.

Лемура обдало бетонной крошкой. Поднялся густой столб пыли. Вниз по лестнице скатился обезображенный труп одного из защитников башни.

Лемур подскочил к лифту. Тот был обесточен.

– Сообщаю о своей невиновности и безоговорочной сдаче! – раздался голос со всех, казалось, сторон сразу.

Лемур подскочил на месте. Он старался быть готовым ко всем неожиданностям, но всё равно его охватил холод.

Громкий голос звучал из колонок, привинченных к по– толку:

– Я был предан и находился длительное время в плену у своего помощника. Мне удалось вырваться, и я сообщаю о своей сдаче!

По интонации Лемур пришёл к выводу, что обладатель голоса был среднего возраста. Никакой обработки звука, просто обычный голос достаточно циничного человека.

Сталкер перешагнул тело павшего «обереговца» и, вскинув автомат, стал медленно подниматься.

За окном гремел пулемёт. Изредка шальные пули проделывали дырки в стенах. С потолка ссыпалась бетонная крошка. Пол был усеян стреляными гильзами, битым стеклом и прочим мусором.

На перепутье третьего этажа он наткнулся на ещё один труп. Казалось, что защитник башни уснул сидя, прислонившись к стене. Между его ног лежала штурмовая винтовка. Лемур заглянул в зал.

Пустые глазницы окон, запах гари, куча мусора.

Бродяга продолжил движение.

– Ворота будут открыты, охрана ослаблена, – говорил хозяин. – Но, если вы не успеете, у меня не останется выбора.

Внизу грохнул взрыв. Здание содрогнулось.

– Скоро мой коллега обо всём догадается и немедленно попытается ликвидировать меня. Я прошу помощи! Прошу защиты!

– Кто ты? – громко произнёс Лемур. Но он не был услышан. Неведомый хозяин продолжил:

– Я знаю все его секреты, все коды и пароли. Знаю, где хранятся…

Громкая автоматная очередь сверху прервала его монолог. Лемур напрягся и приготовил оружие к бою. Он резко ворвался на следующий пролёт и наткнулся на дуло автомата.

– Что ты здесь забыл? – послышался удивлённый и даже обрадованный голос Консула. – Ты же должен быть с остальными!

Майор опустил оружие. Он выглядел потрёпанным. На костюме свежие следы чужой крови. Лицо грязное. Штаны местами разорваны, словно майор пробирался через колючую проволоку.

Ответить сталкер не успел. Видимо, Консул был весьма рад неожиданной поддержке и только уточнил:

– Что с остальными? Ты их вывел?

– Гайдар, – поправил сталкер. – Да, они ушли к карману. Я сюда.

– Молодец, тогда пошли, – Консул, ничего больше не спрашивая, ринулся на этаж выше.

Сейчас он слабо напоминал человека. Скорее, робота, выполняющего определённую программу. Майор пролёт за пролётом поднимался всё выше. Изредка он пригибался, прячась от шальных пуль, иногда и сам по кому-то стрелял. В конце концов лестница привела их на крайний этаж с дверью-клеткой.

– Булкин внутри.

Выстрелом майор сбил замок и, пнув дверь с ноги, ворвался внутрь.

Настал момент истины. Лемур уже был в предвкушении увидеть настоящего врага. Внутри он ожидал увидеть что угодно. Подготовленных боевиков, облаченных в настоящие доспехи. Щиты, пулемёты, новейшие винтовки. В конце концов он был готов к подлянкам вроде мин или, на худой конец, аномалии. Чего угодно. Но реальность его не столько удивила, сколько огорчила.

В тесном помещении с единственным окном на глаза попался только старый советский стол и обмякшее тело на полу. Солнечный свет падал аккурат на пыльный ковёр по центру, где лежал один из бойцов «Оберега».

Проигрыватель крутил кассету, и бойцы услышали более чётко:

– …Мои верные люди получили приказ пропускать всех без исключения. Я буду ждать вас здесь, майор. Но если вы не придёте – проиграете…

Лемур застыл как вкопанный. Консул нервно прикусил губу и осторожно сделал шаг вперёд.

– …я ваш единственный шанс, майор. А вы – мой. Приходите, я буду ждать…

Кассета закончилась. Послышался щелчок. Началась обратная перемотка и запись начала воспроизводиться снова.

– Что это значит? – спросил сталкер.

– Это сообщение в эфире, – сказал Консул, обойдя стол.

Позади него была ручная лестница, ведущая на крышу.

– Он наверху! – Консул первым начал подъём.

Лемур перешагнул через обмякшее тело и следом за Консулом забрался на крышу.

Бродяга уже успел привыкнуть к необычно суровой погоде Зоны, но на крыше здания ему казалось, что он попал в какую-то разновидность ада. Снег здесь перемешался со свирепым ветром, грозившим сдуть любого. Лучи солнца, словно издеваясь, не согревали и слепили сталкера. Прежде чем к Лемуру вернулось зрение, он услышал властный голос майора:

– Стоять на месте!

Чистильщик стоял в боевом положении и держал на прицеле автомата худощавого человека в камуфляже. Тот беззаботно стоял на краю, глядя куда-то вдаль.

Незнакомец обернулся и невесело улыбнулся:

– А, майор Ударцев. Вы опоздали. Я ведь вас ждал намного раньше. Теперь уже поздно.

– Брось пистолет, – сурово сказал Консул. – Руки держи на виду!

– Не настрелялся и не накомандовался, – печально констатировал мужчина.

За его спиной усилился рокот винтов, и через мгновение снизу выплыл многоцелевой вертолёт Ми-8ТВ. Стальная стрекоза зависла прямо напротив крыши.

Пыли намело столько, что щуриться было уже невозможно. Лемур натянул на глаза защитные очки, чётко уместив на переносице. Стало намного лучше.

Грохот стоял такой, что закладывало уши. Вертолёт завис над крышей.

– Если ты думаешь, что завёл меня в ловушку, то ты ошибаешься! – крикнул майор. – Крышу простреливает мой снайпер! В его руках электромагнитное ружьё, которое может запросто сбить вертолёт! Если ты попытаешься навредить мне, живым отсюда никто не уйдёт!

Дмитрий Юрьевич Булкин безучастно смотрел на происходящее.

– Если это правда, путь он собьёт вертолёт, – он грустно улыбнулся.

– Ты просил встречи со мной – говори, что хотел, пока я не выбил всю дурь из твоей башки! – окликнул майор.

Лемур только сейчас посмотрел на вертолёт, зависший в десятке метров. Сталкер видел, как распахнулась дверца боковой кабины, и прямо в него целился снайпер в шлеме.

Худощавый крикнул:

– Я надеялся выйти отсюда живым, но теперь я точно знаю, что должен умереть!

Он глубоко вздохнул:

– Послушай, майор! Коллекционер – это он за всем стоит! Его план, его люди, это всё он! Этот ублюдок взял меня в заложники, но я выбрался! И назад не вернусь!

Консул обомлел. Что-то изменилось в его лице.

– Повтори!

– Уничтожь Коллекционера! Если его не остановить сейчас, этот маньяк распространит заразу Зоны по всему миру!

– Почему я должен тебе верить?

– Не должен. Но придётся. Если не сделаешь, что я скажу, – всему конец!

Вертолёт слегка наклонился вбок. Снайпер пока не решался открывать огонь.

– Кто он такой? Очередной хер со столицы?

– Разве это сейчас важно?

– Важно, когда я буду поднимать на него дело!

– Нет, он был сталкером. И не это главное. Послушай, сейчас он контролирует группировку «Оберег». Но они ему нужны только как защита. Группа мала и практически сломлена.

– Что он защищает?

– Хранилище артефактов. Он помешан на этом. Ты должен его найти, пока он не начал свой процесс.

В разговор вмешался Лемур.

– Клан «Пересвет» – его рук дело? – спросил сталкер.

– Это научный проект, о сути которого не знал даже я, хотя и был его прямым спонсором, – ответил Дмитрий Булкин с неожиданной болью в голосе. – И мне жаль, что я стоял у самых его истоков и не остановил, когда мог. Правда, жаль.

Бизнесмен всё так же стоял у самого края, взгляд его выражал боль.

– Держи руки так, чтобы я их видел, – предупредил Консул.

– Зачем Коллекционер всё это сделал? Чего он хочет добиться, если понимает, что из Зоны он не выйдет? – продолжил допрос Лемур.

– Не надо тебе об этом знать, поверь мне, – горестно ответил бизнесмен.

– Отвечай ему! – потребовал Консул. – Не забывай, падла, что ты у меня на мушке!

Дмитрий встрепенулся и покачал головой.

– Найдите хранилище артефактов. Спроси сталкеров из своего лагеря – они скажут, где это.

– Что хочет сделать Коллекционер?! – повторил Лемур. – Ответь мне, пожалуйста!

Дмитрий пошатнулся.

– Внизу есть люк – он выведет вас отсюда! Уходите! Для меня есть ещё одно дело… Я не должен достаться ему живым.

Он встал на край и вскинул руку с пистолетом.

Грохнул выстрел. Не успел сталкер ничего понять, как тело Булкина уже летело вниз, широко раскинув руки.

Бродяга отстранился на шаг назад.

– Твою мать! – вырвалось у него.

Снайпер в вертолёте вдруг скрылся. Но через мгновение показался вновь и вскинул винтовку. Он намеревался убить остальных.

Глава 13

Отражение

«Зона – единоличная, непредсказуемая сука».

Граффити на стене в коллекторе

Окраины Свинцового Леса, река Студёная и Западный Периметр

Обеденное время

Пилот многоцелевого Ми-8ТВ поднял машину над крышей и наблюдал интересную сцену.

– Коллекционер, там какие-то разборки, – сказал лётчик. – Булкин под прицелом двух стволов.

– Вижу, – мрачно ответил командир, вскидывая винтовку.

Натянув на голову шлем, подтянутый высокий боец в защитном костюме раскрыл боковую дверь и взял одного из двух неприятелей под прицел.

– Если эти уроды попытаются убить его – мочим их.

Коллекционер почувствовал, как винтовка медленно выскальзывает из его рук.

Внезапно внизу громыхнул выстрел. Снайпер опустил оружие, не веря своим глазам. Булкин прострелил себе голову и уже летел вниз.

– Босс, у нас проблемы! – позвал пилот. – Дмитрия больше нет.

– Не слепой, – прошипел Коллекционер и вернулся в салон вертолёта. – Чёртов кретин, он даже не представляет, сколько хлопот только что мне доставил.

– Что делать с этими двумя? – спросил пилот.

– Кто они? Майор там?

– Да, и ещё какой-то мужик. Не знаю его. Может, чистильщик.

– Нет, это точно не армеец, и лицо у него какое-то знакомое, – Коллекционер вновь высунулся и прильнул к прицелу.

Через секунду он отдёрнул от себя винтовку:

– Чёрт, это же… он из «Явления»! Держи машину, сейчас я его…

Внезапно вертолёт резко дёрнуло вбок. Коллекционер едва не свалился вниз, но удержался за сиденья. Панель приборов резко погасла. Загорелись аварийные датчики.

– Что случилось?! – вырвалось у командира.

– Нас подбили… теряем высоту!

* * *

Из соседнего здания полыхнуло что-то синее. Раздалось длинное, меняющее частоту гудение. В следующее мгновение вертолёт обдало статическими искрами, словно он всей своей неуклюжей тушей налетел на электропровода.

Многоцелевой Ми-8ТВ резко накренило в сторону.

– Что это было?! – крикнул Лемур.

– Мать твою, стрелок фуев, – Консул опустил оружие. – Бежим отсюда!

Они оба прыгнули в люк и скатились по лестнице вниз.

К великому сожалению, сбить вертолёт не удалось. Из чего бы по нему ни попали, вскоре он вновь завис над башней и открыл мощный огонь. Крупнокалиберные пули пробили кирпич, превратили мебель в щепки и разворотили всю аппаратуру.

Снаружи снова раздался гудящий треск. В окне вновь моргнуло светло-синим.

Бродяги на полной скорости мчались по лестнице вниз.

– Что это такое гудит?

– То, что мне удалось позаимствовать у армии, – пояснил Консул на ходу. – Не отставай! Надолго это их не задержит!

– Так нас что, правда прикрывал снайпер?

Кирпич позади него взорвался бетонной крошкой. Пуля пролетела прямо над ухом.

* * *

– Держи его, держи! – кричал голос Анархиста над ухом. Рядовой Умеров по миллиметру смещал ствол электромагнитной винтовки, стараясь не выпустить вертолёт из прицела.

Раньше Роман слышал о разработке новейшего вооружения, основанного на аномальной энергии. Но встречать воочию точно не приходилось. Майор вручил ему универсальную разработку научной инженерии – электромагнитное ружьё «Кварц». Убить человека оружие не сможет – максимум оглушить. Но вот сбить вражескую технику способно на раз. Во всяком случае, так обещал майор Ударцев. Как же окажется на самом деле, одному богу известно.

– Анархист, – произнёс он, стараясь не менять положения головы.

Он не просил совета. Он всего лишь хотел объяснить, что сейчас все попытки помочь будут только мешать.

Сталкер понял.

– Ясно, молчу, – вдруг он подобрался. – Погоди! Тот тип на крыше, он что, застрелился?

Роман и сам прекрасно видел происходящее.

Майор велел этим двоим засесть на крыше трёхэтажной постройки, в паре сотен метров от башни. Роман был отличным стрелком на Периметре, поэтому универсальное оружие Консул доверил ему. Анархист же прикрывал снайпера и помогал майору пробиться к башне.

– Чёрт, там появился стрелок, – сказал бродяга, не отрываясь от бинокля.

– Анархист.

– Почему майор тупо стоит?

– Анархист.

– Чёрт, стрелок снова высунулся!

– Анархист!

– Млядь, стреляй, стреляй по нему!

Роман, поймав в прицел кабину вертолета, нажал на спусковой крючок. Ружьё «Кварц» загудело и вздрогнуло в руках. Вертолёт озарила вспышка сотен электрических молний, и он резко сошёл с дистанции.

Анархист победоносно завопил:

– Попал! Ты попал по нему! Красавчик!

– Если бы ты не мешал мне… – начал Умеров, но напарник вдруг его перебил.

– Увы и ах… Похоже, ты его ещё не сбил.

Дуэль между небом и землёй началась.

Башня содрогнулась. По стенам поползли трещины. Потолок в некоторых местах обрушился и преградил путь к отступлению.

Лестница обвалилась. Груда кирпича и камня рухнула с потолка. Поднялось густое облако пыли.

– Завал! – крикнул Лемур. – Дальше никак!

Сталкер обернулся. Его мозг работал на полной мощности, он искал все мыслимые и немыслимые варианты спасения.

Бежать было некуда, но Лемур предпочитал не думать об этом. Он ощутил какой-то нелепый внутренний покой. Все понятия о дружбе и вражде, о любви и ненависти смешались в его душе в не поддающийся оценке клубок чувств. Человек, фактически контролировавший сталкерство, стоял рядом плечом к плечу. Рёв пулемётов и грохот вокруг смешались в кучу. Сколько людей погибло здесь сегодня? Десятки? Лемур до истерического смеха хотел лишь одного: чтобы всё это просто закончилось.

Выход нашёл Консул.

– В шахту лифта, быстро! – крикнул он.

– Ты спятил?! – Лемур был на грани срыва.

Майор всей своей могучей массой раскрыл створки дверей. Кабина лифта находилась на самом нижнем уровне – на первом этаже.

– Живее, здесь лестница! – позвал Консул.

Страх и трепет вынудили бродягу последовать за чистильщиком.

Над головой раздался грохот. Здание содрогнулось. Сверху посыпались обломки.

Один из них обрушился прямо на голову сталкера, едва не лишив его чувства самообладания. Нестерпимая боль прокатилась волной. Сознание бродяги едва не померкло.

Раздался треск, и вниз со свистом полетел конец троса. Лемур едва увернулся от него.

Следом лопнул ещё один трос, прошедший концом вдоль стены и выбивший искры в некоторых местах.

Шипя от накатывающей боли, сталкер на пару с майором выбрался из шахты через проход на первый этаж.

Заветный потайной лаз нашёлся быстро. Ничего особенного – обычная стальная дверь без надписей и указателей.

Выстрелом сбив замок, Консул вышиб дверь:

– Быстрее вниз!

Вертолёт вернулся в своё прежнее положение и открыл по башне шквальный огонь. Он простреливал все этажи, не давая возможности выбраться целым.

Роман вновь прильнул к прицелу и произвёл выстрел. На этот раз электромагнитный импульс прошёл мимо. Вертолёт завис и медленно повернулся к снайперу.

– У нас проблемы, – Роман соскочил с места.

– Шмаляй по нему, чего стоишь как вкопанный!

Пилот, похоже, заметив стрелка, повёл машину в его сторону. Умеров вновь прильнул к прицелу. Стальная стрекоза приближалась и увеличивалась в размерах. Бывший рядовой уже видел, как вращаются барабаны пулемётов.

Завопил над ухом Анархист:

– Чего ты тянешь?! Бей!

– Не мешай, придурок! – Роман вдавил спусковой крючок.

Снаряд угодил точно в кабину и временно парализовал стальную стрекозу. Статические молнии прошлись по пулемётам, и те задымили.

– Ты его обезоружил! Ха-ха! – воскликнул сталкер. – Выкуси, летающий кусок говна! Увы и ах, нас тебе не достать!

Но, похоже, у экипажа многоцелевого Ми-8ТВ на этот счёт было своё мнение. Вертолёт медленно повернулся, и боковая его дверца отъехала в сторону. Вместо снайпера наружу показалось нечто, отдалённо напоминающее футуристическое оружие будущего. Внешне оно напоминало круговой шестиствольный пулемёт, к которому были приделаны контейнеры со светящимся содержимым.

– Надо уходить! – Умеров живо поднялся на ноги.

Он бы мог просто выстрелить по загадочной установке, но его ружьё требовало долгой перезарядки. И этих драгоценных секунд у бывшего армейца просто не было.

– Анархист, валим!

Устройство на борту вертолёта сначала вспыхнуло голубыми огнями, затем раздался негромкий, почти неслышимый хлопок. Сразу после этого перед глазами возникла яркая вспышка. Умеров успел увернуться и прыгнуть за груду ящиков прежде, чем стал свидетелем жуткой картины.

На том самом месте, где он находился, с оглушительным хлопком танцевали молнии. Это была статическая аномалия – «разрядка». Коварная ловушка мгновенно взорвалась, выпустив в жертву всю свою электрическую мощь. Анархист едва успел отвернуться и прикрыть лицо руками, но тут же неестественно выгнулся вперёд.

Всё произошло слишком быстро.

В воздухе запахло палёным пластиком, а обугленное тело свалилось вниз. К тому моменту, когда оно достигло земли, сталкер был уже мёртв.

– Анархист, нет! – отчаянно и протяжно взвыл Умеров. – Неееет!

Вертолёт развернулся и начал снижаться. На землю стали сыпаться люди в песчаном камуфляже.

* * *

Потайной лаз вывел двух беглецов к канализационному узкому туннелю. В конце Лемур готов был увидеть что угодно. Он уже был уверен, что ничто не сможет его удивить. Но просчитался.

– Лодка! – вырвалось у него.

Канализации давно были затоплены грунтовыми водами, а те впадали в пробегающую горную речушку. По всей видимости, Дмитрий Булкин на крайний случай рассчитывал спастись бегством и заранее припас здесь резиновую лодку на моторе.

– Прыгай! – майор лихо уселся в нее.

У сталкера ещё оставались сомнения по поводу этого безумия, но когда позади он услышал топот ног, всё же сел в лодку.

Майор завёл двигатель, отрезал конец верёвки, и резиновая лодка устремилась к свету. Со спины послышались голоса:

– Вот они! Остановите!

В темноте сверкнула вспышка. Следом хлопнул выстрел. Лодка успешно вынырнула из водозаборного жерла широкой трубы диаметром в несколько метров. Горная река подхватила моторку, и та устремилась вниз по течению.

– Куда она ведёт? – спросил Консул.

– Студёная река пролегает как раз через Свинцовый Лес, – откликнулся бродяга.

Он обернулся. Башня и строения завода стали стремительно удаляться. Быстрое течение уносило пассажиров в лесистую местность.

– Похоже, оторвались, – облегчённо сказал сталкер.

И услышал рокот приближающегося вертолёта.

* * *

– Пошли! Пошли! Пошли! – отчеканил Коллекционер.

Вертолёт приземлился в десятках метров от башни, возле остова пожарной машины. Четвёрка бойцов высыпала наружу и устремилась к зданию.

– Не глуши двигатели, – сказал Коллекционер и выбрался на свежий воздух.

Пока его люди зачищали башню от свидетелей, лидер синдиката «Оберег» подошёл к обмякшему худощавому телу. Дмитрий Юрьевич Булкин упал прямо на бетонные плиты, сломав позвоночник и застыв в нечеловеческой позе. Его раскрытые голубые глаза смотрели в небо. Тело успело слегка припорошить снежком.

Коллекционер неодобрительно покачал головой и поцокал языком.

– Димка, Димка, ну зачем же ты так, а? – тихо спросил бывший партнёр по бизнесу.

В виске Дмитрия Юрьевича зияла глубокая дыра, из которой сочилась кровь.

Зашипела рация, и Коллекционер ответил:

– Вы нашли беглецов?

– Нашли, – отозвался старший группы. – Ушли на лодке по реке.

Командир недолго подумал, после чего отключился и бегом вернулся в вертолёт.

– Поднимай птичку, – велел он пилоту. – Летим вдоль Студёной речки.

Лётчик послушно поднял машину.

* * *

Вертолёт зловеще вынырнул из-за лесных массивов. Он стремительно нагонял беглецов на лодке, но пулемёт почему-то не стрелял.

– Ура авиации в Зоне! – бодро провозгласил Лемур и свернул правее. Лодку развернуло сильнее – она оказалась более чувствительной к управлению, нежели рассчитывал Лемур. Но теперь он точно знал, чего ожидать от «речного коня». Перескочив через несколько невысоких водопадов на развилке, бродяга уверенно повёл лодку на запад.

– Куда мы?! – крикнул Консул.

– Дальше по течению! – ответил Лемур.

План был прост как карандаш, хотя и опасен. В свете сложившейся ситуации оторваться от преследования было не так-то просто. Спускать всё на тормозах пилоты явно не собирались, а добрыми их намерения никак нельзя было назвать.

Так что оставался шанс, хотя и слабый, – проскочить на лодке вдоль Западного Периметра. Вертолёт не станет сближаться с границей, а если и станет – его неминуемо собьют.

Консул взволнованно поднялся во весь рост.

– Мы же сближаемся с Периметром! – выпалил он. – Ты что задумал?

Летающий механический хищник упорно преследовал свою жертву и останавливаться не собирался.

Лодка бодро подпрыгнула на камне и плюхнулась обратно.

Стены Периметра уже виднелись по левую руку.

– Сейчас весь Барьер на уши встанет! – крикнул Консул.

Вертолёт резко остановился и завис в воздухе. Как и предполагал Лемур, пилот не отважился соваться так близко к военным. А вот лодка с двумя беглецами неминуемо оказалась в центре внимания.

Лемур бросил взгляд в направлении Периметра и мгновенно побледнел. Часовые на посту поймали лодку в прицел. Загудела сирена тревоги.

– Ляг на дно. Уцепись за что-нибудь! – велел сталкер. – Надеюсь, сегодня на посту дежурят овощи.

– На стене нет ово…

Залаял громкоговоритель, но рёв моторного двигателя перекрывал его.

Деревья по левую руку закончились, и вдоль реки растянулся трёхметровый бетонный забор, по которому была натянута колючая проволока. Каждую сотню метров стояла пулемётная вышка. С одной из таких по беглецам открыли огненный залп.

Сталкер пригнулся. Над головой просвистели несколько пуль. Чуть впереди поднялся фонтан воды, и бойцов обдало холодом. Несколько пуль всё же продырявили лодку, но она продолжила своё движение по реке.

Про себя Лемур безумно радовался, что Студёная была горной и быстрой рекой. Лодка и без мотора двигалась довольно резво. Правда, у горной реки есть и свои нюансы – водопады. И первый такой едва не перевернул лодку вверх дном. Она тут же ударилась о торчащий из воды булыжник и крутанулась вокруг своей оси. В следующую же секунду её вновь подкинуло, и пассажиры едва не повылетали в воду.

Едва первая пулемётная вышка осталась позади, как показалась вторая. Река протекала по отношению к ней немного дальше, но стрелок наверняка был уже осведомлён о нарушителях и готовился встретить их порцией свинца. Однако стрелять ему пришлось по другой цели.

С востока из-за лесного массива вновь взмыл в воздух винтокрылый механический хищник. Вертолет, не страшась военных, преследовал двух беглецов и был всего в нескольких десятках метров от Периметра.

Многоцелевой Ми-8ТВ летел вдоль границы, ошарашив всех её защитников. Наконец из вышек по воздушному нарушителю открыли огонь. Но то, что случилось дальше, повергло сталкера в шок. Любой в Зоне знает – убийство военного чревато самыми жёсткими последствиями. За один небольшой инцидент на уши могут поставить всю Зону и перевернуть её с ног до головы. Но, похоже, загадочный Коллекционер уже не страшился этого.

Боковая дверца отъехала в сторону, и наружу показалось странное устройство. Лемур не успел разглядеть, что было дальше. Лодку бросало из стороны в сторону, и он едва справлялся с ней. И вдруг позади он услышал громкий хлопок. Сталкер бросил взгляд в ту сторону и мгновенно побелел. Пулемётная вышка вспыхнула синим светом. Вокруг неё метались и рвались тысячи электрических молний. Прямо посреди находилась электрическая аномалия – «разрядка».

– Что это было?! – вырвалось у бродяги.

Консул принялся что-то громко кричать ему, но Лемур его уже не слушал.

Вертолёт, уничтожив надоедливую пулемётную вышку, прибавил скорости и поравнялся с лодкой. Из раскрытого люка на беглецов смотрело шестиствольное устройство, горящее множеством огней и лампочек. Внезапно оно блеснуло зеленым, и грохнул закладывающий уши хлопок.

В метре от лодки появился сферический сгусток, искажающий пространство и затягивающий его в тугой ком. Бродяге почти полностью заложило уши при сближении с ним. Сфера едва не притянула к себе лодку, но течение оказалось сильнее.

– Это что ещё такое? – спросил Консул.

– Аномалия! «Вихрь»!

