Седрик

Девятихвостый демон

Часть 2

Я сидел на крыше одного из домов Конохи, откуда открывался прекрасный вид на общественные бани, а конкретно – на ту их часть, что являлась женской. Заборчик, правда, всё заслонял, но меня этот факт нисколько не печалил. В конце концов, что за удовольствие смотреть на купание совершенно незнакомых тебе женщин, притом совершенно не обязательно красивых? Особенно если дефицита в женском обществе ты и так не испытываешь.

Как несложно догадаться, я караулил Джирайю, он же извращённый жабий отшельник и один из легендарных саннинов Конохи. Уже третий день пошёл после окончания второго этапа экзамена, а этот престарелый неудачник так и не появился. К счастью, и без него у меня было чем заняться, даже сейчас два десятка моих теневых клонов сидели в библиотеке и с определённой периодичностью развеивались, предварительно создав себе замену, таким образом, делясь полученными знаниями и в то же время, не создавая излишней нагрузки на моё сознание. Ещё две сотни выполняли первое задание Асумы (а именно – резали листики чакрой) где-то на полигоне Учих. Там же занимались и остальные две сотни, правда, уже более разносторонними упражнениями, эти развеивались уже группами, по типу выполняемых действий. Там же обосновалась и донельзя довольная Анко, уминающая свои любимые данго с чаем и со счастливой улыбкой любующаяся на моих клонов, всё, чего девушке не хватало для полного счастья – это одеть моих клонов в противогазы и потребовать «бегающих слоников». Ученица Орочимару уже крепко обосновалась в моём доме, правда, ещё не переехала и ночевала у себя, но холодильник и кухню оккупировала плотно. К счастью, наличие в доме Кин от неё пока удавалось скрывать.

Хинату, как и Нейджи, родственники уже забрали в квартал Хьюг, и я их пока не видел, правда, пару раз пересекался с Хиаши, который последнее время зачастил в резиденцию Хокаге. Мужик меня подчёркнуто не замечал, хотя один раз всё же проводил моего клона очень задумчивым и настороженным взглядом, когда думал, что тот не заметит.

Карин неплохо поладила с Сакурой, и сейчас обе розововласые девочки большую часть времени проводили у меня дома. Чем конкретно они занимались – сложно сказать, да и не интересовался я, если честно. Хотя за совместным чтением они сидели часто, оказывается, читать любили обе девушки. А ещё Карин совершенно очевидно запала на меня (что сложно было не заметить, обладая эмпатическими способностями), хоть и не выпячивала это и вообще вела себя очень скромно, зная про Хинату. Кстати, Карин совершенно не напоминала саму себя из канона, видимо, «там» работа на Орочимару изрядно испортила её характер, сейчас же Карин была чем-то средним между Хинатой и Сакурой. Не так застенчива, как Хината, но и не так эмоциональна, как Сакура. В общем, очень милая, искренняя, умная и сообразительная девушка, хотя и хитринка присутствует, но при общении в нашей компании она её не проявляла.

Что касается Кин, то с ней постоянно был один мой клон, а ещё один дежурил у входа в подвал. Несмотря на всю внешнюю собранность, браваду и даже, временами, хамство, что демонстрировались ею во время второго этапа экзамена, реальность оказалась довольно печальной. Достаточно сказать, что девственницей Кин не была.

Я не люблю насильников. Нет, даже не так. Я их презираю. Мужчины, что удовлетворяют свои плотские желания насилием, вызывают у меня острое чувство брезгливости. А это очень показательно – учитывая, что мне пришлось пережить и увидеть, вызвать у меня брезгливость или отвращение, мягко говоря, сложно. И если бы я точно не знал, какая судьба ждёт её прошлых напарников, Досу и Заку, то без сомнения выкроил бы время, чтобы вдумчиво и обстоятельно с ними пообщаться, например, в одной милой звукоизолированной камере у меня в подвальчике. Но на счастье этих двоих, как и других, что жили в деревне Звука и сейчас активно готовились к нападению на Коноху, их судьба была мне известна и вполне меня устраивала. Хотя, может, мне и повезёт пересечься с кем-то из них во время штурма, честно говоря, хотелось бы. Я, конечно, и сам в прошлой жизни рабовладелец, но до грубого насилия над женщинами никогда не опускался, да и унижением не занимался.

Рассуждать на эту тему можно много, но факт в том, что у Кин наличествовала довольно глубокая и уже застарелая душевная травма, которую следовало лечить. Нет, девушка не сломалась и даже как могла справлялась со своими душевными проблемами, но… В общем, работы с ней было много. Но зато потом более верного и преданного человека в этом мире я не найду, ну, разве что Хинату.

Саске, кстати, исчез. Вернее, его куда-то уволок Какаши, типа тренироваться. Ещё в первый день, после моего разговора с Хирузеном. Найти блудного Учиху было несложно, как-никак я чувствовал его проклятую печать, но честно говоря, у меня как-то и других дел хватало. Всё равно стихия молнии мне пока недоступна, следовательно, и смотреть там не на что. Одно хорошо – в отличие от канона, мне в качестве учителя не выдали Эбису, того очкарика, что, вроде как, воспитатель Конохамару. Видимо, постеснялись или просто хорошо представили мою реакцию. А может, это и плохо, если рассматривать версию, что встреча с Джирайей была подстроена. Впрочем, всё это мелочи. Если Джирайя сейчас в деревне и соответствует своему канонному прототипу (сомневаться в чём нет никаких предпосылок), то как ни крути, а у женских бань он появится. А уж знакомство я и сам организую.

Хм… А вот и он. Длинные нечёсаные белые волосы, собранные в хвост, красная накидка и деревянные сандалии, ну и рост под два метра. Точно он. И как только незаметно прокрался до самого забора купален? Блин, если бы не волна похоти, я бы его точно не заметил. Вот что значит многолетний опыт незаметного подглядывания… Ну что ж, приступим.

– Дядя, а чего это ты на мою сестрёнку пялишься? – приторно-вежливым и радостным голосом осведомился я, встав за спиной Джирайи. От саннина пришла волна паники, и он меееедленно-меееедленно развернулся.

Я улыбнулся, в точности копируя улыбку Минато из аниме, а учитывая отросшие волосы, сходство должно было стать если и не абсолютным, то очень близким к нему. Взгляд Джирайи наконец нашёл моё лицо, и саннин выпал в осадок, банально уронив челюсть.

– М… Минато?.. – шокированно выдохнул жабий отшельник, похоже, даже не успев понять, что именно спросил.

– Нет, Учиха Мадара, видишь же – волосы чёрные, нечёсаные, кактусом, а в глазах шаринган горит.

– Ээээ…

– Правильно, – понимающе кивнул я, продолжая улыбаться. – Не видишь, потому что я блондин, а глаза у меня голубые. А теперь главный – я бы даже сказал сакральный! – вопрос сегодняшнего дня: почему я не должен прям тут, прям щас пришибить тебя за осквернение сего храма чистоты своими пошлыми мыслями?

– Эй-эй-эй!!! Парень, спокойно! – Джирайя сделал попытку отползти. – Без паники и резких движений! Ты вообще кто?

– Узумаки Наруто, глава клана Узумаки.

– Чего? – лицо Джирайи перекосилось в точности как в аниме, демонстрируя полное охренение. Я даже не подозревал, что человеческая мимика на подобное способна.

– Глава клана Узумаки, говорю. Ты сам-то кто будешь?

– Я? – Джирайя ткнул себе в грудь большим пальцем правой руки, а через миг его лицо из ошарашенного приняло донельзя самодовольное и радостное выражение. Мужик вскочил с земли, расставив пошире ноги, принял пафосную позу, вытянув в моём направлении левую руку, правую при этом отведя за голову, высокомерно зыркнул на меня и гордо продекламировал: – Я святой отшельник с горы Мьёбоку! Жабий сеннин!!! Джирайя-сама!!!

– Джирайя, значит… Сеннин… Угу… – я демонстративно помассировал кулак. – То-то, я смотрю, физиономия знакомая… Так это из-за тебя, извращуга великовозрастный, меня назвали в честь рамена? В честь фигурного кусочка теста из рамена! Убью! – и в довершении аккорда я напитал глаза чакрой Кьюби, а сам начал покрываться демоническим покровом, при этом продолжая по-доброму улыбаться.

– Погодь-погодь! Ты чего?! – сеннин отскочил подальше. – Какое «убью»? За что? Я вообще совсем не тот Джирайя! И твои родители сами так решили! Да! Я был против! – совсем зарапортовался… И это один из легендарных саннинов… Честно говоря, я был уверен, что в каноне он просто прикалывался над настоящим Наруто, а тут, оказывается, ситуация совсем мрачная. Уж эмпатию-то Курамы он точно бы обмануть не смог.

– Ты мне ещё скажи, что сейчас работал, так сказать, занимался высокоинтеллектуальным трудом. Извращённый отшельник! – покров спал, только в глазах оставался вертикальный зрачок на фоне багряной радужки.

– Да! Так и есть! – Джирайя с готовностью закивал головой, как китайский болванчик. – Я писатель! И сейчас пишу продолжение одного романа! – видя мой очень скептический взгляд, к тому же сияющий красноватой чакрой и всё ещё массируемый кулак, он начал судорожно рыться за пазухой. – Вот этот! – и гордо продемонстрировал мне оранжевую книжку с очень знакомым названием.

– Теперь ты хочешь, чтобы я поверил, будто «Приди-приди рай» написал ты? А может, ты эту книгу купил в ближайшем магазине?

– ЧТОО?!! – Джирайя взвился едва ли не на пару метров. – Что значит купил?! Невежественный молокосос! Да эти книги – плод моего многолетнего каторжного труда! Ты даже вообразить не способен, через что мне пришлось пройти и что пережить, чтобы собрать весь необходимый материал! А сам творческий процесс?! Ты хоть представляешь, как сложно поймать вдохновение?! Это очень тяжёлая и опасная работа, да будет тебе известно!

– Работа?! Ты называешь работой подглядывание за девушками, старый хрен?!! – поддержал я экспрессию своего собеседника. – Если бы подглядывал я, это была бы просто шалость! А в твоём возрасте за такое сажают, понял, извращенец?!

– Невежественный идиот! Я не просто извращенец! Подглядывание дарит мне вдохновение!!! Я же рассказал, как его сложно пробудить! – скорчил оскорблённую рожу Джирайя.

– Да ты брешешь! – продолжил я нажим, внутренне ухохатываясь. – Чтобы я поверил, будто один из легендарных саннинов и учитель моего отца всерьёз пишет эротическо-юмористическую литературу?! Да ни в жизнь!

– Терпеть не могу таких невежд! Что не способны признать всю тяжесть бытия творческой личности!

– Творческая личность – это Орочимару, а ты просто банальный старый извращенец, так что не вешай мне лапшу на уши!

– Нет-нет… – покачал головой саннин. – Я не просто извращенец… Я… – и, набрав в лёгкие побольше воздуха: – ВЕЛИКИЙ ИЗВРАЩЕНЕЦ!!! БВА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!!!

О Великий Мрак… Вот дебил… Прости меня, Наруто, я думал, что ты идиот… Как я ошибался. Теперь я точно знаю, почему Орочимару сбежал из деревни… И это ржущее, корчащееся существо я хотел попросить обучать меня фуиндзюцу?.. Хотя стоп. Хм… Я так увлёкся разговором, что чуть было не пропустил его реальные эмоции. Ну-ну…

Я сложил руки на груди и, убрав из глаз остатки лисьей чакры, стал терпеливо и внимательно смотреть на Джирайю. Тот ещё какое-то время продолжал показательно ржать, но, наткнувшись на мой взгляд, заглох.

– Что, всё так плохо? – мрачно спросил беловолосый шиноби.

– Угу.

– Чёрт, – он сел прямо на дорожку у забора и опёрся подбородком на правую руку. – И всё-таки, я тебя представлял себе другим…

– Бывает…

– А откуда знаешь о имени и вообще обо мне? С Хокаге я, как пришёл в деревню, ещё не встречался, а про имя вообще никто, кроме Минато и Кушины, не знал.

– Кьюби рассказал, он же тогда сидел в маме, – я специально выделил голосом слово «маме», не слишком отчётливо, но заметно.

– Ты разговаривал с Девятихвостым? – изумлённо воззрился на меня сеннин.

– Разговаривал. И предупреждая следующий вопрос, он мне рассказал почти всё, что знал о родителях.

– Ясно… Иии… Как оно?

– Быть джинчурики?

– Угу.

– Нормально, только рыжий орёт много, но я уже привык.

– Даааа… – поражённо протянул Джирайя. – А как меня нашёл?

– Мимо проходил.

– Прямо-таки мимо или… – отшельник скорчил лукаво-похотливую рожу.

– Мимо-мимо, у меня нет недостатка в женском обществе, – я снисходительно улыбнулся.

– Что, правда? – рожа Джирайи стала ещё похотливей.

– Пфф…

– Гыы… Слууушай, а что за сестрёнку ты упоминал? И как это – глава клана?

– А вот так, три дня назад документы получил и стал главой возрождённого клана Узумаки. А про сестрёнку забудь, она сейчас дома сидит. Хотя официально она моя племянница, н-да… – я выразительно и задумчиво перевёл взгляд в небо. Джирайя тоже молчал, ошарашенно глядя на меня.

– А силой Девятихвостого ты постоянно можешь пользоваться? – прервал он затянувшееся молчание.

– Да, и в любом объёме.

– Но как тебе удалось? Этого не могла даже Узумаки Мито, жена первого Хокаге!

– Плохо пыталась. Вернее, совсем не пыталась, если верить Кьюби.

– Хм… Так ты меня узнал? – подозрительно сощурился саннин.

– Видел картинку в воспоминаниях Лиса. Кстати, ты так и будешь тут сидеть или пойдём в более подходящее место для разговора?

– Хм… – теперь Джирайя неодобрительно осмотрел землю вокруг себя и почесал затылок. – Да, ты прав, это не самое лучшее место для разговора. А ты правда читал мою книгу? – спросил он, поднимаясь на ноги.

– «Читал» громко сказано, просто мой сенсей – большой фанат твоего творчества.

– Вот как… И как же его зовут?

– Хатаке Какаши.

– Оо… – протянул Джирайя, но пояснять не стал. – Куда пойдём?

– Полагаю, лучше всего ко мне домой. Там, конечно, немного шумно, но удобно, – и никто не подслушает…

– А может, в какой-нибудь ресторанчик? – задорно улыбнулся учитель Четвёртого. – Я знаю одно прекрасное местечко…

–Думаю, что всё же лучше ко мне, а выпить, если так уж надо, нам и Анко принесёт, – опять скопировав улыбку Минато, ответил я.

– Анко? – глаза беловолосого великана немного расширились, но тем не менее со мной он пошёл.

– Долгая история, – передёрнул я плечами. – Она, вроде как, мой тренер перед третьим этапом экзамена, но пока что её роль сводится к уничтожению моих продуктовых запасов.

– Так ты участвуешь в экзамене?

– Слушай, ты притворяешься или правда не в курсе?

– Нуу… – саннин смешался и задумчиво почесал затылок. – Я, конечно, в курсе про экзамен, потому сюда, собственно, и пришёл, но вот о тебе я мало что знаю. Последний раз я был в деревне год назад, а тогда ты ещё ходил в Академию. А сейчас я ещё не успел собрать информацию.

– Вот как? – я замолчал, обдумывая полученную информацию и в то же время не желая начинать этот разговор на улице. Джирайя тоже помалкивал, всё-таки не каждый день признаёшься, что хоть и следил за жизнью сына своего лучшего ученика, но делал это в промежутках между подглядыванием за девушками в женских банях. Впрочем, сам факт, что он в этом сразу признался, уже кое-чего стоит. – Да, я участвую в экзамене и уже прошёл в третий тур, – наконец прервал молчание я, пока опуская скользкую тему.

– И кто твой противник? Он сильный? – с готовностью поддержал разговор жабий сеннин.

– Не он, а она. И да, она сильная, – я мечтательно улыбнулся, вспомнив Хинату, и ведь почти не притворялся.

– Ооо!!! – Джирайя мгновенно оживился и скорчил свою фирменную похотливую рожу. – И кто же она? Красотка? У вас уже что-то есть?

– Сделай рожу попроще, извращенец! Её зовут Хьюга Хината, а остальное не ваше дело, – гнусавым голосом закончил я, ехидно улыбаясь. В ответ Джирайя разразился радостным хохотом:

– ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!!! Вот это правильный ответ! Сразу видно, настоящий шиноби! Молодец! А как вообще прошёл экзамен? Я слышал, на нём объявился Орочимару, – уже тише и куда спокойней спросил саннин.

– Нормально прошёл. На первом этапе я слегка сорвал Ибики театральную постановку «злобный, страшный десятый вопрос», на втором этапе навалял парочке дождевиков и провёл ряд интересных встреч и разговоров. И да, Орочимару появлялся, милейшей души человек, скажу я тебе, а уж как он облизывается… – переведя взгляд на Джирайю, я чуть не рухнул в приступе гомерического хохота. У него опять было это самое карикатурное выражение полного охренения на лице, с абсолютной потерей симметричности. Вот как он это делает?

– Н-даа… На моей памяти Орочимару называли по-разному, но милейшей души человеком… – поражённо почесал подбородок мой спутник, уставившись куда-то в небо.

– Слышал бы ты, как Кьюби мне расписывал своё отношение к Хашираме, Мадаре, Мито, Минато и Кушине, ты бы так не удивлялся. Вот где настоящий талант… Даа…

Разговаривая примерно в таком ключе, мы и дошли до квартала Учих. Джирайя удивился и даже не попытался это скрывать, но вопросов не задавал и молча прошёл за мной. Когда подошли к дому, на полигоне как раз развеялась очередная группа клонов, занимающаяся освоением чакры ветра, и почти сразу – группа, занимающаяся отработкой тайдзюцу. Я слегка запнулся и на миг прикрыл глаза. Всё же привыкнуть к такому способу тренировки довольно сложно, особенно если клоны заняты разными делами. Но уже в следующий момент я открыл входную дверь и, сделав пару шагов, скинул ботинки.

– Карин, Сакура, я вернулся, и со мной гость! Будем наверху! – крикнул я в сторону гостиной, сам направляясь к лестнице, попутно создав двух клонов и тут же развеяв одного, второй же направился на кухню.

– Хорошо! – раздался немного удивлённый, видимо, из-за появления гостя, голос Сакуры. – Всё в порядке, Наруто?

– Да!

– Это кто? – шёпотом спросил Джирайя, даже нагнувшись ко мне и прикрыв рот рукой.

– Сакура – куноичи из моей команды, Карин – та самая «племянница», причём чистокровная Узумаки, – столь же тихо ответил я, поднимаясь по лестнице.

– А что они делают у тебя дома? И почему твой дом в квартале Учих? – разразился дальнейшими вопросами отшельник.

– Карин у меня живёт, Сакура приходит учиться и оказывать моральную поддержку. А дом мне подарил Учиха Саске, почти сразу, как мы стали одной командой.

– Яааасно.

Выдав эту вескую мысль, Джирайя замолчал, так мы и дошли до моего верхнего кабинета. Был ещё один в подвале, куда более мной любимый, если честно, но там сейчас Кин, а я и так не уверен, что защита Учих скроет её присутствие от такого зубра как Джирайя, пусть сенсорные способности за ним раньше и не наблюдались (если не вспоминать режим сеннина, естественно).

– Итак, – я сел на один край стоящего в кабинете дивана и жестом предложил Джирайе садиться на другой, – пора поговорить?

Разговор вышел долгий. Говорили мы обо всём. Я описал детство Наруто, которое хорошо знал из ставших моими воспоминаний, а также чувств и эмоций, что испытал парень за всю свою жизнь. Потом выложил более подробную версию легенды о своём «прозрении», произошедшем из-за болтливости предателя Мизуки, и «договоре» с Лисом. Потом поход в Страну Волн, Забуза, Хаку, «первое» использование силы Девятихвостого в бою. Тренировки. Экзамен. Версия Сарутоби относительно необходимости моего сиротского положения. Её я пересказал так, как будто всему верю, только очень внимательно следил за эмоциями собеседника. Результат одновременно и разочаровал, и обнадёжил – судя по эмоциональному фону Джирайи в момент пересказа, ему на уши повесили ту же сказку, что и мне, и он в неё верит, хоть и стыдится, что оставил меня, но, судя по всему, авторитет Третьего для жабьего сеннина непререкаем, что, в общем-то, неудивительно.

История получилась долгая и красочная. Джирайя, в свою очередь, рассказал многое о родителях Наруто и даже собственной команде саннинов, в основном смешные или интересные истории из жизни, правда, о Нагато он так и не обмолвился, хотя о своём путешествии на гору Мьёбоку рассказал. И под конец, сразу после моего пересказа «легенды» Третьего, поведал мне о событиях тех дней и о том, как ему самому всё стало известно. В целом, мои ожидания подтвердились, учителя Минато советники просто морально уничтожили, а ведь я сужу по пересказу, в котором отсутствуют многие важные мелочи. В общем, виртуозно перемешивая его пороки с политическими течениями внутри деревни, опять возвращаясь к его походному образу жизни, перескакивая на глобальную политику и цены на рис, советники (при молчаливой и дымной поддержке Третьего) вывели из всего изложенного неспособность Джирайи к воспитанию ребёнка, а когда беловолосый ёжик уже совсем ничего не соображал, отчаянно пытаясь уловить суть разговора, постановили, что из всего вышеперечисленного следует, что мне, то бишь Наруто, будет лучше так, как есть, и вообще, им виднее. Естественно, Джирайя всему поверил, как, собственно, и любой другой на его месте, а именно – в условиях жесточайшей нехватки информации и полного доверия к собеседникам. Ну, не мне его винить, тем более что за Наруто он действительно приглядывал, первые пару лет вообще из деревни почти не вылезал. Ну а потом жизнь взяла своё, тут уж ничего не поделаешь, да у него и свои задачи есть, как у одного из лучших внешних агентов Конохи.

– Наруто-сама? – в дверь робко поскреблась Карин, прерывая наш разговор.

– Да, Карин, что такое?

– Вы кушать будете? А то все уже собрались… – в приоткрытую дверь заглянула немного смущённая мордашка девушки. Во время этого действия очки у неё на носу немного сползли, и она, ещё больше смутившись, их поправила, робко улыбнувшись мне и Джирайе.

– Да, конечно, мы сейчас спустимся. Спасибо, Карин, – я тепло улыбнулся. Куноичи совсем зарделась и шмыгнула за дверь.

– Похоже, ты ей нравишься, – расплылся в лукавой улыбке эро-сеннин.

– Конечно, я же спас ей жизнь.

– Я вообще-то имел в виду несколько другое.

– Знаю, – я рывком встал с дивана. – Но это не отменяет сказанного мной. Карин всё ещё под впечатлением, и пользоваться этим я не хочу.

– Хмм…

– Что?

– Да так, – Джирайя почесал подбородок. – Просто я смотрю на тебя и вижу Минато.

– Хм… – я усмехнулся. – Ещё бы я, так же, как он, фуиндзюцу знал и Хирайшином владел.

– О! А ты интересуешься фуиндзюцу? – резко оживился отшельник.

– Конечно, я же Узумаки.

– Ну и каков твой уровень?

– Да почти никакой, взрывную печать нарисую, а вот запечатывающий свиток создать не могу, – горестно вздохнул я, старательно играя на публику. Точнее наоборот, сказал я это совершенно обычным голосом и только совсем немного «позволил» прорезаться грусти, якобы помимо моей воли. Сработало безотказно.

– А хочешь, я тебя научу? Я, чтобы ты знал, мастер печатей! Один из лучших в мире на данный момент. Даже Орочимару – и тот фуиндзюцу знает хуже, чем я!

– Врёшь! – безапелляционно заявил я, всей позой изображая приступ юношеского максимализма. И пока Джирайя ещё не успел взорваться гневной тирадой, отодвинул ворот куртки, демонстрируя проклятую печать. – Вот, это работа Орочимару, можешь повторить?

– Хмм… – отшельник встал с дивана и внимательно всмотрелся в три красных томоэ на моём плече. – Проклятая печать, да? Хмм… Да, я такую уже видел, хотя она и отличалась… Нет, повторить не могу, это не просто фуиндзюцу, это гораздо сложнее. Как ты её получил?

– От Орочимару, конечно. Я тогда под хенге использовал каварими *(прим.: техника замещения)* на Саске и в момент, когда Орочимару меня укусил, всадил ему в подбородок кунай, на всё где-то около секунды ушло. Но увы, без особого результата, живучий он.

– Ясно. Как я понял, печать выжгло чакрой Девятихвостого?

– Угу, но пара функций осталась, например, если подать в неё чакру Лиса, то я могу почувствовать другие проклятые печати на некотором расстоянии от себя, – легко соврал я.

– Интересно… – глядя на проклятую печать, Джирайя задумчиво почесал подбородок, потом затылок, наконец – шею и словно проснулся: – Ну так как насчёт обучения?

– Согласен, согласен, я ещё не сошёл с ума, чтобы отказываться от обучения у одного из легендарных саннинов, особенно если он сам предлагает, – расплылся я в улыбке и явно польстил самолюбию отшельника, если судить по его эмоциям и довольной роже. – И пошли уже вниз, а то девочки обидятся.

Внизу нас уже, естественно, ждали. Клон, отправленный мной на кухню, почувствовав наше приближение, развеялся, передавая информацию, поэтому в гостиную я вошёл со словами:

– Анко-чан, я всё понял! Теперь я знаю истинную причину, почему Орочимару сбежал из деревни! И чувствую, что меня ждёт та же судьба.

– О фём ты? – удивлённо спросила меня специальный джонин, сидя во главе стола и не прекращая жевать пирожное. Выглядела она в этот момент очень мило, впрочем, почти как и всегда, просто во время приёма пищи Анко превращалась в само воплощение кавая. Сакура и Карин, как и зашедший следом за мной Джирайя, тоже воззрились на меня с интересом.

– Всё просто. Орочимару было проще и дешевле построить деревню Звука, чем прокормить тебя, – и улыбка в стиле Наруто.

– Фто ты фкафал?! – возмутилась Анко, а мне в лоб с хорошей скоростью прилетела банка из-под любимого девушкой зелёного чая.

– Красивая ты, говорю. Просто прелесть, особенно когда у тебя шоколадом испачкан носик, как сейчас, – хитро ухмыльнувшись, подмигнул я, ставя на стол пойманную банку. – И вообще, знакомьтесь! Великий и ужасный, сотрясающий основы и повергающий устои, легендарный саннин и просто извращённый отшельник… Джирайя-сама! – патетично провозгласил я, делая жест в сторону саннина и усаживаясь между Сакрой и Карин. – Он же в прошлом сокомандник и – более чем вероятно – собутыльник всеми нами горячо любимого и уважаемого белого змия – Орочимару. Ну и мой учитель по фуиндзюцу, начиная с этого дня, – резко закончил свою речь я, набрасываясь на свою тарелку, что вдумчиво наполнял во время всего монолога.

– Кхм… Хм… – прокашлялся Джирайя, направляясь к столу. – Весело тут у тебя.

– Не без того, – довольно кивнул я, с удовольствием созерцая лица девушек. Особенно выделялась Анко, замершая с открытым ртом и не донесённым до него кусочком пирожного.

– Вы и правда Джирайя из троицы легендарных ниндзя Конохи? – первой задала вопрос Сакура, глядя на Джирайю не верящими, но в то же время восхищёнными глазами.

– Да, это я, – важно кивнул отшельник, уже усевшись за стол.

– А что значит «извращённый отшельник» и «повергающий устои»? – продолжила расспросы девочка. Джирайя разом погрустнел и недовольно зыркнул на меня.

– Спроси лучше у своего друга, – Сакура с сомнением покосилась на меня. Я ей хитро улыбнулся и подмигнул.

– Нет! – куноичи активно замотала головой, правильно истолковав мой взгляд.

– ?.. – теперь уже Джирайя удивлённо взирал на девушку. Но Сакура, уже прекратив мотать головой, заметно порозовела, сжалась и уткнулась взглядом в свою тарелку, явно не желая отвечать. Саннин перевёл удивлённый взгляд на меня, но, не дождавшись реакции, обратил его на Карин. Та тоже покраснела и сделала инстинктивное движение, как бы пытаясь спрятаться за меня, после чего, последовав примеру Сакуры, согнулась над тарелкой и начала есть.

– Не обращай внимания, – с улыбкой Минато произнёс я, оторвавшись от тарелки и потянувшись за стаканом воды. – У нас тут довольно своеобразные взаимоотношения.

– Ээээ… И почему тебя нельзя спрашивать? – Джирайя сцепил руки под подбородком и склонился над столом. Я покосился на девушек и поймал три внимательно слушающих взгляда, если подобный оборот речи вообще возможен. Правда, в одном из этих трёх взглядов очень уж откровенно сквозило ехидство и предвкушение, хотя ожидать чего-то другого от Анко было бы по меньшей мере странно.

– Потому что я отвечу, – и ехидная улыбка в стиле Орочимару, я только облизываться не стал. Джирайя открыл рот, подумал, явно вспомнил все наши диалоги, особенно первый, и закрыл. Эмоции у всех троих были загляденье… Хм… Похоже, я серьёзно подсел на эмпатию, надо будет с этим разобраться, а то дурачусь почём зря…

***

После обеда Джирайя, сославшись на «дела», слинял. Наверняка опять пошёл на «поиски вдохновения». Но это неважно, главное, что уже завтра он обещал начать занятия по фуиндзюцу. А когда за саннином закрылась дверь, ко мне подошли Карин с Сакурой и отпросились на прогулку по селению, вернее, отпрашивалась Карин, а Сакура осуществляла моральную поддержку, хотя я сам не очень-то понял, зачем, ибо раньше как-то не очень ограничивал свободу перемещения «племянницы». Сакура, видимо, хотела поработать экскурсоводом, а если учитывать обрывки разговора, подслушанные моим клоном чуть ранее, то девочки хотели ещё заглянуть в госпиталь и узнать об обучении на ирьёнинов, ибо Какаши хоть и обещал помочь, но, видимо, как обычно «заблудился на дороге жизни» и забыл. А вот после того, как они ушли…

– Как ты мог предать бедную Анко?! – девушка повисла на мне почти моментально, очень приятно прижавшись грудью к спине. Естественно, я даже и не думал ей мешать. – Как ты мог изменить бедной Анко с этим стариканом?! Неужели Анко тебе больше не нравится? – интимно, многообещающе и с нотками обиды в голосе прошептала девушка прямо мне в ухо. Ох, что-то сейчас будет…

– Ну что ты такое говоришь, Анко-чан? Ты мне очень нравишься, я, можно сказать, каждую ночь о тебе думаю!

– Вооот кааак?.. – девушка облизнулась. Ох, сейчас меня будут убивать, очень уж у неё голос стал сладким. – Значит, Наруто-сама каждую ночь думает о бедненькой Анко-чан? И что же он такое о ней думает? – точно будет убивать.

– Разное…

– Ну расскажи, Анко ведь интересно, – ещё раз облизнулась девушка, при этом тихонечко доставая кунай из рукава.

– Ты так этого хочешь? – спросил я, делая вид, что ничего не заметил, но при этом активно настраиваясь на чакру ближайшего теневого клона для Каварими и ускоряя течение собственной, смешивая её с чакрой Лиса.

– Очень… – выдохнула она, прижимаясь ещё сильнее и чуть подавшись вперёд, чтобы видеть моё лицо. Блин, она законченная извращенка, таким голосом уже можно неподготовленного мужчину до оргазма довести.

– Ну раз так… – я уже вышел на максимальный уровень доступной мне без использования покрова скорости, как движения, так и восприятия, и хоть только на немного, но всё же (благодаря в первую очередь чакре Кьюби) я уже превосходил в скорости Анко.

Резко повернув голову, а следом и корпус, я впился в губы не ожидавшей такой прыти Анко поцелуем. И тут же исполнил одну эльфийскую комбинацию с языком, благо ротик у неё был чуть-чуть приоткрыт, этот ход дал мне ещё целых две секунды ступора девушки и соответственно доставшегося мне наслаждения. А потом мне в темпе пришлось использовать Каварими. Даже одной десятой секунды не прошло, как я получил укол боли от зверски уничтоженного клона, а дом потряс яростный вопль взбешённой кошки:

– УБЬЮ!!! … … … МАЛОЛЕТНИЙ! … … ДА Я ТЕБЯ … … … И … … В … … ЧТОБ … … А ПОТОМ … … И … … ГАД ТАКОЙ!

– Ты правда всё это хочешь со мной сделать? Да ты извращенка, Анко-чан… – прокричал я, уже находясь в садике у дома.

– УБЬЮ!!!

А дальше был забег на три с лишним часа и в хлам перерытый полигон Учих…

***

– Устала? – обратился я к тяжело дышащей Анко, что одной рукой облокотилась на дерево. Всё-таки выносливость и количество чакры у нас сильно разные. Хотя техники она сегодня показала отличные, это да…

– Ты… хэ-э-хэ… хуже… хэ… Орочимару! – тяжело проговорила девушка, пытаясь отдышаться.

– Неправда! У нас просто разный типаж! Но если хочешь, я могу перекрасить волосы в чёрный и нанести фиолетовый узор вокруг глаз, – улыбнулся я, стараясь не показывать собственной усталости. Всё же погоняла она меня знатно, да и одежду теперь менять… Хорошо хоть раны быстро регенерируют.

– Урод…

– Думаю, многие с тобой не согласятся.

– Ты вообще можешь быть серьёзным? – нахмурилась бывшая ученица Орочимару, на пару шагов отойдя от дерева.

– Серьёзным? – вскинул брови я. – Если бы я относился серьёзно к твоим крикам «убью», то ты бы уже была мертва. А если бы относился к жизни без юмора и не ценил бы любые приятные моменты, что дарит жизнь, то давно бы выпустил Кьюби погулять по деревне. Хочешь такой радости? – и я, не давая девушке опомниться, обрушил на неё всю тяжесть Ки Девятихвостого, одновременно окутываясь демоническим покровом. – Ну вот, теперь я серьёзен, нравлюсь? – произнёс я изменившимся рычаще-металлическим голосом.

Анко побледнела, её глаза расширились, и она, сама того не заметив, отступила на пару шагов, с ужасом глядя на меня.

– Вижу что не очень, – я убрал Ки и начал снимать покров. Джонин находилась в предобморочном состоянии, что ожидаемо – после истощения получить такой психологический удар – приятного мало, да и полную силу Ки Девятихвостого далеко не каждый шиноби выдержит. – Ладно, извини. Переборщил, – с чем именно переборщил, я уточнять не стал.

После исчезновения давления у Анко подкосились ноги, и она упала на колени. Эх… Всё-таки действительно переборщил. Вздохнув, я подошёл к девушке и, присев рядом, приобнял её за плечо.

– Ну прости, больше так не буду, – я склонил голову и слегка боднул её макушкой. – Мир?

– Угу… – невнятно промычала девушка, после чего сама опустила голову и обхватила себя руками за плечи. – Я сама виновата, привыкла кривляться и вести себя как дура, вот и получила.

– Ну только не надо самобичевания, – ещё раз слегка толкнул я девушку. – Нормально ты себя ведёшь, и вообще тебе очень идёт такой стиль, а какие у тебя сладкие губы, ммм… Так что и думать не смей меняться, а то накажу! – от моих слов, пусть и сказанных довольно шутливым тоном, Анко густо покраснела, но промолчала, только уселась иначе – подтянув колени к лицу, обхватила их руками и уткнулась в них носом.

Вообще, как я уже давно и сильно подозревал, а теперь был полностью уверен, у Анко были большие проблемы с личной жизнью. Тут, похоже, сложилось сразу два фактора. Первый – это клеймо ученицы предателя и маньяка Орочимару, которое, ясное дело, не добавляло ей любви сослуживцев. А второй – само предательство Орочимару. Когда тот её бросил, ей было-то как мне сейчас, а девочки в этом возрасте очень ранимы, и даже если она и не питала никаких романтических чувств к учителю – легендарному саннину, что маловероятно, то всё равно его предательство не могло не ударить по девочке, какой она в тот момент была. Так что своей манерой поведения Анко, сознательно или нет, но стремилась отпугнуть от себя окружающих, чтобы ни с кем не сойтись близко и, соответственно, чтобы её опять не предали. Обычная, грустная и, к сожалению, слишком часто встречающаяся ситуация. А то, что произошло сегодня… Против природы-то не попрёшь, и общения с мужским полом хочется, вот она и отыгрывается на малолетках, каждый раз доводя кого-нибудь из них до предынфарктного состояния на экзаменах проявлением своего «особого» кровожадненько-эротического внимания. Да при этом ещё и играя немного озабоченную извращенку. А главное, ей это нравится! Ну и естественно, она не ожидала от меня такого фортеля с поцелуем, хотя до этого я уже не раз показывал, что её собственные выходки меня не берут.

– Ладно, пойдём в дом, приготовлю тебе что-нибудь вкусненькое, – добавив в голос максимум дружелюбия, произнёс я, вставая с земли. Анко хмыкнула, буравя меня взглядом своих серых глаз, выглядывающих из-за голых коленок.

– Что? Я тоже хмыкать умею. Или хочешь, чтобы я тебя на ручках отнёс? – не скрывая улыбку, спросил я, показав голосом, что совсем не против такого варианта действий.

– Тсс… – своеобразно фыркнула девушка сквозь зубы, но встала. На лице у неё появилась немного кривая белозубая улыбка. Поправив плащ, она сложила руки на груди и, отвернувшись в сторону, молча пошла к дому, впрочем, улыбаться при этом не перестала.

***

В этот день Анко опять ушла ночевать к себе. Жила она, кстати, в квартирке вроде моей старой, это я уже давно проверил, то есть в однокомнатной холостяцкой халупе, и хламу там было даже больше, чем у Наруто в «лучшие годы». Всюду пустые банки, практически всего спектра напитков, что принято в них заливать, кунаи, пустые и исписанные свитки, картонные коробки и упаковки от еды быстрого приготовления, а также разбросанная женская одежда… В общем, своеобразная квартирка. А на следующий день… это чудо заявилось ко мне с вещами.

При виде довольно улыбающейся девушки с вещмешком через плечо, запрыгнувшей ко мне в сад, когда я как обычно совершал утреннюю зарядку с утяжелителями, я едва сдержал улыбку. Всё прошло почти в точности так, как я и планировал. Не сдержав любопытство, я активировал эмпатические способности Кьюби и едва не утонул в смеси встревоженного ожидания, надежды, решимости и счастья.

Откинув рукой спадающие на глаза волосы, я обозначил вопрос поднятием брови.

– Что?! – невинно оскалилась девушка, мило зажмурившись. – Ты же сам предлагал мне пожить у тебя!

– Только, чур, по дому ходить голышом!

– ЧТО?!!

– Шучу, – хохотнул я, глядя на выражение лица Анко. – Ладно, брось пока вещи в кухне, как Карин проснётся – выберем тебе комнату, а у меня ещё полтора часа зарядка, – специальный джонин фыркнула и направилась к двери.

Долго она в доме не просидела и через пару минут вышла в сад, уже успев что-то стащить из холодильника. Она что, получив назначение тренировать меня, дома питаться перестала совсем и ела только у меня? Очень на то похоже.

Пока я занимался, девушка внимательно и задумчиво глядела на меня. Я же практически не обращал на это внимания, полностью остановив течение чакры в организме и с головой уйдя в физические упражнения. Кстати, пресловутые утяжелители, которыми шиноби пользовались на тренировках либо носили постоянно, как Ли и Гай, имели мало общего с тупыми грузами, вешающимися на тело и, мягко говоря, не слишком полезными для организма, да ещё и смещающими центр тяжести, что для бойца вообще неприемлемо. Утяжелители, продаваемые в магазинах амуниции наряду с кунаями и взрывными печатями, были в большей степени творением фуиндзюцу. Модели могли быть разными по своим функциям и принципу действия, но главной и основной чертой у всех была печать распределяющая вес «бруска» по всему телу пользователя. Таким образом, ни повреждений скелета, ни смещения центра тяжести с соответствующей дезориентацией при снятии утяжелителей данная продукция не несла. Да и сама эта печать была совсем простенькой, почти того же уровня сложности, что и взрывная, так что на свои вещи, при должном желании, её мог нанести практически любой выпускник академии, если бы, конечно, догадался заглянуть в соответствующие свитки в академической библиотеке, ибо просто так её ученикам не преподавали. Другое дело – печати, позволяющие регулировать вес с помощью чакры или запечатывать внутрь утяжелителя дополнительные грузы без потери веса, этот уровень фуиндзюцу уже куда выше, и стоят такие утяжелители, соответственно, куда дороже.

Закончив тренировку, я подошёл к бочке для воды, стоящей на углу дома, и стал обмываться. Это при использовании чакры пота особо нет, а вот если циркуляцию чакры остановить и, соответственно, ей не пользоваться, организм очень даже переходит в предусмотренный природой режим работы. Проведя первичные гигиенические процедуры, я махнул рукой ухмыляющейся Анко, создал теневого клона, чтобы тот начал готовить завтрак, а сам пошёл в душ.

Стоя под прохладными струями воды, я в очередной раз размышлял об Анко. Специальный джонин Конохи, ученица легендарного саннина Орочимару, носительница проклятой печати и просто красивая девушка двадцати четырёх лет. По большому счёту, ещё совсем девчонка. Хм… Забавно это. Тринадцатилетний пацан на полном серьёзе называет девушку в два раза старше себя совсем ещё девчонкой, по сути – ребёнком. А ведь действительно, насколько же я её старше?.. Впрочем, какая разница? Я, бывало, и шестисотлетних эльфов воспринимал сущими детьми, что уж поделать, такое у меня сознание. Да и вообще, я в каком-то смысле даже старше самой вселенной, если уж углубляться в дебри логических построений, ибо побывал частью Великой Тьмы. Хм… А ведь Хината ещё младше. Эх, верно кто-то сказал – «любви все возрасты покорны».

Хохотнув, я привалился спиной к стене, так, что струи воды из душа теперь падали на правую сторону лица. И всё-таки… Кто же ты такая, Митараши Анко? Тебя предал твой учитель, которому ты доверяла больше, чем себе, на кого стремилась быть похожей и кем восхищалась. Но он просто использовал тебя как материал для эксперимента, подопытный образец, очередную цифру в статистике, а потом просто выкинул. Нет, я, конечно, помню, что решение «уйти» приняла сама Анко, но… Фактически, это всё же он её выкинул. Хотел бы удержать – удержал, а так… Проблемы с памятью. Проклятая печать. Отсутствие друзей, ведь своей команды у тебя не было, а значит, и со сверстниками ты почти не общалась. Статус «особого» джонина. И наконец, наверняка проблемы с АНБУ и дознавателями, впрочем, не факт. С Ибики ты, по крайней мере, вполне спокойно общалась, хотя это мало о чём говорит. И на сладкое – практически полная зависимость от Хокаге, как «единственного», кто может успокоить печать. Н-да… Покалеченная жизнь во всей своей красе…

И вот начался очередной экзамен на звание чунина. Вновь толпа впечатлительных деток, которых можно с таким удовольствием попугать, привычная схема работы, давно и прочно отработанная. Всё как обычно. Почти… Не будем обращать внимания на тот маленький эксцесс перед Лесом Смерти с моим участием, хоть он и стал первым звоночком, но потом… А потом малышка Анко неожиданно получает очень громкий привет из своего болезненного прошлого. Трупы команды из Травы. И осознание, что буквально полчаса назад она вплотную общалась со своим бывшим учителем. Безумная погоня по Лесу Смерти. Кипящий в крови адреналин. Встреча с Орочимару. Попытка двойного самоубийства, лишь бы захватить его с собой, и… поражение. Полное бессилие, осознание собственной беспомощности, боль от воспоминаний. Пробуждение проклятой печати. Агония… И тут неожиданно на сцену выхожу я. Спасаю её от смерти, деактивирую и, более того, вывожу из-под контроля Орочимару ненавистную проклятую печать, флиртую… Прямо рыцарский роман какой-то. И роман на этом не заканчивается. Спаситель оказывается даже более страшным монстром, чем Орочимару – джинчурики самого Девятихвостого, причём силой Девятихвостого пользующийся вполне свободно и ничуть это не скрывающий. Двенадцать лет назад Анко было уже одиннадцать, так что нападение Кьюби она даже если сама и не застала (вдруг была вне деревни), то уж последствия точно видела. Так что оценить возможности джинчурики очень даже способна. И не нужно забывать, что тогда с Лисом сражалась вся деревня да ещё двое Каге, бывший и действующий, и то справились чудом. И вот представим, что творится в душе замкнутой и одинокой девушки, подсознательно боящейся новых предательств, когда этакий кадр постоянно лезет к ней с проявлением собственной симпатии, да ещё и Хокаге вынудил назначить её своим тренером. Н-да… Что-то мне жутко делается. Что ж я с девочкой творю-то? А она после всего этого ещё и ко мне жить переезжает… Неужели ей НАСТОЛЬКО плохо, что она готова вцепиться за поддержкой даже в демона, случись ему проявить чуть больше настойчивости и внимания, чем это делают окружающие? Даа… А ведь у меня в подвале ещё Кин сидит, с очень похожей ситуацией, хотя ей, пожалуй, всё-таки проще. Кстати о Кин… Я выключил воду и, откинув шторку, потянулся за полотенцем. Надо бы как-то незаметно принести ей завтрак, а для этого Анко следует из дома временно удалить, во избежание… Эх, теперь весь месяц придётся в шпионов играть, ну что ж, сам виноват. За что боролся, на то и напоролся. Или, может, в подвал плиту затащить? Интересно, Саске быстро заметит, если я экспроприирую лишнюю в одном из домиков?.. И почему я раньше об этом не подумал?..

Выйдя из ванной, я нос к носу столкнулся с Карин. Девочка была в одной бежевой футболке, спускающейся ей до середины бедра, босиком, с розовым шухером на голове и, конечно, в своих коричневых очках, сейчас чуть покосившихся. В общем, являла собой воплощение солнечного и тёплого утра, прямо стой и умиляйся. Кстати, футболка была моей, а в чём ей ещё спать? Женским ночным рубашкам у меня взяться неоткуда, а пижамы я принципиально не переношу, можно, конечно, голышом, но девочки этого почему-то не любят…

Смущённо ойкнув, так как я был в одних трусах (во-первых, стесняться мне нечего, во-вторых – жарко, а в-третьих, надевать халат ради трёх метров до своей комнаты в своём же доме – это бред), Карин порозовела и, застенчиво улыбнувшись, прошмыгнула в ванную. Где сперва резко захлопнула дверь, а потом, чуть приоткрыв и просунув в появившуюся щель носик, улыбнулась и пожелала мне доброго утра. Слегка хохотнув, почти что хмыкнув, я бережно щёлкнул пальцем высовывающийся носик и с улыбкой ответил:

– С добрым утром, лисёнок. Кстати, как там с госпиталем? А то я вчера спросить забыл.

– Всё хорошо, Наруто-сама, мы с Сакурой записались на курсы первой помощи, после их прохождения начнётся основное обучение на ирьёнина, но это не раньше, чем через месяц.

– Да? Нам же вроде преподавали первую помощь в Академии… – удивлённо приподнял бровь я.

– Нам тоже, – Карин чуть погрустнела. – Но тут будет более углублённый материал, в основном, оказание помощи с помощью обычной чакры, без медицинских ниндзюцу.

– Ясно. Ну иди купайся, завтрак будет минут через двадцать. И у нас гости, – Карин кивнула.

– Я знаю… – и вдруг покраснела, стрельнув в меня глазками, чуть натянуто улыбнулась и закрыла дверь. Вот же лиса! Значит, чакру она уже чувствует, и столкнулись мы далеко не случайно! Впрочем, чего ещё от неё ожидать? Она же Узумаки, а девушки в нашем клане очень даже бойкие, вспомнить хотя бы Кушину или саму Карин в чуть более старшем возрасте. Эх… Во что я себя втянул?

***

Комнату для Анко я выделил на максимальной удалённости от моей собственной. Правда, обольщаться по этому поводу не спешил, данная мелочь даже совершенно обычную девушку не удержит, реши она устроить пакость, что уж говорить про это стихийное бедствие, мало чем уступающее по деструктивному действию оригинальному Наруто. А пакости от Анко будут, я это нутром чую! Да и сам удержаться от приколов не смогу, так что всё заслуженно.

Завтрак прошёл спокойно. Насколько может быть спокоен завтрак в обществе такой гиперактивной особы, как Анко. Попутно моему клону всё-таки удалось незаметно пронести в подвал порцию для Кин. Вот тоже – идеальная девушка-подчинённая, сидит тихо, внимания не требует, опасных ситуаций, в плане раскрытия своего присутствия в доме, не создаёт, занимается прилежно, на вопросы отвечает подробно и старательно. Если бы ещё знала побольше о звуковом гендзюцу – цены бы ей не было, но увы, фундаментальные основы данного направления Кин были неизвестны, так как учили её уже готовым техникам, не объясняя, как они работают и как их можно изменить. Это, конечно, не значит, что её знания были бесполезны, отнюдь, но не имея базы, эту базу приходилось додумывать самому. Или, что более близко к истине, тыкаться вслепую, пытаясь освоить даже азы звукового гендзюцу. Впрочем, тут Кин старательно помогала, разъясняя сложные моменты, основываясь на собственном опыте. В общем, девочка она хорошая и полезная, жаль только, что в подвал много клонов для тренировки не набить, хотя и не очень-то они помогают в звуковом гендзюцу.

После завтрака я как обычно разослал клонов по всем стратегическим направлениям, а сам пошёл на полигон заниматься с Анко. У неё, кстати, тоже была стихия огня, и владела она ей очень даже неплохо. Так как обучить меня особым змеиным техникам без наличия у меня заключённого контракта со змеями она в принципе не могла, то в основном мы занимались именно огнём. На занятиях Митараши всегда собиралась, отбрасывая ребячество и гиперактивность, становясь подчёркнуто строгой и серьёзной. Правда, предсказать долговечность этого состояния, пожалуй, не смогла бы и сама девушка, так как взрывы «кровожадненького энтузиазма» случались у неё совершенно непредсказуемо и по, казалось бы, независящим от окружающей вселенной причинам. Так что, несмотря на все потуги специального джонина, занятия с ней были делом весьма забавным и интригующим своей неизвестностью. Правда, справедливости ради стоит заметить, что серьёзность она могла сохранить и на протяжении всего занятия, но, как я уже сказал, прорывы случались… Всё это никоим образом не касалось моих собственных тренировок, на них девушка чаще всего являла собой иллюстрацию к картине «счастливый болельщик на матче», даже банка пива с чипсами пару раз присутствовала.

Вообще же, Анко меня приятно удивила. Помимо уже известных мне Огненного Шара, Дыхания Дракона и Цветов Феникса, она владела несколькими более сложными техниками, такими как Облако Пепла и даже Огненный Дракон, каковой является одной из сложнейших и самых затратных техник огненной стихии. Правда, показывать мне Дракона она отказалась напрочь, мотивировав это тем, что не желает валяться с истощением, но советы по освоению давать не отказалась, так как описание техники я и так уже знал из библиотеки Хокаге.

Вообще, чем больше я думаю, тем больше убеждаюсь, что стихия огня мне подходит почти идеально. Во-первых, её освоение у меня идёт до неприличия просто, даже без учёта клонов, спасибо Кураме, его чакре и памяти. Во-вторых, большая, в сравнении с другими стихиями, затратность огненных техник для меня проблемой вообще не является. И в-третьих, из всех стихийных техники огня наиболее зависимы от влитого объёма чакры. То есть, например, Воздушное Лезвие резать лучше не станет, сколько чакры ты в технику не вливай, там более важен контроль, а вот тот же простейший Огненный Шар можно запитать так, что он и с некоторыми техниками S-ранга поспорит. И так почти во всём. А учитывая мои объёмы чакры, это открывает просто восхитительные перспективы для уничтожения противника. А если ещё вспомнить, что огонь здорово усиливается воздухом, каковой у меня тоже есть…

Ещё Анко владела техниками стихии земли, не в совершенстве, конечно, но владела, правда, для меня они были полностью бесполезны. По крайней мере, в данный период жизни. Тут и родную-то стихию можно годами осваивать, а уж вторичную, да ещё без всякой гарантии наличия к ней хоть какой-то предрасположенности… Нет, нафиг такое счастье, вот с воздухом разберусь, а там посмотрим.

***

Ближе к полудню, когда на полигоне Учих вследствие моих тренировок с Огнём (естественно, методом массового теневого клонирования) установилась страшная жара, а Анко куда-то слиняла (как она выразилась: «за холодненьким»), в квартал заявился Джирайя. И буквально минут через десять после него пришла Сакура.

Об этом мне, развеявшись, сообщил клон, как раз на такой случай дежуривший в доме. Пришлось заканчивать тренировку и идти встречать.

Джирайя моих ожиданий не обманул, сразу предложив пойти заниматься «на природу», в одно «хорошее место», рядом с речкой. На мой закономерный вопрос «каким местом связаны фуиндзюцу и водные процедуры?» вразумительного ответа получено не было. В результате короткого, но жаркого спора мы пришли к двум выводам. Первый – я клещ, затмевающий по упрямству всех его прошлых учеников вместе взятых и ничего не смыслящий в высоком искусстве написания литературы. Второй проистекал из первого – занятия по фуиндзюцу мы всё-таки будем проводить у меня дома, но только по три часа в день, и кормёжка «обманутого в лучших чувствах сенсея» за мой счёт. Я всё понял, это заговор! Два дня назад приходили Ино, Чоуджи и Шикамару и тоже оставили мой многострадальный холодильник почти в девственной чистоте. Злодеи! Я же так разорюсь! Вот! Точно! Возьму и подам документы в администрацию на создание «Пункта питания для неимущих шиноби», список прилагается, причём за счёт деревни, и пусть только Хокаге не подпишет!

Впрочем, лирику в сторону. Первое занятие прошло весьма продуктивно. Так как «некоторая» теоретическая база, благодаря сперва академической, а теперь и закрытой библиотекам, у меня уже была, задача Джирайи свелась к объяснению малоизвестных либо, наоборот, общеизвестных среди мастеров печатей деталей. В основном, правда, касающихся практической работы, ибо в свитках, как правило, присутствовала только схема печати, без подробных инструкций, поясняющих сам принцип её наложения.

До этого момента я фуиндзюцу не занимался. Несмотря на знание того факта, что теоретически все Узумаки обладают природной склонностью к данному направлению, начинать практические занятия без учителя я считал крайне неразумным. Это было одно из первых правил, что в меня вбил Рунг, когда только начал обучать магии. В шаманизме и магии призыва с этим вообще очень строго и должно вбиваться в учеников на уровне инстинктов, потому как даже одна лишняя чёрточка (или, наоборот, её отсутствие), оставленная в ритуальном рисунке по неопытности, может стоить нерадивому ученику не только жизни, но и души. А фуиндзюцу хоть и не привычная мне ритуальная магия, но ассоциации вызывает очень близкие и во многом крайне схоже. Так что пусть я лучше буду перестраховщиком-параноиком, чем самоуверенным идиотом. То же самое, кстати, относится и к разработке новых техник, пытаться лепить что-то новое своими корявыми ручками, досконально не изучив перед этим предметную область – верх слабоумия и идиотизма, приводящий вместо великих открытий, в лучшем случае, к инвалидности. И это я могу засвидетельствовать самым авторитетным образом, ибо прекрасно помню, как мне трижды разрывало руки по самые плечи во время «вольных» экспериментов в Териамаре. Но тогда-то я был вампиром, отрастить утраченную конечность большого труда для меня не составляло, а сейчас мне как-то совсем не хотелось проверять пределы регенеративных возможностей чакры Девятихвостого, особенно учитывая то, что всем её объёмом я ещё оперировать неспособен.

В общем, получилось так, что теорию я знал на весьма высоком уровне, уж для генина-то точно, хотя и явные пробелы присутствовали, ибо некоторые вещи в свитке просто не опишешь, их должен объяснять учитель, но всё же основной проблемой являлась практическая работа. И тут-то как раз Джирайя был просто неоценим, ибо сам являлся больше практиком, а не теоретиком, да ещё и с очень богатым опытом работы. Уж не знаю, было ли это настоящей причиной или во всём виновата наследственность тела, но получаться у меня начало практически сразу.

Практические занятия мы начали с техник запечатывания, вернее, с простейшей печати данного направления. Тут, кстати, сразу совпало два момента. Первым было то, что я сам очень давно хотел освоить запечатывание предметов, из чисто практических соображений. А вторым – то, что Джирайя, без преувеличения, являлся настоящим виртуозом этого направления фуиндзюцу, особенно многого добившись в совмещении его с техниками призыва. Впрочем, говорить о чём-то глобальном из его арсенала, вроде запечатывания окружающего пространства вместе с самим собой в желудок горной жабы, мне сейчас можно только в плане отстранённой фантазии. Ибо понять «такие» техники я неспособен даже чисто теоретически, несмотря на все накопленные в библиотеках знания, что уж говорить о практике?

Обычно обучение фуиндзюцу проводится со специальной впитывающей чакру бумагой. Не той чакрочувствительной, что используется для определения присущей шиноби стихии и производится из специальной породы дерева, а той, что ещё в процессе создания обрабатывается таким образом, чтобы лучше поглощать и удерживать влитую в неё чакру. Сам же рисунок печати наносится краской либо чернилами, как правило, совершенно обычными, только предварительно напитывающимися чакрой наносящего печать шиноби. Это логично и правильно, тем более что простейшим печатям учат ещё в Академии, а там ожидать от учеников совершенного контроля чакры довольно глупо. Основная же проблема на начальном этапе – это именно нанесение печати, вернее, наполнение рисунка чакрой, и специальная бумага здорово облегчает этот процесс, чем позволяет ученику понять принцип и закрепить полученный навык на практике. Также её используют те шиноби, что не могут похвастаться большим объёмом чакры, но являются постоянными пользователями фуиндзюцу. С краской почти то же самое, только в профиль. Это только такие монстры, как Минато, могут одним прикосновением нанести нужную печать хоть на листок бумаги, хоть на живого человека, действуя одной своей чакрой. Но это именно монстры, уникумы, обладающие не только абсолютным контролем чакры, но ещё и разумом, способным единомоментно удержать в себе всю энергетическую структуру печати, а потом так же единомоментно её воплотить. Остальным же приходится свои печати рисовать по старинке, а каллиграфия – искусство сложное и далеко не всем даётся. Впрочем, наносить печать чакрой ещё сложнее, примерно на пару порядков, достаточно только сказать, что Джирайя, хоть и мастер каких ещё поискать, предпочитает рисовать кисточкой, правда, делает он это на загляденье быстро.

