Сато Цутому, Исида Кана

КРОСС С ПРЕПЯТСТВИЯМИ

Начальные иллюстрации

Десять научных институтов разработки и улучшения волшебников

Лаборатории развития волшебников, одна за другой открытые японским правительством в тридцатых годах двадцать первого столетия в ответ на возрастающее международное давление, ведущее к Третьей Мировой Войне. Основной целью лабораторий было развитие не магии, а волшебников. Что также включало генетические исследования, чтобы создать идеальных волшебников для целевой магии.

Были созданы лаборатории с Первой по Десятую. Сейчас работают пять.

Ниже их описание.

Первая лаборатория

Открыта в 2031 году в городе Канадзава. В настоящее время прекратила работу.

Исследовала магию для прямого взаимодействия с органическими телами в боях с пехотой. Результатом исследований этой лаборатории является магия испарения «Разрыв». Однако исследования в магии управления человеческими движениями привели к появлению «Марионеточных террористов» (смертников, путем превращения человека в куклу), и работа лаборатории была остановлена.

Вторая лаборатория

Открыта в 2031 году на острове Авадзи. Работает.

В отличие от Первого института, эта лаборатория сосредоточилась на магии прямого вмешательства в неорганические вещества, в особенности на магии типа Поглощения, выполняющей окислительно-восстановительные реакции.

Третья лаборатория

Открыта в 2032 году в городе Ацуги. Работает.

В развитии волшебников, которые могут одновременно обрабатывать несколько последовательностей магии, лаборатория реализовала технологию Множественной активации. Исследуя лимиты максимального количества заклинаний, которые можно использовать синхронно и непрерывно, были созданы волшебники, способные синхронно активировать множество заклинаний.

Четвертая лаборатория

Детали неизвестны. Скорее всего она расположена у границ старого Столичного Токио и старой префектуры Яманаси. Считается, что открыта в 2033 году. Сейчас прекратила работу, но даже истинный статус неизвестен. По слухам, это единственная лаборатория, учрежденная неправительственным спонсором с большими связями в разных странах, и которая сейчас работает при поддержке того же спонсора. Были также слухи, что благодаря тому же спонсору, лаборатория эффективно работала ещё до двадцатых годов двадцать первого века.

Используя магию психического вмешательства, лаборатория стремилась укрепить зону расчета магии — резервуар супер силы, так называемой магии, расположенный в подсознании волшебника.

Пятая лаборатория

Открыта в 2035 году в городе Увадзима на острове Сикоку. Работает.

Исследует магию управления фазовыми состояниями веществ. Хотя технически простое управление жидкостным состоянием вещества стало основным направлением, лаборатория преуспела и в управлении твердым состоянием. В итоге они вместе с USNA создали магию «Багамут». А вместе с магией управления жидкостью «Бездна», лаборатория получила мировую славу за две магии Стратегического класса.

Шестая лаборатория

Открыта в 2035 году в городе Сэндай. В настоящее время прекратила работу.

Исследовала магию теплового контроля. Вместе с Восьмой, сильна в теоретических исследованиях магии, но не очень сильно выделялась в практических военных исследованиях. Тем не менее, говорят, что одна она (кроме Четвертой) провела больше генетических экспериментов, чем любая другая лаборатория развития волшебников (истинные подробности относительно Четвертой лаборатории неизвестны).

Седьмая лаборатория

Открыта в 2037 году в Токио. В настоящее время прекратила работу.

Исследовала боевую магию против множества противников. В итоге была создана магия «Стадного» управления. Была учреждена в противоположность невоенной Шестой лаборатории, лаборатория взяла на себя дополнительную роль в экстренной обороне столицы.

Восьмая лаборатория

Открыта в 2037 году в городе Китакюсю. Работает.

Исследует магию, управляющую четырьмя фундаментальными взаимодействиями (гравитационным, электромагнитным, сильным атомным и слабым атомным). Эта лаборатория ещё больше сосредоточена на теоретических исследованиях, нежели Шестая. Однако от Шестой она сильно отличается, когда дело доходит до взаимодействия с военными. Исследования Восьмой лаборатории могут легко привести к разработке ядерного оружия, поэтому они, работая с военными, сняли с себя всю ответственность.

Девятая лаборатория

Открыта в 2037 году в городе Нара. В настоящее время прекратила работу.

Слиянием современной и древней магии, путём включения знаний древней магии в современную, лаборатория стремилась разрешить много трудностей, которые навалились на современную магию, вроде неясной работы активации магии.

Десятая лаборатория

Открыта в 2039 году в Токио. В настоящее время прекратила работу.

Помимо обороны столицы, как Седьмая, лаборатория сосредоточилась на магии с больщой площадью покрытия, создающей виртуальные структуры в пространстве в качестве защиты от тяжелого вооружения. Итог — магия барьера против огромного разнообразия объектов.

Кроме того, Десятая лаборатория искала способы увеличения магических способностей методами, отличными от Четвертой. В особенности не укрепляя саму зону расчета магии, но временно её разгоняя. Она занималась развитием волшебников, которые могут использовать могущественную магию, когда того требуют обстоятельства. Однако итоги не были обнародованы.

Кроме этих десяти, были и другие лаборатории, работающие с 2010 по 2020 год, которые разработали Элементы; все в настоящее время закрыты. Были также правительственные секретные группы, созданные в 2002 году JSDF, которые сейчас независимо продолжают свои исследования. Сам Кудо Рэцу прошёл улучшение в этих группах, пока не присоединился к Девятой лаборатории.

Глава 0

На всю страну учредили всего лишь десять лабораторий развития волшебников, каждая занималась своими исследованиями.

Например, Первая основанная лаборатория исследовала магию, которая прямо взаимодействует с живыми организмами, для того чтобы повысить эффективность использования магии как оружия.

Четвертая лаборатория использовала магию Психического вмешательства с целью укрепить Зону расчёта магии, область мозга, которую волшебники используют бессознательно как источник своей магии.

Цель Седьмой лаборатории — разработать магию, которую можно использовать в бою против множества противников. Итогом оказалась магия контроля множества объектов.

Девятая лаборатория, пригласившая множество пользователей древней магии в Нару, исследовала, как древняя магия сочетается с современной.

С Девятой лабораторией пользователи древней магии сотрудничали по собственной воле. Они надеялись улучшить древнюю магию, которая устарела с течением прогресса, и создать новую, сильную магию. Однако с самого начала Девятая лаборатория нужна была лишь для того, чтобы разработать более сильную современную магию, беря компоненты древней и создавая из волшебников оружие, превосходившее пользователей древней магии.

В итоге пользователи древней магии решили, что их техники просто украли, но тонкости не имеют значения. Можно сказать только, что пользователи древней магии стали относиться враждебно к волшебникам, произведенным в Девятой лаборатории, которые носили цифру «девять» в своей фамилии.

Вражда укоренилась и осталась даже в 2096 году.

***

Понедельник, 25 июня 2096 года. Отставной генерал, известный как Патриарх японского магического общества, Кудо Рэцу, посещал со своим старшим сыном, текущим главой клана Кудо, Кудо Макото, бывшую Девятую лабораторию.

Вскоре после окончания Третьей мировой войны Девятая лаборатория, как национальный научно-исследовательский центр, перестала существовать, но до сих пор продолжала функционировать как лаборатория. Сейчас это был частный исследовательский центр, совместно управляемый семьями Кудо, Куки и Кузуми. Тут исследовали магию Восприятия — область, которая приносила плоды гораздо медленнее, чем развитие операторов магии.

Однако это было лишь внешнее прикрытие. Конечно, магию Восприятия здесь исследовали. Но это не было целью главы лаборатории.

В глубине исследовательского центра Рэцу и Макото привели в большую комнату, в которой находились андроиды размером с человека. Четыре ряда по четыре в каждом, всего шестнадцать. Это были женщины-роботы, «гиноиды», к спине каждой был прикреплен тонкий столб.

Будь это лабораторией, разрабатывающей Гуманоидных помощников по дому 3H, такой вид не был бы странным. Впрочем, их можно было использовать по-иному. Например, их мог использовать исследовательский центр, разрабатывающий андроидов в военных целях.

Однако гиноиды — не подходящий материал для магической исследовательской лаборатории… Но только если думать традиционно.

— Каков прогресс? — спросил Макото.

На лице их гида появилась гордость от выполняемой им роли смотрителя лаборатории.

— Выращивание Паразитов идет гладко. Количество успешных имплантаций возросла до шестидесяти процентов. Как вы прекрасно знаете, прототипов шестнадцать.

— Значит, мы достигли прогнозируемого значения?

— Да.

Будь это обычной лабораторией, отношение исследователя показалось бы ненормально взволнованным, но ни Рэцу, ни Макото даже внимания не обратили. Конечно, плодами работы своей команды исследователь мог, несомненно, гордиться.

Наверное, он заметил признаки их одобрения. Главный исследователь начал запинаться.

— Паразиты, которые сейчас выращиваются, содержатся в спящем состоянии в гиноидах согласно итогам программы лояльности. Первоначальное сопротивление программе больше не наблюдается. Похоже, самый важный барьер к практическому использованию Кукол-паразитов, успешное применение программы лояльности, преодолён. Испытание в полевых условиях будет проведено когда прикажете.

Уж слишком большими были надежды, которыми так сочились заметки руководителя. Макото посчитал, что на составление боевого теста уйдет много времени, потому что к нему даже готовиться ещё не начинали.

— Вероятно, для боевого теста ещё рано. Говорите, они прошли программу лояльности, значит количество успешных тестов их автономного поведения недостаточно? — Рэцу ответил на предложение исследователя вместо Макото. — Ещё не понятно, как стабилизировать использование ими духовной силы вне лаборатории.

— Поэтому тест…

Рэцу жестом усмирил руководителя, который не до конца понимал детали и настаивал на своем.

— Вы знаете о Турнире, который ежегодно в августе проводят старшие школы магии? В этом году запланировано соревнование, называемое «Кросс с препятствиями». Кроме физических преград, участники должны преодолеть магические препятствия, это бег с препятствиями на большое расстояние.

Руководитель тут же понял, к чему клонит Рэцу.

— Препятствиями будут Куклы-паразиты?

— У сил обороны слишком мало людей, чтобы выделять их на соревнование старших школ, так ведь? А если использовать Кукол-паразитов, то атаки учеников не травмируют военных волшебников, а с программой лояльности, когда духовная сила контролируется, можно не беспокоиться, что ученики будут сильно ранены. Это отличная возможность испытать их способности на практике.

— Но, Старейшина, комитет Турнира согласится? Если подробности эксперимента просочатся наружу, как ответит общество? Не думаю, что оно будет снисходительно. — Макото не знал о плане Рэцу, но комитет Турнира точно встревожится, ведь нельзя использовать учеников в качестве подопытных кроликов.

Однако решимость Рэцу была незыблемой.

— Нет, комитет дал согласие. Он уже уступил военным, выбравшим соревнования этого года. У членов комитета уже не хватит духу спорить с нами.

Однако Рэцу не коснулся того, какие они будут принимать контрмеры, если информация будет разглашена. Было очевидно, что он не примет на себя удар, не возьмет на себя ответственность. И если вдруг вышедшие из-под контроля Куклы-паразиты поранят учеников, ни Рэцу, ни Макото ничего не скажут.

Оставив тонкости относительно теста сыну, Рэцу вернулся в главный дом семьи Кудо в городе Икома. Прибыв в особняк, он сразу пошёл в комнату Минору, младшего сына Макото.

В этом году Кудо Минору исполнилось шестнадцать, он поступил во Вторую старшую школу при университете магии. Ему в этот час следовало бы находиться в школе, но по болезни он сегодня остался дома… нет, скорее по болезни он сегодня снова остался дома.

— Минору, это я, — обратился Рэцу, постучав. После секундного колебания дверь отворилась, показывая лицо бледного мальчика. У него были тонкие черты лица, но его, наверное, нельзя было спутать с девушкой. С таким видом Кудо Минору был образцом «симпатичного мальчика».

— Одзии-сама1[1], простите, что я в таком виде, — он высоким голосом извинился перед дедушкой, как и подобало его мальчишеской внешности.

— Не беспокойся о таких пустяках. Меня больше волнует другое, ты ведь должен лежать в постели? — сказал он одетому в пижаму внуку, и не просто из вежливости. У Рэцу на лице появилось облегчение. Он искренне волновался за состояние внука.

Минору улыбкой ответил на любовь дедушки.

— Я в порядке. Температура уже сп…

Однако как раз когда он пытался сказать «спала», на него напал сильный кашель. А слова «Пожалуйста, не волнуйся обо мне» в его сердце, были преданы телом. Такое всегда с ним случалось. Сейчас Минору мог лишь не показывать уважаемому деду слезы.

— Минору, не хочешь прилечь? — Рэцу, чуть похлопавший кашлявшего внука по спине, призвал Минору, когда кашель успокоился.

— Одзии-сама… хорошо.

Минору начал было возражать, но остановился. Он знал, каким телом обладает и не мог думать иначе. Так что послушно вернулся в кровать. Он был достаточно мудр, он понимал, что лучше не тревожить дедушку по пустякам.

Рэцу подложил Минору под голову подушку, передвинул поближе стул и сел. Затем нежным голосом заговорил:

— Минору, не огорчайся, что у тебя много пропусков, — утешал он, и это не была вежливая ложь, — среди твоего поколения ты, вероятно, сильнейший волшебник на планете. Даже если сравнивать с учениками старших школ магии, участвующими в Турнире девяти школ, тебе почти нет равных.

И это не было предубеждением родственника. Минору обладал магической силой, подобающей внуку Кудо Рэцу.

— Спасибо. — Он, вероятно, понял, что дедушка искренне признал его талант. Скрытая печаль исчезла с лица Минору. Рэцу своими словами успешно подбодрил внука. Однако голос у него был немного отрешенным. — Турнир девяти школ… я хотел бы участвовать, — прошептал Минору, но не с жалостью к себе, а с тоской. Эти слова сильно ударили по сердцу Рэцу.

— Минору…

Если б учитывали лишь магическую силу, то Минору наверняка бы попал на Турнир. Но только если бы смог пойти и принять участие. Минору, который провел четверть своих дней на больничной койке, отказался бы из уважения, даже если б Вторая школа выбрала его, поскольку создал бы команде лишние хлопоты.

— Пожалуйста, не делайте такое лицо, Одзии-сама. В конце концов, не только на Турнире девяти школ можно посостязаться в силе.

— И то верно, ты смышленый, как всегда. Как волшебнику, и даже как ремесленнику магии, у тебя будет много возможностей показать свою силу. — Рэцу сдержал кипевшую внутри боль, спрятал её от внука, который улыбался на своей кровати, и улыбнулся в ответ.

Минору и вправду хотел участвовать в Турнире девяти школ, хотел найти место под солнцем, где мог бы показать свой талант, с которым родился. Рэцу взял его за руку, потому что понимал это. Но, вместе с тем, внук знал, что такая возможность может никогда и не настать.

Будь он здоров, ему не нужно было бы отказываться от будущего.

Будь он менее могуществен, и это было бы праздное, ничего не стоящее желание.

Изобилие таланта Минору лишь ещё больше ему вредило. Для Рэцу это был абсурд.

И воплотили в жизнь этот абсурд не какие-то там невидимые сущности, вроде богов или демонов.

Его собственный сын обрек его внука на эту ужасную судьбу.

И тем, кто не остановил его, был он сам.

Такие самоосуждающие мысли мало-помалу разъедали сердце Рэцу.

— Чуть не забыл, Кёко-нээсан тоже сегодня придёт меня навестить. Она говорила, что хочет повидаться и с вами, Одзии-сама.

— Правда? Вот и хорошо, Минору.

— Да.

Среди внуков и внучек Рэцу, Минору и Фудзибаяси Кёко были особенно близки. Минору и вправду повеселел, когда упомянул о её визите. Истинная улыбка, которая наконец появилась на лице внука, была слишком жалкой, Рэцу стало трудно тут оставаться. Он приложил руку ко лбу внука, убедился, что жар не слишком сильный, затем поднялся.

— Отдохни немного, Минору. И жар спадет.

— Хорошо, — принял совет внук.

Рэцу заставил себя улыбнуться в ответ и покинул комнату Минору.

Рэцу утонул в любимом кресле в своём кабинете. Так глубоко, будто погружается в мягкие кожаные подушки. Из шкафа манила бутылка Арманьяка, дорогого бренди. Он поднялся и, сделав два шага, вернулся назад в кресло. Потому что посчитал: непростительно забыться в пьянстве.

Рэцу риторически спросил: «Как такое могло случиться?» — и подумал, что это логично. Такие истории, в конце концов, происходили часто. Он всегда закрывал глаза, когда такое случалось с другими, считал это само собой разумеющимся. Эгоистично с его стороны было безутешно стенать, когда такое случилось с одним из близких… Рэцу задумался. Однако сколько бы он себя насмешливо ни упрекал, несчастье не пройдет. Рэцу и это понимал.

Слабое здоровье Минору было побочным продуктом генетической манипуляции. Он был волшебником с модифицированным телом, человеком с реконструированными генами, для того чтобы укрепить магический фактор.

Макото был отцом, который безрассудно провёл генетическую манипуляцию над собственным сыном. В двух словах, Макото винил Рэцу. С самого детства у него был комплекс неполноценности, поскольку магическая сила у него была намного слабее, чем у Рэцу. Собственные дети у него тоже были обычными по стандартам Десяти главных кланов, он отчаялся, что их таланты лишь немного превышают его.

Объективно говоря, и Макото и его дети были наделены достаточно сильной магией. Просто он выбрал плохое сравнение. Рэцу давно заметил успешное увеличение силы на десять процентов среди волшебников, которые пережили реконструкцию, и даже не идя на такой рискованный шаг, Макото определенно демонстрировал выдающиеся способности. Рэцу неоднократно повторял это сыну, главе дома, но Макото так его и не понял.

Когда одержимость Макото переросла в отчаяние, внутри зародилось безумие. Он зациклился на искаженной мысли, что если не может сделать главой дома того, кто естественным образом обладает высокими магическими способностями, то нужно искусственно его создать.

Более того, чтобы создать сильнейшего волшебника, он собирался создать улучшенный «гибрид» генов Кудо, используя технологию искусственного оплодотворения и искусственных маток. Так и был создан Минору. Официально, оплодотворенная яйцеклетка, основа для создания Минору, была яйцеклеткой жены Макото, оплодотворённой спермой Макото. Однако на самом деле всё было не так радужно.

Генетически, отцом Минору был Кудо Макото.

Генетически, матерью была младшая сестра Макото, вошедшая в клан Фудзибаяси.

Словом, Минору был кровным братом Кёко, ребенком, рожденным от брата и сестры.

Он не был рожден после инцеста. Макото никогда не совокуплялся с младшей сестрой. Они всего лишь предоставили сперму и яйцеклетку. Тем не менее это ничего не меняло: Минору был ребенком двух кровных родственников.

Физическое состояние Минору могло быть либо дефектом генной модификации, либо итогом инбридинга, межродственного скрещивания. Причина неизвестна. Важно лишь одно: в связи со своим необычным рождением, Минору был навечно проклят.

Магическую силу модификация увеличила, в этом она оказалась успешной. В Минору были вложены Таланты, достойные гения высшего уровня. По магической силе он соперничал с Шибой Миюки и Энджи Сириус. Однако из-за плохого здоровья Минору не мог стабильно использовать магическую силу. Не потому, что был слаб телом, как Ицува Мио. Когда Минору относительно «здоров», то может использовать магию, как пожелает. Тем не менее возможностей сиять у волшебника, которого каждый пустяк приковывает к постели, не так уж и много.

Кроме того, возможно, он проживет не достаточно долго, чтобы стать взрослым. Самый младший внук Рэцу был волшебником с модифицированным телом, но хоть он и был создан как живое оружие — не сможет стать им окончательно. Минору прокляла испорченность развития современной магии, превращающая волшебников в оружие. После более чем десяти лет тоски Рэцу пришёл к такому выводу:

Необходимо прекратить использовать волшебников в качестве оружия.

И, что ещё более важно, дети, подобные Минору, не должны создаваться.

Рэцу укрепил свою решимость в сотый, а то и в тысячный раз.

Глава 1

Последняя неделя июня. Несмотря на то что занятия сегодня уже закончились, близились ежеквартальные экзамены и Первую старшую школу при Национальном университете магии заполнили звуки ударов по клавиатуре, электрический гул и даже приглушенные голоса учеников, которые друг с другом советовались.

Примерно час прошел с того времени, как закончились послеобеденные занятия. Не так уж и много. Но Тацуя стоял перед Азусой.

— Президент, информация, а также предложения школьного совета и дисциплинарного комитета все отсортированы в надлежащие каталоги. Пожалуйста, проверь всё до завтра.

— Хорошо… Эм, Шиба-кун, ты правда не передумал доделать всю эту работу?

— Вовсе нет, хочешь, чтобы я остался? — Может, потому что она верила в его способности, или, может, просто потому что это было хлопотно, Тацуя кратко покачал головой Азусе, которая своими словами призналась, что передала большую часть своей работы ему. — Тогда я пойду.

— Спасибо за всю твою работу. — До закрытия школьных ворот ещё было много времени. Все остальные члены совета продолжали работать, и даже не шевельнулись, чтобы встать и уйти. Тем не менее Азуса поблагодарила Тацую и приняла его намерение уйти, будто это было естественно.

Правда была в том, что ранний уход Тацуи — благо для Азусы. Именно она его об этом и попросила.

В школьном совете было сейчас шесть членов: Президент, два вице-президента, казначей и два секретаря. На один больше, чем было в прошлом году. При нормальных обстоятельствах рабочая нагрузка должна бы уменьшиться на одного человека. Однако, с добавлением Тацуи, оказалось, что всё стало уж слишком лучше.

Другими словами, Тацуя слишком хорошо умел справляться с работой.

Школьный совет возлагал контролирующие функции за выполнением важных поручений руководства школы, нескольким комитетам. Такими были не только школы магии, в конце двадцать первого столетия такое было обычным делом для всех школ.

Однако контроль над ключевыми вопросами касаемо управления школой отнюдь не был возложен на учеников. Большие волнения, вроде «инцидента Бланш», произошедшего в апреле в прошлом году, на самом деле случались довольно редко. Почти вся работа школьного совета сводилась к простым решениям: отнимающей время работе принятия небольших и нужных корректировок и волоките с бумагами.

Если бы Тацуя показал на полную свою способность заботиться о делах, то, к сожалению, легко сам закончил бы все корректировки и бумажную работу. Это бы не оставило работы другим членам совета, они потеряли бы возможность накопить опыт.

Самое большее, ученик мог оставаться членом школьного совета лишь два с половиной года. Если Тацуя сделает всё, то младшеклассники не научатся работать, а товарищи из второго года забудут, как делать работу, ну а старшеклассники не будут знать нынешнее положение дел. И, если Тацуя будет долго отсутствовать, работа школьного совета окажется не выполненной надлежащим образом. Следовательно, руководство школой не будет идти гладко.

На самом деле такой риск был незначителен, но даже один потенциал был чрезвычайно неприятен. Поэтому в первом месяце, в апреле, Президент Азуса и казначей Исори решились. И вот пара набралась храбрости и попросила Тацую немного «затормозить». А когда вся храбрость иссякла, они пришли к решению, чтобы Тацуя уходил пораньше.

Для Тацуи это было довольно удобно. Он с самого начала хотел проводить время после школы, тренируясь и читая неопубликованные исследовательские документы, которые Национальный университет магии раскрыл девяти школам. Он не желал должности члена дисциплинарного комитета или школьного совета (и прилагаемых обязанностей). А раз он стал заканчивать работу рано, то у него оставалось много свободного времени.

— Миюки.

— Да, я буду ждать здесь.

Это повторялось так много раз, что ему уже не требовалось говорить «я зайду за тобой». Секретарь Хонока с недовольством смотрела, как Тацуя уходит. Холодный взгляд другого секретаря, Изуми, когда она смотрела вслед Тацуе, лишь говорил: «ты, грязный бездельник», — Она не подозревала, что Миюки молча за ней наблюдает.

В этот час клубы ещё не закончили свою деятельность. Так что, когда Тацуя переодевался в спортивную одежду, раздевалка была пуста. Положив форму в сумку, а сумку в свободный шкафчик, он пошёл в тренировочный лес за школой.

Искусственный лес предназначался не только для того, чтобы практиковаться в магии. Ученикам, вдохновленным пойти по пути военных, полицейских или спасателей, нужна была физическая подготовка. Плотность деревьев, высота подъемов и спусков земли — всё было рассчитано для полезности. Пруды, песчаники, беговые дорожки и остальное было размещено с умом. Кроме того, были установлены различные устройства и инструменты. В итоге тут проводили своё основное время не только участвующие в соревнованиях клубы. Здесь были и клубы, сосредоточенные исключительно на физической деятельности на открытом воздухе.

Клуб, который посещал Тацуя, был одним из тех, которые не брали участия в магических соревнованиях.

— Йо, Тацуя, — раздался голос друга прежде, чем он успел их поприветствовать.

— Тацуя-ниисама. — Наверное, тот голос её предупредил, поскольку Минами пошла к Тацуе, в руках у неё был большой чайник, её сопровождало металлическое поскрипывание.

— Рад тебя видеть, Лео. Похоже, усердно стараешься и ты, Минами, — поднял Тацуя руку, чтобы ответить Лео и обратиться к Минами, затем… — Кстати, где Лидер Агата? — спросил, где находится глава клуба.

— Здесь, — сам парень ответил. На одной из дорожек для бега через лес его не было. Фигура Агаты Кэнширо, президента клуба Альпинистов, к которому принадлежал Лео, появилась из-за зарослей под деревьями. Тацуя пробрался через парней-членов клуба из первого и второго годов, от истощения стонущих на земле, и поклонился, приветствуя Агату:

— Лидер, могу я сегодня снова присоединиться?

— Конечно, без проблем. Если возможно, не мог бы для меня немного поработать с первогодками, — приметил Агата. Половина членов клуба, превратившихся в живых мертвецов, вздрогнули от неожиданности. Но никому не хватало силы подняться и убежать.

— Хорошо. Как насчёт одного круга?

— Ещё один, хм. Да легко… За ним, ребята, — счастливо усмехнулся Агата. Затем окинул взглядом несчастных членов клуба, которые даже сейчас не могли подняться. — Это лишь десять километров через лес! Посмотрите на Сайдзё, сколько энергии!

— …Пожалуйста, не сравнивай нас с Лео, — один из второгодок едва сумел ответить. Каким-то образом он восстановился достаточно, чтобы говорить. Впрочем, подняться сил всё равно недоставало.

— Не скулите! Третий год уже пробежал дополнительный круг. Давайте, как вы можете лежать. Вы, парни, ещё не мертвы. — Тут и там поднялись не восторженные вскрики, по одному второгодки собрали силу и с трудом поднялись. Разумеется, они не хотели делать вид, что мертвы. Однако встали лишь второгодки. У первого года не осталось сил упорствовать. — Да что ж это… Сакурай!

Минами, терпеливо стоявшая в сторонке, ответила: «да», — взяла чайник, который на время положила у ног, и побежала к ближайшему из своих одногодок.

— Давай.

— Да. — Минами наклонила чайник.

— Аа, горячо! — Первогодка, лицо которого залила жидкость из чайника, перекатился от ног Минами, поднялся, и отшатнулся от неё подальше.

— Кипяток?.. — невольно пробормотал Тацуя. Подошедший к нему Лео засмеялся и покачал головой:

— Нет. Самое большее 45–46 градусов. Такая температура не ошпарит.

Сидевшие в тени деревьев участницы клуба лишь хихикнули без следа интереса. Так что это, наверное, было и вправду не серьезным делом. Тем не менее Тацуя подумал, что это явно жестокий метод.

— Говорят, что в конце прошлого столетия, поливая водой из чайника, поднимали боевой дух игрокам регби, которые рухнули в середине матча, — Агата, слушавший разговор Тацуи и Лео, добавил несколько мелочей.

— Сделать воду горячей, а не холодной, твоя мысль, Лидер Агата? — спросил Тацуя.

— Да они ж настоящие слизни, облей их в это время года холодной водой, и им хорошо станет, — заявил о своей внутренней логике Агата.

Перед их глазами Минами по одному поливала водой парней из первого года.

Над прудом свисало множество веревок. На них болтались узкие бревна, по которым Тацуя плавно продвигался вперед. Так же плавно рядом продвигаясь, Лео с ним заговорил:

— Эй, Тацуя. Почему Сакурай-сан присоединилась к клубу?

— Это только сейчас начало тебе докучать?

— Не, уже давно.

Как и сказал Лео, Минами была надлежащим членом клуба Альпинистов в отличие от Тацуи, который не был членом и просто использовал их возможности. Впрочем, в качестве условия он должен был настраивать CAD членам клуба. Второгодки называли его «почётным членом».

Вернемся к теме.

— С такой магической силой разве Сакурай не получала много приглашений от клубов?

Его скептицизм был вполне понятен. На апрельском эксперименте «Звездного реактора» Минами показала свою магическую силу всей школе, но даже во время недели приглашения новичков каждый клуб отмечает лучших на вступительных экзаменах. Она должна была бы присоединиться к клубу, принимающему участие в магических соревнованиях.

— Она сказала, что хочет потренировать тело, — ответил Тацуя, но только наполовину правдой.

Даже когда добрались до другого берега, прыгнув на узкие точки опоры, послужившие трамплином к бегу по земле, они продолжали беседовать без усилий.

— Думаю, она и так в хорошей форме, как для ученицы первого года.

Мнение Лео было ожидаемым. Минами растили боевым волшебником в главном доме Йоцубы, так что физические данные у неё были превосходными, уже не было что улучшать. Однако, как для ученицы старшей школы, магические способности у неё тоже были достаточно хороши. Было даже меньше причин вступать в клуб, чтобы улучшить их.

— Минами, наверное, так не считает.

Минами была не только членом клуба Альпинистов, она также вступила в Кулинарный клуб. Главная причина была в том, чтобы потратить время и уходить вместе с Тацуей и остальными членами школьного совета. Вернее со своей госпожой, Миюки. Тацуя тщательно скрывал эту вторую часть правды.

Для старших школ магии, делающих упор на практических навыках, Турнир девяти школ (величайший турнир, в котором участвуют все школы магии) был очень важным мероприятием. И не только для администрации школы, но и для учеников, поскольку итоги Турнира девяти школ связаны с карьерным ростом. Впрочем, необычным это было в самую последнюю очередь. Так что вполне понятно, что ученики вкладывают в Турнир больше усилий, нежели в квартальные экзамены.

Во всём прилежная Накадзо Азуса, Президент школьного совета Первой старшей школы, чтобы не дать воодушевлению учеников пропасть даром, начала готовиться к Турниру месяцем раньше, чем делалось в предыдущие года. Вследствие чего она ожидала, что прямо перед экзаменами не будет той суматохи и что подготовка пройдет довольно расслаблено.

До сегодня, понедельника второго июля 2096 года, когда совершенно неожиданное уведомление застало её врасплох.

В тот день Тацуя и Миюки, как обычно, после школы пошли в комнату школьного совета. Квартальные экзамены будут на следующей неделе, однако это не имеет ничего общего с работой школьного совета. По уже упомянутой причине, в сравнении с большинством годов, обязанности у членов школьного совета уменьшились. Впрочем, с Тацуей и Миюки это не имело ничего общего. Они никогда бы не зубрили всю ночь, так что ни тревога, ни недовольство, ни даже ворчание не имело с ними ничего общего.

Как бы там ни было, только Тацуя, как обычно, открыл дверь в комнату школьного совета…

На него накинулась мрачная атмосфера и заставила машинально остановиться.

— Онии-сама? Что сл… — И не только на него. Миюки, выглянувшая у него из-за спины, была слишком потрясена, чтобы закончить одно простое предложение «Что случилось?». Прямо у них перед глазами Азуса испускала «это конец света» отчаяние, схватившись руками за голову.

— О. Это вы, спасибо, что пришли. — Сидя перед столом Президента, с ними заговорил Исори, лицо у него было темным от отчаяния. Это побудило Тацую собрать решимость, чтобы наконец сделать шаг в умирающий воздух.

— Всегда пожалуйста, Исори-сэмпай. Что произошло? — И как только решился, то заговорил прямо. Таков был у Тацуи характер. Не обращая внимания на Азусу, прикрывающую голову, Тацуя спросил Исори.

— Эм, ну…

— Из комитета Турнира девяти школ пришли подробности соревнований этого года, — вместо невнятного бормотания Исори, Азуса, до сих пор не показавшая лицо, ответила на вопрос Тацуи.

— Так уже время.

— Сведения будут доступны на сайте завтра.

— Ясно. Так в чём сложности? — Видимо, он понял, что те подробности содержат проблемы, стоящие того, чтобы схватиться руками за голову. Однако чем же может быть проблема, вызвавшая такое отчаяние? Тацуя не мог упустить возможность узнать.

— Во всём! — Наверное, Азуса ждала этого вопроса. Она решительно подняла голову и начала выливать жалобы, будто проклятья. — Изменения в программе Турнира включены в информационные заметки!

— …Что изменилось?

Конечно, это плохие новости. Школьный совет Первой школы готовился под предположением, что программа будет такой же, как в прошлом году. Однако, хотя в последние годы график был фиксирован, нет правила, по которому его не изменят. Поскольку завершенный список соревнований высылается за месяц до начала Турнира, правилам не противоречит сегодня уведомить их об изменениях в списке соревнований.

— Три соревнования! — почти прокричала Азуса.

Однако Тацуя удивился не крику.

— «Скоростную стрельбу», «Отражение множества мячей» и «Боевой сёрфинг» убрали. А добавили «Гребца и стрелка», «Сбивание щита» и «Кросс с препятствиями».

Всего в Турнире шесть соревнований, половину из них изменили. К тому же, из-за характера новых соревнований, на них нужно использовать другую магию. Значит, видимо, следует менять участников. Однако принимать решения ещё рано. Азуса ещё не закончила объяснять.

— Больше того: игрок может участвовать в двух соревнованиях только в том случае, если второе — «Кросс с препятствиями»! А ещё «Разрушение ледяных столпов», «Гребец и стрелок» и «Сбивание щита» разделены на одиночные и парные.

Азуса, для большего упора, стукнула обеими руками по столу. Тацуя смутно понял, как она была доведена до такой крайности. Изменение оказалось существенным. Оно сильно повлияет на то, как каждая школа проводит Турнир. Не только выбрать новых участников, нужно ещё переработать стратегию и тактику.

Одним словом, все их ранние приготовления пропали даром. Поспешность сыграла с ними злую шутку. Азуса впала в отчаяние — это было неизбежно. Тацуя ещё подумал, что она достаточно хорошо держится, чтобы не запаниковать.

— Эм, Онии-сама, — позади робко заговорила Миюки, она думала, что же сказать тяжело дышащему Президенту школьного совета. — «Гребец и стрелок»? «Сбивание щита»? «Кросс с препятствиями»… Что это за соревнования?

Миюки, наверное, будет участвовать в «Разрушении ледяных столпов». Почти нет шансов, что она будет участвовать в «Гребце и стрелке» или «Сбивании щита». Однако она, скорее всего, войдет в «Кросс с препятствиями», второе соревнование, в которое позволено войти. Впрочем, как участницу Турнира, её интересовали и два других соревнования. Такое любопытство было вполне понятным.

— Они не обязаны утверждать правила, которые я знаю, но… — сделав такое предисловие, Тацуя ответил на вопрос сестры: — «Гребец и стрелок». В парной категории один игрок на водном канале действует как «гребец» безмоторной лодки, второй — действует «стрелком», сбивающим цели или на берегах канала, или которые движутся в самом канале. Счет определяет как время до финиширования, так и количество сбитых целей. В одиночной категории, вероятно, один человек исполняет роль «гребца» и «стрелка». Соревнование вначале было частью военно-морской программы USNA.

Убедившись, что у Миюки нет вопросов, Тацуя перешел к следующему соревнованию:

— «Сбивание щита»: бой на близкой дистанции, в котором используются щиты. Обычно проводят на ринге, который чуть выше пола. Побеждает тот, кто уничтожает щит противника, крадет щит или выталкивает противника за пределы ринга. Кроме того, физически атаковать противника запрещено, но позволено атаковать щит. Одним словом, позволено использовать магию на собственном щите и теле, атаковать щит противника, и магией выталкивать противника из-за ринга.

— Можно ударять собственным щитом щит противника, чтобы вытолкнуть его за ринг?

— Конечно.

— Есть дополнительное правило: если заставить противника на пять секунд выпустить щит с рук, то вы выигрываете, даже если не взяли его щит, — добавил Исори после того, как Тацуя ответил на вопрос Миюки. Тацуя немного подождал, но больше не было никакого дополнения или поправок, так что перешел к следующему соревнованию:

— «Кросс с препятствиями», как имя и говорит. В общем, бег по пересеченной местности с препятствиями. За время нужно очистить препятствия, размещенные в лесу. Это упражнение пехоты, проводимое в горах и лесах. Препятствия могут быть природными или искусственными, могут также применяться автоматические огневые пушки или магические препятствия.

— Это чрезвычайно трудное соревнование… — честно рассудила Миюки. Тацуя нахмурился, с ней согласившись.

— «Гребец и стрелок» и «Сбивание щита» ещё ничего, но «Кросс с препятствиями» не то соревнование, в котором могут участвовать ученики старшей школы. Да о чём комитет Турнира думает? — пробормотал Тацуя, будто хотел их отругать. Затем Исори добавил более странную информацию:

— Больше того: потенциально могут участвовать все игроки из второго и третьего года. На самом деле могут участвовать все, кроме первогодок.

— …Если игроки не очень хорошо тренированы в контрмерах, будет много исключений.

Под исключениями Тацуя имел в виду не только из соревнования, но и из школы магии. Видимо, они не поняли, что он имеет в виду эту возможность.

— Как же так!.. — отчаялась Азуса и снова рухнула на стол, источая безнадежность.

Школьный совет работал не только ради подготовки к Турниру девяти школ. Ему была дана часть управленческих обязанностей школы, чтобы дать членам совета практический опыт. Все старшие школы были такими, не только магические. Не выполнение этих обязанностей помешает гладкому управлению школой. Поэтому, даже в такие времена, нужно было закончить хотя бы минимум работы. Когда Хонока, взявшая на себя роль посланника, и Изуми, которая задержалась из-за практики, показали лицо в комнате школьного совета, со всей работой боролись только Тацуя и Миюки.

Впрочем, Азуса всё ещё сидела, уткнувшись головой в стол.

Исори прилагал огромные усилия, чтобы вытянуть её из отчаяния.

— Раз такое дело, мы можем лишь снова выбрать участников.

— …

— Разве не прекрасно, что ещё осталось время! Да и не вся наша подготовка бесполезна!

— …

— Как-то мы обязательно придумаем противодействия «Кроссу с препятствиями»! Так что, Накадзо-сан. Эй… — Он обнял Азусу сзади. Он пытался по крайней мере вытянуть её из мира, в который она себя загнала. Исори нежно гладил её по плечам, когда…

— …Кэй?

Он застыл на месте от холодного голоса, идущего сзади.

— …Канон? — Исори неуклюже повернулся к лестнице, ведущей в штаб-квартиру дисциплинарного комитета. Как он и ожидал, прямо там стояла его невеста. Она улыбалась, но на лбу выступили вены.

— Кэээй. Что ты деееелаешь?

— Ах, эм, а что?

— Так обнимаешь Накадзо-сан, что же ты пытааааешься сделать? — Улыбка была не искренней, она была, скорее, похожа на след от настоящей. Истинные чувства Канон были легко читаемы.

— Ты не так поняла! Не так поняла! — усердно покачал головой Исори. С другой стороны, Азуса укрылась в углу комнаты. Да что там Турнир в следующем месяце, им нужно разобраться с кровавой бойней перед глазами. А остальные… ну, Изуми, например, с раздражением глянула на Исори. От усталости это, или от потрясения, но потом она не вернулась к работе на экране, но посмотрела на Миюки, которая читала отчеты за своим столом.

Миюки для Изуми была оазисом сердца. Когда устанет от работы, когда в смятении зайдет в тупик и когда неловко занервничает, она всегда почувствует, как в сердце потеплеет, когда посмотрит на Миюки. Ссора возлюбленных, на которую смотреть было тяжко, заставила сознание Изуми медленно вернутся на бренную землю. Она скрытно пыталась глянуть на Миюки, которая (по логике Изуми) была незаменимым шагом для того, чтобы восстановить себе мотивацию.

Как раз тогда, наверное по какой-то нелепой случайности, взгляд Изуми, которая обернулась, и Миюки, которая посмотрела вверх, прямо встретились. Изуми, начавшей краснеть и думать об оправданиях, Миюки беспокойно улыбнулась, затем перевела взгляд на Исори и Канон, будто указала глазами.

Взглядом Изуми спросила «Онээ-сама», которую любила и уважала, «Что нам делать?». Или так подумала. А Миюки ответила, чуть покачав головой, «Ничего» и смущенно улыбнулась.

Сегодня после школы Тацуя и его друзья остановились в их излюбленном кафе «Eine Brise». Группа включала восьмерых второгодок и одну первогодку, Минами. По пути сюда Изуми выглядела так, что тоже хотела с ними пойти, но Касуми, её старшая сестра-близнец, оказалась совершенно не заинтересованной, поэтому было неизбежно, что они пошли прямо домой. Минами испытывала неудобство, потому что была единственной первогодкой среди старшеклассников. Однако, раз она прилежно относилась к своим обязанностям, выбора у неё не было.

Сегодня отдохнуть после школы и выпить кофе предложил Микихико. Он редко был таким активным, так что, видимо, хотел что-то сказать или о чем-то спросить. Как и ожидалось, как только они завершили заказ, Микихико спросил Тацую:

— Тацуя, правда, что список соревнований Турнира девяти школ изменили?

— А слухи разносятся быстро. — Трудно сказать, утвердительный ответ Тацуи был похвалой или насмешкой. — От кого ты это услышал?

— Шеф и Исори-сэмпай об этом говорили. — Микихико не раскрыл свой источник, это была Шизуку. Они оба были членами дисциплинарного комитета. Одним словом, они подслушали их в штаб-квартире комитета.

— Но мы не знаем всех подробностей, — добавил Микихико.

— Э, соревнования изменились? Какие на какие? — Эрика попалась на крючок необязательного объяснения Микихико.

— Сегодня в школьный совет пришло уведомление. «Скоростную стрельбу», «Отражение множества мячей» и «Боевой сёрфинг» убрали. А добавили «Гребца и стрелка», «Сбивание щита» и «Кросс с препятствиями».

— Что это за соревнования?

После того как Тацуя объяснил Эрике так же, как объяснял Миюки, та радостно ухмыльнулась:

— Эй… звучит весело. Особенно «Сбивание щита», — с азартом проговорила Эрика.

— Ох, неужели… как-то страшновато они для меня выглядят, — запротестовала Мизуки, глядя на восторженную подругу.

— Да… все годы, включая последний, у всех соревнований избегалось прямое столкновение между участниками, — заметила Хонока.

— И даже «Код монолита» такой, — оперативно согласилась Миюки. Видно, тоже так считала.

— Но я думаю, что «Кросс с препятствиями» намного опаснее «Сбивания щита», — встряла Шизуку.

— Да. Онии-сама тоже так говорил, — кивнула Миюки.

— В лесу без дорог не привыкшим людям даже ходить опасно. А если к физическим препятствиям добавить ещё магические, то не будет странным, если кто-то поранится.

— Верно. Даже чтобы взбираться на гору с дорогами, нужен очень опытный гид. Слишком опасно в неизвестном лесу проводить соревнование на скорость.

Лео и Микихико высказали критические, или, скорее, отрицательные мнения, основываясь на собственном опыте.

— Эй, Тацуя. У меня такое чувство, что добавленные в этом году соревнования ужасно военные, как думаешь? — спросил Лео.

И все с ним были согласны.

— Верно. — И снова у него не было права пытаться обмануть друзей. Он мог лишь кивнуть. Без нежелания Тацуя объяснил, к какому выводу пришёл и на что опирался: — Вероятно, это последствия йокогамского инцидента. После прошлогоднего случая люди, связанные с делами национальной обороны, поняли, насколько волшебники полезны для военных. Это попытка повлиять на наше образование в военном направлении.

— В СМИ именно против этого антимагические активисты и протестуют, — издевательски и злостно ухмыльнулась Эрика.

Но Тацуя не мог просто улыбнуться в ответ.

— Да, но выбор времени не единственное, что плохо. Почему они делают такие легко понятные изменения?.. Да и, полагаю, ещё больше провоцировать текущую международную обстановку ненужно, — сказал он.

Лицо у Хоноки и Мизуки омрачилось беспокойством.

— …Ну, это не имеет значения, у нас и так много хлопот появилось. — Наверное, чтобы изменить настроение, Тацуя повёл себя так, будто ему уже наскучила тема разговора. И это не было полным притворством. Ведь в сложившихся обстоятельствах Тацуе придется обходиться без приятного времяпровождения после школы, по крайней пере пока не закончится Турнир девяти школ.

***

Ученики Первой старшей школы были не единственными, кому досаждало изменение соревнований Турнира девяти школ. В особняке семьи Итидзё из Десяти главных кланов двое учеников Третьей школы тоже жаловались.

— Слишком внезапно… не могу поверить…

— Безусловно.

— Сколько бы они ни говорили, что это по правилам… было бы лучше, если б нам пораньше сообщили о таком большом изменении, так ведь?

— Точно.

— И мы уже начали практиковать убранные соревнования. Мы даже переработали последовательности активации, так далеко зашли… вся наша работа пошла насмарку.

— Да.

— Нам нужно снова выбирать игроков… э, Масаки, ты слушаешь?! — наверное чувствуя, что тот повторяет одни и те же пустые слова согласия, Китидзёдзи, ворчавший об уведомлении от комитета Турнира девяти школ, вспылил на Масаки.

— Разумеется слушаю. Извини, если ты подумал, что я тебя игнорирую. — Однако, похоже, что Масаки был ещё менее спокоен. Ответил он довольно направленно.

— …Извини, я погорячился.

— Нет, это моя вина. Вполне понятно, что ты расстроен, Джордж.

Таким способом они, очевидно, смогли выпустить свой гнев и охладить голову. Тяжелое настроение быстро улетучилось. Они удовлетворили свою нужду в бесполезной дискуссии.

— Сколько бы мы ни жаловались, ничего сделать всё равно не сможем, — сказал Масаки, будто убеждал самого себя…

— Верно… сперва перевыберем игроков. Эхх… — вздохнул Китидзёдзи, соглашаясь.

— Да… нужно подумать, что это для нас значит, Джордж. — Однако следующие слова Масаки были заполнены больше, чем утешением.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Китидзёдзи, разумеется подозрение у него на лице заставило его казаться более серьезным.

— Соревнования, добавленные в программу, все тесно связаны с настоящим боем. Думаю, это больше в нашу пользу, нежели в пользу Первой школы.

— Понятно… Первая школа уделяет много внимания достижению международной лицензии высокого класса, не похоже, что они подчеркивают боевые техники, которые не имеют никакого отношения к улучшению практических магических навыков.

— Хотя есть исключения вроде Саваки, который тренировался магическим боевым искусствам, и того парня. Но если взять учеников в целом, наши владеют магическими боевыми техниками и, как у группы игроков на Турнире девяти школ, шансы в нашу пользу.

— Ясно… Но, — согласился Китидзёдзи с мнением Масаки, но не безоговорочно, — исход Турнира девяти школ определяется не общим рейтингом участников, а лишь верхними строчками соревнований. Согласно правилам соревнований, за исключением «Иллюзорных звезд», игроки могут участвовать или в одиночном, или в парном соревновании. Главное, это решить, кто пойдет в одиночное, а кто в парное.

— Понимаю. В этот раз есть ограничения на дублирование записей. Как ты и сказал, Джордж. Сильно повлияет то, как мы распределим участников между одиночными и парными соревнованиями. Например, ты и я будем лучшей парой. Однако… — Масаки вдруг остановился и посмотрел на дверь. Стука не было. Однако интуиция не ошиблась.

— Здравствуй, Шинкуро-кун, — в следующее мгновение Аканэ, старшая дочь семьи Итидзё и младшая сестра Масаки, вошла в комнату и заговорила веселым голосом.

— Ты… стучи, прежде чем войти, сколько раз тебе говорить?

Прослушав лекцию брата, которая уже стала рутиной, Аканэ взяла с подноса в руке чай со льдом и мармелад и поставила их перед Китидзёдзи.

— Вот, Шинкуро-кун. И одна мармеладка, верно?

— Эм, спасибо, Аканэ-тян.

— Всегда пожалуйста. А ты не хочешь, Нии-сан? Напиток от сестры, вошедшей без стука. — И Аканэ застенчиво посмотрела на брата, сидевшего с кислой миной на лице.

— …Положи на стол.

Наверное, и так было понятно, что это шутка. Аканэ улыбнулась и передала кофе со льдом Масаки. Без насмешки можно было сказать, что Аканэ надлежаще воспитанная молодая девушка.

Такой обмен был традиционным между братом и сестрой.

— Аканэ-тян, ты только что вернулась?

Так что даже Китидзёдзи об этом не волновался. Но его волновал наряд Аканэ.

— Ага, — она невинно кивнула. Потом Аканэ кое-что заметила, и у неё на лице появилось радостное выражение. — Ясно. Ты впервые видишь меня в летней форме. — Её поднос уже опустел и она прокрутилась. Юбка в складку и матроска, пошитые из лёгкой летней ткани, чуть поднялись. — Ну как? Мне подходит?

Застенчивая улыбка Аканэ была удивительно «девичьей». Китидзёдзи знал, что, став ученицей средней школы, сестра друга радикально изменилась из «ребенка» в «девушку». Однако, хотя он это знал, неожиданное столкновение с этим его потрясло.