– Откуда она здесь взялась?!

Лемур и сам затруднялся с ответом. Если технологии Коллекционера добились создания пушки, стреляющей аномалиями, то шансы одолеть такого врага стремились к нулю.

Река дала крутой поворот вправо и далее стала течь по принципу змейки. Идеальный шанс уйти от преследования, если не считать того, что здесь также пролегали многочисленные водопады и камни.

Вертолёт слегка приотстал, но вскоре нагнал беглецов и пронёсся над ними. Устройство на его борту вновь загудело, и прямо по центру реки вспыхнул огненный столб пламени. Лемур едва успел крутануть руль влево и чудом избежал столкновения с аномалией «пламя». Консул заорал что-то нечленораздельное. Лемур едва управлялся с лодкой, периодически направляя её то влево, то вправо.

На крутом повороте бродяга решил срезать через сушу и слегка наклонился назад.

– Держись! – крикнул сталкер и направил лодку правее.

На высокой скорости она тут же подпрыгнула на камнях и несколько метров буквально пролетела над травой. Позади что-то хлопнуло, и пассажиров обдало жаром. Ещё одна огненная аномалия появилась совсем рядом.

Проскочив через сухой участок, лодка вновь вернулась в воду и продолжила свой путь.

Подобный стиль управления судном сокращал время, расходуемое на определённые дистанции, а значит, позволял выиграть у Коллекционера несколько драгоценных секунд, которые понадобились вертолёту для нового разворота.

С Периметра вновь послышалась канонада выстрелов. Он становился всё дальше. Простить случившееся с одной из вышек военные не могли. В воздухе пролетела ракета и едва не сбила многоцелевой вертолёт. В ответ пилот развернул машину и вновь выстрелил из своего устройства прямо в стену.

Из-за массива деревьев Лемур не увидел, что случилось на Периметре. Но, судя по грохоту и густому чёрному дыму, поднявшемуся над лесом, он понял – ничего хорошего.

Течение реки усилилось, а сама она теперь больше напоминала сплошной водопад, усеянный крупными камнями. По обе стороны тянулся густой хвойный лес. Деревья здесь были неестественно серыми, изредка попадались и рыжие. Отсюда и название – Свинцовый.

– Лемур, лодка сдувается! – возбуждённо произнёс майор, не отрывая взгляд от преследователя.

А бродяга мысленно обругал его за такие вести.

Лодку и без того бросало из стороны в сторону. И в какой-то момент сталкер смирился с трагичной мыслью – судном он уже не управляет.

Лемур ощутил нестерпимое желание послать Зону ко всем чертям и скрыться навсегда. Близость к Периметру каждый раз пробуждала в нём эти мысли.

Вертолёт нагонял беглецов. Бродяга не мог понять только одного – почему пилот их просто не накроет из пулемёта? Неужто закончился боекомплект? Или дело в чём-то другом?

В самый неподходящий момент лодку внезапно подкинуло. Лемур с головой окунулся в холодную воду. Течение тут же понесло его прочь, но цепкая рука майора ухватила его и потянула на воздух.

– Давай, забирайся! – тот также промок с ног до головы, но на лодке всё же усидел.

Сейчас у преследователей был идеальный шанс для залпа из своего сверхоружия. Кроме того, расстояние и узкая ширина реки позволяли им оставить аккуратную аномалию и навсегда забыть о беглецах. Вероятно, так пилот и собирался сделать, пока внезапно сам не напоролся на ловушку.

Вертолёт вдруг застыл на месте и словно пробил невидимую преграду. Пространство вокруг него исказилось и заплясало молниями. Сталкер не мог поверить в такую удачу.

Многоцелевой Ми-8ТВ оказался заложником редкой аномалии «отражение». Или, как другие его называют, «зеркало». Когда молнии рассеялись, взору бойцов предстали два хвоста вертолёта, разделяемые искажённым пространством. Причём они словно вросли друг в друга, поглотив кабину. Подобное явление Лемур встречал лишь единожды. При встрече с человеком аномалия тут же отражает всю действительность слева направо, и тот становится заложником отражённого субпространства. Для простого человека выбраться из такой западни достаточно просто. А вот как вывести из «отражения» целый вертолёт с экипажем, Лемур даже не представлял.

Аномалия представляла собой нечто вроде зеркала, и потому сейчас беглецы видели хвост настоящего вертолёта с его отражением. Куда же подевалась кабина, и представить было страшно. Бродяги, которым довелось побывать в зеркальном субпространстве, рассказывали разные байки. Но все они выходили оттуда живыми и невредимыми.

В любом случае это позволяло выиграть драгоценное время. Сталкер подтянулся и наполовину забрался в лодку.

– Что с вертолётом?! – крикнул майор.

– Да какая теперь разница? Тяни, я за что-то зацепился! – вырвалось у сталкера.

Его левую ногу что-то крепко ухватило и тянуло на дно. И всё это при быстрой скорости. Бродяга попытался отбиться второй ногой, но что-то упорно продолжало тянуть его вниз.

– Майор, сука, тяни! – прогремел сталкер.

Существо или очередная аномалия намертво ухватилась в добычу. Сил Консула не хватало, чтобы вызволить сталкера. Спасло его внезапное столкновение с булыжником, которое на короткий период разъединило его с лодкой. А вместе с ней и с непонятным подводным существом.

– Хватайся! – Консул схватил бродягу за воротник и завалил того на борт.

Лемур, громко дыша, упал на дно. Вода была холодной. Но выбраться после неё в ветреную погоду было ещё хуже. Бродяга приподнялся на локте и обернулся. Вертолёт по-прежнему находился в «отражении» и становился всё дальше. Но его внимание больше привлекал уже не он.

Позади лодки из воды выглянуло непонятное тёмное одноглазое существо. Оно словно застыло на месте, не повинуясь силе реки и здравым законам физики. Крупный жёлтый глаз существа несколько раз мигнул, и тварь ушла на дно. Вместо неё выплыло то, что раньше когда-то было ботинком.

Лемур даже не сразу сообразил, что остался без левого берца.

– Цел, не ушибся? – спросил майор.

– Ботинок потерял, – Лемур оглянулся. – Берегись! Воронка!

О какой воронке говорил сталкер, чистильщик сообразил моментально. Водоворот был не сильным, но его природа вдоль горной реки означала одно – подводная аномалия.

Лемур вновь попытался завести мотор, и когда это получилось, тут же вдавил полный ход. Лодка буквально прошла верхом по воронке. Та вдруг увеличилась в размерах, и следом столб воды поднялся в воздух вместе с подводными камнями.

– Аномалия «вихрь»! – пояснил Лемур. – Прямо на дне! Если бы нас засосало – разорвало бы прямо в воде.

– Спасибо, что пополнил мою копилку бесполезных знаний, – буркнул майор.

Лодка становилась всё мягче. Упругость пропала, и она начала превращаться в бесполезную тряпку. К счастью, самый опасный участок был позади, и пора было уже сходить на берег.

Буйная река Студёная в этом месте становилась более-менее спокойной. Лемур направил лодку прямо к берегу. Солнце продолжало светить в глаза, а снег так и валил с неба.

– Слышишь? – спросил майор.

В небе вновь появился рокот, он стремительно приближался, становился громче, и бродяга был вынужден прислушаться.

Продолжая преследование, вслед за беглецами летел многоцелевой Ми-8ТВ. Пилот всё же смог вывести стального хищника из аномалии и быстро нагонял их.

– Быстрее! – рявкнул Консул, вновь хватаясь за автомат.

– Не получится, утонем к едрене фене! – бродяга направил лодку к берегу. – Уйдём в лес!

Как только резиновая лодка коснулась берега, бойцы быстро спрыгнули на твёрдую землю. К счастью, далеко бежать было не обязательно – Свинцовый Лес был достаточно густым.

Вертолёт к тому моменту уже почти настиг беглецов. Он резко снизился, завис над рекой. После касания с «отражением» что-то явно в нём изменилось. Он словно был перевёрнут слева направо.

– Бегом в кусты! – Консул первым кинулся в заросли. Лемур за ним.

Пилот, осознавая, что вычислить беглецов в лесу не получится, сделал единственное, что мог.

Вновь загудело таинственное устройство. И начало без разбора плеваться аномалиями, насколько ему хватило сил и энергии зарядов.

Позади сталкера и консула одна за другой стали схлопываться и разряжаться «вихри», «гравикотлы», «клети» и прочие ловушки. Они ломали деревья, разворачивали их во всех извращённых позах, вздымали кверху землю, образовывая глубокие воронки. Грохот стоял неописуемый, Лемур и Консул орали как сумасшедшие.

– За мной! – майор скатился в глубокий овраг. Следом тяжело повалился Лемур. Сталкер сдавленно выругался, ноги его подкосились, и он упал.

Мокрый, холодный, голодный, обессиленный, он начал отключаться. За миг до этого он увидел майора Владислава Ударцева и незнакомого человека в чёрном маскхалате.

Глава 14

У черты

«Кинешь камень в море, и оно перельётся через край».

Надпись на старых руинах

Гуманитарный лагерь, Свинцовый Лес и другие места

Несколько часов спустя

Дверь в бункер заклинило.

Хозяин не мог закрыть её изнутри и из своего ружья отстреливался от гостей.

Старший десантной четвёрки клана «Оберег» со своими бойцами пробился к исследовательскому лагерю. Вертолёт с Коллекционером улетел куда-то на северо-запад, а группа получила новый приказ.

Зомбированных в лагере стало на порядок меньше. Часть из них перебили сталкеры майора Консула, других отбросил «Оберег».

В свете недавних событий бойцы чувствовали себя очень обеспокоенно. Сегодня днём и без того малочисленный клан раскололся пополам и всё утро вёл междоусобную борьбу на одной из заброшенных военных башен. Согласно официальной версии, заказчик в лице бизнесмена Дмитрия Булкина, который и нанял частных наёмников в клан, решил отколоться. Его партнёр по бизнесу Коллекционер, который имел реальную власть над группировкой, быстро пресёк это дело на корню. А солдатам удачи что? Кто платит, тот и музыку заказывает.

Никто из четвёрки не повёл и бровью, когда получил приказ стрелять по бывшим товарищам. Теперь Коллекционер официально являлся не вторым, а первым соучредителем и лидером клана.

Тела бывших товарищей и защитников башни сбросили в аномалии. Туда же бросили тело самого Булкина. В большом бизнесе нет дружбы, нет эмоций и нет места сожалению. Вчера был один босс, сегодня другой.

– Настало время, пора их всех в этом лагере валить, – с убеждением сказал один из наёмников. – Не только верхушку, как хочет Коллекционер, а всю эту банду, пока можем.

– Скажи это начальству, – проворчал командир.

– Скоро сталкеры с военными сунутся в наш лес. И тогда точно трындец всему в Зоне. Вот увидишь.

– Завязывай трепаться.

Старший группы подошёл к бункеру и вскинул «калашников» с коллиматорным прицелом.

– Внимание! – отчеканил он. – Мои люди заняли этот бункер! Выходите сами с поднятыми руками, или мы начнём штурм!

Противник не отозвался. Хотя «обереговцы» точно знали, что внутри есть люди. Наёмники не стали долго ждать.

В раскрытую дверь бункера полетела дымовая шашка, после чего трое боевиков, прикрывая друг друга, ворвались внутрь. Послышались матерные крики, выстрел и звуки возни. Через некоторое время наружу вывели бородатого крепкого мужика и уложили его лицом на землю.

– Сдаюсь, мужики, сдаюсь, – прохрипел Омуль. Наёмник придавил его шею коленом.

– Это все? – спросил командир у своих.

– Он один был, – кивнул боец, державший бородача.

Другие двое стояли по сторонам, положив руки на автоматы. Командир сурово посмотрел на пленника:

– Ну, сразу скажешь, куда остальные ушли, или мы по-плохому будем?

Омуль глубоко вздохнул и промямлил:

– Один я здесь, мужики. Сталкеры с майором к башне ушли, а военные обратно в гуманитарный лагерь.

– А тебя они зачем оставили?

– Кто-то же должен за аппаратурой следить, – бородач пожал плечами.

Один из наёмников «Оберега» подошёл к старшему, показывая ПДА:

– Они узнали, как обойти нашу систему защиты. Похоже, сегодня ночью всё и начнётся.

Старший снял с лица маску и вытер со лба пот:

– Ясно, уничтожьте всё внутри, сотрите улики и свяжи меня с Коллекционером.

– Сильные помехи, не могу выйти на его канал, – пожаловался боец.

– А ты сквозь помехи! – рявкнул старший. – Не понял ещё? Эти засранцы готовят нападение!

Наёмник, что прижал бородатого к земле, спросил:

– Бородатого кончаем?

– Только не здесь, выведи хотя бы за пределы лагеря, – ответил старший.

Пока его бойцы послушно выполняли приказ, сам он отошёл в сторону, осматривая окрестности. Мелкий снежок продолжал сыпать с неба и тут же таять на солнце. Ночью Зону окончательно окутает зима. Суровая, холодная сибирская зима.

Боевик перешагнул догнивающие останки зомбированного в трухлявом армейском камуфляже.

Сейчас его боец выведет наглого старика за забор и прозвучит выстрел. После этого следует уничтожить все, что находится в бункере, и сообщить Коллекционеру последние вести. Они были на пороге масштабной войны. Стояли у самой черты.

Выстрела не было слышно. Вместо него раздалось длинное, меняющее частоту гудение. Что-то тяжёлое ударилось в забор с обратной стороны. Бойцы вздрогнули.

Старший развернулся на звук и крикнул:

– Дуб, что там у тебя?!

Однако ответа не последовало.

Этой секундной тишины для бойцов «Оберега» было достаточно, чтобы понять – их напарник мёртв.

Боевики рассредоточились, схватились за оружие и с двух сторон подступили к дыре в заборе.

Старший группы снял автомат с предохранителя и прижался к ограждению. Неужто он недооценил бородатого козла? Как он вообще мог вырубить прошедшего ужасы ЧВК наёмника? Или ему помогли?

Другой боец высунулся наружу, и вдруг в его голову что-то врезалось. Это была яркая электрическая вспышка, после которой голову бойца обдало искрящимися нитями. «Обереговец» свалился на спину, широко раскинув руки. Его голова дымилась, из ушей и рта потекла кровь. Словно он неудачно сунулся в трансформаторную будку.

Старший группы быстро отскочил от забора.

– Бумеранг, в бункер! – приказал он и первым кинулся к стальной двери.

Бумеранг застыл на месте как вкопанный. Его лицо было бледным, а сам он не смог сказать ни слова. Когда он снова пришёл в себя, было уже поздно. Электромагнитный разряд врезался ему в грудь, и сердце наёмника остановилось. Он завалился в кусты и повис на них, как кукла.

Старшего группы охватила паника. Настоящий животный ужас. Он кинулся к воротам и, проклиная всё на свете, попытался убежать через топь. Электромагнитный импульс врезался ему в затылок, превратив мозги в пепел. Боец с дымящейся головой и следами ожогов упал лицом в лужу.

Омуль стоял на коленях рядом с телом своего несостоявшегося убийцы и трясся от ужаса. Послышались приближающиеся шаги. Из кустов на свет вышел рядовой Роман Умеров. Он выглядел опустошённым, взгляд не выражал никаких эмоций. На куртке виднелись следы чужой крови, лицо было грязное, измазанное в чёрной саже.

В руках он сжимал универсальное оружие, собранное военными инженерами в Зоне. Винтовка «Кварц». Серебристая электромагнитная винтовка. Одна из тех, что Консул как-то раз доставил в бункер и велел придержать до лучших времён. Когда майор отправился на башню, он вытащил её из пыльного мешка и вручил этому молодому парнишке.

Остановившись перед бородачом, Умеров наклонился и чётко произнёс:

– Выведи меня из Зоны. Пожалуйста.

Вид у Романа был удручающим. Он был уже у черты.

* * *

Чистильщики пришли с востока.

Сталкеры из гуманитарного лагеря встретили их и отворили стальные ворота. За сутки, что военных не было в лагере, практически ничего не изменилось. Все так же малые группы отправлялись в рейды, пока не стемнело, всё так же радисты ловили сигналы от своих людей. Все те же люди стояли на постах. Не хватало только привычных бандитов. Прежде они шушукались в тёмном углу и носа не показывали, а сейчас их не было. Плохой знак.

Гайдар встретился с Самарой, вожаком сталкеров.

– Хало, командир, есть новости? – спросил бродяга.

Гайдар неуверенно кашлянул и медленно повернулся. В сложившейся ситуации сейчас он стал новым лидером лагеря, лидером сталкерского движения и надежды на спасение тех, кто застрял в замкнутом пространстве аномалии «Сфера невнимания».

– Созываем совет. Срочно.

– Позвать остальных? – Самара поднял бровь.

– Нет, – Гайдар замотал головой. – Только ты и парочка самых верных тебе людей.

В сопровождении двух бойцов они прошли в кабинет майора. Без присутствия Ударцева он казался опустевшим, оставленным.

Чистильщик положил на стол старую карту Свинцового Леса с пометками от маркера. Он прошёл на место Консула, опёрся руками о потёртую столешницу.

– Ситуация такова, – уведомил он. – Начнём с того, что майор пропал. Будем исходить из того, что он мёртв. Но это не повод для нас, чтобы останавливаться.

Он постучал пальцами по столу и продолжил:

– Мы получили координаты точки выхода из аномалии. Но коридор будет открыт только ночью.

– Причина? – уточнил сталкер.

– Неизвестно, – Гайдар пожал плечами. – Пространственные карманы в этом районе открываются лишь в ночное время суток. Откроется и этот.

Он указал карандашом на карте Свинцового Леса.

– Если сталкеры всё сделают правильно, они выйдут в квадрате Е-24.

Вожак сталкеров смутился.

– Командир, а это точно сработает?

– Абсолютно, – Гайдар продвинулся вперёд. – Но есть и проблемные участки. И прежде чем мы перейдём к ним, я хочу знать, скольким людям ты доверяешь?

– Командир, что за допрос? – Самара скрестил руки на груди.

– Мне нужно знать, сколько людей сегодня соскочит, а на кого можно положиться. Некоторые приходят в лагерь не ради реальной помощи, а за халявой, за красивыми шмотками. И ты это сам знаешь.

Двое чистильщиков переглянулись. Сталкер нисколько не смутился. Напротив, он понимающе кивнул.

– На десяток своих людей могу положиться, – поведал он. – Но целиком и полностью доверяю троим.

– Хорошо, – продолжил Гайдар, скребя колючую щёку. – Переходим к нашим проблемам. «Оберег». У нас будет только одна попытка их вытравить. Если мы не сделаем это сейчас – другой попытки у нас уже не будет.

– Хочешь повести моих людей на убой? – Самара поднял бровь.

– Хочу вместе решить общее дело, – со сталью в голосе ответил Гайдар. – Вам «Оберег» докучает не меньше, чем нам.

Чистильщик взял стакан с водой, сделав глоток, постучал пальцем по карте. Сталкер сокрушённо вздохнул.

– Я не могу гарантировать, что все мои люди пойдут в бой, – сдался Самара.

– Хорошо. Если бы ты этого не сказал, я бы перестал тебе доверять, – честно сказал чистильщик.

Новый глава лагеря указал на заветную точку на карте:

– Обрати внимание на квадрат F-24 – это подземная автостоянка. Попасть туда ранее было невозможно: проход преграждали аномалии и запертые гермодвери, открывающиеся с обратной стороны.

– Бывал я в том месте, всё никак понять не мог, для чего их установили.

– Объект имел стратегическое значение во времена Большой Стройки и должен был стать чем-то вроде плацдарма. Но не срослось.

– Хоть что-то в этом проклятом месте стало понятно, – Самара почесал затылок.

– Эти ворота открываются только с обратной стороны – сделать это могут только пропавшие. Мы предполагаем, что как раз по ту сторону автостоянки и находится штаб «Оберега». А это значит, что держать свои проходы наёмники будут до последнего.

– Выходит, мы будем бессильны?

– Мы сможем только поддерживать их огнём, но пока они не откроют ворота – на ту сторону нам не попасть.

– И что, никаких альтернативных путей нет?

– Если бы был вариант получше, я бы начал с него.

Гайдар почесал подбородок. Над советниками нависла тень сомнения.

– Хорошо, – наконец, согласился Самара. – Допустим, мы сможем обеспечить их необходимой поддержкой, что дальше?

– Полагаю, когда откроется дверь, измотанные многодневным стрессом бродяги ломанутся на выход. Вы встретите своих товарищей и можете уходить.

– А вы?

– Для нас откроется путь к логову Коллекционера.

– Красиво выходит, командир, – усмехнулся Самара. – Вы помогаете нам только потому, что вам это выгодно. Хотя, по сути, имеем одну цель.

– У нас разные цели, которые совпали в способе их решения. И давай-ка, парень, ты не будешь сейчас ломать комедию. Мы сюда не лясы точить пришли.

– Хорошо, давай конкретику. Что ты от меня хочешь?

– Когда сталкеры получат координаты, «Оберег» будет уже их ждать. Для них эти счастливчики такая же кость в глотке, как они сами для нас. До стоянки нужно добраться к сумеркам. Сможешь провести?

Самара подступил к столу и вгляделся в карту.

– Местность я знаю. Наши проводники бывали в этих районах, когда искали пропавших. Где первый овал – это Шахты. Он рядом. К нему пунктир ведёт вдоль разломов. Этим путём я смогу провести людей, командир, но Шахты… Оттуда как-то Сизый пришёл, весь пораненный. Единственный из группы остался. И то помер, а перед смертью бормотал что-то непонятное. А больше никто из Разлома не возвращался.

– Далеко идти через разломы?

Самара указательным пальцем потёр свой шрам на лбу, пожал плечами.

– Не очень. Но если выходить, то лучше прямо сейчас. Парочка проводников у меня есть – в три группы выведем.

Гайдар оглядел лица присутствующих в помещении. И внутренне перевёл дух, увидев полную солидарность в глазах своих товарищей. Идея не просто существовала, она жила в их сердцах. Но это ещё только предстояло проверить на практике.

– Поднимай своих людей, – решил чистильщик. – Снаряжай их всем необходимым. Мои люди свяжутся с пропавшими по открытому каналу связи и передадут координаты точки выхода. Но учтите, что «Оберег» тоже услышит об этом.

– Режим радиомолчания больше ни к чёрту, да, командир? – весело улыбнулся бродяга.

– Верно, – подтвердил Гайдар. – К тому моменту, когда «Оберег» будет знать о наших планах, группы должны будут быть на месте.

– Командир, – один из присутствующих бойцов, волнуясь от глобальной смены директивы, переступал с ноги на ногу. – Мы всё же идём на север? На войну?

– Да, – ответил лидер. – Кто останется, те будут охранять штаб и лагерь.

– А если многие откажутся?

– Значит, пойдём маленьким, но зато надёжным отрядом, – заключил Гайдар и повернулся к Самаре.

– Надеюсь, ты сам в деле?

– Ясен перец! Этим шакалам из «Оберега» давно пора по носу дать. Они много моих ребят положили, – отозвался сталкер.

– Отныне никаких запретов. Каждый может взять что хочет, если сможет этим пользоваться. Собираемся через час.

Небрежно отдав честь, Самара покинул кабинет и вышел к своим людям.

* * *

В лагере была особая система оповещений.

Один удар в гонг – если возвращается группа из рейда. Два удара – когда у стен появляется чужак. И три – при появлении опасности.

Как и в третьем случае, во время двух ударов у стен собирается столпотворение. Часовые занимают боевые посты, а дежурные приходят в полную боевую готовность. Как правило, причины двух и трёх ударов редко отличались, поэтому сталкеры не расслаблялись.

Подошедшую группу встретил Гайдар в сопровождении чистильщиков.

– Кто такие? – спросил он пришельцев.

Пятёрка выглядела достаточно организованной. Четверо мужчин и одна девушка, за спиной которой болтался огнемёт.

Старший группы выбился вперёд и громко ответил:

– Меня зовут Спартак, пришли сюда ради общего дела, так сказать. Говорят, вы на войну с «Оберегом» собираетесь?

Новоявленный глава лагеря прищурился:

– Как вы прошли через посты «Оберега»?

– Нет там больше никаких постов, – Спартак приблизился, глядя доверительно. – Ушли наёмнички обратно в свой лес.

Гайдар не знал, что ответить. Он повернулся к своим людям, и кто-то из них спохватился:

– Сейчас проверим, но ещё сегодня утром проходы были перекрыты.

– Час назад они ушли, – махнул рукой Спартак. – Аккурат после погрома возле какой-то башни. Мы как раз за этой картиной наблюдали.

– Все ушли? – уточнил Гайдар.

– Все, да не все, но мы прошли, – бродяга пожал плечами.

Чистильщик осмотрел пятёрку новоприбывших с ног до головы. На засланцев они похожи не были. Но и верить сейчас всем подряд он не мог.

– Откуда вы?

– С юга мы, товарищ дознаватель, с юга, – невозмутимо произнёс Спартак. – Какое-то время зверьё гоняли, заняли бандитский сухогруз, потом выбили ещё парочку отморозков со складов.

– Сталкеры-южане намерены нам помочь? – не поверил Гайдар. – Вам какой интерес?

– «Оберег» прошлой ночью разгромил один из баров, – мрачно сказал бродяга. – Почти все погибли. Хорошие были люди. Я их знал. Кто-то должен за них отомстить.

– Понятно, – кивнул Гайдар, пропуская пришельцев. – Рад новым лицам. Вы очень вовремя. У нас как раз мобилизация.

Кто-то из отряда ухмыльнулся, а девушка невесело улыбнулась.

– Нам уже не привыкать, – хмуро сказала она.

Лидер лагеря удовлетворённо кивнул и предложил:

– Располагайтесь. Склад сегодня свободен для любого. Можете взять, что посчитаете нужным.

– Ребята как захотят, но сам ничего не возьму, – невозмутимо сказал сталкер. – Не хочу я, отец, чтобы ты думал, будто я из-за ствола сюда пришёл. Мы делом хотим помочь, а не словами.

Подмигнув на прощание, он прошёл в лагерь. Четвёрка его верных бойцов двинулась следом.

* * *

Лагерь пришёл в оживление. Одни столпились возле оружейной, другие собирались в группы и оговаривали маршрут с проводниками, третьи складывали рюкзаки. Народ был на взводе, и неудивительно. Масштабного наступления в Свинцовый Лес прежде не планировалось. Было чего опасаться. За всеобщей мобилизацией следили чистильщики, хотя в дела сталкеров они не вмешивались. На удивление, добровольцев уйти в лес оказалось гораздо больше, чем предполагалось.

