Крис Колфер

Столкновение миров

Робу, Алле и Альвине.

Без вашей помощи, энтузиазма и уроков грамматики «Страны сказок» не существовало бы.

И читателям во всём мире. Воспоминания об этих приключениях, которые мы пережили вместе, я буду хранить в памяти до конца жизни. Спасибо, что подарили мне счастье. Давайте никогда не будем взрослеть.

«Если хочется счастливого финала, то главное, конечно же, решить, на чём закончить свою историю.».

Орсон Уэллс

Chris Colfer

THE LAND OF STORIES

WORLDS COLLIDE

Иллюстрации Брэндона Дормана

Copyright © 2017 by Christopher Colfer

Illustrations copyright © 2017 by Brandon Dorman

Cover art copyright © 2017 by Brandon Dorman

Cover copyright © 2017 by Hachette Book Group, Inc.

Author photo: Brian Bowen Smith/Fox

© А. Щербакова, перевод на русский язык, 2018

© ООО «Издательство АСТ», 2019

* * *

Крис Колфер – автор, чьи книги неоднократно занимали первое место в списке бестселлеров The New York Times, и обладатель премии «Золотой глобус». Также Крис попал в ежегодный список «Сто наиболее влиятельных людей» по версии журнала Time. Среди написанных им книг есть как детская серия «Страна сказок», состоящая из шести частей и нескольких дополнений («Сборник классических сказок», «Дневники Матушки Гусыни», «Как быть королевой: руководство от Красной Шапочки», Извилистое Дерево», «Тролбэлла устраивает вечеринку»), так и молодёжные романы «Удар молнии» и «Безумнее всяких фанфиков».

Пролог

День рождения

В «Книжном раю» впервые было так людно. В зал для презентаций набилось больше тысячи гостей, не осталось ни одного свободного места, да и стоять тоже было негде. На небольшой сцене, залитой светом, стояли два стула и два микрофона, приготовленных для вечернего мероприятия. Сцену, загородив весь обзор, плотно обступили репортёры и фотографы, но гостей заверили, что представители прессы разойдутся через несколько минут после начала презентации.

Читатели всех возрастов пришли в книжный магазин на встречу с любимым автором. Писатель не бывал на публике уже много лет, и гости, дожидаясь его появления, в нетерпении ёрзали на стульях и переминались с ноги на ногу. Сегодня они собрались отметить не только пятидесятилетний юбилей карьеры писателя, но и ещё одно важное событие в его жизни: на разноцветном плакате, нарисованном учениками местной начальной школы и растянутом над сценой, было написано «С ВОСЬМИДЕСЯТИЛЕТИЕМ, МИСТЕР БЕЙЛИ!».

Как и было обещано, ровно в восемь часов на сцену поднялся ведущий мероприятия в стильном костюме, и презентация началась.

– Добрый вечер, дамы и господа, и добро пожаловать в «Книжный рай», – сказал он в микрофон. – Меня зовут Грегори Куинн, я работаю в «Книжных отзывах Нью-Йорк Таймс», и для меня великая честь вести сегодняшнее мероприятие. Мы все собрались здесь, чтобы поздравить человека, благодаря которому волшебства в нашем мире стало гораздо больше, ведь он написал более сотни детских книг.

При упоминании достижений мистера Бейли толпа разразилась бурными аплодисментами. У каждого из гостей в руках были любимые книги писателя, которые они крепко прижимали к груди.

– Мне радостно видеть, насколько разнообразна читательская аудитория нашего автора, – продолжал мистер Куинн. – Мистер Бейли всегда говорил, что его главное достижение – это не количество написанных книг и проданных экземпляров, а то, что их читают люди разных возрастов, полов и народов. И эта любовь к его творчеству – лучшее подтверждение признания во всём мире.

Вспомнив, сколько радости писатель принёс им за эти годы, многие читатели прижали руки к груди. Некоторым даже навернулись слёзы на глаза, когда они подумали о том, какое влияние на них оказали прочитанные в детстве книги этого автора. К счастью, они познакомились с его творчеством в самое подходящее время.

– Вряд ли хоть кто-то не улыбнётся, услышав его имя, – говорил мистер Куинн. – Благодаря мистеру Бейли в нашем детстве было много приключений и загадок. Его персонажи научили нас понимать, что такое хорошо и плохо, а его истории доказали нам, что нет на свете оружия сильнее, чем наше собственное воображение. Если человек для всех и каждого становится родным и близким, ясно, что человек этот по-настоящему особеннный. Так давайте же напомним ему, насколько он особенный и как он важен для нас. Дамы и господа, мальчики и девочки, поприветствуйте единственного и неповторимого мистера Коннера Джонатана Бейли!

Сидевшие на стульях гости вскочили на ноги, и грянули аплодисменты. Фотографы защёлкали фотоаппаратами, повсюду замелькали вспышки.

На сцену медленно поднялся худощавый старичок и помахал восторженной толпе. Глаза у него были голубые, а растрёпанные волосы белым облачком окружали голову. Он был в очках с толстыми линзами, брюках с ярко-голубыми подтяжками и в ярко-красных кедах. Судя по его внешнему виду и лукавому огоньку в глазах, мистер Бейли был личностью не менее колоритной, чем персонажи его книг.

Мистер Куинн попытался помочь автору усесться на стул, но тот лишь отмахнулся – очевидно, он не нуждался в помощи. Даже когда мистер Бейли занял своё место, толпа продолжала хлопать.

– Спасибо, спасибо, спасибо, – сказал мистер Бейли в микрофон. – Вы невероятно добры, но довольно аплодисментов, давайте начнём. А то ведь мне восемьдесят стукнуло – нужно ценить каждую минуту.

Гости посмеялись, расселись по местам и в нетерпении придвинулись поближе.

– Спасибо вам огромное, что пришли к нам, мистер Бейли, – сказал ведущий.

– Что вы, мне только в радость, – ответил автор. – И это вам спасибо, мистер Куинн, за такую чудесную вступительную речь. Я пока своё полное имя не услышал, и не догадывался, что вы это обо мне говорите. Вы меня прям захвалили. Я даже подумал, может, книжный устроил презентацию для другого мистера Бейли?

– Все похвалы заслужены, – заверил его мистер Куинн. – Прежде всего, с днём рождения! Для нас огромная честь праздновать эту знаменательную дату вместе с вами.

– Да из меня уже песок сыплется, – пошутил мистер Бейли. – Забавно, но в юности я ничего не ждал с таким нетерпением, как день рождения. Теперь же с каждым годом я всё больше чувствую себя банкой консервов с истёкшим сроком годности, которую Создатель забыл вовремя выбросить.

– Да ну что вы, – возразил мистер Куинн. – Каждый раз, как про вас говорят, упоминают также, что жизнь в вас прямо-таки бьёт ключом. Поделитесь, как оставаться в форме и всегда быть бодрым?

– С возрастом важно выбрать форму, с которой себя соотносишь. Я вот, как видите, выбрал форму пюре, – продолжал шутить мистер Бейли. – А что касается бодрости, я стараюсь успевать как можно больше за те четыре часа, что я бодрствую.

Автор лукаво ухмыльнулся, и читатели громко рассмеялись. Им понравилось, что мистер Бейли говорил с тем же неподражаемым юмором, какой они привыкли видеть в его книгах.

– С нами сегодня также семья мистера Бейли, – сказал мистер Куинн, показывая на людей в первом ряду. – Спасибо, что позволили и нам стать частью жизни вашего отца и дедушки. Мистер Бейли, вы представите нам своих детей и внуков?

– С радостью, – кивнул автор. – Это моя старшая дочь Элизабет, её муж Бен и их дочь Чарли. Это мой сын Мэттью, его муж Генри и их сыновья Эйден и Грейсон. Ну а это моя дочь Кэрри, её муж Скотт и их дети Брайтон, Сэмми и Леви. Как видите, эти трое приёмные – с моими генами они бы вряд ли получились такими красавцами.

Зрители засмеялись и начали хлопать, приветствуя семью писателя и вынуждая тех встать и смущённо помахать толпе.

– Мы очень огорчились, узнав о том, что вашей жены недавно не стало, – сказал мистер Куинн. – Как многие знают, жена мистера Бейли Брианна Кемпбэлл-Бейли тоже была писательницей и ещё двадцать четыре года проработала сенатором Соединённых Штатов, пока не ушла на пенсию.

– И мы влюбились друг в друга аж в средней школе, – с улыбкой вспомнил мистер Бейли. – Насколько я знаю, я был первой и единственной ошибкой, которую она совершила.

– Сколько вы были женаты? – поинтересовался мистер Куинн.

– Пятьдесят два года, – ответил автор. – Она настояла на том, чтобы сначала закончить университет, прежде чем пожениться, и выпустить пятую книгу, прежде чем завести детей.

– Меня это нисколько не удивляет, – сказал мистер Куинн. – Покойная сенатор была борцом за права женщин.

– Это так. Бри всегда всё делала вовремя, вернее, в своё время, – продолжил мистер Бейли. – И её смерть – не исключение. Впрочем, в нашей семье мы говорим не «умерла» или «её не стало», а «вернулась к магии» – такое определение подходит ей гораздо больше. Но, прежде чем вернуться к магии, моя жена спрятала в нашем доме тысячи записочек для меня, чтобы я нашёл их, когда её больше не будет рядом. Так что теперь я каждый день повсюду нахожу стикеры, напоминающие мне принять лекарство или позавтракать.

– И правда магия, – согласился мистер Куинн. – Вы оба родились и выросли в Уиллоу-Крест, штат Калифорния, верно?

– Да, – кивнул мистер Бейли. – И жизнь тогда была совершенно другая. Бумагу вырабатывали из древесины, машины заправляли бензином, кофеин не был под запретом. Всё равно что Средневековье.

– Вы помните, кто первым вдохновил вас писать? – спросил мистер Куинн.

– Моя школьная учительница в шестом классе, миссис Питерс. Поначалу мы не ладили: она считала, что в классе надо учиться, а я – что там можно неплохо вздремнуть. Через год она стала директором средней школы и как-то раз прочитала рассказы, которые я написал для урока английского. Миссис Питерс заметила в моей писанине потенциал и сказала мне об этом. Я вечно буду ей благодарен. Я посвятил ей одну из своих книг, только запамятовал какую.

– «Сказколандия 4. Литературные странствия»! – громко выкрикнула девчушка из дальнего конца зала.

– Ага, вот её, – сказал мистер Бейли, почёсывая голову. – Наберитесь терпения: с тех пор как я седьмой десяток разменял, память меня постоянно подводит. Бывает, беру книгу, читаю её полностью, а о том, что это я её написал, даже не подозреваю.

– Кстати о ваших книгах. Давайте поговорим о вашей выдающейся писательской карьере, – сказал мистер Куинн. – Как я уже говорил, за пятьдесят с лишним лет издано больше сотни ваших книг, среди которых «Сага о Праворуляндии», детективно-приключенческие романы о мальчике с дирижаблем, «Хроники Королевы галактики», графические романы о Смелействе и, самое главное, «Сказколандия».

Услышав последнее название книжной фэнтези-серии мистера Бейли, толпа захлопала и закричала гораздо громче, чем раньше. Самой успешной и получившей наибольшее признание за всю карьеру писателя была серия из шести книг, переведённая на пятьдесят языков, продаваемая в ста с лишним странах и привившая многим детям любовь к чтению по всему миру. По «Сказколандии» также сняли несколько фильмов и сериалов и выпустили бесчисленное количество разнообразной атрибутики.

– Несмотря на то что многие ваши произведения стали бестселлерами, наибольшую известность вам принесла «Сказколандия», – сказал мистер Куинн. – Почему же эту серию так любят по всему миру? В чём секрет?

– О, это лёгкий вопрос. Всё дело в том, что эти книги написал ребёнок, – признался мистер Бейли. – Об этом знают немногие, но первый черновик книги «Сказколандия. Волшебное заклинание» я написал в тринадцать лет. Я очень стыдился своей писанины, поэтому никому не рассказывал, даже семье. Несколько лет спустя, когда мне было двадцать с лишним и я уже немножко заявил о себе как писатель, я нашёл в мамином доме на чердаке старую, покрытую пылью рукопись. Я прошёлся по тексту, исправил ошибки и отдал издателю. Знай я раньше, что она станет бестселлером, не ждал бы так долго.

– Какая интересная мысль, – проговорил мистер Куинн. – То есть вы хотите сказать, что дети так полюбили эти книги, потому что они придуманы ребёнком?

– Именно, – сказал мистер Бейли. – Детей привлекают истории, написанные на их языке, и задача детских авторов – не разучиться понимать его.

– У вас была масса возможностей писать и для взрослых, но вы всегда предпочитали писать для школьников. Почему вам нравится творить для детей?

– Наверное, потому что дети нравятся мне гораздо больше взрослых, – честно ответил автор, пожав плечами. – Какие бы изменения ни происходили в мире, дети никогда не изменятся. Каждому ребёнку нужно, чтобы его любили, уважали и понимали. Дети подвержены одним и тем же страхам, они умеют сопереживать и отстаивать свои убеждения. Их снедает неуёмное любопытство, жажда познаний и тяга к приключениям. Беда в том, что жизнь очень быстро лишает детей этих качеств. Но если бы мы придерживались такого свежего взгляда на мир, то достигли бы гораздо большего. Только представьте, каким чудесным мог бы быть наш мир, если бы мы смотрели на него глазами ребёнка.

– Какой совет вы можете дать начинающим авторам? – спросил мистер Куинн.

Это был очень важный вопрос для мистера Бейли. Он замолк на минуту, раздумывая над достойным ответом.

– Всегда позволяйте людям вдохновлять вас и оказывать на вас влияние, но никому не давайте лишать вас желания творить. Чем больше вас принижают, тем больше вы нужны миру. На нас, писателей, возложена великая ответственность и привилегия создавать новые миры, когда в нашем дела обстоят плохо. Писатели не только развлекают читателя. Мы стоим на страже идеологии, прокладываем путь к прогрессу и изучаем людские души. Если бы не мы, способные вообразить лучший мир, смело отстаивать свои убеждения и противостоять власть имущим… что ж, мы бы до сих пор жили в Средневековье, в котором я родился.

В зале стало очень тихо; слышно было даже, как тикают часы. Сначала автор испугался, что своим ответом расстроил читателей, но спустя несколько секунд, когда все обдумали его слова, снова грянули оглушительные аплодисменты.

– После такого ответа даже как-то неуместно спрашивать что-то ещё, поэтому давайте перейдём к вопросам из зала? – предложил мистер Куинн.

Почти все присутствующие мгновенно вскинули руки. Мистер Бейли невольно усмехнулся: его удивило, что ему, старику, столько людей хотят задать вопросы.

– Давайте начнём с женщины в коричневой рубашке, – сказал ведущий.

– Книги про Праворуляндию куда мрачнее других ваших произведений, особенно история американского рабства. Вас не волновало, что младшим читателям, возможно, рановато читать о таких вещах?

– Нисколько, – ответил мистер Бейли. – Я ни за что не стану делать реальную историю более приемлемой, чтобы кому-то спокойно спалось ночью. Чем больше мы будем проливать свет на проблемы нашего мира, как в прошлом, так и в настоящем, тем проще будет их решить.

– Теперь вопрос от мальчика в первом ряду, – сказал мистер Куинн.

– Скольким персонажам вы сами послужили прототипом?

– Всем, особенно злодеям. – Мистер Бейли подмигнул.

– Молодой человек в центре зала, пожалуйста.

– Что вдохновило вас написать «Сказколандию»?

У автора задорно блеснули глаза.

– А вы мне поверите, если я отвечу, что это автобиография?

Зрители захихикали, а дети мистера Бейли дружно вздохнули: ну вот, опять началось. Огонёк в глазах автора не угасал. Он обвёл взглядом зал, словно недоумевая, что никто не воспринял его ответ всерьёз.

– Это чистая правда, – убеждённо сказал он. – Если очень захотеть, можно увидеть, что наш мир полон магии. Но сделать это за вас я никак не могу.

Услышав ответ писателя, девочка из третьего ряда залезла на стул и принялась махать рукой, привлекая к себе внимание. Ей явно не терпелось задать вопрос куда сильнее, чем всем присутствующим в зале.

– Да, юная леди с хвостиками, – указал на неё мистер Куинн.

– Здрасьте, мистер Бейли! Меня зовут Энни, и я очень люблю ваши книжки. Я прочитала все шесть частей «Сказколандии» по двенадцать раз каждую.

– Мою признательность не выразить словами, спасибо, – ответил автор. – Какой у вас вопрос?

– Ну, вы только что сказали, что в Сказколандии всё взаправду. Все знают, что там рассказывается о двух близнецах, которые путешествуют по сказочному миру, но мне кажется, мало кто знает, что у вас самого есть близнец. Я поискала про вас информацию в интернете и узнала, что у вас есть сестра, которую зовут Алекс. В общем, я думаю, что прототипы Алека и Конни Бакстеров из Сказколандии – вы с сестрой.

Вопрос девочки привёл мистера Бейли в замешательство. Обычно читателей так увлекали придуманные им миры, что о его личной жизни, а тем более о его семье никто не спрашивал.

– Верное наблюдение, Энни, – сказал мистер Бейли. – Сказать по правде, в вас есть задатки хорошего детектива…

– Но вопрос у меня другой, – перебив автора, продолжила девочка. – Согласно моему исследованию, Алекс Бейли училась в школе Уиллоу-Крест до седьмого класса, но после она больше нигде не числилась. Я везде искала, но не нашла никаких документальных подтверждений, что она где-то ещё училась, и вообще нигде нет никакой информации о том, что с ней стало. Так что вопрос у меня не о книгах, а о вашей сестре. Что случилось с Алекс?

Всемирно признанный писатель замолк. Огонёк в его глазах потух. Он был в смятении, но не из-за вопроса, а из-за того, что не знал ответа. Мистер Бейли перебирал в памяти обрывки воспоминаний, но не мог вспомнить, где его сестра или когда он в последний раз с ней общался. Он помнил её только подростком, но ему не верилось, что больше он её никогда не видел. Они ведь наверняка поддерживали связь… Не могла же она просто взять и исчезнуть, как утверждала девочка с хвостиками… Или же могла?..

– Я… я… – лепетал мистер Бейли, пытаясь собраться с мыслями.

Очевидно, что-то было не так, и зрители стали ёрзать на стульях и перешёптываться. Заметив, что гостям неловко, автор рассмеялся, словно он просто подшутил над всеми.

– Что ж, это простой вопрос. Что случилось с Конни в конце «Сказколандии»?

Мистер Бейли задал вопрос так, словно играл с девочкой в викторину, но на самом деле он не помнил концовку собственной книжной серии. Пытаясь вспомнить, куда исчезла его сестра, писатель осознал, что вообще очень многое стёрлось из его памяти.

– Она и Алек жили долго и счастливо, – ответила Энни.

– Правда? – удивился автор. – В смысле, конечно они жили долго и счастливо. Вот и ответ на ваш вопрос.

– Но, мистер Бейли…

– Что ж, вечер был чудесный, но пора закругляться, – перебил девочку автор. – Я бы с радостью остался и ответил на все ваши вопросы, но, увы, четыре часа моего бодрствования почти истекли.

Мистер Бейли зевнул и потянулся, всем своим видом показывая, как сильно он устал, но получилось неубедительно. По правде говоря, обнаружив столько пробелов в воспоминаниях, автор сильно испугался. Он не знал, как долго получится скрывать от всех свой страх. Мистер Бейли всегда относился с юмором к подводившей его памяти, но только сегодня он осознал, что всё это уже совсем не смешно.

Поздно вечером, когда дети довезли его до дома и уехали, мистер Бейли принялся обыскивать все комнаты, пытаясь найти хоть какую-нибудь подсказку о местонахождении своей сестры, но не нашёл ничего, даже фотографии. Его дети всегда обращались с ним как с ребёнком, поэтому он побоялся спросить у них, что случилось с Алекс. Он должен был сам узнать, где его сестра.

Стоило закрыть глаза и подумать об Алекс, как ему ясно виделось её лицо: бледная кожа, румяные щёки, светло-голубые глаза, веснушки на носу, длинные рыжевато-русые волосы. Однако так Алекс выглядела в юности. Теперь-то она наверняка уже старушка – почему же в его памяти нет её образа?

– Ох, Алекс, ну где же ты? – пробормотал мистер Бейли себе под нос.

Он знал, что был лишь один способ освежить свою память. Запершись в кабинете, мистер Бейли перерыл все книжные полки, пока наконец не нашёл все части «Сказколандии». Как он и сказал читателям на презентации, все шесть книг были основаны на реальных событиях, которые им с сестрой довелось пережить в детстве и юности. И раз у него не получалось самому вспомнить подробности, быть может, его книги помогут вернуть воспоминания?..

Мистер Бейли нетерпеливо взял с полки первую часть «Сказколандии», однако вспомнить события, вдохновившие его написать эти книги, было не так просто, как ему казалось.

– Думай, старик, думай! – бормотал он. – «Сказколандия. Волшебное заклинание» о том, как мы впервые оказались в сказочном мире… Мы там что-то собирали… Какие-то предметы, с помощью которых можно было вернуться домой… О, знаю! Заклинание желаний! Папин дневник помог нам найти все предметы! За нами гонялся Злой Страшный волк, и нас чуть не убила Злая королева! Ещё мы тогда познакомились с Фрогги, Красной Шапочкой, Джеком и Златовлаской!

Обрадовавшись, что часть воспоминаний вернулась, мистер Бейли подпрыгнул, но боль в спине тут же напомнила, что он уже не в том возрасте, чтобы выделывать такие кульбиты. Автор отложил первую книгу в сторону и достал следующую.

– «Сказколандия 2. Месть Злой феи», – прочитал он название. – Так, а это о чём? О, в тот год вернулась Колдунья! Мы странствовали по сказочному миру на летучем корабле, который назывался «Бабуля»! Алекс победила Колдунью, забрав у той гордость! Ох, это было просто гениально… И в тот же год мы познакомились с Матушкой Гусыней, а мама вышла замуж за Боба.

Вспомнив события второй книги, мистер Бейли преисполнился уверенности и немедля взялся за третью часть.

– «Сказколандия 3. Исчезнувшая армия». А, судя по всему, это о том, как Великая армия пыталась захватить сказочный мир! Благодаря находчивости Матушки Гусыни и братьев Гримм солдаты застряли в портале на двести с лишним лет! Наш дядя примкнул к ним и нашёл драконье яйцо, а потом наша бабушка сразила дракона, прежде чем вернуться к магии! Ну и ну, и как мама нас из дома вообще выпустила после такого…

Когда мистер Бейли добрался до четвёртой и пятой частей, воспоминания хлынули в его голову потоком, словно ливень посреди пустыни, – только успевай вспоминать.

– «Сказколандия 4. Литературные странствия» о том, как мы с Алекс преследовали дядю Ллойда по мирам классической литературы! У нас бы получилось его остановить раньше, если бы он не забросил нас по отдельности в Камелот и Шервудский лес. В части «Сказколандия 5. Путешествие автора» мы странствовали по моим рассказам! В конце мы случайно оказались в рассказе Бри, и дядя Ллойд остался на Кладбище живых мертвецов! Мы вернулись в больницу, чтобы рассказать Алекс о случившемся, но её там не было…

Автор взял с полки последнюю шестую книгу и посмотрел на обложку.

– «Сказколандия 6. Приключения в Нью-Йорке», – прочитал он.

Увы, название не пробудило в памяти воспоминаний о тех событиях, как предыдущие части. Мистер Бейли изо всех сил пытался вспомнить, о чём эта книга и что побудило его написать её, но в голове было пусто. Он напрочь обо всём забыл, но ответ – он знал это наверняка – таился в книге. И даже если он ввёл читателей в заблуждение и никакого «долго и счастливо» на самом деле в конце не было, он был уверен, что сумеет прочесть между строк и узнать правду.

Признанный детский автор глубоко вздохнул, открыл собственную книгу на первой странице и начал читать, всей душой надеясь, что эта история поможет ему вспомнить, куда пропала его сестра много лет назад…

Глава 1

Тревожный звонок из библиотеки

Это был совершенно обычный день в Нью-Йоркской публичной библиотеке. От мраморных стен всемирно известного здания отдавались эхом шаги вездесущих туристов, неугомонных студентов колледжей и шумных учеников начальной школы на экскурсии.

Экскурсоводы рассказывали малоизвестные факты из многолетней истории библиотеки, с трудом удерживаясь от того, чтобы не закатывать глаза каждый раз, как кто-нибудь спрашивал о снимавшихся здесь фильмах. Библиотекари показывали, как пройти в знаменитые читальные залы на верхних этажах и напоминали гостям, что библиотечные книги нельзя брать с собой в уборные.

Ничто не предвещало необычных и необъяснимых событий, которые должны были произойти позднее вечером, но, как правило, такие события и происходят без предупреждения.

В четыре часа дня охранник Руди Льюис заступил на дежурство у входа в библиотеку с Пятой авеню. Руди покрикивал на подростков, которые забирались на Терпение и Мужество – двух каменных львов, стоявших по обе стороны широкой лестницы. Потом вежливо просил бездомных, спавших рядом с фонтанами, отправиться ночевать в ближайший приют, и когда те послушно уходили, Руди возвращался к статуям и снова кричал на ребят, карабкавшихся на львов. Когда библиотека закрылась и народ разошёлся, Руди продолжил дежурство внутри.

Час за часом Руди бродил по пустынным коридорам и залам четырёхэтажного здания, проверяя порядок в читальнях, галереях, кабинетах и на лестничных пролётах. За пять минут до окончания смены Руди, который был совершенно уверен, что кроме него в библиотеке нет ни души, и ждал начала смены другого охранника, решил проверить напоследок третий этаж и понял, что ошибся.

В конце длинного тёмного коридора охранник заметил девушку с рыжевато-русыми волосами и в сверкающем белом платье. Она опустила голову, словно заснула стоя. При виде незнакомки Руди испугался – ведь он раз десять за вечер здесь проходил и никого не видел. Девушка появилась в коридоре словно из воздуха.

– Простите, – позвал он. – Что вы здесь делаете?

Девушка не отвечала.

– Эй, я с вами разговариваю!

Рассерженный охранник посветил на неё фонариком, чтобы привлечь внимание, но она не пошевелилась. Как только на девушку упал луч света, Руди увидел, что она вся дрожит, а кожа у неё бледная, как у призрака. На долю секунды он испугался, что она и есть призрак. Коллеги говорили ему, что в библиотеке обитают привидения, но до сих пор он им не верил.

– Библиотека закрыта. – У Руди дрогнул голос. – Если вы не сотрудница библиотеки, вы незаконно проникли на территорию городской собственности.

Девушка по-прежнему не поднимала голову и ничего не отвечала. Её молчание ещё сильнее напугало Руди. Чем дольше он стоял перед ней, тем страшнее она ему казалась. Руди сразу вспомнились кадры из всех фильмов ужасов, где охранников постигла печальная участь, но всё же он собрался с духом и подошёл к странной незнакомке.

– Я вызову полицию, если вы и дальше будете молчать!

Неожиданно девушка вскрикнула и вскинула голову, и Руди подпрыгнул от страха. Она принялась лихорадочно оглядываться, словно только что очнулась после кошмарного сна.

– Где я? – задыхаясь, спросила девушка.

– В библиотеке, – ответил Руди, но только сильнее её напугал.

– В библиотеке? В какой?

– В Нью-Йоркской публичной библиотеке на Пятой авеню и Сорок второй улице, – сказал Руди.

– О нет! – вскричала девушка. – Уходите отсюда! Скоро случится что-то ужасное!

– О чём это вы? Как вы вообще сюда попали?

– Я не знаю, что она задумала, но уходите, пока она не заставила меня напасть на вас! – умоляла девушка. – Пожалуйста, послушайте меня! Я не могу себя сдерживать!

– О ком вы говорите? Здесь нет никого, кроме нас.

– О ведьме, которая наложила на меня проклятие! Оно заставляет меня творить страшные вещи!

– Девушка, вы явно накачались наркотиками, – сказал Руди. – Я выведу вас на улицу и вызову полицию.

– Найдите моего брата! Только он может мне помочь! Его зовут Коннер Бейли, он сейчас в детской больнице святого Андрея в Уиллоу-Крест…

– Да, да, да, – перебил её Руди, хватая за руку. – В этом городе полно мест, где помогают таким, как ты, но здесь тебе оставаться нельзя.

Охранник хотел было повести девушку к выходу, но она не двигалась с места. Он изо всех сил тянул её за руку, но она стояла как вкопанная, словно приросла к полу.

– Слишком поздно! Заклятие… я чувствую, как оно набирает силу! Ведьма близко! Пожалуйста, бегите!

К ужасу Руди, у девушки сначала закатились, а затем засветились глаза. Волосы поднялись над головой, развеваясь, словно языки пламени. За все годы службы Руди никогда не видел ничего подобного.

– Да что с тобой такое, чёрт возьми?!

Девушка подняла руку, и в тот же миг из её ладони вырвался яркий луч, ударивший в Руди и сбивший его с ног. Пока охранник лежал на полу, его тело дёргалось, будто после удара током. Перед глазами всё расплывалось, а потом и вовсе стало темнеть. За пару мгновений до того как потерять сознание, Руди из последних сил дотянулся до рации и поднёс её ко рту.

– Полиция… – прохрипел он. – Пришлите полицию в библиотеку… Срочно!

Через несколько минут Пятая авеню озарилась красно-синим светом мигалок двух полицейских машин. Из первой вышел мужчина, из второй женщина. Полицейские поспешно направились к лестнице с пистолетами наготове.

– Меня только что вызвали. В чём там дело? – спросила женщина-офицер.

– Мы не знаем. Сигнал тревоги поступил изнутри. Будьте предельно осторожны.

– О боже! – ахнула женщина. – Смотрите!

Она показывала на двери в библиотеку, которые медленно открылись сами. Через несколько секунд из них появилась парившая в воздухе девушка в белом платье – пролетев несколько метров, она опустилась на верхнюю ступеньку лестницы перед библиотекой. Даже живя в Нью-Йорке, полицейские не привыкли видеть летающих девушек со светящимися глазами и волосами дыбом. Опомнившись, они быстро спрятались за каменным львом, нацелив на девушку пистолеты.

– Руки вверх! – приказал мужчина-офицер.

Вместо того чтобы подчиниться, девушка повернулась к статуям, и в них ударили два мощных луча. Полицейские пригнулись, чтобы их не задело.

– Что это было?

– Молния! – ответила женщина-офицер. – Ничего не понимаю… в небе ни облака!

Выпрямившись, полицейские услышали какой-то странный треск, исходящий от статуй. Прямо у них на глазах два каменных льва поднялись на лапы, спрыгнули со своих постаментов и встали перед девушкой, не давая полицейским подойти ближе. Затем они зарычали, да так громко, что у всех машин, припаркованных поблизости, сработала сигнализация.

– Чёрт возьми, – пробормотал мужчина. – Статуи живые! Как это вообще возможно?

Женщина склонила голову к рации на плече.

– Офицер Санчес вызывает диспетчера. На библиотеку совершено нападение, повторяю, на библиотеку совершено нападение! Срочно отправьте сюда всех, кто в доступе!

– Принято, офицер Санчес, – раздался голос из рации. – Все полицейские извещены. Вы можете сообщить, кто или что совершило нападение?

Женщина не верила своим глазам, поэтому медлила с ответом.

– Это магия, – проговорила она. – Библиотека подверглась магическому нападению!

Глава 2

Необъяснимая случайность

Пожарная часть Уиллоу-Крест ещё не сталкивалась с тем, что случилось в больнице святого Андрея. Посреди ночи поступило сообщение о взрыве, и пожарных вызвали на место происшествия оценить ущерб. Но, прибыв в больницу, они вообще не поняли, что там случилось. Ничего не горело, разбирать завал из обломков не требовалось, а оставшиеся стены не почернели от дыма и вообще не пострадали от предполагаемого взрыва. Насколько можно было судить, женская уборная не взорвалась, а скорее просто исчезла.

– Здесь нет повреждений, она просто куда-то испарилась, – сказал один пожарный другому. – Если бы рвануло, то всё кругом было бы в керамических осколках, а тут чисто.

– Сотрудники больницы клянутся, что ещё несколько часов назад здесь был работающий женский туалет, – ответил второй пожарный. – Если не взрыв, то куда же он тогда делся?

Пожарные опросили сотрудников больницы, но свидетелей происшествия не нашлось, что ещё больше усложнило и без того необычное дело. Пожарные осмотрели прилегающий к больнице участок, предположив, что какой-нибудь трактор снёс часть здания, но на земле не было никаких следов.

– Что написать в отчёте? – спросил первый пожарный. – Нужно дать какой-то ответ страховой компании больницы, но не могу же я сказать, что уборная просто встала и ушла.

– Напиши «необъяснимая случайность», – посоветовал второй пожарный. – Думаю, с таким разбираться – уже не наша работа. Тут расследование нужно, чтобы до сути докопаться, очень тщательное расследование.

Поскольку пожарным больше нечего было делать на месте происшествия, они оградили участок защитной лентой и дали управляющему больницей телефон следователя по делам о взрывах, который жил в соседнем городе. Тот был занят до следующей недели, поэтому на месте исчезнувшей уборной пока что зияла дыра, к которой никто не приближался.

Однако вечером накануне приезда следователя через жёлтую ленту переступил подросток и сел у порога, за которым простиралась пустота. Вид у него был такой подавленный, словно его тяготило какое-то бремя. Погрузившись в свои мысли, он смотрел сквозь проём на высотки делового района Уиллоу-Крест.

Парень надеялся, что, если он вернётся на место исчезнувшей уборной, ответы на вопросы, не дававшие ему покоя, найдутся сами собой. Увы, все ответы, похоже, пропали вместе с санузлом.

– Привет, Коннер!

Внутрь, напугав его, заглянула девушка с розовыми и голубыми прядями в светлых волосах и в фиолетовой шапочке.

– Бри! Ты что тут делаешь? Я думал, ты под домашним арестом за побег.

– Ага, под арестом. Мне нельзя выходить из дома до колледжа. Родители никогда ещё так не злились. Они знают только о том, что я уехала навестить родственников в Коннектикуте. Не представляю даже, что бы они сделали, если бы узнали, что мы слетали в Германию и обратно.

– А вдруг они догадаются, что ты ушла без спросу? – спросил Коннер.

– Не догадаются, – ответила Бри. – Я из дома тайком убегаю с восьми лет. Положила на подушку голову манекена и включила запись храпа, на случай если родители решат заглянуть ко мне в комнату.

– Это одновременно и восхищает, и пугает, – усмехнулся Коннер.

Бри пожала плечами.

– Как сказала однажды Лорел Тэтчер Ульрих: «Женщины, которые хорошо себя ведут, редко входят в историю».

Бри залезла в помещение, осторожно ступая по оставшимся доскам, чтобы не провалиться в подвал, и села у порога рядом с Коннером.

– Тебя не было дома, и я догадалась, что ты здесь, – сказала она.

– Решил напоследок посмотреть ещё раз, а то завтра приедет следователь и начнёт тут копаться. Хотел убедиться, что мы ничего не упустили.

– Есть новости об Алекс?

– Никаких. – Коннер вздохнул. – Она неделю назад пропала, а мы ни единой зацепки не нашли, куда она могла деться. Мама с отчимом искали её по всему городу, но безрезультатно. Джек, Шапочка и Лестер сейчас ищут её в сказочном мире, но тоже без толку.

– Это так странно, – сказала Бри. – Я едва её знаю, но мне кажется, что вот так исчезать – не в её духе. Такое уже бывало?

Первым порывом Коннера было броситься на защиту сестры, но чем больше он об этом думал, тем больше вспоминал, что с ней и правда такое случалось.

– Ну… типа того. Не так давно Алекс довольно странно себя вела. Если она бывала чем-то сильно расстроена, то теряла контроль над своими силами. Но тогда были другие обстоятельства: она была вся на нервах, и её легко было вывести из себя.

– Из-за чего она нервничала?

– Мы тогда искали дядю Ллойда по всей сказочной стране, – объяснил Коннер. – Все её догадки насчёт него были правильными, но ей никто не верил. Совет фей решил, что она совсем потеряла голову, поэтому они приказали ей прекратить поиски. Алекс так рассердилась, что вокруг неё вспыхнуло пламя, и она исчезла. Но через несколько дней вернулась.

– Ой. Ну, возможно, это всё-таки в её духе.

– Может быть, но она точно не из тех, кто бросит друзей в беде. У нас наконец-то всё более-менее стало налаживаться. Мы собрали армию из моих персонажей и были готовы сражаться с Литературной армией в сказочном мире. Зачем сейчас убегать? Бессмыслица какая-то.

– Мой внутренний детектив хочет объяснить это тем, что тут замешан твой дядя, тем более что она из-за него раньше теряла над собой контроль, – сказала Бри. – Но мы с Эммерихом были с ним всё время. Алекс его даже не видела. Если кто-то и вывел её из себя, то точно кто-то другой.

Коннер кивнул.

– Вот это я и пытаюсь понять.

Ребята были озадачены исчезновением Алекс так же, как пожарные – исчезновением женского туалета. И те, и другие понимали, что знают о случившемся не всё. К сожалению, Коннеру и Бри, в отличие от пожарных, некому было позвонить, чтобы им помогли расследовать это происшествие.

– Как дела у персонажей? – поинтересовалась Бри.

– Им немного надоело сидеть в четырёх стенах, – сказал Коннер. – Нужно выпускать их подышать свежим воздухом, но только не всех сразу, а по очереди, чтобы ни у кого не возникло подозрений. Боб учил друзей Робина и Пропащих мальчишек играть в футбол в парке, чтобы они выплеснули энергию. Мама перебинтовала всех мумий, так что теперь в комнате отдыха не так воняет. Из-за того, что киборги потребляют слишком много энергии, в больнице бывают перебои с электричеством. Смелейство по ночам патрулирует улицы в районе, чтобы не терять супергеройскую хватку, так что уровень преступности заметно снизился. Ну а пиратки из Праворуляндии нашли телевизор и без остановки смотрят «Я люблю Люси». Всех остальных это бесит, но они хотя бы не слоняются без дела.

– Я рада, что удалось их всех собрать, – сказала Бри. – Хотя не представляю, каково тебе. Я в «Кладбище живых мертвецов» была всего пару часов, но и то у меня это в голове не укладывается, а твои персонажи с тобой уже несколько дней. Это прям как какая-то психоделическая встреча с родственниками.

– После того как бабушка прямо у меня на глазах убила дракона, сложно чему-то удивляться, – рассмеялся Коннер. – Кстати о встречах с родственниками, Корнелия и Эммерих нормально добрались до Германии? Здорово, что она предложила довезти его до дома.

– Ага, – кивнула Бри. – Корнелия сказала, фрау Химмельсбах была очень счастлива, что Эммерих вернулся. А ещё они переезжают в Австралию, подальше от замка Нойшванштайн. Ванда и Френда были в Баварии, с тех пор как твой дядя похитил нас, поэтому Корнелия забрала их, и вчера они все вместе прилетели в Коннектикут.

– Надо же, Корнелия так спокойно восприняла всё происходящее, – заметил Коннер. – Обычно люди ведут себя неадекватно, когда узнают о существовании других миров, а она даже в лице не изменилась.

Бри выдавила улыбку и кивнула. Всей правды Коннеру она так и не сказала. Он знал, что Бри была в Коннектикуте, когда узнала о похищении Эммериха, знал, что Корнелия любезно предложила Бри слетать с ней в Германию, чтобы помочь матери Эммериха в поисках сына, и ещё знал, что они оказались в замке Нойшванштайн как раз тогда, когда дядя Ллойд попал туда через портал вместе с Эммерихом. Однако Коннер был сильно расстроен из-за исчезновения Алекс, и Бри сочла, что лучше опустить кое-какие подробности.

Бри не рассказала Коннеру, что поехала навестить своих родственников в Коннектикуте, потому что узнала об их тайном сообществе «Сёстры Гримм», которое на протяжении многих лет отслеживало появление порталов, ведущих в сказочный мир. Бри надеялась, что попозже ещё расскажет обо всём Коннеру, но время шло, Алекс не возвращалась, и ей было неловко поднимать эту тему.

– Корнелии уже столько лет, что её сложно чем-то удивить, – сказала Бри. – Но вообще, когда у тебя будет свободное время, я бы хотела тебе рассказать больше о моей поездке в…

Из коридора донеслись чьи-то шаги, и Бри замолкла на полуслове. Через минуту в дверном проёме исчезнувшей уборной появилась Тролбэлла. Юная королева троблинов тут же скрестила руки на груди и нахмурилась, увидев Бри и Коннера вместе.

– Как вижу, можно привести лошадь на водопой, но от чужого мужика её даже за хвост не оттащишь, – усмехнулась Тролбэлла.

Коннер закатил глаза.

– Чего тебе, Тролбэлла?

– Я пришла сообщить, что Бобовый росток, Лягушачья пассия и гусак вернулись, – сказала она.

– Кто? – спросила Бри.

– Она имеет в виду, что Джек, Шапочка и Лестер вернулись из сказочного мира, – ответил Коннер, поднимаясь с пола. – Может, они узнали что-то об Алекс! Тролбэлла, скажешь моей маме и Бобу? Они на третьем этаже, у них ночная смена.

– Я тебе не побегушка, Сливочный мальчик, – сказала Тролбэлла. – Больше никаких одолжений, пока мы не будем готовы связать себя узами брака.

– Ладно, – фыркнул Коннер. – Бри, ты можешь сказать маме и Бобу, что…

– Ну хорошо, я приведу моих Сливочных свёкра и свекровь, – сдалась Тролбэлла. – Но, пожалуйста, не надо больше так умолять… Мне невыносимо, что без меня ты стал таким ранимым.

Королева троблинов ушла за Шарлоттой и Бобом, а Коннер с Бри побежали в комнату отдыха. Все их друзья из страны Оз, Нетландии, Шервудского леса, Страны сказок и рассказов Коннера «Приключения мальчика с дирижаблем», «Смелейства» и «Королевы галактики» окружили Джека и Шапочку. Их возвращение не заметили только пиратки из «Праворуляндии», которые не отрывались от телевизора.

– Они до сих пор смотрят на эту сумасшедшую дамочку? – удивилась Шапочка. – Знаете ли, этот ваш Другой мир, может, и весь такой продвинутый, но определённо рождает у людей вредные привычки.

– Ну что? – спросил Коннер. – Нашли мою сестру?

Джек покачал головой.

– Нет. Мы везде её искали: в развалинах Дворца фей, в замке великана, в часовой башне Прекрасного дворца, но она как сквозь землю провалилась.

Новости были удручающие. Коннер отошёл в сторону, сел на стул и стал думать. Если Алекс нет в сказочном мире, где ещё её искать? Гадая, куда могла деться сестра, Коннер постепенно пришёл к тревожной мысли, что она может и вовсе не найтись.

– Мне жаль, что вы не нашли Алекс, но я рада, что вы вернулись, – сказала Златовласка, качая на руках сына. – Хорошо, что вас никто не заметил, хоть вы и летали на Лестере.

Джек обнял жену и поцеловал Героя в лобик, а Шапочка, подойдя к Златовласке со спины, заключила её в объятия, будто слова о возвращении относились только к ней.

– Златовласка, ты встала на ноги! А тебе вообще можно ходить? Ты же только после родов!

– Шапочка, я ребёнка родила, а не кита, – сказала Златовласка. – Как там в сказочном мире? Лучше не стало?

– Всё как было, – сообщил всем Джек. – Подданных всех королевств до сих пор держат в осушенном Лебедином озере, а некоторых заставляют ваять памятники нынешним императорам. Литературная армия стоит шеренгами на площади возле Северного дворца, но они только и делают, что маршируют целыми днями, – словно ждут чего-то.

– Судя по всему, они готовятся к битве, – заметила Златовласка. – Но не нас же они дожидаются, верно?

– Я думаю, они так запугивают горожан, чтобы те не подняли бунт, – предположил Джек. – Они до сих пор не знают, что королевские семьи спрятались в заброшенной шахте, так что вряд ли они догадываются о наших планах. С чего бы?

– А остальные в шахте? Они по-прежнему… каменные? – осторожно спросила Златовласка.

– Увы, да. И Совет фей тоже, – сказал Джек.

– Зрелище просто жуть! – Шапочка передёрнулась. – У всех лица так перекосило, что смотреть страшно. Надеюсь, если кто-нибудь захочет превратить меня в камень, ему хватит совести сказать мне перед этим что-нибудь приятное.

– А что насчёт существа, которое превратило их в статуи? – спросил Железный Дровосек. – Удалось узнать, кто или что это?

– Если бы они его увидели, их бы здесь не было, – сказал Блубо, вспоминая, как страшно ему было в тот миг, когда чудище оказалось в пещере. – Всего один взгляд – и все превратились в каменные изваяния. Если б я не зажмурился, меня постигла бы та же участь.

Командир Тритонс сглотнул и повернулся к Коннеру.

– В Стране сказок водятся твари, способные обращать в камень? – спросил он.

– Оно не из сказочного мира, – сказал Коннер. – Видимо, это персонаж, которого мой дядя нашёл с помощью портального зелья. Только я не знаю, из какого оно произведения.

– А оно обязательно именно из литературы? – спросил Бо Роджерс. – Я почти уверен, что речь идёт о Медузе Горгоне из греческой мифологии.

– Что за Медуза? – поинтересовался Питер Пэн.

– Страшное чудище, – оживился Бо Роджерс. – По легенде, тело у неё вытянутое и покрытое чешуёй, а вместо волос на голове змеи! А если даже мельком посмотреть в её красные глаза, обратишься в камень!

Услышав это жуткое описание, Пропащие мальчишки зажмурились и закрыли руками уши. Червесельчак радостно вскинул крохотные лапки – ему не терпелось встретиться с Медузой.

– НЕ ТРЕВОЖЬТЕСЬ, ГОСПОДА, – прокричал Робин Гуд. – МНЕ ДОВОДИЛОСЬ ОБХАЖИВАТЬ ДАМ КУДА ХУЖЕ. ВСЕГО ПАРА СТРОК ЛЮБОВНОЙ ПОЭМЫ – И ОНА СТАНЕТ КАК ШЁЛКОВАЯ.

Однако слова Принца воров никого из присутствующих не приободрили, особенно Коннера. Он встал со стула и стал расхаживать по комнате. Нужно было принять очень трудное решение, и дальше оттягивать было нельзя.

– Мы не можем больше сидеть сложа руки. Завтра мы сразимся с Литературной армией и вернём себе сказочный мир. Я не думал, что нам придётся начать войну без Алекс, но нельзя, чтобы люди и дальше терпели столько страданий.

– Бедная Алекс, – сказала Шапочка. – Я частенько убегала, чтобы посвятить время себе, но всегда возвращалась спустя пару часов. Надеюсь, она вернётся, когда нам потребуется помощь. Она ведь так старалась создать нашу армию – обидно будет, если она пропустит войну.

Неожиданно Златовласку осенило. Бредовые рассуждения Шапочки всегда странным образом наводили её на верную мысль.

– Придержи-ка коней, – сказала она.

– Каких коней? – не понял Железный Дровосек.

– Это образно, – объяснила Златовласка, переходя к сути. – Мы рассматривали Литературную армию и исчезновение Алекс по отдельности, но что, если всё это связано между собой? В конце концов, мы в разгаре войны, а Алекс – ключевая фигура. Вполне возможно, что кто-то использует её, чтобы подорвать наши силы. Может, пора перестать спрашивать, куда пропала Алекс, и задуматься, кто мог её похитить?

За эту неделю Коннер перебрал в уме все возможные варианты, но до такого не додумался. Его сестра была очень могущественной и умной. С трудом верилось, что её могли просто взять и незаметно украсть из больницы, тем более кто-то из Литературной армии.

– Они не могли похитить Алекс, – убеждённо сказал Коннер. – Даже если бы Литературная армия знала о нас, в наш мир им никак не попасть. К тому же мы бы наверняка заметили карточного солдата или летучую обезьяну.

– А я и не говорила, что это Литературная армия, – сказала Златовласка. – Всегда есть враг, которого знаешь, и есть тот, о ком не подозреваешь. Может, мы и выступаем против Литературной армии, но кого-то мы не учли. Кому ещё будет выгодно, если одна из армий потерпит поражение?

Все притихли, напряжённо размышляя. Они наверняка взяли в расчёт не всех, но кого именно? Кто ещё кроме них был заинтересован в грядущей войне? Кто прямо сейчас втайне строил планы по захвату сказочного мира?

Бри осенило так внезапно, что она даже громко ахнула, отчего все подскочили.

– Я знаю! Мы забыли о ведьмах! Они же способны попасть в Другой мир, потому что одна из них похитила Эммериха через портал в замке Нойшванштайн!

– Думаю, ты права! – воскликнул Джек. – Коннер, помнишь, как мы проследили за Человеком в маске до хижины ведьм? Они устроили собрание, потому что боялись, что их обвинят в пропаже детей. А ещё что начнётся охота на ведьм. Вполне возможно, что они задумали захватить сказочный мир, чтобы защитить себя.

– А потом Человек в маске явился со своей Литературной армией, – продолжила его мысль Златовласка. – Судя по всему, ведьмы похитили Эммериха, чтобы было что использовать против твоего дяди, а Алекс они могли похитить, чтобы было что использовать против нас!

– Ну разумеется, ведьмы задумали очередную пакость, – сказала Шапочка. – Как-никак они ведьмы! Я не удивлюсь, если та козлиха, которая похитила Чарли, имеет к этому отношение! Мы с мальчиками нашли пропавших детей именно в подвале Морины: наверняка она намеренно их похитила, чтобы посеять страх среди ведьм и дать им повод задуматься о захвате сказочного мира! Спорю на что угодно – это она всё устроила!

Все застыли и потрясённо уставились на Шапочку. Им было немного не по себе от того, с какой лёгкостью она разгадала намерения Морины – если, конечно, она была права.

– И нечего так на меня смотреть. Один коварный гений всегда поймёт другого. Очевидно, у Чарли такой вкус на женщин.

– Но откуда ведьмам знать, что мы собираемся сражаться с Литературной армией? Откуда они знают, что мы для них угроза? – недоумевал Коннер.

Бри посмотрела на него так, будто ответ был очевиден.

– Коннер, они узнали, что Эммерих твой двоюродный брат, раньше тебя и твоего дяди, – напомнила она. – Я уверена, что любая ведьма запросто может посмотреть в хрустальный шар и увидеть, что мы торчим в детской больнице с толпой персонажей из разных измерений!

Увы, в словах Бри был смысл.

Какая-нибудь ведьма могла беспрепятственно проникнуть в Другой мир и войти незамеченной в больницу. Должно быть, они применили к Алекс какое-то колдовство и утащили её в сказочный мир как заложницу.

Коннер всю неделю надеялся, что станет известно, куда исчезла Алекс, но теперь понял, что найденный ответ только больше всё усложнил.

– Ладно, давайте для начала разложим всё по полочкам, – сказал он.

– По каким полочкам? – спросил Железный Дровосек.

– Это тоже образно. Значит так, теперь нам нужно не только освободить сказочный мир от самых страшных литературных злодеев и победить мифологическое чудовище, прежде чем оно обратит нас в камень, но ещё одолеть злых ведьм, прежде чем они используют против нас мою сестру.

Все персонажи испуганно переглянулись, а Червесельчак радостно заверещал – он с нетерпением ждал начала битвы.

– Я понимаю, о чём вы думаете, – сказал Коннер. – Вы на такое не подписывались. Если в сражение вступят ведьмы, то противник превзойдёт нас числом, тем более если у них моя сестра. Я был уверен, что мы сумеем победить Литературную армию, но я сомневаюсь, что нам под силу выиграть войну.

Коннер сжал кулаки, отчаянно пытаясь придумать, как оказаться в выигрыше при таких обстоятельствах. Джек сел рядом с ним и приобнял за плечи.

– В кои-то веки я согласен с Червесельчаком, – сказал он. – Мы не раз попадали в опасные передряги, но нам всегда удавалось выбраться из них вместе. Да, частенько Алекс выручала нас своей магией, но, если бы рядом с ней не было тебя, мы бы точно не справились. Оглядись, Коннер: вокруг тебя армия, созданная твоим воображением! Это означает, что в каждом из твоих персонажей есть часть тебя, и даже если это лишь крупица твоих способностей, мужества и остроумия, то этим негодяям нас не победить.

Именно такие слова и нужно было услышать Коннеру, да и всем его персонажам, чтобы воспрять духом. Речь Джека даже оторвала от экрана телевизора пираток из Праворуляндии.

– Это будет опасно, – сказал Коннер.

– Мы любим опасность! – закричали Пропащие мальчишки.

– Некоторые могут пострадать, – добавил Коннер.

– Говори за себя, – сказала Королева киборгов. – Я могу отрегулировать настройки чувств, и тогда мне страдать уж точно не придётся.

– И чем бы всё ни закончилось, мы в любом случае будем героями! – воскликнул Гром, взлетая в воздух.

Такое единодушное желание персонажей помочь вызвало у Коннера невольную улыбку. Он даже не подозревал, что его собственные творения смогут так его вдохновить.

– Ладно-ладно, это нелёгкое испытание, но мы справимся. Завтра утром отправимся в сказочный мир и зададим жару этим литературно-мифологическо-ведьминским гадам!

Все персонажи поддержали его одобрительными возгласами. Червесельчак был счастлив, что остальные наконец-то разделили его чувства.

– ВЫ СЛЫШАЛИ, ДРУЗЬЯ? ГРЯДЁТ ВОЙНА! МЫ ДОБЛЕСТНО ОТПРАВИМСЯ НА БИТВУ, ОДЕРЖИМ ПОБЕДУ И БУДЕМ КУПАТЬСЯ В ЗОЛОТЕ!

– Робин, никому не заплатят, – осадил его Коннер.

– ОЙ. НУ ЛАДНО, ЗНАЧИТ, БУДЕМ КУПАТЬСЯ В ПОЧЕСТЯХ ЗА НАШИ ДОБРЫЕ ДЕЛА! ДЛЯ ХРАБРЕЦОВ ПОХВАЛА – ЛУЧШАЯ НАГРАДА!

Неожиданно двери распахнулись, и в комнату отдыха ворвались Боб и Шарлотта. Оба запыхались и раскраснелись, словно бежали сюда без остановки. Следом появилась Тролбэлла, которая с трудом за ними поспевала.

– Мам, у меня есть хорошая новость и плохая, – сказал Коннер. – Плохая: Джек и Шапочка не нашли Алекс, но хорошая новость…

– Мы знаем, где твоя сестра! – выпалила Шарлотта.

Коннер не поверил ушам.

– Что?!

– Включите новости! – крикнул Боб пираткам. – Четвёртый канал! Скорее!

– Но Рики только что разрешил Люси выступить в его клубе! – запротестовала Рыжая Салли.

– ПЕРЕКЛЮЧИ КАНАЛ! – заорали все хором.

Пиратки нехотя нажали на кнопку, и все столпились около телевизора. На экране появилась женщина-корреспондент, ведущая прямой репортаж из Нью-Йорка.

– Я нахожусь на Манхэттене, на углу Тридцать девятой улицы и Пятой авеню. Дальше проехать и пройти нельзя – всё оцеплено. Полицейские не позволяют никому подойти к главному крылу Нью-Йоркской публичной библиотеки ближе чем на два квартала. Причина таких мер предосторожности пока не названа, но совершенно ясно, что в библиотеке произошёл некий инцидент, угрожающий безопасности граждан.

Далее включили видео, снятое с вертолёта, летающего над библиотекой. Изображение тряслось, и было сложно разглядеть что-то кроме красно-синих полицейских мигалок вокруг здания.

– Это не первый необъяснимый случай за неделю в этом районе, – продолжала репортёр. – Ранее я сообщала, что несколько дней назад прямо посреди Брайант-парка появилась часть санузла. Правонарушители до сих пор не найдены.

– Она сказала, что они нашли санузел?! – переспросил Коннер.

– Мы как услышали, сразу сюда побежали! – сказала Шарлотта.

– Нам только что сообщили, что полиция начала эвакуировать всех жителей района, – сказала репортёр. – Как я уже говорила, информации об инциденте мало, но, согласно сообщениям свидетелей, знаменитые статуи львов около входа в библиотеку подвергнулись акту вандализма.

На экране показали крупным планом лестницу перед библиотекой. Как только изображение стало более-менее чётким, все увидели, что каменные львы стоят не на своих постаментах, а перед входом в здание, словно на страже. На долю секунды статуи будто бы шевельнулись.

– Вы видели? – спросила репортёр. – Кажется, статуями что-то управляет. Та, что справа, рычит на подходящих полицейских… о боже, да она только что сбила одного из них с ног! Полиция отступает! Я такого ещё не видела! Похоже, это волшебство, – других объяснений происходящему нет!

Коннер побледнел и, посмотрев на друзей, сказал:

– Вот чёрт… Нам нужно попасть в Нью-Йорк!

Глава 3

Лягушка в зеркале

Фрогги уже много дней не видел солнечного света. И день и ночь у него перед глазами был лишь мрачный подвал Морины. Пропавшие дети из Углового и Прекрасного королевств по-прежнему спали, пока страшное заклятие высасывало из них все жизненные силы. В изножье каждой кровати стояли сосуды для зелий, куда вливались юность и энергия несчастных жертв. Потом Морина продавала полученные снадобья своим клиентам в лавке наверху. К счастью, ведьма не возвращалась уже несколько дней, чтобы сменить склянки, поэтому силы пленников убывали медленнее.