Мы, впрочем, специальной бумагой заморачиваться не стали, ограничившись обычной. Она хоть и сопротивляется вливанию чакры, но ни на объём, ни на контроль я не жалуюсь, хотя и признаю, что нет предела совершенству.

Уже на третьей попытке моя печать смогла запечатать воздух, а на пятой успешно поглотила кунай. Дальше следовало только нарабатывать опыт и скорость нанесения печати…

***

С появлением Джирайи и началом занятий по фуиндзюцу мою голову начала мучить постепенно усиливающаяся мигрень. Хотя вру, первые признаки её появления начались ещё до прибытия саннина в Коноху. Причиной тому были тренирующиеся бригады теневых клонов, чьё общее число уже доросло до шести с лишним сотен (клонов, конечно, а не бригад). Усваивать такое количество разносторонней информации было тяжело даже для моего разума.

А информация была действительно разносторонней: техники огня, освоение стихии воздуха, звуковое гендзюцу, фуиндзюцу и, конечно, библиотека Хокаге, каковую следовало выжать до донышка в максимально короткие сроки, пока Третий ещё жив. А ведь ещё было тайдзюцу, которое никак нельзя забросить, общая разработка системы чакроканалов, персональные упражнения с каналами чакры в глазах, обычные техники, вроде Шуншина или Теневых Сюрикенов, каковые тоже надо было осваивать, пока есть возможность и главное – учитель, наконец, упражнения с чакропроводящей катаной, сиречь восстановление прежних навыков фехтования. И всё это на фоне некой странной личной жизни с четырьмя абсолютно разными девушками, три из которых живут в моём же доме.

Обычный бы человек свихнулся. А у меня только мигрень. Есть повод собой гордиться.

Спустя ещё два дня случилось долгожданное мною событие – из квартала Хьюг наконец выпустили Хинату. И девочка первым же делом направилась ко мне. Приятно.

Пришла она не одна, а в компании с Ханаби, каковую я до сих пор ещё не видел. Что могу сказать? Милая девчушка с очень серьёзным лицом, длинными волосами и серебряными глазами, но очень непоседливая и любопытная внутри. Уж это я почувствовал практически сразу, как только решил скользнуть по ней эмпатией Кьюби. Озорством и любопытством так фонило, что девочка сразу завоевала мою симпатию, при этом на лице она умудрялась сохранять холодную маску лёгкого недовольства. Вот что значит талант! Всё, я понял, кого теперь буду, кроме Карин, называть лисёнком. Хи-хи…

Сопровождал девочек, как несложно догадаться, Нейджи, идя чуть сзади и на малой мощности распространяя во все стороны Ки, дополняя его очень «добрым» и доходчивым выражение лица. Ещё на некотором отдалении шествовали двое шиноби охраны, естественно, оба с бьякуганом в глазах.

Когда они пришли, я как раз заканчивал тренировку и собирался идти на обед. Вернее, я бы ещё потренировался, но повисшая на шее и прижавшаяся к спине Анко мало способствует рабочему настрою, особенно если начинает жаловаться, что я её совсем не люблю и хочу уморить голодом. И ведь, чертовка, ест как три меня, а злиться совсем невозможно!

Информацию о пришедших гостях я получил от дежурившего в доме и постоянно сканирующего окрестности эмпатией Кьюби клона. И если против Хинаты, Ханаби и Нейджи я ничего не имел, даже совсем наоборот, то вот сопровождающие мне сразу не понравились. Особенно когда сунулись на клановую территорию Учих, сохраняя при этом маскировочный способ передвижения.

Прежде чем развеяться, клон создал ещё парочку своих копий, и теперь они почти в режиме реального времени передавали мне местоположение «хвоста».

Ясное дело, что без эмоциональной восприимчивости Курамы я бы их не обнаружил, но вообще, такое проникновение на территорию любого из кланов Конохи автоматически приравнивается к нападению или, в лучшем случае, к колоссальному хамству. Согласно правилам межкланового этикета, на территорию кланов могут свободно проходить только главы или наследники других кланов, а также очень узкий круг шиноби, заслуживших в деревне особый авторитет. Причём именно проходить, через ворота и ни от кого не скрываясь. Нормальные, в принципе, правила приличия, как, собственно, и весь остальной этикет, простой, логичный и интуитивно понятный для любого шиноби, если, конечно, не касаться официальных мероприятий, но на то они и официальные. Но пролезать вот так – это верх неприличия!

Принцессы клана идут в гости к друзьям, на территорию союзного клана, а их тайно сопровождают головорезы… Да за такое оскорбление войну объявлять можно! Был бы цел внешний сигнальный контур печатей, по кварталу бы мгновенно прошёл сигнал тревоги, и в былые времена от наглецов остались бы одни головешки уже секунд через пятнадцать. Однако сигнальный контур был повреждён ещё в ту злополучную ночь резни, и у меня пока не хватало опыта, чтобы его починить, а Учиха сейчас остался один на всю Коноху, и тот где-то шляется. Но зато в квартале был я… Озверевший от постоянных тренировок и головной боли джинчурики сильнейшего из биджу, а по совместительству глава клана Узумаки, и это ко мне в гости идёт Хината! А значит, и оскорбляют эти смертники персонально меня!

Развеяв почти всех оставшихся на полигоне клонов и на миг скривившись от ментального удара, я создал новый десяток и отправил их навстречу кандидатам в инвалиды, а сам обратился к Анко:

– Анко-чан, у меня к тебе будет одна маленькая просьба…

– Ммм?

– Мне только что клон передал, что ко мне в гости аж две принцессы заявилось из клана Хьюг… – лицо Анко расплылось в понимающей и ехидной улыбке. – Но вот беда, их сопровождают двое охранников, и идут эти охранники не слишком открыто… – на этом месте у девушки на лице отразилось сначала удивление, потом понимание, изумление и, наконец, злость.

– Хочешь сказать?..

– Угу.

– Вот идиоты! – джонин сложила руки на груди и подняла глаза к небу. Мои боевые возможности она уже прекрасно представляла. Поняла и то, куда отправились клоны.

– Оно, конечно, так, но ты бы не могла проводить болезных до больницы? Ну там, сама знаешь, шли по улице, поскользнулись, упали, потеряли сознание от множественных закрытых переломов, и тут совершенно случайно рядом проходила ты… – Анко гаденько хихикнула.

– Сделаю, но с тебя тортик!

– Сластёна… Будет тебе тортик.

– Тогда я пошла, – девушка улыбнулась и скрылась в Шуншине. И буквально через пару секунд пришли воспоминания первого развеянного клона…

***

Прыжок, и оригинал остался позади. Скорость передвижения максимальная, чакры Девятихвостого в теле больше половины и продолжаю подкачивать из печати, так что хоть джонина в узел завязывай. Вот и они, голубчики, чакру скрыли хорошо, но эмоции не скроешь. Заметили? Ну конечно, бьякуган-то у обоих активирован, но уже поздно.

Хьюги дёрнулись, но безрезультатно, когда я использую столько чакры Девятихвостого, от меня даже Какаши вряд ли уйдёт. Несколько секунд – и оба противника окружены.

– Ребята, вы не заблудились? – холодно поинтересовался ближайший к двойке Хьюг клон, сверкая сияющими красной чакрой глазами.

– Джинчурики?! – я не очень понял, действительно ли он удивился или только констатировал ожидаемый факт. Эмоции обоих шиноби сейчас можно было выразить словами «паническая собранность», и остальное за этим фоном полностью терялось. – Это не твоё дело, мы выполняем задание клана! – хм… Дурак. Впрочем, на оригинального Наруто, пожалуй, подействовало бы, как и на большинство бесклановых шиноби, просто в силу отсутствия у оных информации. На моё лицо выползла кривая улыбка, точно такая же появилась и на лицах остальных клонов.

– Так, ребята, вы меня, конечно, извините, – я начал окутываться демоническим покровом, как и остальные клоны, – но сейчас вам будет больно. Шанс я вам давал, так что… Вы знали, на что шли.

Ребята быстро оценили ситуацию, но решение приняли неправильное. Тот, что подавал голос, резко ускорился и, подскочив к ближайшему клону, попытался пробить его раскрытой ладонью, явно используя джукен. Второй отстал от него буквально на долю секунды и атаковал второго клона в том же направлении. Они явно хотели прорваться и выйти из окружения, а может, просто не хотели разделяться, вот только тщетно всё это. Мой демонический покров – это не та аморфная дымка, что была у Наруто вплоть до появления четвёртого хвоста, которой он к тому же совершенно не умел пользоваться. У меня это именно броня, настоящая бездна чакры сильнейшего из всех биджу, спрессованная до сантиметровой толщины. Пусть я ещё не могу использовать больше сорока процентов от его мощи, но даже так мой покров если и уступает тому, что демонстрировал Наруто в четырёххвостой форме, то совсем немного. Другими словами, джукен против меня абсолютно бесполезен, как и большая часть колюще-режущего инструментария шиноби.

В общем, больше одного удара каждый они нанести не успели. Удивляться им, правда, тоже времени не осталось, так как к каждому уже переместилось по пятёрке клонов. Сам я ударил ногой под колено «болтуну» и, судя по звуку, что-то ему сломал, примерно то же самое со вторым проделал кто-то из моих копий, да и остальные без дела не остались. Можно было бы, конечно, с ними поиграть и, может, чему поучиться, но… Не хотелось. Нутро требовало отвести душу, и главной проблемой тут становилось случайно не убить неудачников.

Били мы их аккуратно, но сильно, хоть и недолго. Самые большие повреждения были нанесены в самом начале, фактически – по перелому от каждого клона, ну, может, по два, а дальше только синяки, да и те мелочь. Ну и ожоги от контакта с чакрой Кьюби. Не смертельно. Когда мы уже, собственно, закончили и даже скинули покров, на место событий прибыла Анко.

– Так, – почесала затылок девушка, глядя на тела. – Надо было просить два тортика… Эй вы! Стоять! Не сметь развеиваться! А ну взяли тушки и понесли, или я их, по-вашему, сама тащить должна?! – мы синхронно переглянулись, словив на лицах друг друга отражения ехидных улыбок. – Быстро-быстро! Я, между прочим, есть хочу, так что в темпе! А ну чего стоим, лыбимся?! Быстро! Лично! Трудолюбиво! Определяющее слово – лично! И в темпе, в темпе!

Четверо клонов, что были ближе к девушке, картинно вздохнули и наклонились к телам, а я вместе с пятью остальными, убедившись, что больше помощь не требуется, хмыкнув, развеялся…

***

Да уж, Анко в своём репертуаре… Ладно, пора идти встречать гостей, и всё-таки надеюсь, что Хиаши хватит такого прозрачного намёка и мне не придётся наносить ответный визит в квартал Хьюг.

Сложив несколько печатей, я применил технику Шуншина, перемещаясь к гостям. Шуншин – это своего рода модификация Каварими, то есть тоже пространственная техника, правда, в бою полностью бесполезная. Если Каварими требует для переноса наличие объекта, сопоставимого по массе и объёму с использующим технику шиноби, то Шуншин проводит замещение с самим воздухом. Вернее, не совсем так, Каварими тоже можно использовать на воздух, но для этого требуется запредельная концентрация и контроль чакры, да и объёмы не маленькие. А Шуншин специально заточен под воздух.

Читая в своё время в библиотеке Хокаге подробный разбор этой техники и конкретно того, что она делает во время переноса, я слегка прифигел. И это ещё мягко сказано. Там очень хитрый механизм, создающий в точке выхода избыточную плотность частиц. Как самого воздуха, так и всевозможной взвеси: листьев, песка, влаги, в зависимости от того, чего в данной точке пространства больше, так как важно, чтобы облако плотности было максимально однородным. Ну и, конечно, личные способности шиноби тоже учитываются. Так, например, у Какаши Шуншин всегда приводит к появлению облака пара, ибо после молнии у него самый лучший контроль над водой, соответственно, собрать её ему проще. У Анко Шуншин приводит к вихрю листвы, так как воды у девушки нет, а листья в лесу – едва ли не самый доступный для данного процесса материал. Мой Шуншин тоже использует листья, хотя и значительно меньше, создавая плотный смерч из воздуха. Вот, собственно, на эту область пространства с повышенной плотностью и происходит замещение, как при Каварими. Плюс Шуншина в том, что он действует на большее расстояние и почти не имеет ограничений по местности, ведь воздух есть везде, в отличие от тех же брёвен, а «точку выхода» шиноби создаёт сам. Но вот минусы делают эту технику совершенно неприменимой в боевых условиях. Во-первых, длительность. Каварими можно применить за секунду или даже долю секунды, в зависимости от опыта, а Шуншин требует секунд двадцати полной концентрации, и тренировками это время можно уменьшить не более чем до пяти секунд. Но даже не это главное, главное – Шуншин можно применять только в состоянии полного покоя, не столько даже морального, сколько физического и энергетического, то есть если твоя чакра хоть немного ускорена или в активном режиме усиливает тело, Шуншин применить не получится. Конечно, существуют способы эти минусы обойти, например, привести Шуншин в форму фуиндзюцу и в нужный момент активировать печать в свитке, как сделал в своё время Хаку, спасая Забузу, но это титаническая работа, проще убежать.

Впрочем, я сейчас не дрался, чакра моя находилась в покое, так что с применением техники проблем не возникло. Вихрь воздуха, секундная потеря зрения (вот, кстати, ещё один минус) – и я стою перед Хинатой, Нейджи и Ханаби, местоположение которых определил, ориентируясь на эмоции.

– Привет, Хината-чан, – я тепло и открыто улыбнулся, подходя к девушке. – Йо, Нейджи!

– П… привет, Наруто-кун, – слегка запнувшись, ответила мне со смущённой улыбкой Хината. Нейджи сдержанно кивнул и прекратил-таки выпускать Ки в пространство. Ханаби посмотрела с интересом, пожалуй, больше всего этот взгляд напоминал взгляд строгой матери, осматривающей представленного ей кавалера любимой дочки, изучающий такой, с лёгким прищуром, а ещё вызывающий нездоровые ассоциации с главным калибром линкора. В исполнении десятилетней девочки смотрится… своеобразно.

– А эта милашка случайно не твоя сестрёнка Ханаби? – кивнул я на девочку, ибо Хината как-то выпала из мира, уткнувшись взглядом в мою закопчённую и местами обуглившуюся майку.

– А?.. Да, – Хината вернулась в мир и чуть покраснела. – Наруто-кун, познакомься, это моя младшая сестра Ханаби, Ханаби-чан, это Наруто-кун, – к концу фразы девушка совсем смутилась и окончательно залилась краской. Ханаби смерила нас взглядом, остановила его на покрасневшем лице сестры, потом перевела на меня и с напускным недовольством буркнула:

– Какой-то он грязный…

– Ну извини, красавица, иду с тренировки, – пожал плечами я, продолжая улыбаться. – И ты мне тоже нравишься, Ханаби-чан. Рад знакомству, – от «красавицы» девочка чуть смутилась, но маску холодности не сняла, только взгляд отвела. – Ну ладно, пошли в дом, а то я действительно какой-то непрезентабельный…

Подойдя к дому, Хьюги дружно задержали взгляды на местах, где раньше располагались эмблемы Учих, а теперь было пусто. Учихи свой веер рисовали почти везде – на стенах, заборах, дверях и даже рамах, я же их все на своём доме убрал, чем придал ему яркий контраст с остальным кварталом. Только в одном месте, над парадным входом, я заменил герб Учих на герб Узумаки, да и тот несколько изменил, теперь спираль была чёрной с красными языками пламени по контуру, а не привычной оранжевой. Не заметить это было сложно, так что Нейджи и Ханаби ожидаемо удивились. А вот Хината обрадовалась, похоже, поняла.

Войдя в дом, я быстро скинул ботинки и создал парочку клонов.

– Так, милые девушки, располагайтесь пока в гостиной, клон вас проводит, а я сейчас быстро приведу себя в порядок и что-нибудь приготовлю. Нейджи, поскольку ты не милая девушка, пойдёшь со мной на кухню и объяснишь, что твои сестрёнки любят, а также посодействуешь. Ну, я пошёл.

– Ээ… – Нейджи даже поднял руку, но я уже скрылся на лестнице, услышав, правда, снизу, как один из клонов, хохотнув, ответил на невысказанный вопрос:

– Под словами «пойдёшь со мной» он имел в виду меня.

– Ты же клон.

– Я знаю, но, честно говоря, иногда сам путаюсь, кто из нас оригинал. Так что это не важно…

Хмыкнув от последней реплики, я скользнул по коридору к комнате Карин и, постучавшись русским стилем, то есть не дожидаясь ответа, открыл дверь и просунул в щель голову.

– Карин, извини, что отвлекаю, ты не сильно занята? – девочка сидела за столом и читала какой-то свиток, рядом лежал ещё десяток, как открытых, так и свёрнутых.

– А, что? – малиновые глаза из-под очков рассеянно посмотрели на меня, отрываясь от свитка. – Наруто-сама?.. – девушка моргнула, возвращаясь в реальность. – Нет, не сильно, а что-то случилось?

– Да так. Сакура сегодня не заходила? – в памяти клона этого не было, вот я и решил уточнить.

– Нет, она говорила, что сегодня весь день пробудет дома, кажется, у её мамы какой-то праздник.

– Понятно. В общем так, лисёнок, у нас гости, уже знакомая тебе Хината и её младшая сестра Ханаби, а также двоюродный брат Нейджи, все трое Хьюги. Я сейчас после тренировки, поэтому бегу в душ, клоны уже готовят обед. Ты можешь взять на себя девочек, ну там развлечь, поболтать, перемыть мне косточки? Они сейчас в гостиной, – и выражение лица, которое можно было бы назвать жалобным, если бы оно только не грозило треснуть от озорной улыбки. Карин прыснула, согнувшись на стуле.

– Конечно, Наруто-сама, я всё сделаю!

– Спасибо, ты прелесть! – от похвалы на щеках Карин появился лёгкий румянец. Лукаво подмигнув девушке, я, всё ещё улыбаясь, скрылся за дверью.

Бросив грязную одежду в стирку, я быстро ополоснулся под душем и, не став заморачиваться с полотенцем, избавился от лишней воды лёгким выбросом чакры, это вообще уже стало какой-то вредной привычкой, того и гляди я так скоро и руки мыть перестану. Волосы, правда, всё равно остались мокрыми, но данный момент для меня значения не имел. Переодевшись в свежую одежду, я не торопясь спустился вниз. Судя по доносившимся с кухни голосам, в гостиной девушки сидеть не захотели.

– Угумм!.. – возвестил я, входя на кухню и созерцая открывшуюся моему взгляду картину. Хината резала зелень, Карин мыла огурцы, Ханаби сидела за столом и, опершись подбородком на сцепленные руки, глядела на них, дрыгая под столом ногами. При этом девушки о чём-то непринуждённо болтали. Нейджи с угрюмым видом стоял у стены и смотрел на это неодобрительно. А оба моих клона умилялись картиной. Убью! Обоих! – Ну и что всё это значит? – девочки мгновенно замолчали и обернулись ко мне. – Хината?

– Я просто захотела тебе помочь, Наруто-кун… – застенчиво улыбнулась та, сразу растопив моё холодное сердце в лужицу кавая, улыбка Карин ей в этом, впрочем, тоже изрядно помогла.

– Эх… – я горестно вздохнул, признавая поражение, и с укоризной покосился на своих клонов, от которых пришли точно такие же вздохи. – Нейджи? – предпринял я последнюю попытку найти виноватого.

– Ты думаешь, они меня хотя бы слушали? – с невозмутимым видом спросил тот, прикрыв глаза и даже не подумав отлипать от стены. Я окинул взглядом девочек и, констатировав на лицах у всех троих довольные улыбки, укоризненно покачал головой.

– Эх, ладно, сдаюсь. Ну хоть разрешите хозяину дома поучаствовать в процессе?..

Когда обед был уже почти готов, на кухню влетела гиперактивная Анко, цапнула помидорку из салата, принюхалась к плите и, расплывшись в довольной улыбке, таки обратила на нас внимание:

– Привет, мелочь! Что, пришли по-тихому завалить этого блондинистого монстра? Молодцы! Так и надо, чтоб в третьем туре с ним не мучиться. Только ничего у вас не получится! Я уже пятый день пытаюсь, а на нём ни царапины, живучий гад, – с совершенно счастливым видом протараторило это чудо, успев ещё дважды цапнуть огурчик и помидорчик из приготовленного Хинатой салата.

– Но мы не хотели убивать Наруто-куна… – растерянно пролепетала Хината.

– И правильно! – тут же согласилась специальный джонин. – Мужика, который умеет так классно готовить, ещё поискать надо, а то что монстр, так у каждого есть недостатки!

– Монстр? – тихо, буквально про себя, переспросила Ханаби, с сомнением глядя на экзаменаторшу.

– Ещё какой! – донеслось из-за открытой дверцы холодильника голосом Анко. – Настоящий тиран! Чудовище! Изверг! – девушка вылезла из холодильника, держа уже открытую банку с чаем, и, отхлебнув, продолжила: – Как он истязает бедную Анко?! Нет, вы даже не представляете, насколько ужасное существо скрывается за этой невинной внешностью! Но Анко готова всё рассказать и тем самым спасти ваши юные невинные души! – джонин гордо отсалютовала банкой, тут же к ней приложившись.

Карин нервно прыснула в кулачок, она уже давно привыкла как к выходкам Анко, так и к моим с ней пикировкам. А вот Хьюги дружно скрестили на мне удивлённо-вопросительные взгляды своих серебряных глаз.

– Не обращайте внимания, это так, местное стихийное бедствие, – Анко хихикнула, так и не оторвавшись от банки.

– Ммм… – Нейджи задумчиво перевёл взгляд с меня на джонина и обратно. – А что она тут вообще делает?

– В данный момент, как и большую часть свободного времени – опустошает мой холодильник, а вообще – тренирует перед третьим этапом.

– Ясно, – парень успокоился и вновь закрыл глаза. Впрочем, не ему удивляться эксцентричным учителям, с таким-то учителем, как Майто Гай…

– Да расслабьтесь! – махнула рукой Анко на всё ещё немного потерянных сестрёнок. – Шучу я так. Скоро готово-то будет?

– Минут через пять-семь.

– Отлично! Тогда я успею в душ! Без меня не начинать! Покусаю! – последние две реплики донеслись уже из коридора.

Обед прошёл спокойно, в основном я делился с Хинатой и Нейджи последними новостями, ну и они знакомились с Карин. Для семи дней новостей оказалось даже как-то неожиданно много. Ханаби чуть оттаяла, но в разговор всё равно старалась не ввязываться, только головой мотала и слушала очень внимательно. Анко сидела тихо… В основном. От едких комментариев некоторых событий мы никуда не делись, но в целом это общению даже помогло. Новость о том, что я теперь полноценный глава возрождённого клана Узумаки, была встречена… сдержанно. Похоже, некоторую информацию они имели ещё до прихода сюда, не удивлюсь, если подслушали или посмотрели с помощью бьякугана, соответственно, прочитав по губам. Только Хината откровенно радовалась и искренне поздравила, естественно, сразу покраснев. А вот факт, что я теперь ученик самого Джирайи, ввёл серебряноглазых в ступор, из чего я сделал вывод, что кланам эта информация ещё неизвестна. Плюс очко или даже два Джирайе за маскировку. Это как же надо ходить, чтобы каждый день приходя в квартал через главные ворота, оставаться незамеченным для возможных наблюдателей? Впрочем, это всё мелочи, главное, что мы с Хинатой договорились встречаться раз в три дня и проводить тренировки, вернее, репетиции будущего боя. Хотелось бы почаще, но Нейджи упёрся, он же обещал её подтянуть в джукене и конкретно – научить Кайтену и Шестидесяти четырём Ударам Небес, и к данному вопросу он собирался подойти со всей серьёзностью. Бедная Хината. Но ничего, она сильная, справится. Зато зрелище в третьем туре мы обеспечим грандиозное. Главное, чтобы репетиции хорошо прошли, а там пусть только попробуют не дать Хинате Чунина! Хи-хи.

***

Потянулись однообразные дни тренировок, конечно, общение с девушками его скрашивало, но в целом оно тоже было однообразным. Да и коротким, если честно. Тренировки отнимали всё внимание и силы, не столько физические (спасибо генам Узумаки и бесконечной чакре), сколько умственные и моральные. Так что на душевное общение оных сил почти не оставалось.

Кин передала мне всё, что знала, и хоть со звуковым гендзюцу у меня шло крайне туго, почти никак, винить в этом девушку было бы глупо. Впрочем, без дела я её не оставил, а засадил за тренировки Расенгана. Нет, я, конечно, понимаю, что ей эта техника и даром не сдалась. Кин имела все предпосылки стать хорошим бойцом поддержки, благодаря гендзюцу, или дистанционщиком, если освоит соответствующие техники, но никак не штурмовиком, и я это прекрасно понимал, как и сама девушка. Однако Расенган был великолепным упражнением на увеличение контроля и объёма чакры, пожалуй, лучшим из тех, что я знал, хотя и самым сложным, к тому же был прост в объяснении и мог применяться в ограниченном пространстве комнаты. Так что Кин была мной занята и почти постоянно сидела у себя в комнате с воздушным шариком, перекладывая его из одной руки в другую и пытаясь вращать воду внутри. Конечно, термин «постоянно» не совсем верен, ибо на действительно постоянные занятия с Расенганом у неё бы просто не хватило чакры, да и чакроканалы в руках от таких нагрузок, да без моей регенерации, очень быстро бы разрушились, но всё же девочка старалась. В свободное же время она читала либо книги, либо свитки, что периодически приносил я, и старалась не слишком меня отвлекать.

Карин с головой зарылась в медицинские техники, часами пропадая в госпитале Конохи вместе с Сакурой. Либо сидела у себя в комнате и перечитывала свитки по фуиндзюцу, что я без зазрения совести переписывал из библиотеки Хокаге. С библиотекой вообще была забавная ситуация. Естественно, никто мне не разрешал что-то переписывать или, упаси Великий Мрак, выносить из библиотеки. Кроме, конечно, наследства родителей, но его я утащил к себе практически сразу. Так вот, парадоксальность ситуации заключалась в том, что я обладал фактически абсолютной памятью, о чём, естественно, никто, кроме меня, не знал. Не такой, конечно, какую давал бы мне шаринган, и я вполне мог что-то забыть, так сказать, в текучке реальности, но достаточно мне было погрузиться в свою память или внутренний мир, и я мог в точности восстановить любое, даже самое мимолётное воспоминание. Чем я, собственно, бессовестно пользовался, наполняя новосозданную библиотеку клана информацией из библиотеки Хокаге. То есть, скажем, двадцать клонов сидели в библиотеке Хокаге и читали, а десяток сидели в подвале моего дома и по памяти скрупулёзно переписывали уже прочитанные первыми двадцатью свитки, попутно шифруя и систематизируя информацию. И если с систематизацией всё было понятно, то для шифра я банально использовал русский язык – метод, опробованный ещё в Ториле, простой и надёжный, как лом. Ну а Карин… Рано ей ещё изучать техники ранга «А» и выше, вот дорастёт, тогда и языку обучу, а если нет, то и не надо, а более низкие техники я и так не шифрую. Дело, конечно, шло небыстро, да и приоритетным для меня не являлось, но о дополнительных помещениях я уже задумываться начал.

Сакура, насколько я знал, помимо занятий в госпитале, озаботилась дополнительными занятиями с Куренай в области гендзюцу. Уж не знаю, как ей удалось убедить наставницу восьмой команды, у которой двое учеников должны были идти в третий тур, но как-то удалось. Скорее всего, сыграл тот фактор, что Юхи Куренай просто не могла помочь Шино и Хинате с освоением клановых техник, да и не знаю уж, как там Шино, но Хината точно большую часть времени занималась с Нейджи, ну а меньшую, соответственно, со мной.

Хината… Кайтен она освоила довольно быстро, но всё упёрлось в количество чакры. Конечно, в сравнении с Сакурой или Ино у Хинаты был весьма солидный объём, да что там, резерв чакры у Хинаты, как и положено Хьюге её возраста, соответствовал среднему чунину. Если брать градацию объёмов, то Хьюги если и уступали кому-то в селении, так только Учихам, и заметно превосходили остальные кланы, если, конечно, забыть о только-только возродившемся клане Узумаки, состоящем всего из двух человек, и фактически прекратившем своё существование клане Сенджу. Но тем не менее, Кайтен был техникой донельзя прожорливой, и у Хинаты просто не хватало чакры для её использования хотя бы три раза подряд. А вот Шестьдесят четыре Удара Небес, наоборот, требовали малого количества чакры, но непременно более развитый бьякуган. Саму технику Хината освоила, ничего особо сложного в сравнении с остальным джукеном там не было, но вот тенкецу её глаза увидеть пока не могли, что девушку очень расстраивало. Нейджи, конечно, пытался как-то помочь, но дело в том, что бьякуган развивается у всех по-разному, и далеко не всегда Хьюга, даже достигнув уровня джонина, может похвастаться тем, что его глаза различают тенкецу, хотя видеть он ими способен на многие километры. Всё-таки не просто так Нейджи считался гением клана Хьюг. Но к счастью, я точно знал, что глаза Хинаты смогут со временем различить нужные точки. В чём и заверил переживающую девушку, крепко её обнимая и шепча прямо в покрасневшее от смущения ушко, чем, собственно, её и успокоил. Порой вера и тёплые слова того, кто тебе дорог, куда важнее всех и всяческих фактов и тревог. Особенно для такой девушки как Хината. Правда, увы, стоит признать, что вряд ли это случится до третьего этапа экзамена, да и не важно это, по большому-то счёту.

А вот с Анко была отдельная песня… Всё началось с того, что однажды утром я проснулся от лёгкого чувства тревоги, и как показали дальнейшие события – в обществе пары змей. Нет, не Анко с её же теневым клоном, что было бы крайне приятно и, чего уж юлить, желательно! А, увы, вполне себе обычных, ничем не примечательных коричневых змеек, метров этак трёх с половиной в длину и с характерной для ядовитых видов формой головы. И оные змейки как раз заползали ко мне на кровать. Даа… А Анко в этот момент сидела на крыше соседнего дома и неприкрыто наслаждалась зрелищем, фонтанируя эмоциями и чуть ли не повизгивая от восторга. В общем, завтракал, обедал и даже ужинал я в тот день восхитительно и разнообразно приготовленным свежим змеиным мясом. Часть я запёк, другую часть зажарил в масле, ещё немного потушил, ну и конечно, не забыл сварить для себя змеиный супчик, ммм… Он, пожалуй, получился лучше всего. И вот, наслаждаясь за завтраком жирными, буквально тающими во рту кусочками мяса, периодически извлекая из них тонкие, как у рыбы, кости, я отчётливо чувствовал, что моя прекрасная квартирантка ещё не раз доставит мне массу «приятных» моментов, если я срочно что-то не придумаю. Крайне соблазнительную идею создать сотни две-три клонов и отправить их на поиски оперативно смывшегося куда-то специального джонина с приказом «Найти! Связать! И доставить в пыточную!», к сожалению, пришлось забраковать. Пыточная располагалась в подвале, а в подвале у меня Кин. Вариант со спальней тоже не подходил, я только начал осваивать барьеры вообще и звукоизолирующие в частности. К тому же ассоциативная цепочка: «поймать Анко – связать – наказать» уводила мои мысли в несколько иное русло, нежели пытки, особенно если добавить в эту ассоциативную цепочку слово «спальня», и это меня угнетало. Впрочем, всё это так, лирика и невинные фантазии. В реальности шутки Анко меня мало задевали, даже наоборот, я был рад, ведь с её стороны это был очередной шаг навстречу, пусть своеобразный и несколько эксцентричный, но всё-таки шаг. Конечно, будь ситуация немного иной, я бы отыгрался, но из-за постоянной интеллектуальной усталости мне было откровенно лень выдумывать планы Страшной Мсти. Так что, в лучших традициях клана Нара, мной было принято решение, что благородному дону Узумаки не по статусу обижаться на мелкие шалости красивой девушки, да и вообще, реагировать – это слишком напряжно. Сытый и разомлевший организм этим мыслям очень способствовал.

В результате, всю следующую неделю Анко старательно пыталась устроить мне несчастный случай, при личных встречах сияя невинной улыбкой и вообще строя из себя пай-девочку. Змей я встречал везде: на пороге, в туалете, в ванне, над дверью, в обуви и в иных не лишённых выдумки местах. Однако, осуществляя принятое единожды решение следовать заветам кодекса главных пофигистов Конохи, я делал морду лица кирпичом и вёл себя так, как будто ничего не происходит. Анко это бесило! И в то же время – страшно радовало. То есть девушка всю неделю ходила в состоянии либо жуткого бешенства, когда хочется уничтожать, пытать и калечить всех, кто под руку попадётся, либо в мечтательной нирване, когда попадись ей хоть сам плотоядно облизывающийся Орочимару, улыбнётся, взъерошит волосы и упорхнёт дальше. Этот факт я сам проверял под Хенге в момент, когда у неё было особенно хорошее настроение. Просто не смог сдержаться. Правда, когда до неё дошло, КОГО именно она только что видела и КОМУ взъерошила волосы, мне пришлось очень долго и старательно отрабатывать «сто первый приём карате», то бишь бег на длинные дистанции.

В этот раз дулась она долго, а желание уничтожать, пытать и калечить превалировало над всеми другими следующие три дня. Вплоть до того момента, как я поставил её перед фактом, что собираюсь исследовать её проклятую печать.

Благодаря не прекращающимся занятиям с Джирайей и собственным изысканиям в библиотеке мой уровень теоретических знаний был уже достаточным, чтобы аккуратно залезть в механизм проклятой печати и попробовать её понять, хотя бы в первом приближении. Иначе говоря, понять, «что» она делает, я уже мог, а вот понять «как» – пока не очень. Правда, другие мастера печатей Конохи не могли и этого, но тут был нюанс, даже два. Во-первых, из всех людей, занимающихся фуиндзюцу в селении, проклятая печать была только на мне, следовательно, я мог работать напрямую с печатью, чего были лишены остальные мастера фуиндзюцу, вынужденные ограничиваться поверхностным изучением «вершины айсберга». А во-вторых, я был уникальным специалистом в работе с тонкими материями, энергетическим телом и конкретно душой. Да, чакра – это не магическая энергия, а система циркуляции чакры – это совсем не система магических энергоканалов, но тонкие материи остаются тонкими материями, даже если принципы их работы совершенно различны. Ведь не просто же так я буквально в первый день своего нахождения в этом мире научился контролировать чакру в пределах своего тела так, как не каждый джонин способен. Тут ключевые слова «в пределах собственного тела», вне его мне пришлось учиться контролировать чакру общепринятыми методами. Но ведь проклятая печать находится именно в моём теле. Так что к моменту, когда я обратился к Анко, свою проклятую печать я успел изучить достаточно подробно, да и в печати Анко уже давно была моя чакра, что значительно облегчило процесс изучения.

Что есть Проклятая Печать Орочимару? Это гениальная смесь фуиндзюцу, ниндзюцу и даже гендзюцу, основанная на генетике. Именно так, фуиндзюцу в ней выполняет только вспомогательную роль, основа проклятой печати – мутаген, в свою очередь, базирующийся на ДНК Джуго и самого Орочимару, хотя генов последнего там совсем мало. Первое, что делает проклятая печать – это создаёт дублирующую систему чакроканалов в теле носителя, а потом – резервуар для чакры Орочимару. Дублирующая система в пассивном состоянии совершенно незаметна даже для бьякугана, но тем не менее постоянно работает, перекачивая в резервуар чакру носителя, где та уже подвергается изменению и превращается в чакру, идентичную чакре Орочимару. Пигментация кожи связана именно с активированием дублирующей системы и заполнением её чакрой, накопленной печатью. При постановке печати чакры в ней совсем чуть, только на сам процесс развёртывания печати и совсем маленький остаток, призванный стать основой, или затравкой, для переработки новой чакры. Именно в этом процессе выкачивания из организма чакры и состоит одна из самых важных проблем выживаемости, после несовместимости генов, естественно. Резервуар печати весьма велик, никак не меньше того, что соответствует уровню объёма, доступного среднему джонину. Естественно, заполнить его сразу очень трудно, особенно учитывая, что речь идёт практически о детях, ибо во взрослом организме уже возникает проблема с генетической перестройкой оного организма (которую печать также проводит), и эта проблема куда более сложна в решении, чем недостаток чакры.

Кстати говоря, в каноне проблема насыщения печати чакрой показана очень наглядно: второй этап экзамена длится пять дней, с Орочимару команда номер семь встретилась в первый же день, и Саске получил печать, потом ночь шла первичная перестройка организма и создание дублирующей системы чакроканалов, утром – резкая трата немногих запасов чакры, что были в печати, а потом мы видим, как последовавшие за этим четыре дня Саске ходил как выжатый лимон, без капли чакры, да и после он почти неделю провалялся в лазарете еле живой. И это при том, что полностью свой объём чакры любой шиноби восстанавливает за пару-тройку часов, ну за восемь, если было полное истощение, а при знании специальных медитативных техник или наличии большого количества еды – и того быстрее. А ведь Саске хоть и не блистал по молодости большим объёмом, но он принадлежит к клану Учиха – клану, представители которого уступают своим объёмом чакры только Сенджу и Узумаки.

Но вернёмся к печати. Помимо системы чакры, проклятая печать производит некоторые генетические изменения, не слишком значительные, но являющиеся основой для последующей перестройки организма под второй уровень, с соответствующими ему возможностями метаморфизма. А также запускает более приземлённые и (в какой-то степени) простые операции, такие, как укрепление костей и связок, перестройка мышц и исправление дефектов. Это поразительно, но в процессе своей установки, вернее сказать – прорастания в организм, проклятая печать действительно могла излечить многие болезни или травмы, вплоть до нарушений на генетическом уровне. Тут можно вспомнить Кимимаро, ох, не просто так Орочимару рассчитывал, что проклятая печать сможет его вылечить, но там, видимо, болезнь попалась далеко не простая, а может, и в слишком запущенной стадии, на что указывают некоторые моменты истории. Ещё, конечно, следует отметить контролирующую систему, включающую как персонально настроенное гендзюцу, призванное направить мысли человека в нужную сторону, так и механизм грубого подчинения, основанный на всё той же чакре Орочимару, каковую саннин очень даже контролирует.

Но даже не это главное. Главными в проклятой печати были два момента, один – для её пользователя, а второй – для самого Орочимару. Итак, главным для пользователя была возможность впитывать природную энергию, почти как в режиме отшельника. Это относилось только ко второму уровню печати и было полностью завязано на генах Джуго, печать, активировав второй уровень, начинала впитывать природную энергию, и именно эта энергия позволяла провести трансформацию тела со всем сопутствующим усилением. Чакра же самого Орочимару использовалась только на первом уровне и в реальности имела совсем иное назначение, нежели топливо для боя. И тут мы подошли ко второму моменту, моменту, имеющему ключевое значение для Орочимару. И это бессмертие. Орочимару достиг того, что его душа стала намертво связана с его чакрой, как у биджу. И точно так же, как и биджу, Орочимару может возродиться из своей чакры, то есть из любой проклятой печати, в которой есть его чакра. Фактически, если бы Орочимару умер, то есть лишился тела, его душа переместилась бы в ближайшую проклятую печать. А может, и не ближайшую, а ту, в которую саннин захочет, но это не важно, так как куда бы он ни попал, он без труда мог перемещать своё сознание в любую из печатей, хранящих его чакру. Саму идею саннину наверняка дало запечатывание биджу, и ведь он достиг почти такого же эффекта, только одно осталось незавершённым – не мог Орочимару сам захватить тело, оказавшись внутри печати, как те же биджу, и для возрождения ему требовалась посторонняя помощь. Но всё равно это гениально! Привязка души, осуществлённая через чакру, да ещё и со множеством якорей! Невероятно! Орочимару гений! Нет, не так, он ГЕНИЙ!!! Достичь такого результата с нуля за какие-то тридцать лет работы, а ведь реально выходит ещё меньше, сколько там прошло с момента гибели его родителей, когда он начал думать о бессмертии? А ведь от первых мечтательных мыслей до начала фундаментальных исследований тоже время прошло! Нет, это невероятно… Куда там Рикудо с его созданием биджу и техник ниндзюцу, немудрено с такими-то глазами и силой, а вот что бы получилось, имей такие глаза Орочимару, лично я даже представить не могу… Что там ему вещал Саске про то, что «не дано змее превзойти ястреба»? Плюнуть пучеглазому в наглую, невежественную и неблагодарную морду! Гений клана? Итачи? Саске? Ха! Жалкие ничтожества, ни на что без своих зенок не способные! Дай обоим обычные глаза – и тю-тю весь их S-ранг!

А вообще, чем глубже я погружался в исследования печатей, тем больше восхищался. Это же действительно гениально! Даже представить страшно, сколько исследований, неудачных экспериментов, теоретических расчётов и сожжённых нервов предшествовало созданию даже такого невзрачного прототипа, как у Анко, вся функциональность которого ограничивалась накоплением чакры Орочимару, а все другие возможности присутствовали в самом зачаточном состоянии и только как база для последующей модернизации. И ведь даже эта база, ориентированная на перспективу, с возможностью внесения широких изменений в базовую модель, тоже гениальна! Вот как Орочимару всё это сделал? Да ещё один и в тайне от всех? Я понимаю – ученик третьего Хокаге, шиноби S-класса, далеко не бедный человек, да и полный доступ к закрытой части библиотеки селения тоже не абы что, это я сам могу авторитетно засвидетельствовать, но всё равно! Без поддержки, материалов и финансирования провернуть такую титаническую работу невозможно, будь ты хоть двести раз гениален! А значит, не так уж и невинно обманулся в своём ученике наш старичок Хирузен, может, обо всём он и не знал, что естественно, но какую-то часть исследований точно поддерживал и спонсировал, как и его заклятый друг Данзо, оба там по плечи запачкались. Но это всё лирика, одним камушком в их огород больше, одним меньше, не велика разница, всё равно обоих убивать. Но Орочимару-то хорош… Нет, ну до чего мерзавец, а! Теперь мне его ещё больше убивать жалко…

***

Прошло три с половиной недели из месяца, отведённого на подготовку к гладиаторским боям, ну или если использовать местную терминологию – третьему этапу экзамена на звание чунина. Я сидел в дальней части полигона Учих и медитировал, окутавшись демоническим покровом. Сейчас только десяток клонов продолжали тихое разграбление библиотеки Хокаге, ещё парочка сидела у меня дома, остальных я развеял полчаса назад и погрузился в эту тренировку. Кожу отчётливо жгло, боль волнами прокатывалась по всей поверхности тела, да и внутри всё пылало, но я упорно увеличивал количество чакры Девятихвостого в организме. Чакра покрова бурлила и хаотично подрагивала, постоянно норовя сформировать хвосты и вообще принять форму лиса со всеми сопутствующими атрибутами, как то – уши и когтистые лапы. Я уже давно превысил обычный лимит в сорок процентов от общего объёма Курамы и теперь медленно, капля за каплей, выдавливал из печати дополнительную чакру, ещё немного – и я достигну уровня четырёх хвостов.

Треск рвущейся кожи молнией ударил по разуму, мгновенно пробивая стену концентрации. То, чего я больше всего боялся в этом эксперименте, всё-таки случилось, тело не выдержало и начало разрушаться, микроскопические разрывы прошлись по всему организму, не разбирая, где мышцы, где нервы, а где кости с внутренними органами. Досада от неудачи на миг затмила обрушившуюся на сознание боль, но та всё же взяла верх, и я скрючился на земле в позе эмбриона, краем сознания успев отметить, что хвосты таки сформировались, все три и четвёртый почти полностью, до полного формирования ему не хватило каких-то жалких двадцати сантиметров длины. Медленно и с трудом загнав высвобожденную чакру обратно в печать, я с облегчением перевернулся на спину. Тишина. По небу плывут редкие белые облака, вдали летают птички, надо мной склонилась взбешённая Анко…

Стоп. Взбешённая Анко?

Точно… Кричит чего-то… Наверное, нецензурное. Уж больно цвет лица насыщенный и глаза выразительные. А я всё равно не слышу, у меня, помимо прочего, барабанные перепонки лопнули, из ушей кровь течёт. Да из всего меня кровь течёт, по всей коже трещины чуть ли не сантиметровой глубины, и от чакры Лиса всё чешется, видать, уже регенерация пошла.

Тепло улыбаюсь ярящейся Анко, одновременно показывая плохо слушающейся правой рукой на ухо, мол, не слышу, и посылая через проклятую печать волну нежности и умиления. Выглядела специальный джонин действительно очень мило, сам не пойму, почему мне так нравятся растрёпанные девушки, но глядя на них, меня всегда сразу тянет улыбаться, а ещё погладить и взъерошить волосы, но это уже у меня привычка ещё с прошлой жизни осталась.

Анко замерла и рефлекторно схватилась за шею, где у неё была проклятая печать. Потом её глаза опустились на меня, в несколько округлом виде, и я добавил ещё немного нежности через печать. Дальше и так красная от возмущения и ругани девушка ещё сильнее зарделась и буквально через мгновение разразилась очередной многоэтажной конструкцией в мой адрес, чью красоту и экспрессивность я мог определить только по степени интенсивности жестикуляции и мимике джонина.

Вот так я и лежал, любуясь девушкой и медленно регенерируя организм, отчего оный весь зудел и чесался, что заставляло меня ещё больше внимания уделять куноичи и меньше – физическим ощущениям. Ну и конечно, помимо любования, я совсем чуть-чуть передавал через проклятую печать свои положительные эмоции Анко, отчего та только всё больше смущалась и, соответственно, ярилась. Идиллия… Однако оная была грубо прервана восстановившимися барабанными перепонками и обрушившимся на них акустическим ударом. Увы, услышать окончание последней конструкции мне было не дано, так как Анко мгновенно заметила моё скривившееся лицо и замолчала.

– Ты как? – тихо спросила девушка спустя секунд десять игры в гляделки.

– Жить буду. И возможно, даже хорошо, – слегка растягивая слова, ответил я, и не думая вставать с земли.

– Уф… – Анко присела на корточки рядом. – Ты знаешь, что ты безмозглый кретин?

– Интересный вопрос… Даже не знаю, как на него ответить…

– Вот и не отвечай. Ты хоть знаешь, что тут было?

– Мм?

– Тут такая волна чакры прошла, что меня, ни разу не сенсора, чуть удар не хватил! И это в нескольких километрах! Да ты оглянись! Во что ты полигон превратил?!

– Ммм?.. – я послушно повернул голову, и мой взгляд упёрся в стену свежевырытой земли, я повернул голову в другую сторону, та же самая стена, а несколько выше виднеется край воронки. – Угуу… Как давно это произошло?

– Минут семь назад, может, больше, я на время не смотрела, – с показным недовольством буркнула Анко, хотя я чувствовал, что на самом деле она испытывает облегчение.

– Значит, в тот момент, когда лопнула кожа и я потерял концентрацию, а вместе с ней, видимо, и контроль… – задумчиво, больше для себя, нежели для девушки, произнёс я.

– Чёрт! – подскочила, как ужаленная, куноичи. – Совсем сбил меня со своими фокусами! Тебя же надо в больницу!

– Не нужно, всё уже почти зажило, – для наглядности я продемонстрировал руку, на которой с шипением и красноватым свечением зарастали трещины. Анко вздрогнула, наблюдая за этим процессом, и, чуть оскалившись, отстранилась.

– Ладно… Да блин, как ты это терпишь?!

– Привычка. Сколько-то чакры Девятихвостого постоянно есть у меня в организме, так что я уже притерпелся. Только чешется зверски, – с кривой ухмылкой добавил я в конце.

– А что вообще случилось? Лис пытался вырваться? – только успокоившаяся Анко опять внутренне напряглась.

– Нет, я просто проверял, сколько его чакры могу удержать без вреда для тела, – не вижу смысла врать, тем более, пойди слухи о пытавшемся вырваться Лисе, мне же от этого будет хуже всех.

– И сколько? – вскинула бровь Анко, сложив руки на груди.

– Чуть меньше половины, значит, теоретически, переживу и все девять хвостов. Если такая необходимость возникнет, – ответил я, поднимаясь. Конечно же, я несколько соврал, при девяти хвостах от тела мало что останется, но если Хокаге у неё поинтересуется, пусть лучше думает о худшем варианте.

– Идиот, – обречённо уронила голову куноичи.

– Да-да, я тебя тоже люблю, Анко-чан.

– Пф… – фыркнула девушка и, отвернувшись, запрыгнула на край воронки. – Вылазь давай, уж не знаю, почувствовали ли эту волну в деревне, всё-таки мы в квартале Учих, но всё равно нечего тут сидеть.

Это верно. Квартал Учих, как и все клановые кварталы, экранирован, так что выброс чакры Девятихвостого могли и не заметить, хотя всё же вряд ли. Вот если бы специально не следили и охранные печати все были целы, тогда да, а так у стены всегда кто-то из АНБУ дежурит, так что старик Хирузен если ещё не в курсе, то скоро будет. Но это и не важно, тут другое хорошо, Анко-то была у меня дома, это я знал, а вот Карин сейчас на очередных занятиях в госпитале, и это хорошо. Уж не знаю, как она сейчас управляется со своими сенсорными способностями, но исходя из сказанного Митараши, мало бы ей не показалось.

Мы уже были на полпути к дому, когда я внезапно сбился с шага и замер, уткнувшись невидящим взглядом в землю. По моему лицу медленно начала расползаться безумная улыбка. Наконец-то! Я боялся верить, но с каждым мигом убеждался, что всё именно так. Один из моих клонов в библиотеке только что нашёл и прочитал свиток с описанием техники Эдо Тенсей! После чего сразу развеялся. ЭДО ТЕНСЕЙ!!! Да быть того не может! Я теперь знаю эту технику! Технику, что ценнее шарингана и мокутона! Я ЕЁ ЗНАЮ!!! В груди поднималось безумное ликование, и только колоссальным усилием воли я удержался, чтобы не расхохотаться. Это же надо, а?! Я был почти стопроцентно уверен, что Орочимару изъял из хранилища описания техники, и вот она у меня! И находилась она не в каком-то пафосном свитке Второго Хокаге, а в пыльном невзрачном свёртке, который даже и свитком то не назовёшь. Свёртке, что в смятом виде валялся под личными делами выпускников Академии восьмидесятилетней давности на полке никому не нужного старого архива! Если бы не возникший у меня интерес к истории возникновения и дальнейшего развития Конохи, в особенности к появлению в ней стольких кланов, то чёрта лысого я бы нашёл эту технику! Но даже не это главное, мне в руки попал не тот свиток, что заключает в себе конечную технику с минимумом предшествующей её возникновению информации, а нечто вроде лабораторного журнала, с пометками, расчётами, описанием и подробным изучением неудачных экспериментов, помарками и выводами, написанными рукой Тобирамы. Подробная схема создания техники, от «А» до «Я», написанная мелким убористым почерком, с примерами других, более примитивных техник управления мертвецами, их разбором и выводами. Хотя свиток явно был не первым, ибо в начале приводились уже ранее доказанные и проверенные схемы, на основе которых и шла дальнейшая работа, но, что самое главное, он, похоже, был последним черновым вариантом, ибо в конце приводилась завершённая техника! И подпись Тобирамы, что она работает!

Я был счастлив. Некромантия… Моя любимая некромантия! Как я скучал…

– Эй! Наруто! Ты чего? – чёрт! Замечтался. А Анко-то испугалась, даже побледнела. Хм. М-да… Улыбочка у меня ещё та, хорошо хоть Ки не выпустил.

– Всё прекрасно, Анко-чан, всё просто восхитительно, – Митараши нервно отодвинулась. Проклятая улыбка, проклятые эмоции, я же её сейчас до приступа доведу. Не облизываться! Не облизываться, я сказал! Чёртово детское тело!

Я облизнулся.

Чёрт! Орочимару, ты сволочь! Урод! Гад ползучий! Чтоб тебе в банке икалось!

Анко дрогнула и отступила ещё немного, теперь уже глядя на меня с откровенным ужасом. Надо что-то делать, но свой восторг я сейчас задавить неспособен, после регенерации уровень эндорфина в организме сильно повышается, а если учесть, что в этом теле его выделение и так несколько выше нормы… Значит, проклятая печать отменяется, таким коктейлем, что у меня сейчас, её бить нельзя, точно решит, что я спятил. Тогда…

– Наруто, что с тобой?

– Я же говорю, всё хорошо, я просто вспомнил одну восхитительную вещь, – так какую? Какую вещь? Она сейчас спросит, нужно придумать! Точно! – Одну идею, которую давно хотел осуществить.

– Какую идею? – осторожно спросила всё ещё бледная Анко, тихонечко перемещая центр тяжести.

– Хочу достать несколько портретов для своего кабинета, чтоб было как у Хокаге. Ты случайно не знаешь, где можно взять портрет Учихи Мадары? – есть! Накрытие и попадание! Анко зависла, и бледность начала проходить.

– Учиха Мадара – это тот, который с первым Хокаге дрался в Долине Завершения? – прищурилась девушка через несколько секунд, ушедших на раздумье.

– Он самый.

– Зачем тебе его портрет?

– Повешу над рабочим столом и буду шокировать знающих людей, – Анко задумалась, сверля меня подозрительным взглядом. Весь страх, к счастью, прошёл, хотя тревога осталась. – Ладно, это не к спеху, – хмыкнул я, делая первый шаг к девушке, а вернее, по дороге к дому. – Кстати, давно хотел тебя спросить…

– О чём? – первой не выдержала паузы девушка, уже окончательно успокоившись и шагая рядом.

– Как ты смотришь на то, чтобы вступить в клан Узумаки?

– Ты… тцс… – Анко запнулась. – Опять?!

– Дааа.

– А жить не надоело? – кровожадно оскалилась она.

– С тобой – нет. Иначе бы не предлагал, – повисла тишина. Идём молча. Как-то незаметно для себя я полностью успокоился, всё же детское тело способствует резкой смене эмоций. Я смотрю только вперёд, не делая попыток скосить взгляд. Вот и пришло время проверить, потратил ли я впустую всё то время, что посвятил Анко за этот месяц, или попытка изначально была бессмысленной. Судя по эмоциям Митараши, это не так, но что конкретно она решит – забьётся обратно под скорлупу в страхе быть опять преданной или всё же вылезет наружу?

– Ты серьёзно? – растерянно прошептала девушка через несколько минут.

«Не зря».

– Конечно. Я буду только рад, если ты станешь частью клана Узумаки, – тёплая улыбка и волна симпатии через проклятую печать. Анко едва заметно вздрогнула и медленно дотронулась рукой до шеи.

– Спасибо…

***

Придя домой, я заварил свежий чай, поставив одну чашку перед задумчивой Анко, выпил свою и направился в подвал. Анко этого, кажется, даже не заметила. Подойдя к нужной двери, я сложил несколько печатей и деактивировал недавно собственноручно установленный барьер, после чего, скользнув взглядом по сидящему дальше по коридору клону, открыл дверь.

– Кин, – при моём появлении бывшая куноичи Звука мгновенно вскочила на ноги, едва не уронив книгу, что читала до моего прихода. – Всё начнётся через три дня. Ты всё помнишь?

– Да, Наруто-сама. Я вас не подведу.

– Я знаю, – мои губы тронула улыбка. – И хватит каждый раз вскакивать при моём появлении, мне не нужны подобные знаки верности.

– П… простите, Наруто-сама, я…

– Ладно, не извиняйся, – произнёс я, подходя ближе. Встал я почти вплотную к девушке, внимательно глядя в её чёрные глаза. В их глубине виднелись страх, трепет и ожидание. За прошедший месяц Кин свыклась с моим обществом, но всё равно в такие моменты начинала изрядно мандражировать, хоть и старалась этого не показать. Постояв так несколько секунд, я неожиданно даже для самого себя спросил: – Скажи, Кин, тебе нравится, когда тебя гладят по голове?

Приплыли… Похоже, нервное перенапряжение сегодня получила не только Анко.

– Что?.. – глаза куноичи изумлённо расширились, даже мандраж из эмоционального фона изчез.

– Я спрашиваю, нравится ли тебе, когда тебя гладят по голове?

– Я… Я не знаю… – растерянно ответила девушка.

– Вот как? – мои губы опять расплылись в улыбке. Ну раз уж сделал глупость, то нужно идти до конца, мол, так и было задумано. Правда, что-то я сегодня много глупостей делаю, даже страшно… – Ну тогда, думаю, нам следует узнать ответ на практике. Ты же не станешь возражать?

– Эээ…

– Ну вот и молодец, – и я положил руку на голову куноичи…

***

Сарутоби Хирузен пребывал в мрачном настроении, и даже трубка с любимым табаком это настроение никак не улучшала. Угроза Орочимару была очень серьёзна, Третий Хокаге это понимал как никто другой. Его бывший ученик досконально знал всю систему безопасности деревни, и даже все дополнения, внесённые с момента, как он стал нукенином, этого не меняли, ведь основа оставалась прежней, и кардинально переделать её не представлялось возможным. По крайней мере, без десятка мастеров фуиндзюцу из клана Узумаки. Да и то вряд ли бы это помогло, уж точно не против Орочимару. А ведь ещё Казекаге вёл себя как-то странно. Чего стоит только то, что он прислал на этот экзамен всех своих детей, включая джинчурики Однохвостого. Редкое проявление доверия между селениями шиноби. Вполне способное означать как само заявленное желание перевести союзные отношения на новый уровень, так и нечто совсем другое, например, попытку усыпить бдительность. И хоть разумом Хирузен прекрасно понимал, что для Суны война с Конохой сейчас была бы абсолютной глупостью, могущей привести не только к потере статуса Великой Деревни Шиноби, но и вообще к полному уничтожению – слишком уж неравны силы, но что-то в поведении Казекаге его всё же настораживало. Конечно, можно считать, что экзамен на чунина – это только удобный повод показать остальным селениям силу джинчурики Шукаку, а заодно и подрастающего поколения клана Собоку… В принципе, сильный ход, могущий неплохо поднять авторитет селения в глазах заказчиков и охладить головы соседям. В особенности Аме, а то Дождь действительно последнее время начал наглеть, того и гляди Ханзо вспомнит былые обиды, а Суна сейчас уже не та, что в войну. Да, это многое бы объяснило, и то, что экзамен принимает Коноха – тоже существенный фактор, пожалуй, только сюда и мог отпустить своих детей Казекаге, ведь знает, что Листу нет резона пытаться прибрать к рукам второго джинчурики. Но всё равно, что-то третьего Хокаге беспокоило, какая-то ускользающая от глаза деталь…

Размышления Хокаге прервало появление АНБУ в маске кота:

– Прошу прощения, Хокаге-сама, срочная информация!