Сталкер по прозвищу Гвоздь находился в лагере достаточно долгое время, но в глазах лидеров всегда оставался серой мышью. Изгоем, второстепенным и непроверенным человеком, который суёт свой нос во все щели и при этом соскакивает с дела, когда требуется помощь. В лесу ему доводилось бывать лишь однажды, и после этого похода он сделал для себя окончательный вывод – ещё раз он туда не вернётся. Немолодой, кряжистый, темноволосый, невысокого роста. Неприметный и тихий. И в этом и заключалось его самое большое преимущество.

– Ну, короче, я к вам с интересной темой пришёл, – начал он, поглядывая по сторонам, опасаясь, что его подслушивают. – Сталкеры объявили мобилизацию. В лес собираются, штурмовать подземную автостоянку.

Напротив него восседала троица в кожаных плащах.

Бритоголовый атаман с колючими, пронзительными глазами, пухлыми щеками и выступающим кадыком, крепкими плечами. Умное лицо, осмысленный взгляд. Второй – худой, выше ростом, вместо верхних зубов – золотые коронки. Лицо бледное, глаза маленькие, бегающие, нервные. У третьего была неаккуратная щетина, воровские персты на руках и глубокий шрам возле глаза. Местами у него проскальзывала седина и морщины. В компании был ещё один, но, похоже, сейчас в лагере его не было.

Троица бандитов внимательно слушала рассказ сталкера.

– Говорят, военные нашли способ, как пропавших найти. Уже и карты составили, и маршрут проложили. И всё это благодаря крутому артефакту – «клубок» его название.

Плечистый мародёр нахмурил бровь. Его верные советники о чём-то зашептались. Худой потёр подбородок.

– И чё, они всем табором на войну собираются? – спросил он.

Гвоздь пожал плечами:

– Ну, кто-то, может, и останется. А вообще да. И военные вместе с ними. Все они уже у черты и готовы взвести курок.

– Что случилось с майором? – тихо спросил лысый. – Говорят, копыта откинул?

– Никто толком ничего не знает, – честно ответил Гвоздь. – Слышал, что он в заброшенный бункер подался, стрелу с каким-то отшельником забил. Другие шепнули, мол, майор погиб на старой башне, когда «Оберег» между собой рамсил.

– Кто сейчас командует парадом?

– Вроде как его первый советник – Гайдар.

Бандит взглянул на небо. Гвоздь продолжил:

– Особо умные жаждут обиды старые «Оберегу» припомнить. Короче, чую, сегодня ночью будет мясорубка.

– Сам-то идёшь? – спросил бандит со шрамом.

Гвоздь отрицательно замотал головой:

– Ещё чего, я здесь как-нибудь пережду, а лучше и вовсе на юг подамся. Давно уже собирался.

– Скучать не будем, – бледнолицый брезгливо отвёл взгляд.

Бродяга потянулся за сигаретами, но закурить не решился и спрятал пачку обратно в карман.

– Вепрь, – он стушевался. – Ты это, комбез мне защитный обещал. За работу.

Бандиты нахмурились. Бритоголовый посмотрел на него холодным взглядом.

– Обещал, значит, будет. – Он повернулся к бледнолицему: – Кефир, принеси ему.

Мародёр справа поднялся на ноги и на время скрылся в палатке. Вернулся он уже с потертым, но всё ещё надёжным и проверенным универсальным комбинезоном с замкнутой системой дыхания.

– Какой-то он совсем не новый, в заплатах, – заметил Гвоздь, но бандиты его быстро осадили:

– Слышь, борзый, мы тебе костюм дали? Дали. Носи на здоровье. Не нравится – вали нах.

Гвоздь молча принял подачку и ушёл. Только глядя на уходящего сталкера, атаман бандитов осознал в полной мере масштабы будущего столкновения.

– А я себе костюмчик уже запатентовал, – тяжело сказал боевик со шрамом.

– Забудь про эти лоховские тряпки, – Вепрь брезгливо сплюнул.

Вожак слегка подался вперёд, вызволил пачку папирос, чиркнул спичкой и подкурил. У него были свои мысли по поводу некоего предстоящего события, и бандит уже сделал для себя главные выводы.

На предстоящей войне можно хорошо заработать.

– Слушайте сюда, пацаны, – начал вкрадчиво он, и мародёры наклонились вперёд.

Вепрь понизил голос:

– У меня есть одна интересная тема…

* * *

У склада с оружием было не протолкнуться. Сталкеры выстроились в очередь за пополнением боекомплекта и возбуждённо обсуждали предстоящий поход.

Впервые за всё время существования гуманитарного лагеря все запреты на экономию были сняты. Любой желающий, кто шёл в поход, мог взять себе любое оружие из арсенала, которое приходилось ему по душе. Чистильщики почти не вмешивались в этот процесс и только следили, чтобы всё обошлось без конфликтов.

– А «Винторез» есть? – спросил кто-то в толпе.

– Вставай в очередь, может, и найдётся, – ответил ему завхоз.

Разумеется, сперва приходилось записываться в ряды добровольцев.

Самара наскоро изучил списки участников, мерцавшие на экране ПДА.

– Вот и ладушки, вот и хорошо, – сказал он.

Начинало смеркаться. Вопреки самым позитивным ожиданиям, среди бойцов не хватало опытных следопытов. Тех, кто уже исходил Свинцовый Лес вдоль и поперёк, насчитывались лишь единицы. И как раз таки среди них желающих воевать не нашлось.

Внезапно к нему подошли двое.

– Это он, – доложил первый.

Самара оторвался от своего наладонника и внимательно изучил взглядом подошедшего Спартака. Ничего необычного, крепкий молодой парень с незапоминающимися чертами лица.

– Сказал, что на юге рубеж держал, – отрекомендовал местный бродяга, сопровождавший прибывшего сталкера.

Самара с уважением посмотрел на парня.

– Это правда, родной?

– Было дело, – неохотно признался Спартак.

Вожак сталкеров протянул ему руку, и они обменялись рукопожатиями.

– Мужик. Слышал про тебя. Командиром отряда будешь? – спросил старший.

– Отчего же нет, буду, – согласился Спартак. – Мне только карту нарисуйте. А дальше уже дело техники.

– Отлично, чуть позже обсудим некоторые моменты. Поведёшь третий отряд – последний.

– Без проблем, – с готовностью отозвался Спартак и ушёл.

Предводитель сталкеров хотел сделать пару глотков горячительного, но обнаружил, что фляга уже опустела. Вздохнув, он выключил карту на своём ПДА.

– Переживаешь? – спросил Гайдар, встав рядом.

– Есть немного, командир, – ответил сталкер.

Они смотрели, как разрозненные кучки людей постепенно приобретали черты организованных групп. Внезапно чистильщик спросил:

– Самара, скажи. Там, в пространственной аномалии, по ту сторону у тебя есть кто-нибудь?

– В смысле?

– Есть человек, ради которого ты пришёл в этот лес?

– Только те, кто пропал в поисковых экспедициях.

– А из тех, кто первым попал в «Сферу»? Совсем никого?

– Знакомые, но не близкие, – сказал Самара. – А у тебя?

– Шурин, – Гайдар грустно вздохнул. – Можно сказать, из-за него я и ввязался в эту авантюру с майором.

Самара посмотрел на него с удивлением.

– Как же так вышло, что родственник сталкером стал?

– Сестра моя, Наська, все мозги ему проела моей службой, – тихо проговорил командующий лагерем. – Мол, братец мой в Сибирской Зоне службу несёт. Деньги хорошие в дом приносит. Вот он и сорвался. Да и я сам к ним раз в полгода приезжал, навещал родную кровь. У меня же, кроме неё, больше никого не осталось.

Гайдар глубоко задумался:

– Дёрнул меня чёрт напиться с ним и выдать ему про эту Зону. Про то, как мы вашего брата отлавливаем по полям, как бродяги здесь бизнес свой открывают, какие деньги крутятся. А позже моя сестрёнка и написала, что ушёл. Назанимал денег у друзей и сорвался в Зону эту. Я-то его быстро по связям вычислил, да только поздно было. Пропал в «Сфере».

Самара не нашёлся, что ответить на откровения чистильщика.

– Знаешь, что я думаю, командир? – наконец произнёс он.

– Без понятия.

– Мы ведь не за глубокие идеалы это делаем. Не за мир во всём мире и не за идеи майора. Просто такие мы люди – сталкеры. И неважно, попал в беду твой друг, враг или посторонний тебе человек. Наша натура не позволит пройти мимо. И дело даже не в героизме. Скорее, именно в Зоне люди действительно становятся Людьми. Готовыми помочь в любую минуту без корыстных целей. И все последние события вели к этому дню, этому часу. Мы подошли к той самой черте невозврата.

– Возможно, ты и прав, сталкер, – подхватил Гайдар.

– А то, командир. Это Консул ваш думал, как бы удержать нас, собрать воедино, сколько заплатить, куда поднажать. Да только купить нас невозможно. «Штаб» в своё время пытался и плохо кончил.

– Ты уже решил, как разделишь отряды? – спросил чистильщик.

– Разделимся на три основных – ведущий сразу же выступит к автостоянке через разломы. Понадобится по два-три твоих бойца на каждую группу.

– Я так и прикинул.

– Второй я думаю отправить по Шахтам, – Самара прикусил губу и снова включил карту на ПДА.

Гайдар потёр подбородок:

– Проблемы?

– Если мы выведем сразу всю толпу – шуму будем много. Поэтому и делимся. И пути разные используем. Но за Шахты я пока не уверен. Очень уж мутное место. Надеюсь, не прогадал с проводником.

– Допустим. А что в этих твоих Шахтах?

– Дьявольщина, вот что. Место словно живое. Иногда бывает, спокойно проходишь. А бывает, весь отряд ложится. Как русская рулетка. Зато путь самый краткий. И единственный, не считая разломов.

– Я отправлю туда самых опытных ребят, – решил Гайдар. – И сообщу, чтобы снарядились получше.

– Спасибо, командир.

– Сам ты каким путём пойдёшь?

– Поведу последнюю группу через разломы, – неохотно признался сталкер. – Мне тут за всеми уследить придётся.

– Тогда желаю удачи, – чистильщик хлопнул бродягу по плечу. – Я в первой пойду. Надеюсь, нам удастся занять станцию до того, как всё начнётся.

– Значит, увидимся ночью? – улыбнулся Гайдар.

– Увидимся ночью, – чистильщик пожал ему руку и отправился к своим людям.

Первая группа уже была почти укомплектована и готова к выходу. Когда сборы закончились, проводник отдал команду и повёл отряд в чащу леса.

* * *

Спартак вернулся к своим с объявлением:

– Друзья, у меня для вас срочная новость. Нам придётся разделиться.

Эфир натуго затянул шнурки на новых берцах, полученных на складе, и вопросительно взглянул на командира. Могила скрестил руки на груди, а Система нахмурилась. Не смутился только молодой Паяльник.

– Причина? – спросила девушка.

– Путь слишком опасен – не хочу рисковать. Поэтому Паяльник и Система остаются ждать нас в лагере.

– Что?!

– Паяльник ещё не оклемался после битвы на корабле. А одного его оставлять я не собираюсь.

Девушка возмутилась и скрестила руки на груди:

– Почему именно я? Вон, Эфир может за ним присмотреть. Или Могила.

– Они будут нужны мне там.

– А я, значит, нет? Я, по-твоему, нянька, что ли?

– Решение уже принято, – начал Спартак и прежде, чем Система успела высказать своё мнение, твёрдо добавил: – И оно окончательное.

– Ну и отлично, пойду с другими! – девушка деловито отвернулась и начала собирать вещи.

Спартак глубоко вздохнул и сказал:

– Я уже поговорил с командирами отрядов, чтобы никто из них не брал с собой девчонку. Прости. Ты остаёшься.

– Что? Да как ты посмел? – она взглянула на своего товарища, как на врага народа.

Командир лишь виновато пожал плечами.

– Прости, я правда очень переживаю за сегодняшний вечер. И не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Паяльник, дружище, присмотри за ней, чтобы она не натворила глупостей.

Система недовольно отвернулась. Спартак забрал автомат девушки и молча вышел. Эфир и Могила, не промолвив ни единого слова, поднялись с места и вышли за своим вожаком.

Девушка отошла в сторону, уселась на скамейку, начала разглядывать короткие ногти. Паяльник, считавший до этого патроны, немного отодвинулся.

– Не волнуйся, я ничего не скажу ему, когда ты сбежишь, – тихо сказал сталкер и лукаво улыбнулся.

– Что? – Система повернулась к нему.

– Я не первый день тебя знаю, чтобы понять такую очевидную вещь, – ухмыльнулся тот. – Но мой тебе совет – далеко от людей не отделяйся. Здесь и правда очень опасно.

– Я смогу постоять за себя.

– Знаю, но моим советом лучше не пренебрегай.

– Спасибо, – вымолвила Система и вдруг словно расцвела и покраснела от радости. – Спасибо большое.

– На складе я видел баллон огнесмеси к твоему огнемёту, посмотри, может, ещё остался.

– Обязательно, – улыбнулась девушка, накидывая на себя куртку.

Напоследок, перед тем как она вышла, Паяльник окликнул её:

– Да, и ещё. На западных воротах сегодня остаётся дежурить сталкер по прозвищу Пробка. Я знаю его. Болван болваном. Выжди, когда он заступит на смену.

– Поняла, спасибо! – Система отправила сталкеру воздушный поцелуй и скрылась.

Паяльник улыбнулся ей вслед и тихо добавил:

– Главное, возвращайся. Вы все возвращайтесь.

* * *

К сумеркам лагерь опустел.

Дозорные попрощались с последней группой, пожелав тем удачи, и закрыли ворота.

Самара не винил тех, кто решил остаться, и не считал это трусостью. Отряды состояли из добровольцев. Никакой принудиловки. Кто хотел – ушёл, кто нет – послужит в лагере.

В основном в рейд не попали либо раненые, либо самые молодые. Сейчас все они стояли на постах и ждали вестей от своих. Зажглись костры, ожили все приёмники. Самара всё ещё хранил радиомолчание, но совсем скоро эфир будут раздирать нецензурная брань и оживлённые крики.

Некоторые ещё днём покинули лагерь, отказавшись принимать участие во всём этом. Их никто не винил, но про себя многие сделали выводы.

– Ладно, мужики, бывайте, – мимо костра дежурных прошёл Гвоздь, махнув тем на прощание.

– Ты куда это лыжи навострил на ночь глядя? – спросил его кто-то из бродяг.

– Да так, дела свои нарисовались. Ну, ни пуха вам.

Внезапно путь ему преградил крупный бродяга с перевязанной головой. Он сурово взглянул на сталкера:

– Ты где такие шмотки отхватил?

– Подвернулись по случаю, – Гвоздь попытался пройти, но здоровяк его остановил.

– Я спрашиваю, где костюм взял?

– Тебе-то что, мой это комбез. В схроне лежал. Сейчас вот забрать решил.

Один из бродяг у костра поднялся на ноги.

– В смысле, твой? – взбучился он. – Самара с вояками костюм с замкнутой защитой столько времени искали. Ты что, крыса, шмот им свой зажал?

– Да ничего я не зажал, – Гвоздь отступил назад. – Чего вы пристали?

Здоровяк злобно оскалился, хрустнул шеей.

– Врёт он, сука. Не его это комбез. Это же Шурки Верстака снаряга. Помните такого? Он ещё на той неделе пропал вместе с Гильзой.

Бродяги оживились, соскочили со своих мест. Гвоздь отошёл назад и едва не запнулся.

– Да мой это костюм! Мой! Ничего это не Верстака!

– А правда, Волк, с чего ты взял? – аккуратно спросил молодой парень по прозвищу Пробка, но сам взглянул на Гвоздя с опаской.

– У Верстака заплата была на левой груди, как у тебя. И порезы на рукаве.

– Ну и что? У кого их нет?

Гвоздь едва открыл рот, намереваясь соврать что-нибудь, но тут же оказался на земле, сбитый с ног и обезоруженный.

– Разнимите их! – крикнул кто-то.

Волк крепко прижал Гвоздя к асфальту, заломив ему руки. Он дёрнул за воротник и вытянул наружу этикетку, на которой красовалась надпись «Верстак», сделанная гелевой ручкой.

– Все видите?! – прогремел Волк обступившим его сталкерам.

Он поднялся на ноги и от всей души пнул Гвоздя по животу. Тот согнулся в позе эмбриона и захрипел. Волк громко объявил:

– Это он! Он убил Верстака и Гильзу! Их тела до сих пор никто не нашёл! А этот гадёныш в его куртке ходит.

Сталкеры плотно окружили лежавшего на асфальте Гвоздя, но из ружей не целились.

– Гвоздь, тебе придётся объясниться, – сурово сказал высокий худощавый бродяга.

Долго выпытывать информацию не пришлось. Гвоздь неожиданно заскулил и тонко взвизгнул:

– Вепрь мне его отдал, Вепрь с пацанами!

– Зачем?

– За информацию; я ему говорил, что в лагере творится. Кто с кем в рейд выходит, кто кому что передаёт.

Волк побагровел, изменился в лице и Пробка.

– Так ты что, стукачом заделался у нас, что ли? Браткам на нас постукивал? Отвечай, мразь!

– Они мне защитный комбинезон обещали… вот, дали.

Волка всего трясло. Он поднял Гвоздя за грудки, пару раз с силой швырнул его об асфальт.

– Где они? Где эти зэки недобитые?

– В лагере их нет, – сообщил подошедший к разборке Паяльник.

Волк вновь наклонился к Гвоздю. Тот вытирал кровавые сопли, будучи не в силах подняться.

– Где они? Куда они ушли?

– В туннеле. Там дверь у них тайная. Схрон. Я покажу…

На шум сбежались все, кто остался в лагере.

– И давно бандиты наших за стенами лагеря режут? Говори, тварь, что они с Верстаком и Гильзой сделали?!

– Не… не… знаю я, – выл Гвоздь. – Они мне ни… ничччего не рассказывали. Я в банду к ним хотел, но не пустили. А за инфу Вепрь платил.

Кулак Волка с кастетом врезался предателю между глаз, затрещали ломающиеся кости, и бездыханное тело кулём свалилось на асфальт.

– Пойдём в гости, – решил Волк, глядя на остальных. – Прямо сейчас.

Группа быстро выдвинулась к туннелю. Щёлкнули предохранители, лязгнули затворы.

– Пригрели змей под боком… – прошипел себе под нос Пробка.

Когда сталкеры проникли внутрь туннелей, загрохотали первые выстрелы. Паяльник пригнулся и перебежками двинулся правее, подбираясь ко входу. Пальба внутри развернулась нешуточная, но вскоре бой утих. Когда Паяльник вбежал внутрь туннеля, всё было кончено.

– Все целы, мужики? – позвал худой из темноты.

Один за другим ему ответили все бродяги. Обошлось без потерь.

В широком туннеле, который раньше использовался как подземный путепровод, ещё со времён Большой Стройки ржавели несколько автомобилей. Сам туннель был обрушен и посему чистильщиками не использовался. Однако, похоже, у бандитов имелись свои секреты.

Ранее приваренная стальная дверь в стене была приоткрыта. На полу россыпью лежали гильзы. А рядом на спине лежал мертвец в чёрной кожаной куртке. Бандит умер мгновенно. Волк выстрелом раздробил ему рёбра и разворотил внутренности.

За дверью бродяги обнаружили небольшую комнатку с низким потолком. У стен стояли стеллажи с полками, полные разномастного снаряжения и оружия.

– Вот суки, – протянул Пробка, глядя на бандитский схрон.

– Эти скоты у мужиков снарягу отжимали и хранили здесь, – сказал кто-то из бродяг. – Ну, козлы.

– Возможно, они засады вашим и устраивали, – вслух подумал Паяльник.

– Надо было Гвоздя, суку, прирезать, – гневно сказал Волк, перезаряжая дробовик.

– А почему только один? Где остальные бандиты?

– Ушли. Сдали нам свой склад и сбежали. Трусы.

За стеллажами у дальней стены имелась ещё одна стальная дверь. Её мародёры наглухо заперли с обратной стороны.

– Так это всё это время у нас под носом другой проход в лес был, а мы это не знали? – изумился Пробка.

– Не о том думаешь, – сказал худой, осматривая награбленный хабар. – Всё это время у нас змея под боком грелась. А мы и не знали. Это ж сколько наших мужиков они за стенами загубили?

Среди прочего бродяги обнаружили радиостанцию, работающую на чужой волне. Наушники повисли на проводе, и периодически из них звучали помехи и отдельные голоса. Прислушался.

– Мужики, – замогильным голосом проговорил он. – Это частота «Оберега».

Волк злобно сжал кулаки. Пробка демонстративно сплюнул. Кто-то громко выругался. Паяльник повернулся к остальным и сказал:

– Самара идёт в ловушку. Его уже точно там ждут!

– Нужно связаться с ним как можно скорее.

Худой замотал головой:

– Нет, нельзя. «Оберег» точно прослушивает наши сообщения. Если что-то заподозрит – жди беды. Тут только если догонять их.

– Я пойду, – вызвался Волк, накидывая лямку ружья на плечо. – Бывал уже в этих краях, за час смогу нагнать последнюю группу.

– Братан, ты ещё после прошлого боя не отошёл, – засомневался Пробка, намекая на шрамы на голове.

Здоровяк, проигнорировав его слова, прихватил с полки патроны к своему дробовику.

– Ждите меня и следите за этим входом. Если получится, свяжусь с вами по радиоэфиру, когда всё сделаю, – сказал он и скрылся.

В уме прожжённого сталкера тлела лишь одна мысль: «Убить. Уничтожить. Устранить во что бы то ни стало».

Глава 15

По ту сторону

«Глаза тоже врут. Помни об этом».

Надпись неизвестного автора в шахтах

Свинцовый Лес

Позднее время

Лемур пришёл в себя не сразу. Сквозь сон краем уха сталкер слышал какие-то несуразности:

– Как он оказался по эту сторону леса? Может, нашёл нашу лазейку?.. Нужно срочно связаться с Вепрем. Пацан, может, нас раскрыл давно… и второй где? Куда он подевался?.. Как не нашли? Похоже на проделки Грешника, ублюдка. Найду, на лоскуты порежу, с-суку.

Голоса были несвязные и не всегда принадлежали одному человеку. Но понять что-либо определённое Лемур не мог.

– Поступило известие от пахана. Сегодня ночью в лесу конкретная резня начнётся. Велел готовиться к штурму лагеря. Наконец-то мы выкурим этих козлов отсюда. А остальных потом «Оберег» в бою добьёт. Готовьтесь к выходу, расчехляйте волыны…

Снова пропасть. В следующий раз голоса были уже тревожными:

– Грешник, сука! Найдите его!.. Что за херня на улице творится, а?..

– А что с этим делать? Кончаем?

– Нет. Нужно понять, как он нашёл нас. Будите его, надоел сопеть!.. Эй, что это? Какого хрена?..

Следом вдалеке раздались автоматные очереди и крики. Всё это происходило где-то там, далеко. Когда же сталкер окончательно пришёл в себя, вокруг было тихо.

Лемур попробовал скосить глаза чуть вправо. Он лежал на вонючем матраце где-то в шахтах. Рядом горел костёр, трещали сучки. Бродяга покрутил головой. Вокруг были деревянные ящики, непонятные измерительные приборы, а вдоль стен тянулись ржавые старые трубы.

«Где я?»

Он дёрнулся и обнаружил, что правая его рука прикована наручником к батарее. Час от часу не легче.

Разумеется, никакого оружия при себе у сталкера уже не было. Он посмотрел по сторонам в поисках ключей. Каково же было удивление сталкера, когда он их нашёл. Целую связку прямо на столе, напротив него.

Дотянуться до них оказалось непросто, но спустя пару минут стараний ему это удалось. Ключи были ещё тёплыми. По всей видимости, тот, кто их оставил, был здесь совсем недавно.

«Но как можно быть настолько глупым, чтобы оставить их спокойно лежать на столе? Да ещё и рядом с пленником?»

Бродяга быстро высвободился и вскочил на ноги. Где он находился? Куда идти? Что делать?

Сорвавшись с места, он пригнулся и пошёл по узкому тоннелю вдоль ржавых рельсов. Местами здесь горели лампочки без плафонов. Всё говорило о том, что это место – одна из добывающих угольных шахт ещё советских времён. Лемур бесшумно шёл по тоннелю, заглядывая в отсеки, закрытые наспех приваренными решётками без замков. Там лежали матрацы, кое-где стояли бочки, в которых горел слабый огонь. Но не было видно ни одного человека.

Он был в нескольких шагах от очередного отсека, когда оттуда высунулся человек с древним мобильником в руке. В зубах у него тлела сигарета.

– Я, походу, перезвоню, – прошептал он, увидев перед собой недавнего пленника.

Бандит замер и открыл рот, собираясь что-то сказать.

От мощнейшего удара ногой в солнечное сплетение он полетел назад, прямо на шпалы. Мобильник отлетел в сторону. Лемур сделал несколько медленных шагов, а потом прыгнул и врезался коленом правой ноги в живот противника, а локтем в шею.

– Ты кто такой? Где я? – сталкер заломил ему руку.

Бандит зашипел от боли, но играть в героя не стал.

– Я из банды Вепря, Михаил меня зовут, – выдохнул он перегаром. – Пахан велел нам на западе леса закрепиться… мы здесь уже неделю небо коптим.

– Зачем? – с нажимом спросил сталкер и надавил на руку.

Боевик взвыл, но тут же взял себя в руки:

– Так каждый по-своему выживает, сталкер… для кого-то «Сфера невнимания» – это горе, а кто-то на ней бабло рубит. Ну, мы и рубили…

– Вы что, суки, щипали пропавших сталкеров и грабили поисковые отряды?

Боевик что-то промычал в ответ.

– Где майор?

– Братан, какой майор? Мы тебя одного в лесу нашли. Ты почти к нашей базе вышел. Кефир велел тебя допросить. Пытать хотел, думал, ты разведчик чей-то.

– Сколько вас в банде? – второй рукой бродяга выхватил нож бандита. На его счастье, уголовник был худощавым и сухим.

– Шестеро нас, шестеро, – выдохнул Михаил. – И ещё четверо в самом лагере. Пахан со сталкерами для понта дружит, а сам козни свои крутит. Сегодня собрался вечером занять лагерь, пока все бродяги в лес собрались.