— Д-да, тебе идет, — выдавил он комплимент.

— В самом деле, я рада, спасибо, — в высшей мере обрадовалась Аканэ и ласково улыбнулась. Полгода назад она, скорее всего, от радости хлопнула бы ладошами. Даже в её маленькие привычки теперь проникло «девичество».

В белый и светло-голубой цвет матроска с модными короткими рукавами. Традиционные цвета и форма престижной средней школы сделала девушку особенно лучезарной, Китидзёдзи неосознанно сузил глаза… и прямо возле себя почувствовал обвиняющий разочарованный взгляд.

— Джордж, когда это…

— Ты ошибся! — Китидзёдзи машинально отринул обвинение Масаки. Если бы они двое были наедине, проблем, наверное, с таким ответом не было бы. Однако, когда присутствует третья сторона, так говорить неразумно.

— Хммм… ревнуешь, Нии-сан?

Кому угодно будет больно, если тот, кого любишь, поспешит заверить в том, что: «у него нет к тебе никаких романтических чувств». К возрасту это не имеет никакого отношения. Но это полностью относится к тем чувствам, которые Аканэ признает за собой.

Однако она по-детски излила гнев на Масаки, а не прямо на Китидзёдзи, или, возможно, её страсть удержала её от того, чтобы обратить гнев на любимого.

— Не говори глупости.

Что бы это ни было, всё, что мог сделать Масаки — прямо опровергнуть. Было такое чувство, что он и не собирается серьезно говорить, она стала ещё угрюмее, потому что к ней отнеслись как к ребенку.

— Хмм, недоразумение, говоришь.

До сих пор их слова были на их обычном уровне грубости. Как правило, далее Аканэ говорила «я не позволю тебе забрать Шинкуро-куна!» или что-то такое же резкое, а Китидзёдзи выступал между ними посредником.

— Я слышала.

Однако сегодня всё было иначе.

— Что? — возразил Масаки.

Аканэ самодовольно рассмеялась:

— Ты пригласил Шинкуро-куна на танцы, Нии-сан!

— Что за?!

— Ээ?!

Это потрясло не только Масаки, но и Китидзёдзи. Они не помнили, чтоб такое говорили.

— Нии-сан, разве ты не сказал, что ты и Шинкуро-кун — лучшая пара.

— Ты, подслушивала…

— Омерзительно, — прервала брата Аканэ, презрительно на него поглядев. — Двум парням быть вместе непродуктивно.

— Нет. Секунду, Аканэ-тян! Ты неправильно поняла. Это заблуждение!

Над ним насмехается ученица средней школы… Китидзёдзи начал отчаянно отрицать. И отчаялся ещё больше, его социальное положение было в опасности. В комнате наследника клана Итидзё, Китидзёдзи полные два часа отчаянно отстаивал их невинность. А хозяин комнаты, Масаки, так и молчал от потрясения.

Глава 2

Третье июля, утро вторника, следующий день после уведомления, приведшего все школы магии в недоумение и хаос. Город Цутиура старой префектуры Ибараки, кабинет командующего бригадой 1-0-1. Генерал-майор Саэки Хироми вызвала к себе командира Отдельного магического батальона, майора Казаму Харунобу.

Генерал-майор Саэки — женщина-командующий, которой в этом году исполнилось 59. Талантливый штабной офицер, из-за серебристого оттенка седых волос заработавшая прозвище «Серебряная лиса». Но, с другой стороны, на первый взгляд она выглядела как добрый директор начальной школы. Далековато от образа лисы.

В JSDF она также была известна за сильную критику Десяти главных кланов. Однако у неё не было эмоционального противостояния или физиологической ненависти к волшебникам. Она просто с повышенной настороженностью относилась к слишком независимым от национальной обороны частным структурам, вроде Десяти главных кланов. Поэтому в Саэки видели политического соперника Кудо Рэцу, но с первого взгляда это не было очевидно.

С Казамой она познакомилась ещё на Великой Индокитайской Войне.

Великий Азиатский Альянс продвигался на юг, для того чтобы захватить весь Индокитайский полуостров. Казама проигнорировал планы высшего командования JSDF и прямо вмешался в войну. Благодаря партизанской тактике вторжение Альянса удалось остановить, вовлекая USNA и Новый Советский Союз, и наконец вынуждая Альянс отступить, не достигнув своих целей.

За свои действия Казама был провозглашен мировым экспертом боевых операций в джунглях. Но именно Саэки, в то время информационный аналитик главного командования JSDF, помогала почти полностью изолированному и беспомощному Казаме разведданными и оперативными планами обоих сторон, именно она стала причиной его военных успехов.

За несанкционированные действия на Великой Индокитайской Войне — тогда Казаме приказывали секретно вмешиваться в продвижение Альянса, хотя часть «секретно» была вычеркнута под предлогом «несанкционированных действий» — Казаму лишили повышения, но Саэки не осуждали за её поддержку, как официально, так и не официально. Её осыпали похвалами, и даже верховное командование было впечатлено.

Через четыре года, как раз после обороны Окинавы, планы Саэки вылились в создание бригады 1-0-1 и ей дали звание первого командующего. Потом она вызвала Казаму, застрявшего в звании капитана, сделала майором и дала ему в командование Отдельный магический батальон.

Подобные взаимодействия были редкостью для этих двоих, но это лишь укрепляло связь между ними. Хотя у них был совместимый характер и они оставались хорошими друзьями, между собой они сотрудничали как командир и подчиненный. Задачи бригады 1-0-1 заключались в испытании тактики с использованием магии и нового магического оборудования. Их целью было создание магической силы, независимой от Десяти главных кланов и Казама с его батальоном был ключевой частью этого. Так что вполне понятно, что Саэки и Казама держались вместе.

И в этом кабинете командующего они двое могли свободно говорить о совершенно секретных готовящихся военных операциях.

— Майор Казама, вы знаете о больших изменениях в Национальных играх доброй воли школ магии, Турнире девяти школ? — спросила Саэки, начав тем самым их утренний разговор.

— Были ли соблюдены все формальности при принятии этого решения? — в свою очередь поинтересовался Казама и с тревогой кое-что вспомнил. Небольшой магический талант у Саэки есть, но она не волшебник. Она хорошо известна за включение «магического» фактора в стратегическое планирование и использование его на тактическом уровне, но у неё не должно быть никакого интереса к небоевому магическому турниру.

— Похоже, майор, вы ещё не слышали. Вчера во все магические школы пришло уведомление, — сказала сидящая Саэки и передала документы Казаме, «вольно» стоящему перед ней. Она считала обязательным для себя передать ему документы из настоящей бумаги, чтобы её рукописные заметки не утекли в сеть. Но, казалось, это была больше привычка практичной Саэки.

Кабинет заполнился звуками перелистывания бумаги. Казама, очень быстро достигший последней страницы, поднял голову — в его взгляде читался вопрос.

— Что думаете? — спросила Саэки.

Похоже, до насущного вопроса они ещё не дошли. Реши он подтолкнуть Саэки — ничего бы не добился, так что Казама решил просто следовать за ней.

— Это бескомпромиссный военный режим тренировок.

— …Я сомневалась, что вы это скажете, но я с вами согласна.

Саэки нажала кнопку на краю стола, будто что-то вспомнив. Со стены высунулся складной стул, начал двигаться и остановился у Казамы за спиной. Саэки указала ему сесть. Похоже, это был сигнал, что разговор будет долгим. Казама поклонился, развернул стул и сел перед Саэки.

— Изменения этого года — прямое следствие прошлогоднего инцидента в Йокогаме. JSDF хочет подтвердить эффективную боевую силу волшебников, поэтому они подталкивают развитие способностей в этом направлении.

— Думаю, это любому понятно.

Саэки кивнула, затем продолжила:

— Японская Магическая ассоциация показала лишь видимость сопротивления этому требованию JSDF.

Казама с интересом посмотрел на Саэки.

— Этот старик никак не сопротивлялся? — спросил он.

Саэки чуть улыбнулась:

— Старейшина Кудо не возражал, — ответила она и убрала улыбку, затем быстро сменила тему: — Генштаб требует от нашей бригады помочь Турниру этого года.

— Не приказывает, а требует, — скорее согласился, а не переспросил Казама.

— Да. Нужно учесть, что они потребовали лично от меня, а не от бригады.

— Могу их понять.

Даже Генштаб знает о том, что Саэки критически относится к Десяти главным кланам и о статус-кво подконтрольного им магического сообщества страны. Запросить помощь Турниру девяти школ у командующего бригадного уровня — определенно давление. Давление на Саэки и спонсоров Турнира из японской Магической ассоциации.

— Магическая ассоциация занимала жесткую позицию против JSDF, и, похоже, Генштабу надоело.

— Наконец-то.

На первый взгляд слова Саэки звучали как жалоба. Но Казаме было совершенно ясно, что даже Генштаб наконец начал понимать, что просить помощи у Десяти главных кланов рискованно. Когда Саэки услышала этот правильный ответ, у неё на лице появилось удовлетворенное выражение.

— Я собираюсь ответить на их вызов.

Казама напрягся, ожидая приказа выдвигаться.

— Однако я не посылаю Отдельный магический батальон. На время проведения Турнира твой отряд будет находиться в режиме готовности, — приказала Саэки не выдвигаться, а находиться в режиме готовности.

— Вас понял. Батальон будет ожидать дальнейших приказов. — Застигнутый врасплох Казама ответил заметно медленнее. Тем не менее он повторил приказ вполне по военным нормам.

— Ещё одно, — указав Казаме, который собирался встать и отдать честь, снова сесть, Саэки ещё раз сменила тему разговора: — Старейшина Кудо не только не противостоял изменениям соревнований, но и, казалось, отнёсся к ним очень положительно. — Не то что сменила, вернула назад к реакции Кудо Рэцу на изменения соревнований Турнира девяти школ. — Я слышала, что старейшина Кудо проявил сильный интерес к одному из новых соревнований, к «Кроссу с препятствиями». Он сказал, что раз правила изменились, то все могут присоединиться, а не только выбранные игроки. Даже маршрут был удлинен и расширен согласно его пожеланиям.

— Довольно неожиданно.

«Кросс с препятствиями» настолько трудная тренировка, что даже боевым волшебникам армии пришлось бы попотеть. С удлинением маршрута риски потерять свои силы увеличиваются ещё больше. Казама знал, что на самом деле старик не хочет видеть, как молодые волшебники становятся жертвами военных. Вот почему история Саэки показалась ему ещё более неожиданной.

— На этот раз это походит на предательство Кудо, который всегда агитировал за то, чтобы прекратить обращаться с волшебниками как с оружием. Но учитывая, кто он, всё должно быть не так просто.

— Хотите сказать, за этим что-то стоит? — спросил Казама, поддавшись импульсу…

— Должно стоять, да, майор?

…Но, если чуть подумать, это будет очевидно. Если учесть, почему Кудо борется за то, чтобы волшебников прекратили считать простыми жертвами военных и оружием, то станет ясно, что старик так просто не переменится.

— И последнее, хотя эти новости для вас будут не такими уж и хорошими.

Казама, который углубился в свои мысли, снова насторожился, потому что услышал зловещее предисловие.

— Семья Фудзибаяси заодно с Кудо и, похоже, они что-то планируют на «Кросс с препятствиями».

— Так вот почему мы в режиме готовности.

Помощница Казамы, Фудзибаяси Кёко, была из семьи Фудзибаяси. Он не считал, что ей нельзя доверять, но того, что она их родственница было достаточно для Саэки, чтобы убрать Казаму из этого дела.

— Верно. — И Саэки не скрывала, что его догадка попала прямо в точку. — Разумеется, если будет необходимо, ваш отряд начнет действовать. Присмотрите за Фудзибаяси в том случае, если будете выдвигаться. — Саэки не только не скрывала, но и приказала Казаме следить за Фудзибаяси.

— Есть мэм!

Казама не жаловался. Одно дело доверять людям, и совсем другое — готовиться к неожиданностям.

Покинув кабинет, Казама подумал не о своей помощнице, а о своём временном внештатном подчиненном, особом лейтенанте Оогуро Рууя, другими словами о Тацуе.

Следует ли на него полагаться? Он ведь, скорее всего, присоединится к Турниру девяти школ, который превратился в эксперимент. Саэки не упоминала о мобилизации «особого лейтенанта Оогуро», так что, наверное, пока ему разглашать информацию не стоит. К тому же пока им не приказали выдвигаться, он простой гражданский.

Однако его младшая сестра, без сомнений, будет участвовать в том соревновании. Если опасность будет угрожать сестре, которую он слепо обожает, даже если всё закончится лишь попыткой…

Даже если учитывать, что это наверняка приведет трагедии, нет, к катастрофе, закрывать глаза на это просто безумно. Казама не мог так не подумать.

***

Первой школой овладел Хаос. Когда все подробности изменений в соревнованиях стали доступны на сайте Турнира, в связанных с соревнованиями клубах резко сменилось настроение — от былой надежды до отчаяния.

Однако больше всех пострадал, конечно же, школьный совет.

Прежде всего, им нужно было всё объяснить президентам клубов. Разъяснить, что делать с игроками, которые должны были участвовать на удалённых соревнованиях, таких как «Скоростная стрельба». Отбор игроков всё ещё был на предварительной стадии, самим игрокам ещё даже не сказали, но если ученика выберут, он должен будет отдать предпочтение подготовке к Турниру, а не клубной деятельности. Поэтому нужно было заранее сообщить всё президентам клубов с перспективными игроками. К тому же на этот раз работать над Турниром начали раньше, чем в предыдущие года, а тут такие больше изменения. Азуса уже начинала думать, что худшее ещё впереди.

Выбирать игроков начали с нуля. Они не могли бездумно оставить на оставшихся соревнованиях изначальных участников. Потому что в некоторых случаях игрок больше подходил новым соревнованиям. К тому же ещё нужно было учесть, что по новым правилам вторым соревнованием игрока может быть лишь «Кросс с препятствиями». Ответственность за отбор участников лежала на школьном совете, но они не могли закрывать глаза на мнение клубов. В конце концов, нужно было договориться с каждым клубом относительно клубной деятельности и остальных мелочах.

Также нужно было организовать необходимые для новых соревнований инструменты. Дело было простым, но нужно было прочесть правила каждого нового соревнования, чтобы решить, какое снаряжение нужно для «Гребца и стрелка», «Сбивания щита» и «Кросса с препятствиями», а также что разрешено и что запрещено. Сегодня все члены школьного совета покидали школьные ворота с истощённым лицом. Ни Тацуя, ни Миюки не были исключением.

Какими бы молодыми они ни были, было не так-то просто прийти в норму после такого истощения. Они вернулись домой, поужинали, и когда Миюки стояла на кухне, даже со спины была видна апатия, которая осталась со школы. Но, несмотря на это, Миюки не собиралась передавать эту обязанность Минами. Даже чуточку дать Тацуе расслабиться — ниспосланная свыше привилегия и священный долг. Неприемлемо лениться из-за какой-то там небольшой усталости. Она была более бережной, чем обычно: готовила кофе собственными руками. А усталость даже на одну йоту не уменьшила её улыбку, когда она поставила чашечку перед Тацуей.

— Спасибо, Миюки. — Тацуя встретил взгляд сестры и улыбнулся.

— Умм… пожалуйста.

Миюки уже привыкла к внешнему безразличию Тацуи, одного этого было недостаточно, чтобы заставить её покраснеть. Каким бы чёрствым он ни выглядел, каким бы невозмутимо безжалостным он ни был перед врагом, Миюки понимала, что у брата доброе сердце. Тем не менее когда она неожиданно столкнулась с его добротой, у неё на щеках явно проступил румянец — она не могла скрыть радость.

— Ты сегодня устала. Садись. — Тацуя, как обычно сидевший на диване, похлопал место рядом.

— …Д-да. — Изумленная Миюки тут же счастливо села возле брата. Минами, стоявшая недалеко от пары, дожидаясь указаний, не смогла скрыть тревогу, но, наверное, Миюки забыла о ней, или, может, просто не обращала внимания, она практически прижалась к Тацуе.

Однако даже если Миюки было всё равно, Минами не могла так просто закрыть глаза. Она к этому ещё не настолько привыкла, чтобы стоять и медитировать, как дзэн-буддист. Потеряв удовлетворение от работы горничной, она не могла побороть желание отвернуться, и как раз тогда раздался сигнал о прибытии нового сообщения.

Минами с радостью повернулась к консоли. Она не вывела сообщение на главный экран на стене гостиной, но посмотрела на небольшой экран, прикрепленный к консоли. Когда она повернулась, её лицо заполняло замешательство.

— Тацуя-сама. — Она искренне растерялась, даже забыла добавить «ниисама». — Пришло электронное письмо. Там… не указан отправитель.

Она растерялась не без причины.

— Не указан отправитель? — полным сомнения голосом спросил Тацуя.

Что бы ни было в довоенные дни, формат нынешней системы электронной почты был строго регламентирован. Кто-то с высокими навыками, наверное, смог бы замаскировать настоящего отправителя, но оставить поле адреса отправителя пустым невозможно.

Однако можно сказать и обратное: если у вас есть технические навыки отсылать письма в обход правил сети, тогда скрыть адрес отправителя не так уж и сложно. Этот неизвестный отправитель показал высокий уровень навыков и не желает говорить кто он и откуда… так можно истолковать это письмо.

Если это так, то возможных кандидатов остается не так уж и много. И кое-кого он знал, кто мог так свободно пользоваться сетью…

«Нет, ещё рано гадать. — Тацуя развеял первую догадку. Если письмо было отправлено ею… вероятность того, что письмо она отправила по чьей-то просьбе, не нулевая. Даже больше пятидесяти процентов. Однако остается меньше пятидесяти процентов шанс, что это посланный врагом компьютерный вирус. — Сперва нужно проверить содержимое».

Домашняя беспроводная консоль была настроена так, чтобы не открывать письма, которые потенциально могут содержать вирусы. На экране высветились исходные данные — строки текса. Характерный синтаксис намекнул Тацуе на отправителя.

Тацуя открыл дешифратор и начал читать строки текста. Такой код обычно использовали силы обороны. Бригада 1-0-1 использовала другой код, но он не был уверен, что письмо передано не из Отдельного магического батальона.

В настоящее время, лишь когда специальное аппаратное средство получало сигнал подтверждения, только тогда включались телекоммуникационные технологии (фактически это использовалось для перехвата и Эшелон ІІІ в этом плане был более продвинутым чем Эшелон ІІ). Этот повсеместно используемый код был применен на данных в письме, скорее всего потому, что защита была высшим приоритетом.

Так или иначе, по стилю кода он не мог понять, от друга письмо или от врага. Осталось лишь посмотреть содержимое. Тацуя молча ждал, пока закончится декодирование.

— Это ведь ложь, да?.. — Однако расшифрованные данные заставили его забыть о личности отправителя. Информация была столь ужасна, что Миюки, давшая брату немного места, чтобы не мешать, неосознанно это прошептала.

— Испытания нового оружия… как-то трудно в это поверить, но нельзя просто закрыть глаза, не начав расследование. — В подозрительном письме заявлялось, что изменениями в Турнире девяти школ, которые начали военные, воспользовался клан Кудо, для того чтобы протестировать тайно разработанное новое оружие. Испытательным полигоном назначен «Кросс с препятствиями». — Вероятнее всего, здесь замешаны военные. Однако фактор анонимности вызывает подозрения, и поскольку повсеместно распространилась тактика смешивать легко проверяемую правду с ложью…

Миюки снова приблизилась к погруженному в свои мысли Тацуе. На этот раз не для того, чтобы брат её побаловал, а потому что она за него беспокоилась.

— Онии-сама… что ты думаешь? — обеспокоилась Миюки. Она разозлилась на себя, потому что не могла сделать ничего больше, ей оставалось лишь быть той, с кем он может хотя бы поговорить, не нести всё в одиночку.

Однако это была лишь излишняя тревога.

— Хмм, завтра утром я попытаюсь посоветоваться с Мастером, — свободно ответил Тацуя. Даже если он не передаст Якумо всю задачу, похоже, он был намерен передать ему много работы. Видя, что брат, как всегда, прикидывается «злодеем», Миюки с облегчением расслабила плечи.

— Онии-сама, хочешь ещё кофе?

— Да, спасибо.

— Хорошо. Подожди минутку.

Поскольку он собирался посоветоваться с Якумо, Миюки выкинула это из головы до завтрашнего утра и исчезла на кухню. Потому она и не услышала следующие слова Тацуи.

— Минами, передай это письмо Хаяме.

— Да, Тацуя-сама.

— В самом сложном шифровальном коде.

— Как пожелаете.

***

В мире есть люди как Тацуя, всегда желающие избегать неприятностей. С другой стороны, есть также люди, которые явно хотят вызвать неприятности. По ту сторону океана глаза смотрели пристально, уши слушали внимательно. А некоторые усердно искали семена хаоса.

Мастер Чжоу Гунцзиня был именно таким.

«Гунцзинь, — назвал имя приклоненного Чжоу Гунцзиня бальзамированный человеческий труп. — Японские военные на августовском Турнире девяти школ будут испытывать секретное оружие».

Голос, который использовал труп, чтобы говорить через стену Тихого океана, принадлежал одному из «Семи Мудрецов», Дзиэдо Хэйгу, одному из выживших военных оккультистов Дахана, Гу Цзе.

— Нового оружия? — почтенно спросил Чжоу, хотя в мыслях пробормотал «снова?». Под «снова» он не имел в виду испытывать оружие; только в прошлом году они провалились на Турнире девяти школ, а теперь пытаемся снова? Драгоценные пешки Хэйгу, Безголовый дракон, прошлым летом уже пытались и стали бесполезными.

Он полагал, что слишком рискованно вмешиваться в школьный турнир, если это принесет так мало пользы. Однако мастер, похоже, считает иначе, с небольшим удивлением размышлял Чжоу.

«Они называют его кодовым именем Оружие П. Я не смог это подтвердить, но, без сомнений, это нечто, использующее способности захваченного в андроиде Паразита».

Чжоу был впечатлен. Не информационной сетью Хэйгу, а квалификацией японских военных. Он не специализировался на духах, но научился их использовать, когда изучал оккультизм, и не фей, а злых духов с демонической основой. Тогда он слышал, что поработить дух и держать его в кукле — трудное заклинание.

«Они воспроизводят кукольных воинов Желтых повязок, Япония знает своё дело…»

«Они не мудрецы с гор, но думают, что могут контролировать это, хмм. Вот только использовать учеников старшей школы для испытания — по-настоящему глупо».

Однако мнение Хэйгу было иным. Возможно, он просто не хотел признавать достижения Японии.

— Мы вмешаемся в испытания?

«Приготовь заклинание берсерка. Это нормандское волшебство, но люди под твоим командованием могут использовать древние практики, чтобы внести изменения».

— Вас понял. Я распоряжусь вставить заклинание берсерка в Оружие П. — Чжоу подумал о том, как будет использовать беженцев из Великого Азиатского Альянса, и задал наиболее назойливый вопрос: — А одной угрозы будет достаточно?

«Нельзя, чтобы они вышли сухими из воды, но необязательно убивать. Вполне достаточно ослабить японских военных, понизив их магические способности. Выжить и лишиться возможности использовать магию будет хуже, чем умереть».

Хэйгу считает, что таких страданий достаточно. Довольно злобная… наивная мысль.

— Как прикажете, Мастер Хэйгу.

Хотя Чжоу в голове насмехался над мастером, в реальности же вежливо поклонился.

***

На следующее утро, прежде чем идти в школу, Тацуя и Миюки посетили храм Якумо.

Тацуя был одет в свой обычный спортивный костюм.

Миюки, напротив, надела летнюю спортивную одежду: футболка с коротким рукавом, противоультрафиолетовый крем на руках, противосолнечный козырёк, шорты и прекрасно ей подходившие колготки с частичной ультрафиолетовой защитой. Обутая она была в роликовые коньки. На бедрах была небольшая сумочка, в которую она положила CAD и другие принадлежности.

Они выглядели готовыми к утренней тренировке. Но на самом деле вчера вечером они сказали Якумо приостановить тренировку, потому что хотят кое о чём проконсультироваться. Между тем, как только они прошли главный храм, на Тацую напала кучка учеников храма.

Тацуя не был особо встревожен. Он, наверное, ожидал что-то такое. По сути, он именно поэтому оделся как обычно. Однако его теснили. Сегодняшняя консультация была явно не тем, что можно решить быстро. Как итог, на учеников Якумо Тацуя потратил наименьшее возможное время. Другими словами, он полностью их уничтожил, не сдерживаясь.

Якумо сидел на ведущих внутрь комнат монахов ступеньках и наблюдал. К нему подошел Тацуя, Миюки шла следом.

— Доброе утро, Мастер.

— Доброе утро, Сэнсэй. — Наверное, Миюки уже поняла, о чем думает брат, она изящно поклонилась, не жалуясь на «выходки» Якумо.

— Йо, утречка.

С другой стороны, Якумо, со своими выходками, не показал даже намека на раскаяние. Видимо, он считал, что подталкивать своих учеников — не более чем своего рода приветствие. Ну, это всё уже неважно. В подходящее время он использует это чтобы получить должок, но сейчас Тацуя отложил эту мысль в уголок памяти, и заговорил было о главной теме…

— Поговорим внутри?

Однако Якумо его перебил, или намеренно или по чистой случайности. Тацуя выглядел чуть удрученным, но последовал за Якумо, который поднялся со ступенек и пошел внутрь помещения. После того как за ним прошла Миюки, дверь автоматически закрылась. Поскольку не было следов движения Псионов, дверь, наверное, открывается сама по себе. Возможно, она работает на людской тяге, одним словом: ученик закрыл её снаружи.

Окна тоже все были закрыты. Довольно плотно, как для комнаты монаха. Как только стало темно, у стены зажглись свечи. Донесся резкий запах, видимо свечи содержали ароматическое масло. Ни Тацуя, ни Миюки не удивились тому, что зажглись свечи. Они ясно понимали, что Якумо использовал магию.

Слабого света от трёх подсвечников было не достаточно, чтобы осветить всю комнату, но достаточно для удобства. Тацуя заметил, что пламя свечей оставляет в комнате тени темнее, чем должно было быть. Тогда он осознал, что они нужны не для освещения комнаты, а для того, чтобы наполнить её ароматом ладана.

Он ощутил уменьшение псионового света.

— Кэккай? Заклинание барьера?

Псионовые информационные тела (духи, шикигами, и т. д.), как известно, ненавидят ладан, но не этот конкретный аромат.

— Разговор ведь будет приватным.

Включая клан Йоцуба, Тацуя считал, что нет волшебника или заклинания, способного проникнуть в эти земли, чтобы Якумо об этом не узнал. Однако если владелец думает, что это необходимо, то нужно предложить помощь.

— Миюки, пожалуйста.

— Как пожелаешь. — Миюки тут же догадалась, о чем думает брат; она возвела барьер, полностью изолирующий электромагнитные и звуковые волны.

— Извини, — огорченной улыбкой ответил Якумо. По-видимому, ему вошло в привычку использовать барьер каждый раз, когда намечается приватный разговор. Конечно, учитывая разговор, который они собирались начать, мер предосторожности не бывает слишком много. Тацуя не попросил Миюки отменить магию и сказал:

— Мастер, на этот раз мы приносим вам чрезвычайно беспокойное дело, пожалуйста, простите нас. — Тацуя опустил голову, Миюки соответствующе вежливо поклонилась. Они заранее благодарили Якумо за помощь. Заговорив первым, он нанес упреждающий удар, чтобы Якумо помог наверняка ещё до того, как услышал о деле.

— Кудо определенно предпринял довольно опасные действия. — Затем, как обычно вместо бесполезной болтовни, Якумо резко перешел к сути дела. — Наверное, уже нет смысла говорить, но даже при обычных обстоятельствах «Кросс с препятствиями» — опасное соревнование.

— Как и ожидалось, вы тоже так думаете, Сэнсэй, — согласилась Миюки, голос у неё чуть задрожал. Как грохот магмы под землей, тон скрывал яростное негодование.

На соревнованиях, которые были раньше («Иллюзорные звезды», «Код монолита», «Боевой сёрфинг» и другие) и так из-за несчастных случаев была вероятность потерять магические способности. Однако даже в благоприятных обстоятельствах опасность «Кросса с препятствиями» слишком велика, несравнимо больше, чем у «Иллюзорных звезд» или «Кода монолита».

— Использовать опасное соревнование для испытания нового оружия… сомневаюсь, что эта идея разумна, — весомо заявил Якумо. Даже тот, кто в глазах обычных людей достаточно безумен, чтобы практиковать древнее искусство аскетизма, в повседневной жизни придерживаясь самоограничения, считал эту идею полной чушью.

— Вы знаете обо всём, что клан Кудо планирует на эти испытания? — Тацуя позвонил ему вчера вечером после восьми. Так что он подумал, что даже для Якумо эти новости будут самыми последними. — Например, что новое оружие собой представляет.

— Я лишь знаю, что его кодовое название Оружие П. К сожалению, подробности неизвестны. — Как и ожидалось, Якумо наполовину согласился с сомнениями Тацуи. Очень неохотно.

— …Даже вы не знаете, Сэнсэй? — недоверчиво спросила Миюки. Трудно было поверить, что есть на свете то, о чем Якумо не может узнать… Пока Тацуя не стал его учеником, Якумо не установил происхождение брата и сестры, но тогда она даже не заподозрила об этом — им мешало незнание собственных слабых сторон.

— Я пока не знаю. — Якумо, казалось, не обратил внимания на свою неумышленную иронию. Наверное, он не учитывал, что спросить можно у кого-то другого. — Казама-кун, наверное, знает, но…

— Майор отказывается делиться информацией?

— Не совсем. У него нет права делиться ею со мной.

Тацуя не мог возразить. Он смутился из-за своих опрометчивых слов. Он был прикреплен к военным как особый лейтенант, но это было не более чем для удобства. Он ещё не стал настоящим солдатом, к тому же по военным нормам Казама по рангу был выше Тацуи. А у старшего офицера нет причин разглашать всё младшему.

К тому же Тацуя был ещё и членом Йоцубы. Хотя его и не признавали членом Йоцубы, он, объективно говоря, был воином Йоцубы. А Казама был по сути частью командования бригады 1-0-1, которая потенциально могла стать враждебной по отношению к Десяти главным кланам, так что вполне естественно ему скрывать всё от подчиненного Йоцубы под командованием Десяти главных кланов.

— В любом случае подробности испытаний я не знаю, Кудо держит всё в тайне, так что я не могу создать эффективные контрмеры… — демонстративно пожаловался Якумо. Однако глаза излучали вызов. Он хвастался, что сможет быстро узнать истинную природу Оружия П и всё остальное.

— Значит, сначала нужно провести расследование.

Как бы ни мыслил Якумо, но поскольку, по сути, они ничего не знали, у них не было времени, чтобы тратить его на нерешительность.

— Ты прав, — согласился Якумо, потому что слова Тацуи были почти вопросом. — Вероятно, следует съездить в Нару.

— Бывшая Девятая лаборатория.

— Для нас судьбоносное место.

Тацуя знал о вражде между Девятой лабораторией и теми, у кого среди пользователей древней магии в фамилии была цифра «девять». Наверное, поэтому Якумо был необычайно внимательным… Наблюдая за активной позицией Якумо, Тацуя подумал, что лучше бы тот таким не был.

***

Пятое июля, обеденный перерыв, третий день после уведомления от комитета Турнира девяти школ.

В комнате школьного совета Тацуя смотрел на данные учеников Первой школы.

В такое непростое для школы время… вопреки ожиданиям, ещё один кризис разразился под прикрытием Турнира девяти школ. На выходных Тацуя передал секретные дела в руки Якумо, так что мог сосредоточиться на этом фронте.

Члены школьного совета, включая Тацую, и Председатель группы управления клубами, Хаттори, просматривали документы с итогами практики и другие материалы, чтобы выбрать игроков на Турнир. В этом году они начинали работать, предполагая, что соревнования не изменятся, так что им пришлось использовать все данные практических тестов, чтобы выбрать игроков для новых соревнований.

Кусая бутерброд, Тацуя просматривал данные, распределенные по карточкам. Он одной рукой печатал на клавиатуре, наверное, создавая список кандидатов.

Кстати, бутерброд был одним из тех, которые всем приготовила Пикси. Миюки, Хонока и остальные время от времени отрывались от консоли и культурно ели, но Азуса держала бутерброд во рту, стуча по клавишам, на неё молча упрекающим взглядом смотрела Изуми.

— Думаю, будет достаточно изменить участников «Разрушения ледяных столпов», «Иллюзорных звезд» и «Кода монолита», которые участвовали в двух соревнованиях, как считаешь? — первым заговорил Хаттори.

— Было бы отлично, но «Разрушение ледяных столпов» официального дивизиона разделили на одиночное и парное, — заявил Тацуя.

— Шиба-сан — одиночное девушек, не подойдут ли Тиёда и Китаяма для парного? — выразил мысль Хаттори.

— Что насчёт парней?

— В дивизионе парней почти нет разницы в способностях. Раз двое должны будут работать вместе, нужно решать, основываясь на их совместимости, так ведь?

— Согласен.

— Думаю, представителей на «Гребца и стрелка» следует выбирать из кандидатов на «Скоростную стрельбу» и «Боевой сёрфинг».

— Для пары я тоже так считаю, но одиночное соревнование требует высокий уровень навыков множественного вызова магии. Не думаешь, что это нужно учесть?

— Да. Важнее навыки стрельбы или управления лодкой?

— Полагаю, лодка для «Гребца и стрелка» будет стабильнее доски «Боевого сёрфинга», так что способность стрелять во время движения будет важнее.

— Значит, выбирать будем из клубов Сёрфинга, Биатлона, Охоты, а также…

…В этот обеденный перерыв они сосредоточились на выборе игроков. Почти всё решалось таким разговором между Тацуей и Хаттори.

После школы ноги отнесли Тацую во второй малый спортзал. Он не отлынивал от бумажной работы. Это тоже была часть подготовки к Турниру.

У двух входов малого спортзала были установлены очистительные коврики, которые полностью очищают пыль на обуви, если просто по ним идти, поэтому заходить можно было и в обуви. Однако Тацуя решил снять обувь, потому что дальше пол переходил в деревянный — с этого места начинался вход на «арену».

Невзирая на то, что очень скоро экзамены, от членов клуба кэндо слышался ритмичный шум столкновения шинаев. Поскольку у всех было закрыто лицо, по нему Тацуя не мог никого узнать, поэтому положился на форму тела и осанку.

— Эрика.

— Ухх, Тацуя-кун? Странно, что ты пришел понаблюдать за мной, — чуть удивилась Эрика, когда увидела, как Тацуя прошел у стены и поднял руку, приветствуя её. Как она и сказала, со дня вступления в должность вице-президента Тацуя впервые пришел повидать её на практике клуба кэндо.

Кстати, Эрика не была членом Клуба кэндо. Она вступила в теннисный клуб, тем не менее уже почти что стала призрачным членом: была в списке клуба, но почти никогда не ходила на его мероприятия. Теннисный клуб не был таким уж активным клубом, они уже даже не жаловались, когда кто-то пропускал практику.

Так что Эрика иногда приходила помочь Клубу кэндо. Её попросила Саяка, поэтому она не пыталась уйти.

Тацуя тоже об этом знал. Но не знал, что день «помощи» сегодня. Прежде чем идти во второй спортзал, Он обошел теннисные корты. Словом, потратил время и энергию, но это не была вина Эрики, поэтому он об этом не упомянул.

— Почему ты здесь? — Эрика не подозревала, что Тацуя её старательно ищет. Она спросила, просто чтобы начать разговор.

— Я хочу искренне попросить тебя об услуге, — принял официальную позу и проговорил официальным тоном Тацуя. У Эрики застыло лицо, будто она стала в оборону. Такое обычно называют «выглядит, словно дурочка», но она была так красива, что даже сейчас выглядела хорошо.

— Эмм, что случилось, так внезапно? Тебе нужна помощь, Тацуя-кун… — Эрика не скрывала блеск тревоги в глазах, без сомнений она вспомнила о том, кто он на самом деле.

— Это больше просьба от школьного совета, нежели от меня.

Однако на этот раз Эрика перемудрила.

— Школьного совета? — Когда она это поняла, напряжение с её глаз пропало, вместо него появилось сильное сомнение. Её мучил естественный вопрос: «что им надо от меня?»

Конечно, не было причин это скрывать, Тацуя ответил довольно охотно:

— Это относится к Турниру девяти школ, мы хотим, чтобы ты была спарринг-партнёром на практике «Сбивания щита».

— Хм, интересное соревнование. Но ты уверен, что я подойду? — Эрика понимала, что обладает ограниченными магическими навыками. Вполне понятно, что её не выбрали представителем, так что она сомневалась в собственной полезности в качестве спарринг-партнёра.

— Пожалуйста, нам и вправду нужна твоя помощь.

Однако Тацуя не сомневался. Эрика неосознанно отвела глаза от этого прямого взгляда. Засмущалась.

— …Раз ты так умоляешь, я попробую, — властным тоном заявила она, пытаясь скрыть смущение, но…

— Благодарю, — Тацуя серьезно ответил, не дрогнув до победного конца.

«Он что, смеется надо мной?» — упрекнула его Эрика… но она прекрасно понимала, что это не более чем ложное обвинение.

Эрика переоделась и пошла на первый этаж малого спортзала, как Тацуя ей и сказал.

— Почему ты здесь? — Она неожиданно увидела лицо одноклассника. И первое, что ей пришло в голову — сказать это. Если бы они были наедине или среди друзей, она, наверное, не подумала бы ничего такого. Однако большинство сидевших в комнате людей были старшеклассники, которых она не знала, она не могла его поприветствовать и просто пройти мимо.

«От черт… как всегда не думаю… и что ж делать дальше?»

Не только Эрике это бросилось в глаза, старшеклассники выглядели озадаченными.

— Отстань. Меня тоже позвал Тацуя.

Однако плохую атмосферу развеял Лео. Его что, не волнует атмосфера или он просто её не читает? Не спросив его, не узнаешь.

— Эрика, Лео, — чуть строго заговорил Тацуя: он явно прочёл атмосферу. Пара прикрыла рот, и Тацуя представил Эрику представителям «Сбивания щита».

— Ну, тогда, Шиба-кун, я буду в паре с Сайдзё-куном?

— Ну а я с Тибой-сан?

Первым заговорил представитель одиночного соревнования парней, Саваки. Затем высказала мнение ученица третьего года, которую звали Чикура Томоко, её выбрали представителем одиночного соревнования девушек.

— Хорошо.

«Сбивание щита» придумали для боевой тренировки. Однако было лишь три представителя дивизиона парней и три дивизиона девушек: один человек на одиночное соревнование, и два на парное. Им не хватало одного человека для практики матчей два на два. Потому и выбрали Эрику и Лео.

— Мы надеемся, что вы послужите противниками и для одиночных матчей.

Между тем, они собирались чередовать их с представителями на парные соревнования, чтобы дать возможность одиночным представителям посоревноваться с каждым из троих спарринг-партнеров.

— Ух. У Шибы-куна не было других рекомендаций. Сайдзё-кун, я полагаюсь на тебя!

— …Благодарю.

— Тиба-сан, полегче со мной.

— И ты со мной.

Больше им ничего не объясняли. Эрика выглядела нормально, но Лео, напротив, выдавил неискреннюю улыбку, поскольку его партнером был Саваки, который, по слухам, первоклассно владел боевыми искусствами.

***

Называть клан Кудо эпицентром заговора будет немного перебор. Если посмотреть хронологический порядок, то клан лишь прицепился к заговору военных, в котором те использовали волшебников для военных целей. Однако воспользовавшись предлогом, что Турнир девяти школ — не более чем магический турнир старших школ — уже используется военными для своих целей, клан Кудо навязал испытание секретного оружия тому, что и так уже стало опасным. С таким уровнем грязной работы придется смириться, наверное.

К тому же клан Кудо на самом деле не сделал ничего, за что нужно чувствовать вину. Они прекрасно понимали, что не в том положении, когда могут противостоять Кудо Рэцу и его предложению использовать Турнир девяти школ для испытания нового оружия в полевых условиях. Напротив, у клана было достаточно оснований для того, чтобы сделать всё возможное, чтобы испытание Кукол-паразитов прошло успешно.

Сегодня Рэцу тоже находился в бывшей Девятой лаборатории, до заката командуя подчиненными. Если бы не было назначено встречи, он, наверное, не покинул бы лабораторию до полуночи. Его пригласили на деловую встречу с политиком, бывшим солдатом, у которого было громадное влияние на Турнир девяти школ — когда он ушел в отставку, то был капитаном ниже Рэцу в звании. Рэцу надеялся перетянуть его на свою сторону.

После шести вечера Рэцу пошел в традиционный ресторан Осаки. Примерно в это время Макото, которого Рэцу оставил за главного, принял внутренний звонок от охраны главных ворот. Ему сообщили, что пришел посетитель.

— Посетитель? Я никого не жду. Кто это?

— Он назвался Чжоу Гунцзинь из Китайского квартала Йокогамы. Он желает говорить о своём поручении с вами напрямую, желаете его увидеть, господин?

Он уже слышал о Чжоу Гунцзине из Китайского квартала Йокогамы. Даже если остальные Двадцать восемь семей о нём не слышали, это не то имя, которым может пренебречь владеющий «девяткой» в фамилии, возникшей от бывшей Девятой лаборатории.

— Я скоро буду. Проведите его в приёмную.

Соответствуя словам, Макото тут же поднялся.

Войдя в комнату, он увидел, как с дивана поднялся одетый в традиционный бизнес-костюм Китайского квартала мужчина. И Макото сразу же охватила ревность. Чжоу Гунцзинь выглядел в глазах Макото таким молодым и броским. От него так и лучилось жизненной энергией, которой старый человек просто не мог обладать. Или так думал Макото.

— Добро пожаловать. Меня зовут Кудо Макото, я глава клана Кудо. — Макото подавил кипящие внутри темные эмоции и протянул руку с, можно сказать, сдержанной улыбкой.

— Я — Чжоу Гунцзинь. Называйте меня Чжоу. — Чжоу же вежливо и, по крайней мере внешне, кротко ответил рукопожатием.

— В последнее время это имя пользуется дурной славой. Вы довольно знамениты, Чжоу-сан.

Слова Макото заставили Чжоу в ответ улыбнуться без какого-либо бессмысленного смирения. Чжоу понимал, что его узнают. Прежде всего, он пришел сюда как публичная персона, потому что Макото будет знать, что тот здесь делает, и Чжоу не потратит напрасно время. Вот какие мысли скрывались под улыбкой Чжоу.

— Для меня большая честь, что вы меня знаете. Так случилось, что я попросил о сегодняшней встрече, потому что думал, что в этом вопросе смогу быть полезным для Кудо-сама.

— Вопросе?

— Да, как вы и подумали, Кудо-сама. Я хочу проконсультировать вас о том, как иметь дело с моими соотечественниками, сбежавшими от тирании правительства Великого Азиатского Альянса.

С одной стороны, Чжоу сотрудничал с Японией в лавировании против Великого Азиатского Альянса, он различными способами помогал тем, кто желал полного разрушения Великого Азиатского Альянса. В основном, он своим влиянием помогал беженцам пройти последние стадии получения статуса беженца и спонсировал их путешествие в Японию, однако он также финансово помогал политической деятельности беженцев. И Великий Азиатский Альянс знал о его деятельности посредника беженцев. Информация не была настолько общедоступной, чтоб знали все высокопоставленные члены правительства и военных, но по крайней мере это было открытым секретом среди представителей военных и правительства, лавировавших против Японии.

Великий Азиатский Альянс не занес его в чёрный список, потому что его помощь политическим беженцам была чрезвычайно удобна правительству Альянса. Люди, которые надеялись стать политическими беженцами, были, в общем-то, недовольны правительством. Если они быстро эмигрируют, то неспокойных элементов станет меньше. А недостатка в людских ресурсах у Великого Азиатского Альянса не было, и поскольку иммигранты не могли взять с собой все свои финансы, то национальная казна пополнялась.

Что же касается распространения тревожных политический событий в стране, куда они эмигрировали, то это стало причиной ухудшения дипломатических отношений и послужило даже предлогом для экономического эмбарго.

Однако сейчас для Великого Азиатского Альянса это не было проблемой. Благодаря гражданской войне с Даханом, Альянс захватил восточную часть континента, и к тому времени военная хунта взяла власть под полный контроль. Поскольку мятежники были полностью отчуждены от военной мощи, они не могли эффективно противодействовать правительству. А внешним вмешательством без помощи большой вооруженной группы повстанцев свергнуть правительство было невозможно. Великий Азиатский Альянс не забыл жестокость иностранных армий во имя независимости Дахана, что, по мнению Альянса, было лишь простым предлогом для разжигания мятежа.

Сейчас у Великого Азиатского Альянса не было трудностей в отношениях с другими странами. Их не изолировали политически, сторонники в международных отношениях, в которых они нуждались, у них были, потому что ни одна страна не была им равна в качестве независимой военной силы, хотя экономически независимыми они ещё не были.

Тем не менее в нынешнем состоянии мировых дел, угроза Великого Азиатского Альянса не побуждала к военному сотрудничеству. Четыре великие военные силы: USNA, Новый Советский Союз, Индо-Персийский Союз и сам Великий Азиатский Альянс в военном плане были независимыми. USNA и Индо-Персийский Союз были союзниками, но лишь на первый взгляд. Больше не было сильных альянсов, как до Мировой Войны. Если одна из великих военных сил попытается расширить территорию, то остальные три не будут сидеть сложа руки, но угрозы вмешательства во внутренние дела не было.

Великий Азиатский Альянс экономически был почти независимым, поэтому блокада ничего бы не дала. Их беспокоило энергоснабжение, как и другие страны. Поскольку многие из тех, кто желали иммигрировать, были богаты, пока их не так много, иммиграция — прямой бонус правительству.

Вот почему Чжоу разрешили быть иммиграционным посредником. Конечно, правительство Великого Азиатского Альянса из тени ему помогало.

Между тем, Япония строго контролировала принятие иммигрантов (политических беженцев). И не только Япония, после многократных конфликтов по всему миру конвенции касательно беженцев стали зверски строгими. Однако иммиграция лишь регулировалась, но не была запрещена. Хотя совсем другое дело, если беженцем становился чрезвычайно талантливый человек. Например: способный учёный, знаменитый артист… или могущественный волшебник.

— По правде, на следующей неделе я ожидаю с континента троих оккультистов, но вышла небольшая промашка… я ещё не нашел им место жительства.

— Промашка?

— Это неловкая история. Похоже, им отказали, ссылаясь на возражение иммиграционных агентов, которые их проверяли…

— Понятно. Люди, безусловно, могут отнестись с неприязнью к некоторым видам древней магии.

Макото небрежно предположил, что иммиграционные агенты не любят адептов древней магии. Конечно, он схватил приманку, которой Чжоу махал прямо у него перед носом, Макото это знал и всё равно схватил.

— Поэтому, как они сказали, будет крайне неудобно, если я приму их в своём доме.

— В каком смысле? Хм, нет, можете не говорить.

— Нет, это не то дело, которое я бы не решился раскрыть. Мастера, которые эмигрируют в этот раз, явно сильны… если не ошибаюсь, континентальное правительство не примет их отъезд спокойно. Главным образом, чтобы сохранить лицо.

Макото пронизывающе посмотрел на Чжоу. Так он показал, что заинтересовался вопросом. Нет, скорее он открыто ответил интересом к делам Чжоу. Тем самым указывая Чжоу перейти к главному.

— Думаю, я больше не могу это скрывать. Я хочу попросить вас об одолжении, Кудо-сама.

Чжоу понимал, что означает этот вздох.

— Вы примете у себя этих Даосских мастеров? — Чжоу опустил голову в мольбе.

Как Макото и желал. На мгновение его губы дернулись в удовлетворенной улыбке, но он тут же показал сомнение:

— А это будет мудро? Ведь разные традиционалисты находятся в союзе друг с другом.

Вот почему те, у кого число «девять» в фамилии, не могли игнорировать Чжоу Гунцзиня. Традиционалисты — так называли различных пользователей древней магии, сосредоточенных в Эдо, которые преодолели различия своих сект, чтобы стать союзниками Магической ассоциации. Хотя они и не размахивали титулом «традиционалисты», он стал их гордостью или, может быть, высокомерием.

Традиционалисты пытались защитить индивидуальность древней магии. Можно даже сказать: держались своей идентичности. Само собой разумеется, что на это оказало большое влияние их взаимное противоборство с Девятой лабораторией. Ярость традиционалистов из-за предательства Девятой лаборатории вылилась в неприязнь и стала единой силой, объединившей волшебников древней магии в союз. Естественно, они были враждебны к тем, кто сейчас носит в фамилии число «девять». Особенно к самой передовой семье, клану Кудо.

Поэтому Чжоу полагалось бы представить иммигрантов, волшебников древней магии, какому-нибудь последователю оккультных традиций, которые в Японии уже существовали. Чжоу должен был знать о том, что может увеличить враждебность к его собственным людям, если будет сотрудничать с теми, кто носит в фамилии число «девять».

— Мой величайший долг найти прибежище соотечественникам, которые бегут от тирании. У меня в самом деле есть обязательства перед традиционалистами, которые до этого со мной сотрудничали. Однако они не перевешивают мою первоначальную цель.

— Вы можете называть это прибежищем, но правительство не предоставит гражданство беженцам, если только не будет особых обстоятельств.

— Не имеет значения даже если временно. Для угнетенных тиранией хотя бы временно пожить в мире — бесценно.