– Что случилось, Кот?

– Только что на полигоне Учих произошёл сильнейший выброс чакры Девятихвостого…

– ЧТО?! Лис пытается вырваться?! – Сарутоби буквально взлетел с кресла, уже готовый мчаться в квартал Учих.

– Нет, точнее, нам неизвестно, согласно инструкции, наблюдение за джинчурики велось с максимального удаления, а именно – с границы кланового квартала…

– Лис СЕЙЧАС вырывается?! – второй раз, раздражённо, прервал доклад своего подчинённого Хирузен.

– Нет. Если Лис и вырывался, то джинчурики справился самостоятельно, – у Третьего Хокаге отлегло от сердца. Против вырвавшегося Кьюби у него почти не было шансов, и он это прекрасно осознавал. Может, убить демона бы и получилось, но только сам он вряд ли пережил бы эту битву, как, собственно, и большинство сильнейших шиноби деревни. Облегчённо выдохнув, Третий опустился обратно в кресло, запоздало сообразив, что начни Лис действительно вырываться, Кот начал бы доклад именно с этого факта. Внутренне посетовав на расшалившиеся от всех последних событий нервы и попомнив ласковым словом старость, Хокаге обратился к Коту:

– Докладывай по порядку, что там случилось?

– Узумаки Наруто как обычно занимался на клановом полигоне Учих… – Хирузен внутренне усмехнулся, захапать полигон Учих в единоличное пользование – это сильно! Особенно на фоне того, что хозяин полигона вынужден тренироваться чёрт знает где из-за очередного бзика Какаши. – …вместе со специальным джонином Митараши Анко… – а это вообще ни в какие ворота не лезет! Вот КАК он умудрился заставить её переехать жить к себе?! После той истории с Орочимару Анко же вообще никого к себе ближе чем на километр не подпускает, а этот блондинистый проныра за каких-то пару дней умудрился её чуть ли не в постель к себе затащить! Даже как-то завидно… Погрузившись в последнюю мысль, Хирузен на пару секунд выпал из разговора, но быстро взял себя в руки и сосредоточился. – …Когда они закончили обычные тренировки с огненными техниками, Митараши Анко отправилась в дом Наруто Узумаки, а сам Наруто углубился в дальнюю часть полигона, где, судя по всему, стал медитировать. Долгое время ничего не происходило, Наруто сидел на земле и не шевелился, к сожалению, он установил вокруг себя защитный барьер, и Филин не мог разглядеть подробности своим бьякуганом, а потом произошёл мощный выброс чакры Девятихвостого. Выброс уничтожил барьер вокруг джинчурики и остановился только на границе квартала Учих, благодаря защитным печатям…

– Филин успел заметить, сколько было хвостов? – резко спросил Хокаге, вынув изо рта трубку.

– Да, четыре.

– Дальше, – трубка вернулась на место.

– Мы не успели миновать ограду квартала, давление чакры Лиса исчезло почти мгновенно, покров держался ещё около минуты, но было видно, что он уменьшается, и согласно приказу, приближаться мы не стали. Однако примерно через две минуты после прохождения волны к месту, где находился джинчурики, прибыла Митараши Анко. Какое-то время они разговаривали, причём, судя по жестикуляции, Анко говорила на повышенных тонах, потом, правда, успокоилась, после чего они вдвоём пошли в сторону дома. Я же отправился на доклад. Всё.

– Ясно… – Сарутоби сделал глубокую затяжку. – Ступай, Кот. Вечером я жду подробный доклад, и смотри, чтобы о случившемся не узнал Корень.

– Да, Хокаге-сама.

АНБУ скрылся, а Хирузен погрузился в новые размышления. Наруто сильно изменился за эти месяцы. Первый джинчурики Кьюби, что полностью контролирует силу биджу. Ни Мито, ни Кушина силой биджу практически не пользовались. Мито к тому моменту, как стала джинчурики, почти не уступала в силе своему мужу, и сила Девятихвостого ей была просто не нужна. Кушина… Кушина изучала клановые техники и Кьюби воспринимала только как демона, которого следует держать под замком. Да и не она одна, для Конохи джинчурики всегда значил меньше, чем для других селений, у Листа всегда было много сильных ниндзя, которые успешно справлялись с опасностями, а оружие последнего шанса, каковым и были в своём большинстве джинчурики, никогда не было актуальным. Ведь использовать его можно только тогда, когда других вариантов остановить врага уже нет, а угроза уничтожения деревни противником перевешивает риск для неё же от взбесившегося биджу.

Наруто же умудрился в очень короткий срок достичь поразительно много. Уже сейчас ему можно присваивать ранг чунина, да даже, пожалуй, и джонина. Правда, ещё совсем недавно Хирузен был очень далёк от благодушия и радости. В тот раз, когда он только узнал о контакте Наруто с Лисом и о том, что ребёнок выяснил, кем являются его родители и почему его ненавидят в деревне, Третий Хокаге испытал настоящий ужас. Ведь подумать только, целых два месяца в Конохе никто даже не подозревал о том, что джинчурики может в абсолютно любой момент выпустить Девятихвостого.

Наследник великого клана, сын Четвёртого Хокаге и тюремщик сильнейшего из биджу, чуть не уничтожившего деревню, человек, чьё положение должно быть лишь на одну ступень ниже, чем у Хокаге. Но он вынужден ютиться в малоразмерной квартирке, жить на скудное пособие и ежедневно терпеть ненависть от жителей деревни, защищая которую, погибли его родители. И вдобавок ко всему целых два месяца он без всякого контроля общался с Девятихвостым! Как это можно было выдержать?! Да даже каждый из этих фактов в отдельности мог привести к освобождению Кьюби прямо в центре деревни! Но Наруто сдержался. Сдержался там, где любой другой возненавидел бы деревню. Как он смог это сделать, не озлобившись и не превратившись в кровожадного монстра, Сарутоби до сих пор не мог понять.

Однако даже учитывая, что уничтожить деревню Наруто не попытался, он мог просто уйти из деревни, ведь после всех откровений его здесь уже ничего не держало. А пытаться силой остановить джинчурики… Нет, Хирузен бы на это не решился. А всё из-за этой ненависти! Как только Хокаге ни пытался с этим бороться, но люди – это безмозглая толпа, неспособная понять, что играется с огнём. И главное, правду ей не расскажешь, а всё из-за того проклятого соглашения. Тогда Хирузен его поддержал, сейчас же стало очевидно, что оно было ошибкой, едва не приведшей к катастрофе, но это сейчас. Тогда же вопросы стояли несколько иначе. Четвёртый Хокаге был мёртв, как и многие сильные шиноби из разных кланов. Немногие жившие в Конохе Узумаки вообще поголовно погибли, до последнего удерживая барьеры перед пламенем Кьюби и закрывая собой жилые кварталы. Баланс сил нарушился, кланы сцепились друг с другом в борьбе за власть. Коноха оказалась на грани гражданской войны. Тогда удалось договориться. Сарутоби снова стал Хокаге. А Наруто решили оставить в покое и ничего ему не рассказывать. Решение было компромиссным и основанным на том, чтобы ни один из кланов не получил преимущество перед другим, пусть даже это пошло вразрез с завещанием самого Минато. Тогда это казалось единственно верным решением, но сейчас… К тому же, несмотря на все меры, что предпринимались, дабы сохранить в тайне информацию о Наруто, кто-то ухитрился проболтаться. Третий был практически уверен, что это было сделано кем-то из кланов умышленно. Уж очень избирательно шла информация о мальчике в распускаемых слухах, не говорящих ни слова о его родителях.

И потому Хирузен был очень рад услышать от Наруто желание возродить клан Узумаки. Ведь это означало, что в Конохе появится что-то, что будет удерживать Наруто в деревне. И по той же причине Третий был рад отношениям Наруто и Хинаты Хьюга, хоть и пришлось вытерпеть несколько крайне неприятных разговоров с Хиаши. На этих мыслях Хирузен непроизвольно улыбнулся. В разговоре с главой клана Хьюга ему очень помогли слова самого Наруто, сказанные тем Какаши после второго этапа. Лицо Хиаши в тот момент стоило многого, а уж как гордый и сдержанный Хьюга потом ругался… Всё-таки Наруто обладает поразительным талантом выводить всех из равновесия, прямо как и его отец, хотя тот был всё же скромнее, да, скромнее. Видать, тут таланты обоих родителей проявились и взаимно усилились. Даже страшно представить, что начнётся, когда Наруто станет Хокаге, а что-то подсказывало Хирузену, что он им станет. Интересно, ему хватит месяца, чтобы завоевать все остальные великие страны, или всё-таки уйдёт год? Сарутоби опять улыбнулся.

Да, с Наруто пока проблем не предвидится, хотя, конечно, жаль, что это заслуга в первую очередь самого мальчика, а не его. Но вот в остальном… Мысли Хирузена вновь стали мрачными. Орочимару явно что-то замышляет, и это что-то наверняка произойдёт во время третьего тура. Но как-то воспрепятствовать действиям бывшего ученика, пока они не перейдут в активную фазу, Хокаге был не способен. Конечно, большая часть не прошедших первые этапы экзамена генинов уже давно отправились по своим селениям, но оперативников АНБУ всё равно катастрофически не хватало, и выследить Орочимару или его помощников пока не получалось. Одно радовало – в Коноху вернулся Джирайя и даже вовсю начал обучать Наруто, а значит, в случае чего, сможет того защитить, да и деревню без помощи не оставит. Эх… Жаль, не удалось их свести раньше, а всё это биджев договор!

В любом случае, Хирузену оставалось только одно – максимально подготовиться и привести все силы деревни в боевую готовность. Уже сейчас практически все шиноби Конохи по его приказу вернулись со своих миссий, а убежища готовы к приёму населения. Так что что бы ни планировал Орочимару, деревня не будет застигнута врасплох.

***

Сакура перевела ошарашенный взгляд с Анко на меня.

– Наруто!!!

– Что?! Меня поставили перед фактом! – совершенно искренне возмутился я, делая самое честно лицо и попутно откусывая кусочек свежеиспечённого блина, запивая его сладким чаем.

– Но… но… Это же неприлично! – наконец нашлась с упрёком зеленоглазая куноичи. Анко и Карин, наблюдавшие за этой картиной, тихо похихикивали, старательно пряча улыбки в чашках с чаем.

– Совершенно с тобой согласен! Это вопиющая бестактность и наглое использование моих невинных слабостей и общей душевной доброты, – Анко сдавленно забулькала чаем.

– Э… – Сакура на несколько секунд зависла. – Чего?

– Меня использовали, говорю. Мне вообще последнее время очень страшно жить. Представляешь, что эта садистка может со мной сделать? – кивнул я на Анко. – Вдруг она захочет меня изнасиловать? И как мне тогда быть? Сакура, ты же меня спасёшь? Ты обязана это сделать! Мы же в одной команде! Переезжай ко мне! Только твоя непосредственная защита спасёт будущего Хокаге от поругания и бесчестия! Я даже пущу тебя спать к себе в комнату, чтобы ты могла круглосуточно обеспечивать мою безопасность!

По мере моего монолога лицо Сакуры наливалось краской праведного гнева, и наконец, девушку прорвало:

– ИДИОТ!!! Ты совсем дебил, Наруто! – хорошо, что нас разделяла широкая столешница, да и то Сакура сделала попытку достать меня кулаком по темечку…

А всё дело было в том, что Сакура только сейчас узнала, что Анко уже почти месяц живёт в моём доме, и то совершенно случайно. После чего последовал закономерный вопрос, выраженный в произнесении моего имени.

– Ну ладно-ладно, успокойся, – расплылся в улыбке я. – Ничего же страшного не случилось, да и вообще… Ты мне лучше вот что скажи… – я поднял глаза к потолку и, выдерживая паузу, изобразил на лице загадочное выражение.

– Что? – недовольно буркнула Сакура, смутившись под смеющимися взглядами девушек.

– Хочешь посмотреть на тренировку Саске? – применил я тяжёлую артиллерию.

– Э?.. – удивлённый и растерянный взгляд. – Да! А ты знаешь, где он и Какаши-сенсей?

– Нуу… Скажем так… я могу их найти, – и, отхлебнув из чашки, я хитро подмигнул Сакуре.

– А… Э… – девочка как-то очень быстро растеряла весь свой задор и уверенность. – А мы им не помешаем? Ну, я имею в виду, ведь Саске-кун сейчас тренируется, и его, наверное, лучше не беспокоить…

– Ну не круглосуточно же он это делает. Тем более, думаю, он не откажется немного передохнуть и пообедать домашней едой, а то чувствую я, Какаши его не сильно баловал деликатесами.

– Это точно, – вмешалась в разговор Анко, довольно ухмыляясь. – Ставлю свой плащ, что они там весь месяц на подножном корму и пищевых пилюлях сидели, – и с непередаваемым выражением «счастья садиста» на лице выразительно добавила: – Бедный мальчик… – и, довольно щурясь, откусила блин.

Вот тут Сакуру и накрыло, похоже, раньше она как-то не задумывалась о том, что же кушает наш несчастный Учиха в глухих лесных дебрях.

– Н… Наруто! – девочка резко вскочила из-за стола. – Ты должен мне помочь! Одна я не справлюсь!

– Эм… С чем? – слегка удивлённо поинтересовался я.

– С готовкой, конечно! Пока мы тут сидим, Саске-кун голодает!

– Сакура, милая, хорошая, успокойся, не надо паниковать. Никто не морит Саске голодом, я почти уверен, что он даже и не вспоминает о еде… – чёрт, зря я это сказал…

– НАРУТО, СРОЧНО!!! – нечто розовое, напоминающее вихрь, схватило меня за куртку и на крейсерской скорости поволокло на кухню. «Должен признать, Сакура неплохо научилась ускоряться!» – отстранённо подумал я, оперативно прожёвывая остатки блина, и как только с этим было покончено, начал вслух бурно возмущаться:

– Анко! Карин! Спасите! Меня похищают! Эта дикая куноичи тащит меня на кухню с самыми подозрительными целями! Я не хочу быть котлетой!!! Девчааатаааа!!! – последний вопль донёсся уже из кухни, а вслед мне звучал гомерический хохот девушек.

***

Наруто и Сакура скрылись за поворотом улочки, примыкавшей ко входу в квартал Учих, и радостная улыбка медленно сползла с лица Митараши Анко. Девушка опустила взгляд и так, чтобы это не выглядело со стороны слабостью, сложила руки на груди, реально же с силой сжав предплечья, дабы не выдать внутреннюю дрожь. С каждым днём на сердце специального джонина становилось всё тревожней, и когда она оставалась одна, мысли упорно возвращались к произошедшему в Лесу Смерти.

Орочимару…

Перед зажмуренными глазами девушки вспыхнула довольная улыбка Белого Змея и чуть прищуренные зелёные глаза с вертикальным зрачком, а в ушах как будто вновь зазвучал его голос. Плечи Анко передёрнуло. Она не хотела этого признавать, но ей было страшно, до третьего этапа экзамена остались считанные дни, и всё нутро девушки кричало, что именно тогда произойдёт что-то страшное, что-то, что может отнять только-только обретённую…

Анко мотнула головой, обрывая мысль. В «этом» она не хотела признаваться ещё больше, даже самой себе. Хотя, скорее, просто боялась, боялась накаркать и опять обмануться. Вздохнув, девушка оглянулась на квартал Учих. Там сейчас оставалась только Карин, отказавшаяся идти с ребятами, вместо этого заявив, что хочет разобраться с парой свитков, хотя на самом деле – скорее, просто не захотев навязываться. И ещё парочка теневых клонов Наруто, которых тот держал чуть ли не круглосуточно, лишь иногда меняя на свежих, чем первые пару недель приводил Анко в откровенный, хоть и тщательно скрываемый шок. Правда, потом шок не прошёл, просто как-то раз девушка узнала, что ещё штук двадцать ежедневно штудируют библиотеку Хокаге… Анко ещё раз вздрогнула, вспомнив свои ощущения от этого откровения, и грустно улыбнулась.

Постояв следующие пару минут в тишине, девушка тяжело выдохнула и зашагала прочь от ворот квартала Учих.

Около двадцати минут спустя Митараши Анко вошла в комнату отдыха рядом с кабинетом Хокаге и неуверенно остановилась. Сарутоби Хирузен сидел спиной к ней на небольшом диванчике и, казалось, полностью погрузившись в себя, задумчиво разглядывал портреты прежних Хокаге, висящие на противоположной стене. Традиционный головной убор Каге покоился на столе перед своим хозяином, а бессменная трубка Третьего, потухнув, лежала в стоящей рядом пепельнице. Сейчас глаза старика были прикованы к портрету, изображающему молодого светловолосого мужчину, что тринадцать лет назад был всемирно известен как Жёлтая Молния Конохи и до сих пор считался сильнейшим из всех Каге деревни со дня её основания. Невольно Анко тоже задержала взгляд на этом портрете, но, совладав с собой, всё же оторвала его от насыщенно-голубых глаз четвёртого Хокаге и несмело обратилась к Третьему:

– Хокаге-сама… – Хирузен оторвался от своего занятия и повернул голову к вошедшей. Лицо его было угрюмым и усталым, без малейших следов обычной улыбки. Плечи Анко чуть поникли. – Я… Я прошу прощения…

– Всё ещё злишься, что вернулась живой из Леса Смерти? – неожиданно спросил старик, отворачиваясь и прикрывая глаза. Митараши вздрогнула и опустила голову. – Не переживай так… Больше вас с Орочимару ничего не связывает… И… Всё равно сейчас в селении нет шиноби, способного справиться с ним… Даже включая меня.

– А Наруто?

– Наруто… – голова старика чуть склонилась. – Даже если Наруто сумеет одолеть Орочимару, высвободив мощь Девятихвостого… деревня этого не переживёт. Но… – Хирузен замолчал, а Анко напряглась, приготовившись услышать что-то неприятное. – Если быть откровенным… Боюсь, даже силы Кьюби не хватит, чтобы убить моего бывшего ученика.

Плечи Анко окончательно поникли, а правая рука непроизвольно потянулась к проклятой печати. За последний месяц та ни разу не болела и даже наоборот, несколько раз демонстрировала новые, на удивление приятные свойства, но старые привычки были сильны, и Анко ещё была морально не готова изменить своё отношение к ней.

– Если бы Четвёртый был жив… – тихо произнесла девушка.

– Не надо… – едва заметно повысив громкость голоса, прервал её Хирузен. – Он и так отдал жизнь за спасение селения… Тринадцать лет прошло с тех пор. Его больше нет с нами. И нам следует полагаться лишь на собственные силы, не сожалея о невозможном.

– Да…

– Не вини себя. Лучше скажи, как там Наруто?

– Сейчас он вместе с Харуно Сакурой пошёл навещать третьего члена команды – Учиху Саске, а заодно и Какаши…

– Я спросил не что он делает сейчас, а как он вообще. Ты же, насколько я знаю, теперь живёшь с ним под одной крышей, – Третий Хокаге вновь скосил взгляд назад, наблюдая за реакцией девушки.

Если до этого момента Анко была расстроена и подавлена, то теперь очевидно смутилась и непроизвольно отвела глаза в сторону.

– Я… Я не знаю. Он… – под внимательным, но ничуть не насмешливым взглядом старика напряжение немного отпустило Митараши, и она, как будто прыгая с обрыва, начала сбивчиво, но абсолютно искренне рассказывать: – Он ведёт себя как ребёнок, но… иногда я чувствую себя рядом с ним так, как будто это я маленькая девочка, а он взрослый и умудрённый жизнью шиноби… Он так… бывает, так смотрит, ну… таким понимающим взглядом… совсем как родители иногда смотрят на детей. И в такие моменты я себя чувствую… не знаю… – Анко совсем опустила голову, уткнув взгляд в пол. – Хокаге-сама, а Четвёртый тоже таким был?

– Четвёртый… – отвернувшись, Хирузен взял трубку, но набивать её не стал, вместо этого начав задумчиво разглядывать узоры на потемневшем от времени дереве. – Об этом тебе лучше спросить у Какаши… Но если хочешь моё мнение… Минато Намикадзе был сложным человеком. Очень добрым и отзывчивым по отношению к жителям деревни и особенно своим друзьям, но при этом абсолютно безжалостным к врагам… Наруто сейчас сильно напоминает его, хотя как по мне, Минато всё же был скромнее… да, скромнее… Но не обращай внимания, это всего лишь старческая болтовня.

В комнате повисла тишина. Анко не знала, куда деть руки, а Сарутоби Хирузен погрузился в размышления. Тишина была прервана вставшим Хокаге. Взяв трубку в рот, он поднял со стола шляпу и, водрузив её на голову, со вздохом произнёс:

– Пойду проветрюсь, – и уже у самой двери, слегка задержавшись, добавил: – Я рад, что тебе наконец удалось найти семью. Береги её, Анко…

В полном смятении чувств девушка в бежевом пальто молча поклонилась в спину уходящему старику…

***

– Ну, вот мы и на месте… – с лёгкой полуулыбкой констатировал я, сгружая на землю баул, который милая девочка Сакура скромно поименовала «корзинкой для пикников».

Площадку, где тренировались Саске с Какаши, можно было охарактеризовать одним словом – «заслуженная». Разбитые в щебень валуны, куски скал с очень даже наглядными рытвинами от использования Чидори, чернеющие следы копоти на земле от огненных техник, ну и конечно, двое виновников торжества, что всё это учудили. Созерцая эту картину, я даже почувствовал некоторое завистливое уважение к последнему Учихе, сам-то я до такого состояния его клановый полигон довёл с посильной помощью нескольких сотен клонов, а тут люди вдвоём работали, одно слово – монстры.

– Саске-ку… – громко начала Сакура, но, спохватившись, проглотила последнюю букву и, мило порозовев, начала с начала, но уже более тихо и сдержанно: – Привет, Саске, здравствуйте, Какаши-сенсей.

Брюнет перевёл на нас мрачный и усталый взгляд, и только спустя секунду в нём отразилось сперва узнавание, а следом и лёгкое удивление. Но для меня самым важным было то, что в глазах Учихи горел взрослый шаринган с тремя томоэ. И когда только успел?

Стоящий напротив него Какаши выглядел не сильно лучше, такой же уставший и измученный, про пыльную одежду и говорить нечего. Впрочем, одно отличие было, джонин нашим появлением удивлён не был, скорее, он был им несколько раздосадован, отчего и одарил нас взглядом умирающего лебедя, которого, к тому же, всё задолбало.

– Мма… мма… – Хатаке почесал затылок, переведя мрачный и мутный взгляд с Сакуры на меня. – Наруто, тебе не положено тут быть, это персональная тренировка… И вообще, как ты нас нашёл?

– Какаши-сан, вы так говорите, как будто мы с Саске действительно собираемся драться до смерти. Это, между прочим, обидно.

– Всё равно, тебе не положено видеть…

– Саске, ты, наверное, голоден, я тут немного приготовила, специально для тебя! – не видя ничего вокруг, заворковала Сакура, каким-то неуловимым движением переместив баул вплотную к объекту воздыханий.

– … его тренировку, – обречённо закончил Какаши, с тоской глядя на счастливую девушку.

– Что-то случилось или вы просто так пришли? – спросил Саске, гася шаринган. Голос как обычно надменно-равнодушный, но вот взгляд на корзинке лишнюю секунду таки задержался.

– Случилось, конечно, много чего, но вообще, мы спасаем вас от голодной смерти, – хмыкнул я, присаживаясь на ближайший валун. Брюнет скептически изогнул бровь, но, переведя взгляд на улыбающуюся Сакуру, сам понимающе хмыкнул и уселся на землю.

Пока сияющая Сакура нагружала медленно изумляющегося Учиху разными вкусностями, что-то при этом радостно щебеча про своё обучение в госпитале и общие новости, а я, урвав в первый момент свою порцию, её с удовольствием поглощал, Какаши сверлил нас тяжёлым и укоряющим взглядом. Но уже спустя минуту окончательно убедился в бесперспективности сего занятия и со вздохом присоединился к импровизированному пикнику.

***

– Давно у тебя три томоэ?

Пикник уже закончился, и мы с Саске под недовольным взглядом надувшейся Сакуры отошли чуть в сторону. Конечно, не очень красиво по отношению к девушке, уже месяц не видевшей объект своего воздыхания, но некоторые вещи ей пока лучше не знать, да и Какаши, честно говоря, тоже. А потому первое, что я сделал – это установил барьер от прослушки с функцией искажения изображения того, что происходит внутри, чтобы нельзя было причитать по губам. Спасибо Джирайе за науку.

– Чуть больше недели. После отборочных боёв я стал постоянно поддерживать шаринган активным, сколько хватало сил, а также пытаться подать в глаза больше чакры, чем нужно для его работы. Восемь дней назад, во время очередного спарринга с сенсеем, чёткость зрения резко возросла… Совсем как тогда на мосту, – Учиха говорил равнодушно, при этом глядя в сторону и держа руки в карманах, но когда закончил отвечать, перевёл на меня очень даже смеющийся взгляд. – А ты сам давно умеешь ставить барьеры В-класса?

– Полторы недели, – честно ответил я, делая морду кирпичом. – У меня был хороший учитель.

– И кто же этот гений?

– Ты не поверишь, – в глазах Саске появился скептицизм, смешанный с любопытством. – Автор цикла «Приди, приди рай».

– Кхм… Врёшь.

– Не. Чистую правду глаголю, он реально мастер фуиндзюцу, но человек… своеобразный. Впрочем, сам увидишь. Да не смотри на меня так! Не издеваюсь я. Это Джрайя, ещё один из саннинов Конохи, насколько я понял, в деревню он вернулся из-за Орочимару. Ну и… я его припахал, а то вроде как я Узумаки, а в фуиндзюцу разбираюсь немногим лучше обычного выпускника Академии.

– И… как он?

– Как я до распределения плюс маниакальная страсть подглядывать за девушками на горячих источниках, – Саске аж передёрнуло, а на лице появилось выражение искреннего ужаса, смешанного с неверием и соболезнованиями в мой адрес. Я хмыкнул, но уже через секунду моё лицо стало серьёзным. – На самом деле это не важно, куда важнее, что сегодня утром я почувствовал в окрестностях Конохи ещё четыре проклятые печати, а до третьего этапа остались совсем немного, – лицо Саске также стало предельно сосредоточенным.

– Как я понимаю, Какаши ты об этом говорить не будешь? – я кивнул. – И Сакура не знает? – опять кивок. – Я слушаю.

– Ну, начну с того, что твой противник…

***

Учиха Саске сидел на куске скалы и, сложив руки домиком перед лицом, сосредоточенно сверлил невидящим взглядом горизонт, обдумывая полученную от друга информацию.

«Начну с того, что твой противник – джинчурики Шукаку…»

Да, начало, безусловно, жизнеутверждающее… И дальнейший рассказ был ему под стать. Впрочем, чего-то подобного Саске и ожидал с момента, как увидел поднявшегося на площадку Наруто, наверняка и Сакура не просто так вспомнила о третьем члене команды. Хотя вспоминать она, конечно, могла сколько угодно и наверняка это делала, но вот прийти сюда без помощи Наруто она бы не смогла, а значит, вся история с пикником – не более чем предлог для встречи и состоявшегося разговора…

– Впечатляет, верно, Саске? – раздался рядом голос бесшумно подошедшего Хатаке.

– М? – мрачный Учиха оторвал взгляд от горизонта и перевёл его на учителя.

– Я говорю, изолирующий барьер В-класса одними ручными печатями – это впечатляет, не правда ли? – Какаши задумчивым жестом потёр переносицу, глядя куда-то в сторону, после чего резко перевёл взгляд на Учиху и, улыбнувшись глазом, спросил: – Завидуешь?

– Пф… – совершенно искренне фыркнул брюнет. – С чего бы великому Мне завидовать этому неудачнику?

Какаши аж крякнул, а лицо у него стало такое, как будто шпалой по темечку приложили.

– Кха… кха… Ты точно Саске? – как-то опасливо отодвинулся беловолосый, придя в себя.

– Пф… – на лице Учихи появилась лёгкая ехидная улыбка. – Наруто перед уходом попросил сказать эту фразу, когда вы спросите про зависть.

– Наруто, значит… – мученически глядя на небо, произнёс Какаши. – Ясно… – и, вернув на глаз улыбку, продолжил допрос: – Но всё-таки, неужели не завидно? – Саске вздохнул и прикрыл глаза, вот уж о зависти он сейчас думал в последнюю очередь, тут бы со своими талантами разобраться…

– Он Узумаки, тут нет ничего удивительного.

– Мммм? – продолжил провокационно лыбиться Какаши, выделив мычание особой интонацией.

– Зависть – бесполезное чувство. Я могу сколько угодно завидовать Наруто, его объёму чакры или таланту в фуиндзюцу, но сильнее меня это не сделает, скорее наоборот, – недовольно продекламировал Учиха, не убирая рук от лица. – Я Учиха, и моя сила заключена в моих глазах, – шаринган вспыхнул сам собой, без малейшего участия сознания, мгновенно делая видимую картинку в разы чётче и насыщенней. – Пока я не раскрою все таланты своего клана, нет никакого смысла заглядываться на чужие, только время зря терять.

– Хммм… – протянул Какаши, опять отведя взгляд в сторону. – Интересная позиция… Хотя, думаю, многие с тобой не согласятся…

– Меня не интересует мнение «многих», – резко ответил Саске, которого этот разговор уже стал раздражать. – Помните Страну Волн?

– М?.. К чему этот вопрос? – недоумённо вскинул бровь джонин. Учиха в ответ слегка усмехнулся.

– Как же, а тот парень, Инари, неужели забыли? – в единственном открытом глазе Какаши зажглась догадка.

– Это ты так хочешь показать ценность мнения большинства?

– И это тоже. Но вообще… Хотя не важно, – оборвал себя Учиха, внутренне досадуя на излишнюю болтливость. – Продолжим тренировку.

– М-м-м-м… – Какаши с грустью проводил взглядом облако на небе. – Тренироваться на полный желудок вредно…

– Наруто и Сакура ушли уже почти полчаса назад, а полный желудок не мешает отрабатывать ниндзюцу, – Саске встал и, спрыгнув с камня, сложил ручную печать, тут же рядом возникли два теневых клона, причём в глазах обоих также горел шаринган. – Я готов.

– М-м-м-м…

***

– Наруто… – мы с Сакурой уже минут десять шли через лес по направлению к деревне, и только сейчас она, наконец, решилась нарушить тишину, при этом очень волнуясь. – А вы с Саске… о чём вы разговаривали?

– Ммм… – я скосил взгляд на девочку, Сакура смотрела в сторону, состроив невинное и слегка смущённое выражение лица. Выглядело это мило. – О разном, – честно ответил я, наблюдая за реакцией девушки.

– Ну Наруто, – в зелёных глазах отразилась лёгкая обида, а волнение резко подскочило.

– Сакура, не надо, – я поднял лицо к небу, проглядывающему сквозь кроны деревьев. – Я не хочу тебе врать, а говорить правду… Не нужно это.

– Но ведь мы в одной команде, я могла бы помочь.

– Спасибо, – я тепло улыбнулся, опять переведя взгляд на Сакуру. – Но честно, не надо. Ты и так помогаешь… Даже не представляешь, насколько сильно…

– Да? – сколько искреннего удивления во взгляде… – Ай!.. – отвлёкшись, Сакура споткнулась о торчащий из земли корень и полетела носом в землю, пришлось оперативно ловить. – Эм… Спасибо.

– Да не за что, – я весло усмехнулся и продекламировал: – Профессиональная диверсионная подготовка не спасла юную куноичи от коварства лесной стихии. Теперь понято, почему мокутон считается таким крутым кеккей-генкай… Да первый Хокаге был настоящим бессовестным монстром!

– Да ну тебя, – наигранно надулась Сакура, розовея и демонстративно отворачиваясь к тропинке. Но скосив глаза и увидев мою довольную физиономию, ещё больше залилась краской и, сильнее надувшись, добавила: – Дурак.

– Ты жестока, Сакура-чан, я, между прочим, чистую правду говорю.

– Правда у тебя… – фыркнула девочка, складывая руки на груди. – Только и можешь, что издеваться всё время.

– Издеваться?! Когда?! Не было этого! Я честный благородный Узумаки, я никогда не издеваюсь над красивыми девушками! Ну разве что чуть-чуть… иногда…

– Дурак! – отчаянно давя улыбку, попыталась отстоять своё мнение Сакура, но её «бака» сейчас явно имело совсем не ту интонацию, чтобы выполнять функцию ругательства.

– Зато счастливый и в прекрасной компании, – довольно оскалился я.

– Пф… – чувствую, это фырканье скоро станет фирменным знаком всей нашей команды.

– Нет, нет, нет, всё не так! – активно замотал я руками, поймав в ответ удивлённый взгляд девушки. – Ты всё неправильно делаешь! Нужно выразительней оттопыривать нижнюю губу! И больше надменности во взгляде, больше! Представь, что ты Саске, которого Конохамару вызывает на бой, или нет! Представь, что эта… Как её? Моги! Точно!.. Представь, что Моги заявляет тебе, что отобьёт у тебя Саске.

– Пф!.. – совершенно рефлекторно выдала Сакура, до этого смотрящая на меня с возрастающим охр… изумлением.

– Вот, теперь получилось! – радостно заключил я.

– Наруто, заткнись, ты невозможен! – замотала головой зажмурившаяся Сакура, уже не пытаясь скрыть широкую улыбку.

– Теперь понимаешь, как тебе повезло? Ты общаешься с живой мифической легендой!

– Ууууу!..

Общаясь в такой манере, мы через некоторое время вышли к основной дороге, ведущей напрямую в Коноху. К третьему туру экзамена в селение должна была прибыть огромная масса народу, от даймё с его мелкоаристократической братией до простых бизнесменов и туристов, включая даже шиноби из не совсем дружественных Конохе селений, вроде Облака. Прибывать почтенная публика начала ещё неделю назад, но и сегодня, только идя к Саске, мы уже видели на дороге несколько пеших туристов и один мелкий караван. Вот и сейчас впереди пылили около десятка телег в сопровождении кучи разномастно одетого народа. Честно говоря, мне даже было несколько жаль ребят из АНБУ, следить за такой толпой, непрерывно контролируя возможные эксцессы – работа каторжная.

Свернув весёлую болтовню, мы с Сакурой постепенно догнали караван. Был он довольно богатым, помимо телег, виднелись и крытые кареты, и открытые паланкины на колёсах, да и охрана наличествовала. Причём, что примечательно, охрана не из шиноби, а из солдат даймё. Вот тоже забавная вещь, эти солдаты даймё в подавляющем своём большинстве были обычными людьми, обряженными в доспехи крайне неудобного, с моей точки зрения, дизайна и вооружёнными простыми копьями. Защитить они могли разве что от обычных разбойников, но уже против среднего генина были практически бесполезны.

Никого не трогая, мы тихо обходили людей по обочине, пока впереди не появилась поломанная телега, похоже, там что-то случилось с осью, и её отволокли на обочину, чтобы не мешать двигаться остальным, двое крепких на вид мужиков как раз мастерили подпорки, чтобы заняться ремонтом. Не останавливаясь, мы как-то дружно и молчаливо решили перейти на другую сторону дороги, естественно, сквозь караван. И вот, огибая вяло ползущую крытую телегу, я услышал сзади нахальный голос:

– Э! Куда прёшь?! – высокий шатен в цветастых доспехах попытался то ли схватить, то ли толкнуть шедшую вслед за мной Сакуру. Точно этого я так и не узнал, так как пока его рука только поднималась, успел переместиться вплотную и перехватить её за запястье, одновременно закрыв искренне удивлённую девочку своим телом.

– У тебя три секунды на извинения, потом потеряешь руку, – буднично произнёс я, не глядя на идиота.

– Да как ты?!..

– Эй! Малец! А ну отпусти его! Не видишь, мы солдаты даймё! – вмешался ещё один хлыщ в бесполезных доспехах, с донельзя уверенным и высокомерным лицом и с копьём в руках.

– Да мне плевать… Время вышло, – и я сжал запястье солдата вместе с металлическим наручем. Раздался громкий и очень выразительный треск, полностью отрывать кисть я не стал, но вот вылечить это будет теперь сложно, даже с лучшими ирьёнинами Конохи. Стражник заорал, да так, что вроде как обычные люди, являющиеся солдатами даймё, умудрились в секунду окружить место действия и браво направить на меня пики. Кретины…

– Наруто! – а, ну да, Сакура. Перетрусила и теперь с бледным лицом и ужасом в глазах смотрит на меня, вот единственная, кто реально если уж не умом, то нутром чувствует, что я сейчас всех этих бравых вояк порву на мелкие лоскуты и даже не поморщусь. Что, кстати, чистая правда, с ними даже сама Сакура справится, так как чакры ни в одном не ощущается, уж на таком-то расстоянии я это чувствую, что уж обо мне говорить?

– Что? – лёгкий толчок ногой по голове скорчившегося на земле вояки, чтобы своим криком не перебивал, пусть лучше без сознания поваляется, и нам хорошо, и ему не так больно. – Я давал ему шанс, кто ж виноват, что он идиот? – в этот момент какой-то не в меру нервный стражник попытался ткнуть меня копьём в живот, за что тут же поплатился выбитыми древком зубами и сломанным носом. Я даже поворачивать голову от Сакуры не стал, просто отбросив ненужное древко отнятого в момент удара копья.

– Но так нельзя, Наруто, они же солдаты даймё!

– И что? А я глава клана Узумаки. И вообще, он первый на тебя руку поднял.

– У нас будут проблемы… – чуть дрожа, прошептала Сакура.

– Да, у вас будут большие проблемы! – влез ещё один мужик, в доспехах чуть более пёстро разукрашенных, чем у остальных. В руке мужик сжимал очень неплохой на вид меч из темноватого металла, напоминающий китайские образцы кузнечного искусства.

– Тц… Дожили… Люди едут в селение шиноби, но абсолютно ничего про этих шиноби не знают. Это… – я сделал паузу, встречаясь взглядом с местным начальником, и закончил совсем другим тоном: – Очень опрометчиво, – радужка моих глаз вспыхнула багряным светом, а на караван обрушилось значительно приглушённое, но по прежнему ужасающее Ки Девятихвостого. Люди резко побледнели, на лицах у них выступил пот, а руки начали дрожать, в таком состоянии они не то что драться, они даже пошевелиться неспособны, а если чуть увеличить напор, то вообще могут умереть. – Вот скажи мне, «солдат даймё», – издевательски выделяю голосом последние два слова, – что мешает мне прямо сейчас перерезать вам всем глотки?

– М… мы…

– Ты так и не понял? Мне абсолютно безразлично, кто вы такие и кому служите. Вы, полудурки, посмели поднять на меня и мою подругу оружие, причём посмели сделать это в непосредственной близости от Конохи, видя знак Листа на протекторах и даже после того, как получили предупреждение с наглядной демонстрацией. И вот я спрашиваю, почему я не должен вас всех прямо тут отправить в гости к Синигами?

Мужик молчал, возможно, просто не мог говорить от давления, а вот кто-то, похоже, несколько запачкал казённые штаны, по крайней мере, запашок появился.

– Узумаки-сама! – рядом приземлился боец в форме АНБУ с маской кота на лице, двигался он довольно быстро, так что для всех, кроме меня и, возможно, Сакуры он просто возник из воздуха. А вот мне, несмотря на вроде как спокойный тон «безликого», пришлось испытать не слишком приятное ощущение от смеси паники и страха, вызванных перспективной опоздать к началу резни, в фактической неотвратимости которой анбушник был практически уверен. – Пожалуйста, уберите своё Ки, мы сейчас решим возникшее недоразумение, – в поддержку его слов начали появляться ещё бойцы в масках, отчаянно спешащие к месту событий. А от Сакуры пришла очень своеобразная смесь из облегчения от появления «своих» и страха от перспективы наказания, причём, похоже, о том факте, что её наказывать как бы и не за что, Сакура, видимо, сейчас не думала.

– Без проблем, только эти бравые вояки в драку же полезут.

– Не думаю, но не волнуйтесь, мы справимся, – с облегчением, проникшим даже в голос, заверил меня анбушник. В ответ я пожал плечами и убрал давление, также возвращая глазам привычный голубой цвет.

– Да вы, шиноби… Вы… – тяжело дыша, начал с нотками угрозы лепетать «пёстрый» стражник, выглядело это жалко, причём, судя по эмоциям ребят из АНБУ, они были со мной солидарны.

– Благодарю вас, Узумаки-сама, вы с Харуно-сан можете идти, мы вас не задерживаем.

– Вам спасибо, – эхом откликнулся я, поворачиваясь, и, ухватив пребывающую в ступоре Сакуру за руку, потащил её прочь.

– Т… Наруто, что ты там устроил?! – страшным шёпотом набросилась на меня куноичи, стоило удалиться на десяток шагов.

– Тссс… – я приложил палец к губам и утянул Сакуру за ближайшую повозку, у которой никого не было.

– Что?.. – обожаю это выражение крайнего удивления и непонимания на её лице.

– Сейчас, – не давая Сакуре опомниться, я резко подхватил её на руки и принял низкий старт. Чакра в моём теле уже была ускорена до предела, да и демоническую я в печать убирать не спешил, так что прыжок получился знатным. Девочка у меня на руках тихо пискнула и вцепилась в куртку. Несколько секунд – и караван остался позади, напоследок я успел ощутить изумление парочки анбушников, но преследовать нас никто не пытался, и мы спокойно скрылись в лесном массиве. – А вот теперь можно и поговорить, – констатировал я, сбрасывая скорость передвижения, хотя спускать с рук Сакуру и не подумал.

– Что ты там устроил, Наруто?! Зачем ты сломал руку тому человеку?! И зачем ты… так её сломал?.. – закончила притихшим голосом девочка, сглатывая.

– Знаешь, если бы он успел тебя ударить, я бы его вообще убил, – широко распахнутые зелёные глаза в изумлении уставились на меня. – А чего ты удивляешься? Между прочим, они ещё легко отделались, нападение на шиноби, да ещё в непосредственной близости от его селения – это, знаешь ли, преступление не из лёгких. Да что я тебе рассказываю? Ты же у нас лучше всех по части теории, да и я точно помню, что ты отвечала на этом уроке… – я изобразил на лице задумчивое выражение, действительно выуживая из памяти Наруто соответствующие кадры воспоминаний. Правда, его там волновали отнюдь не урок и ответы Сакуры, а вид самой девочки, да и в голове мелкого блондина крутились всего две повторяющиеся мысли: «Сакура-чан такая умная!» и «Сакура-чан такая красивая!» К слову, нечто подобное было на подавляющем числе уроков, хорошо хоть он их всё-таки слышал, а значит, в глубинах памяти они отложились, хоть и не были осмыслены.

– Ну да… – Сакура выглядела растерянной. – Я помню… «При нападении на себя или членов своей команды любой шиноби имеет право убить нападавшего, вне зависимости от происхождения и социального статуса последнего», – наморщив лобик, повторила по памяти девочка. – Но я не думала, что это так серьёзно… Да и Ирука-сенсей тогда сказал, что это право не мешает родственникам и друзьям убитого пытаться за него отомстить, так что лучше не доводить до убийства без крайней необходимости… – тут глаза девушки вспыхнули ещё каким-то воспоминанием, отчего она тут же возбудилась: – И про людей даймё он тоже говорил, я помню! Чтобы мы ни в коем случае с ними не ссорились! – н-да… Ирука просто гениальный учитель… И программа у него верх совершенства. – Но ведь это значит, что даймё может потребовать твоего наказания! Вплоть до… – Сакура замолчала, испуганно глядя на меня.

– А я в ответ могу наведаться в резиденцию даймё и запихать ему в рот заряженную взрывную печать. И, между прочим, буду в своём праве, – я усмехнулся. – Это закон сильного, Сакура-чан, просто шиноби зависимы от заказов обычных людей, вот и стараются лишний раз не идти на конфликт. Перебить-то солдат даймё несложно, с этим и генины справятся, но ни один нормальный шиноби никогда не захочет взваливать на себя власть над целой страной, у нас просто другие интересы. Вот потому-то даймё и правят, считая себя центром вселенной, ведь их в этом заблуждении поддерживают сами Каге, – я ещё раз усмехнулся, подмигнув девушке, и продолжил ехидно-понимающим тоном: – Сложно смотреть на мир реально, когда тебе с готовностью подчиняются люди, способные в одиночку уничтожать целые страны, да ещё всячески подчёркивая своё уважение, тут бы даже Чоуджи возгордился, – я слегка хохотнул и поймал робкую улыбку Сакуры. – Но как ты сама видела, их прихлебатели частенько сильно борзеют, те же стражники – способностей никаких, работы – только налоги с крестьян собирать да красивой декорацией при феодале работать, но спеси столько, как будто каждый – минимум Учиха Мадара…

– Но ведь нам говорили совсем другое! Что даймё – это законная власть, и её нельзя пытаться оспаривать…

– Естественно, а то бы все шиноби считали обычных людей не более чем мусором под ногами, раздавить который – как почесаться, а к чему такое приводит, ярко демонстрирует пример Скрытого Тумана. Да и как я уже сказал, даймё действительно нужны, как люди, отвечающие за экономику и благосостояние страны, шиноби всё-таки больше по военной части, – Сакура загрузилась, хоть табличку вешай «ушла в себя, вернусь нескоро».

А вот, собственно, и ворота деревни, ну, раз наше розовое солнышко так и не высказала негодования от путешествия на руках с сопутствующей ему некоторой физической близостью, то пойдём так. Мне-то всё равно, по крышам прыгать или по деревьям, а чужие взгляды мне тем более параллельны, пусть завидуют. Заодно и полюбуюсь лицом Сакуры, когда до неё дойдёт пикантность ситуации, всё-таки носить девушку на руках символично отнюдь не только на Земле.

Однако мои ожидания были обмануты. Мало того, что Сакура так и пролежала всю дорогу, находясь в глубокой задумчивости, это-то как раз ладно. Но вот в конечном пункте маршрута нас ожидало представление, мигом переключившее всё внимание «очнувшейся» девочки на себя, да и меня оно равнодушным не оставило:

– СТАРЫЙ ИЗВРАЩЕНЕЦ! – прогремело над кварталом Учих. – Да я тебя на медленном огне поджарю вместе с твоими жабами! – из маячившего впереди переулка вырвался мощный столб пламени, но буквально за миг до этого оттуда же выскочил высокий лохматый беловолосый мужик в деревянных сандалиях и, спрятавшись за углом, проорал в ответ:

– Это всего лишь недоразумение! Маленькое невинное недоразумение!

– Я тебе покажу «невинное недоразумение»! Скотина земноводная! – в переулке послышался мощный хлопок, и вверх поднялись клубы белого пара. А через пару секунд на центральную улицу выползла змейка, если и уступавшая по размеру тем, что натравил на меня Орочимару в Лесу Смерти, то совсем ненамного. Джирайя к этому моменту уже успел уточкой нырнуть на соседнюю крышу (по крайней мере, выглядело это именно как ныряние, а не прыжок) и уже хотел драпануть в другую сторону, но тут на его пути из-за дома поднялась голова ещё одной гигантской змеи. Отшельник на миг замер и резво замотал головой в поисках выхода, в этот момент отчётливо стало видно, что его белая шевелюра местами существенно подпалена, да и костюмчик уже был потрёпан. Тут его взгляд упал на нас с Сакурой, замерших в сотне метров вниз по центральной улице квартала Учих и с некоторым обалдением во взглядах созерцающих происходящее, и в глазах саннина полыхнула надежда.

– Наруто! Спаси меня, я правда не виноват! Та стена сама упала! – возвестил отшельник, неуклюжим пируэтом уходя от зубов ближайшей змеи и шибанувшись копчиком о землю, тут же вскочил на ноги и на спринтах помчался ко мне. В тот же момент из-за угла выскочила взбешённая Анко, обмотанная лишь полотенцем, с растрёпанными мокрыми волосами и босиком.

У меня дёрнулся глаз.

– Врёшь, сволочь! Не уйдёшь! – на самом деле, она кричала несколько иное, в куда более развёрнутой и доходчивой форме, но общий смысл сводился именно к этой фразе, ну, может быть, опуская некоторые озвученные подробности морального облика и происхождения Джирайи. В то же время, ещё только начав кричать, Анко уже сложила руки и принялась очень быстро складывать печати, не прекращая, впрочем, своего весьма познавательного монолога. А у меня уже дёрнулось в другом месте, сам не заметил, как переместился на крышу через три дома, судорожно прижимая так и не спущенную на землю Сакуру к груди. И было из-за чего – в спину Джирайе летел безукоризненно выполненный Огненный Дракон, впервые на моей памяти Анко применяла эту технику.

– Ё!!! – это всё, что успел поведать миру жабий отшельник, прежде чем Дракон достиг его пятой точки и взорвался…

– Сакура…

– А?.. – рассеянно откликнулась куноичи.

– Я сейчас понял одну вещь… Даже не понял, а чётко осознал…

– Какую?

– Я хочу на море…

– Э?.. – зелёные глаза оторвались от места взрыва и удивлённо обратились на меня.

– Там не будет сумасшедших шиноби, оборзевших солдат даймё и глупых заданий, но главное… Там мне не придётся ремонтировать квартал Учих.

– Аааа… Понятно… – девочка опять повернула голову к месту столкновения техники с саннином. – Как думаешь, она его правда убила?

– Нет, конечно… Но надеюсь, ожоги останутся надолго… Так! – я резко мотнул головой. – Я не понял! Какого биджу тут творится?! Анко! Карин! КЛОНЫ!!! – на мой крик первой отреагировала одна из змей, та, что чуть раньше выползла из переулка и сейчас как раз проползала рядом с домом, на крыше которого я стоял. Двухметровая голова с шипением поднялась над крышей и, раскрыв пасть, двинулась в мою сторону, от змейки явно веяло агрессией, видимо, разумной она была весьма условно. Это меня просто взбесило. Мало того, что они разносят мой квартал, ну ладно, квартал Саске, но я тоже тут живу и, пока его нет, непосредственно отвечаю за сохранность имущества, так вот, мало того что они разносят МОЙ квартал, предположительно рушат какие-то стены в МОЁМ доме, игнорируют моё справедливое возмущение, так ещё какая-то жалкая змея-переросток смеет на меня пасть разевать!

Я отпустил ноги Сакуры, продолжая удерживать девочку за плечи левой рукой, а освободившуюся направил на змею. Демоническая чакра в секунду окутала правую руку, образовав этакую насыщенно-красную перчатку до локтя, но не став распространяться на остальное тело, резко вытянулась вперёд, одновременно с этим увеличивая свой размер и уже через долю секунды схватила змею под челюсть, не давая ей раскрывать пасть. Тут же послышалось шипение, и от мест соприкосновения демонической чакры с кожей змеи начал подниматься дымок. Сжимать кулак я не спешил, это всё-таки был контрактник Анко, но, честно говоря, удерживался с трудом, к счастью, змей таки имел зачатки разума и, пару раз дёрнувшись от боли, поспешил совершить обратный призыв, распавшись облаком пара.

– Меня все игнорируют?! – меня не игнорировали. По крайней мере, Анко, услышав мой голос, развернулась ко мне с выражением немого ужаса на лице – глаза аномально расширены, по виску катится капля пота, а само лицо застыло восковой маской.

– Эм… это… я… – промямлила растрёпанная и босая куноичи, рассеянно почесав щёку коготком указательного пальца левой руки и судорожно шаря глазами по улице. – Я скоро вернусь! – и, резко сложив печать, ушла в Шуншин.

– Н-да… – протянул я, глядя на место, где только что стояла девушка. – А ты что скажешь? – Сакура встрепенулась, но ответ пришёл со стороны.

– Не успел доложить, – равнодушно пожал плечами мой клон, что секундой раньше переместился на крышу по левую руку от меня. – Они же только сейчас закончили.

– А предупредить?

– А смысл?

– А вмешаться?

– Так за дело…

– Ладно, пошли в дом, – клон кивнул и развеялся, делясь воспоминаниями. Мгновение на осознание пришедшей памяти, и моя правая ладонь, уже без демонической чакры, с громким шлепком прикладывается к лицу.

– Наруто?

– Я его когда-нибудь убью… Честное благородное слово, я его прикончу… Или лучше обрею налысо и сдам в монастырь…

– Наруто… – вновь осторожно позвала Сакура.

– Всё хорошо, Сакура-чан, всё хорошо… Не переживай. Пойдём, нас уже ждут.

– Угу…

***

Наруто стоял в коридоре и мрачно созерцал то, что ещё утром было стеной ванной комнаты на втором этаже.

Две розоволосые девочки уже около минуты наблюдали за ним из-за угла, но Узумаки, казалось, этого не замечал, полностью уйдя в себя и периодически едва заметно начиная источать Ки.

– Что тут всё-таки произошло? – шёпотом обратилась зеленоглазая куноичи к согнувшейся под ней Карин, увы, но только в такой позе они могли одновременно прятаться за углом и наблюдать за парнем.

Девочка в коричневых очках подняла голову и уже открыла рот, но, повинуясь внезапной мысли, тут же его захлопнула, показала глазами на коридор, ухватила подругу за платье и потащила за собой. Стараясь издавать как можно меньше звуков, девочки тихо прошмыгнули на кухню, где и расслабились, но только после того, как плотно прикрыли дверь.

– Ну, чего? Не тяни!

– Хи-хи… – Карин порозовела и зажала рот ладошкой, давя смех.

– Ну?! – нетерпеливо заёрзала Сакура.

– Ты не поверишь, это было так глупо, хи…

– Смотря что расскажешь, ну давай уже!

– В общем, дело было так. Анко вернулась где-то с полчаса назад, я, правда, время точно не помню, но не важно. Так вот, Анко вернулась тихая и задумчивая, ну как её иногда Наруто-кун доводит…

– Наруто доводит Анко? – удивлённо перебила подругу Сакура.

– А, ну да, ты не видела. Ну, у них бывает… В общем, не важно! Она вернулась и, задумчиво побродив немного по дому, пошла в ванную, а минут через десять пришёл Джирайя… – Карин прыснула и опять зажала себе рот, пережидая приступ смеха. – Пришёл Джирайя, ххи… Ну а потом… хи-хи-хи…

– Да хватит уже смеяться! Мне же интересно! – не выдержала Харуно, даже притопнув ногой от усердия.

– Не знаю, как он сообразил, что в ванне сейчас кто-то есть и что это не Наруто-кун, но он полез подглядывать… хи-хи… Не знаю, как он это делал, я в тот момент сидела у себя, но что-то он сделал, чакра так и колыхнулась по всему дому, ну ты же знаешь, тут всюду фуин-печати…

– Что-то слышала… Ты не отвлекайся!

– Вот, чакра как колыхнулась, а потом взрыв, даже мне под дверь пыль забилась! Я когда выскочила, Анко уже так орала, да такие вещи… – Карин густо покраснела, спрятав глаза. – А этот, значит, сидит, а перед ним огромная дырень в стене, и вода на пол выливается, а рожа у него такая… Ну, знаешь… Довольная такая… Вот, Наруто-кун как раз говорил: «кирпича просит». Как сама удержалась – не знаю, а вот Анко-сан его кирпичом и припечатала, прямо в нос. Потом ещё какую-то технику земли использовала, он бежать, а она только полотенце схватила и за ним, а дальше я уже только взрывы с крыши видела… Ну и вот… Ещё клоны Наруто-куна, один сразу ко мне поднялся, я ещё на крышу вылезти не успела, а второй за ними пошёл наблюдать, я ещё раза два видела, как барьеры появлялись, это, наверное, он дома прикрывал.

Сакура просто села, тут же рядом плюхнулась Карин, и уже через секунду обе девочки залились смехом.

***

– Фуууф… – выдохнул вылезающий из-под земли Джирайя. – Ушёл… А ведь это было близко.

Пара неуловимых движений – и беловолосый мужчина встал обеими ногами на землю, после чего с кряхтением потёр спину.

– Эээх… Дааа… – рука переместилась чуть ниже, где в нарядном плаще саннина зияла опалённая дыра, не спас даже особый материал. – Ну что ж… Искусство требует жертв… – философски заключил саннин, обращаясь к небесам, и взъерошил свою шевелюру.

Постояв пару секунд в таком положении, жабий отшельник отряхнулся и, оглядевшись по сторонам, быстрым шагом поспешил прочь от места событий.

«Искусство требует жертв! – повторил про себя саннин. – Но лучше бы мне с недельку не появляться в этом квартале. Надеюсь, Наруто не сильно обидится, по крайней мере, не настолько, чтобы меня эту неделю искать…» Воображение мужчины в красках нарисовало картину «расстроенного Наруто», этому очень способствовало лицо Узумаки, которое он видел незадолго до излишне близкого знакомства с Огненным Драконом. Картина Джирайе не понравилась. Настолько, что шаг ещё немного ускорился, а горло совершило непроизвольное глотательное движение. Уж очень некоторыми деталями характера сын Четвёртого напоминал другого человека с вертикальным зрачком, которого очень хорошо знал Джирайя, а это значило, что будучи расстроенным, Наруто мог сделать нечто… Нечто, что отшельнику не понравится, по крайней мере, Орочимару в таких случаях бывал очень изобретателен… «Как и его лучший ученик», – услужливо напомнила память, спровоцировав ещё один непроизвольный глоток. «Хорошо, что третий тур уже завтра… И надо бы зайти к портному, интересно, старушка Хо ещё работает?..»

***

– Анко, выходи, – тихо позвал я, продолжая созерцать дыру на месте стены.

– … Как ты узнал, что я тут? – так же тихо и даже немного робко спросила вышедшая из-за угла девушка.

– Я тебя чувствую, – касаюсь свободной рукой плеча. – Держи, – я протянул ей свёрнутый плащ, нашедшийся в ванне вместе с остальной одеждой девушки, если, конечно, защитную сеточку можно назвать одеждой. Анко сейчас, кстати, была в свободных серых шортиках и длинной футболке бежевого цвета, этакий домашний вариант, только волосы опять завязаны в пучок.

– Спасибо, – девушка приняла своё любимое пальто и тут же его надела, после чего молча замерла, глядя в сторону разрушений.

– Полагаю, я должен сказать спасибо за то, что ты не разнесла весь дом… – спокойным голосом нарушил тишину я.

– Эээм… Ты же не сердишься?