– В лес? – переспросил Лемур, и бандит понял, что проболтался.

– Вы работаете на «Оберег»? – следопыт задал последний интересующий его вопрос.

– Пацан, мы работаем на себя и живём сами по себе. Конечно, свои связи с ними имеем, но тесной ласки не питаем. У них своя жизнь, у нас своя.

– Ясно, я тебя услышал, – Лемур ударом ноги в голову отправил Михаила в беспамятство. Глаза мародёра закрылись.

Сталкер перевёл дух и впервые огляделся. Подавив брезгливость, поднял с пола сигарету бандита и, слегка жалея, что не сделал этого раньше, закурил. Из личных вещей у Михаила не нашлось ничего ценного. Кроме лезвия, никакого оружия у бандита не было. Внезапно тишину нарушил зазвонивший на полу мобильник. Он загорелся в тёмном углу, освещая всё синим светом.

Бродяга поднял его. Вызывал некий «Вепрь». По всей видимости, тот самый главарь шайки. Бродяга сбросил вызов и кинулся в противоположную сторону шахты. Где-то там виднелся свет, а значит, был выход.

Под ногами хрустели доски, сквозь которые внизу виднелось ещё одно помещение. Там фиолетовым сиянием мерцали «желешки». Аномалии булькали и зловеще шипели. Помимо этого, там лежали несколько тел, явно сброшенных вниз. Об этом свидетельствовали скрюченные и изломанные позы. Скорее всего, это были жертвы бандитов.

На выходе из шахты Лемура поджидал сюрприз. В небе всё ещё светило солнце, но уже через час должно было стемнеть. Крепко сжимая в руке нож, он был готов к встрече с дружками Михаила. Если верить бандиту, их здесь должно быть ещё пять человек. Однако увиденная картина повергла сталкера в шок.

Возле ржавой вагонетки у входа в шахты лежали тела людей в чёрных кожанках; их было ровно пятеро. Рядом были разбросаны короткоствольные автоматы и стреляные гильзы.

Убийца не заставил себя долго ждать. Сперва громыхнул выстрел из дробовика, затем раздался крик:

– Руки в гору! Кто таков? Назовись!

– Не стреляй, это он. Мы нашли его, – заговорил второй, уже знакомый голос.

Листва перед сталкером зашелестела, и на свет выбрался подтянутый человек в армейском камуфляже с автоматом в руках. На глаза у него были натянуты защитные очки. Следом вышел второй, в потрёпанном сталкерском комбинезоне, пожилой, морщинистый мужчина с дробовиком.

– Точно он? Уверен? Похож на бандюгана, – проговорил второй, не опуская оружия.

Консул снял с глаз очки и взглянул сталкеру в глаза.

– Здравствуй, Лемур. А мы как раз за тобой шли, – поведал он и кивнул на своего напарника. – Знакомься, это Грешник. Он у нас теперь будет проводником.

Майор подмигнул следопыту.

* * *

– Я в лесу с самых первых дней, как «Сфера» появилась, – поведал Грешник. – Первое время здесь совсем беда что творилось. Куда ни плюнь, аномалии, карманы пространственные, тупики разные. По сути, лес и разбит на отдельные осколки, к которым не подойти и из которых просто так не выйти. А связывают их пространственные коридоры – «карманы».

Сталкер с майором слушали его не перебивая. Лачуга нового попутчика находилась недалеко от шахт – на старой автозаправочной станции. Одноэтажное бетонное здание без обоев. Большинство окон заколочено досками, из-за чего внутри было темно. С улицы негромко гудел генератор.

– Сегодня я сперва рокот услышал, – сообщил Грешник. – Гляжу, вертолёт летит. Да аккуратно так вдоль речушки. А потом как началось… Грохот стоял такой, что уши закладывало! Я как подорвался к месту, гляжу: майора вашего едва «гравикотлом» не прихлопнуло. Еле вытащил его. Тебя уже после заметил. Ты, видать, со страху так дёру дал, что нёсся сломя голову.

Лемур смущённо почесал затылок:

– Да чего греха таить, так и было, отец.

– Ну, я майора вытащил, и мы за тобой дёрнули. Приходим, а тебя уже бандюги в своё логово тащат.

Сталкер поднял бровь, глядя на Грешника. Тот продолжил:

– Мы с майором твоим подготовились. Я-то знаю про их логово, и места слабые знаю. Он мне и рассказал, кто вы и откуда. Решил помочь, сперва у меня снарядиться и выкурить этих мракобесов.

Лемур ухмыльнулся и повернулся к Консулу.

– Лихо вы их там постреляли, всю банду разом, – заметил он.

Чистильщик замотал головой.

– Ничего не лихо, – запротестовал он. – Повезло, что у старика «Вал» в арсенале нашёлся.

– Винтовку я армейцу отдал, толку больше, – подтвердил Грешник. – А сам дробовик прихватил. Правда, покедова я телился, майор их всех снял. Снайпер, блин.

Лемур почесал подбородок, уважительно глядя на Ударцева.

– В шахтах ещё один был, – вспомнил он. – Мы с ним мило побеседовали. Угостил меня сигареткой, сказал, что сегодня его подельники планируют занять лагерь.

– Теперь уже не займут, – уверенно сказал Консул, покачиваясь на стуле.

Лемур покивал головой, глянул на Грешника:

– А тебе оно на кой надо было в эту историю встревать?

– Так я с ними сколько дней воюю, с бандитами этими, – пробасил хозяин заправки. – Только я один, а их много. Они меня самого в плен изловить пытались. Знают, что я в этих местах хорошо ориентируюсь. У меня же другой дом был, так они его захватили. Пришлось мне сюда перебраться. Так что я что с вами, что без вас рано или поздно им точно перья бы повыщипывал.

– Значит, повод нашёлся, – заметил сталкер.

– Выходит, что так, – подтвердил Грешник. – Так что спасибо за помощь, майор. Огромное дело для меня сделал. Эх, жаль, не всю банду перебили…

Консул повернулся к нему:

– Поможешь нам выбраться отсюда?

– Отчего не помочь, помогу, – сказал пожилой сталкер. – Я пару выходов из этого участка знаю. Выведу.

– Нам на подземную автостоянку нужно, – добавил майор.

– Могу туда, – Грешник пожал плечами. – По правде говоря, в ту часть леса есть только одна тропа, и мне она не нравится. А вам самим зачем туда?

– Координаты точки выхода из аномалии, – прямо ответил Ударцев.

Хозяин заправки замолчал. Он задумчиво погладил подбородок.

– Вот оно что. Всё надеетесь пропавших ребят из «кармана» вызволить?

– С божьей милостью.

– Не отпустят их просто так, – Грешник замотал головой. – Там ведь земли наёмников «Оберега». Эти свои тайны никому не раскрывают. И свидетелей привыкли не оставлять.

– Придётся пододвинуть.

– Скажи прямо, майор, – старый сталкер подобрался. – Всё ведь к войне идёт, да? И вы, вояки, и лагерь сталкеров этих.

– Да. Боюсь, это уже неизбежно.

– Дела-а-а, – протянул Грешник, постукивая пальцами по столу. – А я-то надеялся, что всё обойдётся малой кровью.

Он придирчиво осмотрел ладони. Лемур обратился к нему:

– Отец, а сам что за «Оберег» знаешь?

– Чего тут знать? – буркнул хозяин заправки. – Объявились сразу после «Сферы». Шуму много наделали. Но я с ними редко пересекался. Слышал только, как они что-то перевозили к себе. Иногда машины в лесу проезжали, но чаще на вертолёте летают. Правда, это там – на своей половине. Подобраться к ним почти невозможно, аномалии кругом да патрули. Я так решил: ко мне не суются, и я им мешать не буду. Таким принципом много лет в Зоне уже живу. Всех своих пережил. Кто из них червей давно кормит, от кого и вовсе ничего не осталось. А я вот пока дышу, хе-хе.

– Давно в Зоне? – спросил Лемур.

– Да уж прилично, – громко пробасил хозяин. – Ещё с первыми сталкерами сюда пришёл. Какое-то время сам по себе куковал, потом в клан первый прибился. А назывался он «Крайний Свет».

Лемур едва не поперхнулся, резко отодвинулся назад. Консул поднял на него изумлённый взгляд. А старик продолжил:

– Сейчас уж никто и не помнит про нас. А если кто и вспоминает, то всё чушь, – Грешник брезгливо махнул рукой. – Неплохие там ребята были, настоящие, честные. Но Зона их всех со временем забрала. Всех до единого. Один я из того клана остался, понял? И кто бы что ни говорил тебе за нас – всё брехня. Только я знаю, как оно всё было у нас.

– Что случилось с «Крайним Светом»? – Лемур проникся рассказом пожилого сталкера.

– Клан быстро изжил себя и стал ненужным. Он уступил место возрождающемуся «Штабу». А на замену тому потом пришёл «Оберег». Когда-нибудь и его кто-то сменит. Такова жизнь, парень. Нет ничего постоянного.

Никто из присутствующих не решался перебивать матёрого сталкера. Грешник разлил гостям по горячему чаю, и последующие несколько минут они провели в полной тишине.

– Пора, – решил Консул и хлопнул ладонями по коленям.

– Да, – Грешник допил свой чай. – Ты, майор, забирай винтовку себе. Тебе нужнее. А ты, сталкер, возьми в соседней комнате мой дробовик.

– А ты с чем ходить будешь? – спросил сталкер.

– А ты думаешь, у меня в доме оружия больше нету? – старый следопыт поднял бровь, и Лемур решил не спорить.

Ствол и правда оказался хорошим. Надёжный и проверенный «СПАС» удобно лёг в руки сталкеру. В придачу Грешник снарядил путников боекомплектом и протянул свой потёртый детектор аномалий.

– Вот, возьмите, я сам его смастерил, – поведал Грешник. – Когда «карман» будет близко, загорится синяя лампочка.

– Это уже наглеешь, отец, – запротестовал Лемур.

– Бери, бери, я эти «карманы» и без приборов вижу. Научился уже тропки через них искать.

– Спасибо.

– Если тебе придётся им пользоваться, я сам тебе спасибо скажу.

Когда он вышел к проходной, Консул уже стоял в полном снаряжении.

– Пора, – сказал майор, перекидывая винтовку через плечо. – Если успеем, придём на автостоянку первыми.

Лемур не стал возражать.

Они вышли в ночную Зону, казалось, ставшую ещё темнее. Бродяга застегнул куртку до горла, стараясь закрыться от внезапного ветра.

– Вот так, – произнёс Лемур. – Честно говоря, неохота куда-то идти, когда тебя поят таким вкусным чаем.

– Не будем терять времени, – сказал Консул. – Осталось совсем немного.

– Как ты думаешь, что мы увидим?

– Не понял, – переспросил майор.

– Таинственное хранилище Коллекционера – что, по-твоему, там?

Майор собирался что-то ответить, но из здания вышел Грешник в компании щеночка волчонка. Обычного, не мутанта вовсе. Только глаза у него были разные: один – голубой, второй – зелёный. Чистильщик тут же схватился за оружие, Лемур отскочил назад.

– Тише, тише, – произнёс Грешник успокаивающе. – Это Валет. Мой верный товарищ. Он не боится ни аномалий, ни зверей. Просто следуйте за ним.

– Нас поведёт собака? – изумился Консул.

– Покажет дорогу. Лучший проводник в Зоне. Чуйка у него такая. Потому и не нужны мне ваши детекторы. Вы его только не обижайте, а лучше приласкайте.

Грешник погладил зверя, и волчонок довольно завилял хвостом. Лемур на такой поступок не отважился, как и Консул.

Пёс облизнулся, принюхался и побежал по мёрзлой траве в лесные дебри.

– Бывайте, и удачи вам.

– Ты не пойдёшь? – удивился майор.

– Не-не-не, я туда ходить не рискую, да и Валет без меня прекрасно справится, – пожилой сталкер улыбнулся.

– Спасибо, – поблагодарил Лемур, пожимая матёрому ветерану руку. Консул сделал то же самое.

– Доброго пути вам, бродяги.

Двое путников быстрым шагом направились вслед за мохнатым проводником.

* * *

– Что же за глухомань такая, что выхода никакого из неё почти нету, – пробурчал Лемур, шагая вслед за майором.

– Радуйся, что нам этот старик попался; без него точно бы застряли здесь надолго, – добавил Консул.

И правда, часть леса, где проживал Грешник, в корне отличалась от прочих мест. Деревья здесь были особенными – трухлявыми и словно мёртвыми. Местами ветви были сплетены паутиной, в которой периодически встречались чьи-то кости.

– Почему нам придётся идти на стоянку? – спросил сталкер.

– Когда пропавшие бродяги выйдут на свет, они могут нам помочь открыть проход в логово «Оберега», – пояснил майор.

– Очередной пространственный «карман» или аномальная баранка?

– Всё намного проще – гермодвери, установленные ещё в годы Стройки. Единственный известный путь в ту часть леса.

– Подорвать не пробовали?

– А ты башковитый, я смотрю.

– Умище некуда девать.

– Умищем надо уметь пользоваться, – отрезал чистильщик. – Двери рассчитаны на атомный взрыв. При возведении Периметра денег не жалели. А то, что Зона скоро сдвинется, ещё тогда никто не знал.

Ударцев перешагнул через иссохшие собачьи кости.

– Настоящая удача, что по ту сторону есть те, кто может нам эти двери открыть.

– Может, и правда, удача, – заключил Лемур. – Знаешь, а ведь там и правда начнётся мясорубка.

– Представляю. Коллекционер поднимет все свои силы. На этот раз бежать ему уже будет некуда.

– Надеюсь, майор, ты прав.

Чистильщик хмыкнул:

– Если бы я ошибся, всего этого кипеша бы не произошло. Коллекционер боится нас и всячески ставит палки в колёса. И появление в лесу бандитов только подтверждает эту теорию.

Бродяга задумался. Бандит в шахте ведь тоже намекнул, что шайка общается с наёмниками. Оставался только вопрос, для чего всё это нужно было Коллекционеру.

Валет весело двигался вперёд, заводя бродяг куда-то в дикие дебри. Наконец, он остановился возле какой-то пещеры, сел на задние лапы и заскулил. Бойцы переглянулись.

– Походу, конечная, – сталкер настроил фонарик на лбу. – Вот уж не знал раньше, что здесь так много подземных тоннелей.

– Подумай о чём-нибудь хорошем, – посоветовал майор.

Они осторожно заглянули в шахту. Волчонок не спеша двинулся за ними. Как успел отметить Лемур, люди здесь не бывали давно. Прямо у входа лежала ржавая вагонетка, рядом с которой сталкер обнаружил чьи-то останки. Кости были пугающе тонкими, словно что-то разъело их.

Ощущение было стрёмное, отталкивающее. Под ногами пустили корни непонятные высохшие растения. Никакого источника света, кроме фонаря, не было. Но самым безумным и пугающим были блестящие, как будто только что проложенные рельсы. Шпалы давно прогнили, а вагонетки рассыпались ржавчиной. А вот рельсы – будто новенькие. Даже волчонок не испытывал желания приближаться к ним и держался в стороне. Чует, что что-то с ними не так.

Путники осторожно двигались по шахте, держа оружие наготове. Лемур следил за признаками чужого присутствия.

Но всё было тихо.

– Я так и знал, что в конечном итоге мы упрёмся в какой-то тупик, – проворчал Лемур.

Перед ними возникла дверь, наглухо закрытая с этой стороны. Многогранный ключ валялся рядом. Консул посветил вниз, а Лемур наклонился и поднял его.

– Ты видел здесь того, кто мог закрыть дверь отсюда? – спросил сталкер.

– Не заметил, – майор замотал головой.

– Кем бы он ни был, – продолжил размышлять вслух Лемур, – дверь он явно закрывал в спешке, если бросил ключ прямо на месте. И скорее всего, он спасался бегством. А отсюда возникает другой вопрос: что могло так его напугать?

Он оглянулся и посмотрел в темноту. Неестественное освещение не могло скрыть напряжённого выражения лица.

– Боишься открывать? – поинтересовался Консул.

– Думаю, не стоит ли нам поискать другой дороги? Не вижу причин не доверять Грешнику, но что-то мне говорит, что там он не был.

– Другой дороги нет, если только не начать плыть против течения в обратном направлении.

– Чёрт, и ведь одному дьяволу известно, что на самом деле находится по ту сторону двери, – сказал Лемур, ни к кому не обращаясь. – Запереть единственный проход из этого участка леса и, бросив ключ, бежать прочь. Возможно, это было очень давно. Но где гарантия, что опасность ещё не поджидает внутри?

– Может, это ключ Грешника.

– Он был нам сказал. Хотя кто его знает.

Лемур вставил ключ в отверстие и провернул. Замок поддался не сразу; это лишь подтверждало предположение, что им давно не пользовались. Ключ провернулся на два полных оборота и замер в крайнем положении.

Замок был открыт.

Вдруг сталкер почувствовал неладное и резко провернул ключ в обратном направлении. Одновременно с этим с обратной стороны в дверь что-то громко ударило. Чистильщик отскочил назад, хватаясь за оружие, волчонок зарычал, а Лемур испуганно отступил на несколько шагов.

– Не просто так твой хозяин боится сюда ходить, – обратился бродяга к мохнатому проводнику.

– Что это было? – в голосе чистильщика прозвучали нервные нотки.

«Неужели ты умеешь чувствовать?» – подумал следопыт.

– Не знаю и знать не хочу, – решительно сказал он. – Возвращаемся к этому Грешнику и ищем другой путь.

– А если его нет? – дрожащим голосом спросил Ударцев.

– Чёрт, да не может такого быть! – сталкер начал выходить из себя. – Неужели ты не понимаешь, что туда нам путь заказан! Не знаю, как ты, а я поворачиваюсь и ухожу назад!

Он повесил оружие через плечо и пошёл в обратном направлении. Майор посмотрел ему в спину.

– Постой, не уходи, – чистильщик очень быстро пришёл в себя и держался вполне уверенно. – Давай попробуем ещё раз.

– Ты совсем дурак, армеец?

– Мы не можем соскочить, когда так близки к развязке, – произнёс он так, что внутри у Лемура всё перевернулось.

– Если проход действительно будет неприступным, вернёмся и придумаем что-нибудь другое.

Лемур не стал отвечать. Вместо этого он вновь подошёл к двери, провернул ключ и решительно приоткрыл на себя дверь.

Чистильщик вскинул винтовку. Волк угрожающе зарычал.

Все приготовились к бешеной стрельбе, но стрелять было не в кого. За дверью оказалось более просторное помещение. Консул первым перешагнул через порог и посветил в темноту.

– Вроде ничего угрожающего, – произнёс он. – Тоннель, паутина, провода, кости и…

Волчонок бодро пробежал вперёд и весело тявкнул что-то. Четвероногому зверю было вполне комфортно, чего не скажешь о людях.

Консул продолжал светить фонарём. По источнику света никто не выстрелил, на него никто не бросился. Валет не стал дожидаться и вырвался вперёд. Довольно гавкнул.

– Но что-то же ударило по двери, ты ведь сам слышал, – продолжать настаивать на своём сталкер.

– Может, сквозняк, – предположил чистильщик. – Здесь, кстати, сильно поддувает…

Его прервал дикий вой волчонка, прервавшийся грохотом.

Через мгновение в конце туннеля вспыхнул мощный разряд электричества. Лемур поздно понял, что произошло: из-за поворота навстречу сталкерам выскочила блуждающая статическая аномалия «разрядка».

– Консул, назад! – выкрикнул он. – Валет! Ко мне, мальчик! Ну!

Аномалия была сильной и регулярно выбрасывала мощные электрические паутины в стороны, поражая всё вокруг. Чистильщик успел запрыгнуть обратно в последние секунды, прежде чем жуткое явление едва не изжарило его. Лемур захлопнул дверь и вновь провернул ключ.

Удар!

Бродяги на миг перевели дыхание. Такого поворота они точно не ждали.

– Вот тебе и сквозняк, – Лемур перевёл дыхание. – Ну что, я был прав? Идём к Грешнику?

– Да, – согласился Консул. – Определённо. И, похоже, без его мохнатого товарища.

Лемур грустно вздохнул.

– Щенка жалко, – тихо сказал он. – Загубили его, бедного.

И тут по ту сторону двери они что-то услышали. Нечто напоминающее волчий вой. Сталкер изумлённо перевёл взгляд на майора, а затем осторожно отворил дверь. Чистильщик посветил в темноту.

– Валет, – Лемур посвистел. – Друг, ты живой?

Из темноты сверкнули два ярких глаза, следом раздался радостный вой. Волчонок был жив.

– Валет! Ах ты, чертяга! – обрадовался Лемур. – Везучий комок шерсти!

– Как он выжил? – не поверил майор.

– В тоннеле ответвление, обходной путь или вроде того, – сталкер был вне себя от радости. – Валет, дружок! Жди, мы скоро придём к тебе!

Он повесил дробовик за спину.

– Побежим? Ты серьёзно? – уточнил Ударцев.

– Да, но не сейчас. Подождём, пока аномалия зайдёт на новый круг.

Долго ждать не пришлось. Блуждающая «разрядка», по всей видимости, двигалась от одного конца тоннеля к другому. Когда в следующий раз «разрядка» ударила в дверь и полетела в обратном направлении, путники побежали за ней.

Заветное ответвление обнаружилось быстро: это была решётка, не закрывшаяся до конца. То ли механизм заклинило, то ли ещё что-то с ней случилось, но за ней обнаружился свободный участок. Лемур первым упал на бетон и ползком перебрался по ту сторону, где его встретил испуганный волчонок. Валет начал облизывать бродягу и радостно запрыгнул на него передними лапами. Консул перебрался следующим.

Когда тоннель вновь осветился синим светом, путники стали свидетелями того, как сгусток электрической энергии пронёсся мимо них, освещая всё вокруг.

Сталкер с улыбкой гладил волчонка.

– А мы уж думали, от тебя одна котлета осталась, – ласково сказал он. – Молодец, хороший мальчик. Провёл нас куда следует.

– Я начинаю путаться в этих коридорах, – майор посветил фонарём вокруг себя.

Они находились в квадратной комнате с высоким потолком. Над головой проходили ржавые трубы, а вокруг было множество пустых ящиков, покрытых пылью.

Проморгавшись после очередной световой атаки блуждающей «разрядки», Лемур осмотрел все углы и обнаружил новую дверь.

– Экскурсия по подземным катакомбам продолжается, – весело сказал он. – Майор, ты у нас всё знаешь. Откуда в Свинцовом Лесу столько подземных коридоров?

– Ещё до появления Зоны здесь было много добывающих шахт, – сказал майор, отряхивая комбинезон от пыли.

– Ясно. Чем дальше в лес, тем злее партизаны. Знаешь, я чем больше брожу по Зоне, тем чаще встречаю странные места, по которым видно, что о них никому знать не положено. Факт, поблизости химического завода было много необычного даже в мирное время.

Сунувшись в дверной проём, Лемур остановился.

– Майор, смотри, – сказал он.

Консул посветил вперёд, затем по сторонам. В узком проходе в соседнюю комнату на полу лежали битые стёкла, а с потолка свисали консервные банки. Чья-то кустарная, но эффективная сигнализация.

– Думаешь, это мог быть «Оберег»? – тихо предположил Лемур.

– Шут его знает, – ответил майор. – Пошли, только осторожно.

Они стали аккуратно огибать свисающую шумовую ловушку. В конце пути даже обнаружилась растяжка. Бродяга перешагнул её и на всякий случай погасил фонарь.

– Подлянка грамотная, хотя и видно, что старая, – сказал Лемур, указывая на леску под ногой. – Кто бы ни ставил её, он был уверен, что из этого коридора к нему никто не выйдет… Тихо!

Он быстро прижался к стене. Майор позади выключил фонарь и вскинул винтовку. Волчонок злобно оскалился, но не шумел.

– Тише, братишка, тише, не выдай нас, – шепнул ему сталкер, и воцарилась полная тишина.

Лемур стоял неподвижно, весь обратившись в слух. Чистильщик ткнул его локтем. Он громко дышал.

– Что ты услышал? – спросил майор.

– Тише, – шепнул Лемур.

Долго ждать не пришлось. Вскоре послышался топот нескольких ног. Скрипнула дверь в стене, затем показались лучи фонарей, и в комнату вошли неизвестные люди. Фонарей было не менее четырёх, но людей, возможно, больше. Лучи прошлись по помещению, и сталкер увидел, что здесь было множество ящиков.

– Ты тот коридор не смотрел, может, там сталкеры уже вовсю ходят? – спросил один из неизвестных. Судя по движению фонаря, он имел в виду угол, где сейчас в смешных позах застыли майор со сталкером.

– Там растяжка стоит. Если бы кто и прошёл – мы бы это знали, – отмахнулся второй.

– Ты это Коллекционеру скажи, – огрызнулся первый. – Сам видишь, как он нас торопит. Пусть там и блуждайка бродит, а гостей нам сейчас не надо.

– Это ты верно базаришь, – согласился собеседник. – Надеюсь, мы успеем закончить погрузку и свалим из этого дерьма, пока сталкеры из аномалии не выбрались.

– А это уже зависит от того, как скоро мы все эти ящики перетаскаем, – строго сказал первый. – Так что за работу.

Неизвестные замолчали. Двое из них подошли к одному из ящиков и, ухватившись с двух краёв, понесли в том направлении, откуда пришли.

– Многовато здесь хабара, правда, – прозвучал искажённый маской голос. – Может, босс и не заметит утраты?

– У меня очко не такое крепкое, чтобы воровать у Коллекционера, – проворчал первый. – Если будет недостача, он с нас шкуру спустит.

– Эх, а жаль, – вздохнул неизвестный в маске. – Сколько бабла здесь пылится, а.

– Когда машина будет загружена – деньги потеряют всякий смысл.

Люди в масках с фонариками на лбах взвалили ещё один ящик.

Лемур с Консулом всё это время стояли не шевелясь и прислушиваясь к голосам неизвестных. Те покинули помещение, вновь погрузив его в царство тьмы.

– «Оберег», – прошептал майор. – Похоже, у них тут перевалочная база.

– Наверное, – Лемур почесал лоб. – База. Перевалочная. Ты слышал, о чём они говорили? Здесь целый склад хабара.

– И сейчас они загружают им машину, – добавил Ударцев.