Не было похоже, что Чжоу врал, однако выглядело так, будто он собирал сведения о своих соотечественниках. Конечно, полностью Макото ему не верил, но для него не имело значения, даже если бы это было наиграно. По крайней мере, он мог верить, что Чжоу не сговорился с традиционалистами, чтобы обмануть клан Кудо, решил Макото. Этого для него было достаточно, чтобы убедиться, что это не какая-то тактика традиционалистов.

— Хорошо. Убедиться, что волшебники могут жить как люди — основополагающий принцип Десяти главных кланов. Наш естественный долг — подать руку помощи волшебникам, которые отказались от родины, потому что хотят свободы. Но мы не можем вести себя легкомысленно, поэтому, пожалуйста, поймите, почему мы не можем ответить немедленно.

Однако он не мог сразу же согласиться. Он не мог позволить человеку, которого встретил впервые, относиться легкомысленно к главе клана Кудо, хотя, может быть, он слишком много думал.

— Разумеется. Это вполне естественно. — Похоже, Чжоу не возражал против того, чтобы Макото отложил решение. Наверное, потому что Макото высказал доверие его плану. Чжоу достал из кармана небольшой конверт и передал его Макото. — Вот, я подготовил профили Даосских мастеров. Надеюсь, я получу положительный ответ.

— Я возьму информацию, которую вы так заботливо предоставили. Я отвечу к началу недели, — ответил Макото, принимая конверт с картой данных.

— Я признателен. Вы не против, если я приду в понедельник?

Макото достал с кармана терминал в виде записной книжки, окинул взглядом и тут же поднял глаза:

— Если только в четыре вечера.

— Значит, в это время. Спасибо за сегодня, — элегантно поклонился Чжоу, подобающе своей внешности.

Пролистывая данные, которые ему передал Чжоу, Макото вызвал начальника безопасности лаборатории и приказал засекретить визит Чжоу.

— Не говорите даже предыдущему главе. Поняли?

Макото приказал держать визит в абсолютной тайне, что даже попросил не говорить об этом Кудо Рэцу. Начальник безопасности, когда кланялся и уходил, выглядел обеспокоенным. Затем Макото связался с частным торговцем информацией. Тот пришел менее чем через час, Макото запросил дополнительное расследование к тому, которое предоставил Чжоу Гунцзинь.

Закончив с первым документом, Макото откинулся в кресле и глубоко вздохнул.

— Кукольные воины Желтых повязок, хмм… — Время от времени бормотал он, внимательно читая в досье специальность оккультистов.

Там было написано, что трое беженцев работают над восстановлением утраченного Даосского заклинания «Кукольные воины Желтых повязок».

— Слишком удобно.

Будто бы они ждали разработки Кукол-паразитов. Макото понял запрос Чжоу. Какой бы секретной разработка Кукол-паразитов ни была, Чжоу получил информацию. Макото решил.

— Мне интересно, как он достал информацию, но…

Но принципы кукол-марионеток, заклинания превращения их в воинов, золотая магия и прочее… Древняя магия была на один-два шага впереди современной в заклинаниях, управляющих немеханическими куклами на расстоянии. Заклинание, управляющее безвольными марионетками, не нужно Куклам-паразитам, им необходимо то, которое контролирует демона внутри механической куклы, и оно во многом напоминает заклинание древней магии, управляющее Духовными Существами, которых используют в качестве агентов в куклах.

Так что волшебники, исследующие потерянное искусство «Кукольных воинов Желтых повязок», — именно те люди, которые ему абсолютно необходимы для разработки Кукол-паразитов.

— В чём проблема. Если они окажутся змеями, я просто отрежу им головы.

Неважно, враждебные они змеи, или собирающие информацию. С этим последним шепотом в голове, он закончил свой внутренний монолог.

Глава 3

К концу недели Первая старшая школа наконец восстановилась от потрясения. Они уже перевыбрали игроков, чтобы справиться с изменениями, уведомление о которых они получили второго июля. В субботу, седьмого числа, тренировка возобновилась. Квартальные экзамены начнутся во вторник, однако до того дня новые представители хотели хотя бы раз попрактиковаться. Особенно новым соревнованиям: «Гребцу и стрелку» и «Сбиванию щита». Для того чтобы понять, как на соревнованиях лучше действовать, было решено попрактиковаться в тренировочных поединках. Они не могли начать с «Кросса с препятствиями», из-за его масштаба и трудностей с подготовкой поля…

Для практики «Гребца и стрелка» использовался старый водный канал «Боевого сёрфинга», цели позаимствовали у клубов Биатлона и Охоты. Для «Сбивания щита» в спортзале построили по рингу для девушек и парней, практиковаться на них начали сразу после занятий.

Сейчас на ринге девушек — который имел те же размеры, что и ринг парней: двадцать на двадцать метров и один метр в высоту — представительница одиночного соревнования, Чикура Томоко, сошлась в схватке с Эрикой.

Кроме размера, ринг «Сбивания щита» выглядел как ринг для бокса без столбов и веревок. Однако пол был покрыт материалом, который не давал скользить и поглощал колебания. На таком покрытии особо то и не побегаешь, но Эрика свободно металась из стороны в сторону.

— Что за… так быстро!..

Томоко уже некоторое время пыталась вытолкнуть Эрику с ринга магией «Смещенное высвобождение». В нормальных условиях при использовании этой магии воздух сжимают с одной стороны и потом высвобождают поток сильно сжатого воздуха на оппонента.

Однако она не могла уследить за Эрикой, применявшей персональную магию ускорения. Томоко потеряла её из виду, когда та двигалась зигзагом, и в следующее мгновение получила в щит яростный удар. Эрика применила Ямацунами — щитовую версию — и обрушилась на щит Томоко. Когда они столкнулись во второй раз, Томоко улетела за пределы ринга от удара Эрики, поднявшей инерцию щита до предела.

Эрика спрыгнула с ринга и протянула руку Чикуре Томоко, упавшей на спину и утонувшей в разложенных вокруг ринга толстых матах. Хаттори, наблюдавший за ними вместе с Тацуей, вздохнул. Тацуя бросил на него вопросительный взгляд, но тот повернулся к рингу парней. Там Саваки и Лео скрестили мечи — вернее, щиты — с представителями парных соревнований, Кирихарой и Томицукой.

Щит для «Сбивания щита» был сделан из дерева. Площадь щита парней была 0.5м2, а девушек — 0.3м2. Кроме ручки, по правилам должно быть не более двух изогнутых частей. В общем, пока щит не волнист или его оба конца не загнуты назад, он может быть хоть круглым, хоть квадратным или даже в форме звезды.

Тщательно проанализировав возможные атакующие тактики представителей, Первая школа решила использовать щиты в форме веретена. Кирихара направил суженный конец щита в сторону Лео.

В середине ринга Лео упал на колени, чтобы остановить выпад Кирихары. Без сомнения — Лео и вправду был поразительным, но Кирихара, который натолкнулся на полный блок и не потерял баланс, был так же невероятен. Они застыли друг напротив друга, и в этот миг Томицука устремился в атаку на Лео.

Он увернулся от Саваки, и быстро обогнул Кирихару справа. Застрявший Кирихара держал щит одной правой рукой. У Томицуки щит был длиннее, он ухватился за него руками с двух сторон. Он поместил щит впереди справа и, казалось, будто он вот-вот воткнет в Лео копьё.

— Уваа?!

Однако на Томицуку вдруг налетел порыв ветра. Когда Томицука обогнул Кирихару справа, Саваки обогнул Лео слева. Саваки, у которого щит был надет на левую руку, протянул правый кулак к Томицуке.

Саваки мог создавать своими кулаками волны давления воздуха, в этом он был мастер. Магия расширила площадь поверхности, не увеличивая вес, покрыв ему руку густой завесой воздуха; кулаками, ускоренными магией, он мог посылать ветровые удары. По правилам «Сбивания щита» твердыми или жидкими объектами запрещено поражать всё, кроме щита, но там ничего не сказано о газе.

Томицука упал на пол ринга. Он едва не опрокинулся за его пределы. Однако из-за отсутствия в арсенале бесконтактных техник, сейчас нападать Томицуке было попросту нечем. Кирихара был заблокирован щитом Лео, но левой рукой он мог управлять CAD на правой руке.

В итоге они оказались в положении двое против одного, и был лишь один ход, который мог бы его изменить: магией разрушить щит Лео, применив «Звуковой меч» и используя щит в качестве проводника. Кирихара вызвал последовательность магии высокой частоты и ещё одну для того, чтобы не дать разрушиться собственному щиту.

Волны передались щиту Лео там, где касались края…

— Что?! — Кирихара невольно вскрикнул от неожиданности, вполне естественно, потому что его щит наполовину разрушился. Щит разрушился от магии колебания, потому что защищающая его от саморазрушения последовательность магии проиграла укрепляющей магии Лео.

Лео ударил по краю теперь уже стоящего вертикально щита Кирихары. Усиленный магией укрепления, щит Лео разнес вдребезги остаток щита Кирихары.

Хаттори снова вздохнул. Он два-три раза покачал головой и, запинаясь, сказал Тацуе:

— Шиба… может нам стоило взять в команду Тибу и Сайдзё?

На самом деле ранее их выдвигали кандидатами, но именно Тацуя больше всего возражал.

— Если бы не было ограничений на атаки, они были бы сильными кандидатами, но…

— Они не смогут выиграть из-за правил «Сбивания щита»? Ты это сказал, когда мы выбирали, но в поединке это…

— Просто ни Тикура-сэмпай, ни Кирихара-сэмпай не привыкли к сражению в «Сбивании щита». Минами. — Развеяв опасения Хаттори, Тацуя обратился к Минами, наблюдавшей за практикой девушек.

— Да, Тацуя-ниисама?

Минами помчалась было к нему, но Тацуя остановил её жестом руки и сам пошел к рингу девушек. Девушка возле Минами, её партнер в парном соревновании девушек дивизиона новичков, нервно напряглась.

— Эрика, — Тацуя на ходу подозвал Эрику рукой.

— Что? — Эрика, до этого усердно наблюдавшая за боем Лео, тут же вернулась к рингу девушек.

— Эрика, сразись с Минами.

— Имеешь в виду один на один?

— Да.

— Хммм… Хорошо, — осмотрев Минами с головы до пяток, Эрика кивнула в знак согласия и пошла на ринг.

— Минами.

Пока Эрика, явно потерявшая уверенность из-за неожиданного развития событий, поднималась на ринг, Тацуя остановил Минами и что-то ей прошептал.

Видя это, Эрика выдавила усмешку.

— Прошу прощения, что заставила ждать, Тиба-сэмпай. Пожалуйста, начинай, когда будешь готова, — вежливо обратилась Минами, когда поднялась на ринг, и…

— Интересно, какой тактический совет он тебе дал. Кажись, будет весело, — убийственно улыбнулась Эрика.

— Если вы обе готовы. — Поскольку на Турнире девяти школ на арене рефери отсутствует, на ринге «Сбивания щита» не было никого постороннего. Вместо электронного сигнала, Тацуя дунул в свисток.

Эрика атаковала в лоб. Она воздержалась от обманных приёмов не потому, что недооценивала Минами. Ей просто было интересно, что за инструкции Минами получила от Тацуи. Эрика варварски наступала, но Минами спокойно и быстро манипулировала CAD.

Эрика мгновенно остановилась. Потому что влияющая на тело инерция была нейтрализована. Дальше Эрика могла двигаться лишь собственными силами.

Минами создала всеохватывающую стену, в которую Эрика врезалась щитом. Отдачи не было, потому что инерция была подавлена. Однако это относилось и к Минами. Не получившая сокрушительного удара, она перешла к следующему заклинанию.

Тело Эрики чуть поднялось. Не по её воле. Она застряла на чуть наклоненном барьере, который создала Минами. Даже с убранной инерцией гравитация всё ещё действовала, так что балансировать на барьере было можно. Однако ноге не хватало устойчивости, чтобы оттолкнуться и высвободиться.

— Подожди се…

Эрика поспешно попыталась убрать магию нейтрализации, но, к сожалению, с её навыками она не успела. Инерция была уменьшена ранее, но равномерная скорость ещё применялась. Минами начала двигать барьер и в итоге Эрика, как на крыльях, отправилась за пределы ринга.

— Только что… это была «Фаланга» Дзюмондзи-сэмпая?! — прошептал Хаттори полным потрясения голосом.

— Нет. Это было последовательное движение однослойного физического барьера, — быстро опроверг Тацуя. — Принцип тот же, что и у простой магии Движения. В магии Движения процесс один за другим изменяет координаты цели. В этом случае цель изменения координат не физический объект, а координаты развернутого барьера.

— Это правда так просто?.. — Потрясения у Хаттори не убавилось. Даже, скорее, наоборот. Если бы всё было так просто, любой бы смог скопировать принципы атаки «Фаланги».

— Процессы магии Минами и процессы Фаланги сильно различаются по сложности. Ведь при атаке Фаланга беспрерывно создает множество барьеров против физических объектов в постоянном движении между заданными параметрами и является уникальной в своей устойчивости. Минами нет нужды создавать и поддерживать достаточно сильный барьер, чтобы сокрушить врага. — Ответив на вопрос, он покинул Хаттори и пошел к Чикуре Томоко. Там же была упавшая с ринга Эрика и Минами, с извиняющимся выражением на лице сошедшая с ринга.

— Эх~, сплоховала я. Не думала, что меня выкинут так быстро.

— Если движения так очевидны, контратака неизбежна. Сильная сторона Эрики — её скорость, за которой не может уследить глаз. Одним словом, её противнику необходимо использовать что-то, не требующее визуального подтверждения.

— …Хорошо сказано.

Тацуя перевел взгляд от Эрики, выглядевшей покорной, из-за того что слабое место её секретной техники так безжалостно раскрыли, к Томоко.

— Думаю, ты увидела, как справиться с противниками, навязывающими ближний бой.

— …Я не могу так использовать барьер.

— Чикура-сэмпай, твоя специальность ведь обращение векторов?

Глаза Томоко чуть расширились, наверное, она осознала, что Тацуе известна её магическая специализация.

— …Да, это так.

— Обратить вектор противника как раз когда ваши щиты коснуться — прекрасная возможность откинуть его за ринг магией Движения.

Было неприятно, что Тацуя предложил технику, о которой она не знала и даже не догадывалась. На этом Турнире девяти школ у Тацуи было две роли — инженер и тактический советник. Вполне естественно для него было знать сильные и слабые стороны игроков. Может, так говорить немного грубо, но тому была причина — вероятность использовать подобную возможность была довольно высока.

Что бы Томоко ни думала, она в целом поняла совет Тацуи. Казалось, что Эрика что-то хочет сказать, но Тацую отвлек завибрировавший в кармане информационный терминал. Он достал терминал и прочел сообщение. Затем развернулся и сказал Хаттори:

— Похоже, подготовка ледяных столбов завершена. Я хотел бы туда пойти. Я могу оставить всё на тебя?

— Да, конечно. Дальше я сам. — Предвкушая подобные слова, Хаттори быстро согласился.

Просто на всякий случай Тацуя глянул на ринг парней. Возле инженера с третьего года обучения, настраивающего CAD Саваки, Хиракава Чиаки внимательно слушала Томицуку. Наверное, она слушала его впечатления от CAD, который он будет использовать на соревновании. Решив, что здесь проблем нет, Тацуя поклонился Хаттори и Чикуре, попрощался с Эрикой и Минами, затем пошел на место практики «Разрушения ледяных столпов» в тренировочном лесу.

Каждый год к соревнованию «Разрушение ледяных столпов» готовятся у пятидесятиметрового бассейна на открытом воздухе глубоко в тренировочном лесу. Этот бассейн был не для плавания, а для тренировок управления жидкостью. Обычно пустой бассейн сейчас заполнили водой и магией создали ледяные столбы. И наконец можно было начать тренировку. Это была обычная процедура.

Раньше подготовка отнимала много времени. Однако в этом году всё закончили в четыре раза быстрее.

— Ах, Онии-сама. Подготовка завершена.

Поскольку в прошлом году Миюки была новичком, она тактично не вызвалась добровольцем, но на этот раз она участвовала в подготовке и показала, на что способна. Тацуя знал, что в прошлом году Миюки выложилась лишь наполовину, но её способности превзошли даже его ожидания. Фактически, время уходило только на заполнение бассейна водой.

— Спасибо за работу. И впрямь быстро.

— Я ведь не могу заставлять ждать Онии-саму, — подметила Миюки, подобающе своему величественному образу Ямато Надэсико — идеальной женщины. Однако взгляд, которым она смотрела на Тацую, совершенно не вязался с её словами и образом. Глаза её красноречиво говорили: я хотела, чтобы ты вернулся как можно скорее. Её настоящий мотив был ясен любому, кто на неё смотрел. Канон и остальные с отвращением отвернулись.

— Не думала, что она так быстро возведет двадцать четыре столба воды и в одночасье их заморозит, — с сарказмом пожаловалась Канон.

— Тацуя-сан, ты создал эту магию управления жидкостью? — Но Шизуку интересовалась техникой Миюки.

— Применить теорию копирования схожих моделей — моя мысль, но Миюки добилась практического использования.

— Я просто интуитивно использовала магию из последовательности активации, которую Онии-сама уже сконструировал.

Брат и сестра хвалили достижения друг друга. Уже не только Канон, но и Шизуку отвернулась, больше не мешая идиллии этих двоих.

— …Как бы там ни было, раз подготовка закончилась, давайте начнем, — сказал Тацуя. Миюки тут же стала на позицию.

А Канон и Шизуку были немного вялыми, впрочем, в этом не было их вины.

Как уже говорилось, бассейн, который был пятьдесят метров в длину, двадцать метров в ширину и пять метров в глубину, был не для плавания. Поэтому стандарты гигиены были не слишком высоки. Всего лишь поверхность стен и дна была покрыта водоотталкивающей глиной. Но из-за этого тут очень удобно практиковаться в «Разрушении ледяных столпов».

На помосте с одной стороны была Миюки.

На другой стороне стояли Канон и Шизуку.

Это был матч два против одного, но нельзя сказать, что у пары было явное преимущество.

За исключением особых условий, магию невозможно смешать. Если магии Канон и Шизуку не будут сочетаться, они обе просто не смогут активировать магию. Вернее не проявится ни один из эффектов магии. Это одна из трудностей парных соревнований, но в особенности это сказывалось на «Разрушении ледяных столпов».

— Удачи, Шизуку! — подбодрила Хонока. Из-за того что сооружение тренировочной площадки «Иллюзорных звезд» задерживалось, она пришла сюда, ну по крайней мере это послужило предлогом, чтобы быть рядом с Тацуей.

— Миюки-сэмпай, удачи! — Изуми бойко, но немного смущаясь, болела за Миюки. Она участвовала в «Разрушении ледяных столпов» дивизиона новичков, так что хотя у неё, наверное, были некие нехорошие мысли, на самом деле она тут была для того, чтобы наблюдать и учиться у сэмпаев.

— Тогда начали, — объявил Тацуя и огни стали желтыми. Когда они сменились зеленым, бассейн заполнила магия.

Канон, сидевшая на складном стуле, отстраненно хмурилась. Миюки и Шизуку стояли, смотря друг на друга, будто в растерянности спрашивая: «что же с этим делать».

Они тренировались пять раундов, и Миюки каждый раз возводила все ледяные столпы. В общем, как бы чрезмерно Миюки ни использовала силу, она выиграла все пять раундов. Не то что Канон, любой бы стал угрюмым после такого результата.

— Тиёда-сэмпай нападает. Шизуку защищается. Не думаю, что стратегия в корне безнадежна, — без колебаний сказал Тацуя, пытаясь утешить Канон.

— Говоришь, мы проиграли не из-за магии? Так что же мы делали не так?

— Не то чтобы вы делали что-то не так. Просто у вас слишком мало практики в координации друг с другом. Сегодня ведь первый день, так что это совершенно естественно.

— …В каком месте координация была плоха?

— В зонах контроля, Сэмпай, зона Укрепления Шизуку и твоя немного пересекались, — объяснил Тацуя.

Шизуку поклонилась перед Канон:

— Прошу прощения, Сэмпай. Это была моя ошибка.

— Верно. Чтобы противостоять области, на которую влияла магия Миюки, ты расширила укрепление, чтобы окружить всю область, но, как и ожидалось, магия Укрепления должна использоваться не на областях, а на индивидуальных информационных телах. К тому же в «Разрушении ледяных столпов» пока хотя бы один столб стоит, ты не проиграешь, тебе следует подумать об уменьшении числа целей.

— Хорошо.

— Онии-сама, у тебя нет совета для меня? — с улыбкой встряла Миюки, лицо у неё было как у щеночка, ожидающего, пока его погладят.

— Когда ты проиграешь, Миюки, я дам совет. И если проиграешь потому, что не старалась, я буду тебя ругать.

— Ругать… я не проиграю намеренно. Этим я бы оскорбила Сэмпай и Шизуку, — рассердилась и отвела взгляд Миюки, но вокруг глаз она немного покраснела.

Канон смотрела с изумлением. Ей и так было не сладко, потому что техником на практику назначили Тацую, а не Исори. Поэтому ей хотелось отыскать недостатки в работе Тацуи. Однако видя собственными глазами, какую преданность Тацуе показывают Миюки и Шизуку, Канон в сердце криво улыбнулась и сказала себе: «ладно, я смирюсь, до настоящего матча».

***

Седьмое июля, субботняя ночь. Так как дни сейчас были длинными, время можно было назвать ранним вечером. Впрочем, в главном доме клана Саэгуса была тишина.

Старший сын главы дома Коити уже женился и сейчас со своей женой проживал в квартире в центре города. Второй сын всегда оставался на ночь в бывшей Седьмой лаборатории или одном из других исследовательских учреждений, открытых семьей Саэгуса, они практически стали ему домом. Два старших сына были детьми покойной первой жены Коити, они привыкли избегать младших сестер, детей второй жены. Они не были в плохих отношениях, но где-то у них в сердце была, наверное, неприязнь.

Ну а дочки Коити… Маюми, старшая, сегодня снова была на вечере и ещё не вернулась. Этот вечерний бал не был частью деятельности Чисел, а Звездным фестивалем, спонсируемым университетом. Однако она, как обычно, вернется где-то к полуночи. Касуми и Изуми приняли ванну и вернулись в свои комнаты. Они заявили: «сегодня мы устали», — так что, наверное, они уже спят.

Хотя, как и младшие дочки, Коити тоже устал, но отдохнуть он не мог. В кабинете он ожидал гостя, попросившего о встрече.

— Войдите.

Стук в дверь вызвал систему авторизации входной двери. Стучащим в дверь был Накура — доверенное лицо Коити.

— Что хотел сказать Чжоу Гунцзинь?

Накура был краток. Конечно, он не просто экономил усилия на речь, он отвечал бесстрастно.

— Текущий глава клана Кудо пригласил к себе беженцев из Великого Азиатского Альянса.

— Хм… какова настоящая причина его встречи с Кудо?

— Вмешаться в испытание боевых гиноидов, одержимых Паразитом, так называемых «Кукол-паразитов». Испытание пройдет на Турнире девяти школ, он хочет, чтобы они взбесились и поранили участников. Он говорит, что не зайдет слишком далеко и никого не убьет. Думаете, ему следует доверять?

— Метод?

— Техника, которая сделает Паразитов безумными.

— …Внешняя системная магия духовного вмешательства, хм, — пробормотал Коити, казалось, он глубоко заинтересовался. Но почти мгновенно потерял интерес и повернулся на кресле к столу. — Хорошая работа.

В его словах содержалась команда уйти. Однако Накура продолжал стоять.

— Это можно так оставить?

— Не мои заботы, — ответил Коити, спиной к Накуре. — Кукол-паразитов будут испытывать во время соревнования «Кросс с препятствиями». Первый год не является целью.

— Хотите сказать, что не ваши заботы, потому что ваши родные не будут ранены?

— Довольно странно от тебя такое слышать. — В голосе Накуры не было критики, но Коити почувствовал, что должен что-то добавить и повернулся на кресле назад к Накуре. — Должен ли я тратить силы ради детей других кланов?

Накура склонил голову, признавая свою ошибку. Прежде всего, учитывая его связь с событиями, которые к этому привели, было бы лицемерно с его стороны беспокоиться о других семьях.

— Кроме того, первыми в этом случае вмешается радикальная часть военных. Мастер Кудо использует испытание Кукол-паразитов в своих целях, для того чтобы заменить волшебников машинами. Сюда уже добавлены не одна и не две уловки.

Из-за того что Кудо — зачинщик всего этого — был частью группы, к которой Коити был близок, ему были очень хорошо знакомы обстоятельства, приведшие к изменениям в правилах соревнований Турнира девяти школ.

Сначала в армии образовалась радикальная группа — сторонники «жестких мер» по отношению к Великому Азиатскому Альянсу. Они яростно противостояли прошедшим в ноябре прошлого года мирным переговорам с Альянсом.

Они считали, что необходимо воспользоваться преимуществом, которое получила Япония в результате потери Альянсом трети флота, и покончить с давней угрозой. В общем, они хотели начать войну. До Йокогамского инцидента их было не очень много, но потом к ним стабильно начали примыкать сторонники.

Однако военная угроза была эффективно устранена. Возросла оппозиция к радикальной части, которая настолько разрослась, что верховное командование больше не могло закрывать на это глаза.

По большому счету надавить на Магическую ассоциацию решили для того, чтобы утихомирить радикалов. В итоге на Турнире девяти школ будут соревнования с сильным военным уклоном.

Коити мог лишь гадать о том, что случилось после, но Кудо Рэцу не препятствовал событиям, лишь направлял их в нужное русло. Рэцу, под предлогом испытания магического оружия, привлек внимание радикалов, он хочет показать им сцену, где волшебников побеждают Куклы-паразиты. Вместо того чтобы делать оружие из волшебников, он хочет внушить им мысль, что дальнейшая разработка изначально созданных как оружие Кукол-паразитов обеспечит больше военной выгоды.

Но доказательств этому не было. Это была не более чем догадка, полученная из анализа происходящих событий. Однако сколько бы Коити об этом ни думал, было довольно логично, что Кудо Рэцу предпочтет это, а не развитие волшебников в качестве оружия.

— Накура, нет смысла над этим гадать. Даже если Макото-доно попадет в ловушку, сэнсэй всё исправит.

Его отношение наглядно показывало, насколько сильно Коити доверяет бывшему учителю.

***

Восьмое июля, воскресенье. Тацуя посетил третий научно-исследовательский отдел компании FLT, хоть сегодня и был выходной. Или, может быть, лучше сказать, что он посетил лабораторию, потому что в школе сегодня был выходной.

Лишь одно было необычным — Тацуя был один. Из-за того что со вторника начинаются квартальные экзамены, Миюки осталась заниматься дома. Не было смысла тратить усилия на тренировку практических навыков, так что она повторяла теорию.

Как всегда, лаборатория была под завязку забита исследователями, не знающими разницы между буднями и выходными. Они все напряженно работали. Третий отдел сейчас подходил к финальной стадии разработки нового продукта.

CAD с полным мысленным управлением. Полгода назад Розен Магикрафт уже собрал первый в мире CAD с управлением мыслями, но новый продукт FLT его превзойдет.

Разумеется, продукты FLT и Розен основывались на совершенно разных концепциях. CAD Розена включал в себя уникальный механизм, использующий переключатель, активируемый псионовыми волнами, как следствие размер у этого устройства был довольно большой.

CAD с полным управлением мыслями компании FLT, напротив, специализировался исключительно на генерировании последовательности активации для Несистемной магии, оперирующей CAD. Традиционные CAD создают последовательности магии через ввод пальцами, но это устройство релизовано для ввода посредством мысли с использованием Несистемной магии.

Хотя модель FLT требовала установки спаренного программного обеспечения в CAD, компания считала, что если волшебник будет продолжать использовать более привычное устройство, это даст ему преимущество. По крайней мере так думали в Третьем отделе. Спаренное программное обеспечение покрыло восемьдесят процентов рынка CAD за последние пять лет, будь то общего назначения или специализированного. Новым продуктом можно было управлять одними лишь псионовыми волнами, как ожидалось от продукта, он должен триумфально выйти на рынок и создать немалый спрос в качестве дополнительной продукции.

Сегодня как раз проходила последняя стадия тестирования. Если не возникнет никаких трудностей, начнется подготовка к серийному выпуску. К тому времени как Тацуя показался в комнате наблюдения, испытания уже начались.

— Доброе утро. Я немного опоздал?

— Доброе утро, молодой господин! Нет, вы как раз вовремя. Мы не могли терпеть до вашего прибытия, так что начали рано. — Ушияма с извиняющимся видом опустил голову, но у него в глазах была видна улыбка. Он не смеялся над Тацуей. Это была улыбка искусного мастера, сделавшего работу, которой гордится.

— Понятно. Тогда я не возражаю, но… — Его взор упал на настенный монитор, и он улыбнулся такой же улыбкой, как и Ушияма. — Похоже, всё идет гладко.

На большом мониторе отображались текущие показатели двадцати двух тестеров. Они проходили через Восемь основных типов и четыре великие системы магии, каждый раз меняясь CAD.

— Пока всё идёт хорошо! Потеря времени ниже, чем мы предполагали.

Тестеры использовали только базовую магию. Это было обычным делом, когда испытывали новую модель CAD. Однако два пункта отличалось. Первый: CAD переключали, не касаясь его руками. И второй: у тестеров на шее на тонкой цепочке висело устройство в форме медальона.

Круглая форма три сантиметра в диаметре, шесть миллиметров толщиной, с серебряной отделкой. Это был CAD с полным мысленным управлением. На мониторе в виде визуальной активности псионового света отображался статус их CAD в форме медальона, когда они вводили Псионы и создавали последовательность активации. Тацуя посмотрел своей силой на одного из тестеров, чтобы увидеть информационное тело и последовательность активации, создаваемые медальоном у груди: тестер изменил Псионы, чтобы управлять последовательностью магии, псионовые волны сошлись в узкой точке прямо на кнопках браслета на левой руке, и были поглощены.

У кнопок CAD есть электронные переключатели, но также есть и антенна из индуктивного камня для приёма псионовых сигналов. Эта антенна — уже установленный переключатель, не требующий манипуляций — прямо взаимодействовала с Псионами, а не управлялась пальцами. Однако пользователи, не знакомые с манипулированием Псионами, к сожалению, часто запускали неверную последовательность активации, а возможность того, что CAD сам распознает ошибку — ничтожно мала. Этот CAD с полным мысленным управлением разработали для того, чтобы позволить волшебникам, плохо умеющим манипулировать Псионами, точно указать последовательность активации, ну и также для того, чтобы избавиться от прежнего неправильного распознавания.

Для этого Тацуя и его команда через псионовые волны, которые сходились в антенне из индукционного камня, пересылали Несистемную магию. Для того чтобы создать последовательность активации, необходимую для вызова магии, — использовать магию. Конечно, это был не прямой путь, но из-за того что управлять CAD лучше всего простыми структурами, нагрузка на волшебника почти всегда будет достаточно низкой, чтобы ею пренебречь. По сравнению с достоинством правильного указания последовательности активации, окольность метода была несущественной.

— Я тоже протестирую.

— Пожалуйста. Эй, дайте молодому господину тестируемую модель! — окликнул Ушияма.

Тацуя взял у подбежавшего исследователя CAD в форме медальона и пошел в комнату тестирования.

***

Пополудни в тот же день Тацуя взял с собой Миюки в центр города. Или, вернее, это Миюки его взяла.

Испытания новой модели CAD прошли успешно и закончились ещё до обеда. Тацуя уже вернул специальный картридж в хранилище CAD, которое он обычно использует, из хранилища, которое он использовал во время проверочного теста, и не нашел никаких недостатков.

Поэтому время, которое он выделил на устранение ошибок, оказалось свободным.

Удалив надпись «прототип», Тацуя вернулся домой с полностью готовой версией CAD с мысленным управлением в качестве сувенира, но его встретил угрюмый взгляд Миюки. Конечно, она не сердилась на Тацую, она на него почти никогда не сердилась, — она лишь угрюмо и недовольно на него смотрела.

Однако Тацуя не мог это оставить просто так. С того времени как они поступили в старшую школу, Миюки всегда была на втором месте по письменным тестам (по общей оценке, она, без сомнений, занимала первое место). Даже мыслей не возникало, что Миюки не понимает предмет, который учит. Вообще говоря, она была не из тех, кто любит посидеть на одном месте. Ему хватило одного взгляда, чтобы понять, что такой стресс накопился у Миюки не только от учебы.

«Подготовка к Турниру девяти школ стала тягостной?..» — подумал Тацуя и предложил Миюки прогуляться, чтобы сменить настроение.

— Прогулка с Онии-самой? Пойдем! Пожалуйста!

Тацую застало врасплох её рвение. Одним словом, Миюки хотела, чтобы Тацуя пошел с ней. Он посчитал её ответ чересчур эмоциональным: сестренка хочет, чтобы старший брат её побаловал. Тацуя заколебался, потому что знал это, впрочем, он был не против побаловать Миюки.

— А ты, Минами? — спросил Тацуя, частично из-за того, что важно считаться с соседкой по дому.

— Нет, я готовлюсь к тестам и хочу немного убраться.

Так что можете меня исключить, своим вежливым отказом подразумевала Минами. Сознание ей говорило: «разве я не должна выполнять долг Стража и сопровождать их?» — но, в конце концов, чувства: «не хочу увязнуть в этой до тошноты сладкой атмосфере», — взяли верх.

Тацуя предложил прогуляться, но не подумал о том, куда пойти. Так что решение оставалось за Миюки, в итоге они пошли по магазинам в центр города, в район Сибуи.

Миюки питала слабость к хорошей одежде. Косметика пока её мало интересовала, но она любит выбирать одежду, размышлял Тацуя. Настоящие же мотивы Миюки были чуточку иными — она любила, когда Тацуя смотрит на неё в разнообразных нарядах. Во всяком случае, когда он гулял с Миюки, они часто ходили в такие магазины. Поэтому и сегодня они посетили недавно построенный центр моды.

Похоже, что владельцы магазинов каждого этажа вели бизнес сообща. Не было никаких перегородок между смежными продавцами. Вечерние платья выставлялись рядом с дамским бельем, при таком расположении любому случайно зашедшему мужчине стало бы некомфортно.

Тацуя тоже привлек внимание, когда впервые сюда зашел, но поскольку он следовал за Миюки, то не мог развернуться и уйти. Ну а так как он не особо то и смутился, то решил, что довольно странно чувствовать неудобство, проходя через отдел белья и купальников.

Сегодня это ему ещё аукнется.

Миюки выбрала свободное летнее платье в отделе, продающем обычную одежду, и передала его продавцу, надеясь примерить. К сожалению, все примерочные этого отдела были заняты. Миюки и Тацуя могли подождать, пока предыдущие покупатели выйдут, но, видимо, у растроганого красотой Миюки продавца проснулась какая-то странная наклонность, он повел Миюки к открытой примерочной на том же этаже.

В примерочную отдела, продающего купальники.

Как ни в чем не бывало, Тацуя пересек узкий отдел, в котором были выставлены женские купальники. Но, похоже, даже он решил, что странно тут оставаться. Когда Миюки пошла к двери в стене напротив, он сказал, чтобы она его позвала через информационный терминал, если он понадобится, и направился за пределы отдела.

Однако его предусмотрительность не была вознаграждена. В магазине в ряд располагались четыре примерочные, Миюки вошла в последнюю из них, и когда Тацуя направился к коридору, ведущему на главный этаж, то проходил мимо остальных трех, и перед ближайшей к выходу натолкнулся на двух девушек. Он их узнал, они были его кохаями.

— Шиба-сэмпай?! Почему ты здесь! Это женская раздевалка! — Расстроенным голосом требовала ответов Саэгуса Касуми, в своей футболке с нарисованными животными и в джинсах с подвернутыми манжетами она была похожа на парня.

— Это не раздевалка, это примерочная, Касуми-тян… Ах, неужели! Ты с Миюки-сэмпай?! Где она?! — Поправив потрясенную сестру, Саэгуса Изуми вдруг взволнованно приблизилась к Тацуе, она была одета в довольно женственное, но немного неуместное платье без рукавов со множеством кружев и широким вырезом, а длина платья была на десять сантиметров выше колен.

А раз здесь эта пара, то он мог сделать очень грубое, но точное предположение о том, кто находится в примерочной. Охваченный чувством обреченности, Тацуя попытался уйти… К сожалению, не успел.

— Что вы тут шумите… ох.

Виной тому была высокая, но не полная звукоизоляция примерочной. Маюми слышала разговор сестер, но не могла понять, о чём они говорят. Поэтому, чтобы их отругать, открыла дверь.

Он знал — в спину ему смотрят. Если сейчас убежит, все подумают, что он подглядывал. Вместо того чтобы признавать преступление, которого не совершал, Тацуя неохотно встретил охватившую всех неловкость. Он быстро просчитал это в голове и заставил себя спокойно обернуться.

В конце концов, Маюми ведь не выйдет голой, в худшем случае она будет в нижнем белье.

Одежда, в которой потрясенная Маюми до сих пор стояла как вкопанная, покрывала лишь малую часть её тела: сверху область у груди, а снизу бедра и часть между ног — это было белое бикини.

Внушительная грудь контрастировала с её маленьким телом, и между двумя её холмами четко прослеживалась ложбинка.

Бедра были неожиданно пышными, а в сочетании с узкой талией образовывали завораживающие изгибы.

Открытая кожа выглядела гладкой, как мрамор, но каким-то образом источала впечатление мягкости.

— Чт… Тац… э…

— Пожалуйста, успокойся, Саэгуса-сэмпай. — Он протянул обе ладони к начинающей дрожать от страха Маюми, и жестами несколько раз попросил успокоиться. В общем, язык тела соответствовал словам. Удивительно, но призывы Тацуи увенчались успехом. Маюми постепенно попятилась, вернулась назад в примерочную и, с небольшим щелчком, дверь закрылась.

— Кьяаааа!

Изнутри примерочной точно исходил крик Маюми. Тацуя снова захотелось сбежать.

— Я думала, там случилось какое-то происшествие… — искренне удивилась Миюки.

— Я наделала шуму… — Маюми согнулась в поклоне и извинилась.

— Нет, это не твоя вина, сэмпай. Это я должна извиняться. — Они были в кафе, расположенном в центре моды. Тацуя, Миюки, Маюми, Касуми и Изуми окружили стол. — Потому что Онии-сама сопровождал меня в таком месте… Сэмпай, Онии-сама, мне очень жаль.

В этот ресторан всех пригласила Миюки. Она хотела должным образом обсудить с Маюми предыдущую суматоху. С другой стороны, Касуми и Изуми, позвал Тацуя в качестве свидетелей.

— Нет, это не твоя вина, Миюки-сан. Меня ведь… не видели голой. Смутиться от того, что меня увидели в купальнике… немного странно. Извини, Тацуя-кун. Тогда я закричала лишь от удивления.

Потому что она старше или потому что она понимала, что старше, Маюми решительно вела себя как взрослая. Но в то же время, всем, кроме неё одной, было ясно, что она хочет прежде всего убедить в этом себя. Слегка красные щёки, взгляд метается по кафе — любому ясно, даже сейчас она огорчена.

Тацуя ничего не говорил. Если бы отверг слова Миюки, то, к сожалению, выглядел бы так, будто прикрывает её. А извиниться перед Маюми — значит огорчить её ещё больше.

— Нет, думаю, это вполне понятно. — Чтобы ответить, Тацуя собрал все свои силы.

Однако одна из девушек осталась недовольна. Касуми тайно — на самом деле она это не скрывала — возмутилась из-за того, что Тацуя смутил Маюми.

«Он жаждал посмотреть на Онээ-сан в смущенной позе, когда она меньше всего этого ждала!» — негодовала Касуми. У неё осталось достаточно рассудка, чтобы не называть его «чертовым подглядывающим извращенцем!», но как на это ни смотри, рассерженной на Тацую она была достаточно.

К счастью для Тацуи, Изуми, похоже, не разделяла её ярость.

— Миюки-сэмпай, у тебя есть на сегодня планы?

Разум Изуми был полностью заполнен Миюки.

— Я хочу немного посмотреть западную одежду, потом вернусь домой. Тесты ведь уже на следующей неделе.

— Могу я присоединиться?

Из Изуми вылетело всё рациональное мышление, она упрашивала Миюки к ним присоединиться. Она похотливым взглядом невинно смотрела на Миюки. С большим трудом Миюки продолжила улыбаться.

— Хм, если Онии-сама не против, — не согласилась, но и не возразила Миюки.

— Изуми-тян, не хорошо мешать другой семье. — Но Маюми явно её порицала. У Изуми был такой характер, что она быстро всё схватывала. Мягкий выговор старшей сестры быстро вернул её на землю.

— Ты права. Прости мою грубость, Миюки-сэмпай.

Если бы всё на этом закончилось, то Тацуя с Миюки и сестры Саэгуса расстались бы мирно. Однако чувства Касуми были чуточку сильнее, чем у Изуми.

— Верно Изуми. Не хорошо мешать свиданию Шибы-сэмпая и Шибы-сэмпай.

— Свиданию?! — поспешно ответила почему-то Маюми.

— Касуми. Мы не на свидании.

Голос Тацуи был слишком спокойным, чтобы походить на смущенное отрицание. Как всегда, бесстрастный ответ повел Касуми не в ту сторону.

— Меня ничего на свете не убедит, что старшеклассник со старшеклассницей ходят по магазинам вместе и не на свидании.

Маюми робко глянула на лицо Миюки.

Почему-то Миюки всё это слушала с широкой улыбкой.

— Не думаю, что это так, учитывая, что старшеклассник и старшеклассница — брат и сестра.

— Полагаю, родным вообще бессмысленно встречаться!

— Касуми-тян, не груби, — резким голосом вклинилась Изуми. Ей было очевидно, что если не подаст руку помощи, то Касуми пройдёт так называемую «точку невозврата».

Даже сама Касуми понимала, что вот-вот погрузится в бездну зыбучих песков. Но почему-то всякий раз, когда она имела дело с Тацуей, даже пустяк выводил её из себя. Довольно странно для обычно веселой Касуми. Даже она понимала, что это странно. Вот только это понимание проиграло её рту.

— У превосходных волшебников есть долг оставить наследника! Или ты собираешься жениться на своей сестре, Шиба-сэмпай?

— Касуми. — Однако очень громким голосом Тацуя остановил бесчинствующий язык Касуми. — Так же бесполезно проводить выходной со своими сестрами, разве не так?

— Грр! — В мгновение ока у Касуми напряглось и покраснело лицо.

К её сожалению, её взгляд Тацуя встретил холодно.

— Сэмпай, мы пойдем. — И как только нарушил зрительный контакт, поднялся и поклонился Маюми.

— Ах, я должна… — Увидев, как Тацуя взял счет, Маюми резко начала подниматься.

— Нет, раз ты должна была вынести детские выходки своего кохая, это компенсация.

Однако сопротивления почти никакого не было, и Тацуя пошел к стойке. Миюки поднялась, поклонилась Маюми и пошла за Тацуей.

За столом, сёстры Касуми с беспокойством глядели ей в лицо, из которого, казалось, вот-вот польются слезы, и остались с ней.

Когда они покинули кафе, Миюки сделала несколько шагов и обернулась. Разумеется, сёстры Саэгуса за ними не следовали. С облегчением во взгляде, Миюки сказала брату:

— Эм, Онии-сама. Думаю, Касуми не хотела ничего плохого.

На мгновение Тацуя посмотрел на Миюки странным взглядом, но тут же криво улыбнулся и согласился:

— Я тоже так думаю.

Напряжение спало, и Миюки тяжело вздохнула.

— Даже я понимаю, что Касуми не хотела этого говорить. Такой логикой я лишь хотел её остановить, но… я был немного жестоким. — Тацуя пренебрежительно улыбнулся сам себе, но Миюки поняла, что это было не всерьёз.

— …Онии-сама, мне нравится, что ты не слишком добр к другим девушкам.

— …У тебя есть все черты испорченной девушки.

Миюки надула щеки.

Такое детское поведение заставило Тацую мило улыбнуться.

Глава 4

В понедельник Чжоу Гунцзинь в обещанное время посетил Кудо Макото.

Макото его поприветствовал и ответил, что возьмет на себя ответственность и позволит беженцам-оккультистам войти в научно-исследовательскую лабораторию.

Чжоу и Макото обменялись самодовольными улыбками, пожали руки и разошлись.

И не смотря на строгий приказ о неразглашении, Кудо Рэцу узнал о встрече через час после того, как она закончилась.

— …Как вы и слышали. Макото-доно пообещал принять беженцев. И этот Чжоу Гунцзинь не попросил об особой награде и не выставил условия. Вышеупомянутые оккультисты, вероятно, намерены выдавать свои действия за наши, — отчитывался старый джентльмен в костюме. Голова у него была выбрита, как у монаха.

— Неужели? — спокойно кивнул Кудо Рэцу, он был одет в деловой костюм, а его седые волосы были хорошо уложены.

— При таких обстоятельствах можно быть безучастными, сэнсэй?

Старого джентльмена, назвавшего Рэцу «сэнсэем», звали Куки Мамору, раньше он был главой клана Куки. Ему было шестьдесят лет, но учитывая, что Рэцу уже было почти девяносто, он еще не ушел в отставку. Он передал правление кланом старшей дочери, чтобы стать руками Рэцу.

У кланов Девятки было больше единения, нежели у других чисел. По сравнению с отношением в Десяти главных кланах и восемнадцати семьях, они были больше похожи на главный дом и побочные ветви, почти как лорд со своей семьей и его вассалы. Их можно было назвать «традиционной фракцией». Правда о том, как они объединили силы с кланом Кудо против общего врага, уходит далеко в Девятую лабораторию, но клан Кудо стал главным — не Куки, и не Кузуми — из-за харизмы Кудо Рэцу. Хотя в последнее время его влияние упало, — вне зависимости от способности Макото командовать работниками лаборатории, — для поколения предыдущих глав семей Куки и Кузуми, одним словом для Мамору и остальных, Кудо Рэцу по-прежнему был лидером.

— Это не имеет значения. План нужно будет немного подкорректировать, но…

— Как скажете.

— Просто так случилось, что в день Турнира девяти школ, во время испытания Кукол-паразитов, оккультисты из Великого Азиатского Альянса кое-что сделают, и игроки Турнира девяти школ будут тяжело ранены радикалами, манипулирующими общественным мнением из-за кулис. И, подстрекаемые Чжоу Гунцзинем, оккультисты традиционной фракции посетят нашу научно-исследовательскую лабораторию, которая сотрудничает с радикалами.

Рэцу ответил Мамору мягко, но в то же время грубо. Такое решение проблемы вполне подходило, и в целом было слишком удобно.

Однако Мамору план Рэцу не понравился. Он не говорил, что план следует чуть откорректировать, скорее он говорил так, будто план может рухнуть, если всё зайдет слишком далеко. И Мамору, и Рэцу это понимали.

— Следует принять меры, чтобы ученики не стали жертвами…

Под словами «стали жертвами» Мамору имел в виду смерть. Он не придавал значения жертвам, которые получили бы ранения.

— Ничего не предпринимай. У Кукол-паразитов уже установлен ограничитель, не дающим им нападать на гражданских. В текущем тесте мы намеревались испытать их в режиме партизанской войны, но в обычном боевом режиме они не нападут на учеников в гражданской одежде.

Вполне понятно, что они будут ранены, Рэцу не уверял Мамору в обратном.

— А оккультисты не тронут ограничитель?

Естественно, Мамору тревожился, но уверенность Рэцу даже не пошатнулась.

— С самого начала невозможно, чтобы Куклы-паразиты вышли из-под контроля. Паразит связан с гиноидом заклинанием лояльности. А ограничитель — часть заклинания лояльности, у него те же эффекты, как и у древней кельтской магии «Гейс». Оковы лояльности — это условия предоставления Псионов, необходимых Паразиту для работы с гиноидом. Если ограничитель убрать, то Псионы будут выпущены все сразу и Паразит впадет в состояние, похожее на кому. Паразит попросту запечатан в Гиноиде. Основополагающий принцип заклинания лояльности в том, что за нарушение правил придется платить.

— Хотите сказать, что даже если мы обеспокоены уловками Чжоу Гунцзиня, они изначально бесплодны…

— Верно.

Рэцу и Мамору тихо посмеялись.

— Тогда Паразиты не смогут никого покалечить? — спросил Мамору, будто бы сострив в ответ. Однако Рэцу заговорил очень мрачным голосом:

— Куклы-паразиты не воспринимают солдат как союзников. Одним словом, вооруженный человек станет целью. Думаю, приспешникам Казамы-куна суждено стать нашими противниками.

В своих целях Рэцу не ограничился радикалами или традиционной фракцией. Это должно будет положить конец силам, которые ему противостояли. Осознав это, Мамору неосознанно выпрямился.

— Казама правда придет их убрать? Кроме того, Саэки будет молчать?

— Придет. По крайней мере один из его подчиненных точно. — Рэцу что-то вспомнил, но лицо так и не показало эмоций. — Если сын Мии узнает, что целью стал Турнир девяти школ, то он обязательно сделает ход. Даже если будет полагать, что им манипулируют, у него не останется выбора, кроме как вмешаться.

— Мия… доно, Йоцуба? Такой есть под командованием Казамы? — слабым голосом спросил Мамору.

На этот вопрос Рэцу не ответил.

— Если он будет действовать, Казаме-куну придется вмешаться. Или он даст молчаливое согласие. Потому что ни Казама-кун, ни Саэки его не остановят. — Рэцу выпустил небольшой вздох.