Чем дольше Фрогги был вынужден видеть воочию действие тёмной магии, тем сильнее он злился. Ему отчаянно хотелось спасти детей от жестокой участи, но он даже сам не мог освободиться. Он и колотил зеркало кулаками, и пинал его, но всё без толку – стекло стояло намертво. Увы, Фрогги и детей могло спасти только очень могущественное волшебство, которое превзошло бы по силе чары Морины, а он сомневался, что такая сокрушительная магия существует.

Снаружи зеркала Фрогги выглядел просто как отражение, а внутри вокруг него была кромешная тьма, и он в полном одиночестве смотрел на подвал Морины будто из парящего в воздухе окна.

Куда бы Фрогги ни пытался пойти, кругом простиралась лишь необъятная чернота. Порой он забредал так далеко, что проём в пустоте, сквозь который виднелся подвал, превращался в тусклую точку света. Хотя Фрогги было больно смотреть на подвергшихся проклятию детей, всё же он боялся совсем потерять из виду подвал – ведь только он связывал его с реальностью и не давал сойти с ума.

Жизнь в зеркале уже начала влиять на сознание Фрогги. Чем дольше он сидел в заточении, тем быстрее шло время. Иногда, забыв об осторожности, он мог ненадолго задуматься, и тогда пролетало несколько часов. А если он засыпал, то проходил целый день, а то и два, прежде чем он пробуждался. Ещё ему стало крайне сложно помнить, где он находится, как он сюда попал и, самое главное, кто он такой. С каждым проходящим мгновением он мало-помалу утрачивал связь с реальностью, и казалось, что ему снится кошмар.

– Возьми себя в руки! – говорил себе Фрогги. – Тебя зовут Чарльз Карлтон Прекрасный. Ты родился двадцать пять лет назад в Прекрасном королевстве. Ты четвёртый сын короля Честера и королевы Кларисы. Твоих братьев зовут Ченс, Чейз и Чендлер. Ваша мать умерла, когда вы были маленькими, а ваш отец скончался вскоре после свадьбы Ченса и Золушки. У тебя есть две племянницы Надежда и Пеплия, и ты всегда хотел иметь большую семью.

Обхватив голову руками, Фрогги ходил по кругу и вспоминал факты своей жизни – только так можно было не дать памяти угаснуть, но с каждым днём ему было всё труднее это делать.

– Будучи юношей, ты недальновидно стал ухаживать за ведьмой по имени Морина. Узнав, что она занимается тёмной магией, ты разорвал вашу помолвку. Она разозлилась и наложила на тебя проклятие, превратив в человека-лягушку. Ты так стыдился своей внешности, что долгие годы прятался от людей. Ты построил подземный дом, где читал книги и пил чай с лепестками кувшинок. Однажды ты повстречал двух двенадцатилетних близнецов, и благодаря им твоя жизнь навсегда изменилась!

Вспоминая встречу с Алекс и Коннером в Гномьих лесах, Фрогги смеялся. Знай он тогда, во сколько передряг они его втянут, то убежал бы от них сломя голову. Но сейчас он был им благодарен за каждый прожитый миг.

– Это близнецы прозвали тебя Фрогги. Благодаря им ты дружишь с Джеком и Златовлаской и помолвлен с Красной Шапочкой. Недавно тебя избрали королём Центрального королевства! Несмотря на заклятие Морины, тебе удалось стать счастливым! Она завидовала твоему счастью, поэтому заточила тебя в это зеркало! Но нельзя, чтобы её магия взяла над тобой верх, нельзя, чтобы ты утратил себя!

Фрогги уже доводилось иметь дело с зеркалами, так что он знал, что его ждёт. Несколько лет назад он видел, как Злая королева попыталась с помощью Заклинания желаний вызволить из волшебного зеркала своего возлюбленного. К несчастью, тот вырвался из плена слишком поздно: все его воспоминания стёрлись, как и прежняя внешность и даже личность. И Фрогги знал: та же участь в конце концов постигнет и его.

– Не дай тьме завладеть тобой, – повторял себе Фрогги. – Если поддашься, то лишишься всего! Ты должен отсюда выбраться, чтобы провести жизнь с теми, кто тебе дорог! Ты должен держаться за свою суть, чтобы не стать как тот человек из зеркала Злой королевы! Ты должен сопротивляться действию заклятия, чтобы Морина не одержала верх!

Как освободиться из зеркала, Фрогги не знал, но он также понимал, что решение не найдётся, если постоянно сидеть сложа руки, глядя из зеркала наружу. Так что он отправился во тьму, шагая всё дальше и дальше, пока подвал не скрылся из виду.

Несколько часов он бесцельно брёл куда глаза глядят, но так ничего и не нашёл. В непроглядной темноте он не видел даже собственных рук и ног. С каждым шагом он всё сильнее волновался, что напрасно ушёл: вдруг эта бесконечная пустота сведёт его с ума?

– Пожалуйста, пусть найдётся хоть что-то, что скрасит моё одиночество, – вслух молил Фрогги. – Мне просто нужно найти что-нибудь – хоть что-нибудь, – что мне поможет!

Неожиданно вдалеке блеснул свет. Точка была размером с булавочную головку, но в кромешной тьме светила так же ярко, как солнце. Находка обрадовала Фрогги – может, он всё-таки здесь не один! Он побежал на свет со всех ног. Точка росла, превращаясь в прямоугольник, – возможно, это была дверь! Однако, приблизившись к светящемуся проёму, Фрогги понял, что это зеркало, и сердце у него упало. Неужели он всё это время ходил в темноте по кругу? Неужели в этом мраке существовал лишь подвал Морины?

Но тут Фрогги заметил, что это зеркало выше и шире, чем то, в котором сидел он, и воспрял духом. Быть может, он нашёл что-то новое! Заглянув в зеркало, он увидел не спящих детей, а просторный зал со стенами из светлого камня, зелёными портьерами и серебряными канделябрами.

– Ничего себе! Да это же дворец! – воскликнул Фрогги. – Погодите, я узнаю это место! Я же столько раз здесь бывал… Это парадный зал Северного дворца! Должно быть, его видно из другого зеркала. И темнота каким-то образом соединяет зеркала!

Неожиданно вокруг появились сотни квадратных и прямоугольных зеркал, паря в пустоте словно окна. Сперва Фрогги испугался и даже квакнул – он давно уже не испытывал такого потрясения. Он стал заглядывать в каждое зеркало и увидел гостиные, спальни и коридоры – и тоже их узнал.

– Получается, я могу смотреть сквозь все зеркала в Северном дворце! – догадался Фрогги. – Видимо, так человеку в волшебном зеркале Злой королевы удавалось следить за всеми! Он ходил от зеркала к зеркалу через темноту!

Сердце у Фрогги забилось чаще. Может, если он узнает больше об этом странном месте, то поймёт, как отсюда выбраться? Он стал искать, с кем можно поговорить через зеркало, но во дворце почему-то не было ни души.

– Как странно, – сказал Фрогги. – Я много раз бывал в гостях у Чендлера и Белоснежки, и у них всегда было людно.

Наконец Фрогги нашёл маленькое круглое зеркальце и, подойдя к нему, увидел кухарку в дворцовой кухне. Она выглядела уставшей и ставила на поднос бутылку вина и три кубка. Должно быть, женщина почувствовала на себе взгляд Фрогги: она тут же бросила своё занятие и подняла голову.

– Здравствуйте! – радостно сказал Фрогги.

– А-а-а-а-а-а-а! – завопила кухарка.

От страха она выронила поднос, и по всей кухне разлетелись осколки стекла. Фрогги и сам испугался и отошёл от зеркала, пропав из виду. На самом деле он нисколько не удивился, что женщина так раскричалась, – люди всегда боялись его внешности. А уж если внезапно увидеть в зеркале огромного человека-лягушку – испугаешься до смерти.

– В чём там дело?! – раздался чей-то грубый голос.

Фрогги снова осторожно выглянул из зеркала и увидел, что в кухню ворвался солдат. Он совсем не походил на человека: рост у него был под два метра, а тело – плоское и прямоугольное. В верхнем правом и нижнем левом углах у него стояли цифры «три», а посередине туловища были нарисованы три символа в виде трилистника.

– Прошу прощения, господин! – взмолилась кухарка. – Я хотела отнести вина императорам, но мне вдруг почудилось, что в зеркале кто-то есть!

Солдат подошёл к зеркалу, но Фрогги успел отойти, чтобы его не заметили.

– Глупая женщина! Хватит валять дурака, работай давай! Ещё одна выходка, и прикажу тебя в темницу бросить!

– Да, господин. – Кухарка поклонилась. – Это больше не повторится.

Женщина быстро собрала с пола осколки, вытерла лужу и, поставив на поднос новую бутылку вина и кубки, поспешно вышла из кухни.

– Не понимаю, – вслух размышлял Фрогги, – что ещё за императоры? Что случилось с Чендлером и Белоснежкой? И где все слуги и стражники, которые раньше здесь работали?

Фрогги отправился за кухаркой, переходя от зеркала к зеркалу, пока та не вошла в просторный обеденный зал. Фрогги очутился в зеркале над камином. Он много раз бывал в этом помещении Северного дворца, но сейчас с трудом узнал его.

Все портреты династии Уайтов сняли со стен и заменили другими: на одном была краснолицая королева, на втором старуха с повязкой на глазу, а на третьем пират с крюком вместо руки. И эти трое, изображённые на картинах, сидели за столом и пировали. Фрогги ещё по портретам решил, что у них очень отталкивающая внешность, но во плоти они производили даже более неприятное впечатление. Они с такой жадностью поглощали пищу, что смотреть на это было противно.

– Ваше вино, императоры, – сказала кухарка, низко кланяясь.

– Самое время! – завопила королева и ударила кулаком по столу. – Как ты смеешь заставлять нас ждать! Опоздаешь ещё раз – лишишься головы!

– Прошу прощения, – проговорила кухарка.

В присутствии императоров бедная женщина дрожала от страха и едва не расплескала вино, разливая его по кубкам. Закончив, кухарка поклонилась и поспешно вышла из зала. Пират и королева подняли кубки, но ведьма свой не тронула.

– Я не буду, – прорычала она. – Питьё – вообще не по мне.

– За нас! – сказал пират. – Пусть продолжится славное правление трёх императоров, завоевавших новый мир!

– Верно-верно, – закивала королева. – И пусть наше грядущее вторжение тоже пройдёт как по маслу!

Пират и королева чокнулись и залпом осушили кубки. Ведьма была не в настроении праздновать и швырнула через весь зал наполовину обглоданную баранью ногу.

– И долго нам ещё ждать? – простонала она. – От ведьмы уже несколько недель никаких новостей! Сама раздразнила нас своими обещаниями, а мы сиди тут без дела! Наша армия готова – почему нельзя прямо сейчас напасть на новый мир?

– Новый мир? – шёпотом пробормотал Фрогги себе под нос. – О чём это они?

– Я согласна! – сказала королева. – Невозможно наслаждаться благами этого мира, когда знаешь, что в другом месте их куда больше! Почему ведьма так долго не даёт о себе знать? Я начинаю сомневаться в её плане!

Пират усмехнулся и подкрутил усы своим крюком.

– Дамы, вы так нетерпеливы, что не мыслите здраво, – заметил он. – Помните, что ведьма сказала? Как только портал откроется, сначала в новый мир отправятся ведьмы. Когда они ослабят силы противника, а тот, в свою очередь, ослабит их, ведьма позовёт нас. И тогда мы пройдём через портал и захватим новый мир! Если будем придерживаться плана, то победа у нас в кармане! Терпение…

– Слышали мы уже про терпение! – перебила его королева. – Тот, кто стоит у власти, не должен ждать вознаграждения, он должен получать его сразу!

– Дай мне договорить, – сказал пират. – Терпение нам больше не понадобится! Это последний раз, когда мы чего-то ждём или хотим получить. Как только мы завоюем новый мир, в нашем распоряжении будет целая планета и миллиарды рабов!

– Я буду править на земле! – заявила королева.

– Я буду править на небе! – добавила ведьма.

– А я буду править в море! – заключил пират. – А если эта глупая ведьма думает, что мы с ней поделимся, её ждёт неприятный сюрприз!

Императоры расхохотались, как стая злобных гиен. Отсмеявшись, королева зевнула, широко разинув свой огромный рот.

– Строить планы по завоеванию всего мира очень утомительно, – сказала она. – Лучше поберечь силы для вторжения.

– Ох, какие сладкие сны приснятся нам нынче ночью! – Пират злобно ухмыльнулся.

Императоры встали из-за стола и отправились спать. Когда зал опустел, Фрогги начал ходить туда-сюда за зеркалом, обдумывая вопросы, теснившиеся у него в голове.

Неожиданно он краем глаза заметил что-то снаружи. До сих пор он думал, что на столе стоит свечка с дрожащим язычком пламени, но, как следует приглядевшись, он понял, что это небольшая стеклянная банка с крохотной мерцающей феей внутри. Императоры использовали её как украшение для стола.

– Простите, юная леди в банке, вы меня слышите? – обратился к ней Фрогги.

Фея огляделась, недоумевая, кто её позвал: голос она, конечно, слышала, но не видела говорящего.

– Я здесь! В зеркале над камином!

Фея посмотрела вверх и уставилась на Фрогги так, словно никогда в жизни не видела ничего более необычного.

– Как вы туда попали?

– Я о том же вас спросить хотел, – ответил Фрогги.

Фея печально понурилась.

– Я здесь уже давно сижу. Сначала капитан держал меня как заложницу, а теперь использует в качестве украшения. Это так унизительно! И как бы я ни пыталась, сбежать не получается! Банка закрыта слишком плотно.

– Выходит, мы с вами друзья по несчастью. Как вас зовут?

– Динь-Динь, – сказала фея.

Фрогги явно уже слышал это имя, но не мог вспомнить где.

– Извините, но я не понимаю… Кто эти ужасные люди, которые здесь ужинали? Откуда они?

– Они из разных мест, – ответила Динь-Динь. – Червонная королева из Страны чудес, Злая ведьма Запада из страны Оз, а капитан Крюк и я из Нетландии.

Внезапно Фрогги понял, откуда знает эти названия и имена. Но чем больше он вспоминал, тем сложнее ему было разобраться в происходящем.

– Погодите, – потрясённо проговорил он. – Я знаю эти имена – это же персонажи из книг в моей библиотеке! Мне их подарила покойная Фея-крёстная! Как вы попали в этот мир?

– Я до сих пор не поняла, где я! – воскликнула Динь-Динь. – Однажды ночью я летала над Лондоном с моим другом Питером, как вдруг меня похитил какой-то тип, которого зовут Человек в маске!

– Человек в маске? А он-то как попал в вашу историю?

– Он использовал какое-то зелье, чтобы попасть в разные произведения, – объяснила фея. – Он вербовал персонажей, чтобы создать так называемую литературную армию. Чтобы уговорить капитана Крюка и его пиратов примкнуть к армии, он похитил меня. Когда таким же образом он заручился согласием Злой ведьмы и Червонной королевы с их армиями карточных солдат, Мигунов и летучих обезьян, они напали на этот мир! Всех королей и королев свергли с престолов и приговорили к казни!

Фрогги судорожно сглотнул, боясь, что с его семьёй случилось страшное.

– И что с королевскими семьями? Им отрубили головы?

– Нет, к счастью, им удалось сбежать! – сообщила Динь-Динь. – Королева, капитан и ведьма обвинили в их побеге Человека в маске, да так разозлились на него, что сбросили с неба на землю!

– Вы знаете, где скрылись королевские семьи?

– Никто не знает, – покачала головой фея. – После гибели Человека в маске к императорам явилась ведьма с предложением захватить новый мир – гораздо больше этого. Они так обрадовались, что перестали искать беглецов. Только и говорят, что о ведьме и новом мире!

– У этой ведьмы и этого мира есть имя и название?

– Кажется, они упоминали пару раз… – Динь-Динь задумалась, пытаясь вспомнить. – Если я не ошибаюсь, ведьму зовут Моргана… ой, нет, Морина! А мир, который она хочет захватить, она называла Другим миром!

Фрогги побледнел до нежно-салатового оттенка, ему резко стало дурно. Похоже, с освобождением из зеркала придётся подождать – были заботы куда важнее.

– О боже! – ахнул Фрогги. – Ведьмы и Литературная армия готовятся захватить мир близнецов! Нужно найти Алекс и Коннера и предупредить их!

Глава 4

Во сне как наяву

Артуру снился прелюбопытнейший сон. Сначала он был крохотным муравьём и ползал по земле. Травинки возвышались над ним, будто деревья, бугристая поверхность земли простиралась насколько хватало глаз, словно громадный каньон. Зрелище было очень необычное, но Артур понял, что с такой скоростью он далеко не уползёт. Тогда будущий король Англии отрастил длинные лапки и, превратившись в кузнечика, запрыгал по лугу. Оказавшись возле корней вечнозелёного дерева, он изумлённо посмотрел на его раскидистые ветви. Ему захотелось взобраться наверх, но он понимал, что кузнечику сделать это будет непросто. Тогда Артур отрастил лапки с коготками и пушистый хвост и, превратившись в белку, стал перескакивать с ветки на ветку. Добравшись до самой верхушки дерева, Артур оторопел при виде кучевых облаков, застилающих небо. Ему захотелось взмыть ввысь, поэтому у него выросли великолепные крылья, как у орла, и он полетел по небу.

Вне всяких сомнений, этот сон снился Артуру из-за весьма своеобразного подхода Мерлина к его обучению. С недавних пор волшебник стал превращать юного подопечного в самых разных существ, чтобы научить его проявлять благородство и быть благодарным.

– Только недалёкий человек угнетает и притесняет других. А поистине могущественные люди умеют сопереживать ближнему, – поучал Артура Мерлин. – Великий лидер уважает жизнь во всех её проявлениях, иначе рано или поздно он окажется на её обочине.

– И это чистая правда, – соглашалась с волшебником Матушка Гусыня. – Я так и сказала моим друзьям во время Бостонского чаепития: будете тиранами – революции не миновать.

Артур вспомнил мудрые слова своих наставников, летая над страной, которой однажды ему предстояло править. Неожиданно его одолела жажда, и он спустился к небольшому озеру испить воды. Едва коснувшись земли, его когтистые лапы превратились в копыта, и Артур в виде коня поскакал галопом к озеру.

Там, на берегу, спиной к нему стояла девушка в белом платье с длинными рыжевато-русыми волосами. Увидев её, Артур сразу же превратился обратно в человека. Сперва он подумал, что это одна из туманов Авалона, о которых его всегда предупреждал Мерлин, но девушка выглядела очень знакомой. Наконец она услышала его шаги и обернулась.

– Алекс. – Артур широко улыбнулся. – Как же я рад тебя видеть.

– Артур? Это ты?

В отличие от Артура, который постоянно видел Алекс в своих снах, она сильно удивилась.

– Конечно я, – сказал Артур. – Кто же ещё?

Алекс смотрела на озеро, совершенно не понимая, где находится. Она выглядела напуганной.

– Где я?

– Ты в моём сне, – объяснил Артур. – Я знаю, что это сон, потому что вижу тебя, только когда сплю. Ну а теперь, раз я понял, что мне это снится, скоро я проснусь.

Артур и в самом деле всегда просыпался, как только понимал, что Алекс ему лишь снится. Он чувствовал, как приходит это осознание, однако в этот раз почему-то не пробудился.

– Наверное, я устал сильнее, чем обычно, – сказал он. – Я благодарен за каждый лишний миг, проведённый с тобой, хоть это и не взаправду.

Тут Артур заметил, что Алекс выглядит совершенно иначе, чем в других его снах. Лицо её было более бледным, глаза покраснели, будто она плакала, и она часто моргала, словно её терзали тревожные мысли.

– Всё это так странно… я думала, это мой сон, но, видимо, я забрела в твой.

– То есть мне снится, как ты видишь во сне меня? – спросил Артур. – Мне даже как-то страшновато проверять в толкователе снов Мерлина, что всё это значит…

– Нет, мы оба спим, – сказала Алекс. – Мне всего минуту назад снился мой дом, а потом я внезапно оказалась возле этого озера. Думаю, мы с тобой общаемся в наших снах.

– Значит, это и правда ты? – с нежностью спросил Артур.

– Да, это и правда я.

Возможность и общаться с Алекс в подсознании, и видеть перед собой её настоящую, а не плод своего воображения, поразила юношу до глубины души.

– Но как так может быть?

– Не знаю. – Алекс пыталась найти этому объяснение. – Когда мы с братом были маленькими, мы постоянно видели друг друга во сне. Наутро мы просыпались и вспоминали всё, что делали и говорили. Нам никто не верил, поэтому мы перестали об этом рассказывать: поняли, что так только у близнецов бывает, и другим нас не понять. Я надеялась, что между нами до сих пор есть эта связь, и пыталась достучаться до него. Но, похоже, сны привели меня к тебе.

Алекс и Артур понимающе улыбнулись друг другу.

– Если это по правде, то понятно, почему мы встретились, – сказал Артур. – Возможно, мы так много думаем друг о друге, что подсознание нам на что-то намекает.

– Артур, не начинай опять. Мне и одного раза хватило. Мы договорились, что лучше будет расстаться. Тебе предначертана своя судьба, и ты не можешь рисковать своим будущим, убегая от него с первой же девушкой, которую встретил в лесу.

– Я ничем не рискую. – Артур лукаво ухмыльнулся. – Я намереваюсь осуществить всё, что уготовано мне судьбой. Я выну меч из камня, создам Камелот, соберу рыцарей Круглого стола и даже отыщу Святой Грааль. А как только я всё это сделаю, я найду тебя и не приму больше никаких отговорок, чтобы не быть вместе.

– Артур, возможно, меня уже не будет, когда ты всё это осуществишь, – тихо проговорила Алекс.

– Куда же ты денешься, – со смехом сказал Артур. – С Мерлином и Матушкой Гусыней я занимаюсь с таким рвением, что буду готов стать королём раньше, чем предсказывают легенды. Быть может, у другого короля Артура ушли бы десятки лет на то, чтобы осуществить всё, что предначертано, но я справлюсь за пару лет, потому что ты меня вдохновляешь.

От этих слов у Алекс на глаза навернулись слёзы, но то были слёзы горечи, а не радости.

– Нет, – качая головой, сказала она. – Даже если ты справишься раньше, ты должен остаться в Камелоте. Ты потратишь свою жизнь зря, если всё это сделаешь ради меня.

– Ничего я не потрачу зря, я же всё осуществлю!

– Ты меня не слушаешь! Я пытаюсь тебе сказать, что всё будет напрасно! Если ты будешь так спешить, ты можешь пострадать!

– Да нет же, наоборот, я буду предельно осторожен, зная, что в конце меня ждёт встреча с тобой.

– Артур, я пытаюсь сказать, что к тому времени меня уже не будет в живых!

Как только эти страшные слова прозвучали, Алекс закрыла лицо руками и расплакалась. Артур же застыл как вкопанный. Он надеялся, что она шутит или преувеличивает, но слёзы, бегущие по её лицу, говорили об обратном.

– Алекс, пожалуйста, скажи, что это шутка.

– Да если бы! Я бы хотела жить с тобой долго и счастливо, но этому не бывать.

– Но почему? Ты больна?

– На меня наложила проклятие очень могущественная ведьма. Её чары контролируют каждый мой шаг. Она уже заставила меня напасть на невинных людей. Я не знаю, что ещё она задумала, но скоро случится что-то ужасное, и пострадают тысячи людей! Когда ведьма меня не использует, она погружает меня в сон. Поэтому я и пыталась связаться с братом во сне. Он должен найти способ остановить меня, чего бы это ни стоило!

– Алекс, ты говоришь ерунду. Должен быть другой способ избавить тебя от ведьминого заклятия, кроме как убить!

– Боюсь, его нет. Это колдовство не похоже ни на какую тёмную магию, с которой я сталкивалась. Оно наполняет меня таким сильным гневом, что я полностью теряю самообладание и даже не осознаю, что творю! Я ненавижу себя, сомневаюсь в себе, погрязаю в сожалениях о прошлом и думаю лишь о своих ошибках, недостатках и о том, что я не заслуживаю любви и счастья! Чем мне хуже на душе, тем сильнее я становлюсь, и вместе с этим и заклятие набирает силу. Эти голоса у меня в голове должны умолкнуть, и избавить меня от страданий можно только одним способом!

Артур не верил своим ушам. Их общий сон в считаные мгновения стал кошмаром.

– Нет, я не верю. Наверняка Мерлин и Матушка Гусыня сумеют тебе помочь, да и я тоже смогу тебя спасти!

Неожиданно над озером поднялся плотный туман и устремился к берегу. Затем он превратился в огромную руку, которая схватила Алекс в кулак и потащила к озеру.

– В чём дело? – закричал Артур.

– Наверное, ведьма меня будит!

Артур вцепился в руку Алекс, но ему было трудно тягаться с гигантской рукой из тумана.

– Алекс, послушай меня! Мы тебя спасём! Обещаю, мы найдём тебя и освободим от проклятия! Будь сильной и не сдавайся!

Алекс посмотрела на Артура, и он увидел в её заплаканных глазах страх. Надежда в них почти угасла.

– Прощай, Артур.

Рука оторвала Алекс от Артура и утащила под воду.

– АЛЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕКС!

Артур резко проснулся. Он был весь в поту и лихорадочно озирался, вспоминая, где находится. Сердце колотилось так быстро, что он слышал его биение сквозь храп Мерлина и Матушки Гусыни в соседней комнате. Артуру никогда ещё не снились такие реалистичные сны, а значит, это был не обычный сон. Алекс попала в беду, и ей нужна помощь.

Артур выскочил из постели и помчался в спальню Мерлина и Матушки Гусыни. Старики перепугались спросонья и подскочили на кровати, будто их ударило током.

– Артур? В чём дело, мальчик мой? – спросил Мерлин, надевая очки.

– Где пожар? – воскликнула Матушка Гусыня, доставая свою фляжку.

– Простите, что ворвался к вам, но случилось кое-что ужасное! – сказал Артур.

– Саксы напали? – предположил Мерлин.

– Шаровары снова в моде? – спросила Матушка Гусыня.

– Нет, речь об Алекс, – объяснил Артур. – Злая ведьма наложила на неё проклятие! Мы должны немедленно отправиться в Другой мир и спасти её!

– Как ты об этом узнал? – спросил Мерлин.

– Мы с Алекс общались во сне! Она пыталась найти брата, но нашла меня. Она мне сказала, что проклятие заставляет её творить ужасные вещи! А потом из озера появилась рука из тумана и утащила её под воду!

Артур произнёс это на одном дыхании и с трудом перевёл дух. Мерлин и Матушка Гусыня переглянулись: оба были сонные и встревоженные, но беспокоились они не об Алекс.

– Арти, ты выпил моей шипучки? – поинтересовалась Матушка Гусыня.

– Да послушайте же вы! Алекс в беде, и она думает, что от проклятия можно избавиться, только убив её! Мы должны действовать, пока она не пострадала!

– Похоже, тебе приснился кошмар, – заметил Мерлин.

– Это был не кошмар. Алекс была настоящей! Клянусь, я не преувеличиваю!

Но старики по-прежнему сомневались.

– Зачастую, когда мы видим во сне тех, кто нам очень дорог, нам кажется, что это взаправду, – сказал Мерлин. – Возьми-ка мой толкователь, и мы проверим, что значит появление Алекс в твоём сне.

Артур громко фыркнул и принялся расхаживать кругами по комнате. Что бы он ни сказал, в глазах Мерлина и Матушки Гусыни он будет выглядеть страдающим от любви юнцом. Артуру нужно было их доверие, но они не станут относиться к нему всерьёз, пока он не докажет свою правоту. Он должен был завоевать их уважение и, к счастью, знал, как этого добиться.

Артур побежал прямиком в лес из хижины Мерлина. Ещё не рассвело, и шёл дождь, но Артур не сбавлял шага. Он не успел обуться и переодеться, но не обращал ни на что внимания – в нём горела решимость. Наконец он дошёл до поляны, где из камня торчал меч.

Артуру было предначертано вынуть меч из камня, когда он будет готов стать королём Англии, но сейчас он надеялся, что его желание спасти Алекс каким-то образом повлияет на ход грядущих событий. И хоть ему самому ничто не грозило, Алекс была в опасности, а значит, на кону стояла и его жизнь тоже.

Артур ухватился покрепче за рукоять меча и стал тянуть что было силы. Из-под ногтей у него сочилась кровь, на ладонях набухали мозоли, но Артур всё тянул и тянул меч, словно от этого зависела его жизнь.

Глава 5

Зона турбулентности

Узнав, где, скорее всего, находится Алекс, Коннер бросился к ближайшему компьютеру и купил пять оставшихся билетов на следующий рейс до Нью-Йорка, оплатив их кредиткой Боба. Разрешения он не спросил, но отчиму было всё равно – все думали лишь о том, как найти и вернуть домой Алекс. Освобождение сказочного мира пришлось отложить до тех пор, пока они не выяснят, что же случилось на Манхэттене.

На следующий день, в пять утра, не спавшие всю ночь Коннер, Бри, Джек, Златовласка с ребёнком, Шапочка и Шарлотта сели во внедорожник Шарлотты и отправились в международный аэропорт Уиллоу-Крест. Коннер не имел ни малейшего понятия, что их ждёт в Нью-Йорке, но знал, что вместе с друзьями будет проще справиться с любыми трудностями. Из больницы они уехали в такой спешке, что даже не успели собрать чемоданы. Впрочем, Коннер прихватил с собой спортивную сумку, куда можно было спрятать наиболее подозрительные личные вещи Джека и Златовласки, которые те всегда имели при себе.

Когда они добрались до аэропорта, Коннер побежал сдавать багаж, а друзья ждали снаружи. Стоя на бордюре около машины Шарлотты, они глазели по сторонам – они впервые увидели Другой мир за пределами больницы святого Андрея.

– Это называется воздушный порт, – сказал Джек, качая на руках Героя. – А зачем нужен этот порт?

– Здесь находятся самолёты, на которых можно долететь до всяких других мест, – объяснила Бри.

– Это как конюшня? – спросила Златовласка.

– Да, только лошади покрупнее.

Джек и Златовласка кивнули, почтительно оглядывая здание аэропорта, но на Шапочку было сложно произвести впечатление.

– Другой мир какой-то бесцветный, вам не кажется? – заметила она. – Как по мне, когда всё кругом из серого камня и стекла, это перебор.

Тем временем Коннер вернулся к друзьям.

– Я сдал сумку в багаж на своё имя. Оказывается, вполне законно провозить меч и топор в багаже, если их проверили. В Америке всё для людей.

– Что значит «сдать в багаж»? – поинтересовался Джек.

– Это значит, что перед вылетом твою сумку разместят в багажном отсеке под самолётом, а когда мы прилетим, её спустят по конвейерной ленте в зону багажа.

Друзья Коннера из сказочного мира таращились на него так, будто он говорил на другом языке.

– Мы вообще не понимаем, что всё это значит, но поверим тебе на слово, – ответила за всех Златовласка.

– У всех есть билеты и удостоверения личности? – спросил Коннер.

Бри, Джек, Златовласка и Шапочка показали электронные билеты, распечатанные на больничном принтере, и карточки-удостоверения личности. К сожалению, когда путешествуешь с друзьями из другого мира, при прохождении досмотра в аэропорту могут возникнуть определённые сложности. Будь у Коннера побольше времени, он сделал бы удостоверения, соответствующие внешности его друзей, но поскольку времени было в обрез, получилось как получилось.

– А никто не заметит, что это ненастоящие удостоверения? – уточнил Джек.

– Надеюсь, на досмотре не заметят, – сказал Коннер. – Мы серьёзно влипнем, если нас подловят, так что если кто-то спросит, Джек – это доктор Роберт Гордон, Златовласка – Шарлотта Гордон, Шапочка – двоюродная сестра Бри Аманда Кемпбэлл.

– Бри, а у тебя, случайно, нет родственниц посимпатичнее? – поинтересовалась Шапочка.

– Извини, это всё, что есть, – развела руками Бри. – С удостоверением Аманды я попала на кучу концертов, на которые мне ещё рано было ходить. Надеюсь, тебе с ним тоже повезёт.

Коннер нервно оглядывал здание аэропорта.

– Чтобы всё получилось, нам нужно просто нереальное везение.

– Коннер, это огромный риск, – сказала Шарлотта из машины. – Давай мы с Бобом тоже поедем с вами?

– Нет, нужно, чтобы вы присматривали за персонажами из моих рассказов. К тому же мы с друзьями привыкли иметь дело со всякими волшебными трудностями, а вы нет. Если вдруг что пойдёт не так, мы разберёмся, что делать. Позвоним, если помощь понадобится.

Шарлотта закрыла глаза и вздохнула. Она понимала, что Коннер и его друзья вполне способны за себя постоять, но, так или иначе, её сыну грозила опасность, а с этим сложно было примириться.

– Пожалуйста, будь осторожен. Если найдёшь Алекс, сразу же сообщи нам.

– Хорошо, обещаю.

Коннер наклонился к окну машины и обнял маму на прощание, а затем повёл друзей в здание аэропорта. Оказавшись внутри, Джек, Златовласка и Шапочка оторопели. Со всех сторон на них неслись люди и задевали их своими чемоданами, повсюду светились табло с информацией о времени вылета рейсов и задержках.

Герою эта суматоха не понравилась, и он раскапризничался.

– Дай его мне, – сказала Златовласка, забирая сына у Джека. – Ну, ну, не надо плакать. Кто у мамы хороший мальчик?

Друзья с удовольствием наблюдали, как Златовласка возится с малышом. После рождения Героя она превратилась в другого человека. Лихая разбойница теперь сюсюкалась с ребёнком и меняла подгузники с молниеносной скоростью. Однако материнство нисколько не смягчило Златовласку. Наоборот, она стала более непреклонной, особенно, если кто-то хотел встать между ней и сыном.

– Златовласка, а ты уверена, что разумно брать Героя с собой в Нью-Йорк? – спросила Шапочка. – Знаешь, детям надо уделять много внимания.

– Тебя же мы берём, так? – огрызнулась Златовласка.

Шапочка подняла руки, словно обороняясь.

– Я просто предлагаю оставить его с Шарлоттой, пока нас не будет. Сложновато будет одновременно возиться с младенцем и искать Алекс.

– Вовсе нет, – возразила Златовласка. – Я не хочу быть одной из тех женщин, которые ставят крест на своей жизни, став матерями. Я вполне способна и о ребёнке заботиться, и о друзьях не забывать.

– Извини, что спросила, – сказала Шапочка. – Лично я первым делом взяла бы ребёнку няню.

Коннер и его друзья стали пробиваться через толпу к длинной очереди на досмотр. Встав на цыпочки, чтобы было лучше видно, Коннер как следует присмотрелся к пожилому офицеру, проверяющему документы. Тот так сердито смотрел на каждого подходившего человека, словно во рту у него был очень кислый леденец, и, прежде чем пропустить пассажира дальше, тщательно проверял его карточку-удостоверение и посадочный талон.

– Вот чёрт, он профи! – застонал Коннер. – Мы с Бри без проблем пройдём со своими ученическими, а вот как вам проскользнуть мимо него, я не знаю. Если б с нами Алекс была, всё было бы гораздо проще. Она бы просто шарахнула его каким-нибудь заклинанием, и дело с концом.

– Похоже, на этот раз тебе придётся шарахнуть его своей собственной магией, – заметил Джек.

Коннер вздохнул.

– Джек, я очень благодарен тебе за поддержку, но сейчас это не поможет.

– Нет, я серьёзно! Раз с нами нет твоей сестры, придётся использовать твои способности. Вообрази, что это один из твоих рассказов и твои персонажи оказались в таком же положении. Что бы ты велел им сделать, чтобы получилось пройти проверку?

Коннер принялся ходить по кругу, почёсывая затылок и сосредоточенно размышляя. Конечно, он ценил, что друзья так в него верят, однако они даже не представляли, насколько всё будет плохо, если их разоблачат. Чтобы выжить в Другом мире, нужно проявлять изобретательность, а чтобы использовать его в собственных целях, нужно быть поистине гением.

– Я кое-что придумал, – наконец сказал он. – Если офицер заметит, что карточка поддельная, вам нужно будет его чем-то отвлечь. Скажите что-нибудь неожиданное, чтобы он забыл о проверке документов.

– О, знаю! – воскликнула Шапочка. – Скажу, что я королева из другого мира!

– Нет, только хуже этим сделаешь, – покачал головой Коннер. – Я для каждого придумал по фразе, но вы должны повторить её слово в слово.

Он прошептал каждому из друзей заготовленную фразу на ухо, надеясь, что они не напортачат.

– Лучше не стоять всем вместе в очереди, – сказала Бри. – Если мы подойдём один за другим и он заметит, что карточки поддельные, подозрений будет больше.

– Да, точно, – кивнул Коннер. – Так, ладно, была не была!

Коннер и Бри первыми встали в очередь. Пропустив вперёд пятерых пассажиров, Джек тоже пристроился за ними. Златовласка пропустила шестерых, а потом встала в очередь вместе с Героем. Шапочка же не сразу сообразила, как движется очередь: она пропускала и пропускала людей вперёд, пока до неё не дошло, что нужно вслед за ними идти к офицеру на проверку.

Наконец спустя сорок томительных минут Коннер и Бри оказались перед офицером службы безопасности и протянули ему свои билеты и карточки-удостоверения. Тот внимательно изучил посадочные талоны и окинул ребят всё тем же сердитым взглядом.

– Вы вместе? – спросил он.

– Что? – Коннер опешил. – Нет, мы просто друзья. Ну, в смысле, я так думаю. Мы ещё не успели это выяснить.

– Сэр, я спрашиваю, путешествуете ли вы вместе. – Офицер насупился ещё сильнее. – Ваша личная жизнь авиакомпанию не интересует.

Коннер так густо покраснел, что даже испугался, как бы у него не расплавилось лицо. Судя по всему, из-за волнения он совсем перестал соображать. Не будь Бри и сама на нервах, она бы рассмеялась.

– Да, мы путешествуем вместе, – подтвердила она.

Офицер снова придирчиво оглядел их и наконец поставил подпись на их талонах.

– Проходите. Следующий!

Коннер и Бри прошли мимо офицера и встали в очередь поменьше к металлодетектору. Они нарочно подольше снимали обувь и ремни, чтобы не выпускать из виду друзей. Через несколько минут подошла очередь Джека показывать посадочный талон и удостоверение офицеру.

– Доброе утро! – радостно приветствовал его Джек. – Я лечу в Нью-Йорк.

Не глядя на Джека, офицер стал изучать его документы. Но стоило ему поднять голову, Джек вспомнил заготовленную Коннером фразу и, прежде чем офицер заметил, что карточка поддельная, сказал:

– Пересадка волос.

– Простите? – не понял офицер.

– Пересадка волос, – повторил Джек. – Уверен, вам интересно, откуда у меня такая шевелюра. Вижу, у вас облысение, так что я с радостью дам вам контакты своего врача, если вдруг захотите сделать пересадку волос. Вообще он не настоящий доктор и работает в ресторане в Чайнатауне, но, как видите, поработал он выше всяких похвал!

Офицер не на шутку обиделся, у него даже челюсть отвисла. Сердито качая головой, он поставил подпись на билете Джека и, не взглянув больше на удостоверение, вернул документы со словами:

– Мне не нужна пересадка волос, – процедил он. – Идите отсюда.

– Ну как хотите, – пожал плечами Джек.

Коннер и Бри выдохнули с облегчением, когда Джек тоже встал в очередь к металлодетектору, но испытание ещё не закончилось. Следующей на проверку подошла Златовласка с Героем на руках. Офицер смотрел то на неё, то на фотографию в удостоверении Шарлотты Бейли, придирчиво разглядывая оба лица.

– Мэм, вы недавно сильно похудели? – спросил он.

– А разве это не очевидно? – Златовласка кивнула на ребёнка.

Но у офицера остались сомнения. Он видел, что что-то не так, но никак не мог понять, что именно.

– А черты лица у вас тоже изменились? – не успокаивался он.

Сердитое выражение лица Златовласки ничуть не уступало выражению лица офицера.

– Вы себе даже не представляете, как сильно меняется тело после родов. Хотите поделюсь подробностями?

У офицера был такой вид, словно его вот-вот стошнит. Он быстро поставил подпись на посадочном талоне, чтобы избежать дальнейших споров.

– Приятного полёта, – буркнул он, не глядя Златовласке в глаза.

И вот по ту сторону барьера осталась только Шапочка. Друзья старались держаться поближе к проходу, чтобы если что прийти ей на помощь, но другие сотрудники службы безопасности оттесняли их к металлодетектору, а там не было слышно, что происходит возле стойки проверяющего документы офицера. Они лишь надеялись, что Шапочка справится сама.

Королева неторопливо подошла к стойке и с лучезарной улыбкой вручила офицеру свой посадочный талон и карточку-удостоверение Аманды Кемпбэлл. Тот изучил документы, поставил подпись на талоне и без каких-либо вопросов вернул их Шапочке. Коннер поразился, что всё прошло как по маслу, но тут офицер что-то сказал Шапочке, и она пришла в ярость. Гневно топнув, королева ткнула в него пальцем.

– Да как вы смеете, сэр! – заорала она так громко, что её наверняка услышал весь аэропорт. – Меня за всю жизнь так не оскорбляли!

Сердитый офицер теперь выглядел испуганным. Шапочка стремительно пронеслась мимо него и догнала друзей, ждавших своей очереди к металлодетектору.

– Что там случилось? – спросил Коннер. – Что он тебе сказал?

Шапочка показала ему удостоверение родственницы Бри.

– Что я хорошо получилась на этой фотографии! – рявкнула она.

Для сказочных персонажей металлодетектор был неведомым изобретением, поэтому Коннеру пришлось следить за ними в оба и заверять, что им ничего не грозит. Джеку он пообещал, что свои сапоги тот получит назад, когда их просканируют, Златовласка собралась было положить Героя на конвейерную ленту в лоток для вещей, но Бри успела её остановить, а Шапочку пришлось сканировать вручную, потому что она наотрез отказалась снимать с себя драгоценности. Но как только друзья прошли через рамки и забрали свои вещи, их план пробраться в аэропорт официально осуществился.

– Поверить не могу, что нам удалось, – сказал Коннер. – Мне кажется, я не дышал с тех пор, как мы встали в очередь на проверку документов.

– А я вообще не волновался, – Джек улыбнулся, – потому что верю в тебя.

Друзья свернули за угол, и тут Джек, Златовласка и Шапочка остолбенели при виде магазинов, кофеен, баров и ресторанов в терминале. Для них это было слишком.

– Ну и ну, это прямо маленькое королевство! – воскликнула Шапочка.

– Что это за дивный аромат? – поинтересовалась Златовласка.

– Это кофе, – сказала Бри. – В нашем мире он на каждом шагу.

– А что это за место такое, где по травянистому полю бегают нарисованные мужчины? – спросил Джек.

– Это спортивный бар, – сказал Коннер. – Там люди смотрят, как другие играют во всякие игры.

– А что это за крохотная комнатка с кучей флакончиков и портретами красивых, но очень унылых женщин? – спросила Шапочка.

– Это парфюмерный магазин, – ответила Бри.

Шапочка пришла в полный восторг.

– Здешним простолюдинам разрешено пользоваться духами? О, я должна на это поглядеть!

Бри не успела остановить Шапочку – та во всю прыть рванула к парфюмерному магазину. Коннер подумал, что раз у них много времени до посадки, пусть друзья погуляют по аэропорту и познакомятся поближе с благами Другого мира. Златовласку он усадил за столик в кофейне и заказал ей ванильный латте. Пока она пила кофе, Коннер отвёл Джека в спортбар и постарался как можно доступнее объяснить правила игры в футбол и баскетбол, но Джек был уверен, что Коннер сам их выдумал на ходу. Присматривать за Шапочкой, которая бегала от магазина к магазину и хватала всё подряд, было всё равно что следить за ребёнком в магазине игрушек, и Бри порядком устала от этого занятия.

В половину седьмого, за пятнадцать минут до начала посадки, друзья подошли к 26-му выходу и сели на сиденья. Шапочка гордо демонстрировала все свои покупки, разложеннные по пакетам.

– Знаете, хоть в этом мире маловато красок, зато товаров хоть отбавляй! Вот эта изысканная сумка сделана из шкуры какого-то неизвестного мне зверя «кожзама». А вот эти изумительные духи называются «Освежитель воздуха». Ещё я купила вот это карманное зеркальце с маленькими огоньками по краям. А ещё я не смогла пройти мимо вот этой красочной брошюры, она называется «журнал Гламур». Смотрите, тут есть статья «Как вернуть своего парня, которого увела его бывшая». Надеюсь, там рассказывается о волшебных зеркалах.

– Как ты за всё это расплатилась? – спросил Коннер.

– Расплатилась? – сказала Шапочка таким тоном, будто это слово было ей незнакомо.

– Я за всё платила, – сказала Бри. – Её бы арестовали за кражу, если бы не моя кредитка для экстренных случаев. Я исчерпала весь лимит, так что следующий экстренный случай пусть оплачивает кто-нибудь другой.

– Не волнуйтесь, вам я тоже подарки купила, – сообщила друзьям Шапочка. – Коннер, тебе я взяла футболку, на которой написано «Все трюки выполняю сам», – стильно, правда? Джек, тебе я нашла кепку с надписью «Лучший в мире дедушка» – прости, все «папы» закончились. Для Героя я выбрала вот эту милейшую плюшевую лягушку в костюме, чтобы он не забывал, как выглядит дядя Чарли. А тебе, Златовласка, я взяла вот этот удобный мешок – зачем носить ребёнка на руках, если можно носить его на себе?

– Спасибо, Шапочка! Ты так добра! Твоя забота всегда меня удивляет!

Златовласка почему-то говорила гораздо быстрее, чем обычно, а её левый глаз слегка дёргался.

– Боже, Златовласка! Что с тобой приключилось? – спросила Шапочка.

– Это из-за кофеина! – выкрикнула Златовласка. – Я выпила латте! Ванильный латте, если точнее! Превосходный напиток! Я ещё недавно была такой уставшей, а теперь готова горы свернуть! Да я хоть целую армию голыми руками уложу! А знаете, выпью-ка я ещё!

Джек осторожно положил руку жене на плечо.

– Милая, может, не стоит так налегать на кофеин? А то на нас уже люди смотрят.

– Внимание пассажирам рейса 219, вылетающим в международный аэропорт Джона Ф. Кеннеди в Нью-Йорк, объявляется начало посадки, – раздался голос из динамика. – Пожалуйста, займите очередь и приготовьте для проверки посадочные талоны.

Коннер, его друзья и другие пассажиры встали в очередь. Затем их билеты просканировали, и, пройдя по длинному трапу, они наконец-то оказались на борту самолёта. В салоне были бизнесмены, семьи с детьми, улетающие в отпуск, и отряд ребят-скаутов.

– Идите за мной, я покажу вам ваши места, – сказал друзьям Коннер. – Мы сидим в хвосте, потому что поздно зарегистрировались на рейс. У нас с Бри места 38А и 38В, Джек и Златовласка за нами на 39А и 39В, а Шапочка на 40А… погодите, где Шапочка?

Коннер огляделся, но Шапочки нигде не было. Тут он заметил уголок её новой сумки и увидел, что королева заняла место в салоне первого класса. Коннер помахал ей, пытаясь привлечь внимание, но Шапочка с наслаждением вытерла руки влажным полотенцем и открыла журнал «Гламур».

– Мэм, это ваше место? – спросила её бортпроводница.

– Нет, но оно меня полностью устраивает, – ответила Шапочка и уткнулась в журнал.

Бортпроводница взяла её посадочный талон и посмотрела, какое там указано место.

– Извините, но этот салон для пассажиров первого класса. Вам нужно занять место, на которое вы зарегистрировались.

– Зарегистрировалась? – переспросила Шапочка так, будто услышала это слово впервые. – И где же оно?

Бортпроводница показала в хвост самолёта, где сидели друзья Шапочки.

– Я должна сидеть сзади? – возмутилась она, не веря своим ушам. – Я думала, эти места для эльфов! Да туда же ни один человек не поместится!

– Добро пожаловать в эконом-класс, – сказала бортпроводница. – А теперь займите своё место, иначе мне придётся снять вас с рейса.

Шапочка наградила девушку испепеляющим взглядом и зашагала по проходу салона эконом-класса, морщась так, будто там был раскидан навоз. Наконец она протиснулась на своё место 40А за Джеком и Златовлаской. К счастью, на соседнем кресле никто не сидел, а то её пышное платье заняло целых два сиденья.

Вскоре почти все пассажиры сели в самолёт. Убирая ручную кладь на багажные полки, многие громко хлопали дверцами, и Герой раскапризничался. Когда ребёнок заплакал, все в салоне стали недовольно поглядывать на Джека и Златовласку.

– Все на нас так смотрят, будто мы их чем-то обидели, – заметил Джек.

– Это потому что вы летите с ребёнком, – сказала Бри. – Они переживают, что он будет плакать весь полёт до Нью-Йорка.

С этим Златовласка не собиралась мириться. Она передала Героя Джеку и встала в проходе, чтобы все её видели.

– А теперь всем минуточку внимания! – выкрикнула она. – Меня не волнует, что вам придётся слушать, как плачет мой ребёнок! Неделю назад я испытала невыносимую боль, когда рожала его! И это делают все матери ради продолжения нашего рода! Это естественно, смело, прекрасно, и я не потерплю неуважения к себе за то, что я мать! Так что сделайте лица попроще, а иначе это вы будете плакать весь полёт до Нью-Йорка!

– Я бы на вашем месте послушал мою жену, – добавил Джек. – Она под кофеином.

Все пассажиры быстро отвели взгляды и стали смотреть по сторонам. Бри начала было аплодировать Златовласкиной тираде, но её никто не поддержал.

Когда друзья наконец-то перестали создавать проблемы и уселись на свои места, Коннер впервые за день перевёл дух. Оглядевшись, он увидел мальчика-скаута с другой стороны прохода. Костюм мальчика был сплошь в значках отличия – очевидно, он серьёзно относился к своему делу. В руках он держал карту Нью-Йорка и, разглядывая её, нетерпеливо ёрзал на сиденье.

– Привет! – сказал мальчик, заметив Коннера. – Меня Оливер зовут, а тебя?

– Меня Коннер. Рад, что в Нью-Йорк летишь?

– Да я в жизни ничему так не радовался! – воскликнул Оливер. – Вообще я первый раз лечу на самолёте! Но мне ни капельки не страшно. Вот этот значок мне дали за смелость.

– Что будешь в Нью-Йорке делать?

– Я еду на Ежегодный слёт скаутов Америки! – радостно сообщил Оливер. – В этом году он проводится в Центральном парке! Обычно там не разрешается ставить палатки, но ради нас сделали исключение. Моя семья не очень богата, так что мне пришлось продать тонну попкорна, чтобы оплатить поездку. И я продал гораздо больше, чем другие скауты Запада! И за это получил вот этот значок.

– Поздравляю, – сказал Коннер. – И правда куча попкорна.

– Ну а ты? Зачем в Нью-Йорк летишь?

– Э-э… родственников навестить. Вернее, надеюсь, что получится их навестить. Это типа поездка-сюрприз.

– Классно. Ну ладно, приятно было пообщаться, но мне нужно дальше карту изучать. Пытаюсь запомнить, как тут и чего, пока не прилетели. Я хорошо ориентируюсь на местности, за это мне дали вот этот значок.

– Удачи, – сказал Коннер. – Желаю хорошего слёта.

Оливер широко улыбнулся, отчего на щеках у него появились ямочки, и снова углубился в изучение карты Нью-Йорка. Восторг этого мальчика напомнил Коннеру, как радовалась Алекс, когда они в первый раз оказались в сказочном мире: сестра точно так же не выпускала из рук карту королевств и спорила с братом, в какую сторону им пойти. Эти воспоминания впервые за неделю вызвали у Коннера улыбку: сейчас ему казалось странным, что когда-то Страна сказок не была им домом.

– Дамы и господа, прослушайте, пожалуйста, технику безопасности, – раздался голос из динамиков.

Встав в проходах, бортпроводники показывали, как застёгивать ремни безопасности, надувать спасательные жилеты и пользоваться аварийными выходами. На экранах впереди стоящих кресел включился ролик, в котором объяснялось, как правильно надевать кислородную маску и покидать самолёт в экстренных случаях. К тому времени как демонстрация техники безопасности закончилась, самолёт уже ехал к взлётной полосе.

Шапочка перегнулась через сиденья Джека и Златовласки и похлопала Бри и Коннера по плечам.

– Извините, эти жёлтые жилеты такие уродские, что я отвлеклась и не слушала… Можете повторить, что там говорили про давление в кабине и посадку на воду?

– Если в кабине произойдёт утечка кислорода, то из потолка вывалятся кислородные маски, с помощью которых мы сможем дышать, – охотно просветила Шапочку Бри. – А в случае экстренной посадки на воду нужно покинуть самолёт через аварийные выходы и сесть на надувные плоты.

– Чушь какая-то, – сказала Шапочка. – Как мы можем оказаться в воде? Возница что, не сможет её объехать?

И тут как раз самолёт на всей скорости помчался по взлётной полосе. Шапочку вжало в кресло, и она закричала.

– Что происходит?!

– Расслабься, мы взлетаем, – сказала Бри.

– Куда взлетаем?!

– В воздух.

Бри думала, что это очевидно, но, судя по искажённому страхом лицу Шапочки, та совершенно не ожидала такого поворота.

– Эта штуковина поднимет нас в воздух? – в ужасе спросила она.

– Да, поэтому это и называется «полёт».

– А раньше нельзя было сказать?! Уже поздно вылезти отсюда?!

– ДА! – выкрикнули хором все пассажиры.

Пока самолёт набирал высоту, Коннер закрыл глаза и вскоре задремал. Но, увы, приятного в его сне было мало.

Коннеру снилась Алекс, но она то появлялась, то куда-то пропадала. Он не понимал, что она говорит, но было ясно, что она отчаянно пытается достучаться до него, предупредить о какой-то надвигающейся беде, которую ему нужно было предотвратить, пока всё не пропало. Он просил её повторить, что она сказала, но её голос звучал всё тише и тише, и видно её было всё хуже и хуже, словно в угасающем свете прожектора. Неожиданно откуда ни возьмись появилось чёрное облако дыма и окутало её полностью, а потом, словно гигантская рука, стало тащить её прочь от Коннера. Алекс кричала, звала на помощь, но он ничем не мог ей помочь…

– Алекс! – завопил Коннер и, вздрогнув, проснулся.

– С тобой всё нормально? – спросила его Бри.

– Извини, кошмар приснился. Долго я спал?

– Где-то час. Ты дёргался во сне, но я не решилась тебя разбудить. Даже не представляю, как ты устал.

– Уж лучше дёрганый сон, чем вообще никакой, – сказал Коннер. – Ты, кстати, столько же не спала, что и я. Тебе удалось хоть немного вздремнуть?

– Я пыталась, но что-то никак. Слишком много мыслей.

Коннер кивнул.

– Ага, понимаю. Чёрт, да я бы что угодно дал, лишь бы не думать только об Алекс. Мне даже во сне это покоя не даёт. Мне сейчас приснился кошмар, Алекс пыталась меня о чём-то предупредить, но я так и не понял о чём. Это всё из-за стресса.

Коннер повернулся к Бри, надеясь, что она его поддержит, но она заговорила о другом.

– Коннер, мне нужно кое о чём тебе рассказать. Я не хотела тебя грузить, поэтому ничего не говорила, но я больше не могу держать это в себе.

Хотя Коннер понятия не имел, о чём речь, он внутренне напрягся. Бри всегда была очень спокойной, и если сейчас она на взводе, значит, дело серьёзное.

– Расскажи. Сомневаюсь, что ты меня загрузишь сильнее, чем я уже загружен.

– Ну ладно. – Бри глубоко вздохнула. – Я не всё тебе рассказала о своей поездке в Коннектикут. Я навещала родственников, это правда, но я соврала, почему именно к ним поехала.

Коннер сглотнул.

– Из-за другого парня?

Такой вопрос Бри ожидала услышать меньше всего.

– Нет, ничего такого, – сказала она и сразу перешла к сути: – Когда мы с Эммерихом вернулись из сказочного мира после поражения Великой армии, мне всё не давал покоя портал в Нойшванштайне, я постоянно о нём вспоминала. И чем больше я прокручивала в голове историю его появления, тем меньше понимала смысл.

– Ага, история очень запутанная. В начале девятнадцатого века Великая армия заставила братьев Гримм показать им, как попасть в сказочный мир. Братья привели их к порталу, активировали его с помощью волшебной флейты и заманили туда Великую армию. Но те не знали, что Матушка Гусыня заколдовала портал так, чтобы каждый, в ком не течёт волшебная кровь, застрял между мирами на двести лет.

– Именно, – кивнула Бри. – Поэтому я и задавалась вопросом, каким образом там не застряли мы с Эммерихом.

На Коннера столько всего навалилось с тех пор, как Великая армия вторглась в сказочный мир, что он даже и не вспоминал о портале в замке Нойшванштайн, но ведь Бри была права! И она, и Эммерих должны были застрять в портале на двести лет, как и Великая армия. А раз они там не остались на долгие годы, объяснение этому одно…

– В тебе течёт волшебная кровь! – воскликнул Коннер. – Эммерих мой двоюродный брат, поэтому в нём тоже есть магия, а в тебе-то откуда?

Тут ему в голову пришла одна мысль, и сердце у него забилось чаще.

– О нет… мы же не родственники?

– Э-э… нет. – Бри покачала головой. – Ты забыл об одной неприятной детали. Чтобы братья Гримм могли активировать портал с помощью флейты, им тоже нужна была магия в крови. И Матушка Гусыня перелила им свою. Таким образом, магия в роду Гриммов передавалась из поколения в поколение.

– Ничего себе! Ты потомок братьев Гримм!