– Не то чтобы я действительно на тебя сердился, но это неприятно.

– Извини… – я перевёл взгляд на Анко. Девушка стояла, опустив плечи и повесив голову, причём в эмоциях действительно был стыд с примесью какого-то странного страха.

– За что? Ты всё сделала правильно, – о, какой резкий переход от стыда к удивлению. Хм, пожалуй, я действительно обожаю это выражение на лицах девушек. Я почесал затылок, взлохматив волосы, и вновь обернулся к дыре. – Вот только стенку жалко. Эх… Опять расходы непредвиденные. Ладно, вечером займусь. Пошли вниз, ужин скоро, а его ещё приготовить надо, заодно и клонов в магазин пошлю, – удивлённо хлопающая глазами Анко рассеянно кивнула и пошла за мной…

***

Вечер прошёл в тёплой семейной атмосфере, причём без всякой иронии и кавычек. Пожалуй, этот маленький инцидент сыграл какую-то особую роль по меньшей мере для двух девушек из нашей компании. Особенно это было видно по Анко. Нет, она не стала застенчивой и робкой, как Хината, просто перестала строить из себя пакостницу мирового масштаба, улыбалась, только когда ей было действительно весело, да и колкости с ехидными комментариями отпускала, только когда этого требовала ситуация. Уж не знаю, как долго продлится такое состояние, но хочется надеяться, что подольше, а то иногда она всё-таки утомляет. С Кин тоже всё было в порядке, хотя девочка и мандражировала перед началом событий, но не сильно, да и общество моего клона её изрядно отвлекало. В целом, всё действительно было хорошо, и если бы не напоминание о «мудром сеннине» в лице клонов, притащивших материалы из магазина, было бы вообще прекрасно. Даже жаль, что уже завтра всё изменится.

Уже лёжа в кровати, я проводил последний анализ ситуации.

Жалко ли мне Хирузена? Ни в малейшей степени. Более того, я серьёзно рассматривал возможность под шумок прирезать Конохамару, так сказать, в счёт оплаты долга за клан Учиха и, более чем возможно, за кланы Узумаки и Сенджу, хоть у меня и нет никаких доказательств его вины в судьбе последних. Но… Дети не в ответе за грехи родителей и уж тем более за грехи дедов. Вот кого я действительно жалел, так это тех детей, что могут потерять родителей во время нападения, не погибнуть, нет, смерть – это естественно, хоть и далеко не всегда приятно, но вот оставаться одному – для ребёнка это действительно страшно.

Впрочем, я не собирался пытаться изменить историю, кого смогу, я, конечно, спасу, всё-таки несколько сотен клонов – это значительная сила, но смерть Хирузена мне нужна, а значит, Орочимару его убьёт. Пусть даже это и лишит меня на какое-то время возможности поднять Хашираму с помощью Эдо Тенсей, но местный бог смерти не всесилен, так что придёт время – и я решу эту проблему. Хотелось бы, конечно, немного проредить и Корень, но тут я банально не потяну. Данзо мне точно по-тихому не убить, а без этого и дёргаться смысла нет, да и сдаётся мне, он в курсе относительно нападения, а значит, и лёжку себе подготовил, так что без шансов. Как ни странно, немного жаль Орочимару, но ему потеря рук тоже пойдёт на пользу, по крайней мере, на это есть надежда, а то с нынешним Белым Змеем иметь дело как-то не хочется.

В любом случае, третий тур уже завтра… Я предвкушающе улыбнулся. Что ж, это будет весело и крайне интересно.

***

Солнце неторопливо выползло из-за горизонта, и первые, особенно яркие лучи света упали на верхушки деревьев, заставив те как будто покрыться золотом. Я неподвижно сидел на самом верху крыши своего дома и задумчиво созерцал этот золотой восход. И вот в небе появился краешек солнечного диска… Яркий свет резко ударил по глазам, солнцезащитные очки я себе так повторно и не купил, но сейчас меня это не волновало.

Началось…

Сегодня Деревня Скрытого Листа перевернёт очередную страницу своей истории… Надеюсь, на следующей странице я не увижу эпилог. Право слово, это было бы грустно…

Усмехнувшись, я бесшумно спрыгнул с крыши и медленно зашагал к выходу из квартала. Когда девушки проснутся, им вполне хватит и теневых клонов, мне же надо пройтись.

Гулял я долго… Сентиментальность? Ностальгия? Мандраж? Ничего подобного, хотя и в воспоминаниях Наруто я покопаться не отказывался, но всё же дело было в другом. Я просто расставлял по городу клонов. Вот так просто и незатейливо, а зачем придумывать что-то сложное и оригинальное, если можно обойтись простым и надёжным методом? Сейчас моих клонов было немного, всего пара-тройка десятков, но когда начнётся штурм, каждый из них сможет легко создать подмогу, и даже без учёта всех моих навыков нападающие просто захлебнутся. АНБУ мне не мешали, хотя я частенько замечал «безликих» во время прогулки, в основном – по эмоциям, конечно, их они скрыть не могли, несмотря ни на какие маскирующие барьеры и общие навыки скрытности. Но у большинства были какие-то свои задачи, а та группа, что вот уже месяц приставлена ко мне, на глаза старалась не попадаться, перемещаясь по большой дуге вокруг меня.

Наконец подготовительная часть подошла к концу, и я направился к полигону восьмой команды. Деревня уже проснулась, ну или, по меньшей мере, активно занималась оным процессом. Улицы медленно наполнялись людьми, особенно выделялись гости, их сразу было видно – по лицам, голосам, манере себя вести они резко контрастировали даже с обычными людьми, проживающими в Конохе. Забавно всё это.

Ещё не дойдя до полигона, я почувствовал знакомый букет эмоций. Смущение, робость, мандраж и сладкое нетерпение в предвкушении чего-то приятного. Ну и кто бы это такой мог быть?.. Вопрос явно риторический. Сделав небольшой крюк сквозь заросли, я выглянул на тренировочную поляну с боковой стороны от ведущей на полигон тропки.

Хината… Стоит и в нетерпении переминается возле деревянных манекенов, они же – врытые в землю столбы, и раз за разом поглядывает в сторону тропки, ведущей в деревню. Прелесть… Эх, ей бы только эту курточку снять – и вообще залюбуешься, но нет, прячется, всё-таки она у меня скромняшка.

Пятый вопрос письменного экзамена Академии Шиноби Конохи за четвёртый год обучения: «Можно ли незамеченным подобраться к следящему за окрестностями сенсору?» Правильный ответ – нет! Даже Наруто это в своё время ответил с первого раза, наверное, потому что Ирука накануне устроил ему форменную головомойку во время местного аналога предэкзаменационной консультации, но не суть. Суть в том, что если бы кто-то задал этот вопрос мне сейчас, я бы без малейших сомнений ответил – ДА! Но вопроса мне не задавали, а вот желание доказать этот ответ на практике у меня появилось просто непереносимое.

Ещё один небольшой крюк, ровно за спину девушки, благо манекены от деревьев были недалеко, и, предвкушающе расплывшись в улыбке, я резко переместился вплотную к Хинате. Обхватываю её руками за живот, притягивая к себе, а сам зарываюсь до неприличия довольной мордой, иначе это выражение не назовёшь, в густые чёрные волосы на затылке сереброглазой принцессы.

– С добрым утром, Хината-чан, – промурлыкал я, вдыхая запах чистых волос, отдававших лёгким ароматом фиалок.

– Н-Наруто-кун?! – панически пискнула моя прелесть. – Ч-что ты делаешь?

– Я млею от счастья. У тебя такие восхитительные волосы…

– Н-но… но…

– Тебе неприятно?

– П-приятно… – я всем существом ощутил, как пылает лицо девушки.

– Тогда я продолжу…. – опускаю голову чуть ниже и касаюсь губами шеи Хинаты. Принцесса замерла, кажется, даже дыхание на миг сбилось, но мне было всё равно, я уже начал целовать нежную кожу куноичи, мягко и аккуратно двигаясь ближе к ушку девушки.

– Н-Н-Нару… – в этот момент я лизнул мочку уха, и Хината, вздрогнув всем телом, просто начала оседать там, где стояла. Так как её талия была у меня в руках, упасть я ей не позволил, вместо этого, воспользовавшись моментом, я чуть сместил центр тяжести, одновременно обходя девушку, и уже спустя секунду мы оба лежали на земле. Вернее, на земле лежал я, а Хината разместилась у меня на груди.

– П-Пожалуйста… – прошептала красная как помидор Хината, отчаянно дрожа всем телом и мёртвой хваткой вцепившись мне в куртку, но на этом шёпот девушки прервался, так как я, наконец, добрался до её губ.

Как же сладко… Проклятье, похоже, я сейчас сорвусь… Чёртовы гормоны… Но как же это приятно…

Хината не сопротивлялась и не пыталась вырваться, наоборот, её пальчики вот-вот норовили порвать мне куртку. А уж что творилось в эмоциях… Столько счастья, страха, паники, дрожи… Да, особенно дрожи, Хинату буквально колотило, отчего она ещё сильнее цеплялась за мою куртку, отчаянно боясь меня отпустить и в то же время мечтая оказаться очень далеко и спрятаться под одеялом. Такой восхитительный букет… Я сейчас действительно сорвусь…

Невероятным усилием воли отрываюсь от мягких губ и смотрю на неё. Красные щёчки, прерывистое дыхание, влажные серебряные глаза, которые девочка только-только начала открывать, тонкие ручейки слёз… Я её обожаю.

– Хината…

– Наруто-кун, я… я…

– Эй! Вы чё тут делаете?! – раздался слегка хамоватый голос Кибы, тут же подтверждённый тявком Акамару.

УБЬЮ!!! Я его сейчас убью! Блохастая скотина, собачник недорезанный! Ты труп! Молись, валенок!

Видать, Киба что-то такое почувствовал, когда мой добрый взгляд встретился с его глазами. О, как я хотел его порвать! Только наличие Хинаты у меня на груди спасало будущий воротник от немедленной и мучительной смерти. По взгляду стоящего у деревьев Кибы я понял, что он это тоже просёк моментом.

– Киба… друг мой… ты только не шевелись… постой так буквально секундочку… – я начал аккуратно смещать с себя Хинату, не отрывая глаз от лица собачника, при этом очень приветливо и тепло улыбаясь. По крайней мере, я сам полагал, что улыбка у меня на самом деле тёплая и приветливая. Киба с Акамару синхронно издали нечто среднее между кряком и собачьим скулением, после чего юный шиноби стартовал. Так быстро, на моей памяти, Киба не ускорялся никогда, а Хината ещё была на мне. Не успею! Уйдёт!

– Наруто-кун! Не надо убивать Кибу-куна, пожалуйста!

***

Киба в дурном настроении отправился гулять по деревне. Впрочем, настроение у него было паршивое с момента, когда его под орех разделал высокомерный ублюдок Учиха. Молодой Инузука понимал, что его противник просто игрался с ним, как хищник с жертвой, но внутренний зверь, сломленный было на арене, не хотел смиряться с проигрышем этому… этому… Саске.

– Ррр… Гав! – Акамару, чувствуя настроение хозяина, грозно насупился и зарычал.

– Ничего, малыш, мы ещё ему покажем! – Киба погладил устроившегося у него на голове пса. – Ну а пока можно пойти и посмотреть третий этап.

Но дойти до намеченной цели генин не успел. Знакомый и столь притягательный аромат доносился из леса. Хината… При мыслях о девочке Зверь довольно заурчал. Но вот к запаху Хьюги примешивалось что-то ещё… Что-то хищное, дикое и смутно знакомое… «Лучше я проверю, как бы чего не вышло». И молодой Инузука пошёл по следу. Заметить представителя его клана в лесу весьма сложно, даже опытному шиноби, пусть тут не лес, а всего лишь парк, но тем не менее… Парень уверенно шёл по следу, пока не набрёл на поляну. А там…

Голова ещё не успела осознать увиденную картину, а изо рта уже вырвался возмущённый возглас:

– Эй! Вы чё тут делаете?! – с головы согласно тявкнул Акамару. А потом случилось ЭТО.

Лежащий на земле и прижимающий к себе Хинату Узумаки поднял на него свой взор. Взгляд был совершенно обычный, ничем не примечательные голубые глаза, вот только почему создаётся чувство, будто ты смотришь в преддверие царства Синигами? Никакого Ки не было, но Киба вдруг чётко понял – от немедленной и очень мучительной смерти его отделяет только лежащая на груди у этого существа девушка, не будь её – и он был бы уже мёртв. И тут блондин улыбнулся, от этой улыбки у Кибы разом промокла спина, а сердце ощутимо ёкнуло, в следующий момент над поляной зазвучал тихий, спокойный голос Наруто:

– Киба… друг мой… ты только не шевелись… постой так буквально секундочку…

И тогда генин сделал единственное, что только мог. Он побежал, подстёгиваемый инстинктами внутреннего Зверя. Бежал так, как никогда до этого ранее в жизни не бегал. Ежесекундно проклиная момент, когда он почуял знакомый запах. И ещё больше себя за то, что открыл рот. Биджу подери, да будь на той поляне полноценный джонин, вряд ли бы он смог угнаться за парнем.

Остановился Киба только у арены, где планировалось проведение третьего тура, сердце бешено колотилось в груди. Ноги дрожали и грозили просто отказать. На голове трясся Акамару.

– Чхо… – парень сплюнул вязкую слюну. – Что это была за тварь? – щенок только скулил и жался к хозяину. – Я труп…

***

«Ушёл… Всё-таки ушёл…»

Я вздохнул и взглянул в глаза вцепившейся в меня Хинаты. Не испугалась. И Кибу мне, похоже, убить не дадут… Я подкаблучник? Печально…

– Наруто-кун… – милый носик уткнулся мне в ключицу, и вся девушка прижалась.

Точно подкаблучник. И вроде бы, это уже не очень печально…

– Эх… Ходят, бродят тут всякие… – на язык так и просились разные эпитеты о братьях наших меньших, но я сдержался и закончил почти нейтрально: – Домашние питомцы…

– Н-не надо говорить так о Кибе-куне…

– Хината, ты понимаешь, что он испортил лучший момент моей жизни? – снизу активно засопели и ещё больше зарылись носиком мне в куртку. Блин… Какие у неё сейчас восхитительные эмоции… – Ладно, сдаюсь…

Пообещав Хинате не трогать Кибу, я с сожалением разжал объятья и предложил девушке прогуляться со мной до арены – время уже начинало поджимать. Но всё равно… Блохастый… какой момент испортил?! И ведь у него даже девушки нет, чтобы, так сказать, вернуть дружеский должок в аналогичном аспекте, печально…

***

Коноха уже вовсю бурлила, и дорога к арене была битком набита народом, предвкушающим скорое представление, к счастью, мы с Хинатой не были обычными обывателями и спокойно добрались до ворот по крышам. Ворот, кстати, было две штуки, одни для гостей, другие для участников и обслуживающего персонала. Мы, само собой, пошли ко вторым.

У входа стену подпирал светловолосый джонин в бандане, повёрнутой протектором на затылок, во рту джонина торчал сенбон, который тот с видом заправского мыслителя пожёвывал, глядя куда-то в пространство. Наше появление он гордо проигнорировал, ну не считать же за реакцию перекидывание зубочистки на другую сторону губ.

Почти все участники уже были здесь, даже Шикамару, который, несмотря на нарочитое бравирование своей фамильной ленью, в реальности отличался завидной пунктуальностью. А вот Саске и Досу, как и в каноне, отсутствовали. С Учихой всё было понятно – будет вкалывать до последнего момента, а с учётом нынешнего преподавателя – наверняка опоздает, уже из жизненного кредо последнего, в способности Какаши тормозить по поводу и без я ни сколько не сомневаюсь. А вот звуковик… Всплесков чакры Шукаку я за весь месяц ни разу не чувствовал, как и каких-то резких эмоций, которые в исполнении биджу просто обязаны «звучать» весьма громко, так что, думаю, не ошибусь, если скажу, что Досу занял место Кин в плане Орочимару. Хотя… использовал же он кого-то третьего для подъёма Минато, так что всё может быть.

– Всем привет, – поднимаю руку, подходя вместе с Хинатой к компактной группе участников, собравшейся сбоку от ворот. Хотя, по правде сказать, групп было две, одна из коноховцев, а вторая из детей Казекаге, и стояли они чуть в стороне друг от друга.

– Я уж думал, вы опаздываете, – с видом «замучили, эксплуататоры, дайте хоть минуту покоя» буркнул Шикамару.

– Не виделись давно мы, хорошо у вас всё было, надеюсь? – также поздоровался Шино, пряча лицо за стоячим воротником и не вынимая рук из карманов.

– Д-да, Шино-кун, прости, что не могла зайти, у меня было много тренировок, – тут же повинилась перед сокомандником Хината, смущённо отведя взгляд.

– Понимаю я это, у самого тренировки преобладали…

Что касается гостей из Суны, то Гаара лишь пристально сверлил меня взглядом, Канкуро делал то же самое, но уже настороженно, а нечто вроде приветственного кивка изобразила одна лишь Темари, да и то это движение легко можно было принять за обман зрения. Все трое были изрядно напряжены, и если у двоих в эмоциях преобладал мандраж, то третий изнывал от предвкушения боя.

– Время! – привлёк к себе внимание незаметно отлипший от стены джонин. – Успеете ещё наговориться, а сейчас поприветствуйте наших гостей, – кивок в центр арены. – Как-никак, в этом чемпионате вы главные звёзды.

Народ слегка удивился – как это, начинать без двух участников? Но перечить не стал и послушно направился к центру площадки, где и выстроился в линию под руководством экзаменатора. Набитые людьми трибуны приветственно загудели.

В вип-ложе, лицом к которой мы теперь стояли, тоже началось шевеление. К сидящему на одном из двух кресел Хокаге подскочил один из коноховских шиноби, и какое-то время они о чём-то переговаривались, но общение было прервано появлением ещё троих действующих лиц, один из которых носил традиционные одежды Каге. Казекаге.

Вип-ложа стадиона, Орочимару.

План входил в завершающую стадию, оставалось добавить несколько мелких штрихов – и история мира начнёт двигаться в новом направлении. К добру ли, к худу… неизвестно. История – она как книга, перевернул страницу… и тысячи погибли. Но движение – суть развитие. Остановка неминуемо ведёт к стагнации и загниванию. Хаширама остановился, не пошёл дальше, не захотел менять привычный порядок вещей, ограничился полумерами. Результат? Три мировые войны за неполную сотню лет, гибель десятков великих кланов и необратимая потеря бесценных знаний. А что взамен? Бледная иллюзия мира и готовность союзников вцепиться тебе в горло при первом удобном случае. В последнем он сам убедился… намного лучше, чем того хотелось бы.

– О! Какие люди! – демонстративно обрадовался старик в кресле, едва змеиный саннин вышел из-за угла. – Рад вас видеть, Казекаге-доно!

«Ещё бы ты не был рад, старик, ведь визит другого Каге – это прямое подтверждение мифа о том, что Коноха – сильнейшая из Великих Деревень. Столица мира шиноби… Ну ничего, уже сегодня вечером всё изменится».

– Вы, наверное, устали с дороги?.. – дождавшись, пока Белый Змей займёт своё место во втором кресле, с улыбкой спросил Хирузен.

«Спрашивать Каге, не устал ли он с дороги? Вы совсем не изменились, сенсей. Всё так же непосредственны и остры на язык, всё так же маскируете издёвки под наивное простодушие. Хмм… Что это? Неужели я чувствую ностальгию? Пожалуй, это будет даже приятней, чем я думал».

– Вовсе нет, – с готовностью заверил Змей, внутренне усмехаясь. – Даже хорошо, что экзамен проходит здесь. Вы, конечно, хорошо держитесь, но дорога могла бы оказаться вам не по силам, Хокаге-сама… Может быть, пора подумать о Пятом?

– Ха-ха-ха! – рассмеялся Сарутоби. Может быть, даже и искренне, как отметил про себя Орочимару. – Ничего, какие наши годы? Ещё лет пять я продержусь. Как вам наши финалисты?

– Занимательны… – лучший ученик Третьего Хокаге перевёл взгляд вниз, на выстроившихся в линию финалистов, и стал неторопливо скользить им по фигурам.

Первой, с правой стороны, стояла Темари но Собоку.

«Талантливая девочка. Хороший объём чакры и высокий потенциал дальнейшего развития. Стихия воздуха очень сильно выражена, неплохое обучение, но геном песка не унаследовала, хотя уже пятое поколение семья Казекаге всеми силами пытается его стабилизировать. Шанс удачного приживления проклятой печати около сорока процентов», – промелькнула в мыслях короткая справка, практически не задев эмоций, а взгляд, не задерживая движения, перешёл к Канкуро – старшему сыну Казекаге.

«Стихия земли, но совершенно не тренируемая. Генома песка также нет. Мастер марионеток, хе… Ну, как он сам думает. До Сасори ему как до луны, и скорее всего, так всю жизнь и останется. Крепкий середнячок с потолком чуть выше среднего джонина, и то за счёт относительно редкого направления».

Воспоминание о бывшем напарнике по Акацуки побудило слегка улыбнуться под маской, благо их было целых три штуки, включая платок от песка, закрывающий большую часть лица и считающийся частью официального наряда Казекаге. Взгляд же его убийцы, сейчас носящего его личину, остановился на красноволосом подростке с большим глиняным кувшином за спиной.

«Гаара Песчаный… Искалеченный разум, отвратительно сделанная печать удержания биджу, невразумительная дрессировка. В общем, полный провал – одноразовое, ограниченное оружие. А ведь какой был потенциал… Всё-таки Суна ещё более безнадёжна, чем Коноха».

Мелкая задержка кончилась, и глаза Белого Змея скользнули дальше, чтобы вновь остановиться. В этот раз – на подростке с пшенично-жёлтыми волосами, имеющем с предыдущим очень много общего, но кардинально от него отличающемся. И этот новый объект приковал к себе внимание значительно сильнее, чем все предыдущие…

«Наруто Узумаки… Интересное дитя. Очень интересное. Вылитый Минато-кун в молодости, а чакра…»

Перед глазами Белого Змея пронеслись картины исследований тех образцов, что со всей возможной аккуратностью были собраны во время экзамена. И те чувства, что он испытал, обнаружив в чакре Узумаки изменения, схожие с теми, что стали долгожданным результатом множества модификаций и улучшений, проводимых им в собственном организме. С учётом того, что паренёк был джинчурики, это было ооочень интересно.

«А его поведение во время экзамена? Он точно вычислил меня в отборочных боях, но никому и слова не сказал. И это сын Минато? Хотя малютка Кушина отличалась своевольным характером и могла бы… Но зачем? Даже если парень пошёл в неё… Что совсем не очевидно, в той стычке он вёл себя в точности как отец… Но даже если так, зачем? Страх, что в бою со мной пострадают его одноклассники? Возможно… Минато-кун вполне мог бы так рассудить, но ведь он ничего не сказал и после отборочных боёв, а это уже подозрительно. И под проклятую печать он подставился умышленно. Самое интересное, что она цела, блок подчинения полностью разрушен, но в остальном повреждений в структуре нет, однако свою чакру я в ней почти не ощущаю, хотя она там точно есть. Всё это чрезвычайно… интригует».

– Ну что же, – вырвал учёного из размышлений кряхтящий голос встающего Хирузена. – Думаю, пора начинать…

Орочимару промолчал. Зачем высказывать очевидные вещи об отсутствии двух участников? Особенно если одного из них из игры он убрал лично. При воспоминании о Досу мысли главы селения Звука вновь вернулись к светловолосому джинчурики.

«Что он нашёл в Кин?»

Белый Змей не имел явных улик, но ни на секунду не сомневался, что её исчезновение – дело рук Узумаки. Больше это было никому не нужно, а по словам Зоку и Досу, Наруто-кун ещё в первой стычке проявил к ней интерес.

«Просто половое влечение или?..»

– Спасибо всем, кто пришёл на экзамен чунинов в Селении Скрытого Листа! – разнёсся над стадионом усиленный простеньким гендзюцу голос Третьего Хокаге. Хотя, в принципе, это даже гендзюцу было не назвать, так, оригинальная вариация на одно из начальных упражнений по освоению направления – достаточно было хоть как-то слышать голос, чтобы создавалась иллюзия того, что ты слышишь его чётко и внятно. В исполнении Каге приём, конечно, выглядел более внушительно, чем следует, но так и должно быть, чай, не генин играется. – Мы приступаем к боям основного чемпионата… – Белый Змей прекратил слушать и вернулся к своим мыслям.

«Недостаточно информации, хотя надо будет изучить по возвращении образцы её генетического материала, возможно, в прошлый раз я что-то упустил. Юный сын Минато не производит впечатление глупого и легкомысленного человека. Старается производить и, возможно, даже сумел обмануть старика – Хирузен всегда был излишне добр и наивен… Что, впрочем, не мешало ему всё портить в самый ответственный момент. Или закрывать глаза на не слишком благовидные действия друзей и ученика… Чтобы потом появиться в сияющем ореоле высшего благородства и честности! Гнусный лживый лицемер, умудряющийся обманывать сам себя!»

– …шу вас досмотреть их до конца! – донеслись до сознания завершающие слова речи того, кто только что, сам того не ведая, стал причиной волны раздражения, охватившей учёного.

«Идиот. Как будто хоть кто-то пробившийся на трибуны сойдёт с них по своему желанию до того, как всё кончится. Достаточно посмотреть на их лица…»

Взгляд Змея скользнул на трибуны для дорогих гостей. Мелкие феодалы. Сановники даймё. Богатые землевладельцы…

«Стадо дураков, пришедших полюбоваться на чужие кровь и боль. Пережитки прошлого, тешащие своё эго иллюзией превосходства, радостно обманывающие сами себя и готовые обмануться, стоит любому шиноби проявить минимум вежливости. Была бы их воля, ещё и крови требовали, решая, кому из проигравших жить, а кого зарезать на потеху публике. Мусор, имеющий власть только потому, что никому из Великих Деревень нет нужды менять устоявшийся мировой порядок».

Внизу началось шевеление, Генма, так и не избавившийся за эти годы от привычки таскать во рту сенбон, что-то объяснял участникам, и некоторых из них информация явно напрягала, например, сына Шикаку…

«И всё-таки, Наруто-кун… хоть ты и хорошо играешь, но если разбирать твои действия без внешней мишуры, принимая во внимание лишь фактические результаты, выстраивается занятная картина. Только за время экзамена ты получил доступ в библиотеку Каге, которым активно пользуешься, поднял свой авторитет среди молодого поколения наследников кланов, вопреки условиям испытания заставив часть команд работать вместе, спас девочку, оказавшуюся чистокровной Узумаки, и накрепко привязал её к себе. Да так, что представители Травы только сейчас и сообразили, КОГО они потеряли, отпуская в Коноху «безродную, нищую, ничего не умеющую сиротку». Везение? Да, оно бывает… – перед глазами встала картина знакомства с тремя голодными сиротами в Стране Дождя. – …но ведь нужно ещё и уметь воспользоваться подвернувшимся шансом. А ведь ещё и Джирайя взялся тебя обучать. Если все эти факты случайность, то я совершенно ничего не понимаю в людях».

– Итак, – Генма внизу повысил голос, – первый бой – Узумаки Наруто и Хьюга Хината!

Не названные участники стали покидать арену, трибуны предвкушающе зашумели, а светловолосый джинчурики встал напротив юной куноичи с бьякуганом.

Лицо под маской второй раз исказилось в невидимой для других улыбке. Ничем не примечательная на первый взгляд девочка хорошо показала себя в отборочном бою, но было бы наивно ожидать, что она сможет победить джинчурики, умеющего пользоваться силой своего биджу. Даже у сильнейшего представителя клана Хьюг нет и шанса против любого из хвостатых демонов, а их додзюцу хоть и считается одним из великих, но совершенно бесполезно в бою с таким противником. Однако… в этом бою был ещё один фактор, который коренным образом менял значения всех исходных величин.

«И почему у меня такое чувство, что я уже много раз видел этот бой?.. Вы ведь думаете о том же самом, сенсей?»

Взгляд ложного Казекаге переместился на спину старика, молчаливо стоящего у перил и заложив руки за спину созерцающего землю арены…

То же время, Узумаки Наруто.

– Начали! – скомандовал экзаменатор, отступая в сторону.

– Готова? – спрашиваю у девочки, не двигаясь с места.

– Да! – Хината приняла классическую стойку джукена. – Я буду стараться, Наруто-кун.

– Знаю, – плавно перетекаю в ту же стойку. – Вперёд…

Удар Хинаты. Цель – грудь. Никакого сдерживания и нерешительности, она знает, что этим мне не навредит, а потому бьёт со всей силы. Отвожу в сторону, чувствуя, как бок обдало дуновением выплеснутой из ладони девочки чакры. Безвредно, но чувствуется.

Однако времени на размышления нет, джукен затягивает в себя, не оставляя места посторонним вещам, только узор боя. Уклонения, отводы, увороты… Никаких жёстких блоков и силовых приёмов, в этом стиле они заведомо ведут к поражению, только скорость и невесомые касания, каждое из которых несёт смерть. Я уже знаю её мелодию, её голос… Нет нужды подстраиваться, изучать, всё, что нужно – это лишь встроиться в этот рисунок. Встроиться и направлять…

Шаг в сторону, слегка скрутить тело, заставляя противницу разорвать рисунок и начать сначала, потратив силы на остановку движения, или же продолжить действовать из не самого удобного положения, зато сохранив свою скорость и инерцию. Идёт уже третья минута боя, Хината начинает уставать, ведь даже пришедшиеся в пустоту удары тратят чакру, бессмысленно расходуя её в окружающий мир. Пусть по капле, едва заметной на общем фоне резерва, но для скорости джукена 15-20 ударов в секунду это норма…

Танец получился красивым, завораживающим, но пора переходить ко второй стадии. Девушка ещё пытается атаковать меня сбоку, но инерция уже выносит её мне за спину – вполне удачный манёвр… если бы я планировал продолжать ближний бой. Резкий рывок вперёд, и между нами уже несколько метров. Излишне увлёкшаяся атакой Хината пытается сократить разрыв, но…

– Катон: Огненный Шар! – я использовал простейшую модификацию техники, без контроля формы, и к Хинате устремился обычный расходящийся поток огня, заставляя Хьюгу отступить и давая мне время окончательно разорвать дистанцию и подготовить кое-что помощнее, а именно… – Катон: Цветы Феникса!

Россыпь небольших, но очень горячих огненных шариков устремляется к девочке, и той приходится показать недюжинные гибкость и ловкость, уходя от залпа. Серия взрывов накрывает стадион, поднимая клубы пыли и разбрасывая комья земли, всё так, как и много раз на тренировках. И в точности, как и тогда, одновременно с манёврами уклонения она запустила в меня несколько кунаев, стремясь сбить подготовку следующего дзюцу и отвлечь от собственной попытки подобраться поближе. Умница, но отвлекаться всё-таки не стоит…

– Катон: Великий Огненный Шар! – огромная, четырёх с половиной метров в диаметре, закручивающаяся вовнутрь сфера огня выросла в воздухе перед моей фигурой. От жара даже у меня, его автора, затрещали волосы, но девочка вновь уклонилась, пропустив снаряд над собой, используя в качестве укрытия одну из ям, оставленных «Цветами».

«Блестяще. Прекрасное использование ландшафта и возможностей противника против него самого, остался последний штрих. Давай, Хината!»

Как и ожидалось, ещё до того, как пыль от взрыва техники рассеялась, в мою сторону полетели несколько кунаев, отличительная черта которых была в наличии привязанных взрывных печатей. Уклоняюсь. Вот они ровняются со мной, напрягаю ноги для толчка, и…

– Кац! – на грани слышимости доносится девичий голос, а безвредные до этого бумажки сменяются вспышками взрывов.

Лицо и руку обжигает болью, но толчок ногами, совместно с ударной волной, уже выносит меня из зоны поражения. Красивое сальто на пару десятков метров, и мои ноги касаются земли, слегка проскользив по её поверхности, гася инерцию. В глазах Хинаты испуг, но по моему телу уже потекла чакра Девятихвостного, на глазах исцеляя полученные повреждения. Чувствую напряжение трибун. Где-то там сейчас сидят Карин, Анко и Сакура, наверняка уже все изволновались. Эмоции буквально вымораживает, в животе как будто струна натянулась и вот-вот грозит лопнуть. Самый опасный аккорд спектакля…

«Малышка, не подведи!»

– Катон: Великое Пламя Дракона! – на границе сознания отмечаю, вскочившего со своего места Хиаши и волну хищного интереса из ложи Каге, тем временем волна всепожирающего огня, накрывшего пол-арены, достигла укрытия девочки, и…

– Кайтен! – огонь разбился о вихрь чакры, подвластной хрупкой фигуре, переводя противостояние в силовую сферу – кто первый упадёт от истощения, тот и проиграет, впрочем, поддерживать технику не входило в мои планы…

– Прекратить бой! – проснулся судья, когда пламя уже и так начало спадать. И сразу после окрика он на ускорении переместился между нами, замерев в напряжённой позе вполоборота ко мне. – Победитель У!..

– Сдаюсь! – я поднял руку, перебивая экзаменатора и тщательно скрывая охватившее меня облегчение, с лёгким, усталым удовольствием ощущаю нарастающую волну удивления со всех сторон.

– Ээ… Я тоже сдаюсь! – тут же, чуть тише, вторила Хината. Я удивлённо повернулся к ней, вскидывая брови, заметив это, девочка смущённо пояснила: – У-у меня почти кончилась чакра, я не могу больше драться.

«Врёт!» – мгновенно отметило сознание. – У неё должна была остаться ещё минимум четверть резерва».

– А ты? – перекинув сенбон в другой угол рта, с полупришибленным выражением лица спросил у меня рефери спустя несколько секунд.

– У меня тоже кончилась чакра, эти огненные техники такие затратные… – улыбаемся и машем, улыбаемся и машем, в смысле, закладываем руки за голову и делам честное-пречестное лицо. Ничего не знаю, моя хата с краю, и вообще меня тут не стояло.

– Эм… – лицо экзаменатора стало очень похоже на умирающую физиономию его предшественника, по крайней мере, взгляд стал таким же скорбно-обречённым. – Ты же джинчурики…

– Сам в шоке! – честность, честность во взгляде – и бочком, бочком.

– Ладно, – джонин вздохнул и, устало проведя по лицу ладонью, объявил: – Первый бой! Победителя нет!

Трибуны возмущённо загудели, но слово было сказано, и мы с Хинатой не торопясь пошли к выходу, старательно делая вид, что ничего не замечаем, хотя ушки девушки отчаянно алели, а взгляд не отрывался от земли.

– Молодец, – произношу, едва над головой смыкается арка прохода, а гул толпы остаётся где-то там, на свежем воздухе, – ты была великолепна.

– Я… – меня обдало смущением и чувством вины. – Наруто-кун, прости, тебе было больно?

– Немного, – с улыбкой касаюсь лица и стираю остатки крови. Порванная взрывом кожа заросла, но вот то, что успело вытечь, никуда не делось. – Не волнуйся так, обычный синяк и то болезненней бы получился.

– Не надо меня обманывать, я… я так испугалась. Ты ведь мог лишиться глаз.

– Ну, вряд ли это стало бы проблемой с моей регенерацией. И вообще, ты даже не представляешь, как меня самого трясло, когда я отправлял в тебя огненные техники, особенно последнюю.

– П-представляю… – не могу, это такой кавай! Так и хочется схватить и затискать, но нельзя – надо блюсти приличия, чтоб их. Спорю на все девять хвостов, что сейчас весь клан Хьюга с трибун непрерывно буравит взглядами нашу парочку, вот уж кому стены точно не помеха. Не то чтобы меня реально волновало их мнение, но зачем плодить проблемы на пустом месте? А с этих «горячих пучеглазых парней» станется устроить предельно вульгарную сцену прямо на трибунах. Оно мне надо – портить настроение Хинате?

***

– Наруто?! Что это вообще было?! – нечто розовое, предельно возмущённое и одновременно растерянное сверх всякой меры набросилось на такого мирного и доброго меня, стоило лишь подняться на трибуны. Разумеется, зрительские, раз я «проиграл», то что мне делать среди участников?

– Эмм… Как тебе сказать… – мой ответ Сакуре потонул в свисте и гомоне остальных зрителей, заметивших наше с Хинатой появление в своих рядах. К счастью, оное продлилось недолго – конкретно этот сектор занимали в основном шиноби и жители Конохи, так что народ подобрался бывалый и в целом привычный. Одних только знакомых лиц навскидку было около двадцати. – В общем, не бери в голову.

Взволнованный взгляд девочки переместился с меня на Хинату, вставшая за её спиной Карин тоже явно ничего не понимала, а взгляд Анко вообще источал зримое неодобрение, хотя она-то как раз знала о наших тренировках! Притворщица! Единственная, кто был возбуждён (от слова «радостно») – это Ино, заинтересованно поглядывающая из-за чужих спин, но пока помалкивающая.

– Вы же друг друга чуть…

– Ладно, ладно, – обрываю девочку. – Дело было так: приснился мне сон, я почему-то был Орочимару, который подглядывал в женские бани, – глаза Митараши медленно полезли из орбит. – Значит, сижу я перед заборчиком, заглядываю в дырочку, а там Учиха Мадара пробивает по яйцам Сенджу Хашираме и заботливо приговаривает «Почувствуй мою любовь!», на заднем плане почему-то сидел огромный девятихвостый лис и, жуя чипсы из гигантского пакета, мерзко хихикал при каждом ударе. В общем, я проснулся весь в холодном поту и подумал – а почему бы и нет?

Что я могу сказать? Это фаталити! А поскольку голос я не то чтобы повышал, но уж точно не сдерживал, в осадок выпала и часть зрителей, в основном шиноби. Видать, попытались представить картину. Интересно, здесь есть статья за оскорбление национальных героев? Надо будет уточнить…

– Врёшь! – опомнилась Харуно.

– Вру, – покладисто согласился я, краем глаза отметив, как Хината поспешно прикрыла рот ладошкой и отвела взгляд, ну и эмоции почувствовав, само собой. – Но зато ты приободрилась и больше не переживаешь. Кстати, Саске ещё не появился?

– Дурак! – припечатала девушка, впрочем, без особой злобы.

– Кто? Саске? – «искренне удивился» я.

– Ты, болван! – Сакура оскорблённо отвернулась, сложив руки на груди. Думаю, излишне говорить, что выглядело это жутко мило? – Нет, он ещё не появлялся.

– Хм, жаль… – я сосредоточился на проклятой печати. Итак, где у нас блудный Учиха? Ммм? Что, правда? – Хината, можешь посмотреть бьякуганом на крышу?

– А? Сейчас, – девочка сложила печать концентрации и активировала глаза. Несколько мгновений её лицо выражало предельную сосредоточенность, но вот она моргнула и удивлённо разгладила лобик.

– Он там, да? – Хината перевела слегка растерянный взгляд на меня и через секунду молча кивнула, отключая додзюцу.

– Вы о чём? – вылезла вперёд Ино, Сакура, в отличие от подруги, похоже, уже поняла и теперь сверлила крышу подозрительным взглядом.

– Про…

– ОТЛИЧНЫЙ БОЙ!!! – взвыли за спиной два дурных голоса. И только невероятным усилием воли, помноженным не иначе как на чудо, я сумел удержаться от поспешных действий, о которых буквально возопили все рефлексы организма.

«Да чтоб вас через семь пар потных портянок оглоблей в дышло! Нельзя ж так подкрадываться!!! Я же чуть бомбу биджу не родил!»

Возникшие же непонятно откуда Гай и Ли даже и не подумали снижать радостного энтузиазма, разливаясь соловьями о том, как им понравился бой и как он соотносится с…

– СИЛОЙ ЮНОСТИ! – да-да, ей, родимой. – Этот рассвет! Чудесный рассвет Юности! Никогда не видел столь воодушевляющего и пропитанного Силой Юности боя! – Гай со слезами на глазах хлопал меня по спине. – Вы двое – это просто нечто! Какаши и Куренай-сенсей могут гордиться такими учениками! Ты со мной согласен, Ли?!

– ДА, Гай-сенсей!

«Мама… спасите…»

Увы, ждать помощи было неоткуда, девчонки, едва переварив первый шок, уже вовсю веселились над моими страданиями. Особенно гаденькая улыбка цвела на лице Анко, хотя Сакура от неё отставала совсем немного. Предательницы!

– Наруто-кун! Я решился! Можно я буду считать тебя своим вечным противником вместе с Нейджи?! – Ли бешеным взглядом уставился мне в лицо, нервно сжимая поднятые кулаки.

«Ааааааааааа!..»

В этот момент меня кто-то погладил по руке… Хината… Моя спасительница!

– Прости, Ли, у меня уже есть вечный соперник, – главное – удержать лицо, неважно от чего, рыданий или гомерического смеха, главное – удержать!

– Что?! Кто это?! – не на шутку возбудился зелёный человечек. – Я его знаю?! Скажи!

– Да, это Учиха Саске…

«Прости, друг…»

– Да… – у Ли на глаза навернулись слёзы. – Я знал… я так и знал! Это…

– Это Сила Юности, Ли! Мы не должны лить слёз, – вопреки словам, глаза Майто Гая также наполнились влагой. – Чего и следовало ожидать от учеников моего вечного соперника! Это так трогательно!

– Вы правы, Гай-сенсей! – и слёзы ручьём. – Вы правы!

«Почему у меня такое чувство, что меня только что уличили в чём-то жутко постыдном и противоестественном? Они ведь только о соперничестве говорят? Ведь правда?..»

– Так, прошу прощения, но мне нужно ненадолго отлучиться. Сакура, Карин, оставляю Хинату на вас, скоро вернусь.

– А? – только и успели девочки изобразить удивление, а я уже сложил печать и активировал Шуншин.

Закручивающийся вокруг поток воздуха, короткая дезориентация – и вот я на крыше, всего в нескольких шагах от ощущаемой проклятой печати.

– Уф, спасён…

– Ты о чём? – обернулся Учиха с таким видом, как будто моё появление было чем-то само собой разумеющимся, да и вообще последние полчаса мы непрерывно обсуждали прошедший бой.

– О страхе, дружище, о страхе. Имя которому Сила Юности… Они меня чуть не убили.

– Мм… – понятливо, но без особых эмоций протянул брюнет и отвернулся к арене.

– Ты сам-то что здесь делаешь? Сейчас твой бой, – я присел рядом.

– Жду Какаши-сенсея. Когда мы возвращались в Коноху, он что-то заметил в лесу и отправился проверить, а мне велел не показываться на стадионе до его возвращения.

– И ты послушался?

– Пф… Меня пока что никто не звал.

– Никто не знает, что ты здесь…

– Ну ты же знаешь.

– Логично…

Сзади резко подул ветер, привлекая наше общее внимание. Хлопок, облако пара – и вот перед нашими глазами стоит Какаши.

– Привет, Наруто, – беловолосый с ленцой поднял руку. – Саске, твой выход, я обо всём договорился.

– Что вы нашли в лесу? – даже не шевельнулся брюнет.

– Ммм, – единственный видимый глаз джонина принялся глубокомысленно изучать небо, – у тебя сейчас бой, не забивай голову.

Учиха секунды три сверлил нечитаемым взглядом джонина, не источая никаких эмоций, но тот лишь лыбился беспечным прищуром, всей позой изображая непринуждённость и довольство жизнью. В конечном итоге Саске это надоело, и он, молча отвернувшись, спрыгнул с крыши.

– Мммм… Я не успел пожелать удачи, – пожаловался беловолосый, провожая тёмную фигуру Учихи взглядом.

Я не ответил.

Брюнет тем временем приземлился на стадион и неторопливо пошёл к экзаменатору, полностью игнорируя начавшийся ропот с трибун. Почти мгновенно с этим со стороны балкона участников донеслось сдвоённое предвкушение боя. И если эмоции Гаары отдавали плохо скрытым безумием, то Шукаку очень «громко» радовался близкой свободе (или если быть совсем точным – шансу эту свободу получить). Меня даже в первый момент слегка оглушило, до этого Однохвостый сидел очень уж тихо и незаметно, а тут такой резкий переход. Неприятно.

– И всё-таки, Какаши-сан, что вы нашли в лесу?

– Ничего, – скрывающий лицо шиноби встал рядом. – Мне показалась странной одна поляна, но… я ничего не нашёл.

– Ясно, – не хочет говорить? Что ж, его право. – Ну, я к нашим, – складываю руками печать и ожидающе гляжу на мужчину.

– Иди, я буду чуть позже, – вновь улыбнулся глазом Какаши и перевёл взгляд на землю арены.

– Хорошо…

«Шуншин!»

– Эй! Тебе тут не полигон! – возмутилась какая-то тётка с ближайшего ряда, на чьей одежде, мгновением позже, я заметил несколько листьев, явно принесённых Шуншином.

– Прошу прощения, больше не буду.

– Вечно вы, шиноби, ни о чём вокруг не думаете! – не остывала женщина, поправляя растрёпанные ветром волосы. – Ты вон какой лоб, а бедную девочку чуть не прибил, не стыдно?!

– Да-да, каюсь, грешен, больше не буду, честно, – искренностью в моём голосе особо не пахло, да и глазами я уже выискивал своих.

Возможно, тётка с удовольствием бы ещё пообщалась – яркого негатива с её стороны я не чувствовал, но мои поиски подошли к концу, и я быстренько ретировался, тем более как минимум две девушки меня уже заметили.

Арена, Учиха Саске.

Опалённая земля, покрытая чёрной, осыпающейся пеплом при малейшем прикосновении травой, сухо хрустела под ногами. Зрители на трибунах возбуждённо гудели, а ветер сухо обдувал лицо, принося с собой лёгкий запах гари.

Черноволосый парень не торопясь шёл вперёд, настраиваясь на предстоящий бой. Месяц тренировок дал многое, но и противник у него был непростой – джинчурики, пусть и слабейшего из биджу, а значит, любое затяжное противостояние заведомо обречено на провал. Закончить бой одним ударом тоже нельзя, Чидори без труда могло пробить защиту не ожидающего этого противника, но убийство сына Казекаге на глазах у сотен свидетелей точно не принесёт пользы ни Конохе, ни ему лично, к тому же…

«Если я даже ровесника могу победить только лишь дешёвыми уловками, то мне никогда не догнать Итачи».

Взгляд чёрных глаз впился в красноволосую фигуру, стоящую в ложе участников. Даже без активации шарингана Саске видел мелкую дрожь нетерпения, пробегающую по телу джинчурики, и маска ледяного безразличия на лице сына Казекаге была не в состоянии скрыть едва сдерживаемого напряжения и жажды убивать, плескавшихся в его глазах.

– Имя? – привлёк к себе внимание экзаменатор, с усмешкой глядя на подошедшего генина.

– Учиха… – парень остановился и, разорвав зрительный контакт с противником, перевёл тяжёлый взгляд на лицо жующего сенбон джонина, – Саске.

– Хе, ну ты хотя бы не заразился опозданиями Какаши… – рефери с улыбкой перекинул сенбон из правой стороны рта в левую и повернулся к трибунам. – Гаара, спускайся.

Красноволосый, казалось, не услышал, продолжая с маниакальным блеском в глазах пялиться на спокойно ожидающего Учиху. Но вот прошло несколько мгновений, и он, не меняя выражения лица, отвернулся и медленно зашагал к лестнице.

Время шло, Саске расслабленно ждал, привычно отсекая от сознания посторонний шум и прокручивая в памяти приёмы, продемонстрированные Гаарой во время второго этапа. Но вот, наконец, его противник показался в боковом переходе. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять – напряжение почти достигло своего пика, и сын Казекаге находится на грани. А вот на грани чего…

«Если бы он был обычным человеком, я бы сказал, что бой обещает быть лёгким – в таком состоянии невозможно адекватно и вовремя реагировать на действия противника, но он джинчурики, а значит, его срыв, скорее всего, будет сопряжён с выплеском силы биджу. Сложная ситуация…»

– Итак… – рефери сделал паузу, дожидаясь, пока боец из Песка подойдёт ближе, – приступаем, – скользнув взглядом по трибунам и последний раз окинув им противников, джонин перекинул сенбон в другой уголок рта и поднял правую руку. – Начали!

Едва поднятая рука упала вниз, объявляя бой, как из кувшина за спиной Гаары взметнулся поток песка. Рефлексы молодого Учихи сработали мгновенно, усилив мышцы ног чакрой и отбрасывая его из зоны поражения. Но тут произошло что-то странное – красноволосый шиноби Песка дёрнулся как от удара и схватился за голову.

«Биджу? Так быстро? Больше похоже на провокацию. Но учитывая его состояние до начала боя…»

Мысли пронеслись в голове брюнета за один короткий миг, а так как к чему-то подобному от взвинченного джинчурики он был готов, то уже начал действовать. Едва Гаара согнулся, прижимая руки к голове, ему в лицо полетели несколько сюрикенов, не для того, чтобы навредить, в эту возможность Саске совсем не верил, а лишь отвлечь внимание. Месяц тренировок не прошёл даром, конечно, двигаться с той же скоростью, что и Ли, исключительно за счёт чистых мышечных усилий Учиха ещё не мог, но вот задействовав чакру, уже его превосходил. А потому пока сюрикены ещё только начинали лететь к цели, сам брюнет уже перемещался на ускорении за спину противнику.

Цели они достигли практически одновременно. Острые куски металла врезались во вставшую на их пути стену песка, и всего долю секунды спустя кулак Саске устремился в затылок Гаары. Для верности, помимо физической силы, в удар было вложено немало чакры, пожалуй, бой против обычного генина или слабого чунина на этом бы и закончился, а ирьёнинам пришлось бы лечить тяжелейшее сотрясение… если не собирать череп по кусочкам, вот только противник Учихи под понятие «обычный» не подходил никак.

От мощнейшего удара в спину Гаару повело вперёд и вниз, дезориентированный, он не смог удержаться на ногах и встретился лицом с землей, но детали столкновения Саске уже рассматривал, уклоняясь от песчаной волны – как и на втором этапе, песок реагировал на угрозу быстрее самого джинчурики. Атаку пришлось прекращать и рвать дистанцию, поскольку оставаться вблизи активной защиты Гаары было верным способом самоубийства.

Тем временем красноволосый поднялся на ноги, с его головы осыпался песок из повреждённой брони, а на лице застыл полубезумный оскал. Ниндзя развёл руки… Сейчас.

– Катон: Великий Огненный Шар, – восьмой части резерва как не бывало, но жар и резкий всполох заставят Гаару рефлекторно прикрыть глаза, шаринган уловил начало движения и достроил его до логического конца. Пусть противник силён, но что его сила, если он не успевает реагировать? Воспользовавшись секундным замешательством Песчаного, Саске вновь ускорился, до предела напрягая связки, и напитанная чакрой нога со всей мощью, подкреплённой весом генина, впечаталась в грудь джинчурики. Пусть песчаная броня вновь поглотила большую часть, но даже не особо сильный удар в диафрагму опасен. Видимо, противник считал так же, поскольку на этот раз дистанцию разорвал сам суновец и… окопался. Саске напряг шаринган и убедился – песчаный шар, возникший на том месте, куда отпрыгнул его визави, напитан и укреплён чакрой, причём чем-то она отличалась от той, что была у Гаары в начале их скоротечной схватки, но вот чем – понять было сложно.

Проверки ради ниндзя Конохи метнул несколько кунаев, но те бессильно звякнули о ставший каменно-плотным песок. Попытка пробить барьер врукопашную чуть было не закончилась парой лишних дыр в животе от песчаных копий, выросших из шара. Пат, ни один из противников не может достать другого, вот только «цвет» чакры, циркулирующей в коконе, продолжал меняться, и эти изменения очень сильно не нравились молодому Учихе, на ум почему-то пришли жуки Абураме и их коконы.

Дожидаться, пока из такого кокона вылезет соответствующая бабочка, явно не следовало, но и достать засевшего в «бункер» суновца было нереально, банально не хватало пробивной силы. Что ж, выход был один… Мысли в подстёгнутом адреналином и чакрой разуме метались со скоростью молнии, казалось бы долгие размышления не заняли и пары секунд, впрочем, с начала самого боя прошло хорошо если пара минут.

«Атаковать Чидори и пробить сферу? Нужно подойти на дистанцию удара. Отвлечь? Было, будет ждать. Но в лоб идти опасно. Варианты? Может получиться! Но чакры почти не останется».

Взвесив различные возможности, Саске приступил к выполнению импровизированного плана, отличающегося некоторой наглостью и долей безрассудства. «Хех, этот Узумаки на меня определённо дурно влияет».

– Катон: Великий Огненный Шар, – ещё одна восьмая часть резерва канула в небытие, одновременно с этим шиноби Конохи метнул десяток сюрикенов вбок, подправляя их движение при помощи напитанной чакрой лески – их задачей было перевести внимание джинчурики на сторону предполагаемой атаки, а в это время…

– Чидори! – клёкот тысячи птиц бил по ушам, руку слегка подёргивало от электрических разрядов – контроль был всё ещё не идеален, чакра начала стремительно исчезать, но скорость, даруемая стихийной трансформацией, стоила этих затрат. «Завтра всё тело будет чертовски болеть», – пришла отстранённая мысль, когда догнавший собственную огненную технику генин буквально прорвался сквозь огонь. Жар опалил волосы и заставил прищуриться, спасая глаза, но скрытый собственным огнём парень беспрепятственно добрался до укрытия противника и нанёс удар. Донёсшийся из шара вопль боли и какой-то уже нечеловеческой злобы стал наградой за успешный манёвр, но останавливаться было нельзя. В очередной раз пришлось сильно потратиться, чтобы удержаться на ногах и отскочить – скорость, с которой Гаара выращивал шипы на своём укрытии, заставляла быть очень осторожным, но купол не прореагировал, только чакра в нём словно перешла на какой-то новый уровень. И это было плохо. Очень плохо. Воспользовавшись бездействием песчанника, Саске метнул кунай со взрыв-тэгом прямо в пробитую его рукой дыру. Внутренний взрыв окончательно разнёс защиту, и перед генином Конохи предстало Нечто. Одновременно со взрывом Учиха почувствовал массовое воздействие чакры, а падающие с неба перья свидетельствовали, что кто-то использовал гендзюцу. Экзамен на чунина только что стал гораздо интереснее.

Клон №34. Крыша арены неподалёку от ложи Каге.

С неба посыпались иллюзорные перья, и глаза стали слипаться.

«Гендзюцу».

Быстрая печать концентрации и разовая остановка тока чакры в голове, сознание тут же прояснилось, а события уже неслись вскачь. Видимо, наши атаки всё-таки ждали, так как не успело ещё завершить действие гендзюцу, а четыре прятавшиеся до этого в непосредственной близости смазанные тени АНБУ уже неслись к ложе Каге. Навстречу им бросились телохранители Орочимару, шиноби Листа сработали красиво, ещё в прыжке разрубив обоих на две равные части, вот только в следующий миг эта красота едва не стоила им жизни. Видимо, ребята Змея превосходили своих противников наголову, иначе никак не объяснить столь удачного манёвра с позволением разрубить себя на две части, но как бы то ни было, вместо двух брутальных мужиков через долю секунды на крыше стояли четыре гоповатого вида подростка. Нападая со спины, у них были бы все шансы прикончить АНБУ, но, видимо, это не входило в планы, что тут же подтвердилось – ложу накрыло мощным прямоугольным барьером, проникнуть за который уже не смогло бы и куда более мощное подкрепление, чем четверо «безликих».

Тем временем «Казекаге» приставил кунай к горлу своего коллеги и что-то вкрадчиво шептал ему на ушко… Бррр, если бы не отчётливая холодная ненависть от Орочимару, направленная на своего бывшего учителя, я бы мог это понять как-то неправильно. М-да, Анко на меня дурно влияет. Не знаю, что именно сказал Белый Змей Сарутоби – пусть мой слух и тоньше, чем у обычного человека, но отфильтровать негромкий голос в шуме начавшегося штурма поселения, звона клинков и хруста сминаемой плоти весьма проблематично, да и установленный барьер S-класса несколько затрудняет подслушивание, не говоря уже о расстоянии. Впрочем, реакция Хирузена была весьма показательной, а моё уважение к Орочимару ещё немного возросло. Судя по эмоциям, Хокаге получил знатную моральную оплеуху, а значит, Змей уже имеет некоторое преимущество.

Впрочем, дальнейшие события заставили пошатнуться только окрепшее уважение к нукенину – вместо того, чтобы попытаться прирезать Хирузена, отступник не нашёл ничего лучше, чем подставить под клинок свою руку. Зачем, вот зачем он пробил кунаем свою ладонь? Чтобы «дать фору»? Ведь повреждённые мышцы явно не увеличат скорость сложения печатей и, как следствие, применения дзюцу. Хотя в случае с Орочимару и его медицинскими навыками… Решил зачем-то показать сенсею, что такая травма на ирьёнине S-ранга никак не сказывается? Вряд ли заслуженный курильщик всея Скрытого Листа об этом не знает.

Противники разошлись. Выглядело это просто удивительно – отпустив Хирузена из захвата, Белый Змей спокойно развернулся и, не вынимая куная из повреждённой руки, отошёл на пару метров, где неторопливо снял шляпу, всё той же повреждённой рукой, из которой торчал нож. Не знаю как старик, но лично я на миг потерял связь с реальностью. Между тем они продолжали что-то обсуждать, так, словно два приятеля на светском рауте, и только после того, как оба картинными жестами избавились от церемониальных одежд Каге, началось что-то вроде подготовки к бою. Хотя реально боевую стойку принял только Сарутоби, Орочимару ограничился счастливой лыбой – простой улыбкой ЭТО выражение назвать не получалось. И кстати… кунай из раны на руке неуловимым образом исчез.