– Да. Похоже, «Оберег» готовится к финальной фазе. Коллекционер нашёл заказчика и скоро начнёт транспортировку груза… Вовремя мы тут оказались, ничего не скажешь.

– Не представляю, как они собираются это устроить, хотя, – Консул напрягся, – я уже ничему не удивлюсь.

Он умолк, глядя на склад. Его глаза постепенно привыкли к темноте.

Лемур тихо высунулся и подскочил к ящикам. Он присмотрелся и обомлел. Именно такой хранился в могиле неизвестного сталкера в тот день, когда погибла его группа.

– Вот оно, – Лемур протёр пыль. – Слышь, армия, это оно. Хранилище. Хитро задумано – скрыть его под землёй.

– Проверим, что в ящиках? – шепнул майор, аккуратно выходя из узкого тоннеля. Он весь был в паутине.

– Внимание, чужой! – проорал кто-то из тоннеля, и Лемур отскочил назад.

Стена позади него осыпалась бетонной крошкой, в замкнутом пространстве оглушительно прогремели выстрелы. Лемур в два прыжка оказался у широкой трубы и укрылся за ней. В тоннеле раздались ругательства, и яркое пятно появилось снова.

– Противник! – закричал «обереговец».

Консул вскинул АС «Вал» и короткой очередью заставил врага отпрянуть в сторону.

Новая автоматная очередь разворотила один из ящиков, выбив металлические крепления. Лемур коротко вскрикнул, свернувшись за трубой.

Ящик вдруг затрясся, словно из него пыталась выбраться разбуженная после многовекового сна мумия. Со свистом вылетело второе крепление, и крышка распахнулась. Наружу выкатились круглые, светящиеся сине-молочным сферы, из которых тянулись полупрозрачные паутины. Образования очень сильно напоминали редкие и дорогие артефакты. Около десятка шариков, подпрыгивая и кружась, разъехались по всему полу, осветив помещение.

Консул продолжал стрелять. Его винтовка работала практически бесшумно, но Лемур всё же слышал отдельные выстрелы.

Предательски заверещал детектор аномалий, выдавая присутствие напарников.

В тоннеле послышалось какое-то шевеление.

Лемур выглянул из-за стенда, вскинув дробовик. В коридоре лязгнула дверь – внутрь ворвались вооружённые люди. Двое врагов заскочили в помещение.

Лемур поймал одного из них в прицел и дважды выстрелил из дробовика.

Промахнулся.

Это в фильмах или книжках крутые герои с первого выстрела убивают всех. Реальность в корне отличается от вымысла. Кроме того, сталкер выдал своё присутствие, чем тут же воспользовался противник.

Лемур упал на пол, укрываясь за ящиками. Пули тут же просвистели над его головой.

– Зашибём! – раздалось из коридора.

Аномальные сферы продолжали хаотично кататься по полу. Изредка пули попадали по ним, и те отскакивали.

Валет завыл от страха протяжным воем и бросился в обратном направлении.

«Правильно, – подумал сталкер. – Беги домой, малыш. Здесь тебе точно делать нечего».

Он ползком добрался до края и осторожно высунулся. Лучи фонарей продолжали шарить по комнате в поисках цели.

Сталкер снова вскинул дробовик и выстрелил.

Фонари погасли. Но не от того, что Лемур поразил врага. А от того, что противники догадались их отключить. Выстрелы же опять ушли в молоко.

Консул, затаившись в другой части комнаты, пустил короткую очередь чуть выше. Одна из ржавых труб лопнула, и в тоннель ударил столб горячего пара.

– Твою мать! – вырвалось у неизвестного.

Громыхнул выстрел, проделав дыру в одном из ящиков. И вот тут стало по-настоящему интересно. Один из шариков на полу внезапно сдетонировал. Лемур так и не понял, с чем это было связано. То ли от шальной пули, то ли температура воздуха его не устроила, то ли он вообще жил своей жизнью.

Послышался громкий свист, в центре комнаты закружился невидимый вихрь. Лемур упал на пол и обхватил руками голову.

– Консул, атас! – крикнул он.

С треском начали ломаться другие ящики. Пространство в центре комнаты начало закручиваться в невидимую воронку, в которой кружили щепки, гильзы и даже попавшие под влияние новоиспечённой аномалии светящиеся шары.

Раздался оглушительный хлопок, и в центре комнаты закружилась нехилых размеров аномалия «клеть».

Выстрелы заполонили помещение. Послышался громкий грохот – несчастный стенд всё же не выдержал огневого напора и перевернулся. Лемур откатился в темноту и перехватил оружие.

Выстрелил в сторону противника. И снова промахнулся.

Двое наёмников, укрывшись от горячего пара, всё же продолжили поливать нарушителей автоматными очередями. Свистящая аномалия изредка захватывала их пули, но не останавливала, а лишь меняла их направление.

Ситуация складывалась не самая приятная. Лемур осознал, что, по сути, находится вместе с майором на пороховой бочке. Каждый из шариков мог в любую секунду снова сдетонировать, и тогда постепенно вся комната превратится в аномальный карнавал.

Сталкер ползком подобрался к дверному проёму и, просунув туда дробовик, вслепую разрядил его.

Задел он кого-то или нет, он так и не понял. Майор, потеряв терпение, вызволил из своего кармана круглый предмет и громко крикнул:

– Сталкер, на землю!

И бросил его в тоннель.

Лемур отскочил в угол и зажал уши руками.

Последовавший взрыв оглушил бродягу, окончательно выбив его из колеи. Помимо пара, помещение заполонило облако поднявшейся пыли, и увидеть что-либо без фонаря не представлялось возможным.

Из тоннеля раздался сдавленный хрип:

– Чтоб тебя, козёл!

Лемур на ощупь подполз к проёму. Он практически ничего не слышал и уже мало что понимал. Время от времени к нему подпрыгивали светящиеся шарики, которые он тут же отталкивал прочь.

«Дробовик! Я ведь пустой!»

Задыхаясь от пыли, Лемур полез в карман за патронами. Драгоценные секунды растягивались в вечность. Руки тряслись, роняя один патрон за другим. С горем пополам ему всё же удалось зарядить четыре патрона.

– Не стоим на месте, не стоим! – услышал он сквозь глухоту.

Голос прозвучал близко. Слишком близко.

Бродяга вновь просунул в проём дробовик и спустил крючок.

– На, хавай, сука! – выкрикнул он.

– Назад!..

Крик оборвался в кровавый кашель. На этот раз попал. Дробь разворотила «обереговцу» живот и колено. Наёмник свалился на бетонный пол, захлёбываясь собственной кровью.

Внезапно на спину сталкера опустилась тяжёлая ладонь. Он обернулся и увидел перед собой майора. На груди у него было несколько кровавых пятен. Лицо Консула было неестественно бледным.

– Уходим, – глухо велел он, и Лемур не узнал его голос.

Выглядел майор не самым лучшим образом: он пошатывался и шипел от боли.

Сталкер взвалил его на себя и потащил к лестнице, ведущей к стальной двери. Несколько предупреждающих знаков гласили, что за ней следовал опасный обходной путь. Краской на двери было написано: «Аварийный выход! Небезопасно!» Что за тайны скрывала эта надпись, бродягу сейчас мало интересовало. По крайней мере, там не будет засады наёмников.

Пройдя внутрь, сталкер захлопнул её за собой и провернул штурвал.

* * *

– Живо! – орал командир отряда, пропуская вперёд себя бойцов. – Склад атакован!

Его повязка с временным личным номером и именем была сбита, но подчинённые и так знали начальника в лицо. Зажглись тусклые лампы, запитанные от генератора.

Отряд из четырёх бойцов проследовал по тоннелю. Наконец, когда они добрались до условного склада, перед ними предстала неприятная картина. Дежурные лежали на полу, истекая кровью, а в центре комнаты кружила крупная «клеть».

– Гильзы! Много! – сообщил кто-то из бойцов.

Командир повернулся к стоящим напротив него остолопам.

– Так ищите, чё вы встали, как бараны?! – прогремел он.

Трое его бойцов рассыпались по складу. Один присел над раненым собратом. Боец находился при смерти, и жить ему оставалось не больше получаса.

– Командир, он тяжело ранен, не донесём.

Начальник не стал тратить время. Матовое лезвие ножа не отразило ни единого луча света фонарей. Войдя в горло раненого, оно задержалось там на мгновение и тут же вылетело обратно. Командир вытер нож о рукав, вернул на место и повернулся к бойцу.

– Проблема решена. Теперь помоги своим дружкам.

Первым делом пришлось перекрыть вентиль с паром. Видимость улучшилась, и дышать стало намного легче. Под ногами лежали разбросанные по всему полу искрящиеся, светящиеся светло-молочным шары.

– Сработала растяжка, – наконец, оповестил один из наёмников.

– И что? – уточнил командир.

Двое бойцов посветили в узкий тоннель, из которого, вероятно, появился противник. В его глубине лежало обмякшее тело волчонка средних размеров. Зверь напоролся на растяжку и умер от потери крови.

– Зверьё шалит, босс, – изрёк наёмник. – Видимо, голод загнал их сюда.

– Хочешь сказать, это один щенок тут натворил? – начальник покраснел от злобы.

– Возможно, стая, – пожал плечами подчинённый. – Подорвалась на растяжке, отчего в действие пришла аномалия. Наверное, мужики в агонии рикошетами зацепили себя же.

Командир задумался, перевёл взгляд с одного мертвеца на другого:

– Сейчас ты пойдёшь туда и всё проверишь. А остальные наведут здесь порядок и продолжат погрузку. Будут нарушители – уничтожить на месте.

Боец слегка смутился:

– Пойду, в смысле, один?

– Я что, неясно выражаюсь?! – проревел начальник. – За работу! Мне плевать, что тут пошло не так и кто в этом виноват! Погрузка должна быть закончена в срок!

– Есть!

Подчинённые приступили к выполнению приказа.

* * *

Группа Самары двигалась размеренным шагом.

Цепочка из десяти бойцов уверенно продвигалась по ночному лесу. Временами бойцам попадались аномалии, иногда встречались хищные звери. Атаковать группу из десяти человек они не решались. Но в то же время хищники не теряли пришельцев из виду.

Первыми двигались проводники, следом шли двое чистильщиков – как ударная сила отряда.

Уже стемнело, поэтому пришлось включить фонари. Командир отряда регулярно смотрел на экран своего ПДА. Он ждал хоть каких-то вестей от первой и второй групп, но их всё не было.

Самара начал серьёзно беспокоиться. По всем прикидкам первая группа давно должна была достигнуть станции. А Гайдар лично обещал отписаться по прибытии.

Может, что-то пошло не так? Или «Сфера» по-прежнему экранирует сообщения? А может, чистильщик банально забыл оповестить своего напарника.

– Движение на шесть часов!

Группа резко остановилась. Бойцы схватились за оружие и заняли полукруговую оборону. Наступила гробовая тишина. Все погасили свои фонари.

Внезапно где-то слева хрустнула ветка, а следом прозвучало тихое ругательство.

Один из сталкеров резко подскочил на звук и повалил неизвестного противника на землю.

– Руки за голову! Лежать, я сказал!

Когда бойцы зажгли фонари и подступили к месту схватки, они увидели, как один из бродяг оседлал молодую сталкершу.

– Почему мне так не везёт? – с досадой спросил кто-то из толпы.

Раздался многоголосый хохот. Счастливчик тоже улыбнулся.

– Вы идите, парни, мы вас позже догоним, – хохотнул он и тут же получил оплеуху.

Система поднялась в полный рост, покраснев от злости и смущения. Девушка подняла огнемёт.

– И давно следишь за нами? – спросил Самара.

– А что, скажешь, взял бы меня в отряд и так? – съязвила она.

– Нет, но теперь и заставить тебя идти одну по лесу не могу, – Самара свистнул счастливчика, который что-то громко обсуждал со своими друзьями. – А вот с ним, я смотрю, вы уже подружились.

– Не смешно, – процедила Система и зашагала дальше.

– Я и не шучу. Зачем ты пошла за нами?

– Не хочу сидеть на месте, когда мои друзья нуждаются в помощи, – бросила сталкерша, не глядя на вожака.

– Это может быть опасно, не думала об этом?

Система громко вздохнула и повернулась к нему:

– Представь себе. Что, сейчас начнёшь задвигать, что я зря сюда сунулась, да? И что вообще Зона не для девушек? Спасибо, наслушалась.

– Нет, не стану, – честно сказал Самара, и та прикрыла рот.

– Но твоему другу я дал честное мужское слово, что прослежу за тем, чтобы тебя не было ни в одном из отрядов, – продолжил сталкер. – Как мне теперь быть?

– Можешь и не говорить, что я пошла с вами, – Система надулась.

– Боюсь, что остальные этого не станут делать.

Он кивнул на группу бойцов, горячо обсуждающих жаркую встречу. Система опустила взгляд.

– Прости, но я вынужден буду…

Кусты позади вновь зашуршали. Чистильщики первыми вскинули автоматы и нацелились на источник звука.

– Стоять! Не шевелиться!

Из зарослей выскочил крупный мужчина в сталкерском комбинезоне. Он был красным, как помидор, и громко дышал. По всей видимости, бродяга бежал и совсем выбился из сил.

– Волк? – удивлённо спросил Самара, признав сталкера. – Вы что, издеваетесь! Ты что здесь забыл?

Армейцы опустили оружие. Здоровяк устало припал на колени и стал жадно глотать воздух.

– Нас предали… – сказал он, пытаясь отдышаться. – Бандиты… Вепрь… это всё они. Они убивали наших парней… грабили их. Они нас предали…

Сталкеры перестали смеяться. Самара изменился в лице. Он подскочил к Волку и чётко спросил:

– Родной, а ну повтори?

– Бандиты нас сдали!.. «Оберег» знает, что мы идём!..Они готовят нам засаду!

По спине пробежали мурашки. Сталкера словно окатили ледяной водой.

– Командир! – один из бойцов подскочил к нему и включил радиосвязь.

Сперва послышалось шипение, а затем после протяжного гудка прозвучал голос Гайдара:

– Всем, кто нас слышит! Мы атакованы! Повторяю, мы атакованы! Мужики, мы в ловушке!..

Грохот выстрелов прервал его сообщение.

Глава 16

Кровавый погром

«Война – это самоубийство!»

Заголовок старой газеты

Свинцовый Лес, подземная автостоянка

Позднее время

Это место было крайним пунктом из доступных земель Свинцового Леса. Зачастую вблизи подземной автостоянки звучали радиосообщения, сходили с ума навигаторы. Проход на стоянку начинался с разлома в земле – обвалившейся бетонной плиты. На поверхности начиналась «непроходимая зона» – аномальное поле.

А вот внизу проход делился на два участка.

Проезд для автомобилей перегораживала стальная решётка. Вдоль неё также тянулись аномалии. Но по левую руку был проход, перекрытый стальной гермодверью. Открыть её представлялось возможным только с обратной стороны.

Конструкция строения была разработана в рамках Большой Стройки. В те годы автостоянку предполагалось переоборудовать в ремонтную базу. Однако, как и многие объекты в Зоне, она была оставлена.

Выделяющейся особенностью автостоянки было полное отсутствие растительности: с потолка постоянно сыпал песок, и она больше напоминала оставленный постапокалиптический объект где-нибудь в Арабских Эмиратах, нежели в Сибири. Дополняли эту пустынную идиллию брошенные гражданские и военные машины. Многие из них уже были разворованы по запчастям и сейчас догнивали свой век.

Группа Самары спустилась туда с наступлением темноты. Команда рассредоточилась вдоль участка гермодвери и заняла боевые позиции.

– Пора, – велел Гайдар.

Радиосообщение с координатами точки выхода было отправлено. Процесс был запущен.

Ответ не заставил себя долго ждать.

– Говорит Самсон, командир отряда нейтралов, – голос был тихим – связь работала с сильными перебоями. – Получили координаты… направляемся к точке выхода…

Потекли напряжённые минуты ожидания. Время тянулось мучительно долго. Бойцы серьёзно нервничали. Кроме помех практически ничего не было слышно.

Наконец прозвучали восторженные голоса:

– Твою мать, мы выбрались из этого заколдованного круга!.. Мы выбрались!.. Движемся в сторону стоянки!..

И после этого прозвучал первый выстрел.

* * *

Противник объявился внезапно. И совсем не там, где его ждали.

Автоматная очередь прозвучала с тыла и тут же скосила одного из бойцов. Раздались угрожающие крики.

– Уж я до тебя доберусь! – отозвался Гайдар, полоснув очередью из «Абакана» по неприятелю.

Как оказалось, враг зашёл не только с тыла. По ту сторону клетки появились люди, а после этого прогремели автоматные очереди, сопровождаемые вспышками. «Оберег» грамотно взял первую группу в кольцо.

Грохот поднялся такой, что закладывало уши. Сталкеры, наряду с чистильщиками, ползали по усыпанному песком полу, укрываясь за легковушками. Пули лязгали рикошетами и свистели над головой. По тёмному помещению забегали лазерные лучи в поисках противника.

Гайдар засел за остовом «Москвича-2126». Боковое стекло с грохотом рассыпалось и обдало чистильщика осколками.

– Мы в западне! – сообщил подползший к нему сталкер. В свете автоматных вспышек чистильщик увидел его лицо, переполненное страхом и ужасом.

– Свяжитесь с Самарой! – велел командир. – Если сталкеры не помогут расчистить тыл, нам звездец!

Рядом плюхнулось тело одного из бродяг. Из простреленной раны в голове потекла кровь. Гайдар многое видел в своей жизни, но то, что происходило сейчас, напоминало если не ад, то чистилище.

Суматохи добавляло полное отсутствие света. Освещением служили вспышки выстрелов и тусклый свет аномалий. А автоматный грохот перемешался с криками.

Сталкеры ничего не могли противопоставить такому мощному напору. Они засели за машинами и лишь изредка отплёвывались короткими очередями.

Гайдара хлопнули по плечу и протянули рацию.

– На связи Самсон, мы продвигаемся к автостоянке, – звучал восторженный голос в наушниках. – Со мной ещё двенадцать ребят, двое ранены… Что за стрельба?..

Гайдар без колебаний прорычал в рацию все, что у него накопилось за эти минуты боя:

– Нас, млять, «Оберег» притесняет! Головы поднять не можем! Самсон, здесь облава!

На этот раз связь работала без перебоев. Прямо над головой чистильщика прогремела автоматная очередь, оглушив на левое ухо.

– Самсон, – начал он, приходя в себя. – Вы выйдете через правый коридор. Вы должны кровь из носу прорваться к воротам и отворить их… Что?!.. Что значит нет патронов?! Пойми, не откроете эти двери, вам оттуда не выбраться!.. Слышишь?! Самсон!

Гайдар оторвался от рации и повернулся к своим людям:

– Мужики! Сейчас по ту сторону появятся наши – прикрываем их!

Он развернулся и, вскинув оружие, стал бить короткими очередями по вспышкам. Лазерные лучи забегали возле него, а рядом просвистели рикошеты. Двое чистильщиков поддержали командира очередями из укороченных АКСУ с глушителями.

Но самый сильный натиск им пришлось сдерживать с тыла: позиции позади заняли пулемётчик и несколько штурмовиков. Застав сталкеров врасплох, они крепко прижали их, не давая высунуться.

Не прекращая стрелять, те один за другим оказались зажатыми между двух огней. Высунувшись, Гайдар поймал в прицел автомата фигуру в шлеме и, почти порадовавшись тому, что не видит его лица, выстрелил ему в грудь.

Дёрнувшись, упал замертво ещё один сталкер. Следом за ним другой издал заглушённый выстрелами вопль и свалился на колени.

Двое напарников подхватили его и оттащили за изрешечённую иномарку. Молодой сталкер смотрел в потолок выпученными глазами. Из отверстия в его груди толчками выбрасывались красные фонтаны.

– Приём, отзовитесь! – захрипел чей-то голос по рации. Это был Самсон.

И только теперь Гайдар ясно понял, что никто из них не переживёт этой ночи. Если бы погибли старшие, опытные бойцы, то можно было бы предположить, вопреки логике, что судьба изберёт для молодых лучшую участь. Теперь же стоило просто попытаться продать жизнь подороже и не жалеть ни о чём. Наёмники подготовились основательно: они намеренно позволили вытащить пропавших нейтралов из аномалии, чтобы потом разом накрыть их всех. Решить две проблемы одним ударом. Разбить на голову основного врага, обосновавшегося по соседству, и вытеснить кучку людей, которые могли знать все тайны клана.

Когда Гайдару в следующий раз протянули рацию, тот отмахнулся от неё, как от назойливой мухи.

– Командир, на связи отряд Самары!

Чистильщик выхватил приёмник и в двух словах описал суть происходящего.

– …нас крепко зажали с тыла! – закончил он, и в этот момент рядом прогремела длинная очередь одного из сталкеров.

Сам боец, вновь вскинув оружие, дослал короткие очереди в район вспышек. На руку играло то, что у противника не было приборов ночного видения и они также стреляли по вспышкам.

Гайдар был намерен выиграть время до подхода второго и третьего отрядов.

Он был предельно собран и одновременно расслаблен. Это состояние он искал всегда и везде. Не могло быть лучшего момента как для жизни, так и для смерти. Множество подготовленных врагов против него одного не оставляли ему шансов, однако дарили тягучее приторное чувство злости.

Зажглись множество фонарей: лучи забегали по остовам ржавых машин, выискивая людей. Параллельно с ними свистели пули от вражеских винтовок. Сталкеры навскидку стреляли по ним, но больше было похоже, что они едва отплёвывались.

Двое чистильщиков сумели уложить противника с винтовкой. Ответный огонь с противоположного конца автостоянки заставил одного из них выронить оружие и медленно осесть перед «Москвичом». Сталкеры оттащили его обратно, но тот был уже мёртв.

Сделав поправку на порыв аномалий вдоль решётки, Гайдар подстрелил ещё одного. Быстро отползя назад, он вновь затаился между двумя машинами.

И тут же получил сокрушительный удар по затылку.

* * *

Поднявшийся грохот было слышно во всех уголках леса. Вторая группа, следовавшая под командованием Спартака через заброшенные шахты, выбралась к автостоянке, когда бой уже гремел вовсю.

В отряде сталкера находилось одиннадцать человек, включая двух чистильщиков. Эти были вооружены лучше остальных: штурмовые винтовки с прицелами, ночные визоры, универсальные комбинезоны. Некоторые сталкеры также были облачены в армейскую броню, поэтому в темноте их можно было легко спутать. Разведчики первыми сунулись в заросли густого леса, после чего отрапортовали:

– Спартак, походу, они не в курсе, что мы идём. Спуск охраняют всего несколько дозорных, остальные уже внизу.

– Отлично, застанем их врасплох, – решил Спартак. – Разделимся и окружим часовых, по моей команде снимем их. После этого связывайтесь с первой группой. Возьмём этих ублюдков в клещи.

Одиннадцать бойцов быстро рассыпались в ночной тьме. Некоторые заняли позиции у оврага, кто-то присел за кромкой дерева. Эфир, перехватив СВД, забрался повыше, поймав в прицел противника.

У самого спуска в подземную автостоянку, которая представляла собой разлом в земле, лежал на боку остов «уазика». Возле него стояли четверо хорошо экипированных бойцов. Трое штурмовиков, один снайпер. Эфир забрался на дерево и взял его на прицел.

Могила, перехватив ружье, целился в ближайшего штурмовика. Сам же Спартак, держа своё потёртый «калашников», взял на мушку крайнего бойца слева.

Три.

Снайпер обернулся, сделал несколько шагов вперёд. Штурмовики о чём-то переговаривались.

Два.

Крайний справа припал на колено, что-то срочно вбивая на экране своего ПДА.

Один.

Боевик слева заметил какое-то движение и даже схватился за свой автомат, о чём-то громко крича. Возможно, заметил кого-то из бродяг или пробегающего мимо кабана.

Палец вдавил спусковой крючок.

Очередь просвистела совсем рядом с головой наёмника и ушла в молоко. Одновременно с этим ударили ещё десять стволов. Не ожидавшие такого поворота событий наёмники «Оберега» были застигнуты врасплох.

Голова крайнего слева бойца взорвалась кровавым месивом. В другого ударили одновременно из трёх пушек, превратив броню боевика в решето. Снайперу досталось по голове, однако шлем выдержал. Боец рухнул лицом в землю. Двое других не успели вовремя сообразить, что случилось.

Пуля пробила колесо «уазика», а другая срикошетила в бок боевика. Последний враг упал за машину и стал палить ответными очередями практически вслепую.

– Меняем позиции, парни! – Спартак привстал и бегом переместился чуть ближе. – Скоренько обходим, скоренько!

И тут о себе дал знать оглушённый снайпер. Придя в себя, он обнаружил позицию Эфира и трижды выстрелил в ответ.

По рации послышался хрип и сдавленный крик. Бродяга мешком свалился с дерева.

– По отморозкам! – Оба чистильщика тут же ударили по уцелевшему снайперу. Одна из пуль пробила шею, и наёмник свалился на спину.

Последнего добили уже практически вплотную. Зайдя с двух сторон, сталкеры нещадно выстрелили ему в лицо. Кровавый фонтан раскрасил гнилой остов машины.

– Эфир, ты цел? – спросил Спартак в рацию.

– Да, – прохрипел слабый голос сталкера. – Зацепил, сука…

– Я останусь с ним, – вызвался темноволосый бродяга грузинской внешности. – Дождусь людей Самары.

– Хорошо, остальные за мной!

Спуск был взят. Но самое трудное было ещё впереди.

* * *

Подоспевший отряд Спартака резко изменил расстановку сил. Наёмники «Оберега» явно не ожидали нападения с тыла. Сталкеры Спартака буквально застали их врасплох, одной волной накрыв всех четырёх противников.

Первым в упор расстреляли пулемётчика, после чего по одному выкурили штурмовиков. Гайдаровцы, завидев долгожданную поддержку, сорвались с места и с рёвом и криком сомкнули клещи.

Оказавшиеся в плотном кольце оставшиеся наёмники не смогли сдержать такого натиска. Пули разворотили броню, выбив из-под неё брызги крови. Мёртвые тела свалились на капот продырявленной легковушки.

– Свои! – выкрикнул кто-то из сталкеров.

В глаза им ударил яркий луч фонарного света. К измотанным бойцам спустились бойцы Спартака.

– Где старший? – командир второго отряда попытался перекричать грохот.

Несмотря на разгром небольшого отряда противников, бой только набирал обороты. По ту сторону противник прочно закрепился за ржавыми автомобилями и вёл беспорядочный огонь по сталкерам.