***

Прошло две трети июля, и Тацуя наконец мог действовать. В дополнение к квартальным экзаменам, ему нужно было разгрести навалившуюся из-за изменений в Турнире девяти школ работу. Игроки уже набрались опыта в новых соревнованиях: «Гребце и стрелке» и «Сбивании щита». На поединках этой недели игроки у партнеров по практике выигрывали чаще, чем проигрывали. Единственным беспокойством остался «Кросс с препятствиями», но кроме пробежки через тренировочный лес, больше ничего сделать было нельзя. Поскольку никто не знал, какими будут препятствия, было невозможно придумать четких решений.

И так ему удалось выскрести немного времени в ночь на понедельник 21 июля. Тацуя собирался присоединиться к расследованию бывшей Девятой лаборатории, которое планировал Якумо.

Сейчас Тацуя отдыхал в отдельном купе поезда, идущего в Нару. Не в автобусе или Кабинке, ставшей на вагон для дальней поездки; это был традиционный поезд, вмещающий много людей. Такие поезда остались в строю, потому что отдавали предпочтение комфорту перед удобством беспересадочной поездки. Таким образом, поезда остались в виде электрических экспрессов с купейными вагонами первого класса по старым стандартам.

Так почему же Тацуя сделал такой выбор, отправляясь на шпионскую миссию? Всё просто — из-за попутчиков.

Сначала Тацуя и Якумо собирались поехать одни. Вот только в купе сейчас сидело четыре пассажира. Миюки умоляла: «Пожалуйста, возьми меня с собой», — вместе с Минами: «Если едет Миюки-сама, то я должна за ней присматривать», — пока он, наконец, не сдался.

— Поездка намного приятнее, чем я думала, Онии-сама. К тому же ещё и довольно быстрая.

Поехать на поезде было идеей Миюки. Почти всю вибрацию поглощали амортизаторы, а скорость была почти такой же, как у самолёта малой дальности. Однако ей было, прежде всего, любопытно. В эпоху, когда люди стали пользоваться наземным транспортом лишь небольшими группами, необычным было даже ездить на автобусе. Тацуя и Миюки впервые путешествовали в купе поезда, перевозящего большое количество людей одновременно. Хотя Тацуя находил в этом мало нового, Миюки явно радовалась. И, похоже, Минами тоже немного оживилась.

Билеты на поезд заказал Якумо. Он хотел было взять высокоскоростной универсал, который вел бы его бывший ученик. Однако когда узнал, что с ними поедет Миюки, изменил планы. Конечно, до гостиницы придется ехать на машине, но это, прежде всего, из соображений безопасности.

Почти невозможно, чтобы Девятая лаборатория и Числа знали об их передвижении. Вряд ли им бы кто-то помешал, но на всякий случай они решили свести на нет и так крохотную вероятность автомобильной аварии. Вроде произошедшей в прошлом году по пути на Турнир девяти школ.

Ну а списать на аварию нападение на поезд просто невозможно, если только противники не склонны совершить непоправимый террористический акт. Была вероятность того, что среди пассажиров затеряется убийца, но с такой группой помощников справиться с убийцей легче, чем с аварией. Разумеется, они понимали, что вероятность нападения практически равна нулю. В конце концов, возможно ведь, что они отправились в поездку, просто чтобы осчастливить Миюки и Минами.

На станции Нара они вышли из поезда и разделились на две группы. Как и договаривались, Якумо сел в Кабинку и поехал в сторону Киото, намереваясь действовать самостоятельно.

Тацуя и другие, попрощавшись с ним на станции, сразу же пошли проходить регистрацию в гостинице. Они распаковали багаж и быстро переоделись. Тацуя снял дорожный костюм и надел рубашку с длинными рукавами. Она была сделана из современного материала, но всё равно для середины лета наряд был довольно странным. Впрочем, он скрывал два CAD, так что ничего не поделаешь. Он немного успокоился, потому что уже нанес под рубашку охладитель, хоть этого и хватит не надолго.

Когда Тацуя покидал комнату, произошло то, что называется «ожидаемая» ссора.

— …Значит, ты всё равно оставишь меня здесь?

Миюки смотрела на Тацую взглядом, будто бы заявляющим, что он — герой, выступающий в долгое путешествие по свету. Она вежливо сложила руки вместе перед грудью. Сколько бы Тацуя ни баловал сестру, он больше не выдержал и ответил очень резко:

— Это опасно. Я тебя не возьму.

— Я не буду обузой!

— В такой час юные леди не ходят гулять. Миюки, ты распутная молодая женщина?

Сейчас было почти девять вечера. В другой день он ничего б не подумал, если бы она вышла в такой час. Просто это сорвалось у Тацуи с языка, когда он в отчаянии думал, что уже не осталось сил её переубедить, но, неожиданно, это подействовало.

— Х… хорошо. Я послушаюсь приказа Онии-самы, — кивнула и наклонила голову от стыда Миюки, она выглядела, словно только что получила удар.

Когда же она научилась такому актерскому мастерству? Подумал Тацуя, склонив голову.

— Минами. Присмотри за Миюки.

Однако он не мог тратить время. Сегодняшняя ночь была единственной, которую он мог использовать. Попросив Минами присмотреть за Миюки (практически, приказав ей охранять Миюки), он открыл дверь.

— Как пожелаете.

Даже не оборачиваясь, он знал, что Минами вежливо поклонилась. Ей наконец выпала возможность исполнить свой долг. Она не могла скрыть счастье в голосе.

Тацуя покинул гостиницу, прежде чем начала бы болеть голова.

***

Тацуя выехал из гостиницы на арендованном мотоцикле, заказанном заранее в Токио, и поехал в сторону бывшей Девятой лаборатории. Тем не менее внутрь он заехать не мог — не было ни причин, ни предлога. Он остановился на дороге общего пользования перед научно-исследовательским центром в месте между двумя уличными столбами. Он припарковался на обочине там, где света было меньше всего.

Рядом с бывшей Девятой лабораторией — сейчас она называлась «Девятый научно-исследовательский центр разработки магии», но среди волшебников этот центр до сих пор называли бывшей Девятой лабораторией — почему-то было лишь несколько жилых домов. Даже продуктового магазина не было. Спокойное, умиротворённое место.

Так мало людей, что микрофон легко уловит даже самый тихий шепот. Так мало прохожих, что даже один человек привлечет внимание. Тацуя не ожидал таких трудных условий, потому стал ещё осторожнее.

Из боковой сумки, которая находилась у сидения мотоцикла, Тацуя достал информационный терминал. Делая вид, что на карте проверяет, на правильную ли дорогу свернул, на самом деле он Элементальным взглядом заглянул внутрь исследовательского центра. Бывшая Девятая лаборатория заявляла, что сейчас работает над магией восприятия. Настоящее положение дел, скорее всего, было иным, но всё равно это не значит, что магию восприятия они вообще не разрабатывают.

Даже Тацуя не располагал полной информацией обо всей текущей магии. Без боя или иного шума всё равно была возможность того, что его обнаружат какими-то неизвестными средствами, если он использует Элементальный взгляд.

«Но риск меньше, чем при проникновении внутрь», — сказал он себе и посмотрел с высоты птичьего полета на Идею.

В поле зрения сразу попал весь исследовательский центр. Поскольку они выбрали местом эксперимента Турнир девяти школ, Оружие П должно использовать заклинания. А поскольку они, похоже, собираются провести учебный бой против волшебников, возможно, это оружие, излучающее магию или удерживающее магию.

У Тацуи были догадки о двух видах оружия, излучающих магию. Первая — оружие, использующее субстанции вроде Нино Магатамы, сохраняющей последовательности магии. Уже полгода прошло с того времени, как Тацуя начал исследовать Магатаму, но результатов пока не было. Однако бывшая Девятая лаборатория могла в этом преуспеть.

И вторая — Паразит и дроид в человеческой форме, соединенные в боевой робот. Поскольку таким примером была Пикси, вероятность этого была выше.

Что бы это ни было, он искал скопление Псионов. Если обнаружится устройство, которое может хранить последовательности магии, значит, там будет записанная последовательность магии. Если обнаружится боевой робот, тогда внутри будет сгусток Псионов, принадлежащий Паразиту. Возможность какого-то магического оружия он не рассматривал. А если оно будет использовать Антинит… он ведь сам обладал техникой псевдопомех, так что он знал, что не сможет отличить его от обычного CAD. Бесполезно искать то, что невозможно распознать.

Он внимательно осмотрел каждый уголок исследовательского центра. Как и ожидалось, в одном отделе обнаружилась плотная концентрация Псионов. На этом участке он увеличил фокус своей «техники наблюдения».

«Сосуды с Паразитами… гиноиды?»

***

В то же время, когда Тацуя обнаружил Кукол-паразитов.

— …Да? — Из регистратуры позвонили в номер Миюки и Минами. Минами подняла трубку телефона со старомодным дизайном: трубка с динамиком на одном конце и микрофоном на другом. Затем повернулась к Миюки. — Миюки-нээсама. — Дома она беззаботно называла её Миюки-сама. Однако Минами неосознанно решила, что в местах, где их могут услышать другие люди, она будет обращаться так, как ей когда-то сказали. — Гость хочет встретиться с тобой лицом к лицу.

— Лицом к лицу? Со мной? Могу я спросить имя?

— Сейчас.

Минами обменялась несколькими словами с регистратурой и на этот раз, когда она обернулась, выглядела тревожной.

— Куроба Мицугу-сама и Аяко-сама. Они в вестибюле.

Минами заразила Миюки своей тревожностью.

— Сообщи, что я сейчас же спущусь, — распорядилась Миюки и поспешно повернулась к зеркалу.

Миюки спустилась в вестибюль в сопровождении Минами. Там и вправду стояли отец и дочь Куроба.

— Ах, Миюки-тян. Давно не виделись, — обратился Мицугу, углядев Миюки зоркими глазами. Однако Миюки лишь ответила на приветствие и встретилась с ним на полпути.

— Одзи-сама, давно мы с вами говорили.

Связанное любезностями, расстояние между ними сократилось. Миюки глубоко поклонилась.

— Да, но самое главное, что мы оба здоровы, Миюки-тян, — по-семейному улыбнулся Мицугу. Даже в глазах он улыбался. По крайней мере, Миюки со своей наблюдательностью не могла видеть сквозь его исполнение.

— Аяко-тян, три месяца прошло. Спасибо, что в весеннем инциденте одолжила свои разнообразные способности.

Она улыбается так же, как Мицугу? Нет, Миюки в это не верила.

— Всегда пожалуйста. Я рада, что была полезной Тацуе-сану и Миюки-нээсаме.

Поэтому, когда увидела в улыбающихся глазах Аяко свет вызова, Миюки стало чуточку легче.

— Почему мы говорим стоя? Может, присядем и поговорим? Ты там, Сакурай Минами-кун. Пойдем с нами тоже. — Мицугу отдал указания Миюки и Минами, подразумевая согласие. Миюки не была обязана его слушаться, но всё равно покорно последовала за Мицугу.

Мицугу повел их двух (если посчитать дочь, то трёх) не на диван в вестибюле, а в чайную комнату гостиницы. Он привел их в зал, стилизованный под приватную комнату.

— Эта гостиница управляется главной семьей. Хотя не думаю, что Миюки-тян знает, — вдруг упреждающе ударил Мицугу, выдавая конфиденциальную информацию озорным тоном без тени искренности. Миюки продолжила улыбаться, хоть и с трудом.

— Неужели? Это место выбрал Коконоэ-сэнсэй… какое невероятное совпадение?

— Коконоэ Якумо-сан? Тогда это не случайность. Он, должно быть, провел некоторое расследование.

Куроба Мицугу вместе с кланом Куроба опасались имени Коконоэ Якумо. Похоже, ответ Миюки был достоин проходной оценки по стандартам Мицугу. Уголки его губ чуть дернулись.

— Тогда садитесь, садитесь. Ты тоже, Минами-тян. Не стесняйтесь, садитесь. — Первым сев, Мицугу с кресла указал им рукой.

— Хорошо, простите.

Миюки села. Затем Аяко и наконец Минами.

— Уже поздний вечер, мне хотелось бы закончить дела быстро.

— Извини за спешку. Просто нас ждет машина. — Аяко чуть наклонила голову, дополняя слова отца.

— Ах, не беспокойтесь. Если вы уделили мне время перед отъездом, то, должно быть, хотите поговорить о чем-то важном. Да, Одзи-сама? — Демонстративно показав, что поняла неявное сообщение, что они не собираются оставаться тут на ночь, Миюки согласилась с их пожеланиями.

— Точно. В конце концов, мы не планировали оставаться на ночь. — Добавив вступление, в котором не было нужды, Мицугу перешел к делу: — В этом году на Турнире девяти школ будут проводить эксперимент.

— Испытание Оружия П, назначенное на «Кросс с препятствиями»?

— Ты знаешь об Оружии П? — явно удивился Мицугу. Похоже, он не подумал, что Миюки знает кодовое имя оружия. Однако он тут же взял себя в руки и его мысли снова сокрылись за тяжело читаемой улыбкой.

— Нет, только кодовое имя. Онии-сама как раз ушел о нём разузнать.

— Ох…

«Проклятье», — будто бы читалось на лице Мицугу.

— Одзи-сама, что-то произошло?

Она понимала, что это приманка. Однако не знала, какая именно — полезная ей, или нет. Миюки не могла решить. Но если выбор был между «взять приманку» или «не взять», то она выберет «взять».

— На самом деле мы как раз узнали правду об Оружии П.

У Миюки в глазах пробежало волнение. Она ничего не сказала. Не то чтобы она проглотила слова, просто у неё не было слов. Минами, сидевшая рядом, широко открыла глаза и поднесла руку ко рту.

Они не нахмурились на реакцию Миюки, в определенном смысле именно этого они и хотели. Мицугу подал Аяко знак глазами. Та достала из сумочки карту памяти, используемую в мобильных информационных терминалах.

На лице Аяко было немножко ликующее выражение, когда она протянула карточку Миюки.

— Результаты расследования относительно Кукол-паразитов, Оружия П. Возьми, Миюки-онээсама.

— Куклы-паразиты? Это…

— Как ты и подумала, Онээ-сама. Кукла-паразит — это оружие, использующее Паразитов.

Улыбка Аяко была противоположной хмурому взгляду Миюки.

— Как и ожидалось, на этот раз потребовалось много усилий. Ведь мы пошли против одного из Десяти главных кланов. Если информация об оружии, использующем демоническую сущность, просочится наружу, это точно станет целью СМИ. Поэтому они установили очень сильную систему защиты. Думаю, узнать это за одну ночь — невозможно даже для Тацуи-сана.

Расшифровывая хвастливость Аяко, Миюки не могла кое-что пропустить мимо ушей.

— Аяко-тян собрала это…

— Нет, нет. Постаралась не только Аяко.

И на недосказанный вопрос Миюки, Мицугу ответил с частичным отрицанием, подтверждающим причастность Аяко.

— Кроме того, как ты хорошо знаешь, магия Аяко подходит для разведки. Миюки-тян хороша в бою и подавлении врага. Вполне естественно, что у вас разная специализиция.

Мицугу говорил правду. В особенности, когда нужно подавить массу врагов Аяко и в подметки не годилась Миюки. Однако, когда Миюки глядела на карту в своей руке, эта правда её не утешала.

Сейчас Тацуе была нужна сила для разоблачения заговора между военными и кланом Кудо.

Сейчас была полезна для Тацуи не она, а Аяко.

— Прости, что мы тебя позвали. Хотя это и грубо, у нас и вправду мало времени. Нам уже пора уходить.

— Пожалуйста, передай наши хорошие пожелания Тацуе.

Миюки потребовались все силы, чтобы механически ответить паре, которая уже встала со своих мест.

***

В бывшей Девятой лаборатории, в месте с плотной концентрацией Псионов, стояли такие же вещи, как Пикси — гиноиды, одержимые Паразитами. Пока Тацуя глядел на них, удивляясь, почему же это женские модели, он понял, что в них установлено заклинание, которое активируется при условии.

«Это? Похоже на магию психического вмешательства, но… заклинание напоминает Лунный удар, но оно установлено в гиноид. Не вижу, в какую часть механизма оно вставлено. Ясно, эту последовательность магии позже чем-то дополнили, но из этого исходят какие-то враждебные признаки. Луна парализует разум, принудительно ослабляя узы воли, чтобы эмоции вырвались от фантомного удара. Это… магия, которая заставит Паразита прийти в бешенство?»

Намеренно заставить оружие выйти из-под контроля… бессмысленность этого сбила Тацую с толку. Как раз тогда зазвонил информационный терминал. Разум Тацуи вернулся из информационного измерения в физическое, так же известное как этот мир. Звук обозначал, что пришло экстренное письмо. Тацуя быстро его открыл. Поле отправителя было пустым, так же, как в том письме, полученном им дома. В письме была написано: «Быстро уходи оттуда».

Похоже, кто-то знал, где сейчас Тацуя, и у него были причины его предупредить. Как только Тацуя прочел письмо, своим «зрением» увидел, как разворачивается магическая атака. Магия высвобождения «Молния» и магия психического вмешательства «Иллюзия». Он не подозревал о готовящемся ударе. Даже если сумеет выхватить CAD, всё равно не успеет активировать магию.

Оценив положение, Тацуя решительно высвободил Псионы с обеих рук.

Хлопок и Псионы с взрывом разбросало.

Прерывание заклинания (Грамм-снос). Антимагия, давлением Псионов сдувающая последовательности магии. Отчасти из-за того, что он активировал магию не в каком-то одном направлении и отчасти из-за того, что применил больше Псионов, чем обычно, точку удара скрыло. Тацуя практически налетел на мотоцикл и быстро умчался.

Толстый туман Псионов стал магической дымовой завесой, помешавшей погоне из бывшей Девятой лаборатории.

***

На следующее утро они возвращались в Токио. В отличие от предыдущего дня, на лице Миюки было подавленное выражение. Хотя она пыталась казаться такой же, как всегда, улыбка сестры, похоже, бросила тень на глаза Тацуи.

Возвращаться в таком же купе поезда было скучно. Тацуя вернулся в гостиницу ближе к полуночи. Тогда она казалась вполне нормальной. Когда они увидели друг друга этим утром, не было ощущения, что что-то не так.

Однако когда они встретились с Якумо, зашли в поезд и начали садиться в купе — почему-то Миюки не села рядом с Тацуей, как обычно, — на её лице постепенно появились тучи, и сразу же стало понятно, что она заставляет себя улыбаться.

Это лицо явно показывало, что она не только чувствует себя нехорошо. Через каких-то пятнадцать минут они прибудут в Токио, но такую аномалию он не мог оставить на потом, когда они вернутся домой. Разумеется, его интересовало, что же раздобыл Якумо. Но сейчас Тацуя чувствовал, что в первую очередь он должен думать о Миюки.

— Миюки, что-то случилось? Или ты о чем-то беспокоишься…

— Тацуя-ниисама.

— Всё в порядке, Минами-тян.

Минами попыталась удержать Тацую от вопросов, чтобы прикрыть Миюки. Однако Миюки, в свою очередь, ей не позволила, и сунула руку в свою сумочку. Она достала маленькую карту памяти, используемую в мобильных информационных терминалах.

— Это? — Тацуя нахмурил брови и взял карточку.

— Мне это передали прошлой ночью Куроба-одзисама и Аяко-тян в гостинице.

— Они приходили к тебе в гостинице? — Тацуя повернулся к Якумо, хмурясь. Как смогли отец и дочь Куроба узнать, что Миюки там остановилась?

Они ничего не предприняли, чтобы это скрыть, но Йоцуба не всегда наблюдает за Миюки. Если бы она была им для чего-то нужна, они смогли бы быстро установить её местоположение.

— Ах да. Ту гостиницу спонсирует Йоцубы. Это было неразумно?

Взгляд Тацуи был острым, но Якумо, сидевшего рядом, это, похоже, даже не затронуло, когда он признался и раскрыл конфиденциальную информацию. Нет, не признался, ведь он не видел в этом ничего плохого. Да и у Тацуи не было причин для того, чтобы осуждать учителя.

— Внутри данные об Оружии П… данные о Куклах-паразитах и результаты расследования предстоящего эксперимента.

— Куклы-паразиты… это и есть Оружие П? — Повторив слова, которыми Миюки назвала Оружие П, Тацуя связал это с женскими моделями роботов, которые «видел» прошлой ночью.

Кукла-паразит — «Кукла» + «Паразит». Он не думал, что название такое уж прямое, но его было просто понять. Гиноиды из бывшей Девятой лаборатории явно были куклами с Паразитами внутри.

— Аяко-тян сказала, что да.

Не Мицугу, а Аяко. Наконец Тацуя понял причину подавленности Миюки. Аяко с самого детства чувствовала странное соперничество с Миюки, это было очевидно любому, кто их видел. Однако Тацуя знал, что Миюки тоже тайно считает Аяко соперницей. Их специализации совершенно отличалась, но Миюки всё ещё была ребенком и не хотела это осознавать.

Тацуя, не доставая карточку с коробки, положил её в карман. Его интересовало содержимое, но они как раз подъезжали к Токио и как знать, кто может за ними наблюдать или подслушивать… такой была отговорка, на самом же деле он не хотел делать ничего, что могло бы выглядеть, будто он хвалит Аяко.

Но, всё же, информация стоила похвалы.

— Тацуя-кун, ты не покажешь, что внутри? — Якумо почти свел на нет свою осторожность.

— Мастер, мы уже почти у станции. — Если будет отказываться слишком рьяно, это заметит Миюки, так что Тацуя уделил внимание тону, делая косвенный отказ.

— А по-моему, времени ещё достаточно.

— Мы быстро приближаемся.

— Всё в порядке, Онии-сама. — Казалось, что Тацуя будет отказываться до самого конца. Однако Миюки наклонилась к брату. Глядя вниз, она покачала головой.

Возражение осталось у Тацуи на языке, но он молча склонил голову и согласился с Миюки. В конце концов, сестра поняла, что он делает, так что дальнейшее сопротивление будет не ради Миюки, а ради него самого.

— Мастер, у вас есть терминал?

— Вот.

Тацуя достал кабель, чтобы соединить терминалы напрямую. Это была поездка на одну ночь, так что он взял лишь небольшой портативный терминал. Якумо и он прижались плечами, посмотрев в маленький экран. В тот миг, когда он об этом подумал, то понял, что это не такое уж приятное положение.

Якумо убедился, что шнур соединен с его терминалом и Тацуя переслал данные с карточки. Несмотря на то, что там было лишь текстовое содержимое и диаграммы, он просматривал его на большой скорости, как всегда. Якумо легко придерживался такой же скорости.

Обычно, чтение такого количества данных занимает пятнадцать-двадцать минут, но они управились за три минуты. Взгляд Якумо стал немного самодовольным.

— Поездка оказалась плодотворной.

Возможно, это была его любезность. Будь Миюки в нормальном состоянии, она, наверное, показала бы злую улыбку. Может быть, он ожидал некой обратной связи, потому что, прежде чем Тацуя успел что-то спросить, Якумо передал данные из собственного терминала.

Через кабель перешли обычные досье. К ним было прикреплено три фотографии. Все имена и лица были китайскими.

— Это… персональные данные беженцев-оккультистов из Великого Азиатского Альянса?

— Оккультистов, проникших сюда с континента на прошлой неделе, — Кивнул Якумо в знак согласия с сомнением Тацуи относительно дополнительной информации о дате и времени. Тацуя сразу понял причину.

— Думаю, слишком хорошее совпадение.

В досье была также записана магия, в которой специализируются оккультисты. Дерево и камень, китайская магия, управляющая металлическими куклами. Магия психического вмешательства, временно дающая куклам волю, которая работает через изолированное информационное тело. В досье особое внимание уделялось технике, берущей под контроль изолированные информационные тела, которые находятся под управлением других волшебников. Было написано, что это искусная техника, приводившая в ярость изолированное информационное тело, как только оно выйдет из-под контроля волшебника. Все выделенные техники были такой же магией, которую Тацуя обнаружил на Кукле-паразите — похожей на Пикси робота в бывшей Девятой лаборатории.

— Видно, это не случайность. Были вызваны люди, которых они могут использовать в текущем эксперименте.

— Использовать? Если клана Кудо этого не замышлял… нет, хмм, — спросил Тацуя и сразу понял ответ. Как он и подумал прошлой ночью. Бессмысленно заставлять собственное оружие впадать в состояние берсерка. Обычно этого хотят лишь враги.

— Этот инцидент не так прост. Хотя если это осознать, то замысел окажется простым.

«И вправду, как и сказал Якумо», — подумал Тацуя. Слишком сложные приготовления были закручены вокруг простой хитрости, и на каждом этапе осуществления ожидания всё увеличивались. В конце, когда всё будет сделано, невозможно будет сказать, для чего же на самом деле предназначался эксперимент…

На панели купе высветилось сообщение «прибытие на станцию». Объявления они не слышали.

— Минами, спасибо за усилия.

У них оставалось мало времени, и лишь в этом месте нашлась свободная минутка. Подумав об этом, Тацуя поблагодарил Минами.

Минами кивнула и резко выключила свою силу. Тут же их ушей достигло повторное объявление. Псионовый щит и звуконепроницаемый барьер, который возвела Минами, исчез.

Взгляд Минами снова упал на Тацую, и она поклонилась, не вставая.

Глава 5

В этом году церемония открытия Турнира девяти школ проводилась второго числа, соревнования начнутся пятого, а закончатся пятнадцатого. Это значит, что соревнования продлятся одиннадцать дней, на один больше, чем в прошлом году.

Дней стало больше, но место осталось тем же. Команда Первой школы выехала, как обычно, в день церемонии открытия в восемь утра, большой автобус и инженерный фургон выехали к гостинице, расположенной рядом с местом проведения.

Группа состояла из двенадцати парней и двенадцати девушек официального дивизиона, девяти парней и девяти девушек дивизиона новичков, восьми техников и четырех стратегов, в общей сложности пятьдесят четыре человека. На два больше, чем в прошлом году. Это было из-за изменений в правилах Турнира. Однако даже с возросшим числом в большом автобусе оставались свободные места. В прошлом году вся команда техников ехала в грузовике, но на этот раз четыре было в фургоне и четыре в автобусе. Двое из тех, что в автобусе были Тацуей и Исори. Поскольку в дополнение к работе техников они служили стратегами, их следовало включить в автобус как часть оперативного штаба, хотя легко можно было догадаться, кто больше всего настаивал на включении этих двоих.

В этом году к команде техников добавилось двое новичков. Один парень и одна девушка. Сумису Кэнто, парень, с восторгом смотрел на Тацую, тогда как девушка пускала на него холодные взгляды.

— Почему этот тип взял на Турнир робота-горничную? — съязвила Касуми, уставившись на Пикси, которая расположилась в инженерном фургоне.

— Касуми-тян, это грубо называть Шибу-сэмпая «этим типом». И это не робот-горничная. Это Гуманоидный помощник по дому, — Изуми беспокойно отругала сестру. Казалось, что Касуми стала относиться к Тацуе лучше, но с того происшествия перед тестами, позиция Касуми ожесточилась.

Даже Изуми не знала, почему Касуми так невзлюбила Тацую. В конце концов, в том происшествии была наполовину виновата и Касуми. Хотя Изуми казалось, что тогда Тацуя ответил немного резковато, причина их плохих отношений была не в этом. Вот почему Изуми ничего не говорила о самом ворчании Касуми.

Она просто не хотела, чтобы это услышала Миюки, которая глубоко уважала Тацую, она не списала бы такие слова просто на шутку. В общем, мотивировало Изуми эгоистическое желание не оставлять плохого впечатления перед дорогой сэмпай.

— Робот-горничная или 3H или что там ещё. Это всё одно и то же. — К счастью, Касуми не подозревала о темных мыслях младшей сестры. Она не была глупышкой, просто она столь сильно зациклилась на Тацуе. — Если ему так нужен интерфейс HAR, не нужно, чтобы он выглядел как красивая маленькая девочка.

— Внешность 3H установлена на двадцатипятилетнюю женщину. Называть её маленькой…

— П-проблема не в этом! Я говорю, что нет нужды делать это такой красивой! Основные пользователи HAR — девушки, было бы достаточно сделать это похожим на старушку!

Изуми была не согласна с Касуми в том, что эстетика неважна, но поскольку подумала, что на этот раз в словах Касуми есть доля истины, не спорила… впрочем, что бы она ни сказала, это всё равно не пробилось бы сквозь вспыльчивость Касуми.

— В конце концов, 3H сделали такими прекрасными, чтобы угодить извращенцам, думающим «я хочу, чтобы обо мне заботилась красивая девушка!». Взять что-то такое на Турнир девяти школ…

— Касуми.

Касуми так поглотилась в свою болтовню, что даже не заметила, как сзади подошла сэмпай. Вздрогнув, она робко обернулась.

— О чём ты так волнуешься?

На неё смотрели пытливым взглядом.

— Н-ни о чём.

— О? Ладно, нам уже пора выезжать.

Касуми вздохнула с облегчением: видно, ту её речь не подслушали. Оглядевшись, она увидела, что почти все сэмпаи и такие же новички, как она, уже вошли в автобус.

— Прошу прощения, Китаяма-сэмпай!

— Мы причинили беспокойство.

Похоже, с Изуми и своей соратницей из дисциплинарного комитета она заговорила просто по случайности, когда те стояли в проходе. С благодарным взглядом, близнецы пробрались в заднюю половину автобуса.

***

В этом году в автобусе не было ни недовольных, ни происшествий. Делегация Первой школы благополучно прибыла в гостиницу. Даже маленьких трудностей не случилось, всё шло по плану, и теперь приближалась церемония открытия.

Тацуя уже пришел на место проведения. В отличие от прошлого года он был в собственной форме. Глядя на шестерню с восемью зубьями, украшающую его форму, Миюки счастливо улыбнулась.

— Миюки, почему ты улыбаешься? — спросил Тацуя, вдруг увидев сестру в таком радостном настроении. Он мог быстро понять, улыбается Миюки искренне или наигранно.

— Форма Магитеха на тебе прекрасно смотрится, Онии-сама. Я счастлива.

— Что, опять. Ты уже четыре месяца на неё смотришь.

Тацуя выглядел слегка озадаченным. За Миюки была Минами, она холодно на него смотрела, будто говоря: «что же она сказала», — но в этом месте она была меньшинством.

— Я тоже думаю, что она тебе идет, Тацуя-сан!

— И я.

Восторженно (соревнуясь?), Хонока тоже согласилась, затем присоединилась и Шизуку.

— Ага. Полагаю, это потому что в прошлом году форма была позаимствована. В прошлом году в этом чувствовалось что-то неправильное, — добавила Субару.

Эйми кивнула в знак согласия. Похоже, все участницы второго года были единодушны с Миюки.

В официальном дивизионе участвовали не только второгодки, но и третьегодки. Взяв штурмом прошлогодний дивизион новичков, это были пять текущих представительниц второго года из двенадцати официального дивизиона.

Миюки будет участвовать в одиночном «Разрушении ледяных столбов», Шизуку и Канон в парном, Хонока и Субару в «Иллюзорных звездах», и Эйми будет частью парного «Гребца и стрелка». Тацую окружили эти пять плюс Минами из первого года. Хотя Тацуя это отрицал бы, с точки зрения постороннего выглядело так, будто у него гарем. Более того, его одногодок, Томицуку и Морисаки, а также Микихико, которых выбрали на «Код монолита», поймал их сэмпай Саваки и увел к третьегодкам.

Тацуя не был особо плох с девушками. В сущности, они его вообще не беспокоили. Но, как и ожидалось, быть одиноким парнем в группе из шести потрясающих девушек было волнительно даже для него. На предыдущей церемонии открытия Субару и Эйми держали дистанцию и не подходили, так что это изменилось. Однако из предыдущего замечания Субару стало ясно, что они обращали на него внимание даже тогда.

Чтобы слишком часто не смотреть на дам, Тацуя осмотрелся и заметил «знакомого», которого тоже окружали девушки. Похоже, он тоже увидел Тацую. Наверное, заметил взгляд. С хвостом из девушек в одинаковой форме Третьей школы, Итидзё Масаки пошел к Тацуе.

Тацуя тоже пошел вперед, будто чтобы его поприветствовать. Хонока и Эйми, разумеется, расступились. Тацуя и Масаки встретились, сопровождаемые девушками. Однако Масаки был не единственным парнем — рядом стоял Китидзёдзи Шинкуро.

— …Давно не виделись, Шиба-сан. — Однако Масаки сперва заговорил с Миюки.

— Да. Давно не виделись, Итидзё-кун.

Масаки со значительным усилием напряженно улыбнулся, тогда как Миюки ответила потрясающей фальшивой улыбкой; все неловко переглянулись. В такой подавленной атмосфере заговорил Китидзёдзи:

— Рад, что с Йокогамы ты не изменился, Шиба Тацуя-кун.

— Рад видеть, что ты хорошо поживаешь, Китидзёдзи. — Хотя его слова казались резковатыми, Тацуя ответил дружеским выражением на лице, затем перевел взгляд на стоявшего рядом парня. — Тебя тоже, Итидзё. Ты выделился в Йокогаме. Поистине Багровый Принц.

— …Пожалуйста, не говори так, — тонко нахмурился Масаки, когда Тацуя проговорил его прозвище совершенно серьезным голосом.

— Тебе не нравится? Я не высмеиваю тебя или что-то такое.

— Я не люблю хвастаться на показ. Просто Итидзё, ладно?

— Хорошо.

Обыденно — или, скорее, невинно — Тацуя кивнул. Масаки, похоже, удивился. Но что же он нашел таким удивительным — не сказал.

— Кстати, Шиба… не против, если я буду так тебя называть?

— Без проблем.

Девушки из Первой и Третьей школ уже начали перемешиваться. В части девушек Третьей школы была некоторая настороженность (очевидно к кому), но гармоничная болтовня взяла верх. На таком фоне из девчачьих голосов, Масаки понизил голос и заговорил к Тацуе:

— Не думаешь, что в этом году Турнир какой-то странный?

Хотя это была явно резкая смена разговора, лицо у Масаки было серьезным. Как и у Китидзёдзи.

— Странный? Я знаю лишь о прошлогоднем, так что не могу сказать.

Слова Тацуи были лишь половиной истории. Вообще-то он предполагал, к чему клонит Масаки. Однако не был уверен. Поэтому решил, что сперва нужно услышать Масаки более ясно.

— Я могу понять смену игр.

— У комитета Турнира есть такие полномочия.

Похоже, Китидзёдзи не хотел просто поздороваться и отстраниться, он тоже присоединился к разговору.

— Так же очевидна склонность к военным соревнованиям, но учитывая последние годы, это разумно.

— Однако последнее соревнование, «Кросс с препятствиями», заметно выделяется.

— Верно. Это заходит слишком далеко, оно совершенно иного характера.

— Изначально оно было частью военной подготовки для лесных боев, забавно называть это соревнованием. Хотя разглашено очень мало информации, и у меня есть лишь наброски… четырехкилометровую область даже активные войска редко используют, это больше подходит для крупных учений.

— Делать из этого соревнование для старшеклассников, и, ко всему прочему, ставить на последний день, когда все устанут… слишком рисковано.

— Более того, будут участвовать все второгодки и третьегодки. Участие не принудительно, но поскольку ограничено время, вряд ли кто-то останется сидеть в сторонке.

— И не только. Как бы получше выразиться… Турнир девяти школ — это своего рода шоу. Нельзя отрицать, что именно с этой стороны общество смотрит на волшебников.

— Но даже из маленькой части «Кросса с препятствиями» нельзя сделать шоу. Даже в лесной местности на «Коде монолита» есть возможность у монолитов наблюдать за нападением и защитой. То же самое нельзя сказать для «Кросса с препятствиями».

— Если не ради зрителей или телевещания, то остается лишь заключить, что есть какая-то другая причина.

— Разрешить и провести такое соревнование… Похоже, этот Турнир девяти школ не только для нас, учеников, здесь снова замешана чужая воля.

Слушая Масаки и Китидзёдзи, Тацуя был впечатлен. Его подтолкнуло к расследованию сообщение от неизвестного. Но эти двое своим познанием обнаружили факторы того, что кто-то тайно вмешался.

— Это результаты расследования семьи Итидзё?

— Э? Нет, это немного… думаешь, это необходимо?

— Если тревожишься и есть средства для расследования, лучше его провести. Ну, если нет ресурсов на такое дело, тогда уж ничего не поделаешь, — ответил Тацуя. Он не собирался никого провоцировать, но такая уж у него была манера речи.

— Конечно, у нас есть ресурсы! Я хочу сказать: необходимо ли заходить так далеко!

— Фраза «кое-что лучше оставить неизвестным» — ложь. Как много неприятностей возникало из-за нехватки информации, я никогда не слышал о случае, когда избыток информации мешал. А ты, Итидзё?

— Нет, но по сравнению с тем, это…

— До последнего дня Турнира, до «Кросса с препятствиями», осталось двенадцать дней. Не скажу, что это много, но я также не могу сказать, что мы должны сдаваться, потому что с этим ничего нельзя поделать.

— Масаки, думаю, в этом Шиба-кун прав, — умиротворенно заговорил Китидзёдзи к поджавшему губы Масаки.

— Мы сейчас заняты, но, думаю, Гоки-сан сможет что-то обнаружить.

Гоки — так звали главу семьи Итидзё, отца Масаки. Своими словами Китидзёдзи поддерживал Тацую.

— …Понял. Я объясню всё семье, — ответил Масаки, но не Китидзёдзи, а Тацуе.

Пока Тацуя, Масаки и Китидзёдзи вели супер серьезный разговор, несколько неподходящий для вечера, девушки из Первой и Третьей школы наслаждались своей беседой и им не мешали. Тогда одну из них и окликнул ученик из Четвертой школы.

— Шизуку-сан.

— Харуми-ниисан?

Хонока тоже знала того юношу, Нарусэ Харуми, и обменялась с ним кивком.

Когда Шизуку обратилась к нему «ниисан», Миюки вспомнила, что в Четвертую школу ходит двоюродный брат Шизуку. Вспомнив это, она смогла в притворном неведении отвести внимание от следовавших за ним двух первогодок.

Ненадолго отойдя, обменявшись словами с братом и несколько раз кивнув, Шизуку вернулась к Миюки.

— Миюки, у меня есть просьба.

Вид у Шизуку был немного извиняющийся.

— Что такое?

— Мой двоюродный брат хочет представить своих кохаев Тацуе-сану.

— Онии-саме? — Нацепив на лицо вопросительное выражение, Миюки подумала: «так вот почему они пришли».

— Да. Мой брат из Четвертой школы, но его кохаи слышали о Тацуе-сане и хотят с ним встретиться.

У каждой школы магии была своя направленность. Первая и Вторая школы учили по международным стандартам. Третья чтила военные традиции, изучая боевую магию. Четвертая школа, напротив, склонялась к магическому ремеслу и инженерии, которые можно практиковать в лабораториях.

— Если Онии-сама не против. Но не думаю, что он будет возражать, — сказала Миюки и пошла к Тацуе. И как раз разговор с Масаки и Китидзёдзи заканчивался. — Онии-сама, ты не занят? Кохаи из Четвертой школы хотели с тобой встретиться.

— Со мной? Хм, хорошо.

Масаки и Китидзёдзи кивнули, убежденные по другой причине, нежели понял Тацуя. Настолько хорошо сочетались достижения Тацуи и Четвертая школа.

— Итидзё-сан, Китидзёдзи-сан, ничего, что мы позаимствуем Онии-саму ненадолго?

— В-всё в порядке. Мы как раз закончили, — ответил Масаки, снова растерявшись, потому что она обратилась к нему.

Миюки изящно улыбнулась, поклонилась и повела Тацую к ожидавшей их Шизуку.

— Ещё увидимся, Итидзё, — попрощался Тацуя.

Ответа не последовало. Масаки всем сознанием сосредоточился на улыбке Миюки.

— Меня зовут Куроба Фумия. Рад встрече, Шиба-сэмпай.

— Приятно познакомиться, я — Куроба Аяко. Мы близнецы, Фумия младший.

После того как их представил двоюродный брат Шизуку, Фумия и Аяко поприветствовали Тацую впервые.

Они не вели себя странно.

— Рад познакомиться, я — Шиба Тацуя.

Как и Тацуя.

— Однако я из Первой школы. Не ваш сэмпай.

— Даже если школа другая, Шиба-сан наш сэмпай в магии.

— Хотя мы из Четвертой школы, наши инженерные способности не очень хороши, можно попросить тебя дать нам пару советов? Меня и брата очень впечатлили твои навыки, Шиба-сэмпай.

Конечно, всё это было для того, чтобы Аяко и Фумия проще связывались с Тацуей. Вот почему Миюки ничего не делала, что могло разрушить игру их двоих, и поскольку у них не было уверенности, чтобы притворяться другими людьми, они пришли самими собой.

— Во время Турнира девяти школ это будет невозможно, но если будут другие возможности, я не против.

— Правда?!

— Спасибо огромное.

Вполне естественно для них двоих, в особенности для парня Фумии, избегать общаться с красавицей Миюки, но это тоже было для того, чтобы укрепить иллюзию их первой встречи. Благополучно создав впечатление, что они и Тацуя — незнакомцы, они вернулись к группе Четвертой школы.

Вечер следовал формату буфета без назначенных мест. Но, как и каждый год, каждая школа сидела за своим столом. Когда Масаки вернулся к столу своей школы, девушки последовали за ним.

Почти настало время речи гостей. Не имея больше знакомых, с кем можно поговорить, Тацуя тоже с остальными девушками вернулся к столу своей школы.

— Тацуя, кто были те ученики из Четвертой школы? — рядом сел и спросил Микихико.

— Двое первогодок? — Конечно, Тацуя его заметил. Потому не выказал никаких признаков удивления этой внезапности, отвечая естественно.

— Да… эти двое, они назвались «Куроба», да?

— Ты читал по губам? — спросил Тацуя с намеком на упрек. Конечно, намеренно.

— Извини, я не хотел подслушивать.

С другой стороны, виноватый голос Микихико не был обманом. Характер у него был искренним, он на самом деле почувствовал вину, и неважно, был виноватым или нет.

— Ничего. Мы всё равно не говорили ни о чём важном.

Микихико вздохнул с облегчением. Однако вскоре у него снова потемнело лицо.

— Тебя что-то беспокоит в них двоих?

Передав Тацуе стакан воды, Микихико нерешительно открыл рот:

— С весны начал ходить один слух… что под Йоцубой есть отдельная семья, которую называют Куроба. Даже среди ветвей Йоцубы, семья Куроба особенно сильна.

— Этой весной… довольно внезапно. Думаешь, они двое связаны с Йоцубой?

— Я не уверен на все сто.

— Хотя Куроба — не такая уж и редкая фамилия, нельзя с уверенностью сказать, что это другие, да?

— В таком случае сама фамилия Йоцуба не такая уж и редкая.

Импровизированный довод Тацуи Микихико обрушил той же логикой.

Если пойдет дальше, это лишь укрепит мнение Микихико. Поэтому Тацуя сместил углы:

— Ясно. Так ты говоришь держаться от них подальше?

— Это не… ну, немного. По крайней мере не проявляй инициативу, не подходи к ним первым.

— Значит, всё будет нормально, если они подойдут ко мне?

— Неприятности всегда тебя находят, с этим ничего не поделаешь.

Тацуя посчитал это жестоким. Подумал было что-то сказать в ответ, но, к сожалению, не успел. Свет погас — начали представлять гостей.

Первым вышел на сцену командир базы, предоставившей место для проведения Турнира — выступил он весьма кратко — затем был директор магической ассоциации и ректор Национального университета магии. После таких выдающихся личностей, которых обычному школьнику никогда не увидеть, должен был появиться Кудо Рэцу, завершив приветствие своим ежегодным обращением.

Однако на этот раз старейшины не было.

По залу прошелся шепот. Не только среди учеников, но и среди гостей. Ученики Первой школы не были исключением. Однако были также и ученики, которые обсуждали, почему он не пришел.

— По-видимому, старейшина не очень хорошо себя чувствует.

Когда Хонока с озадаченным выражением на лице посмотрела влево и вправо, Шизуку подошла сзади и заговорила.

— Правда? — с удивлением обернулась Хонока. Та кивнула:

— Я услышала вон там.

Шизуку указала туда, где приглашенный член парламента говорил с секретарем магической ассоциации. У кого же из них она это услышала… сказать это мог любой, решила слушавшая в стороне Миюки.

***

Из участниц Первой школы было пять второгодок и семь третьегодок. Номер мог вместить двух. Таким образом можно было второгодок и третьегодок поселить вместе (участниц первогодок было девять, но поскольку одну девушку в целях учебы взяли в команду техников, их было десять, что позволило им не селиться в номера к старшеклассницам).

Хоноку поселили с Шизукой, Эйми с Субару. Миюки, лишнюю со второго года, и Канон, лишнюю с третьего, решили поселить вместе.

В команде техников было трое парней из третьего года, одна девушка из третьего года, два парня со второго, одна девушка со второго, один парень с первого года и одна девушка с первого года. В итоге Тацую решили поселить с Исори.

И произошло что-то нехорошее.

В гостинице не было вечерней переклички. Часовые ночью патрулировали территорию гостиницы, ведь она являлась военным объектом, но никто из них не заходил в номера. Миюки и Канон делили номер. Тацуя и Исори тоже. В этом не было большой проблемы. По крайней мере представители Первой школы, исключая первогодок, считали это разумным. Вот только когда закончился вечер, перед Тацуей стояла Миюки, не Исори.

— Старейшина Кудо отсутствовал, да? — Миюки сидела прямо на кровати, болтая с Тацуей, который переодевался. У её ног стоял чемодан с её сменной одеждой. Она здесь была не для того, чтобы просто поговорить или поиграть. — Из того, что слышала Шизуку, у него ухудшилось здоровье…

— Должно быть, прикрытие. Ну, даже если могли какие-то аномалии прийти к его физическому, умственному или эмоциональному состоянию, есть иная причина пропустить вечер.

Буквально говоря, Кудо Рэцу сошел с ума. Миюки поразил вывод Тацуи. Хотя в номере сейчас были лишь они, это было явно безжалостное замечание в отношении главы японского магического общества.

Но правда в том, что Тацую поразил поступок Миюки намного, намного сильнее. Неважно, сколько её умоляла Канон и неважно, что Канон и Исори помолвлены, Тацуя считал, что что-то не так с рукой помощи, позволившей девушке и парню до замужества провести ночь вместе.

В мыслях он не убегал от того обстоятельства, что останется в номере с Миюки. Не то что сбежать, даже сопротивляться было бы тщетно. Больше всего Тацуя беспокоился о том, что если это выплывет наружу, то репутация сестры пострадает. С другой стороны, удобно, когда в номере остановилась Миюки вместо Исори. Вот почему он её не выпроводил.

— …Тем не менее, раз он использовал в качестве предлога болезнь, значит заперся дома. По крайней мере он не должен появиться тут. Мы не знаем, что он затевает, но без него удобнее.

И уже в преклонном возрасте девяноста лет он не должен производить магию или иметь такую выносливость, как прежде, но даже так он угроза, поскольку раньше был известен как «самый умелый в мире». Прошлый год он лишь на миг показал свои навыки, — на вечере всю залу накрыл магией психического вмешательства, и с первого взгляда обнаружил электронного червя, скрытого в CAD соревнования, — но доказал, что его титул «самого умелого» не ушедший титул. Такого противника нельзя недооценивать не только в открытом бою, но особенно при нападении на слабые места. Нет, он был мастером, которому Тацуя проиграет, даже если примет всерьез. Впрочем, волшебников клана Кудо он тоже принимал всерьез, но без Рэцу он чувствовал себя свободнее.

— Миюки, я пошёл, — сказал Тацуя, одетый в черное. Хотя ему хотелось стелс-костюм или варианта Мобильного костюма с функцией скрытности, Тацуя знал, что просит слишком многого.

— Будь осторожен, — поднялась с кровати и пожелала Миюки. Не сказала: «Я пойду с тобой», — она знала свои пределы и сдержалась.

Истина у неё в глазах умоляла взять её с собой, но Тацуя сделал вид, что не заметил.

— Миюки, помни, что ты не должна оставаться в этом номере. Если тебя обнаружат, просто любой ценой следуй примеру Тиёды-сэмпай и должным образом всё объясни.

Тацуя не врал и не перекладывал ответственность. Но его прямота в подстрекательстве её переложить бремя на старшеклассников была в это время такой смешной, что Миюки улыбнулась.

Тацуя пытался разузнать что-нибудь о «Кроссе с препятствиями». Конечно, он полагал, что оружие П — Куклы-паразиты — ещё не доставили. Он надеялся, что если разведает место проведения соревнования, то сможет догадаться, где установлены ловушки и где может быть засада.

Однако Тацуя не смог туда пробраться.

«Учитывая такую сложную систему безопасности, как Безголовый дракон проскользнул в прошлом году? — Обследуя систему безопасности, через которую даже муравей не проскочит, Тацуя мысленно щелкнул языком. Но сразу понял собственное заблуждение. — Это ведь случилось в прошлом году…»

В старые дни регулярные войска, позволившие вторгнуться на базу криминальному синдикату, просто бы расстреляли. А командование базы было бы так опозорено, что с радостью приняло бы смерть. Он был уверен, что параноидальная и строгая система безопасности была итогом прошлогоднего инцидента.

Он осторожно расширил своё «поле зрения», чтобы военные волшебники не заметили. Обычные псионовые радары не могли засечь «взгляд» Тацуи. Его беспокоило, что за базой наблюдают эсперы, которые могут ощутить его способность. Так слабо, что в любую секунду мог разорвать доступ, он пронзил мир своим восприятием.