Наступила пауза…

Несколько минут фигуры стояли неподвижно, казалось, общаясь лишь глазами. Но вот, что-то для себя решив, противники сорвались с места и, обменявшись первыми, прощупывающими ударами, взялись за дело всерьёз. Орочимару таки поднял при помощи Эдо Тенсей двух первых Каге и натравил их на Хирузена. Причём кровь для призыва тел он использовал как раз натёкшую из пореза, выиграв себе лишние доли секунды… Блестяще! Но и этого было мало, стоило бою затянуться и, следовательно, втянуть в себя участников, заставляя забыть о чувствах, как Орочимару сорвал со своего лица кожу… под которой было совсем другое лицо, чем-то сильно напоминавшее черты Хаку. Интересно, он решил убить Хирузена, доведя его до инфаркта? Во всяком случае, тот шок, что испытывает сейчас старый шиноби, весьма силён. Давление. Постоянное психологическое давление, Змей бьёт своего противника всеми возможными способами, заставляет нервничать и ошибаться. Затянувшийся на глазах порез и несколько «неадекватное» поведение можно также отнести к этому (ну, я очень на это надеюсь) – очередной удар по сознанию, демонстрация силы и возможностей, сочетаемая с прессингом. Мастер. Действительно Мастер, правда, со стороны видна одна его слабость. Он ненавидит Хирузена настолько, что просто убить его кажется для Орочимару недостаточно, нет. Он хочет насладиться его страданиями, дать почувствовать боль, тоску, безнадёжность. На мой взгляд – зря, противника такого класса, как Каге, нужно убивать при первой же возможности, а не играться, как кот с мышью, хотя у местных есть свои традиции и свой колорит, да и месть – весьма притягательное блюдо…

Что ж, психологическая ломка продолжается, и такой ход действительно весьма эффектен, что «смена лица», что поднятие мёртвых, вот только… при всех плюсах этой техники, если верить записям Второго, есть у неё и ряд минусов, впрочем, как и у любой подобной системы. Эффективность поднятой нежити-мага (для простоты будем считать шиноби магами, хоть это и не совсем верно) зависит от их степени свободы. Другими словами, насколько в бою они могут реагировать индивидуально, а насколько подчинены приказам поднявшего. Вот тут и кроется основной минус используемой Белым Змеем техники – после установки контролирующей печати он получил не двух «монстров Мира Шиноби», а просто два болванчика, полностью покорных его воле, практически неуничтожимых, но совершенно безынициативных. В итоге, сам саннин вынужден был встать за их спины и чуть ли не вручную, словно марионетками, управлять этими телами, при этом эффективность двух Каге не превышала джонинов средней руки. За исключением, пожалуй, живучести и объёмов чакры – поскольку последнее есть смесь энергии «тела» и «духа», а мёртвые, как известно, не устают, да и сил «духа» у привязанной к телу души более чем достаточно, то и исчерпать запасы чакры такому поднятому почти невозможно. И ведь подумать только, создание личей, причём личей послушных и покорных, даже если их использовать просто как «батарейки»… Очень перспективно.

Тем временем действие на крыше (до сих пор не могу точно определить, это битва или всё-таки фарс? Нет, участники, безусловно, враждебно настроены по отношению друг к другу, но слишком уж поддались эмоциям, и эффективность уступила место банальному желанию выплеснуть свою злость) достигло апогея. Сарутоби, уже использовавший свой призыв и едва уцелевший после последней атаки Хаширамы, наконец, решился и, создав двух теневых клонов, вызвал…

По телу ударила разошедшаяся от крыши волна энергии. Незримой для обычных людей, но… Такой знакомой. Близкой. Холодной и безразличной, почти… родной.

Да, это определённо была сущность на службе Серых Пределов. Жнец. Почти лишённый разума и инициативы, безвольный исполнитель с несколькими примитивными инстинктами… такой же, как и бесчисленное множество его собратьев на службе Владычицы Душ. И такой же внешне отвратительный, как им и положено быть. Разве что с поправкой на некий восточный колорит.

Дальше… Дальше Хаширама по воле Орочимару применил какое-то сложное пространственное гендзюцу, накрывшее всё, что находилось под барьером, непроглядной тьмой, и зрителям осталось лишь ждать. И ведь сильный ход, если бы Белый Змей понял, что за технику собрался применить Хирузен, то тут бы бой и закончился, но он, похоже, этого так и не понял… до самого последнего момента.

Потянулись долгие мгновения напряжённого ожидания, разбавляемые ничего не говорящими всплесками эмоций из-под барьера. Но вот, Сарутоби полыхнул радостью, и в следующий миг тьма развеялась, а вместе с ней осыпались пылью и тела первых Хокаге. Орочимару недоумевает, но времени осмыслить произошедшее ему не дают – Сандаймё Хокаге бросается в атаку. Скорость движения у обоих запредельная, куда там Какаши или Ли, даже я на чакре Лиса вряд ли смог бы выдать такой темп, по крайней мере, сейчас. Движения просто сливаются в один чёрно-стальной вихрь, несколько растянутых в вечность секунд, и… Орочимару берёт верх. Он победил, чисто сделал сенсея в фехтовании, лишил оружия, проткнул насквозь, но… позволил до себя дотянуться.

Занавес…

Ещё с минуту противники пытались пересилить друг друга, но я уже и так знал исход, до момента клинча ещё оставался шанс, но теперь… Надо отдать должное Орочимару, видимо, его исследования не прошли даром, и если души первых Хокаге местный Жнец вырывал походя, несмотря на всю силу Эдо Тенсей, то легендарный саннин сопротивлялся. Отчаянно. Даже умудряясь потянуть и в свою сторону. Но исход был решён, ощутив, что сил больше нет, Хирузен решился и дал команду Жнецу отрубить то, что смог вытянуть. Призрачный нож вспорол воздух, клинч двух шиноби распался, и Третий Хокаге упал на крышу уже мёртвым. Орочимару же с болью и ужасом смотрел на свои руки, на глазах покрывающиеся трупной синевой…

Ну что ж, вот всё и кончилось, бывшие Каге запечатаны в этом нечто, Белый Змей получил очень серьезные повреждения в энергетическом плане, а Хирузен наконец-то покинул сей бренный мир. Что ж, информации для размышления более чем достаточно, а значит, мне нужно передать её Оригиналу…

Последнее, что увидел клон перед тем, как сложить печать отмены – это треснувший барьер и четыре тени, подхватившие своего хозяина…

Учиха Саске. Арена.

Дело начинало приобретать совсем не радостный оборот. Массовое гендзюцу усыпило большую часть зрителей, включая и не ожидавших такой наглости шиноби. Хуже того – на трибунах стало появляться всё больше и больше подозрительных фигур с протекторами Звука, и их поведение явно не кричало о добрых намерениях. А значит, с остановкой боя или помощью в битве с окончательно сбрендившим джинчурики могут возникнуть некоторые… проблемы. Даже если забыть, что чакры осталось хорошо если треть, а противник просто пышет мощью, бой с биджу здесь и сейчас – это гарантированные жертвы среди мирного населения, следовательно, решение может быть только одно…

Как можно более нагло и вызывающе усмехнувшись в глаза приобретающему форму монстру, Учиха величественно развернулся и с гордо поднятой головой степенно удалился… поддерживая максимально доступную скорость.

Как и ожидалось, этот манёвр не остался незамеченным одержимым собственным демоном Гаарой, и Нечто, представляющее собой смесь шиноби и некой покрытой узорами груды песка, устремилось в погоню.

«Интересно… В этой деревне найдётся хотя бы один человек, достаточно ответственный, чтобы снять с генина заботу по обезвреживанию биджу? На Какаши надежды мало, но хоть один…» – ход мыслей юного ниндзя прервали чьи-то азартные крики.

– В лес! В лес его загоняй, а там запинаем! – Саске нервно дёрнул глазом.

«Один нашёлся… Чёртов Узумаки, умудряется веселиться даже в такой момент… Скотина!» – даже с какой-то радостью и завистью подумал генин, спрыгивая с внешней стены стадиона, по направлению к лесу. Впрочем, крик блондина был тут ни при чём, Учиха и сам прекрасно понимал, что если куда-то и уводить противника, то подальше от населённых районов.

Вскоре впереди показалась знакомая светловолосая физиономия, без слов указавшая жестами направление и помчавшаяся вперёд. Саске направился следом, очень сильно… просто надеясь, что Наруто подготовил какую-нибудь ловушку, а не просто хочет отвести джинчурики подальше от города и дать сожрать последнего (почти) представителя древнего и благородного клана. Почему-то в голову упорно лезли именно такие бредовые мысли, ещё почему-то крутились воспоминания о приключениях в Стране Волн и небритая рожа Тадзуны. Что ни говори – «шикарный» настрой перед смертельным боем…

Именно на этих мыслях он и выбежал на небольшую полянку, на другом конце которой уже стоял Наруто, дорисовывающий какие-то закорючки на ближайшем к нему дереве.

– Давай сюда! – Учиха поднажал ещё немного и оказался рядом с блондином.

– Ну… ха… а дальше что?

– Хех, как говаривает один блондин, – Саске с большим подозрением покосился на шевелюру приятеля, – Искусство – это, – «о нет!» – ВЗРЫВ! – далее одновременно произошли сразу несколько событий: преследователь вылетел на полянку, Узумаки активировал барьер (так вот что это были за закорючки!) и сработали взрыв-печати, по всей видимости, закопанные в землю… да и деревья были очень неплохо обклеены ими.

Проморгавшись от вспышки и слегка уняв звон в ушах, Учиха окинул взглядом то, что осталось от полянки… и окружающего леса. Осталось там… не особо много, но самое паскудное заключалось в том, что их противник мало того что выжил, но даже выглядел не особо потрёпанным, разве что был несколько дезориентирован.

– Да что он за невезение? Второй раз его взрываем, а толку нет.

– Джинчурики, – лаконично пожал плечами Наруто. – У тебя сколько чакры?

– Треть. Два, может быть, три Чидори – и я труп.

– Хреново… Ладно, я с ним разберусь, прикрой, если что, – глаза Узумаки сменили цвет с голубого на алый, зрачок вытянулся, а тело начала быстро покрывать красная плёнка демонической чакры.

Учиха молча кивнул и, бросив взгляд на восстанавливающего целостность песчаной оболочки противника, резко ушёл в сторону, чтобы затаиться между деревьев.

Узумаки Наруто. Лес.

Саске исчез, но Гаара, или же теперь Однохвостый, этого как будто не заметил. Волны восторга, радости и жажды крови от нелепо гротескной фигуры передо мной били натуральным фонтаном. Струйки песка со всех сторон втягивались в на глазах наливающуюся объёмом тушу. Всего несколько мгновений – и сын Казекаге полностью скрылся под песчаной бронёй, а размеры насыпи всё продолжали расти.

Я не вмешивался. Бой с другим джинчурики обещал быть познавательным, к тому же я ещё не решил, что делать с Гаарой. Не то чтобы меня сильно волновало его здоровье, как физическое, так и душевное, но он как-никак был носителем биджу, то есть ресурсом уникальным, а это диктовало свои условия.

Наконец формирование тела Шукаку завершилось, и передо мной предстала огромная, покрытая чёрными узорами туша зверя. Недолго думая, тварь взревела и отправила в мою сторону Воздушное Ядро – техника на уровне Огненного Шара. Почти что безвредная… если бы не то количество чакры, что было вложено в приём. Лес за моей спиной просто сдуло, я же благоразумно отскочил в сторону, летать сегодня совершенно не хотелось.

– КЬЮБИ!!! ВЫЛЕЗАЙ И СРАЗИСЬ СО МНОЙ!!! – а голос-то даже противней, чем в мысленном общении, наглый, резкий, визглявый… один в один как у дворовых хулиганов в период гормонального перелома.

– Катон: Великое Пламя Дракона! – в отличие от боя с Хинатой, на этот раз я не пожалел плеснуть в технику солидную порцию чакры Лиса, эффект не заставил себя ждать:

– ГРАААААА!!! – тёмно-бордовая волна пламени накрыла Однохвостого биджу и солидный участок леса по сторонам от него, но сдаваться мой визави не спешил. Мощная воздушная техника во все стороны от Шукаку на несколько секунд заставила пламя отступить, а в следующий миг в меня опять летело Воздушное Ядро, вынуждая прерывать технику.

Осмотр показал, что противнику досталось куда больше, чем мне – песок на груди, передних лапах и голове местами спёкся до состояния шлака, не помогла ни пропитка чакрой биджу, ни достаточно быстрая ответная реакция. Однако давать мне повторить успех Однохвостый явно не собирался и ещё до того, как успел вернуть себе нормальную форму, уже очередью запустил несколько Воздушных Ядер. А дальше на пару минут всё превратилось в сплошную акробатику, давать в себя попасть «дурой», сносящей как нечего делать пару километров векового леса, у меня желания не было совершенно. Может быть (и даже скорее всего), покров и выдержит, но летать «камушком» мне всё ещё не хотелось. Как не хотелось и использовать клонов для атаки с разных сторон – это было бы совсем не спортивно, к тому же они и так уже отожрали солидный кусок чакры – нападение на деревню прекращаться пока не думало, а ведь уже порядка пары сотен моих копий активно участвует в обороне, а это значит, что мой объём разделён на эти самые пару сотен равных частей.

В общем, пришлось воспользоваться более грубым и примитивным методом, а именно – отрастить дополнительные конечности из чакры подлиннее и в процессе танца вокруг песчаной горы начать банальным образом её полосовать когтями и рвать на куски. Не самый эстетически приятный способ, зато нервы щекочет дай боже, особенно когда приходится на последних миллиметрах выпрыгивать из под этой горы, пытающейся тебя раздавить. Однако особого результата он не принёс ни через минуту, ни через две, и как я с опозданием и некоторым стыдом понял – принести и не мог. Ну что такое пусть даже полутораметровая рана для тела в десятки метров, даже не тела, а его имитации из песка, пропитанного чакрой? Шукаку, вероятно, даже особо не тратился, восстанавливая эти повреждения, а вот меня выцеливать уже почти наловчился, что совсем не радовало.

– МАЛЕНЬКИЙ ГЛУПЫЙ СОСУДИК КЬЮБИ! БОИШЬСЯ ВЫПУСТИТЬ ДЕВЯТИХВОСТОГО?! МОЛОДЕЦ! ТОГДА Я СОЖРУ ТЕБЯ С НИМ ВНУТРИ! ХА-ХА-ХА-ХА!!! СЛЫШИШЬ, КЬЮБИ?! Я ТЕБЯ СОЖРУУУУ!!!

«И ведь стучится во внутренний мир, орёт по их «родственной» связи. Хорошо, что он, похоже, именно такой дебил, на которого звучит его голос, а то уже мог бы и догадаться, что с Лисом что-то не так. Но всё же, пора бы уже и заканчивать… Так, где теоретически у нас Гаара? Из общих соображений логики – в самом защищённом месте, то есть ровно по центру туши, окружённый многометровым слоем брони, а значит, если прицелиться чуть в сторону…»

– Катон: Огненный Дракон! – длинное змееподобное тело «китайского» дракона врубилось в толщу песка и, словно таран, прошило её насквозь. Чакры биджу я и в этот раз не пожалел.

Ускоряюсь на пределе возможного и вхожу в оставшуюся от техники дыру, несколько взмахов руками – и под песком проступает полость с воздухом, ещё мгновение, и я вижу красноволосую голову Гаары. Быстрая, но предельно нежная оплеуха заставила сына Казекаге проснуться, а дополнительный пинок в наполовину скрытую песком грудь – воздержаться от лишних движений и озаботиться срочным поиском кислорода для дыхания.

Где-то снаружи раздался невнятный квак, и… на нас рухнула многометровая груда песка.

Песок… как много в этом слове. Песок – это универсальный строительный материал. Он может использоваться для производства цемента, служить основой для бруствера, если наполнить им мешки… Да мало ли… Но эта сволочь умудряется проникать и забиваться в любые щели, а если вы погребены под ним…

– Тьфу, кхе… пф, – выкопаться из того, что оставил после себя Шукаку, было не так-то просто, особенно если учитывать, что помимо себя, нужно было ещё и Гаару откапывать. Честное слово, было бы до слёз стыдно терять такой ресурс, как наследник клана Собоку, владеющий геномом Песка, сын Казекаге, джинчурики и прочая, из-за банальной лени и в свете всего пережитого. Меня бы просто не поняли, да я сам бы себя не понял. А потому приходилось тащить, отплёвываясь и посекундно проваливаясь в сухой и совершенно не утрамбованный песок, прорывая выход наружу, фактически, макушкой.

– Ты смотри, всё-таки выжил, – глядя на мою вылезшую у его ног голову, поприветствовал меня один пучеглазый говнюк, гаденько ухмыляясь уголком рта.

– Не дождётесь! – сплёвываю осточертевшую пыль и вытаскиваю следом за собой Гаару.

– Хм, и он тоже, – это звучало уже задумчиво. – Варианты?

Так я тебе всё и рассказал! Хотя вопрос актуальный. Конечно, лучшим вариантом было бы вырвать Однохвостого из печати Гаары и тут же запечатать в своей, после чего повторить то же, что и с Кьюби. Но Курама был ещё далёк от окончательного «переваривания», и его «коллега» бы банально не влез. Не говоря уже о том, что запечатывать биджу я ещё не умел, да и сомневаюсь, что работа с уже существующей печатью проще, чем с новой, скорее, строго наоборот. Но и оставлять Гаару в живых тоже не было никакого резона, вообще. По-хорошему, Суну стоило бы додавить, благо сейчас она лишилась собственного Каге, «стратегического оружия» и нескольких десятков джонинов, про чунинов и прочую мелочь я вообще молчу. Просто из банальной логики и политической целесообразности нельзя спускать на тормозах такой фортель. Конечно, в каноне они как-то ситуацию разрулили, и я даже примерно представляю как – скорее всего, Суна просто откупилась. Не знаю чем, но чем-то очень хорошо подмазав старейшин, вряд ли на Данзо и Ко подействовали бы кающиеся россказни на тему: «Ах, нас обманули, нас подставили! Это всё Орочимару, он даже нашего Каге убил! А мы не виноватыыыыы!», скорее, сделали вид, что поверили, после получения желаемых откупных. Да и последующее спешное воссоздание «союза» с немедленным предоставлением лучших шиноби из правящего клана селения по первому свисту из Конохи тоже на эту версию прозрачно намекает. Но лично меня данный вариант не сильно устраивает. Мне-то что с того, что старейшины нагреют руки? А зная «ответственный» подход Какаши к заботе о команде, как бы вообще не получилось, что нас даже похвалить забудут, ну, может, в послужном списке задним числом ещё отметят какую-нибудь миссию… А-ранга например. Да-да, за скрученного джинчурики и спасение деревни от его буйства в жилых кварталах. Про оплату я вообще молчу. Чтобы Какаши и выбивал деньги для подчинённых за форс-мажорные обстоятельства? Да ладно! За Забузу мы не получили ни Рё, хотя одна его голова стоила как три моих домика, хотя, учитывая Меч, мне-то грех жаловаться, но тенденция, тенденция…

В общем, вариант «мир, дружба, жвачка» меня не вдохновлял. Лучше уж действительно прикончить Гаару, тем самым окончательно ослабив Суну и с высокой степенью вероятности спровоцировав в отношении неё агрессию прочих Скрытых Деревень и в перспективе – начало Четвёртой Мировой Войны Шиноби на несколько лет раньше канона. А что? Хороший вариант. Рискованный, но хороший. Сразу куча планов Акацуки и стоящего за ними Тоби летит к чертям, передо мной открывается масса возможностей как по сбору интересных трофеев, включая других биджу и их джинчурики, так и для карьерного роста. Глядишь, через годик стану авторитетным дядькой, что только за счёт успехов на фронте сумеет придавить авторитетом нынешних старпёров всея Скрытого Листа. Особенно доставляет тот факт, что Четвёртый Хокаге в своё время именно так и сделал, получится очень символичная семейная преемственность, хе-хе. Хотя не менее вероятно и то, что под прикрытием войны Обито сотоварищи ещё быстрее соберёт всех биджу, да и меня где-нибудь в тенёчке подкараулят. Это опуская возможность подставы со стороны деревни и вероятность гибели всего моего, с позволения сказать, «клана». Впрочем, опасности эти вполне понятны и ожидаемы, так что можно было бы рискнуть, вот только есть два «но». Первое – убей я сейчас Гаару, и Шукаку будет на некоторое время потерян, а где и когда он возродится – точно предсказать невозможно. Может быть, у нас и через год, а может быть, в пустынях Страны Ветра через пять лет. Или в любой другой географической точке и в любом временном периоде. Второе – нет смысла собирать других джинчурики, пока я не переварю Лиса. Вот и вернулись к тому, с чего начали…

Хотя один любопытный вариант был…

– Отпустите нас, – вмешалась в ход моих мыслей непонятно откуда взявшаяся Темари, затравленно глядя на нашу парочку и сжимая предплечье левой руки.

– Э?.. – с усилием выныриваю из размышлений и удивлённо гляжу на девушку. – Заявление достаточно наглое, чтобы даже претендовать на оригинальность… – боком наклоняюсь к Учихе и громким шёпотом интересуюсь: – Откуда она здесь?

– Появилась, пока ты дрался, – брюнет глядел на куноичи с полным покерфейсом. – И едва не попала под его технику…

– Ясно, – судя по резкой смене эмоций на лице блондинки и взгляду, брошенному на Саске после последних слов, не попала она под раздачу только вмешательством Учихи. И ведь не связал… Хм, может, у кого-то начали, наконец, проскальзывать мысли о возрождении клана? Хорошо бы, хе-хе… – Только с чего нам это делать? Вы на нас напали, какое тут «отпустите»?

– Мы можем заплатить выкуп… двадцать миллионов?

– Пффф! – ёмко высказал своё отношение к вопросу «презренного металла» брюнет.

– Согласен, глупая идея. Столько можно получить за наследника клана, но не за джинчурики. Кстати, а где тот, в стрёмной пижаме?

– Не… – девушка запнулась, – не знаю, он отстал, чтобы прикрыть меня. Чего вы хотите?

– Я? – для наглядности зыркаю на Саске, но Темари не поддалась на игру и продолжила сверлить меня настороженно-внимательным взглядом. – Я хочу притащить его в Коноху, найти своего учителя по фуиндзюцу, вытащить Шукаку и запечатать его в Саске.

И ведь реально хороший вариант! Сразу геном Песка Учиха, само собой, не приобретёт, да и первое время вообще ему будет очень плохо, чакра демона, как-никак, но в том, что парень справится, я не сомневаюсь. Шаринган даст возможность влёгкую контролировать запертого биджу, а сам биджу, даже не отдавая свою чакру, что первое время будет крайне токсична для организма, самим фактом своего пребывания внутри хорошо раскочегарит личный очаг Саске, и главная проблема всех Учих – ограниченный объём чакры – сойдёт на нет. Сперва за его собственный счёт, а потом и Шукаку батарейкой подработает, главное – дождаться момента адаптации тела, а там уже какая-никакая регенерация, новые стихии, техники… Красота!

Судя по задумчивому лицу брюнета, такие же мысли посетили и его, а ведь ещё Шукаку может стать дополнительной гарантией от посягательств Орочимару на его тело. Не скажу, что наверняка, но такая вероятность есть. А вот Темари мой ответ не только не обрадовал, он привёл её в ужас.

– Вы… Вы не можете!!! Это… Это приведёт к уничтожению Деревни, Скрытой в Песке! Мы не сможем себя защитить! Все соседи набросятся на нас, чтобы урвать свой кусок!

– Прости, конечно… Ты очень милая, правда, – Саске выразительно фыркнул, ну-ну, а то я не вижу, как ты уже пятый раз блуждаешь «случайным взглядом» по её коленкам, – и я не люблю обижать девушек, но… нам-то что с того? Не мы напали первыми.

– Но это может привести к началу Четвёртой Мировой Войны Шиноби! Пострадают все! Другие Великие Скрытые Деревни не смирятся с таким усилением Конохи! На вас и так напали именно из-за этого! Коноха год от года становится сильнее, всё больше людей во всех странах предпочитают обратиться с заказом к вам! Мы были вынуждены напасть, Суна на грани, наш даймё не желает финансировать своих шиноби и всё больше заказов отправляет к вам, и такая ситуация не только у нас! Если сейчас у вас появится ещё один джинчурики!..

– Я понял, понял, не кричи, – успокаивающе поднимаю руки. – Кстати, почему вы просто не сменили даймё на более патриотичного или не упразднили его вообще?

Два одинаково удивлённых взгляда стали мне ответом, хотя взгляд Темари граничил с понятием «потрясение», а у Саске, напротив, выражал лишь что-то вроде: «Как ты мог сморозить такую бестактность? Нет, я понимаю, что это логично, но чувство меры надо знать».

– Ладно, забудем, – внезапно в затылке блеснула короткая вспышка, и я на долю мгновения прикрыл глаза. Пришла память клона, наблюдавшего бой Хирузена. Голос, сам собой, слегка похолодел. – Но ведь ты должна понимать, что после того, что вы устроили, просто взять и отпустить я вас не могу. Да и глупо это, как ни посмотри. Только что погиб Хокаге, Орочимару серьёзно ранен, и я должен отпускать монстра, ни во что не ставящего собственную семью и собиравшегося порезвиться в моей деревне? Вот просто за «спасибо» симпатичной куноичи, также ещё час назад намеревавшейся убивать моих товарищей?

– Я… Я… – на девочку было жалко смотреть, она едва не плакала, до крови прикусив нижнюю губу, и, сжав кулаки, пыталась что-то придумать. Увы, похоже, ей придётся помочь, так как, к глубокому сожалению, боюсь, идея запечатать Шукаку в Саске на данный момент неосуществима. Приведённые ею аргументы реальны, и старейшины на это не пойдут, точнее, не столько на саму идею прибрать к рукам ещё одного биджу, сколько на идею доверить его Учихе. С первым ещё могло прокатить, разрулили бы уж как-нибудь прожжённые жизнью старики политическую нестабильность и недовольство соседей, особенно в свете гибели Хокаге, но вот Учиха для них – что красная тряпка для быка. Все ведь замешаны в истреблении клана, а ну как паренёк что узнает? Давать ему такое оружие в плюс к шарингану никто не будет, а Джирайя делать что-то втихаря не решится. Если вообще захочет помогать, мужик он себе на уме, частые придуривания и поведение как у ребёнка не показатель, что я, себя в зеркале не видел? А вот что у него на уме – та ещё загадка, контракта жаб он мне, к слову, не давал, а это кое на что намекает. Других же мастеров фуиндзюцу у меня в окружении как-то не водится. – Я готова передать вам копию библиотеки клана Собоку! – словно бросаясь в омут, выдавила девушка. – И ещё несколько секретных техник Суны! Я…

– Зачем… Темари? – Гаара, про которого все как-то забыли в процессе обсуждения его же судьбы, неподвижно лежал на песке лицом к небу и сейчас нечитаемым взглядом сверлил сестру. – Я монстр. Чудовище. Оружие деревни… – глаза парня распахнулись в полубезумном взгляде. – Я сам уничтожу Суну! Я…

– Ты дурааак!!! – звонко крикнула девушка, прерывая излияния брата. – Ты… – куноичи с трудом вздохнула, мелко подрагивая, – мой брат…

Получасом ранее. Клон № 23/17 (у оригинала в момент создания были очень странные мысли). Арена.

Почему-то при виде засыпающих жертв гендзюцу на ум пришла цитата из далёкого прошлого: «Опять зима неожиданно пришла…», ну и продолжение про неготовность коммунальных служб, куда уж без него.

К чему я? Да к тому, что АНБУ буквально проспали.

Нет, я всё понимаю, противник подготовился заранее, всё спланировал, прекрасно знал сильные и слабые стороны обороны селения, да и вообще он гений по жизни, но… Вы ведь об этом знали, полудурки! Грёбаный месяц назад он вас уже ткнул наглой, откормленной, сибаритствующей мордой «Сильнейшей Великой Деревни» в фекалии – и хоть бы кто почесался!

Ладно, ладно, я всё знал заранее, к этому готовился, на это рассчитывал, даже с нетерпением ждал, когда Орочимару и его телохранители сделают свой ход. В конце концов, они профи и на стадион их пустили вполне официально, да и делегация Песка – не вчерашние крестьяне, один их инструктор – чуть ли не второе лицо Суны, опять же, с вполне официальным разрешением присутствовать, но… Но Великий Мрак, Воля Огня и пресвятой пингвин! КАК?! Как можно было пропустить на стадион две с лишним СОТНИ ниндзюков Звука в – подумать только!!! – форменной одежде их деревни, с открыто носимыми на лбу протекторами и при полном вооружении?! Ладно бы десяток, ну два, к этому я был готов – диверсионный отряд, отвлечение внимания от стены и всё такое, но ДВЕ СОТНИ с гаком?! КАК?!!

Из рациональных объяснений в голове крутились только и категорически нецензурные.

Впрочем, всё это не мешало мне активно препятствовать попыткам проткнуть себя или кого-то из подопечных. В частности, Сакура, Карин и Ино, которую первые две привели в себя вливанием чакры, гениально изображали роль балласта. Нет, они пытались помогать, что-то взволнованно щебетали и строили умилительные в своём искреннем изумлении рожицы, но пользы от них было ноль. Хината и Анко смотрелись куда как лучше, особенно последняя, когда углядела на крыше ложи Каге знакомую бледную фигуру. А вот кто отрывался, что называется, от души, так это воспитанники Гая…

– Нейджи! Ли! Тен-Тен! Покажите им СИЛУ ЮНОСТИ!!!

– ДА, ГАЙ-СЕНСЕЙ! – на другом конце ложи зелёный монстр в облегающих лосинах ногой с разворота заехал несчастному звуковику буквально на считанные сантиметры выше «самого дорогого». Тело в сером пронеслось в метре перед моим лицом и впечаталось в стену.

– Ли, будь аккуратней! Мы должны защищать спящих зрителей, а не поубивать их! – прикрикнула на паренька Тен-Тен, отмахиваясь шестом от своего противника.

– Так я же никого не задел.

– А мог! – тупой конец шеста впечатался в солнечное сплетение, и шиноби Звука осел на пол безвольным кулем.

– Не отвлекайтесь, – холодно одёрнул Нейджи, отбивая руками несколько сюрикенов, едва не попавших в зрителей.

В этот момент четверо противников бросились на Анко, пытаясь достать её с разных сторон. Вылетевшая из рукава девушки змея успешно перехватила одного за шею, второй получил кунаем в глаз, удар третьего Митараши блокировала, но защититься от четвёртого практически не успевала. Практически, так как пара вариантов спастись у неё была, и я, в общем, в ней не сомневался, но красная рука из демонической чакры всё равно уже схватила неудачника и, чуть сжав, вышвырнула на арену. В следующий же момент третий из нападавших получил удар в живот от подскочившей Хинаты и перестал представлять интерес. Три макушки – две розовые и одна блондинистая – дружно вздохнули из-за кресел.

– Наруто, – перед нами пафосно появился Какаши. Именно Пафосно – на ускорении, замер вполоборота к нам, так, что капля чужой крови готично стекала с обращённой к нам щеки, и принял позу… ну не знаю… сёгун на фоне заката? – у меня будет для тебя задание. Это задание А-ранга. Ты должен эвакуировать своих одноклассников в госпиталь при стадионе и защитить его, потом поможешь при эвакуации раненых, справишься?

– Конечно.

– Митараши-сан, – джонин повернулся к девушке и скорчил улыбающийся глаз, – могу я попросить вас приглядеть за своими подопечными?

– Тц… – куноичи бросила быстрый взгляд на крышу центральной башни, но, сжав зубы, кивнула.

– Вот и хорошо, – ещё один глаз-улыбка. – Наруто, Сакура слушайтесь Митараши-сан, ну и остальные тоже. Мы здесь сами закончим, – едва договорив, Какаши рванул с места и ещё в движении пробил очередному звуковику в грудь не хуже резвящегося уже на соседней трибуне Гая.

– Ну что, мелкий, тебя отдали мне в рабство, – задорно усмехнулась Анко и тут же сменила тон: – Хватай их всех в охапку и пошли!

– Что значит «в охапку», Анко-сан? – выглянула из-за кресел Сакура.

– Разврат и домогательство, – пояснил я, быстро создавая несколько клонов, что тут же схватили девушек, бесчувственного Чоуджи, аналогичного Кибу с его «кабысдохом» и прыгнули вслед за уже стартовавшей куда-то Анко. Последней удовольствия путешествовать на руках удостоилась Хината, которую подхватил уже я…

Дальнейшие события особым интересом не отличались. Анко, поминутно скрипя зубами и поглядывая на крышу центральной башни от входа в госпиталь, развернула бурную деятельность (и запрягла клонов), командуя эвакуацией с трибун и улиц города жителей и шиноби Листа. Её эмоции всё это время скакали от жгучего желания броситься к барьеру до отчаянного неприятия этой идеи из страха что-то потерять, тем не менее со своей задачей она справилась на отлично. За полчаса госпиталь был под завязку забит раненными телами, среди которых каким-то неизвестным даже для меня образом оказался и Шикамару. Абсолютно свободный от гендзюцу, без малейших повреждений, но… дрыхнущий. М-да, у парня стальные яйца. Девочки, которым, наконец, нашлась работа почти по профилю, погрузились в неё с головой. Хината дремала, скромно приткнувшись в углу под присмотром сестры. Бой со мной на арене сам по себе потребовал от неё много сил и чакры, а сражение на трибунах и отбитые попытки вражеских шиноби пробиться в лазарет окончательно её вымотали. Ханаби же нам фактически с рук на руки передал Хиаши, сам вместе с несколькими бойцами из клана Хьюг уйдя на защиту селения. И только Киба с Чоуджи недовольно рвались в бой, хоть и получили уже несколько грозных втыков от разъярённой ученицы Белого Змея. Куда делся Шино, никто не знал…

Кивнув на вход только что созданному клону, я прошёл внутрь лазарета. Анко пару минут назад сама скрылась здесь, стадион уже был зачищен, если не считать крыши над ложей Каге, и ученица Орочимару решила занять себя помощью раненым. Как оказалось, медицине Белый Змей её тоже учил (странно было бы, будь иначе), и теперь её навыки могли спасти кому-то жизнь. Хотя если смотреть правде в глаза, скорее уж она просто боялась смотреть развязку, уже увиденное её и так вымотало до предела, всё-таки не каждый день видишь, как Первый и Второй Хокаге по воле твоего учителя пытаются убить Третьего, который тебе почти заменил этого учителя.

Войдя в полное людей помещение, я быстро нашёл глазами фигуру в бежевом пальто, склонившуюся над раненным в живот страдальцем, рядом с ней была Карин и чем-то помогала. Сакура и Ино виднелись чуть дальше, тоже работая в паре над парнем с переломом ноги.

– Узумаки-сама, у вас мало чакры, – привлекла моё внимание Ханаби, деактивируя бьякуган.

– Да, знаю, – я подошёл в уголок, где на стуле сидела Хината, мерно посапывая, и стояла её маленькая сестра. – Как она?

– Хорошо, чакроистощения не будет… – девочка проследила за моим взглядом. – Узумаки-сама?

– М? – смотрю на Хьюгу, но та не поворачивается.

– Спасибо вам. Отец был очень счастлив.

– Счастлив? Ты о нашем бое с Хинатой? – кивок.

– Да. Сначала он очень испугался, я никогда не видела его таким, а потом… – голос девочки был тихим, и в полном шумов помещении её мог услышать разве что я – стоящий совсем близко. – Папа не любит показывать эмоций, но он нас очень любит, я знаю. И после вашего боя он… Он плакал от гордости. Спасибо вам. Это очень тяжело, когда тебя ставят в пример старшей сестре, которая тебя очень любит и не решается ударить, а ты не можешь за это даже извиниться перед ней…

– Вот как… Для тебя это очень важно?

– Мне стыдно, но… я не могу ослушаться отца. Это очень сложно.

– Ничего, – кладу руку на голову девочки и слегка взъерошиваю волосы. Попыток отстраниться не последовало, меня лишь наградили удивлённым взглядом. – Всё будет хорошо, и у вас в семье тоже, не сомневайся. Ну а теперь мне пора, чакры действительно мало, – вздыхаю. – Если хочешь, скоро подойдёт кто-нибудь из моих копий, у кого сохранилось побольше, – Ханаби кивнула. – Тогда пока, – складываю печать отмены, – скоро буду…

Лес за пределами Конохи.

– Ты уверен? – мрачно спросил Саске, провожая взглядом две быстро удаляющиеся фигуры, одна из которых тащила вторую. – Ещё не поздно их догнать.

– Ты так хочешь стать убийцей? – вопрос сорвался сам собой, настроение благоволило.

Учиха не ответил. Вообще, вопрос убийств во внутренней пропаганде Конохи поднимался достаточно ограниченно, в том плане, что все вроде как и сами всё знают и понимают. Так оно, в принципе, и было, тему воспринимали как нечто само собой разумеющееся, вроде «осенью должны идти дожди» / «шиноби периодически выполняют заказы на убийства», оба тезиса воспринимались на примерно одинаковом уровне принятия мироустройства. Потому-то мои выкрутасы с бандитами Гато на мосту в Стране Волн даже Сакурой были приняты спокойно, но у Саске на эту тему был пунктик. Он до мозга костей не хотел быть похожим на Итачи, а чем у нас отличился Итачи, в частности, на глазах брата? Правильно – массовой резнёй…

– Ладно, прости, – перевожу ожидающий взгляд на Учиху, тот едва заметно кивает. – А насчёт этого… К сожалению, да. Старик Хокаге мёртв, сейчас старпёры начнут пихаться задами за кресла, притащи мы им джинчурики – устроили бы торг с Суной или перезапечатали Шукаку в кого-то из своих кланов. Ну а нам – хорошо, если спасибо сказали бы.

– И ты бы смирился?

– А ты?

Помолчали.

– Ты джинчурики, – повторил заход брюнет.

– А ты Учиха с завершённым шаринганом.

Ещё одна пауза.

– У тебя есть техники S-класса.

– Слушай, умный, да?! – возмутился я. – Ну уел, уел! И что мне теперь, со всей деревней бодаться?! Или хочешь сказать, что наши мудрые старейшины, узрев моё лицо, придут в неописуемый восторг и трепет от неизмеримого пафоса официальной встречи? Скажи, моё лицо похоже на официальное?! Или хотя бы вызывающее трепет своей монументальностью и солидным прищуром?!

– Ммм… – меня внимательно осмотрели, но ничего не ответили. Хотя молчание было более чем красноречивым, особенно в момент, когда глаза Учихи ненавязчиво скользнули на осыпающийся с волос песок.

– Вот то-то и оно, – со вздохом буркнул я.

– А твой учитель?

– Да пёс его знает. Он, конечно, весь из себя профи, легендарная личность и так далее, но он ученик Третьего, и что ему сейчас в голову взбредёт, я даже представить не берусь.

– Он же сокомандник Орочимару?

– Угу…

– Да уж, – Учиха бросил ещё один взгляд в сторону, где скрылись Темари с Гаарой, и, плюнув на приличия, устало сел на песок. – Что в деревне?

– Нормально… – сажусь рядом, пробегая мысленным взором по воспоминаниям, переданным несколькими клонами. – Штурм отбили. Вроде как. Наши в порядке, Сакура помогает в развёрнутом госпитале при арене, Какаши тоже где-то там был, потом ушёл геройствовать, но что ему сделается?

Посидели… Память от клонов со всей округи постепенно стекалась ко мне, образуя цельную картину. Прежде всего – легализация Кин прошла успешно, девочка, в сопровождении парочки моих копий, засветилась и в уличных боях, и в спасении жителей. Разумеется, протектора деревни Звука на ней не было, а то дружественный огонь никто не отменял, но в остальном её определённо заметили. Сейчас она как раз приближалась к временному госпиталю при стадионе и минут через пять окажется на месте.

Вторым пунктом шла пара призывных змеек на моём личном счету, ещё троих завалил Джирайя, хотя, как по мне, не особо он и напрягался, больше демонстрируя присутствие, чем стремясь перебить нападающих. Сами змейки были какими-то вялыми, да, размер добрых 60 метров в холке (это от кончика хвоста), но двигались они как сонные черепахи, уж не знаю, мои ли это субъективные ощущения или там действительно что-то с призывом накосячили, но факт остаётся фактом – проблемой они не стали.

Учитель детишек Казекаге, Баки, кажется, почуяв момент, благополучно сбежал, и это имея на плечах как минимум троих далеко не последних джонинов. Впрочем, больше было похоже на то, что его отпустили, так как даже во время боя… ну не напоминало это смертельный поединок, скорее, обе стороны стремились сковать действия противника, а когда стало понятно, что штурм селения провалился… Нуу… Вполне может быть, что этот Баки – просто удобная для Конохи фигура на политическом Олимпе Суны, не знаю, мне о нём слишком мало известно.

Что касается обычных ниндзя Звука и Песка, то тут мои клоны сработали на отлично, признаться, я даже оказался разочарован – сокомандники Кин и она сама чуть ли не на голову превосходили взрослых мужиков, идущих в лобовую атаку на стены. Видимо, самые лучшие сконцентрировались на стадионе, а вот остальные… Терзают меня подозрения, что Орочимару просто изящно избавился от бесполезного мяса, прикрыв ими улаживание личных дел с учителем. Не могла эта толпа реально захватить Коноху. И не мог Орочимару, когда-то работавший на Корень и просто бывший одним из наиболее осведомлённых и влиятельных людей Страны Огня, этого не понимать. К тому же сильно сомневаюсь, что за целый месяц подготовки к третьему этапу экзамена он бы не узнал о присутствии Джирайи, а ведь тот один стоит если и не всей, то половины деревни – точно. Так что сказка про уничтожение Конохи отпадает, очевидно, Суна в неё верила и реально хотела достигнуть, Орочимару преследовал свои цели, одна из которых – убить бывшего учителя, вторая – избавиться от бесполезного балласта. Всё-таки он не правитель, грезящий завоеванием мира, и армия послушных болванчиков для него скорее помеха, отвлекающая внимание и время, чем полезный инструмент. Скорее всего, было и что-то ещё, но тут подгадил Хирузен, покалечив энергоструктуру, и пришлось спешно отступать. Ну и последний из очевидных действующих лиц – Данзо со своим Корнем АНБУ, а кто ещё мог обеспечить Белому Змею проход на стадион двух сотен вражеских шиноби при оружии и амуниции? Я, конечно, могу поверить в тактический гений Орочимару, но тут не та ситуация, он-то может быть гением сколько угодно и досконально знать систему безопасности Конохи десятилетней давности, но проникать-то через дозоры, патрули и прочую защиту на охраняемые трибуны должны были его подчинённые. Так что – Данзо, а ему, похоже, окончательно осточертел Сарутоби, и он решил проблему кардинально, пусть и чужими руками. Это из очевидного, наверняка были причины чисто материального и политического характера, ну хотя бы… Разгром сразу двух скрытых деревень, чем не пиар-ход в компании по поддержанию имиджа сильнейшего кота района? Опять же отступные от Суны за новый мирный договор, а ведь там можно не только деньгами разжиться.

В общем, все мы тут хитрожопые сволочи, что я с Саске, что местная элита. Да, и ещё одна белобрысая рожа, что прямо сейчас с любопытством подглядывает из лесу.

– Наруто, Саске, вы в порядке? – лёгок на помине.

Синхронно поворачиваемся на голос, и… вот не знаю… это ощущение, когда ничего не предвещало, но ты внезапно чувствуешь, как по затылку прилетает полуматериальной лопатой. Какаши стоял перед нами в напряжённой позе готового к броску зверя, открытый глаз так и стрелял по сторонам из-под тяжёлого прищура, руки лежали в непосредственной близости от подсумков с кунаями, ноги чуть согнуты в готовности к прыжку, одежда в пыли и следах чужой крови, а аура такая… не Ки, конечно, но что-то близкое. При этом в эмоциях было чистое, незамутнённое желание… словить с нас лулзы.

– Да… в полном, – блин, как же не хватает кирпича…

– Где враги?

– Ушли.

– Как? – так, спокойно, глубокий вдох, выдох. Просто представим на минуточку, что он слепой даун, который реально не видел тушу Шукаку, возвышавшуюся над деревьями, и последние пару минут в лесу завязывал шнурки, а не наблюдал за нами, и он совершенно не пытается над нами постебаться. Совершенно. Да, так легче.

– Ну, мы хотели их догнать, но в процессе заблудились на дороге жизни… Простите, Какаши-сан, эти ниндзя Песка такие шустрые в лесу, ну такие шустрые! – глаз джонина дёрнулся. Коротко. На самую толику миллиметра.

– Эммм… – поза осталась прежней, а вот эмоции выражали могучую работу мысли, – мммаа… – тело шиноби расслабилось, а взгляд поднялся к небу. – Ну, это печально.

Я тактично промолчал, избегая смотреть в сторону Саске, от которого приходили непередаваемые эманации страдания, что-то среднее между «меня окружают идиоты» и «только бы не заржать».

– Что ж, – встрепенулся Какаши, почёсывая затылок, – думаю, тут нам делать больше нечего, а вас двоих надо показать медику. Да… Можете идти сами?

Мы с Учихой подозрительно переглянулись.

– Вполне…

– Тогда поспешим.

Два дня спустя:

Прощальная церемония проходила как ей и должно. Сотни шиноби, от самых высокопоставленных и известных до рядовых, ничем не примечательных генинов, облачились в траурные одежды и собрались вокруг резиденции Хокаге. Прощание проходило здесь – на крыше главного здания деревни, перед взором гигантских каменных лиц на скале, и несмотря на размер крыши, ощущалась скорее теснота, хоть и не переходящая в давку. Тел не было, только портреты, выставленные в ряд на длинном столе. Всего десяток, как ни странно. А в самом центре, на специальном постаменте, накрытом зелёным сукном, возвышался и портрет Сарутоби Хирузена, невольно притягивая к себе взгляд…

Да… По старику скорбели неподдельно. В воздухе витало ощущение потери, практически изменения судьбы, словно перевернули страницу истории, а на следующей видны лишь тьма и отчаяние. Напряжение последних пары дней нашло выход, и люди с головой в него окунулись, полностью отпуская на свободу боль, страхи и переживания.

На землю упали первые капли. Небо с самого утра заволокло серой мутью облаков, и вот теперь они решили внести свою лепту во всеобщее настроение. Словно прорвав невидимую преграду, дождь резко накрыл толпу, но никто даже не дёрнулся. Забавно… Ведь присутствующие ему даже рады.

– Похороны Третьего Хокаге и других шиноби, отдавших свои жизни в этой битве, сейчас начнутся, – объявил старейшина Митокадо Хомура, что вместе со своей коллегой и бывшей сокомандницей стоял впереди всех, напротив портрета Хирузена.

Я оглядел толпу. Так получилось, что весь наш выпуск стоял в первых рядах. Донельзя серьёзный Киба с уныло повесившим голову щенком. Чоуджи, в кои-то веки ничего не жующий. Как всегда задумчивый Шикамару, сейчас как бы невзначай осматривающий толпу и периодически хмурящийся, в эмоциях какая-то горечь и усталость. Детство кончилось. Сегодня это осознал не только он, но и многие другие. Хината стояла вместе со своим кланом, рядом с отцом, Нейджи и сестрой, грустно опустив взгляд и о чём-то размышляя. Сакура с Ино, сами того не замечая, жались друг к другу, фоня абсолютно одинаковыми калейдоскопами страхов и переживаний. Даже Шино проникся, хотя его эмоции больше напоминали понимание момента, а не личное отношение. Я же… Порой быть эмпатом пусть и полезно, но очень неприятно.

Скорбь и тоска, что витали над собранием, были, по большей части, результатом переживаний простых шиноби, «мяса», что сейчас столпилось внизу, молодёжи, вроде моих одноклассников, которые мало что понимают, но искренне пытаются не испортить момент, некоторых представителей семьи Сарутоби, особенно давящегося слезами Конохамару, ну и личных подчинённых Хирузена, хоть той же Югао, сейчас стоящей чуть в стороне, в обычной одежде и без маски АНБУ, а остальные… Остальные же больше прикидывали новые расклады и рассчитывали последствия происшествия. Сама смерть Хирузена была им безразлична, и это безразличие, порой перемежающееся откровенной злобой, что можно было интерпретировать примерно как: «Ах ты, козёл старый, нашёл, когда умирать!», на общем фоне выделялось как яркий костёр тёмной ночью. Хотя чего ещё ждать от людей, за время правления которых был уничтожен один из кланов-основателей, вернейший союзник Скрытого Листа – Водоворот, а бегство самых лучших стало нормой? Пример Орочимару очень показателен. Да что Орочимару? Для Учих становиться нукенинами вообще превратилось в милую семейную традицию едва ли не с момента основания деревни. А внучка Хаширамы, которая принцесса Сенджу? А Джирайя, что, к слову, вообще не почтил присутствием данное мероприятие? Ведь сильнейшие шиноби, легендарные личности, а в родную деревню хорошо если раз в несколько лет заглядывают, в остальное время пребывая в непонятном положении «странствующих туристов». И ведь пример Мизуки доказывает, что картина сия – привилегия не только S-овиков, проблема системная.

Даже эти похороны организаторы превратили в пропаганду, вон, детишек поставили в первый ряд, прямо перед портретом «Великого Лидера, Надежды Селения и прочая, прочая, прочая», и начали опять втирать про Волю Огня, защиту деревни и верность идеалам шиноби. Раздражает, особенно слышать это от людей, что уже произносили точно такую же речь на похоронах Четвертого. Интересно, до того, как присвоили себе всё, что только могли от его состояния, и выкинули его сына в приют для бесклановых, или после? Ладно, что-то я разбрюзжался, словно старик какой, это не мои проблемы, а вот о своих как раз таки подумать стоит. Смена лидера в стае любых хищников, в том числе и двуногих, без драки не проходит, пусть эту самую драку и не будут выставлять на люди. И вот тут кроются неприятности. В каноне Наруто был тупой, но абсолютно лояльной деревне чуркой, поэтому его спокойно вынесли за скобки разборок. В моём же случае паранойя может у кого-нибудь и сыграть, а рычагов влияния на меня хватает… Ну, они теоретически так считают. И если через Хинату действовать они не посмеют – Хиаши, один раз пошедший навстречу руководству деревни и лишившийся брата, при новой попытке провернуть нечто подобное просто поубивает всех к биджевой бабушке, то вот остальные мои связи… Значит, за скобки нужно выйти самому. Серьёзно, не пытаться же мне на правах одного из сильнейших шиноби Листа занять кресло Хокаге? У Гаары в аналогичной ситуации, конечно, получилось, вполне реально, что и сейчас получится, правда, только при условии, что эмоциональная отповедь Темари вместе с живительными пиздюлями от меня возымеет эффект. Но то в Суне, а здесь Коноха и добрый дядя в бинтах с читерным шаринганом. Это на минуточку забывая о его частной армии, которая, если судить по делу с Учихами, сила очень даже солидная. Ну и… честно – мне, по местным меркам, 13 лет, кто в здравом уме посадит на пост главнокомандующего всех вооружённых сил страны тринадцатилетнего молокососа?

То, что я глава клана – чистая фикция, щёки надуть да перед соседями побравировать, по типу: «Сколько у вас кланов? Ах, семь… А у нас десять! Завидуйте молча!» Вон, Какаши тоже весь из себя глава, опытный, мощный, авторитетный, вот только клан у него из одного человека.

Так что, в идеале, мне надо свалить из деревни на некоторое время. Обычные миссии подходят мало, хотя бы потому, что любая из них может оказаться или подставой, или использованием как пешки в политической игре. Да и повязать джинчурики надо, чтобы сбежать не думал, проще всего организовать цепочку заданий, где я буду вынужден напакостить каждой соседней скрытой деревне по самые гланды, ну и, конечно, засвечусь в сём благородном деле. А коли сам не справлюсь – помогут. Засветиться – уж точно, чай, дело-то несложное.

В общем, несмотря на всю радость от смерти «Обезьяна», до тихой и спокойной жизни при Цунаде ещё надо дожить. К тому же даже после того, как её притащат и выдадут Шапку Козла Отпущения, грызня не утихнет. Это раньше принцессе Сенджу было что терять, и она молчала, потом её сломали, но сейчас если уж вернётся, то вполне может закусить удила и начать играть свою партию, что не понравится старикам. Нет, «залегать» лучше на год минимум, а то и на два, желательно – где-то в глуши и под благовидным предлогом. Уйти с Джирайей? Ну, с точки зрения развития, он, конечно, не безнадёжен – фуиндзюцу, сендзюцу, книги… Да, книги у него хорошие, хе-хе, но жабы… жабы меня смущают. Тем более есть подозрения, что во время путешествия, где наставник находится в постоянном «поиске вдохновения», с регулярностью и продуманностью тренировок несколько напряжно. К тому же я себя знаю, да и тело успел изучить, в частности, его нестабильный гормональный баланс доставил мне много «приятных» моментов. Если уж я иной раз так бурно на сверстниц реагирую, где, будем откровенны, смотреть пока особо не на что, то в таком путешествии да с таким гидом… Как бы я сам, кхм, не углубился в «поиски вдохновения» с полным, эм, погружением, так сказать.

Не то чтобы я был против (перед мысленным взглядом пронеслось несколько пикантных сцен с участием Анко), но, боюсь, это очень негативно скажется на моём выживании. Да и клан, опять же. С собой по миру девчонок не потаскаешь, а заботиться надо. Н-да. С другой стороны, можно просто помочь Цунаде, так сказать, решив часть проблем радикально… Но это как раз будет означать влезание в разборки, а одними старейшинами там дело не ограничивается.

Мадару, что ли, поднять Эдо Тенсей и предложить пост Хокаге? Как минимум это даст мне секунд пять уникального зрелища, смею предполагать, что подобного развития событий он в своём плане не предвидел, а удивление на лице Мадары… Хотя у меня всё равно нет образцов его ДНК, так что нечего забивать голову дурью…

– Эй, Наруто, с тобой всё в порядке? Церемония уже закончилась… – вывел меня из раздумий голос Шикамару.

И верно… Оглядываю постамент. Перед портретами лежат груды белых цветов, с единственным пышным букетом напротив лица Хирузена. Да я сам успел поучаствовать в этом процессе, когда вся толпа медленно и торжественно подходила длинной очередью и, прощаясь, укладывала на столы заранее подготовленные организаторами цветы. Выглядело трогательно.

– Прости, Шика, задумался…

– Бывает, – пожал плечами брюнет. – Ладно, пойду я – стояние под дождём здоровья не прибавляет. Удачи, – и молодой Нара ушёл, хм, мне показалось или он что-то уловил даже по такому короткому разговору? Впрочем, не важно. Это всё равно ничего не изменит.

– Да, пожалуй, немного удачи мне не помешает, – особенно в преддверии визита Итачи. Сарутоби мёртв, парень точно явится напомнить о договоре остальным старпёрам, и если его глаз я, чисто теоретически, имею шансы не особо опасаться, то вот с Самехадой встречаться как-то совсем не хочется. Плюс надо прикинуть, что стоит взять с собой и как подкатить к Джирайе, коли тот сам не изъявит желания прогуляться в моей компании за давней подругой. А то положит их там обоих Орочимару, и станет всем очень весело, он сейчас и не на такое способен – лишение куска души благодушия не прибавляет, и как я помню, в оригинальной истории он был крайне близок. Как всё напряжно…

– О чём задумался? – озвучил общий вопрос Саске по пути домой. Даже без учёта чисто личных взаимоотношений коллектива, как-то гармонично собравшегося в одну группку людей, трое из нас жили фактически в одном месте, так что совместное движение было естественным.

– О жизни, – совершенно неинформативно отозвался я и бросил взгляд на сопровождающих. Саске позвякивал стальными яйцами, будучи единственным, кто сохранял в эмоциях полный дзен. Сакура волновалась, переживала, грустила, радовалась компании и стеснялась первой нарушить тишину. Анко хмуро шла, не видя дороги, размышляя о чём-то депрессивном. Какаши изображал заботливого наставника, идя следом и разглядывая облака, эмоции его также были вполне депрессивны, но с явным практическим оттенком, похоже, прикидывал, чем ему всё это грозит. И заботливого наставника он изображал не напоказ, а с вполне чётким эмоциональным оттенком вида «На всякий случай, а то мало ли что?», хотя особой тревоги не было, только голый расчёт.

К слову, за последние два дня мы, почитай, первый раз видимся в столь спокойной обстановке, и не только с Какаши, с Анко тоже. После того, как мы с Саске вернулись в деревню, начался повальный аврал, штурм-то отбили, но было это, пожалуй, самым простым и приятным из всего списка срочных дел. На улицах развернули поиски пострадавших, в окрестных лесах – те же поиски, но уже уцелевших врагов, потом началась эпопея с отправкой домой и сопровождением именитых и очень дорогих гостей, что, проснувшись, активно принялись вносить свою долю хаоса в общий котёл событий. Короче, дел хватило на всех, в том числе и на меня с клонами, а учитывая, что мне лично за это время довелось поспать всего 5 часов, есть основания подозревать, что джонинам и этого не досталось, по крайне мере, дома Анко эти дни не появлялась.

– О бренности бытия? – продолжил Учиха. Судя по тону, ответ его не очень-то и волновал, просто… а чёрт его знает, в эмоциях по-прежнему полный штиль.

– Не совсем, скорее, как жить дальше… Старика теперь нет… Эх, плакал мой доступ в библиотеку.

– Это всё, что тебя волнует? – подал голос Хатаке, обвинения в нём не было, лишь толика удивления.

– Нет, просто пытаюсь разрядить обстановку, – бурчу с показным недовольством, насупив плечи. – И вообще, где моя миссия S-ранга за победу над вражеским джинчурики и чунинский жилет?

– Наша миссия, – тактично поправил Саске.

– Наша миссия и наши жилеты!

– Мммм… – вот как у него получается искривить участок лица вокруг глаза так, что иная театральная постановка трагедии не несёт в себе и десятой части данной мировой скорби и упрёка? – Наруто, сейчас не совсем тот момент для таких разговоров. Иии… вообще-то, звание чунина даётся за экзамен, да и вражеский джинчурики был всего лишь генином.

– Но разве это справедливо? – возмутилась Сакура. – Саске-кун и Наруто рисковали жизнями!..

– Мы все рисковали жизнями, – устало вздохнул джонин, – а звание чунина всё равно нельзя присудить без одобрения Хокаге, а Хокаге сейчас нет, – шиноби отвернулся и, слегка понизив голос, недовольно закончил: – А ещё Наруто слишком много выпендривается, доверять ему командование людьми просто страшно.

– Он тебя сделал, – веско констатировал Саске в наступившей тишине.

– Эй! – неподдельно (ну почти) возмутился я. – Я, между прочим, глава клана!

– Ты кобель, – шёпотом, в сторону и явно не желая, чтобы его услышали (но всё равно получилось разборчиво), буркнул Какаши.

– Щас не об этом! И вообще это пошло! Правильная формулировка будет: «истинный ценитель прекрасного», правда, Анко-чан? – поворачиваю взгляд широко раскрытых невинных глаз к уже минуту прислушивавшейся к диалогу куноичи.

Скрип зубов был мне ответом.

– Правда, – правая рука девушки рефлекторно помяла левый кулак, а на лице образовалась слегка плотоядная улыбка. – Хочешь, я помогу тебе оценить его поближе? – и так характерно хрустнула костяшками.