Бри кивнула.

– Ну и сам понимаешь, мне не терпелось в этом убедиться, поэтому я и поехала к своей родственнице Корнелии в Коннектикут.

– Так вот почему Корнелия так спокойно восприняла всё, что произошло в больнице! Твоя семья знала о волшебстве и сказочном мире гораздо дольше нас с сестрой!

– О, они много о чём знают, – сказала Бри. – Корнелия, Френда и Ванда – члены тайного сообщества, которое называется «Сёстры Гримм». Его основала в 1852 году моя прапрапрапрапрабабушка Мария Гримм. Зная о существовании сказочного мира, женщины в моём роду стали исследовать различные волшебные происшествия по всему миру.

– Волшебные происшествия? – переспросил Коннер. – Например?

– Сотни случаев за многие годы: на североамериканском побережье находили скелеты русалок, в Европе туристы натыкались на пикси, в австралийской пустыне обнаруживали троллей! Сёстры Гримм догадались, что существа из сказочного мира время от времени попадают в наш, но не понимали как. Твоя бабушка и другие феи следили за порталами, так каким же образом кто-то оказывался здесь без их помощи?

– Дело в магии?

– Нет, в науке! Сёстры Гримм выяснили, что сказочный мир – это альтернативная вселенная Другого мира, и они движутся в пространстве, как гоночные машины на одной полосе. Раньше Другой мир двигался гораздо быстрее сказочного, поэтому иногда миры ненадолго пересекались, точнее, сталкивались. И каждый раз во время этих столкновений между мирами появлялся портал, о котором феи не знали. За многие века тысячи волшебных существ, случайно оказавшись рядом с порталом, попадали в наш мир. Но почти шестнадцать лет назад миры перестали сталкиваться, и порталы больше не появлялись.

– Почему? Что случилось?

Бри рассмеялась.

– Правда не понимаешь?

– Погоди… потому что мы с сестрой родились! Мы дети обоих миров, и после нашего появления на свет время в нашем и сказочном мирах стало течь с одинаковой скоростью.

– Верно! А когда гоночные машины едут с одной скоростью, им нужно куда больше времени, чтобы пересечься.

– И как скоро это произойдёт?

– По расчётам Сестёр Гримм, очень скоро. Ещё они волнуются, что в этот раз последствия столкновения будут необратимы. То есть появится не временный портал, а мост, который навсегда соединит миры.

– А они знают, где появится этот самый мост? – спросил Коннер.

– Да, они всё тщательно рассчитали, – кивнула Бри. – Если исходить из месторасположений предыдущих порталов, мост появится посреди Нью-Йорка.

– Нью-Йорка! – воскликнул Коннер. – Вот это совпадение.

– Не думаю, что это совпадение, Коннер, – покачала головой Бри. – Это серьёзный межпространственный феномен. И об этом наверняка знают не только Сёстры Гримм. Раз уж они смогли вычислить это с помощью науки, то кто-то другой мог узнать об этом с помощью магии. Если твою сестру похитила ведьма, то она не просто так затащила её в Нью-Йорк. И я готова спорить на что угодно, что это как-то связано со столкновением миров.

Коннер от страха вжался в сиденье. Всё же он ошибся: он и правда загрузился сильнее, чем был загружен.

– Внимание, дамы и господа, – сказал бортпроводник по громкой связи. – Капитан включил табло «застегните ремни», потому что самолёт находится в зоне турбулентности. Просим вас оставаться на своих местах – встряска будет сильная.

Коннер вздохнул.

– Куда уж сильнее.

Глава 6

Пленники зеркала

Фрогги метался от зеркала к зеркалу, пытаясь найти того, кто поможет ему связаться с Алекс и Коннером. Он сообразил, что ребята, скорее всего, прячутся где-то вместе с королевскими семьями. И если у него получится найти того, кто знает, где их убежище, он сможет передать им послание и предупредить о планах Литературной армии захватить Другой мир.

Однако чем дольше он искал, тем сильнее сомневался в задуманном. Комнаты во дворце либо пустовали, либо были заняты карточными солдатами Червонной королевы, летучими обезьянами Злой ведьмы или пиратами капитана Крюка. Иногда Фрогги на глаза попадался кто-нибудь из слуг, но те всегда находились рядом с императорами или их приспешниками. Им и прислуживать-то приходилось не по своей воле, а в остальное время они сидели взаперти в темнице, где не было зеркал, и Фрогги не мог туда попасть.

Впрочем, даже если бы Фрогги удалось найти того, кто захочет помочь, вряд ли он знал бы, где найти близнецов. Но, несмотря на то что шансы были малы, Фрогги продолжал поиски, и вскоре он узнал, что помощь найти возможно, – только искать нужно не по ту сторону зеркала.

– Здравствуй.

Услышав чей-то тихий голос, Фрогги подпрыгнул. Он выглянул наружу из одного зеркала, потом из другого, но говорящего так и не увидел.

– Я не во дворце, глупенький, – со смехом сказал кто-то, – я прямо у тебя за спиной.

Фрогги обернулся и снова подскочил: он был в зазеркалье не один!

Из темноты к нему шла девочка. На вид ей было лет восемь, не больше, у неё были длинные иссиня-чёрные волосы и бледное лицо. Фрогги уже привык к одиночеству и не сразу понял, что девочка ему не чудится.

– Вот это да, – изумлённо проговорил он. – Ты… настоящая!

Девочка хихикнула.

– Конечно настоящая. Как же иначе?

– Прости, что так удивляюсь, – извинился Фрогги. – Просто рад, что встретил другого человека. Я даже и не догадывался, что в зеркалах есть другие пленники.

– О, в зеркалах заточены сотни людей! Я каждый день встречаю не меньше дюжины.

Фрогги огляделся, но не увидел в темноте никого, кроме девочки.

– Но где они? – спросил он. – Я здесь уже много времени провёл, но кроме тебя больше никого не встречал.

Девочка улыбнулась Фрогги – его неведение забавляло её.

– Необязательно находиться внутри зеркала, чтобы быть его пленником. Подумай о тех, кто недоволен своим отражением, когда смотрит на себя в зеркало. О тех, для кого внешняя красота – залог счастья. О тех, кто не может наслаждаться жизнью, потому что их не устраивает собственная внешность. Как по мне, зеркало берёт в плен всех.

Фрогги молчал, обдумывая услышанное.

– Если так посудить, я уже второй раз в плену у зеркала, – сказал он.

– А когда был первый раз?

– Давным-давно, когда на меня наложили проклятие и я превратился в человека-лягушку, – объяснил Фрогги. – Я так стыдился своей внешности, что годами прятался от людей. Я жил, боясь того, что скажут обо мне другие. К счастью, я сумел преодолеть этот страх.

– Как у тебя получилось?

– Когда я чувствовал себя самым уродливым созданием на свете, я нашёл настоящую любовь и обрёл друзей, – с улыбкой сказал Фрогги. – Это ли не доказательство, что внешность не так уж важна?

Девочка вздохнула и покачала головой.

– Тебе повезло. Большинство людей всю жизнь этого не понимают. Каждый день я вижу, как всё больше и больше людей смотрят на себя в зеркало с грустью в глазах. Я пытаюсь сказать им что-нибудь приятное и убедить, что важно то, что внутри, но они всегда пугаются, когда видят меня в зеркале, и не слушают, что я говорю.

Фрогги ещё не встречал такого странного ребёнка. Манера речи девочки и её способность свободно перемещаться по зеркалам заставили Фрогги усомниться, что она и впрямь так мала, как кажется.

– Как тебя зовут? – спросил он.

Девочка задумалась, но казалось, что она не может вспомнить.

– Я забыла. Уверена, у меня есть имя, но я его не помню.

– Я понимаю, – сказал Фрогги. – Потеря памяти неизбежна, когда живёшь в зазеркалье. Чем дольше мы здесь остаёмся, тем больше теряем себя. Ты тут давно?

Девочка снова задумалась и стала сосредоточенно вспоминать, но не смогла.

– Этого я тоже не помню, – со смехом ответила она.

– Тебя это не беспокоит?

– Раньше беспокоило, но я забыла почему. Кстати, мне по душе забвение. Когда есть что вспомнить, хорошо иметь твёрдую память, но, когда есть что забыть, лучше найти утешение в забвении.

– Должно быть, ты немало горя в жизни испытала, раз так считаешь, – заметил Фрогги.

– Наверное. Я скучаю по снам, но теперь мне, по крайней мере, не снятся кошмары. Возможно, тебе тоже понравится всё забыть.

Выслушав девочку, Фрогги встревожился ещё сильнее. Он не знал, скоро ли его память начнёт угасать, но его новая знакомая была подтверждением того, что полная потеря воспоминаний – лишь вопрос времени.

– Я не только из-за памяти так волнуюсь. На самом деле я ищу кого-нибудь, кто сможет предупредить моих друзей о беде. На их дом вот-вот нападёт огромная армия, и мне нужно передать им послание, пока не поздно. Ты общалась с кем-нибудь во дворце, но так, чтобы человек тебя не боялся?

Девочка задумалась. К счастью, память её не подвела.

– Да, я со многими раньше общалась, и они меня не боялись. Но думаю, я никогда не разговаривала с кем-то из этого дворца.

– То есть ты перемещалась в другие дворцы? – спросил Фрогги.

– Конечно! Я странствовала по всем королевствам. А ты нет?

– Нет. Кроме подвала ведьмы, я побывал только в зеркалах Северного дворца.

– Но ты можешь попасть к любому зеркалу, – объяснила девочка. – Тебе всего лишь нужно представить, куда ты хочешь отправиться, и зазеркалье перенесёт тебя туда. Проще простого.

Теперь Фрогги иначе воспринимал время, проведённое в зеркальном заточении. Пойми он, что ему нужно найти, перед тем как начинать поиски, Северный дворец явился бы ему гораздо раньше. Узнав, что можно попасть к любому зеркалу в любом королевстве, Фрогги впервые за долгое время воспрянул духом. Если рядом с близнецами Бейли есть зеркало, он сможет сам их предупредить. Надо только понять, где они прячутся.

Фрогги закрыл глаза и мысленным взором увидел замок в Центральном королевстве. Он ясно представил себе его коридоры, гостиные, обеденные залы и просторную библиотеку, сделанную для него Шапочкой.

– У тебя получилось! – радостно воскликнула девочка. – Посмотри! Появилось больше зеркал!

Фрогги открыл глаза и огляделся. Вдалеке, в темноте, словно звёзды на ночном небе, мерцали огоньки. Девочка схватила Фрогги за руку и потащила его к сверкающим точкам.

– Сначала обойдём эти зеркала, а если ты не найдёшь там своих друзей, мы обыщем каждое зеркало в королевствах, пока не найдём их! – сказала она.

– Ты не против помочь мне в поисках? – спросил Фрогги.

– Конечно нет. Я уже давно бездельничаю. Кстати, забыла спросить… а тебя как зовут?

Фрогги открыл было рот, чтобы ответить, но не смог ничего сказать. Сначала он подумал, что это что-то вроде мысленной заминки, однако молчание затянулось. Как бы Фрогги ни старался, своё имя он вспомнить не мог.

– Я… я… я не помню, – признался он. – Но сейчас это неважно. Важно найти моих друзей и предупредить их о беде.

Девочка пожала плечами и, снова взяв его за руку, повела к появившимся зеркалам. Фрогги был рад, что у него есть провожатая, иначе он застыл бы на месте от страха, что забыл своё имя.

Где бы ни были близнецы Бейли, найти их нужно было как можно скорее. Фрогги должен был предупредить их о планах Литературной армии, пока ещё помнил, что их нужно о чём-то предупредить.

Глава 7

Пицца, бейглы и баррикады

В Мидтауне на Манхэттене, на углу Пятой авеню и Тридцать четвёртой улицы, находилось знаменитое бистро «Чизи-стрит». Это было популярное туристическое местечко, где продавалась разная еда, которой славился Нью-Йорк. И приезжие, и местные захаживали сюда поесть пиццу, бейглы, чизкейки, пастрами и клэм-чаудер. За многие годы работы персонал кафе повидал немало чудиков среди посетителей, но компания из двенадцати человек, которая зашла к ним сегодня на ланч, побила все рекорды.

Минди, Синди, Линди и Венди (также известные как «Книгообниматели») сидели над общей тарелкой с бейглами-пиццей – знаменитым фирменным блюдом «Чизи-стрит». Девочки смотрели на сырное нечто ничего не выражающими взглядами, храня гробовое молчание. Напротив сидели родители каждой из книгообнимательниц и с тревогой наблюдали за дочерьми, словно те были взрывными устройствами, которые могли рвануть в любую секунду.

– Я так рада, что мы решили сюда поехать, – сказала мама Минди. – Пусть и в последний момент решили, но иногда спонтанная поездка – самое то, чтобы проветрить голову. Да?

Книгообниматели ничего не ответили и продолжили смотреть в тарелку.

– Думаю, мы выбрали просто идеальное место для отдыха, – заметил папа Синди. – Нью-Йорк – потрясающий город. Здесь столько достопримечательностей, столько интересных занятий. Что вам больше всего понравилось из того, что мы уже видели?

Книгообниматели по-прежнему не проронили ни слова в ответ и даже не пошевелились.

– Мне в Центральном парке понравилось, – сказала мама Линди. – А ещё мне понравился Эмпайр-стейт-билдинг, остров Эллис, экскурсия по ООН и, конечно, вчерашний мюзикл «Призрак оперы» на Бродвее.

– Мне кажется, все уезжают из Нью-Йорка под огромным впечатлением, – заговорил отец Венди. – Здесь и правда понимаешь, что в мире живёт великое множество разных людей, а ещё вспоминаешь о том, что существует много разных занятий, которым можно посвятить своё время. Ну и на фоне Нью-Йорка Уиллоу-Крест и все, кто там живёт, кажутся довольно скучными. Вы согласны?

Книгообниматели одновременно кивнули, но головы так и не подняли. Выглядело это жутко, но их родители были рады любой реакции.

– Давайте обсудим нашу проблему, – сказала мама Минди. – Мы понимаем, что прошлая неделя для вас выдалась нелёгкой. Чтобы прийти в себя после нервного срыва, нужно много сил. Галлюцинации и помешательство сложно выявить и признать как факт, но мы очень гордимся вами, девочки, что вы приняли правильное решение идти к выздоровлению. Доктор Джексон была уверена, что вам просто нужно немного времени и любви, а ещё – как следует отвлечься, и вы будете как новенькие. Надеюсь, эта спонтанная поездка пойдёт вам на пользу.

Наконец книгообниматели оторвали взгляды от тарелки и улыбнулись родителям. Этой поездки было недостаточно, чтобы отвлечь их от мыслей о близнецах Бейли, но, увидев, как родители за них волнуются, девочки немного оттаяли.

– Спасибо, – сказала Минди. – И хотя мы молчали всю неделю, мы очень благодарны, что вы нас сюда привезли.

– Да, классная была неделя, – добавила Синди. – Спасибо, что взяли отгулы на работе, чтобы отвлечь нас.

– Хоть нам сейчас тяжело, нам повезло, что рядом с нами вы, – поддержала разговор Линди.

Венди показала рукой на сердце, а потом на родителей, словно говоря, что очень ценит их поддержку. Родители книгообнимателей испытали такое облегчение, когда их дети наконец заговорили, что на глаза им навернулись слёзы.

– Здорово, – сказала мама Синди. – Я очень рада, что мы всё обсудили. Сегодня последний день в Нью-Йорке, давайте как следует повеселимся! Предлагаю после ланча взять вертолётный тур, но сначала надо заказать десерт!

Родители и их дети принялись выбирать десерты из меню, но тут по улице промчались четыре полицейских машины с мигалками и сиренами, и они отвлеклись.

– Ого, там в библиотеке что-то серьёзное творится, – заметил папа Линди. – Уже машин десять в ту сторону проехало, а ещё я слышал, что идёт эвакуация из всех зданий в радиусе двух кварталов.

– Когда мы утром ходили по магазинам на Пятой авеню, спросили у полицейского, в чём дело, – сказала мама Венди. – Нам объяснили, что произошла утечка газа, но это не критично. Эвакуируют на всякий случай.

Книгообниматели выглянули в окно, чтобы посмотреть на полицейские машины, но вдруг увидели на Тридцать четвёртой улице нечто, отчего их чуть не хватил удар. В такси, которое пропускало полицейские машины, на переднем сиденье сидел кто-то очень знакомый и веснушчатый…

– Коннер! – хором воскликнули девочки.

Родители быстро повернулись к дочерям, снова глядя на них как на бомбы, у которых уже включили детонатор.

– Что вы сказали, девочки? – спросила мама Минди.

– Коблер, – догадался папа Синди. – Думаю, они хотят заказать коблер. Верно?

– Нет, пап! – возразила Синди. – Оглянись! Это никакие не галлюцинации! Снаружи такси, в нём Коннер Бейли!

Родители книгообнимателей быстро повернулись к окну, но, благодаря неведомым силам Вселенной, которая то и дело всячески насмехалась над девочками, Коннер как раз наклонился, и в такси родители увидели только водителя. Машина тронулась с места прежде, чем Коннер выпрямился.

– Не-е-ет! – завопила Минди. – Он был там! Прямо там!

– Я тоже его видела, клянусь! – выкрикнула Линди. – Коннер Бейли ехал в том такси!

– Но как он здесь оказался? – спросила Синди. – В Нью-Йорке полно кафе, а он был рядом с нашим!

– Этому есть только одно объяснение! – заявила Минди. – Всё это время мы были правы! Близнецы Бейли замешаны в чём-то аномальном. Всё началось в школе, продолжилось в больнице, а теперь добралось и до Нью-Йорка!

Венди сжала руки в кулаки и треснула ими по столу, словно говоря: «Против нас замышляется какой-то серьёзный заговор, и мы должны докопаться до сути!»

Книгообниматели дружно расплакались. Их родители в отчаянии переглянулись и тяжело вздохнули: судя по всему, их надежда, что в Нью-Йорке девочки забудут о своей мании, не оправдалась. Все посетители и персонал кафе уже и так во все глаза смотрели на их компанию, но мама Линди всё равно подняла руку, чтобы позвать официанта.

– Счёт, пожалуйста!

После тряского полёта и жёсткой посадки в международном аэропорту Джона Ф. Кеннеди в Нью-Йорке Коннер и его друзья забрались в такси и отправились на Манхэттен. Водителю как будто платили за каждую кочку и выбоину, пойманные по дороге: пока они ехали в сторону Мидтауна, машину нещадно шатало и трясло.

Златовласке было неудобно держать Героя на руках, поэтому она уложила его в слинг, который приобрела для неё Шапочка. Малыша же нисколько не тревожила езда по ухабистой дороге: проведя девять месяцев в материнской утробе, он привык к любым встряскам, его это даже успокаивало. Чем сильнее накалялась обстановка, тем проще ему было уснуть.

Коннер, ехавший на переднем пассажирском сиденье, переключил радио на местные новости, чтобы узнать, не случилось ли чего-то ещё с прошлого вечера. В новостях передали, что из-за серьёзной утечки газа проезд к Нью-Йоркской публичной библиотеке закрыт и в близлежащих кварталах идёт эвакуация. Однако, к удивлению Коннера, об оживших статуях львов, которых они видели по телевизору, не было сказано ни слова.

– Не понимаю, – пробормотал он. – Там же были кадры, как статуи бросаются на полицейских! Не только же мы их видели.

– Скорее всего, они об этом умалчивают, чтобы не поднялась паника, – предположила Бри. – Как в 1947 году, когда в Нью-Мексико, в Розвелле, рухнул НЛО. В газетах сообщалось, что обнаружены обломки летающей тарелки, но на следующий день военные приказали прессе сказать, что произошла ошибка и это всего лишь метеорологический зонд.

Коннер сглотнул, представив, что об Алекс тоже будут говорить как о том зонде. Он так беспокоился за сестру, что не замечал ни пролетающих за окном районов Куинса, ни показавшихся на горизонте очертаний Манхэттена. Такси въехало в тоннель Куинс-Мидтаун, проходивший под проливом Ист-Ривер, и через некоторое время они уже были в центре Манхэттена. Коннер и его друзья ошарашенно глазели на город, пока такси пробиралось по загруженным улицам между высоченными небоскрёбами. Суета вокруг так заворожила Коннера, что он даже ненадолго отвлёкся от мыслей об Алекс.

– Такое ощущение, что город непрестанно гудит, – заметила Златовласка. – Должно быть, здесь продают много кофе.

– Здешние здания выше бобового стебля! – воскликнул Джек. – Коннер, почему ты не говорил нам, что Нью-Йорк такой… высокий?

– Вообще-то я не меньше вашего в шоке, – сказал Коннер. – Я писал в своих рассказах о таких городах, но у меня никогда не получалось описать чувства, которые испытываешь, когда видишь это впервые. Теперь-то понятно, что эти чувства никакими словами не передать.

Шапочка фыркнула – Другой мир так и не произвёл на неё впечатления.

– Ну ладно, большой он, но почему всё такое однообразно прямоугольное? Сложно, что ли, башню построить, или купол, или там спиралевидную крышу? У меня такое чувство, будто я мышь в обувном ящике.

Миновав широкий перекрёсток, такси повернуло, и взорам пассажиров открылся вид на сияющую верхушку Крайслер-билдинга. Шапочка пискнула и прижалась лбом и руками к окну.

– Ну, это уже что-то! – сказала она.

Такси ненадолго остановилось на углу Пятой авеню и Тридцать четвёртой улицы, пропуская вперёд целую вереницу полицейских машин. Коннер готов был поклясться, что увидел знакомые лица в окне кафе под названием «Чизи-стрит», но потом решил, что ему просто померещилось. Посмотрев в окно ещё раз, Коннер уронил на пол кошелёк и нагнулся его поднять, а когда выпрямился, такси уже поехало дальше.

Водитель свернул на Пятую авеню и остановил машину между Тридцать третьей и Тридцать четвёртой улицами.

– Вы хотели подъехать как можно ближе к библиотеке, но вам лучше выйти здесь, – предложил он. – Дальше проезд закрыт из-за утечки газа. Будет быстрее дойти дотуда пешком.

– Ладно, – сказал Коннер. – Сколько с нас?

– Шестьдесят долларов.

– Мы ещё и платить должны за эту поездку? – не веря своим ушам, удивилась Шапочка. – Да в карете без возницы и то было бы приятнее ехать! Ещё пара кочек – и у нас бы все внутренности были всмятку!

– Не ко мне претензии, дамочка, – возразил водитель. – Это я ещё по ровным улицам ехал.

Достав из кошелька купюры, Коннер заплатил таксисту. Затем он и его друзья вышли из машины и влились в оживлённый поток людей на Пятой авеню. Коннер вертел головой налево-направо, но за толпами было сложно хоть что-то разглядеть и понять, где они находятся.

– В какой стороне библиотека? – спросил он, размышляя вслух.

– Я бы в телефоне поискала, но не хочу, чтобы родители меня отследили… долго рассказывать, – ответила Бри. – А значит, будем действовать по-старинке: спросим, куда нам идти.

Коннер и Бри попытались остановить кого-нибудь из прохожих, но туристы и местные проносились мимо них. Вокруг было столько людей, что Шапочка шла не разбирая дороги и чуть не наступила на бездомного, сидевшего прямо на тротуаре.

– Эй, ваше величество! – обратился он к Шапочке. – Смотри под ноги.

Вид у него был неопрятный, из-под грязного коричневого пальто виднелась форма уборщика. Шапочка улыбнулась бездомному и погладила по голове как собаку.

– О, спасибо, что узнали меня, но пока я в этом мире, громкие титулы ни к чему.

– Шапка, это был сарказм, – сказала королеве Бри. – Люди здесь обычно не ходят в бальных платьях и тиарах.

Поскольку бездомный, в отличие от других прохожих, явно никуда не торопился, Коннер решил, что можно узнать у него, как добраться до библиотеки.

– Простите, сэр? Вы не подскажете нам, как отсюда дойти до Нью-Йоркской публичной библиотеки?

– Конечно, – ответил бездомный. – Доллар найдётся?

Коннер пожал плечами и дал ему доллар. Бездомный посмотрел купюру на свет, проверяя, не фальшивая ли она.

– Вперёд по этой улице шесть кварталов, а потом сверните налево – мимо никак не пройдёте. Хотя после того, что вчера ночью случилось, вас вряд ли так близко пустят.

– Вы имеете в виду утечку газа? – уточнила Бри.

– Утечку газа? Так они говорят? – Бездомный фыркнул и покачал головой. – Ну ясное дело. Вечно они пытаются всё скрывать от людей, чтобы держать их в узде. Но меня в узду не возьмёшь! Я был вчера ночью около библиотеки и собственными глазами видел, что там на самом деле случилось.

Коннер и его друзья встали полукругом около бездомного, и тот посмотрел на них с лёгким беспокойством.

– Не расскажете нам, что видели? – спросил Коннер. – Мы бы очень хотели узнать, что там происходит.

– Я расскажу, но за это с вас десять баксов, – заявил бездомный.

– Десять баксов? – переспросил Коннер. – Но я же только что дал вам доллар, чтобы вы сказали, как добраться до библиотеки.

– Слушай, мальчик, я на улице оказался не оттого, что дела вести не умею. Если хочешь что-то узнать, плати.

Коннер закатил глаза и выдал бездомному десять долларов. Тщательно рассмотрев купюры, он спрятал их под одежду и начал рассказ.

– Время было за полночь, и я спал рядом с библиотекой. Возле фонтана скамейка есть удобная – я люблю там вздремнуть. В общем, снится мне, что я в чемпионате по бейсболу играю, и тут вдруг сирены полицейские как завоют! Проснулся я и испугался, что это библиотечный охранник копов вызвал, чтоб они меня прогнали, вот и спрятался в кустах. И тут из дверей библиотеки – ни дать ни взять привидение! – прям по воздуху какая-то девица выплыла, а потом руки подняла да как шарахнула в статуи львов молниями – БА-БАМ! Я как это увидел, так и дал дёру. Честно говоря, мне не впервой магию видеть в этом городе, но кто ж поверит голодранцу вроде меня?

Сердце у Коннера колотилось так быстро, что удары отдавались по всему телу. Он наклонился и посмотрел бездомному прямо в глаза.

– Девушка, которая по воздуху из библиотеки выплыла, как она выглядела? – спросил он.

– Бледная была очень. Глаза у неё были ярко-голубые, а волосы рыжевато-русые, и платье на ней было белое. Вообще, если так посмотреть, на тебя она сильно похожа была, парень.

– Алекс, – выдохнул Коннер. – Мы были правы – она здесь! Она в библиотеке!

И, ни слова не сказав, он рванул со всех ног вперёд по Пятой авеню, а друзья побежали за ним. Вместе они пробирались сквозь толпы людей, пока не уткнулись в заграждение на Тридцать восьмой улице.

При виде всех предпринятых мер безопасности друзьям стало не по себе. Вдоль улицы в ряд стояло не меньше дюжины полицейских машин, чтобы пешеходы и автомобили не могли пройти и проехать дальше. За машинами по оцепленному участку тут и там ходили полицейские. Коннер попытался проскользнуть за заграждение, но его остановил офицер.

– Эй-эй-эй, где пожар?

– Пожалуйста, пропустите меня, это срочно! – сказал Коннер.

– Извини, но дальше пройти нельзя, – покачал головой полицейский. – Сейчас устраняют утечку газа в библиотеке. Там небезопасно.

– Да, я знаю, что всем это говорят, но в библиотеке моя сестра! Мне нужно к ней, пока её кто-нибудь не покалечил!

– Парень, из библиотеки всех эвакуировали. Где бы ни была твоя сестра, она в безопасности.

– Да нет же, вы не понимаете! – сорвался на крик Коннер. – Это она всё устроила! Вы должны меня пропустить, чтобы я ей помог!

Словно не осознавая, что он делает, Коннер отпихнул полицейского, протиснулся между машинами и бросился бежать к библиотеке. Увы, когда он преодолел всего полквартала, его сбил с ног на тротуар другой полицейский. Коннер изо всех сил пытался вырваться из его хватки, чтобы добраться до библиотеки. Ещё два полицейских прижали его к земле, надели на него наручники, а потом подняли и впихнули на заднее сиденье ближайшей полицейской машины.

– Отпустите меня! – умолял Коннер. – Если вы не дадите мне найти сестру, в опасности окажется весь мир!

– Да ты спятил, парень! – Полицейский захлопнул дверцу машины. – Посиди там, остынь!

Всё произошло так быстро, что друзья Коннера растерялись. Полицейских было намного больше, чем их, и если бы они попытались вмешаться, их всех арестовали бы.

Коннер посмотрел в окно на друзей, беспомощно стоявших на тротуаре за заграждением, и прошептал «Простите». Теперь, когда его заперли в полицейской машине, шансы найти Алекс резко сократились. Один необдуманный поступок мог дорого им обойтись.

Неожиданно земля задрожала. Все, кто стоял поблизости, испугались, что это землетрясение, но тут раздался рёв двигателей. Коннер, его друзья и все полицейские посмотрели на Тридцать восьмую улицу и увидели длинную вереницу бежевых армейских внедорожников, направлявшихся к ним. Полицейские пропустили военные машины за заграждение, и те остановились бок о бок, образовав безупречно ровный ряд. Из внедорожников высыпала целая толпа морских пехотинцев в камуфляже с оружием наперевес.

Из первого в ряду внедорожника вышел широкоплечий пожилой мужчина с седыми волосами, и все морпехи встали по стойке «смирно». В отличие от солдат, он был одет в зелёную униформу, увешанную медалями. Также он носил солнечные очки и курил сигару. Осмотревшись по сторонам так, будто он ступил на военный полигон, мужчина обратил суровый взгляд на полицейских.

– Кто из вас комиссар Хили? – спросил он.

Пожилой темнокожий мужчина в синей униформе вышел вперёд.

– Генерал Уилсон, я полагаю, – сказал комиссар. – Спасибо, что приехали, сэр.

Комиссар и генерал пожали друг другу руки, стоя в двух шагах от машины, в которой заперли Коннера. Окно было чуть-чуть приоткрыто, и он чётко слышал каждое слово разговора снаружи. Коннер пригнулся, чтобы те двое не заметили, что он подслушивает.

– Комиссар, вы мне не объясните, что, чёрт подери, творится в этом городе? – спросил генерал. – Что могло побудить президента срочно ввести сюда войска?

– Хотелось бы дать вам больше ответов, генерал, но мы и сами ещё не разобрались, в чём там дело, – ответил комиссар Хили. – Если вкратце, на библиотеку было совершено нападение. Два моих офицера сегодня утром приняли сигнал тревоги и обнаружили здесь девушку с очень необычными способностями. Она вызвала появление молний и каким-то образом оживила статуи львов на лестнице библиотеки. В данный момент львы охраняют главный вход и нападают на каждого, кто пытается войти внутрь. Как только нам удалось заснять это на камеру, мы связались с Белым Домом.

Коннер ожидал, что генерал усомнится в докладе комиссара, но тот, как ни странно, не выказал удивления.

– И где сейчас та девушка? – спросил он.

– Насколько нам известно, она всё ещё в библиотеке, – сказал комиссар. – Но что она там делает, мы можем только догадываться.

Генерал Уилсон затянулся сигарой и медленно выдохнул дым, размышляя над услышанным. Через пару минут он развернулся на каблуках и обратился к отряду морпехов.

– Так, солдаты, за дело. Пусть радиус заграждения вокруг библиотеки расширят на восемь кварталов в каждую сторону. Свяжитесь с Пентагоном и велите им установить бесполётную зону над всем Манхэттеном – я не хочу, чтобы что-то просочилось в прессу. На каждой крыше зданий вокруг библиотеки поставьте снайперов. Как только займём позицию у подножия лестницы, откроем стрельбу по статуям и постараемся их обезвредить. Затем найдём внутри девушку.

Комиссара до глубины души возмутило решение генерала.

– Генерал, нельзя стрелять в статуи! Это национальное достояние!

Генерал Уилсон снял солнечные очки и посмотрел в глаза комиссару.

– Спасибо за помощь, комиссар, но теперь этот ваш дворовый цирк – вопрос национальной безопасности. Я сам решу, какие меры следует или не следует принять, чтобы город уцелел. Если у вас есть какие-то возражения, я велю отправить вас по ту сторону заграждения быстрее, чем вы успеете произнести «Я люблю Нью-Йорк».

Комиссар не стал больше спорить. Генерал кивнул пехотинцам, и те разбежались выполнять приказ. Генерал сел в свой внедорожник и велел ехать на Пятую авеню, поближе к библиотеке. Пока комиссар и его полицейские смотрели на отъезжающие военные машины, Джек пробрался за заграждение и тихонько открыл заднюю дверцу полицейской машины, в которой сидел Коннер.

– Давай! – прошептал Джек. – Скорее, пока они отвернулись!

Как только Коннер присоединился к друзьям, они помчались по Пятой авеню и нырнули в первый же переулок. Одним ударом топора Джек перерубил наручники Коннера. Тот, кипя от злости, прошёлся туда-сюда по переулку и сердито пнул мусорку.

– Чем дальше, тем сложнее! – простонал он.

– По крайней мере, мы знаем, где твоя сестра, – напомнила Коннеру Златовласка. – Это уже что-то.

– Нам всё равно нужно до неё добраться, – сказал Коннер. – А этим ребятам из армии нет дела до того, что Алекс во власти ведьмы, – они убьют её, если поймут, что она опасна. Мы должны найти её до того, как они её застрелят, и я не имею ни малейшего понятия, как это сделать. И извини, Джек, но никакое воображение и мысли о хорошем не помогут нам пробраться через заслон Нью-Йоркской полиции, морских пехотинцев США и двух оживших статуй львов!

Бри, Джек, Златовласка и Шапочка даже не пытались переубедить Коннера. Они молча расхаживали по улице, стараясь придумать действенный план. Но тут их сосредоточенные размышления прервало чьё-то тихое покашливание. Друзья подняли головы и в нескольких шагах увидели того бездомного, которого встретили ранее.

– Простите, что вмешиваюсь, но я видел, как тебе наваляли там легавые. Я знаю, что они к тебе не прислушались, и хотел бы помочь, если позволишь.

– Прости, чувак, у меня наличка кончилась, – сказал Коннер.

– На этот раз я задаром помогу, – ответил бездомный. – Понимаю, что с виду и не скажешь, но я знаю, как добраться до твоей сестры.

– Без обид, но я сильно сомневаюсь, что ты нам поможешь. – Коннер помотал головой. – Нам нужно оказаться внутри библиотеки, а каждый вход охраняется морпехами и двумя ожившими статуями!

Бездомный лукаво улыбнулся.

– А вот и нет. Не каждый вход охраняется.

Глава 8

Тоннель Калвина Кулиджа

По приказу генерала Уилсона морские пехотинцы начали эвакуацию из всех зданий в радиусе десяти кварталов от Нью-Йоркской публичной библиотеки. Коннер смотрел, как солдаты, переходя от дома к дому, заставляют людей бросать дела и работу и идти с ними, и ему казалось, что он видит сцену из фильма про апокалипсис. А судя по выражениям лиц ньюйоркцев, всем было ясно, что дело вовсе не в бытовой утечке газа – в Мидтауне творилось нечто гораздо хуже.

Бездомный вёл Коннера и его друзей от переулка к переулку, зорко следя за тем, чтобы не попадаться на глаза военным. Коннер спрашивал себя, правильно ли они поступили, что пошли за незнакомцем, не зря ли доверились этому человеку, или же он просто сумасшедший?

– Куда ты нас ведёшь? – спросил Коннер.

– Ш-ш-ш! – Бездомный прижал палец к губам. – Если нас поймают, до твоей сестры мы не доберёмся.

– Извини… куда ты нас ведёшь? – уже шёпотом повторил вопрос Коннер.

– Ко входу в метро на углу Сороковой и Бродвея.

– Мы поедем на метро? – удивился Коннер. – Но на поезде внутрь библиотеки не попасть!

– Чтобы попасть, куда нам надо, поезд не понадобится, – загадочно ответил их провожатый.

Быстро перебежав улицу, бездомный спрятался за грудой мусора. Остальные не отставали. Все вместе они медленно переходили от здания к зданию и пересекали улицы, только если поблизости не было военных. К тому времени как они добрались до пересечения Сороковой и Бродвея, Мидтаун совсем опустел и стало смеркаться. Юркнув за грузовик с длинным кузовом, бездомный помчался через улицу к станции метро и сбежал вниз по лестнице. Через минуту он вернулся и свистнул остальным.

– На станции никого! – крикнул он. – Скорее сюда, пока горизонт чист!

Коннер и его друзья догнали своего провожатого. Их шаги отдавались эхом от облицованных плиткой стен подземки. Бездомный перепрыгнул через турникет, чтобы не платить за проезд, остальные решили последовать его примеру. Шапочка отстала от друзей: её пышное платье застряло во вращающемся турникете, и Златовласке пришлось отсечь от него приличный кусок ткани, чтобы высвободить её.

– А теперь все за мной в конец платформы, – распорядился бездомный.

– Подожди! – воскликнул Коннер. – Мы не пойдём дальше, пока ты не скажешь, куда именно нас ведёшь.

– Парень, честное слово, ты всё поймёшь, как окажешься на месте, но до тех пор придётся мне довериться.

Бездомный дошёл до конца длинной платформы и спрыгнул на пути.

– Он шутит, что ли? – сказала Бри. – Мы же не можем пойти за ним туда?

– А что ещё нам делать? – спросил Коннер.

– Не останавливайтесь, мы почти пришли! – позвал их бездомный.

Коннер, Бри и Джек слезли с платформы и хотели было помочь спуститься Златовласке с ребёнком, но Шапочка первая схватила их за руки. Их провожатый достал из-под пальто фонарик и двинулся в глубь тоннеля.

– Вы бы поспешили, а то поезда обычно ходят каждые десять минут, – предупредил он.

Опасаясь, что в любую секунду их задавит несущийся на полной скорости состав, Коннер и все остальные со всех ног побежали вслед за бездомным. Чем дальше они заходили, тем темнее становилось в тоннеле, и только благодаря дрожащему свету фонарика им удавалось не растянуться плашмя на рельсах. Неожиданно их провожатый быстро свернул налево и исчез из виду. Когда друзья его догнали, они оказались в другом тоннеле, который сами ни за что бы не заметили в темноте. В отличие от первого, в этом тоннеле на стенах не было кабелей, а на земле – рельсов.

– Добро пожаловать в тоннель Калвина Кулиджа! – объявил бездомный. – Вернее, в почти достроенный тоннель.

– Куда? – опешил Коннер.

Бездомный усмехнулся.

– Не волнуйся, о нём мало кто знает. В 1928 году началось строительство новой ветки, по которой ньюйоркцы могли бы добираться от Стейтен-Айленда прямиком до Центрального парка. Но на следующий год случилась Великая Депрессия, и постройку отложили. Позже, во время Второй мировой, была большая нехватка стали, так что строительство отменили совсем. К окончанию войны про тоннель Калвина Кулиджа все забыли.

– Что бы это ни было, смердит здесь ужасно, – сказала Шапочка и, вынув из сумочки освежитель воздуха, побрызгала вокруг себя и друзей.

– Увы, тоннели прорыли прямо рядом с канализацией, но вы скоро привыкнете к запаху.

– Зачем вы привели нас в заброшенный тоннель? – недоумевал Коннер.

– Затем, что одной из предполагаемых остановок на этой ветке должен был быть Брайант-парк, – объяснил бездомный. – Строители не хотели загромождать парк, поэтому решили расположить станцию в подвале Нью-Йоркской публичной библиотеки.

Коннер так просиял, что едва не рассеял тьму в тоннеле. Он ясно слышал слова бездомного, но ему не верилось, что это правда.

– Получается, вы можете провести нас отсюда в библиотеку? – спросил он.

– Как я и говорил, не каждый вход охраняется, – сказал бездомный. – Понимаете теперь, почему я не говорил, куда вас веду? Вы бы мне не поверили, пока не увидели бы это собственными глазами.

Коннеру было совестно это признавать, но их провожатый был прав. Если бы он чуть сильнее усомнился в их новом знакомом, то их, как и всех остальных ньюйоркцев, эвакуировали бы из Мидтауна.

– Я тут понял, что мы толком не познакомились, – сказал он. – Меня зовут Коннер Бейли, а это мои друзья Бри, Шапочка, Джек, Златовласка и их сын Герой. А вас как зовут?

– Меня зовут Расти, Расти Багасарян, – ответил бездомный, отвешивая поклон.

– Спасибо, что провёл нас сюда, Расти, – поблагодарил его Коннер. – Как ты узнал об этом тоннеле?

– Когда живёшь на улице, можно много узнать о городе, – сказал Расти.

– А ты всегда был бедным? – поинтересовалась Шапочка.

– Шапочка, это грубо! – одёрнула её Златовласка.

– Ничего страшного, у меня постоянно это спрашивают, – ответил Расти. – Для меня жизнь бездомного в новинку. Раньше я жил в Бруклине и работал уборщиком в замке Бельведер в Центральном парке. Но пару месяцев назад меня уволили, и я лишился всего.

– Почему тебя уволили? – спросил Джек.

– Ну, если начистоту, я увидал кое-что волшебное, и моя жизнь изменилась навсегда.

– «Гамильтона»? – осведомилась Шапочка. – А то я афиши с ним по всему городу вижу. Если он хотя бы немного похож на «Омлета» Шексбала, надеюсь, нам удастся с ним встретиться.

Друзья разом закатили глаза и пропустили её слова мимо ушей.

– Чуть раньше, когда ты рассказывал нам о библиотеке, ты упомянул, что тебе уже доводилось видеть волшебство в этом городе, – вспомнила Бри. – Не думала, что ты всерьёз, но теперь мне бы хотелось узнать об этом поподробнее.

Расти глубоко вздохнул, прежде чем начать рассказ. Очевидно, ему было не очень приятно говорить об этом.

– Это случилось несколько месяцев назад, когда я работал в ночную смену в замке Бельведер. Я убирался в одном из помещений, как вдруг непонятно откуда послышался какой-то странный гул, и пол задрожал под ногами. Я подумал, что это небольшое землетрясение, и вернулся к работе, но когда я пришёл домой, в утренних новостях ничего не сообщили о землетрясении. Тогда я сказал себе, что мне это просто почудилось, но спустя несколько недель всё повторилось. Во второй раз это длилось дольше, чем в первый. Я позвонил в полицию и сообщил о землетрясении, но мне сказали, что это поезд под замком проезжает, вот и трясёт. Однако дома я посмотрел карту: никакой подземки в этой части парка нет! Несколько недель было тихо, а потом снова раздался этот странный рокот. И на третий раз замок трясло так сильно, что даже окна разбились, а на полу появились трещины. Сам же я чуть не свалился с балкона, который мыл. Я помню, что это не было похоже ни на землетрясение, ни на поезд – скорее, на то, как из невидимого яйца вылупляется нечто громадное. Я поднял голову и вот тут-то и увидел это.

– Что это? – спросил Коннер.

– Больше всего было похоже на окно в другой мир, – проговорил Расти. – На долю секунды я увидал лес с вечнозелёными деревьями и усыпанное звёздами небо, и выглядело это как картинка из сборника сказок – с Нью-Йорком ничего общего. Потом окно исчезло так же быстро, как и появилось.

Коннер и Бри переглянулись. Они сразу поняли, чему именно стал свидетелем Расти: между мирами начал возникать мост.

– Я пошёл в полицейский участок и сообщил об увиденном, но мне никто не поверил. Копию моего заявления отправили управляющему замка, и меня уволили. Они решили, что это я там всё разгромил и придумал эту смехотворную историю, чтобы оправдаться. Слухи о моём заявлении в полицию расползлись по городу, и никто не хотел брать меня на работу.

– Какой ужас! – воскликнула Бри. – Окно больше не появлялось?

– Я его больше не видел, но вот другие говорят, что оно возникает в городе то тут, то там, – сказал Расти.

– Кто говорит? И где они его видели? – спросил Коннер.

– Можешь сам у них узнать. Идите за мной.

Они отправились дальше по тоннелю. Впереди забрезжил свет, и вскоре друзья оказались в просторном подземном лагере, служившим убежищем для десятков бездомных. В тоннеле были разбиты палатки, на земле лежали спальные мешки и стояла мебель, сделанная из картонных коробок и газет. Обитатели лагеря, собравшись кучками, занимались разными делами: одни грелись, стоя вокруг бака с горящим мусором, другие нестройно играли на музыкальных инструментах, третьи наблюдали, как один мужчина учит нескольких крыс приносить ему всякие предметы.

Расти подвёл Коннера с друзьями к компании бездомных, которая расположилась в углу лагеря. Пожилой мужчина в голубом костюме и три женщины – одна в меховой шубе, вторая в бейсбольной кепке с эмблемой «Янкис» и третья в футболке с надписью «ЧИТАЛА ЗАПРЕЩЁННЫЕ КНИГИ» и с головой, обёрнутой фольгой, – сгрудились вокруг радиоприёмника, слушая эфир, прерываемый помехами.

– Вот ты где, Багасарян! – воскликнул мужчина. – Мы слыхали, что Мидтаун эвакуировали. Боялись, тебя тоже загребли.

– Коннер и его друзья, позвольте представить вам мою подземную семью, – сказал Расти. – Это Джерри Освальд, Аннетт Крэбтри, Джуди Харлоу и Рокси Голдберг.

– Надеюсь, вы не из прессы! – Джуди поспешно закрыла лицо воротником шубы. – Если обо мне опять напишут в колонке «Что с ними стало?», я просто умру!

– В девяностый раз говорю, Джуди, ты не знаменитость! – фыркнула Аннетт.

– Да как ты смеешь! – возмутилась Джуди. – Я блистала на бродвейской сцене!

– Вне-бродвейской, и это было в восьмидесятых, – напомнила ей Рокси. – Сейчас до тебя никому нет дела.

– Они не из прессы, им просто нужно попасть внутрь библиотеки, – объяснил Расти. – Но раз уж мы сюда заглянули, им хочется послушать ваши истории о том, как вы видели сами-знаете-что.

Не на шутку перепугавшись, друзья Расти огляделись, чтобы убедиться, что никто не слышал его слов.

– Зачем ты постоянно об этом вспоминаешь? – спросил Джерри.

– Они на смех нас поднимут, как и все остальные, – сказала Джуди.

– Разве мы уже не закрыли эту тему? – напомнила Аннетт.

Друзья Расти поднялись с земли и попытались было уйти, но Коннер и Бри преградили им дорогу.

– Мы не будем над вами смеяться, – сказал Коннер. – Мы просто хотим узнать, что вы видели и где. Пожалуйста, это может помочь нам найти ответы на кучу вопросов.

– И непохоже, что вам есть что терять, – проговорила Шапочка.

Несмотря на её грубое замечание, бездомные поняли, что Коннер говорит искренне. Они переглянулись и пожали плечами.

– Я раньше была горничной в отеле «Плаза», – сказала Аннетт. – Однажды поздно вечером я зашла в Президентский люкс убраться. И когда я заправляла постель, комната вдруг затряслась. Мебель попадала на пол, вещи постояльцев разлетелись во все стороны, и вдруг из ниоткуда появился лес. Несколько секунд он парил в воздухе посреди гостиной, а потом так же внезапно исчез. Вскоре после этого вернулись постояльцы. Они увидели, что их вещи разбросаны по комнате и решили, что я хотела их обокрасть. Они пожаловались на меня менеджеру отеля, и меня уволили. Никто не хотел нанимать горничную с репутацией воровки, поэтому теперь я живу здесь.

– Когда лес явился мне, я была на пороге возвращения былой славы, – начала рассказ Джуди. – Я получила роль медсестры № 7 в мыльной опере под названием «Беззаботные милашки». В общем, сидела я в гримёрке в Рокфеллеровском центре – там снимали этот сериал, – как вдруг всё вокруг заходило ходуном. Лес появился прямо над моим туалетным столиком, и я стала звать на помощь. К тому времени как в гримёрку на мои крики примчался продюсер, лес исчез. Все подумали, что я тронулась умом, и моего персонажа вычеркнули из сценария. В «Гильдии киноактёров» я стала посмешищем и ролей с тех пор не получала.

– Я работал операционистом в Национальном банке на Сорок четвёртой улице, – сказал Джерри. – Однажды вечером я понёс деньги в хранилище, и неожиданно стены его задрожали. Трясло так сильно, что все ячейки открылись и деньги рассыпались по полу. Затем сработала сигнализация, и через час приехала полиция. Появись они чуть пораньше, увидели бы лес своими глазами. Мой босс уволил меня за халатность, и мне не удалось найти другую работу. Я рассказал о случившемся жене, но она мне не поверила и вышвырнула меня из дома.

Все повернулись к Рокси Голдберг, нетерпеливо ожидая её истории.

– А чего вы на меня смотрите? Я этот лес не видела. Я здесь живу, потому что не хочу платить налоги.

Коннер заметил, что во всех случаях появления леса есть определённая закономерность. Он принялся расхаживать туда-сюда, размышляя над услышанными историями.

– Как давно каждый из вас видел лес? – спросил Коннер.

– Четыре месяца назад, – ответил Расти и почесал лоб. – Вообще это случилось ровно четыре месяца назад от сегодняшнего дня.

– Какое совпадение, – проговорила Аннетт. – А я его видела ровно два месяца назад.

– Ровно один месяц назад, – сказала Джуди.

– Две недели, – добавил Джерри.

– И как долго он не исчезал? – продолжал спрашивать Коннер.

– В замке он был всего несколько секунд, – сказал Расти.

– Да недолго, минуту или две, – вспомнила Аннетт.

– Не меньше пятнадцати минут, – сообщила Джуди.

– Думаю, около сорока-сорока пяти минут, – добавил Джерри.

– Любопытно, – сказал Коннер. – Значит, он появляется всё чаще и чаще и с каждым разом остаётся здесь всё дольше и дольше. Если он будет следовать этой закономерности, то в следующий раз он появится сегодня вечером и останется здесь на час или два. Хотелось бы мне знать, где именно он появится.

Тут Бри неожиданно осенило, и она ахнула, напугав стоявших рядом с ней Джека и Златовласку.

– Думаю, место появления можно предугадать, – сказала она.

Бри огляделась по сторонам и забрала у одного из спящих неподалёку бездомных карту города и попросила Джека и Златовласку подержать её за углы.

– Мистер Освальд, на какой улице находится Национальный банк? – спросила Бри.

– На Сорок четвёртой и Пятой авеню.

– Миссис Харлоу, где расположен Рокфеллеровский центр?

– Между Сорок восьмой и Пятьдесят первой, – сказала Джуди.

– А отель «Плаза»?

– На Сорок девятой и Пятой авеню, – ответила Аннетт.

– И, Расти, я знаю, что в Центральном парке нет улиц, но если бы замок Бельведер находился на улице, какой это был бы номер?

– Ну, это просто. Он находится чуть выше и поперёк Семьдесят девятой улицы.

Бри вытащила из кармана маркер и отметила на карте все эти места. Закончив, он отошла на шаг и вгляделась в пересечения улиц.

– Вот что я думаю. В первый раз мост появился на Семьдесят девятой в замке Бельведер. Затем в отеле «Плаза» – ровно через двадцать кварталов на юг от замка. После этого лес возник в Рокфеллеровском центре – точно в десяти кварталах от отеля, тоже на юг. И, наконец, лес появился в Национальном банке на Сорок четвёртой улице – ровно в пяти кварталах на юг от центра. Мост перемещается по линии через Нью-Йорк, и каждый раз расстояние сокращается вполовину.

– Получается, это и есть схема! – воскликнул Коннер. – А значит, мы можем отследить, когда и где мост появится в следующий раз! И, исходя из этих расчётов, он появится сегодня вечером в двух с половиной кварталах к югу от Национального банка.

Златовласка сглотнула.

– А что находится между Сорок первой и Сорок второй улицами?

Коннер и Бри посмотрели на карту и одновременно ткнули пальцами в одну точку. В страхе переглянувшись, они повернулись к друзьям.

– Нью-Йоркская публичная библиотека, – сказали они хором.

– И это подтверждает все наши догадки, – добавила Бри. – Тот, кто перенёс Алекс в библиотеку, точно знает о мосте между мирами. Но на этот раз он никуда не исчезнет. Как и предсказывали Сёстры Гримм, это будет последним появлением моста. Возможно, сегодня именно тот день, когда миры столкнутся!

У Коннера расширились глаза от страха.

– Расти, отведи нас в библиотеку, – сказал он. – Немедленно.

Глава 9

Самая страшная злодейка

Расти уводил Коннера и его друзей всё глубже и глубже в заброшенный тоннель Калвина Кулиджа. Бродяга бежал очень быстро, и его фонарик то и дело гас, но даже в темноте Расти хорошо ориентировался в подземке. Наконец они добрались до небольшой недостроенной платформы. Стремянки, инструменты и вёдра с засохшей краской так и стояли здесь с тех пор, как в конце двадцатых прекратилось строительство.

– Видите люк над платформой? – Расти показал лучом фонарика на круглую дверцу в потолке. – Через него вы попадёте на цокольный этаж библиотеки.

– Спасибо, что привёл нас сюда, Расти, – сказал Коннер. – Если у нас получится спасти мою сестру, то только благодаря тебе. Жаль, что мне нечем тебе отплатить.

– Я уже давненько пользу не приносил, – с улыбкой ответил Расти. – Большей благодарности мне и не нужно. Удачи в поисках сестры, парень.

Коннер и его друзья пожали Расти руку на прощание и забрались на платформу. Джек взял стремянку, поставил её прямо под люком и, поднявшись по ступенькам, попробовал открыть дверцу, но та не поддавалась.

– Заклинило!

– Её лет сто не открывали, – сказал Расти. – Поднажми как следует.

Последовав его совету, Джек упёрся спиной в люк и что было мочи надавил на дверцу. Раздался громкий скрип, с потолка посыпались обломки досок, и в конце концов люк открылся. В потолке, вернее, в полу библиотеки, образовался широкий проём. Джек первым пролез в дыру, затем помог друзьям.

Они оказались в длинной комнате с разноцветными стенами, в которой стояло множество небольших книжных стеллажей и крошечных столиков и стульчиков. Отовсюду на друзей смотрели с улыбками нарисованные персонажи из классической литературы и плюшевые игрушки.

– Ну и ну, – пробормотала Шапочка. – Я и не думала, что это библиотека для гномов.

– Это детский центр, – сказала Бри. – Сама библиотека гораздо больше.

– И насколько она большая? – поинтересовалась Златовласка.

– Если точно, площадь библиотеки составляет 60 тысяч квадратных метров, – сообщила Бри. – И в ней четыре этажа, на каждом из которых более сорока залов, открытых для публики.

Друзья удивились, что Бри так запросто выдала настолько точные сведения.

– Откуда ты это знаешь? – спросила Шапочка.

– В самолёте был вай-фай, – пожав плечами, ответила Бри.

Конечно, узнать о библиотеке побольше было им на руку, но у Коннера всё скрутило внутри, когда он услышал, насколько огромна библиотека. Похититель его сестры мог затаиться в любом углу здания.

– Может, разделимся, чтобы найти Алекс? – предложил Джек.

– Нет, лучше держаться вместе, – сказал Коннер. – Не хочется, чтобы похититель Алекс разделался с нами всеми по очереди. Извини, я очень много ужастиков смотрел. Мы обыщем каждый этаж, каждый зал, пока не найдём её.

Друзья кивнули и пошли за ним к выходу из детской секции. Едва они оказались в коридоре, все сомнения по поводу местонахождения Алекс тут же отпали: стены и пол библиотеки были увиты ползучими растениями и плющом. Когда Коннер и его друзья проходили мимо, на растениях распускались яркие бутоны и экзотические бабочки порхали по воздуху от цветка к цветку. Всего за несколько часов Алекс превратила национальную достопримечательность в подобие древнего храма посреди джунглей.

– Как странно, – заметил Джек. – Похоже на то, как Колдунья заполонила Восточное королевство такими же растениями.

– Будем надеяться, что это единственное сходство, – проговорила Златовласка.

Обходя цокольный этаж библиотеки, друзья держались как можно ближе друг к другу. Джек крепко сжимал топор, Златовласка вынула из ножен меч, Шапочка стискивала в руках баллончик с освежителем воздуха. Не осталось ни одного уголка, куда бы они ни заглянули.

Как только цокольный этаж был тщательно осмотрен, друзья медленно поднялись по мраморной лестнице на первый этаж, где обогнули каждую колонну и прошли в каждую арку в вестибюле. Они не забыли проверить и магазин сувениров, и современный образовательный центр, где на всякий случай заглянули под каждый стол, но не нашли ничего необычного, кроме всё тех же ползучих растений и плюща.

Друзья направились на второй этаж и осмотрели все галереи, коридоры и читальные залы. Затем они поднялись на верхний этаж, где нашли множество портретов, гравюр, канделябров и статуй, но Алекс нигде не было. Вскоре им осталось проверить лишь одно помещение. Коннер и его друзья подошли к дверям и сделали глубокий вдох, прежде чем войти внутрь. Наконец-то.

Главный читальный зал был самым большим и самым узнаваемым помещением в Нью-Йоркской публичной библиотеке. Хотя Коннер и Бри никогда не видели его собственными глазами, они тут же вспомнили, как много раз его показывали в кино и передачах. С потолка свисали дюжины люстр, широкие столы стояли в два ряда по обе стороны зала с проходом посередине. Высокий потолок был обшит резными деревянными панелями, которые обрамляли фреску с изображением неба, затянутого розовыми облаками. Вдоль стен тянулись арочные окна и двухуровневые книжные стеллажи. Впрочем, все полки были пусты – книги сами по себе парили в воздухе, словно тысячи воздушных шариков.