К Спартаку на свет выбрался измотанный, испачканный чужой кровью, покрытый пылью и песком чистильщик. Это был Гайдар. Вид у него был такой, словно он провёл ночь в джунглях Вьетнама.

– Моим людям нужна медицинская помощь, – сразу заявил чистильщик. – Где Самара?

– На подходе. Что нам делать? – уточнил Спартак.

– Нужно расчистить дорогу пропавшим, они будут здесь с минуты на минуту. Хоть как, но мы должны выкурить «Оберег» из автостоянки!

У наёмников было огромное преимущество в свободе движения. Сталкеры, так или иначе, не могли занять позиции вне проезда с решёткой, их угол обзора был сильно ограничен, в отличие от «Оберега». Наёмники, осознав это, распределились вдоль всей центральной части автостоянки. В ход пошло всё, что попадалось под руку: стальные листы, машины, отдельно сорванные запчасти вроде дверей или капота. Разобраться в этом погроме было практически невозможно.

Когда отряд Спартака присоединился к бою, заняв позиции за прошитыми в решето машинами, началась настоящая бойня. Бойцы с обеих сторон стреляли практически наугад, ориентируясь на вспышки. Оборонительные конструкции быстро превращались в груду горячего металла, в помещении повисло густое облако пыли и пороха. Крики перемешались с автоматным грохотом, и уже было не разобрать, кто и что в этой суматохе орал.

Гайдар дальше координировал свои действия с верными ему чистильщиками: бывшие военные заняли один из углов за ржавой «Тойотой» и, чётко прикрывая друг друга, посылали во врага короткие очереди.

Сталкеры же ввиду своей неопытности боезапас не экономили. Палили по врагу длинными очередями, даже не целясь. Спартак какое-то время пытался отдавать им команды, но в грохоте его никто не слышал. И не слушал. Контроль над ситуацией быстро был потерян, и пальба превратилась в бессмысленную трату патронов.

Более опытные наёмники «Оберега» старались не разбрасываться боезапасом зря, но и церемониться не собирались. Каждая из сторон делала акцент на то, чтобы зажать друг друга как можно плотнее. Вскоре в ход пошли дымовые шашки, нагоняя мрака.

– Надеть маски!

Хотя и без этой команды всё было понятно. Сталкер по кличке Могила, как и многие, стрелял почти наугад. С каждым выстрелом он разряжал свой дробовик в пустоту, надеясь зацепить врага. Когда автостоянку заполонила дымовая завеса, он и вовсе потерялся во времени и пространстве. Как только сталкер высунулся из-за багажника автомобиля, резкая боль обдала его голову. Пуля вырвала левое ухо, заставив отскочить назад и закричать от нестерпимой боли. Но криков его никто не слышал.

Вскоре в ход пошли коктейли Молотова. Два горящих снаряда бродяги запустили в самый центр автостоянки, в тот самый район, откуда следовало выбить наёмников. Одна из бутылок разбилась об решётку, и горящая смесь едва не сожгла своих же. Вторая бутылка пролетела аккурат в нужный участок и разбилась между чёрным джипом «Тойота Лендкрузер» и советской легковушкой. Вспышка пламени на время осветила пространство. Автомобили вмиг вспыхнули. «Обереговцы» впопыхах стали покидать свои позиции, лишь чудом не напоровшись на пули.

Гайдар, чью голову от случайного попадания спас тактический шлем, сконцентрировал огонь на центральном секторе. Его верные бойцы начали отстрел тех, кто упорно держал основные позиции. Наемники, быстро смекнув, что к чему, перевели огонь на чистильщиков. Одному из военных пуля разворотила колено, а вторая пробила ему бронежилет. Чистильщик замертво свалился на капот «Нивы».

Потерь было много, даже слишком много. Особенно ощутимо это было среди сталкеров. Раненые с воплем падали, и их оттаскивали назад, оставляя на полу кровавые разводы. В закрытом помещении численное преимущество быстро превратилось в недостаток. Наёмникам просто оставалось держаться на своих местах и поливать огнём всё, что они видят.

– Мочи их! – орал Спартак в микрофон, заставляя технику нещадно фонить. – Снимайте уродов всем, чем можно! Нашим нужно закрепиться!

Кто-то сбил его с ног, вынудив упасть на бетон, покрытый песком и стреляными гильзами. Сталкер с проклятием поднялся, даже не посмотрев, кто это. Вокруг бушевал хаос. Спартак прижался спиной к серой стене, с гримасой глядя, как автостоянка с обеих сторон наполняется свинцовым дождём.

Со стороны наёмников полетели ответные огненные смеси, заставив сталкеров отступить.

«А ведь если бы не аномалии у решётки!» – со злобой подумал Спартак.

Бродяги отходили назад, изредка путаясь в лабиринте брошенных машин. Кто-то догадался перевернуть некоторые из них, уложив на бок. Некоторые спотыкались и падали на стеклянную крошку, разбивая руки в кровь. Однако вскоре после отступления вся эта живая масса вновь пошла в контратаку.

Появились первые ощутимые проблемы с боезапасом. Как чистильщики ни старались экономить патроны, в бою их всё равно оказалось зверски мало. Ту же проблему начали испытывать и «обереговцы».

Наёмники уже не накрывали противников так интенсивно, но старались не подпускать ближе, чем нужно.

Сталкер Могила, кривясь от боли, ползком подобрался на минимальную дистанцию – он был в паре метров от аномалии. Лёжа под кузовом машины, он отлично видел фигуры некоторых неприятелей. Вскинув дробовик, он хорошенько прицелился и трижды выстрелил по ногам врага.

Подоспевший пулемётчик «Оберега» завопил от боли и свалился на пол. Подскочивший к нему напарник тут же получил картечь в голову. Машина позади него окрасилась кровавым пятном.

«Двое», – довольно отчитался бродяга перед собой.

И тут же его район был накрыт сразу двумя автоматными очередями. Из-под машины, за которой он лежал, вывалилась окровавленная рука. Сталкер был мёртв.

* * *

– Этого мочи, давай! – один из наёмников, приложив автомат на крышу иномарки, выстрелил в ближайшего сталкера.

– Сука, он уработал двоих наших! – напарник поддержал его огнём.

Две длинные очереди превратили бродягу в решето.

– Сконцентрируй огонь на левом фланге! Мочи их! – велел первый наёмник, перезаряжая натовскую М-16.

Его напарник, прильнув к коллиматорному прицелу, поддал жару. Они чётко выбивали одного сталкера за другим. Действовали слаженно: один перезаряжает, второй прикрывает. И так действовала вся центральная группа из шести человек.

– Похоже, они отступают, – раздалось в ухе бойца. – Валите их всех!

«Обереговец» вновь скрылся за машиной и прижался к ней спиной.

– Перезаряжаюсь! – выкрикнул он, отстегнув пустой магазин.

Кто бы мог подумать, что эти несколько секунд спасли его от мучительной смерти. Столб яркого пламени окатил его напарника и всех, кто находился в центральном районе. Жара была такая, что старая краска с машин начала облазить, а пластиковые бамперы плавиться.

Наёмник в ужасе упал на пол, взирая на чудовищную картину: его напарник пылал как спичка и истошно кричал. Настолько громко, что в сумасшедшем грохоте наёмник слышал только его. Горящий «обереговец» свалился между машинами и затих.

Наемник, побелев от страха, бросил свой автомат и побежал к своим, оставив позицию.

* * *

Запрыгнувшая на крышу «Нивы» Система вскинула огнемёт и хорошенько окатила пламенем всех тех, кто находился в центральном районе автостоянки. Экономить огнесмесь не было никакого смысла. Столб жаркого пламени вырвался наружу, поджигая всё на своём пути.

Тех, кто в панике оставил позиции, стали добивать стрелки подоспевшего отряда Самары. Выдохшиеся бойцы Спартака и Гайдара ощущали сильную нехватку боезапаса и были морально и физически измотаны боем. Как и наёмники.

– Отлично, путь свободен! – крикнул вожак сталкеров. – Добивайте этих козлов!

Используя подножку джипа как упор, сталкер уложил автомат на крыше. Короткими очередями он отправил последнего беглеца на тот свет, распоров ему спину.

– Прижмите их у крайнего входа! Не давайте им высунуться!

Теперь, потеряв центр, наёмники были вынуждены перегруппироваться у тоннеля слева. Обе стороны заметно выдохлись и нуждались в отдыхе.

– Раненых выведите в лес! – распорядился Самара, вклиниваясь в общую струю.

Среди засевших под перевёрнутой на бок машиной он вычислил Гайдара и поспешил к нему.

– Твою мать, что за Сталинград здесь творится?! – вырвалось у бродяги.

Чистильщик перевёл на него тяжёлый взгляд. Похоже, за последний час он пережил многое.

– Эта передышка ненадолго, – протянул он. – Скоро они подтянут сюда все свои ресурсы, чтоб их…

– Что с пропавшими? Вы связались с ними?

– Да, – Гайдар медленно кивнул. Похоже, боец был сильно контужен. – Двенадцать человек вот-вот должны появиться из-за правого поворота. Если они не откроют дверь, мы все останемся здесь.

– А на словах, когда мы перед картой стояли, всё выглядело намного проще! – Самара сплюнул на пол. – Сколько у тебя осталось людей? Какие потери?

– Раненых много, – ответил за старшего другой чистильщик. – Как наших, так и ваших.

– Уведём, – кивнул Самара, прикусив нижнюю губу. – Связь с пропавшей группой есть? Могу с ними поговорить?

У сталкера появился незамысловатый план. Помощник начальника протянул ему рацию и настроил на нужную частоту:

– Приём, это Самара! Братва, слушайте внимательно…

* * *

Из обваленного тоннеля по ту сторону появились люди. Одни скатились в обнимку с рюкзаками, другие держали наготове оружие.

– Все запомнили, что делать? – спросил бледнолицый худощавый мужчина в камуфлированной куртке.

– Давайте, братцы, последний рывок! – радостно сказал он. Хотя радоваться было особо нечему. Наёмники «Оберега» были готовы встретить их во всеоружии.

– Наши! – констатировал Самара, прильнув к прицелу винтовки.

К тому времени наёмники «Оберега» заняли несколько снайперских точек. Они были намерены держать автостоянку на прицеле, хотя и были в меньшинстве.

Самара перехватил большую армейскую рацию, настраивая нужный канал.

– Мужики, это Самсон, – ответили ему. – Мы закрепились на позиции! Видим вас, приём!

Кто-то из бродяг по ту сторону махнул рукой, ему ответили.

– Родной, проблема следующая, – отрапортовал Самара. – Параллельно вашему коридору есть другой, с наёмниками. Садят так, что носа не высунем. «Обереговцы» засуетились и начали спешно менять огневые позиции. Они готовились к прорыву. Мы отвлечём огонь на себя, а вам придётся кровь из носу прорваться и открыть чёртову дверь!

Проблема заключалась в том, что добраться до злосчастной гермодвери можно было, только пройдя через всю автостоянку. И в итоге, по сути, выйти на линию огня наёмников. Особо уповать на поддержку сталкеров и чистильщиков им не приходилось – те смогут только временно зажать врага. Но основную работу придётся сделать тем несчастным, кто оказался по ту сторону.

– Я тебя понял, шеф! – отозвался Самсон. – Мы готовы!

Самара вскинул винтовку и, высунувшись из-за старой машины, открыл огонь по врагу.

– Мужики! Выносим уродов!

Шквальный огонь обрушился на «обереговцев». Однако, вопреки ожиданиям, те не затаились в укрытиях. Они встретили канонаду ответными выстрелами. Сталкеры из группы Самсона быстро рассыпались по автостоянке и, ведя непрерывный огонь, начали продвигаться к двери короткими перебежками.

Тактика была превосходной. Безусловно, если бы не отсутствие должного боезапаса, голод, недельный стресс и обезвоживание, они могли бы в два счёта преодолеть такую короткую дистанцию. А то и вовсе отбросить «Оберег» назад в катакомбы. Но ряд этих факторов сделал своё дело. Едва четыре автомата из семи смолкли, кто-то из наёмников тут же швырнул гранату.

Прорывающимся потребовалась всего пара секунд, чтобы скрыться за ржавыми остовами автомобилей, и, когда взрывоопасный презент наёмников достиг цели, четвёрка сталкеров уже вновь похватала оружие, готовясь поддержать остальных. Но вместо этого им пришлось срочно искать спасение от вновь брякнувшей возле них гранаты. Отрадно, что никто из них не страдал замедленной реакцией, и спасло их чистое везение.

Взрыв накрыл всех четверых, хотя они и остались живы. Завидев опасность, все они что было сил сиганули подальше от эпицентра и нырнули за остовы автомобилей. Их не волновало, что прыгать пришлось на стеклянные осколки и прочие обломки. Ради собственного спасения они были готовы переломать себе руки и ноги, лишь бы очутиться вне досягаемости гранатных осколков.

Стрелки «Оберега» стали прицельно палить по отдельным бродягам, заставляя их либо вернуться назад, либо сваливая их с ног. Бойцов по ту сторону наёмники удачно сдерживали длинными очередями, поочерёдно сменяясь на перезарядку. Однако и у них было не всё так гладко.

Спартак ползком добрался до одного из раненых чистильщиков. Боец зажимал простреленную рану и визжал от боли.

– Дружище, дай мне свой ствол! – попросил сталкер, кивая на СВД.

Бывший армеец без колебаний толкнул винтовку бродяге. Спартак проверил боекомплект – полная обойма.

– Верну! – честно пообещал он и змеёй скрылся где-то между двумя машинами.

* * *

Гайдар стрелял одиночными выстрелами, стараясь экономить каждую пулю. В отличие от наёмников, пока не страдающих от дефицита боеприпасов, чистильщик был обязан контролировать расход патронов. Его целью были трое стрелков в разных районах, которых никак не удавалось снять. Снайперы удачно зажали всех, кто пытался прорваться между машинами, прервав наступление.

– Мужики, уймите наёмников! Голову высунуть не можем! – разрывалась рация.

Командующий в очередной раз высунулся и, поймав одного из стрелков в прицел, пустил по нему короткую очередь. К сожалению, мимо. «Обереговец», тут же соскочив с места, уже было пустил ответную очередь, которая неминуемо закончилась бы для Гайдара смертельным исходом, как вдруг его шея лопнула и взорвалась кровавым фонтаном. Сам он дёрнулся и повалился на пол. И только после этого Гайдар среди общего грохота смог чётко различить выстрел из снайперской винтовки.

Чуть позже второго стрелка настигла так же учесть. Сталкеры вынудили его показаться на свет, после чего неведомый снайпер пробил ему голову. Наёмник завалился на спину.

– Заходите на прорыв! – прогремел чей-то голос в громкоговоритель.

Оставшаяся на прикрытии группа бойцов Самсона волной рассыпалась среди автомобилей. Все они, не жалея пуль, разряжали последние магазины.

Чистильщик, наплевав на всё, поднялся в полный рост, высаживая по наёмникам остатки боезапаса.

– Прикрываем их! По отморозкам – огонь!

Сталкеры поддержали его шквальным огнём. Несмотря на потери, им всё же удалось задавить «Оберег». Наёмники, прикрываясь за остовами машин, были вынуждены лишь отплёвываться в ответ. Стрелки пытались вынести прорывающихся, но бесполезно.

Кто-то из бродяг, прорвавшись слишком близко к наёмникам, разрядил ружьё прямо в лицо одному из боевиков. Другого свалили общими усилиями чистильщики и бойцы Самары. Но до победного конца им было ещё далеко.

Самара подскочил к гермодвери. Рядом оказались Гайдар и ещё несколько сталкеров.

– Давайте, мужики, открывайте! – на эмоциях прокричал вожак.

Раздался щелчок – гермозамки отворились. Но дверь не открывалась. Заржавевший штурвал дергался, но никак не хотел прокручиваться.

– Помогите! – Самара взялся за него. Его поддержали ещё двое крепких парней.

Очевидно, дверью очень давно не пользовались. Замок поддавался с неохотой, на пол сыпалась ржавая крошка. Сталкер был уже на пределе своих сил.

– Ну же, давай! Что же ты! – скрипел он.

Раздался жуткий скрежет, и штурвал провернулся. Дверь раскрылась внутрь.

* * *

Когда гермодверь удалось открыть, начался настоящий хаос. Гремевшая вовсю кровавая бойня превратилась ещё и в давку. С одной стороны – обезумевшие от многонедельного заточения пропавшие сталкеры, с другой – обозлённые бродяги Самары наряду с чистильщиками. Если бы майор Консул был здесь, он бы гордился результатом своих трудов. Он намеревался собрать армию, готовую на всё ради цели. И именно сейчас, в этот самый момент она была готова.

Наемники, осознав масштаб происходящего, стали из последних сил отстреливать обезумевшую массу. Некоторые по-прежнему били по стрелкам Самары.

Матёрый бродяга Волк, которому изначально не суждено было пойти в рейд, всё же оказался здесь. Он появился здесь с приходом отряда Самары и всё это время упорно сражался с врагом. Им двигала банальная злоба и жажда мести, но даже они уступили простому желанию выжить. И когда патронов практически не осталось, он, приняв решение убраться отсюда и броситься в бега, вдруг увидел Систему.

Девушка, оставив свой огнемёт, укрылась за остовом старой «Нивы», спасаясь от перекрёстного огня. Все бойцы с того участка оставили позиции, и девушка оказалась одна. По всей видимости, она просила помощи, но её никто не слышал. Она кричала, рыдала, звала к себе. А возможно, уже про себя прощалась с жизнью.

С огнемётом Система управлялась хорошо, однако из винтовки стреляла не так умело. Выбирать мишени она тоже не умела. И, конечно, не вполне представляла, что стрелок в такой точке на поле боя долго не живёт.

Оставив свои амбиции и желание поскорее убраться прочь, Волк бросился к ней на помощь, хотя и осознавал, что двоим выбраться оттуда живыми не получится. Подхватив с пола автомат одного из павших бродяг, Волк запрыгнул на капот просевшей легковушки и стал одиночными палить по наёмникам. Те мгновенно перевели свой огонь на безумца всего лишь на несколько секунд. Но этих секунд оказалось достаточно, чтобы девушка выбралась из опасного участка.

Затем что-то ударило Волка в бок, вырывая часть плоти. Пуля едва не перебила ему хребет. Перед тем, как и без того мрачное тёмное место растворилось в вечном мраке, сталкер бросил последний взгляд в то место, где недавно плакала девушка.

Её там уже не было.

* * *

– Проход открыт! В атаку!

Когда гермодверь отворилась внутрь, Гайдара толкнули, и он едва не упал на пол.

Чистильщики наряду с бойцами Самары ринулись ко входу, прикрывая спасающихся. Контролировать их уже было практически невозможно. Сталкеры волной, сталкиваясь со своими товарищами с той стороны, рвались в бой. Озверевшие, обозлённые, обезумевшие от войны, они жаждали крови.

«Люди, – подумал чистильщик. – Что с вами, что вы делаете?»

Наемники, уже осознав масштабы трагедии, начали отступать назад в тоннель. Оставляя свои позиции, они, отстреливаясь, бежали назад. Напоследок ударил пулемёт, закреплённый в кабине обычного пассажирского автобуса «ЗИЛ». Очередь прошлась по живой, шевелящейся массе. Некоторые попадали сразу. Другие ещё были живы и отползали прочь, оставляя за собой кровавый след.

Гайдар, сам не понимая, как оказался уже на той стороне, вскинул винтовку.

Выстрел. Второй. Третий.

Все в молоко. Все мимо.

Пулемётчик продолжал поддерживать отступающих, хотя и понимал, что это ненадолго.

Привлекая к себе внимание, Гайдар продолжал стрелять по нему одиночными до тех пор, пока магазин не опустел. Рука потянулась к кобуре.

Пулемётчик заметил дерзкого чистильщика и перевёл огонь на него.

Сразу в трёх местах боец ощутил нестерпимую боль и едва не согнулся в три погибели. Напоследок он успел разрядить во врага свой пистолет. Пулемётчик затих – голова его свалилась на панель приборов автобуса, а ствол оружия съехал в сторону.

Гайдар медленно осел на колени. Кровь побежала изо рта. Перед глазами начало темнеть. Чистильщик свалился на красный от крови пол.

* * *

– Спартак, выведи их отсюда! – прогремел вожак сталкеров в ухо одному из своих полевых командиров. – Всех, кого сможешь! И как можно дальше от этого проклятого места!

– Понял, а ты? – спросил сталкер.

Самара ничего не ответил ему. Кто-то из бродяг сбил его на полуслове, едва не лишив равновесия. А когда он обернулся, Спартака уже нигде не было видно. Но, глядя на массово убегающую толпу людей, вожак был на все сто уверен, что сталкер выполнит свою задачу. Как выполнял её до этого.

Мысленно пожелав удачи Спартаку, бывший вожак последовал за военными.

* * *

– Они уже здесь! Заблокировать двери! Закрыть все входы и выходы! – вопил командир «Оберега», но его никто не слушал.

Отступающие неслись по узкому круглому тоннелю, по голень заполненному водой. В спины им грохотали выстрелы.

Вырвавшиеся из боя чистильщики обратили врага в бегство и теперь преследовали их. Бывшие военные короткими перебежками нагоняли наёмников, досылая тем в спины автоматные очереди.

Узкий коридор в конце был перекрыт решётчатой клеткой. Свобода была в считаных десятках метров впереди.

Командир отступающего отряда громко пререкался с кем-то по рации.

– Соедини меня с заказчиком! – требовал он на бегу. – Дай мне Коллекционера! Или старшего!

– Старший не отвечает, – услышал он испуганный голос. – Наверное, ещё не вернулся с погрузки.

– Вызови главного! Свяжи с Коллекционером! Млядь, нам нужна поддержка! – рявкнул командир.

– Не уверен, что смогу до него дозвонится, не знаю, где он, – виновато сообщил собеседник.

– Ты что, дебил?! Главного мне дай! Любого! Алло!

Наверняка за дежурного остался какой-то глупец.

Внезапно послышались помехи. Прозвучали два коротких гудка, а после раздался спокойный властный голос:

– Это Коллекционер. Вы что, потеряли рубеж?

Боец, не стесняясь матов, описал картину всего происходящего, требуя срочно открыть.

– Хорошо, я вас понял, – услышал он ответ начальника. – Прощайте.

Раздался глухой взрыв. Потолок с треском обвалился, придавив двух бойцов бетонной плитой. Коллекционер подорвал коридор вместе со своими людьми.

Глава 17

Захват груза

«Когда ничего не угрожает, о смерти говорить намного проще».

Белой краской на могиле неизвестного сталкера

Свинцовый Лес, лагерь группировки «Оберег» и другие места

Рассвет следующего дня

На военно-воздушной базе «Барабинск-5» было шумно.

Пилотов подняли с самого утра. Техники проверяли состояние самолётов, а из ангаров катили ракетные снаряды и крепили их на бомбардировщики. Выехали и грузовые, и пожарные машины, роту солдат на заставе подняли по тревоге. Но на этот раз учебной она не была.

На посадочной площадке приземлился военный вертолёт Ми-8, из которого вывалились сопровождаемые охраной люди в штатском. Командующий воздушной базой полковник Коротков застал их в собственном кабинете.

– Можете приступать к операции. Гражданских в восточной части города уже эвакуируют, не в первый раз. Живут возле Зоны, знают, что это такое.

Человек, который произнёс эти слова, стоял у окна и глядел куда-то вдаль. На нём был надет военный камуфляж, перекрещенный портупеей, и мягкие прыжковые ботинки.

В кабинете имелось большое удобное кресло на колёсиках и располагались два стола, поставленных буквой «Т» – один большой, полностью вырезанный из красного дерева, второй попроще, из массива сосны, но несколько длиннее своего собрата, как, впрочем, и положено быть ножке двадцатой буквы алфавита.

На его середине застыли громоздкие дисковые телефоны с кручёными шнурами, соединяющие аппарат. Правда, отверстий для набора на телефонных дисках не было. Вместо них на больших белых блямбах красовались надписи «Москва» и «Новосибирск».

Хозяин кабинета смирно сидел сбоку и крутил в руках карандаш. Внешне он ничем не выделялся. Но любой человек, хотя бы раз побывавший в горячих точках, с уверенностью понял бы, с кем имеет дело, ощутив себя на линии прицела его зрачков, полностью сливающихся с абсолютно чёрной радужкой. Именно такому человеку доверили воздушную базу. Уверенному, жёсткому, готовому на всё. Даже на самые крайние меры. Но сейчас даже он был в полном смятении.

– Может, ещё не поздно исправить ситуацию другим методом? – спросил полковник Коротков, понимая, как наивно звучат его слова.

– Нет, – жёстко ответил пришелец. – Ситуация зашла слишком далеко. Информация о торговле аномальным оружием подтвердилась, и сегодня пройдёт первая сделка.

– Может, проще усилить Периметр, подогнать технику, толковых ребят, – предположил Коротков. – Всё равно они не покинут Зоны.

– А если его можно использовать прямо из Зоны? Может, теракт готовится прямо в Новосибирске? – переспросил человек в камуфляже. – Скажите, полковник, вы слышали про нападение на двадцать шестую и двадцать девятую башни?

Коротков наморщил лоб. Известия о трагическом и дерзком нападении были, пожалуй, самой обсуждаемой темой среди военных на всём Периметре. Как и на воздушной базе.

– Разумеется, – подтвердил он.

– Вы хоть представляете масштаб произошедшего?

– Представляю.

– Террористами были сожжены сразу две башни; и не просто атакой – их выжгли аномалиями. Вы понимаете, полковник? Аномалиями! Да за одно нападение на Периметр мы можем перевернуть всю Зону с ног до головы. Но при нынешних обстоятельствах иначе просто никак.

– Могут возникнуть трудности, вы сами понимаете какие, – начал Коротков. – Вы и сами прекрасно знаете, что полёты над Новосибирской Зоной опасны. Даже на такой высоте встречаются аномалии.

– Спасибо, я читал сводки, – со скукой в голосе сказал гость. – Это уже ваши проблемы, полковник. Вас обеспечили последним оборудованием и новейшими военными технологиями. Вас назначили ответственным, и сейчас мы посмотрим на деле, ошиблись или же нет.

– Неужели невозможно провести внутреннюю спецоперацию? – проговорил Коротков.

– Исключено, – произнёс человек у окна. – Кроме того, мы уже пытались влиять на это дело по ту сторону – не получилось.