– Даже не знааааю… – начинаем пятиться.

– Тогда я помогу с выбором, ты же не возражаешь?

Под смех неописуемо довольной Сакуры и хмыки двух наглых предателей я припустил к родному кварталу…

***

Последующие после церемонии прощания дни были полностью сожраны «легализацией» Кин. Как ни странно, но смерть Хирузена мне сильно помогла в этом – «высокому начальству» было откровенно не до какой-то там «бесклановой девки», которая помогала отбиваться жителям селения, а мелкие чиновники, на которых и скинули этот вопрос, радостно пошли навстречу «блажи главы клана Узумаки». Как-никак, этот глава клана «скрутил» джинчурики Суны (таки здоровенного енота-мутанта было далекооо видать). Неужели тихий и мирный «вечный генин» из канцелярии откажется поставить такому герою печать на документы о вступлении в клан смазливой куноичи? Ведь в противном случае герой может огорчиться, а огорчать шиноби, что способен завалить биджу, среди канцелярских крыс желающих мало. Разумеется, когда «те, кому положено» слегка разгребутся с делами, последуют вызовы на разговоры или ещё какая-то не особо приятная возня, но «отыграть назад» без конфликта с последним носителем биджу уже не получится. Да и на кой чёрт оно кому-то надо? Свершившийся факт увеличения численности шиноби деревни – это не тот повод, от которого старейшины должны терять сон и мучительно думать над вопросом «как это исправить?»

Но вот всё было закончено, и я, наконец, покинул резиденцию Хокаге, можно было в кои-то веки сделать вдох и расслабиться, без необходимости куда-то мчаться, кого-то искать, что-то нести, чего-то делать. Отдых!

А так как продлится он, вероятно, недолго, не будем терять время. Итак, прежде всего очки, а то это уже просто позорище – столько времени клоны по деревне бегают, и нет бы хоть одного в магазин отправить, всё время что-то отвлекает.

Осознав стратегическую цель наступления, ноги сами понесли меня в нужную сторону. Маршрут лежал рядом с книжным магазином. Взгляд плавно прошёлся по витринам, зацепился за знакомую деталь… Хмм, а почему бы и нет? Серию «Приди-приди» я уже пару раз читал, урывками, правда – страница там, абзац здесь… Когда Какаши начинает особенно пошло хихикать, глаз как-то сам собой косит в нужную сторону. Пора бы изучить вопрос основательно, тем более у меня наставник – Джирайя, в общем, всяко пригодится.

В магазине я оставил неплохую сумму, но в ответ обзавёлся полным собранием сочинений Жабыча. В первое мгновение, когда я выложил выбор на прилавок, продавец было заикнулся что-то на тему возраста, но узрев бандану с протектором, резко передумал. Не удержавшись, я заглянул внутрь первой книги сразу и спустя несколько страниц поймал себя на том, что сейчас моя физиономия очень напоминает рожу этого вуайериста у женских купален – во всяком случае, именно она заставила идущую навстречу девушку споткнуться и быстренько изменить маршрут. Н-да… Даже как-то стыдно. Взгляд опять соскользнул на открытую страницу и недочитанное предложение.

А пишет Джи ничего так, бодренько, чувствуется верность методики поиска вдохновения, дааа…

Спустя пару секунд следующая страница была перевёрнута.

Уже на подходе к кварталу Учих я резко остановился, чувствуя, что что-то упустил.

– Ах ты ж гадская волосатая жаба! Опять забыл очки!..

Примерно то же время. Квартал Учих.

– Ффф, пфф! – Кин вылезла из ванной, недовольно отфыркиваясь от попавшей в нос воды. Это же надо было расслабиться настолько, что задремать! Вот и окунулась случайно… угу, и попила.

Да, в Деревне Звука она себе такого позволить не могла, не то что дома… Кин даже остановилась, просто не ожидая от себя такой мысли. Она называет это место домом? Хм… пожалуй. Здесь было… безопасно и уютно, в отличие от прошлого места обитания. Орочимару требовались «качественные инструменты», но на личность самих инструментов ему было глубоко плевать. Заменили девочку Кин кем-то более ушлым, сильным или хитрым? Хорошо, значит, качество немного подросло, а сама девочка… Что ж, бракованный материал тоже можно куда-нибудь деть.

Куноичи мотнула головой.

Впрочем, даже такая судьба была куда лучше, чем то, что могло ожидать девочку-сироту со смазливым личиком, оказавшуюся на улице в Стране Воды без каких-либо знакомых и защитников, когда там бушевала гражданская война.

Так она считала, пока Узумаки-сама, этот странный и пугающий… хм, ну точно не ребёнок, хотя он особо и не прикидывается, не показал ей альтернативу. К тому же выбора опять не было, разве что между службой ему и возвращением к Орочимару. Что будет во втором случае, Кин прекрасно себе представляла, как она думала. Но реальность оказалась даже страшнее – полуразложившиеся, покрытые каким-то прахом трупы Заку и Досу намертво въелись в память, заставляя иногда просыпаться в холодном поту. Она видела их лишь мельком, узнала, что их использовали для какой-то техники в бою с Третьим Хокаге, но даже этого было достаточно, чтобы благодарить всех известных ками и духов за то, что тогда она привлекла внимание Узумаки. Пусть он временами пугал до дрожи, но это всё равно было лучше судьбы бывших напарников.

Тогда её уже списали «с баланса», посчитав пригодной лишь для «заточки» талантов Учихи Саске, и она согласилась на «сделку с демоном», и неожиданно… оказалась предоставлена сама себе. Никаких приказов, никаких задач, за исключением самого минимума, продиктованного соображениями безопасности и здравого смысла. Такое было… непривычно. То есть, конечно, Орочимару тоже не особенно интересовался жизнью своих подчинённых, фактически отдавая всё на самоуправство наиболее сильных, требуя лишь обходиться без трупов, но девушка, привыкшая постоянно быть настороже, жить на осадном положении и стремиться к силе, чтобы в один прекрасный день не оказаться в очередной партии «брака», уходящего на переработку, просто была не готова к такому покою и спокойствию.

Выделенные ей помещения не позволяли нормально тренироваться, а отсутствие партнера – развивать ген- или тайдзюцу, поэтому деятельная шиноби, просто чуть ли не физически неспособная «заниматься ничегонеделаньем», пыталась развивать то, что можно было развить в таких условиях – контроль чакры, силовые упражнения, растяжка и… пара относительно мирных навыков.

К счастью, ожидание подошло к концу, и теперь ей стало можно выходить наверх и даже посещать полигон при квартале, но она всё равно до сих пор чувствовала себя неуютно. Особенно в такие моменты, как сейчас, когда Наруто-сама опять исчез где-то по делам, оставив лишь пару клонов, занимающихся чем-то в подвальном хранилище книг, а остальные обитатели этого дома ещё не появились.

Тишина буквально физически давила на плечи.

Покинув ванную комнату, девочка на несколько секунд замерла, не зная, что делать дальше. Чакру она уже потратила на тренировке, и за время приёма водных процедур та не успела восстановиться даже на четверть, читать что-либо не хотелось, гулять – тем более… Мрачно вздохнув, Кин бросила взгляд на лестницу и, немного помедлив, двинулась к ней.

Увы, вкусно готовить она так и не научилась, всё-таки уровень «неумышленно я своих напарников не отравлю» от «приготовлю шикарный ужин из топора и двух литров воды» отличался довольно сильно, девушка же, к её сожалению, была куда ближе к первому, чем ко второму. Сейчас же был тот самый момент, когда можно было попытаться хотя бы немного улучшить ситуацию. Да и почти месяц чувствовать себя бесполезной было очень неприятно. Что может быть позорней, чем вынуждать собственного господина готовить себе еду? Унизительно…

Войдя на кухню, куноичи опять тяжело вздохнула, но, пересилив себя, взяла недавно замеченную на полке кулинарную книгу и направилась к холодильнику…

Некоторое время спустя.

– Ты кладёшь слишком мало специй, а вот соли можно и поменьше, – спокойный мужской голос у неё за спиной заставил подскочить, едва не перевернув кастрюлю на плите.

Не ушла она в перекат, разрывая дистанцию одновременно с попыткой наложить простенькое гендзюцу, только потому, что быстро сообразила, кому принадлежит голос.

– Не знала, что глава Великого Клана так хорош в готовке, – едко ответила куноичи, маскируя за агрессией испуг, и почти сразу прикусила язык – она была всё-таки гостьей в чужом доме. Как это ни печально, он глава клана и владелец района. Вряд ли Наруто-сама будет ссориться со своим другом из-за неё, к тому же нарываться она начала сама.

– Я готовлю с семи лет, – льда в голосе хватило бы на десяток мощных дзюцу Юки.

– П-простите, – девушка поспешно потупилась, заодно вспоминая, с какой лёгкостью Учиха расправился с её бывшими сокомандниками, – просто я увлеклась, и вы меня испугали, Учиха-доно.

– Хн… – парень промолчал, но холод ушёл, сменившись равнодушием. – У тебя сейчас всё выкипит…

– Ксо! – Кин резко развернулась, убавляя огонь. Брюнет несколько секунд поразглядывал картину, после чего спокойно прошёл к холодильнику и, открыв дверцу, скрылся за ней.

Нервно пытающаяся продолжить работу куноичи боялась лишний раз вздохнуть, не то что вновь обернуться к нежданному свидетелю своей «тренировки», а Учиха Саске, достав из холодильника банку с зелёным чаем, стал неторопливо цедить напиток, буравя её спину нечитаемым взглядом, от которого у девушки только ещё больше бежали мурашки.

– Советую обжарить лук, рецепт в этой книге не самый лучший, – внезапно вновь раздался его голос, на счастье девушки, нож она только что отложила, а доска с нарезанным луком ещё покоилась на столе.

– С… Спасибо.

– Пф… – парень отвернулся и в два шага оказался за столом, глядя в выходящее на улицу окно. Кин, уже мысленно проклиная себя за то, что полезла сюда, а не спряталась в подвале, под грохот бьющего в ушах сердца полезла за сковородой…

Два дня спустя, балкон резиденции Хокаге.

– Хе-хе-хе… – нарушало тишину хихиканье, которое почти любой человек назвал бы не иначе как мерзким.

Седовласый мужчина могучего телосложения сидел на корточках у карниза и с совершенно пошлым лицом пялился в подзорную трубу. Взгляду его открывались очень соблазнительные картины, что не оставили бы равнодушным ни одного здорового мужчину. Конкретно сейчас всё внимание знаменитого писателя, эрудита, одного из сильнейших шиноби мира и просто скромного бродячего отшельника занимали обворожительные формы одной очаровательной отдыхающей в купальнях куноичи. Между прочим, крайне близкой к его идеалу женской красоты, особенно размером груди и нижними 90, за которые так и хотелось немножко подержаться…

– Опять подглядываешь за девушками? – раздался от дверей спокойный, чуть надтреснутый голос, в звуках которого, однако, не было ни намёка на то, что ответ ему действительно интересен.

– Просто развлекаюсь, – даже не подумав вздрагивать или менять позу, ответил Джирайя, хоть и услышал звук знакомых шагов всего пару секунд назад. – Что вас ко мне привело?.. – не услышав ответа сразу, шиноби скосил глаза за спину и, встретившись с взглядами двух престарелых людей, добавил: – Хомура-оттян и Кохару-сенсей?

– Не говори глупостей, как будто сам не знаешь? – недовольно ответил бородатый старик в очках.

– … – беловолосый скривил губы и, подумав с минуту, убрал подзорную трубу в подсумок, а затем, встав, развернулся к гостям, опять начав их разглядывать. Те делали то же самое, и удовольствия в мимике ни одной из сторон не читалось. – Ну не надо делать такие лица… – первым не выдержал Джирайя. – Я слышал, переговоры с деревней Песка закончились успехом.

– Сейчас проблема не в Скрытом Песке, – вновь ответил старик. – Селение Листа сейчас очень ослаблено. Нам стоит быть готовыми к самому худшему.

– Как знать, может, ещё какой-нибудь сосед решит испытать нас на прочность, – подхватила мотив его спутница, столь же пожилая дама, со сложной причёской, нанизанной на спицу. – Прежде чем восстанавливать деревню, нужно собрать всех лучших командиров в чрезвычайный комитет. Но сначала нужно найти сильного лидера. Опасность может грозить откуда угодно и от кого угодно.

– Не только от Орочимару, – столь же легко перехватил речь Хомура, словно заканчивая мысль женщины.

– Джирайя, – опять заговорила та, – вчера на собрании Совета Страны Огня мы выбрали тебя в качестве…

– Стоп! – жабий отшельник для наглядности даже выставил вперёд руку. – Извините, но я на эту роль не гожусь!

– Всё уже решено, – не терпящим возражений тоном сообщил старик. – К тому же ты один из Трёх Легендарных Шиноби Листа.

– Нет и ещё раз нет! Я безответственный развратный скиталец! Я всё только испорчу.

– Пойми, кроме тебя просто некому… – как капризничающему ребёнку стала объяснять старейшина Кохару. – Хотя… Шимура-доно может взять на себя ответственность.

– Этот маньяк? – непритворно испугался беловолосый. – В тот день, когда он станет Каге, я уйду вслед за Орочимару!

– Тогда у нас нет альтернативы, – припечатала бойкая старушка, явно этого и добивавшаяся.

– Да, Джирайя, если не ты, то кто достоин того, чтобы занять этот пост? – поддакнул советник Хомура.

– Ну, раз уж вы упомянули нашу троицу, то остаётся ещё кое-кто… – мужчина почесал затылок, всем видом показывая как ему всё это не нравится. – Цунаде…

Старейшины переглянулись.

– Это так, – признала пожилая шиноби. – Но даже если она нам подойдёт, мы даже не знаем, где она сейчас.

– Я найду её и приведу сюда. Вот и всё, – поспешил поставить точку в разговоре беловолосый.

– Но… – попытался что-то возразить старик.

– Не расстраивайтесь так, – Джирайя уже отвернулся, отчасти скрывая облегчение, проступившее на лице. – Цунаде-химе будет куда лучшим Хокаге, чем был бы я.

Старейшины опять переглянулись, на этот раз куда более долгим взглядом. По спине отшельника пробежали несколько крупных мурашек, момент был опасный. Хокаге он становиться не хотел. Очень. Но и пускать Данзо на этот пост тоже. Сбежать нельзя, оставаться страшно… Вся надежда была на то, что ему удастся убедить своих собеседников.

– Ну как? – опять первым не выдержал тишины сеннин.

– … – старики повернулись к нему и ещё с пару долгих секунд поиграли на нервах. – Хорошо, мы понимаем… – сердце мужчины аж отпустило. – Но просим взять с собой трёх АНБУ в качестве сопровождения.

– Не волнуйтесь, я не сбегу, – Джирайя не смог удержать лицо от улыбки. – Так что не надо посылать за мной слежку.

– Хм… хорошо, – Хомура по-стариковски пожевал губами. – Ах да, ещё кое-что, – «вспомнил» о «небольшой детали» старейшина.

– Что? – тяжело вздохнул сеннин, он было уже понадеялся, что на этом самое печальное закончилось.

– Джинчурики. По ряду причин, сейчас Коноха – не самое подходящее место для него, так что возьми его на прогулку. К тому же такой фактор должен положительно повлиять на Цунаде.

– Наруто? Но зачем? – Джирайя никак не мог определиться в своём отношении к Узумаки. С одной стороны, он был «молодой копией» Минато, да и его страсть к знаниям порой поражала, в конце концов, он был учителем и другом его отца, но… опытный шиноби, специализирующийся на разведке, неплохо разбирался в людях. Ещё больше Наруто был похож на другого его друга… Орочимару. И это, мягко говоря, настораживало. В каждом поступке подопечного невольно начинаешь искать второе дно… Да чего там, он был даже не уверен, что стоит давать ему контракт с Жабами, несмотря ни на какие Пророчества.

– Вам стоит поговорить… наедине. В последнее время мы заметили, что джинчурики стал слишком… независимым. Хирузен был одним из основных сдерживающих его факторов в Конохе, и с его смертью… могут возникнуть проблемы.

– На что вы намекаете? – нехорошо прищурился мужчина. Что бы ему там ни казалось насчёт парня, но тот был сыном его ученика… которому отшельник задолжал очень много.

– Ни на что… пока что, – старейшины спокойно выдержали взгляд сеннина, – но мы не единственные старейшины Конохи, и… кое-кто может посчитать, что «сосуд» становится слишком опасным, – Джирайя… разозлился. В мгновение преодолев разделяющее его со старейшинами расстояние, он схватил старика за ткань на груди и, придвинув к себе, прорычал в лицо:

– Ещё раз так его назовёшь, и я оторву тебе голову, несмотря на былую дружбу с сенсеем! – впрочем, запугать Старейшин было бы не под силу и Кьюби. Не прямыми методами.

– Мы сказали, ты услышал. Дальше всё зависит от тебя, – меланхолично пожал плечами Хомура.

Сеннин фыркнул и, разжав кулак, не прощаясь развернулся.

– Теперь я вспомнил, почему предпочитал держаться от этой деревни как можно дальше..

Узумаки Наруто. Квартал Учих.

Я сидел в кабинете и изобретал «Хитрый План». Вернее, несколько и всё те же – на тему «погулять куда подальше» из деревни. События начали развиваться явно быстрее, чем я ожидал, как говорится, не успело ещё тело Хирузена остыть, а драка за сферы влияния уже шла полным ходом. Анко стала подолгу пропадать в своей конторе, часто даже не возвращаясь ночевать, выглядела она при этом – краше в гроб кладут. Тут же как-то незаметно и Какаши утёк на череду неких секретных миссий за пределами деревни, если и появляясь в Конохе, то не более чем на сутки, после чего сразу исчезал опять. К чести Собакина, наше трио он проверял регулярно и даже пытался уделять время из своего заслуженного отдыха. Нет, чуда не случилось, Хатаке не пробудил в себе гений педагогики и жажду поделиться знаниями с подрастающим поколением, скорее наоборот – как забросил тренировки Саске после третьего этапа турнира, так с полным удовлетворением жизнью о них и не вспоминал, но время уделял, пусть это и выглядело чем-то вроде «чисто потусоваться с пацанами». И как завершающий аккорд – стал я в последнее время замечать ничем не примечательных прохожих со слегка бледноватыми лицами и очень подозрительно бледным эмофоном.

Если у вас паранойя, это ещё не значит, что за вами не следят. А если вы являетесь стратегическим оружием, то следить за вами будут во все глаза. Пока я нахожусь в деревне, какая-нибудь из сторон может и не выдержать соблазна, тот уровень, что я показал на экзамене, впечатляющ для чунина или даже токубецу-джонина, прибавить сюда «выносливость джинчурики», получим ранг среднего джонина, выше я просто ничего не показывал, а «пугание» Бомбой Биджу… Кто ту Бомбу, кроме Орочимару, видел? Хирузен уже не в счёт, а Югао вряд ли болтала о том случае за спиной шефа. Вот и получается, что может найтись умник (например, один почтенный инвалид), могущий посчитать, что даже десяток А-В-ранговых шиноби – небольшая плата за перезапечатывание демона в более управляемый лично им сосуд. И вот я не поручусь, что в рядах Корня не затесались один-два товарища, несущие в родословной ген характерных красных волос.

Отсюда вывод – из деревни нужно уходить, хотя бы на пару недель, пока не стихнет накал страстей и «война» не приобретёт затяжной характер. Есть, правда, у этого плана один существенный минус, точнее, даже два. Первый заключался в «рычагах влияния», моих связях. И если Анко – калач тёртый, а Хинату просто не посмеют тронуть, то вот с тем же Саске уже есть варианты, про Кин я вообще молчу. Конечно, выживание в обществе Белого Змея даёт определённые бонусы в плане паранойи, но тут просто разные весовые категории – если за неё возьмутся всерьёз, то поделать она ничего не сможет и очень легко получит какую-нибудь интересную печать на язычок или какое другое место. Значит, в идеале неплохо бы её взять с собой, что плавно подводит ко второй проблеме: если как уйти самому, не получая вдогонку статус нукенина и радостную толпу из АНБУ и Корня, наперегонки несущихся по моему следу, я ещё представляю, то вот убедительно замотивировать «поход с семейством», при том, что мои визави вышеозначенный расклад тоже прекрасно понимают, представляется мне весьма извращённой комбинацией без гарантий на успех.

Миссии отменяются сразу, так как они сейчас все «заморожены», кроме тех, отказать в которых нельзя по политическим соображениям. Да и статус у меня по-прежнему генинский, а значит, номинальным командиром всё ещё числится Какаши, и терзают меня сомнения, что Собакен хоть как-то пошевелится в направлении прикрытия моей задницы от родной деревни. Мужик он, может, и не такой плохой, как я о нём думаю, но вот драться с товарищами он точно не будет, скорее уж сам попытается спеленать, по принципу «чтобы без лишних жертв», надеясь потом добиться справедливости в разбирательстве. Так что простите, сенсей, вы многому меня научили, бла-бла-бла, но спину я вам прикрывать в таком деле не доверю.

С Анко проблема та же самая, только в профиль – её саму пришибут в случае чего и не поморщатся. Из наиболее вероятных вариантов остаётся, как и раньше, Джирайя. Кроме того, его действительно надо подстраховать на случай каноничной встречи с Орочимару. Причин, чтобы тот не попытался обратиться за помощью в лечении к подруге детства, нет никаких, а значит, обратится, и уж как закончится эта встреча – большой вопрос. Да и в том, что Джи-кун таки попрётся за своей сокомандницей, я не сомневался – если он не скинет этот гемор на неё, то припашут его, чего свободолюбивый литератор явно не жаждал.

Проблема, однако, в самом Джирайе. Я-то к нему набьюсь, уже вариантов десять проработано, от самого топорного: «Я – Великий джинчурики, самый жирный и пафосный жаб в этой луже, и хочу быть вождя! Что, нельзя быть вождя? Тогда хочу посмотреть на кандидата и оценить, а не дадите – начну буянить и громко квакать!», что, несмотря на откровенный дебилизм, при должной подаче вполне работоспособен, и заканчивая мягким подведением мужика к самостоятельной мысли меня прихватить. Благо наши занятия по фуин никто не отменял, и в отличие от Какаши, скромный отшельник свои обязанности выполнял добросовестно, хоть и во многом «за ради вкусно пожрать на халяву» после «тяжких дневных поисков вдохновения». Проблема была в девочках. Как заставить его самостоятельно пригласить и их… я не знал. Вернее, я абсолютно точно знал, что «на это он пойтить не могёт!»

Вариантов я проработал с пару десятков, если не больше, даже использовал «мозговые штурмы» с полусотней клонов, но пока вариантов с процентом успеха выше сорока не наблюдалось, да и тот был очень уж близок к вышеописанному топорному примитиву. Однако когда я уже почти смирился, что девочек придётся оставить, реальность внесла свои коррективы, как ни странно, на этот раз сугубо положительные:

– Привет, Наруто, не занят? – постучавшийся в дверь сеннин улыбнулся, как всегда искренне и задорно, вот только в эмоциях у него настроение царило отнюдь не такое радужное, как он пытается показать.

– Нет, как раз собирался пойти заварить себе чаю, не желаешь присоединиться?

– О, было бы неплохо… только… эээ, а Анко-тян тут? – мне показалось или у него в голосе скользнули опасливые нотки? Эмм… Это ж когда было-то? Или уже было и что-то ещё?

– Нет, её выдернул Ибики-сан по делам своего ведомства.

– О, ну тогда наливай, – нет, теперь там точно был облегчённый вздох! Ну да ладно.

Мы прошли на кухню, и я разлил по чашкам ароматный зелёный чай, придвинув напиток к отшельнику.

– Итак?

– Видишь ли, Наруто, старейшины посовещались и выбрали нового Хокаге… – внезапно… ожидаемо. План номер 3/1, работаем…

– Эй, старик, а почему меня не позвали?! Я же этот, джинчурики! Один из сильнейших ниндзя Листа! Где моё право голоса?! – добавить побольше возмущённо-ошарашенных ноток.

– Увы, – сеннин беспомощно развёл руками, – официально ты ещё генин, поэтому сам понимаешь. Да и посадить за стол к даймё тринадцатилетнего парня не так просто, как кажется, меня, между прочим, тоже не пригласили, а шапку вручить пытались, – тут шиноби непритворно скривился и поспешно отхлебнул ещё чая, успокаивая свои нервы.

– Эээ… и каков результат?

– Насилу отбился, – искренне вздохнул старик, полыхнув в эмоциях чем-то вроде «хоть с кем-то можно поделиться…». – Но тут такое дело, Цу-тя… Цунаде-сан, той, кто станет Каге вместо меня, сейчас нет в деревне, и мне нужно передать ей решение Старейшин…

– Так ты зашёл предупредить, что тебя какое-то время не будет? – переходим к плану 3/4.

– Не совсем, я хотел бы предложить тебе отправиться со мной, – улыбнулся отшельник и почесал рукой в затылке.

«Ээээ… чего?»

– Эээ, зачем?

– Кхм… – мужик замялся, явно что-то прикидывая. – Видишь ли, возможно, мне придётся воспользоваться твоим талантом убеждения… – чем-чем?

– Каким талантом? – я реально перестаю что-то понимать.

– Ну, понимаешь… В общем, поверь мне, твоё присутствие мне очень поможет! – неубедительно, вот хочу верить, но… не выходит! – К тому же, скажу по секрету, – Джирайя заговорщически наклонился ко мне, – Цу-тян – настоящая красотка! Ну как, интересно?

В этот момент на кухню мышкой скользнула Кин. Девочка явно не собиралась привлекать наше внимание или мешать разговору, только вежливо кивнула гостю, не акцентируя на себе внимание, и продолжила на цыпочках путь к графину с водой. Увы, её намерения провалились в зародыше, ибо очень уж удачно она появилась, как раз на моменте «красотка». Сама девушка его, по всей видимости, не расслышала, а вот я не удержался и прошёлся характерным взглядом по тонкой фигурке, после чего осторожно ответил:

– Допустим… – рожа отшельника являла собой образец духовного смирения и кротости, он даже покивал чуть-чуть, этак выразительно. Ещё бы не эти наглые глаза, где так и читается вселенское понимание и полное одобрение.

– К тому же по дороге я хотел научить тебя новой технике, – тут же с важным видом продолжил Джирайя меня «покупать». Прям-таки чувствуется могучий опыт разводилова. Вот только сдаётся мне, что кому-то срочно понадобилось выпнуть меня из деревни, и сеннин только исполнитель.

– Какой? – боком киваю замершей в нерешительности девочке. Кин поняла всё правильно и, быстро покончив с водой, шмыгнула в коридор.

– А какой бы ты хотел? – точно понадобилось, причём не просто срочно, а очень срочно.

– Хм… – делаю вид, что борюсь с собственной жадностью. – Как насчёт дзюцу с волосами?

– С волосами? – отшельник что-то прикинул. – Ладно… – чёрт, мне уже страшно куда-то идти, всё слишком просто!

– Отлично, значит, договорились, ты учишь меня своим фишкам с шерстью, мы берём в дорогу Карин и Кин и идём смотреть на этого будущего… будущую Хокаге, а в случае чего – убеждаем её занять этот пост.

– Да, примерно так, – закивал сеннин. – Минуточку, зачем ещё тебе Карин-тян и Кин-тян? – в ответ я посмотрел на него как на… не совсем здорового человека и выразительно хмыкнул. Каждый мыслит в меру своей испорченности – Джирайя выпучил глаза, хотел одновременно что-то сказать и вздохнуть… в итоге подавился воздухом и закашлялся.

– Ну так что? – я участливо похлопал его по спине.

– Кхе… Рикудо с тобой, но если что, соскребать тебя с земли после встречи с Цу-тян я не буду!

– Ну вот и договорились, пойду собирать вещи. Кстати, спасибо.

– За что? – подозрительно прищурился Жабыч.

– Я тут, понимаешь, мучаюсь, продумываю идеи, как бы тебя уболтать, чтобы ты, как авторитетный и мощный литератор, вытащил меня из этой милой деревеньки на недельку-другую, пока не устаканятся события, уже вариантов сорок перебрал, а тут ты подходишь и сам даёшь мне такую шикарную возможность и пару техник сверху! – теперь растянуть губы в канонной Нариковской улыбке. Тяжёлый стон отшельника и мерные удары головой об столешницу послужили прекрасным завершающим штрихом нашей беседы. Теперь нужно выловить девушек и передать благую весть им, да и Саске стоит предупредить.

***

Учиха от перспективы сидеть на попе ровно и плевать в потолок, пока я шляюсь где-то с одним из сильнейших шиноби мира, да ещё под ручку с парой симпатичных куноичи в поисках некой не менее (по словесным описаниям Джирайи) симпатичной блондинки, в восторг не пришёл. Пусть про значимость для себя последнего пункта он бы не признался и под пытками, но в глазах Пучеглаза явно читалось желание съездить мне по морде лица… ногами… несколько раз. Пришлось проводить «мозговой штурм» и «обширные консультации с привлечёнными специалистами», в результате консенсус был найден. Вошедший в бедственное положения парня сеннин (который явно не одобрял манкирование Собакиным своих обязанностей) под честное благородное, что никому и никогда, выдал ему с десяток листов своей новой книги, ради которых Копипаст вполне может если и не душу заложить, то где-то около того. Да и самому Саске будет полезно почитать сей труд, особенно в свете того, что Сакура своих поползновений не оставила, но теперь действовать стала куда как более тонко и менее раздражающе.

С Анко получилось и того проще – полусонная куноичи лишь вяло кивнула, пожелала удачи и скорейшего притаскивания того, кто наконец-то сможет прекратить всю ту фигню, которую ей с коллегами приходится разгребать в авральном режиме… после чего стиснула меня наподобие мягкой игрушки и почти моментально уснула, уткнувшись носиком мне в ключицу. О том, как я выбирался из стального захвата, стараясь при этом не разбудить девушку, можно написать отдельную книгу, а было бы у меня чуть больше времени, возможно, что и полноценный хентай, но, увы, пришлось себя ограничить и потерпеть… пока.

Карин и Кин я просто поставил перед фактом и велел готовиться – особо разъяснять этим двоим ничего и не требовалось, обе вполне понимали, что такое иерархия власти и что приказы командира не обсуждаются. Не всё так критично, конечно, но почему бы не пользоваться нюансами воспитания куноичи, когда это облегчает усилия и экономит время?

Впрочем, совсем без эксцессов не обошлось, если последующие события можно назвать эксцессом. Я как раз только вырвался из объятий Анко и зашёл к себе в комнату, предвкушая сладкий сон, как кто-то осторожно поскрёбся в дверь. За окном стояла темнота – Митараши вернулась только глубоко за полночь, и если с Саске я говорил ещё утром, девочек проинформировал днём, то моего личного специального джонина пришлось терпеливо ждать. Оттого факт чьего-то визита был особенно интересен. Проверка эмофона методом исключения установила, что за дверью стоит Кин, так как в направлении комнат Анко и Карин чувствовался крепкий здоровый сон обитателей, а больше жильцов у меня не было. Реальность выводы подтвердила.

– Наруто-сама, я могу войти? – робко поинтересовалась брюнетка в приоткрытую щель.

– Да, конечно, что-то случилось? – до этого Кин нечасто беспокоила меня визитами или какими-то просьбами. Тем загадочнее выглядел её визит сейчас.

– Нет, я просто хотела уточнить, что ожидается от этого похода и сколько брать с собой припасов, – судя по эмоциям, девушка явно что-то недоговаривала, я уже молчу о том, что «эти» вопросы у неё была куча времени поднять днём.

– И?

– И… – куноичи глубоко вздохнула носом, на секунду прикрывая чёрные глаза, за миг до этого уткнувшиеся в стену. – Я хотела узнать… – ещё один вздох и опасливый взгляд на меня. – Зачем вы берёте нас с собой? Ведь с учётом ваших способностей и силы Джирайи-доно, мы с Карин в случае столкновения с противником низкого уровня просто ничего не успеем сделать, а высокого – будем лишь балластом, требующим лишних сил на нашу защиту, – хм, довольно честно.

– Это действительно так… пока что. Однако у вас с Карин есть потенциал. Что до причины… Вы – мои люди… и многим в деревне может прийти в голову мысль использовать вас в своих целях, как рычаг влияния на меня, например.

– Наруто-сама, я бы никогда… – я прервал её, зная, что она может сказать. Кстати, совсем не факт, что сказанное было бы истиной – полной веры Кин у меня пока не было.

– Я знаю, но есть масса способов заставить подчиняться и против воли. Поэтому если вы отправитесь со мной, мне будет спокойнее.

– Ясно… спасибо, – девочка замялась, явно не зная, что делать дальше. Выглядело это весьма мило – вновь отведённый в сторону взгляд, подрагивающие пальчики, а уж эмоции, мммм… Робость, страх, благодарность, злость на себя, стыд, возбуждение… Пусть изначально эмпатия Кьюби и была весьма урезана, ловя только самый яркий негатив, но в сочетании с моей душой уже разработалась достаточно, чтобы уловить и подобную палитру чувств. Чёрт, я же только что из объятий Анко выбрался, а там такие округлости и приятные на ощупь изгибы… Проклятые гормоны! А ведь у меня уже месяца три никого не было, зато соблазнов со всех сторон… И книги эти, чтоб Джирайе всю ночь икалось!

– Ладно, иди уже, – разворачиваюсь спиной к брюнетке. – А то, если ты ещё немного так постоишь, я за себя уже не поручусь.

– Не поручитесь? – в голосе и эмоциях возникло удивление.

– Именно, – поднимаю правую руку и делаю в воздухе жест, мол, «быстрей, быстрей». Но вопреки моему недавнему убеждению, что команды данная конкретная куноичи умеет выполнять чётко и беспрекословно, Кин с места так и не сдвинулась.

– Я… не очень понимаю, Наруто-сама, – и впрямь растерянным голосом сообщила девушка. Только вот у самой в эмоциях так полыхнуло, что только держись, и главное, какие бы догадки она ни делала, правильная среди них была и – словно мало того – явно обращала на себя значительную долю внимания куноичи, отчего ранее лишь тихонько тлевшее у неё возбуждение взяло аж пару новых высот. Да что ж ты будешь делать?!

– Кин, – глубоко вздохнув, поворачиваюсь назад, – скажу прямо: если ты сейчас не уйдёшь, я затащу тебя в постель и до утра не выпущу, так что беги, пока я себя контролирую.

Девушка резко покраснела, плеснув паникой, но… с места так и не сошла, только отвела взгляд и начала нервно теребить пальчиками края шорт.

– Ну… если… вы хотите… – паника всё ещё доминировала, но и тени протеста не было, а желание уже мало уступало моему. Аааа, ну его к дьяволу!

– Ну всё, ты сама напросилась, – подаюсь вперёд, и моя рука, обняв стройную талию, поплотнее прижала куноичи к моему телу, после чего соскользнула ниже и слегка сжала аппетитную попку. – Но учти, ты сегодня не выспишься, – и нахожу губы девушки, та не сопротивляется, даже сама подалась навстречу, а в следующий миг мой язык уже проделывал хорошо зарекомендовавшую себя эльфийскую комбинацию…

***

И вот, на следующее утро, омерзительно довольный отшельник стоял у нашего порога с небольшим рюкзаком за спиной.

– Итак, вы готовы?

– Агась, – я зевнул, прогоняя сонливость – первую часть ночи мы с Кин как следует «подготавливались к дальней дороге», благо простейший звукоизоляционный барьер я ставить научился давно, а вторую заняли сеансы лечебного массажа, иногда… вновь прерываемые тренировками.

В общем, оттянулся я за все свои воздержания, и не только сам. С гордостью, как авторитетный эмпат, могу утверждать, что не ударил в грязь лицом и оправдал высокое звание главы клана, поставившего себе цель его возродить. Н-да… А и к чёрту, организм давно требовал своего, не на Хинату же мне накидываться? Кстати, разок ведь чуть не сорвался.

Джирайя смерил меня подозрительным взглядом, потом перевёл его на немного заспанное личико бывшей подопечной Орочимару, на невинно хлопающую глазками, но куда более бодрую Карин, и тяжко вздохнул. В этом вздохе отчётливо ощущалась вся мировая скорбь и отчаяние, порождённые пониманием, что у кого-то ночка явно выдалась куда лучше, чем у него.

– М-да, Цунаде ведь точно прибьёт… рука у неё тяжёлая. Ну да ладно, двинули!

И мы «двинули», провожаемые заинтересованными и, частенько, брезгливо-неприязненными взглядами местных. Правда, сейчас, помимо стандартного букета, отчётливо примешивался и страх – раньше я как-то не особо обращал на него внимание, но вот в этот момент, когда голова почти не забита текущими заботами… Что ж, боятся – значит, уважают, хотя тут всё куда проще – тот треклятый Енот был Большим, так что видело нас порядочно народу. А дальше банальная логика – как бы ни были куцы мозги деревенских, сообразить, что с ними может сделать чем-то недовольный парень, раскатавший тварюшку размером с холм, вполне возможно даже для них. Хм, вероятно, в некоторых магазинах, где раньше «обижали» Нарика, у меня теперь могут появиться скидки. Неплохо, главное – не слишком наглеть.

По выходу на тракт мы стали двигаться на юго-юго-восток страны, не особенно спеша. Потихоньку организм приходил в себя, пусть и неохотно, но смирившись с тем, что сегодня ему спать так и не дадут. Кин было чуть хуже, но откровенно и она не зевала, ограничившись применением техники «сплю на ходу но дзюцу», учитывая, что темп она поддерживала без труда, с направлением не путалась и встречающиеся препятствия проходила естественно, невольно возникали подозрения, что оная техника была для неё весьма привычной. И только Карин то и дело поглядывала на нас с некоторым подозрением.

Наконец, часа через три мы сделали привал, ну там: смочить горло, справить нужду да по-быстрому чем-нибудь перекусить, благо наличие разбирающегося в печатях шиноби позволило чуть ли не готовые обеды с собой таскать.

– В двух словах: куда идём? – таки поинтересовался я конечной точкой нашего маршрута, открывая флягу.

– В Отафуку, будем там через пару часов, – Джи зажевал бутерброд со свининой. – Там я узнаю последние новости, и по результатам двинемся дальше.

– То есть ты не знаешь точно, где сейчас «кандидатка в Пятые Хокаге»? – мужчина обвёл взглядом девушек, слегка помялся, но всё-таки ответил.

– Не знаю, но это не проблема. Понимаешь, Наруто, Цунаде довольно широко известна в узких кругах. И не только как сильный ниндзя.

– Хм? – Кин и Карин навострили ушки, ради такого дела даже оторвавшись от обеда.

– Она… весьма азартный человек, вот только… ей сильно не везёт, во многих местах её знают как «Легендарную Неудачницу». А с оплатой у неё не всегда всё хорошо… Поэтому она предпочитает долго на одном месте не задерживаться, но найти её по оставленному следу можно, – куноичи синхронно поперхнулись и сейчас судорожно учились дышать вновь. М-да, вот тебе и Легендарный Саннин. Хотя, что тут скажешь, одна – пьяница и игрок; другой – бабник и повеса… Только Орыч святой, да. Пусть немного Безумный Учёный, периодически пытающийся всех препарировать, и спиной я бы к нему не повернулся даже с большого перепоя, но тем не менее.

– А она Коноху по ветру не пустит?

– Нет, конечно, нет! – интересно, это он сейчас меня или себя убеждает?

– М-да?

– Так, что-то мы засиделись, давайте двинемся дальше, – засуетился Жабыч, делая вид, что не увидел моих сомнений. Девочки синхронно покосились на меня, то ли желая увидеть у меня на лице, что всё это только шутка, то ли получить разъяснение. Я только пожал плечами и, отхлебнув из фляги, убрал её в подсумок.

Городок, как и обещалось, встретил нас уже через два часа, и напоминал он больше всего… Чикаго для сельской местности. Ну, как его показывают в фильмах. Вывески, завлекающие постояльцев, украшали собой чуть ли не все здания на центральной улице, а была она не сказать чтобы короткой. Уличные лотереи, артисты, толпы народа и гул крупного населённого пункта, разве что без гудков машин.

Двигаясь неким одному ему понятным алгоритмом, Джирайя изобразил причудливую синусоиду и остановился у ничем не примечательной, на общем фоне, гостиницы, сразу начав договариваться с девушкой при входе о комнатах. И нет, дело было не в девушке, они тут везде были, и эмоции старика ничего такого особенного конкретно к этой не показывали.

– Остановимся здесь, – закончив с формальностями, обернулся к нам сеннин. – Вы занимайте комнаты, а я пойду узнаю новости, скоро не ждите, скорее всего, это на всю ночь.

– Как скажешь, – покорно согласился я, принимая ключи.

Джирайя солидно кивнул, окинул нас отеческим взглядом, снял рюкзак, вручив его мне, и с крайне важным видом удалился. Не приходилось сомневаться, что уже через несколько минут он начнёт кропотливо «собирать информацию», исключительно «по странному стечению обстоятельств» и «непреодолимым превратностям судьбы» делая это в «весёлом доме». Коих по дороге сюда я уже насчитал не менее трёх штук.

Поднявшись наверх и сгрузив вещи, я ненадолго задумался… И волевым решением отселил Карин в пока что пустую комнату, после чего поставил необходимые барьеры на свою. Уверен, она обо всём догадается, если уже этого не сделала, но ничего страшного в этом я не видел.

– Итак, – поворачиваюсь к Кин, – на чём мы остановились в прошлый раз?

– О, позвольте напомнить вам, Наруто-сама, – улыбнулась девушка и ослабила пояс на своём костюме. Это будет определённо насыщенное путешествие.

Тем временем в окрестностях Конохи.

– Ты, конечно, можешь драться где угодно и когда угодно, но только не говори, что мы проделали весь этот путь только ради того, чтобы просто поесть данго и сбежать от парочки джонинов?! – мощного телосложения мужчина с весьма странного вида лицом, синей кожей и перечёркнутым протектором шиноби Тумана на лбу с подозрением окинул взглядом своего спутника, непринуждённо сидящего на краю скалы и любующегося видом.

– Эх, Кисаме, ты не понимаешь, здесь продают лучшие данго в Стране Огня, когда ещё доведётся попробовать такое? – собеседником «качка» оказался молодой черноволосый парень лет двадцати-двадцати пяти на вид с перечёркнутым протектором Листа на лбу и алыми, известными на весь мир глазами.

Итачи впервые за долгое время испытывал умиротворение, и недовольное бурчание напарника его совершенно не волновало. Вернуться домой было приятно, пусть сделать это пришлось и по не самому радостному поводу, но… оно того стоило. И было необходимо. К тому же его «глупый маленький брат» оказался не столь уж «глуп», а его прогресс… впечатлял, пожалуй, без серьёзного вреда здоровью сильнее он бы стать не мог никак.

– И тем не менее мы пришли сюда не для того, чтобы наслаждаться сладостями. У нас есть дело. Носитель Девятихвостого, – упорствовал Кисаме.

Учиха незаметно вздохнул. С Узумаки были проблемы. Нет, ни наличие в его защитниках одного из Легендарной Троицы, ни, по слухам, внушительная сила парня не пугали нукенина. Как вывести из игры Джирайю (с его-то кобелиной сущностью), Учиха знал, а «вчерашний ребёнок», будь он хоть самим Мадарой, при всём желании не сможет представлять серьёзную опасность для шиноби его уровня – тело из плоти и крови имеет свои пределы, превзойти которые в возрасте 13 лет просто невозможно, как ни старайся… Ему ли не знать. Проблема была в Саске. Как он смог узнать, джинчурики был едва ли не единственным другом брата, и отбирать ещё и его после всего того, что он сделал… Кое-что было слишком даже для такого ублюдка, как он. А просто сымитировать нападение не получится, для этого придётся себя сдерживать, и тогда даже такой молодой джинчурики может стать опасным. Или, что вероятней, попытками сопротивления привлечёт Джирайю, а сдерживать себя в бою с одним из сильнейших шиноби мира – верный путь в могилу, и далеко не факт, что удастся быстро отступить.

– В деревне его нет, и вряд ли мы успеем выследить и перехватить носителя и его защитника до того, как они встретятся с Цунаде. Лучше начать с менее защищённых целей.

– Хм, два саннина – это, пожалуй, действительно перебор. Хотя Самехада не отказалась бы попробовать их чакру, – гигант любовно погладил забинтованный свёрток. – Свяжемся с Лидером?

– Позже, – обронил брюнет, с толикой грусти заставляя себя встать на ноги. – Сегодня нам уже работы не будет, и я не хочу становиться удобной мишенью, когда за нами наверняка гонятся АНБУ.

– Вечно ты перестраховываешься… – проворчал Кисаме, однако всё-таки повернувшись в сторону далёкой деревни шиноби. – Ну ладно, что-то я не наелся. Есть здесь поблизости ещё заведения, где готовят на зависть всей Стране Огня?..

Узумаки Наруто.

Поиски Цунаде походили больше на рейд сеннина по всем злачным местам региона – за четыре дня мы побывали в трёх городах, посетив, наверное, все казино, бордели и питейные заведения, что там вообще были. Ну, если быть точным, то посещал их Джирайя, я же старательно осваивал «управление шерстью». Итачи с Кисаме, появления которых я ждал всю дорогу, так и не явились. В чём причина такого изменения сюжета, я мог только гадать, хотя среди догадок и были весьма правдоподобные. Впрочем, оно и к лучшему, эти двое мне сейчас не противники, в том плане, что с вероятностью в 90 процентов раскатают меня тонким слоем по всем доступным поверхностям. Хотя драться с ними я бы и не стал – сдался бы добровольно. Во-первых, без всех остальных биджу запечатать Девятихвостого они всё равно не смогут, а за три года варианты развития событий могут получиться весьма разными, как минимум у меня будет три года, чтобы сбежать, а во-вторых, бой между нами гарантировал бы гибель девочек, чего мне совсем не хотелось.

Что же до техники волос, то задачкой та на практике оказалась куда более сложной, чем хотелось бы. Ведь что требуется для выполнения техники? Для начала – правильно пропустить чакру по волосам, и не просто укрепляя их, а как бы «смешивая» материал и энергию в одно целое, чтобы было неясно, где кончается одно и начинается другое. Вообще, довольно сложно описать этот процесс, чем-то он напоминает «стихийную трансформацию» (очень, очень отдалённо), но вместо ветра, огня или ещё чего используется собственная плоть. Хм, при высоком контроле и навыке вполне возможна перегонка одного в другое, что косвенно подтверждается таблетками Акимичи и тем случаем с восстановлением Нейджи в каноне. Кстати, вполне вероятно, что саннины и взяли за основу техники приёмы толстячков и приспособили под себя. Почему я говорю во множественном числе? Да вот сдаётся мне, что «выглядящая на 20 в свои 50» девушка тоже нечто такое проделывает, только на более высоком уровне, да и «мягкая модификация» Орыча, очевидно, использует тот же принцип, разве что гнуть и вытягивать волосы всяко проще, чем кости и плоть, так что подозреваю, что и сложность исполнения у них (Орыча и Цу-тян, а не волос, само собой) отличается от фишки Жабыча как современная система залпового огня от китайских «боевых фейерверков» тысячелетней давности. Ну да ладно, вернёмся к путешествию.

Вкалывал не я один – Карин и Кин сейчас активно «лопали шарики», перейдя на второй этап освоения «фирменной» фишки канонного Наруто. Я по-прежнему считал, что это дзюцу подходило девочкам чуть больше, чем никак, но лучшего способа «прокачать» каналы, повысить объём и контроль чакры разом я ещё не видел, так что пусть занимаются.

А вот с любовными похождениями временно завязали: во-первых, пара я скинул достаточно, во-вторых, Кин выкладывалась на тренировках до состояния полутрупа, и что-то предпринимать в её отношении было бы… хм, ну, думаю, понятно. Ну и в-третьих, не хотелось вконец смущать Карин.

Но вот, спустя ещё неделю с небольшим, наши поиски наконец-то закончились – будущая Каге нашлась в какой-то забегаловке. Дама старательно надиралась дешёвым пойлом и не обращала внимания на внешние раздражители. Почему дешёвым? Запах сивухи шёл такой, что почувствовал я его ещё у входа, но это ладно, а вот то, что опытный шиноби, прошедший две войны, ВООБЩЕ никак не отреагировала на наше приближение… Кхм, как говорил копипаст: «не нравитесь вы мне».

Что же касается внешности, то я… разочарован. Нет, в принципе, она была куда симпатичней, чем в когда-то виденном мной аниме, однако не сказал бы, что это можно назвать именно её достижением, скорее уж – криворуких художников. Но эта «симпатичность» никак не тянула на звание умопомрачительной красавицы, как её расписывал Джирайя едва ли не при каждом удобном случае. Черты лица правильные, даже немного милые, ну как для женщины на вид от 25 до 30 лет. Фигура… на любителя, может, кому-то и нравится грудь 5+ размера, но по мне, разница между «большой красивой грудью» и «коровьим выменем» у данной леди была пройдена размера эдак два назад, а уж как ей должно быть «удобно» с таким «сокровищем», я вообще молчу. Хотя выглядело всё упруго и симпатично, с этим не спорю – декольте создавало хороший обзор, однако подержаться совсем не тянуло, а это показатель. По поводу талии и нижней части ничего сказать не могу – стол и бесформенный халат всё надёжно закрывали. В общем, шесть из десяти, да и то с натяжкой. Девушка, что стояла у неё за спиной, была куда… интересней, скажем так… вот только порося из рук убрать – и совсем хорошо.

– Хрю! – Неприкосновенный Запас Пищи (а также, как я подозреваю, ходячее учебное пособие для медицинских практик), нежно сжимаемый девичьими руками, обратил на нас взор своих маленьких поросячьих глазок. Свинья. Свинья в куртке и с бусами. И Сенджу со своей помощницей воспринимают это как должное.

– Кай! – Карин сложила печати и с подозрением посмотрела на хрюшку.

– Увы, это не иллюзия. Это суровая реальность, – сочувственно киваю девочке. – Могло быть и хуже.

– Куда хуже-то? – шёпотом заинтересовалась Кин, страшными глазами кося на зверушку.

– Они могли ещё и макияж навести… – девушку явственно передёрнуло.

Жабий отшельник тем временем молча подсел к своей сокоманднице, когда она наливала очередную пиалу подозрительной жидкости. Вот она оторвалась от своего занятия, подняла мутный взгляд от ёмкости, после чего запрокинула голову и перелила содержание означенной выше ёмкости в себя, занюхнув это дело рукавом.

– Чего припёрся? – голос тоже был далеко не райскими колокольчиками, эх, и что Джи-кун в ней нашёл?

– Я тоже рад тебя видеть, Цунаде. Неужели старый друг не может просто передать привет?

– Был тут у меня уже один старый друг… испортил настроение, – последняя из Сенджу потянулась за новой бутылочкой. Угу, значит, тут всё по канону, отлично.

– Орочимару? – Джирайя нехорошо прищурился. – И что он хотел?

– Да так, ничего… – легендарный медик злобно зыркнула на легендарного извращенца, одной мимикой выражая «не твоё дело», хм, может, не так уж она и плоха, – поздороваться. Ну а ты зачем пожаловал?

– Вилять не буду. Селение Скрытого Листа официально предлагает тебе занять пост Пятого Хокаге, – к чести медика, та лишь неприязненно дёрнула щекой, а вот её девушка-спутница, ммм, Шизуне, вроде бы, от неожиданности поперхнулась и так сдавила бедный НЗП *(Неприкосновенный Запас Пищи, далее будет упоминаться аббревиатура,*прим. слегка укуренного автора)*, что тот выпучил глаза и сдавленно хрюкнул.

– Ещё немного – и из него может что-то выйти, а мы всё-таки в месте приёма пищи, – свинку было жалко. Под сдавленное «ой» со стороны брюнетки гордый свин (ка?) обрёл свободу и поспешил сныкаться к нам поближе и подальше от хозяйки.

– Третий Хокаге… – продолжил мужчина, но был перебит.

– Орочимару поработал? – равнодушно, скорее, констатировала женщина. – Я уже знаю… он и сказал, – взгляд блондинки мутно скользнул по нам с девочками. – Что это за детский сад?

– О, хе-хе, – ничуть не удивившись поведению подруги, обрадовался беловолосый. – Позволь тебе представить, Узумаки Наруто со своим гар… кхм, – под моим «добрым» взглядом и кааапелькой Ки старик исправился. – Я хотел сказать со своими друзьями – Карин и Кин Узумаки.

– Привет, – я поднял руку, девочки, синхронно смутившись, изобразили что-то вроде «здравствуйте, госпожа Цунаде».

– Хм, понятно, – всё такой же нечитаемый взгляд.

– Ну так что скажешь, согласна? – вернулся к теме передачи «почётной шляпки» Жабыч.

– Ни за что! Я отказываюсь, – от эро-сеннина пошёл странный набор эмоций. Что-то вроде ностальгии и лёгкого огорчения, но, кажется, он ожидал такого ответа.

– Знакомая фраза, сколько раз я её от тебя уже слышал, когда приглашал на свидания…

– Это всё? Тогда прошу меня оставить! – девушка (или всё-таки старушка?) потянулась к очередной бутылке.

– Но ты ведь единственная, кто может занять этот пост! – вот тут Жаб уже начал паниковать.

– Не держи меня за дуру, я больше чем уверена, что старейшины изначально хотели видеть на этом проклятом посту тебя, вот только, похоже, ты желанием особым не горишь? Так с чего им должна гореть я? Мой дед, его брат… они отдали жизни ради деревни, ради мира, а что толку? Четвёртый тоже был силён, молод, талантлив, и где он сейчас? Да даже Третий, уже совсем не мальчик – и тоже на передовую полез. Этот проклятый пост пожирает лучших, ничего не оставляя взамен, – в голосе и эмоциях Сенджу была глухая тоска и боль.

– А ты изменилась, Цунаде, – печально покачал головой отшельник.

– Мне уже пятьдесят, – очередной глоток. На этот раз сразу из горла. – Возраст меняет людей.

– Наруто-сама, – тихонько обратилась ко мне Карин, – у неё очень странное образование чакры в районе груди… Нет, не так… В этом… амулете? – неуверенно известила меня девочка. – Никогда такого прежде не видела, – хм, а вот про амулетик я как-то забыл, а ведь в нём чистейшая чакра Первого… И если её аккуратно изъять, поместить в мою Печать и совместить с тем «преобразователем», что был в печати Орочимару, то я вполне смогу получить источник чакры Хаширамы… Очень интересный вариант, сулящий огромные перспективы.

Благодарно киваю девочке и вступаю в разговор:

– О, раз кандидат взял самоотвод, то давайте вернёмся к рассмотрению моей скромной кандидатуры на сию должность? – легендарный медик поперхнулась выпивкой, потом скептически посмотрела на бутылку и, немного поразмыслив, отставила её в сторонку.

– Наруто, я же уже объяснял… – Джирайя вздохнул.

– Да ладно, я всё-таки один из сильнейших шиноби Листа, и вообще это у меня наследственное, вон, в Суне тоже пост от отца к сыну передаётся.

– Он знает?! – теперь блондинка была весьма удивлена и очень быстро трезвела.

– Да, – Джи прикрыл глаза, – он знает всё. Кьюби его проинформировал… – вот теперь девушка стала совсем серьёзной.

– Даже так… Эй, скажи, зачем тебе пост Хокаге? Почему ты стремишься его получить? – я на секунду задумался. Можно, конечно, начать вешать лапшу про «всеобщее признание и уважение», но меня терзают смутные сомнения, что удастся проехаться по ушам Принцессе Сенджу, это вам не простодушный (относительно) Джирайя, эту милую даму должны были с детства натаскивать и учить видеть тройное дно в любом слове. А значит, будем говорить правду, только правду и ничего, кроме правды… почти.

– О, у меня есть целый список причин, – с довольной улыбкой подаюсь вперёд. – Во-первых, если я займу этот пост, то докажу себе, что достоин памяти и наследия родителей. Во-вторых, было бы неплохо продолжить их дело. В-третьих, я абсолютно уверен, что по миру ещё раскидано много потомков Узумаки, и став Хокаге, я смогу полноценно организовать их поиски. В-четвёртых, я хочу превзойти всех Каге, включая собственного отца, а для этого тоже нужно как минимум получить данный титул. В-пятых, только став Хокаге, я, наконец, смогу прищучить всю эту вольницу с толпами наглых скрытых деревень, которым только дай повод вцепиться в горло соседу. Кьюби лысого они у меня получат мирный договор и независимость! – вдохновенно сжимаю кулаки, корча зверскую рожу. – Только объединение! Одна страна, и никаких больше междоусобных войн!

– Эээ? – выпал в осадок Джирайя. – Эм, Наруто… вряд ли соседи захотят вливаться в Страну Огня, а насильное их присоединение – это и есть война, которой стоит избегать.

– Фигня вопрос! – я откинулся на спинку диванчика, куда мы присели с противоположной стороны стола от Цунаде с помощницей. Меня уже несло. Я это понимал и понимал, что во всём виноваты гормоны подросткового тела, а также то, что мне потом, скорее всего, будет стыдно, но останавливаться не хотел, уж больно у них лица хорошие! – Бомба Биджу решает! А Эдо Тенсей тащит! Начнём с Суны, они уже почти наши и сами напросились! Дальше приберём Туман, пока те не оправились от гражданской войны. Плюс я слышал, что Мизукаге – настоящая красавица, к тому же ещё не замужем, и у неё красные волосы, а это оооочень подозрительно! Ну а дальше посмотрим по обстоятельствам.

– Эдо Тенсей? Откуда ты знаешь об этой запретной технике? – чуть ли не хором воскликнули саннины.

– Так в библиотеке валялась среди досье выпускников восьмидесятилетней давности. Воскрешение любого павшего, нужно лишь иметь кусочек этого павшего и жертву… – Цунаде вздрогнула, кажется, сейчас она поняла, ЧТО на самом деле ей предлагал Орыч… ох, не позавидую я ему, когда они встретятся.

– Ну и главная причина моего желания стать Хокаге… – продолжаю, видя, что перебивать меня пока не собираются. – Каге может отправить одного ленивого джонина на пожизненную прополку грядок, уборку конюшен и прочие милые моему сердцу миссии D-ранга. Ах да, ещё у Каге есть своя охрана, в мою будут входить симпатичные куноичи от 16 и до 30 лет…

– Хм… – судя по маслянисто вспыхнувшим глазам отшельника, последний аргумент оказался весьма весомым даже в его глазах.