На краю расширенного поля зрения он натолкнулся на знакомые «сущности». Тацуя видел не образы, а информацию. Структурная информация материального тела преобразовывалась подсознанием в сигналы, которые легко может понять сознание. Координаты в физическом измерении не менялись. Физически они были близко, но информационно — далеко. Это сказало ему, что это её высокоуровневая камуфляжная техника. Чего и следовало от неё ожидать, хвалил Тацуя в мыслях, направившись к «паре». На полпути он обратился к теням:

— Аяко, Фумия.

Вдруг появились признаки удивления. И тут же тени слились в твердые тела. Глаза у Тацуи уже привыкли к темноте, поэтому он увидел фигуру пораженной Аяко и довольного Фумии.

— Тацуя-сан, пожалуйста, не пугай так.

— Я не хотел.

— Тогда, пожалуйста, не заговаривай таким страшным голосом, — со здравой серьезностью протестовала Аяко. Она вздохнула с облегчением, хотя её глаза казались задумчивыми, в уголках появились слёзы.

Тацуя никак не возражал упрекам Аяко. Они, конечно же, были не на битве, но ментальным состоянием он определенно там был. Даже Тацуя понимал, что говорил слишком грубо.

— Так вы здесь, чтобы глянуть на место соревнования?

Тем не менее он не извинился.

— …Да. Но безопасность очень сильна.

— И мы не можем пробраться, — добавил Фумия то, что Аяко не решалась сказать.

— Вам не удалось даже с магией Аяко? — выдал ужасный вопрос Тацуя, полностью застигнутый врасплох. — Ах, нет, извини. Я не хотел тебя упрекать, — увидев, как Аяко повесила голову от стыда, Тацуя сразу извинился.

Даже без вопросов было понятно, почему Аяко сожалела.

У Аяко была сильная сторона — уникальная магия «Абсолютное смазывание», также известная как «АС» (Абсолютный сумрак). Магия, которая настолько смазывает газовое, жидкостное, и физическое распределение энергии, что её становится невозможно обнаружить.

Магия АС принадлежала к типу Концентрации. И поскольку её можно было записать в последовательность активации, это была нормальная магия. Однако с уверенностью можно сказать, что обычные волшебники с трудом могут применять даже слабую версию АС — «Смазывание». Тацуя знал, что лишь Аяко может использовать АС.

Например, если звук «смазать», голос и музыка будут полностью смазаны в белый шум, из которого будет невозможно распознать смысл. Однако сам звук таким способом скрыть нельзя. Это на уровне «Смазывания».

Когда звукоизолирующая смазанная зона расширяется, «Смазывание» становится «Сумраком». Скорость активации и сила вмешательства у Аяко меньше, нежели у Миюки. Однако она может расширять зоны вмешательства большим размером, нежели Миюки. Вот почему эта магия восхвалялась как величайшая способность Йоцубы.

Аяко могла использовать свою способность на полную при недостаточном освещении в ночи на открытом воздухе. Она могла выборочно и мгновенно смазать собственное отражение или отражение союзников, и излучать электромагнитные волны, сливаясь с темнотой. Смазывая аудио волны и воздушные потоки, она могла уклониться от слухового и обонятельного обнаружения. Она могла слиться с ночью. Кодовое имя «Йору» (Ночь) дали ей на основе одного символа её имени, и вместе с тем оно выделяло её уникальную магию Совершенный сумрак.

— Ты тоже сюда пришел это проверить, Тацуя-ниисан? — спросил Фумия, и не для того, чтобы отвести разговор от Аяко. Он и вправду считал, что Тацуя может это сделать, когда Аяко и он не способны.

Рассеивание Тацуи и АС Аяко были похожи с точки зрения изменения события. Разложение материалов на базовые элементы — если посмотреть на это с другой стороны, то магия разрушает структуру материала и беспорядочно рассеивает базовые элементы. Можно сказать, что магия Рассеивания — это АС с большей глубиной и меньшим масштабом.

По правде, именно из-за Тацуи Аяко смогла научиться использовать АС, когда он всё ещё тренировался в главном доме Йоцубы. Тогда Тацуя был ещё в начальной школе, но уже освоил Разложение и Самовосстановление и выполнял боевую подготовку вместе с взрослыми. Тренироваться с ним было обычной практикой для волшебников Куроба. Поэтому Тацуя и показал Аяко, тогда ещё не знающей, какая у неё особая способность, и проходившей тренировку с одним из прислужников отца, легко понятную демонстрацию Разложения.

Элементальным взглядом он узнал, что она обладает похожей способностью. Таким образом, всё ещё юный Тацуя, пытаясь сделать её «товарищем», показал как применять АС, который базировался на Разложении.

Магия АС Аяко была похожа на ту, которой её научил Тацуя. И без преувеличений можно сказать, что благодаря Тацуе среди волшебников Йоцуба она создала себе имя Куроба Аяко.

Поэтому Аяко никогда не смотрела на Тацую как на простого Стража. И это было одной из причин, почему Фумия его обожал. Вместе с тем из-за этого близнецы Куроба и переоценивали его.

— Да. Но я тоже не могу пробраться.

Тацуя специализировался на бою и убийстве. Навыки прокрадываться врагу в тыл у него были почти превосходными, но всему этому его научил Якумо. А у неё была врожденная способность, он был ей не ровня. Куда не может пробраться Аяко, не проберется и Тацуя.

— Ясно… — уныло пробормотал Фумия.

— Попробуем ещё раз? Если Онии-сан присоединится, то, может, у нас получится. — И всё же он предложил нечто позитивное, даже если шансы были равны нулю.

— Нет, прорываться и поднимать шум — худший сценарий. Полагаю, мы должны сейчас спокойно уйти.

— Мудрое решение, — ответил Тацуе не Фумия и не Аяко.

— Кто тут?! — резко спросила Аяко.

Из леса поднялась стройная тень.

— Мастер, не могли бы вы выходить чуть приземистее? — Как и подразумевал вздох и ворчание Тацуи, тенью был Якумо.

— Как Тацуя-кун и говорит, лучше на сегодня отступить, — сказал Якумо. Даже не ответил на возражение Тацуи.

— …Тацуя-сан, это?.. — осознав, что это Якумо, Аяко спросила Тацую, опустив настороженность.

— Да, этот тот, о ком ты и подумала, Аяко.

— Так он тот Якумо-сэнсэй, — сильно кивнул Фумия. Для них двоих, следующего поколения Куробы, разведывательной ветви Йоцубы, имя Якумо несло большое значение.

— Мастер, вы что-то нашли? — Спросил Тацуя.

Якумо покачал головой:

— Нет. На месте ещё ничего не установили.

— Вы смогли туда пробраться?! — машинально подняла голос Аяко, затем, запаниковав, закрыла рот ладонями. Успокоившись её детским жестом, Тацуя слабо улыбнулся. Но быстро стер улыбку и повернулся к Якумо:

— Мы сдались из-за системы безопасности, вы мастерски постарались.

Тацуя глянул на Аяко. Как и ожидалось, у неё на лице было горькое выражение, но не было и следа самоупрека.

— Нет, нет. В этом нет ничего особенного.

С другой стороны, Якумо чувствовал себя победоносно со своей нерушимой гордостью. Хотя этот Якумо мог сделать это умышленно, чтобы впечатлить Аяко, подумал Тацуя.

— Что там внутри? Хотя вы сказали, что там ничего нет.

Пассивные датчики магия Аяко могла без проблем свести на нет. Трудностью были активные датчики. Говорить, что Тацую не интересовало, как Якумо сумел обмануть все те разнообразные датчики, было бы ложью. Но было ясно, что вытащить это из него невозможно. Якумо не мог так просто показать свои карты. К тому же Тацуя считал, что главная цель должна иметь приоритет.

— Как ты и сказал. Сейчас там лишь обычные препятствия, это обычная лесная тренировочная площадка.

— Значит, вы не можете предположить, куда будут установлены Куклы-паразиты.

— Не могу. Но ничего не изменится, даже если мы узнаем, где их установят. Так там всё сооружено.

— Тогда это значит, что Куклы-паразиты по крайней мере способны независимо и долго работать в этой местности.

— Они ведь созданы специально для боя. Это многое говорит.

В конце концов, вылазка не удалась. Тацуя поблагодарил Якумо, пожелал спокойной ночи Фумие и Аяко, и они вернулись в свои соответствующие номера.

***

По-прежнему была та ночь, когда встретились Тацуя, Куробы и Якумо. Тем не менее события продвигались на всех парах. Всё произойдет там, в тренировочном лесу, но вместе с тем подготовка завершилась в другом месте.

Для генерал-майора Саэки подъем наступал рано, а отбой поздно. Старшие офицеры называли её, долго прослужившую штабным офицером, опрометчивой, это было смешно, но не для её подчиненных. У батальона была любимая фраза: «быстро возвращать мир — работа генерала», — но Саэки не привыкла отвечать: «нынешнее положение является чрезвычайным для генерала». Даже сегодня поздно ночью она была в комнате командующего, детально изучая краткие доклады от батальона, который она отправила на Турнир девяти школ.

Она предпочитала бумажные доклады из-за секретности, несекретные отчеты она читала на современном экране. Увидев в уголку сигнал входящего вызова видеозвонка, Саэки нахмурилась.

В её бригаде 1-0-1 не было зоны ответственности. Немыслимо получить звонок от штаба JSDF по линии командира бригады, кроме чрезвычайных обстоятельств, вроде внезапных нападений. А получить звонок от Министерства обороны ещё немыслимее. Кто же это может быть… Саэки с подозрением ответила на вызов.

«Старейшина Саэки, простите за столь поздний час».

На экране показался джентльмен, который был даже старше неё. Саэки его знала.

— Хаяма-сан из Йоцубы? Давно не виделись.

«Для меня честь, что самый почитаемый генерал, старейшина Саэки, помнит такого смиренного слугу, как я».

Саэки, не меняя выражения лица, подумала: «Что за смиренный слуга?» — То, что она знала о Хаяме, само собой разумеется, были его отношения с Тацуей, которого под своё крыло взял Отдельный магический батальон. Когда они «забирали» Тацую, Саэки соглашалась на прямые переговоры, отправляя Казаму своим переговорщиком. В этом случае переговорщиком другой стороны выступал Хаяма. Саэки встречалась лицом к лицу с Майей очень редко, и то они просто обменивались любезностями. Она была уверена, что именно этот старый человек устанавливает переговоры между Йоцубой и бригадой 1-0-1.

«Мы побеспокоили вас в такой час, чтобы обсудить то, что мы предпочли бы держать между нами. Если вы сейчас заняты, то мы можем установить другое время».

Пока Саэки ушла в свои мысли, Хаяма снова спросил, удобно ли сейчас время. Саэки чуть было импульсивно не отказалась, но поспешно остановилась.

— Что ж, я вас выслушаю.

«Спасибо огромное. Тогда я передаю слово моей госпоже».

Саэки сглотнула, когда постигла смысл этих слов.

Почтительно поклонившись, Хаяма исчез с экрана.

«Рада вас видеть, старейшина Саэки».

На экране появилась красавица, одетая в тёмно-багровое платье, почти чёрное. Три года и десять месяцев назад она выглядела так же прекрасно.

— …Йоцуба-сан, прошло много времени с тех пор, как мы последний раз виделись.

По спине Саэки прошёл неожиданный холодок. Это Йоцуба Мая, глава дома Йоцуба. Саэки за свою долгую карьеру в анализе разведданных хорошо знала не только силу Майи, но и силу Йоцубы.

«Я знаю, что вы сейчас заняты, старейшина Саэки, я буду краткой».

Мая говорила не только вежливо, но и дружелюбно. Её нежная улыбка, намного моложе её настоящего возраста, не имела совершенно ничего общего с теми ужасными впечатлениями.

Однако Саэки заставила себя запомнить всё, что сейчас слышит и видит. Физическое расстояние и расстояние в магии не связаны прямо. Может магия поразить цель, или нет, зависит не от физического расстояния, а от того, как далеко достигает информация. По правде, предыдущий глава клана Йоцуба, отец Майи, Йоцуба Гэнзо, показывался перед камерой, чтобы передать свой трюк и уничтожить врагов. И просто через видеосвязь Йоцуба Мая, возможно, может её убить. Предстань Саэки перед старшими офицерами и высокопоставленными чиновниками, она не поколеблется ни перед милостыней, ни от угроз. Но против того, кто как в буквальном, так и в переносном смысле держит твою жизнь в ладони, у неё не было другого выбора, кроме как быть очень осторожной.

— …Что вы хотите?

«Я хочу поговорить о заговоре, в который ваша бригада вот-вот попадет».

Саэки лишь из-за стальных нервов удалось не измениться в лице. Но если бы она не собралась с духом заранее, то, скорее всего, вздрогнула бы.

«На Национальных играх доброй воли школ магии планируется террор, в частности на этапе „Кросса с препятствиями“».

— …Вы знаете, кто заговорщик?

И ваша информация надежна? Подумала Саэки, но не спросила. Даже если бы это сказала не Мая, это — не шутки.

«Группа с полковником генштаба JSDF Сакаи в сердцевине, так называемые члены радикальной части армии, выступающие против Великого Азиатского Альянса. По крайней мере так говорят слухи».

Мая чуть хихикнула. Она явно намекала на то, что настоящий заговорщик кто-то другой, но тем не менее Саэки не спрашивала дальше. Было ясно, что, даже спросив, ответа она не получит.

«И вашей бригаде дадут роль исполнителей этого заговора».

— Я не намерена втягиваться ни в какой обман.

Ложью будет сказать, что Саэки не рассердилась. Она не была настолько глупой, чтобы шагнуть в очевидную ловушку. И она верила в своих подчиненных, что они тоже не настолько тупы.

«Мы тоже так считаем. Поэтому и попросили вашего времени».

Видимо, Мая сделала комплимент. Но Саэки была не в настроении благодарить. Даже если Мая — сильнейший в мире волшебник, она моложе Саэки на более чем десять лет. Не говоря уже о том, что заговоры — специальность Саэки. Предоставленная информация была удачей, но высокомерие Майи смердело невыносимо.

И самое главное: она не рискнет головой ради такого. Для этого Саэки была слишком сообразительной.

— Тогда о чём вы хотите поговорить?

«В свои заговоры они намерены втянуть и моего близкого».

— …Имеете в виду офицера Оогуро?

«Впечатляющая проницательность. Поскольку у этого ребенка такой нрав, это неизбежно».

Мая вздохнула. И с экрана это не выглядело наигранным. Саэки тоже подумала, что она и Мая сошлись во мнениях.

«Просто мы не намеренны играть данную нам роль».

— Мне его остановить?

«Нет. Заговор был так старательно подготовлен, что я начинаю сомневаться, что радикалы — настоящие заговорщики».

Саэки пристально вгляделась в экран, Майе в лицо. Но даже своей проницательностью не могла углядеть истинные намерения Майи.

Как всегда, это не правда, что они ничего не знают. Было ясно, что по каким-то причинам Йоцуба стремилась разрушить группу полковника Сакаи.

Даже Саэки некоторое время была возмущена радикалами. И вправду, если начнется война, Великий Азиатский Альянс они победят. Однако мир состоит не только из Японии и Альянса. Однажды именно поэтому она помогла Казаме. Проще говоря, Фракция против Великого Азиатского Альянса во время Великой Индокитайской Войны и фракция, которая показалась сегодня, были двумя сторонами той же монеты. Нужно учитывать, что военные действия — это один из факторов многосторонней дипломатии.

Саэки никогда не считала, что военные должны оставаться в сторонке от внутренних и внешних дел. Приказам нужно было подчиняться, но она считала, что пока ничего не приказано — нет необходимости для самоконтроля. Тем не менее Саэки полагала, что фракция полковника Сакаи отклонилась от того, что для военнослужащих приемлемо.

Но это строго внутренние дела военных. Йоцубе просто нет ни необходимости, ни выгоды их устранять. Саэки твердо знала, что они не жаждут власти. Она была одной из немногих из военной верхушки, у кого была прямая связь с Йоцубой. Йоцуба применяет силу ради личных интересов лишь для самозащиты и возмездия. Саэки в этом была уверена.

Должно быть, это кто-то влиятельный, кто скрывается за Йоцубой, хочет избавиться от радикалов.

И она не могла задать эти вопросы прямо сейчас на этом самом месте.

«Поэтому мы и просим вашего содействия».

Опережая её вопрос, ей ответили просьбой.

— Вы просите меня… задействовать оружие?

«Нет, замести следы. Мы не хотим себя показать».

Наглые слова, хоть и произнесены спокойно. Потому что это была просьба к генерал-майору облазить всю JSDF и подчистить хвосты.

— И что я получу взамен? — Но Саэки держала эмоции в узде.

Мая загадочно улыбнулась.

«Влияние Десяти главных кланов на JSDF уменьшится».

Мая говорила не обо всех десяти кланах. Было понятно, что она имеет в виду самого Кудо Рэцу.

Саэки закрыла глаза, чтобы не видеть улыбку Майи. Немного подумав, она кивнула.

— Это мудро, госпожа? — спросил Хаяма, после того как переговоры Майи с Саэки завершились.

— Что? — ответила вопросом на вопрос Мая, хотя и поняла, что тот имеет в виду. Не будь это Хаяма, то уже закрыл бы рот. Но против дворецкого такая тактика не работала.

— О вмешательстве старейшины Кудо у нас есть лишь догадки.

— Вот почему я и не назвала имя Сэнсэя. К тому же… — бесстыдно похваставшись, Мая показала злую улыбку, — Если это так, то у нас нет ничего конкретного против этого фарса радикалов.

Хаяма, оставаясь бесстрастным, лишь кивнул.

— Наверное, это ложные обвинения. Однако заговор неизбежен. В конце концов, это ведь они отдали приказ уничтожить радикалов, — сказал дворецкий. Мая кивнула с той же злой улыбкой.

— И вправду, мы не можем идти против намерений наших спонсоров. Иначе нам бы пришлось прибегнуть к насильственным методам.

Между ними было, скорее, настроение сообщников, нежели госпожи и слуги.

— Если это так, то даже тайное вмешательство так называемого Чжоу Гунцзиня будет удобно. Хотя, беспокойство вызывает прикрытие Тацуи-доно.

— Показное шоу, как в прошлом году, было бы неприятным. Хочу, чтобы он был более послушен ещё хотя бы шесть месяцев, до нового года, — сказала Мая и помпезно вздохнула. — Искры и вправду летят в сторону Миюки-сан, но мы не можем приказать ему прекратить.

— Госпожа, думаете, старейшина Саэки поддержит Тацую-доно?

— Всё хорошо, мы не можем их остановить. В конце концов, мы можем лишь подать руку помощи. Только JSDF имеют смелость небрежно обращаться с этим ребенком, ставшим самым неудачным и худшим магическим оружием.

«А у нас на это смелости нет», — в мыслях пробормотал Хаяма эти невысказанные слова.

***

После полудня Хонока и Шизуку пригласили Тацую и Миюки на обед, и не в комнату Тацуи, а в комнату Шизуку. Они вчетвером как раз шли на обед, когда в вестибюле, переполненном пришедшими поддержать игроков учениками, Тацуя услышал знакомый голос.

— Привет.

Это сильно напоминало прошлый год, но в этом году одежда была сдержаннее. В частности, Эрика была в спортивной рубашке без рукавов и брюках на три четверти длины; она помахала им рукой.

— Так ты пришла нас поддержать.

— Разумеется. Ах, двое других тоже пришли.

И как раз когда она это сказала, Лео подошел сзади.

— Эй ты, неси свой багаж сама… Тацуя, в чем дело?

В руке он держал сумку, но, невероятно, похоже, что сумка была Эрики.

— Эрика-тян, ключ… ах, Тацуя-сан, Миюки-сан, Хонока-сан, Шизуку-сан, добрый день.

Более того, из-за спины Лео появилась Мизуки, катящая дорожную сумку.

— Обедали? — прямо спросил Тацуя.

— Ещё нет, — кратко ответила Эрика.

— Вы позвали и Микихико?

Такое количество людей двойной номер не вместил бы. Тацуя и компания пошли на террасу кафе, зарезервированного для команд Турнира девяти школ.

Поскольку полдень, когда собирается больше всего народу, уже прошел, восьми людям не нужно было ждать, пока освободится свободное место. Когда они уселись, Микихико вдруг спросил:

— Похоже, вы пришли позже, чем планировалось, что-то случилось? — спросил он Мизуки. Однако первой ответила Эрика:

— Эх… — садистски улыбнулась она в его сторону.

— Ч-что! — попятился Микихико. Слишком поздно.

— Похоже, ты слышал о планах от Мизуки.

— Я получил письмо. Вот и всё, — поспешно тот ответил. Однако, похоже, нетерпение произвело обратный эффект.

— Эх? Мики, ты обменялся почтой с Мизуки?

— Да, потому что мы друзья, — резко ответил Микихико.

Эрика перевела взгляд на Лео, который сидел рядом с ним.

— Ты, у тебя есть адрес электронной почты Мизуки?

— Нет. Так как в этом нет необходимости.

В наши дни, благодаря видеочату, групповой чат широко распространился, поэтому в случаях, когда нужно переслать текстовое сообщение, обычно используют групповые сообщения. В большинстве своём, электронные адреса были нужны для пересылки большого количества данных и для того, чтобы посылать тайные сообщения, предназначенные одному человеку. Кстати, дело в том, что Тацуя знал адреса Эрики и Мизуки, но Микихико не был об этом осведомлен. Из-за заблуждения, что знание адреса девушки сродни тому, чего нужно стыдиться, лицо у Микихико полностью покраснело.

Ну а что до Эрики — улыбалась она уже во всё лицо. У Мизуки, которая сидела рядом Микихико, лицо было таким же красным, и она отвела взгляд. (Чтобы очистить любые недоразумения, они сидели вокруг двух круглых столов, размещенных вместе, порядок был таким: Эрика, Мизуки, Микихико, Лео, Шизуку, Хонока, Тацуя, Миюки).

Микихико, который не мог это вынести, наконец взорвался:

— Что за недопонимание ты тут делаешь! Не только я знаю адрес Шибаты-сан. Миюки-сан и Мицуи-сан и Китаяма-сан тоже его знают!

И лишь ещё глубже утонул в трясину.

— Тацуя-кун?

— Не я.

Микихико посмотрел на Тацую взглядом, говорившим: «предатель», — но такое ложное обвинение вовсе не возмутило Тацую.

— Кстати, Эрика, — сменил тему Тацуя, но не из-за Микихико, а потому что видел, что Мизуки уже на пределе. — Вы опоздали?

Эрика нахмурилась.

— Ага.

В наши дни система наземного транспорта уже решила вопрос заторов, а раз они прибыли позже, чем погрешность измерений, то, значит, по пути должны были случиться какие-то проблемы, которые просто нельзя проигнорировать. Внимание Эрики ушло от Микихико.

— У въезда на базу автобус столкнулся с демонстрантами, — видя шанс, тут же заговорила Мизуки.

— Демонстрантами? — спросила Хонока. Похоже, гостиница находилась довольно далеко от въезда на базу, так что они не узнали бы, даже если бы там произошла значительная суматоха.

— Да, эти… гуманисты, — ответила Мизуки для всех присутствующих; лишь Тацуя и компания там не были, Эрика и Лео тоже с ними столкнулись, у них на лице появился несчастный взгляд.

— Это всегда так, так… — Голос Эрики наполнился нескрываемым раздражением. — Большинство учеников старших школ магии идут в армию, вы делаете ошибку, проснитесь, армия лишь использует вас — говорили они. Да не ваше это дело.

Эрика становилась всё больше взвинченной и злой. Воспоминания Лео тоже были неприятными, но, в отличие от неё, он ничего не сказал.

— Что это за большинство такое! В чем смысл складывать показатель выпускников старших школ, которые поступили в университет, с показателем занятости выпустившихся студентов? Показатели разных популяций нельзя ни складывать, ни вычитать, ни умножать, ни разделять, хоть это-то нужно понимать! — Необычно логически заключила Эрика, хоть это и было неприятно.

Если её так оставить, то она будет жаловаться до бесконечности. Тацуя неохотно начал процесс тушения огня.

— Для демонстраций и пропаганды нужна не точность, а сильное влияние. Они тоже знают, что это софистика. Более того, у сорока пяти процентов выпускников университета магии есть некоторая связь с силами национальной обороны ещё до того, как они находят работу. Довольно большие показатели, так что тут ничего не поделаешь.

— Что! Тацуя-кун, ты на их стороне?

— Я? Невозможно, — горько улыбнулся Тацуя, будто заявляя: «разве я уже не присоединился к военным?».

— Неужели? Извини…

Конечно, Эрика поняла. Она смутно подозревала, что других альтернатив у него не было.

— Как бы там ни было, Мики.

— Моё имя Микихико.

Микихико посчитал, что этой своей излюбленной фразочкой она хочет сменить настроение.

— Ты, до сих пор зовешь её «Шибата-сан»? Даже если называешь Миюки «Миюки-сан»? Ведь можно же обращаться к Мизуки по имени.

— Да это совершенно не по теме!

Однако из-за Эрики обеспокоенность Микихико вернулась.

Глава 6

Пятое августа. Турнир девяти школ 2096-го года наконец начался. В этом году изменились не только соревнования, но и различные процедуры.

В «Разрушении ледяных столпов» и «Сбивании щита» будет три раздельных группы предварительного этапа, включающие девять участников (или девять пар), которые соревнуются три раза (три сета), победитель каждой группы выходит в финал. В «Гребце и стрелке» каждая пара сделает по одному заезду, очки будут давать за количество сбитых целей и за потраченное время.

На соревновании с наименьшим изменением в правилах, «Иллюзорных звездах», будет тоже 27 участниц, по три с каждой школы. Фиксированные четыре соревнования на сет изменились на три раунда с четырьмя участницами и три раунда с пятью. В какой сет пойдет участница будет решено жребием. Использование непрерывного полёта ограничили одной минутой. Это значит, что участницам каждую минуту придется приземляться.

«Код монолита» сменился с сеточного формата и финала на круговой формат, разделенный на два дня. Используя серии по пять одновременно идущих поединков, восемь поединков каждой школы пройдут за десять раундов. «Код монолита» будет на девятый и десятый день, затем во время последнего, одиннадцатого дня Турнира, будет «Кросс с препятствиями». Следует ожидать тяжелой физической и умственной нагрузки.

В первый день будут проходить отборочные этапы парней и девушек «Разрушения ледяных столпов», а также «Гребца и стрелка».

— Если время соревнований пересечется, для тебя это будет весьма затруднительно, Исори-сэмпай.

— Кажется, сейчас уже об этом бесполезно волноваться.

Рано утром в павильоне Первой школы Тацуя вздохнул с облегчением. Исори ответил улыбкой. Они изучали расписание игр этого дня. Будет девять матчей отборочного этапа для парней и для девушек. Вдвое меньше, чем в прошлом году. Каждая пара будет соревноваться в день лишь дважды. Нагрузка на игроков в этом соревновании существенно снизилась.

Вплоть до последнего года было по одной арене для парней и девушек, в этом году лишь одна арена для тех и тех. Так что, хотя плотность общего графика не изменилась, в расписании каждой школы появилось свободное время.

Тацуя вздохнул с облегчением, узнав, что гонка Эйми и бой Шизуку не пересекаются.

Тацуя отвечал за CAD Шизуку на «Разрушении ледяных столпов» и за CAD Эйми в «Гребце и стрелке». Его сильно просили они обе, но если гонка Эйми пересечется с матчем Шизуку и Канон, ему придется оставить Шизуку и Канон Исори.

К тому же «Разрушение ледяных столпов» и «Гребец и стрелок» во время соревнования требуют очень мало технического обслуживания. Лишь на «Сбивании щита» с его двумя раундами и «Иллюзорных звездах» с тремя периодами требуется замена и тонкая настройка CAD. Поэтому даже оставить парное соревнование одному технику — не проблема, но Тацуе не нравилась мысль передавать свои обязанности кому-то другому. Если до такого дойдет, ему будет довольно стыдно.

Эйми будет соревноваться в первой гонке утром, а Шизуку в четвертом и седьмом матчах. Пересечений нет.

— Тогда я пойду на «Гребца и стрелка».

— Удачи. С Шибой-куном я уверен, что волноваться не о чем. — С солнечной улыбкой, потраченной на парня, Исори проводил Тацую.

Недалеко от точки старта было три двери для игроков и персонала; Тацуя вошел в первую. Внутри никого не было. Тем не менее до начала гонки оставалось ещё полчаса. Технической команде уже следовало начинать работу, но для участников ещё было время.

— Доброе утро!

Как только ему на ум пришла эта мысль, его встретил решительный голос Азусы.

— Утро, Шиба-кун!

Он ещё не успел поздороваться в ответ, а сзади появилась Эйми. Тацую немного застигли врасплох, но он всё же ответил по порядку:

— Доброе утро, Президент. Эйми, вы пришли вместе?

Под «вместе» он подразумевал ученицу третьего года, вошедшую с Эйми. В связи с её тихим характером, она просто поклонилась Тацуе, он сделал то же самое.

— Ага, мы завтракали вместе. Тебе пришлось ждать? — спросила Эйми, хотя по виду и не скажешь, что её это так уж тревожило. Иначе это побеспокоило бы Тацую, так что он просто покачал головой:

— Нет, вовсе нет.

— Великолепно! — хлопнув в ладоши, Эйми ухмыльнулась. Сделай это кто-либо другой, показалось бы, что он хитрил, но Эйми это подходило идеально.

— Тогда начнем регулировку CAD, — заговорил Тацуя.

— Пошли туда, — сказала Азуса своему игроку.

Итогами первого дня было первое место парного соревнования Эйми и третье место команды парней «Гребца и стрелка». Пара Шизуку-Канон прошла в финальный этап, и выступление команды парней в «Разрушении ледяных столпов» тоже прошло с успехом.

— Эйми, прекрасная работа. Ты стреляла практически идеально.

— Спасибо, Субару. Я сама была потрясена.

На ужине вокруг кружились подобные яркие голоса, но не было никакого чувства легкой победы.

— Не ожидала, что Седьмая школа так прекрасно выступит.

Координаторы: Азуса, Хаттори, Исори, Канон, Тацуя и Миюки собрались в уголку, чтобы не нарушить настроение, и откровенно оценивали итоги первого дня.

— Мы взяли третье место парней и первое девушек. Они взяли первое парней и второе девушек, — сообщила Азуса. Хаттори посмотрел на результаты дня. Учитывая данные результаты, они были на втором месте. И ближайшим самым трудным соревнованием будет завтрашний одиночный «Гребец и стрелок».

— Они по-настоящему «Седьмая школа волн». Не думаю, что мы проигрываем в точности, но у них просто невероятные навыки, — Исори тяжело вздохнул. Хаттори осторожно добавил:

— Если Седьмая школа займет первое место в завтрашнем одиночном соревновании, это может стать выгодным позже.

— Потому что по разнице в очках они будут ближе к Третьей школе?

— Мне самому признавать подобное неохота.

Заняв второе место в дивизионе парней и третье в дивизионе девушек, Третья школа заработала 60 очков. Первая школа была впереди на 20 очков. Хотя они и лидировали, преобладала мысль, что это не будет длиться вечно. Потому что у них не было уверенности в завтрашнем одиночном соревновании.

— …Наверное, будет лучше, если Шиба-кун будет отвечать за одиночного «Гребца и стрелка», как считаете? Если это будет он, кого бы мы ни послали, любой выиграет, — вдруг приметила Канон. Ну, теория, может, и была красивой, но лишь теория.

На собравшихся обрушилось пугающее давление. Канон машинально перешла в оборону, но Тацуя успокоил Миюки, а Исори — Канон. Столкновения удалось избежать.

— …Менять техников уже нельзя. А даже если и можно было бы, то нет гарантии, что я смог бы изменить положение.

На первый довод всем — даже Канон — пришлось кивнуть в знак согласия, но ко второму она отнеслась с подозрением. Потому что девушки победили в сегодняшнем парном соревновании явно благодаря превосходной точности и эффективности их магической стрельбы.

— Полагаю, на сегодняшний успех значительно повлиял первый предварительный раунд. Уверен, что если те пары дадут совет — результат будет таким же.

Хотя это был, конечно, достойный аргумент, было очевидно, что Тацуя менял тему разговора. Однако на этот раз никто не возразил.

***

Было открытым секретом, что Миюки остановилась в номере Тацуи, смысл чего разнился и ставился под сомнение. Из-за этого он больше не мог просто прийти в номер, как в прошлом году.

Конечно, он не мог на вечно остаться в кафетерии или вестибюле гостиницы. Хуже всего, гостиница была полной, так что сторонников каждой школы могло остановиться лишь двадцать. Остальные должны были оставаться снаружи. Останешься слишком на долго — и обратишь на себя холодные взгляды.

Для беседы группа Тацуи выбрала место у технического автомобиля для настройки CAD.

— …Будто бы лагерь для туристов, — впечатлилась Хонока.

— Лагерь у гостиницы? — отвесила цуккоми Шизуку.

— Вот почему это так странно, не думаешь?

— Ты права.

Однако каким-то образом обмен завершился победой Хоноки.

Они сидели на складных стульях для лагеря, а перед ними стоял складной стол. Над головой, с крыши трейлера, протянулся тент.

Автомобиль, используемый командой техников Первой школы, был трейлером с кабиной. Учитывая, что в прошлом году у них был лишь маленький вагончик, это было заметным улучшением — почти роскошью. И вправду, ученики других школ с широко открытыми глазами смотрели на автомобиль Первой школы.

Можно было подумать, что за этой нелепостью стоит понятно кто, но на самом деле это была Миюки. В прошлом году она была возмущена — любимому брату пришлось ехать в такой рухляди; даже через год это недовольство не утихло, скорее даже увеличилось, она с силой протолкнула решение по улучшению условий для команды техников. Миюки хотела было, чтобы счет оплатила компания FLT (другими словами — отец), но в итоге она не смогла отказаться от доброты отца Шизуку.

Но тем не менее она всё равно настояла на том, чтобы Тацуя ехал в автобусе, вместе с ней. Миюки была довольно эгоистичной, когда дело доходило до брата. Ну, в конце концов, улучшился не транспорт Тацуи, а остальной команды техников, так что она, наверное, была справедливой.

Хотя мысль эта и была запоздалой.

— Вот, кофе.

— Спасибо, — ответил Тацуя. С ним заговорила не Миюки. Хотя с большой неохотой со стороны Миюки, это Пикси принесла Тацуе кофе. И не только Тацуе, она принесла кофе всем.

— …Благодарю.

— …

Ни Миюки, ни Минами не скрывали своё недовольство. Однако Пикси была системно интегрирована с кухней трейлера. Таким образом, им двоим не было чем заняться.

— О, большое спасибо. — Кэнто поблагодарил Пикси так естественно, будто говорил с человеком. На этот Турнир девяти школ он был помощником Тацуи, он достойно заслужил своё положение.

— Мизуки, Эрика ведь нормально себя чувствует? — Наверное, чтобы отвлечься от такого настроения, Миюки спросила о том, что слышала ранее. Тут сидели восемь человек: Тацуя, Миюки, Хонока, Шизуку, Микихико, Мизуки, Минами и Кэнто. Пикси, технически не человек, служила им официанткой.

— Она в порядке… просто Эри-тян сказала, что ей нужно кое о чем позаботиться.

Была поздняя ночь, снаружи было лишь несколько учеников. Тем не менее не только Первая школа припарковала технический автомобиль у стены, то тут то там проходили техники других школ, с завистью глядя на импровизированное чаепитие. Завтра это чаепитие будет, наверное, известно другим участникам из Первой школы. Так что завтра ночью людей тут соберется точно больше.

На самом деле Тацуя и Миюки тут были единственными, кого не пригласили прямо или не прямо. Ещё два человека пригласили также Лео и Эрику. Однако они пока так и не пришли.

— Лео говорил, что придет… — сказал Микихико, будто извиняясь. Он пригласил Лео через голосовой коммуникатор; он не был с ним в одной комнате. Ничего не поделаешь, что он не знает, куда пошел Лео, но Микихико был таким человеком, кто из-за такого чувствует необходимость извинений.

— Эм, о Сайдзё-сэмпае, по пути сюда я его видел. — Предоставил информацию кое-кто неожиданный. Заговорил Кэнто, улыбаясь Тацуе (и Хонока, и Миюки, сидевшие от него по обе стороны, напряглись, хотя он продолжал смотреть вперед). Кэнто работал тут с ужина, поэтому во время чаепития поспешил назад в свой номер, чтобы принять душ.

— Его остановил директор японского филиала Розена.

— Розена? — спросил Тацуя из-за той информации, которую ранее услышал от Микихико. Когда он повернулся к Микихико, тот вернул такой же вопросительный взгляд.

— Да, тот мужчина был, без сомнений, Эрнст Розен.

Зрительный контакт Тацуи и Микихико длился всего мгновение; Тацуя сразу же переключил взор назад на Кэнто. Тот, похоже, не заметил этого обмена, и ответил Тацуе с улыбкой, как подбежавший щенок, виляющий хвостом:

— Сайдзё-сэмпай выглядел весьма обеспокоенным.

И как только Кэнто договорил…

— Что там обо мне? — присоединился к беседе Лео, будто ожидая подходящего времени.

Кэнто не сплетничал, но он не смог избежать неловкости от такого подшучивания над сэмпаем.

— Он говорит о том, как видел тебя в вестибюле с Эрнстом Розеном, — прежде чем неловкость успела проявиться, Тацуя заговорил с Лео.

— А, ааа… ну, это заняло немного времени. Виноват.

— Это не проблема. Это ведь не официальное собрание.

Как и почувствовал Кэнто, разговор Розена с Лео был не из приятных. Не намереваясь развивать эту тему, Тацуя предложил Лео стул.

Чаепитие закончилось в десять вечера. Микихико, Лео и Кэнто (технически — парень) проводили Шизуку, Хоноку и Мизуки назад в их номера. Миюки и Минами остались, якобы помочь убраться.

То, что Миюки и Тацуя остановились в одном номере, было открытым секретом. Тем не менее Миюки не была настолько смелой, чтобы Хонока и остальные увидели, как она отправляется в номер Тацуи. У неё ещё не было столько дерзости. И Хонока тоже не хотела видеть, как Миюки и Тацуя счастливо вместе исчезают за дверью. Миюки осталась тут для блага их обеих. Ну а Минами на самом деле осталась, чтобы убраться, её «инстинкт горничной» был особенно сильным.

Гордость Минами была полностью удовлетворена. Потому что Тацуя позвал Пикси, и она не успела убраться.

Под взглядом Тацуи Пикси села на складной стул. Она закрыла глаза и обеими руками закрыла уши. Тело 3H получало аудио не только через уши, и даже если она опустила веки, оптические сенсоры всё ещё были способны визуализировать окрестности. В любом случае можно было просто выключить внешние сенсоры, так что технически это действие было бесполезным. Но Пикси повела себя по-человечески потому, что применяла не механические чувства.

— И как? Что-то обнаружила?

«„Нет, не могу почувствовать никого из моих собратьев“», — ответила Пикси активной телепатией стоявшему перед ней Тацуе. Как только закончилось чаепитие, Тацуя приказал Паразиту внутри женского робота найти Кукол-паразитов.

По информации от Куробы, Куклы-паразиты — по сути дела те же сущности, что и Пикси. Похоже, они — попытки Кудо, знавшего о Пикси, её скопировать. По крайней мере так думал Тацуя. Конечно, их тела были не для домашней работы, они, без сомнений, были сделаны для боя. Но учитывая, что они в форме женщин, а не мужчин, очевидно, что ученые взяли за основу Пикси.

Паразиты могут чувствовать своих товарищей. Не только те, кто захватил человеческого хозяина; те, кто в человеческом хозяине и те, кто в механическом, могут чувствовать друг друга, что доказал февральский инцидент. Даже если сейчас все находятся в механических хозяевах, обоюдное обнаружение по-прежнему должно быть возможным.

Пикси не смогла ощутить Кукол-паразитов потому, что они в состоянии, в котором их нельзя отследить, подумал Тацуя. Просто невозможно, чтобы действующие Паразиты внутри машины не смогли ощутить друг друга. Также не исключено, что Кудо попросту ещё не привез их сюда.

«Может быть, они в состоянии покоя. Довольно осмотрительно…»

От Пикси Тацуя слышал, что неактивных Паразитов труднее обнаружить. Инженеры Кудо тоже об этом знают? В любом случае этой ночью он установил, что искать место хранения Кукол-паразитов будет трудно, по крайней мере пока они не станут активными.

К Тацуе подошла Минами — уборка была закончена. Продолжать искать будет непродуктивно.

Он приказал Пикси запереть трейлер и войти в режим сна, затем вместе с Миюки и Минами вернулся в гостиницу.

***

Шестое августа, второй день Турнира.

Летом светает быстро. Тем не менее сейчас небо было темным, только начинал проявляться синий оттенок. В темной комнате Миюки сидела у кровати. Она смотрела на спящее лицо любимого брата.

Без сомнений, многие бы удивились, если бы узнали, что Тацуя крепко спит. Миюки оставила номер темным, но включи она свет — всё равно его не разбудит. Даже шум в комнате его не разбудит.

Вне зависимости от глубины сна, Тацуя вставал точно вовремя, с этим согласятся многие. Он всегда вставал в то время, которое для себя установил. В будильнике не было нужды. Его биологические часы были очень точными. К тому же на любую злобу или вражду он отвечал даже во время сна. Даже если крадущийся будет тише воды и ниже травы, и попытается навредить ему или Миюки, Тацуя тут же проснется. Как бы там ни было, если кто-то подберется достаточно близко даже без злого умысла, настороженность всё равно поднимет Тацую.

От места и времени это расстояние варьировалось. Иногда он не просыпался, пока к нему не подойдут достаточно близко, чтобы на него дышать; в другие времена просыпался, как только кто-то входил в комнату. Миюки считала, что Тацуя, наверное, сам устанавливает границу, перед тем как засыпает. Она гадала, что сумела подобраться так близко потому, что Тацуя заснул, ничего не установив. Они спят в одном номере, область, где она будет двигаться, когда проснется, не должна быть установлена в пределах границ. Но даже когда она поставила стул рядом с его кроватью, он не проявил никаких признаков пробуждения.

Она не была уверена, насколько далеко сможет зайти. Если приблизится на каких-то десять сантиметров, он может проснуться. Или же она прижмется к нему, а он даже глаз не откроет.

Миюки хотела знать.

Как близко она сможет приблизиться к брату? Какое расстояние он установил с её присутствием?

«Как далеко Онии-сама позволит мне зайти…»

Она вдруг почувствовала холодок. Эта мысль в ней билась, однако её не остудила. Даже в середине лета перед рассветом холодно, а она была в одной ночной сорочке.

Сознание Миюки начало блуждать в странном направлении.

«Интересно, Онии-саме холодно?»

По сути Миюки впервые провела ночь вместе с Тацуей в одной комнате. Прошлой ночью — скорее даже, позапрошлым вечером — она была так воодушевлена, что уснула, как только выключили свет. И крепко проспала до утра. Однако с начала этой ночи и до утра она так чутко осознавала, что рядом спит Тацуя, что просыпалась бессчетное множество раз. В довершение всего, хотя ещё не взошло солнце, она была у постели брата, почти как сталкер. Недосып начал влиять на самоконтроль Миюки.

Будто бы в лихорадке, она потянулась к Тацуе. Казалось, действие было тщательно спланированным, но её сознание начало размываться; самой главной мысли: «он может проснуться», — у неё в голове больше не существовало.

К счастью, Тацуя не открыл глаза. Она приставила ладонь ему ко лбу.

«Холодный…»

Думай она ясно, то поняла бы — тело Тацуи избегает ненужного метаболизма, и было холодным с самого начала, а температура Миюки выше из-за недосыпа. Однако…

«О нет… я должна его согреть».

…Думать ясно она уже перестала.

«Эм, для этого ведь лучше контакт с кожей… так ведь?»

Это было больше, чем крайняя необходимость. Такая мысль, способная привести её мысли в нормальное русло, несомненно, вызвала бы перегрев в её голове, что в какой-то момент было зафиксировано в голове у Миюки в виде предлога побыть сиделкой.

«…Ну, думаю, можно и не раздеваться…»

Похоже, чуточку стыда в ней всё-таки осталось. Совершенно забыв о том, что может его разбудить, Миюки мягко прижалась к Тацуе.

«Онии-сама, позволь Миюки тебя согреет…»

Уже на границе между бодрствованием и сном, Миюки спустилась в мир грез, прижавшись к Тацуе.

Убедившись, что дыхание Миюки выровнялось, Тацуя открыл глаза.

«Она наконец уснула…»

Нежно подняв руку Миюки со своей груди, Тацуя выскользнул с кровати. На самом деле он проснулся, когда Миюки протянула к нему руку. Однако сестра была в каком-то странном настроении (он мог это сказать даже не глядя), поэтому он удостоверился в её состоянии, делая вид, что спит.

К счастью, его не одолело сексуальное желание, даже когда такая бесподобная красотка разделила с ним кровать. Это не значило, что он вообще ничего не чувствовал; когда он подумал о том, чтобы спать вместе с сестрой, которая была почти того же возраста, что и он, он не мог не смутиться. А приятное ощущение нежного тела Миюки во много раз увеличило смущение. Он больше не мог заснуть.

Тем не менее сестра сегодня соревнуется, нельзя её будить. Тацуя не знал, когда именно Миюки проснулась, но хотя бы ещё чуть-чуть поспать время оставалось.

Он накинул на себя одежду, и звука не издавая. Погладив Миюки по волосам и подумав: «крепко спи», — Тацуя вдохнул утренний воздух и быстро покинул номер.

***

— Доброе утро.

— Ах, доброе… утро? — повернула шею Азуса, отвечая Тацуе и Миюки, которые вошли в павильон штаба, неся на завтрак бутерброды. Поэтому приветствие оказалось незавершенным.

Миюки, всегда шедшая за Тацуей, выглядела странно, нет, очень смущенно. По мнению Азусы расстояние между ними было немного — где-то на тридцать сантиметров — больше, чем всегда. И глаза у Миюки в уголках были немного красными и чуть-чуть направлены вниз.

Сегодня Миюки будет участвовать в отборочном этапе одиночного «Разрушения ледяных столбов». Тактики Первой школы, которые стремились к общей победе, хотели взять первенство «Разрушения ледяных столпов» девушек. Подсчитать соревнования, где достижимо максимальное количество очков, и не дать провалиться на отборочном этапе, даже если произойдет худшее — такими были благоразумные мысли Азусы. В случае Миюки они не могли представить, что она проиграет, но теперь от неё исходила какая-то тревога.

— Что случилось? — спросила Азуса, потому что не могла унять смутное чувство беспокойства.

— Что случилось, спрашиваешь? — в ответ натянуто спросил Тацуя. Она больше не задавала вопросов.

***

Миюки с большим отрывом прошлась через отборочный этап. За парней были небольшие опасения, но отборочный этап они прошли успешно. И, как и боялись тактики Первой школы, и парни, и девушки одиночного «Гребца и стрелка» закончили на непризовом четвертом месте, не заработав очков.

Ну а что до других школ, Седьмая выиграла как и среди парней, так и среди девушек, набрав сто очков; с двумястами очками они были первыми во втором дне. Третья школа оказалась на втором месте, тоже как у парней, так и у девушек; со ста двадцатью очками они обогнали Первую школу и заняли второе место. Учитывая соревнования, которые будут завтра и дальше, они могут быстро расстроить Седьмую школу. По крайней мере Третья школа так должна была думать. Для неё это должно было быть хорошим стартом.

Однако ужин Третьей школы точно не был столь радостным. Второгодки собрались в уголку, страдая от тяжелой атмосферы. Её источником был игрок одиночного «Гребца и стрелка», Китидзёдзи, который не смог выиграть первое место.

— Китидзёдзи, даже второе место не так уж и плохо. Не позволяй этому тянуть тебя вниз.

— Ага. Я однажды был на втором месте, но не обращал на это внимания.

Тут были даже третьегодки, закончившие есть и начавшие убираться. Они подбадривали его, когда проходили мимо, но без видимого эффекта.

— Кто же знал, что Седьмая школа предпримет нечто такое?..

До этого он ещё держался, но неожиданно тихо выразил разочарование. Если бы не тарелка перед ним, он, наверное, упал бы вперед.

Он был потрясен не потому, что так легко проиграл, а потому, как проиграл. Для такого как Китидзёдзи, который полагается на находчивость, тактическое поражение — даже больший удар, нежели поражение по способностям. И он знал, что сегодня проиграл не из-за способностей, а из-за тактики.

— Нет смысла киснуть.

Такие слова было легко говорить, но лучше уж утешать ими, нежели молчать. Второгодки, окружившие Китидзёдзи, говорили это ему в критический момент.

— Верно, хоть они и не нарушили никаких правил, но они вообще отказались от стрельбы, это просто немыслимо.

Тактика Седьмой школы была простой и неожиданной — цели, пораженные механически распыленным огнем, были лишь бонусом, поэтому они обратили всю магию на управление лодкой, намереваясь сократить время. Чтобы рассчитать, сколько времени равняется одной пораженной цели, по правилам «Гребца и стрелка» время быстрейшей команды разделяется на число пораженных целей команды с самым большим количеством пораженных целей. К этому числу добавляется количество пораженных целей, конечный результат вычитается из времени, потраченного на трассу, чтобы получить разницу во времени. Команда с самой меньшей разницей во времени побеждает. Это значит, что если разница во времени небольшая — у команды с самым большим количеством пораженных целей есть преимущество; и, наоборот, если нет большой разницы в количестве пораженных целей, преимущество у команды с быстрейшим временем.

Между тем, в одиночном соревновании парней Китидзёдзи больше всего поразил целей. Это значит, что по результатам точной стрельбы и распыленной стрельбы, разница во времени были слишком большой. Результат, где грубая сила победила аккуратность, — нечто, что Китидзёдзи не мог понять.

— На парных соревнованиях все команды сосредоточились на количестве пораженных целей.