– Этот ваш отряд добровольцев? – уточнил полковник.

– От майора Ударцева никаких известий уже несколько дней, а происходящие в Зоне события говорят о полном провале его действий внутри. Боюсь, полковник, у нас больше нет другого выхода.

Наступило напряжённое молчание. Коротков отлично понимал ответственность за происходящее. Любое неверное движение, и могла произойти авария или даже катастрофа. Даже при удачном проведении операции шумихи в прессе было не избежать. Поднятые с аэродрома «Барабинск-5» бомбардировщики увидит весь город, и объяснить это простыми учениями вряд ли получится.

При строительстве воздушной базы все надеялись на то, что она не понадобится. И в скором времени реорганизуется во что-то другое; благо, военных объектов в России много. Но этот день грянул как гром среди ясного неба.

– Разведывательные полёты начнутся согласно плану, – наконец сказал Коротков. – Как только будет приказ из столицы, вражеские объекты будут уничтожены.

– Хорошо, – кивнул куратор. – Подпишите приказ, пожалуйста.

Он протянул через весь стол бумажку с печатью министра обороны Российской Федерации. Коротков взял ручку и поставил подпись.

Началась военно-воздушная операция в Зоне.

* * *

Три слепящих фонарных луча осветили автостоянку. На покрытых копотью бетонных стенах подземелья, словно в причудливом танце, заплясали тени неизвестных гостей.

– Запомните, пацаны, – прозвучал хрипловатый, но строгий голос. – Хлопаем жмуров и сразу валим по катакомбам. Выживших кончайте на месте.

Трое стервятников в кожаных плащах спустились к автостоянке, аккуратно обходя покорёженные боем машины. В воздухе витал запах пороха. На полу лежали битые стёкла и множество стреляных гильз. Многочисленные пулевые отверстия свидетельствовали о серьёзной схватке. Кровавые разводы только подтверждали это.

– Прав был Хобот, – сказал второй мародёр, седой и морщинистый, с глубоким шрамом возле глаза. Его называли Гривной. – Трындец порядку в Зоне полный.

– Эта война – ещё только начало, – сказал хрипатый, бритоголовый плечистый вожак по прозвищу Вепрь. – Чует сердечко, трясти будет Зону, как при большом Всплеске.

– Вепрь, а нахрена выживших валить? – спросил худой бандит с коронками вместо зубов.

– Эх, Кефир, всё никак соображалки не хватает, – обречённо сказал бритоголовый. – При нашем деле свидетелей оставлять нельзя. Эти фраера нам такой ошибки не простят. Соберутся потом все вместе и по наводке отправят нас к праотцам.

Кефир замер возле обмякшего трупа одного из бродяг.

– Не, уже не соберутся, – изрёк он.

– Эти нет, другие да, – сказал пахан. – Вон, братву в той части леса кто-то вырезал. И их убийца – не наш друг.

– Сявку ещё завалили, – напомнил Гривна про четвёртого товарища, погибшего этой ночью в их личном схроне.

– Этот козёл порой так нарывался, что мне самому хотелось ему мордашку разукрасить, – вспылил Кефир.

Стервятники обходили остовы машин и останавливались возле свежих трупов. Кефир, складывая в свой рюкзак добытый хабар, улыбнулся:

– А жмур – он добрый, жмур щас со мной поделится, да? Гы-гы.

– Прав ты, бугор, был, – довольно сказал Гривна, – когда всю эту тему затеял. Пруха ж какая! Опа! «Винтарь»!

– И зверья не видать, – подмигнул ему Кефир. – Перевелась, походу, клыкастая свора. Всех отстрелили.

Вепрь подошёл к нему и отвесил оплеуху.

– Язык твой поганый я когда-нибудь точно отрежу, – процедил пахан. – Только накликай беду, баран, я тебя сам этой своре сброшу.

Тот молча проглотил обиду. В конце концов, в чём-то пахан был прав.

Когда бандиты закончили мародёрствовать, они выбрались на свежий воздух. Свинцовый Лес встретил их сильным ветром и редким снежком. Погода обещала быть не самой приятной. Вепрь поёжился и развернул воротник.

– Пошли, – велел он, ступая по обратной дороге. – Сперва в схрон. Сегодня там отсидимся. Завтра пойдём на юг к барыге.

– Почему не сегодня? – спросил Гривна.

– Инвентаризацию проведём, – распорядился главарь троицы. – Да и сейчас ещё можем со сталкерами столкнуться. Или с «Оберегом». Оно тебе надо? А так отсидимся денёк, пока проверим всё, посчитаем… Тихо!

Бандит застыл на месте. Двое его спутников замерли вместе с ним.

– Волыны к бою! – Вепрь, скинув рюкзак, вскинул свой «калашников» и нацелился в ближайший кустарник.

Гривна с Кефиром повторили его движения.

Сперва они услышали нарастающий гул. Странный, какого ещё прежде не было в Зоне. Острые мысли кольнули предположением о приближающемся Всплеске, но тот не мог произойти сегодня. Внезапно в небе пролетел военный бомбардировщик Су-24М, увешанный какими-то приборами. Увиденное заставило всех троих застыть на месте, не произнося ни слова.

Российский самолет, именуемый создателями «фехтовальщик», с крылом изменяемой стреловидности пронёсся над лесом на достаточно большой высоте, оставляя за собой грохот и вселяя ужас. Никогда ещё прежде ничего подобного не появлялось над Новосибирской Зоной.

Однако страх передался не только бандитам, но и другим обитателям Свинцового Леса.

Из кустарника выскочила крупная стая секачей. Кабаны с визгом бежали прочь от опасности и неслись прямо на мародёров. Вслед за ними показались и мутсобаки. Во главе этой своры бежал крупный рогач.

– Гон! – прокричал Вепрь, вскинув автомат и выпустив длинную очередь по зверям.

Двое других в панике спохватились слишком поздно. Два крупных секача на полной скорости растоптали Гривну. Мощные копыта с хрустом продавили ему рёбра. Стая чёрных мутсобак вцепилась в Кефира и загрызла его до смерти.

– Вашу мать! – Вепрь выбросил опустевший автомат и бегом бросился в кусты.

Звери неслись ему вслед. Парочка собак уже догоняла бандита, и тот на ходу стал отстреливаться из пистолета.

– Сдохните! Сдохните, твари! Отвалите от меня!

Перегородивший путь озверевший лось взмахом рогов нанёс Вепрю сокрушительный удар по голове. Бандит едва не перевернулся вокруг себя и тяжело свалился на мёрзлую землю. Подскочившие мутсобаки вцепились в пахана лесной банды со всех сторон. Звери буквально разрывали бандита, играя в перетягивание каната. Довершил это всё крепкий серый кабан, подбросивший Вепря на клыки и проломивший ему череп своими могучими копытами. Уже безжизненное тело бандита отлетело в термическую аномалию и сгорело в поднявшемся столбе пламени.

Даже у Зоны были свои негласные правила и запреты. Стервятников она не любила и расправлялась с ними нещадно.

* * *

Сперва по подземельям прошла неприятная дрожь и сильные толчки. Но потом группа чистильщиков наткнулась на обвал.

Капли, падающие с потолка, звонко разбивались о растрескавшийся бетон пола. По помещению гулял сквозняк, хлопала где-то незапертая решётка.

– Они что, подорвали тоннель? – спросил Самара.

– Похоже на то, – сказал кто-то из чистильщиков. – А может, подземка начала рушится.

– Согласно карте, выход сразу за этой грудой, – сталкер покрутил головой. – Есть идеи?

Из кучи обломков показалась рука. Четверо бывших армейцев и сталкер отскочили назад. Из груды хлама наполовину высунулся человек в песочном камуфляже. Он выглядел изможденным. Многочисленные ссадины и бледная кожа говорили о том, что он потерял много крови.

Чистильщики подошли к нему и вытащили на свет.

– Он подорвал нас… подорвал выход, – прошептал наёмник.

Бойцы склонились над раненым «обереговцем».

– Кто подорвал? – спросил один из них.

– Коллекционер… обезопасил свою шкуру, а нас кинул… кинул, сука.

– Дайте аптечку, – распорядился бывший военный.

– Что? – переспросил Самара. – Ему? Командир, его дружки…

– Я сказал, аптечку мне, живо!

Наёмник громко прокашлялся кровью и замотал головой.

– Не надо, мужик, – прошептал он. – Не трать лекарства, мне крышка, это и так понятно… лучше выслушай.

Самара скрестил руки на груди. Наёмник сглотнул.

– Воды, дайте воды, – попросил он.

Отказывать в предсмертной просьбе было не по-людски даже по отношению к врагу. Сталкер протянул флягу армейцу, а тот раненому.

– Как звать?

– Клименко, – отозвался чистильщик.

– Слушай сюда, Клименко… Клим. Если вы хотите на ту сторону, придётся обойти через аварийный коридор. На карте он отмечен как непроходимый, но это не так. Что внутри – не знаю, мы никогда им не пользовались.

– Где вход?

– Позади вас. Стальная дверь. Свернёте направо и выйдете к лагерю Коллекционера, – процедил наёмник.

– Сколько там людей? Какая сила?

«Обереговец» скривил лицо от боли и простонал:

– Наши уходят… сегодня поступил заказ. Машина. Они всё сгрузили в цистерну на колёсах. Коллекционер повезёт её…

Чистильщики засуетились. Самара поднял бровь:

– Увезёт куда? Есть ещё одна тропа? Эй, мужик?

Боевик не ответил. Его лицо вытянулось в нелепой гримасе. Клименко закрыл ему глаза.

– Все слышали его слова? Остановим цистерну любой ценой. Где эта дверь?

Сталкер подскочил к ещё одной бронированной гермодвери. Над ней было множество предупреждающих знаков, говорящих, что путь туда заказан.

Самара только схватился за ржавый штурвал, как вдруг он сам начал крутиться. Бродяга отскочил назад, взялся за оружие:

– Что за чертовщина?

Бойцы настороженно следили за тем, как круглая ручка крутится, отворяя замок.

Щёлкнули предохранители. Пять стволов нацелились на проём, готовые полить свинцом любого, кто оттуда высунется.

Раздался щелчок, мощная дверь отъехала в сторону, и изнутри показалось дуло дробовика.

– Стоять! – рявкнул Клименко, но вдруг опомнился и убрал палец со спускового крючка.

– С приветом из Зоны, фраера! – на свет вышел Лемур в компании с майором. Второго он буквально тащил на себе.

– Консул! Лемур! – воскликнул Самара изумлённо.

– Так и будете стоять, как бараны, или поможете? – окрысился следопыт в ответ.

Двое бойцов подскочили к майору и приняли на себя. Один из них быстро вспорол медицинский пакет и вколол что-то своему командиру.

– Где вы пропадали? – спросил Самара, окончательно приходя в себя.

Хотя удивляться уже не было никаких сил. Лемур устало прислонился спиной к стене.

– Сигареткой угостите, джентльмены? – спросил он. И когда добился желаемого, жадно закурил.

– Вот уж точно, приятная встреча, – сказал он армейцам. – Как раз о сигаретах думал. Может, и правда мысли материальны, а?

Майор устало обвёл своих людей изучающим взглядом:

– Где остальные?

– Погибли, с ними Гайдар, – сообщил Клименко.

Ударцев сделал очень медленный вздох.

– Что вы здесь делаете? – наконец спросил он.

– Коллекционер завалил проход, – отчитался Клименко. – Даже своих людей не пожалел. Язык сказал, что путь к нему теперь только через этот участок.

Лемур скривил недовольную гримасу и устало выдохнул.

– А я-то, наивный, надеялся, что за этой дверью увижу небо, – проворчал он.

Самара сверился с картой на своём ПДА. Он подошёл к бойцам и показал треснувший экран:

– Подъём, и правда, совсем рядом, в двадцати шагах по коридору налево. Странно, что вы его не заметили.

Лемур при свете фонарей старался рассмотреть лицо майора, но светить непосредственно на него, конечно, не стал. Голос Ударцева изменился, это было ясно слышно. Приглядывать за ним больше не было никакого желания. Теперь это на совести его товарищей.

– Язык что-то сказал ещё о машине, – напомнил Самара.

– Коллекционер начал транспортировку оружия. А сам надеется сбежать, – заключил Консул.

Он громко кашлянул и решительно сказал:

– Пошли. Надеюсь, мы ещё не опоздали.

* * *

На базе «Оберега» творилось что-то неясное.

Лагерь был расположен на огороженной заброшенной стройке. По центру стояло здание главного корпуса, справа ангар, а слева одноэтажное кирпичное здание. Обычная серая картина брошенного объекта, каких много. Стрела строительного крана давно рухнула прямо на центральное здание, проломив крышу. Вход в ангар был с противоположной стороны. Единственное, что никак не укладывалось в голове, это раздававшийся на всю округу грохот. Неизвестно, что случилось в лагере воинственного наёмного синдиката «Оберег», но бой там грохотал нешуточный.

Команда из семи человек выбралась из канализационной трубы на заднем двое. Лемур выстрелом сбил навесной замок на стальной клетке и открыл проход.

– Что здесь творится? – спросил Самара.

Вопрос был актуальный. Вместо ожидаемой эвакуации и яростного сопротивления бойцы увидели вялотекущую перестрелку внутри основного здания.

Лемур аккуратнее перехватил дробовик, подаренный Грешником.

– Похоже, люди заказчика не сумели договориться о сумме, – предположил Самара.

– Думаешь, это заказчик? – спросил Консул.

– А кто же ещё? Да и логично как-то, – бродяга пожал плечами.

Войны на сегодня всем хватало с лихвой, поэтому никто не рисковал соваться в пекло. По идее, индикаторы присутствия посторонних давно должны были засечь незваных гостей, но, похоже, «обереговцев» они не интересовали.

– Нам надо в ангар, – сказал Консул. – Думаю, мы сможем попасть туда через это большое здание. А потом направо.

Неподалёку что-то грохнуло, кто-то дико заорал, хлопнул одиночный выстрел, и кричащий замолк.

Команда цепочкой двинулась к зданию. Наверх вела ручная лестница, которая выводила на крышу верхнего яруса. Туда, где изредка звучали снайперские выстрелы.

– Нам туда, – Лемур показал на лестницу. – Другого прохода не вижу. Хотя наверху нас могут ждать…

– Разберёмся на месте, – Консул в одночасье стал очень серьёзным. – Поднимаемся по одному. Первый пойдёт Клим, я за ним, потом Островский. Лемур пойдёт следом…

– Я могу обогнуть с другой стороны, – вызвался Самара. – У левой стены есть ещё лестница. Разведаю.

– Не возражаю.

– Командир, мне бы напарника для прикрытия.

– Шлячин пойдёт с тобой, – решил майор. – Ярмошук с нами, замыкающим.

– Есть! – низкорослый боец в тактическом шлеме небрежно отдал честь.

– Тогда встречаемся на крыше, – сказал Консул. – И постоянно держим связь. Пошли.

Самара с низкорослым бойцом бегом бросились к углу здания. Клименко же первым начал подъём по лестнице. В левой руке он держал армейский нож, а в правой – пистолет Макарова.

Дистанцию решили держать приемлемую.

Стрельба в здании продолжалась, хотя и была вялой. Больше напоминало пострелушки. Однако внезапно разгорелась с новой силой.

Клименко быстро забрался на крышу здания. Послышалась какая-то возня и звуки драки. Через минуту чистильщик наполовину высунулся и жестом дал знать, что путь чист.

Когда сталкер вслед за остальными достиг крыши, рядом с лестницей он увидел обмякшее тело в песочном камуфляже. Наёмник лежал в луже собственной крови, шея его была вспорота ножом. Лемур по достоинству оценил способности чистильщика.

Рация на груди зашипела.

– Это Самара, – прозвучал еле слышный из-за помех голос. – Лестница оборвана… сойдём этажом выше.

– Вас понял, – ответил майор и кивнул на открытый дверной проём. – Нам туда. Порядок тот же.

Внутри звучали выстрелы. До сих пор было неясно, какая сторона с кем воюет. Но точно было понятно, что при виде гостей ни одна из них тёплый приём не окажет.

– Товарищ майор, небо! – выкрикнул Островский.

И тут следопыт едва не побледнел от страха. Высоко в небе показались два российских бомбардировщика Су-24М. Душа сталкера ушла в пятки. Военные самолёты пронеслись над головами, оставив позади себя грохот двигателей.

– Твою мать, всё-таки подняли! – выругался Консул.

– Сколько у нас времени? – одними губами спросил Лемур.

– Мало, очень мало, – быстро проговорил майор. – Пока это только разведывательные полёты, а вот дальше…

– Внимание, противник!

На крышу вбежали двое «обереговцев» с автоматами наперевес. Чистильщики, моментально среагировав, встретили их свинцом. Хлопнули «калаши», и наёмник, не успев даже вскрикнуть, повалился на пол. Второй только догадался о внезапном появлении неведомого врага, когда по нему выстрелил Островский. Пуля попала в шею, перебив артерию, и боец рухнул на колени, тщетно пытаясь зажать рану руками, из которой так и хлестала кровь.

Весь бой занял не больше десяти секунд. Чистильщики цепочкой ворвались в проём и заняли позиции за укрытиями. Лемур ощущал себя слегка лишним в этой компании и про себя жалел, что не пошёл вместе с Самарой.

В помещении находилось множество старых станков и перевёрнутых столов, покрытых пылью. Похоже, эту базу «Оберег» основал совсем недавно и не успел как следует обжить. Прямо напротив был спуск по винтовой лестнице на этаж ниже. Туда, где вовсю гремел бой.

Радиоэфир разрывался от нецензурной брани наёмников. Лемур попробовал прислушаться.

– Они сейчас снова попытаются прорваться, задержите их! – вопил чей-то грубый голос, переходящий на срыв.

– Гурон, сука, я же тебя, падлу… крыса ты такая!

– Кто ещё из нас крыса, Ташкент! – ответил ему другой, молодой, но крепкий бас. – Да я тебя сам сейчас разорву, раскольник фуев! За всех пацанов наших ответишь!..

Стрельба внизу продолжилась с ярой силой. Лемур ошарашенно перевёл взгляд на чистильщиков.

– Да что у этих придурков творится, мать вашу?! – в сердцах рыкнул он. – Какого чёрта они друг друга режут?!

Но Консул не выглядел таким удивлённым. Казалось, наоборот, его вполне устраивал такой расклад дел.

Внизу громыхнула граната, после которой раздался крик. Одна из сторон ринулась на штурм. И что-то подсказывало Лемуру, что победителями станут раскольники. Хотя хрен редьки не слаще – что те враги, что эти.

Чистильщики ворвались на нижний этаж как раз в разгар наступления. Островский и Клименко браво взяли на себя роль штурмовиков и с боем заняли удобные позиции. Ярмошук с Консулом продвинулись следом. Вся эта четвёрка на бегу успела послать вглубь коридора по короткой очереди. Раздался истошный крик, тело раненого бойца свалилось на пол. Лемур не стал добивать его, а лишь проскользнул следом за остальными.

– Вы ещё нахрен кто такие?! – крикнули гостям с другой стороны. После чего полоснули длинной очередью по чистильщикам.

Лемур оглянулся. Он находился в широком зале с большими окнами, выходящими в главный двор. Стекол, разумеется, здесь не было, а сразу за окном была небольшая площадка, на которой раньше размещались снайперы. Два обмякших тела лежали в лужах собственной крови.

– «Оберег», внимание, у нас противник! – крикнули из коридора.

Островский и Ярмошук ввязались в яростную перестрелку с неведомым врагом. Лемур вновь пробежал глазами по помещению.

Помимо перевёрнутых столов и трупов, он увидел стенд, на котором была карта Свинцового Леса. На ней маркером были указаны все действующие коридоры, проходы и тактические манёвры клана.

– Проход в ангар этажом ниже! – сказал Консул, меняя магазин. Он шипел от боли, недавние раны давали о себе знать. – Придётся прорываться через коридор!

– Увязнем в бою! – отрезал Лемур.

– Не увязнем, их там почти что…

Договорить он не успел. Прозвучал знакомый рокот винтов. В оконный проём ударил луч прожектора. Прямо над главным зданием завис многоцелевой Ми-8ТВ. На этот раз вертолёт парил недолго. Пилот развернул стальную стрекозу боком, и наружу из раскрытого люка показалась уже знакомая аномальная пушка.

– В укрытие! – прогремел Лемур и сам тут же бросился к дальнему углу.

Чистильщики среагировали немного позже, чем следовало. Прозвучал уже знакомый треск и гудение. Неизвестное орудие вновь вспыхнуло зеленым, и раздался чудовищный хлопок.

Остатки стёкол разлетелись вдребезги, а сам оконный проём словно расплавился и превратился в овал неправильной формы. Неведомая сила смяла столы и стенд по центру зала, превратив в кучу бесполезного мусора. Аномалия также захватила и бетонный пол здания, беспощадно вырвав немалый кусок и разбросав осколки в разные стороны. Не успел Лемур и опомниться, как по центру широкой комнаты раскинулась крупная «клеть». Самая ненавистная аномалия для сталкера.

Вертолёт сдвинулся чуть в сторону, и неведомый стрелок вновь произвёл выстрел.

Чистильщики как раз попытались в этот момент прорваться через коридор. Они надеялись сбежать от аномалии и просчитались. Жестоко просчитались.

Следующую гравитационную ловушку пилот разместил именно там. От силы аномалии в стене образовалась крупная дыра – «гравикотёл» подхватил двух бегущих армейцев, словно невидимая рука. Ярмошук и Клименко взмыли в воздух на метр. Невидимый великан ухватил их своей ладонью и зажал кулак.

Отвратительный звук ломающихся костей донёсся до ушей сталкера. Когда он поднял голову, два тела, скрюченные в изломанных позах, лежали на полу.

Следопыт в ужасе отполз назад. Островский и Консул неподвижно стояли на своих местах.

– Он перекрыл единственный выход! – выкрикнул майор, пытаясь перекричать грохот вертолёта.

Пилот к тому времени совсем разошёлся и, видимо, решил, что база ему больше не нужна. Вертолёт завис над одноэтажным зданием, и устройство внутри него вновь разрядилось.

Вспышка! Из окон здания повалил столб пламени, а затем прогремел взрыв – находящиеся внутри боеприпасы сдетонировали. В небо поднялся огненно-дымовой столб.

Коллекционер только что уничтожил собственную, ставшую ненужной, базу.

Лемур окончательно потерялся в сути происходящего.

Внезапно за окном мелькнула яркая вспышка. Рядом с вертолётом прогремел взрыв, и его отбросило в сторону, развернув вокруг оси. Если бы строительный кран всё ещё стоял на своём месте, многоцелевой Ми-8 напоролся бы на него всем своим неуклюжим телом и неминуемо упал. Но, к сожалению, этого не случилось.

По рации прогремел ликующий голос Самары:

– Получил, сучара! Мы с воякой нашли РПГ! Попытаемся снять этого ублюдка! Командир, ты ещё на связи?

Консул перехватил приёмник поудобнее:

– Мы здесь, на втором этаже. Где вы?

– На крыше, – ответил Самара. – Пока останемся здесь и займёмся вертушкой!

– Мы блокированы, сейчас поднимемся к вам и придумаем, как попасть в ангар…

Лемур остановил чистильщика:

– Нет, мы пройдём по-другому. Но я не уверен, что тебе это понравится. Давай за мной!

Ангар находился почти вплотную со зданием. И, что главное, он был на одной высоте с этажом, на котором находился сталкер. Лемур не стал прикидывать шансы на удачный прыжок – просто рванулся с места и перескочил трёхметровое расстояние.

Жестяная крыша слегка прогнулась под ногами, но выдержала.

Сталкер быстро вычислил в ней брешь – вырванный кусок шириной в два метра. Он рванул туда, перехватывая на бегу свой дробовик.

Позади тяжело грохнулся Консул. Островский уже мчался вслед за своим командиром, набирая скорость.

Лемур, не останавливаясь, перехватился за острые края и спрыгнул вниз.

Приземление никак нельзя было назвать мягким. Лемур чертыхнулся, задев о какую-то металлическую конструкцию и едва не плюхнулся на пол всем телом. Дробовик предательски вывалился у него из рук, и бродяга, скользя по полу, затаился за грудой ящиков.

Подождав, когда боль немного ослабнет, Лемур осмотрел помещение, в которое попал.

Ангар представлял собой длинный прямоугольный зал без окон. Вдоль стен стояли пустые контейнеры, ряд электрощитов и непонятные конструкции типа ЛЭП в миниатюре. Провода аккуратно соединялись в кабели, уходящие в стены и потолок. Подойдя к ним, сталкер смахнул с них пыль и внимательно рассмотрел уже знакомый ему логотип «Оберега».

По центру стоял старый советский военный тягач МАЗ-537. Надёжная четырёхместная кабина с двумя дверьми и огромная прицепленная к ней цистерна. В таких обычно перевозят топливо. Но что-то подсказывало сталкеру, что здесь была отнюдь не горючка.

Конструкции ЛЭП тянулись к машине и издавали тихий звон. Словно они заряжали тягач и его содержимое. От едва заметной вибрации Лемура тошнило.

Наёмников нигде не было видно, но это не означало, что их здесь нет. На улице продолжали грохотать выстрелы. Чистильщики не проявляли себя, заставляя сталкера нервничать.

Голос в приёмнике прозвучал внезапно и эхом отозвался в ангаре:

– Лемур, ты ещё жив?

Голос Консула был слабым и хриплым.

– Да, я внутри, – тихо ответил сталкер, оглядываясь по сторонам. – У них тут какая-то аппаратная или типа того.

– Грузовик ещё там? – спросил чистильщик.

– Это не грузовик… целая цистерна на военном тягаче! И она…

Враги появились внезапно. Возле кабины показались двое, и сталкер затаился за тягачом.

Голоса стали чуть громче. Лемур устремил всё внимание на бойцов. Песчаный камуфляж выдавал в них наёмников «Оберега». Похоже, таинственные люди заказчика здесь не появлялись. Если были вообще. Только сейчас Лемур обратил внимание на тот факт, что пилот вертолёта крошил все строения, кроме ангара.

Внезапно тягач с громким рыком завёлся и загудел. Разговоры от этого стали почти не слышны.

– Лемур! Лемур, что у тебя там? – надрывался майор.

Вкупе с ним что-то кричал по связи и Спартак. Но сталкер почти не слушал их.