– Ты чему ребёнка учишь, извращенец? – вскочившая Цунаде поднесла к носу занервничавшего Джирайи сжатый кулак.

– А я что, я ничего, он такой ещё до меня был!

– Ну так что? Поддержите мою кандидатуру на выборах?

– НЕТ! – хором рявкнули саннины, причём Джи-кун – с отчётливыми нотками испуга, а вот Цу-тян – с реальной яростью и негодованием.

– Да ладно вам! Из меня выйдет отличный Хокаге! У меня есть чувство стиля, я умею быть пафосным, а ещё я натуральный блондин с прекрасными синими глазами и нихрена не понимаю в высокой политике! Ну же, решайтесь, я идеальный Хокаге!

– НЕТ!!! – вот теперь негодование было синхронным.

– Ладно, – смиренно уступил я, – раз вы не хотите видеть меня в этой должности, то, может быть, Орочимару подойдёт?

– Ч-чееего?!! – от меня отшатнулись даже Кин с Карин, и у всех глаза как блюдца.

– А что такого?

– Но он же хочет уничтожить Коноху! – о, Шизуне, значит, Орочимару и здесь не стал скрывать своих целей от подруги.

– В любом мужчине должны быть толика дикой, животной агрессии, это делает нас привлекательными. Да и что там осталось-то? Центр давно надо бы перестроить, хорошего архитектора найти, чтобы с лепкой, барельефами, в граните… У меня даже пара эскизов есть!

– Наруто… – Джирайя тяжко помассировал руками лицо. – Ты же сейчас издеваешься, да?

– Ну, немножко, – становлюсь локтями на стол и, сложив руки домиком, опираюсь о них подбородком, не переставая улыбаться. – Серьёзно, мы как бы сюда пришли решать важный вопрос. Не моду обсудить или скидки на кунаи, а Четвёртую Мировую Войну Шиноби предотвратить, потому как если у нас срочно не появится мощного S-рангового пугала в традиционной шапке, то уже через месяц Молния, Камень, да даже Туман с Дождём могут посчитать, что Страна Огня слишком уж большая, а на территории Конохи будет отлично смотреться пепелище на фоне заката. А вы тут только друг на друга киваете, стараясь соскочить и продолжить своё унылое разграбление кабаков по всей стране, ни за что не отвечая. В такой ситуации реально лучше сразу пригласить Орочимару, тут хоть у нас будет уникальный шанс секунд семь полюбоваться полным охренением на его роже, что уже неплохое достижение. Ну и шанс на то, что он делом займётся, всё одно больше, чем я здесь наблюдаю, – очень выразительным взглядом, с остановками на пустых бутылках, окидываю замершую блондинку.

– Да что ты понимаешь, сопляк?! – ниндзя-медик отчётливо полыхнула злостью.

– Да уж побольше некоторых, – не перестаю вежливо и чуть насмешливо улыбаться. – Нет, я признаю, неубиваемая печень – это мощное достижение, достойное занесения в анналы истории наиболее эпичных побед медицины, а уж выглядеть на 25 в 50, да при таких-то возлияниях, – Джирайя рефлекторно втянул голову в плечи и закрылся руками, – вообще достойно золотого прижизненного памятника «Лучшему косметологу тысячелетия», но мы всё-таки по другому вопросу пришли.

– Вот теперь ему точно хана, – едва слышно пробормотал под нос беловолосый. Судя по эмоциям Кин, Карин и Шизуне, они с этим мнением были полностью согласны – щемящая жалость и жажда спасти дурака, «пока не началось», так и сквозили штормовым северным ветром. Моих девочек от того, чтобы меня немедленно хватать под белы ручки и куда-то тащить, вообще удерживали только привычка наблюдения похожих словесных пикировок с Анко (Карин) и жёстко вбитые на подкорку принципы иерархии (Кин).

– Ты переходишь границы, мальчик, – прошипела боевая пенсионерка и стиснула край стола. Послышался треск.

– Ну извиняйте, – радостно щурюсь в лучших традициях Анко… А может, и Орочимару, кто знает, ему бы очень пошло. – Ладно, старик, – поворачиваюсь к сеннину, – пошли, вариант не сработал. Чур, на кастинге в твою охрану половина мест в жюри мои!

– Почему это половина? – искренне возмутился отшельник, на миг даже забыв, где мы и зачем.

– Ну как? Ты и я, зачем нам лишние люди в таком ответственном мероприятии? К тому же я тут подумал, – чешу затылок в манере оригинального Наруто, – джинчурики же тоже нужна охрана, а то я такой маленький, беззащитный, того и гляди украдут.

– Нет-нет-нет, подожди, Наруто, – замахал руками отшельник, кося глазом на закипающую подругу, – я же ещё не согласился, – а глазки-то бегают, бегают.

– Если переживаешь за свои книги, то не боись, я возьму на себя половину обязанностей, могу посидеть под Хенге на важных мероприятиях с заказчиками – никто не заметит разницы! Ну а у тебя будет время на литературу!

– Ну, яяя…

– Прижмём Суну и первым делом вывезем всех красивых девушек в Коноху, – продолжил я дожимать Жабыча и одновременно выводить из себя Цунаде. Тело, правда, на всякий случай по максимуму напитал чакрой Лиса. «Цу-тян» – девушка резкая, порой сначала бьёт, потом задумывается… – Организуем новую службу обеспечения быта Хокаге, с униформой, имеющей в комплекте обязательную мини-юбку длиной не более 40 сантиметров…

– Согласен! – выдохнул сеннин, чей взгляд уже был где-то далеко, и, судя по всему, то, что он там видел, ему ну ооочень нравилось.

– Да вы, блин, издеваетесь!!! – молодецким ударом девушка разнесла стол в мелкую щепу, заставляя витающего в нирване Джирайю резко вернуться и начать сравниваться цветом лица с волосами.

– Мы обсуждаем программу правления, – невозмутимо поправляю блондинку, одновременно отпуская щепку, мигом ранее едва не угодившую в лицо Карин и пойманную мной в полёте. – И выбывших кандидатов просим не мешать совещанию.

– Я вам сейчас все кости переломаю, извращенцы! – шиноби фонтанировала Ки безостановочно, посетители, да и хозяева заведения начали спешно покидать свои места. – Это пост моего деда! Только попробуйте осквернить его своими грязными наклонностями!

– Тц, старик, – наклоняюсь к отшельнику и изображаю таинственный шёпот, – она что, воинствующая феминистка? – КАААК он на меня посмотрел! В этом взгляде было ВСЁ – полная, абсолютная убеждённость в том, что я сошёл с ума, ожидание неминуемой кончины, немой вопрос, как он мог так ошибиться с выбором напарника в дорогу, и многое, многое другое…

– Убью! – припечатала Цу-тян и немедленно приступила к осуществлению угрозы, пробив мне с правой в челюсть.

Вернее, попыталась пробить, так как, на миг окутавшись рыжим покровом, я её кулак остановил, поймав в паре сантиметров от лица. Как ни удивительно, но скорость одной из Легендарной Троицы не впечатляла, даже Анко на тренировках бывала быстрее, уже молчу про Какаши, впрочем, и била она явно не в полую силу, даже чуть-чуть испугалась после начала движения, то ли спохватившись, что может покалечить, то ли ещё что. Со скамейки меня тоже не снесло, удара я ждал, а потому давно «приклеился» к земле таким объёмом чакры, которого хватило бы на пару хороших Огненных Драконов.

– Давайте начистоту, Цунаде-химе, – перехожу на серьёзный тон и, не отпуская руки удивлённой женщины, что явно ожидала минимум моего полёта до противоположной стены здания, резко ударяю по окружающему миру всей Ки Девятихвостого, одновременно наполняя его чакрой глаза. – Вы. Мне. Не нравитесь. До сих пор я не увидел никаких причин считать вас достойной титула Каге. И уж тем более я не вижу причин давать вам право осуждать мои вкусы и личную жизнь. Я вырос в детском приюте, жил на пособие в окружении постоянно давящей ненависти людей, от меня скрывали, кто мои родители, и отняли фамилию отца, и всё, что я сейчас имею – это исключительно моя заслуга. Вам же я ничего не должен и ничем не обязан. Я внятно излагаю?

– Значит, не считаешь меня достойной титула Каге? – нехорошо прищурилась женщина, от страха меня покалечить в которой не осталось и следа.

– Совершенно верно, – холодно подтверждаю и вновь прохожусь по больной мозоли: – Даже кандидатура Орочимару, при всех его отрицательных чертах, мне кажется куда более перспективной.

– Ты… – дамочка скрипнула зубами. Хм, а не перестарался ли я в доведении её до белого каления? – Ты…

– Я, я…

– Наруто, – кажись, дед искренне за меня переживает и хочет попытаться спасти мою непутевую голову от встречи с кулаком потенциальной Пятой, но извини, старик, пока всё идет строго по сценарию.

– Впрочем, как насчёт небольшого пари?

– Пари?

– Я признаю, что вы всё-таки что-то из себя представляете, ну… допустим, если сможете сдвинуть меня своим «легендарным» ударом с места.

– Сдохнуть захотел? – м-да, я таки довёл её до состояния, близкого к «умри всё живое».

– Начнём с того, что вы сами отказались от предложения, а теперь вдруг начали качать права и что-то доказывать. Считайте это экзаменом на профпригодность. Не нравится – можете и дальше надираться здесь дешёвым пойлом, никто вас насильно тянуть не будет.

– Ну и катитесь к чёрту! – зло словно выплюнула Сенджу и, выдернув руку, пошла к другому столику.

***

– Ну и зачем ты всё это сделал? – опустив плечи, мрачно спросил Джирайя, когда мы уже были на улице. Кин с Карин тихонько семенили следом. После моей демонстрации жажды крови жмущиеся друг к другу девочки вообще боялись даже лишний раз вздохнуть.

– Всё нормально. Ты мне лучше скажи, она действительно лучший кандидат в Каге из возможных?

– Да… – мужчина тяжело вздохнул. – Но ты всё испортил.

– Не думаю…

– Что ты имеешь в виду? – подозрительно покосился на меня отшельник.

– Сейчас увидишь, 4… 3… 2… 1…

– Подождите, Цунаде-сама! Не надо! – первым донёсся со спины голос Шизуне.

– А ну стоять, мелкий засранец! – с секундным опозданием вторила ей разъярённая блондинка.

– Что-то ещё, Цунаде-химе? – оборачиваюсь с самой постной рожей, на какую способен.

– Ты отдашь мне все свои деньги и будешь год прислуживать!

– С чего бы?

– Это условия пари, паршивый молокосос! – женщина нависла надо мной аки замок над обрывом.

– Хм, в таком случае, что получу я, если выиграю?

– И чего ты хочешь?

– Как насчёт полного доступа в библиотеку Хокаге? – я же должен вернуть свои позиции! – И… вы пойдёте с ним на свидание, – тыкаю пальцем в сторону навернувшегося от такой перспективы литератора.

– Кхем… – принцесса аж подавилась, причём не особо понятно, по какому пункту.

– Неужели он настолько плох, что даже призрачная возможность пойти с ним на свидание вгоняет в ужас саму Цунаде? – с земли послышался печальный вой Джирайи. – Ну вот, вы разбили сенсею сердце… опять.

– Ладно, чудовище. Я согласна на твои условия, готовься. Следующий год у тебя будет ооочень насыщенным, – оскалилась химе. Интересно, она поняла, что соглашаясь дать мне доступ к библиотеке Хокаге, тем самым согласилась и вступить на этот пост, а вот я сохранил право достойной её не признавать? Хе-хе…

***

Встав на середине проспекта, я призвал чуть ли не всю доступную мне без вреда для здоровья чакру, создав покров и… прикрепляясь к земле по максимуму, настолько, что от меня по поверхности даже пошли трещины. Что ж, пусть попробует сковырнуть ударом пару кубических километров горной породы.

Взбешённая Сенджу не заставила себя ждать и, разогнавшись, нанесла чудовищный по силе удар в район моей грудной клетки. Без покрова, даже с учётом напитки чакрой, во мне сейчас была бы дыра размером с футбольный мяч. Город тряхнуло, от «взрывной волны» поднялись пыль и песок, но… вот «дым» рассеялся, и… Цунаде застыла напротив меня, недоверчиво рассматривая.

– Ну, типа, ауч, – баааалиииин… это реально больно, даже через покров! Смотрю вниз. Подошвы ботинок не сдвинулись и на миллиметр. Уф… – …Хокаге-сама, – девушка прикрыла глаза и тяжело вздохнула.

– Гадёныш… – вооот, судя по эмоциям, до неё наконец дошёл весь расклад. – Мне потребуется несколько дней, чтобы уладить дела и раздать долги, можете подождать меня тут, – после чего Сенджу развернулась к Джи-куну. – На следующей неделе. Лучший ресторан Конохи. Ты меня понял? – Жаб бешено закивал, переводя влюблённый взгляд с химе на меня и обратно.

– Ц-Цунаде-сама… – вновь сжимая в руках НЗП и фонтанируя тихой паникой, но почему-то со слезами в уголках глаз, пропищала Шизуне.

– Пыр-пыр… – одновременно с ней, эмм… вступила в диалог свинка?.. Судя по эмоциям – да. Именно вступила. Оно разумно? Великий Мрак, что эта страшная женщина сделала с бедным животным?!

– Идём, Шизуне! – оборвала обе (?) реплики блондинка и, отвернувшись от нас, так, что полы халата взметнулись в воздух, быстро зашагала по дороге.

– Кин, – дождавшись, пока легендарный медик с помощницей отойдут подальше, обращаюсь к девочке, – надо найти гостиницу, – куноичи поспешно кивнула. – Карин… вас уже учили вправлять грудную клетку?

– Н-нет, Наруто-сама, – аж затряслась от страшной догадки Узумаки.

– Ну тогда ладно, – потягиваюсь, чувствуя неприятный хруст внутри и жжение от чакры Лиса. – Ой… Нет, повторять подобное мы сегодня не будем, – замечаю взгляды спутников. Глядели они на меня как на натуральное приведение, причём матёрый шиноби и легендарный саннин совершенно не отличался в сём действии от двух молоденьких девчонок. – Эй, чего вы все на меня так смотрите?

– Наруто, – Джирайя хрипло прочистил горло, – ты самый безумный ученик из всех, что у меня когда-либо были… Я от страха сегодня раза три чуть не умер, – мужчина сглотнул, покосившись в сторону, где скрылась его давняя подруга. Потом оглядел нашу компанию, задержав взгляд на Карин с Кин, и, ещё раз сглотнув, продолжил: – Надо полечить нервы… Найдите гостиницу, я потом подойду… – и шиноби поковылял в сторону ушедших дам…

Чуть позже, двое в общем зале.

– Ну и как ты себя чувствуешь? – поинтересовался мощный мужик с гривой седых волос у девушки-блондинки двадцати пяти-двадцати семи лет от роду.

– Так, словно меня макнули головой в помои, побултыхали там немного и поставили на место.

– Дааа… Наруто это умеет, его талант доводить до ручки окружающих превосходит таковой у Куши-тян на порядок.

– Кушина была доброй и милой девочкой, пусть иногда и шалила, этот же тип – настоящий кошмар! Находит слабые места противника и целенаправленно бьёт по ним, прямо как Орочи.

– Ну, сам Наруто списывает это на тяжёлое детство, – пожал плечами жабий сеннин, внутренне согласившись со своими старыми выводами – не одному ему некоторые черты сына Минато напоминают о Белом Змее.

– Однако потенциал у парня есть, если не прибьют, через несколько лет он станет выдающимся шиноби… – осушив о-тёко* (традиционная чашечка для саке. *прим. автора.), признала девушка. – Мой удар в треть силы не смог его даже сдвинуть с места. Впечатляет.

– Я вообще думал, что ты его на месте пристукнешь.

– Я не воюю с детьми, Джирайя, что же касается его слов… Да, они были неприятны. Но ранить меня словом нельзя уже лет двадцать. Да и во многом этот мелкий засранец прав – я себя совсем запустила, и деду это бы явно не понравилось… как и Дану… и Наваки.

– А знаешь, что самое забавное? – мужчина поспешил съехать со скользкой темы, до сих пор причиняющей боль его старой подруге.

– Что?

– Этот «настоящий кошмар» просчитал твои действия до секунды, хе-хе.

– Ч-чего? – дама подавилась вином.

– Ага, – довольно оскалился отшельник. – Он даже отсчитывал, через сколько ты за ним побежишь. А уж с этим пари… Он ведь и меня своим должником сделал и прекрасно это осознаёт!

«Вот только Жабы ему по контракту точно не подойдут, – внутренне вздохнул шиноби. – Они ребята прямые и простые, а вот контракт Орочимару… Всё-таки они сильно похожи с Наруто, да и ученица Змея вон как за парня ухватилась…»

– Так, а ты-то тут при чём?

– А как же, я тебя пытался на свидание позвать лет с двенадцати – и всё безуспешно, а тут всего пара фраз этого мелкого чудовища – и пожалуйста? Вот как после такого не стать его должником?

– М-да, – Цунаде тяжело вздохнула, – бойкие пошли детишки. Кстати, я не совсем поняла, откуда появились эти две девчонки рядом с ним? Если одну ещё можно принять за Узумаки, то вот вторая ну никак на них не похожа, однако фамилии…

– Ну, как бы тебе сказать… – нервно заёрзал на стуле писатель, беседа, начавшая принимать нежелательные для него обороты, обещала быть ооочень долгой.

***

Вечер дал нам возможность нормально расслабиться. Под «нам» я понимаю себя, Карин и Кин. Девушкам был необходим отдых – постоянные изматывающие тренировки рекомендуется чередовать со временем для восстановления, да и все мои сегодняшние выкрутасы… Ки, «жёсткие переговоры»… Хотя до по-настоящему жёстких им было далеко, но девочкам и этого за глаза хватило. В итоге, мы дружно решили сегодня как следует расслабиться. А уж наличие под боком горячих источников прямо-таки вопияло об отдыхе. Дамы идею приняли более чем благосклонно, Кин так даже явно намеревалась отослать Карин в женское отделение и присоединиться ко мне в «частной купальне», но я решил не рисковать и не дразнить судьбу. Так… на всякий случай.

А то мало ли что этим престарелым алконавтам в голову взбредёт? Неее, как говорил один чудесный актёр в не менее чудесном фильме: «Нам кузнец не нужен!», лучше уж как-нибудь потом, в тишине, покое… без двух S-ранговых шиноби, надирающихся в хлам всего через каких-то две улицы от нас. Ну и Карин дразнить тоже не надо. Девочка-то она неглупая, да только именно девочка, сейчас, едва вырвавшись из положения бесклановой, никому не интересной сироты в захолустной деревеньке ниндзя, ей может казаться, что роль Кин при мне ей вполне нравится и подходит, вот только если мы к этим отношениям перейдём, дальше уже будет ничего не изменить. Или изменить станет крайне сложно. А я, например, совсем не уверен, что для неё это будет лучшей судьбой. Ну и, наконец, я к ней реально больше как к племяннице отношусь, чем как к сексуально привлекательной девушке. Умилиться, защитить, потискать чуть-чуть – это сколько угодно, а вот «любоффф» строить что-то не тянет. Короче, терпеть надо и героически давить низменные порывы бунтующего на волне гормонов организма!

Двадцать минут спустя.

– Ох, Наруто-сама, как хорошо, – развалившаяся на скамейке Кин блаженно прикрыла глаза.

– Кья… ещё… ох, – Карин от неё не отставала.

Даа… «Давить!» – сказал я пафосно, под внутренние громы и молнии. Организм проникся, устрашился, осознал… но отказать себе в удовольствии помассировать спинки девушкам после купальни всё-таки не смог… Тряпка!

В своё оправдание могу лишь сказать, что не все рубежи были сданы под напором врага! Когда я только озвучил предложение, Карин была полностью уверена, что вот сейчас-то и произойдёт то самое – мы с Кин коварно и безнравственно втянем её в царство разврата. По крайней мере, её эмоции и полностью сравнявшееся цветом с волосами лицо интерпретировать как-то иначе было абсолютно невозможно. И главное – возражений не последовало, ну кроме очевидного даже без всякой эмпатии мандража. Так что только пожелай я, и всё бы получилось. Но я сдержался! Правда, теперь активно думал, дурак я после этого или благородная героическая личность? За первый пункт активно выступали гормоны, за второй… если честно, я так и не понял, что именно за него выступало, но сдаваться оно пока не собиралось.

А вообще, «Теневое клонирование» – шикарная техника! Одновременно поглаживать и разминать стройные тела двух куноичи было чертовски приятно, при этом я дико завидовал собственному клону, а он дико завидовал мне, девушки же этого совершенно не замечали и только тихо попискивали, закрыв глаза.

Особый смак ситуации доставляли эмоции Шизуне, что уже некоторое время нас подслушивала. О, эта смесь удивления (чтобы не сказать крайнего охреневания), помноженная на безумное смущение, в блюдо добавлена капля возмущения, любопытства и самая щепотка возбуждения. Смешать, но не взбалтывать! Дааа, эмпатия является отличным средством морально отдохнуть, а уж с такими источниками позитива… Хотя можно сделать ещё лучше.

Не прерывая работу, создаю ещё одного теневого клона. Тот, тщательно давя улыбку, бесшумно направился к двери. Шаг. Второй…

– Шизуне-сан. Вы уже минут десять наблюдаете за нами, быть может, желаете присоединиться? – о да, паника пойманной на «горячем» девушки послужила достойным завершением этого эмоционального букета.

Шурх…

Дверь ушла в сторону, но подслушивающая происходящее в нашем отделении «бани» девушка уже развернулась спиной ко входу, замерев в позе «проглотил швабру».

– Я-я… не… Я просто мимо проходила, вот! – звучало совсем по-детски и неубедительно. Настолько, что даже разомлевшая Карин, открыв глаза, скептически приподняла бровь… Хм, знакомый жест, когда это она успела так хорошо скопировать за нашим Мрачным Пучеглазом?

– Хм, ну раз вы всё равно проходили мимо, Шизуне-сан, не желаете ли расслабиться в нашей компании, поверьте, мне будет несложно… – стоящая к нам спиной с ярко-красными ушами и видимым участком шеи девушка затравленно вжала голову в плечи… Дааа, это просто нечто, кажется, я знаю, кого я буду смущать всю оставшуюся дорогу… да и Коноха не такая уж и большая. А что, ученик я Легендарного Извращенца или погулять вышел?

– Я-я-я… н-нет! – но тут понявшая, как всё это смотрелось (и слышалось) со стороны, Кин не смогла больше сдерживаться и заливисто рассмеялась. Ученица Цунаде таки повернулась к нам лицом и застыла в шоке. А мы что? Мы ничего – я (в трёх экземплярах) голый только по пояс, девушки вообще укутаны самыми интересными местами в полотенца, правда, обе уже повернули головы и с довольными моськами наблюдают за игрой.

– Зря, вы не знаете, от чего отказываетесь, Наруто-сама делает просто божественный массаж, – Кин, я тебя обожаю! Сказать это таким голосом, с такими интонациями… ммм…

– А почему вы такая красная, Шизуне-сан… неужели вы подумали, что мы занимались здесь чем-то постыдным? – «добила» ученицу Пятой Карин, полностью игнорируя тот факт, что и сама недавно выглядела не лучше. Вот тебе и тихая мирная девочка, нет, я точно плохо влияю на людей, сначала Саске начинает всех троллить, теперь вот Карин. Про Анко я вообще молчу. Хотя последняя была весьма ядовитой особой и до нашей встречи.

– Шизуне-сан такая развратная, – это уже был контрольный от Кин, бедная «медсестра» просто села там, где стояла, переводя обиженно-удивлённый взгляд с одной наглой рож… я хотел сказать невинного лица, да, определённо невинного лица, на другое.

– В-вы всё не так поняли! Я всё не так поняла! – девушка, сидя на попе, начала непонятным образом от нас спешно отползать, это она как так делает? Но смотрится весьма… даааа… весьма, так, притормозим, а то что-то я излишне увлёкся.

– Так мы не так поняли или всё-таки вы, Шизуне-сааа… ой, – я шлёпнул излишне увлёкшуюся Кин пониже спины. Жизнь среди инструментов Орочимару так просто не проходит – у девушки уже на уровне рефлекса стоит «добей оступившегося», но тут перегибать палку было не нужно.

– Ладно, думаю, это было просто случайное стечение обстоятельств. Ведь так? – Шизуне бешено закивала, буквально излучая облегчение в воздух. – Ну вот и хорошо. Но что привело вас к нам? Случайно «проходя мимо», не застревают на десять минут перед входом, – девушка ещё раз мило смутилась.

– Узумаки-сан…

– Можно просто Наруто.

– Х-хорошо, Наруто-сан, я хотела извиниться за действия моего учителя. Цунаде-сама весьма сложный человек, а пост Хокаге – больной для неё вопрос…

– Могу себе представить.

– Нет… Я… должна всё-таки объяснить, – кое-как собралась с духом брюнетка.

– Ну проходите, – мой клон подал девушке руку, помогая подняться. – Сок будете?

– А? Да… не откажусь, – ученица легендарного медика неуверенно приняла помощь. Карин с Кин не сговариваясь начали подниматься, запахиваясь в полотенца. В девочках прям-таки читалась полная готовность приступить к приёму внутрь новой пикантной сплетни. Женщины…

В дальнейшем диалоге Шизуне попыталась «сгладить острые углы», что могли бы остаться на впечатлениях от Цунаде у постороннего человека. Её потери, гибель родных и любимых. Девочки притихли и даже порой ощущалось от них что-то вроде сочувствия, впрочем, подобной историей в этом мире мало кого удивишь – похожие драмы тут мог рассказать едва ли не каждый третий шиноби, а каждый второй имел что-нибудь и похуже в своём прошлом. Драмы, заполняющие жизнь бесконечной чередой, становятся обычной серой рутиной. Человек привыкает ко всему, включая боль и страдания, как свои, так и окружающих. Таков этот мир в частности, и таков род людской в целом. Хорошо, что я не человек. Расстались мы с девушкой через несколько часов (мне таки удалось уболтать её на небольшой массажик, а уж какие эмоции при этом выдавали Кин и Карин… А нечего вскакивать, когда я только настроился! Хе-хе).

Следующим утром всё вернулось на круги своя. Цунаде ушла расплачиваться с владельцами местных игорных домов. Жаб увязался следом, то ли чтобы она не сбежала (чисто на всякий случай), то ли просто желая побыть подольше в её обществе. Молодёжь же оказалась предоставлена сама себе, и как-то так само собой получилось, что после общего завтрака на первом этаже гостиницы женщины Узумаки осадили ученицу Пятой на предмет поделиться знаниями по медицине (Карин) и тонким воздействиям чакры (Кин). Ну и я чуток уши погрел, не без того. А вот вечером, когда вернулись наши «старички»…

Гостиница. Вечер.

– Всё, устала. На сегодня с них хватит, – вернувшиеся саннины действительно выглядели измотанными. И если «Цу-тян» ещё понятно, то что так утомило Джирайю? Хотя, зная эту блондинку… она его могла заэксплуатировать вусмерть.

– С возвращением, – молодёжь в нашем лице вежливо поприветствовала заслуженных убивцев и подвинулась за столом, где до этого вкушала ужин. – Как сходили?

– Ох, Наруто, лучше не спрашивай, – Жабыч плюхнулся за столик, одним жестом заказал у официантки бутылку саке и подпёр голову рукой, ожидая заказа. – Кто бы мог подумать, что у Цунаде СТОЛЬКО кредиторов?

– Ты чем-то недоволен? – будущая Пятая также присоединилась к нашей компании после того, как осуществила очередной заказ у владельца закусочной. Усевшись за стол, гениальный медик притянула к себе разумного порося и начала его тискать, сбрасывая напряжение. Хрюшка стальные объятия восприняла со Стоицизмом, Героизмом и Превозмоганием, достойным истинного Ультрамарина. Боевой хряк. Уважаю.

– Нет, что ты, просто это было так неожиданно, – сразу же ушёл в несознанку Джирайя. – Ну а вы тут как время провели?

– Вполне насыщенно, – отозвался я, наблюдая, как Шизуне начинает наливаться краской, видать, вспомнила вчерашний «инцидент». Это дело заметил не только я, но и наши «старички». Джи подавился выпивкой и беззвучно открывал и закрывал рот. В его эмоциях смешались гордость за ученика, лёгкое удивление от скорости совращения (а о чём ещё мог подумать эро-сеннин?) и добрая белая зависть. Но потом его взгляд упал на медика, и эмоции резко сменились на желание оказаться как можно дальше отсюда.

– Так чем вы занимались? – медовым голосом спросила Сенджу.

– Ммм… – задумчиво болтаю указательным пальцем ложку в стакане. – Судя по вашим лицам, вы подозреваете меня в чём-то категорически аморальном и безнравственном.

Уровень смущения Шизуне взял новую высоту, из ушей едва только пар не валил, что тут же спровоцировало у Цу-тян просто-таки маниакальную степень подозрительности.

– Не уходи от вопроса! – и взгляд-то, взгляд! Прям линкор главным калибром в лицо посмотрел.

– Мы расспрашивали Шизуне-онесан о медицине! – поспешно пресекла Карин поползновения «нехороших мыслей», не давая мне ответить.

– И тонких воздействиях чакры, – добавила Кин.

– Шизуне? – «линкор» повернулся к брюнетке. Судя по лицу и эмоциям, поспешным заверениям девочек не поверили.

– Д-да! Цунаде-сама! Так всё и было! – спешно закивала ученица Пятой. – Вы… Вы вообще в чём меня подозреваете?! – о, «мишень» вспомнила, что она «артиллерийский крейсер», и начала огрызаться. И праведного возмущения-то сколько, как бы самому «линкору» не досталось.

– Кхм, неважно, – Цунаде и впрямь стушевалась. – Что ж, раз вы без нас не скучаете, то отлично. Мне потребуется ещё пара дней, чтобы окончательно уладить все дела.

– Хорошо.

Мы посидели ещё немного. Разговор как-то сам собой сошёл на нет – общих тем у «стариков» и «молокососов» было не то чтобы очень много. Нет, так продолжаться дальше не могло, в конце концов, мне нужен сплочённый коллектив, да и с Цунаде надо налаживать отношения, а потому…

– Может, сыграем?

– Хм? – дама приподняла бровь.

– Ну, я слышал, что у вас большой опыт по части азартных игр, не просветите новичка?

– Хм… – теперь меня буравили подозрительным взглядом, так, сделать невинную мордашку. Но не сильно невинную, а то точно что-то заподозрит. Нет, у меня не было коварного плана развести дамочку на «крупные ставки» и выиграть ожерелье – сомневаюсь, что она бы ставила его на кон, а вот просто сыграть по мелочи… Это может несколько поднять её отношение ко мне, в конце концов, просто «скользкий тип и подчинённый» это несколько не то же самое, что «скользкий тип и подчинённый, с которым я периодически выпиваю и играю в карты». – Во что и на что?

– Не знаю, может… в покер?

– На раздевание? – все сидящие за столом дружно и абсолютно синхронно повернулись к Кин. – Что? Мы же на курорте?

Ну, положим, не на курорте, а просто в развлекательном центре… Но идея хорошая! Только если я хоть заикнусь, что её поддерживаю… Судя по лицу и эмоциям Джирайи, его мысли были на диво созвучны моим.

– Извращенка, – тихо буркнула себе под нос Карин, поправляя очки.

– Да что такого-то? – как ни удивительно, но искренне не понимая ситуации, повернулась к ней брюнетка. – Вы что, все сразу проиграть собрались?

– А ты думаешь выиграть у… – скосила глаза на подругу Карин, не завершив предложения. Так, меня в чём-то явно подозревают! Направление эмоций девочки на это абсолютно точно указывает!

На меня бросили настороженный взгляд и задумались. Через пару секунд внутренне полностью согласившись с розовлаской. Да что ж такое? Я же с ними никогда в карты не играл!

– Но если не попробуешь, не узнаешь! – тем не менее продолжила гнуть свою линию бывшая ниндзя Звука.

– А я не хочу узнавать, – также и не подумала отступаться от заявленного мнения моя «племяшка». Врала.

– Ну, ты не хочешь, а мне интересно, – взгляд, каким Карин наградила подругу, описать можно было только одной фразой: «Вот как будто ты там что-то ещё не видела!», но к своей чести, юная Узумаки промолчала.

– Джирайя! – раздался с другого края стола тихий, но очень многообещающий рык. Бедный Жабыч чуть на месте икру не отложил. – Во что вы с сенсеем превратили деревню моего деда? Почему молодёжь только об одном и думает?!

– Я не виноват! – возопил беловолосый. – Я последние десять лет там вообще почти не появлялся!

Аккуратно щипаю под столом ногу Кин, умная девочка сразу всё поняла:

– А это правда, что вы написали серию книг «Приди, приди…»? – с невинным видом забила последний гвоздь в крышку гроба несчастного куноичи.

– К'й'а… – издал нечленораздельный всхлип саннин и разом как-то уменьшился вдвое, отшатываясь от подруги.

– А ну, сюда подошёл, – Цунаде начала вставать.

– Нет-нет-нет, Цунаде, ты всё не так поняла! – не будь дураком, мужик мигом телепортировался к стене. – Эти книги нельзя читать детям, там стоит возрастное ограничение! – ой, дураааак!

– Ты понимаешь, что я тебя сейчас точно убью? – разминая кулак, медленно надвигалась на него девушка.

– Не надо!..

– Старый извращенец! – разнёсся по помещению боевой клич…

Два часа, халат, две рубашки и одни штаны спустя.

– Как думаете, когда они вернутся? – спрятав нос в карты, спросила сидящая в одной маечке и шортиках Карин.

– Утром… – полуголая Кин почесала нос и «побила» десяткой семёрку. Играли мы не в покер. – Может, ночью.

– Надеюсь, Цунаде-сенсей быстро остынет, – сверкая «сеткой-бронежилетом», оказавшейся под халатом, в тон ей пробормотала Шизуне, гипнотизируя собственную колоду.

– Да она и не злилась, – внёс я свою лепту, – разрушений и грохота не было.

– Всё равно, жалко Джирайю-сама, – розовоглазая девочка выложила туз.

– Он-то из нас самый счастливый – халявное свидание получил, наверняка уже где-то заседают. Алкоголики, – «бью» козырной восьмёркой.

– Когда он проламывал стену, то счастливым не выглядел… – Кин задумалась и подкинула мне ещё одну восьмёрку.

– Ролевые игры, – опять бью, на этот раз девяткой. – Он сам это описывал во второй своей книге.

– А ты их и правда читал? – покосилась на меня Шизуне.

– Угу…

– И как? – ученице Пятой, похоже, и правда было очень любопытно.

– Откровенных сцен маловато, но прелюдия – просто нечто.

– Аааа, – многозначительно протянула девушка, чуть-чуть покраснев и опять спрятавшись за свою колоду…

***

Следующие несколько дней пролетели как-то незаметно. Джирайю ожидаемо пощадили, ну и внеплановое свидание у них прошло, по всем признакам, неплохо – синяков на лице мужика не было, дама на утро злость ни на ком не срывала. В общем, отдохнули не хуже других. Даже у нас проведением вечера не интересовались. И правильно! Ничего предосудительного у нас не было! Играли только до нижнего белья (иначе Шизуне было не уговорить, да…).

Цунаде принялась добропорядочно отдавать долги, кое-где бартером – оказывая различные медицинские услуги, типа «подтянуть живот», «нарастить мышц» или «убрать пару морщин». Я даже умудрился отправиться с ней (нужно же посмотреть на работу одного из лучших медиков мира, кто бы что ни говорил, но лично я считаю, что Орочимару её превосходит многократно, в вопросах СЦЧ уж точно), но, поглядев на моё ничего не выражающее лицо и чисто случайно услышав такие же чисто случайные хмыки (во время подтяжки лица очередной богатой престарелой даме), меня настоятельно попросили свалить в туман и не отсвечивать, видимо, всё-таки дуются за «памятник в золоте».

Всё закончилось в один воистину прекрасный день. Как-то к нам забежал взволнованный Джирайя, и…

– Цунаде пропала! – м-да, кажется, она решила «раздать» ВСЕ долги. Хм, при таком состоянии Змеиного, повелительница Слизней раскатает его в тонкий блин, и никакой Кабуто не поможет. А терять такого генетика не хочется, это не говоря о том, что мне нужен «запасной аэропорт» в случае, если с Данзо и Ко мы таки характером не сойдёмся. Конечно, есть ещё Туман и милая Мизукаге, но милота милотой, а политические интересы у такой девушки всё-таки на первом месте. Джинчурики Кьюби – это просто Дар Небес. Точнее, сам Кьюби. А вот его носитель, что уже смылся из одной деревни… Что-то я сомневаюсь, что меня захотят «привязать мягким образом», скорее, будет то же перезапечатывание, вид сбоку. А вот Орыч – вариант куда более интересный, ну, на тот случай, если не срастётся с родной деревней. Пока что она – самый перспективный вариант.

Поиски беглянки мы начали с осмотра её номера, где обнаружили прочно вырубленную тушку Шизуне, для надёжности девушка была ещё и связана причудливым образом. Свинка лежала рядом. Тоже связанная. Кажется, у меня нервно дёрнулся глаз. Освобождённая пленница (и свинка, не забываем о свинке, господа и дамы) поведала массу забавных подробностей, хорошенько расписав визит Змея и его деловое предложение.

– Не может быть, Цу-тян не могла согласиться на это! – интересно, он сейчас кого больше убеждает, нас или себя?

– Где должна была быть встреча? – нет времени на политесы, Орыча надо спасать – после вести об Эдо Тенсей она же его в порошок сотрёт. Буквально.

– Ну, я не зна…

– Где. Будет. Встреча? – добавить чакры Кьюби и Ки.

– Хрююю! Порк!

– На окраине города, у стен Дворца, – выдала ученица Цунаде едва ли не быстрее, чем осознала вопрос.

– Ясно, благодарю, – и… вновь «выключаю» девушку. – Кин, Карин, вы остаётесь здесь, присмотрите за ней, – девушки послушно закивали.

– Эээ, ты чего? – слегка «пробуксовал» Отшельник.

– У нас намечается встреча трёх старых друзей и джинчурики не в духе. Юным девушкам там будет явно не место, – на миг задумавшись, саннин кивнул, признавая резон моих слов.

К месту встречи мы прибыли в весьма любопытный момент – Цунаде уже устроила хороший котлован на месте искомого дворца (интересно, а кто будет платить за разрушения?) и сейчас взглядом опытного энтомолога на редкую бабочку изучала Кабуто. Парень тоже был весьма задумчив и сосредоточен, за его спиной стоял Орыч и привычно лыбился. Вот только на данный момент улыбка больше напоминала перекошенный от боли оскал, да и висящие безжизненными шлангами руки красоты ему не прибавляли, в общем, помяло маньяка от науки неслабо.

– Что-то мне подсказывает, что беседа у них не сложилась, – я ещё раз окинул взглядом изменения в ландшафте, заодно начав окутываться покровом. – Совсем.

– Хе-хе-хе, – полубезумным, чуть кашляющим смехом поприветствовал нас Змей. Или он слегка рехнулся от боли, или под мощной наркотой-обезболивающим, с учётом боя, скорее всего второе, хотя… с его образом жизни… м-да… – Наруто-кун, Джирайя, вы, я смотрю, тоже решили почтить нас своим присутствием, – и облизнулся.

– Слушай, научи, а?! – от моего возгласа вся легендарная троица (и Кабуто) впали в ступор.

– Эээ?

– Джирайя, ты, может, и легендарный извращенец, но тут перед нами явно гуру кунил… – я покосился на внимательно изучающую меня Цунаде, причём взгляд энтомолога никуда не делся. – Что? Вам оно, может, и без надобности, а мне ещё клан возрождать. С таким языком желающих поучаствовать в процессе возрождения Узумаки куноичи будет явно больше, чем без такого языка!

– Хе-хе, – Жаб на секунду выпал из реальности. Орыч вновь ухмыльнулся, но на этот раз так, словно говорил «вот, наконец-то меня кто-то понимает». Кабуто начал поправлять свои очки, а у Цунаде нервно дёрнулся глаз.

– А я уж думал, что развратнее Джирайи людей не существует, – заметил бледнолицый.

– Ученик всегда стремится превзойти учителя.

– Интересный ты человек, Наруто-кун. Пожалуй, я бы действительно взялся тебя подучить.

– Хм, интересное предложение, – Джи и будущая (или уже действующая?) Пятая напряглись, – но в Конохе есть то, чего нет у тебя, Белый Змей! – рекомый Змей, судя по эмоциям, изобразил что-то типа печального вздоха, кажется, он посчитал, что и у меня «Воля Огня головного мозга» (почти как Гриффиндор головного мозга, но только Пафоса больше), так, теперь ответим… – У тебя нет Анко-тян, Хинаты-химе, Кин-тян, Карин-тян, Ино-тян, Сакуры-тян, Ханаби-тян, Югао-тян, ммм… ну и далее по списку, – Джи смотрел на меня в священном трепете, остальные – как на заразного психа. – Что, я же говорил про возрождение клана? Ко всему требуется обстоятельный подход…

– Я сама его убью… или кастрирую, – прошептала под нос последняя Сенджу. После чего помотала головой и вновь сосредоточилась на Змее и его ученике. – Орочимару, за то, что ты хотел сделать с Даном и Наваки… готовься к смерти!

– Тц, всё-таки «плохой» вариант. Кабуто! – парень прыжком оказался подле своего сенсея, быстрый надрез светящейся от чакры рукой, и по рукаву Орочимару стекает кровь… орошая любопытную фуин-печать. С лёгким «пуф» между нами и парочкой звуковиков встаёт десяток здоровенных змей, возглавляемый просто титаном змеиного племени.

– Невероятно, он призвал Манду, вот же %(&*)?@(? – хм, последней фразы я не понял, всё-таки не зря Джи считается гением эпистолярного жанра. Нужно будет потом расспросить, что значит сие действие… или это был маршрут? Тем временем змея, пользуясь тем, что «насяльника не в форме», заломила за призыв, помимо чакры, ещё и жратвы, да, добрые они, змеи эти. Прям душки.

Джи и Цу-тян также не стали мелочиться и призвали Мегаслизня и Здоровенную Жабу, вооружённую ножом-танто соответствующего размера. Итак, в одном углу ринга у нас представители французской кухни – улитки и лягушки, в другом – азиатская закуска в виде змеи. Солидно. Впрочем, Орыч явно не собирался выяснять отношения со своими бывшими сокомандниками и сейчас при помощи Кабуто, что буквально складывал за него печати, творил какую-то заковыристую технику. Невероятно, да с такими повреждениями он не то что использовать руки в «колдовстве» не должен был, он, блин, просто обязан был валяться и орать благим матом, несмотря ни на какие обезболивающие. Вот только давать Змею время на то, чтобы завершить технику или ещё каким образом свалить, наши боевые старички явно не собирались.

В следующие несколько секунд стала очевидна разница между присутствующими как лично, так и в сравнении с обычными шиноби. Прежде всего, мои подозрения, возникшие при первой встрече, подтвердились – Цунаде скоростью не блистала. Фактически, она уступала даже Кабуто, который ни разу не S-класс, компенсируя это только чудовищной мощью ударов. Выдающейся техники рукопашного боя тут тоже не проглядывало, а ведь совмести она свою силушку… да хотя бы с тем же стилем «Железного Кулака» Гая, и вышла бы натуральная машина смерти, которая и хвостатого демона узлом завяжет, не вспотев. Так же… Ну не знаю, за себя говорить не буду, но вот Кабуто бы один на один её убил. Не гарантированно, но где-то 60-65 процентов на успех у него было. Какаши справился бы уже с шансами в районе 70-75 процентов, просто чисто за счёт скорости и шарингана. Хирузен… Хирузен бы раскатал ученицу, не выпуская трубку из зубов, и пофиг, что из самого аж песок от древности сыпался.

Джирайя был опасней. Гораздо. Тут явно проглядывал матёрый штурмовик, причём такой, что привык работать в любых условиях. Цунаде он уступал только силой, что, впрочем, с лёгкостью компенсировал расенганами, на выходе демонстрируя «входящий урон», мало чем уступающий аналогичному у подруги. Фарш из трёх гигантских змеек подтверждает. Этот если бы и проиграл Какаши, то только сам подставившись под «Чидори», Третьего Хокаге сделал бы за счёт молодости и силы, это если судить по тому, что он сейчас показывает, без сендзюцу, ну а у Кабуто победить отшельника вообще шансов не было.

Орочимару, по известным причинам, был плох и не демонстрировал и десятой доли той скорости, что показал в бою с Сарутоби. Но и его я бы не сказал, что могли бы завалить обычные джонины. Какаши, Гай… может, и ещё кто-то из элиты, но с шансами 50 на 50 в лучшем случае. Ту же Югао из АНБУ он бы вскрыл и не заметил. Анко продержалась бы минут…ы три, не больше.

Джирайя уже заканчивал последовательность для Огненного Дракона, а его Жаба ещё и масла в огонь подливала. Буквально. Слизень Цунаде разделился напополам и начал обходить змей с флангов. Сосредоточенный Орыч затравленно оглядывался. А уж когда его взгляд наткнулся на меня, начавшего формировать Бомбу Биджу… Кажется, он стал ещё бледнее. Тут, убедившись, что всё внимание отшельников сосредоточено на маньяке-учёном, я… подмигнул ему и… дико завопил, схватившись за Проклятую Печать, теперь ещё устроим «непроизвольные» выбросы чакры Кьюби… ох, будет больно.

Лояльные Конохе саннины вынужденно отвлеклись, в результате чего очень задумчивый Змей практически беспрепятственно скрылся. Цунаде принялась водить светящимися зелёным руками над моей повалившейся в дорожную пыль тушкой, а Джирайя уже что-то рисовал вокруг моей печати, витиевато при этом матерясь. Что ж, посмотрим, что из всего этого получится. На этой мысли я нырнул во внутренний мир, имитируя обморок. Нужно было доиграть роль до конца, а заодно и проследить за манипуляциями ребят изнутри, так будет проще понять их действия, к тому же резко выкидывать «в воздух» «четыре хвоста» чакры Кьюби для меня было всё ещё слишком, и прибраться стоило.

Три часа спустя.

Сознание возвращалось медленно, словно вообще не было уверено в необходимости сего действия. Чакроканалы слабо дёргало, место проклятой печати ощущалось как-то странно, а общее состояние организма пребывало между «ой, как больно» и «что ж я маленьким не сдох».

Так, открываем глаза и видим… Шизуне, сидящую рядом на стуле и что-то сосредоточенно читающую, впрочем, стоило мне только начать шевелиться, как девушка сразу же отложила книгу и принялась водить надо мной светящимися руками, вызывая лёгкую щекотку от проникающей внутрь чужой чакры, попутно призвав и сразу же отозвав небольшого слизняка.

– Как ты себя чувствуешь, Наруто-сан?

– Как будто меня пожевал Кьюби, потом выплюнул и потоптался сверху…

– Как он? – вошла в комнату старший медик.

– Лёгкое истощение организма. Но чакроканалы в норме. Несмотря на то, сколько силы Девятихвостого по ним прошло, – доложила ученица Пятой.

– Что это было? – добавлять страдания в голос не приходилось – тело болело, включая и голосовые связки, так что вопрос получился хриплым и самую малость надрывным, в общем, то, что нужно.

– Это мы хотели спросить у тебя, Наруто-кун, – теперь к медикам присоединился и Жабыч. – Что ты помнишь последним?

– Как я создаю Бомбу Биджу и планирую приложить ей Орочимару, а тот ухмыляется и складывает какие-то печати… Ну, точнее, ему их складывает Кабуто. Потом боль в татуировке, сложная матерная конструкция от Кьюби про какую-то «левую чакру» и темнота, – саннины переглянулись, словно подтверждая какие-то свои подозрения.

– Хм, видимо, у Орочимару сохранилась какая-то власть над Печатью, что он тебе поставил. Ты же сам видел – на втором этапе экзамена он нечто подобное провернул и с Анко.

– Но я же выжег печать чакрой Кьюби! – добавить возмущения в голос. Жаб немного печально улыбнулся.

– Наруто, хоть ты и Узумаки, и, чего уж там, гений, но фуином ты занимаешься меньше полугода, пусть и с помощью клонов. Орочимару же – тоже гений, что совершенствовал свои знания и умения почти сорок лет. Нет ничего удивительного, что ты мог не заметить какую-нибудь скрытую гадость в его «подарке», Белый Змей – мастер неприятных сюрпризов.

– Но ведь я же обезвредил печать на Анко!

– Не ты ли говорил, что ваши украшения куда сложнее того, что красуется на плече первой ученицы Змея? – пришлось «поникнуть».

– И что теперь?

– Скорее всего, этот трюк был одноразовым, если ты не ошибся в своих ощущениях, то Орочи просто «распечатал» из татуировки в твою СЦЧ своей чакры, что не самым лучшим образом сказывается на общем контроле, а если учесть, что в этот момент ты формировал Бомбу… В общем, я считаю, что нам ещё повезло.

– А почему «одноразовым»?

– Хранилище-накопитель своей чакры он распечатал и выплеснул в тебя, Кьюби вполне способен выжигать подобную отраву, что было им уже проделано не раз. Вряд ли в той печати было несколько подобных хранилищ – слишком сложная конструкция бы получилась, нестабильная. Впрочем, на всякий случай я поставил барьер на татуировку.

– А что с самим Орочимару?

– Ушёл, – скрипнула зубами блондинка. – Эта сволочь ещё и подстраховалась – в соседней деревеньке мы обнаружили почти сотню жителей с печатями пространственного переноса и взрыв-тэгами на коже, очевидно, Змей хотел их использовать в качестве заложников и живого щита, но, поняв, что ты с нами, решил перестраховаться и разыграть более сильную карту.

– Ясно, – я прикрыл глаза. – И что дальше?

– А ничего, – вздохнул отшельник. – Наши дела здесь закончены, подождём, пока тебе станет лучше, и двинемся обратно в Коноху. За Змеем Цунаде пошлёт несколько групп АНБУ, когда станет Каге… или не пошлёт, – немного подумав, добавил Жаб. – Ну ладно, у меня остались ещё кой-какие дела, – пошловато улыбнулся отшельник, – да и тебя кое-кто хотел видеть, так что я пойду, не перетруждайся тут, Наруто-кун, – и, пошло подхихикивая, саннин покинул комнату, куда секунду спустя впорхнули Карин и Кин. Вот же пошляк, разве по мне сейчас не видно, что я ну совсем не в состоянии… Хотя… Взгляд мой сам собой притянулся к девушкам. …Будем посмотреть.

Тем временем. Место неизвестно.

– Фссс, оссссторожнее, Кабуто, – сидящий на кресле мужчина с длинными спутанными чёрными волосами до крови закусил губу.

– Простите, Орочимару-сама, бинты присохли, а размачивать нельзя, – беловолосый парень в очках вновь принялся осторожно сматывать окровавленные обвязки с рук сидящего в кресле шиноби, а чтобы отвлечь того от боли, завязал разговор. – А что это было за дзюцу, из-за которого так скрючило носителя Девятихвостого? Я уж думал, что нам придётся использовать план отступления с «живой стеной».

– Не было никакого дзюцу, – длинноволосый сильно задумался, настолько сильно, что почти перестал обращать внимание на сигналы от рук, докладывающих, что их засунули в кипящую сталь.

– Как это? Вы сложили печати, и его скрутило… Не понимаю.

– Это была попытка вызвать «живую стену», причём попытка неудачная – дзюцу сорвалось. А вот Наруто-кун очень достоверно изобразил потерю контроля и чуть ли не попытку Девятихвостого освободиться… что дало нам время уйти.

– Н-но зачем это ему? – округлил глаза ученик Змея. – Какой в этом смысл?

– Не знаю, Кабуто. Пока что не знаю… но… Узумаки Наруто уже в третий раз умудряется меня сильно удивить. Пожалуй, когда придёт время отправляться за Саске-куном, стоит пригласить и Наруто-куна вместе с ним… Тссс, вколи мне ещё одну дозу!

– Но Орочимару-сама, это опасно для здоровья.

– Этому телу и так недолго осталось, а мне сейчас требуется возможность мыслить здраво, без этой терзающей боли! Выполняй!

– Как прикажете.

Наруто и Ко.

Возвращение прошло штатно – никаких атак Безумных Гениев, никаких шиноби Акацуки, да даже банальных бандитов с большой дороги не встретилось. Шизуне некоторое время дулась на нас с Цунаде за то, что оглушили, но через день уже отошла – Легендарный Медик просто задавила её авторитетом сенсея, одной фразы «так было надо» вполне хватило девушке, да и привыкла она уже к заскокам Сенджу. Что же касается меня… Я поступил очень подло. И в некоторой степени даже низко… Я применил оружие массового поражения женских сердец!

Идея родилась спонтанно, так сказать, ничего не предвещало. Просто во время пути я как-то между делом, перебирая известные мне факты канона, что могли бы пригодиться в ближайшее время, помимо прочего припомнил один курьёз, а именно – технику «Ойроке но дзюцу». Ту самую, где настоящий Наруто перевоплощался в обнажённую блондинку из серии 90/60/90… И тут мой взгляд упал на «боевого хряка», нежно стискиваемого в объятиях Шизуне… Мысль кристаллизовалась.

Нет, в хряка превращаться я не стал, но идею своего реципиента творчески переработал.

Вообще, Хенге – вещь довольно сложная, хоть и преподают её в Академии всему потоку, но подводных камней она в себе таит – будь здоров. Отчасти её можно сравнить с каким-нибудь видом спорта, прежде всего – боевыми искусствами. Именно спортивной их разновидностью, ориентированной на зрелищность, то есть в форму себя привести, мышцу накачать, далее по мелочи – всё это можно, но вот в реальных боевых условиях успешно применить уже вряд ли получится. Так и с Хенге, одно дело – в классе на пару секунд изобразить неподвижную фигуру хорошо знакомого человека и совсем другое – в жизни постоянно держать концентрацию на образе. Печати-то там только помощник, основная тяжесть на контроле чакры лежит. Сам её принцип схож по действию с «теневыми клонами», только вместо отдельной, самодостаточной конструкции, из чакры формируется покров, принимающий нужную пользователю форму. Основных проблем там три: первая – техника требует постоянной концентрации на нужной внешности, и чем слабее эта концентрация, тем менее достоверным будет облик, тем хуже он будет держаться. Вторая – нужную внешность требуется очень хорошо себе представлять, начиная от естественности движений чужой одежды и заканчивая количеством морщинок у глаз, что, мягко говоря, крайне сложно. Третья – чем сильнее принятый облик отличается от родного, тем больше на своё поддержание он требует чакры и контроля. Именно по этим причинам Хенге и не используют повсеместно для шпионажа и прочих милых развлечений – слишком напряжно, как говорит Шикамару, обычный грим с элементами гендзюцу многократно проще и удобней. Курьёз, одним словом. Детям для тренировки годится, но скорее S-ранг прокачаешь, чем сумеешь отработать для эффективного боевого применения. Хотя, конечно, можно потратить кучу времени и разучить какой-то один облик до совершенства, как это, собственно, и было у Наруто с его «Ойроке но дзюцу», но практической пользы от этого будет около нуля, как… это, собственно, и было у Наруто!

Я никаких Америк тоже не открыл. Пусть, благодаря некоторым особенностям моей природы, использовать Хенге мне было проще, чем обычными шиноби, но ничего революционного, просто те три ключевые проблемы для меня были чуть менее проблемами, чем для остальных, не более. Впрочем, в данном случае это не имело никакого значения, так как для возникшей у меня идеи особого контроля чакры и умственных усилий не требовалось.

Итак…

Разве можно долго злиться на обаятельного голубоглазого блондина, что искренне раскаивается и трогательно машет большими пушистыми лисьими ушками, выглядывающими из шевелюры?

Бедняжку Шизуне (а также Цунаде и Джирайю) чуть дедушка Кондратий не прихватил от такого зрелища. А как же? Джинчурики Девятихвостого Демона-Лиса внезапно обзавёлся лисьими ушами! Это же Ахтунг! Шухер! Набат! Паника! Но ничего, ребята оказались крепкими – выдохнули быстро. А дальше всё по сценарию – глазки побитого щеночка, лисьи ушки прижать и смотреть, смотреть…

В общем, означенная ученица Пятой готова была простить меня за всё сразу, ещё и авансом. Лишь бы я прекратил. Покрасневшие и нездорово посверкивающие в мою сторону глазками Кин с Карин её горячо, хоть и молчаливо, поддержали.

***

В самой деревне всё так же было без изменений. Цу-тян отправилась в администрацию, оценивать фронт грядущих работ и согласовывать своё публичное выступление с «присягой» селению от Каге и присягой селения Каге, Джирайю на одном из поворотов лихо выдернула парочка старых маразматиков, подозрительно похожих на старейшин Конохи. Шизуне ушла помогать наставнице с организационными вопросами, а все оставшиеся действующие лица поспешили в квартал Учих – приводить себя в порядок после дороги. Да и, честно говоря, лучше было нам отсидеться за стенами относительно защищённых домов – напряжение в воздухе ощущалось едва ли не физически. Пик кризиса наступил – у противодействующих сторон осталась последняя возможность одним махом поменять расклад в свою пользу, после назначения Пятой излишне резкие телодвижения могут объявить предательством деревни, повесить метку нукенина, и… В общем, может случиться небольшая такая гражданская война, чего не хотят допускать все заинтересованные стороны, а значит, или вернутся к подковёрной борьбе, или в ближайшее время будет нанесён решительный удар. В общем, лучше это время провести в относительно безопасном убежище. Но сначала…

Я создал несколько клонов, дабы те помогли дотащить вещи да узнали последние новости, а сам рванул к полигону команды номер восемь, где сейчас могла заниматься одна среброокая принцесса…

Увы, как выяснилось немного позже, полигон был пуст. По всей видимости, с командой Хинаты я разминулся буквально совсем чуть-чуть, о чём свидетельствовали совсем свежие следы от попаданий в землю и деревья кунаев, примятая тут и там трава и следы когтей, не иначе как Кибы с Акамару. Пришлось разворачиваться и топать до квартала Хьюг.

Во владениях клана сенсоров меня встретили не то чтобы с распростёртыми объятиями, но и выпроводить не пытались – настороженность и опаску, исходящие от большей части Хьюг, я мог прекрасно ощутить и без способностей Лиса. Впрочем, долго скучать мне не пришлось – Хината действительно была здесь, более того, с упорством тренировалась, так что мой визит не остался незамеченным для её бьякугана. Привратникам даже посылать никого за ней не пришлось, девушка сама выскочила ко мне из лабиринта зданий и только после этого стушевалась.