— По правде, именно в этом у девушек Первой школы был козырь перед Седьмой школой.

— Должно быть, Седьмая школа была благословлена неожиданно удачным выстрелом. Такое уже случалось. Не думаешь, Масаки?

Парни со второго года, в поисках общего согласия, рассказали это Масаки.

Затем все, кто утешал Китидзёдзи, заметили кое-что странное.

До сих пор Масаки не сказал ни единого слова, чтобы утешить Китидзёдзи. С самого начала ужина он вообще ничего не сказал. Он ел спокойно, но было такое впечатление, что его разум сосредоточен на совершенно ином вопросе.

— Масаки?

— Хм? Точно, сильнейший не всегда выигрывает, но сегодняшняя победа скажется на Седьмой школе отрицательно. Возможно, Первая школа и проиграла, но они нагонят. Объективно говоря, для них это было далеко не плохо. Это было в пределах их расчетов.

Похоже, он следил за разговором, но почему-то нельзя было избавиться от странного чувства. Парни и девушки, окружавшие Китидзёдзи, в независимости от пола, переглянулись.

— Ясно… ты прав. Первая школа нагонит.

— Наша конечная цель — общая победа. Начиная с завтрашнего дня, нужно будет выложиться на полную.

— Останавливаться на сегодняшних результатах — не лучший выход, говоришь? Я понял, Масаки.

Однако, похоже, слова Масаки помогли Китидзёдзи оправиться от потрясения. На этом ужин закончился, и никто не удосужился спросить Масаки о его странном поведении.

Сегодняшнее ночное чаепитие запланировали потому, что начатая различная работа, включая настройку CAD, подходила к концу. Завтра утром будет парное «Сбивание щита» парней, после обеда будет финальный этап парного «Разрушения ледяных столпов» девушек.

Хотя он отвечал за Шизуку, прошедшую отборочный этап, ещё он служил техником Кирихары в паре Кирихары и Томицуки. Более того, послезавтра он будет отвечать за Миюки в одиночном «Разрушении ледяных столбов» утром и за Саваки в одиночном «Сбивании щита» после обеда. Ожидается, что эти два дня будут самыми загружеными в Турнире девяти школ, в особенности для Тацуи.

— Шиба-сэмпай, проверка напряжения CAD Кирихары завершена.

— Подключи их к автоотладчику.

— Хорошо.

С Кэнто в качестве помощника, CAD Шизуку и Кирихары были настроены. Работа была больше похожа на осмотр, нежели настройку, поэтому Тацуя поручил Кэнто выполнить все стандартные протоколы настройки CAD, тем самым сильно повлияв на его обучение. Однако Кэнто оказался неожиданно умелым и знающим, он оказался способным помощником для Тацуи.

Когда они уже заканчивали работу, к Тацуе пришел посетитель.

— Это ты, Итидзё. В чём дело?

К трейлеру пришел Масаки.

— Извини, что пришел в такой час. Есть минутка?

— Мы идем по графику. Если только минута, тогда есть. Кэнто, я возьму перерыв.

— Хорошо, Сэмпай.

Таким образом, Тацуя пошел с Масаки.

— Ты поручил работу инженера новичку? — чуть удивленно спросил Масаки, когда они проходили недалеко от фар трейлера.

— В прошлом году я сам был новичком, — немного с сарказмом ответил Тацуя.

Масаки, услышав это, горько улыбнулся, думая: «это слишком грубо».

— Полагаю, ты пришел из-за «Кросса с препятствиями»? — Пренебрегая относительной дружелюбностью Масаки, Тацуя пошел вперед и высказал то, что тот собирался сказать. Масаки тут же ожесточил выражение лица, но потом передумал — сейчас не время для праздного разговора.

— Ага, как ты и сказал. Почему-то оно более подозрительно, чем я думал.

— Ты что-то раскрыл? — Тацуя остановился, повернулся к Масаки и прямо задал вопрос.

— Вряд ли это можно назвать раскрыл. Просто в это вовлечены радикалы из JSDF.

— Радикалы? — спросил Тацуя в ответ. Масаки сразу же понял, что Тацуя не знает, кто такие «радикалы».

— Ах, извини, это часть военных, которые радикально настроены против Великого Азиатского Альянса.

— И это они манипулируют Турниром девяти школ из-за кулис?

Если немного подумать, такой план будет легко понять. Силы, желающие победы в войне, спешат расширить боевую мощь, выбрав талантливых боевых волшебников. Ученики старшей школы — не совсем огневая мощь, но даже радикалы не желали бы развязать войну за день или два. Кроме того, если они хотят увидеть итоги Турнира девяти школ, то легко можно предположить, что этот метод будет расширен на спортивные мероприятия университета магии.

Однако дом Кудо, нет, Кудо Рэцу и радикалы объединились. Хлопотное сочетание. Тацуя слышал, что Кудо Рэцу неприятно видеть, как волшебники используются в качестве оружия. Это всё были слухи, но с большим доверием. Услышь он это от Фудзибаяси, то посчитал бы это похвалой родственника, но Казама, критикующий Десять главных кланов, сказал бы почти то же самое.

Рэцу ненавидит использовать волшебников в качестве оружия, однако не отказывается от их использования в качестве солдат. Парадоксально, но именно потому невозможно, чтобы этот старик использовал учеников старших школ в качестве подопытных свинок в таком грязном методе. Солдаты — не расходный, а важный ресурс.

— Я слышал, что полковник Сакаи хочет, чтобы мы, ученики старших школ, присоединялись к JSDF, минуя Министерство обороны.

Когда Масаки продолжил объяснять, Тацуя всё больше сбивался с толку. Если цель радикалов привлечь добровольцев как готовую огневую мощь, то столкновения с Кудо Рэцу не произойдет. Если это они предложили соревнования с сильной боевой составляющей, то их планы предельно ясны. Наверное, они пытаются привить ученикам старших школ кружащие голову чувства, когда развязаны боевой инстинкт и желание разрушать. В таком случае это ничем не отличается от попытки увеличить число молодёжи, которая стремится присоединиться к боевым волшебникам.

Тацуя тоже был юношей, но думал об этом как о чужой проблеме. Боевые инстинкты и желание разрушать использовали в качестве мотивации даже в тренировке Йоцубы.

Тем не менее это не объясняло заклинание, делающее Кукол-паразитов безумными. Радикалы должны знать, насколько далеко идут связи. Или они привязаны к кукольному мастеру, или просто мелкие актеры.

И тут у Тацуи в мыслях возникла одна сложность:

— …Вы зашли так далеко, что даже выяснили имя полковника Сакаи.

Даже у Итидзё, вероятно, есть свои связи в JSDF. Но не так-то просто за такое короткое время выявить имя зачинщика. Поскольку они не политическая партия, у них нет письменных записей членов фракции.

Масаки горько улыбнулся.

— Полковник Сакаи — старый знакомый моего отца…

Как и ожидалось, даже Тацую поразило такое «признание».

— Итидзё, я не ожидал, что…

— Нет, это далеко не так! Не пойми неправильно, Шиба!

Как и ожидалось, Итидзё опроверг прямой намек Тацуи. Даже Тацуя почувствовал облегчение. Хорошо, что врагов не стало больше; но если положение продолжит ухудшаться, придется взять реванш грубой силой, что лишь создаст ещё больше проблем.

«Нет… лучше разрушить маршрут „Кросса с препятствиями“. Неважно, что мне придется предпринять».

— Они были знакомыми, это уже дело прошлого.

Масаки забеспокоился о другом, совершенно не зная, что Тацуя думает о чем-то гораздо более опасном.

— Полковник Сакаи был командующим во время вторжения в Садо четыре года назад.

«С самого начала у меня нет ничего общего с целями Кудо или JSDF».

— Наверное, ты об этом знаешь, но силы добровольцев во главе с моим отцом собрались, чтобы возвратить Садо. В то время отец обратился к полковнику Сакаи с просьбой, чтобы в префектуру Ниигата региона Хокурику отправили полк. Тогда и правительство, и JSDF сосредоточились на Окинаве, поэтому JSDF намеревались отправить батальон, как только добровольческая армия вернет Садо.

«Победа Первой школы в Турнире необязательна. По крайней мере „Кросс с препятствиями“ последнего дня, выигрыш Миюки или Хоноки или Шизуку подождет, пока всё это не закончится. Преждевременная остановка Турнира будет полным унижением для Магической ассоциации, как и прошлогодний Конкурс диссертаций, но это уже не от меня зависит».

— Полковник Сакаи ответил на просьбу моего отца. Мы даже сейчас ему благодарны. Тогда нам в помощь были переброшены большие военные силы. Отец говорил, что никогда не видел такого большого наступления, я тоже так считаю.

«Если я Взрывом материи ударю чуть ниже поверхности земли, его могут посчитать взрывом обыкновенного оружия. Нацелиться на бесконечно малую массу можно и самодельным Третьим глазом с дистанции в несколько километров, это не должно вызвать сдвига вулканических пород. Если сделаю это глубокой ночью, ученики не пострадают. Осталось убедить Миюки и найти, на кого это свалить… полагаю».

— Однако как только закончилась первая часть битвы при Окинаве, полковник попытался произвести контрвторжение в Новый Советский Союз! Мой отец возражал, но полковник его не слышал. Конечно, штаб не мог одобрить подобную авантюру. В итоге вторжения не произошло, но отец пререкался с полковником, пока полк не отозвали. С тех пор они в плохих отношениях и не разговаривают друг с другом.

«Если бы только был преступный синдикат, как в прошлом году, я мог бы всё свалить на них. Разве у подобных организаций не бывает скрытой силы, чтобы пойти против вооруженных сил?»

— Вчера я поговорил с отцом, он возмутился и сказал «не говори ерунды о мятеже», но потом сказал «это уже не наша проблема, так что мы с этим ничего не поделаем», покачав головой.

— Мятеж, говоришь?

Тацуя думал совсем не об объяснении Масаки. Однако он услышал одно слово, которое хорошо сочеталось с его мыслями, оно спонтанно сфокусировало его внимание на истории Масаки.

Для Масаки внезапный ответ Тацуи, когда тот молча слушал его объяснение (так он всё это видел), был неожиданностью. Он подумал, что слово «мятеж» уж слишком раздражительно.

— Нет, группа полковника Сакаи в мятеже не подозревается. Сам я знаю мало, только слухи о том, что «это лишь вопрос времени, когда произойдет мятеж».

— Значит, у тебя нет никаких доказательств.

— Д-да.

— Лишь слухи.

— Наверное… В любом случае! — Видимо, Масаки ощутил, что разговор идет в направлении, которое ему не нравится. Он поднял голос, чтобы перевести разговор в нужное русло. — Сейчас семья Итидзё не имеет ничего общего с полковником Сакаи. Когда-то мы общались, так что у нас осталось много связей; по этим связям мы и узнали об этом деле. Скорее всего, группа полковника не планирует мятеж. Полагаю, если они что-то и планируют, так это собрать значительное количество юных волшебников и принять их в свою фракцию, затем перенести бой на берега Великого Азиатского Альянса.

— Думаю, этого достаточно для спокойного разговора… но, спасибо. Буду иметь в виду.

— Это… ничего особенного. Я навел справки ради себя самого, ненужно благодарности. В любом случае такая вот выходит ситуация, скорее всего во время матчей никто не будет действовать. Я с тобой свяжусь, если что-то найду… или во время вечера закрытия, или незаметно с тобой свяжусь.

— Благодарю, — коротким спасибо Тацуя попрощался с Масаки, который затем очень поспешно ушел. Он знал, что догадка Масаки неверна, но не был намерен втягивать его в дело Кукол-паразитов.

«Радикалы…»

Найдя кандидата для возможного козла отпущения, Тацуя взял себя в руки. Сейчас явно нет времени, если даже реализовать тактику отвлечения внимания. Менее десяти дней осталось до «Кросса с препятствиями», где будет проведен эксперимент Кукол-паразитов. Завершить операцию за такой короткий срок будет трудно даже с поддержкой Якумо. Такое возможно с поддержкой Йоцубы, но Мая вряд ли согласится на частичный взрыв тренировочных земель Фудзи.

«Быть столь нерешительным, это на меня не похоже…»

Тацуя в конце концов понял, что устал. Пока, на эту ночь, Тацуя приказал себе изгнать мысли о Куклах-паразитах из головы и на чаепитии расслабиться вместе с младшей сестрой и друзьями.

***

Третий день Турнира девяти школ. Утром проходил отборочный и финальный этапы парного «Сбивания щита» парней, и финал парного «Разрушения ледяных столпов» парней.

Сейчас была середина третьего финального матча «Сбивания щита». За первое место боролись Первая и Третья школы, победитель этого матча выиграет парное «Сбивание щита» парней.

Томицука поднял щит, затем ринулся вперед. Игроки Третьей школы, по предыдущим матчам поняв, что оба игрока Первой школы ближнего боя, всегда держались от Кирихары и Томицуки на расстоянии. Эффективной быстрой дистанционной магией было сильное вмешательство на площади, а не узкое вмешательство, создаваемое Томицукой; по крайней мере так считали игроки Третьей школы. По правде, они держались на расстоянии из-за контактного Прерывания заклинания. Игроки Третьей школы атаковали издалека сжатым воздухом.

— Яааах! — Ударная волна, высвобожденная из щита Томицуки, взорвала сжатый воздух, превращая его в простой сильный ветер. Заклинание состояло из магии Движения «Покой» и производной от магии Ускорения «Взрыв». Это было не радиальное ускорение для уплотнения массы, а изменение, где газам, которые прямо соприкасаются со щитом, дается вектор ускорения, перпендикулярный поверхности щита («Покой» нужен был для того, чтобы избежать отдачи).

До того как началась тренировка к Турниру девяти школ, Томицука не мог изучить атаки воздухом, которые были популярны среди пользователей современной магии. Такой тип магии в большинстве своём требовал непрерывного поддержания воздуха в сжатом состоянии до тех пор, пока он не достигнет эффективного расстояния стрельбы или не коснется противника. Томицука, который был не в состоянии контролировать магию дальше своих рук, не мог отрицать, что в некоторых областях он не очень хорош.

Однако быть «совершенно» не в состоянии научиться такой магии — на самом деле проблема «сознания». Пока волшебник на Земле, воздух повсюду. Даже возле рук. Если ускорять воздух близ руки, управление на дальнем расстоянии будет ненужно. Примером может быть Удар маха Саваки — просто масса уплотненного воздуха, окружающего кулак, выталкивает остальной воздух при контакте. Заклинание ускорения части тела, нет, всего тела без временного лага до скорости звука, двигая уплотненный воздух на звуковых скоростях — жесткое предложение, но удаленный контроль «процесса» выстрела ударной волны вовсе не работал бы.

Тацуя, выполняющий также роль тактика, разработал теорию. Но усилиями Хиракавы Чиаки была разработана последовательность активации «Воздушного взрыва», которую мог использовать Томицука, и оптимизирован CAD.

Чиаки была более умелой в аппаратном обеспечении CAD, нежели в программных последовательностях активации; она, конечно, знала, как регулировать последовательности активации, но ей плохо давалось их изменение. Но услышав от Томицуки общее представление о «Воздушном взрыве нулевого диапазона», Чиаки, под ежедневным руководством профессора Дженнифер Смит, преодолела свою слабость и успешно переделала последовательность активации Воздушного взрыва, которую Томицука мог легко использовать. Можно сказать, что благодаря Чиаки Томицука «нулевого диапазона» смог использовать Воздушный взрыв.

Кирихара, беря пример с Томицуки, который сносил атаки Третьей школы, ринулся вперед. На ринге Томицука находился в середине, пара третьей школы на краю, а Кирихара вклинился между ними.

Затем он опустился на одно колено и ударил ринг щитом.

Секундой позже ринг затрясло. Наряду с контрвибрацией вследствие удара по рингу, была активировала магия контроля частоты вибрации.

Вибрации в центре были сильнее. Однако они сильно повлияли психологически на пару Третьей школы, которые стояли на краю. Если они упадут с ринга — проиграют.

Их сознание сосредоточилось на том, чтобы устоять на ногах, они отвлеклись от Кирихары и Томицуки.

Этой брешью грех было не воспользоваться. Применив магию ускорения на себе, Томицука ринулся вперед мимо Кирихары, протаранив одного из игроков Третьей школы шитом. На этот раз это была его специальность — Взрыв, влияющий на твердые тела.

Второй игрок Третьей школы не успел осознать, что партнер упал за ринг — Кирихара вонзился в его щит краем своего щита.

Это был вариант Звукового меча. Щит игрока Третьей школы не раскололся, он рассыпался на кусочки. И даже без второго раунда победа парного «Сбивания щита» парней досталась Первой школе.

Кирихара взял Томицуку за руку и поднял её высоко. У ринга, на стульях персонала, Чиаки радостно хлопала в ладоши. На ней постоянно был кислый вид, потому что Тацуя сидел рядом, но, видно, даже это было забыто.

***

На третий день Первая школа взяла третье место парного «Разрушения ледяных столпов» среди парней и первое девушек. На «Сбивании щита» парни заняли первое место, но пара девушек выбыла из отборочного этапа. Такой результат был неожиданным, но они были в группе с Третьей школой, которая в конечном итоге одержала победу. Если бы они в том матче победили Третью школу, то, наверное, превзошли бы самых себя; столь ожесточенным был бой.

Но что сделано, то сделано. Третья школа на сегодняшних соревнованиях оказалась второй. Разрыв в очках, который в конце второго дня был сорок, сейчас оказался сто. За обеденным столом даже пара, которая выиграла, была с мрачным настроением.

Но…

— Шизуку, поздравляю с победой!

— Ну, со способностями Шизуку, это было ожидаемо.

— Ага-ага, поздравляю, Шизуку!

На ночном чаепитии у рабочего трейлера слова похвалы лились, как из ведра.

— Спасибо, все. — Сколько бы раз ни хвалили, это всё равно радует. Шизуку чуть склонила голову. — Завтра очередь Миюки, да? — немного смущенно, но великолепно, как и всегда, она перевела внимание на Миюки.

— Ага, я тоже постараюсь. — Не подшучивая и без каких-либо тонкостей, Миюки ответила решительной улыбкой.

— Думаю, будет лучше, если ты не будешь так думать. Если ты сосредоточишь все усилия в это, можешь попасться в западню там, где меньше всего ожидаешь.

— Невозможно, чтобы какие-то ловушки победили Миюки, верно ведь? Полагаю, самое важное — это следить за тем, чтобы не сделать фальстарт.

— Это величайшая западня.

— Боже… Субару, Эрика, думаете, я и вправду буду такой небрежной?

Субару и Эрика превратили свои переживания в шутку потому, что не поняли чистую атмосферу между Шизуку и Миюки. С небольшим протестом Миюки, настроение снова стало спокойным.

— Нет, конечно же нет, — криво улыбнулась Субару. Миюки больше не продолжала.

Непринужденная беседа девушек растворилась под ночным небом. На чаепитии людей становилось больше, и оно становилось оживленнее.

В первый день Эрика не пришла, сказав что «занята», но согласилась прийти прошлой ночью; похоже, проблем у неё больше не было. Этой ночью пришли также и Сатоми Субару с Акэчи Эйми. За столом скоро и места не останется. Если придет ещё больше людей, придется искать другой стол и дополнительные стулья. Хотя тут уже были все девушки со второго года, так что, наверное, никто больше не придет.

О первом чаепитии в команде Первой школы узнали на следующее же утро. Эйми и Субару присоединились этой ночью не потому, что хотели не спать всю ночь.

— Тем не менее Эйми, хорошо, что тебе лучше. Провести так ночь было бы не очень-то хорошо.

— Я, я не хандрю! Вовсе нет.

Не то чтобы Субару настаивала на своём, она считала, что это не так уж и страшно… но увидев, как Эйми отчаянно это отрицает, Субару тяжело вздохнула. По её отношению нельзя было понять, в самом деле ли она спокойна, но Субару удалось почувствовать, что Эйми тревожится.

Субару и Эйми остановились в одном номере. Они не были настолько близки к группе Тацуи, как Хонока и Шизуку, с самого начала Турнира вне матчей они в основном проводили время вдвоём. Поэтому когда Субару ощутила, что что-то беспокоит Эйми, сама, как её подруга, забеспокоилась и почувствовала необходимость что-то сделать.

— Что случилось? — Миюки спросила не саму Эйми, а Субару.

— Ничего не случилось! — Эйми, с покрасневшим лицом, попыталась встрять. Но что-то подобное не могло остановить Субару.

— Это Томицука… — пожала плечами Субару и ответила, закрыв один глаз. Миюки, Хонока и Шизуку выдохнули с понимающим выражением на лице.

— Что сделал Томицука-кун? — Мизуки спросила сидевшую рядом Шизуку. Однако ответила Эрика:

— Он, наверное, флиртует с этой лапочкой.

— Э-этой лапочкой?..

— С Хиракавой. Хиракавой Чиаки.

Похоже, Мизуки наконец поняла, куда клонит Эрика. Однако всё ещё выглядя не убежденными, они повернулись к Эйми.

— Эйми. Это Томицука-кун, уверена, он просто выражает благодарность, — вспомнив о том, как Томицука и Чиаки на ужине хорошо ладили (хотя Чиаки почти всё время была с опущенной головой), Хонока утешила Эйми.

— Я ведь сказала, здесь нет никаких проблем. — Эйми настаивала на своём, но Томицуку с Чиаки видела не только Хонока. Шизуку и Миюки тоже их видели. Но даже если бы не видели, одного взгляда на лица Субару и Эйми было достаточно, чтобы понять, кто из них больше заслуживает доверия.

— Эйми, Томицука-кун безнадежен.

— Ч-что?

Она правда пытается что-то утаить, раз так предсказуемо отреагировала? Хотя слова Шизуку были явно провокационными и это мягко говоря.

— В отличие от Тацуи-сана, Томицука-кун уж слишком наивен. Ты должна всё ему разжевывать по буквам, — объяснила Шизуку. На лице Эйми осталось неловкое выражение. Похоже, она не стала в оборону… или, скорее, это было лицо, показывающее, что обороны вообще нет.

Кстати, о выражении лица, Тацуя, видимо, не мог решить, какое принять. Возможно к счастью, его беды не продлились долго.

«Мастер», — вдруг телепатически к нему обратилась Пикси. Тацуя подавил напряжённость и поднялся с нейтральным выражением на лице. Он запретил Пикси использовать телепатию, за исключением одного особого случая. Другими словами, этот случай и произошел.

— Онии-сама?

— Тацуя-сан?

— Там какой-то шум. Пойду, проверю.

Покинув Миюки и Хоноку с этим оправданием, которое можно было понять как угодно, Тацуя направился внутрь трейлера.

Как только он зашел, Пикси провела его к карте, высвеченной на панели водительского места. В центре карты расположился маршрут «Кросса с препятствиями», примыкающий к военной дороге напротив.

«В том месте я уловила сигналы моих компаньонов».

— Сигналы всё ещё продолжаются? — изучая карту с болезненным выражением лица, Тацуя спросил Пикси.

«Да. Похоже, меня тоже обнаружили».

— Сколько их?

«Я могу выявить шестнадцать».

Это число совпадало с тем, что Тацуя увидел в бывшей Девятой лаборатории.

«Ах…» — Пикси машинально выразила свои чувства. В последнее время такое личностное поведение становилось всё более частым.

— Что такое?

«Я вдруг потеряла контакт. Думаю, они могли перейти в спящее состояние».

— Признаки движений?

«Из того, что я перехватила, отсутствуют».

На этом этапе Куклы-паразиты ещё не были доступны для производства на военных объектах. Тацуя не знал, насколько военные проинформированы, но это испытание Кукол-паразитов, скорее всего, секретно. В таком случае их привезли в мобильной лаборатории или в чем-то похожем.

Также Тацуя не знал, какая эффективная дистанция, с которой ученые будут наблюдать за Куклами-паразитами. Но он сделал вывод, что, ради испытания, во время соревнования они не хотели бы находиться слишком далеко. Логически говоря, это будет место, близкое к маршруту «Кросса с препятствиями». Остается только одна проблема…

«Если мы отсюда определим место хранения Кукол-паразитов, то они, весьма вероятно, тоже определят местоположение Пикси…»

Это причиняло ему серьезное беспокойство. Если Пикси может найти Кукол-паразитов, то обратное тоже верно. Значит, команда эксперимента Кудо должна знать, что местоположение Кукол-паразитов определено.

На их месте Тацуя немедленно уехал бы. До дня эксперимента нашел бы другое место для хранения Кукол-паразитов. Однако эти люди самодовольно работают под эгидой защиты Кудо Рэцу, вряд ли они настолько настороженны.

«…Разве я вчера не решил, что ничего не добиться, если просто думать. Ну что же, я не много потеряю, если пойду, посмотрю».

Тацуя наконец решился на такой курс действий.

К тому времени, как он собрал оборудование и вышел наружу, чаепитие уже заканчивалось.

— Тацуя-сан, увидимся завтра.

— Увидимся, Миюки.

— Тацуя-кун, спасибо за чай.

— Шиба-кун, Миюки, ещё раз спасибо.

— Ещё увидимся, Тацуя.

— Шиба-сэмпай, доброй ночи.

Оживленная группа друзей (плюс один кохай) вернулись в гостиницу. Попрощавшись с ними, Миюки дерзко улыбнулась Тацуе:

— Онии-сама, ты уходишь?

— Да. — Она его так хорошо знала, что было бесполезно пытаться что-то скрывать. Он кивнул.

— Я тоже так подумала, поэтому я сделала так, чтобы все ушли пораньше.

Его видели насквозь с пугающей точностью, но когда он подумал «это что-то новенькое», волнение ушло, даже не успев усилиться. Однако её следующие слова повлияли на него сильно.

— Онии-сама, пожалуйста, не иди.

— Миюки… Что ты имеешь в виду?

— Нет. Скорее, Онии-сама, я тебя не пущу. — У неё в глазах больше не было и следа забавы. Они блестели с непоколебимой волей. — Онии-сама, тебе правда сейчас нужно идти сражаться? Лично я так не думаю.

— Пикси определила местоположение врага. У нас наконец появилась зацепка.

— Я не об этом. Я спрашиваю: почему Онии-сама должен вмешиваться в эксперимент Кудо?

Это был один из тех редких случаев, когда Тацуя не мог подобрать слова. С того времени, как он получил сообщение от неизвестного, он считал, что, само собой разумеется, их нужно остановить. Однако это было тем, о чём думал лишь он.

— Наверное, это эгоистично с моей стороны. И в этом деле я тебе даже не помогаю, поэтому это также и бесстыдно с моей стороны. — Миюки говорила твёрдо. Терпя свой «позор», она продолжала стоять перед ним. — Отругаешь меня, сколько хочешь, позже. Но перед этим, Онии-сама, пожалуйста, выслушай меня.

Тацуя не отвел глаза. С того времени как заявил, что намерен пойти на врага, он ни на сантиметр не сдвинулся с места.

— Нет ни одной причины, почему Онии-сама должен брать на себя ответственность за планы Кудо. У Онии-самы нет никаких обязательств останавливать Кукол-паразитов.

Тацуя всё это знал и в полной мере понимал.

— И Онии-сама не должен нести ответственность за всех участников «Кросса с препятствиями».

Будто бы во время медитации его ударили предупреждающей палочкой. Тацуя смутно начал осознавать, что хочет сказать сестра, и что она права, а он нет.

— Онии-сама. Я скажу нечто крайне эгоистичное. Мне стыдно даже думать об этом. — В тоне Миюки не было ни смирения, ни заносчивости. Ни даже сомнения. — Всё, что должен делать Онии-сама, — защищать меня. Лишь за меня Онии-сама должен нести ответственность. — Лишь в её голосе была дрожь, близкая к слезам. — Будь они из Первой школы, или из другой, Онии-сама не должен беспокоиться ни о ком, кроме меня. — Миюки заметно стиснула зубы. Челка скрыла наполненные слезами глаза. — До дня соревнования можно оставить Кукол-паразитов в покое. Если не учитывать, что Паразиты могут освободиться, эти создания даже близко не достойны быть противником Онии-самы. Достаточно просто уничтожить их всех в тот день. Когда соревнование закончится, я сама уничтожу духов.

Медленно, мало по малу, Миюки подняла взгляд и встретилась со взглядом Тацуи. Сейчас её глаза были сухими.

— Если ты всё равно настаиваешь на том, чтобы идти, я, хоть это и грубо с моей стороны, остановлю тебя силой.

Тацуя всерьез затревожился. Он ощутил, как внутри неё собираются запретные силы.

— Прекрати, Миюки! Ты намерена запечатать мои «глаза»?! Ты ведь тогда не сможешь использовать магию!

— Мне придется завтра выбыть из Турнира. На самом деле я думаю, что мне придется даже бросить Первую школу. Но я предпочту это, чем видеть, как Онии-сама себя так заставляет! — Миюки впервые высказалась. С полным слез голосом, она обнажила свои истинные чувства. — Онии-сама, ты даже не осознал, насколько напрягаешься?! С утра до вечера ты занят регулированием CAD участников, после матчей консультируешь остальных техников и даешь советы, потом до поздней ночи учишь кохаев и готовишься к следующему дню. А ещё есть военные и Кудо ко всему прочему… Даже для тебя, Онии-сама, это слишком! Ты сломаешься!

Из глаз Миюки потекли слезы.

Тацуя наконец понял, насколько устал и насколько измученной стала сестра, переживающая за него. Мешавшая ему нерешительность теперь пропала, он обнаружил, что на сердце стало легче.

— Для этого нет необходимости.

Миюки потрясенно посмотрела на Тацую, будто её чем-то ударили. Из его голоса исчезло разочарование, а на его месте появилась мягкость.

— Я вернусь в наш номер.

— Онии-сама?..

— Миюки. Ты права. Я ошибался.

Миюки не думала, что сможет его переубедить. Как человек, она всё время знала, что брат поступает правильно. Она не могла поверить, что смогла заставить его передумать.

— Как ты и сказала. Я должен защищать лишь тебя. Пока могу тебя уберечь, остальное излишне. Ты всё, что мне нужно.

Эти слова Миюки всегда хотела услышать, они наполнили и связали её сердце. Как будто её предыдущее красноречие было ложью, она просто стояла и молча смотрела на Тацую. Её взгляд, такой прямой, как был прежде, похоже, глядел, будто в сон.

— Вернемся в гостиницу. — Нежно подтолкнув её в плечи, он повел Миюки, подобно марионетку, назад в гостиницу.

Минами, стоявшая за их спинами и наблюдавшая этот спектакль одного актера «из-за кулис», последовала за ними, опустив голову, чтобы скрыть подёргивание на лице.

***

Утро четвертого дня Турнира. В одиночном «Разрушении ледяных столбов» среди девушек Миюки выиграла оба матча финального этапа за одну минуту.

Её победы были столь решительные, что была некоторая тревога, что она может поранить противников. Однако Миюки, похоже, об этом не беспокоилась. А зрители даже внимания не обращали на проигравших. Столь чарующей была улыбка Миюки, что хоть зрители и видели, что она забыла пожать руку проигравшим, их это ещё больше приводило в восторг.

После обеда будет одиночное «Разрушение ледяных столбов» и одиночное «Сбивание щита» среди парней. Тацуя отвечал за «Сбивание щита». На пути к рингу Тацуя встретил Саваки.

— Шиба-кун, ты выглядишь сегодня намного лучше.

Всё утро Тацуя заботился о «Разрушении ледяных столбов» (вкратце, о Миюки), но после завтрака он умылся.

— Я настолько отличаюсь? — чувствуя, что его замечание как запоздалое, так и внезапное, Тацуя спросил Саваки.

— А, в первый, второй и третий день почему-то у меня было такое чувство, что ты не сосредоточен. Я ничего не говорил, потому что ты всё равно должным образом выполнял свою работу. Я подумал, что тебя охватило какое-то беспокойство.

В мыслях Тацуя был потрясен. Его охватило не беспокойство, а сомнение; однако он не показывал это на лице. Даже сейчас его друзья Хонока, Шизуку, Микихико и остальные, как и Исори и Азуса, которые были ближе к нему, нежели Саваки, даже не подозревали, что с ним что-то не так. Наверное, из-за того что Саваки не был с ним всё время, он заметил малейшие изменения. Но всё равно у Саваки навыки наблюдения просто ужасающи.

— Сегодня ты выглядишь свежим. Так что я посчитал, что следует об этом упомянуть.

— Хотя я сам об этом не знал, должно быть на меня навалилась усталость. Вчера я впервые за последнее время хорошо поспал, этого было достаточно, чтобы восстановиться. — В качестве оправдания такие слова не были разумными, но и неестественными тоже не были. Тацуя так ответил, хотя, наверное, и сам бы в это не поверил.

— Это замечательно. Так держать, Шиба-кун. — Однако Саваки не показал никаких сомнений. Он просто был в приподнятом командном духе. Он не думал ни о чем другом, оставаясь сосредоточенным на предстоящем матче.

***

Темп, с которым Тацуя восстанавливался, и темп, с которым Первая школа давила на лидера, был одинаковым.

Четвертый день. Результаты Первой школы: одиночное «Разрушение ледяных столпов» среди парней третье место, девушек — первое место; одиночное «Сбивание щита» у парней первое место и у девушек первое место. Третья школа начала день с отрывом в сто очков, который теперь сократился к шестидесяти.

Продвижение Первой школы продолжилось даже в дивизионе новичков. В первый день в дивизионе новичков как парни, так и девушки выиграли «Гребца и стрелка». Тацуя вместе с Кэнто были инженерами парней. Он провел пару кохаев к сокрушительной победе над Седьмой школой. Победительница дивизиона девушек, Касуми, показала «не было ничего сложного» победоносное выражение в середине пьедестала почета.

На второй день в дивизионе новичков был финальный этап «Разрушения ледяных столпов» и «Сбивания щита». Парни заняли третье место в «Сбивании щита», но девушки великолепно победили. Тацуя отвечал за Минами, но в тот день он сделал не так уж и много.

Парни заняли ещё одно третье место, в этот раз на «Разрушении ледяных столпов», а девушки снова выиграли. Доминирование Изуми было абсолютным. Когда она вернулась в павильон Первой школы, почему-то казалось, что всё её лицо улыбается Миюки, утопая в нездоровом желании, но на этот раз Миюки оказалась достаточно доброй, чтобы побыть подушкой (она просто стояла), пока Изуми не осталась довольной.

И на третий день дивизиона новичков…

— …Это было неизбежно.

— Это было ожидаемо. Аяко непревзойденная в «Иллюзорных звездах»… даже я ей не соперница.

Финальный этап «Иллюзорных звезд» официального дивизиона будет через два дня. Сегодня Тацуя, у которого завтра был выходной, из зрительских трибун смотрел финальный этап «Иллюзорных звезд» дивизиона новичков. Лишь одна участница из Первой школы пробилась в финальный этап.

По правде, когда выбирали игроков на соревнования, на цветок соревнований девушек, «Иллюзорные звезды», предложили выбрать или Изуми, или Касуми. Эту идею поддерживали многие; однако Тацуя был категорически против, в итоге Касуми попала в «Гребца и стрелка», а Изуми в «Разрушение ледяных столпов».

Доводы Тацуи, что «Касуми больше подходит для „Гребца и стрелка“», а «Изуми для „Разрушения ледяных столпов“», не были ложью. Отличительной чертой волшебников клана Саэгуса было «отсутствие слабых мест», что можно было ещё понять как склонность к любой магии. Маюми со своей явной специализацией была, скорее, необычным исключением.

Однако его истинные мотивы были в том, что «никто из них не выстоит против Аяко».

Специальная магия Аяко, «Абсолютное смазывание», магия Концентрации, которая рассеивает пар, энергию и т. д. к едва различимому состоянию, прямого отношения к «Иллюзорным звездам» не имела. Однако у Аяко была ещё одна магия, которая настолько же специализирована, насколько и «Абсолютное смазывание».

«Ложная телепортация». Сокрыть себя или, возможно, партнера в коконе из воздуха, подавить инерцию, и мгновенно переместиться через вакуумную трубу, сделанную воздухом.

Вакуумную трубу в «Иллюзорных звездах» можно было посчитать препятствием другим игрокам, поэтому так она не могла использовать эту магию. Однако если последовательность Ложной телепортации ухудшить, магия позволит ей прыгать быстрее, чем может уследить глаз, постоянно создавая порывы воздуха.

Даже магия Полёта не сравнится с её скоростью. С точки зрения возможного расстояния движения Ложная телепортация сильно уступала магии Полёта. Однако в «Иллюзорных звездах» это не было проблемой. Единственный способ в этом соревновании выиграть у Аяко — сделать так, чтобы шар света исчез прежде, чем она успеет его найти.

Как Тацуя и Миюки ожидали, «Иллюзорные звезды» дивизиона новичков превратились в выступление, в котором лишь одна Аяко собирала очки. Участница из Первой школы сражалась хорошо. Она, наверное, сумеет занять второе место.

Но не более. Потому что даже сейчас расстояние между заработанными очками увеличивалось.

Победила в «Иллюзорных звездах» дивизиона новичков Куроба Аяко из Четвертой школы. Итоговые результаты: Первая школа на втором месте, Третья на третьем и Пятая школа на четвертом.

Последний день дивизиона новичков, «Код монолита». Снова была трудная борьба, но Первая школа сражалась хорошо.

В этом году «Код монолита» использовал круговой формат. Как официальный, так и дивизион новичков будут проходить на шести аренах в течение двух дней. Каждая команда проведет восемь матчей в течение десяти раундов (одним словом, у каждой команды будет перерыв в два раунда).

Второй день, девятый раунд. Во главе с Шиппо Такумой, команда Первой школы выиграла все предыдущие шесть матчей. В матче, который был перед предыдущим, они чудом победили команду, которую ещё до начала Турнира считали величайшим соперником, Третью школу. Настроение у команды новичков было победоносным. Однако в последнем матче прямо у них перед глазами Третья школа проиграла Четвертой. На голову Такуме и остальным будто вылили ведро холодной воды.

— Этот парень невероятен. Как, черт возьми, его зовут? — спросил Лео Тацую, сидевшего на трибунах, а не в зоне персонала поддержки.

— Куроба. Куроба Фумия.

— Куроба, ну конечно… — Микихико, тоже смотревший матч из трибун, пробормотал, как будто не решался заговорить.

В финальном матче Первая школа столкнулась с Четвертой. К сожалению, для команды Первой школы битва была трудной.

Усеянное большими камнями каменное поле боя «Кода монолита» имитировало карстовую область. Возведенный на мосту монолит Первой школы защищал Шиппо Такума. Неожиданно он вызвался в защиту; до сих пор всех врагов удавалось отбивать. В победе над Третьей школой Такума попросту уничтожил нападающего, что, можно сказать, оказалось одной из главных причин победы.

Но, несмотря на это, Фумия теснил Такуму. Будто полководец Минамото-но Ёсицунэ, Фумия прыгал с камня на камень, не давая Такуме прицелиться. А сам Фумия в воздухе прицелился в Такуму CAD в форме пистолета, атаковав его нематериальной атакой.

Внешняя системная магия, «Фантомный удар».

Тацуя использовал его в прошлом году в дивизионе новичков, но по сравнению с его, этот был намного сильнее. К тому же Фумия использовал не только Фантомный удар. Под прикрытием бросающейся в глаза магии, была скрыта другая магия, «Прямая боль» — специальность Фумии; магия, которую лишь он мог использовать. Эта магия внушает боль непосредственно оппоненту в мозг.

Он уменьшил силу, чтобы никто из волшебников на трибунах не заметил, но даже так одного удара было достаточно, чтобы Такума потерял концентрацию. В итоге люди не знали о Прямой боли и видели лишь сильный Фантомный удар.

Разумеется то, что они ошиблись об источнике силы, не меняло результата. Накопленный в голове эффект от боли явно не давал Такуме сосредоточиться.

А уменьшенная сосредоточенность уменьшила силу магии. Между успешностью магии и сосредоточенностью была прямая связь. Такума попытался атаковать «Камнепадом», — магией, использующей множественный контроль для того, чтобы атаковать массой гальки, — чтобы задержать Фумию на одном месте.

Вокруг Такумы закружились камни.

Однако он не попал по Фумие; камни посыпались прямо перед валуном, у которого тот стоял. Рукой Фумия активировал Прямую боль, сокрытую в Фантомном ударе.

Когда Фумия победил всех трех членов команды Первой школы, победа Четвертой школе была обеспечена.

Дивизион новичков завершился под занавес победы Четвертой школы в «Коде монолита». Однако Первая школа завоевала второе место и общую победу в дивизионе новичков.

В итоге, с завершением дивизиона новичков, разница между Третьей школой, которая была на первом месте, и Первой на втором месте оказалась пять очков. Из-за действий первогодок битва за победу оказалась снова между Третьей и Первой школами.

Девятый день Турнира. Официальный дивизион. Под звездным небом проходил финальный этап «Иллюзорных звезд», также известных как Танец фей.

Из Первой школы были двое, Хонока и Субару. Техником Хоноки был Тацуя; техником Субару — Азуса. Хотя обе были второгодками, это был продуманный шаг, чтобы одним ударом сразить Третью школу. Поскольку из Третьей школы в финальный этап попала лишь одна участница, стратегия уже была наполовину успешной. Готовясь исполнить другую половину стратегии, Тацуя и Азуса сделали всё возможное. Остальное зависело от участниц.

В светло-лаймовой форме, закрывающей всё тело, Хонока чуть смутилась, представ перед Тацуей. Хотя она знала, что это спортивная форма, ей явно было неловко стоять так близко от парня.

— Нет никаких признаков, что что-то не так. Ты чувствуешь себя плохо? — Было неизбежно, что, проверив CAD, Тацуя медленно и тщательно проверит тело Хоноки. Его «глаза» были чем-то, на что можно было положиться больше, чем на машину.

— Н…нет. Я в порядке, — тихонько ответила Хонока, настолько она была смущена. И не только потому, что предстала перед противоположным полом. Тацуя тоже это понимал, но сделал вид, что ничего не произошло, потому что понимал.

Может, пока соревнование не началось, оставить её одну, чтобы она смогла сосредоточиться на матче… посчитал Тацуя и как только собирался сказать это Хоноке…

— Извините, Шиба-кун. — Вошла Субару из следующего павильона, где Азуса делала окончательную проверку.

— Тебе что-то нужно?

Слова были недружелюбными, но тон голоса не был столь уж враждебным. Тацуя просто спросил; в конце концов, хоть они и были членами одной команды, «Иллюзорные звезды» — индивидуальное соревнование. Посещение участницы прямо перед матчем хоть и не назовешь легкомысленным, это не нормально.

— Я думала передать мои пожелания Шибе-куну.

— Пожелания? Мне?

— Верно, тебе, — надменно согласилась Субару. Естественно, она всегда так себя вела. Даже в прошлом году, хотя сейчас это не имело значения. — В этом матче победа будет моей. Извини, Тацуя, но мифу о твоей непобедимости сегодня настанет конец.

Однако такое высокомерие не было похоже на Субару.

«Миф о его непобедимости» — факт, что в прошлом году участники под его опекой проиграли лишь друг другу, что продолжилось и в этом году: парный «Гребец и стрелок» — Эйми; парное «Разрушение ледяных столпов» — Шизуку и одиночное — Миюки; парное «Сбивание щита» — Кирихара и одиночное — Саваки; «Гребец и стрелок» дивизиона новичков парней и «Сбивание щита» девушек; везде были победы.

— Побеждал не я. — Однако Тацуя не считал это своим достижением. Эйми, Шизуку, Миюки, Кирихара, Саваки и Минами. Все они были игроками, которые выиграли бы даже без его помощи. Тацуя считал, что это ему повезло.

Однако Субару иронически улыбнулась; он не принял это близко к сердцу.

— Хотя игроки под твоей опекой, Шиба-кун, ни разу не проиграли, я раздавлю этот миф.

Такой послужной список давил на противников, так что, объективно говоря, проблем тут не было. Такое наглое отношение, не похожее на обычную Субару, она выбрала его, наверное, чтобы избавиться от этого давления. Честно говоря, её отношение было неприятным. Однако для Тацуи Субару была ещё одним игроком команды. Будет неразумно ответить неуклюже и увеличить на неё давление.

— Неужели? — кратко ответил Тацуя и больше никак не отреагировал.

После того как Субару ушла, Тацуя вернул внимание на Хоноку, которая почему-то загорелась.

— Тацуя-сан! — В её глазах больше не было стыда. Они горели духом соперничества. — Я выложусь на полную. Я точно выиграю! Я защищу послужной список Тацуи-сана!

Он забеспокоился, что она настолько загорелась, что может себе навредить. Однако, в случае Хоноки, попытка её успокоить могла привести к противоположному эффекту. За год знакомства Тацуя хорошо изучил её характер.

— Ясно. Я на тебя полагаюсь.

В такие времена иногда лучше разжечь в ней огонь ещё больше.

— Да! — счастливо согласилась Хонока, свой боевой дух она выразила яркой улыбкой.

Финальный этап «Иллюзорных звезд».

Хонока — победитель, Субару на втором месте. Участница Третьей школы сумела занять третье место, но Третья школа заработала лишь двадцать очков, по сравнению с восьмьюдесятью очками Первой школы.

Наконец-то в общем рейтинге Первая школа стояла на вершине.

***

— До сих пор я думал, что нам не удастся, но каким-то образом нам это удалось и в этом году.

Ученики Первой школы, сидевшие на ужине, излучали облегчение, а не радость. Был десятый день Турнира девяти школ, и Первой школе с победой в «Коде монолита» удалось увеличить своё преимущество над Третьей школой на девяносто пять очков.

На мгновение это было огромное лидерство в сто очков, но всё же это был переломный момент.

— Сегодня был самым ценным игроком Йошида. Он и вправду хорошо постарался, — хвалил Микихико его товарищ по команде «Кода монолита», третьегодка Минаками Кэри; он был наполовину индийцем наполовину британцем, и поэтому обладал необычными цветами: светлыми волосами и темной кожей.

— Нет… это были не только мои усилия. Я просто следовал примеру сэмпаев. — Говоря это, Микихико посмотрел на Тацую, который сидел немного дальше, окруженный девушками. — Мне также помогал Тацуя…

— Точно. Шиба и в этом году приложил большие усилия в качестве инженера. Эй, Шиба! — Кэри несколькими жестами призвал Тацую, посмотревшего в их сторону. Тацуя поднялся, держа в руках поднос со своей едой. Возможно, наблюдая, как Тацуя покидает яркую группу девушек, включающую его сестру, Миюки, чтобы пойти к этому столу, полному парней, у Микихико появилась злобная мысль: «Он единственный получил хорошие воспоминания», — но никто в этом не был уверен.

— Садись, — сказал глава стола парней, Саваки. Тацуя не смел ослушаться — ну, он ведь взял свой поднос, так что, наверное, он и не намеревался уходить — и показал своё понимание, сев. — Ты хорошо сегодня поработал.

— Нет, я сумел сделать достаточно работы вчера, потому что немного отдохнул.

Стать техником Микихико Тацуя решил не поспешно. Он с самого начала должен был следить за CAD Микихико. Хотя была вероятность, что «Иллюзорные звезды» и «Код монолита» пересекутся. В этом случае ему пришлось бы выбирать между Хонокой и Микихико.

— Ничего не поделаешь, вчера было вчера. Мы хорошо об этом знаем. — Все присутствующие это понимали, но осмелился заговорить Хаттори, демонстрируя свою черту характера, «честную, но твердолобую».

— Как он и сказал. К тому же почти не было проблем со вчерашней работой, к которой ты отнесся немного непринужденно. Не наделав ошибок, ты способствовал сегодняшней победе.

— С этим мы должны завоевать общую победу. Так что ты можешь показать своё лицо сэмпаям, — с облегченным видом заговорил Кэри после Саваки. Он был третьегодкой, которого впервые выбрали представителем на Турнир девяти школ, поэтому традиции, наверно, сильно и излишне на него давили.

С точки зрения Тацуи это было поспешное заявление. Была вероятность, что завтрашний «Кросс с препятствиями» всё переменит. Однако он это не высказал. Наверное потому, что его не заботило ни место, ни количество очков, ни общая победа. Он хотел, чтобы завтрашнее соревнование завершилось безопасно. Нет, он сокрушит всё, что хоть посмеет помешать завтрашнему соревнованию закончиться безопасно. Вот что он думал, когда безобидно ответил.

***

После ужина Тацуя пошел в гостиничную комнату обозрения. Луна ещё не взошла, но небо было чистым. Очертания горы Фудзи виднелись в свете звезд. С этой точки зрения темнота напоминала ад. С балкона он смотрел на маршрут завтрашнего «Кросса с препятствиями» — искусственно выращенный лес с запрятанными ловушками.

— Нашла? — спросил он куклу в форме девушки, стоявшую рядом.

«„Нет ответа. Предполагаю, их держат в спящем состоянии“».

Тем, кто ответила, была сущность, которая поселилась в кукле. На конференции в Лондоне им присвоили имя Паразит; Тацуя и его друзья называли это пушионовое информационное тело Пикси.

— Как и ожидалось, ничего нельзя сделать, кроме как ждать до завтра, хмм.

Из монолога Тацуи сочилось отчаяние. Но на его лице не было даже следа упадка духом. Тацуя, без сомнений, искренне желал узнать местоположение главных актеров в завтрашнем эксперименте, гиноидов с Паразитами внутри, Кукол-паразитов. Однако когда он попросил Пикси сопровождать его сюда, он на самом деле не ожидал, что она сумеет их отыскать. Прежде всего, если бы он хотел, чтобы Пикси нашла Кукол-паразитов, ему не обязательно было бы взбираться так высоко. В конце концов, поскольку Пикси и Куклы-паразиты — по существу одинаковы, если оба активны, они смогут найти друг друга.