Один из наёмников вдавил красную кнопку на стене, и створки ворот начали подниматься. Второй забрался в кабину и захлопнул за собой дверь. Мигом сориентировавшись, Лемур подкрался к тягачу вдоль затемнённой правой стороны. Он лишь разок высунул голову и убедился в намерениях наёмников.

– Всё готово? – послышался голос второго боевика, очевидно, вышедшего из кабины водителя. – Отлично. Поехали.

Рация продолжала надрываться, и игнорировать её сталкер уже не мог.

– Они увозят груз, – тихо сказал он. – Я не могу им помешать.

– Что? – вперемешку с майором прозвучала автоматная очередь и грохот. – Задержи их! Слышишь? Задержи их срочно!

– Каким образом, дядя? – процедил сталкер, глядя, как створка ворот почти достигает вершины, и тягач медленно начинает движение.

Второй наёмник, всё это время стоявший у входа, вдруг схватился за свой автомат и громко закричал:

– Осторожно, чужой!

Времени на разговоры у Лемура больше не было, и он бросил рацию.

Следующего шанса для исправления ситуации могло не представиться. Лемур рывком кинулся к груде ящиков и поднял дробовик.

Они выстрелили почти одновременно. Очередь из МП-5 проделала множество отверстий в стене, но сталкера так и не задела. Для стрельбы картечью лучших условий придумать было нельзя. Открытое пространство и маленькое расстояние не оставили «обереговцу» никаких шансов. Дробь разворотила ему грудную клетку вместе с бронежилетом, и боец был мёртв ещё до того, как упал.

Тягач невозмутимо начал своё движение. Мощная советская махина довольно резво тронулась с места и выкатила на улицу.

Рванувшись с места, Лемур побежал к цистерне. Скрываться не было уже никакого смысла. Схватившись руками за ручную лестницу, сталкер прямо на ходу забрался на крышу цистерны.

Тягач выехал во внутренний двор и без колебаний вынес стальные ворота, уезжая прочь. Лемур обернулся.

Пилот, похоже, убедившись, что груз отправился в пункт назначения, без церемоний начал разрушать базу группировки «Оберег». Заработали мощные пулемёты, выкашивая всех, кто оказался на линии огня.

По радиосвязи матерная ругать перемешалась с предсмертными всхлипами. Сталкер отключил рацию и покрепче ухватился руками за лестницу. Вскоре база скрылась за хвойными деревьями и осталась где-то там позади.

«Поехали», – мысленно сказал он, перехватывая второй рукой дробовик. Пожалуй, у Гагарина в момент произнесения исторического напутствия было куда больше веры в успешное возвращение.

Тягач набрал скорость и, колеся по просёлочной дороге, устремился в неизвестность.

Внезапно он резко свернул на бездорожье. Его сильно накренило, и Лемур едва не сорвался вниз. Из бокового окна высунулась чья-то голова.

– У нас безбилетник! – сообщил человек и жестами велел сталкеру слезть.

Наёмник скрылся и высунулся вновь, уже держа в руках короткоствольный МП-5. Автоматная очередь рикошетами прозвучала по цистерне, лишь чудом не зацепив сталкера.

– Ага, хер на! Я тоже так могу! – Лемур, прижавшись к лестнице, поднял «СПАС» и дважды разрядил его в неприятеля.

Противник успел скрыться, и дробь разворотила зеркало заднего вида.

Когда из окон снова показались стволы, Лемур поднялся повыше и ухватился за крышку люка на крыше. Автоматчику пришлось высунуться наполовину, чтобы попробовать достать безбилетника.

– Вали отсюда нахер, придурок! – злобно крикнул стрелок.

Лемур, прижавшись к цистерне, хватаясь за крюки и опоры, стал подползать к кабине.

Тягач, несмотря на всю свою могучую массу, быстро набирал скорость. Лязгнул о металл сорвавшийся с плеча дробовик. Теперь из оружия у бродяги оставался лишь пистолет с одной обоймой патронов. Однако, помимо этого, у бродяги был ещё один сюрприз для водителя.

Лемур сглотнул и про себя громко выругался. При всём его желании прыгать на землю было уже поздно. Из окна тягача вдруг выпал небольшой предмет круглой формы.

– На тебе! – раздалось следом.

«Граната!» – подумал сталкер.

Но это было кое-что похуже. Одна из таинственных сфер из склада «Оберега». Насколько Лемур понимал, через него достаточно пропустить последовательность частот, чтобы заставить испускать смертельное излучение, а после активироваться. Предмет вывалился из рук, и рядом с цистерной с хлопком возникла статическая аномалия «разрядка». Лемур едва успел увильнуть на другой бок и при этом удержаться.

– Суки! – вырвалось у сталкера, и он, вернувшись на свою позицию, вскинул пистолет и сделал несколько выстрелов в ответ. Разумеется, все пули прошли мимо, но сталкер и не планировал никакого результата. Он лишь выиграл несколько секунд. Тех самых, за которые подобрался достаточно близко к кабине.

Пейзаж вокруг начал стремительно меняться. Теперь они уже ехали по редколесью и приближались к Западному Периметру.

«Зачем они едут прямо на стену? Военные без колебаний испепелят технику в пыль! Или не испепелят?»

Тягач начал снижать скорость. Впереди проходила знакомая сталкеру речушка Студёная. Здесь она больше напоминала небольшой ручеёк, нежели бурную, сильную горную реку. Над ней пролегал бетонный советский мост длиной не больше пяти метров. За ним начиналась нормальная грунтовая дорога, ведущая к одному из западных блокпостов.

«Пора!» – решил сталкер и полез в разгрузку.

Натянув на руки перчатки, он вызволил светящийся молочным округлый предмет сферической формы. Одна из тех аномалий, которые воспроизводили люди Коллекционера. Сталкер прихватил с собой одну из них, когда покидал склад. Вот только как пользоваться, пока не знал.

По ту сторону моста их уже ждали. Двое крепких бойцов в обычном камуфляже. Он замахали руками при виде тягача и стали выкрикивать что-то угрожающее сталкеру.

– Давай, родной, – пробормотал Лемур, хватая ртом воздух. – Эмоция. Злоба. Сила. Разнеси здесь всё!

Он слегка приподнялся, держа рукой сферу. Теория сталкера была построена на предположении, что аномалия работает на частоте эмоций, переданных ей.

Он мог поклясться, что сфера ответила на его просьбу, пропустив через руку приятный трепет, охвативший всё тело. Когда он почувствовал нарастающее тепло, швырнул предмет в центр моста.

– Сюрприз, мазафака!

Эффект превзошёл все его ожидания.

Больше всего Лемур боялся, что ничего не произойдёт и шарообразный предмет просто отскочит прочь. Но этого не случилось. Сколько силы было заряжено в сфере, он не знал, но тот спектр эмоций, что он передал артефакту, идеально отразился на результате.

Не успела сфера коснуться моста, как внезапно она хлопнула, и пространство вокруг закружило. Поднялся мощный пылевой вихрь, а затем появились незримые границы аномалии. Образовавшийся в центре «гравикотёл» оказался настолько мощным, что без труда разломил мост и буквально обвалил его вниз.

В последний момент сталкер успел спрыгнуть с тяжёлой махины и рухнуть в заросли кустарника.

Тягач на скорости влетел на уже обрушенный мост. Мощная гравитационная сила с жутким треском и скрежетом смяла кабину вместе с её пассажирами. Колёсная техника с грохотом свалилась в пропасть и увязла в реке. Край цистерны повис в воздухе почти в вертикальном положении.

С грузом было покончено.

Глава 18

Паутина лжи

«Всё, что нас окружает, – обман».

Краской на информационном стенде возле моста

Северо-западная граница Свинцового Леса

Ноябрь, светлое время суток

Всё кончилось.

Эта мысль показалась Лемуру до того наивной, что заслонила все остальные. Осознание себя как живого пришло гораздо позже – вместе с чувством времени и пространства. Последней пришла боль – тупая, ноющая боль в теле. Признак многих проблем со здоровьем.

Сталкер медленно поднялся, оценивая масштабы произошедшего. Тяжёлая кабина тягача увязла где-то внизу, и наверх выступала лишь цистерна. Некоторые колёса всё ещё крутились. Пассажиры, похоже, не смогли пережить эту аварию. А двух постовых Лемур никак не мог найти.

Сбежали? Маловероятно. Хотя в такой близости от военного пункта – возможно.

Взяв рацию, сталкер с тоской увидел, что она сломана. Лемур огляделся. Вооружённые силы пока не прибегли к массивной бомбардировке, хотя самолёты всё ещё летали. Очевидно, скоро всё и начнётся.

Дежурные на стене уже должны были сообщить о приближении к посту неизвестного объекта, и, вероятно, скоро сюда прибудут специальные силы. Спецназ? Изоляционные войска? Чистильщики? Теперь уже всё равно.

Именно сейчас сталкер испытал желание связаться с майором и сказать, что жив. И что он смог остановить груз.

Руки на рефлексе стали шарить по карманам в поисках сигаретной пачки, хотя следопыт и знал, что её нет.

«Но если есть в кармане пачка сигарет, значит, всё не так уж плохо…» – мысленно пропел он строчку небезызвестной песни.

Впервые за всё время нахождения в Зоне сталкер не знал, что ему делать и куда идти. Оставаться на месте и ждать силовиков? Или бросить всё и податься в бега? А загадочный Коллекционер с его заказчиками? Смог ли сталкер спутать ему все планы или же нет?

Ответом прозвучал нарастающий знакомый рокот. Вертолёт вернулся.

Многоцелевой Ми-8ТВ завис над сталкером.

– Схавал, гнида?! – заорал Лемур, указывая на свалившийся тягач. – Просрал, да?! Вон он, твой грузовик!

Вертолёт снизился настолько, что сталкер смог разглядеть пилота.

– Утонула твоя коллекция! – кричал Лемур, выходя из себя. – Ну, давай! Попробуй, достань меня!

Вертолёт завис на том же месте, створки люка раскрылись. На землю упал конец троса.

Резким жестом Лемур поднял пистолет и расстрелял в пилота остаток магазина.

Очевидно, тело пилота свалилось на штурвал, и стальную махину резко повело в сторону. Всей своей могучей массой вертолёт напоролся на опору ЛЭП и рухнул на землю.

Лемур завороженно следил за происходящим. Остов вертолёта задымился, местами показались языки пламени.

Послышался глухой кашель. В поле зрения показался человек, успевший спуститься по тросу.

Он, совсем не прячась, стоял между разрушенным мостом и упавшим Ми-8. Типичный армейский камуфляж, местами рваный. На голове отражающий шлем. Именно так и выглядел этот человек при последней встрече. Тогда на брифинге он предпочёл остаться инкогнито и, похоже, оставался им и по сей день.

Но настало время снять маски.

– Ну, вот мы и встретились, – сталкер, слегка прихрамывая, сделал несколько шагов к незнакомцу.

Рука с пистолетом сильно дрожала. От напряжения бродягу трясло.

Коллекционер невозмутимо смотрел на него, не говоря ни слова. Он слегка накренил голову вбок, словно оценивая сталкера.

– Я тебя помню, – наконец произнёс он.

– Помнишь, – подтвердил бродяга, не узнавая свой голос. – Несколько дней назад, брифинг, секретное задание…

Загадочный Коллекционер вернул голову в прежнее положение:

– Нет, – произнёс он, и его голос показался сталкеру смутно знакомым. – Раньше, намного раньше. Ты был проводником, торговцем информацией.

– Никогда не имел с тобой дел.

– Имел, ещё как имел. Ты вызвался сопровождать меня. Несколько месяцев назад в бункер учёных.

Лемур почувствовал, как ноги его подкосились, а сам он начал терять равновесие. Голова кружилась, и сталкер почувствовал недомогание.

– Сними шлем, – потребовал он, вскинув пистолет. – Живо.

Коллекционер пожал плечами и подчинился. Сталкер едва не потерял чувство самообладания и только чудом не упал в обморок. Перед ним стоял жуткий, изуродованный человек с потемневшей кожей и выпавшими волосами. Внешне он больше напоминал зомбированного, но смутило Лемура не это.

Перед ним стоял самый разыскиваемый человек в Департаменте по расследованию аномальных происшествий. Бывший предводитель ренегатов и пропавший после событий этим летом Фимка Столичный. Тот самый рецидивист, которого Лемур вместе с Рубцом проводил из бандитской базы к научному лагерю. Тот самый засланный представитель людей из субпространства, который едва не спровоцировал расширение Новосибирской Зоны. Сущность, которая, по сути, являлась представителем другого мира. Альтернативного, неизвестного нам и, похоже, враждебного.

– Ты?! – выпалил Лемур, пятясь назад. Он споткнулся о торчащую арматуру и едва не грохнулся на землю. – Ты жив!

– А что со мной станется? – Коллекционер поднял бровь.

– Ты устроил «кротовую нору»! Ты чуть не стёр Новосибирск с лица Земли!

– Но ведь не стёр же. Пока…

– Да твою же мать! Ты что тут делаешь?

Жуткая физиономия человека из альтернативного пространства изменилась. Сталкер едва не вздрогнул.

– Что с твоим лицом?

– Слишком долго нахожусь в пределах вашего измерения, – мрачно сказал Коллекционер. – Побочные эффекты.

– Почему не вернулся к себе?

– Не могу. Всякий из нашего народа, кто попал сюда, не может вернуться в свой мир. Путь в один конец.

– Зачем тогда ты пришёл сюда?

– Тогда мы этого не знали, – Коллекционер пожал плечами. – Честно говоря, мы многого не знали до того, как наши миры слились в один.

– Пока ещё не слились.

– Я говорю о Зоне, – сказал собеседник. – Она – чистый продукт смешения вашего мира с нашим. Искаженный, но какой уж есть.

– Ты не ответил на мой вопрос.

– По-твоему, что это? – Коллекционер мотнул головой в сторону рухнувшего тягача.

Бродяга думал недолго:

– Цистерна, гружённая разного рода аномалиями.

– Правильно, и как ты думаешь, для чего она?

– Я думал, ты всего лишь хотел толкнуть партию этой дряни за Периметр, – осторожно сказал Лемур. – Продать радикальным организациям.

Коллекционер чуть потянул себя за воротник. Костюм явно доставлял ему неудобство.

– Если и ты поверил в эту чушь, значит, всё прошло так, как мы и хотели.

– Кто – мы?

– Ты ещё не понял? Мы – наша цивилизация. Или ты думаешь, что после неудачи этим летом всё закончилось?

– Зачем вам это?

– Колонизация, – ответил Коллекционер. – Сперва мы вас изучали, постигали ваш мир, вашу культуру, уровень развития. Вашу экологию. Наш мир обошёл вас ненамного, но страдает банальной проблемой перенаселения и отсутствия ресурсов. Это обычное выживание, не более того.

– Довольно, – прервал его Лемур. – Зачем ты снарядил машину аномалиями? Это такая бомба?

– Способная расширить границы Зоны, – подтвердил Коллекционер.

– Ты навсегда останешься таким уродом?

– Моя внешность изменчива, – отмахнулся представитель пространства. – И вернётся ко мне со временем. Я не могу вернуться домой, но могу сделать домом ваш мир.

– Как ты смог находиться вне Зоны во время брифинга?

– На короткие сроки это возможно, – ответил Коллекционер.

Сталкер чуть перехватил пистолет, стараясь не делать лишних движений. Столичный, он же Коллекционер, всё равно заметил его состояние.

– Всё кончено, – сказал сталкер. – Твои труды уничтожены.

– Ты так в этом уверен? – спросил тот, и это прозвучало столь невинно и искренне, что Лемур понял – он ошибся.

– Я остановил твой груз, – сказал сталкер.

– Активация уже запущена и произойдёт автоматически. Артефакты намеренно были приведены в активное состояние с помощью электрических генераторов. Взрыв теперь – лишь вопрос времени.

– Почему ты уничтожил «Явление»? – задал сталкер самый интересующий его вопрос.

Коллекционер нисколько не смутился:

– Ваша армия, правительство, бизнесмены… никто из них не обладал о нас такими знаниями, как Департамент. Первым делом мне пришлось устранить эту угрозу и вывести потенциального противника из игры. Ваши агенты бы быстро вышли на меня, как это было в прошлый раз.

– И ты решил убрать их одним махом, – закончил мысль сталкер.

– Всё очень просто, да?

– Мне следовало догадаться.

– Весьма тактично и грамотно сработало, – подтвердил тот. – На мою удачу, Зоной решил заняться проворовавшийся олигарх Дима Булкин, который хотел сделать на ней состояние. Я помог ему в этом и спроектировал исследовательскую группу «Пересвет». Булкин мечтал о проекте «Жатва» – бесконечном создании артефактов, но вскоре утратил контроль. Научники занялись производством аномальных сфер, а я перехватил управление наёмниками и всеми архивами Булкина.

– Так ты получил абсолютную власть и безграничное количество денег.

– Верно. Его деньги и инфраструктура были очень важны. Но когда он мне надоел, я поместил его под арест.

– Сегодня «Оберег» стал резать друг друга? Зачем ты их перебил?

– Удивишься, но я здесь ни при чём, – честно сознался Коллекционер. – В последний момент активации груза на базе произошёл раскол. Я предполагал, что это проделки майора Консула и его людей.

– Возможно, – Лемур не отрицал и этот расклад событий.

– Разбираться, кто виноват, а кто нет, времени не было. Я опаздывал, и сбивать график было нельзя.

– И ты уничтожил всех, кто был на этой базе.

– Тебе их жалко?

– Нет, – помотал головой Лемур, отчаянно пытаясь уцепиться за любую из сотен одолевших его мыслей. – Мне уже никого не жаль. Я устал.

Коллекционер посмотрел сталкеру за спину.

– Ничего, скоро всё закончится, – спокойно сказал он. – Извини, сталкер, но ты оказался в самом центре этой паутины лжи. И мне жаль, что это произошло с тобой. Правда, жаль. Но теперь уже ничего не изменить.

– Правда?! – почти истерично спросил бродяга. – Ты пытался меня убить! И уничтожил всю мою группу!

– Вы представляли для меня опасность, как и весь Департамент, – Коллекционер размял шею. – Как видишь, один ты доставил мне столько хлопот и головной боли.

– Это верно, – сказал Лемур, вновь поднимая пистолет. – Ты, кажется, хотел исцелиться? Хотел устроить здесь свой дом? Ничего, я тебя сам излечу, сука!

И выстрелил.

Коллекционер отлетел назад и упал на спину. Он тяжело задышал. Из раны на груди стала сочиться чёрная кровь.

– Хреновато выглядишь, – злорадно процедил бродяга. – Тебе помочь?

Второй выстрел прижал изуродованного человека к земле. Тот упал на спину, обливаясь чёрной жижей и издавая булькающие звуки.

– Надо было сделать это ещё тогда, на базе ренегатов, – прозвучал третий выстрел, и капли чёрной крови обрызгали сталкера. – Ну ладно, лучше поздно, чем никогда.

Коллекционер резко перевернулся на живот и стал отползать в сторону. По всей видимости, особенности его организма были намного выше, чем у людей. Однако это его всё равно не спасло.

Четвёртая пуля заставила его остановиться и взвыть от боли.

– А теперь скажи, как мне остановить процесс взрыва твоей шарманки? – бродяга наступил на спину Коллекционера, прижимая ствол к затылку. – Не ответишь, тебе будет по-настоящему больно.

– Ни… кхак… – прозвучал жуткий, нечеловеческий, изуродованный голос. – Процесс уже запу… щен. Вы проиграли…

– Врёшь, сука, – прозвучал чей-то голос из леса.

Коллекционер дёрнулся вперёд. И вдруг из кустов грянул выстрел.

Стреляли не по сталкеру, а по изуродованному.

Заряд пробил комбинезон, пробил то, что оставалось от футболки, и разорвал грудную клетку раньше, чем Лемур успел вмешаться. Рубец, перезарядив дробовик, подошёл и выстрелил ещё раз.

Невероятно, но Коллекционер продолжал жить и после этого. Лемур видел, как мучительно шевелилась его изуродованная рука, захватывая горстью грязь и мёрзлую траву.

– Привет, Лемур, – небрежно, но по-дружески бросил детектив. – Ты уж извини, я едва успел.

Он подошёл вплотную к корчившемуся телу Коллекционера и выстрелил снова, на этот раз в голову.

– Вот теперь точно всё. Надо было сделать это ещё летом. Ты как – курить будешь? Ты же любишь это дело. Держи. Угощайся. Я постою.

* * *

– Вот теперь всё кончено, – изрёк Рубец, глядя на тлеющий остов вертолёта.

– Он сказал, что это бомба, – сталкер нервно указал на рухнувший с моста тягач. – И её уже не остановить.

– Ложь, – лаконично произнёс детектив. – На Периметре в курсе событий. Сюда уже едут нужные люди. Они знают, как остановить процесс. Расширения Зоны не будет.

– Где ты был? – с нажимом спросил сталкер.

– Возвращал Департаменту его былую репутацию и подгребал дерьмо, – невозмутимо изрёк Рубец. – Консул помог мне, а я ему.

– Да неужели? – бродяга злобно прищурился и сжал кулаки.

– Я взломал коды группировки «Оберег» и спровоцировал раскол на их базе.

Сталкер тяжело опустился на траву и склонил голову на колено. Он был измотан. Морально и физически.

– И что теперь будет? – сам не понимая зачем, спросил Лемур.

– Полагаю, Новосибирской Зоной основательно займутся наверху, – ответил детектив. – Департамент уже возобновил свою деятельность. В Зоне пройдут кардинальные перемены, и в первую очередь это коснётся сталкерства. Дальше – больше.

– Где майор?

– Скоро будет здесь, – так же спокойно произнёс Рубец. – А вот тебе уже пора уходить. Твоё присутствие здесь будет лишним.

Детектив шагнул к сталкеру и подбросил ему звенящий предмет. Лемур поднял глаза – это были ключи от джипа «Явления».

– Они твои – забирай. Машину я оставил в подземном путепроводе в паре километров отсюда. Там есть выезд из Зоны. Внутри найдёшь сумку с деньгами и кое-какое снаряжение. Я оставлю тебе контакты моих людей, они проводят тебя к Серафиму.

Сталкер резко развернулся и с надеждой взглянул на детектива.

– Парень сейчас в частной больнице, – продолжал Рубец. – Идёт на поправку. Лечение за счёт государства.

Сталкер раскрыл рот, не в силах что-либо ответить.

– Извини, что втянули тебя в это, – мрачно произнёс детектив. – Обидно это признавать, но ты и ваш отряд оказались в самом эпицентре всех этих событий. Я чем смог, загладил свою вину перед тобой.

Бродяга, сжав ключи в кулаке, поднялся в полный рост.

– Всё, тебе пора, – поторопил его Рубец. – Ты же не хочешь ещё проблем с вояками? За проход не беспокойся – там чисто. Можешь мне верить.

– Прощай, – сказал Лемур и спешно скрылся в листве.

Детектив кивнул ему на прощание и принялся вызванивать подкрепление.

К моменту появления военных на месте события сталкера уже и след простыл. В ходе расследования его личностью всерьёз заинтересовались в штабе командования, но все данные о некоем сталкере по кличке Лемур были стёрты из архивов Департамента. Как и об оперативной группе «Явление». Ходили слухи, что неизвестный человек с похожей внешностью загнал настоящий артефакт где-то на границе Периметра и скрылся в неизвестном направлении. На вопрос о том, где в Зоне он мог найти хабар, человек лукаво отвечал, что нашёл в своей машине. Так это или нет, а состояние за него он получил приличное, и посему никто его больше не видел.

При таких же загадочных обстоятельствах пропал и пациент частной новосибирской больницы. Несмотря на ампутацию ноги в полевых условиях, пациент невероятно быстро шёл на поправку и однажды ночью просто исчез. Окна в его палату были открыты, а на кровати лежала благодарственная записка. О дальнейшей судьбе парня больше никто не знал, хотя некоторые утверждали, что он отправился за границу. Как специалисты из Департамента ни пытались его отыскать, все попытки оказались безрезультатными.

Жизнь в Зоне претерпела некоторые изменения, но бродяги легко к ним адаптировались. Один небезызвестный сталкер по прозвищу Спартак таки сумел добиться расположения нового руководства проекта «Зона» и возглавил новую группировку, борющуюся с преступностью и отстаивающую права всех вольных сталкеров. Популярность клана возросла, и он стал пополняться добровольцами, а сам Спартак получил серьёзный контракт и высокую руководящую должность не только в клане, но и в Исследовательском институте.

Детектив Рубец продолжил работу в Департаменте. После ряда проверок и серьёзных изменений ему предложили возглавить новую легальную сталкерскую группу «Росток», но детектив от предложения отказался.

Судьба майора Консула почти неизвестна. Одни считали, что за заслуги перед Родиной его наградили. И что он был переведён в состав командования Восточного Периметра. Другие говорили, что, поскольку в Зоне он находился не при исполнении, его ждал тюремный срок. Однако за свои заслуги он был помилован и ушёл в отставку. Так это или нет – неизвестно, но с того времени в Зоне его больше никто не видел.

В сталкерских компаниях, собиравшихся ночами у костров, также ходили слухи о дезертире, который продал на чёрном рынке странный вид оружия. Известия заинтересовали руководство Периметра, и беглец был объявлен в розыск. Оружие в итоге было конфисковано и доставлено в Институт. А дезертира и след простыл.

Военную тревогу на аэродроме назвали обычными учениями. Все самолёты благополучно вернулись на базу. Пилоты подписали приказы о неразглашении и вернулись домой к семьям. Воздушную базу «Барабинск» со временем расформировали, а полёты над Зоной решили оставить до лучших времён.

Несмотря на все опасения, Зона не расширилась. Слухи про таинственных «других» так и остались легендами. Но иногда у костра можно было услышать байки про людей из параллельного мира, обладающих невероятными способностями.

Content

Вадим Михейкин
Вирус Зоны. Предвестники выброса

Глава 1 Могила сталкера

Глава 2 Возвращение

Глава 3 ЧП на Периметре

Глава 4 Пленник

Глава 5 Оборона сухогруза

Глава 6 Задание

Глава 7 Разбитая колонна

Глава 8 Предложение Консула

Глава 9 Ночные посетители

Глава 10 Прорыв через аномалии

Глава 11 Переход

Глава 12 Лицо врага

Глава 13 Отражение

Глава 14 У черты

Глава 15 По ту сторону

Глава 16 Кровавый погром

Глава 17 Захват груза

Глава 18 Паутина лжи