Чопоров Владислав

ПОСЛЕДНИЙ ПОДВИГ ЗВЕЗДНОГО ПЕХОТИНЦА

Человек, задыхаясь, выбежал на небольшую лесную полянку. Он устал, он уже бежал 50 часов, более 2 земных суток или чуть менее 2 местных тридцатичасовых суток. Если бы он сейчас скинул с себя боевой комбинезон, то у постороннего наблюдателя зарябило бы в глазах от обилия нашивок и планок на мундире звездного пехотинца. Да, это был он, капитан Мишель Кондамнэ, герой войны с жуканами, три десятка забросов на планеты противника, несколько отказов от повышения в звании и переходе на штабную работу, аналитические статьи в военных учебниках и патриотические песни в школьной программе. Но ему сейчас можно было бы и не скидывать комбинезон, любой посторонний наблюдатель все-равно постарался бы достать его зарядом бластера. Ибо он находился на планете жуканов и был единственным живым из десанта, выброшенного для подготовки места высадки основных сил захвата.

Все пошло наперекосяк с самого начала. Низкая облачность над планетой сделала невозможной проведение фоторазведки из космоса, поэтому высаживаться пришлось наугад. И то ли место оказалось неудачным, то ли их уже ждали, но после высадки они сразу оказались окруженными жуканами. Причем не салагами, а опытными бойцами. Если салаги пытались убивать землян по всем правилам жуканских военных школ, целясь, как на учениях, в сердце, то эти солдаты были по шлемам и оставляли землян умирать от ядовитого воздуха планеты. Пять минут- и ты труп. Израсходовав весь боезапас Мишель смог прорвать кольцо и уйти в леса.

Трудно посчитать, сколько раз ему повезло за вчерашний день. Во-первых, он прорвался сквозь жуканов отделавшись небольшой царапиной от лазерного луча чуть ниже колена. Царапина немного саднила, но бежать не мешала. Во-вторых, на этой планете в атмосфере был кислород. Поэтому вместо тяжелых кислородных баллонов, которые уже бы кончились, за плечами капитана висел воздушный фильтр, который подавал в шлем из всего опасного богатства воздуха этой планеты только смесь кислорода с аргоном, вполне пригодную для дыхания. В-третьих, в лесах росло дерево, которое земляне называли «последнее оружие». После отсечения ветка минут за десять твердела так, что ничем не уступала металлу. Под вечер он смог заколоть этой шпагой самого рьяного преследователя и, воспользовавшись его оружием, заставить погоню умерить пыл.

Если он и не сбросил окончательно жуканов с хвоста, то, по крайней мере, часа два он точно отыграл. Никаких сил на продолжение гонки уже не осталось. Надо отдохнуть и привести в порядок свои мысли и самого себя. Быстрый взгляд на индикаторы, вмонтированные в шлем, показал, что кончились и еда, и стимуляторы. Воды осталось где-то на сутки. Все остальное действует вполне нормально. Ну а с мыслями в голове- полный порядок. Сейчас надо немного отлежаться здесь, передохнуть. Если погоня не появится, то через несколько часов можно подать сигнал спасательному катеру о провале операции и через сутки уже отдыхать на базе. А если все-таки жуканы не слезли с его следа, то придется умереть, тут уж ничего не поделаешь, специфика работы.

Его размышления прервал громкий спокойный голос с характерным для жукан пришелестыванием:

— Землянин!

Забыв об усталости Мишель вскочил, сжимая в руках свою шпагу и повернулся на голос. На противоположном краю поляны стоял жукан и держал в лапе направленный на капитана бластер. Наверно любого на месте капитана охватила паника. Но он был Мишелем Кондамнэ и не мог себе позволить паниковать. Вместо этого он попытался оценить противника, его вооружение и свои шансы в случае столкновения. Враг один, это подозрительно, но если в кустах нет группы поддержки, то шанс есть. Что на погонах? Ого, этот тип как минимум командует флотом. Редкая птичка, хорошо бы попытаться пленить и забрать с собой из этой чертовой дыры. Оружие? На поясе шпага, значит жукан нарядился в парадную форму. А к парадной форме запасной боекомплект не положен. Значит победить его вполне реально, надо только увернуться от обоймы, 10 выстрелов, бластера и трех минут стрельбы из лазера, а потом уже совсем легко, победить с помощью своей самодельной шпаги в фехтовальном поединке. Да уж, усмехнулся про себя Мишель, работка как раз для героя вроде меня.

А жукан продолжал тем временем свою речь, выдержав паузу и убедившись, что землянин смотрит на него.

— Ты мужественно сражался с нашими солдатами, поэтому мы решили сохранить тебе жизнь.