С той ночи, когда Миюки убедила его, поставив на кон своё существование как волшебницы, Тацуя выбросил идею остановить эксперимент клана Кудо, который может добавить опасности ученикам старших школ магии. Как и мог ожидать таинственный информатор, он решит, что делать в день соревнования — завтра. Было ясно, что таинственный информатор не ожидает, что он остановит эксперимент до его начала, потому что ему больше не предоставляли никакой дополнительной информации.

Тацуя пришел посмотреть на покрытое тьмой место завтрашней драмы не более чем по прихоти. Может, кто-то и посмел бы сказать, что он пришел сюда, чтобы отвлечься от гнева, который он чувствовал из-за того, что его толкнули на этот путь клан Кудо и таинственный информатор.

«Завтра будет видно!» по этой причине воспользоваться преимуществом Пикси в обнаружении Кукол-паразитов было несложно.

— Тацуя-кун.

На дверях комнаты обозрения не было таблички «не входить». Однако так близко к полуночи он не ожидал, что есть ещё кто-то такой же странный, чтобы пойти на балкон, в котором не было ни света, ни эффективного кондиционера.

— Мастер, вы пришли остыть?

Естественно, странностей у Якумо было больше, нежели у него… посчитал Тацуя. Когда он думал о «таком же странном», он не подумал о Якумо.

— Ну, что-то в этом роде. Ночной ветер получше, нежели кондиционер. Но, по-моему, ты для чего-то нужен той барышне. Думаю, время с ней поговорить.

Якумо не пожал плечами, но почему-то у Тацуи было такое впечатление, что пожал.

Во тьме он увидел тень. Женщина была старше него, но она всё ещё считалась молодой. От неё исходила иная аура, нежели обычно; на её прекрасном лице не было обычной веселости, наверное потому что на ней был вид, будто она в безвыходном положении.

— Как я и думал, сообщение было от вас, лейтенант, — без предисловия, будто они уже в середине разговора, Тацуя с ней заговорил, лицо у Фудзибаяси чуть посветлело.

— Как ты узнал?

— Вопрос вероятности. Если подумать, кто из моих знакомых имеет такие высокие навыки, ваше имя возглавляет список.

— А если бы это был кто-то, кого ты не знаешь?

— Бесполезно рассматривать такую возможность.

— Ох.

Хотя она чуть расслабилась, выражение на лице Фудзибаяси всё ещё было натянутым. Это от напряжения или от вины, или по какой-то иной причине?.. Тацуя ещё не обладал достаточной проницательностью, чтобы определить.

Прежде всего, следует спросить о том, что он не знает; другого выхода нет. Следовательно, Тацуя спросил без задержки и колебаний:

— Вы меня предупредили на дороге у бывшей Девятой лаборатории? Что вы хотите, чтобы я сделал?

— Что… интересно, что же я хочу, чтобы ты сделал, Тацуя-кун…

Тацуя посмотрел на неё пронзительным взглядом. Но он ничего не нашел, что мог бы использовать для того, чтобы понять, пытается ли она его обмануть.

— Тацуя-кун, может, сменим место?

Без магии, предотвращающей подслушивание или подсматривание, они не могли поговорить спокойно, столь секретной была информация.

— Вы правы…

В этом деле ещё не было ясно, союзники ли Фудзибаяси и Отдельный магический батальон. Не было признаков того, что это ловушка, но он не считал, что дело настолько серьезно.

— Вы не возражаете, если Мастер пойдет с нами?

— Хорошо.

— Э, мне всё равно.

— Понял, ведите, — согласился Тацуя, услышав, как они двое приняли его предложение.

Фудзибаяси отвела Тацую и Якумо в трейлер, похожий на тот, который Тацуя использовал в качестве рабочего автомобиля. Стоял он не на парковке для участников Турнира девяти школ. Вокруг было много незанятых парковочных мест.

«„Мастер, я не чувствую никаких передающих волн“».

С помощью Ушиямы и остальных сенсоры Пикси были усилены до предела, не ухудшая тело 3H.

— Тацуя-кун, сюда. Сэнсэй, пожалуйста, тоже садитесь.

После того как они двое сели на предложенные места на простом диване, Фудзибаяси чуть задумчиво посмотрела на Пикси, но тем не менее пошла на кухню трейлера, ничего не сказав.

Наверное, она с самого начала не намеревалась попусту тратить время. Она вернулась, неся поднос с тремя чашками с черной жидкостью. Она поставила чашки на стол и, не обращая внимания на стоящую Пикси, села напротив двоих.

— Прежде всего, можно я объясню всё по порядку? — резко заговорила Фудзибаяси, не предложив им напитки. Неформальная манера речи означала, что она говорит с Тацуей как с другом.

— Я не против. Но прежде я хотел бы кое-что уточнить. — Казалось бы без какой-либо настороженности Тацуя отпил с чашки. У него немного пересохло горло.

— Хорошо.

Фудзибаяси не была удивлена тому, как Тацуя выпил кофе со льдом. Она понимала, что он, видимо, знает об ингредиентах напитка больше, чем она. В любом случае яд повлиял бы на него не более чем на мгновение.

— Во-первых, почему вы после первого сообщения не дали дополнительной информации? Вы под наблюдением, лейтенант?

«Как с места в карьер, он сразу же задал тот вопрос, который я не хочу слышать», — подумала Фудзибаяси. Впрочем, причин не отвечать не было.

— Да.

— Тогда во-вторых. Вы вышли на контакт из-за майора Казамы и Саэки-какка или из-за Кудо-какка?

— …Это приказ моего командира. Я не под наблюдением дедушки.

Видимо, она имела в виду, что этот эксперимент клана Кудо не имеет ничего общего с Фудзибаяси Кёко, или что они настолько ей доверяют, что в слежке нет надобности.

— Могу я спросить, Госпожа семьи Фудзибаяси, — сбоку вмешался Якумо, прежде чем Тацуя успел это спросить. Называть её «Госпожой семьи Фудзибаяси» казалось не очень правильным, по крайней мере Тацуе. Однако Фудзибаяси, похоже, было всё равно, она безмятежно улыбнулась и кивнула Якумо:

— Конечно, продолжайте.

— Какая позиция клана Фудзибаяси?

Однако она не смогла удержать бесстрастное лицо. Она нахмурилась не потому, что не хотела отвечать на вопрос, а потому что сама тревожилась о позиции клана Фудзибаяси.

— Нейтральная.

— На самом деле они против, но не могут сопротивляться тому, что клан Кудо тайно делает, ты это хочешь сказать?

— …

— Почтенная жена настоящего главы клана Фудзибаяси — дочь настоящего главы клана Кудо. Эта связь с волшебниками «Девятки», с которыми враждуют традиционалисты, приближает их к волшебникам «Девятки», хотя они — волшебники древней магии. Если клан Фудзибаяси отделится от клана Кудо, он останется стоять в одиночестве в японском магическом обществе… так?

На лице Фудзибаяси исчезли все эмоции, наверное, чтобы никто не прочел, что делается у неё в голове. Однако было совершенно очевидно, что из-за исчезновения улыбки эта попытка полностью провалилась.

— Однако это не то, что я хочу, чтобы ты мне сказала. Что клан Фудзибаяси думает об использовании оккультистов с континента? — В глазах Якумо не было его обычного веселья. Они были острыми, как бритва.

— Думаю, это не понравилось клану Фудзибаяси. Отец неоднократно призывал Макото-одзиуэ[2] передумать принимать беженцев.

Когда Фудзибаяси ответила четко, острота в глазах Якумо начала исчезать. Клан Фудзибаяси и клан Кудо, несомненно, с женитьбой стали союзниками. Тем не менее и те, кто выбрал путь преодоления разрыва между «Девяткой» и «Традиционалистами», и традиционалисты, которые цеплялись за вражду, считали, что принимать оккультистов другой страны, ищущих трещины в их обороне, опасно.

— Конечно, беженцы обладают полезными заклинаниями. Используя их заклинания, количество потребляемых Псионов Куклами-паразитами немного уменьшилось. Однако, несмотря на это, и отец, и я считаем, что принимать их — ошибка.

— Извините, Мастер, но нам следует выслушать последовательность событий, — вмешался Тацуя и напряжение, возникшее между Якумо и Фудзибаяси, пропало. На лицо Якумо вернулась его обычная слабо эмоциональная улыбка.

— Лейтенант Фудзибаяси.

С другой стороны, столкнувшись с коварной фальшивой улыбкой Тацуи, Фудзибаяси ощутила совсем иное напряжение.

— Этот инцидент сильно мне докучает и раздражает. Хотя я знаю о том, что можно назвать очерками плана по испытанию нового оружия на учениках старшей школы на Турнире девяти школ, я не очень хорошо понимаю, что на самом деле случилось за кулисами. Почему-то мой информатор был скуп на информацию.

— Эм… Тацуя-кун, об этом.

У Фудзибаяси немного, но отчетливо напряглось лицо.

Возможно, это его удовлетворило, садистская улыбка Тацуи исчезла.

— Если не обращать внимания на тех, кто лавирует за кулисами, это окажется не так уж и сложно.

Из-за Миюки Тацуя уже об этом догадался, но поскольку это было несущественно, он об этом не упомянул.

— Сначала сторонники радикальных мер против Великого Азиатского Альянса в нашей армии изменили соревнования Турнира девяти школ на более боевые.

Никто не спорил с мнением Тацуи.

— Затем клан Кудо этим воспользовался, чтобы провести тест производительности Кукол-паразитов.

— Дедушка это предложил, но дядя, кажется, поначалу был против.

— Тогда тем, кто решил использовать беженцев был Кудо-какка?

— …Нет, дядя.

— Неужели. Давайте пока назовем человека, дергающего за ниточки из-за кулис через беженцев, которых принял текущий глава клана Кудо, Х. Х стремится к тому, чтобы Куклы-паразиты вышли из-под контроля и поранили или убили игроков Турнира девяти школ. Возможно, Х не намерен зайти настолько далеко и убить, но намерен привести к травмам, из-за которых ученики закончат жизнь в качестве волшебников. Может быть, конечная цель Х — уменьшить военную мощь нашей страны, оборвав поставку волшебников, которые в будущем станут солдатами. Потому что увеличение военной силы Японии будет для него помехой.

— Да, мы тоже так думаем. Поэтому я и здесь.

— …Что вы имеете в виду? — с недоверием и подозрением посмотрел на неё Тацуя. Но Фудзибаяси не отвела взгляд.

— Тацуя-кун. Мы просим твоего содействия, останови вышедших из-под контроля Кукол-паразитов.

Фудзибаяси не поднялась для поклона, она продолжала сидеть на диване — колени вместе, руки поверх них, но она низко опустила голову. Она назвала его не «особый офицер», а «Тацуя-кун».

— Содействия?

— Да, это не приказ. Это не то, что мы можем тебе приказать как твой долг. Это мольба о помощи.

Фудзибаяси подняла голову и поднялась с дивана. Прочитав её невысказанные намерения, Тацуя тоже поднялся. Фудзибаяси подошла к ящику, похожему на гроб, который как раз вмещал взрослого человека. Когда Тацуя подошел к ней сбоку, она открыла крышку.

Наверное, крышка была с встроенным механизмом открытия, поскольку как только она чуть-чуть приоткрылась — открылась полностью. Внутри лежал ультрамариновый (темно-синий) мобильный костюм — он напоминал громоздкий рабочий комбинезон.

— Хотя испытания Кукол-паразитов не официальны, это всё же проект, который клану Кудо из Десяти главных кланов поручили наши военные. Если мы вмешаемся, то это может привести к разногласиями среди военных или даже к тайной войне внутри Десяти главных кланов.

— Вы хотите, чтобы я стал незаконным орудием уничтожения?

Голос Тацуи был холодным и жестким. Это было неминуемо, в конце концов предполагалось, что никто его не защитит, если его личность будет установлена. Такой ответ можно было назвать даже мягким, учитывая, что только что ему сказали.

— Даже если ты говоришь это так, я считаю, что ничего другого сделать просто невозможно.

Взгляд Тацуи стал ещё острее, однако Фудзибаяси встретила его твердо. Возможно, это был блеф, но она даже не дрогнула.

— …Отлично.

Их краткая встреча взглядами закончилась сдачей Тацуи. Он с самого начала намеревался лично уничтожить Кукол-паразитов. На самом деле он был благодарен, что может воспользоваться новым мобильным костюмом с встроенной функцией скрытности.

— Благодарю. Можешь использовать этот автомобиль как пожелаешь. Вот ключ.

Тацуя принял коробку беспроводного управления от Фудзибаяси.

— Когда закончишь, пожалуйста, нажми эту кнопку. Через пять минут содержимое самоликвидируется. — Фудзибаяси указала на угол стены. Там была красная кнопка, окруженная черными и желтыми полосами.

— Что мне делать с мобильным костюмом? Не думаю, что он будет уничтожен с содержимым трейлера.

— Если ты положишь его в ящик, он будет полностью разрушен. Покончи с экспериментом.

— Вас понял, — кивнул Тацуя, подавленными глазами глядя на кнопку саморазрушения, и пробормотал это, будто самому себе. — Поскольку это ваша личная просьба, когда-нибудь в будущем вы мне отдадите долг. — заявил он.

Лицо Фудзибаяси потеряло цвет, она попрощалась и ушла, будто сбежала. Поскольку она бросила мобильный костюм и трейлер на Тацую, она, видимо, пошла в гостиницу. Якумо, как само собой разумеющееся, настоял на том, чтобы на всякий случай её сопроводить. Когда их тени слились с тенями на большой площади, Якумо начал разговор:

— Госпожа, это в самом деле был приказ Казамы-куна?

— …Что вы имеете в виду? И, пожалуйста, перестаньте называть меня госпожой, — с жестким лицом ответила Фудзибаяси, не глядя в сторону Якумо.

— Простите мою грубость. Фудзибаяси-сан, я просто думал. Могу сказать, что не было необходимости заставлять Тацую-куна делать это. Куклы-паразиты ведь не выйдут из-под контроля, разве не так?

— Хотите сказать, я лгала?

— Ложь — часть вашей работы… — Якумо высказал это тоном, который был и осуждающий и утешительный. — У оружия есть предохранитель. Не думаю, что Кудо Рэцу такой человек, кто закроет на это глаза… Кстати, Фудзибаяси-сан, вы знали? Даже у Миккуо есть заклинания манипулирования куклами как марионеткой. Монахи, чьей добродетели недостаточно для вызова истинного Гохо Доси используют их для создания фальшивого Гохо Доси.

— Нет… я не знала, только предполагала, — взвешенно ответила Фудзибаяси на внезапную смену темы разговора. Хотя она скосила взгляд, чтобы посмотреть, какое у Якумо лицо, она не смогла прочесть его выражение. Фудзибаяси понимала, что причиной тому была не полная враждебность.

— Перед тем как сюда прийти, я пошел в Главный храм, в котором я уже не был долгое время. Я спросил эксперта в этой области. Он заявил, что уже достиг способности вызова Гохо Доси и больше не использует фальшивки, но… — Похоже, та встреча закончилась какими-то неприятностями. Якумо улыбнулся, предаваясь воспоминаниям. — Каким бы ни был вызыватель, он всегда будет устанавливать правила защиты и нападения. Когда марионетка нарушит правила, она подвергнется наказанию. Это печать, чтобы кукла не нанесла ещё больше вреда. Говорят, что печать — часть заклинания пленения.

Якумо повернулся. Его глаза были пусты, рот стал в форме полумесяца. Лицо, будто как у одержимой куклы, Фудзибаяси закричала… нет не смогла закричать. В одно мгновение она уступила заклинанию Якумо.

— У Кукол-паразитов установлено такое же заклинание, я прав? К примеру, запрет на нападение на гражданских. В противном случае их нельзя было бы использовать в качестве автономного оружия.

— …Как вы и сказали. — Фудзибаяси не потеряла рассудок и не потеряла волю.

— Даже если оккультисты хотят, чтобы Куклы-паразиты атаковали учеников, основное заклинание этого не позволит. В тот миг, как они станут неистовыми, последовательность управления перейдет в последовательность печати и запечатает Паразита.

— Именно это я и слышала.

Однако она ничего не скрыла. Она не соврала.

— Если Кукла-паразит высвободится, держащее её внутри механической куклы заклинание прекратится, нужно будет повторять процедуру заключения сбежавшего паразита в механическую куклу, на это повлияет тот факт, что Паразит прикреплен к механической кукле?

— Я не знаю.

— Ясно… испытание не дошло настолько далеко.

Якумо отвел глаза от Фудзибаяси.

Обессилевшая Фудзибаяси опустилась на колени.

Якумо обратился к темноте:

— Такие вот дела, Казама-кун. Ты знал?

Тени создали силуэт человека. Они прошли от стоянки к рассеянным огням гостиницы — появился Казама.

— Почему вы здесь?

— Говорите, нет надобности Тацуе-куну пересекать этот опасный мост.

— Нет, не знал. — Наверное, он не думал, что его так быстро выявят; Казама не обращал внимания на Фудзибаяси, которая с ужасом посмотрела вверх ему в лицо, и ответил на вопрос своего учителя с заметно задумчивым видом.

— Ты об этом не слышал от этой госпожи?

— Нет.

Казама тоже был пользователем древней магии. У него должны были быть общие знания о заклинании марионетки. Невозможно, чтобы он не знал об встроенном предохранителе. Для него не было необходимости спрашивать подобное…

— Хммм… Похоже, есть причина, почему ты хочешь, чтобы Тацуя-кун пришел в ярость.

— Вы ведь тоже не сказали Тацуе-куну, Мастер, так ведь? — ответив вопросом на вопрос, он непрямо согласился со словами Якумо.

— У меня нет оснований защищать это решение, но командир бригады об этом не знает. Хотя генерал-майор хорошо понимает, как использовать магию, это относится лишь к современной магии; в отношении древней магии она как и всякий любитель.

— Я думал, ты её советник…

— Почему вы нас не остановите, Мастер?

Судя по всему, эта политика не ответа была неудобной для Казамы.

— Потому что было бы неприятно останавливать его.

Для Якумо это было не особенно важно. Он с самого начала не собирался осуждать Казаму.

— Фудзибаяси-сан, о нашем предыдущем разговоре. — Если бы он думал, что нет никакой опасности, он сказал бы это Тацуе. — В целом это верно. Существует возможность, что заклинание не будет работать столь хорошо.

Якумо, решивший отстраниться от мира, следил за этим инцидентом до конца, потому что боялся последствий, которые инцидент будет иметь для мира.

— …Почему?

— Кудо Рэцу, наверное, думает так же, как и ты. И не только он, все старики из бывшей Девятой лаборатории уверены в этом небольшом здравом смысле.

Он сам был примерно в том возрасте, когда его можно называть стариком, но назвал отставное поколение «Девятки» стариками.

— Вы должны были получить подробный рапорт от Тацуи-куна относительно природы Паразитов.

Казама и Фудзибаяси молча кивнули.

— Паразиты пришли в наш мир из другого измерения через дыру в стене измерений, их переполняют сильные чистые мысли. Они сливаются с хозяином этой сильной чистой мысли и эта сильная чистая мысль служит стимулом.

Якумо несколько раз повторил слова «сильная чистая мысль». Фудзибаяси быстрее уловила смысл.

— Боже… Коконоэ-сэнсэй, что вы пытаетесь сказать?!

— Сильная чистая мысль. Было бы странно, если бы земли не были пропитаны желанием победить на последнем дне Турнира девяти школ, так ведь?

— Если заклинание привязки Паразитов выйдет из строя?.. — Казама простонал вопрос.

— Может, они выйдут из-под контроля. А может и не выйдут. Думаю, следует хотя бы решить, что мы не позволим им выйти из-под контроля, — Якумо ответил ужасно безответственно и искренне.

— И когда вышедшая из-под контроля Кукла-паразит будет в конечном счете уничтожена, высвободившийся Паразит может вселиться в ученика, испускающего чистую мысль.

Ни Казама, ни Фудзибаяси не могли отрицать возможность худшего сценария, который изложил Якумо. Если бы тут был Кудо Рэцу, он, наверное, побледнел бы и не смог это опровергнуть.

— Вот почему я думаю, что позволить Тацуе-куну надеть этот боевой костюм — правильно. Тацуя может справиться с Куклами-паразитами. Военные также могут отказаться от глупого плана использования демонов, как ты и думаешь, Казама-кун. Так что ради тебя я буду держать этот вопрос в тайне. Я хочу, чтобы за это ты мне кое-что сказал.

Якумо хотел информацию за то, что не проинформирует Саэки о том, что Казама сокрыл от неё информацию.

— И что же?

— Кто послал оккультистов с материка клану Кудо?

Хоть его и спросили, Казама не знал. Тем, кто ответил, была Фудзибаяси:

— …Китайский торговец из Йокогамы, молодой человек по имени Чжоу Гунцзинь.

— Чжоу Гунцзинь из Йокогамы. В последнее время я много слышу это имя.

— Вы его знаете, Мастер? — спросил Казама.

Якумо не ответил.

— Что ж, я спросил о том, что хотел знать, так что я пойду. Как и обещал, я буду молчать о сокрытии информации и тайных действиях.

Якумо сделал один шаг от освещенной дороги. Это было всё, что потребовалось, чтобы исчезнуть.

После того как Якумо ушел, Фудзибаяси наконец поднялась.

— Майор, я…

— Свободна, лейтенант. Нельзя, чтобы Тацуя нас увидел, — прервав заговорившую Фудзибаяси, Казама направился в гостиницу.

Наверное, она подумала, если мы последуем за Якумо, это станет очевидным для Тацуи; Фудзибаяси послушно пошла за Казамой, который её не наказал.

— Лейтенант, — не оборачиваясь, чтобы подтвердить, что она следует за ним, Казама заговорил с Фудзибаяси.

— Да, майор.

— Вас тоже обманул Кудо-какка, лейтенант?

— Что? — Хотя она продолжала идти, на мгновение показалось, что она споткнулась.

— О возможности выхода из-под контроля Кукол-паразитов. Вы ведь думали, что это невозможно, лейтенант. Так ведь?

— Ах, да. — Она не сразу поняла, что Казама хотел сказать, ей пришлось сделать предположение. — Я не могла подтвердить информацию самостоятельно, сэр. Я была в положении, когда не могла доложить немедленно. Мне была доступна лишь ложная информация. Следовательно, я помешала тому, чтобы отдавались ошибочные приказы.

Казама предлагал закрыть глаза на то, что Фудзибаяси была на стороне Кудо.

— Хорошая работа, лейтенант.

— Благодарю, не упоминайте больше об этом. — Фудзибаяси остановилась и низко поклонилась Казаме в спину, он продолжал идти, не останавливаясь.

Глава 7

Пятнадцатое августа, шел одиннадцатый день Турнира девяти школ. Как и в предыдущие десять дней, утро Тацуи было одинаковым: он поднимался в одно и то же время, завтракал с командой Первой школы, и, как обычно, начинал последнюю проверку участников, бывших на его попечении.

В девять тридцать начинался «Кросс с препятствиями» девушек, а в два часа дня — парней. Крайний срок регистрации истек вчера в семнадцать часов. Сначала думали, что школы с малым количеством очков не будут участвовать, но в итоге зарегистрировалось большинство участников и участниц второго и третьего годов.

Тацуя отвечал за всех участниц второго года и за Микихико, всего за шесть человек. На первый взгляд это могло показаться тяжеловато, но, исключая техников первогодок, с самого начала было решено, что шесть человек обеспечат настройку CAD двадцати четырех участников. По стечению обстоятельств, основная масса работы техников будет выполняться утром, поэтому средняя нагрузка за день получится не такой уж и большой.

Он начал работать в семь тридцать утра и закончил в девять. Более того, поскольку времени для отдыха было предостаточно, он время от времени делал передышку, хотя многим со стороны могло бы показаться, что он истощен. Поэтому Хаттори и Исори иногда интересовались его самочувствием: «Ты в порядке?» — Так что никто не заподозрил ничего необычного, когда Тацуя, завершив свои обязанности, сказал, что желает отдохнуть и не будет наблюдать за соревнованиями девушек.

Наблюдать соревнование «Кросс с препятствиями» снаружи не представлялось возможным. Для того чтобы определить, сбился ли участник с маршрута или заблудился и ходит кругами, каждый из них должен был надеть специальный передатчик. Тем не менее даже если бы для съемки применили миниатюрные летающие камеры, то из-за густой растительности они не смогли бы сверху ничего заснять, единственное, что оставалось делать — установить множество камер по маршруту.

Из-за этого многие с самого начала собирались смотреть соревнование на установленных в конференц-зале широких экранах. И Хотя среди участников и вспомогательных групп таких бессердечных было явное меньшинство, положение Тацуи позволило ему уйти, его даже провожали сочувственными взглядами.

В девять двадцать утра глаза участников и зрителей сосредоточились на стартовой линии. Каждая из девяти школ отправила около дюжины человек, всего собралось и аккуратно выстроилось в линию сто восемь юных участниц. Они были одеты в широкий жилет, крепкие ботинки, перчатки, и разную защитную экипировку, например шапку, способную защитить не хуже шлема, защитные очки, протекторы и т. д. Хотя экипировка казалась громоздкой, это была специальная одежда, прилегающая к телу. А когда собралось так много участниц, эффект создавался необычайно яркий.

Никем незамеченный, Тацуя выскользнул из гостиницы и пошел на автомобильную стоянку. Не на стоянку, открытую для использования во время Турнира, а на военную. К ней даже подходить было запрещено.

По пути он встретился с Пикси. Она была одета в простое платье со свободными длинными рукавами, гармонично сочетавшимися с воротником, приятно облегающее талию и по длине ниспадающее до самых лодыжек, таким образом ни одна её часть тела не осталась открытой. К счастью, в этот век носить подобный наряд в середине лета не было чем-то странным. Так как Тацуе необходимо было найти паразитов, он позвал Пикси, однако её сопровождала ещё одна девушка, которую Тацуя уж точно сюда не вызывал.

— Минами, почему ты здесь?

Минами поклонилась и ответила:

— Приказ Миюки-самы.

— Миюки?

Только что Минами сказала «Миюки-сама», а не «Миюки-нээсама». Это не была обмолвка, она сделала это явно намеренно. Другими словами, Минами сейчас действует не как первогодка Первой школы и не под прикрытием двоюродной сестры, а как слуга Йоцубы. Тацуя правильно понял Минами.

— Миюки-сама заявила, что во время соревнования никак не сможет помочь Тацуе-сану, поэтому пожелала, чтобы Эта вам помогла.

Лицо Минами было твёрже, чем обычно. Это не было чуткое, хотя и несколько смущенное лицо молодой девушки, это было лицо волшебника, способного стоять на собственных ногах. Неважно, её это выбор или нет, но глядя на то, как Минами выглядит, впечатление было именно таким.

Тацуя выбросил из головы любые помыслы приказать ей уйти. Она желала, чтобы её силу использовали, и, по правде говоря, она могла помочь. Мысль «чем же пятнадцатилетняя девушка может помочь…» была слишком заносчивой, да и к тому же технически говоря, Тацуя сам был не более чем семнадцатилетним парнем.

— Понял. Следуй за мной.

— Так точно.

Минами даже не думала, что ей могут приказать уйти.

Зайдя в трейлер, который предоставила Фудзибаяси, Тацуя переоделся в Мобильную броню (пока он переодевался, Минами стояла к нему спиной), затем приказал Пикси установить местоположение Паразитов.

«„Там“».

В тот миг, когда мысли Пикси достигли Тацуи, перед его глазами на карте вспыхнули шестнадцать пятен света. Используя передатчик трейлера, Пикси передала информацию прямо на экран в защитном стекле шлема Мобильного костюма. Прошлой ночью Тацуя уже убедился, что Пикси и трейлер синхронизировались.

Число пятен света было таким же, как Тацуя обнаружил в Наре, а Пикси выявила во время сканирования несколько дней назад. Это означало, что Пикси нашла всех Паразитов. Сейчас они выстроились в центре тренировочных земель, недалеко от финишной черты. С Миюки в лидерах (Тацуя рассудил, что Миюки будет лидировать), самым быстрым сценарием… или самым худшим будет, если она встретит первого Паразита.

«…Первого Паразита нужно уничтожить за восемь минут, а всю группу за двадцать».

Тацуя отвел себе столько времени на операцию и повернулся к Минами:

— Минами, оставайся здесь и никого не пускай внутрь.

— Поняла, — Минами покорно склонила голову. Тем не менее её глаза предали её мнение об этом приказе. Видно, Минами предположила, что Тацуя желает оставить её за линией огня. Опасное недоразумение.

— Минами, Пикси играет жизненно важную роль в установлении местоположения Паразитов.

— Да. — Похоже, этот довод она не совсем поняла, вот почему на этот раз ответила слегка озадачено.

— Однако это не значит, что обнаружение одностороннее.

У Минами расширились глаза от понимания происходящего.

— Паразиты тоже могут обнаружить Пикси. Точно так же, как Пикси узнает, что куклы её обнаружили, управляющие куклами тоже поймут, что я смотрю на них через Пикси. — Тацуя всмотрелся глубоко в глаза Минами, будто чтобы высечь это предупреждение в глубинах её сердца. — На трейлер могут напасть.

— Поняла, — Кивнула Минами со слегка тревожным выражением на лице.

***

В девять двадцать девять Тацуя послал сигнал «свой — чужой» учебного полигона Фудзи и вышел из трейлера, и замаскированный Мобильной броней направился в тренировочный лес, в котором проходил «Кросс с препятствиями».

Девять тридцать. У стартовой линии каждые сто метров были установлены подиумы, которые возвышались на два метра. Из этих подиумов раздались вместе сорок один выстрел, который объявил о начале «Кросса с препятствиями».

Большинство участниц побежало осторожно, участницы Восьмой школы вошли в лес первыми. Скорее всего, потому что они часто тренировались на открытом воздухе и гордо считали, что в лесах чувствуют себя как дома.

Будто не желая признавать поражение, третьегодка из Третьей школы ускорилась. Хотя, наверное, потому что она поддалась жгучему желанию победить Первую школу, эта воодушевленная молодая девушка прыгнула в воздух и тут же попала в ловушку.

***

Тацуя выключил сигнал «свой — чужой» и нажал кнопку на Мобильной броне, увеличивающую скрытность на максимум, он растворился во внешней границе тренировочного леса. Как только прозвучал сигнал начала соревнования, он устремился к маршруту «Кросса с препятствиями».

Куклы-паразиты были разбросаны по второй половине четырехкилометрового маршрута. Видя данную формацию, у Тацуи возникло чувство, будто они хотят его заманить. Ему практически говорили: «Сможешь уничтожить всех кукол, прежде чему до них добегут участницы? Так попробуй». — Казалось, что он пляшет под чью-то дудку.

«Слишком высокомерно считать себя всезнающим, но по крайней мере это мне облегчает дело».

Даже если бы его догадки были верными, он собирался принять условия этого гамбита. Что бы ни планировал неизвестный манипулятор, задачи Тацуи будут выполнены, как только он выведет из строя Кукол-паразитов и ликвидирует всё, что хоть как-то может угрожать Миюки.

Тацуя применил магию полёта и, держась ближе к земле, устремился к ближайшей Кукле-паразиту.

***

Вскоре после того как она побежала, зрительские трибуны, расположенные перед гигантским видеоэкраном впереди неё, разразились хохотом.

В целом, на «Кроссе с препятствиями» было три правила. Первое — запрещено мешать другим игрокам. Если игрока поймают на том, что он будет вредить другому игроку, его сразу же дисквалифицируют. Тем не менее, поскольку по высшеописаным причинам обзор был ограничен, вероятность быть пойманным была до такой степени низкой, что пойматься можно было лишь по чистой случайности. Так что это правило было скорее не наказанием, а неписаным соглашением.

Второе — нельзя уходить за пределы четырехкилометрового маршрута. У каждого участника есть передатчик, присоединенный к независимой навигационной системе учебного полигона Фудзи, позволяя комитету Турнира следить за передвижениями каждого участника. Более того, каждый участник знает, где сейчас находится. На защитных очках или в шлеме был установлен экран, на котором можно было отобразить карту с текущим местоположением. И даже если они подойдут к самым границам, прозвучит сигнал предупреждения.

Третье — запрещено прыгать выше веток. По сути, движение по деревьям больше не будет «Кроссом с препятствиями». Например, какой быстрейший путь через лабиринт? Правильно — взобраться и побежать по стенам. Здесь та же логика. Система позиционирования была трехмерной, она могла вычислить, на какую высоту участники прыгают. Но, несмотря на это, точный метод увидеть, превысил ли прыжок высоту веток, — посмотреть через устройства наблюдения дальнего действия, но в данном случае было использовано более простое решение. Собственно говоря, везде были установлены сети в качестве препятствий. Нечаянно прыгнешь слишком высоко — и попадешь в сеть, даже не допрыгнув до ветви, что сейчас и было видно на экране.

В этот раз запуталась участница из Третьей школы, которая взяла бронзу «Иллюзорных звезд». То, что показали и эти подробности, было для девушки огорчительным исходом, но это было явно очень развлекательно. Будто бабочка попалась в сети паука — такая странно заманчивая сцена.

Эта сцена развернулась не только на этом экране, она транслировалась в сеть. Версия для всей страны должна была ещё пройти одобрение JSDF, поэтому сейчас видео было доступно лишь в сети базы. С другой стороны, любой в пределах базы мог смотреть соревнование, даже если он далеко от больших экранов. Эту сцену также показывали на другой стороне леса, по другую сторону от гостиницы, в конференц-зале для высокопоставленных офицеров в командном центре.

— Неопознанный волшебник нарушил периметр.

— Визуальный контакт установлен?

— Никак нет. То место недоступно для установленных камер.

— Достаточно записи. Выведите на экран.

— Да сэр!

Однако солдаты сосредоточились не на плачевном состоянии участницы, а совсем на ином человеке. Через сеть в реальном времени проигрывалась сцена из совсем иного места тренировочного леса. Короткие кадры показывали, как фигура в синем проходит между деревьями темного леса.

— Можете сделать ещё ярче?

— Так точно.

Запись посветлела и была переключена на вид сверху. На посветлевшей, но размытой картинке был человек в форме, внешне очень похожей на их собственную военную форму с установленным устройством полёта, но в различных местах она отличалась.

— Это новая Мобильная броня, разработанная фракцией генерала Саэки.

— Значит, разведданные оказались верными?

План разработки роботов, умеющих использовать магию, первой предложила семья Кудо.

Однако протестировать их во время Турнира девяти школ формально решили JSDF, но операция была полностью под прикрытием. Даже если кто-то помешает эксперименту, он не попадет под раздачу от высшего командования.

Генерал Саэки противостояла семье Кудо, — или, скорее, самому Кудо Рэцу, — поэтому была высокая вероятность того, что она тайно пошлёт подчиненных помешать эксперименту, так что очень мало людей в этом отряде сомневалось в разведданных. Несмотря на это они были потрясены, что и понятно, учитывая, с какими перспективами и на какие риски пошли японские военные, втягиваясь во внутреннюю борьбу.

Они не были эгоистичными людьми. Если бы они желали лишь своего благополучия, то вряд ли использовали бы подобные методы.

Явно зная, что это им лишь навредит — то есть помешает продвижению по службе — они на чистом патриотизме придерживались своих идеалов. Они верили, что мир в Японии требует решительной победы над Великим Азиатским Альянсом, а для этого нужно убедить толпу. Они поклялись, что если не сумеют никого убедить, будут вынуждены замолчать.

Тем не менее главным было завершить этот процесс мирными методами. JSDF тут защищали интересы Японии, разжечь внутренний конфликт — значит, навредить национальным интересам и, следовательно, нарушить свои клятвы. Поэтому они решили, что не будут прибегать к оружию независимо от исхода эксперимента. Они хотели войны с Великим Азиатским Альянсом, а не с соотечественниками. Такой была их позиция.

С их точки зрения то, что генерал Саэки решила использовать магические активы, чтобы помешать оппозиционной фракции, было совершенно невероятным. Эксперимент был с некоторым риском, так что в их группе некоторые считали, что следует хотя бы не проводить его на женском соревновании.

Однако столкнувшись с тем, что их соперники бескомпромиссно хотят прервать эксперимент, несмотря на то что никто не пострадал, они не могли посчитать это допустимым, хотя и обратное тоже было верным.

— Свяжитесь с инженерами Кудо. Позвольте им предпринять ответные меры, но пусть будут осторожны, диверсанта нельзя убивать.

— Вас понял, я сообщу им, чтобы избегали наносить смертельные ранения.

Полковник Сакаи, лидер радикалов, беспокоился за безопасность волшебника, которого использовали в качестве пешки. Хотя полковник Сакаи был в оппозиции к полковнику Саэки, он всё рано отдал приказ предотвратить потерю ценного актива для будущего этой страны.

Кудо Макото, глава семьи Кудо, нахмурился, когда получил сообщение из места эксперимента.

— Не убивать диверсанта…

Он не возражал против приказа «не убивать волшебника». Однако когда время придет, эти люди будут использовать: «вы все волшебники» в качестве причины для того, чтобы толкнуть волшебников на грань исчезновения. Очевидно, что инновационные Куклы-паразиты были созданы для того, чтобы это время никогда не настало, но здесь явился волшебник и пытается помешать плану. Макото не мог подавить кипящую ярость по отношению к нему.

— Переключите цели кукол на захват диверсанта. Разрешите им использовать любые атаки, пока они не угрожают жизни людей.

Макото выплеснул своё раздражение на главного разработчика, стоявшего по ту сторону линии, хотя на самом деле он был зол на волшебника, который пытался им помешать.

— Похоже, Макото-сама в гневе. — Главный разработчик, которому только что сделали выговор, с нетерпеливым выражением на лице повернулся к помощнику. — Впрочем, он и вправду стоит у нас на пути.

Экран показывал, как волшебник в ультрамариновой летающей боевой форме непринужденно обходит деревья, мчась прямо в сторону Кукол-паразитов. Похоже, у этого волшебника есть какая-то способность точного определения местоположения Кукол-паразитов.

— Установите диверсанта целью и поставьте задачу захватить. И ещё, куклы ведь что-то обнаружили, верно? Должно быть, это помощник этого типа, пошлите кого-нибудь его сюда привести.

Главный разработчик приказал Куклам-паразитам схватить Тацую, а частной вооруженной группе семьи Кудо, которые были временно под его командованием, схватить Пикси.

***

Тацуя, мчась между деревьями, увидел Куклу-паразита, остановился и нацелил на неё CAD. Тем не менее в следующую секунду Тацую бросило назад невероятной силой, он даже не успел применить магию.

«Очень… быстро!»

Он не упал на землю, его отбросило неожиданно далеко. Используя этот краткий миг, который из-за ускорившегося восприятия казался дольше, Тацуя начал анализировать, почему противник оказался быстрее.

Во время предыдущего обмена реакция Куклы-паразита оказалась заметно быстрее, чем Тацуи. Обнаружить силуэт врага и сразу же начать двигаться — такая скорость просто выше человеческих возможностей. Создавалось такое впечатление, что это была не только превосходная скорость обработки данных электронного мозга, но и машина, созданная специально для битвы.

На первый взгляд стройное тело не могло похвастаться подобной силой. Однако, как помнил Тацуя, такое тело, одетое в женскую боевую форму, обладает как силой, так и ловкостью, противоречащей внешнему виду.

Не было ни шлема, ни какого-то другого головного убора, потому что волосы были сенсорами воздушных и водных потоков. Защитных очков или козырька тоже не было, из-за того что сами глаза были защитой для световых сенсоров внутри. Кожа была создана из пуленепробиваемого композитного материала, суставами были способные на быстрые движения роторы, и это всё дополняла красота, превосходившая даже Пикси. Женщина-робот…

«Боевые слуги-гиноиды. Так их по-прежнему производят?»

Боевых слуг создавали в замену пехоте. Прототипы уже могли использовать стрелковое оружие, и исследования до сих пор продолжались, хотя главным образом они предназначались для обеспечения безопасности в зонах высокого риска. Однако Тацуя слышал, что их разработка застопорилась. Потому что вместо того, чтобы придерживаться человеческой формы, было намного эффективнее применять не гуманоидные автоматические орудийные башни с более плавной механикой.

Боевые слуги-гиноиды, созданные для военного использования, специализировались на сборе информации во время боя. Однако это не должно было привести к тому, что Тацую ударили ещё до того, как он активировал магию.

Не было никакой точки удара, его всего отбросило назад равномерным давлением на всё тело. Это было знакомое чувство, будто удар магией Ускорения. Кроме того, такая высокая скорость и грубая конструкция Эйдоса…

«Одиночная системная магия Ускорения… нет, это телекинез!»

В воздухе Тацуя поправил своё положение, готовясь к удару.

Спиной он врезался в ствол дерева. Удар оказался слабее, чем он ожидал, скорее всего броня послужила компенсатором. Такой уровень повреждения не требовал использования «Восстановления».

Тацуя сполз по дереву на землю и тут же принял боевую стойку. Прислушавшись к инстинктам, Тацуя прыгнул. Не было даже возможности применить магию, не было времени даже на Мгновенный вызов, он успел лишь Псионами усилить мышцы, чтобы убраться со своей изначальной позиции.

Его оценка была вознаграждена — он успешно избежал атаки. На предыдущей позиции образовался кратер, будто бы там ударил гигантский молот.

«Это тоже магия Гравитации. Такая примитивная последовательность магии точно телекинез».

Паразит, с которым он дрался прошлой зимой, обладал похожими умениями. Та сущность использовала не «магию», а «экстрасенсорику». Волшебники перестали использовать «экстрасенсорику», взамен получив «магию». Подавляющую скорость принесли в жертву универсальности, точности и стабильности. Тацуя чувствовал, что противник довел эту способность до логического предела.

«Значит, Паразиты и вправду полагаются на экстрасенсорику в качестве оружия!»

Возможно, это была специальность этого Паразита, но оптимизм — это нечто, чего следует опасаться.

Тацуя нажал несколько кнопок на своём любимом Трайденте и установил Рассеивание заклинания в Цикличный вызов. Магия разложения «Рассеивание заклинания» могла разрушить структуру последовательности магии и вернуть её к изначальному состоянию псионового шума. CAD активировался и записал Эйдос, отличный от обычных последовательностей магии, в особую Зону расчёта магии Тацуи.

Тело Куклы-паразита выпустило псионовый свет. Глаза Тацуи восприняли не сам свет, а то, как упомянутый свет формирует структуру последовательности магии.

Выстреливший ему по ногам Эйдос содержал смысл «деформировать».

Прежде чем «смысл» преобразился в «явление», заклинание Тацуи разложило сам Эйдос.

Обитающую в кукле сущность предала аура потрясения. Возможно, потрясение почувствовала не только кукла, но и оператор, так как её остановку невозможно было объяснить иначе. Она не только не нападала, но даже не активировала защитное поле, которым атаковала Тацую во время первой с ним стычки.

Придя к такому заключению, Тацуя начал сближаться со слугой. Ускорившись настолько, насколько могли поспевать мысли, Тацуя ударил кулаком куклу в грудь.

Через его ладонь куклу пронзило колебание из Псионов, временно отменило псионовый барьер, обволакивающий главное тело Паразита, и обнажило заклинание, соединяющее Паразита с куклой.

«Копирование завершено».

Тацуя использовал концепт магии Восстановления, чтобы скопировать то заклинание.

Придя в себя, Кукла-паразит с нечеловеческой силой ударила рукой в ответ, но Тацуя уже закончил копирование и прыгнул в сторону, уклоняясь от атаки. Хотя из-за такого тела у куклы было преимущество, человеческое тело могло стать более гибким благодаря бесконечной тренировке. С помощью боевых искусств он мог превзойти механику, а человеческой решимостью — преодолеть демоническую силу.

Он собрал силу в левый кулак, поднял его на высоту груди, затем представил, как в руке сжимается небольшая сфера. Он разжал кулак, будто толкая сжатую сферу, не приближаясь к Кукле-паразиту, та находилась на расстоянии вытянутой руки, он протянул руку. Тацуя бросил противопаразитный шарик в электронный мозг Куклы-паразита.

После того как пушионовый Эйдос Паразита лишился псионового защитного барьера, он остался совсем беззащитный. Заклинание, соединяющее Паразита и куклу, тоже разрушилось, Паразит почти освободился.

Будь это человеческое тело, Псионы не были бы сосредоточены лишь в области груди. Более того, человеческое тело отключилось бы в тот миг, когда исчезли все Псионы, и не смогло бы больше оставаться хозяином Паразита. Однако этот слуга — всего лишь машина, на чью производительность не влияет потеря Псионов, если его снова наполнить Псионами, он снова сможет служить Паразиту хозяином.

Тацуя активировал магию Восстановления.

Магия скопировала предыдущий Эйдос и перезаписала скопированный Эйдос поверх текущего. Это не ограничилось физическими свойствами Эйдоса. До тех пор пока Эйдос создан из Псионов, этот метод можно использовать для копирования и перезаписи.

Тацуя закачал незначительное количество Псионов в куклу и использовал скопированное заклинание лояльности, чтобы вновь соединить Паразита и куклу. Записанная последовательность магии была идеальной копией, так что, теоретически, кукла оставалась верной семье Кудо. Тем не менее порог совместимости Паразита не изменился — ему не доставало Псионов для того, чтобы двигаться.

Предположения Тацуи оказались верными. Получив минимальное количество Псионов, вместо того чтобы превратиться в смесь Псионов с Пушионами и улететь, Паразит, находясь в кукле, впал в спящий режим.

***

В вооруженной группе семьи Кудо, отправленной схватить Минами и Пикси, все были способны применять современную магию. Кинетическая сила в их распоряжении легко конкурировала с ракетными установками пехоты.

Бывшая Девятая лаборатория стремилась разработать современную магию, в которую были бы встроены элементы древней магии. Однако, кроме трёх семей, удостоенных числа «девять» в фамилии, никто из волшебников бывшей Девятой лаборатории не смог создать магию, которая вобрала в себя все достоинства древней магии. Именно из-за этого традиционалисты и были в ярости — в новую магию были встроены все их традиционные элементы.

Волшебники, пришедшие из Девятой лаборатории, но не сумевшие получить число «девять», обладали силой, которая никоим образом не уступала их коллегам, использующим современную магию. Магии в их распоряжении было более чем достаточно, чтобы взять под контроль среднего размера автомобиль и похитить пассажиров.

Однако они даже не коснулись трейлера, в котором находилась Пикси.

Как только они приготовились к нападению, из трейлера, похоже, распознали признаки их магии посредством активных Псионов — его по периметру окутал мощный магический барьер.

Чтение признаков вызова магии ещё до того, как вызов произошел — высокоуровневый навык, которым владели лишь хорошо тренированные волшебники. Однако сила и аккуратность барьера поражала даже больше.

Просто прикоснувшись к барьеру, человек не будет ранен и не почувствует ни боль, ни онемение. Его просто вытолкнет за барьер с такой же силой. Попытка изменить окружающее трейлер явление тоже будет отклонена исходящей от барьера силой вмешательства.

Нагреть, встряхнуть или оказать давление на автомобиль вместе с барьером тоже не вышло. Даже когда они усилили себя магией Укрепления у Ускорения и ринулись вперед, трейлер остался стоять на месте. На последнем издыхании они открыли огонь, даже зная, что это привлечет к ним внимание охраны, но тщетно. Как и ожидалось, даже глушители не смогли полностью скрыть выстрелы. Приближались силы охраны, так что частная вооруженная группа была вынуждена отступить с позором.

Само собой разумеется, этот магический барьер возвела Минами.

Серия «Сакура» была генетически модифицирована, чтобы усилить барьеры, которые могут инвертировать кинетические силы. Она была вторым поколением, которая унаследовала невероятные способности первого поколения и могла возводить барьеры с дополнительной стабильностью.

Минами прошла боевую подготовку семьи Йоцуба, так что обнаружить признаки надвигающейся магической атаки для неё было пустяком. Потому что это было стандартом для служивших Йоцубе волшебников.

К тому же магический барьер Минами мог посоперничать даже с потомками Десяти главных кланов или даже их превзойти. Хотя она не могла применить высококлассную магию барьера, такую как «Фаланга» семьи Дзюмондзи, в качестве одноуровневой защиты её барьер был равен барьеру Катсуто.

Её защитный барьер устоял бы даже перед танковыми снарядами или ракетами, у простых пистолетных или автоматных пуль не было никаких шансов.

***

Тацуя благоразумно «глазами» обследовал упавшую на землю слугу и убедился, что она вошла в спящий режим.

Он наткнулся на этот метод прошлой ночью. Когда он подслушал разговор Якумо, Казамы и Фудзибаяси, ему в голову пришла мысль в полной мере воспользоваться работой заклинания Кудо. Свою способность обнаружения информации он также мог использовать и для звука. Слова тоже записывались в информационное измерение как Эйдос.

Наверное, Якумо с самого начала ожидал такого исхода, но даже если это и не так — другими словами, если это было всецело подслушивание — Тацуе было на это совершенно наплевать. Характер у него не был достаточно «восхитительным», чтоб ещё вину чувствовать.

Очевидно, что заклинания для создания этих кукол содержат заклинания сдерживания.

Другими словами, создали и ограничили этих кукол одними и теми же заклинаниями.

Через Пикси Тацуя нашел, где на куклах расположен Паразит. Поскольку как для боя, так и для домашних дел использовался гиноид, подражающий настоящему человеку, их фундаментальная конструкция не должна сильно отличаться.

Две руки, две ноги, моторы в талии и шеё, сенсоры в голове, в торсе установлены топливные батареи, и электронный мозг находится там, где у человека сердце. Учитывая, что Паразит обитает в электронном мозгу, вполне возможно, что соединяющее Паразита и слугу заклинание тоже будет там, по крайней мере такой была догадка, которую не было возможности проверить заранее. Тем не менее Тацуя, похоже, рискнул не зря.