В дальнем конце длинной комнаты, между рядами столов, на полу лежала Алекс. Увидев сестру, Коннер бросился к ней и сжал в объятиях. Лицо её было белое как мел, а кожа – холодная как лёд.

– Алекс, это я… это Коннер! – звал он сестру. – Мы тебя нашли, мы заберём тебя домой!

Коннер смахнул волосы с лица Алекс, но она не открывала глаз.

– Алекс, ты меня слышишь?

Он легонько её потряс, но она по-прежнему не поднимала веки и не шевелилась. Коннер прижал ухо к её груди – дышит ли? – и проверил пульс.

– Она жива, но не приходит в себя, – сказал он.

– Почему? – спросила Бри.

– Наверное, она под каким-то заклятием, – предположил Коннер и слегка похлопал сестру по щеке. – Алекс, ты должна бороться с чарами, чтобы мы могли тебе помочь! Кто наложил на тебя заклятие? Кто заставляет тебя заколдовывать всё вокруг и нападать на людей?

– Она не проснётся, пока я не прикажу.

Коннер, Бри, Джек, Златовласка и Шапочка обернулись и поняли, что они в зале не одни. Прямо из воздуха перед ними появилась женщина в длинной чёрной мантии, с красными губами и бараньими рогами на голове.

– Морина! – воскликнула Златовласка. – Это ты… это всё ты!

Едва увидев ведьму, Шапочка пришла в такую ярость, что кинулась на неё с кулаками.

– Ах ты дрянь травоядная, парнокопытная, млекопитающее, которое портит свадьбы и крадёт женихов и друзей и годится только на удобрение! – завопила она. – Да как ты посмела забрать моего жениха, да ещё и подругу! Я сейчас тебе эти твои рога уродские пообломаю…

Морина взмахнула рукой, словно прихлопывая муху. Шапочка взмыла в воздух и, перелетев через весь зал, рухнула на второй уровень книжных стеллажей. Девушка оперлась на перила, чтобы подняться, но металлические прутья вдруг обернулись вокруг неё, полностью обездвижив. Морина махнула руками в сторону других, и они тоже перелетели к перилам и попали в железный плен. Оказавшись в воздухе, Коннер пытался удержать в руках сестру, но не сумел, и она упала на пол.

– Признаться, я под впечатлением, – проговорила Морина. – Я предполагала, что вы отправитесь за нами, но не ожидала, что вам удастся попасть в здание.

– Мы знаем, что ты задумала! – крикнула Бри. – Мы всё знаем про мост между мирами и про планы ведьм перейти через него сюда и завоевать этот мир!

– Но этому не бывать! – сказал Коннер. – Вам с ведьмами ни за что не захватить его!

– О, разумеется, – ухмыльнулась Морина. – Потому-то мы и наложили проклятие на твою сестру. И теперь, когда её силы в нашей власти, одержать верх над Другим миром будет гораздо проще. Кстати, Алекс, пора просыпаться. Скоро прибудут наши гости.

Алекс взмыла в воздух и встала на ноги. Затем открыла глаза, и они засветились, точно в них вспыхивали разряды молний. Волосы поднялись над её головой, медленно извиваясь, будто языки пламени. Как только Алекс очнулась, парившие в воздухе книги тут же попадали на пол.

– Что ты с ней сделала? – закричал Коннер.

– А разве не ясно? – усмехнулась Морина. – Мы прокляли её точно так же, как Колдунью.

– В смысле? Эзмию никто не проклинал! Она стала Колдуньей, потому что была алчной, самовлюблённой и злой!

– В каждой женщине есть злая колдунья, и нужно лишь одно маленькое заклятие, чтобы её пробудить, – сказала Морина. – Твоя сестра – не исключение.

– Я тебе не верю, – сказал Коннер. – Какая магия может такое сотворить?

– Вообще это довольно увлекательная история, – ответила Морина. – Видишь ли, много-много лет назад Снежная королева и Морская ведьма обнаружили Другой мир примерно в то же время, что и феи. И пока ныне покойная Фея-крёстная и Совет фей колесили по свету, рассказывали сказочки и исполняли желания, ведьмы вознамерились захватить этот мир. Снежная королева и Морская ведьма были не настолько могущественны, чтобы осуществить это в одиночку, поэтому они прокляли юную Эзмию пыльцой из стекла демонического волшебного зеркала. Пыльца попала Эзмии в глаза и лёгкие и вызвала в ней гнев, грусть и зависть, усиленные десятикратно. Так Эзмия превратилась в Колдунью, какой мы её помним. Снежная королева и Морская ведьма намеревались использовать Эзмию как оружие против Другого мира, но, увы, она погибла, не успев осуществить их план. После смерти Эзмии Снежная королева и Морская ведьма взялись за Алекс. Пару раз они пытались её проклясть, но поняли, что Алекс гораздо сильнее Эзмии. Пыли понадобилось в десять раз больше, чтобы добиться хоть какого-то действия заклятия.

– Вот почему Алекс разрушила хижину ведьм и напала на Совет фей! – догадался Коннер. – Дело было вовсе не в том, что она не могла контролировать свои силы, потому что была расстроена, – её прокляли!

– Смекалка у тебя что надо, – сказала ведьма. – К счастью, Снежная королева и Морская ведьма извлекли урок из случая с Эзмией. На этот раз они заколдовали пыль так, чтобы иметь полную власть над тем, кто её вдохнёт. Так что теперь твоя сестра, одна из самых могущественных фей, каких только видывал свет, одержима яростью и отчаянием.

Выслушав эту историю, Коннер и его друзья разозлились не на шутку. Они пытались высвободиться из железной хватки перил, но им это не удавалось.

– И всё равно тебе не победить! – выкрикнул Коннер. – Чтобы захватить наш мир, моей сестры и шайки ведьм будет мало! У нас есть армии и оружие, которые тебе даже не снились! Они разнесут вас в клочья, стоит вам только выйти из библиотеки!

Морина закатила глаза, словно ей доводилось это слышать уже много раз.

– Да-да, я об этом знаю. И, к несчастью для тебя, я всё тщательно спланировала. Видишь ли, другие ведьмы понятия не имеют, что их тут ждёт. Когда Снежная королева и Морская ведьма впервые обнаружили Другой мир, здесь всё было совсем по-другому. И они не знают, как сильно мир изменился. Ведьмы и твоя сестра – лишь обычные пешки в моём плане ослабить защиту этого мира. Как только она падёт, сюда явится моя собственная армия и завершит дело.

– Какая ещё армия? – спросил Коннер.

Ведьма запрокинула голову и громко расхохоталась.

– Только не говори, что до сих пор не понял!

Златовласка ахнула.

– Коннер, она говорит о Литературной армии! Она приведёт её сюда через мост! Поэтому они и были в Северном дворце – не для того, чтобы держать народ в страхе, а чтобы дождаться её!

Из всех вариантов, которые Коннер рассматривал на протяжении прошлой недели, этот даже не приходил ему в голову. Судя по всему, им не придётся возвращаться в сказочный мир – Литературная армия сама к ним явится.

– Этого всё равно недостаточно, чтобы захватить Другой мир! – упорствовал Коннер. – Обе стороны будут сражаться, пока в живых не останется никого и ничего!

– Кто знает, быть может, именно это я и задумала изначально, – сказала Морина. – Фей обратили в камень, ведьм скоро уничтожат, армии Другого мира будут повержены, а Литературная армия будет истреблена. Оба мира останутся полностью без защиты и будут готовы принять нового властителя. Меня, например.

Коннер посмотрел на Морину с такой ненавистью, какую он ещё ни к кому не испытывал. У него не укладывалось в голове, что один человек способен задумать такое коварство.

– Миллионы невинных людей погибнут по твоей вине, а ты даже не замараешь руки кровью, – сказал Коннер. – Я бы назвал тебя чудовищем, но для чудовищ это будет оскорблением.

Морину рассмешило это заявление, и она злорадно ухмыльнулась.

– Может, я и не самый могущественный враг, но уж точно самый умный, а это делает меня опаснейшей из всех.

Маленькие часы у входа пробили полночь, и главный читальный зал начал сотрясаться.

– Что ж, мы мило с вами поболтали, но теперь вам придётся замолчать, – проговорила Морина. – Не хочу, чтобы вы выдали мои тайны нашим гостьям.

Ведьма щёлкнула пальцами, и железные прутья как змеи обвили голову каждого пленника, закрыв им рты. Коннер и его друзья испуганно переглянулись, но сделать ничего не могли. И нравилось им это или нет, но мост между мирами должен был вот-вот появиться.

Лёгкий рокот быстро сменился громоподобным грохотом. Зал трясло так сильно, что все окна разбились, а по полу побежали трещины. Люстры раскачивались, словно подвесные шары для сноса зданий, и, срываясь с крюков, падали на пол. Столы разъезжались в разные стороны и сталкивались друг с другом, как машинки на автодроме. Стеллажи шатались и рушились.

Неожиданно с потолка спустился огромный полупрозрачный шар и, пролетев по воздуху, приземлился в дальнем конце зала. Затем он растянулся в широкий проём, обрёл глубину и цвет, словно его раскрасили невидимыми кисточками. С каждой секундой в нём всё чётче проступали очертания леса. Вскоре изображение стало таким ярким, что оно больше не походило на картину леса, – скорее, на дверь в настоящий лес.

Ведьмы из сказочного мира заглядывали внутрь прохода и неуверенно ступали в Другой мир. Древина, Паучина, Змеина, Уголина и Крыса-Мэри шли первыми и вели за собой сотни уродливых ведьм. Некоторые влетали в библиотеку на мётлах, другие скакали на копытах, третьи ползли на четвереньках.

Неожиданно через проём хлынул поток морской воды и закрутился воронкой, точно живая змея. На гребне волны ехала коралловая колесница, запряжённая стаей акул, в которой восседала Морская ведьма. Затем подул холодный ветер, и из прохода выскочили два разъярённых белых медведя, тащивших за собой сани со Снежной королевой.

– Ваши величества. – Морина поклонилась, но не слишком низко. – Я рада, что вы без труда прошли через мост. Как и обещала, я нашла девчонку Бейли и наложила на неё проклятие пыли. Теперь, когда в нашей власти её силы, мы в два счёта завоюем Другой мир.

Снежная королева и Морская ведьма поразились, что Морине удалось всё это провернуть.

– Отлично, Морина, – сказала Морская ведьма. – Надо признать, мы приятно удивлены твоими достижениями.

Ведьмы так обрадовались, что наконец-то оказались в Другом мире, что даже не заметили пленников. Коннер и его друзья пытались предупредить ведьм, что их заманили в ловушку, но железные прутья плотно запечатали им рты.

– Ну, чего мы ждём? – прохрипела Снежная королева. – Пора захватить этот мир!

Глава 10

Прибытие ведьм

К полуночи на Пятую авеню под командование генерала Уилсона прибыло больше тысячи морских пехотинцев. Солдаты окружили библиотеку со всех сторон, но попасть в здание им не удавалось. Стоило кому-нибудь подойти ближе, чем на несколько метров, статуи львов давали отпор. Даже если солдат пытался зайти с противоположной от главного входа стороны, один из львов огибал здание и бросался на несчастного.

Генерал Уилсон наблюдал за каменными львами из-за баррикад посреди Пятой авеню. Затянувшись двенадцатой по счёту за вечер сигарой, он решил, что пора действовать.

– Ну всё, хватит играть в кошки-мышки! – сказал он солдатам. – Разнесите этих львов вдребезги! Стрелять на счёт три… Раз… два… три!

Морские пехотинцы открыли огонь по статуям львов. Палили не только солдаты, но и снайперы, занявшие позиции на крышах близстоящих зданий. Пули летели до тех пор, пока от львов не остались лишь каменные обломки, которые усыпали ступеньки лестницы.

– Прекратить огонь! – приказал генерал, и пальба затихла. – Осмотреть там всё!

Один солдат взбежал по лестнице и взглянул на обломки.

– Всё чисто, сэр! – доложил он.

– Хорошо. А теперь отправьте отряд внутрь найти девчонку. Если она окажет сопротивление или попробует напасть, откройте огонь на поражение. Это приказ, всё ясно?

– Да, сэр, есть, сэр!

Но едва отряд поднялся по лестнице, им пришлось резко остановиться. Будто в обратной перемотке, каменные обломки каким-то магическим образом соединялись друг с другом, воссоздавая статуи львов – целые и невредимые, вот только теперь звери сильно разозлились. Львы зарычали так громко, что у солдат слетели каски. Одним ударом хищники сбросили весь отряд с лестницы, и их раскидало по улице.

– Боже праведный! – выдохнул генерал, роняя сигару изо рта.

Почти за шестьдесят лет службы в Вооружённых силах США генералу Уилсону не доводилось видеть ничего подобного. Каменных львов было невозможно одолеть.

Неожиданно все три двойные двери в библиотеку распахнулись настежь изнутри. Алекс и все ведьмы вышли наружу и встали на лестнице рядом со львами. Ведьмы изумлённо глазели на Пятую авеню. Другой мир оказался куда больше и ярче, чем они представляли. Им думалось, что новый мир будет похож на их, но они стояли посреди сияющего каменного города, который был просто пределом их мечтаний.

Солдаты недоумённо переглядывались, задаваясь одним и тем же вопросом: откуда все эти люди? Генерал Уилсон взял громкоговоритель и обратился к женщинам.

– Я генерал Гюнтер Уилсон и командую морской пехотой Соединённых Штатов. Кем бы вы ни были и откуда бы ни явились, вы нарушаете протокол национальной безопасности. Поднимите руки и сдавайтесь добровольно, иначе мы применим силу.

Ведьмы загоготали, не зная, кто эти солдаты и на что они способны.

– Вы слышали этого человека, сёстры, – просипела Снежная королева. – Давайте поднимем руки.

Королева вскинула руки, и из земли выросли сотни гигантских сосулек. Своими острыми краями они прокололи шины всех армейских внедорожников на улице и едва не проткнули солдат.

– В атаку! – завопила Снежная королева. – Другой мир наш!

Ведьмы заулюлюкали и двинулись вперёд.

Морская ведьма каталась на волне вокруг библиотеки и швыряла в солдат обломками кораллов. Стоило кораллам коснуться жертвы, как они начинали быстро обрастать вокруг тела, обхватывая руки и ноги.

Крыса-Мэри прижала ладони к земле, закрыла глаза и зашептала заклятие, чтобы собрать всех крыс в округе. К её немалому удивлению, из канализаций и сточных труб, мусорных баков и подземных переходов выбрались тысячи грызунов и устремились к лестнице в библиотеку. Ведьма велела им бежать к солдатам, и крысы набросились на них как стая саранчи.

Древина повернулась к деревьям, растущим рядом с библиотекой, и вся их листва посыпалась с веток на солдат. Листья кололи и жалили их, точно рой пчёл.

Из ушей Уголины повалил дым, а из трещин на её коже стала сочиться магма. Изо рта её извергнулся огненный фонтан, который хлынул в сторону генерала. Уилсон и его солдаты отбежали от баррикады, и стена из мешков с песком тотчас же взорвалась.

Морские пехотинцы не были обучены подобной технике боя. Магия ведьм настолько их поразила, что они застыли как истуканы и не знали, как отбиваться.

– Сэр? Что нам делать? – спросил один солдат генерала.

– Пристрелите их! – приказал Уилсон. – Всех до одной!

Ведьмы никогда не видели оружия, из которого в них целились морпехи. Когда до них дошло, что эти странные предметы смертельно опасны, солдаты уже начали палить. Но за долю секунды до того, как пули достигли цели и уложили ведьм наповал, Алекс подняла руку и создала магическое силовое поле, закрыв от пуль себя и ведьм.

Поняв, что солдаты тратят пули впустую, генерал Уилсон приказал прекратить огонь. Морпехи опустили оружие, изумлённо глядя на колдовство Алекс. Морская ведьма подобрала с земли дымящуюся пулю своей клешнёй и принялась пристально разглядывать её.

– Другой мир сильно изменился с тех пор, как мы его нашли, – заметила она, сердито нахмурившись.

Морская ведьма сунула пулю под нос Снежной королеве. Та обнюхала её и тоже помрачнела.

– Да, он в самом деле изменился, – прохрипела она. – Где Морина? Почему она не предупредила нас, что они набрали такую мощь?

Ведьмы оглядели лестницу и вестибюль библиотеки, но Морина как сквозь землю провалилась.

– Она нас обманула! – завопила Крыса-Мэри.

– Морина отправила нас на верную смерть! – взвыла Уголина.

– Как она пос-с-смела предать нас-с-с-с? – прошипела Змеина.

– Молчать, дуры! – приказала Снежная королева. – Нас не одолеть ни Морине, ни людям Другого мира! Мы не готовы к этой битве, но помяните моё слово: к закату мы будем готовы к самой войне! Нам нужно лишь найти укрытие, где мы сможем собраться с силами!

Морская ведьма окинула взглядом Пятую авеню и махнула клешнёй на видневшийся вдалеке юго-восточный угол Центрального парка.

– Смотрите! Там лес! Давайте укроемся там, пока не будем готовы к битве!

– Да, в самый раз! – сказала Снежная королева и повернулась к Алекс. – Веди нас туда!

Повинуясь приказу, Алекс хлопнула в ладоши, и всех оставшихся солдат тут же раскидало в разные стороны. Затем она щёлкнула пальцами, и армейские внедорожники, полицейские машины, фонари, дорожные знаки, мусорные баки – словом, всё, что стояло у них на пути, – превратилось в горстки пепла. Процессия, состоящая из ведьм, статуй львов и самой Алекс, прошествовала по Пятой авеню в сторону Центрального парка.

Добравшись до места, Алекс снова взмахом руки сотворила магическое силовое поле, закрывшее весь парк громадным мерцающим куполом. Морские пехотинцы пытались пройти сквозь него, но стоило подойти вплотную, как их словно било током. Ни войти, ни выйти было нельзя.

Алекс, львы и ведьмы направились в глубь Центрального парка и скоро скрылись из виду. После схватки с живыми статуями солдаты думали, что уже достаточно повидали, но, судя по всему, это было лишь начало.

– Какие будут приказы, сэр? – спросил один из бойцов генерала.

Генерал Уилсон молчал. События этой ночи потрясли его не меньше, чем его подчинённых. Ему нужна была помощь, и помочь ему мог только один человек.

– Сэр? Ваши приказы?

– Я думаю, сержант, думаю! – рявкнул генерал и принялся расхаживать туда-сюда, сосредоточенно размышляя. – Манхэттен нужно срочно эвакуировать полностью! Позвоните в Пентагон и скажите им, что нам требуется подмога! Пусть отправят сюда как можно больше военных.

– Есть, сэр!

– О, и ещё, сержант. Самое важное поручение: немедленно найдите Корнелию Гримм!

Глава 11

Зеркальный побег

Фрогги и его загадочная спутница тщательно осмотрели все зеркала в замке Центрального королевства и убедились, что там пусто, как и в зазеркалье. Судя по разломанной мебели и испорченным картинам, Литературная армия захватила замок и забрала всех слуг в Северное королевство. Но сильнее всего Фрогги беспокоило, что он с трудом узнавал свой прежний дом. Они заглядывали в покои, где раньше он спал, в обеденный зал, где он ел, и в библиотеку, где он провёл за чтением многие часы, но ничто не пробуждало в памяти хотя бы проблеск воспоминаний.

– Я знаю, что жил здесь прежде, и непрестанно напоминаю себе об этом, но замок всё равно выглядит чужим, – сказал Фрогги.

– Где ещё могли спрятаться твои друзья? – спросила девочка.

Фрогги попытался вспомнить другие убежища, но на ум не шли даже названия мест в окрестностях.

– Давай поищем в деревне рядом с замком, – предложил он. – Возможно, они прячутся в каком-нибудь обычном месте – в торговой лавке или на ферме.

– Как их зовут? Забыла спросить.

Фрогги открыл было рот, но нужные имена так и не вспомнились.

– Похоже, я забыл, – глубоко вздохнув, сказал он. – Но я узнаю их, сразу как мы их увидим. У них рыжевато-русые волосы, голубые глаза и веснушки. У мальчика пухлые щёки, а девочка всегда убирает волосы назад ободком. Впрочем, так они выглядели, когда им было по двенадцать. Я знаю, что с тех пор они сильно повзрослели, но не вижу их облика.

– Ничего страшного, – успокоила его девочка. – Нет так уж много есть близнецов, подходящих под это описание. Мы скоро их найдём.

Вдали заблестели новые зеркала, и Фрогги с девочкой прибавили шаг. Они обошли все дома, лавки, пекарни, таверны и хлевы в деревне, но там было так же пусто, как в замке. Фрогги и девочка были уверены, что Литературная армия взяла в плен всех жителей и увела с собой, но тут они неожиданно услышали какой-то звук.

Из зеркала, висящего в небольшом домике, доносились чьи-то всхлипывания. Фрогги и девочка заглянули в него и увидели внутри низенькую, непривлекательную женщину с кудрявыми рыжими волосами и крупным носом. Она смотрела на своё отражение с ненавистью и пыталась разгладить морщины на лбу, убрать мешки под глазами и растянуть двойной подбородок, будто кожа её была вязкой глиной для лепки. Но все её попытки улучшить внешность были тщетны, и с каждой неудачей она плакала всё горше.

Фрогги зашёл за раму, чтобы не напугать женщину своим появлением, но девочку тянуло к ней как магнитом – ей отчаянно хотелось помочь.

– Почему вы плачете? – спросила она.

Женщина вскрикнула, увидев в зеркале незнакомую девочку. Она быстро обернулась, думая, что та стоит у неё за спиной. Когда же женщина осознала, что девочка – лишь отражение, то снова закричала.

– Как ты попала внутрь? – спросила она. – Ты привидение?

– Нет, на мне лежит проклятие, – ответила девочка. – Я много времени провела в зеркальном плену. И вы, судя по всему, тоже.

– Но… но… что это значит? – пролепетала женщина.

– Я видела, как вы гляделись сейчас в зеркало. Вы смотрели на своё лицо с лютой ненавистью и горечью. Вы едва не сделали себе больно, пытаясь изменить черты лица руками. Если вы настолько сильно ненавидите свою внешность, что готовы навредить себе, то вы тоже прокляты и заточены в зеркало, как и я.

Женщина и так была потрясена, что разговаривает с отражением, а тут оно ещё и принялось рассуждать об её поступках. На глаза ей снова навернулись слёзы, но на этот раз от стыда.

– Ты застала меня врасплох, милая, – наконец сказала женщина. – Как тебя зовут?

– Я не знаю, – ответила девочка. – Я знаю лишь о том, что вижу. И нельзя так расстраиваться из-за того, что не под силу изменить.

– Я согласна, но неправильно судить о человеке лишь по одной минуте слабости, – заметила женщина. – Моя внешность всегда меня огорчала, но я не только поэтому несчастна. Всю мою семью недавно взяла в плен та ужасная армия и увела их в Северное королевство. Я плакала, потому что сильно скучаю по ним и беспокоюсь.

– Тогда почему же вы пытались изменить свою внешность? – спросила девочка.

– Потому что я очень хочу спасти их, но мой облик мешает мне это сделать, – призналась женщина. – Только мне из нашей деревни удалось избежать плена, но в других селениях поблизости тоже есть спасшиеся. Мне кажется, что, если собраться вместе, можно придумать, как освободить наших близких. Но, боюсь, никто не воспримет меня всерьёз из-за моей внешности. Это не беспричинный страх – со мной уже такое случалось в жизни, и не раз.

Фрогги подумал, что в такой ситуации девочка ничем помочь не сможет, но та знала, что следует сказать.

– Не нужно быть красивым, чтобы изменить мир. Если вы хотите сделать что-то значимое, нельзя, чтобы у вас на пути стояло что-то столь незначительное, как внешность. Маргаритке не нужно просить у розы разрешения распуститься, и вам тоже.

– Может, разрешение мне и не нужно, но поддержка очень нужна, – возразила женщина. – Я не могу сражаться с армией в одиночку. Мне понадобится помощь других. Но я боюсь, что они увидят лишь мою внешность и не прислушаются к словам. Боюсь, что они посмеются над моими надеждами спасти близких.

Девочка подбоченилась и посмотрела на женщину с такой уверенностью, словно была вдвое её старше.

– Только дураки слушают глазами. Если никто не услышит ваших слов, прокричите их. Если вам попытаются закрыть рот, напишите их и заставьте прочитать. Требовать к себе уважения нелегко, но если на кону то, что вам дорого, оно того стоит. К тому же, если вам не удастся заставить жителей деревни прислушаться к вам, то и армию вы ни за что не одолеете! Порой нужно встретиться со страхом лицом к лицу, чтобы знать, как справиться с бедой пострашнее.

Девочка много лет ждала, когда ей удастся дать кому-нибудь этот совет, и, похоже, она добилась своего. Женщина резко выпрямила спину, расправила плечи, а глаза её загорелись решимостью.

– Ты права, дитя. Я столько сил потратила на бесполезное нытьё перед зеркалом, что могла бы уже давно добиться чего-то стоящего. Что ж, с жалобами покончено, пора браться за дело!

Женщина была так взбудоражена, что у неё дрожали руки, когда она надевала пальто и шляпку. От нетерпения она даже забыла, что не одна в доме. И только ступив за порог, женщина вспомнила о девочке в зеркале.

– Спасибо, что наставила меня на верный путь, – сказала она. – И я очень надеюсь, что кто-нибудь сумеет освободить тебя из зеркального плена, как ты вызволила меня.

Женщина вышла из дома и уверенной поступью направилась в соседнюю деревню.

Фрогги был изумлён до глубины души тем, что сделала девочка. Он зааплодировал ей, когда они отошли от зеркала.

– Твоя речь прямо-таки сотворила чудо! Всего несколькими словами ты, возможно, навсегда изменила её жизнь. Жаль, я не повстречал тебя в юности. Мне бы тоже не помешало услышать такие вдохновляющие…

Неожиданно зеркало позади них засветилось. Сияние становилось всё ярче и ярче, и вот уже их будто залило солнечным светом. Фрогги и девочка заслонили глаза ладонями, глядя на необычайное явление.

– В чём дело? – спросил он.

– Не знаю. Никогда не видела, чтобы зеркала так себя вели!

Тут из зеркала вылетели лучи света и словно ленты обвили запястья, лодыжки и талию девочки. Светящийся поток притягивал её все ближе и ближе к зеркалу, пока её тело не прижало к стеклу. Фрогги думал, что дальше ей не пройти, но девочка просочилась сквозь зеркало, словно оно было пеленой воды. Оказавшись снаружи, она упала на пол, и свечение погасло. Фрогги попытался пролезть следом, но стекло между мирами снова стало непроницаемым.

– Ты по ту сторону! – воскликнул Фрогги. – Ты свободна!

– Но как? – изумлённо проговорила девочка. – Что разрушило проклятие?

Фрогги задумался, но он тоже не знал ответа. Ему в голову пришло лишь одно возможное объяснение.

– Может, женщина была права? Чтобы освободиться из зеркала самому, нужно сперва освободить другого?

Девочка медленно поднялась на ноги, но, когда она повернулась к зеркалу, она уже не была маленькой. Перед Фрогги стояла красивая женщина средних лет с длинными волосами цвета воронова крыла.

– Я теперь гораздо старше, – сказала она. – Как так вышло?

– Должно быть, в этом возрасте ты оказалась в зеркале, – догадался Фрогги. – И чем дольше ты там находилась в плену, тем сильнее молодела, превращаясь в маленькую девочку.

Женщина разглядывала своё отражение и вдруг встрепенулась. Она посмотрела себе в глаза так, словно увидела давно потерянного друга. Неожиданно на неё нахлынули воспоминания, и её память, так долго пребывавшая во мраке забвения, озарилась светом.

– Я помню. Я помню, где родилась, помню, где выросла, помню все места, где я жила, помню лица своих близких… и помню своё имя.

– Как же тебя зовут? – спросил Фрогги.

– Эвли, – выдохнула женщина.

На неё тут же накатило чувство стыда. В ней бушевало столько эмоций, что ей даже пришлось присесть на стул.

– Почему ты грустишь? Ведь сейчас наоборот нужно радоваться.

– Потому что это не единственное моё имя, – ответила Эвли.

Она встала и принялась расхаживать по дому, вспоминая обо всех своих деяниях, которые сейчас проносились перед глазами, словно кадры фильма.

– В юности меня похитила злая колдунья и сделала своей рабыней. Я любила одного юношу по имени Мира, и он пытался меня спасти. Но Колдунья поймала его и в наказание заточила в волшебное зеркало. Я была безутешна от горя, и у меня родился план, как спастись. Я отравила Колдунью и, взяв с собой зеркало с Мирой, сбежала из её замка в лес. Тогда-то я и приняла решение, которое превратило меня в чудовище…

Фрогги рассмеялся.

– Мне в это с трудом верится.

– Нет, это правда, – сказала Эвли. – Я так горевала из-за участи Миры, что попросила ведьму вырезать сердце у меня из груди и превратить его в камень. Боль ушла, но от этого я стала безрассудной, безжалостной и жестокой женщиной. И остаток своей бессердечной жизни я посвятила попыткам вызволить Миру из зеркала. Я вышла замуж за короля в надежде воспользоваться его властью и влиянием и пыталась убить свою падчерицу. Все об этом узнали и возненавидели меня, и во всех королевствах меня стали называть Злой королевой…

При звуке этого имени Фрогги должна была пробрать дрожь, но он не ощутил ничего. Историю жизни Эвли он слушал будто впервые и даже не догадывался, что участвовал в некоторых событиях.

– Годы спустя я попыталась освободить Миру с помощью Заклинания желаний. Но к тому времени как мне удалось собрать все нужные предметы, Мира превратился в отражение. Когда я вызволила его из зеркала, он прожил лишь мгновение, а потом умер у меня на руках. В замке, где это случилось, шла битва. Солдаты окружили замок и палили из пушек. Стены рушились на глазах. Волшебное зеркало упало на меня сверху, и с тех самых пор я была в нём заточена.

Эвли закрыла глаза и заплакала, будто бы страшась неизбежного конца истории.

– А что сталось с твоим сердцем? – спросил Фрогги. – Оно по-прежнему каменное?

Эвли прижала руку к груди и ахнула.

– Нет, я чувствую, как оно бьётся! Но как это возможно? Что за магия способна оживить сердце?

– Очень даже возможно, – улыбнулся Фрогги. – Это называется второй шанс. Ты страдала целую вечность, и зеркало даровало тебе возможность начать жизнь с чистого листа.

– Я не заслуживаю второго шанса. – Эвли покачала головой. – Я столько боли причинила людям за всю жизнь, что должна до конца дней своих сидеть в темнице.

– Тогда, быть может, это шанс искупить свою вину? – предположил Фрогги. – Тебе не удалось спасти Миру, было слишком поздно, но это не значит, что нельзя вызволить других. Людям, которых пленило зеркало, не помешали бы твои советы.

– Но почему я? – спросила Эвли. – Наверняка найдутся более подходящие люди вместо злой королевы.

– А может, и нет. Может, тебе суждено было пройти через боль и страдания, чтобы спасти других от их собственных мук. Возможно, Злая королева – это лишь одна глава в твоей жизни, а не целая история. Возможно, для тебя уготована иная судьба, чем та, что ты видишь.

Эвли задумалась над словами Фрогги, и на глаза ей навернулись слёзы. Сложно было принять доброту от мира, который, как она думала, был жесток.

– Мне нужно последовать собственному совету и перестать горевать из-за того, что мне не под силу изменить. Спасибо, что был со мной рядом. Я бы очень хотела и дальше искать с тобой твоих друзей, но по эту сторону зеркала от меня будет мало толку. Удачи тебе, кто бы ты ни был.

Эвли поцеловала зеркало в том месте, где у отражения Фрогги была щека, и вышла из дома, навстречу новой жизни. Оставшись в одиночестве, Фрогги отвернулся от зеркала и отправился бродить по непроглядной темноте зазеркалья.

– Какая хорошая женщина, – пробормотал он себе под нос. – Интересно, о каких друзьях она говорила…

Глава 12

Неожиданные спасители

Коннер и его друзья слышали всё, что происходило снаружи между ведьмами и военными. Страшно было осознавать, что Алекс стояла там под прицелом, и совсем невыносимо было понимать, что помочь сестре никак нельзя. Коннер бился в железных тисках, пока всё тело не покрылось синяками, но прутья держали его намертво.

Как только загрохотали выстрелы, Морина вернулась в читальный зал и неторопливо направилась к проходу между мирами, даже не взглянув на пленников. Коннер и остальные пытались кричать ей вслед всякие оскорбления, но даже не могли толком ничего выговорить.

– Поберегите силы – вам там ещё долго висеть, – со смехом посоветовала Морина. – Пешки заняли свои позиции, пора обеспечить шах и мат. Наслаждайтесь жизнью, пока можете. Другой мир больше не будет вашим.

Морина послала каждому из пленников воздушный поцелуй, и железные прутья стиснули своих жертв ещё крепче. Ведьма же вошла в проём и скрылась в лесу по ту сторону.

Коннер и его друзья извивались от боли, им было трудно дышать, а конечности у них онемели. Герой проснулся от того, что Златовласка непрестанно шевелилась, и заплакал, но его плач заглушили пронзительные всхлипывания Шапочки.

Коннер не так уж часто чувствовал, что ему фатально не везёт, однако сейчас был именно такой случай. Его сестрой управляло ужасное проклятие, а сам он с друзьями застрял в библиотеке и не мог даже позвать на помощь. Похоже, Другой мир и вправду был обречён на гибель.

Неожиданно воцарилась мёртвая тишина. Коннер испугался, что случилось худшее. Либо военные уничтожили всех ведьм и его сестру, либо схватка продолжалась вдали от библиотеки. Тут послышались чьи-то шаги – не ведьмы ли вернулись? Коннер не мог повернуть голову и посмотреть вбок, поэтому до боли в глазницах скосил глаза и… разглядел фигуры четырёх знакомых девушек, которых ожидал здесь увидеть меньше всего.

– Глазам не верю, уж не Коннер ли это Бейли? – раздался не менее знакомый голос. – Мне ведь всегда хотелось, чтобы он попался мне именно таким – беззащитным и нуждающимся в помощи!

Минди, Синди, Линди и Венди прошли в читальный зал и встали перед Коннером и его друзьями, чтобы им всем было хорошо их видно. Одинаково скрестив руки на груди, книгообниматели смотрели на них с одинаковыми хитрыми ухмылками. Девочки походили на стаю стервятников, окруживших раненых животных.

– Ммм! Ммммм? – промычала Бри, не веря своим глазам.

– О, смотрите, девочки! – сказала Синди. – Бри Кемпбэлл и Коннер оба застуканы при подозрительных обстоятельствах. Вот удивительно! Хотя, признаться, нисколечко!

– Мммм-мммм-мммм-ммммм! – запыхтел Коннер.

– Что-что, Коннер? Спустя столько времени тебе наконец-то есть что сказать? – поинтересовалась Минди. – Жаль, ничего не слышно сквозь всю ту ложь, которой ты кормил меня все эти годы!

– МММ-ММ-МММ! – возмутился Коннер.

– Линди, вернись в заброшенный тоннель, – велела подруге Минди. – Кажется, я видела на платформе пилу. Думаю, она развяжет Коннеру язык.

Линди кивнула и вышла из читального зала. Коннер не был уверен, что именно собирались сделать Книгообниматели с помощью инструмента: освободить его или же пытать. Впрочем, судя по их неоднозначному поведению в прошлом, ожидать можно было и того, и другого. Через некоторое время Линди вернулась с небольшой ручной пилой, держа её в руках, как ядовитую змею.

– Молодец. А теперь перепили прут, который закрывает ему рот, – приказала Минди.

Линди замялась.

– Может, лучше Венди? Из всех нас только у неё хоть что-то получалось в кружке резьбы по дереву.

Венди уверенно кивнула и взяла инструмент у Линди. Самая молчаливая книгообнимательница зажала пилу между зубами и взобралась по книжным стеллажам наверх, как пиратка на борт корабля. Затем она быстро перепилила железку с обеих сторон, и Коннер наконец-то смог открыть рот.

– Какого чёрта вы тут делаете?!

– Мы в отпуске с родителями, – сказала Синди. – Вернее, были в отпуске, пока не увидели тебя в такси возле «Чизи-стрит»! Тогда поездка тут же стала деловой.

– С тех пор мы за вами следили, – добавила Линди. – Мы сказали, что от бейглов-пиццы у нас несварение. Родители до сих пор, наверное, думают, что мы в туалете.

– Бездомный уборщик не хотел говорить, куда вы пошли, а вот его друзья оказались поразговорчивей, – заметила Минди. – Они сдали вас с потрохами за парочку батончиков мюсли и упаковку «Тик-Така».

Коннер даже не думал, что будет так благодарен своим одноклассницам, помешанным на слежке за ним. Обычно при упоминании Книгообнимателей его передёргивало, но сейчас он смотрел на девочек так, словно каждая из них была в костюме супергероя. Они были его единственной надеждой освободить Алекс и спасти Другой мир.

– Не думал, что скажу это, но я искренне рад вам, девчонки, – благодарно улыбнувшись, сказал Коннер. – Теперь перепилите остальные прутья, чтобы я спустился вниз! Это срочно!

Венди начала возить пилой по прутьям на ногах Коннера, но Минди велела ей прекратить.

– Я, конечно, ужасно тебе сочувствую, наверняка висеть там очень неудобно, но освобождения придётся немножко подождать, – сказала Минди. – Понимаешь, у нас накопились вопросы касательно тебя и твоей сестры, вопросы, на которые ответить можешь только ты. Так что, если хочешь, чтобы мы тебя выручили, сначала помоги нам.

– Вы с ума сошли?! – выкрикнул Коннер. – Я же сказал, это срочно! Если вы не поможете мне спуститься, пострадают люди!

– Люди уже пострадали!! – завопила Минди, треснув кулаками по ближайшему столу. – Знаешь, каково это, когда твои родители, одноклассники и учителя думают, что у тебя крыша поехала? Это больно! А знаешь, каково быть посмешищем во всех конспирационных блогах и чатах? И это тоже больно! А когда тебя лично блокируют в соцсетях мэр, губернатор, представители штата и сотрудники Пентагона, знаешь, каково это? Это мучительно больно! И даже несмотря на то что у нас была целая подборка неопровержимых улик, куча обоснованных подозрений и попыток докопаться до правды, нас всё равно унизили, опозорили и упекли в психушку. Но Книгообниматели не сдаются! И если ты хочешь снова ступить на землю, то дашь нам ответы, которых мы жаждем и заслуживаем! Ты четыре года скрывал от нас правду, Коннер Бейли, но сегодня этой паутине лжи придёт конец!

Несмотря на неудобные оковы, все пленники замерли, молча глядя на Книгообнимателей. Даже Герой, казалось, удивился такой пламенной речи.

– Ну ладно, ладно, – сказал Коннер. – Я всё вам расскажу, если потом вы поможете мне выбраться отсюда.

От нетерпения наконец-то узнать ответы на все вопросы Книгообнимателей прямо-таки затрясло. Они направили настольную лампу Коннеру в лицо и начали допрос.

– Я задам тебе несколько вопросов и хочу, чтобы ты отвечал либо «да», либо «нет». – Минди расхаживала внизу туда-сюда.

– А не будет быстрее, если я просто расскажу всё…

– Я задам вопросы! – рявкнула Минди. – В шестом классе вы с сестрой пропустили две недели занятий в школе. В кабинете медсестры мы нашли справку, которую, как подтвердил наш источник, написала ваша мама, и там было сказано, что вы с Алекс не ходили на уроки из-за ветрянки. Но вы не болели ветрянкой, так?

– Нет, – со вздохом ответил Коннер.

– Как я и догадывалась, – сказала Синди.

– В седьмом классе твоя сестра якобы переехала в Вермонт, чтобы учиться в школе для одарённых учеников, – продолжила Минди. – Незадолго до её отъезда мы видели, как она разговаривала с книгой в школьной библиотеке и тайком шептала ей «верни меня туда» и «я не хочу здесь находиться». В документах по её переводу, которые мы тщательно изучили, было указано, что она будет жить с вашей бабушкой, но после не менее тщательного изучения публично-правовых документов мы выяснили, что ваша бабушка не владеет никакой собственностью в Вермонте. Значит, Алекс не переезжала в Вермонт, так?

– Нет, – закатив глаза к потолку, ответил Коннер.

– Я знала, что это ложь! – вскинув вверх кулак, выкрикнула Линди.

– В восьмом классе вы с Бри сбежали во время нашей поездки в Германию, когда мы летели домой. Бри назвала несколько разных поводов для этой выходки, начиная от концертов в подземке и заканчивая фестивалями еды. Но ты удрал не ради музыки или еды, так ведь?

– Да, – сказал Коннер.

Держа пилу наперевес, как гитару, Венди «сыграла» соло, как бы говоря, что знала об этом с самого начала.

– На следующий год ты не вернулся в школу. Миссис Питерс сообщила нам, что ты тоже перевёлся в Вермонт, чтобы жить с бабушкой и сестрой, но ни для кого из нас не секрет, что ни в какой Вермонт ты не переехал, так?

– Да, – снова ответил Коннер, начиная терять терпение. – Может, уже к сути перейдёшь? Ты тратишь кучу времени!

– Ещё один вопрос, – не унималась Минди. – Недавно мы с девочками случайно проходили мимо вашего дома на Сикамор-драйв и заметили в окне весьма необычных людей. Мы подумали, что к вам залезли воры, и подошли посмотреть поближе… Тогда-то мы и увидели, как из твоей папки забил световой луч, а из него выскочили пиратки, а потом и целый корабль! Нас все убеждали, что это просто актёры и декорации, но это были никакие не актёры и декорации, верно?

– Да! – возмущённо выкрикнул Коннер. – Эй, вы что, шпионили за моим домом? Это незаконно!

– И мы считаем, что все эти события: твои необъяснимые пропуски уроков, твой подозрительный перевод, побег и даже эвакуация, которая сейчас идёт в Нью-Йорке, – всё связано между собой! – объявила Минди. – Признай это! Вы с сестрой годами были замешаны в каких-то межпространственных делишках, и мы с Книгообнимателями раскусили вас с самого начала!

– ДА! ВЫ БЫЛИ ПРАВЫ НАСЧЁТ ВСЕГО! ПОСЛЕДНИЕ ЧЕТЫРЕ ГОДА МЫ С СЕСТРОЙ ПОСТОЯННО ПУТЕШЕСТВОВАЛИ МЕЖДУ СКАЗОЧНЫМ МИРОМ, МИРОМ КЛАССИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ И МИРАМИ МОИХ РАССКАЗОВ! ЭТО ЧИСТАЯ ПРАВДА! ДОВОЛЬНЫ ТЕПЕРЬ, ПСИХОПАТКИ?

Судя по выражению истинного блаженства на лицах, Книгообниматели были более чем довольны. Они прыгали и плакали от счастья, а Венди спустилась со стеллажа и бросилась обнимать подруг. После стольких лет плохого обращения, неуважения и ложных диагнозов для Книгообнимателей наконец-то восторжествовала справедливость.

Расцепив объятия, Линди достала из кармана сложенный листок бумаги.

– Итак, пора выбрать победителя спора «Куда делись близнецы Бейли?», – заявила она.

– Что ещё за спор? – спросил Коннер.

– В шестом классе мы с девочками сделали ставки на то, куда вы с Алекс пропали, – объяснила Минди.

– Я предполагала похищение инопланетянами, тоннель в Китай и волшебников, – зачитала Линди. – У Минди – иллюминаты, пещера Снежного человека и вампиры. У Синди – похищение международной преступной группировкой, затерянный континент Лемурия и подземный народ. У Венди – правительственный шпионаж, шведская музыкальная группа и… о, ну надо же! – вымышленные миры! Выиграла Венди!

Минди, Линди и Синди каждая вручили Венди по двадцать баксов.

– Я очень надеялась на Лемурию, но вымышленные миры тоже круто! – сказала Синди.

– Кстати, как вы попадаете в эти миры? – поинтересовалась Линди.

– Есть много способов, – ответил Коннер. – Например, через вон ту огромную дыру в дальнем конце комнаты, через которую видно лес.

До сих пор Книгообниматели не обращали внимания ни на кого и ни на что в читальном зале, кроме Коннера. Девочки повернулись к порталу в сказочный мир и громко ахнули, осознав, насколько необычно это явление.

– Я думала, это громадный плазменный экран! – воскликнула Линди.

– Нет, это мост в другое измерение, – объяснил Коннер. – И очень скоро через него сюда ворвутся тысячи страшных существ и нападут на наш мир. Так что, если вопросов больше нет, освободите меня, чтобы я мог им помешать!

Венди поспешно вскарабкалась на стеллажи и перепилила оставшиеся прутья, которые держали Коннера. Он забрал у Венди инструмент и освободил Джека, тот перерубил топором оковы Бри, Шапочки и Златовласки.

Как только все оказались внизу, Коннер и Бри подошли к проходу между мирами и стали придумывать, как его закрыть.

– Должен быть какой-то способ запечатать эту штуковину, пока сюда через неё не прорвалась Литературная армия, – размышлял вслух Коннер.

– Мне кажется, её никак не запечатать, армия всё равно пройдёт, – вздохнула Бри.

Коннер сердито пнул проём, но его ступня просто провалилась в сказочный мир, и он едва не упал туда сам.

– Я не знаю, как нам остановить Морину! Такое чувство, что она опередила нас на сто шагов!

– Не совсем так, – заметила Златовласка. – Морина раскрыла свой план по захвату Другого мира, но ни слова не сказала о наших новобранцах в больнице. Вряд ли она знает, что у нас есть собственная армия!

– Глупая корова! – вставила Шапочка. – Наверное, она так спешила похитить Алекс, что даже не заметила персонажей из рассказов Коннера!

– Если и так, то это всё равно не увеличивает наши шансы, – сказал Джек. – Мы знали, что нам придётся сражаться с ведьмами и Литературной армией, но не предполагали, что это произойдёт в Другом мире. Давайте пошлём за остальными в больницу, а сами постараемся найти твою сестру.

Коннер кивнул.

– Минди, Синди, Линди и Венди, возвращайтесь в заброшенную подземку и уходите отсюда как можно дальше. Как только окажетесь в безопасности, найдите телефон и позвоните моей маме. Скажите, что нам срочно нужна подмога. Она поймёт, что делать.

К невероятному удивлению Коннера, Книгообниматели отдали ему честь и немедля ушли из читального зала, послушавшись его впервые в жизни. Коннер, Бри, Шапочка, Джек и Златовласка с ребёнком покинули зал вслед за ними и спустились по мраморной лестнице.

Книгообниматели отправились на цокольный этаж, а Коннер с друзьями вошли в вестибюль на первом этаже.

Увидев погром, она застыли на месте. Двери сорвало с петель, лестница в библиотеку была сплошь испещрена пулями, на земле тут и там виднелись острые сосульки, но, к счастью, жертв не было – ни живых, ни мёртвых. Ведьмы ушли, но и морских пехотинцев поблизости тоже не оказалось.

Друзья вышли на Пятую авеню и огляделись, пытаясь понять, куда переместилась битва.

– Смотрите! – воскликнула Шапочка. – Все солдаты собрались вон там, где деревья!

– Похоже, они пытаются попасть в Центральный парк! – догадалась Бри. – А что это за странный пузырь?

Коннер сразу же узнал магию сестры.

– Это силовое поле. Наверное, ведьмы в парке, а Алекс наколдовала защиту. Хорошо, что ночью парк закрыт. А то бы у ведьм в руках оказались сотни заложников.

Неожиданно Коннер вспомнил, откуда знает о часах работы парка, и у него душа ушла в пятки.

– В парке не пусто! У детей-скаутов Америки прямо сейчас там проходит ежегодный масштабный слёт! Мне об этом рассказал в самолёте мальчик, который сидел рядом!

– То есть ты хочешь сказать, что дети сейчас находятся в парке с ведьмами? – уточнила Шапочка.

– Да! И мы должны их спасти! – воскликнул Коннер.

– Как же мы попадём в парк, если Алекс накрыла его магическим силовым полем? – спросил Джек.

– Может, попробовать пробраться под ним? Расти говорил, что тоннель Калвина Кулиджа должен был проходить через Центральный парк. Давайте вернёмся в подземку и попытаемся найти другой люк. Но надо спешить – кто знает, может, ведьмы уже добрались до детей!

Глава 13

Что-то назревает

Друзья вернулись в тоннель Калвина Кулиджа. Джек нашёл на платформе спички и фонарь и зажёг его, чтобы освещать дорогу. Бри включила на телефоне приложение с компасом, определила, где находится север, и друзья со всех ног побежали по тоннелю к Центральному парку, надеясь, что сумеют туда попасть.

Как только Златовласка перешла на бег, Герой тут же успокоился и заснул. А вот Шапочка, наоборот, была взвинчена до предела. Чем дальше они углублялись в тоннель, тем сильнее она плакала.

– Шапка, ты чего плачешь? – спросила Бри.

– Мне тяжело даются физические упражнения, – призналась Шапочка.

Друзья пробежали чуть больше мили и не увидели по пути ничего, кроме кирпичей да крыс, которые изредка шныряли по тоннелю. Наконец они добрались до ещё одной недостроенной платформы. На стене рядом с ней было написано мелом «ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ПАРК».

– Мы на месте! – сказал Коннер. – Кто-нибудь видит люк?

Джек поднял фонарь повыше и посветил на потолок, где и обнаружился круглый люк. Коннер нашёл стремянку и, поставив её прямо под дверцей, забрался наверх и потянул за ручку, но та не открывалась.

– Дверца закручена на болты! Тут нужен отбойный молоток или что-то помощнее, чтобы её выбить.

Бри, Джек, Златовласка и Шапочка осмотрелись, но на платформе были только верёвки и катушки изоленты. Казалось, пролезть наружу через этот люк невозможно. Расстроившись, Шапочка села на край платформы и надулась.

– Получается, мы пробежали целую милю по грязному вонючему тоннелю зря? – Она побрызгала вокруг себя освежителем воздуха. – Спасательная миссия продвигается не слишком удачно, да?

Остальные бродили вокруг платформы, пытаясь придумать, как ещё можно попасть в парк. Одна только Бри не сдвинулась с места и пристально смотрела на Шапочку, обдумывая идею, которая пришла ей в голову.

– Шапочка, можно я одолжу твой освежитель воздуха?

Не дожидаясь ответа, Бри выхватила у неё из рук баллончик, подобрала с пола моток изоленты, взяла верёвку и полезла на стремянку. Затем примотала освежитель воздуха к дверце изолентой, расположив его рядом с болтами. Потом она отломала дозатор баллончика и просунула в горлышко верёвку.

– У кого-нибудь есть чем поджечь? – спросила она.

Джек протянул Бри спички, и она запалила получившийся фитиль. Коннер поднялся на несколько ступенек посмотреть, что она задумала.

– Бри, что ты делаешь?

– Бомбу, – как ни в чём не бывало ответила Бри. – Надо спрятаться, и побыстрее!

Джек, Златовласка и Шапочка спрыгнули с платформы и бросились в тоннель. Бри с Коннером поспешно спустились с лестницы и побежали догонять друзей. Пламя поднималось по верёвке всё выше и выше, наконец добралось до баллончика, и тут как бабахнуло! Освежитель взорвался, а вместе с ним выбило из потолка и круглую дверцу.

– Я нас всех спасла! – обрадовалась Шапочка, аплодируя сама себе.

Джек со Златовлаской закатили глаза и благодарно похлопали Бри по плечу. Коннер же смотрел на подругу с разинутым ртом.

– Что? – поинтересовалась Бри.

– Ты сделала бомбу! – потрясённо выговорил Коннер.

– Ну и?

– Я только сейчас понял, что с тобой опасно связываться.

Бри пожала плечами.

– По крайней мере, теперь здесь пахнет поприятнее.

Друзья вернулись на платформу и уставились на появившуюся в потолке дыру, сквозь которую виднелось небо. Коннер первым поднялся на стремянку и пролез в проём.

Не знай Коннер, что над ними Центральный парк, то подумал бы, что оказался в лесу сказочного мира. Он вылез наружу у подножья поросшего травой холма, покрытого крупными каменными валунами. Небоскрёбы было едва видно за деревьями, окружавшими эту часть парка. Коннер поднял голову и увидел над собой подрагивающий мерцающий купол, который наколдовала Алекс.

Почему-то друзья Коннера не спешили подниматься на поверхность. Сначала из дыры вылезли Бри, Джек и Златовласка с ребёнком, причём у каждого это заняло около двух минут. А Шапочка и вовсе не торопилась и появилась только минут через десять.

Учитывая, что время у них поджимало, Коннер удивился такой задержке.

– Долго же ты возилась, Шапка, – сказал он.

– Ты о чём это? Я лезла прямо за тобой.

– Ладно, неважно. Давайте обыщем парк и найдём ведьм. Но смотрите в оба: они могут быть где угодно, могут маскироваться под кого угодно. И говорите, если заметите что-нибудь хоть немного подозрительное.

Друзья кивнули и сгруппировались в тесный кружок, как во время поисков Алекс в библиотеке. Неподалёку от холма нашлась асфальтированная дорожка, по которой они и направились в глубь парка.

Центральный парк был огромным, и, каждый раз доходя до нового указателя, друзья поражались, как мало они прошли. То и дело они выходили на открытые участки и видели очертания зданий над деревьями, но кроме светящихся небоскрёбов не нашли ничего необычного и подозрительного. Ни ведьм, ни скаутов.

Коннер подобрал с земли выброшенную карту парка и теперь поглядывал в неё, ведя друзей по извилистым дорожкам. Все согласились, что ведьмы после схватки с военными, скорее всего, ушли в самую глубь парка, поэтому Коннер нашёл дорожку, ведущую в центр. Вскоре друзья уловили в воздухе запах дыма и какой-то сладкий аромат.

– Вы тоже это чуете? – спросил Джек.

– Да, – кивнула Златовласка, – пахнет имбирными пряниками… свежеиспечёнными.

– Наверное, ведьмы строят пряничные домики, чтобы заманить к себе детей-скаутов, – предположила Бри.

– Это такой избитый приём, – заметила Шапочка.

– Не все ведьмы людоедки, – сказал Коннер. – Они что-то готовят, но вряд ли дома́.

Наконец друзья вышли к большому фонтану, стоящему возле маленького озера. Фонтан был окружён широким, но неглубоким круглым бассейном, а венчала его статуя ангела. Напротив фонтана возвышалась двухъярусная терраса с двумя парадными лестницами по бокам. Под террасой пролегал просторный тоннель, по обе стороны которого протянулись арки и колонны. От этого места веяло духом Рима.

– Куда это мы пришли? – спросил Джек.

– Это Фонтан Бетесда и терраса, – зачитал Коннер название на карте.

– Это известная достопримечательность, – добавила Бри. – Её часто показывают в фильмах и сериалах.

– Нью-Йорк – такой странный город, – сказала Шапочка. – Меня то с души от него воротит, то я чувствую себя здесь как дома.

Коннер не успел ей ответить: он заметил какое-то движение в переходе под террасой. Из-за одной из колонн выглядывала худая женщина с банданой на голове, в ярко-розовой майке и такого же цвета кроссовках. Насторожённо оглядывая парк, она махала рукой Коннеру и его друзьям, настойчиво подзывая их к себе.

– Эй! – шёпотом говорила она. – Идите сюда скорее!

Судя по одежде, женщина была местной, но друзья всё равно подошли к тоннелю с опаской. Женщина в розовом завела их внутрь, и они поняли, что там прячутся и другие люди. Мужчина с банданой на голове, в зелёной майке и зелёных теннисных туфлях стоял за ещё одной колонной. Мужчина в синем шлеме и чёрных велосипедных шортах нашёл укрытие за мусорным баком. Третий мужчина в униформе уборщика съёжился в углу и невидяще смотрел перед собой, обхватив голову руками.

– Небезопасно ходить вот так открыто по парку, – сказала женщина в розовом. – Если вы им попадётесь, они возьмут вас в плен и уведут в свой лагерь.

– Вы, наверное, о ведьмах говорите, – сказал Коннер. – Вы знаете, в какой части парка их лагерь?

– Они обосновались где-то между озером и резервуаром. Думаю, на Большой лужайке, – сказал мужчина в зелёном. – Но они обходят парк каждые пару часов, чтобы найти беглецов.

– А что вы так поздно делаете в парке? – спросила Бри.

– Мы с мужем пошли на вечернюю пробежку, – объяснила женщина в розовом. – Вышли на Семьдесят девятую улицу, чтобы срезать путь до дома, и вдруг над нами появилось это силовое поле. Мы попытались пройти через него, но нас ударило током.

Они с мужем показали ожоги на руках.

– Мы отправились в глубь парка искать помощь и увидели ведьм, – продолжил рассказ мужчина в зелёном. – Тогда мы спрятались в замке Бельведер и встретили там этого человека. – Он кивнул на уборщика, скорчившегося в углу.

– Я работал в замке в ночную смену. Мы пытались дозвониться в полицию, но телефоны перестали работать, даже сигнала сети не было. Мы убедились, что поблизости никого нет, и быстро побежали к Зелёной таверне, – сказал тот.

– Там они и встретили меня, – добавил велосипедист. – Мы с друзьями катались на велосипедах вокруг парка и тоже решили срезать дорогу до дома. Когда появилось силовое поле, мы спрятались от ведьм в таверне с другими людьми, которые так же случайно оказались в парке. Мы думали, что там будем в безопасности, но в конце концов ведьмы нас нашли. Только нам четверым удалось сбежать!

– Остальных ведьмы взяли в плен и увели в свой лагерь, – закончила рассказ женщина в розовом. – С тех пор мы и прячемся под террасой.