— Скажи уж лучше, что обделались, пытаясь меня взять, — выкрикнул в ответ Мишель. Он уже выработал тактику своих действий. Особенностью нервной системы жуканов являлось то, что когда они проявляли сильные эмоции, то их движения замедлялись. Так что Мишелю надо было разозлить противника любой ценой.

— Глупость твоего языка может заставить меня изменить решение, но в любом случае я сперва договорю, — не теряя достоинства ответил жукан. — Да, наша раса виновата в начале войны, но мы хотим все исправить. Наши планеты не подходят для вас, ваши — для нас. Нам нечего делить, поэтому между нами возможен мир.

— Засунь свою голову мне под панцирь, — выкрикнул Мишель. Это было весьма сильное жуканское ругательство и Мишель понял, что оно достигло цели. Жукан откинул голову назад, приняв еще более величественную позу. Это означало, что он сердится.

— Землянин, сейчас ты сдашься! И я с радостью перережу провода твоего разговорного устройства. А потом мы дадим тебе одноместный катер и текст мирного договора, чтобы ты отдал его своим начальникам.

— Мишель Кондамнэ никогда не сдается, ты, жравший помет своей бабушки!

Как не готовился Мишель к этому, но первый выстрел он прозевал. Неизвестно, что же окончательно вывело жукана из себя, то ли очередное жуканское оскорбление, то ли даже у жуканов капитан пользовался популярностью. Но, чтобы не послужило причиной, слева от шлема Мишеля полыхнуло и он понял, что остался без разговорного устройства, аккуратно срезанного выстрелом. Медлить было некогда, и второй выстрел, куда бы он не предназначался, прошел мимо. Нырок за ближайший камень, три, перекат, перебежка, четыре, пять, еще один камень, шесть, прыжок к следующему камню, и сильная боль в правом плече, семь. Да, противник оказался лучше всех предположений. В то время, когда рассерженный жукан начинал палить в сторону противника почти не целясь, то этот держал себя в руках и из семи выстрелов попал дважды. Если так пойдет и дальше, то твоя песенка, капитан, спета.

— Что, сучий сын, — крикнул жукан, тоже по-видимому изучавший земные ругательсва, — струсил? Ха-ха, все мои знакомые будут смеяться, когда я расскажу, как я охотился на Кондамнэ, как на зайца.

Не дожидаясь конца фразы Мишель кинулся к другому камню. Восемь, запоздало за спиной. Девять, прямо над головой ныряющего за камень Кондамнэ. Черт, от боли в руке путаются мысли. Диагноста с пояса на рану, пусть пока займется делом. Имитация прыжка и обратно за камень, десять. Почти перед самым носом. Все, с бластером покончено. Жуканский лазероружие более слабое. Ему нужно две секунды, чтобы справиться с боевым комбинезоном. Правда потом лучу уже почти не требуется времени, чтобы пройти тело насквозь, но капитан не собирался торчать целых две секунды на одном месте в ожидании смерти.

Очередной прыжок из-за камня, пробежка, кувырок назад через голову в прыжке, прямо над лучом лазера, и обратно за камень. Отдышаться не получится, противник оказался хитрее. Он резанул лучом лазера по соседнему дереву так, что дерево падает прямо на капитана. Выбора нет, вперед, к соседнему камню. Под лучом лазера шипит, испаряясь, защитный слой комбинезона. Резкая остановка, луч проскальзывает вперед. Рывок, пробежал сквозь луч лазера, который пытается вновь поймать человека, но безуспешно, и снова передышка за камнем. Как бы угадать с какой стороны враг ждет его появления из-за камня? Но как бы не было, враг не угадает. Прыжок через камень вперед, кувырок вбок и снова пробежка. Луч по инерции проскальзывает по комбинезону и вырывается вперед. Нырок под луч, нырок за камень. Никакой передышки, сразу вскочил и побежал обратно, к предыдущему камню. Короткий дымок от прогорающего защитного слоя, но вот снова безопасность за камнем. Считаем до десяти и снова перебежка в рваном темпе к другому камню. Почему лазер в этот раз его не зацепил? Осторожный взгляд из-за камня. Жукан приближается к нему, сжав в руке шпагу, лазера не видно. Ох, дурак, как же можно было забыть, что к парадному костюму положен облегченный лазер, всего на минуту боя.

Ну что ж, давай теперь покажем жукану каковы земляне в искусстве фехтования. Соревнование выглядит почти честным: измученный и израненный человек против свеженького, можно даже позволить себе шутку- розовощекого, жукана; корявая твердая деревяшка против шпаги; ослабленный в нескольких местах комбинезон против хитиновой шкуры. И вера в победу против веры в победу! Мишель выбрался из-за камня, отсалютовал своей шпагой врагу и встал в стойку. Жукан повторил те же жесты, но на отдалении от землянина. Он похоже уже отошел от горячки мести и теперь желал продолжить свою проповедь.