— Пикси, как далеко ближайшая кукла?

«„Две Куклы-паразита приближаются на четыре и семь часов. Мастер, будьте осторожны“».

Из-за последней части слов Пикси Тацуя почти что засмеялся. Не из-за потрясения, а из-за теплоты. Почему-то Пикси, казалось, становится всё более похожей на живую… хотя, вполне возможно, что она становится всё более и более похожей на Хоноку.

Паразиты — ставшие независимыми от человека Эйдосы.

Возможно, у них в руках есть ключ к истинному пониманию «души».

***

Через пять минут после начала соревнования участницы главным образом собрались в группы по школам.

Четыре километра в ширину, маршрут был достаточно широк. Толстые деревья разделяли его на более мелкие области. Даже если все сто восемь участниц побегут на равном расстоянии друг от друга, они с большой вероятностью быстро потеряют друг друга из виду.

Более того, это соревнование проводилось впервые, так что нельзя было сказать, как будет выглядеть начальная зона или где будут ловушки. Избежать всех ловушек по пути было невозможно, потому участницы Первой школы, для того чтобы было легче проходить места с ловушками, по пути собрались вместе… Вполне понятно, что такую стратегию приняли все школы.

К этому времени школы от финиша отделяло примерно одинаковое расстояние. По сути, до сих пор каждая школа лишь прощупывала маршрут. Впрочем, они уже прошли четверть пути и за такую скорость следовало бы поблагодарить магию. Теперь, когда каждой школе маршрут был более-менее понятен, взвинчивание темпа было неизбежным.

— Канон, ты слишком спешишь! — пожаловалась Томоко на то, как ускорилась Канон, но та даже не замедлилась.

— Я уже примерно поняла маршрут! Полагаю, остальные школы тоже! — прокричала Канон, даже не оборачиваясь.

«У нас нет шансов, если мы не ускоримся», — таким было возражение Канон, так и не слетевшее с её губ.

— Все… всё хорошо! Не напрягайтесь слишком сильно! — Добавила она, продолжив ускоряться, затем повторно применила магию Прыжка, перепрыгнула корни деревьев, приземлилась в области с редкой травой и тут же последовала крошечная версия «Минного источника». Перед её глазами опустилась земля, а с деревьев в отверстие упало довольно много грязи.

Отверстия и грязевой ливень. Скорее всего, эта ловушка предназначалась для того, чтобы похоронить несчастную жертву заживо. Канон гордо ухмыльнулась и прыгнула над отверстием.

Как только она приземлилась, правая нога сразу же погрузилась в мягкую грязь.

— Ох чёрт возьми!

Она поспешно попыталась снова активировать магию Прыжка, которую до этого использовала множество раз. Левую ногу бросило в воздух, позволив правой ноге выскользнуть из грязи, вот только лодыжку обвивала белая веревка.

Канон полностью оторвалась от земли.

Белая веревка потянулась прямиком вверх, а её другой конец, похоже, был привязан к земле где-то в грязи. Привязанная верёвкой Канон остановилась в воздухе. Поскольку невозможно было достичь заданных параметров, магия Прыжка иссякла, что привело к тому…

— Аа!

…что Канон наклонилась вперед и упала обратно в грязь.

— Тиёда-сэмпай!

Команда Первой школы нагнала Канон, из-за того что та попала в ловушку. С Субару во главе, свидетельницы этой пагубной сцены были, скорее, удивлены, чем напуганы.

Канон встала. Тем не менее всё тело от груди и ниже было погружено в грязь. Она вытянула обе руки из грязи и положила правую ладонь на левое запястье.

Грязь взорвалась.

C Канон в центре, грязь разлетелась в разные стороны во много раз неистовее, чем падающие брызги. Заранее обнаружив признаки вызова магии, Миюки быстро возвела барьер кинетической инверсии. Благодаря своевременно созданному прозрачному барьеру, одиннадцать участниц не вымазались грязью.

Это была персональная магия Ускорения «Скоростной жнец». Само собой разумеется, магию вызвала стоявшая в центре Канон.

В центре воронки в форме котла (раньше это был грязевой пруд) стояла с опущенной головой совершенно чистая Канон. Не то что грязи, даже пылинки не было видно. Похоже, она установила тело и одежду в качестве отправной точки «Скоростного жнеца» и разбросала всю грязь и пыль. Даже веревки, которая была завязана вокруг лодыжки, нигде не было видно.

При использовании такой магии даже при малейшей оплошности можно было случайно оторвать себе волосы — было бы очень больно. Была ещё одна вероятность с таким же ужасающим исходом — разорвать в клочья всю одежду. Однако Канон, похоже, владела этой магией виртуозно.

Вновь чистой рукой она сняла защитные очки и протерла глаза. Очки были довольно плотными, так что грязь не должна была попасть в глаза. Но… любой молодой девушке захочется протереть глаза, после того как она попадет в яму с грязью.

Перед глазами одногодок и младших товарищей, Канон осторожно, не спеша, надела очки обратно и подняла голову в сторону финишной линии.

Любой, смотревший ей в спину, мог сказать, что она глубоко вдохнула.

И затем…

— …Это что, долбанная шутка?! Что это за военная тренировка такая?! — истерично закричала она и просто взлетела из дыры, похожей на котёл.

— Давайте уже покончим с этим.

— …Да.

После того как Миюки согласилась со словами Субару, они двое повели товарищей по команде дальше по маршруту.

***

— Невозможно! Он точно человек? — в оперативной лаборатории главный разработчик Кукол-паразитов, ужасаясь, завыл.

Его гордых творений по одному выводили из строя.

Двое Паразитов ударили магией колебаний с флангов на скорости, недостижимой даже для волшебников Десяти главных кланов. Эти две куклы обладали демонической силой «звука», они могли едва уловимыми колебаниями разрушить чувство баланса врага, или яростными колебаниями лишить его слуха. Поправка, если использовать эту силу на полную мощность и не задумываться об ограничениях времени, можно будет достичь Фононного мейсера даже без особой последовательности магии. Столь могущественной в их распоряжении была демоническая сила.

Атаки его любимых кукол достигали эффекта. Они проходили через амортизирующие слои новейшей военной брони и ранили волшебника. Только что волшебник пошатнулся, и это было не притворство, но, выдержав удар, он контратаковал в следующую же секунду.

Первым ударом была древняя магия, своего рода Несистемная магия, известная как «Травля». Главный разработчик понятия не имел, почему это было так необходимо для того, чтобы нанести повреждения Кукле-паразиту, но сейчас он уже мог гипотетически предположить, что это была какая-то атака. Но вот последовавший прямой удар с ближней дистанции…

— Что, чёрт возьми, этот тип делает? Что только что произошло?

Это был не более чем простой удар ладонью в грудь Кукле-паразиту. Так почему же его оказалось достаточно, чтобы Кукла-паразит впала в стазис? Это ставило в тупик главного разработчика. Паразит не был освобожден, и тело слуги не было разрушено, но всё же этого оказалось достаточно, чтобы остановить машину.

Если этой техники было достаточно, чтобы по спине прошли мурашки, тогда тело из плоти и крови, способное продолжать сражаться после стольких ран, оставленных демоническими силами Кукол-паразитов, было ещё более ужасающим.

— Возможно ли, что этот тип бессмертен… настоящий вампир?

Конференц-зал в здании главного штаба, зарезервированный для высокопоставленных офицеров, наполнился тем же недоумением, что и оперативная лаборатория.

— Этот волшебник… из чего сделано его тело? Это далеко за пределами того уровня, при котором можно выдерживать простые удары.

Камеры наблюдения сейчас показывали битву один против четырех. На Мобильном костюме были заметны зубцы на спине, руках и ногах. Одна из кукол, управляющая металлическим шаром, ударила им прямо по волшебнику, а другая из восемнадцати различных точек выстрелила ртутными шариками и тоже пробила Мобильный костюм.

Однако, словно ничего и не было, в следующее мгновение волшебник нанес ответный удар.

— Махешвара… — один из присутствующих пробормотал.

— Что? — задал вопрос полковник Сакаи.

— Полковник, вы знаете волшебника, которого в прошлом году во время беспорядков в Йокогаме и четыре года назад во время обороны Окинавы противники называли «Махешварой»?

— …Сейчас, когда ты это упомянул, я о нём слышал. Уничтожает мобильное оружие одним ударом, за короткое время способен оправиться от любой атаки противника… Неужели это он?

— Основываясь на обстоятельствах, «Махешвара» — это волшебник, который связан с майором Казамой.

— Майор Харунобу Казама из Отдельного магического батальона бригады 1-0-1…

Одет в Мобильный костюм, разработанный бригадой 1-0-1, и обладает такой стойкостью, что люди считают его бессмертным. Все детали головоломки собрались воедино.

— Почему такой монстр появился на турнире старших школ?..

Для волшебников Турнир девяти школ был очень важен, но это было не более чем учебное развлечение для JSDF. Даже если эксперимент пойдёт наперекосяк, в крайнем случае, среди учеников будут четыре-пять раненых. Полковник Сакаи не считал, что Саэки или Казама уж очень обеспокоены смертями.

Полковник Сакаи не мог предугадать истинную цель генерала Саэки, он почувствовал, как по спине пробежал предостерегающий холодок.

***

Трейлер, в котором находились Минами и Пикси, сейчас был плотно окружен.

Вооруженная группа семьи Кудо (не то чтобы Минами знала, кто они) ретировалась, потому что с базы пришел персонал охраны. Однако на этот раз это охрана требовала, чтобы их впустили внутрь.

С точки зрения безопасности, это было логическое требование. Потому что, учитывая произошедшее в прошлом году, в этом году ещё одна неопознанная организация проникла на базу JSDF и даже открыла огонь. Хотя они хотели задержать открывших огонь, вполне логичным было предположить также и то, что у них возникнет желание поинтересоваться у другой группы почему по ним открыли огонь.

Но, несмотря на это, Минами не могла удовлетворить их требования. На самом деле вполне нормально было бы подчиниться их требованиям, но если позволить не посвященным военным силам увидеть салон автомобиля — это усложнит обстановку для всех.

— Я уже сказала, мы здесь были жертвами. Не понимаю, почему мы должны выполнять ваши требования.

— Это военный объект, у нас есть право обеспечивать порядок на территории! Если вы невиновны, немедленно отключите защитный барьер и откройте дверь!

Перепалка продолжалась уже некоторое время (кстати, шедший из трейлера голос был изменен). Даже если так будет продолжаться и дальше, барьер может простоять ещё час. Более того, Тацуя дал ей CAD с полным управлением мыслями, так что даже если на них внезапно обрушится магическая атака, она сможет на лету изменить барьер.

Впрочем, Минами хотела, чтобы положение не усугублялось.

«Тацуя-сама, пожалуйста, возвращайтесь поскорее…»

Минами даже не думала побеспокоить Тацую, который сейчас сражался, она лишь помешала бы ему, она могла только сидеть здесь и затягивать время.

***

Через пятнадцать минут после начала гонки участницы больше не собиралась по школам, чтобы проверить маршрут, они разделились на три группы, бегущие к финишу.

Лидерами Первой школы были Канон, Субару и Миюки. Раньше Канон соревновалась в легкой атлетике на три тысячи метров с препятствиями, но что до её специальности к магии — она больше привыкла преодолевать препятствия на бегу. Специальностью Субару был «прыжок». Миюки умело управляла магией Полёта близ земли, чтобы уворачиваться от препятствий.

Они трое находились чуть больше, чем за два километра от стартовой линии и уже как раз добежали до второй половины маршрута. Субару, которая слегка отскакивала от столбов деревьев, бегучи вперед, вдруг резко остановилась и приземлилась возле нескольких фруктовых деревьев.

— Субару, что случилось? — нагнав Субару, Миюки тоже остановилась и спросила. Хотя это была гонка, это было всё же соревнование, в котором некоторые препятствия оставались неизвестными. Если что-то обнаружил, не обратить на это внимания будет крайне глупо. Именно поэтому они бежали не в одиночку, а по двое и по трое.

— Посмотри на это.

Миюки и Канон глянули туда, куда указала Субару, и обе нахмурились. Там лежало, казалось бы, женское тело.

— …Это боевой слуга-гиноид, — сказала Канон. Она не была знатоком техники, но учитывая, что она была из семьи Тиёда, которые в Ста семьях специализировались на бое, скорее всего раньше она видела что-то похожее.

— Кажется, оно перестало работать. Что думаете? — Миюки сразу поняла, что это Кукла-паразит, которую вывел из строя Тацуя. Однако на её лице это никак не проявилось, она просто описала сцену перед глазами.

— Похоже на то.

— Может, её не забрали из предыдущих учений? — выразила мнение Субару. Звучало убедительно, но Канон не слишком-то в это поверила.

— …Так или иначе, поскольку оно не движется, не вижу причин для беспокойства. Может, её просто поставили здесь, чтобы мы насторожились и замедлились, — оценила Канон. Учитывая, что она уже сделала такой вывод, не было никакой необходимости Миюки озвучивать какое-то своё мнение.

— И?

— Давайте двигаться дальше, пока не потратили ещё больше времени, — сказав это, Канон побежала, Субару и Миюки быстро последовали за ней.

***

«Они более способны, чем я представлял… я трачу больше времени, чем ожидал. Учитывая расстояние до Миюки, наверное осталось только десять минут до того, как она сюда добежит», — размышлял окруженный Куклами-паразитами Тацуя.

По сравнению с тем, где он впервые натолкнулся на Куклу-паразита, сейчас он был довольно близко к финишной линии. Отсюда до стартовой линии он уже обездвижил всех Паразитов. Как только все шестнадцать Кукол-паразитов перестанут двигаться, «в его глазах» этот инцидент можно будет считать исчерпанным.

Среди шедших со всех сторон ударов суперсил (семья Кудо называла их «демоническими силами») Тацуя ускорился, защищая лишь жизненно важные области головы и сердца, и стремительно добрался до первой куклы.

Быстрым движением слуга рубанул Тацую по руке практически до кости, но Тацуя другой рукой контратаковал куклу.

И тут же задействовался отключающий Паразита процесс.

При поддержке CAD с управлением мыслями, Тацуя вызвал на Трайденте, который всё ещё был в кобуре, последовательность активации поддержки для Рассеивания заклинания и развеял магию, направленную ему в голову. Затем прыгнул на упавшую Куклу-паразита, временно её обездвижил и Восстановлением вылечил себе руку. Враги могли бы закричать: «так не честно!» — но это не значило, что Восстановление делает его всемогущим или неуязвимым.

Восстановление сопровождалось болью.

Это был важный элемент, который мог повлиять на сосредоточенность, из-за него мог даже провалиться вызов магии. Он уже привык к боли, но даже он не мог избежать временного колебания, которое приносила боль.

Использование полного резервного Восстановления могло блокировать боль, но тогда Восстановление временно монополизировало бы всю зону расчета магии, кардинально задерживая любую контратаку.

Именно поэтому Тацуя защитил жизненно важные органы. Пока он не исчерпает все Псионы, он не умрет, даже если получит смертельную травму. Однако если его жизнь окажется под угрозой, то инстинкты выживания автоматически активируют полное Восстановление, приостановив при этом любые другие магические способности. Если противником будет первоклассный волшебник, а у Тацуи не будет поддержки, обстоятельства будут становиться всё более и более ужасающими. Боевые способности Кукол-паразитов ни в чём не уступали первоклассным волшебникам, а скорость, с которой они активировали суперсилы, была даже выше, чем у современной магии.

Тем не менее то, что он всё ещё мог думать о таких удручающих словах означало, что у него по-прежнему остается сила.

Как только Тацуя понял, как вывести из строя врага, не освобождая Паразита, Куклы-паразиты перестали быть угрозой. Паразитов, которые поселились в человеке, было так трудно победить, потому что как только хозяин умирал, главное тело Паразита тут же высвобождалось, а у Тацуи не было способа напрямую навредить главному телу. А тут хозяином Паразита был боевой слуга-гиноид, который не умрет от повреждений. Более того, если в корпусе остается незначительное количество Псионов, Паразит войдет в спящий режим, чтобы не повредить главное тело.

Тацуя подставился под перекрестный огонь суперсил и сильно пострадал. Преодолев боль и потерю крови, он заставил двенадцать Кукол-паразитов перейти в спящий режим.

«Последние четыре… там!»

***

— Осталось лишь четыре Куклы-паразита!

Ужасающие рапорты, которые выкрикивали подчиненные, заставили главного разработчика из экспериментальной команды Кукол-паразитов прикусить губу так сильно, что потекла кровь. Он понятия не имел, что собой представляет Тацуя, вернее «Махешвара». Но он точно знал, что если один единственный волшебник сумеет сокрушить шестнадцать Кукол-паразитов, проект по разработке Кукол-паразитов можно будет признать провальным.

— Однако четыре оставшиеся… изначальные четыре не будут такой легкой добычей!.. — пробормотал сам себе главный разработчик, глядя на картинку, транслируемую Куклами-паразитами.

Эти слова звучали как пустая бравада, так и нежеланием отступать, они заставили сидевших в стороне подчиненных глубоко забеспокоиться.

***

В ту же секунду, как Тацуя обнаружил четыре Куклы-паразита, к нему полетело ядро размером с кулак, он даже не успел применить магию. Через чувства Эйдоса Тацуя «увидел» ядро, летевшее почти на непостижимой для человеческого глаза скорости. Диаметр двенадцать сантиметров, вес пять килограммов, скорость четыреста километров в час. Хотя такая скорость была намного ниже, чем у пули, содержащаяся внутри энергия была крайне необычной.

Тацуя протянул правую руку, чтобы поймать ядро. Сделанное из грязи ядро тут же разлетелось, как только прикоснулось к руке. Оно не просто раскрошилось, это был обратный взрыв в виде крошечных камешков. Это было сделано путем деконструкции грязи, с которой было сделано ядро, до уровня камешков, и высвобождения Рассеиванием кинетической энергии.

Тацуя воспользовался своей специальностью, чтобы отразить открытую атаку врага, но времени на передышку не было. Противники создали настолько тонкое поле, что его толщина могла сравниться с шёлком, и попытались им ударить Тацую. Прямо перед ним и с боков было два поля отталкивания — атака, которая использовала теоретическую базу как у «Хэсикири», излюбленной техники Тибы Наоцугу. То, что эти поля были достаточно точными, чтобы раздирать и крушить без клинка или стальной нити в качестве основы, должно быть это было достигнуто благодаря точности их механических рамок.

Тацуя снова был вынужден защищаться. Рассеиванием заклинания он уничтожил Хэсикири Кукол-паразитов. В то же время он вступил в ближний бой со следующим из них.

Противник держал по большому, тридцатисантиметровому ножу в каждой руке. Само оружие для Тацуи не было угрозой, однако сложность заключалась в скорости рубящих ударов.

«Быстро…»

По скорости удары легко превосходили персональную магию ускорения Эрики.

«Тем не менее…»

У неё был «навык». Хотя у её движений не было ничего лишнего и они были точными, но не более, их можно было легко предсказать. Тацуя избежал удара слева и справа, и активировал Рассеивание заклинания. Магия ускорения сразу потеряла свою силу, снижая скорость куклы до уровня обычного человека.

С этой покончено. Подумал Тацуя, когда собирался ударить правой рукой, но…

— Что?!

Перед Куклой-паразитом с ножами появилось поле отталкивания. Его возвёл не Паразит, управлявший Хэсикири, а похоже, что это была четвертая Кукла-паразит.

Тацуя перекатился назад, Кукла-паразит с ножами тоже отступила. Собравшись вместе, четыре Куклы-паразита выстроились в боевой порядок «ромб». Стоявшая впереди была создана для высокоскоростного ближнего боя, та, что справа, использовала сжатую грязь в виде ядер, слева — использовала Хэсикири, а четвертая, стоявшая в арьергарде, использовала барьеры отталкивания.

Ядро полетело туда, где стал Тацуя. Он магией Полёта ускорил прыжок, отпрыгивая в сторону, но в его направлении полетел острый как бритва клинок. Разложив магией клинок и ускорившись вперед, Тацуя столкнулся с двумя гигантскими ножами, которым в качестве щита помогал прозрачный барьер.

«В этих довольно высокий уровень взаимодействия».

Как будто у всех четырех был один разум — так заметно их работа в команде отличалась от остальных двенадцати, которых он уже вывел из строя, они не оставляли Тацуе никаких брешей для возможности провести атаку.

***

— Превосходно, Главная четверка, так держать! — в оперативной лаборатории Кудо глава проекта по разработке Кукол-паразитов был очень возбужден таким исходом. — Так его! Ножом!

Наполненные тревогой подчиненные задали главе вопрос:

— Эм… Шеф, нам ведь приказали его не убивать?

— А? Вы что, слепы? Этот волшебник обладает невероятной регенерацией, если отрезать руку или ногу, это его не убьет, — не терпящим возражений тоном ответил глава, не отводя взгляда от экрана. В безумные огоньки плясали у него в глазах.

***

«„Мастер, справа!“» — В голове прозвучал телепатический голос.

Соглашаясь, Тацуя быстро наклонился влево, грязевое ядро пролетело у правого плеча и где-то сзади врезалось в землю.

«„Перезарядка займет пятьдесят секунд. Летающий клинок приближается слева, уклоняйтесь на один метр вправо“».

Тацуя последовал указаниям и созданный Хэсикири летающий клинок прошел слева за тридцать сантиметров от него.

— Пикси, ты можешь сказать, как враг будет атаковать? — скрытой в перчатке броней Тацуя отклонил клинок Куклы-паразита и через передатчик спросил Пикси.

«„Ядро летит к голове… Да, мастер, я слышу, как они переговариваются между собой“».

— Переговариваются? Хочешь сказать, они не действуют по своему личному усмотрению?

Используя приемы из кулачных боев, Тацуя опустил голову, уклоняясь от ядра, и в то же время развеял персональное заклинание ускорения врага. Правая рука, в которой было заклинание, выводящее из строя вражеских слуг, оказалось на волосок от контакта, но в последнюю секунду его блокировал вражеский барьер.

«„Эти четыре, действуя, постоянно обмениваются мыслями“».

Когда Тацую оттолкнули назад барьером отталкивания, Пикси как раз ответила на его предыдущий вопрос. Он начал понимать, почему Куклы-паразиты так слажено действуют. Это не был один разум, контролирующий четыре «конечности», это было больше как один разум, контролирующий их четверых, разделившись на четыре части.

Более того, Пикси смогла перехватить «разговор» Кукол-паразитов. В таком случае с ними иметь дело будет гораздо легче.

— Пикси, передай вражеские переговоры.

«„Да, мастер“».

***

— Почему всё вдруг так обернулось?! — потрясенно выкрикнул глава, хотя на этот раз подчиненные разделили с ним потрясение.

Нападения первых четырех Кукол-паразитов, созданных бывшей Девятой лабораторий — Главной четверки — перестали быть успешными.

Ядро из грязи противник блокировал рукой в ту же секунду, как увернулся от Гравитационного клинка (они также называли летающий клинок Хэсикири Г-кинжалом). От атак высокоподвижной Куклы-паразита он уклонялся, будто бы заранее знал, куда она ударит; отходил как раз перед тем, как начинал возводиться барьер отталкивания. Хотя с их стороны не было больших повреждений, было ясно, что враг теперь знает, как движется Главная четверка.

Впервые волшебник в Мобильном костюме перехватил инициативу в нападении. Куклы изменили тактику боя, атаковав двумя Г-кинжалами по ногам, но кинжалы и полпути не успели пролететь, как их рассеяли.

Глава и его подчиненные не могли понять, что произошло, но даже если они впали в ступор, Куклы-паразиты продолжали действовать. Как только автономное оружие получит приказы, оно продолжит свою миссию до тех пор, пока не получит новые команды или приказ остановиться.

На экране подвижная модель нападала на врага, а дальнобойная модель готовилась нанести удар. Клинок был отвлекающим маневром, настоящий удар придет от выстрела. Однако волшебник в мобильном костюме, похоже, знал это с самого начала, пройдя в стороне от слуги с ножами.

Эйдос барьера отталкивания начал формироваться… и внезапно исчез в морях информации.

Волшебник в Мобильном костюме появился перед дальнобойной моделью и положил правую руку на ядро. Ядро превратилось в пыль, пройдя сквозь пальцы Куклы-паразита.

Будто человек, дальнобойная модель застыла от потрясения.

Волшебник в Мобильном костюме уже положил левую руку ей на грудь.

— Как такое может быть?.. — исследователи закричали в неверии, или, наверное, не желая в это верить — устройство, следящее за дальнобойной моделью Главной четверки, показало, что слуга отключился.

Эти четыре Куклы-паразита обладали безупречной координацией нападения. Именно благодаря их превосходной совместимости они стали намного слабее, когда одну из них убрали со сцены.

***

«„Рубящий удар, правая рука, правая нога, левая нога“».

Даже без подсказок Пикси Тацуя уже понял этот шаблон атаки. Дальнобойная модель дальними атаками сдерживала врага, поэтому сейчас, когда ему больше ничего не мешало, Тацуя мог сосредоточиться на вражеской магии.

Рассеиванием заклинания разрушив Хэсикири, Тацуя бросился к Кукле-паразиту, которая держала нож. Он уничтожил возникший перед глазами защитный барьер и протянул руку к ножу. Для Куклы-паразита это, должно быть, оказалось полной неожиданностью, видно в их электронные мозги это не запрограммировали. Невозможно было сказать, задержка возникла от машины или демона.

Тацуя схватился за лезвие.

Новый дамасский сплав — композит, созданный из кремниевых нанотрубок — рассыпался в песок. И не только клинок, за который он ухватился — другой клинок, к которому он не притронулся, постигла та же участь. Поскольку оружие разложила магия, не было никакой необходимости к нему прикасаться руками, но это послужило тем, что сцена стала более устрашающей.

Естественно, Тацуя не был потрясен, поскольку именно он активировал магию. Но вместо того чтобы приблизиться к безоружному слуге, он шагнул к отвечавшей за оборону Кукле-паразиту, которая стояла позади. Даже без преимуществ Мобильного костюма Тацуе потребовался бы лишь один шаг для того, чтобы сократить расстояние в пять метров.

Кукла-паразит снова возвела поле отталкивания, служившее защитным барьером. Хоть барьер был без какого-либо разнообразия, скорость применения этой суперсилы была намного быстрее реакции Тацуи.

Однако магией на кончиках пальцев Тацуя мог не только уничтожать магию во время вызова, но и уже завершенную магию; способность, которая могла лишь возводить барьер, против него была тщетной. Без какого-либо нападения, этой одной магии было не достаточно, чтобы представлять собой угрозу для Тацуи.

Защитный слуга впал в спящий режим.

Оставшиеся слуги были подвижной моделью, используемой для ближнего боя, и моделью, созданной для огневой поддержки ближнего боя. Сейчас они были не более чем добычей, танцующей в ладони Тацуи.

***

«„Мастер, поздравляю!“» — Пикси вдруг через телепатическую связь громко воскликнула, почти что заставив Минами случайно отключить магический барьер.

— И тут тоже… — этот порыв пылкости, казалось, совсем не вязался с «чужеродным монстром», потому Минами и пробормотала это сама себе. Не то чтобы она была в курсе этого, конечно.

— Пикси, Тацуя-сама победил всех Кукол-паразитов? — она просто, даже без намека на беспокойство, спросила.

— Верно. Мастер погрузил всех Паразитов в спящий режим.

Лишь сейчас Пикси вернулась к голосовому общению, но Минами даже не обратила на это внимания.

— Хоть я и в самом деле хочу, чтобы он побыстрее вернулся, но… — Минами осознала, что даже если вдруг Тацуя сейчас вернется, это лишь сильнее подольет масла в огонь. Вокруг трейлера по-прежнему находился отряд безопасности.

Если появится неизвестный солдат в полном обмундировании, это может привести к агрессивному исходу… Как только Минами об этом подумала, зазвонил портативный терминал, предупреждающий о входящем вызове.

Кто это может быть? Подумала она, глядя на терминал. Изначально она не питала больших надежд по этому поводу, предположив, что звонок анонимный, но экран предательски разрушил её ожидания — там появилось имя «Куроба Фумия».

— Алло?

Как он узнал мой номер? Встревожилась Минами, ответив на звонок.

Барьер продолжал стоять.

— Я Куроба Фумия. Это ведь Сакурай Минами-сан?

— Да.

— Слава богу, я попал к тебе. Искренне извиняюсь, что без позволения подсмотрел твой номер. Но не будем об этом, я хотел бы кое-что уточнить.

— Нет, я вовсе не возражаю, если Куроба-сама будет знать мой номер, что вы хотели?

— Автомобиль, покрытый защитным барьером и окруженный охраной, твой, Сакурай-сан?

— Пожалуйста, зовите меня Минами… ваши предположения верны.

По ту сторону терминала почувствовалось некоторое замешательство, но разговор продолжился без запинки.

— …Минами-сан, ты ведь не приманка, так ведь? В общем, нужно ли держать тут охрану?

— Я не только не хочу, чтобы они здесь были, они также доставляют мне огромные трудности… И ещё, Фумия-сама, пожалуйста, не зовите меня «Минами-сан», просто Минами будет достаточно.

— …Мы можем обговорить это позже. Не будем сейчас об этом, я выведу из строя весь отряд охраны. Пожалуйста, до тех пор поддерживай барьер.

— Поняла, мы на вас полагаемся… И, пожалуйста, зовите меня Минами. В конце концов, я лишь служанка, а Фумия-сама один из кандидатов на пост следующего главы дома.

— …Тогда я начну. Это не должно занять больше пяти минут.

Попрощался Фумия довольно таки добрым тоном.

— Мы победили!..

Сложно было сказать, повлияли эти слова на Минами или нет, когда она их услышала.

***

Обнаружив знакомые псионовые волны, он увидел особенно прочный магический барьер. Отметив такую возможность и проверив свою догадку, он понял, что это в самом деле одна из связанных с Йоцубой серий «Сакура» по имени Минами, которая сейчас остановилась в доме Тацуи.

Фумия мог в общих чертах предположить, что произошло. Скорее всего, этот автомобиль принадлежит почтенному «Тацуе-ониисану», и предназначен для помощи в уничтожении Кукол-паразитов. В таком случае она, должно быть, не дает силам охраны войти, дабы не добавлять Тацуе ещё больше проблем.

«Всем вам жутко не повезло».

Фумия достал CAD в форме перчатки. Сейчас у него была типичная внешность ученика старшей школы, но он решил не появляться перед другими. Он убедил себя, что в любой «маскировке» нет необходимости.

Фумия сейчас был за двадцать метров от автомобиля. По правде, «Прямой болью» с такого расстояния он мог легко поразить цели, но решил напасть с крайне близкого расстояния, чтобы не переусердствовать.

— Всем вам серьезно не повезло, — Фумия намеренно сказал отряду охраны и безжалостно активировал Прямую боль.

***

К тому времени как Тацуя вернулся в трейлер, он потерял дар речи, увидев валяющихся без сознания охранников. Фумия попросил подчиненных из семьи Куроба убрать этот беспорядок, но люди в чёрном только прибыли.

Убедившись, что здесь никого больше нет, Тацуя зашел в трейлер и положил Мобильный костюм в «гроб», как и было сказано. Затем нажал кнопку самоуничтожения. И с Минами и Пикси ушел со сцены.

Как и сказала Фудзибаяси, ни один из охраны не был ранен.

Не то чтобы Тацуя решил там остаться, дабы убедиться в этом лично.

***

Фундаментальное отличие «Кросса с препятствиями» от любых нормальных соревнований лёгкой атлетики было в том, что невозможно было сказать, что случилось с другими участниками. На нормальной гонке по пересеченной местности тоже не разбежишься, но по крайней мере маршрут там четко определен, и позицию игрока легко можно определить по тому, кто впереди, а кто сзади. Однако в «Кроссе с препятствиями» нет четкого пути, зрению мешает лес, и, кроме нескольких товарищей по команде, которые бегут рядом, практически невозможно понять, где бегут другие.

Но, несмотря на это, по встроенному в очки экрану можно было проверить, сколько людей пересекло финишную линию. В углу высвеченной на экране карты число финишировавших оставалось нулевым.

До финишной линии оставалось двести метров.

Миюки была уверена, что лидирует.

Бегущая рядом Канон тоже так думала.

Канон вдруг ускорилась и Субару тоже начала финальное ускорение, чтобы не отставать.

Миюки на мгновение заколебалась. Она не снизила текущую скорость; просто это была максимальная скорость, с которой можно бежать, чтобы обращать внимание на ловушки. Побежишь хоть чуточку быстрее, и вероятность попасть в одну из ловушек станет выше. Следует ли сохранить безопасность, или рискнуть всем и погнаться за первым местом…

— Ах!

— Вах~!

Как раз когда Миюки над этим размышляла, впереди послышалась серия выкриков.

Множество автоматических башен выплюнули непрерывный поток гранул с краской, заставив Канон после множества попаданий рухнуть на землю. Гранулы с краской не обладали проникающей способностью, но, с другой стороны, их кинетическая сила полностью передалась в удар. Просто невозможно было продолжать находиться вертикально, талией поглощая эти выстрелы, Канон оставалось лишь упасть к земле в оборонительную позицию, чтобы не травмироваться.

Следом Субару в воздухе была сбита сетью. Поскольку Субару использовала не магию Полёта, а Прыжок, часть тянущей вниз силы была смягчена магией, позволив ей получить меньше повреждений, чем Канон. Тем не менее для молодой девушки вид того, как она попала в сеть, наверное, был более позорным, чем произошедшее с Канон.

— Я… я не думаю, что им нужно развертывать военную подготовку в таком месте, как это… — с болью застонала Канон, но трудно было сказать, она жаловалась или просто ворчала, поскольку её тон значил, что она вполне может справиться с этим вызовом. Миюки, рассудила, что ни у кого из них нет проблем, и сообщила им двум о своём решении:

— Извините, я побегу вперед.

Никто не ответил, но от них явно исходила аура: «ты бессердечная~!».

Тем не менее «Кросс с препятствиями» был индивидуальным соревнованием. Даже если они были из одной школы, во время гонки они оставались соперницами, учитывая, что они объединились в команду лишь для общей выгоды. Миюки полностью приняла свою беспощадную позицию (ну, не совсем), и побежала к финишу.

Краем глаза она внимательно следила за картой.

Количество добежавших до финиша участниц оставалось нулевым.

И тем самым Миюки первой пересекла финишную черту. Положившись на чистую решимость, Канон сумела вернуться в гонку и финишировать второй. Потратив больше усилий на то, чтобы высвободиться из сети, Субару пришлось довольствоваться восьмым местом. Что касается других известных участниц Первой школы, Хонока и Шизуку заняли пятое и шестое место.

Глава 8

Группа полковника Сакаи очень поспешно покинула командный центр. Они посчитали, что вряд ли станут целью этого летающего волшебника «Махешвары». Но они прекрасно понимали, что поддерживали эксперимент Кукол-паразитов. Достаточная причина для того, чтобы за ними пришел кто-то вселяющий ужас.

Когда они покинули здание и дошли до парковки, почему-то небо потемнело. Посмотрев вверх, Сакаи понял, что случилось что-то неладное. Там не было ни облачка. Их окутал густой туман.

— Что это?..

— Газ?

— Нет, это магия! — Сопровождающий полковника волшебник сумел правильно понять, что именно создало густой туман. Однако они лишь поняли, что там есть магия. Не зная её эффекты, они не могли заставить её исчезнуть.

— Вы приглашены, полковник Сакаи и остальные.

Когда они переключили внимание на игривый голос, они увидели, как мужчина в расцвете сил, даже в середине лета одетый в костюм и мягкую фетровую шляпу, элегантно поклонился.

— Я приглашаю вас в мир снов.

После этого сознание Сакаи провалилось в темноту.

***

«Кросс с препятствиями» завершился тем, что Миюки завоевала корону девушек, а Масаки корону парней. Общая победа и в этом году досталась Первой школе. Хотя сражение было тяжелым, боевой дух команды Первой школы был даже выше, чем в прошлом году.

В конце концов, Масаки не сумел вырвать общую победу, однако в ночь после вечеринки ученики Третьей школы почему-то появились с довольными лицами. Вполне возможно, что они увидели в Масаки уверенность: «В следующий раз мы обязательно выиграем».

Ну а что касается других школ, Четвертая проявила себя, победив в «Коде монолита» и «Иллюзорных звездах» в дивизионе новичков. За это следовало благодарить очаровательных близнецов, их превосходные манеры, так не подходящие их внешности, ещё больше укрепили ходившие ранее слухи.

Радовались не только игроки. Даже взрослые все вместе поднимали праздничные бокалы…

***

Кудо Рэцу с улыбкой поднялся перед главами дома Куки и Кузуми, чтобы сказать тост. За ними до сих пор следовали все семьи с «девяткой».

Но улыбка не была лучезарной. На ней виднелось сожаление. Даже бывшие главы домов Куки и Кузуми знали, что за сожаление находится глубоко в сердце Кудо Рэцу. Вот почему они не поднимали Рэцу для провозглашения тоста; они часто сами провозглашали тосты, сменяя друг друга и давая намек ему сказать тост вместо них.

— Всех благодарю за ваши усилия. — Наконец Рэцу начал говорить слова благодарности. — На первый взгляд, эксперимент Кукол-паразитов завершился неутешительными результатами, но «Махешваре» пришлось ожесточенно с ними сражаться. Это произведет сильное впечатление на людей, планирующих использовать магию в военных целях.

Послышались одобрительные аплодисменты.

— Те, кто хотели навредить юным волшебникам, вместе с традиционалистами завтра будут повергнуты. Могу сказать это тоже значительный результат.

— Не завтра. — Однако их вдруг прервал голос, прозвучавший по ту сторону двери.

— Кто тут! — Один из низших рангов поднялся и подошел к двери.

Рэцу узнал обладателя голоса ещё до того, как его увидел.

— Казама-кун… и старейшина Саэки.

Однако грубо прервал их встречу не только Казама.

— Давно не виделись, старейшина Кудо.

Все присутствующие потеряли дар речи. Никто не предложил стула Саэки… на что она даже внимания не обратила.

— Что послужило причиной вашего внезапного визита? Это частное собрание. Увы, мы не можем предложить вам радушие, которого вы заслуживаете.

— Я прекрасно понимаю, что этот визит неожиданный. Примите наш подарок, и мы уйдем.

— Подарок?

Манера говорить Саэки была явно не дипломатичной. Но даже в противном случае у фракции «девяти» о ней сложилось бы плохое впечатление как о хитрой лисе, пошедшей против Рэцу.

Среди молча нарастающей враждебности, Саэки подала знак Казаме.

— Я полковник Сакаи из штаб-квартиры JSDF. Я тот, кто вступил в сговор с главой дома Кудо, Кудо Макото, и способствовал тому, чтобы на Турнире девяти школ прошел эксперимент над автономным магическим оружием…

Все присутствующие, кроме Рэцу, поднялись и завопили.

Голос, который проигрывало записывающее устройство в руке Казамы, был подтверждением и признанием того, что они вступили в сговор с домом Кудо, чтобы протолкнуть испытание, в котором ученики старших школ были бы в качестве подопытных свинок.

— …Так полковник Сакаи попал в ваши руки?

— Его схватили не мы.

— …Не могли бы сказать, кто?

— Я получила эту голосовую запись от дома Йоцуба.

Все собравшиеся ахнули.

— Мая… как я и думал, Йоцуба никогда не отпустит тех, кто покушался на их близких. — Рэцу кивнул, странно, но в его голосе чувствовалось согласие.

— Это не так. — Однако Саэки отвергла его слова.

— И что вы этим имеете в виду?

— Когда я получила запись, Йоцуба-доно добавила условие, что запись не должна быть показана публично.

Рэцу с любопытством поднял брови, не в состоянии понять истинные намерения Майи.

— Целью Йоцубы-доно была зачистка группы Сакаи, известной как радикалы, сторонники жестких мер против Великого Азиатского Альянса. Я получила эту запись от Йоцубы-доно при условии, что я подчищу следы и не открою содержимое общественности.

— Ясно… Сакаи-кун заслужил гнев «этой особы», — Рэцу пробормотал в знак согласия. Однако он по-прежнему всё это не мог понять. — Тогда что вы будете делать с данными, которые получили?

— Старейшина Кудо, JSDF больше не будут обращаться с волшебниками как с оружием.

— …

— Если вы так хотите, я ради этого даже поставлю на кон свою голову. Волшебники больше не будут идти в бой против своего желания. Это касается вашего внука, и «его» тоже.

— Вы… хотите сказать мне, что я ушел в отставку?

— Это правда, что Куклы-паразиты — выгодное оружие, но только пока их правильно использовать. Если бы вы создали их десять лет назад, им нашлось бы более правильное применение.

— Вы забываетесь, генерал-майор!

— Достаточно. — Рэцу жестом успокоил Куки Мамору, который от изумления пришел в ярость.

— Вы провели тестовые испытания магического оружия над незрелыми волшебниками. Как бы вы это ни приукрашивали, я не могу сказать, что вы поступили правильно, — вмешался Казама. Его голос был подобен извержению магмы.

— Майор Казама, успокойтесь.

— Мэм, прошу прощения за мою наглость!

На этот раз Саэки упрекала Казаму.

Она посмотрела Рэцу прямо в глаза.

— Пожалуйста, оставьте права волшебников нам, тем кто сейчас на службе. Мы не будем стоять в страхе перед любыми вашими действиями, старейшина Кудо, — просто заявила Саэки.

— Отлично, — ответил Рэцу когда его плечи опустились, казалось, что он выглядел счастливым.

***

16 августа 2096 года. Ночь.

Китайский квартал Йокогамы окутался тихой суматохой.

— Цель следует к западным вратам.

— У нас есть преимущество, мы знаем, где он. Убедитесь, что загоните его в угол с не менее чем тремя людьми.

Группа, мчащаяся в темноте и переговаривающаяся лишь слабым шепотом, была отрядом ликвидации, который возглавлял Куроба Мицугу.

— Цель замечена… гуааах!

— Что случилось?!

— Что-то похожее на гончую…

— Будьте внимательны! Чжоу Гунцзинь использует магию, которая отличается даже от магии Дахана и Великого Азиатского Альянса, — скомандовал стоявший рядом с Мицугу подчиненный. — Он жестче, чем ожидалось, Босс.

— Он крупная дичь, которая основательно впуталась во внутренние дела. Очень маловероятно, что он слаб, — спокойно ответил Мицугу. Не было даже намека на дрожь.

Подчиненный с облегчением продолжил:

— Но ведь госпожа приказала выступать Шибе Тацуе-доно?..

— Мы задержим Чжоу Гунцзиня ещё до того, как он придет, — однако Мицугу, услышав слова подчиненного, вдруг обнажил своё раздражение, будто чтобы сделать своё спокойствие невероятным.

— Всё будет в порядке, если мы не дождемся прибытия Фумии-самы и Шибы Тацуи-доно?

— Что, чёрт возьми, Мая-сан думает? — совсем потеряв самоконтроль, Мицугу, в конце концов, назвал Маю «Маей-сан», несмотря на то что перед ним стоял его подчиненный. — В этих обстоятельствах не нужно использовать этого человека. Этого человека вообще нельзя было выпускать. Этот человек — проявление грехов Йоцубы. Просто закрыть его на замок было бы достаточно для нашего искупления. — Мицугу, увидев ошарашенный взгляд подчиненного, громко кашлянул. — Я иду вперед. Принимай командование.

— Да, босс.

Фигура Мицугу растворилась во тьме.

Всё закончится даже без Тацуи, подумал подчиненный.

— Всё кончено, Чжоу Гунцзинь.

Через несколько минут Мицугу стоял перед Чжоу.

— Боже мой… темная сторона Йоцубы, глава семьи Куроба, предстал перед таким скромным служащим, как я. Похоже, вы меня переоценили.

— Не думай, что мы тебя недооцениваем. Ты стоял за бунтом Бланш, тайно помогал Безголовому дракону, привел особые силы Великого Азиатского Альянса, организовал въезд Паразитов… У тебя и вправду есть наглость делать всё самостоятельно.

— Уверяю, я лишь протянул руку помощи. Рано или поздно это случилось бы даже без моего содействия.

— Ты хорошо потрудился. Чтобы позже стало сейчас.

— Разве вы не думаете, что отсрочка ничего бы не решила?

— Не вижу причин, почему отсрочка — это плохо.

Мицугу медленно сокращал расстояние.

— На таком расстоянии ты не сможет использовать свою специальность Призрачный шаг. Сдавайся, Чжоу.

— И вправду. С такого расстояние моё прорицание бесполезно.

Чжоу не потерял спокойствие, когда понял, что его специальное заклинание не будет действовать.

— Тогда это будет немного больно… 疾, [哮天犬][3]!

У Мицугу не было времени даже на то, чтобы хоть удивиться.

С ночного неба спустилась четвероногая тень.

Силуэт гигантской гончей кинулся на Мицугу и откусил ему руку.

— Гух…

Мицугу безмолвно рухнул на землю.

Черная гончая уже исчезла без следа.

— Боже мой… мне потребовалось десять лет, чтобы его подготовить. Но зато получился неплохой обмен на руку Куробы Мицугу, — пробормотав эти слова, Чжоу Гунцзинь скользнул в тень.

— Отец!

Когда Фумия привел Тацую, он, едва увидев силуэт Мицугу, продрался через стену мужчин в чёрном и подбежал к тому, выражение его лица заметно изменилось.

— Кто это сделал… Ах да! Тацуя-ниисан! — Фумия вспомнил необычную силу своего уважаемого троюродного брата, и с тоской на него посмотрел. В ответ Тацуя левой рукой достал CAD в форме пистолета.

— Нет… мне не нужна твоя помощь.

— Отец, что ты говоришь?!

— Фумия. — Тацуя сказал Фумие контролировать себя и не прибегать к насилию по отношению к тяжело раненному человеку, тряся того. Затем направил CAD в левой руке на Мицугу.

— Это вас не обрадует, но если оставить вас таким, это лишь сделает Фумию и Аяко несчастными.

Затем он активировал Восстановление. Откушенная правая рука Мицугу, которая находилась до этого в неизвестном месте, появилась из ниоткуда и соединилась обратно с телом.

Тацуя машинально придавил собственную правую руку и пробормотал, будто сам себе:

— Оставить позади Миюки с Аяко и прийти сюда было правильным решением. Но как бы то ни было, Куроба-сан, что бы вас так серьезно ранили… что за магию использовал Чжоу Гунцзинь?

Мицугу покачал головой, с раздражением посмотрев на свою руку и всячески избегая смотреть Тацуе в глаза.

— Я не знаю. Чжоу Гунцзинь сказал что-то вроде «Воющая Небесная Гончая», но невозможно, чтобы существовало заклинание с таким именем.

— Если название вымышлено… тогда это, должно быть, магия трансформации тела. Он сложный противник…

Тацуя не спросил, куда побежал Чжоу.

Всё, что он сейчас знал, это то, что они должны любой ценой его найти.

(…Продолжение в следующем томе)

Послесловие

Вот и закончился 13-ый том «Непутевого ученика в школе магии». Вам было интересно читать том «Кросс с препятствиями»?

Хоть я и упоминал вскользь об этом в самом рассказе, «кросс с препятствиями» на английском означает гонку с полосой препятствий. Первоначальной задумкой я хотел использовать это название как отсылку к своего рода гонке с препятствиями, в которой главный герой должен был раскрывать природу заговоров, свалившихся ему на голову, преодолевая различные препятствия на своем пути, а не как отсылку к соревнованию в последний день Турнира девяти школ. Однако глядя на то, что получилось, создается впечатление лабиринта с множеством тупиков, а не маршрута с препятствиями. Пожалуй, всё это указывало на более подходящее для тома название «Блуждание», но тогда, если том назвать именно так, сложится впечатление, что и сами участники «Кросса с препятствиями» будут бесцельно блуждать по маршруту.

В этот раз повествование идет не о Турнире Девяти Школ, а вокруг заговора с участием Кукол-паразитов и поскольку его точкой отсчета является соревнование по кроссу с препятствиями, большая часть происходящего с участниками других соревнований была упущена. Хотя вы могли увидеть мельком различные эпизоды, происходившие не только во время матчей, но и в промежутках между ними, было невозможно включить их в одну дополнительную главу.

Таким образом, я напишу дополнительные главы в виде коротких рассказов, действие которых происходит в то же время, что и «Кросс с препятствиями». Пока неизвестно, сколько будет эпизодов и в каком они будут виде, узнать подробную информацию все желающие смогут в ближайшем будущем на официальном твиттере.

Кстати, о ближайшем будущем, к тому времени как эта книга окажется у вас в руках, в эфир уже должно будет выйти аниме. Желаю вам приятного просмотра. Что же касается blu-ray диска, то в него войдут забавные истории персонажей Школы магии, которые никогда не публиковались до этого, пожалуйста, дождитесь его выхода.

С этими словами, надеюсь, что мы снова с вами встретимся в следующем томе «Волнения в древней столице». Так же надеюсь, что ваше внимание не обойдет стороной комиксы и аниме. Пожалуйста, продолжайте поддерживать «Непутевого ученика из Школы Магии».

(Сато Цутому)

Перевод послесловия — ZloyVasya.

Редактура — ZloyVasya, Akdotu.

Примечания

1

Одзии-сама: уважительное обращение к дедушке.

2

Одзиуэ: почтительное обращение к дяде.

3

Чжоу сказал это на китайском. Буквальный перевод «вызов, „Небесная гончая“».

Content

Сато Цутому, Исида Кана
КРОСС С ПРЕПЯТСТВИЯМИ

Начальные иллюстрации

Десять научных институтов разработки и улучшения волшебников

Глава 0

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Послесловие

Примечания