Уборщик вдруг засмеялся, но не от веселья. Он начал раскачиваться вперёд-назад, и казалось, что он на грани сумасшествия.

– Знаете, предыдущего уборщика, вместо которого меня взяли на работу, уволили за безумные россказни о всяких волшебных явлениях в парке. Мы все думали, что старина Расти умом тронулся, но теперь я сам как дитя малое прячусь от толпы ведьм. Забавно, как всё поменялось.

Эти люди выглядели измождёнными и дрожали от страха, рассказывая о случившемся. Было видно, что им пришлось через многое пройти, но всё-таки в историях имелись нестыковки.

– Слушайте, по вашим рассказам можно подумать, что вы здесь уже несколько дней, – сказал Коннер. – Ведьмы вошли в парк не больше часа назад. Как вы успели побывать в стольких местах за это время?

Муж с женой, велосипедист и уборщик недоумённо переглянулись.

– Милый, мы и правда здесь уже несколько дней, – сказала женщина в розовом.

– Что?! – воскликнул Коннер. – Как это возможно?

– С тех пор как появилось силовое поле, время в Центральном парке стало течь медленнее, чем везде в городе, – объяснил мужчина в зелёном. – Стрелки на часах на Пятой авеню еле ползут, и мы уже два дня не видели солнца!

– Час в парке приравнивается секунде за его пределами, – добавила его жена. – И когда мы видим людей по ту сторону силового поля, они едва шевелятся, словно в замедленной съёмке.

У Коннера замерло сердце. Теперь-то понятно, почему его друзья так долго вылезали из тоннеля – Алекс не только накрыла парк волшебным силовым полем, но ещё и замедлила время!

И что бы ни задумали ведьмы, они выиграли себе очень много времени, чтобы осуществить свои планы.

– Погодите, а чего вы так удивляетесь? – спросил велосипедист. – Вы разве не находитесь в парке столько же, сколько и мы?

– Нет, мы недавно здесь оказались, – ответил Коннер.

– То есть из парка есть выход? – Уборщик встрепенулся и живо поднялся на ноги. – Вы должны вывести нас отсюда! Иначе я совсем тронусь умом, если останусь здесь хотя бы ещё на…

– Тихо! – прошептала Златовласка. – Кто-то идёт!

Коннер с друзьями и беглецы поспешно спрятались за колонны в тоннеле. Они услышали чьи-то шаги, а вскоре увидели вдалеке силуэты четырёх фигур. К фонтану направлялись Крыса-Мэри и Змеина, а с ними шли два скаута, мальчик и девочка, которых ведьмы пихали, пинали и всячески обзывали. Дети выглядели до смерти напуганными и более измождёнными, чем те четверо, кому удалось сбежать. В руках у детей было по два деревянных ведра на каждого, и, дойдя до фонтана, они поставили их на бортик бассейна.

– Воду набирайте, мерзкие пугала! – приказала им Крыса-Мэри. – И побыстрее! Повелительницы ждут!

Дети повиновались и стали наполнять вёдра водой из фонтана. Змеина внимательно посмотрела на жидкость и прошипела:

– Эта водиц-ц-ца нич-ч-чуть не лучш-ш-ше воды из озёр и прудов. А повелительниц-ц-цы потребовали ч-ч-чис-с-стую воду.

– Ничего, Повелительницы всё равно не узнают, где мы её набрали, – отмахнулась Крыса-Мэри. – К тому же Снежная королева и Морская ведьма заверили нас, что жизнь в Другом мире будет совершенно иной. Но пока что здесь всё так же, как дома. Мы по-прежнему выполняем грязную работу, пока они восседают на своих тронах и бездельничают.

– Знаеш-ш-шь, х-х-хоть Морина и отправила нас-с-с на верную с-с-смерть, я вс-с-сё равно испытываю к ней уважение, – прошипела Змеина. – Она, наверное, вернулас-с-сь в королевс-с-ства и нас-с-слаждаетс-с-ся единолич-ч-чным…

Все, кто прятался за колоннами, не издавали ни звука, но обе ведьмы неожиданно прервали беседу и резко повернули головы в сторону террасы. Коннер с друзьями и беглецы затаили дыхание и вжались в колонны.

– Кажетс-с-ся, я что-то с-с-слыш-ш-шала, – сказала Змеина.

– Видать, людишки там. Фу! – выплюнула Крыса-Мэри. – Жду не дождусь, когда мы их всех истребим. Они здесь прям как паразиты.

– Может, с-с-схватим их-х-х и отведём в лагерь? – предложила Змеина.

– Нет, мы своё задание выполнили, – помотала головой Крыса-Мэри. – Отправим за ними другую ведьму.

Дети наполнили водой все четыре ведра и, сгибаясь от тяжести ноши, потащили их обратно в лагерь, а ведьмы снова принялись награждать их тычками и пинками. Через несколько минут они скрылись за деревьями. Все, кто прятался под террасой, выждали ещё немного, прежде чем пошевелиться, – надо было убедиться, что ведьмы точно ушли.

– Чуть не попались, – сказала женщина в розовом. – Давайте уйдём отсюда, пока нас не поймали другие ведьмы.

Все вместе они побежали по тоннелю к лестнице, ведущей снаружи к дороге, как вдруг услышали громкий хлопок. Они в ужасе подняли головы: наверху лестницы стояла Крыса-Мэри! Ведьма расхохоталась, обнажив свои острые крысиные зубки.

– Вы же не думали, что мы в самом деле вас тут оставим?

Беглецы резко развернулись и бросились в сторону фонтана, но – ХЛОП! – и дорогу им преградила Змеина.

– Вам не уйти! – рявкнула она. – О, знакомые лиц-ц-ца! Друзья и брат девч-ч-чонки Бейли! Ох, и обрадуютс-с-ся же Повелительниц-ц-цы, ч-ч-что мы вас-с-с изловили!

– Мы не сдадимся без боя! – выкрикнул Джек.

Он схватился за топор, Златовласка вытащила из ножен меч, но Крыса-Мэри и Змеина щёлкнули пальцами, и оружие оказалось у них в руках. Слинг, в котором спал Герой, тоже сам расстегнулся, перелетел к Мэри и обвился вокруг её туловища. Ведьма посмотрела на необычный мешок и очень обрадовалась, увидев в нём младенца.

– Какой удачный день, однако, – проговорила Крыса-Мэри. – Мне всегда хотелось сварить зелья, для которых требуется младенческая кровь.

– Не-е-ет! – закричала Златовласка и бросилась вверх по лестнице спасать сына, но Змеина схватила её за ногу своим длинным языком и потащила вниз.

– Если вы хотя бы пальцем его тронете, я от вас мокрого места не оставлю! – пригрозила ведьмам Златовласка.

Крыса-Мэри и Змеина злорадно рассмеялись.

– Вот уж вряд ли сможешь, – сказала Крыса-Мэри. – Уж точно не там, куда мы вас отведём.

Бежать им было некуда, спасти их было некому, и Коннер с друзьями и новыми знакомыми оказались в плену. Впереди шли дети-скауты, за ними следом шагали только что пойманные заложники, а замыкали цепочку ведьмы. Они заставили пленников идти ровным строем, и если кто-нибудь выбивался из него, Змеина хлестала нарушителя своим языком как хлыстом, а Крыса-Мэри царапала длинными когтями.

Процессия заходила всё глубже в парк, и вскоре вокруг так сильно запахло свежеиспечёнными пряниками и дымом, что стало трудно дышать. Заложники вышли к Большой лужайке и сразу поняли, что здесь и находится лагерь ведьм.

Огромное поле с газонами и бейсбольными площадками теперь превратилось в средоточие кошмаров наяву.

Тут и там сотни мальчиков и девочек-скаутов, подчиняясь приказу ведьм, пекли необычные пряники. Одни дети смешивали в огромных котлах ингредиенты и месили тесто, другие выгребали липкую массу из котлов и раскладывали её на огромных железных противнях. Как только поверхность теста становилась гладкой и ровной, дети брали огромные формы для печенья и вырезали из теста пряничных человечков размером с настоящего человека. Затем отправляли заполненные противни в громадные кирпичные печи, которые стояли в ряд на западной стороне лужайки.

Огонь в очагах поддерживала Уголина, выдыхая изо рта пламя. Древина, Паучина и другие ведьмы прохаживались по лужайке, следя за работающими детьми, как тюремные надзиратели. Если им казалось, что ребёнок отлынивает и не выполняет задание как следует, они били его и отчитывали, и так было с каждым. Все дети выглядели такими же напуганными и измождёнными, как и мальчик с девочкой, которых отправили за водой к фонтану.

Коннер увидел Оливера, своего знакомого из самолёта, возле одного из котлов. Боясь даже поднять голову, мальчик не отрывал взгляда от теста, которое усердно месил.

– Зачем они пекут таких огромных пряничных человечков? – спросила Шапочка.

– А разве не ясно? – сказала Златовласка. – Они создают пряничных солдат – пекут свою собственную армию!

– Если мы отсюда выберемся живыми, не желаю больше никогда слышать слово «армия», – проворчал Коннер.

В северном конце Большой лужайки ведьмы соорудили высокий холм из каменных обломков, который возвышался над полем, словно огромная смотровая башня. У подножья холма на страже стояли статуи львов из библиотеки, полярные медведи из упряжки Снежной королевы и акулы Морской ведьмы, плававшие в узком рве. На вершине сооружения было два трона – изо льда и из кораллов, – на которых восседали Снежная королева и Морская ведьма.

Между Повелительницами стояла Алекс. В глазах её по-прежнему сверкали молнии, а волосы развевались над головой, будто языки пламени. Алекс неотрывно смотрела на купол волшебного силового поля, и казалось, что она не человек, а источник энергии, бездумно производящий магию, которая защищает её повелителей.

Увидев, как безжизненно выглядит сестра, Коннер едва не заплакал. Можно ли её ещё спасти, или же, как сказала Морина, проклятие овладело ею полностью и ей уже не помочь?..

Крыса-Мэри и Змеина отвели пленников в северо-восточный угол Большой лужайки, где стояли в ряд клетки из леденцовых палочек. Внутри сидели вожатые скаутов, сотрудники Центрального парка, туристы и местные жители, которых ведьмы взяли в плен. Крыса-Мэри и Змеина втолкнули в маленькую клетку бегунов, велосипедиста, уборщика, Джека, Златовласку, Шапочку и Бри, но только они собрались схватить Коннера, как он рванул во всю прыть к холму, пытаясь добраться до Алекс.

Как и на Пятой авеню, когда он прорвался за баррикады, Коннера захлестнуло отчаянное желание спасти сестру, и он забыл о здравом смысле. Ведьмы бросились вдогонку, но Коннер бежал быстрее. Змеина выпустила язык, чтобы схватить его как лассо, но Коннер петлял между котлами и сумел увернуться. Перепрыгнув через ров у подножья холма, он стал карабкаться по каменным уступам наверх.

– Алекс! – закричал Коннер. – Это я, твой брат! Ведьмы вторглись в Другой мир! Ты должна бороться с проклятием, иначе…

Прежде чем Коннеру удалось подняться к сестре, один из львов сбросил его с холма. Перелетев через ров, Коннер грохнулся на землю, и из него вышибло дух.

– КОННЕР! – выкрикнула Алекс.

На долю секунды страх за брата пересилил проклятие. Свечение в её глазах угасло, волосы упали, а купол над парком исчез. Снежная королева и Морская ведьма испуганно переглянулись – они не думали, что заклятие можно разрушить.

– Верни щит, глупая девчонка! – проскрипела Снежная королева.

Алекс мгновенно вернулась в прежнее состояние, и над парком снова появился купол. Крыса-Мэри и Змеина притащили Коннера к клетке и швырнули к остальным пленникам.

– Коннер, ты не ранен? – спросила Златовласка.

– Буду жить, – простонал он.

– Это было очень глупо! – упрекнула его Бри. – О чём ты вообще думал? Тебя же могли убить!

– Я понимал, на что иду, – ответил Коннер. – Зато теперь мы знаем, что Морина ошибалась: проклятие не полностью овладело Алекс, мы можем её спасти!

Глава 14

Проклятие и любезность

С западной части сказочной страны пришла страшная гроза, и в Гномьих лесах лило как из ведра. Впрочем, лес давно опустел, потому что почти все его обитатели попрятались от Литературной армии. Однако кое-кто всё-таки угодил в грозу и теперь бродил по чаще в поисках укрытия.

Существо это промокло до нитки и дрожало от холода, и здешние края были ему незнакомы. В конце концов оно наткнулось на хижину на берегу реки. Домишко с виду был пустым – в окнах не горел свет, а из печной трубы не шёл дым. Существо надеялось, что в хижине и в самом деле никого нет, и не ради собственного блага, а ради блага того, кто мог остаться внутри. За существом закрепилась дурная слава повсюду сеять несчастья.

Существо вошло в дом и огляделось. Ему прежде не доводилось бывать в таких жилищах. Стены, пол, потолок и даже мебель были белыми. В передней комнате вдоль стены висели полки, на которых стояли миниатюрные стеклянные бутылочки, наполненные разноцветными жидкостями.

У существа пересохло в горле после долгого пути. Оно взяло с полки один сосуд, открутило золотую крышечку и понюхало красную жидкость. Пахла она как фруктовый сок, поэтому существо запрокинуло голову и залпом осушило ёмкость. Странным образом жидкость не только мгновенно утолила его жажду, но и наполнила его свежими силами и согрела изнутри. Существо присмотрелось к бутылочке и увидело, что на ней написано «ОБНОВЛЕНИЕ». На других ёмкостях тоже имелись названия. Так, на сосудах с голубыми жидкостями было написано «ЮНОСТЬ», с розовыми – «КРАСОТА», с фиолетовыми – «БОДРОСТЬ», с бирюзовыми – «ВЫНОСЛИВОСТЬ».

Необычные названия вызвали у существа любопытство. Оно обошло дом, пытаясь найти какие-нибудь подсказки, чтобы понять, где же оно оказалось.

В дальнем конце комнаты существо заметило стену, закрытую занавесями, и потянуло за шнурок. За ними оказалось огромное зеркало в золочёной раме. Как только существо поняло, что это зеркало, оно быстро закрыло глаза, чтобы не видеть своего отражения. Оно знало, что любой, кто посмотрит ему в глаза, в тот же миг обратится в камень, и само существо ждала та же участь.

Если бы у кого-нибудь получилось рассмотреть это создание, прежде чем окаменеть, то он увидел бы женщину с горящими красными глазами, клыками и вытянутым чешуйчатым телом. Вместо волос на голове у неё был клубок шипящих змей, которые непрестанно боролись друг с другом, выясняя, кто из них главнее.

Существо это звали Медуза, и родной дом её был далеко за пределами сказочного мира.

Как ни странно, когда Медуза прикрыла глаза руками, она заметила, что её облик совершенно изменился. Свечение, обычно исходившее из её глазниц, почему-то угасло. Медуза слегка раздвинула пальцы и осмотрела своё отражение снизу доверху. И когда взгляд её упал на лицо, она каким-то чудом не обратилась в камень. Вместо ярко-красных зрачков, превращающих людей в недвижные статуи, Медуза увидела карие глаза, которые не видела уже давным-давно. Она опустила взгляд на пустую бутылочку в руке и поняла, что в ней был никакой не сок, а зелье.

Пока Медуза смотрела себе в глаза, её отражение стало меняться. Она изумлённо наблюдала, как страшное чудище в зеркале медленно превращается в прекрасную женщину. На голове вместо змей выросли густые рыжеватые волосы, чешуйчатая кожа стала гладкой и загорелой, а вытянутое змеиное тело превратилось в женскую фигуру, закутанную в алую тогу.

Зеркало истины изменило лишь отражение Медузы, а не её саму, но впервые за долгое время она увидела себя такой, какой была, прежде чем её превратили в чудовище.

Медузе было интересно, какие ещё чудеса таятся в этом доме. Взгляд её привлекла дверь в другом конце комнаты, и она направилась к ней. Несмотря на бесчисленные замки и затворы, дверь была распахнута настежь, а за порогом начиналась крутая лестница, ведущая в подвал. Медуза сползла вниз по ступеням и увидела детей, спящих под действием тёмного заклятия Морины.

– Здравствуй! – раздался у Медузы за спиной вежливый голос.

Медуза обернулась и обнаружила, что на стене висит ещё одно зеркало, а в нём стоит радостный человек-лягушка в костюме-тройке и машет ей перепончатой рукой. На мгновение Медуза забыла, что зелье избавило её от проклятия, и по привычке заслонила глаза, чтобы этот незнакомец не обратился в камень. Она так долго не общалась с живыми людьми, что забыла, что следует говорить.

– Кто ты? – спросила она.

– Я знаю о себе не больше твоего, – ответил человек-лягушка.

– И как, во имя Зевса, это понимать?

– К сожалению, я потерял память, – объяснил он. – И искал того, кто сможет меня узнать и поможет вспомнить, кто я такой, но пока что нашёл только тебя.

– Не хочу тебя разочаровывать, но мы не знакомы, – сказала Медуза. – И поверь: если бы мы встречались, я бы точно об этом знала.

– Что ж, очень жаль, – вздохнул человек-лягушка. – Значит, надо продолжать поиски. Хотя я уже везде искал, но повсюду пусто.

– Как ты попал в зеркало? – спросила Медуза.

– О, меня прокляли. Я не помню, кто или что меня сюда засунуло, когда и как это случилось, но я знаю, что был очень огорчён из-за этого.

– Ты жил в этом доме?

– М-м-м… – Человек-лягушка окинул взглядом подвал. – Я узнаю обстановку, но не думаю, что это был мой дом. Я мало знаю о себе, но не могу даже вообразить, что держал бы взаперти столько детей.

Медуза ещё раз взглянула на спящих детей и заметила, что от их кожи исходит лёгкое свечение и что у многих из них лица испещрены морщинами, как у стариков.

– Что с ними стряслось? – спросила она.

– Похоже, на них наложили какое-то заклятие, – предположил человек-лягушка.

– Получается, мы все друзья по несчастью.

– Ты тоже проклята?

Медуза метнула на него взгляд – а разве не видно?

– Ну, указать на это прямо было бы весьма грубо, – заметил человек-лягушка. – А кто тебя проклял? Тот же человек, что проклял меня и детей?

– Вряд ли, – ответила Медуза. – На меня наложила проклятие одна завистливая богиня в моём родном мире. Она превратила мои волосы в змей, покрыла тело чешуёй, а глаза наделила способностью обращать в камень каждого, кто в них посмотрит. Я так стыдилась своего обличья и так боялась навредить людям, что стала отшельницей. Я много лет прожила на острове Сарпедон, а потом меня похитили и забросили в этот мир.

– Кто тебя похитил?

– Ужасная армия пиратов, летучих обезьян и карточных солдат, – объяснила Медуза. – Они держали меня в клетке с повязкой на глазах и заставляли обращать их врагов в камень. В конце концов мне удалось сбежать, и с тех пор я скиталась по лесам в поисках надёжного укрытия. Но чем дольше я брожу по здешним краям, тем больше жизней гублю.

– Если твои глаза любого обращают в камень, почему я не стал статуей? – поинтересовался человек-лягушка.

– Наверху я выпила зелье, и оно исцелило мои глаза. Не знаю, надолго ли его хватит, но на полках их стоят сотни! Там есть и юность, и красота, и силы – всё, чего мне недостаёт.

– Как чудесно! – воскликнул человек-лягушка. – Как думаешь, если выпить их все разом, они превратят тебя в человека?

Медузе идея показалась весьма заманчивой.

– Попробовать стоит, – сказала она.

Они одновременно улыбнулись, но тут человеку-лягушке пришла в голову тревожная мысль, и его улыбка померкла.

– А откуда, как думаешь, взялись эти юность, красота и силы?

Медуза была так довольна действием зелья, что даже не задумывалась о способе его изготовления. Взгляд её упал на спящих детей, и она поняла, что они лишены и юности, и красоты, и сил. Медузе стало дурно, когда она осознала, из чего сделаны зелья.

– Всемогущественная Гера, – выдохнула она. – Вот откуда всё это взялось! Жизненные силы детей переливаются в склянки для зелий!

Мифическое чудовище терзало чувство вины. Медуза рухнула на пол и заплакала. Слёзы лились потоком, и поскольку вытереть их было нечем, Медуза стала собирать их в пустую бутылочку из-под зелья обновления. Она плакала так горько, что вскоре ёмкость наполнилась до краёв.

– Ну будет, будет, – утешал её человек-лягушка. – Ты же не нарочно. Знай ты, из чего сделано зелье, ты бы его не выпила.

– Выпила бы! – призналась Медуза. – Впервые за столько лет я нашла способ избавиться от проклятия! Я могу исцелиться и больше не влачить жалкое существование! И я пойду на что угодно, чтобы не быть чудовищем! Жаль только, что цена слишком высока!

Выговорившись, Медуза заплакала пуще прежнего. По неведомым для него причинам человек-лягушка испытывал жалость к своей новой знакомой, даже несмотря на её эгоистичное признание. Он помолчал несколько минут, подбирая нужные слова, чтобы дать ей совет.

– Как мне кажется, у тебя есть два пути. Оба тебя изменят, но только один навсегда изгонит из тебя чудовище.

– Какой первый? – спросила Медуза.

– Ты можешь выпить все зелья наверху и стать той, кем была до проклятия. Ты больше никого не обратишь в камень и никогда не увидишь в зеркале чудовище. Но если ты украдёшь красоту и юность этих детей, ты больше не будешь выглядеть, как чудовище, – ты им станешь. А это гораздо хуже, как по мне.

– А второй путь?

– Ты можешь собрать все бутылочки с юностью, красотой и силой и вернуть их тем, кому они принадлежат. Твой облик от этого не изменится, но ты сама взглянешь на себя по-другому. И всякий раз, проходя мимо зеркала и видя своё отражение, ты больше не увидишь страшное чудовище. Ты увидишь женщину, которая предпочла помочь другим, а не себе. Когда в зеркале отражается твоя суть, а не внешность – это ли не избавление от проклятия?

Медуза задумалась над словами человека-лягушки и поняла, что он прав. Она утёрла слёзы, поднялась с пола и поползла по лестнице наверх. Через несколько минут она вернулась с целой грудой бутылочек, сколько смогла унести за раз. Медуза поднималась в комнату и возвращалась в подвал, пока не перенесла вниз все зелья. Затем она открутила золотые крышечки и вылила содержимое бутылочек в рты спящих детей.

Мало-помалу украденные юность, красота и силы стали возвращаться к своим истинным обладателям. Кожа детей перестала светиться, они проснулись и изумлённо огляделись. Они были слишком слабы и не могли встать, а глаза у них то и дело закрывались, но каждый ребёнок ощущал, что проклятие Морины утратило свою силу. Один мальчик заметил Медузу, которая пряталась в углу подвала, чтобы ненароком не напугать своим видом детей. Но мальчик нисколько не испугался – наоборот, он улыбнулся ей.

– Вы, должно быть, ангел, – прошептал он. – Спасибо, что спасли нас. – И мальчик закрыл глаза и заснул, как и другие дети, чтобы окончательно избавиться от действия проклятия.

С тех пор как Медузу прокляли, её как только не называли, но впервые за всю жизнь её сочли ангелом.

– Дети, видно, бредят, раз думают, что я ангел, – сказала Медуза.

– А по-моему, тебе это подходит, – заметил человек-лягушка. – Только исключительно особенный человек способен на такой бескорыстный поступок.

Из скромности Морина не хотела соглашаться, но всё же кивнула.

– Ты был прав. Теперь, проходя мимо зеркала, я буду видеть не отражение чудовища. Я буду вспоминать о том, как помогла этим детям.

Внезапно зеркало засветилось ярче солнца. Лучи света окутали человека-лягушку и вытянули его из зеркала, словно из пелены воды. Человек-лягушка упал на пол, а зеркало снова затвердело.

– Я… я… я свободен! – воскликнул он. – Проклятие разрушено!

Как только человек-лягушка поднялся на ноги, на него, будто река, прорвавшаяся через разрушенную плотину, нахлынул поток воспоминаний.

– Я всё помню! Я помню, где родился, помню, где вырос, помню все места, где жил, помню лица своих родных и близких… и помню своё имя!

– Как же тебя зовут? – спросила Медуза.

– Чарльз Карлтон Прекрасный, но друзья зовут меня Фрогги.

Человек-лягушка замолк, потому что вспомнил кое о чём важном.

– Алекс и Коннер! Я пытался предупредить их о Литературной армии, но потерял память! Я искал место, где они могли спрятаться! Мне нужно найти близнецов и королевские семьи, пока не стало поздно!

– Королевские семьи? – переспросила Медуза. – Я видела сразу несколько королевских семей в заброшенной шахте неподалёку отсюда. С ними в укрытии были и другие люди, но все они обратились в камень, я даже не успела их толком рассмотреть.

У Фрогги чуть не остановилось сердце при мысли о том, что его друзья и семья превратились в статуи.

– Можно ли как-то избавить их от этого проклятия? – спросил он, умоляюще глядя на Медузу.

– Думаю, что да. Когда богиня превратила меня в чудовище, она сказала, что «лишь слёзы обречённой могут смягчить глаза проклятых». Я думала, то была насмешка, но вдруг это на самом деле подсказка? Возьми бутылочку с моими слезами, вылей их в глаза статуй, и, возможно, проклятие потеряет силу.

– Спасибо! – сказал Фрогги, забирая бутылочку, наполненную слезами Медузы. – Как мне добраться отсюда до заброшенной шахты?

– Я тебя туда отведу, но сперва окажи мне небольшую услугу, – попросила Медуза.

– Конечно, проси о чём угодно!

– Рано или поздно зелье обновления потеряет свою силу, и мои глаза станут прежними. Мне нужно место, где я никому не смогу навредить, где никто не сможет меня найти.

– Я знаю такое место, – сказал Фрогги. – Я раньше жил в норе недалеко отсюда, возле реки. Она небольшая, но очень уютная. Там есть сотни книг и удобный стул возле очага, где можно погреться. Вообще в книгах из моей коллекции рассказывается о основном о проклятиях – возможно, ты найдёшь там, как разрушить своё! Если ты мне поможешь, я расскажу тебе, где эта нора.

Медузе пришлось по душе описание её будущего жилища.

– Какое великолепное место! А теперь ступай за мной – я отведу тебя к шахте.

Глава 15

Подмога

Коннера не было всего восемнадцать часов, но его друзья и персонажи в больнице святого Андрея уже разволновались. Близился одиннадцатый час вечера, но пираты, супергерои, киборги, мумии, литературные и сказочные персонажи не смыкали глаз. С каждым часом время как будто бы тянулось всё медленнее. Всем хотелось что-нибудь делать, а идей для развлечений оставалось всё меньше.

Залпом посмотрев все сезоны «Я люблю Люси», пиратки из Праворуляндии нашли какую-то мыльную оперу на канале «Telemundo». Рыжая Салли, адмирал Джейкобсон и весь экипаж «Долли-Ламы» просто не могли отвести взгляды от латиноамериканских актёров и их страстной игры. Им то и дело приходилось краснеть при виде новых поворотов пикантного сюжета.

– Кто-нибудь вообще понимает, что они говорят? – спросила Венди-Вырвиглаз.

– Ни слова не понимаю, но всё чувствую, – ответила Сидни-Сальто.

В противоположном углу буфета персонажи «Приключений мальчика на дирижабле» учили персонажей из Шервудского леса играть в карты. Бо Роджерс вместе со своей двоюродной бабушкой Мэг уже сто раз объяснили правила, но Славным друзьям всё равно сложно было постичь искусство игры в покер.

– АГА! УДАЧА СНОВА НА МОЕЙ СТОРОНЕ! – похвастался Робин Гуд. – У МЕНЯ ТРИ КОРОЛЯ И ДВА ТУЗА! ПОПРОБУЙТЕ ТЕПЕРЬ МЕНЯ ПОБЕДИТЬ!

Археологи сложили свои карты, даже не открывая их.

– Робин, в который раз тебе повторяю: до самого конца нельзя рассказывать, какие у тебя карты! – простонал Бо. – Ты должен навести нас на мысль, что они у тебя хорошие, а не просто сказать об этом прямо. В этом весь смысл!

Принц воров надменно расхохотался.

– НО Я ВСЁ-ТАКИ ВАС ОБМАНУЛ! – сказал он и показал свои карты. – УЗРИТЕ ИСТИНУ – У МЕНЯ ДВЕ ДВОЙКИ! МНЕ УДАЛОСЬ НЕ ПРОСТО ВАС НАДУТЬ, НО ЕЩЁ И В САМОМ НАЧАЛЕ ИГРЫ! ОСМЕЛЮСЬ СКАЗАТЬ, ЧТО УЧЕНИК ПРЕВЗОШЁЛ УЧИТЕЛЯ. А ТЕПЕРЬ ПОДАТЬ МНЕ СЮДА МОЙ ВЫИГРЫШ!

Супергерои «Смелейства» тем временем увлечённо играли в шарады с космическими исследователями из «Королевы галактики». Жар, Хлестина и Морф были в одной команде, а Королева киборгов, командир Тритонс и профессор Портмоне – в другой.

– Это слон! – завопил Жар.

– Верно! – сказал Морф и перешёл к следующей загадке.

– Это спутниковая антенна! – догадалась Хлестина.

– Да! – ответил Морф и взялся за следующую бумажку.

– Это коробка с игрушками! – сказал Жар.

– Совершенно верно! – обрадовался Морф. – Слушайте, а ведь у нас отлично получается!

– Ясное дело! – взвыла Королева киборгов. – Ты в буквальном смысле превращаешься в то, что написано на бумажке, ещё бы им не угадать! Это же просто нечестно!

Тролбэллу между тем заставили играть в прятки с Пропащими мальчишками из Нетландии. Королева досчитала до сотни, пока мальчишки прятались, а потом почему-то не стала их искать и вместо этого уселась листать журнал.

– Ты разве за ними не пойдёшь? – удивился Железный Дровосек.

– Вообще собиралась, но потом на меня снизошло озарение, – заявила Тролбэлла. – Если я хочу, чтобы парни наконец перестали играть со мной, нужно перестать играть с ними.

– Даже в прятки? – уточнил Дровосек.

– Особенно в прятки, – ответила Тролбэлла совершенно серьёзно. – В игре и в жизни у нас одни и те же роли, и мне надоело выискивать мужчин и бегать за ними. Если кто-нибудь желает стать моим королём, ему придётся самому меня найти.

Шарлотта стояла у окна и смотрела, как персонажи гуляют на воздухе. Питер Пэн с Громом устроили сомнительное соревнование под названием «Кто сможет ближе всего подлететь к Луне и не отрубиться». Лестер, Блубо и Курица с розарием искали жуков на лужайках вокруг больницы. Костяшик, мумифицированный пёс из пирамиды Анестезии, закапывал свои части тела, когда они отваливались, даже не подозревая, что Когтиус втихаря их выкапывает и прячет в других местах.

Червесельчак забрался на дерево, свесился с ветки, послал Шарлотте воздушный поцелуй, а затем вокруг него вдруг появился и постепенн о затвердел кокон. Это было неожиданно, потому что Коннер не упоминал, что Червесельчак должен пройти через какие-либо метаморфозы. Космический червь даже вывесил снаружи табличку «НЕ БЕСПОКОИТЬ».

Поводов отвлечься было много, но Шарлотта не могла не думать о детях. С каждым часом неизвестности она всё больше нервничала. Чем дольше от Коннера не было вестей, тем сильнее она боялась, что случилось что-то страшное.

Двери распахнулись, и в буфет вошёл Боб, а вместе с ним – мумия, которая без ведома Шарлотты ухитрилась улизнуть.

– Гляди, кого я нашёл в приёмном покое, – сказал Боб.

На груди в области сердца мумии бинты были как будто обожжены в двух местах.

– Что это с ним? – спросила Шарлотта.

– Судя по всему, двое парамедиков нашли его на парковке, – ответил Боб. – Проверили пульс и тут же отправили в реанимацию. Медсёстры пытались его оживить, когда пришёл я. Чтобы убедить их остановиться, пришлось заставить его подписать отказ от реанимации.

– Он, должно быть, прямо мимо меня прошёл, – вздохнула Шарлотта. – Я, как могла, пыталась всех подбадривать, пока мы не дождёмся новостей от Коннера, но без толку. Видно, у нас тут и впрямь скука смертная, если даже мертвецы разбегаются.

– Не будь так к себе строга, у тебя и без того забот полно, – сказал Боб. – К слову, Коннер так и не объявился?

– Нет. – Шарлотта тяжело вздохнула. – Я много раз уже звонила – ноль ответа. Знаю, я и так всё время волнуюсь об Алекс и Коннере, но сейчас просто не могу отделаться от мысли, что стряслось что-то ужасное. Впервые в жизни я чувствую, что на самом деле очень нужна им обоим.

Их разговор прервали громкие стенания пираток из Праворуляндии.

– Что такое? – спросила у них Шарлотта.

– Какая-то девица вылезла на экран, и наш сериал исчез! – пожаловалась Пухлогубая Пэгги. – А Мария вот-вот должна была уличить Хосе в измене!

Боб и Шарлотта взглянули на экран. Кэтрин Уокер, президент Соединённых Штатов Америки, сидела за своим столом в Овальном кабинете и готовилась обратиться к народу.

– Эта «девица», вообще-то, президент нашей страны, – сказал Боб. – И в телевизоре она появляется, только если происходит что-то очень важное.

– Но ведь на восточном побережье уже за полночь, – сказала Шарлотта. – Что такого важного могло у них случиться?

– Без понятия, – ответил Боб. – Сделайте погромче.

Пираты прибавили звук, и все в буфете собрались у телевизора. Персонажи на улице будто почувствовали, что творится что-то неладное, и зашли посмотреть. Даже Червесельчак выглянул из кокона.

– Дорогие жители нашей страны, – сказала президент Уокер в камеру. – Уверена, вам уже довелось услышать о необычных событиях, произошедших в Нью-Йорке. В новостях и соцсетях ходит немало безумных слухов о том, что произошло, так что позвольте прояснить ситуацию и умерить всеобщее беспокойство. Вчера ранним утром в основном крыле Нью-Йоркской публичной библиотеки была обнаружена значительная утечка газа. На место происшествия были немедленно вызваны представители местной власти – они и организовали срочную эвакуацию. После тщательной оценки урона, причинённого в результате утечки, было принято решение эвакуировать также и весь Манхэттен. Я понимаю, что подобная мера влечёт за собой ряд значительных неудобств, но ничто, повторяю, ничто не может быть важнее безопасности граждан. Мы можем заверить вас, что в данный момент проблемой занимаются тщательно подготовленные профессионалы, и причин волноваться нет…

Шарлотта тут же заволновалась.

– Она бы вообще не стала выступать перед народом, если бы причин для тревоги и правда не было! – сказала она. – Теперь я точно знаю, что у меня никакая не паранойя! Что-то на самом деле случилось! Близнецы в беде!

В эту самую секунду телефон Шарлотты завибрировал у неё в кармане. Она посмотрела на экран, но номер абонента не узнала. Шарлотта сразу же ответила на звонок, молясь, что услышит на другом конце голоса детей.

– Коннер, это ты?

– Миссис Гордон? Слава богу, получилось! Я много часов пыталась поймать сигнал, но здесь слишком много людей одновременно звонят!

Голос Шарлотта не узнала, но по шуму поняла, что звонившая ей девушка находится где-то в людном месте.

– Кто это? – спросила она.

– Это Минди! Минди Маккловски! – сказала Минди.

– И Синди Стратербергерс! – добавила Синди.

– И Линди Ленкинс! – объявила Линди.

Венди хлопнула в ладоши и прищёлкнула пальцами, чтобы напомнить о себе.

– Венди Такахаши тоже с нами, – сказала Минди. – Мы – Книгообниматели из старшей школы Уиллоу-Крест, а вы на громкой связи!

Шарлотта машинально досадливо поморщилась.

– Девочки, честное слово, у меня совершенно нет времени обсуждать, проходят ли Алекс с Коннером интернатуру в Зоне 51…

– И не надо! – сказала Минди. – Мы только что видели Коннера, и он нам всё рассказал про ваш семейный секрет! Наша миссия выполнена – мы в теме на все сто! И, господи боже, ребята, да у вас драмы на целую неделю ток-шоу хватит!

– Минуточку, говоришь, вы только что видели Коннера?

– Да! – ответила Минди. – Мы были в библиотеке с ним и его друзьями! И не верьте, кстати, ни слову, что они там говорят про утечку газа. Враньё это всё!

Шарлотта потрясённо упала в кресло. Пиратки быстро выключили телевизор, чтобы послушать разговор.

– Где сейчас Коннер? С вами? А Алекс?

– Нет, он с друзьями ушёл искать Алекс, но мы не знаем куда, – объяснила Минди. – Если так подумать, мы не знаем даже точно, где сейчас мы сами. Мы выбрались из заброшенного тоннеля метро, а потом нас полицейские затащили в автобус и увезли с Манхэттена.

– Кажется, мы где-то в Бруклине, – сказала Линди.

– Нет, это определённо Квинс, – возразила Синди.

Венди указала на табличку, где было вполне конкретно сказано, что они находятся в Хобокене, но на неё никто не обратил внимания.

– Невозможно понять, – сказала Минди. – Короче, в воздухе появилась странная штука, похожая на мост, – она вела прямо в сказочный мир. Кажется, из неё ещё вылезла толпа ведьм, и скоро должно вылезти ещё что-то похуже. Прямо как в плохой серии «Доктора Кто»! Коннер попросил нас позвонить вам и сказать, что нужна подмога – он говорил, вы поймёте, что делать!

Как пожарный, услышавший сигнал тревоги, Шарлотта вскочила и принялась собирать вещи: сумку, папку с рассказами Коннера, сборник сказок и фляжку с портальным зельем.

– Сейчас же выдвигаемся! – выкрикнула она. – Спасибо за звонок, Минди!

– Не за что! – отозвалась Минди. – А, и миссис Гордон, ещё кое-что! Мы и мои коллеги-книгообниматели с радостью примем извинения за то, что вы лгали нам все эти годы, в любое удобное для вас…

Шарлотта нажала отбой. Затем повернулась к остальным и увидела, что те уже собрались у неё за спиной, мечтая поскорее узнать новости.

– Ну? – поторопил её Дровосек.

– Мы нужны Коннеру, – объявила Шарлотта. – Не знаю точно как, но ведьмы смогли попасть сюда, в наш мир, и скоро вслед за ними прибудет и Литературная армия. Нужно сейчас же добраться до Нью-Йорка и остановить их прежде, чем они уничтожат город!

Буфет взорвался криками и аплодисментами – все, конечно же, радовались не тому, что на них надвигается вражеское войско, просто им не терпелось наконец покинуть больницу.

– И как нам туда попасть? – спросил Боб. – У меня остались лётные мили, но на всех нас их точно не хватит.

– Ни к чему волноваться о транспорте! – сказал Гром. – У нас ведь есть Смело-лёт!

– А у нас с тётушкой Мэг – дирижабль! – добавил Бо Роджерс.

– А у киборгов – межгалактический корабль, – напомнил командир Тритон.

– А у нас «Долли-Лама» – самое быстроходное судно в Карибском море! – объявила Рыжая Салли.

Персонажи озадачились тем, как можно на пиратском корабле перемещаться по стране.

– Салли, до Нью-Йорка отсюда три тысячи миль, – сказала Шарлотта. – На корабле туда не добраться.

– Ещё как добраться! – возразил Питер Пэн. – Мы используем пыльцу фей, и с ней корабль сможет летать по воздуху! У меня как раз хватит её на это! А когда мы доберёмся до Нью-Йорка, то спасём Динь-Динь из лап коварного капитана Крюка!

– Победим Злую ведьму Запада и освободим Мигунов и летучих обезьян от её чар! – воскликнул Блубо.

– Свергнем Червонную королеву и, может быть, даже обзаведёмся сердцем! – добавил Железный Дровосек.

– СОЖЖЁМ МЕРЗКИХ ВЕДЬМ НА КОСТРЕ, НО СИМПАТИЧНЫХ ОСТАВИМ! – завопил Робин Гуд.

– Спасём Сливочного мальчика от Чудовища Бри! – вставила Тролбэлла. – То есть, простите, я хотела сказать, от злодеев.

Шарлотта была тронута рвением персонажей, но знала, что они только зря теряют время.

– Ладно, довольно разглагольствовать, – сказала она. – Вперёд, спасать мир! Но сначала кто-то должен взять с собой Червесельчака.

Морина стояла неподалёку от моста между мирами в Гномьих лесах. Недавно она отправила в Северное королевство ворону с сообщением для Литературных злодеев о том, что первая часть её плана удалась. Морина велела им вместе со своими армиями встретить её в лесу на рассвете. Тогда-то и начнётся их вторжение в Другой мир.

Странно, но ответного послания с подтверждением Морина до сих пор не получила. Чем дольше она ждала его, тем больше теряла терпение. Наконец, несколько часов спустя, ведьма всё же получила ответ – но не тот, которого ждала.

Земля загудела, деревья закачались – что-то огромное шагало по лесу. Вскоре по округе эхом прокатился топот множества ног. Они были всё ближе и ближе.

Наконец вдалеке показались Злая ведьма Запада, Червонная королева и капитан Крюк со своими армиями. Тысячи Мигунов и карточных солдат стояли в два очень ровных ряда позади своих правителей. «Весёлый Роджер» с неугомонным экипажем парил в небесах, как огромный воздушный шар, а со всех сторон его окружали летучие обезьяны.

Вместе с войсками правители подошли к ведьме.

– Приветствую вас, – сказала Морина. – Признаться, я не ждала увидеть вас раньше рассвета. Надеюсь, вы получили моё послание.

Злая ведьма, Червонная королева и капитан Крюк усмехнулись.

– Получили, но решили, что будет лучше ответить тебе лично, – сказала ведьма.

– Да? – спросила Морина. – Почему? Что-то не так?

– Ничуть, – ответил капитан Крюк. – Мы были очень рады узнать, что ведьмы успешно перешли границу миров. Однако планы изменились. Мы решили не ждать, пока ведьмы ослабят оборону Другого мира, а вместо этого вторгнуться туда немедленно и застать всех врасплох.

Морина пришла в ярость, осознав, что правители сменили план действий, не посоветовавшись с ней. Она так разозлилась, что глаза у неё стали красными, а вены заметно потемнели. И всё же ведьма попыталась сохранить спокойствие, зная, что ругань ни к чему не приведёт.

– Господа, я понимаю, что вы желаете поскорее захватить Другой мир, но молю вас, последуйте плану, который предложила я, – сказала она. – Если мы перейдём в Другой мир прежде, чем ведьмы будут уничтожены, вам придётся сражаться и с ведьмами, и с армиями Другого мира.

– Полагаю, с кучкой ведьмочек мы как-нибудь справимся, – фыркнула Злая ведьма.

– Несомненно, – согласилась Морина. – Но, как я уже объясняла, будет куда проще победить, если мы дождёмся, пока ведьмы погибнут…

– ХВАТИТ МЕДЛИТЬ! – взревела Червонная королева. – Мы хотим захватить Другой мир, и сделать это мы хотим НЕМЕДЛЕННО! Не стой на пути, или погибнешь первой за эту ночь!

Морина знала, что уговаривать их бесполезно. Правители были всё равно что младенцы, желающие сейчас же поиграть с новой игрушкой. Она хотела их остановить, но ей бы не хватило могущества, чтобы самой возглавить Литературную армию.

Она неохотно отступила, позволяя правителям и их войскам пройти к мосту.

Литературные злодеи совершили ужасную ошибку, решив войти в Другой мир раньше времени. Однако Морина знала, что её план всё ещё может удаться. Одному человеку всё же было под силу подчинить себе армию – даже несколько армий. Нужно всего лишь указать этому человеку верный путь.

И потому Морина молчала, изобретая новый план: если она сможет добраться до Алекс прежде, чем все ведьмы сгинут, шанс на успех всё ещё есть…

Глава 16

Слёзы Медузы

Фрогги скакал по заброшенной гномьей шахте и капал слёзы Медузы в глаза статуям. Он с удивлением заметил, что каменных животных в шахте не меньше, чем мужчин, женщин и детей. Все статуи были бледны, тверды, как скала, и застыли с таким ужасом на лицах, что Фрогги никого из них не мог узнать. Он надеялся, что слёзы чудовища рассеят чары и среди спасённых окажутся и близнецы Бейли.

Закончив, Фрогги отошёл на шаг и затаил дыхание. Будто яйца, из которых вот-вот вылупятся цыплята, статуи задрожали и пошли трещинами. Они стали шевелить ногами и руками, поворачивать головы, и камень начал осыпаться, словно тонкая скорлупа. Мужчины, женщины, дети и животные отряхнулись и откашлялись.

Фрогги выдохнул с облегчением, увидев вокруг столько знакомых лиц. Он заметил своих братьев Ченса, Чейза и Чендлера, их жён Золушку, Спящую красавицу и Белоснежку, своих племянниц Надежду и Пеплию. Рядом обнаружились также императрица Эльфина, королева Рапунцель и сэр Уильям, Агетта, Странствующий Торговец, бабушка Шапочки, Старушка из постоялого двора «Башмак», Рук и фермер Робинс, сэр Лэмптон, сэр Грант и солдаты из Прекрасного и Северного королевств. Фрогги увидел даже Корнелиуса, Овсянку, Упряжку и Овса, когда те отряхнулись от камня.

Люди и животные изумлённо оглядели шахту. Последнее, что все они помнили, – горящие глаза ужасного чудовища, и вдруг в следующий миг оказалось, что их тела покрыты осыпающимся слоем камня.

– Что с нами случилось? – спросила Белоснежка.

– Существо по имени Медуза обратило вас в камень, – объяснил Фрогги. – Я капнул её слёз вам в глаза, и чары развеялись!

Все присутствующие изумились ещё больше, когда до них дошло, что перед ними Фрогги.

– Чарли, это ты? – неверяще спросил Ченс.

– Здравствуй, братец! – поприветствовал его Фрогги. – Не представляешь, как я рад видеть всех вас!

Фрогги крепко обнял братьев и невесток, а потом поцеловал каждую из племянниц в щёку.

– Ты выбрался из зеркала! – сказала Золушка. – Но как тебе удалось? Шапочка говорила, что освободить тебя невозможно!

– Я тоже так думал, но, к счастью, ошибся, – ответил Фрогги. – Добраться сюда оказалось очень нелегко, и однажды я расскажу вам об этом, но сейчас я должен срочно найти Алекс и Коннера!

Фрогги огляделся в поисках близнецов, но в шахте их не было.

– Погодите, а где же они? – спросил он.

– Их здесь нет, – ответил Чендлер. – Они отправились в Другой мир.

– А Шапочка? А Джек и Златовласка? – не сдавался Фрогги.

– Там же, с ними, – сказал Чендлер. – Не волнуйся, насколько мы знаем, они живы-здоровы.

– Не понимаю, – пробормотал Фрогги. – Зачем они все переместились туда?

Братья Прекрасные озабоченно переглянулись. Они хотели сообщить Фрогги последние новости, но не знали, с чего начать.

– Ох, Чарли, с тех пор как ты исчез, столько всего ужасного случилось, – сказал Чейз. – Человек в маске украл зелье из покоев умершей Феи-крёстной и с его помощью перемещался в книги из твоей библиотеки. Он собрал страшную армию, которая напала на наш мир и пленила жителей всех королевств. Он едва не казнил членов королевских семей, но, к счастью, Джек со Златовлаской нас спасли и привели сюда, в заброшенную шахту. А после этого войско Человека в маске восстало против него, и теперь у власти трое кошмарных правителей!

– К сожалению, я об этих правителях знаю не понаслышке, – вздохнул Фрогги. – Я видел Злую ведьму, Червонную королеву и капитана Крюка в зеркале в Северном королевстве. И слышал, как они замышляли вторгнуться в Другой мир и захватить его. Потому-то мне и нужно сейчас же найти близнецов – предупредить их, что войско правителей наступает!

– Близнецы отправились в Другой мир собирать собственное войско, – объяснила Спящая красавица. – Джек, Златовласка, Шапочка и Тролбэлла им помогают. Они уже завербовали людей из разных книг, вроде Железного Дровосека из страны Оз, Пропащих мальчишек из Нетландии и Славных друзей из Шервудского леса.

Фрогги показалось, что он ослышался.

– Оз? Нетландия? Шервудский лес? – повторил он. – Да уж, приключений без меня у них явно было хоть куда. И что за войско они собирают сейчас?

– Близнецы решили найти себе союзников в рассказах Коннера, – сказала Рапунцель.

У Фрогги отвисла челюсть.

– Это потрясающе. Но зачем идти на такие крайности? Разве в нашем мире не хватит народу для сражения с Литературной армией? Наверняка Совет фей мог бы как-нибудь помочь…

– Совет фей обратили в камень задолго до нас, – вздохнул сэр Лэмптон. – В первую очередь Литературная армия атаковала именно Королевство фей. Они напали внезапно, под покровом ночи, и мы совсем ничего не смогли поделать.

Фрогги знал, что дела плохи, но не догадывался, что настолько. Он сел на камень, пытаясь осознать масштабы беды.

– Просто чтоб вы знали, позвольте напомнить, что я всё это предвидел! – сказал Странствующий торговец. – Помните, как я с помощью камешков Пропащих мальчишек предсказывал будущее? Я так и сказал – миры столкнутся! И глядите, что вышло, – столкнулись, и ещё как!

Агетта закатила глаза.

– Замолчи уже, старый хрыч, – фыркнула она. – Если ты у нас такой ясновидящий, чего ж ты про Литературную армию нас не предостерёг? Или про чудовище, которое нас всех превратило в камень?

Несмотря ни на что, Фрогги всё равно должен был предупредить близнецов о планах Литературной армии. Он вскочил на ноги, как никогда стремясь отыскать друзей.

– Мне нужно попасть в Другой мир, – сказал он. – Как близнецы это делают?

Агетта оглядела шахту и подняла с земли изумрудную книгу «Страна сказок».

– С помощью вот этого, – ответила она и дала книгу Фрогги. – Они капнули на неё портального зелья, и теперь, если книгу открыть, со страниц бьёт яркий луч света. Если шагнуть в него, окажешься в Другом мире.

– Спасибо, – сказал Фрогги. – Надеюсь, я успею вовремя.

– Хочешь, мы отправимся с тобой? – предложил сэр Грант.

– Нет, этому миру вы нужны больше, – ответил Фрогги. – Как только Литературная армия окажется в Другом мире, вы должны воспользоваться этим и освободить свой народ из Северного королевства. Ещё в нескольких милях к востоку отсюда у реки есть дом. Там в подвале вы найдёте пропавших детей из Углового и Прекрасного королевств. Заберите их с собой и верните семьям.

Правители и солдаты закивали, радуясь, что смогут снова послужить на благо своего народа.

Рук шагнул вперёд.

– Я хочу с вами, – сказал он. – Если Алекс хоть что-то угрожает, я готов на всё, чтобы помочь ей.

– Ни в коем случае, – возразил фермер Робинс. – На её мир вот-вот нападёт огромное войско, Рук! Это слишком опасно! Я не позволю тебе так рисковать собой!

– Ты не понимаешь, я должен! – воскликнул Рук. – Отчасти во всём этом виноват именно я. Если бы я не привёл Великую армию к королевским семьям, Человеку в маске так и не удалось бы выкрасть портальное зелье! Я предал Алекс и с тех пор живу под страшным гнётом вины. Может быть, это мой последний шанс искупить её. Так что я пойду, и тебе меня не остановить.

Фермер Робинс увидел решимость в глазах Рука, услышал её в его голосе и понял, что спорить бесполезно. А потому больше не стал возражать, а только крепко-крепко обнял сына.

– Береги себя, – проговорил он со слезами. – Ты один у меня остался.

– Хорошо, – пообещал Рук и обнял отца в ответ.

– В одном твой отец прав, – сказал сэр Грант. – В Другом мире станет гораздо опаснее, когда там окажется Литературная армия. Даже если близнецам удалось собрать войско для сражения, не стоит вам двоим в одиночку туда отправляться.

Фрогги был совершенно согласен.

– Мы возьмём с собой Совет фей, – ответил он. – У меня как раз хватит слёз Медузы, чтобы их расколдовать. Но нужно спешить – возможно, армия уже сейчас направляется в Другой мир.

– Тогда в Королевство фей поедем на Корнелиусе, – предложил Рук. – Он доставит нас туда быстрее любого коня на свете.

Рук присвистнул, и из толпы животных выступил пухленький единорог. Корнелиус любил, когда его хвалили, и поэтому высокомерно заржал. Овсянка, Овёс и Упряжка недовольно заворчали – ничто так не раздражает, как самовлюблённый единорог.

– Отлично, – подытожил Фрогги. – Выдвигаемся сейчас же.

Фрогги с Руком забрались на Корнелиуса и выехали из шахты. Единорог помчался вперёд, как гоночная машина. Они миновали Гномьи леса, поскакали по Прекрасному королевству и меньше чем за два часа добрались до Дворца фей – вернее, до его развалин.

Разрушения были ужасны. Золотые колонны и арки чудесного дворца были разнесены на куски пушками «Весёлого Роджера». Прекрасные сады сгорели дотла. Посреди руин Фрогги, Рук и Корнелиус нашли статуи Розетты, Тангерины, Ксантуса, Эмеральды, Скайлин, Виолетты и Кораллы. Члены Совета фей были бледны, неподвижны и застыли с ужасом на лицах – совсем как беженцы в шахте.

– Что за чудовище способно сотворить такое? – спросил Рук.

– Это не её вина, – ответил Фрогги. – За одним чудовищем стояли другие – их и стоит во всём винить.

Фрогги спрыгнул со спины Корнелиуса и подошёл к статуям с пузырьком слёз Медузы. Он уже хотел капнуть слезу в каменный глаз Эмеральды, но тут у него за спиной послышались шаги. Фрогги обернулся и увидел, что к ним идут странного вида мужчины.

– Быстро, – шепнул он. – Нужно спрятаться.

Фрогги, Рук и Корнелиус укрылись за обрушенной колонной, хотя единорогу скрючиться за ней оказалось не так-то просто. Они наблюдали, как мужчины заходят в руины дворца. Всего их было одиннадцать – все в рыцарских доспехах и с мечами наголо. У них были и щиты, но герба Фрогги не узнал.

– Кто это? – шепнул Рук.

– Понятия не имею, – ответил Фрогги. – Такого королевства я не знаю…

– Ни с места!

Фрогги, Рук и Корнелиус испуганно обернулись и увидели, что к ним тайком подобрался сзади двенадцатый рыцарь. Это был очень красивый хорошо сложённый юноша. Он поднёс меч почти вплотную к их лицам.

– Я нашёл в руинах парочку негодяев! – объявил он другим рыцарям.

– Ты кого это негодяем назвал, позволь спросить? – возмутился Фрогги.

– Да ты хоть понимаешь, с кем разговариваешь? – оскорбился рыцарь.

– Да ты сам-то хоть понимаешь, с кем разговариваешь? – парировал Фрогги.

– Я, между прочим, король! – заявил рыцарь.

– Я, между прочим, тоже! – не остался в долгу Фрогги.

– Значит, именно ты в ответе за разрушение этого дворца! – воскликнул рыцарь и вскинул меч.

– Арти, завязывай уже, он за нас!

Всего за миг до удара Фрогги спас знакомый хриплый голос. Он оглядел пепелище и увидел, что к ним идёт пожилая пара. Едва заметив старушку, Фрогги тут же её узнал.

– Матушка Гусыня! – завопил он.

– Здравствуй, Чарли! – сказала она. – Давненько не виделись!

Матушка Гусыня жёстко, но дружелюбно хлопнула его по спине.

– Эй, Мерлин, – позвала она старика, который шёл за ней. – Про этого парнишку я тебе рассказывала. Принц, которого превратили в лягушку, потом похитили на его собственной свадьбе, а потом забросили в волшебное зеркало!

– О, мой бедный, несчастный друг, – сказал Мерлин и яростно затряс руку Фрогги. – Как же я рад наконец-то с вами познакомиться! И, прошу, примите мои соболезнования – вам по жизни крепко досталось.

– Эй, Чарли, а как ты из зеркала-то вылез? – спросила Матушка Гусыня.

– Сбежал, – ответил он. – Длинная история… А вы где пропадали?

– Да вот, переехала в другое измерение, – ответила Гусыня. – Мы с Алекс застряли в мире Камелота, пока гонялись за Человеком в маске. Я как увидела вот этого красавца, сразу поняла, что пришло время остепениться.

Матушка Гусыня кокетливо посмотрела на Мерлина, а он поцеловал ей руку.

– Минуточку, вы хотите сказать, что это – настоящий Мерлин? – потрясённо спросил Чарли.

– Единственный и неповторимый, – ответила Матушка Гусыня. – А это наш оруженосец Арти… ой, то есть король Артур! Прости, Арти, я так, по привычке.

– Ты – король Артур? – удивился Фрогги.

Артур тут же насупился.

– А тебя что-то не устраивает? – ответил он.

– Да нет, – пробормотал Фрогги. – Ты просто такой… молодой. Я всегда представлял себе короля Артура мужчиной постарше, суровым, хмурым и с бородой.

– Арти должен был стать королём гораздо позже, – объяснила Матушка Гусыня. – Но у него начались кошмары об Алекс, и он хотел её проведать. Я сказала, что доставлю его к ней, если он закончит обучение. Я и не думала, что он всерьёз, но этот парень всего за пару дней вытащил меч из камня и основал Орден рыцарей Круглого стола!

– Рыцари куда легче на подъём, когда они подростки, – заметил Артур.

– Ни про какой круглый стол мы не слышали, но других дел всё равно не было, – сказал один из рыцарей и пожал плечами.

– Ага… А как, кстати, тебя зовут?