— Землянин, брось оружие и я не причиню тебе вреда. Нашим расам нечего делить. Помни — мы можем жить в мире.

Мишель осторожными маленькими шажками сокращал дистанцию. Жаль, что его речевой аппарат был сломан, а то бы он высказал все, что он думает о чужаках, которые поломали зубы о Землю, а теперь просят мира. Но за него все эти слова скажет шпага. Молниеносный выпад в грудь и в ответ столь же умелый отвод его шпаги.

— Землянин, не дури, тебе меня не победить. И нет ничего постыдного в том, чтобы быть посланцем мира. Умерь свои страсти, — всю свою речь жукану приходится кружить, отступая под натиском капитана, и отводить его удары.

— Землянин, — начинает очередную свою задушевную фразу жукан и… открывается. Все последние силы вкладывает Мишель в этот удар. Да! Жукан, увлеченный красноречием, не успевает закрыться. Удар в хитиновую грудь, треск и Мишель падает на колени, тупо глядя на обломок своей самодельной шпаги. Вот и все, проигрыш в длинной и трудной партии. Надо было бить не в панцирь, а над панцирем, в шею, но здесь, как в любом спорте, никто не даст переиграть последний ход.

Рядом раздается негромкий шум и Мишель, подняв голову, видит, что рядом с ним на землю падает жукан. Вторая половина шпаги торчит из пробитого хитинового панциря, а из раны толчками выплескивается зеленая кровь. Это было неприятное зрелище. Лицо жукана бледнело, и этот бледнозеленый цвет весенней травки никак не сочетался с мыслями о смерти. И это несоответствие сильнее всего поразило Мишеля. Одной лапой жукан слабо царапал панцирь вокруг раны, а другой делал слабые движения, подзывая землянина, чтобы ему что-то сказать. Обессиленный капитан подполз к жукану и склонился над ним. Но голос жукана был так слаб, что ничего не было слышно.

— Сейчас, сейчас, — шептал Мишель, забыв, что жукан не может его услышать. Раненой рукой он попытался повернуть регулятор громкости. Но раненная рука плохо слушалась и сорвалась с регулятора, вывернув его на полную громкость. «Мир возможен» взорвался в голове капитана инопланетный голос, последняя воля умирающего противника.

И тогда с капитаном что-то случилось. Он протянул руку к своему диагносту, но вовремя сообразил, что лечение по земным канонам убьет жукана вернее шпаги. Пояс жукана? Много, слишком много всего, а нас учили узнавать только оружие. Не понять, что из этих приборов- диагност. Достать из своей аптечки бинт, потерпи, браток, крепись. Но то, что верно для человека, оказывается ложным для жукана. Невозможно туго обмотать бинт вокруг твердого панциря, кровь продолжает течь, как и текла, окрашивая бинт в зеленый цвет, цвет надежды. И тогда остается последнее решение Мишель срывает с себя шлем. Он всем телом ощущает чужой мир. Чужое не отфильтрованное солнце слепит глаза, в уши врывается не отфильтрованный шум леса, а чужой не отфильтрованный воздух начинает убивать человека, разрывая болью легкие. Диагност на плече верещит, сходя с ума от резкого ухудшения состояния. Но это уже не важно- в запасе есть пять минут. Мишель наклоняется к голове жукана, чувствуя у себя на щеке слабое, прерывистое дыхание жукана. Хорошо, что устройство для переговоров с базой похоже на земное. Мишель нажимает кнопку и кричит изо всех сил в микрофон:

— Эй, слышит меня кто-нибудь? Скорее, тут один из ваших умирает!

Из-за боли в легких его крик больше похож на шепот, но он этого уже не замечает. Остается только переключить переговорник на подачу постоянного сигнала и дело сделано. Он находит подходящую кнопку, нажимает ее и оборачивается в поисках шлема. Как далеко откатился этот чертов шлем! Он ползет к шлему, ползет похоже целую вечность. Но он еще жив, когда надевает шлем. Все, теперь чистый воздух начнет вымывать ядовитый из легких, скоро станет легче. Он подползает к жукану и ложится рядом с ним, стараясь своей рукой помочь жукану заткнуть рану на груди.

Он сделал все что мог, все, что должен был сделать. Теперь можно закрыть глаза и ждать, ждать, только ждать. Может быть помощь успеет. Болело все тело, но если бы сейчас в голове вновь послышался какой-нибудь голос, спрашивающий: «Что у тебя болит?», то Мишель не задумываясь бы ответил:

— Душа.

Content

Чопоров Владислав
ПОСЛЕДНИЙ ПОДВИГ ЗВЕЗДНОГО ПЕХОТИНЦА