– Ланселот, ваше величество, – ответил тот. – В общем, мы решили, что крестовый поход – штука весёлая, потому мы и здесь.

Рук оглядел Артура с головы до пят. Рядом с юным королём ему сразу же стало неуютно.

– Так вы с Алекс, значит, друзья? – поинтересовался он.

– Я бы сказал, очень и очень хорошие знакомые. – Артур многозначительно усмехнулся.

– А вот со мной у неё был первый поцелуй, – похвастался Рук.

– А со мной будет последний, – отрезал Артур.

Рук взвыл и кинулся на Артура с кулаками. Одним быстрым движением Артур перебросил Рука через плечо и придавил сапогом к земле.

– Мальчики, довольно! – сказал Мерлин. – У нас нет времени на подростковые любовные треугольники – в этой истории полно забот посерьёзнее.

– Кстати об этом: что за кошмар случился с Дворцом фей? – встряла Матушка Гусыня. – Это место похоже на Помпеи под Новый год! А у фей лица теперь ещё каменнее, чем обычно, да и всё остальное тоже! Чарли, что за ад в этом мире творится?

Фрогги тяжело вздохнул.

– На Дворец напала страшная армия литературных персонажей, – объяснил он. – Злая ведьма из страны Оз, Червонная королева из Страны чудес и капитан Крюк из Нетландии объединились и захватили все королевства! А теперь нацелились и на Другой мир. Я спешу предупредить близнецов, что армия уже наступает.

– Значит, это был не сон, – сказал Артур. – Алекс и правда в беде! Нужно выручить её!

– Ладно, ладно, спокойно, – сказала Матушка Гусыня. – Арти, давай со своим «я же говорил» как-нибудь потом, сейчас нам нужно поскорее добраться до Другого мира и помочь близнецам. Веди, Чарли, – мы с тобой!

– Очень рад это слышать, – сказал Фрогги. – Но для начала мне нужно, чтобы члены Совета фей пришли в себя.

– Удачи, – фыркнула Матушка Гусыня. – Я много веков пытаюсь этого добиться, но всё никак.

Фрогги попрыгал к статуям и капнул каждой в глаза по слезе Медузы. Как и остальные в шахте, члены Совета фей зашатались, задрожали и затрещали. Блеснуло семь ярких разноцветных вспышек, и камень, покрывавший их тела, разлетелся на части. Феи оказались на свободе. Они потрясённо оглядели свой разрушенный дом. Эмеральда, однако, сохранила самообладание, как и всегда. Будто всё проведённое в камне время она только тем и занималась, что обдумывала план действий, глава Совета фей точно знала, что нужно делать дальше.

– Алекс, – твёрдо сказала она. – Нужно найти Алекс.

Глава 17

Столкновение миров

За пару часов с тех пор как ведьмы захватили Центральный парк, отряд морпехов под командованием генерала Уилсона увеличился вдвое, и с военных баз по всей стране к ним уже отправили ещё подкрепление. Солдаты выстроились по периметру вокруг парка, а на балконах пентхаусов с разных его сторон расположились снайперы. Ничто не смогло бы ускользнуть из парка без их ведома – впрочем, и пробиться через волшебный щит Алекс тоже вряд ли кому-нибудь бы удалось. За всю ночь силовое поле исчезло всего раз, но восстановилось так быстро, что морпехи решили к нему не подходить.

Увы, своих солдат генерал Уилсон разместил не там, где следовало. До готовности ведьминского пряничного войска оставалось ещё несколько часов. Истинная угроза подстерегала морпехов со спины – но, когда они заметили её, было уже поздно.

– Сэр, хорошие новости! – доложил один солдат генералу.

– Что такое?

– Мы нашли Корнелию Гримм, – ответил солдат. – В течение часа она будет здесь.

– Благодарю, сержант, – сказал генерал. – Уведомите меня сразу же, как она прибудет.

Внезапно вся Пятая авеню задрожала, будто при землетрясении. Морпехи обыскали улицу, пытаясь выяснить, что вызывает тряску, но не заметили ничего необычного. И тем не менее, чем ближе они подходили к Нью-Йоркской публичной библиотеке, тем сильнее дрожала земля.

Стоило им приблизиться к ступеням здания, как раздался оглушительный взрыв, и все морпехи припали к земле. Они посмотрели наверх и увидели, как сквозь крышу библиотеки проламывается и взмывает в небо огромный пиратский корабль. За ним последовала целая стая крылатых существ – как будто бы обезьян. В тот же миг из полуразрушенных дверей библиотеки вырвалось войско солдат странной формы с мечами и посохами наголо.

– Генерал, нас снова атакуют! – закричал морпех. – Что прикажете?

Генерал Уилсон потрясённо смотрел, как литературные персонажи выходят из библиотеки. Судя по всему, ведьмы были ещё только цветочками, и впервые за этот вечер генерал засомневался, что им удастся пережить ягодки.

– Сэр, что прикажете? – повторил морпех.

– Молитесь, сержант, – велел генерал. – Теперь это всё, что мы можем.

Над Нью-Йорком восходило солнце, а над севером Нью-Джерси парила целая процессия вымышленных летательных аппаратов. Огромный звездолёт, гигантский дирижабль, цветастый самолёт и летучий пиратский корабль несли семью, друзей и персонажей Коннера в Имперский штат.

– Пора подыскать площадку для посадки, – сказала Шарлотта, выглядывая из дирижабля. – Смотрите, Остров Свободы! Отлично подходит!

Мэг показала ей большие пальцы и степенно опустила дирижабль на лужайку позади Статуи Свободы. Как только «Чарли Чаплин» приземлился, вслед за ним сели также «π-ρ-г», «Долли-Лама» и Смело-лёт.

Шарлотта, Боб, Тролбэлла, Железный Дровосек и Лестер летели на дирижабле с Бо Роджерсом и Мэг. К сожалению, им также приходилось делить транспорт с Костяшиком и всеми мумиями из пирамиды Анестезии. После долгого путешествия по всей стране запах в набитом мумиями дирижабле стал почти невыносим. Тролбэлла распахнула дверь и выскочила наружу раньше, чем дирижабль успел остановиться.

– Троблиновы небеса, свежий воздух! – простонала она. – Этот трупный смрад никогда из моей одежды не выветрится! От меня воняет, как изо рта у Чудовища Бри!

Корабль «π-ρ-г» опустил трап, и по нему наружу вышли сначала Королева, затем командир Тритонс, а потом и войско киборгов. Капитан Рыжая Салли пинком сбросила сходни и сошла с «Долли-Ламы», а следом за ней – адмирал Джейкобсон, их экипаж, Славные друзья и Курица с розарием. Куколка Червесельчака висела наверху мачты рядом с флагом.

Смелейство выдвинули из Смело-лёта трап и спустились вниз вместе с профессором Портмоне, Блубо, Питером Пэном и Пропащими мальчишками.

– Это! Было! Шикарно! – выкрикнул Задавака. – А можно ещё покататься?

– Думаешь, это было быстро? Да ты ещё не видел смело-ракету, которую наш отец строит! – похвастался Гром.

Пропащим мальчишкам летать на Смело-лёте очень понравилось, и только Питер Пэн загрустил.

– Питер, что с тобой? – спросил его профессор Портмоне.

– Ерунда, – вздохнул Питер. – Просто я никогда не думал, что люди изобретут машины, на которых смогут летать. Ведь если все это умеют, получается, я уже и не нужен никому.

– Милый мальчик, как ты думаешь, за кем человечество пыталось угнаться все эти годы? – с улыбкой сказал ему профессор.

Когда все вышли из летательных аппаратов, Шарлотта взяла папку с рассказами Коннера, книгу сказок и портальное зелье и повела персонажей к травянистому полю у Статуи Свободы. На другом берегу Гудзона они увидели остров Манхэттен, а где-то над Мидтауном – клубы дыма. Присмотревшись, они заметили, что меж городских небоскрёбов летают «Весёлый Роджер» и летучие обезьяны.

– О нет! – ахнула Шарлотта. – Литературная армия уже здесь!

– И что нам теперь делать? – спросил Боб.

– Пытаюсь придумать, – ответила Шарлотта. – Ты удивишься, но войн я раньше никогда не планировала!

В этот миг изумрудная книга вдруг засветилась у неё в руках. Шарлотта бросила сборник сказок на траву, и он распахнулся, ударив в небо лучом света, из которого выпрыгнул Фрогги. Оглядев Остров Свободы, увидев Статую и очертания Манхэттена, он разинул рот.

– Так вот он какой, Другой мир, – потрясённо сказал Фрогги. – Не пойму даже, с чего близнецам захотелось его покинуть.

– Фрогги, ты как сюда попал? – спросила Шарлотта. – Близнецы говорили, ты заточён в волшебном зеркале!

– Здравствуйте, миссис Гордон, – поздоровался Фрогги. – Я был бы счастлив задержаться и с вами поболтать, но мне сейчас же нужно поговорить с близнецами! Не знаете, где они?

Шарлотта указала на Манхэттен.

– Где-то там.

Фрогги взглянул на остров, увидел дым, обезьян и «Весёлого Роджера» над Мидтауном.

– Армия уже здесь! – воскликнул он. – Мы опоздали!

– То есть ты пришёл не один? – уточнила Шарлотта.

Не успев договорить, она уже получила ответ. Ровным строем из луча вышли Матушка Гусыня, Мерлин, Артур и рыцари Круглого стола. Затем на лужайку выпрыгнул Рук верхом на Корнелиусе, а потом и семеро членов Совета фей.

– Только поглядите на этот цирк, – сказала Матушка Гусыня, оглядев остров. – Это персонажи из рассказов Коннера, или меня опять на фестиваль «Горящий человек» занесло?

Лестер был просто счастлив увидеть Матушку Гусыню. Он радостно захлопал крыльями, и они обнялись.

– Га! – заявил гусак и уткнулся клювом ей в шею.

– Я по тебе тоже скучала, Лестер, – сказала Матушка Гусыня. – Ну серьёзно, на пару недель вас одних оставить нельзя – сразу конец света начинается!

– Как же я рада вас видеть, – сказала Шарлотта. – Нам очень пригодится ваша помощь. На Нью-Йорк напали! Ведьмы и Литературная армия пробрались в Другой мир!

– Ведьмы? – изумилась Эмеральда. – А они что забыли в Другом мире?

– Полагаю, то же, что и армия, – ответила Матушка Гусыня. – Брось, Эмеральда, нечему тут удивляться. Ведьмы есть ведьмы, это все знают.

– Неделю назад они похитили Алекс и как-то её околдовали, – объяснила Шарлотта. – Коннер с друзьями вчера отправился в город её искать, но теперь мы совсем не знаем, где они оба. А перед похищением Алекс помогла Коннеру собрать из его рассказов войско, чтобы сразиться с Литературной армией. Только у меня маловато опыта, чтобы его возглавить.

Человек с врождёнными лидерскими способностями здесь пришёлся как никогда кстати. Артур посмотрел на Мерлина, и волшебник кивнул – пришло время юному королю проявить себя. Артур взобрался на постамент Статуи Свободы и присвистнул, чтобы его заметили.

– Послушайте, – сказал он. – Нам нужно найти пропавших и победить целое войско. Если мы будем и дальше стоять здесь и считать ворон, у нас не выйдет ни то, ни другое. Поэтому давайте всё по порядку. Лестер, сделай круг над городом, может быть, заметишь Алекс или её брата. Если увидишь что-нибудь важное – тут же возвращайся.

Лестер отсалютовал королю и мгновенно упорхнул.

– Остальные – нам нужно разделиться на четыре отряда, – продолжал Артур. – Первый отряд пойдёт за ведьмами, второй – за капитаном Крюком и его пиратами, третий – за Злой ведьмой, Мигунами и летучими обезьянами, а четвёртый выследит Червонную королеву и её карточных солдат.

Персонажи растерялись. Они понятия не имели, что это за парень и с чего вдруг он так раскомандовался.

– ПОЗВОЛЬ СПРОСИТЬ, ТЫ КЕМ ЭТО СЕБЯ ВОЗОМНИЛ? НЕУЖТО КОРОЛЁМ АНГЛИИ? – крикнул Робин Гуд.

– Собственно, это именно он и есть, – объявила Матушка Гусыня. – Познакомьтесь, господа – король Артур! Он только что вытащил меч из камня в Камелоте!

– О, – ответил Робин Гуд. – В ТАКОМ СЛУЧАЕ, ПРОШУ, ПРОДОЛЖАЙ!

Артур молча проглотил дерзость и начал строить планы.

– Перед тем как мы отправимся штурмовать город, крайне важно понять, как нам победить врагов, – сказал он. – Кто-нибудь знает, как одолеть Крюка, королеву или ведьму?

На Острове Свободы стало очень тихо – все задумались. Пропащие мальчишки, Блубо и Дровосек всегда мечтали победить злодеев, но понятия не имели, как именно это делается.

– Боже, как же давно я читала эти книги, – вздохнула Шарлотта.

– Ой, я знаю! – воскликнул Бо. – Нет, погодите… забудьте, это они в фильме их так победили, а в книге по-другому было.

– Ну же, – подбодрил их Артур. – Наверняка же хоть кто-то из вас что-то знает об их слабостях!

К изумлению остального экипажа, руку подняла Сомиха-Сэнди.

– Господин Бейли знал, как победить Дымного Дэвида, – сказала она. – Наверняка он уж точно знает, как одолеть ведьму, королеву и капитана!

– Ох и дурочка ты, – вздохнула Прибой-Полли. – Господин Бейли сам придумал Дымного Дэвида – ясное дело, он знал, как его победить. Но капитана, королеву и ведьму-то придумал не он.

– Кто же тогда их создатель? – спросил Артур. – Нужно сейчас же поговорить с ним!

– Не получится, – сказал Боб. – Джеймс Барри, Льюис Кэрролл и Лаймен Фрэнк Баум уже много десятилетий как мертвы.

Шарлотта не хотела так сразу сдаваться и потому задумалась, как поступили бы Алекс и Коннер. Её внимание привлекли папка с рассказами сына и фляжка с портальным зельем.

– Погодите. Может быть, мы и сможем с ними поговорить. Если мы напишем рассказ, где авторы историй оживают, то сумеем с помощью портального зелья в этот рассказ переместиться и спросить у них, как победить их персонажей!

– Святая Мэри Шелли, – выдохнула Матушка Гусыня. – Это гениально и аморально – очень в моём стиле!

– Я с удовольствием нарушу парочку нравственных правил ради спасения мира, – сказала Шарлотта. – У кого-нибудь есть ручка?

Бо Роджерс вытащил из кармана перьевую ручку и вручил Шарлотте. Она села на землю и быстро записала на пустой странице в папке Коннера короткий рассказ, который тут же и придумала. Закончив, Шарлотта капнула на страницу зелья, и новый луч света забил в небо.

– Ну что ж, была не была, – сказала Шарлотта и шагнула в луч.

Она оказалась в ярком и бесконечном пространстве. Слова рассказа завихрились в воздухе вокруг неё. Шарлотта изумлённо смотрела, как они вытягиваются и обретают цвет и форму. Вскоре она оказалась в тёмной комнате с тремя пустыми стульями. Имена «Джеймс Барри», «Льюис Кэрролл» и «Лаймен Фрэнк Баум» превратились в своих владельцев, и писатели возникли из ничего прямо у неё на глазах.

– Здравствуйте, господа, – обратилась к ним Шарлотта. – Нам нужно поговорить.

Глава 18

Феи против ведьм

Телефон Бри разрядился, и Коннер с друзьями окончательно потеряли счёт времени. По ощущениям они провели в леденцовой клетке уже целую вечность, но непонятно было, в самом ли деле время тянется медленнее или им лишь так кажется. Все остальные – и беглецы, которых они повстречали возле фонтана, и пленники в других клетках – сидели тихо. На все происходящие вокруг ужасы они взирали так, будто оказались в ловушке в ночном кошмаре и никак не могли очнуться.

С тех пор как их посадили в клетку, Златовласка ни на секунду ни присела. Она не сводила взгляда с Героя, который болтался в слинге на груди Крысы-Мэри. В конце концов младенец проголодался и начал плакать. Вместо того чтобы вернуть его матери, Мэри попыталась дать Герою бутылочку с ярко-зелёным эликсиром – зельем, которого ни Коннер, ни его друзья не знали. Герой понюхал незнакомую жидкость и благоразумно не стал её пить.

– Умница, – прошептала Златовласка.

Когда печи заполнились пряничными солдатами, ведьмы дали детям-скаутам новое задание – оттащить все котлы и противни к краю Большой лужайки, а на их месте грудами разложить конфеты. Затем ведьмы вручили скаутам инструменты для сварки и приказали им мастерить из сладостей оружие. Дети стали делать мечи из карамели, топоры из леденцов, хлысты из лакрицы, цепи с ядрами из карамельных яблок, нунчаки из мармеладных мишек. Готовые изделия скауты складывали в центре лужайки, и с каждым часом арсенал всё разрастался.

Сказать, что дети устали, значило ничего не сказать – удивительно, что они вообще ещё держались на ногах. С тех самых пор как Коннер с друзьями оказались в лагере ведьм, бедные дети трудились без продыху. Многие из них временами начинали клевать носом, но тут же просыпались, прежде чем ведьмы успевали заметить это и наказать их. Коннер был слишком взбудоражен, чтобы спать, но при виде сонных скаутов и сам ощутил прилив усталости. Он прислонился к леденцовым прутьям клетки и невольно заснул – и заснул крепко-крепко.

Коннеру приснилось, что он вернулся в свой прежний район и перед ним дом, где он когда-то жил. Не тот, куда переехали близнецы после смерти отца, а тот, где они обитали ещё при его жизни. Дом был бело-голубой и с таким множеством окон, что казалось, он приветливо улыбается. Передний дворик был необычайно ухожен, и на нём рос большой дуб, на который близнецы в детстве очень любили залезать.

Забыв про все кошмары, что происходили в реальности, Коннер улыбнулся.

– Наверное, я из-за чего-то волнуюсь, – сказал он сам себе. – Этот дом мне снится, только когда мне грустно.

По извилистой дорожке Коннер прошёл через мамин розовый сад и вошёл в дом. Внутри он ожидал увидеть уютную гостиную с ворсовыми диванами, маленьким белым пианино и всей прочей мебелью, которую им пришлось продать при переезде. Но комнату было почти не узнать, потому что вся она была сплошь усеяна бумажными листами. Рукописные заметки были приколоты к стенам, к диванам, разбросаны по полу и всем остальным поверхностям. Самой комнаты под ними было и не видно.

– Странно, – пробормотал Коннер. – Видимо, я перед сном что-то не то съел, раз мне такая ерунда снится. Интересно, что всё это значит.

Почерк на всех записках был одинаковый и очень знакомый, но не его собственный. Коннер сорвал один листок со стены и прочитал, что там написано:

Коннер,

Я много дней пыталась с тобой связаться, но мы всегда спим в разное время. Если всё станет так плохо, как я думаю, уверена, рано или поздно тебе приснится наш старый дом – он всегда тебе снится, когда ты волнуешься. Прости, что устроила в твоём подсознании такой беспорядок, но я должна была донести до тебя это послание.

Возможно, тебе будет непросто это читать, но прошу, выслушай меня. Как ты уже знаешь, меня прокляли – вероятно, сильнейшим проклятием в истории. Оно превратило меня в человека злого, мстительного и несчастного. Ведьмы как будто сделали из меня Эзмию – и теперь я начинаю подозревать, что именно они и были виновны во всём, что с ней произошло.

Хуже того, ведьмы нашли способ полностью контролировать меня, чего с Колдуньей им не удалось, – и это больше всего меня тревожит. Они уже вынудили меня натворить много зла, но я никогда не смогу простить себя, если причиню вред любимым людям. Поэтому я прошу, я молю тебя – не позволь ведьмам заставить меня это сделать. Проклятие тебе не снять, но ты можешь помешать мне совершить немыслимое – и для этого тебе придётся остановить меня.

Я понимаю, что прошу очень многого, и подобное бремя не должен нести ни один брат на свете, но только тебе я могу это доверить. Ты видел, на какие чары я способна, когда мне плохо, и если ведьмы получат власть над ними, весь Другой мир может погибнуть. Поэтому ты и только ты должен это предотвратить. Лишив жизни меня, ты спасёшь миллионы людей, и мы оба знаем, что эта жертва того стоит.

У меня была чудесная жизнь, Коннер. О таких приключениях, которые были у нас с тобой, я могла только мечтать. Я и представить себе не могу лучшей семьи, лучших друзей, лучших воспоминаний. Поэтому я готова по доброй воле и без колебаний «вернуться к магии». Я буду рада наблюдать за тобой и мамой вместе с папой и бабушкой.

Я всем сердцем тебя люблю и очень горжусь тем, что ты мой брат.

Алекс

Коннер понял, что всё это – нечто гораздо большее, чем просто сон. Он разорвал записку, будто тем самым мог уничтожить и просьбу Алекс, но на каждом листке в комнате было то же самое. Коннер носился по дому и рвал каждую бумажку, которую видел, но послание оставалось ясным и отчётливым – Алекс просила Коннера её убить.

Даже во сне от мысли навредить сестре сердце Коннера бешено заколотилось, и на лице у него выступил пот. Вскоре он почувствовал, как две пары рук его трясут, пытаясь разбудить.

– Коннер, очнись! – воскликнул Джек.

– Простите! – выдохнул Коннер и быстро сел. – Долго я спал?

– Пару часов, – ответила Бри. – А потом в тебя как будто дьявол вселился!

– Мне приснился кошмар, но это был не просто сон, – сказал Коннер. – Алекс попыталась связаться со мной. Она весь наш старый дом завалила письмами, в которых просила меня убить её! Она думает, что только так можно спасти Другой мир!

– Кошмар! – ахнула Шапочка. – Если человек опасен, это не значит, что его обязательно нужно убивать! Вспомните Злую королеву… нет, погодите, наверное, то зеркало даже хуже смерти… Ну вспомните тогда Колдунью… нет, забудьте… Но вот генерал дю Марки… ой, он ведь и правда умер… Зато Человек в маске… ах, и он тоже… Простите, мне почему-то казалось, что примеров полным-полно. А знаете, может, Алекс в чём-то и права…

– Мы не станем убивать мою сестру, – отрезал Коннер. – Я не желаю верить, что разрушить проклятие невозможно! Просто сейчас оно влияет на её чувства, и поэтому она спешит с выводами. Мы найдём способ ей помочь.

– Да, найдём, – твёрдо сказала Златовласка. – Я отлично знаю, что сейчас происходит у Алекс в голове. Не так давно и со мной было так же. Ей страшно, стыдно, совестно, она думает, что пути назад уже нет. Но, к счастью, у Алекс есть мы, и мы ей поможем.

– Точно! Златовласка! – Красная Шапочка прищёлкнула пальцами. – Вот какой пример я хотела привести! Она была одинокой, несчастной воровкой с кошмарным характером, когда мы познакомились. Но благодаря дружбе со мной она начала новую жизнь и стала общительной, счастливой и уравновешенной девушкой.

Златовласка вздохнула.

– Что тут скажешь? Тебе одной, Шапочка, за всё спасибо.

– Пожалуйста, – ответила Шапочка. – И помочь Алекс мы должны точно так же, как я помогла Златовласке. Если она так хочет, чтобы её убили, нужно просто залюбить её до смерти.

Коннер с друзьями вежливо покивали и отвернулись, надеясь, что Шапочка больше не предложит никаких нелепых идей. Они увидели, как на западной стороне Большой лужайки Уголина осматривает гигантские печи. Пряничные солдаты готовились уже много часов, и Коннер задумался, сколько ещё времени это займёт. Уголина злорадно загоготала и позвонила в большой колокольчик.

– Ваши величества, наше войско готово! – объявила она.

Снежная королева и Морская ведьма поднялись с тронов и зловеще усмехнулись.

– Выпускай солдат! – велела королева. – И построй детей в ряды. Пусть они поприветствуют армию, которую создали.

Ведьмы согнали скаутов вместе и заставили их выстроиться перед печами. Уголина открыла заслонки у каждой, и в воздухе заклубился дым. Будто в ужастике, сотни пряничных солдат стали медленно выбираться из дымных печей, как зомби, и стонать, как призраки неупокоенных душ. Они были высокие, тела их обгорели, а позади себя солдаты оставляли след из крошек.

– Вы, должно быть, голодны, – прошипела Морская ведьма. – Перекусите немного, наберитесь сил перед битвой.

Пряничные солдаты зашагали к скаутам. Дети попытались отступить назад, но не смогли сдвинуться с места. Они посмотрели вниз и обнаружили, что Паучина сбрызнула траву своей паутиной – ноги детей прилипли к земле. Коннер с друзьями не сразу поняли зачем, но, когда солдаты начали наступать на скаутов, всё стало ясно.

– Они хотят скормить детей солдатам! – воскликнул Коннер.

– Ужас! – взвизгнула Шапочка.

– Кошмар! – выкрикнула Златовласка.

– Нужно им помешать! – сказала Бри.

Коннер с друзьями вскочили и стали сотрясать прутья клетки, но те не шелохнулись. Скауты закричали, а солдаты подходили всё ближе. Они распахнули широкие рты и обнажили острые ирисовые зубы.

– Алекс, ты должна им помочь! – завопил Коннер. – Моя любимая сестра даже под любым проклятием никогда бы не позволила никому сожрать беззащитных детей! Ты должна бороться! Ты должна их спасти!

На короткий миг лицо Алекс дрогнуло. Она нахмурила брови, сжала челюсти и кулаки. Коннер чувствовал, что она всеми силами борется с проклятием. Её светящиеся глаза начали гаснуть, развевающиеся волосы – опадать, и щит, который она удерживала над парком, замерцал, как лампочка, а затем совсем исчез.

– Не отвлекайся! – рявкнула на неё Снежная королева. – Держи щит!

Приказ дал проклятию новую силу. Лицо Алекс снова стало бесстрастным, глаза засверкали ярче прежнего, волосы снова взмыли вверх, и щит вновь появился над Центральным парком. Но тех коротких мгновений, когда волшебного силового поля не было, хватило, чтобы несколько давних знакомых успели проскользнуть внутрь. Всего за миг до того, как пряничные солдаты набросились на детей, из-за деревьев выскочила пёстрая компания.

Матушка Гусыня вместе с Мерлином летели над лужайкой на спине Лестера, а рядом с ними парил в воздухе Совет фей. Фрогги с Руком ехали на Корнелиусе, а Артур с рыцарями Круглого стола выбежали на площадку на своих двоих. Коннер с друзьями пришли в изумление и восторг, увидев друзей.

– Мне чудится, или это Матушка Гусыня с Советом фей? – спросил Джек.

– Именно они, и как никогда вовремя! – воскликнула Златовласка.

– А с ними Чарли! – закричала Шапочка, не веря своим глазам.

– Как такое возможно? – поразился Коннер. – Феи ведь превратились в камень, Матушка Гусыня была в Камелоте, а Чарли – в волшебном зеркале!

– Да какая разница? – гаркнула Шапочка. – После всей той дряни, что мы пережили, просто радуйтесь хоть каким-то приятным сюрпризам!

Скауты понятия не имели, кто все эти люди, но пряничные солдаты отвлеклись на них и съесть детей уже не пытались. При виде незваных гостей ведьмы разъярились не на шутку. Они слишком далеко зашли, чтобы теперь позволить хоть кому-то им помешать. Снежная королева, Морская ведьма, Уголина, Древина, Паучина, Змеина и Крыса-Мэри выстроились вдоль южного края Большой лужайки, не позволяя никому подойти ближе. Остальные при виде Совета фей съёжились от страха и спрятались за печами.

Феи, Матушка Гусыня, Мерлин и Лестер приземлились на лужайку прямо перед ведьмами. Фрогги, Рук, Корнелиус, Артур и рыцари подошли к феям и встали по обе стороны от них. Несколько мгновений феи и ведьмы сверлили друг друга взглядами молча.

– Отпустите детей и немедленно сдавайтесь! – потребовала наконец Эмеральда.

– А иначе что? – поинтересовалась Снежная королева.

– Иначе мы заберём их сами, – ответил Ксантус.

Ведьмы переглянулись и самодовольно расхохотались.

– Да неужто? – спросила Морская ведьма. – И как именно вы намерены это сделать? Помнится, феям дозволено использовать чары только в помощь другим.

– Я тебя умоляю, – фыркнула Матушка Гусыня. – Законы пишем мы, и если захотим, нарушать их мы можем точно так же легко.

– Это последнее предупреждение, – сказала Скайлин. – Вы признаете поражение и вернётесь в королевства, где вам и место.

– Не стоит усугублять всё ещё больше, – добавила Тангерина.

– Ведьмы не станут возвращаться в старый мир! – взвизгнула Снежная королева. – Нам осточертели ваши правила, ограничения и законы! Ваш род многие столетия угнетал нас, и мы покинули королевства прежде, чем вы успели стереть нас с лица земли! Мы нашли себе новый мир, будем править им как нам вздумается, и феям в нём места нет!

– Похоже, вы по ошибке приняли за притеснение наше милосердие к вам, – ответила Эмеральда. – Желай мы уничтожить вас, мы сделали бы это давным-давно. Вы живы лишь благодаря нашему великодушию, не более того. Мы вас никогда не угнетали – мы лишь защищали невинных людей, которых вы мучили без зазрения совести, – и в новом мире мы поступим так же.

– Значит, давайте раз и навсегда всё решим, – прошипела Морская ведьма. – Если ни в одном мире не хватит места и для фей, и для ведьм, пора нам наконец занять своё законное место в магической пищевой цепочке! Сёстры, если мы хотим заполучить этот мир в своё владение, мы должны уничтожить фей!

Ведьмы кинулись на фей, и началась давно ожидавшая своего часа битва между добром и злом. На каждого члена Совета фей пришлось по ведьме, и, разбившись на пары, они разошлись по Большой лужайке.

Артур с рыцарями кинулись на пряничных солдат с мечами наголо. Солдаты взяли оружие из конфетного арсенала и приняли бой. Разоружить и убить их было легко, но они очень сильно превосходили Артура и рыцарей числом – ясно было, что победить пряничную армию будет непросто.

Все новоприбывшие сразу поняли, где находится Алекс – её было отлично видно на холме на северном краю Большой лужайки. Поэтому, пока феи сражались с ведьмами, Фрогги скакал по лужайке в поисках Коннера и остальных. Главной целью Рука было уберечь Алекс, поэтому он осторожно повёл Корнелиуса сквозь гущу сражения к холму. Матушка Гусыня с Мерлином поспешили к скаутам. Прищёлкнув пальцами, они освободили детей от паутины.

– Как я сказала когда-то участникам Детского крестового похода в 1212 году: «Брысь отсюда, мелкота, это не ваша битва!», – заявила им Матушка Гусыня.

Как настоящие скауты, дети не сразу убежали прочь, а сначала бросились к клеткам освобождать пленных. Оливер леденцовым топором срубил замок с клетки, в которой сидели Коннер и его друзья.

– Эй, а я вас знаю! – сказал Оливер. – Вы со мной в одном самолёте летели!

– Оливер, уведи всех людей отсюда, – сказал ему Коннер. – Проводи их в юго-западный угол парка. Там найдёшь проход в заброшенный тоннель метро у основания холма. Забирайся туда и уходи как можно дальше!

– А как же ты и твои друзья? – спросил Оливер.

– Мы справимся, – ответил Коннер. – Веришь или нет, но мы к такому привыкшие. А теперь поспеши, пока ведьмы тебя не заметили!

Оливер кивнул, отсалютовал Коннеру и повёл всех скаутов, беглецов с фонтана Бетесда и всех остальных пленных прочь с Большой лужайки к юго-западу парка.

– А что нам делать теперь? Спасать Алекс? – спросила Бри.

Коннер бросил взгляд на сестру, но та с самого начала битвы даже не шевельнулась.

– Пока что с ней всё будет в порядке, – сказал он. – А вот тем ребятам, что сражаются с солдатами, наша помощь не помешает!

Герои бросились к арсеналу конфетного оружия. Коннер со Златовлаской взяли по карамельному мечу. Джек схватился за леденцовый топор, Бри выбрала лакричный хлыст, а Шапочка предпочла нунчаки из мармеладных мишек, хотя представления не имела, что это вообще такое. Вооружившись, Коннер и его друзья присоединились к Артуру и рыцарям в битве против пряничных солдат.

– Ты, должно быть, брат Алекс! – крикнул Коннеру Артур, обезглавив очередного солдата.

– Есть такое дело, – подтвердил Коннер. – А ты кто?

– Король Артур. А это – мои рыцари Круглого стола, – ответил Артур.

– Из Камелота, что ли? – изумился Коннер. – А что вы в Центральном парке-то забыли?

– Ну, если очень коротко, то я вроде как парень твоей сестры, – признался юный король.

– Парень? – опешил Коннер, разрубая солдата надвое. – Алекс никогда не говорила, что у неё есть парень!

– Ну, мы с ней пока не очень разобрались на эту тему, – объяснил Артур.

Это поразило Коннера больше всего, что он уже успел увидеть и услышать в парке.

– Если выживем, побеседуем с тобой о твоих намерениях насчёт неё, – пригрозил он Артуру.

Джек со Златовлаской тем временем заметили на другом краю лужайки Крысу-Мэри с Героем и направились прямо к ним, прорубая себе дорогу через солдат, будто сквозь заросли сорняков. Бри, казалось, наслаждалась происходящим – она хихикала, размахивая лакричным хлыстом, как укротительница львов.

– А это часом не твоя девушка? – спросил Коннера Артур.

– Вроде того, – ответил Коннер. – Мы пока на эту тему тоже не очень разобрались.

Бри с таким рвением вращала хлыстом, что все пряничные солдаты попросту боялись к ней подходить. Коннер и тот предпочитал держаться подальше.

– Ничего себе, – сказал Артур. – На твоём месте я бы попросил кого-нибудь выяснить, какие у неё намерения насчёт тебя.

Шапочка очень старалась биться так же яростно, как все остальные, но совершенно не знала, как использовать мармеладные нунчаки. Каждый раз, когда она пыталась ими вращать, в итоге колотила себя же по носу. Из-за этой неуклюжести заметить Шапочку в толпе было нетрудно.

– Шапочка, вот ты где! – воскликнул Фрогги. – Я тебя везде ищу!

– Чарли! – завопила она. – Как же я по тебе скучала!

Шапочка бросилась в объятия Фрогги и зацеловала всё его зелёное лицо. Пряничный солдат подкрался к ним сзади и уже замахнулся леденцовым топором. Заметив его, Шапочка оскорбилась донельзя.

– Вы что это себе позволяете? У нас тут, между прочим, долгожданная встреча! – возмутилась она.

Нунчаки Шапочка использовать не стала и вместо этого врезала пряничному солдату по лицу своей сумочкой. Ударом ему снесло голову, а тело рухнуло на землю.

– Честное слово, эти покупки – просто находка, – изумилась она.

Коннер заметил Фрогги и пробился через толпу солдат, чтобы его поприветствовать.

– Фрогги, я так рад тебя видеть! – сказал он.

– Взаимно, друг мой, – ответил Фрогги. – Я много дней тебя искал! Хотел предупредить о том, что наступает Литературная армия, но они меня опередили. К счастью, твоя мама с персонажами твоих рассказов тоже здесь и прямо сейчас с ними разбираются.

– Спасибо за новости, – сказал Коннер. – Давай-ка побыстрее победим ведьм и поспешим к ним – наша помощь им точно пригодится.

Пока Коннер с друзьями добивали солдат, сражение между феями и ведьмами бушевало всё яростнее.

Розетта сошлась в жаркой битве с Древиной. Ведьма указала пальцем на траву, и огромные корни деревьев вырвались из земли, опрокинув фею на спину. Розетта в ответ бросила в ведьму горстку семян. Целая рассада венериных мухоловок мгновенно выросла вокруг ног Древины и пригвоздила ведьму к земле, вцепившись в неё множеством ртов.

Из-под кожи Древины выползли жуки. Они стали жевать растения и жевали до тех пор, пока ведьма не освободилась. Затем она ударила по земле кулаком и послала к Розетте по траве мощную волну, от которой та снова упала на спину. Фея махнула рукой, и вокруг ведьмы разом выросло несколько розовых кустов с огромными шипами.

Розетта покрутила пальцем, и кусты стали вращаться вокруг Древины, как лезвия блендера. Ведьма закричала, когда шипы стали царапать и резать её. Когда же наконец розы застыли на месте, от Древины не осталось ничего, кроме горстки трухи.

– У каждой розы есть шипы, и у меня – тоже, – сказала Розетта и подула на палец, как на дымящийся пистолет.

Тангерина и Паучина тоже сошлись в поединке. Ведьма пинала фею всеми четырьмя своими ногами и колотила всеми четырьмя руками. Из улья Тангерины вылетел целый рой пчёл и закружил вокруг Паучины, жаля её везде, где только можно.

Ведьма сбросила на пчёл паутину, а затем окатила ею и фею, припечатав её к земле. Затем Паучина подошла к фее и приготовилась вцепиться в неё острыми клыками. Но Тангерине удалось освободить одну руку и указать на ведьму. Из пальца феи вырвалась струя мёда. Тягучая жидкость мгновенно покрыла Паучину с ног до головы, быстро затвердела и пленила ведьму внутри.

– Слыхала пословицу «Больше мух летит на мёд»? – обратилась к ней Тангерина. – Тебе стоило бы попробовать такой подход.

На другом конце лужайки Ксантус сошёлся один на один со Снежной королевой. К несчастью для него, их битву жаркой назвать было никак нельзя. Ведьма направила на фея свой посох, и из него, будто пули, вылетели острые осколки льда. Ксантус пытался увернуться, но их было слишком много. Один проткнул Ксантусу плечо, другой – бедро, пригвоздив его к дереву. Фей закричал от боли, а ведьма злорадно захихикала. Пламя на голове и плечах Ксантуса вспыхнуло по всему его телу, расплавив осколки.

Ведьма подняла ткань, что закрывала ей глаза, и из её пустых глазниц подул ледяной ветер. Ксантус защитился от него стеной огня, но удержать её было нелегко. Ветер всё нарастал и нарастал, холодел и холодел. Он был такой морозный, что само лицо Снежной королевы стало леденеть, и вскоре всё её тело оказалось покрыто льдом.

– Я всегда любила гасить таких жалких огнемётов, как ты, – сказала Снежная королева.

– А знаешь, что говорят о старых холодных дамах? – крикнул ей Ксантус. – Чем холоднее сердце, тем проще его растопить!

В руке Ксантуса возник огненный шар, и он бросил его в королеву. Врезавшись в неё, он взорвался. Жар был так силён, что растопил лёд, покрывавший тело Снежной королевы, и ведьма просто исчезла.

Белые медведи королевы пришли в ярость, увидев, что их госпожа погибла. Они бросились к Ксантусу через всю лужайку, готовясь разорвать его на части. Но им навстречу, отрезая путь, вышли Матушка Гусыня с Мерлином.

– Что ж, милая, похоже, пора нам перестать давить медведя и взяться за дело, как думаешь? – лукаво спросил Мерлин.

– Если ты своими шутками пытаешься меня подбодрить, то медвежья это услуга, скажу я тебе! – ответила Матушка Гусыня и рассмеялась.

Они оба превратились в свирепых медведей-гризли и набросились на приспешников королевы. После ряда ударов, бросков и захватов белые медведи уступили и сдались.

В противоположном углу лужайки Эмеральда билась со своей противницей. Морская ведьма щёлкнула клешнями, и Эмеральду окружила стена солёной воды. Ведьма снова прищёлкнула клешнями, и вода наполнилась огромными белыми акулами – Эмеральда оказалась в ловушке! Ведьма открыла рот, и прямо у неё из горла выполз огромный электрический угорь. Он обвился вокруг Эмеральды, прижал её руки к бокам и ударил фею током. Затем ведьма забросала фею обломками кораллов, которые разрослись вокруг Эмеральды и сжали её ещё крепче.

– Тебе это с рук не сойдёт! – закричала Эмеральда. – Хоть всех рыб на свете на меня натрави, добро всегда будет побеждать зло!

– В том-то и прелесть этого мира, – прошипела ведьма. – Здесь могут победить и злодеи!

Морская ведьма хлопнула в ладоши, и стена воды сомкнулась теснее. Вода слилась в шар вокруг Эмеральды, лишив фею воздуха. Та сопротивлялась, как могла, но выбраться не выходило. Глаза Эмеральды закрылись – похоже, она утонула.

Прежде чем праздновать победу, Морская ведьма решила убедиться, что фея и впрямь мертва. Она снова щёлкнула клешнями. Кораллы и угорь исчезли, и бездыханное тело феи вывалилось из водяного шара. Когда ведьма наклонилась к ней, Эмеральда вдруг резко ожила и схватила её за клешню. Чары от прикосновения феи сработали – всё тело Морской ведьмы постепенно засияло изумрудным светом и превратилось в морское стекло. Когда же превращение завершилось, Эмеральда ударила ведьму ярким зелёным лучом, и та разлетелась на тысячи осколков, окатив Центральный парк дождём из стекла.

Акулы Морской ведьмы кинулись к Эмеральде, и огромный шар солёной воды покатился к ней. Но прежде чем акулы успели ранить фею, Матушка Гусыня с Мерлином оттолкнули Эмеральду с дороги и сами запрыгнули в шар, а затем превратились в двух гигантских кальмаров и замутузили акул до беспамятства.

Между тем Виолетта неподалёку от них не без труда поспевала за стремительными атаками Змеины. Ведьма обвила языком лодыжку феи, опрокинула её и поволокла по земле. Виолетта в ответ просто бросила в ведьму камень и не попала. Змеина подкинула её в воздух, и фея с глухим ударом рухнула на землю. И опять Виолетта лишь швырнула в неё камень и промахнулась. Снова и снова ведьма повторяла свои бестолковые атаки и этим только злила соперницу.

– Брос-с-с-сь! Ты даже не с-с-с-стараешьс-с-ся! Имей х-х-хоть каплю с-с-самоуважения, дерис-с-сь! – прошипела Змеина.

Виолетта улыбнулась и указала на что-то наверху. Ведьма подняла голову и увидела, что все брошенные феей камни теперь парят прямо над ней – вот только они успели вырасти размером с целые валуны. Виолетта взмахнула рукой, и булыжники обрушились на Змеину.

Скайлин тем временем сражалась с Уголиной. Изо рта ведьмы вырвался целый фонтан лавы, который она направила на фею. Скайлин вытянула руки и встретила лаву такой же мощной струёй воды. От этого над Большой лужайкой засияла радуга, но всем было некогда ею любоваться. Уголина собрала все силы, чтобы ударить Скайлин мощнейшим гейзером, какой только могла создать. Лава наполнила всё её тело и потекла сквозь трещины на её пепельной коже.

Скайлин краем глаза заметила Резервуар Центрального парка, и в голову ей пришла идея. Одной рукой фея продолжала испускать фонтаны воды, а другой указала на резервуар. Огромная волна холодной воды вырвалась из водохранилища и окатила всё и всех на лужайке. Когда Скайлин наконец огляделась, Уголина исчезла. Фея посмотрела на землю и увидела, что ведьма превратилась в груду углей.

Волна Скайлин уничтожила не только ведьму, но также и всех оставшихся пряничных солдат. Коннер с друзьями и Артур с рыцарями победно закричали. Теперь Рук с Корнелиусом могли без помех подобраться к холму, где стояла Алекс. Статуи львов из библиотеки зарычали на них – пройти мимо Терпения и Мужества было непросто.

– Корнелиус, останься здесь, отвлеки львов на себя, – сказал Рук. – А я их обойду и проберусь на холм.

Джек со Златовлаской спешили к дальнему концу лужайки, где Крыса-Мэри боролась с Кораллой. Ведьма снова и снова била и царапала юную фею, а Коралла боялась, что если даст отпор, то ранит малыша, который так и висел у ведьмы на груди.

– Отдай нам сына, грызуниха несчастная! – крикнул ей Джек.

– Это я-то несчастная? – фыркнула Крыса-Мэри. – Сейчас поглядим, кто у нас тут несчастный. Познакомьтесь с моими друзьями!

Ведьма приложила ладони к земле и призвала к себе всех крыс и мышей в Центральном парке. Грызуны стали сбегаться к Мэри стаями, пока в конце концов их не собралось вокруг множество, тысячи и тысячи – и всеми ими повелевала ведьма. Она указала на Джека, Златовласку и Кораллу, и грызуны кинулись в атаку. Крысы и мыши карабкались по ним, царапали лица, жевали волосы. Джек со Златовлаской пытались отбиваться, но вредителей было слишком много.

– Эй, разносчица бешенства, – крикнула ей Матушка Гусыня. – Может, сразишься с кем-нибудь, кто тебе по размеру?

Крыса-Мэри расхохоталась.

– И что ты мне сделаешь, бабуля?

Матушка Гусыня сморщилась, услышав оскорбление.

– Знаешь, меня в своё время много как называли, но не хочешь ли услышать, как меня прозвали в Гамельне?

– Дай-ка догадаюсь, – фыркнула Мэри. – Старой развалиной?

– А вот и нет, – усмехнулась Матушка Гусыня. – Меня звали Дудочником-крысоловом!

С этими словами она вытащила из-под тульи шляпки маленькую дудочку, приложила к губам и заиграла красивую мелодию. Стоило первым нотам прозвучать, как все крысы и мыши замерли на месте. Затем выстроились в ряд, побежали по лужайке к резервуару, нырнули в воду и больше не всплывали.

Крыса-Мэри испуганно вытаращила глаза. Она оглядела лужайку и обнаружила, что из всех ведьм выжили только те, что прятались за печами – теперь в меньшинстве оказались именно они.

– Сёстры, мы должны немедленно покинуть это гиблое место! – объявила Крыса-Мэри. – Если феям так нужен этот Другой мир – пусть забирают! Мы найдём себе новый дом, но сейчас – пора улетать!

Крыса-Мэри вытянула руку, и ей в ладонь прыгнула метла. Ведьмы за печами быстро достали собственные мётлы.

– Убери щит, девчонка! – крикнула Мэри Алекс.

Алекс исполнила приказ, и магическое силовое поле над Центральным парком исчезло. Ведьмы запрыгнули на мётлы и поднялись в воздух, как стая ворон. Их возглавляла Мэри, а на груди у неё по-прежнему висел ребёнок.

– Герой! – закричала Златовласка в отчаянии.

Джек присвистнул, подзывая Лестера, и гусь поспешил к нему.

– Лестер, нам нужна твоя помощь! – сказал ему Джек. – Лети за ними!

Джек со Златовлаской сели гусю на спину, он взмыл в небо и вслед за ведьмами устремился в город.

Теперь, когда щит исчез, все наконец могли покинуть парк, но и от угроз снаружи их больше ничто не защищало. Снайпер на крыше здания к востоку от парка всю ночь и всё утро ждал этой минуты.

– Генерал, я вижу девчонку из библиотеки, – обратился он к начальству по рации. – Похоже, именно она служит источником силового поля над парком. Разрешите стрелять, пока поле не появилось снова?

– Мы здесь немного заняты с летучими обезьянами и кораблями, – ответил генерал. – Стреляй на своё усмотрение!

– Вижу цель, – сказал снайпер. – Стреляю через три… два… один!

Снайпер спустил курок, и всего за мгновение пуля пролетела тридцать метров и угодила прямо в сердце ни о чём не подозревавшему подростку. Коннер с друзьями услышали, как звук выстрела эхом прокатился по парку, и в ужасе посмотрели на холм.

– НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ! – закричал Коннер.

И снова испуганный голос брата на мгновение привёл Алекс в чувство. Она оглядела Большую лужайку и увидела Коннера, Бри, Фрогги, Шапочку, Корнелиуса, Артура, Матушку Гусыню, Мерлина, рыцарей Круглого стола и Совет фей. Все они были в ужасе – но смотрели не на неё. Алекс обернулась и увидела, что рядом с ней стоит Рук, и из крохотной раны на груди у него сочится кровь.

– Алекс… – выдохнул он. – Надеюсь… надеюсь… теперь ты простишь меня.

Рук упал, покатился вниз по холму и больше уже не встал. Он пришёл на холм, чтобы спасти Алекс. Увы, он преуспел в этом даже больше, чем собирался. Алекс потрясённо уставилась на тело друга.

– Рук, – позвала она слабо. – Рук, вставай! Пожалуйста, вставай!

Но сын фермера не двигался с места, и Алекс поняла, что её худший кошмар стал реальностью – из-за неё пострадал близкий человек. Алекс захлестнуло волной чувств, и проклятие ведьм вернулось. Глаза её засверкали как никогда ярко, волосы взметнулись в воздух, как пламя ракеты, и сила, прежде ей неведомая, заструилась по венам.

Алекс указала на снайпера, и здание, где он стоял, просто взорвалось у него под ногами. В последний миг мужчина успел перепрыгнуть на крышу соседнего дома, иначе разбился бы насмерть.

– Алекс, пожалуйста, успокойся! – закричал Коннер. – Ты должна овладеть своими чувствами, пока они не овладели тобой!

Его сестра хлопнула в ладоши, и над ней возникла яркая спираль света, похожая на Млечный путь. Вместе со львами Алекс исчезла в ней, и спираль унеслась прочь из Центрального парка. Ведьм больше не было, управлять Алекс стало некому, и она стала разрушительной силой, не знающей никаких преград, – и оказалась на свободе в Нью-Йорке.

– Нужно сейчас же её найти! – крикнула Эмеральда остальным. – Если мы не придумаем, как снять проклятие, Алекс может уничтожить весь город, и, возможно, погибнет сама!

Коннер, Бри, Фрогги, Шапочка, Матушка Гусыня, Мерлин и Совет фей выбежали из парка и поспешили следом за Алекс. Артур вместе с рыцарями Круглого стола преклонили колени у тела Рука, чтобы воздать ему должное. Корнелиус толкал друга носом и ждал, что тот очнётся, но Рук сомкнул глаза навсегда.

Глава 19

Война миров

Пока феи сражались с ведьмами в Центральном парке, у генерала Уилсона и его морпехов была своя битва не на жизнь а на смерть. Такого сильного, стремительного и могучего противника, как Литературная армия, у солдат США ещё не бывало. Летучие обезьяны налетали на них и выбивали оружие из рук быстрее, чем морпехи и глазом успевали моргнуть. «Весёлый Роджер» палил из пушек по военным внедорожникам, танкам и крышам, на которых пираты видели снайперов. Когда же все морпехи оказались абсолютно беззащитны, Мигуны и карточные солдаты собрали их в Мидтауне и заставили встать на колени прямо посреди Пятьдесят девятой улицы на углу Центрального парка.

Мигуны и солдаты окружили морпехов, а пираты «Весёлого Роджера» вместе с обезьянами наблюдали за происходящим сверху. Расступились литературные воины, лишь когда Злая ведьма, Червонная королева и капитан Крюк подошли поговорить с пленниками.

– Кто у вас главный? – спросила Червонная королева.

Вопреки совету сержанта, генерал Уилсон встал и обратился к злодеям.

– Я, – ответил он. – Гюнтер Уилсон, генерал морской пехоты Соединённых Штатов Америки. А вы кто такие, чёрт вас побери?

– Спокойно, генерал, – усмехнулась Злая ведьма. – С новыми командирами так не разговаривают.

– У морской пехоты США командир только один – наш главнокомандующий, – отрезал генерал Уилсон.

– И где же он? – поинтересовался капитан Крюк и оглядел улицу. – Пусть сейчас же выйдет и передаст власть над Другим миром в наши руки!

– Она сейчас в Вашингтоне, округ Колумбия, – сказал генерал Уилсон. – И жаль вас огорчать, но вам до неё никогда не добраться. Видите ли, мы – лишь часть военных сил Соединённых Штатов – остальные в эту самую минуту окружают город. Как только вы покинете остров, будете уничтожены.

Злую ведьму, Червонную королеву и капитана Крюка его слова позабавили. Злодеи переглянулись и зловеще расхохотались.

– В таком случае мы разоружим их так же легко, как вас, – сказала королева. – Это не первый мир, который мы захватили, генерал, и последним он тоже не станет. Уже вскоре головы ваших драгоценных солдат и главнокомандующей будут красоваться на нашей стене!

– Но вам и вашим людям ни к чему разделять их судьбу, – добавила ведьма. – Вы могли бы присоединиться к нам и стать частью нашей великой империи.

Генерал Уилсон снял очки, чтобы злодеи могли как следует разглядеть отвращение и гнев на его лице.

– Мы скорее погибнем, чем встанем на вашу сторону! – выкрикнул он.

– Так тому и быть, – сказал Крюк. – Мистер Сми, готовьте пушки!

Пираты на борту «Роджера» зарядили пушки и навели их на морпехов. Генерал и его солдаты зажмурились и приготовились к смерти.

– На счёт три! – скомандовал Крюк. – Раз… два…

В этот миг с небес спустилась «Долли-Лама» и заслонила собой морпехов. Летучие корабли подошли друг к другу почти вплотную. На верхней палубе рядом с Рыжей Салли и адмиралом Джейкобсоном стоял Питер Пэн.

– Эй, треска! – крикнул Питер Крюку. – Соскучился?

При виде Питера Пэна капитан Крюк взвыл, как раненый зверь.

– Питер Пээээн? – взревел он. – Что ты делаешь в Другом мире?

– Ну не мог же я допустить, чтобы ты веселился без меня? – поддразнил его Питер. – Оставь морпехов в покое, капитан. Прежде чем браться за новую битву, неплохо бы завершить нашу.

Капитан Крюк уставился на Мальчика, который никогда не взрослел, с такой яростью, что казалось, у него вот-вот вспыхнет лицо.

– Сми, лестницу! – рявкнул Крюк.

Мистер Сми сбросил с борта верёвочную лестницу, и она достигла земли. Капитан Крюк схватился за неё и указал на «Долли-Ламу» крюком.

– За ними! – приказал он.

Питер Пэн показал Крюку язык. Адмирал Джейкобсон принялся крутить штурвал «Долли-Ламы», и корабль взмыл в небо, а следом за ним – и «Весёлый Роджер». Летучие обезьяны тоже устремились на помощь Крюку, но на их пути вдруг возникло Смелейство. Из кабины своего Смело-лёта супергерои и их отец помахали мартышкам.

– Прошу внимания, уважаемые гибриды гоминидов и ястребов! – обратился к ним профессор Портмоне через громкоговоритель. – Умерьте свои животные порывы и спасите себя от роковой участи!

Летучие обезьяны почесали затылки и в замешательстве переглянулись. Члены Смелейства закатили глаза, и Гром забрал у отца микрофон, чтобы выразить требования более понятными словами.

– Перевожу: обезьяна видеть не значит обезьяна делать! – сказал Гром. – Забейте вы на этот корабль, летите с нами! Не пожалеете!

Морф превратился в кучу бананов, чтобы поддразнить обезьян. Мартышкам очень хотелось полететь за Смелейством, но они посмотрели вниз, ожидая разрешения от Злой ведьмы.

– Раздерите этот кусок металла в клочья! – приказала она им.

Поскольку летучие обезьяны были околдованы, им пришлось повиноваться. Оскалив клыки и выпустив когти, они бросились к самолёту Смелейства. Супергерои прибавили газу, и Смело-лёт умчал в облака.

– ПОЗВОЛЬТЕ ЗАМЕТИТЬ, ДРУЗЬЯ, – послышался громкий голос. – ЧТО ЗА МУЖЧИНА, КОТОРОМУ НЕ ЧУЖДО УВАЖЕНИЕ К СЕБЕ, СТАНЕТ ЗВАТЬСЯ МИГУНОМ?

Злая ведьма посмотрела вниз на Пятьдесят девятую улицу и увидела на площади Колумба Робина Гуда, Малыша Джона, Алана из лощины, Уилла Скарлетта и Брата Тука. Площадь была нью-йоркской достопримечательностью, и в её центре на пересечении Пятьдесят девятой улицы и Бродвея стояла статуя Христофора Колумба.

– ВЗГЛЯНИТЕ НА ЭТУ УЖАСНУЮ ЖЕНЩИНУ, КОТОРАЯ КОМАНДУЕТ МИГУНАМИ, – заявил Робин Гуд. – ЗНАЕТЕ, КАК У НАС В ЛОКСЛИ ЗОВУТ ЖЕНЩИН С ОДНИМ ГЛАЗОМ, В КОШМАРНОЙ ОДЕЖДЕ И С ТОЩИМ ЛИЦОМ?

– Я не знаю, Робин, – сказал Малыш Джон. – А как их зовут?

– СТАРЫМИ ДЕВАМИ! – объявил принц воров. Славные друзья надменно расхохотались. Злая ведьма зарычала, услышав оскорбление, и из ушей у неё пошёл пар.

– За этими наглецами! – приказала она.

Мигуны, также повинуясь заклятью, бросились вслед за Робином Гудом. Ведьма же уселась на свой волшебный зонт и взмыла в воздух над войском. Робин Гуд и его Славные друзья бросились прочь с площади на Бродвей, уводя врагов в другую часть города.

Червонная королева смотрела, как Злая ведьма с Мигунами спешат прочь. В этот миг её плеча коснулась тяжёлая рука.

– Простите, мэм? – обратился к ней кто-то. – Не подскажете, как до Центрального вокзала добраться?

Королева обернулась и обнаружила, что рядом с ней стоит Железный Дровосек. Королева восторженно взвизгнула – металлических людей она никогда ещё не видела. Она шагнула к Дровосеку, хищно сверкнув глазами.

– До чего же необычная у вас голова, – сказала она и погладила Дровосека по щеке. – Она послужит прекрасным дополнением к моей коллекции.

– Простите? – переспросил Дровосек.

– СТРАЖА, СЕЙЧАС ЖЕ СХВАТИТЬ ЕГО! – завопила королева. – ГОЛОВУ С ПЛЕЧ!

– Вот почему не стоит спрашивать дорогу в незнакомых городах, – буркнул Дровосек и со всех ног кинулся прочь. Он резко повернул на Пятую авеню и направился на юг города, а за ним – карточные солдаты. Королева щёлкнула пальцами, и двое солдат сомкнули руки, подняли её над головой и понесли следом.

Главари Литературой армии даже не подозревали, что друзья Коннера намеренно их разделили, – они с лёгкостью проглотили наживку. «Весёлый Роджер» умчался за «Долли-Ламой», летучие обезьяны улетели за Смелейством, Мигуны убежали за Славными друзьями, карточные солдаты – за Дровосеком, и генерал с морпехами остались на Пятьдесят девятой улице одни. Морпехи изумлённо оглядывались – как так вышло, что ещё секунду назад они были на краю гибели, а теперь вдруг оказались на свободе?

– Сэр, что это было? – спросил один из морпехов.

– Это называется удачей, сержант, – ответил генерал Уилсон. – Давайте не будем испытывать её и дальше.

– Что прикажете, сэр? – спросил другой морпех.

– Немедленно эвакуировать Манхэттен, – сказал Уилсон. – И кто-нибудь, сейчас же позвоните президенту. Нам нужно её разрешение на то, чтобы уничтожить этих варваров раньше, чем они покинут остров.

– Сэр, что это значит?

– Второй уровень боеготовности, сержант! – рявкнул генерал. – Нужно уничтожить Манхэттен, пока эти дикари всё ещё здесь. Меньше чем через час Нью-Йорк перестанет существовать.

«Долли-Лама» петляла меж домов, но «Весёлый Роджер» не отставал. Пираты перестреливались из пушек, но попасть друг в друга им было сложно.

Пушечные ядра врезались в многоэтажки, оставляя следы из разбитого стекла, антенн и вывесок.

– Хватит игр в кошки-мышки! – объявила капитан Рыжая Салли. – Пришло время встретиться с этими негодяями лицом к лицу!

«Долли-Лама» устремилась к Эмпайр-стейт-билдингу, а затем резко развернулась. Адмирал Джейкобсон закрепил штурвал, и «Долли-Лама» стала кружить над зданием. «Весёлый Роджер» последовал её примеру.

Рыжая Салли с командой выпрыгнула на обзорную площадку, а адмирал Джейкобсон со своими людьми тем временем заряжали пушки. Капитан Крюк с экипажем кинулись на площадку к пираткам, доверив пушки «Роджера» мистеру Сми. Пираты «Роджера» и пиратки «Долли-Ламы» выстроились в ряды в противоположных концах площадки и обнажили сабли.

– Вам подобные позорят имя пиратов! – сказала Рыжая Салли.

– Вы не пираты, – фыркнул капитан Крюк. – Просто кучка нахальных девиц, не более.

– В таком случае прими мои соболезнования, Крюк, – сказала Салли. – Потому что сейчас кучка нахальных девиц прихлопнет тебя и твоих людей как мух. Дамы, в атаку!

Пиратки из Праворуляндии и пираты из Нетландии сошлись в яростной битве на высоте в восемьдесят шесть этажей над землёй. Пушечные ядра летали у них над головами. Лязг сабель и грохот орудий эхом гремел по улицам Манхэттена. Женщины «Долли-Ламы» были весьма одарёнными фехтовальщицами, но против мужчин «Роджера» применяли и свои фирменные приёмы. Вырвиглаз-Венди пугала пиратов своей пустой глазницей. Пухлогубая Пэгги в самые неожиданные моменты лезла к противникам целоваться и оставляла на их коже болезненные синяки. Сальто-Сидни кувыркалась по палубе и сшибала врагов по пути, как кегли. Фу-Фиби совала пиратам под нос свои пахучие ноги, отчего противники падали без чувств. Ромопийца-Ронда колотила пустыми бутылками из-под рома по головам врагов – а после долгой недели в больнице святого Андрея таких пустых бутылок у неё накопилось немало.

Пока пираты сражались, Питер Пэн тайком перелетел на «Весёлый Роджер». Он искал на всех палубах Динь-Динь, но феи нигде не было видно.

– Не это ли ищешь, Питер? – услышал он окрик капитана Крюка.

Питер Пэн резко обернулся на голос. Капитан стоял на краю площадки, держа на крюке банку, внутри которой Питер увидел маленькую фею.

– Отдай! – закричал Питер.

– Если она так тебе нужна – сам и возьми! – завопил капитан.

Питер Пэн выхватил из сапога кинжал и кинулся на капитана. Литературные персонажи сражались яростнее, чем когда-либо прежде. Чем дольше они бились, тем выше поднимались и в конце концов оказались на верхнем уровне обзорной площадки. Капитан Крюк забрался по лестнице на шпиль, а Питер парил в воздухе над ним, парируя атаки. В конце концов капитан достиг самой вершины шпиля, и карабкаться дальше стало некуда.

– Руки прочь от феи! – крикнул Питер.

Капитан не знал, нарочно ли тот его дразнит, но всё равно поморщился от слова «руки».

– Знаешь, что я больше всего на свете мечтаю сделать? – спросил Крюк.

– Похлопать в ладоши? – предположил Питер Пэн.

– Что? – удивился капитан. – Нет!

– Сделать стойку на руках?

– Нет!

– Сыграть на пианино?

– Хватит! Хватит уже шутить про мою руку!

– Ну ладно, так и быть, по рукам!

– Что за детский сад?! – взвыл капитан.

– Да чего ты так нервничаешь, возьми себя в руки, приятель!

Питер Пэн хохотал уже в голос. Капитан Крюк зарычал от злости и продолжил:

– Больше всего на свете я хочу лишить тебя того, что тебе дорого, – сказал он. – Но раз уж поймать тебя и отрубить руку невозможно, пожалуй, я причиню тебе боль иначе. Хочешь вернуть Динь-Динь? Лови!

Капитан подбросил банку с Динь-Динь в воздух, и она понеслась к земле. Питер Пэн ринулся следом, но когда он пролетал мимо «Роджера», мистер Сми пальнул в него из пушки. Вместо ядра, однако, из дула вылетела широкая сеть и в один миг опутала Питера. Мальчик приземлился на крышу обзорной площадки – спасти Динь-Динь он просто не мог.

– Динь! – закричал он.

Курица с розарием с самого начала битвы не двигалась с места, но, увидев, как бедная фея падает с огромной высоты, курица решила, что настал её звёздный час. Она бросилась за банкой, но в тот самый миг, как ей удалось схватить ту клювом, курица внезапно вспомнила, что не умеет летать!

– КУДАХ! – заквохтала Курица с розарием и ухнула вниз.

К счастью, её отчаянные крики услышал ещё один персонаж Коннера. На вершине мачты «Долли-Ламы» Червесельчак вышел из кокона, спеша на помощь другу. Вот только теперь это был уже не улыбчивый мягкий космический червячок. Вместо него из кокона выбралось и приземлилось на палубу «Долли-Ламы» другое, очень большое создание. У него были большие бицепсы, выдающиеся кубики, три перистых усика и множество крыльев, узор которых, если их расправить, походил на грустное лицо. Червесельчак перешёл на следующую стадию развития – он стал свирепым Безумным Мотыльком.

Безумный Мотылёк вскочил, взревел, как тираннозавр, и заколотил по груди, как горилла. Он был таким внушительным, что все пираты на Эмпайр-стейт-билдинге застыли и уставились на него. Некоторые даже сели, чтобы было удобнее наблюдать. Безумный Мотылёк разбежался, спрыгнул с «Долли-Ламы», используя целый корабль как трамплин, и помчался следом за Динь-Динь и Курицей. Поймать их ему удалось всего в паре метров от земли.

– КУДАААААААХ!

Безумного Мотылька Курица с розарием испугалась даже больше, чем падения. Огромное насекомое вернулось на корабль и бережно поставило на палубу курицу и банку с феей. Питер Пэн и персонажи из Праворуляндии радостно завопили и зааплодировали. Спасение вышло таким героическим, что даже некоторые пираты «Весёлого Роджера» к ним присоединились.

– НЕ-Е-Е-ЕТ! – взвыл Крюк. – Он должен был лишиться того, что ему дорого!

Разгневанный капитан соскользнул вниз по шпилю здания и приземлился рядом с Питером Пэном на обзорную площадку. Мальчик всё ещё бился в сети и не мог выбраться. Капитан занёс над головой Питера саблю, готовясь нанести последний сокрушительный удар. Но не успел – Рыжая Салли, сделав несколько сальто по крыше, подскочила к Крюку и отрубила ему оставшуюся руку. Сабля капитана вместе с его кистью рухнула на землю.

– А-А-А-А-А! – завопил Крюк.

Странно, но вместо крови из вен капитана полились слова. Все прилагательные, которыми Джеймс Барри описывал ужасного капитана, стали сочиться из раны.

Капитан Крюк спрятал раненую руку под мышку и потерял равновесие. Он перевалился через поручни обзорной площадки и полетел к земле.

Крюк ударился об асфальт с такой силой, что задрожало всё здание. Когда же пираты посмотрели вниз, вместо тела капитана они увидели слова Джеймса Барри, разбросанные по земле. Постепенно слова испарились.

Увидев, что их капитан погиб, пираты «Весёлого Роджера» вскинули руки, признавая поражение. Питера Пэна освободили из сети, и он бросился к Динь-Динь. Приунывшая Присцилла разрыдалась и высморкалась в плечо Пэтти-с-протезом.

– Что с тобой, Присцилла? – спросила Пэтти.

– Да ничего, ерунда, – всхлипнула та. – Просто люблю, когда всё хорошо кончается.

Члены Смелейства так и сяк кружили над Манхэттеном на своём Смело-лёте, но летучие обезьяны не отставали. Блубо присоединился к стае крылатых созданий, но не потому что был околдован – он просто искал свою семью. В конце концов Блубо заметил родителей впереди.

– Мама! Папа! Это я, Блубо! – закричал он.

– Блубо! – воскликнула его мать. – Что ты здесь делаешь?

– Ты должен был остаться в замке ведьмы в Оз! – сказал отец.

Родители Блубо явно забеспокоились, но даже не замедлились и не обернулись к сыну. Как и все прочие обезьяны, они не сводили взгляда с самолёта Смелейства.

– Я нашёл новых друзей, они хотят остановить ведьму! – сказал им Блубо. – Эти супергерои – за нас, они хорошие! Не трогайте их!

– Мы бы и рады, сынок, – сказал отец. – Но пока на Злой ведьме золотая шапка, все обезьяны подчиняются ей.

– Знаю, но разве вы не можете сопротивляться? – спросил Блубо.

– Пытались, милый, но это бесполезно, – ответила мать. – Магия Злой ведьмы слишком сильна. Лети-ка ты отсюда и наслаждайся жизнью, пока ещё можешь. Когда станешь старше, магия ведьмы начнёт действовать и на тебя.

Но Блубо не желал так просто сдаваться. Он оставил стаю и направился к городу, отважно намереваясь спасти себя, свою семью и весь свой род.

В конце концов обезьяны догнали Смело-лёт. Они набросились на его крылья и стали раздирать их на части. В рубке задребезжал сигнал тревоги.

– Плохо дело, – сказал профессор Портмоне. – Если не принять меры, из-за этих шимпанзе мы разобьёмся!

– Не волнуйся, пап, мы справимся! – сказал Гром. – Ты сиди за штурвалом, а мы разберёмся – сейчас этим обезьянам достанется на кокосы. Поняли, да? На кокосы – как на орехи! Потому что они обезьяны!

Жар, Хлестина и Морф вздохнули.

– Над колкостями тебе ещё нужно серьёзно поработать, Гром, – сказала Хлестина.

– Это очень важно, если хочешь, чтобы тебя запомнили, – добавил Жар.

– И, что важнее, чтобы с тобой делали фанатскую атрибутику, – заключил Морф.

Члены Смелейства вылезли из люка над кабиной, чтобы разобраться с обезьянами. Смело-лёт мчался со скоростью в сотни миль в час, и Жару, Хлестине, Морфу и Грому приходилось крепко держаться за крылья, чтобы их не снесло.

Жар обжигал летучих обезьян, испуская из пальцев огонь. Хлестина сбивала крылатых существ с самолёта своими длинными косами. Морф превратился в гигантского осьминога и сшибал мартышек щупальцами. Гром бил обезьян электричеством, но поскольку все они цеплялись за металлический самолёт, каждый раз, промахиваясь, он бил током своих же родственников.

– ГРОМ! – кричали все они хором.

– Виноват! – извинялся он.

Вскоре обезьян на самолёте скопилось так много, что он стал походить на большую чёрную птицу. Одна из обезьян оторвала панель и обнаружила внутри виток проводов. Она разорвала их зубами, и двигатели самолёта разом заглохли. Летательный аппарат Смелейства ухнул вниз и помчался к земле.

– Держитесь, дети! – послышался из динамиков голос профессора Портмоне. – Посадка будет жёсткой!

Выполнив свою миссию, обезьяны бросили самолёт. Морф превратился в огромный парашют, чтобы смягчить падение, но самолёт был слишком тяжёлый. Он проломил крышу бродвейского театра и рухнул в оркестровую яму. Чуть не задохнувшись, супергерои скатились с самолёта и выпрыгнули на сцену. Из груды воздушных подушек к ним выкарабкался профессор Портмоне.

Гром оглядел театр и перевёл дух.

– Могло быть хуже, – сказал он. – Мы могли угодить во вне-бродвейский театр.

Маленький супергерой захихикал над своей шуткой, и, к его удивлению, его братья с сестрой тоже засмеялись.

– Вот, уже куда лучше, – одобрил Жар.

– Тонко, – сказал Морф.

– Видишь, главное – практика, – добавила Хлестина.

Внезапно в театре что-то пискляво заверещало. Члены Смелейства посмотрели на образовавшуюся в крыше дыру и увидели, что к театру летят обезьяны – они не собирались оставлять супергероев в живых. Пока остальные приходили в себя, Гром вскочил на ноги и взмыл в воздух.

– Сейчас вернусь, – сказал он. – Пора заканчивать этот мартышкин труд.

Братья с сёстрами застонали.

– Ну вот, снова мимо, – сказал Жар.

– Лучше меньше, да лучше, – заметил Морф.

– Стоило на предыдущей шутке остановиться, – посоветовала Хлестина.

Гром ракетой вылетел из театра и промчался мимо обезьян. Уловка сработала, и обезьяны устремились за Громом – он обхитрил их, как птица, защищающая гнездо от хищников.

Супергерой полетел на восток и заметил вдалеке Крайслер-билдинг. При виде сверкающего небоскрёба Грому на ум пришла одна мысль. Он приземлился на самую вершину острого шпиля, а крылатые создания сели внизу. Они стали карабкаться по стенам, желая разорвать его на части, совсем как Смело-лёт.

Гром дождался, пока все обезьяны доберутся до металлической крыши Крайслер-билдинга. Затем поднял взгляд к небу и призвал сильнейшую молнию. Та ударила в шпиль, и по всему зданию прокатилась волна электричества. От перегрузки взорвалась каждая лампочка, разбилось каждое окно, а каждая обезьяна получила удар током. Да такой сильный, что все они в один миг стали похожи на крылатые меховые шарики и попадали на землю без чувств.

– Так-то, будете знать, как обезьянничать! – фыркнул Гром.

Он был так доволен собой, что даже похвала на тему колкости от братьев и сестры была ему не нужна. Гром запрокинул голову и ещё долго хохотал до колик.

Злая ведьма вместе с Мигунами преследовала Робина Гуда и его Славных друзей по Бродвею до самого Линкольн-центра. В центре вокруг просторного внутреннего двора с фонтаном располагалось пять больших театров. Робин с друзьями взбежали по ступеням, и хотя путей для отступления было много, они остановились у фонтана. Мигуны быстро заполнили двор и окружили Славных друзей, обнажив оружие.

– Глупцы, сдаётесь так легко! – фыркнула Злая ведьма.

– ВЫ СЛЫШИТЕ ЭТОТ МЕРЗКИЙ ВИЗГ, ДРУЗЬЯ МОИ? – спросил Робин Гуд. – ГОЛОС ВЕДЬМЫ ЕЩЕ УРОДЛИВЕЙ, ЧЕМ ЕЁ ЛИЦО, А Я И НЕ ДУМАЛ, ЧТО ТАКОЕ ВОЗМОЖНО.

– Молчать! – рявкнула Злая ведьма.

– ДА ВЫ ПОСМОТРИТЕ НА НЕЁ! – не сдавался Робин. – ЭТА ВЕДЬМА ТАКАЯ СТРАШНАЯ, ЧТО, КОГДА ОНА РОДИЛАСЬ, ПОВИТУХА НАВЕРНЯКА ШЛЁПНУЛА ЕЁ ДВАЖДЫ, ПОТОМУ ЧТО НЕ ЗНАЛА, С КАКОГО КОНЦА У НЕЁ ЧТО!

– Ну хватит уже…

– ЭТА ВЕДЬМА ТАКАЯ СТРАШНАЯ, ЧТО, КОГДА ОНА ПОШЛА НА ПОХОРОНЫ, ТРУП ПРОСТО ВСТАЛ И УБЕЖАЛ ОТ НЕЁ БЕЗ ОГЛЯДКИ!

– Если ты сейчас же не замолкнешь, я…

– ЭТА ВЕДЬМА ТАКАЯ СТРАШНАЯ, ЧТО ЕЁ ПРОВОЗГЛАСИЛИ НАЦИОНАЛЬНЫМ ЖИВОТНЫМ-СИМВОЛОМ ШОТЛАНДИИ!

Злая ведьма треснула зонтом по земле, и во рту Робина Гуда возник грязный носок.

– С какой же радостью я буду смотреть, как ты умираешь! – воскликнула она. – Мигуны, прикончите этого напыщенного индюка и его жалких приспешников! И желательно помедленнее…

Мигуны бросились к Робину Гуду и его друзьям, но почти тут же нечто огромное наверху отвлекло их внимание. Как гигантское надувное солнце, над Линкольн-центром взошёл «Чарли Чаплин». На пороге гондолы дирижабля стоял Бо Роджерс, а у него на шее висел талисман фараона Экземы.

– Не одна вы, дамочка, разумы контролировать умеете, – заявил он. – Позвольте представить вам мою армию зомби-солдат!

Мумии из пирамиды Анестезии выползли из-за углов Линкольн-центра и окружили ведьму и её Мигунов.

– Мои солдаты с Создателем уже встретились – настал черёд твоих! – выкрикнул Бо.

– Неплохо подколол! – крикнула Мэг, которая стояла за штурвалом.

– Спасибо, тётушка Мэг, – ответил Бо. – Мумии, в бой!

Живые мертвецы неспешно направились к Мигунам – быстрее ходить они, в общем-то, и не могли.

Увы, засада удалась не так хорошо, как надеялись Бо и Славные друзья. Мигуны сражались отлично и резали мумий с такой лёгкостью, будто те были тряпичными куклами. За несколько минут Мигуны победили их, и Робин Гуд со Славными друзьями снова оказались в ловушке.

Злая ведьма оглушительно загоготала.

– Последние слова будут? – поинтересовалась она.

– ЧТО Ж, СЛАВНЫЕ ДРУЗЬЯ, ПОХОЖЕ, НАСТАЛ ЧАС КОНЦА, – объявил Робин. – Я И ПОЛАГАТЬ НЕ МОГ, ЧТО МЫ ПОГИБНЕМ ОТ РУК ВРАГОВ СО СТОЛЬ НЕЛЕПЫМИ ИМЕНАМИ И ОДЕЖДОЙ ЕЩЁ БОЛЕЕ ЦВЕТАСТОЙ, ЧЕМ У НАС. ТАК ИЛИ ИНАЧЕ, ПУТЕШЕСТВОВАТЬ С ВАМИ ПО ВСЕЛЕННОЙ БЫЛО ЧЕСТЬЮ ДЛЯ МЕНЯ!

– Гм, Робин? – шепнул ему Алан из лощины. – По-моему, ты забыл, что это ещё не весь наш план.

– АХ ДА, – спохватился Робин. – БЛАГОДАРЮ ТЕБЯ, МОЙ ВЕРНЫЙ МЕНЕСТРЕЛЬ. ЕСЛИ БЫ НЕ ТВОЯ ВЕЛИКОЛЕПНАЯ ПАМЯТЬ, НАС БЫ ЖДАЛА ГИБЕЛЬ. ТАК ВОТ, ПРОДОЛЖИМ, – ПРОПАЩИЕ МАЛЬЧИШКИ, ПРИШЛО ВАШЕ ВРЕМЯ!

Внезапно на крыши театров Линкольн-центра выскочили Пропащие мальчишки и стали забрасывать Злую ведьму шариками с водой.

– Получай, старушенция! – завопил Задавака.

– Как раз из-за таких взрослых, как ты, мы и не хотим вырастать! – добавил Кудряш.

– Возвращайся в кошмар, из которого вылезла! – крикнул Шалун.

– И оставь наших друзей в покое! – вставили Близнецы.

Крошка оставался младенцем с тех самых пор, как Пропащие мальчишки побывали в лачуге Морины, но и он внёс посильный вклад – брызнул в ведьму из своей бутылочки. Вскоре ведьма промокла до нитки, задымилась и зашипела – жидкость стала плавить её тело. Как и прежде было с капитаном Крюком, от ведьмы оставались только слова. Все эпитеты, которыми Лаймен Фрэнк Баум описывал Злую ведьму Запада в своих книгах, стекали с её тела.

– Мерзкие негодники! – закричала ведьма в агонии. – Однажды вы за это поплатитесь! Может быть, в Другом мире вы меня и остановили, но я ещё отомщу вам в мире потустороннем!

Шатаясь, ведьма двинулась вперёд по Линкольн-центру, оставляя позади себя лужи из слов. Она споткнулась и рухнула в фонтан, где наконец растаяла полностью. Брат Тук встал на колени и произнёс молитву за спасение её души.

Теперь, когда Злая ведьма Запада была мертва, её чары над Мигунами рассеялись. Они бросили оружие и принялись радостно плясать по двору. Алан из лощины стал наигрывать весёлую мелодию, чтобы им было подо что танцевать.

– ЧТО ПРОИСХОДИТ? – спросил Робин. – ПОЧЕМУ МИГУНЫ СКАЧУТ ВОКРУГ, БУДТО ШАЛЬНЫЕ?

– Робин, они свободны! – крикнул ему Бо. – Ведьма много лет держала их в своей власти!

– ТО ЕСТЬ ЭТО ВЕДЬМА ЗАСТАВИЛА ВАС РАЗГУЛИВАТЬ В ЭТИХ КОШМАРНЫХ НАРЯДАХ И ОТЗЫВАТЬСЯ НА ТАКОЕ ИДИОТСКОЕ ИМЯ?

– Нет, имя и наряды у нас были и до неё, – ответил один из Мигунов.

Робин очень обеспокоился, услышав это.

– МОЖЕТ, ТУТ ЕЩЁ КАКАЯ-ТО ВЕДЬМА ПОСТАРАЛАСЬ? – спросил он.

Внезапно с небес спустился Блубо. Он присел на край фонтана, нырнул в воду и принялся что-то искать в останках Злой ведьмы.

Остальным стало любопытно, что он пытается найти, и они собрались вокруг фонтана посмотреть.

– Нашёл! – объявил Блубо.

Он вынырнул из воды с золотой шапкой Злой ведьмы в лапках, затем бросил её на землю и колотил копьём одного из Мигунов до тех пор, пока не разломал на сотни осколков.

– Вот так! – сказал он и улыбнулся, довольный собой. – С нынешних пор никто и никогда больше не будет командовать летучими обезьянами!

Мигуны захлопали в ладоши, радуясь новообретённой свободе обезьян. Славные друзья, Пропащие мальчишки и археологи понятия не имели, о чём речь, но присоединились ко всеобщему веселью и затанцевали по двору Линкольн-центра.

– СТРАННОЕ МЕСТЕЧКО ЭТА СТРАНА ОЗ, – заявил Робин. – НЕ КАЖДЫЙ ДЕНЬ В ОДНОМ МЕСТЕ ВСТРЕТИШЬ ВЕДЬМ, ОБЕЗЬЯН И МИГУНОВ. ХОТЯ ЕСЛИ ПОДУМАТЬ, ВСЁ ЭТО СИЛЬНО НАПОМИНАЕТ МНЕ ОДНИ ВЫХОДНЫЕ ВО ФРАНЦИИ.

Червонная королева с карточными солдатами гналась за Железным Дровосеком от Мидтауна до самого Вашингтон-сквера в Нижнем Манхэттене. Парк славился своей высокой аркой, которая находилась у северного входа. Дровосек поспешил туда, ожидая увидеть в парке множество киборгов из «Королевы галактики», но те запаздывали.

– Ох, – вздохнул Железный Дровосек.

Карточные солдаты наконец догнали его и окружили со всех сторон. Они направили острия пик на металлического человека, и он выронил топор. Червонная королева вошла в круг и стала обходить Дровосека, оглядывая его, как вкусное лакомство.

– Держите его, – сказала она со злорадной ухмылкой. – Я отрублю ему голову сама!

Солдаты схватили Дровосека под локти, сбили с ног и силой поставили на колени. Королева взяла его топор и для пробы пару раз замахнулась.

– Значит, это тебя зовут Червонной королевой? Королевой сердец? – спросил Дровосек.

– Именно, – ответила она.

– Не понимаю, – сказал Дровосек. – Ты вторгаешься в чужие дома и захватываешь их, отрубаешь людям головы забавы ради. Как тебя могут звать Королевой сердец, если ты такая бессердечная?

– У тебя голова совсем пустая? – фыркнула королева. – У всех живых существ есть сердца, это просто мышца, которая качает по телу кровь. То, о чём говоришь ты, называется состраданием, и это вещь куда более редкая и, на мой взгляд, совершенно бесполезная.

Железный Дровосек поморгал, пытаясь понять её слова.

– Значит, то, что я искал всё это время, на самом деле всегда у меня было? – спросил он, разинув рот и вытаращив глаза, будто ему открылось величайшее в его жизни знание.

Королева озадаченно посмотрела на своих солдат – неужели человек, которого она грозилась вот-вот казнить, вздумал спрашивать у неё о подобном?

– Я слышала, что именно к этому выводу большинство людей приходят к концу своей жизни, – сказала она. – К счастью для тебя, именно конец твоей жизни сейчас и настанет. А теперь стой ровно и не верти головой – будет больно.

Неожиданное открытие тронуло Дровосека до глубины души – ему показалось, будто он впервые увидел мир вокруг себя. На глазах у него выступили слёзы, но он не мог дать им волю – от такого и заржаветь недолго. Дровосек просто обязан был спастись от королевы, чтобы начать новую жизнь.

– Стой! – воскликнул он. – Если тебя так восхищает моя голова, тебе стоит посмотреть и на моё сердце. Такого сердца ты точно не видела.

– Глупец, – хмыкнула королева. – Ты только что сказал, что у тебя его нет, – на что ты мне смотреть предлагаешь?

– Я ошибался, – ответил Дровосек. – Может быть, ты и Королева сердец, но уверяю: сердца, подобного моему, ты ещё никогда не видела.

Королеве стало любопытно, и она вскинула брови.

– Что ж, пожалуй, я взгляну на твоё сердце, прежде чем отрубить тебе голову, – сказала она. – Перевернуть его!

Карточные солдаты подняли Дровосека и перевернули его на спину. Червонная королева наклонилась к его металлическому туловищу и распахнула дверцу у него на груди. К её ужасу, внутри обнаружилось совсем не сердце, а крохотная девушка!

– БУ! – закричала Тролбэлла.

– А-А-А-А-А! – завопила королева.

Она так испугалась, что выронила топор Дровосека и отшатнулась. Солдаты, которые держали Дровосека, кинулись на помощь королеве. Тролбэлла выпрыгнула на землю, схватила топор и кинула его Дровосеку, как только он встал. Королева яростно взревела и ткнула пальцем в странную парочку.

– СХВАТИТЬ ИХ СЕЙЧАС ЖЕ! – крикнула она. – И ГОЛОВЫ ИМ С ПЛЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ…

Договорить она не успела. Дровосек со всей силы махнул топором и отсёк королеве голову. И снова, как и у остальных Литературных злодеев, из её тела потекли лишь слова. Все прилагательные, наречия, глаголы и существительные, которыми Льюис Кэрролл описывал неприятную правительницу, брызнули из шеи королевы. В конце концов они высохли, и тело её исчезло.

– Он убил нашу королеву! – крикнул один карточный солдат.

– Он за это поплатится! – завопил другой.

И они кинулись на Дровосека и Тролбэллу, но в это мгновение парк вдруг озарился ярким светом. Дровосек с Тролбэллой посмотрели наверх и увидели, что «π-ρ-г» наконец-то подоспел на помощь!

Королева киборгов и командир Тритонс выглянули в иллюминатор на капитанском мостике.

– Полагаю, именно этот парк нам нужен, ваше величество, – сказал командир Тритонс. – Да, это точно Вашингтон-сквер.

– В этом городе всяких скверов да парков больше, чем на всех моих планетах вместе взятых, – проворчала Королева киборгов. – Ну да ладно, как погляжу, мы слегка припозднились. Отправь киборгов на помощь этому металлическому лесорубу и его коротышке-подружке.

– Есть, мэм, – отозвался командир Тритонс и обернулся к киборгам. – Вы слышали королеву – все в парк!

В брюхе «π-ρ-га» раскрылся широкий люк, и тысячи киборгов стали опускаться в Вашингтон-сквер на реактивных рюкзаках, ховербордах и пропеллерах. Прежде чем вступить в бой, киборги перенесли Дровосека и Тролбэллу на вершину арки Вашингтон-сквера. Когда же те оказались в безопасности, киборги ринулись на солдат.

Обитатели Страны чудес были умелыми бойцами, но лазерным бластерам, гамма-бомбам и реактивным установкам киборгов мало что могли противопоставить. Очень скоро карты сдались и оказались в плену на борту «π-ρ-га».

Когда же битва завершилась, Дровосек сел на край высокой арки и тяжело вздохнул.

– Что с тобой? – спросила Тролбэлла.

– Я внутри всегда был пустой, но впервые в жизни по-настоящему чувствую пустоту, – сказал Дровосек. – Я думал, сердце её заполнит, но оказалось, оно всегда у меня было, и я совсем не знаю, что теперь делать.

Услышав это, Тролбэлла поняла, что её мечта сбылась. Она восхищённо уставилась на самое прекрасное, что видела жизни – на эмоционально зрелого и уязвимого мужчину, которому была нужна помощь. Королева троблинов села рядом с Дровосеком и проникновенно заглянула ему в глаза.

– А знаешь, мне у тебя в груди было очень уютно, – сказала она. – Может быть, я – и есть то сердце, которое ты искал.

Тролбэлла положила свою крохотную ладошку на руку Дровосеку и опустила двурогую голову ему на плечо. В этот миг Железный Дровосек уверился, что сердце у него действительно есть, потому что от прикосновения девушки-тролля он покраснел.

Крыса-Мэри с остальными ведьмами петляли по Нью-Йорку, как могли, но их преследователи не сдавались. Лестер, Джек и Златовласка следовали за ведьмами везде, сколько бы те ни метались зигзагами между зданий, ни крутились вокруг небоскрёбов и ни ныряли под мосты. Ничто не могло помешать отважным родителям вернуть себе сына.

С каждой секундой Лестер мчался всё быстрее. Вскоре они уже могли дотянуться до прутьев метлы той из ведьм, что летела последней.

– У меня идея, – сказал Джек жене и гусаку. – Последуем за ведьмами вон до того квартала, а когда доберёмся, облетим вон ту зелёную башню и отрежем им путь прежде, чем…

Джек ещё не успел договорить, а Златовласка уже придумала свой собственный план. Она спрыгнула со спины Лестера прямо на метлу ближайшей ведьмы и затеяла с её владелицей драку. Ведьма уже приготовилась ударить Златовласку заклятием, но та её опередила – получив в нос, ведьма полетела вниз и угодила прямо в Ист-Ривер.

Златовласка обеими руками вцепилась в метлу. Ей впервые в жизни довелось оседлать подобный транспорт, и разобраться, как им управлять, Златовласка сумела не сразу. А когда смогла, то с приятным удивлением обнаружила, что лететь верхом на метле было почти что как ехать верхом на лошади. Когда она наклонялась вперёд, метла ускорялась, а когда тянула древко на себя – замедлялась. Наловчившись, Златовласка обернулась к Джеку и Лестеру и объяснила им свой замысел.

– Я доберусь до переднего ряда ведьм, а потом запрыгну на метлу Мэри и заберу Героя.

– Будь осторожна! – предостерёг её Джек.

– На осторожности далеко не уедешь, – ответила Златовласка и подмигнула ему.

Отважная мать наклонилась вперёд, и метла помчалась быстрее. Пролетая мимо ведьм, Златовласка всеми силами старалась сшибить их с мётел – сталкивала их, сдёргивала вниз за волосы, пинала их мётлы, отчего те начинали бестолково крутиться. В конце концов в воздухе остались только Златовласка и Крыса-Мэри с Героем.

Златовласка тихонько подобралась прямо к Мэри, прячась у неё за спиной, а затем перепрыгнула со своей метлы на ведьмину и уселась сзади.

– Верни мне сына! – потребовала она.

– И почему люди так трясутся над своими отпрысками? – прошипела Крыса-Мэри. – Можно ведь просто родить другого!

Ведьма принялась вертеться и петлять в воздухе, нырять вниз и резко поворачивать, один раз она даже перекувырнулась вверх ногами, но Златовласка держалась на метле как приклеенная. От всей этой качки только Герой ухитрился задремать.

– Боже, вот ведь настырная! – взвыла Мэри. – Ладно, забирай уже своего спиногрыза, другого найду!

Ведьма разрезала лямку слинга острым ногтем, и тот соскользнул у неё с груди и начал падать – вместе с малышом. Златовласка спрыгнула с метлы Мэри и поймала сына прямо в воздухе – а затем вместе с ним полетела вниз с высоты в сотни метров. Но упасть не успела – к ним метнулся Лестер, и вместе с Героем Златовласка угодила прямо в руки к Джеку.

– Проклятье! – выругалась Мэри. – А я так надеялась, что вас размажет!

По иронии судьбы, ведьма не смотрела, куда летит, и ту же секунду врезалась прямо во Флэтайрон-билдинг. Судя по тому, что с ней стало после этого, очевидно было одно – похищать детей, летать на метле и варить зелья Крысе-Мэри больше никогда уже не придётся.

Джек и Златовласка, вне себя от счастья, крепко обняли своего новорождённого сына, и Лестер помчался к Центральному парку, чтобы воссоединить их с друзьями.

Глава 20

Скверные дела на Таймс-сквер

Вихрящийся свет переместил Алекс и статуи львов на площадь Таймс-сквер. Они приземлились на крышу прямо под шаром времени, который опускают на флагштоке на каждый Новый год. Самый известный перекрёсток на свете был совершенно пуст, но огни, светящиеся билборды и гигантские экраны так и мерцали – во время эвакуации никто не стал их выключать.

Алекс села на край крыши и разрыдалась, оплакивая Рука. Из-за проклятия все её чувства зашкаливали, но девушку захлестнула не только скорбь, но ещё и угрызения совести. Это по её вине ведьмы вторглись в Другой мир. Это из-за неё они принесли людям столько страха и боли. Если бы не она, Рук всё ещё был бы жив.

Алекс изводила себя этими мыслями, а вокруг по всем зданиям Таймс-сквер по воле её подсознания стали разрастаться ползучие растения. Вскоре вся площадь оказалась покрыта лозами и плющом. В конце концов и Коннер с друзьями и Советом фей до неё добрались. Благодаря всей этой бурной растительности найти Алекс оказалось нетрудно.

– Вижу её! – объявил Коннер. – Она на крыше, под шаром!

Статуи львов спрыгнули с крыши на землю с такой силой, что площадь задрожала и лапы львов глубоко отпечатались в асфальте. Как и прежде в библиотеке, львы охраняли Алекс и никого не собирались подпускать близко.

– Алекс, я понимаю, что тебе сейчас невыразимо больно, но очень важно, чтобы ты выслушала нас! – крикнула Эмеральда. – Проклятие, которое на тебя наложено, исходит от очень могущественного и очень злого волшебного зеркала. Оно рождает в твоём разуме ложные мысли, в сердце – ложные чувства, оно не позволяет тебе ясно мыслить. Это тяжело, я понимаю, но сейчас ты не должна верить ничему, что говорят тебе твои разум и тело. У этой магии лишь одна цель – уничтожить всё, что дорого человеку. Если ты позволишь чарам себя обмануть, всё будет потеряно.

– Но ведь это я во всём виновата! – воскликнула Алекс. – Ничего бы не случилось, найди я дядю Ллойда раньше! Ведьмы никогда бы не попали в Другой мир, сумей я остановить их в сказочном! И если бы я простила Рука, ему незачем было бы завоёвывать моё прощение и спасать меня!

– Алекс, всё это неверно, потому что виновата – я, – призналась Эмеральда. – Ты знала, что Человек в маске опасен, и сделала всё возможное, чтобы ему помешать. Это я тебе не поверила. Это я заставила тебя прекратить поиски. Это я не поняла, что ты под действием проклятия. И только из-за своих собственных ошибок я не смогла остановить Литературную армию, не позволить ведьмам переместиться в Другой мир, и Рук мёртв тоже из-за меня. Я беру на себя полную ответственность за всё произошедшее и теперь прошу тебя всё исправить. Пожалуйста, спускайся к нам, и мы сможем сразиться с проклятием вместе!

Казалось, Эмеральде удалось смягчить боль Алекс, но лишь чуть-чуть. В глубине души Алекс нашла силы оградиться от всех страшных мыслей и чувств, порождённых проклятием. Она утёрла слёзы и собралась с духом, готовясь спуститься к друзьям и семье.

– Не так быстро!

Морина вышла из-за угла и встала между статуями львов. Едва увидев ведьму, Алекс мгновенно утратила власть над собой и полностью подчинилась ей.

– Ну почему люди никак не желают оставаться там, где должны быть? – вздохнула Морина.

– Отпусти мою сестру! – закричал Коннер.

– Прости, никак не могу, – ответила ведьма. – У меня на твою сестру большие планы, но, увы, тебе придётся поверить мне в этом на слово – когда мы закончим, все вы уже будете мертвы.

– Неужели ты мало принесла бед? – спросила Эмеральда.

– Собственно, я ещё только начала, – сказала ведьма. – Алекс, держи своих друзей, чтобы они нам не мешали.

Алекс кивнула и махнула рукой на площадь. Лозы вырвались из земли, схватили Совет фей и пригвоздили их всех к земле. Длинные электрические кабели выскочили из гигантских экранов, обвили Коннера, Бри, Шапочку и Фрогги и прижали их к билбордам на улице. Статуи львов подпрыгнули и придавили Матушку Гусыню и Мерлина к асфальту.

– Умница, – сказала Морина. – А теперь уничтожь всё и всех в этом злосчастном мире, начиная с Нью-Йорка.

Алекс снова кивнула и взмыла в небо высоко над площадью. Она призвала ещё больше лоз, и те стали прорастать по всему Манхэттену квартал за кварталом. Растения обвивали здания, деревья, машины, фонари и почтовые ящики и крушили всё на своём пути, как цунами голодных анаконд.

– То есть теперь, раз уж твой план не удался, ты решила отыграться на целом мире? – крикнул Коннер.

– По сути – да, именно так, – ответила Морина со зловещей усмешкой. Но тут же нахмурилась, увидев, что перед ней к билборду прикован Фрогги. – Чарли! – воскликнула она. – Как ты выбрался из зеркала?

– Сделал доброе дело, – ответил Фрогги. – Это самоотверженный поступок, который человек совершает во благо другого человека, если вдруг ты не в курсе.

– Невозможно! – заявила Морина. – Никто не может спастись из волшебного зеркала! Потому-то я и пленила тебя там!

– Любопытно, учитывая, что я могу назвать как минимум троих человек, которым удалось освободиться, – ответил Фрогги. – Может быть, знай ты побольше о таких вещах, смогла бы в кои-то веки и достигнуть хоть чего-нибудь.

Морина свирепо уставилась на человека-лягушку.

– Оттуда, куда я отправлю тебя сейчас, ты не вернёшься точно, – сказала она. – Уж это я тебе обещаю.

Ведьма указала на Фрогги пальцем и сжала ладонь в кулак. Кабели вокруг тела Фрогги стали сжиматься туже и душить его. При виде того, как Морина пытает Фрогги, Красная Шапочка пришла в ярость.

Она незаметно высвободила левую руку, полезла в сумочку и вытащила швейцарский нож, который купила в аэропорту. Затем быстро освободилась и спрыгнула на землю.

– Эй, козлиха, а ну оставь мою лягушку в покое! – заорала она.

Ведьма обернулась. Попытки Шапочки бросить ей вызов Морину очень позабавили.

– Пожалуй, зрелища более жалкого я в жизни не видела, – сказала ведьма. – Неужели ты всерьёз надеешься остановить меня?

– Недооценивай меня сколько влезет, – сказала Шапочка. – Это ведь куда проще, чем признать правду, а, Морина?

– И какую же правду я должна признать? – фыркнула ведьма.

– Правду о том, насколько безумно и безмерно ты мне завидуешь! – выпалила Шапочка.

Морина расхохоталась в голос. Коннер и остальные нервно переглянулись – они понятия не имели, что задумала Шапочка.

– Ты думаешь, я завидую? Тебе? – спросила ведьма.

– Ты уже успела испортить мне свадьбу, проклясть одну из моих лучших подруг, заточить моего жениха в волшебное зеркало, и вот теперь ты душишь его у меня на глазах, – сказала Шапочка. – Если это не личная месть, то я не знаю, что это такое. Совершенно очевидно, что ты по некой причине одержима желанием разрушить мою жизнь, и что-то мне подсказывает, что всё дело именно в зависти!

– Объясни, пожалуйста, как человек вроде меня может завидовать такой, как ты? – поинтересовалась Морина. – Мне доводилось вскрывать канареек, у которых умишка было побольше твоего.

– Как и почти всегда в моей жизни, ум здесь совершенно ни при чём, – сказала Шапочка. – Признай – ты завидуешь моей красоте!

– Что-что? – переспросила ведьма.

– Ты меня прекрасно слышала! – продолжала Шапочка. – У меня безупречная кожа, красивые глаза, прекрасные волосы, стройная фигура, а ещё я добрый, деликатный, бескорыстный человек и хороший друг! Я так же прекрасна внутри, как и снаружи! И сколько бы зелий ты ни выпила, сколько бы чар на себя ни наложила, ты в душе так и останешься эгоистичной, алчной, злобной и уродливой козлихой!

Слова королевы попали в цель. Морина так разъярилась, что глаза у неё покраснели, а кровь в венах почернела. Друзья Шапочки и феи зажмурились, боясь увидеть, чем на это ответит ведьма.

– Ты и впрямь самая беспросветная дура на свете, – сказала Морина. – И это я делаю в качестве услуги всему человечеству.

Ведьма указала на Шапочку, и с кончиков её пальцев сорвался ярко-фиолетовый луч. Но когда он должен был уже вот-вот поразить юную королеву, Шапочка выхватила из сумочки зеркальце и заслонилась им. Магия Морины отразилась от зеркальца и вернулась обратно. Ведьму ударило её же собственной магией, и она разлетелась на миллионы кусочков.

– Ну и кто теперь дура, Морина? – выкрикнула Шапочка.

Когда Коннер и остальные открыли глаза, то с изумлением увидели, что ведьма мертва, а Шапочка – нет.

– Дорогая, это было потрясающе! – воскликнул Фрогги.

– Шапочка, ты гений! – закричал Коннер.

– Как ты догадалась, что зеркало отразит её магию? – спросила Бри.

– Журнал «Гламур». – Шапочка пожала плечами. – Я в самолёте прочитала чудесную статью, там было написано: «Если женщина хочет, чтобы её спасли, величайшего спасителя она найдёт в зеркале». Я так и не поняла, о ком была речь, но меня зеркало спасло, это уж точно.

Друзья Шапочки никогда ещё так не радовались её непонятливости.

Шапочка взобралась по лестнице и освободила Фрогги, разрезав путы ножом. Они помогли друг другу спуститься, и Фрогги уже хотел отправиться помогать остальным, но Шапочка его остановила.

– Чарли, я хочу пожениться, – сказала она.

– Милая, я тоже, конечно…

– Нет, ты не понял, – продолжала Шапочка. – Я хочу пожениться прямо сейчас.

По отчаянию в глазах Шапочки Фрогги понял, что она говорит более чем всерьёз.

– Дорогая, ты уверена, что сейчас подходящее время?

– На все сто, – ответила Шапочка. – Если я за прошедший месяц чему и научилась, так это тому, какой непредсказуемой бывает жизнь. Особенно если дружить с близнецами Бейли. Очень может быть, что больше возможности пожениться у нас никогда и не будет! Так что давай прямо сейчас и здесь, пока какая-нибудь очередная магическая тварь не разорвала нас на части!

Мысль об этом очень порадовала Фрогги, но он всё же сомневался, что она разумна.

– Ты уверена, что хочешь такой свадьбы? – спросил он. – Прости за прямоту, но вся улица усеяна прахом ведьмы.

На лице Шапочки расцвела широкая и самодовольная улыбка.

– Чарли, поверь, я и представить себе не могу места для женитьбы лучше, чем на останках твоей бывшей, – заявила она. – Матушка Гусыня, вы нас не пожените?

Матушка Гусыня, в общем-то, не видела никаких причин, которые могли бы помешать ей провести церемонию. Не считая разве что трёхтонной статуи льва, которая в это самое время придавливала её к земле.

– Теоретически, наверное, можно, – сказала она.

– Здорово! – пискнула Шапочка. – И для порядка решим, что Совет фей у нас свидетели, Коннер – шафер, а Алекс – подружка невесты. Не волнуйся, Алекс! Это всего на минуточку, а потом мы опять начнём тебя спасать!

Шапочка и Фрогги взялись за руки и встали посреди Таймс-сквер, а Матушка Гусыня приступила к импровизированной церемонии.

– Дорогие возлюбленные, мы собрались сегодня здесь – против воли, – чтобы неожиданно узреть, как эта женщина и эта лягушка сочетаются довольно сомнительным браком. Согласен ли ты, Чарли Прекрасный, взять Красную Шапочку в свои очаровательно избалованные жёны?

– Согласен, – ответил Фрогги.

– Согласна ли ты, Красная Шапочка, взять Чарли Прекрасного в свои умилительно перепончатые мужья?

– Согласна, – ответила Шапочка.

– В таком случае властью, весьма недальновидно доверенной мне, я объявляю вас мужем и женой! Можете поцеловать лягушку!

Шапочка и Фрогги поцеловались, и их друзья захлопали в ладоши.

– Прекрасная церемония, милая, – похвалил Мерлин.

– Веришь или нет, это ещё не самая странная свадьба, на которой мне доводилось бывать, – сказала Матушка Гусыня. – А теперь можно кто-нибудь снимет с меня этого кота-переростка?

К счастью, в этом не было нужды. Алекс взлетела в небо над Манхэттеном, который пожирало её колдовство. Статуи львов спрыгнули с Матушки Гусыни и Мерлина и последовали за Алекс, прыгая с крыши на крышу по всему городу. Фрогги с Шапочкой освободили от пут Коннера и Бри, а затем и Совет фей.

– И что нам теперь делать? – спросила Бри.

– Нужно выбраться с острова и встретиться с остальными, – сказал Коннер. – Алекс приказали уничтожить весь Другой мир, и теперь она не остановится ни перед чем, пока мы не снимем заклятие.

– Но как его снять? Идеи есть? – спросил Фрогги.

– Только одна, – сказал Коннер. – И я очень надеюсь, что мы найдём другой путь.

Глава 21

Братское бремя

Разрушительные лозы Алекс преследовали Коннера, его друзей и Совет фей по улицам Нью-Йорка. Феи пытались разить растения чарами, но стоило им уничтожить одну лозу, как на её месте тут же вырастала целая дюжина.

– Манхэттен как будто тонет в Терновой яме! – воскликнул Коннер.

– Что такое Терновая яма? – спросила Бри.

– Такая очень опасная яма в сказочном мире, – объяснил Коннер. – Мы с Алекс туда как-то спускались, чтобы добыть ингредиент для Заклинания желаний. И знаешь, что особенно иронично? После всех нынешних кошмаров это ещё кажется приятным воспоминанием!

– Говори за себя! – выдохнул Фрогги.

К счастью, на перекрёстке компания столкнулась с Артуром, рыцарями Круглого стола и Корнелиусом. Они тоже убегали от лоз, захватывающих город. Единорог нёс на спине тело Рука.

– Вы нашли Алекс? – спросил Артур.

– Да, – сказала Шапочка. – Как вы можете понять по демоническим растениям, которые повсюду вылезают, кончилось это плохо.

– Ведьма приказала Алекс уничтожить весь мир, начиная с Нью-Йорка, – объяснил Коннер. – Мы пытаемся сбежать с острова и придумать, как её остановить!

В конце концов они добрались до реки Гудзон на западе Манхэттена. Мерлин превратил голубя в небольшой паром, все быстро сели на борт и поплыли по реке к Острову Свободы.

Не в силах даже ничего сказать, Коннер смотрел, как чары Алекс уничтожают город. Да, его сестра сильно изменилась с тех пор, как была прилежной отличницей в классе миссис Питерс.

Паром остановился у Острова Свободы, и Коннер увидел на берегу своих друзей и персонажей из больницы святого Андрея. Шарлотта с Бобом были безмерно рады, что и Коннер, и его друзья целы. Они бросились к Коннеру через толпу и крепко его обняли.

Все пираты, супергерои, археологи и киборги, похоже, были в неплохом расположении духа с учётом обстоятельств, но тут же поникли, увидев на спине Корнелиуса тело.

– Что случилось? – спросил Гром.

– Рук спас Алекс, – ответил Коннер. – Заслонил её собой от пули снайпера.

– Господи, – вздохнул Боб. – Какой это будет удар для его отца…

– Где твоя сестра? – спросила Шарлотта.

– Конкретно сейчас она уничтожает крупнейший город Соединённых Штатов, – сообщил Коннер. – Ну знаешь, типичные подростковые делишки.

Его мама тяжело вздохнула.

– Неужели мы совсем никак не можем победить проклятие?

– Никаких достойных вариантов на ум не приходит, – сказал Коннер.

Лестер опустился на Остров Свободы, неся Джека, Златовласку и Героя. Все вздохнули с облегчением, увидев, что родителям удалось спасти ребёнка от ведьм, а Джек со Златовлаской обрадовались, что их друзья успели вовремя покинуть город.

– Вот вы где! – радостно воскликнул Джек. – Мы кружили над парком, но не нашли места для посадки – весь город зарос растениями!

– Да уж знаю, – ответил Коннер. – А с ведьмами что стало?

– С большинством мы разобрались, но некоторые могли успеть сбежать, – вздохнула Златовласка. – Как успехи с Алекс?

Коннер покачал головой.

– Увы, хороших новостей у меня нет.

– А у меня есть – мы с Фрогги поженились! – объявила Шапочка. – Ну и ещё я убила Морину зеркальцем. Знаю, вечерок со свадьбами и смертоубийствами звучит так себе, но вообще-то вышло довольно славно.

Фрогги посмотрел на новорождённого сына Джека и Златовласки и широко улыбнулся.

– Это, видимо, Герой, – сказал он.

– Я всё забываю, что ты его ещё не видел, – ответила Златовласка. – Герой, это дядя Фрогги.

Она дала ребёнка Фрогги. При виде малыша у того к глазам подступили слёзы. Герой уставился на Фрогги так, будто ничего удивительнее в жизни не видел.

– Он очарователен, – сказал Фрогги.

– Видел бы ты его, когда он только вылез, – шепнула мужу Шапочка. – Я после этого несколько дней есть не могла.

Пока Фрогги и Герой знакомились, Коннер с изумлением увидел, что большая часть Литературной армии тоже на Острове Свободы. Карточные солдаты из Страны чудес и пираты из Нетландии сидели на земле в наручниках. Мигуны сторожили пленников, и в лицах обитателей страны Оз что-то изменилось, хоть Коннер и не мог понять что – будто в их глазах снова засиял огонь. Летучие обезьяны лежали на траве в бессознательном состоянии, подёргиваясь от статического электричества, но и с ними тоже что-то произошло. Коннер заметил, что Блубо ласково прильнул к родителям и с довольным видом вычесывал у них блох.

– Так, минуточку, ребят, – вы что, всю Литературную армию без нас победили? – спросил Коннер, радостно улыбаясь.

– Ещё как победили! – объявил Питер Пэн. – Мы с экипажем «Долли-Ламы» сразились с капитаном Крюком и его пиратами на вершине Эмпайр-стейт-билдинга! Рыжая Салли ему руку отрубила, и он упал и разбился насмерть!

Безумный Мотылёк неожиданно взвыл, как трицератопс, чтобы напомнить Питеру о своём участии в битве, и все на Острове Свободы разом подпрыгнули.

– Ой, да, и ещё Червесельчак вылупился из кокона и спас Динь-Динь! – добавил Питер.

– Вот это – Червесельчак? – изумилась Бри. – Обалдеть, а я ещё думала, что у меня извращённое воображение.

– Что ещё интересного случилось, пока мы были в парке? – спросил Коннер.

– Гром ударил током летучих обезьян на Крайслер-билдинге! – похвастался Жар за брата.

– А Славные друзья и Пропащие мальчишки победили ведьму в Линкольн-центре, – добавил Бо Роджерс. – И когда она умерла, Мигуны и обезьяны освободились от её чар!

– Я В СВОЁ ВРЕМЯ РАСТОПИЛ НЕМАЛО ЖЕНСКИХ СЕРДЕЦ, НО ОНА ПЕРВАЯ НА МОЕЙ ПАМЯТИ РАСТАЯЛА ВСЯ ЦЕЛИКОМ! – проорал Робин.

– Железный Дровосек обезглавил Червонную королеву в Вашингтон-сквере, а киборги пленили её карточных солдат, – доложил командир Тритонс.

Бри не могла не заметить, что Тролбэлла с Дровосеком держатся за руки.

– А между вами двоими что случилось? – спросила она. – Вы чего, это самое?

– Если тебе обязательно нужно навесить на наши отношения ярлык по своим чудовищным меркам, то да, мы «это самое», – заявила Тролбэлла. – Я всю свою жизнь тосковала по Сливочному мальчику, а оказалось, на самом деле мне был нужен Железный мужчина.

Коннер так гордился победой своих друзей и персонажей, что романом Тролбэллы и Дровосека даже не озаботился.

– Но кто вам рассказал, как победить Литературную армию? – спросил он. – Даже мне пришлось бы спрашивать у библиотекаря.

– Твоя мама рассказала, – ответил Гром.

Коннер приятно удивился, услышав это.

– Серьёзно?

– Мы поначалу тоже не знали, что делать, – сказала Шарлотта. – А потом я подумала: как бы поступили на моём месте Алекс и Коннер? Поэтому я последовала твоему примеру и написала рассказ о встрече с Джеймсом Барри, Лайменом Фрэнком Баумом и Льюисом Кэрроллом. Капнула на страницы портального зелья, шагнула в луч и спросила авторов, как победить их персонажей.

– И что они сказали?

– Сэр Джеймс Барри ответил, что величайшая слабость Крюка – жажда мести, и он не упустит возможности расквитаться с Питером Пэном за утраченную руку. Мистер Баум сказал, что ведьма Запада такая злая, что её можно растопить водой, – приятно знать, что в фильме хоть что-то передали правильно. Ну и мистер Кэрролл сказал, что Червонная королева ни за что не откажется от шанса заполучить необычную голову. Я обо всём рассказала Артуру, а он придумал план.

За прошедшие годы Коннер не раз и не два гордился своей матерью по очень многим причинам, но с историей о том, как она раздобыла информацию для победы над целой армией, мало что могло сравниться. Однако осыпать маму похвалами Коннер не успел – он вдруг застыл на месте и замолк: мамина идея навела его на интересную мысль.

– Господи, – сказал он. – Я знаю, как разрушить проклятие! Знаю, как спасти Алекс!

Всё внимание тут же обратилось к нему. Даже Герою стало любопытно, что придумал Коннер. Но сразу делиться планом Коннер не стал – он подбежал к краю Острова Свободы и посмотрел на Манхэттен. Большая часть острова уже была покрыта растениями, но Алекс нигде не было видно.

– Мне нужен хороший обзор города, – сказал Коннер. – Лестер, не поднимешь меня на факел Статуи Свободы?

Огромный гусак наклонился, чтобы Коннер смог забраться к нему на спину. Бри стало очень любопытно, и она тоже запрыгнула на Лестера. Они поднялись на самую вершину, и Лестер высадил подростков на факел Статуи.

– Ну что? – спросила Бри. – Как будешь разрушать заклятие?

Коннер пожал плечами.

– Не знаю, – сказал он.

– Тогда что же у тебя за тайный план такой? – удивилась она.

– Я спрошу того, кто знает, – ответил Коннер. – Но сначала мне нужно знать, где в точности находится Алекс. Иначе ничего не выйдет.

Они внимательно оглядели город. В конце концов Коннер и Бри заметили Алекс, которая летала между зданий южного Манхэттена. Она взмыла на вершину Башни Свободы и смотрела, как лозы затягивают улицу внизу. Статуи львов взобрались по небоскрёбу к ней.

– Отлично, она приземлилась! – сказал Коннер. – Если сможем как-нибудь оттащить этих статуй от неё, возможно, мне удастся её спасти!

Внезапно он заметил какое-то движение в реке. По Гудзону плыла небольшая лодка защитного цвета. Она причалила к Острову Свободы, и на берег выбрались генерал Уилсон, дюжина морпехов и очень знакомая старушка.

– Корнелия? – изумилась Бри. – А она тут зачем?

Коннер и Бри быстро залезли на Лестера и спустились на землю. Когда они прибыли, все уже собрались вокруг Корнелии, генерала и морпехов.

– Я здесь по срочному делу, так что все слушаем внимательно, – сказал генерал Уилсон. – Я не знаю, кто вы такие, откуда и что вам нужно в моей стране, но вы сейчас же должны отправиться домой.

– Серьёзно, Гюнтер? – хмыкнула Корнелия. – Ты в самом деле ждёшь, что эти люди станут тебя слушать после такого-то тона? Мы не морпехи, если что.

Видно было, что генерал очень старается не обращать на неё внимания, но получается не очень.

– Менее чем через час военные силы Соединённых Штатов сбросят на Нью-Йорк ядерную бомбу, – сказал он. – Если вы не хотите оказаться в радиусе её действия, покинуть остров нужно немедленно.

– Что? – ахнула Шарлотта.

– Нельзя взрывать город! – завопил Коннер. – Там же сейчас моя сестра!

– Мои соболезнования, но решение принято, – сказал генерал.

– Я предупреждала тебя именно об этом, Гюнтер! – воскликнула Корнелия. – Если бы ты меня послушал, когда я рассказывала тебе о порталах в другие измерения, ничего бы этого не случилось!

Ноздри генерала раздулись от негодования.

– Корнелия, я пригласил тебя сюда, чтобы ты помогла мне договориться с этими людьми, а не отчитывала меня в их присутствии!

– «Пригласил»? – возмутилась Корнелия. – Сорок вооружённых до зубов вояк посреди ночи заявились ко мне домой, вытащили из кровати и сунули в джип! Если ты подобное зовёшь «приглашением», страшно представить, как ты людей арестовываешь!

– Корнелия, а откуда вы с генералом вообще знакомы? – поинтересовалась Бри.

– У нас когда-то был роман, – объяснила Корнелия. – Я много лет пыталась его предупредить о порталах между мирами, но сколько бы доказательств я ему ни приводила, он никогда не воспринимал Сестёр Гримм всерьёз. И вот, пожалуйста, до чего мы докатились – через несколько минут одному из величайших городов в мире придёт конец!

– Сейчас не время говорить «Я же предупреждала»! – гаркнул генерал.

– А я и не говорю! – рявкнула Корнелия. – Незачем говорить, это и так очевидно.

– Ладно, хватит! – завопил Коннер. – У вас двоих определённо какие-то личные тёрки, но давайте, пожалуйста, вернёмся к тому, что у нас тут вот-вот целый город взорвут? Ну не может быть, что других вариантов нет!

Генерал Уилсон указал на лозы, которые в этот самый миг обрушивали здания в центре.

– Мы должны не выпустить это в мир, – сказал он. – Если у вас нет идей получше, бомбу сбросят на город через тридцать пять минут.

Коннер посмотрел на сестру, которая так и стояла на вершине Башни Свободы. Он знал, что план по спасению Алекс будет выполнить очень сложно – возможно, сложнее ему ещё ничего в жизни делать не доводилось. Но также Коннер знал, что лучше уж погибнет в попытке её спасти, чем сложа руки будет смотреть, как она умирает.

– Собственно говоря, у меня есть идея получше, – сказал он. – Дайте кто-нибудь ручку!

Башня Свободы была самым высоким зданием на Манхэттене, и потому Алекс могла любоваться захватывающим видом города, пока этот самый город разрушала. На вершине здания у основания антенны находилась Кольцевая коммуникационная платформа. Трёхуровневая платформа была полна радиооборудования, прожекторов, проводов и сотен опорных балок. Алекс со львами ходила по ней и смотрела, как лозы поглощают Нью-Йорк внизу.

Внезапно откуда ни возьмись с неба на них прыгнул Безумный Мотылёк. Он сшиб обоих львов на соседнюю крышу, взвыл, как ведьма-банши, и принялся колотить статуи. Когда же от них остались лишь обломки, Мотылёк проглотил куски камня прежде, чем они успели превратиться обратно во львов. Затем он громоподобно рыгнул, отчего окна соседних зданий брызнули стёклами.

Алекс смотрела на всё это и не подозревала, что в этот самый миг Лестер тайком опустился на крышу у неё за спиной и высадил восьмерых пассажиров. Алекс услышала шаги, но, когда обернулась, не заметила никого. Она быстро обошла все три этажа платформы в поисках противников.

– Я последние тридцать восемь часов только и думал, как тебе помочь! – крикнул ей Коннер из укрытия. – Гадал, какие заклинания, зелья и чары могут пригодиться, но все они не способны одолеть такое сильное проклятие. А потом я вспомнил, что в детстве тебя всегда лучше всего утешал хороший рассказ. Поэтому я написал историю. Вот она.

Коннер вышел из-за балки, и Алекс ударила брата лучом света. Луч вышиб из него дух, и Коннер рухнул на платформу. При виде брата, пострадавшего от её же руки, Алекс на миг смогла перебороть заклятие и пришла в себя.

– Коннер! – закричала она и поспешила к нему. Но когда подошла, то обнаружила, что это был вовсе не её брат, а Артур! Юного короля просто заколдовали так, чтобы он выглядел как Коннер! От осознания обмана проклятие вернулось, да ещё и усилилось в десять крат. Настоящий Коннер, всё так же в укрытии, откашлялся и начал рассказ.

– «Жила-была маленькая девочка. Она была очень умная и больше всего на свете любила учиться. Девочка училась лучше всех в классе и по всем предметам превосходила остальных детей. Увы, другим ученикам стало завидно и обидно, и, вместо того чтобы хвалить девочку за ум, они стали дразнить и травить её. Они не хотели с ней играть на площадке и есть в столовой, и девочке стало очень одиноко».

Алекс увидела, как её брат бежит по третьему уровню платформы. Она вновь ударила его, но когда подошла посмотреть, оказалось, что на полу лежит Джек.

– «Каждый раз, когда девочка грустила, она шла в библиотеку и читала там книги. Персонажи историй становились её друзьями, и девочка читала всё больше и больше. И чем больше читала, тем умнее становилась. А чем умнее она становилась, тем больше люди ненавидели её за это».

Коннер возник на нижнем уровне платформы, перепрыгнул через перила и приземлился этажом выше. Алекс ударила брата лучом и увидела, что на самом деле это Фрогги. На этот раз проклятие не исчезло ни на секунду – оно знало, что за игру затеял Коннер.

– «Девочка выросла и стала правительницей далёкого королевства. Благодаря своей тяге к знаниям она – теперь уже юная девушка – правила очень мудро, а после пережитых в детстве обид всегда сочувствовала людям в нужде. Но теперь влиянию и способностям девушки позавидовали и взрослые. Они затаили злобу и стали портить ей жизнь».

Коннер выскочил из-за спутниковой тарелки. Алекс ударила брата лучом, и на пол упала Шарлотта.

«Поскольку все достоинства девушки приносили беды, ей страшно было представить, каким кошмаром может обернуться хоть один её недостаток. Поэтому она во всём стремилась к совершенству, доводя это до нездоровой крайности, и никогда не позволяла себе ни единой ошибки. Её и так все ненавидели без причины, и это было очень тяжело – девушка и представить не могла, что будет, если она даст людям хоть одну причину для ненависти.

Алекс заметила, как Коннер прыгает по платформе наверху. Она ударила его лучом, и по полу покатилась Шапочка.

– «Однажды взрослые придумали, как можно использовать умения девушки ради своей выгоды. Они наложили на неё страшное проклятие, из-за которого девушка по их воле ужасно себя чувствовала и творила ужасные дела. И хотя её заставляли всё это делать, девушка была так придирчива к себе, что во всех ужасах, которые совершала, винила только себя. Ей было так стыдно, что она попросила близкого человека лишить её жизни, веря, что только так можно положить конец её страданиям».

Коннер внезапно выглянул из-за антенны Башни Свободы. Алекс ударила брата мощным лучом света, и он превратился в Корнелиуса.

– «Но девушка была не виновата, что думала так. Никто и никогда не объяснял ей, что каждый совершает ошибки, и ничего ужасного в этом нет. Никто не объяснял ей, что каждый порой нуждается в помощи. Никто не объяснял ей, что это нормально – грустить, злиться, поддаваться чувствам время от времени. Все люди в её жизни принимали её стремление к идеалу как должное и не понимали, насколько это для неё невыносимо. И поскольку никто никогда не позволял девушке быть простым человеком, она стыдилась того, что им оказалась».

Алекс увидела, как Коннер делает стойку на руках на радиоантенне. Она ударила его лучом, и на пол рухнула Эмеральда.

– Эта девушка – ты, Алекс! Люди стыдили тебя за то, что ты талантлива и умна, а теперь ты проклята и думаешь, будто это конец света! Ты так привыкла управлять всем и вся, что считаешь, будто разочаровала весь мир, когда поддалась тому, чем управлять не способна! Но разочаровать нас ты сможешь, только если сдашься! Поэтому я не позволю этому проклятию тебя погубить! Я знаю, что ты сможешь спастись от него сама, если просто перестанешь судить себя так строго!

Внезапно под ноги Алекс упала папка рассказов Коннера. А он сам, настоящий, выпрыгнул из укрытия и обхватил её руками.

– Но если я не смогу убедить тебя в этом, то знаю, кто точно сможет!

Коннер бросил фляжку с портальным зельем, и оно разлилось по страницам папки. Луч света ударил в небо, и близнецы Бейли исчезли – они отправились в самый важный рассказ, который Коннеру доводилось писать…

Глава 22

Альтернативная история

Близнецы вошли в необъятное залитое светом пространство портального зелья. Придуманный Коннером рассказ был очень коротким, поэтому написанные слова обрели форму в считаные секунды. Но поскольку он писал эту историю впопыхах и не успел продумать детали, в пустом пространстве вокруг них появилась лишь знакомая белая дверь.

Свечение в глазах Алекс угасло, волосы упали ей на плечи, и она изумлённо огляделась.

– Я… я чувствую себя собой! Коннер, ты разрушил проклятие! Как тебе это удалось?

– Увы, не удалось. Ты всё ещё подчиняешься проклятию, но в этом рассказе у него нет над тобой власти. Я придумал мир, в котором не существует проклятий.

– Как же здорово снова ясно мыслить, пусть даже ненадолго, – сказала Алекс. – Если мы не придумаем, как избавить меня от проклятия, мне лучше остаться здесь. А что это за рассказ?

Коннер замялся.

– Это что-то типа альтернативной истории. В этом рассказе я написал о том, какой была бы наша жизнь, если бы… если бы у нас не было повода переезжать из старого дома.

Алекс вытаращила глаза, догадавшись, к чему клонит брат.

– То есть… – начала было она, но не договорила.

Коннер вздохнул.

– Может быть. Давай зайдём в дом и узнаем.

Близнецы открыли белую дверь и вошли в гостиную их прежнего дома. На первый взгляд комната выглядела точно так же, как в их воспоминаниях, но, пройдя дальше, они всё же заметили некоторые изменения. Все фотографии в рамках сменились на недавние снимки их семьи: дни рождения, семейные поездки и праздники, неудачные школьные портреты. Близнецы увидели себя на каждой фотографии, но не помнили всех этих событий.

– Мы как будто в параллельной реальности, – сказала Алекс. – Смотри, вот моя школьная фотка из девятого класса. Но я тогда уже жила в сказочном мире.

– Может, мы так и не узнали о Стране сказок, – предположил Коннер. – Если мы остались в этом доме, возможно, у бабушки не было повода дарить нам сборник сказок… если ты понимаешь, о чём я.

Алекс понимала. Она кивнула брату.

Вдруг из кухни, расположенной за гостиной, раздался звон посуды – близнецы были в доме не одни. Пройдя по коридору, они заглянули в кухню и замерли на пороге, увидев человека, гремевшего кастрюлями и сковородками.

– Папочка, – выдохнула Алекс.

Только выговорив это слово, она осознала, как давно произносила его в последний раз. Возле кухонного стола, всего в нескольких шагах от ребят, стоял их отец, Джон Бейли, в фартуке, обсыпанном мукой, и с большой миской в руках, в которой он замешивал тесто. Близнецы заметили, что папа выглядит чуть старше, чем на их памяти: волосы его уже начали седеть на висках, а в уголках глаз прибавилось морщинок.

– Привет, ребята! Вы как раз вовремя. Мы, конечно, обещали маме, что будем есть меньше сахара, но мне очень захотелось печенья с шоколадной крошкой, когда я пришёл с работы. Так что вы должны помочь мне съесть его, пока мама не пришла.

Папа смотрел на детей с улыбкой, которую они не видели вот уже четыре года. Глядя на отца, Алекс испытала такое счастье, что расплакалась. Она плакала, и плакала, и плакала, и слёзы радости смыли частицы волшебной пыли из её глаз, а на сердце так потеплело, что вся пыль испарилась из лёгких. Все следы проклятия ведьм исчезли из тела Алекс бесследно.

Их папа ещё ничего толком не сказал, но ему уже удалось сделать как раз то, что задумал Коннер. И хотя это был всего лишь рассказ, Коннер и сам расчувствовался, ведь отец, по которому он скучал с одиннадцати лет, стоял прямо перед ним. Как же тут сдержать слёзы?

Джон удивлённо смотрел на плачущих детей. Он вытер руки кухонным полотенцем и вышел из-за стойки.

– Эй, вы чего? Что-то в школе сегодня случилось?

– Нет, – ответил Коннер. – Мы просто очень по тебе соскучились, вот и всё.

– Мы так рады тебя видеть, – всхлипнув, добавила Алекс.

Близнецы как можно крепче обняли папу и заплакали ещё сильнее, каждый уткнувшись ему в плечо. Тот посмотрел на детей с подозрением. Пусть это и был придуманный Коннером мир, но своих детей Джон знал как никто другой.

– Точно всё в порядке? – уточнил он. – Я с удовольствием вас выслушаю.

– Ну, у Алекс выдался тяжёлый день, – признался Коннер. – Девочки в школе поступили с ней очень жестоко. Из-за них она сильно расстроилась и сделала кое-что, о чём пожалела. И хотя Алекс была не виновата, она всё равно винит себя в случившемся.

– Правда? – удивился Джон. – Милая, если ты ни в чём не виновата, почему ты так из-за этого переживаешь?

Алекс пожала плечами.

– Потому что хоть я и не нарочно причинила людям боль, им всё равно было больно из-за меня. Я не знала, что способна принести столько бед. После этого я не могу относиться к себе как прежде.

Джон вытер слёзы дочки краешком фартука.

– Что ж, переписать свою историю никогда не поздно. Всегда можно исправить что-то, что кажется неправильным, и неважно, кто виноват. Но брать на себя ответственность за поступки других людей никогда не стоит. Это слишком тяжкая ноша для любого человека.

– Я знаю. Просто я всегда хочу выкладываться по полной. И я терпеть не могу понимать, что могла бы постараться и получше.

– Но, милая, мы ведь именно так и совершенствуемся, – со смехом заметил Джон. – Почему ты думаешь, что во всём должна быть идеальной?

– Думаю, всё началось со сказок, которые ты нам читал, – сказала Алекс. – Ты говорил, что если быть добрым, разумным и бескорыстным человеком, то будешь жить долго и счастливо. Так что с самого детства я изо всех сил старалась стать такой. Я думала, что смогу обрести счастье, только если во всём буду идеальной. Но потом я повзрослела и поняла, что жизнь – никакая не сказка. И сколько усилий ни приложи, счастья всё равно не будет.

Эти горькие слова дочери сильнее всего встревожили Джона. Он взял Алекс за руки, усадил за кухонный стол и сам сел рядом.

– Дорогая, счастье можно обрести, только не так, как ты думаешь. Счастье – это не решение всех жизненных невзгод и не гарантия того, что всё будет легко и просто. Счастье – это данное самому себе обещание наслаждаться жизнью, несмотря на любые неурядицы. Когда у нас случается горе, а мы находим в себе силы радоваться, когда выдаётся такой тяжёлый день, что и улыбнуться нелегко, а мы решаем посмеяться, когда мы ценим то, что имеем, а не оплакиваем то, чего лишились, – тогда мы счастливы по-настоящему. И к этому не прийти, если быть идеальным человеком. Наоборот, нас ведут к счастью обычные человеческие ошибки и потери. И именно этому стремятся научить нас сказки.

– А как же смерть? – спросил Коннер. – Как жить счастливо, когда теряешь близкого человека?

– Так, теперь ещё и ты переживаешь из-за того, что не можешь изменить, – сказал Джон. – Мы не властны над смертью, но можем понимать её по-разному. Когда человек умирает, это не значит, что его больше нет. Наши родные и близкие всегда будут живы, ведь воспоминания о них остаются с нами. И пока мы храним их в своём сердце, их собственные сердца будут биться вместе с нашими.

Близнецы понимали, что это правда. Если бы после смерти душа исчезала навсегда, папа не сидел бы сейчас рядом с ними и не давал бы советы. У Коннера не хватило времени как следует прописать детали рассказа – мудрые слова отца придумал вовсе не он.

– Что ж, надеюсь, вам стало легче, – сказал Джон. – У вас есть ещё вопросы, на которые вам хотелось бы узнать ответ?

Алекс и Коннер хотели задать миллионы вопросов, но, вместо того чтобы воспользоваться возможностью спросить папу о чём-нибудь, близнецы решили сказать ему самое главное.

– Я просто хотела, чтобы ты знал: я очень люблю тебя, пап, – проговорила Алекс. – Всем сердцем.

– И я тоже, – добавил Коннер. – И всегда буду любить.

Джона очень позабавило, что дети ни с того ни сего проявили чувства, но их искренность его тронула.

– Я тоже вас люблю, ребята. И не волнуйтесь: если буду нужен – я всегда рядом.

Тут из другой части дома донёсся какой-то тихий рокот. Сперва близнецы не узнали этот звук, но потом вспомнили, что так открывается гаражная дверь.

– Похоже, мама вернулась с работы пораньше, – сказал Джон. – Ну всё, попались! Скорее помогите мне убрать тесто, пока она не зашла!

Папа вскочил со стула и забежал за кухонную стойку. Как ни странно, грохот не утихал, а, наоборот, становился всё громче и громче, и вскоре уже весь дом неистово трясся. Каждый предмет вокруг превращался в слова рассказа Коннера.

– В чём дело? – спросила Алекс.

– Видимо, история закончилась. Я такого никогда не видел, но я и не писал раньше таких коротких рассказов! Надо выбираться отсюда!

– Я не хочу уходить, – покачала головой Алекс.

– Если не уйдём, то нам придёт конец, как и истории, – напомнил сестре Коннер. – Это правило портального зелья!

Коннер схватил Алекс за руку и потащил за собой. Только после того как их папа превратился в слово, написанное почерком брата, Алекс дала себя увести. Близнецы помчались в гостиную, выбежали в открытую входную дверь и запрыгнули в световой луч. Через мгновение они вернулись на крышу Башни Свободы, и свечение, исходящее от папки с рассказами Коннера, угасло.

– Фух, вот это эмоциональная встряска! – воскликнул Коннер. – Как ты себя чувствуешь?

– Вообще неплохо. – Алекс сама удивилась своему ответу. – Думаю, мне не хватало именно разговора с папой. Спасибо, что спас меня, Коннер. Ты и правда лучший в мире брат.

– Знаю, – поддразнил сестру Коннер. – Но ради тебя стоило пройти через все трудности.

Близнецы помогли друг другу подняться на ноги и подошли к краю крыши. Теперь, когда проклятие утратило силу, ползучие растения больше не крушили Манхэттен. Но улицы города так заросли, что сверху остров был похож на гигантскую зелёную решётку.

– Ого, – выдохнула Алекс. – Это всё я натворила?

– Ну не я же, – фыркнул Коннер.

– Я почти ничего не помню. Не представляю даже, как расстроились ньюйоркцы.

– Но прежде чем начнёшь перед всеми извиняться, надо придумать, как это убрать, – сказал Коннер. – После того, что случилось, о сказочном мире узнают все.

Алекс вздохнула.

– Чёрт, вот бы можно было всех усыпить и стереть им память. Это точно помогло бы мне справиться с чувством вины.

– А почему бы и нет? Гениальная же идея!

– Ты правда думаешь, что это возможно? – спросила Алекс.

Впервые за неделю с лишним Коннер засмеялся.

– Алекс, ты чуть не разрушила Нью-Йорк, пока спала. Думаю, ты способна на всё что угодно.

Глава 23

Сюрприз для Президента

Президент Кэтрин Уокер проснулась посреди ночи в своих апартаментах на Пенсильвания-авеню от весьма необычного кошмара. Ей приснилось, что на Нью-Йорк напала целая армия вымышленных персонажей. Вторжение было настолько масштабное, что ей пришлось отдать приказ об эвакуации, а затем и о полном уничтожении одного из величайших городов в мире.

Поняв, что это был всего лишь сон, президент Уокер облегчённо выдохнула, однако ей не давало покоя ощущение, что всё это происходило наяву.

Президент решила пройтись, чтобы освежить голову. Стараясь не разбудить мужа, она поднялась с постели и на цыпочках вышла из комнаты. Президент бродила по длинным коридорам Белого Дома в тапочках и халате, но перед глазами так и стояли яркие картинки из сна.

Почему-то нигде вокруг не было ни души. Президент привыкла к тому, что агенты спецслужб и персонал всю ночь дежурят снаружи, но сейчас по непонятным причинам она никого не встретила.

– Ау! – позвала она. – Здесь есть кто-нибудь?

Но услышала она только собственное эхо. Президент зашла в библиотеку, обеденный зал, комнату для дипломатических приёмов и даже в Китайскую комнату, но везде было пусто. Наконец она услышала чей-то шёпот и пошла на звук голосов, которые, как оказалось, доносились из Овального кабинета. Президент тихонько приоткрыла дверь и, заглянув внутрь, увидела, что на диване сидит симпатичная девушка, а какой-то парень с любопытством ходит вокруг президентского стола.

– Коннер, что ты делаешь? – спросила девушка.

– Ищу красную кнопку.

– Какую ещё красную кнопку?

– Ну эту, президентскую красную кнопку! – ответил парень, как будто это было очевидно. – Про неё в киношках всегда говорят, она типа запускает ядерное оружие.

– Зачем она тебе? Нажать хочешь?

– Нет конечно, просто посмотреть…

Тут парень заметил в дверях президента и застыл на месте. Девушка вскочила с дивана и неловко поклонилась. Молодой человек выбежал из-за стола и встал рядом с ней.

– Что вы здесь делаете? – требовательно спросила президент Уокер.

– Госпожа Президент, для нас большая честь встретиться с вами, – сказала девушка. – Меня зовут Алекс Бейли, а это мой брат Коннер.

– Приятно познакомиться, мэм, – кивнул Коннер. – Наши родители за вас не голосовали, но вы всё равно крутая.

Президент во все глаза смотрела на близнецов, и особо пристально – на Алекс.

– Погодите, я вас узнала. Это вы крушили Нью-Йорк в моём сне!

– На самом деле это был не сон, – сказала Алекс. – Но вам стоит знать, что я была под действием ужасного проклятия и не осознавала, что творю. Сейчас я полностью пришла в себя, так что вам нечего бояться. Вообще-то я развита не по годам и хорошо воспитана. И мне всегда казалось, что мы с вами вполне могли бы подружиться.

Хотя близнецы вели себя очень дружелюбно, президент, похоже, была не намерена заводить друзей.

– Получается, на Нью-Йорк действительно напала армия вымышленных персонажей? – спросила она.

– Знаете, ответ никак не смягчить, поэтому я просто отвечу да, – сказал Коннер. – Но армии больше нет, Нью-Йорк в безопасности, а весь мир сейчас спит, так что можете не переживать.

Но, судя по выражению лица президента, она думала иначе.

– В смысле, весь мир спит?! Вы объясните мне, что тут происходит?

– Госпожа Президент, вы лучше присядьте, – предложила Алекс. – Разговор будет долгий.

Президент Уокер села на диван напротив ребят, те тоже присели и начали объяснять.

– Как вы, наверное, уже поняли, этот мир – не единственный на свете. Существует другой, очень похожий на наш, и мы зовём его Страна сказок, потому что там живут все наши любимые сказочные персонажи. К сожалению, там есть и злодеи. Недавно портал между мирами открылся, и злодеи сказочной страны вторглись в наш мир и попытались его захватить.

– Когда мы расправились с их армией, Алекс наложила на всю планету сонное заклятие, чтобы у нас было время убрать беспорядок, который они устроили, – добавил Коннер. – Вы спали чуть дольше, чем вам кажется.

– Сколько? – спросила президент.

– Двести лет. Все, кого вы знали и любили, умерли.

– Что?!

Коннер шлёпнул себя по коленке и расхохотался. Алекс метнула на него сердитый взгляд.

– Да шучу я, всего неделю вы спали! Простите, месяц у меня выдался не из весёлых, поэтому я шутки выдаю при каждом удобном случае. Хорошая новость: Нью-Йорк полностью восстановился до прежнего состояния.

– Как вам удалось отстроить целый город всего за неделю? – поинтересовалась президент Уокер.

– С помощью пламени дракона-альбиноса, – сказала Алекс как само собой разумеющееся. – Это волшебный огонь, который исцеляет и восстанавливает всё, чего касается.

– А ещё им можно сводить пятна с одежды, – вставил Коннер.

– Мы распределили пламя по всему Манхэттену, и, как только город восстановился, вернули спящих ньюйоркцев домой – на это ушло больше всего времени, – продолжила Алекс. – Потом мы стёрли всем в мире воспоминания о том, что случилось в Нью-Йорке. Завтра утром люди проснутся и будут жить обычной жизнью, словно ничего и не было.

– Если вы уже всё предусмотрели, зачем рассказываете об этом мне? Почему вы не стёрли память и мне тоже? – спросила президент.

– Потому что нам нужна ваша помощь, – сказала Алекс. – К сожалению, во время сражения нескольким ведьмам удалось сбежать. Мы думали, что большинство из них погибли, но, когда мы отстраивали город, их останки не нашли. Тайное сообщество «Сёстры Гримм» согласилось выследить ведьм. Вот список имён, контактные данные и разрешения от правительства, которые им понадобятся, чтобы приступить к работе.

Алекс протянула президенту увесистую стопку документов, и та быстро их просмотрела.

– Кто такие «Книгообниматели»? – полюбопытствовала она.

– О, это новые члены сообщества «Сёстры Гримм», – объяснил Коннер. – Книгообниматели попросили нас использовать их клички вместо настоящих имён. Говорят, правительство заведёт на них дело, если мы раскроем их личности. Если бы вы с ними встретились, то сразу бы всё поняли.

– И ещё кое-что, – сказала Алекс. – Я сделала всё возможное, чтобы закрыть портал между мирами, но он всё равно остался. Однако мне удалось переместить его из Нью-Йоркской публичной библиотеки на страницы вот этой книги.

Алекс дала президенту толстую книгу в пурпурном переплёте. Название было написано золотыми буквами: «Страна сказок. Том второй».

– Книга должна быть закрыта, чтобы проход не появился, – объяснила Алекс. – Мы решили, что лучше отдать её Президенту Соединённых Штатов, чем оставить у мамы дома. Храните книгу в надёжном месте, чтобы она не попала не в те руки.

– Положите её рядом с летающей тарелкой из Розвелла, – подмигнул Коннер.

– Почему вы доверяете книгу Соединённым Штатам? – спросила президент. – Я могу, конечно, хранить её в безопасном месте и никому о ней не рассказывать, но, если следующий президент решит поступить иначе, я ничего не смогу сделать.

– Давайте решать проблемы по мере их поступления, – предложила Алекс. – Благодаря странному феномену наши миры столкнулись, и я не думаю, что такое значимое событие произошло случайно. Так, может, вместо того чтобы держать всё в тайне, лучше объединиться? Кто знает, возможно, наши миры именно этого и хотели с самого начала.

– А почему я должна вам доверять? Вы говорите, что проклятие больше не действует, но откуда мне знать, что вы двое не представляете угрозу для национальной безопасности?

Алекс и Коннер переглянулись и расхохотались.

– Госпожа президент, мы представляем огромную угрозу для национальной безопасности, – сказал Коннер. – Но не бойтесь: мы с сестрой присматриваем друг за другом.

– И как бы сильно мы ни сбились с пути, мы всегда поможем друг другу найти верную дорогу, – добавила Алекс. – Так что вы можете на нас положиться, мы не подведём.

Президент Уокер закрыла глаза и потёрла щёки. Ей нужно было обдумать куда больше вопросов, чем после обычных встреч.

– Спасибо, что сообщили мне о положении дел, но я должна обсудить это с Объединённым комитетом начальников штабов, прежде чем дать согласие Соединённых Штатов на…

Когда президент открыла глаза, близнецы Бейли уже исчезли. Она огляделась, но брат с сестрой будто растворились в воздухе. Президент глубоко вздохнула и опустила взгляд на сборник сказок в пурпурном переплёте. Книга тяготила не только своим весом, но и уровнем ответственности.

– А я-то думала, что со здравоохранением будет больше всего забот, – сказала президент Уокер.

Глава 24

И жили они долго и счастливо

Наведя порядок в Другом мире, близнецы с друзьями отправились в Страну сказок, чтобы вернуть ей былое величие. Пламя дракона-альбиноса охватило весь сказочный мир и горело до тех пор, пока каждое разрушенное Литературной армией здание не было возведено заново. Короли и королевы заняли свои законные престолы, и в их королевствах воцарились мир и покой.

Алекс и Совет фей сперва восстановили другие королевства и только потом занялись собственным. Когда вокруг Дворца фей вновь зазеленели сады, феи устроили поминальную службу по Руку Робинсу. В честь погибшего сына фермера изваяли статую и поставили её рядом со статуей покойной Феи-крёстной.

Скорбящий отец Рука гордо смотрел на памятник, когда к нему подошла Алекс.

– Я знаю, что вашу боль не унять никакими словами, – сказала она, – но я хотела поблагодарить вас. Не вырасти вы такого замечательного сына, меня бы не было сейчас в живых. Отныне я буду думать о нём и о том, как он пожертвовал собой, каждый день до конца своей жизни.

– А я до конца жизни буду пытаться примириться с его смертью, – ответил фермер Робинс. – Рук был упрямым, но он всегда следовал зову сердца, а такое не о каждом можно сказать.

Когда Дворец фей был заново отстроен, Алекс устроила пышный приём, чтобы поблагодарить всех, кто помог им с Коннером победить ведьм и Литературную армию. Пробуя напитки и закуски, сказочные, книжные и придуманные Коннером персонажи знакомились и общались.

Пиратки из Праворуляндии рассказывали королевским семьям истории о Карибском море, Славные друзья вовсю заигрывали с феями из Совета, хотя те явно не отвечали им взаимностью, а Странствующий Торговец учил Королеву киборгов, как сделать так, чтобы планеты всегда выстраивались в нужном ей порядке.

Как только все расселись по местам, Алекс постучала ложечкой по своему бокалу, чтобы произнести тост. При виде счастливых лиц друзей и родных она растрогалась, хотя ещё даже ничего не сказала.

– Четыре года назад двое двенадцатилетних детей – девочка, не представляющая жизни без книг, и мальчик, которого все в классе считали клоуном, – случайно обнаружили этот мир. Им обоим очень нужна была какая-нибудь отдушина, и они её нашли. Год за годом мы с братом переживали невероятные приключения. Однако чем больше я посвящала себя этому миру, тем чаще убеждалась на горьком опыте, что счастья, к которому я всегда так стремилась, не существует. Но недавно близкие люди объяснили мне, что же такое счастье на самом деле. И сейчас, глядя на всех вас, кажется, я наконец-то понимаю, что значили их слова.

Счастье – это не финишная черта, не рай и не чудо, благодаря которому исполняются все мечты. Быть счастливым значит находить счастье внутри себя и не отпускать его, несмотря на любые невзгоды. И именно вы, моя семья и мои друзья, помогли мне обрести это счастье, ведь когда знаешь, что столько людей любит и поддерживает тебя, то чувствуешь себя поистине счастливым человеком. Теперь я уверена, что счастье правда существует, потому что именно о таком счастливом финале я и мечтала с самого детства. Так что процитирую слова той девочки, которые она сказала вам, когда покидала сказочный мир в первый раз: «Спасибо, что вы всегда были рядом со мной, у меня никогда не было друзей лучше вас». И четыре года спустя я по-прежнему так думаю.

Все горячо зааплодировали речи Алекс. Она подняла свой бокал в честь тех, кто наполнил её жизнь радостью и смыслом, и они в ответ подняли свои.

На закате пришло время прощаться с друзьями из других миров. Коннер разложил на полу все свои рассказы и книги с произведениями классической литературы, а персонажи встали каждый перед своей историей.

– Прощайте, мои дорогие исследователи, – сказал Бо Роджерс. – Не забывайте писать!

– Это было невероятное плавание. Надеюсь, мы ещё встретимся, – попрощалась Рыжая Салли.

– Будьте супергероями! – воскликнул Гром. – И не пропадайте!

– Прощайте, люди, – сказала Королева киборгов. – Надеюсь, вы нас больше не побеспокоите.

– С ТЯЖЁЛЫМ СЕРДЦЕМ МЫ ПОКИДАЕМ ЭТИХ ПРЕКРАСНЫХ ДАМ, – проорал Робин Гуд. – ПРОЩАЙТЕ, ФЕИ! И ПУСТЬ ВОСПОМИНАНИЯ О МОЁМ КРАСИВОМ ЛИЦЕ СОГРЕВАЮТ ВАС ПО НОЧАМ.

Попрощавшись, Славные друзья и остальные персонажи Коннера вступили в световые лучи, бившие из произведений, и вернулись в свои родные миры. Однако оставшимся персонажам из классической литературы было не так легко уйти.

– Эй, Дровосек! Ты в Оз возвращаться собираешься? – спросил Коннер.

– Вообще я решил остаться здесь и жить с Тролбэллой, – признался Железный Дровосек. – Дома в Оз меня никто не ждёт, а теперь, когда у меня есть сердце, межпространственные отношения совсем не по мне. Лучше останусь здесь, где нашёл своё счастье.

– Слышал, Сливочный мальчик? – обратилась к Коннеру Тролбэлла. – Вот что такое серьёзные намерения. Если не возьмёшь пример с Железного мужчины, Чудовище Бри ускользнёт от тебя так же запросто, как я.

Поскольку Бри стояла прямо у него за спиной, Коннер от совета королевы троблинов покраснел как помидор и не знал, куда девать глаза, когда повернулся к Бри.

– Ну-у-у… – Коннер нервно засмеялся. – Я, конечно, не так собирался перейти к этой теме, но ты случайно не думала о том, чтобы…

– Извини, Коннер, я не могу быть твоей девушкой, – перебила его Бри.

Коннер разом побледнел, но постарался не показать, как он расстроен.

– Всёвпорядкеничегострашногоянепротивостатьсядрузьями, – проговорил он на одном дыхании.

– Не то чтобы я не хочу, – продолжила Бри, – но я просто знаю, что дома меня на несколько месяцев посадят под домашний арест. Как только наказание снимут, я с радостью стану с тобой встречаться.

Кровь резко прилила к лицу Коннера.

– Правда? О, ну супер, тогда увидимся дома.

Бри поцеловала Коннера в щёку, а затем вернулась в Другой мир через сборник сказок.

От радости Коннер чуть не взлетел в воздух и, пройдя мимо сестры, даже не заметил, что она тоже разбирается с трудностями в своих отношениях.

– Поверить не могу, что ты заставляешь меня вернуться в Камелот, – сказал Артур. – Я ведь уже вытащил меч из камня и собрал орден Рыцарей Круглого стола!

– Тебе ещё много предстоит сделать, Артур, – покачала головой Алекс. – Ты ведь не ждёшь, что ради тебя я пойду коротким путём, чтобы исполнить своё предназначение, вот и я не хочу, чтобы ты срезал путь ради меня. Когда ты найдёшь Святой Грааль, твоя судьба свершится и мы сможем быть вместе.

– Ладно, – сказал юный король. – Найду я этот дурацкий Грааль, но только чтобы тебя порадовать. Как думаешь, много времени это займёт?

– О, много лет, – поддразнила его Алекс. – Может, даже десятки. По легенде, ты искал его всю жизнь.

Артур наклонился и пылко поцеловал Алекс в губы.

– Найду за пару месяцев, – уверенно заявил парень.

Алекс покраснела.

– Буду на это рассчитывать.

Матушка Гусыня закатила глаза, поглядев по очереди на обе парочки влюблённых подростков.

– Да тут феромонами несёт почище, чем в книжном клубе средней школы, – фыркнула она. – Давайте-ка в Камелот возвращаться, пока сюда Капулети и Монтеки не заявились, а то я опаздываю на занятие пилатесом с Туманами Авалона.

Близнецы и их друзья крепко обняли на прощание Матушку Гусыню и Мерлина.

– До свидания, МГ, – сказал Коннер. – Спасибо ещё раз, что спасли нас в…

– Слушай, К-Дог, сделай-ка мне одолжение, – прошептала Гусыня на ухо Коннеру, пока обнимала его. – Помнишь мою ячейку в Монте-Карло? Короче, дело такое: я за аренду уже больше года не платила, и если мои вещички оттуда никто не заберёт, их просто выкинут на улицу. В дальнем углу, за свитками с диалогами Платона, лежит коричневый бумажный пакет. Можешь забрать себе всё, что захочешь, но пакет со всем содержимым смой в унитаз. Выручишь, а?

– Э… да, конечно… А что в этом…

– Вот и молодец. – Матушка Гусыня похлопала Коннера по спине.

Коннера одновременно заинтриговала и встревожила необычная просьба Гусыни, но именно так себя и чувствовали почти все после общения с ней. Попрощавшись, старики и Артур шагнули в световой луч и вернулись в мир Камелота.

В своё произведение осталось вернуться только Пропащим мальчишкам из Нетландии, но те смотрели на раскрытую книгу «Питер Пэн» как на глубокий бассейн, в котором им совсем не хотелось плавать.

– В чём дело, Закери? – спросила Шапочка Задаваку. – Ты не хочешь вернуться домой?

– Мисс Шапочка, мы с Пропащими мальчишками хотели кое о чём спросить, – сказал Задавака, нервно теребя пальцы. – Нам нравится жить в Нетландии, но Крошка ведь теперь совсем малыш, и нам нелегко будет заботиться друг о друге. Мы понимаем, что вы только притворялись нашей мамой, когда были с нами на острове, но, может, вы смогли бы стать нашей настоящей мамой?

Шапочку очень тронула просьба мальчиков. Прижав руку к груди, она повернулась к Фрогги и посмотрела на него умоляюще.

– Что скажешь, Чарли? После того как я собственными глазами увидела рождение Героя, я не собираюсь сама рожать детей. Да и к тому же кто знает, какими они получатся. Так что почему бы нам не усыновить Пропащих мальчишек из Нетландии? Они уже приучены к горшку, а ещё умеют делать вкусные кокосовые напитки.

При мысли об отцовстве Фрогги широко улыбнулся.

– Честно говоря, я бы очень хотел, чтобы мальчики жили с нами, – сказал он.

– Слышали, ребята? Теперь вы официально члены семьи Красных-Прекрасных!

Пропащие мальчишки принялись радоваться, но Питер Пэн к ним не присоединился и недовольно скрестил руки на груди.

– Наслаждайтесь правилами поведения, домашними делами и режимом сна, а я возвращаюсь в Нетландию!

– Но, Питер, как можно выбрать Нетландию вместо семьи Красных-Прекрасных? – недоумённо спросил Кудряш.

– Скажу всего два слова: Тигровая Лилия, – проговорил Питер. – До встречи, мальчики!

И Мальчик, который не хотел взрослеть влетел в световой луч и вернулся в своё произведение вместе с феей Динь-Динь.

Внезапное усыновление напомнило Златовласке об одном деле, которое она хотела обсудить с королевой.

– Шапочка, можно тебя на пару слов? Мне нужно кое о чём спросить.

– Ответ: намылить, смыть и повторить, – сказала Шапочка. – Разве мы уже это не обсуждали?

Златовласка вздохнула.

– Да я не об этом. Слушай, я знаю, что мы не всегда ладим. Мы часто спорим и бесим друг друга до крайности, а когда-то даже пытались прикончить друг дружку, но, по правде говоря, пусть мне и не хочется это признавать, ты моя лучшая подруга, Шапочка. Не окажешь ли ты мне честь стать крёстной матерью Героя?

Шапочка ахнула и прослезилась от радости.

– Да, конечно, я буду его крёстной!

– Замечательно. А то я спросила Овсянку, но она мне отказала.

Шапочку очень тронула просьба Златовласки, и она даже не обратила внимания, что та сперва попросила о подобном свою лошадь.

Глядя, как общаются их жёны, Фрогги и Джек посмеивались.

– А на что похоже отцовство? – спросил Фрогги. – Так же здорово, как кажется?

– Помнишь, как мы летели по небу сквозь облака на «Бабуле»?

– Разве это можно забыть. – Фрогги с удовольствием вспомнил пережитые ощущения. – Ветер дует в лицо, птицы парят совсем рядом, солнце восходит над заснеженными горными пиками – от этого прямо дух захватывало.

– Верно, – сказал Джек. – А помнишь, как мы чуть не потерпели крушение? Помнишь, как сосало под ложечкой, когда корабль летел к земле со скоростью сотен миль в час, и мы едва не расшиблись в лепёшку? Вот на это и похоже отцовство.

Фрогги судорожно сглотнул.

– Чу́дно.

Пока друзья решали вопросы усыновления детей и разговаривали по душам, Алекс и Коннер тоже отошли в сторонку, чтобы остаться наедине.

– Ты произнесла отличный тост, – заметил Коннер. – Но после твоих слов о счастливом финале я теперь думаю, что и для нас всё закончилось.

– Закончилось? – переспросила Алекс. – Забавно, а то ведь мне кажется, что это лишь начало.

Коннер рассмеялся.

– Ну да, наверное, ты права. Спорим, прямо сейчас какой-нибудь злодей где-нибудь во Вселенной замышляет нас уничтожить.

– Да наверняка. И я думаю, что Злая королева, Колдунья, Великая армия, Человек в маске, Литературная армия и ведьмы были лишь лёгкой разминкой по сравнению с тем, что ждёт нас дальше, – сказала Алекс.

– Ой, да это вообще было проще простого, – усмехнулся Коннер. – А вот о трудностях, которые ожидают нас впереди, можно только догадываться. Хотя если бы мы мельком увидели своё будущее, нам бы кошмары неделями снились.

– И, скорее всего, нам пришлось бы отправиться в далёкие галактики, чтобы найти способ одолеть врагов, – подхватила Алекс. – Ну и, конечно же, нам бы снова помогли бесстрашие Златовласки и Джека, рассудительность Фрогги и непонятливость Шапочки.

– А что, было бы весело, – усмехнулся Коннер. – Знаешь, кем бы ни были наши будущие враги, мне их уже заранее жалко.

– Мне тоже. Этим беднягам ни за что нас не победить.

Любуясь закатом, Алекс и Коннер наконец-то вздохнули с облегчением. Конечно, они понимали, что это временная передышка и впереди их ждёт много новых испытаний. Однако впервые за всё время близнецы не боялись будущего, потому что знали: вместе они преодолеют любые преграды. И благодаря этому Алекс, Коннер и их друзья жили долго и счастливо в Стране сказок.

Эпилог

Ты веришь в волшебство?

Шарлотта Блэк, известная всем просто как Чарли, сидела на верхней ступеньке лестницы и подслушивала разговор в гостиной. За несколько месяцев, предшествующих разводу родителей, Чарли уже не раз убеждалась, что на лестнице превосходная слышимость.

Мама и папа, постоянно выяснявшие отношения, даже не подозревали, что Чарли в курсе всех подробностей их бракоразводного процесса, борьбы за полную опеку и договорённостей о выплате алиментов. Порой всё это с трудом укладывалось в голове, но, слушая споры родителей, Чарли немало узнала о правах и законах штата.

В свои одиннадцать лет Чарли была, как часто говорят, умна не по годам. У неё были короткие тёмные волосы, большие карие глаза и смуглая кожа. Чарли любила носить джинсовку, пышную юбочку, яркие леггинсы и тяжёлые ботинки. Подслушивая разговор внизу, Чарли грызла своё любимое ожерелье из бутылочных крышечек.

Впрочем, сегодняшний спор в гостиной касался вовсе не родителей и их развода. Чарли старалась не пропустить ни слова из разговора мамы и дяди Мэттью, и из того, что она успела подслушать, было понятно, что речь идёт о её любимом дедушке Коннере.

– Я заехал проведать папу около восьми вечера, – сказал Мэттью. – Он сидел у себя в кабинете и читал, вроде всё как обычно, но потом я увидел, что он читает одну из своих книг. Я поинтересовался зачем, и он сказал, что пытается вспомнить.

– Что вспомнить? – спросила мама Чарли. – Он что, забыл сюжет собственной книги?

Мэттью вздохнул.

– Всё гораздо хуже, Элизабет. Помнишь, на презентации ему задали вопрос о тёте Алекс? Он тогда отшутился, но он и правда не помнит, где она. Вот только вместо того чтобы спросить у нас, он решил найти ответ в одной из своих книг.

– Что? Бред какой-то…

– Он убедил себя, что может узнать о местонахождении своей восьмидесятилетней сестры из этих детских книг. Вот он и читает «Сказколандию», чтобы вспомнить.

– Боже… – пробормотала Элизабет. – Я заметила, что он в последнее время обо всём забывает, но это не просто провалы в памяти, это самый настоящий старческий маразм.

– Папа ещё твердил мне, что все его книги автобиографичные, – он обычно в этом читателей убеждает, – сказал Мэттью. – Согласись, все эти его байки о сказочном мире и приключениях в произведениях классической литературы казались забавными, когда мы были детьми, но сейчас это вызывает беспокойство. Думаю, папа потерял связь с реальностью. Месяц назад он сказал Эйдену и Грейсону, что волшебство существует. Мы с Генри потом несколько дней их убеждали, что дедушка просто пошутил.

– Ладно, я всё понимаю, – вздохнула Элизабет. – Папе нужна помощь. Но как мы можем ему помочь?

– Боюсь, у нас нет времени самим с этим разбираться, – сказал Мэттью. – Нам и так забот хватает: дети, работа, ещё твой развод… В общем, по пути сюда я позвонил управляющему «Сансет-Крест» – это прекрасно оснащённый дом престарелых на границе штатов. У них есть специалисты, которые умеют справляться с такими проблемами. Управляющий сказал, что они смогут забрать его не раньше среды.

Чарли разинула рот, и из него выпало ожерелье из бутылочных крышечек. Ей просто не верилось, что дядя хочет отправить деда в дом престарелых. Да, дедушка Коннер всегда был чудаковатым, и это она любила в нём больше всего, но он точно не был опасен для самого себя.

– Среда через два дня, Мэтт, – заметила Элизабет. – Не можем же мы вот так, не предупредив заранее, сплавить его в учреждение. Это жестоко.

– Более жестоко будет, если мы ничего не предпримем, – возразил Мэттью. – Слушай, я очень люблю папу, поэтому и хочу помочь ему, пока не стало поздно. Я знаю одного юриста, который оформит нам доверенность.

– Думаю, будь папа на нашем месте, он бы сделал всё возможное, чтобы защитить нас, так что мы просто оказываем ему услугу в ответ. Но бедная Чарли очень расстроится. Они с папой очень близки. Надеюсь, она смирится, что его не будет рядом.

Мама ещё не договорила, но Чарли уже точно знала, что ни с чем она мириться не собирается. Зайдя в свою комнату, она тихонько открыла окно, вылезла наружу и, спустившись вниз по веткам дерева, села на велосипед. Чарли быстро крутила педали, чтобы поскорее доехать до дома дедушки Коннера и предупредить его об ужасных планах мамы и дяди.

Дедушкин большой кирпичный дом, окружённый железной оградой, стоял на вершине холма. Чарли перелезла через забор и побежала по извилистой дорожке к входной двери. Она так трезвонила в звонок и колотила в дверь, словно от этого зависела её жизнь. Через несколько минут Чарли открыл до ужаса перепуганный мистер Бейли.

– Чарли?! Что ты тут делаешь в такой поздний час? У тебя что-то стряслось?

– Прости, что я поздно, но это срочно! – выкрикнула Чарли. – Нужно сейчас же поговорить.

Чарли вошла в дом и побежала прямиком в дедушкин кабинет. Там она уселась в красное кресло возле окна, а мистер Бейли сел в голубое возле камина – их привычные места.

– Ну а теперь рассказывай, в чём такая срочность.

– Мама и дядя Мэттью собираются отправить тебя в дом престарелых! – выпалила Чарли. – Они думают, что ты сошёл с ума, потому что веришь в волшебство и считаешь, что в твоих книжках всё взаправду. Они хотят увезти тебя туда в среду, а ещё они знают юриста, который оформит им какую-то доверенность!

– Вот как? – проговорил мистер Бейли безучастно.

– Я всё подслушала, когда на лестнице сидела, – заявила Чарли. – Не знаю, что это за юрист, но если он такой же, как те, что занимаются разводом мамы с папой, то дело плохо.

Чарли очень удивилась, что дедушка воспринял её слова совершенно спокойно. Он просто сидел и молча думал.

– Ну? – спросила Чарли. – Что будешь делать? Убежишь в цирк? Улетишь в Мексику? Ты должен что-то сделать, пока они тебя не забрали, деда, – ты мой единственный друг.

Беспокойство внучки тронуло мистера Бейли до глубины души.

– Не волнуйся, милая, я не уеду ни в какой дом престарелых в среду, – заверил он Чарли. – Вообще-то я намеревался навестить сестру на этой неделе, а если меня нельзя будет найти, то и увезти меня никуда не смогут.

– Но дядя Мэттью сказал, ты не знаешь, где твоя сестра, – сказала Чарли.

Дедушка нервно посмотрел по сторонам, словно что-то скрывал.

– Ах да, я вспомнил, где она, – объяснил он. – Понимаешь, когда стареешь, память становится как дерево, на которое временами прилетают птицы – то одна, то другая. Когда я наконец-таки вспомнил, где моя сестра, я также вспомнил, что собирался её навестить. Так что объяснение вполне убедительное.

Но Чарли на это не купилась и даже задумалась, что, возможно, мама и дядя не зря беспокоились за дедушку.

– Деда, а ты правда веришь в волшебство? – спросила она.

– Конечно верю. А ты разве нет?

– Дядя Мэтт говорит, что я не должна, – призналась Чарли. – Он считает, что тот, кто верит в волшебство, теряет связь с реальностью.

Мистер Бейли тяжело и немного раздражённо вздохнул.

– Милая, я люблю твоего дядю и твою маму всем сердцем, но они унаследовали черты характера по бабушкиной линии. Даже в детстве они мыслили слишком приземлённо. Но никогда и никому не позволяй говорить тебе, что волшебства не существует. Ребёнок, который не верит волшебство, – всё равно что картина без красок.

– Я хочу верить, – сказала Чарли. – Но трудно просто поверить тебе на слово. Думаю, я просто жду каких-нибудь доказательств.

– А, это самое загадочное свойство волшебства. – У дедушки задорно блеснули глаза. – Никогда не знаешь, как оно себя проявит. Поэтому-то так важно всегда смотреть в оба, чтобы, когда придёт время, не упустить знак.

Даже если дедушка и правда сошёл с ума, Чарли всё равно нравилось ему подыгрывать.

Тут мистер Бейли глянул на часы и вскочил с кресла.

– Ты смотри, как время бежит! Моя сестра будет здесь с минуты на минуту, чтобы забрать меня, а я даже вещи не собрал. Поезжай-ка домой, а то уже поздно.

– Тебя долго не будет, дедушка? – спросила Чарли.

– Хватит времени, чтобы преподать урок твоим маме с дядей. Но ты не волнуйся, твой день рождения я не пропущу. Я приберёг для тебя особый подарок. Ну всё, беги.

Мистер Бейли проводил внучку до двери и обнял на прощание. Но Чарли домой не поехала. Вместо того чтобы спуститься с холма и оседлать велосипед, она прокралась в дедушкин палисадник и спряталась за кустами. Ей хотелось убедиться, что её двоюродная бабушка Алекс правда приедет и что дедушка не впал в старческий маразм, как считают мама с дядей.

За всю жизнь Чарли видела двоюродную бабушку всего раз или два, поэтому не была уверена, что узнает её. Но время шло, а к дому никто так и не подъехал.

Неожиданно дом озарила изнутри яркая вспышка. Чарли заглянула в окно, чтобы посмотреть на источник света. В гостиной было полно мебели, но Чарли всё же увидела, что там появилась красивая пожилая женщина с голубыми глазами и длинными седыми волосами. На голове у неё был ободок с серебристыми цветами, а одета она была в сверкающую мантию.

– Коннер! Ты готов? – позвала женщина.

Чарли услышала топот – это мистер Бейли спускался со второго этажа.

– Извини, только вспомнил, что надо собрать вещи! – сказал он.

– Что значит «только вспомнил»? – переспросила женщина. – Мы эту поездку запланировали несколько месяцев назад. Ты принимаешь зелье памяти, которое я тебе оставила?

– Принимал, пока не забыл о нём, – признался мистер Бейли. – Я нашёл его вечером в холодильнике и сразу всё вспомнил. Ты себе не представляешь, как я без него разволновался: совершенно забыл, где ты, и думал, что с тобой случилась какая-то беда, когда мы были детьми.

– Совсем ты старый стал. Когда я верну тебя домой, оставлю записки в каждой комнате, чтобы ты не забывал принимать зелье. А теперь идём, все тебя уже заждались. Шапочка устраивает в твою честь приём, но хочу предупредить, что на самом деле ей просто хочется показать версию спектакля «Сон в летнюю ночь» в собственном исполнении. О, а ещё Златовласка сломала бедро, когда учила внуков, как делать сальто назад. Ты знаешь, как её задевают разговоры о травмах, поэтому не даже не упоминай об этом, особенно если Джек и Фрогги станут шутить на эту тему.

– Буду нем как рыба, – сказал мистер Бейли. – Мне тоже хочется поскорее всех увидеть. Я ещё не там, но уже радуюсь своему возвращению. Веди, Алекс.

В доме снова полыхнула ослепительная вспышка, и несколько минут Чарли ничего не видела. Когда свет угас, дедушка и двоюродная бабушка куда-то исчезли. Чарли знала, что они не могли просто раствориться в воздухе, поэтому залезла в открытое окно и стала обыскивать дом.

– Дедушка? Бабушка Алекс? – звала она. – Где вы?

Внезапно сверху послышалось какое-то странное жужжание. Чарли пошла на звук, и он привёл её на пыльный чердак, заставленный коробками с дедушкиными вещами. Чарли обошла комнатку, пытаясь понять, откуда раздаётся звук, но не нашла ничего необычного.

Но только Чарли собралась бросить поиски и ехать домой, как вдруг заметила кое-что краем глаза. В углу, на пыльном полу, лежала большая книга в изумрудном переплёте, которую она никогда раньше не видела.

Чарли подобрала книгу с пола, сдула с обложки пыль и прочитала название, написанное золотыми буквами.

– «Страна сказок»? – пробормотала она, открывая книгу. – Хм-м-м… звучит знакомо.

Уверенная, что ей это мерещится, Чарли во все глаза смотрела на страницы сборника сказок, которые вдруг ярко засветились…

КОНЕЦ

Благодарности

Я бы хотел поблагодарить Роба Вайсбаха, Аллу Плоткин, Альвину Линг, Хизер Манцутто, Дерека Крегера, Рейчел Картен, Линдси Тиллотсон, Евгения Шеверталова, Маркуса Колена и всю мою замечательную команду в ICM. Серия «Страна сказок» не существовала бы без Меган Тингли, Мелани Чанг, Эндрю Смита, Никки Гарсия, Джессики Шоффел, Кэрол Скаторчио, Джеки Энгел, Кристин Дюлейни, Светланы Кесельман, Эмили Полстер, Джанель де Луис, Бетани Страут, Джен Грэм, Саши Иллингворт, Вирджинии Лотер и всех в издательстве Little, Brown.

Спасибо Джерри Мэйбруку за то, что сделал со мной больше дюжины аудиокниг, а также невероятному Брэндону Дорману за то, что оживил мои слова, превратив их в иллюстрации.

И, наконец, но это не менее важно, спасибо Уиллу Шерроду, Эшли Финк, Пэм Джексон и, конечно, моей семье. Благодаря вашей любви и поддержке мне удалось совершить это путешествие.

Content

Крис Колфер
Столкновение миров

Пролог День рождения

Глава 1 Тревожный звонок из библиотеки

Глава 2 Необъяснимая случайность

Глава 3 Лягушка в зеркале

Глава 4 Во сне как наяву

Глава 5 Зона турбулентности

Глава 6 Пленники зеркала

Глава 7 Пицца, бейглы и баррикады

Глава 8 Тоннель Калвина Кулиджа

Глава 9 Самая страшная злодейка

Глава 10 Прибытие ведьм

Глава 11 Зеркальный побег

Глава 12 Неожиданные спасители

Глава 13 Что-то назревает

Глава 14 Проклятие и любезность

Глава 15 Подмога

Глава 16 Слёзы Медузы

Глава 17 Столкновение миров

Глава 18 Феи против ведьм

Глава 19 Война миров

Глава 20 Скверные дела на Таймс-сквер

Глава 21 Братское бремя

Глава 22 Альтернативная история

Глава 23 Сюрприз для Президента

Глава 24 И жили они долго и счастливо

Эпилог Ты веришь в волшебство?

Благодарности