Внутри сразу разлилось тепло, сопровождаемое жгучим желанием обнять, прижать к себе и никогда не отпускать. В глаза сразу бросилось, что за прошедшие две с половиной недели волосы у неё чуть выросли, особенно это было заметно на затылке. Раньше она всегда очень тщательно следила за их длиной, сохраняя причёску в совершенно неизменном виде, оттого нынешнее изменение стало особенно заметным. Одета девочка была в свой привычный костюм, только без серой курточки, что прямо указывало на только что имевшую место тренировку. В повседневной жизни она её никогда не снимала – слишком стеснялась. В ту же копилку шло и учащённое дыхание вместе с почти незаметными капельками пота на лбу, видать, совсем себя загоняла.

– Привет, Хината-тян, – подхожу ближе, совершенно не считая нужным скрывать царивших в душе чувств.

– Здравствуй, Н-Наруто-кун, – опять заикается и покраснела! Ждала… С нетерпением ждала.

– Ты сейчас сильно занята?

–Я?.. Н-нет… – ну вот, ещё сильнее покраснела. Великий Мрак, как же тяжело держать себя в руках!

– Тогда можно я тебя немного украду?

– Лучше не надо, – раздался рядом голос незаметно подошедшей Ханаби, и строго: – Сестрёнка, возьми себя в руки.

– А? Да. Хорошо, Ханаби-тян, – Хината совсем уже раскраснелась, как маков цвет, но дисциплинированно последовала указаниям, спрятав глаза и чуть заметно быстро задышав.

Глядя на это, младшая принцесса Хьюг тяжело, но с нотками смирения вздохнула и перевела почти извиняющийся взгляд на меня.

– Здравствуйте, Узумаки-сама, простите, что вмешалась, но у нас скоро семейный ужин… – окончание «а Хината при виде вас обо всём забыла» повисло в воздухе.

– Ничего, я понимаю, – улыбаюсь девочке. Кстати, сама она была одета точно так же, как и Хината – чёрные брюки, рубашка с сеточкой на груди, даже обувь один в один, только всё это размером поменьше. И тоже видно – всё слегка помято, хоть и такой усталости, как у сестры, не заметно.

– Можете посидеть в додзё, папа не будет против, – предложила младшая принцесса и, покосившись на старшую, всё с теми же нотками «вынужденного смирения с судьбой» добавила: – Мы всё равно уже закончили.

– Спасибо, с удовольствием.

– Ну тогда я пойду, – оглядев нас ещё раз, сказала Ханаби и, не увидев возражений, отошла в сторону.

– Хината… – тихо зову не знающую, куда себя деть, красавицу. – Пойдём?

В ответ сереброглазка только чуть-чуть кивнула, так и не подняв на меня взгляд. На секунду активирую эмпатию, желая ощутить её эмоции… Каааайф. Даже словами не описать – пока оттенки передашь, всё наслаждение потеряется за стеной совершенно глупых в данный момент терминов. Как сам не растёкся – не знаю, но первой всё-таки тронулась с места Хината, показывая дорогу. И ведь зуб даю – сейчас за нами следит чуть ли не весь квартал… А мне плевать. Совершенно!

***

К сожалению, долго пообщаться с моей принцессой (никому не отдам, пошли все нафиг) не вышло – опять появилась Ханаби и, извинившись, утащила сестру на семейный банкет. Хотя «долго» – понятие растяжимое, судя по солнцу, проболтали мы не меньше полутора часов и ведь не заметили даже. Поначалу-то Хината продолжала стесняться, но постепенно расслабилась, чему очень помог мой рассказ о путешествии – сперва заслушалась, потом забыла про свои страхи и не заметила, как сама начала пересказывать, что я пропустил в деревне. И лисьи ушки я ей тоже показал, ох, как же робко она спросила, можно ли их потрогать… И потом это застенчивое: «Мягкие…» Тьма… да я только за то, чтобы это повторить, любой подвиг совершу!

Но всему приходит конец. Замотав себя, аки куколку, в стальные жгуты воли, пришлось откланяться. Разве что договорившись встретиться в ближайшее время. И вот когда я уже шёл по улице, мучительно пытаясь сообразить, на что можно выплеснуть накопившееся напряжение, пришла память от «грузового» клона.

Из воспоминаний «тягловой лошадки».

Квартал Учих встретил нас уже привычным запустением, дома была обнаружена лишь Анко, сонно потягивающая на кухне очередную банку консервированного чая. Вид у девушки был – «не пошевелюсь, даже если небеса рухнут на землю». Почему она при этом сидела на кухне, а не дрыхла в кровати, оставалось неясно, хотя как раз мешков под глазами от недосыпа не наблюдалось.

Впрочем, первое впечатление оказалось ошибочным, и при нашем появлении девушка отреагировала очень бурно: глаза расширены, банка чуть не валится из руки на пол, даже подскочить попыталась, но прижатые к стулу полы пальто заупрямились и сорвали первый порыв.

– Привет, – поднимаю руку.

– О, ками… – джонин с тяжким вздохом растеклась там же, где и сидела. – Вернулись… Скажи мне, что удачно!

– Более чем, – успокаиваю девушку. – Цунаде Сенджу как раз сейчас должна уже быть в резиденции Хокаге. А у вас тут как?

– Как после войны. Разруха и бедлам. Я только сегодня выспалась, наконец, а до этого… – Анко махнула рукой. – Твой приятель немногим лучше. Не знаю, что он такого подсыпал Какаши, но даже не вздумай давать это мне!

– А что такое?

– Что такое, спрашиваешь?.. – куноичи задумчиво и немного угрожающе прищурилась, глядя куда-то в угол. – Ты Майто Гая помнишь?

– Конечно.

– Убери зелёный костюм, брови, перекрась волосы – и получится нынешний Какаши!

– О…

– Даже не заикайся, что меня понимаешь! – предупреждающе повысила голос девушка, обвинительно тыкая в мою сторону банкой. – Я чуть не сдохла, когда это первый раз увидела!

– Ясно… – ага, понятно, Саске задействовал технику «страничка проды по ещё неизданному роману Джирайи-сама в обмен на день ДЕЙСТВИТЕЛЬНО качественных тренировок»-но-дзюцу. Действует безотказно. – А что ещё случилось?

– Ещё… – Анко стала серьёзней и опять на несколько секунд задумчиво посверлила взглядом угол. – В Коноху возвращался Учиха Итачи.

– Брат Саске? – специально уточнил я, так как официально знать о нём если и должен был, то очень немного.

– Да. Он пришёл вместе с ещё одним парнем – Хошигаке Кисаме, нукенином селения Скрытого Тумана и одним из Великих Мечников. Не знаю, как они прошли охранный периметр, хотя Итачи был капитаном АНБУ, так что догадаться несложно, но уже тут они натолкнулись на Куренай с Асумой. Обоих бы прикончили, если бы вовремя не появились Гай и Какаши, – специальный джонин опять замолчала, о чём-то думая.

– Чем всё закончилось?

– Отделались лёгким испугом, – дёрнула плечами девушка. – Нукенины предпочли отступить, погоня ничего не дала. Твой дружок как узнал – весь день ходил злой и угрюмый, – Анко неожиданно усмехнулась. – Сакура прям извелась вся, наблюдая. Такие чувства, такие чувства… Ну а у тебя как?

– Насыщенно, – я скосил глаза. Кин и Карин уже умчались оккупировать ванные комнаты, что ж, минут сорок на рассказать у меня есть. И это при условии, что дамы «поторопятся», а не примутся отмокать часик-другой. Впрочем, мне-то пофиг, это пусть оригинал выкручивается, может, к Пучеглазу завалится да и информацию по визиту старшего Учихи пусть обмозговывает сам, я клон, моё дело маленькое, но то, что Саске не попал под Цукиёми – это гут. Кстати, «лёгкий испуг», это получается, и Какаши не досталось? Хорошо бы. И всё-таки странно, в Конохе Акацуки были, тут канон не изменился. Но почему они тогда не стали преследовать меня? Какие из изменений нарушили причинно-следственную цепочку? Впрочем, это потом, вон, Анко меня уже начинает буравить взглядом Морино Ибики – одного короткого слова ей было явно мало. – Ладно, слушай. Началось всё с поиска этой самой Цунаде…

Некоторое время спустя.

– М-да, – девушка потёрла переносицу, судя по эмоциям, находясь в очень смешанных чувствах от новостей об очередном появлении её бывшего учителя, – и какое твоё впечатление о нашей будущей Пятой?

– Сложно сказать, – пожимаю плечами. – Как боец она сильно уступает Джирайе, медик она превосходный, это бесспорно, но вот прошлые четверо Каге были в первую очередь именно бойцами. Организационные способности оценить не получилось – возможности не было, в общем, могло быть и лучше, но и так неплохо, будем посмотреть.

– Ты прям аналитик, – хмыкнула Анко, – хоть сейчас в отчёт переноси.

– Но-но! Я и так ей высказал всякого, пока убедил прийти! Ещё не хватало, чтобы она меня после твоего отчёта на вечные миссии D-ранга запихала!

– Вот оно каааак, – обрадовалась Митараши. – Ну я даже не знаааю… Я же специальный джонин в непосредственном подчинении Хокаге, я обязана докладывать такие вещи.

– Ну вот, не успел отлучиться на минуточку, а тут уже измена цветёт и пахнет, как жить дальше?!

– Примерно и законопослушно! – назидательно вздёрнула палец эта чертовка. – Тётя Анко всё объяснит! Начнём со списка необходимых покупок!

– Это шантаж и тирания!

– Малявка, что ты в жизни понимаешь?! – куноичи уже откровенно цвела. – Это называется цивилизованный поиск компромиссов!

И снова «оригинальный» Наруто.

Эмм, н-да. Анко – это что-то, даже напряжение после встречи с Хинатой отпустило. Да и новости любопытные, очень любопытные… Митараши теперь развлекал ещё один клон, созданный этим перед развоплощением, мне же ещё предстояло добраться до квартала Учих и переварить новые факты.

Путь прошёл как-то совсем незаметно, а вот у ворот с символом веера мне встретился сам Саске. На «приполз» его состояние не походило совершенно, хотя да, общая усталость и, как подозреваю, пограничное с истощением состояние наличествовали. Вяло перебросившись дежурными приветствиями и текущей информацией (я был прав, но хитрый Пучеглаз оказался ещё хитрее. Проды он обрывал на самом интересном месте, а если считал, что сенсей халтурит, то заветный листочек в жадные лапы Копипаста так и не переходил. После первого же «облома» Какаши готов был землю грызть и сгонять с ученика десять шкур. Вот вам и второй Майто Гай), мы отправились перекусывать.

Как выяснилось, весть о «призвании варягов», пардон, Сенджу, распространилась по деревне со скоростью лесного пожара. Все джонины, пребывающие в деревне, быстренько позавершали свои дела и ломанулись на Совет, на котором элите деревни и будет представлен их новый руководитель. Но представление будет только утром, так что сейчас народ просто обсуждал новости.

Мы тоже обсудили. Тему Итачи Саске поднял только в ключе «знаю ли я», после чего сразу перешёл на тренировки. Главным его достижением за эти дни стало освоение техники поглощения чакры, которую он подглядел ещё на отборочных боях второго этапа. Причём он её не только освоил, но и перенёс должную инструкцию на свиток, который и вручил мне. Я, со своей стороны, отдарился «Контролем волосяного покрова». Дальше разговор постепенно перешёл на мою эпопею с поиском Цунаде и встречу с Орочимару, а следом добрались и до Сакуры, что последнюю неделю подвизалась сопровождать юного Учиху на тренировках и заодно практиковать медицинские техники в реальных условиях. Полноценные раны она ещё лечить не могла, но вот ушибы, ссадины и царапины наловчилась убирать просто на глазах. В общем, поговорили…

***

Утренняя инаугурация прошла как-то серо, не выспавшиеся джонины выдали Ц.У. чунинам, а те согнали генинов на стадион и построили в шеренги согласно какой-то хитрой логике, ведомой только тем самым чунинам. Цу-тян, в шляпе и балахоне, с ложи Каге произнесла краткую, сухую речь, сводящуюся к тому, что «теперь я тут главная, деревню буду защищать до последнего вздоха, но, если вы, долбодятлы, накосячите, голову оторву сразу, потом приживлю обратно и придумаю что-нибудь ещё». В процессе и шляпа, и балахон улетели на пол, но за красотой и смачностью образов этого никто не заметил.

А уже спустя полтора часа нас вызвали на «ковёр». Нас – это меня и Саске, а как позже выяснилось, ещё и Хинату. В не особо торжественной обстановке нам вручили чунинские жилеты, за «блестящую сдачу экзамена» и «грамотные действия во время обороны деревни». Причём, судя по ухмылке Пятой, делала она это назло, а зная политический расклад, можно было даже догадаться, назло кому.

Вместе с жилетами чунинов нас «порадовали» и кадровыми перестановками, предварительно отпустив радостную, но переволновавшуюся от случившегося Хинату, не дав нам с ней даже словом перемолвиться.

– В связи с недавними событиями, нам требуется оптимизировать составы команд и высвободить дополнительных бойцов. В связи с этим, Наруто Узумаки назначается капитаном Спецкоманды 1. Состав: Карин Узумаки, Кин Узумаки, Наруто Узумаки, – меня буквально буравили тяжёлым взглядом, ладно, пока лучше со всем соглашаться и не отсвечивать.

– Есть.

– Саске Учиха становится лидером команды 7. Состав: Учиха Саске, Харуно Сакура. Вместо переведённого Наруто Узумаки вам буден придан в усиление новый боец, – Цунаде скривилась, – позывной – Сай.

– Понял, – не моргнув глазом ответствовал Учиха.

– Новый член команды будет ждать вас на выходе. На притирку даю ровно сутки, – Саске нервно дёрнул бровью – этого времени на срабатывание было не просто мало, его, считай, вообще не было. – После этого выдвигаетесь на миссию, – Хокаге передала Саске свиток. – В качестве усиления команда Наруто пойдёт вместе с вами, – потом, вздохнув, Цунаде оставила официальный тон. – И будьте осторожны, я бы послала с вами джонина или вообще оставила в деревне, но Коноха просто не может себе позволить отказываться от миссий, и «лишних» джонинов сейчас просто нет. Вы же – сильнейшие шиноби своего поколения, так что надеюсь на вас, но… если что, не рискуйте – провал задания неприятен, но не фатален, ваше выживание – приоритетная цель. Всё ясно? – мы с Саске переглянулись и молча кивнули. – Хорошо, тогда свободны.

– И что ты по этому поводу думаешь? – мы остановились в прихожей, никаких «Саев» пока что в зоне видимости не попадалось, да и лишних ушей тоже замечено не было, одним словом, приёмная Хокаге была сейчас чуть ли не идеальным местом, чтобы устроить небольшое совещание.

– Не знаю, Саске. Как-то это всё слишком поспешно, словно нас отсылают зачем-то с глаз подальше, хотя, вполне возможно, что нами просто затыкают брешь – после недавних событий Конохе действительно было не до заказов, и сейчас реально авралы по всем фронтам.

– Хн… – Учиха скептически оглядел мою фигуру и как бы невзначай щёлкнул пальцем по жилету.

– Ну да, могли и на отработку званий послать, но вряд ли. Давай сначала найдём этого «Сая» и посмотрим, что за задание нам выпало, – включение в наш состав наблюдателя от Корня мне не нравилось от слова «совсем», судя по лицу Сенджу, ей оно не нравилось тоже, но, похоже, у неё просто не было выбора. Впрочем, в крайнем случае, он всегда сможет «героически погибнуть». Странно только, что его включили в группу Саске, а не ко мне, хотя если мы и дальше будем действовать двумя тройками (суммарно заменяя собой двух джонинов), то разница, в какой из составов входит шпион, сводится к нулю. Хм… Ладно, для начала, стоит посмотреть, с чем нам вообще придётся столкнуться, а там уже решим.

***

Рекомый Сай ждал нас у выхода из башни Хокаге. Что можно сказать о нём? Бледный, глаза чёрные, волосы тоже, стрижен коротко, одежда целиком стандартная, от ботинок со срезанным носком до форменного джемпера, единственное отличие хотя бы от того, что носит Какаши под жилетом – всё сплошь чёрного цвета. И главное – уровень эмоциональности не превышает таковой у пенька.

Даже не знаю, что сказать. С одной стороны, я понимаю, что в контрразведке неженкам не место, дела там бывают только двух видов: грязно-мутные и мутно-грязные, всяческие «юноши со взором горящим» там или отсеиваются, или становятся матёрыми циниками. Холодный расчёт в подобных конторах ценится очень высоко, но тут… Это же почти что нежить! Да чего там, некоторые немёртвые будут куда живее, чем это существо, уж поверьте моему опыту!

И это пацан тринадцати лет от роду, если по местным меркам, или четырнадцати с половиной, коли переводить в привычные мне. И как канонный Наруто смог его «воскресить»? И… смог ли? Или данный… индивид просто симулировал нужные эмоции и реакции, изучив психопрофиль сосуда для демона, подстраиваясь под обстановку и втираясь в доверие? Сложный вопрос, да и что делать с этим типом – неясно. Нет, устроить «несчастный случай» или «героическую кончину во имя Воли Огня» всегда можно, но такое решение породит новые, куда более серьёзные проблемы. В лучшем случае – более сильного и опытного наблюдателя, в худшем – всё, что угодно, включая вариант с физическим устранением и перезапечатыванием демона. М-да, проблема. Хорошо хоть, что непосредственно с ней на постоянной основе контактировать придётся Саске, а не мне.

– Хн, – Учиха сверлил бесстрастным взглядом перегородившего нашу дорогу шиноби. – Хм? – как всегда красноречив.

– Добрый день, меня зовут Сай, и я новый член команды номер семь, пожалуйста, позаботьтесь обо мне, семпай, – сверкая фальшивой улыбкой и полной пустотой в эмоциях, поклонился бледнолицый.

– Приятно познакомиться, – с интонацией «в гробу я тебя видел» отозвался носитель шарингана, продолжая изучать нашего нового «друга». Впрочем, данная интонация была понятна исключительно тем, кто его хорошо знал, для посторонних голос Саске никак не отличался от обычного состояния. – Я новый лидер команды номер семь. Поскольку времени у нас немного, предлагаю опустить формальности – уже завтра в это же время мы должны будем выдвигаться на миссию. За отведённые нам для ознакомления несколько часов предлагаю пройти общую тренировку.

– Я за, – опять фальшиво улыбнулся Сай. – Всегда хотел посмотреть на способности легендарных Учих.

– Тогда жду через час на полигоне 7-ой команды, – сохраняя нейтральное выражение лица, заключил новоиспечённый капитан и одним взглядом дал понять, что разговор закончен.

– Я буду вовремя, – заверил парень, но уходить никуда не стал, продолжая лыбиться. В эмоциях моего друга полыхнуло раздражением, но на лице он это никак не показал, просто отвернулся от агента Корня и пошёл по своим делам. Вернее, к ожидавшей нас группе поддержки. Я от него, естественно, не отставал.

Первой нам навстречу выскочила Сакура:

– Наруто, Саске-кун! Вы получили ранг чунинов?! – зелёные глаза девочки восторженно сверкали, а сама она разве что не подпрыгивала от радости и нетерпения, глядя на надетые на нас зелёные жилеты.

– Пф, – лаконично высказал своё мнение Учиха, всем видом показывая, как для него всё это мелко и незначительно, хотя внутри парня восторг Сакуры явно согрел.

– Поздравляю, Наруто, Саске, – привычно улыбнулся глазом подошедший следом Хатаке, сопровождая это сложной смесью из облегчения, гордости, грусти и предчувствия больших неприятностей, с которыми внутренне уже смирился. Н-да, его послушаешь, так мы прям этакие пакостные занозы в заднице у одного честного, доброго и ни в чём не повинного человека, которого, вот неожиданность, он видит каждый день в зеркале.

– Поздравляем, – за двоих, смущённо улыбаясь, произнесла Карин. Кин рядом с ней коротко кивнула, настороженно покосившись на Сая, что хвостиком следовал за нами.

– Спасибо, – благодарно киваю, а сам отыскиваю взглядом Хинату.

Девочка, как и следовало ожидать, далеко не ушла и сейчас, жутко краснея и уперев взгляд в землю, выслушивала какой-то горячий монолог Кибы, который так увлёкся, излагая сокомандникам некие мысли, что заметил нас только после настойчивого тяфка Акамару. Шино, вероятно, сделал это много раньше, но в свойственной себе манере оказался выдержан и перебивать друга не стал. А вот Хината всё прозевала, оказавшись последней, кто повернулся в нашу сторону, отчего ещё больше засмущалась. Жилет она, кстати, до сих пор так и не надела, лишь неуверенно комкая его в руках. Стоящая рядом Куренай взирала на своих подопечных с тёплой всепонимающей улыбкой.

– Везунчики! – то ли укоризненно, то ли восхищённо, подойдя, поприветствовал нас собаковод, довольно скалясь. – Только не зазнавайтесь! Ещё один экзамен, и у меня тоже будет такой!

– Хвалиться не следует нам, не сделано дело пока, – осадил друга юный Абураме. – За друзей нам порадоваться должно. Мои примите поздравления, достойно вы награду получили.

– Ну ладно, совсем уж засмущали, – улыбаюсь, одновременно запуская руку в волосы на затылке оригинальным нарутовским жестом. – Хината, тебя тоже поздравляю.

– С-спасибо, Наруто-кун, – девочка робко улыбнулась.

– Да, – неожиданно вступил в диалог Саске, – из нас троих ты этого больше всех заслуживаешь.

– А? – Сакура удивлённо моргнула, да и Какаши глаз округлил. – Почему ты так считаешь, Саске-кун?

– Уровень силы, – пояснил Учиха, не глазами и даже не позой, а почти голыми эмоциями очень недобро «покосившись» на замершего в паре метров за спиной агента Корня АНБУ. Ещё не Ки и простой человек не заметит, но уже близко, да и я более чем чувствую. – Мы с Наруто уже достигли уровня джонинов, для нас экзамен был только проверкой навыков, а Хината честно его прошла.

Блин, скромняга… Хотя, он немного лукавил – для нас экзамен тоже не был чистой формальностью, и оба мы на нём нашли чем обогатиться. Другое дело, что спорить об этом сейчас было излишне, не в том была цель его слов, чтобы сообщить истину. Готов поставить в заклад бандану со всем содержимым подсумков – Саске сейчас тонко намекал Саю на «толстые обстоятельства». И ведь он ничего не знает о Корне, но подвох в новом члене команды чувствует… Молодец, видна порода.

– Ха! Думаешь, если победил меня разок, то уже джонин?! – Киба был в своём репертуаре. – Посмотрим, что ты запоёшь через месяц, когда мы с Акамару изучим новую технику! – щенок тут же поддержал хозяина веским тяфком.

– Киба! – округляю глаза, словно в озарении, и медленно расплываюсь в предвкушающе-радостном оскале. – Я тут внезапно вспомнил один момент, произошедший перед самым третьим этапом турнира! И знаааешь, – под моим взглядом собаковод явно тоже вспомнил, о чём речь, и сбледнул с лица, – я с удовольствием посмотрю на твою технику. Ты же не откажешь другу в дружеском спарринге?

– Эээ… Я это… – наследник клана Инузука непроизвольно отступил, заставив лица почти всех присутствующих изумлённо вытянуться.

– Мы же друзья, Киба, – продолжаю дожимать парня, сам шагая вперёд, самую малость добавляя чакры Лиса в челюсть, чтобы клыки чуть вытянулись. – Разве можно отказывать другу?

– Наруто-кун, – разрушил момент укоризненный голосок Хинаты, – ты же обещал… – из меня буквально выпустили воздух, даже плечи опустились. Ну вот как тут работать? Только настроился изобразить злобного маньяка, и… В общем, всё – срезали на взлёте.

– Предлагаю отпраздновать, – подняла руку Сакура, очевидно, решив разрядить обстановку. – Все вместе на барбекю, как вы относитесь?

– Не получится, – на этот раз «на взлёте» резал Саске. – У нас новый член команды, – Учиха небрежно повёл плечом в сторону Сая, – и миссия. Время на срабатывание – сутки, завтра в это время мы уже должны быть в пути.

– Но как же…

– Отпразднуем после возвращения, – всё же смилостивился брюнет, сопроводив это тихим вздохом, – а сейчас идём на полигон. Мы и сами давно не занимались командными тренировками, а времени мало.

– А что за миссия, Какаши-сенсей? – Харуно повернулась к беловолосому.

– Не знаю, – сощурился Какаши, причём так, что создавалось полное ощущение жеста «развёл руками». – У меня будет своё задание, а новым командиром седьмой команды назначен Саске.

– А?.. – лица присутствующих вновь вытянулись, и народ поочерёдно перевёл взгляды с Копипаста на Учиху.

Саске невозмутимо подождал пару секунд и, не заметив изменения в лицах, медленно, но очччень выразительно поднял бровь. На этом негласные прения и прекратились.

– Сакура, Кин, Карин, у вас есть сорок минут, чтобы взять дома всё необходимое, тренировка будет на полигоне седьмой команды, не опаздывайте, – начал отдавать распоряжения я. – Нам тоже надо кое-что прихватить, так что… – поворачиваюсь к восьмой команде. – Был рад повидаться, но… – развожу руками. – Удачи вам, может, ещё увидимся до выхода.

– Удачи, Наруто-кун, – Хината сильнее прижала к груди жилет. Шино молча кивнул…

Несколько позже. Кабинет Главы Клана Учиха.

– И что ты по этому поводу думаешь? – стоило нам зайти, Саске сложил несколько печатей, и комнату накрыл сложный барьер, искажающий звуки, защищающий от подглядывания с использованием техник и просто укрепляющий комнату неким «покровом». По идее, этот барьер глушит даже микроколебания стен и пола, вызванные перемещением и разговорами находящихся в комнате людей.

– Мутный тип, – не став переспрашивать, что именно ему интересно, сообщил я. Двигался Сай неплохо, даже ненавязчиво, но не отставал до самых ворот квартала, что не могло не раздражать. Это девочкам хорошо, они о нём почти сразу и забыли, когда прозвучала критическая цифра в сорок минут на сборы, и то за Кин не поручусь, а вот мы отслеживать соглядатая не забывали. – Ты заметил, что у него эмоций нет чуть меньше, чем полностью?

– Пф…

– Нет, Саске. Тут другое дело, – присаживаюсь на диванчик у стены, сам Учиха разместился спиной к столу и сложил руки на груди. – Не похоже, что он их просто скрывает, за весь наш разговор его улыбка ни разу не дрогнула, а ты сам видел, как я кривлялся. Хоть тень удивления у него должна была скользнуть, а тут ничего. Даже неудобства из-за того, что его показательно игнорируют, нет. Ты веришь, что нормальный парень в нашем возрасте может так реагировать?

– Хмм… Есть предположения?

– Ну, учитывая, что в Академии я его никогда не видел, а пихают его, как выразилась наша дорогая Хокаге, к «сильнейшим шиноби своего поколения», то подготовка у парня должна быть на уровне. А где у нас могут подготовить ниндзя в обход Академии, а потом ещё пропихивать в команду через самого Хокаге?

– Кланы отпадают, – как нечто само собой разумеющееся констатировал брюнет. – И у него очень бледная кожа…

– Угу… А ещё добавь, что Пятая была явно не в восторге, назначая его к нам довеском.

– Даже так? Хотя ты провёл рядом с ней неделю… – Учиха о чём-то задумался. – Значит, уступка противоборствующему лагерю… Выходит, ты уверен в Сенджу?

– Альтернативы всё равно нет. Джирайя соскочил, но тем не менее поддерживает Цунаде, а те, кто с ними конкурирует… Что-то я не припомню большой помощи от неких тайных сил во время нападения Орочимару. Да и вообще не припомню от них помощи.

– Ладно, – заключил брюнет. – Будем присматривать за ним в оба глаза. Что-то ещё или пойдём?

– Задание, – Саске на миг задумался и кивнул, доставая свиток, полученный от Хокаге.

Ещё немного времени спустя.

Итак, что мы имеем? Заказ от некоего «клана Васаби» (семья ХрЕновых, если полностью адаптировать) – сопровождение и защита, оценена как миссия ранга «В». Подробности – смотри у заказчика. Ну и, само собой, координаты и имя сего заказчика. Итак, страна Чая, город-порт Дегораши. Хм, некисло нас отправляют – ровнёхонько через половину континента, даже для шиноби туда пилить недели полторы-две, если бежать по 16 часов в день с небольшими остановками. М-да, «напряжно», как говаривает один лентяй, хотя, можно устроить этому Саю небольшой забег на выносливость – первые дня четыре мы будем двигаться по относительно безопасной Стране Огня, а потому из наших подопечных можно будет выжать максимум, не заботясь о сохранении сил для возможного боя. Впрочем, совсем досуха выжимать их тоже не следует.

– А знаешь, я был не прав, – сообщил я Учихе после того, как осмотрел свиток со всех сторон, но так и не обнаружил никакой дополнительной информации. – Очень похоже на то, что нас элементарно пытаются загрузить работой, чтобы лишние мысли в голову не лезли. Если у Какаши сейчас наметились какие-то очень важные и срочные дела, а для других его бы с нас не сняли, то всё сходится. Кому нужны два праздно шатающихся по деревне источника беспокойства?

– Хнн… – Саске погладил подбородок, задумчиво сверля взглядом свиток. – Не знаю, не нравится мне всё это. В прошлый раз, когда мы получили задание на сопровождение и защиту в соседней стране, я пробудил шаринган, а ты устроил бойню. А ведь информации тогда у нас было куда больше.

– В смысле? – интересно, до чего он дойдёт в своих размышлениях.

– Мы хотя бы знали, кого защищаем, а сейчас… Две команды, в которые входят двое самых боеспособных шиноби нашего поколения, отправляют на задание, справиться с которым вроде бы способна и рядовая тройка обычных генинов. Чистый С-ранг, «В» могли присвоить только из-за расстояния и длительности миссии. Но отправляют две команды и нас…

– Здоровая паранойя – залог здоровья параноика? – Учиха поднял на меня взгляд.

– Золотые слова, стоит запомнить. В любом случае, весь мой небогатый опыт и интуиция подсказывают, что тут что-то не так. Да и этот новый напарничек в придачу…

– И что ты предлагаешь?

– Первое, взять с собой больше припасов и медикаментов, запечатаешь? – я кивнул. – Второе, спиной к Саю не поворачиваться и не оставлять с ним наедине наших девушек, – ещё один кивок. – И третье… – Саске тяжело вздохнул. – Видят Ками, мне эта идея не нравится, но захвати побольше взрывных печатей. Чисто на всякий случай, – кажется, он до сих пор не может забыть ту мою выходку, а ведь когда это было-то?! Вот уж никогда бы не подумал.

– Правильный подход! Искусство – это взрыв! – брюнет убито покачал головой. Хех, я был прав.

– Только без фанатизма. Кратер от Бомбы Биджу на месте Дегораши нам не нужен, – и, немного подумав, поправился: – Пока что, – нет, точно наш человек!

Набросав план и обсудив детали, мы отправились на полигон, куда должны были подтянуться прекрасные куноичи и некая мутная личность – отведённый на подготовку час почти истёк.

Итак, командная сыгранность и способности наших шиноби. Почти десять часов мы с Саске гоняли подопечных, выясняя, «кто что может сам и с помощью друга».

Лидировала Кин – во-первых, среди генинов у неё были вторые по объёму запасы чакры после Карин, во-вторых, боевой опыт подчинённой Орочимару был больше, чем у всех остальных (может быть, за исключением Сая) вместе взятых, ну и в-третьих – очень «подлая» специализация в звуковых гендзюцу: пара колокольчиков на поясе, и противник уже не может ни нормально попасть в неё кунаем, ни ударить в ближнем бою. Хотя сами навыки в тай были довольно средними, но потенциал есть.

Сакура оставалась самым слабым звеном – даже Карин с «никаким» тайдзюцу и отсутствием техник за пределами академического курса могла вбить зеленоглазую куноичи в землю просто за счёт разницы в чакре и выносливости. Впрочем, наличие в арсенале медицинских дзюцу данный недостаток девочки вроде как нивелировало – задача санитара латать дырки в организме бойцов, а не грудью на вражеские окопы впереди строя бросаться.

Сай же был… хм, среднестатистичен, пожалуй, лучше не скажешь. Тай поставлено хорошо, кое-что Саске даже втихую скопировал, но слишком… ммм… шаблонно как-то, всё чётко по схеме и никаких отклонений от плана. Большой минус. Тактика также хороша, но опять же, стоит отойти от шаблонов, и всё – парень теряется и не знает, что делать. Нет, кое-что он, конечно, придумывает, но выглядит это всё неуверенно и даже несколько нелепо, а главное – заторможенно. В общем, вот оно, идеальное исполнение философии некоего прусского короля (многажды огребавшего от всех подряд, но это уже детали), Фридриха Великого: «Солдат есть автомат, к ружью приставленный». Тут лучше и не скажешь.

Что же касается его техник, различных «чернильных» дзюцу… Как определил Саске, наблюдая за их исполнением шаринганом, на самом деле это была смесь классической «водной» школы создания клонов и фуиндзюцу. Де-факто, Сай владел всего одной техникой и просто изменял и модифицировал её в зависимости от обстоятельств. С учётом такой вариативности, изящества и универсальности, сдаётся мне, что автором сего выступал Орыч или кто-то схожего уровня, чувствуется стиль.

Между тем, подводя итог, получалось, что товарищи, перетасовавшие нашу команду, знали, что делали. Раньше у нас было два штурмовика плюс медик, теперь же, в моей тройке: я – штурмовик, Кин – боец поддержки, Карин – медик. У Саске: он – штурмовик, Сай – боец поддержки, Сакура – медик. Теоретически – идеальный баланс. Даже индивидуальные особенности членов команды учли, так, у меня подобралась более выносливая группа, а у Саске – более лёгкая, то есть проще выработать единую и наиболее удобную для всей команды стратегию поведения.

А ещё, паранойя это или нет, но нас мягко поставили «на разные стороны баррикад», разделив положение «мы одна команда / одна стая, и кроме друг друга спины нам никто не прикроет» в ситуацию «своя рубашка ближе к телу». Команды-то теперь разные, и каждый из нас, получается, вынужден будет отстаивать интересы прежде всего своего коллектива. И тут открывается мнооого перспектив для манипуляции. Так что и этот фактор теперь придётся учитывать…

***

Закончив истязание, мы отпустили всех «по домам», назначив место и время встречи для завтрашнего похода. Сакуру я проводил до дома одним из клонов, Кин с Карин как выползли из ванных комнат (на душ всего 10 минут! Вот что кросс животворящий делает!), так и рухнули спать как подкошенные, ну а судьбой Сая никто не интересовался.

А вот мы с Саске задержались и разместились на моей кухне. Учиха, по уже устоявшейся традиции, вновь оккупировал МОЙ холодильник и сейчас шаманил над бутербродами. Хех, кто ещё может похвастаться, что ему сам глава клана гордых носителей шарингана бутерброды делает? Ну а что вы хотели, если уж опустошаешь запасы друга, то изволь и с этим другом поделиться, да. Выглядел, кстати, парень неважно – десять часов занятий, наложенные на ударные тренировки до этого, вновь подвели его к порогу истощения. Глядя на это, в голову пришла очередная идея, да и для «профилактики зависти» будет неплохо, хотя за брюнетом оно давно уже не замечалось, но тем не менее.

– Слушай, ты же говорил, что освоил поглощение чакры?

– Хмп?! Угумф, – внятно и доходчиво ответила мне спина подлого расхитителя холодильников.

– Эй, имей совесть! – возмутился я. Это уже был четвёртый раз, когда он туда ныряет. – Я только утром за покупками ходил, восстанавливал то, что вы разграбили за время моего отсутствия! Между прочим, потратил много денег! Дай мне хотя бы до прихода Анко насладиться чувством имеющегося в доме достатка!

– Нам завтра уходить на миссию, – невозмутимо ответил Учиха, достав открытый пакет молока и отхлебнув прямо из носика. – Скиснет.

– Не успеет, мне ещё утром вас всех кормить и готовить в дорогу, и так, чувствую, не хватит, а тут ты ещё.

– Ещё скажи, что я ем больше тебя, – прикрыл глаза Саске, всем своим видом «не замечая» стоящего на столе передо мной точно такого же пакета и тарелки, полной бутербродов.

– У меня молодой растущий организм!

– Пф!..

Немного спустя.

– Ну так что? – я дожевал последний кусочек.

– Да выучил я, выучил! И даже уже пару раз применял, – Учиха провожал несчастный бутербродик, исчезающий в моём рту, печальным взглядом.

– Как насчёт подраскачать резерв?

– Разве что на будущих противниках, из наших сверстников никто не подходит, слабоваты, джонины – тоже не вариант, по вполне понятным причинам.

– А как насчёт меня?

– Что-то мне не хочется повторять судьбу Акадо Ёроя, – открестился Учиха.

– Так я и не предлагаю тебе тянуть из меня чакру Девятихвостого, у меня и моей хватает… Хотя, если её сильно разбавить, то, может, что интересное и получится, – задумчиво поднимаю взгляд к потолку, просчитывая, насколько это реально.

– А мне, значит, быть подопытным? – Саске скрестил руки на груди.

– Но тебе ведь тоже интересно, – усмехнулся я.

– Хн… – меня посверлили крайне угрюмым и тяжёлым взглядом. В эмоциях парня, однако, с каждым мигом всё больше всходили семена соблазна. – А, биджу с тобой, давай попробуем! – с выражением человека, осознанно совершающего большую глупость, дал добро Пучеглаз.

– Он всегда со мной, – моя улыбка больше напоминала оскал. – Хе-хе-хе, Сассске-кун, – и не забыть облизнуться, о, пошла реакция, вон уже глазик подёргивается.

На следующее утро две команды спешно покинули Коноху. Впереди были полторы недели нудного пути на юго-юго-восток и масса интересных встреч.

Команды Конохи. Четыре дня спустя.

Саске недовольно поджимал губы, мрачно осматривая «упавших» девушек и стоящего над ними всё с тем же уже сидящим в печёнках покерфейсом Сая. О том, что забег тяжело дался и ему, свидетельствовало только слегка учащённое дыхание да небольшие струйки пота, стекающие с висков, но стоял парень ровно, дамы же…

Первой начала «помирать» Сакура, несмотря на всяческие медицинские «фишки», типа выведения молочной кислоты из мышц и просто вливания медицинской чакры. Что поделаешь – запас у неё очень небольшой, и как ни изощряйся, как ни крутись, но со «слабыми мышцами» тяжёлую штангу не поднимешь. От ворот Конохи она до отбоя ещё продержалась, но на второй день свалилась уже после первой четверти пути. Пришлось брать на руки и нести дальше. Вообще, в тот момент с ней можно было делать всё, какой там «Я хочу ехать на руках у Саске!», да начни я её раздевать с вполне конкретными намерениями, максимум получил бы только вялый поворот головой. Впрочем, надо отдать ей должное, девочка до последнего даже не заикалась об усталости, настолько прониклась словами Учихи о том, что мы будем оценивать их силы.

К сожалению, мои, кхм, подопечные такой ответственностью и жаждой не ударить в грязь лицом не страдали, зато момент просекли тут же и попытались симулировать. На их горе, в «экзаменационной комиссии» находился благородный кабальеро Саске. Мигом подтвердив пакостную репутацию своего клана, он, сверкнув шаринганом, спалил обеих, заявив, что чакры у них ещё много.

Второй выбыла Карин – её резерв чакры был впечатляющ и вполне соответствовал среднему чунину или даже слабенькому токубецу-джонину (хотя тут я ей несколько льщу), но физические кондиции подкачали. В Траве качественными тренировками её никто не баловал, да и у нас девочка больше на медицину насела, чем на кроссы по полигону, в общем, на помощь пришлось звать клона. Хотя было это уже в конце третьего дня.

Само собой, всю дорогу после этого я их не тащил, только на время необходимого отдыха, а уж после сна и завтрака куноичи и подавно приходилось опять бежать самим.

Кин, в принципе, как и Сай, вполне была способна продолжить забег и протянуть ещё с полдня-день, но из женской солидарности сейчас тоже рухнула вместе с остальными дамами, не забыв, тем не менее, продолжать гонять чакру в теле, пусть и в минимальном исполнении – сразу «глушить» очаг для системы примерно так же полезно, как резкая остановка обычного человека после затяжного кросса.

– Привал, отдыхаем восемь часов, – расщедрился Учиха и отозвал меня в сторонку, продолжая краем глаза наблюдать, как «относительно живые» ставят лагерь и помогают «мёртвым». – Уровень нашего «нового друга» весьма впечатляет, кто бы его ни тренировал, делал он это на совесть – «лишних» движений и огрехов минимум, что же касается остальных… Я тут подумал, может, стоит и Сакуру обучить технике Поглощения Чакры?

– Хм, – вообще, мысль очень здравая, но, честно говоря, не ожидал от Саске такого предложения, всё привык считать, что от Харуно он шарахается чуть меньше, чем чёрт от ладана. – Чует моё сердце, почётной батарейкой опять буду я. Хех, заботишься о возможной невесте? – попробовал я его подколоть.

– Забочусь о том, чтобы у медика, который, вполне возможно, в один далеко не прекрасный день будет тянуть меня с того света, не кончилась чакра в самый ответственный момент, – соблюдая полную внешнюю невозмутимость, отбрил Учиха. Правда, в эмоциях что-то типа задумчивости с лёгким налётом смущения таки проскользнуло. – И вообще, мне больше блондинки нравятся, – заметил парень и, опять задумавшись и что-то прикинув, добавил: – И рыженькие.

– Неужели Ино? – меня одарили таким взглядом… – Ладно, молчу, – покорно заверил я. – А вообще, мысль здравая, хотя что-то мне подсказывает, что предложение пощупать меня за всякое будет принято без восторга. А вот если вместо меня будешь ты…

– Пфф, – закатил глаза брюнет, одним звуком высказав своё мнение относительно моих идей, методов и, кажется, меня самого. Что тут скажешь – талант.

После небольшого «перекура» народ просто завалился спать, оставив «бдить» моих клонов, а следующим утром вновь отправился в дорогу, уже не в таком бешеном темпе – территория Страны Огня почти закончилась, недалеко была граница Страны Чая, вроде как союзника и, если говорить откровенно, сателлита Страны Огня, но… Всякое случается, да и особо жёстких рамок нам не ставили – требовалось добраться до места не позднее, чем через 2 недели, так что некоторый запас хода у нас был.

***

Примерно за день пути до Дегораши произошёл странный случай, ещё раз мне доказавший, что понятие «дебил» свойственно для любого мира, времени и культуры. Всё началось вполне безобидно – мы остановились перекусить и пополнить припасы в небольшой харчевне у тракта. Не первый раз, кстати. Зачем потрошить НЗ, когда есть возможность поесть свежеприготовленное, да ещё в комфортных условиях? Народу в зале было немного, так – пара групп местных ремесленников и мелких торговцев сидели за столиками и обсуждали какой-то будущий «великий забег», что бы это ни значило. Единственное, что привлекало в их словах – то и дело поминаемый клан Васаби, вроде как участвующий, но что, почему и зачем, так и осталось загадкой. Кстати, по мнению местных, шансов у него было не так чтобы сильно много.

Как говорится, ничто не предвещало беды, я уже мысленно сделал пометку, сразу после того, как мы поедим, поинтересоваться у людей на тему обсуждаемого мероприятия, но тут до нас попытался докопаться какой-то паренёк. Один.

– Расслабляетесь в такой солнечный день? Да, у ниндзя работка непыльная… – вроде как проходя мимо на выход, резко остановился он около нашего столика и заговорил, даже не поворачивая лица.

Возраст – лет четырнадцать-пятнадцать по местным меркам, брюнет, черты лица правильные, вид ухоженный, одежда добротная, в зубах длинная деревянная зубочистка, удерживаемая точь-в-точь на манер Генмы с его сенбоном. Ощущался паренёк по запасам чакры как генин, может быть, чуть выше среднего уровня или, наоборот, чуть ниже – довольно трудно точно определить малые запасы сил, особенно с моими куцыми сенсорными способностями.

– Лист, должно быть, мирная деревенька, – продолжил он вполне нейтрально, но уже в следующий миг выдал с интонацией, будто сообщает причину таких выводов: – Я вижу только глупые лица перед собой.

Первая мысль, что пришла ко мне в голову, была: «засада», и судя по взгляду Саске, не только ко мне. Я напряг своё чутье, но… ничего. Вообще ничего. Кроме уже замеченных посетителей и нескольких работников на кухне, в радиусе сотни-двух метров вокруг никого больше не было. Судя по тому, как недоверчиво искривилась бровь Учихи и ошарашенному выражению лица Карин, они также не заметили более никаких признаков. Иначе говоря, парень осуществил такой наезд на шестерых шиноби с протекторами, двое из которых сидят в жилетках чунинов, рассчитывая на собственные силы. Но словно желая ещё больше пошатнуть мою веру в человечество, незваный гость «заметил» сидящую крайней к нему Кин:

– О, погодите, какая милашка. Беру свои слова обратно, – парень наклонился, поставил локоть на стол и, облокотившись щекой о ладонь, заглянул в лицо куноичи. – Меня зовут Морино Идате. А как вас, девушка, зовут? – Сай сбоку от меня тихо сложил печати и шевельнул губами. «Кай», – уловил мой слух.

Немного растерявшаяся от такого поворота брюнетка бросила на меня вопросительный взгляд. Поскольку мне проверяться на гендзюцу было бесполезно – и так чакра Лиса уже автоматически то выходит из печати, то прячется назад, я всем видом показал, что разрешаю девушке любые реакции на её выбор.

– Исчезни, придурок.

– Как грубо, – совершенно не изменившись в лице, посетовал паренёк, и впрямь внутренне веселясь, а ещё почему-то злорадствуя и одновременно изливая на нас всех тонны презрения с глубоко скрытыми ростками зависти. – А вот я думаю, нас свела судьба. Ты хочешь поболтать со мной о нашем будущем?

– Чего? – от такого захода зависла не то что сама девушка, но даже Саске, глядящий теперь на этого Идате как на ну совершеннейшего идиота, то есть даже выразительней, чем когда бы то ни было на меня и моего предшественника. Про Сакуру с Карин вообще говорить нечего.

– Ты знаешь, – довольно щурясь глядя на произведённый эффект, продолжил «Казанова», – бросай работу ниндзя и выходи за меня.

Девушка на секунду прикрыла глаза, встала, приобняла незадачливого «ухажёра» и… впечатала его лицом в стол. Трижды. После чего так же молча выкинула вырубленное тело за дверь и, под установившуюся оглушительную тишину, вернулась за столик.

– Что? Такие вещи незнакомым девушкам не предлагают, тем более оскорбив сопровождающих её лиц, – зал продолжал молчать. – Проблемы? – бывшая шиноби Звука нахмурилась. Все гражданские в зале сразу же сделали вид, что ничего не произошло.

– Что это вообще было? – Сакура неодобрительно посматривала на Цути, пардон, уже Узумаки.

– Очевидно, какой-то кретин с отсутствующим инстинктом самосохранения, у которого либидо затмило последние мозги, – улыбнулся Сай, а девушки вновь выпали в осадок – парень был, мягко говоря, не особо разговорчив, а тут такое.

Впечатлённая нашим ответом хаму хозяйка харчевни лично принесла обед, видимо, опасалась, что столь «вежливые люди», если их что не устроит, могут и её заведение разнести, во всяком случае, страх её я ощущал вполне отчётливо.

Быстро поев и расплатившись, мы двинулись дальше. Расспрашивать посетителей я не стал, настроение уже было не то. Кстати, била Кин хоть и сильно, но аккуратно – выкинутое за порог тело уже благополучно уползло своими силами. До Дегораши оставался один дневной переход.

Город-порт Дегораши. Резиденция клана Васаби.

На территорию нас пропустили без проблем – протекторы Конохи и свиток с заказом от главы клана являлись неплохой заменой всяческих рекомендаций и верительных грамот. Какой-то служка, узнав цель нашего визита, попросил следовать за ним и после пары минут блуждания по коридорам немаленькой резиденции привёл ко входу в… ну, назовем это додзё, в котором нас уже ждал непосредственный заказчик.

– Добрый день, уважаемый… – по нашему коллегиальному решению, главным переговорщиком выступал Саске – даже не активированный шаринган давал «+20 к внимательности», в данном случае такой бонус был куда лучше, чем моя куцая эмпатия, так что глазастому и карты в руки.

– Дзирочо, Дзирочо Васаби, – поклонился нам пожилой мужчина весьма крупного телосложения. Хм, неплохая выправка для обычного человека, чувствуется физическая сила, да и взгляд… Пусть сейчас он склонился, но ощущается, что сей муж больше привык принимать поклоны, чем раздавать их, впрочем, не важно.

– Итак, господин Дзирочо, мы прибыли сюда согласно миссии… – Саске протянул свиток заказчику. – Но нам бы хотелось узнать подробности.

– Сразу к делу? – кажется, он был несколько удивлён, Учиха даже не представился, не то чтобы это требовалось, но, как правило, являлось чем-то вроде традиции и ритуала, хотя, как я слышал, те же Хьюги также не называются «всяким там горшечникам, скопившим пару рё на заказ миссии». – Хорошо. Но придётся зайти чуть издалека. Вы же знаете, что в Великом Храме Тодороки проводятся Церемонии Освящения?

Вот чем-чем, а местной религией я как-то не особо интересовался, хотя что-то такое один из клонов в библиотеке когда-то читал, вроде бы суть исторического события была в доставке неких «сокровищ» для жертвоприношения, чтобы отогнать шторм. Как ни странно, сработало. Подозреваю, или этими сокровищами купили услуги продвинутого чакроюзера, или просто совпало, хотя кто же теперь разберёт, кучу времени и войн спустя?

Примерно это и рассказал наш заказчик, только дополнив, что та церемония стала родоначальником целой традиции, согласно которой время от времени (сейчас – раз в четыре года) устраивают что-то типа марафонского забега по приблизительному маршруту доставки тех самых сокровищ. Кроме того, с недавних пор, помимо чисто религиозного и культурного мероприятия, данный «забег» стал способом разрешения споров и раздела точек влияния в городе. А произошло это по причине того, что даймё Страны Чая достала грызня двух конкурирующих кланов, постоянно пускающих друг другу кровь, деля порт Дегораши. И ладно бы они только друг друга резали, так ведь под раздачу попадали и торговцы, лоточники, просто рыбаки и гости города, а всё это – прямой ущерб карману правителя, чего тот стерпеть не мог. Вот и постановил, при полной поддержке ближайших соседей – даймё Страны Огня и Страны Моря, имевших свой интерес в местном торговом пути, такой странный метод решения проблем.

Ну а дальше «подлые, мерзкие, коварные и просто нехорошие» конкуренты, конечно же, бесчестным путём, несколько раз выигрывали забеги, урабатывая бегуна Васаби при помощи нанятых шиноби, ловушек и прочего. Что, к слову, правилами совсем не запрещалось. И нас таки наняли, чтобы нынешний бегун добежал до финиша, поскольку подлые, мерзкие и далее по списку конкуренты, конечно же, и в этот год чего придумают. Короче, зря я вчера поленился подойти к посетителям таверны с вопросами, сейчас бы уже успели обсудить и подумать, да и версии сравнить, чего уж там.

– А не проще ли нанять шиноби, чтобы он пробежал всю дистанцию? – поинтересовался Саске.

– Увы, по правилам, бежать должен только представитель клана, что минимум два года прожил в городе, поэтому шиноби могут только охранять бегуна… – тут нашего нанимателя прервал ворвавшийся в додзё служка.

– Господин Дзирочо, беда! – мелкий мужичок бухнулся на колени перед главой клана.

– Что случилось, Панако?

– Идате! На него напали и избили до полусмерти, он едва смог добраться до нашей территории! – Идате?

– Биджу! – выдохнул заказчик и, видя вскинутую бровь Саске, прояснил. – Идате – это наш бегун. Видимо, Вагараши решили заранее обезопасить себя, бесчестные ублюдки!

– Эм, я медик, правда, начинающий, может быть, я смогу помочь? – вмешалась в беседу Сакура, Карин тоже кивнула, присоединяясь, а Саске полыхнул недовольством. Пожалуй, его можно понять – нас запихнули в задницу мира на простейшее задание, а теперь выясняется, что оно может быть завалено из-за того, что охраняемый объект покалечили до нашего появления. Не то чтобы это поломало карьеру или являлось даже формальным поводом, чтобы «повесить» провал на нас, всё-таки суть миссии мы могли узнать только от заказчика, но, как говорится, осадочек останется. В любом случае, лишний геморрой на наши задницы уже есть.

– Надеюсь на вас, – опять поклонился Дзирочо. – Панако, проводи наших гостей к Идате, – мужичок кивнул и пулей вылетел за дверь. Мы направились следом. Меня же терзали смутные подозрения. Оно, конечно, может быть и совпадение, «Идате» – не такое уж и редкое имя, но что-то очень мудрое и настроенное крайне реалистично подсказывало, что таких совпадений не бывает. Так сказать, если дерьмо решит случиться, то оно случается на полную.

И вот, решающий момент, открывается дверь в палату больного, и… Мы видим того самого «кретина с отсутствующим инстинктом самосохранения, у которого либидо затмило последние мозги», как ёмко охарактеризовал его Сай (хм, может, он не безнадёжен?). Кретин был в сознании и на умирающего никак не тянул. Ну сломали ему нос, поставили шишку на лбу да устроили небольшое рассечение и, возможно, сотрясение мозга (было бы чему трястись), даже для генина не сильно серьёзные повреждения (разве что кроме последнего, и то вариативно). Тут его заплывшие глазки заметили посетителей, секунда, другая, и…

– ВЫЫЫЫ?!! – провыло тело.

– Упс… – Кин смущённо (!) потупила глаза и шаркнула ножкой. – Нехорошо получилось…

– Это было бы смешно, если бы не было так грустно, – задумчиво протянул я, прикидывая, чем нам это аукнется.

– Грустно?! Ты говоришь «грустно» после того, как эта ненормальная меня избила?! Вы, ниндзя, совсем сумасшедшие! Как вы только посмели войти на территорию этого дома?! Хотите закончить то, что не успели на дороге?! Только попробуйте, и я покажу вам, что может Идате Ненавидящий Ниндзя! – не прекращая разоряться, паренёк уже активно пытался отползти от нас подальше, по ходу дела он покинул постель (обошлось без падения – она лежала прямо на полу) и, сцапав какой-то складной ножик, выставил его перед собой.

– Что думаешь? – поинтересовался Саске, не вынимая рук из карманов, философски глядя на эту ошибку природы.

– Ну, у нас контракт, и бабуля Цунаде не обрадуется, если мы его завалим…

– Хн…

– Н-да…

– Даже не думайте, что я дамся так просто! Подлые убийцы! Я вам покажу, как идти против клана Васаби! – Идате уже упёрся спиной в стену и, по всей видимости, только распалялся.

– Эм, а ничего, что сейчас на его крики сбежится весь дом? – осторожно поинтересовалась Сакура, косясь на блаженного.

– Да, это будет проблема, – соглашаюсь. – Сакура, Карин, сколько вам понадобится времени, чтобы исправить повреждения?

– Нуу… Если ты о мозге, то нас такому не учили, – ворчливо пошутила Харуно. – А нос… Если он не будет брыкаться…

– Он не будет брыкаться, – рядом со мной возникло четыре клона.

– Тогда минут десять, – постановила зеленоглазая куноичи, и Карин подтверждающе кивнула.

Некоторое время спустя.

– Если пациент хочет жить, то медицина бессильна, – мы с парнями (и Кин) задумчиво наблюдали, как два юных меднина ставят на ноги эту ошибку природы. Означенная выше ошибка изначально пыталась от нас отбиться, продолжала сыпать угрозами, оскорблениями, да ещё и лягалась. Очень быстро это надоело всем, но первой не выдержала бывшая подопечная Орочимару и разрешила проблему привычным методом.

– Или ты затыкаешься и даёшь тебя нормально лечить, или я отрезаю тебе всё, что не требуется для участия в забеге! – для лучшей аргументации девушка даже воткнула кунай в кровать «больного» в опасной близости от «самого дорогого» (а тут пусть каждый мыслит в меру своей испорченности). Метод «доброго слова и пистолета» безотказно подействовал и в этот раз – пациент заткнулся и стал поддаваться лечению.

– Что-то она сегодня не в духе, – Саске переводил задумчивый взгляд с продырявленного матраса на Кин и обратно.

– Возможно, такое состояние Кин-сан связано с ежемесячной фазой гормональной активности женского организма… – внёс предложение Сай, на десяток секунд подвесив нас с Учихой от такого научного описания месячных.

– Кхм… М-да, полагаю, не стоит им мешать, – Саске прикрыл глаза и поспешил покинуть комнату. Мы вышли следом.

За дверью нас уже ждал обеспокоенный глава клана Васаби. Видимо, присутствовавший при первичной реакции препарир… кхм… исцеляемого, а также узревший методы Кин мужичок поспешил вызвать родное начальство.

– Дзирочо-сан? – носитель шарингана повернулся к заказчику.

– Шиноби-сан, Панако доложил, что Идате как-то странно себя повёл, когда увидел вас… и… одна из ваших… ммм… коллег обещала «отрезать всё лишнее» моему бегуну.

– Да, дело в том, что у нас произошёл конфликт с вашим подчинённым, – пожал плечами Учиха. – Не беспокойтесь, на наши обязательства по контракту это никак не повлияет.

– Понятно, но я бы хотел узнать, что послужило причиной, – слегка нажал собеседник.

– Хн… – Саске задумчиво окинул взглядом меня, потом перевёл его на заказчика, вновь задумался… Эээ, он же не хочет сделать что-то вроде «съешь его мозг, Наруто!»? – Сай, ты, как человек в нашем коллективе новый и беспристрастный, обрисуй ситуацию с конфликтом в харчевне.

– Есть, – ответил агент Корня и повернулся к заказчику. – Ваш бегун…

Пять минут спустя.

Бледный Дзирочо, держась за стеночку, скомканно поблагодарил нас за понимание и очень мягкое отношение к Идате, извинился за него и, тяжело вздохнув, устремился в палату больного. В эмоциях у него сквозило что-то вроде: «Ой, дураааак…», причудливо переплетённое с «за что мне всё это?»

– Хорошая работа, Сай, – кивнул Учиха.

– Я всего лишь сказал правду. Будь на нашем месте шиноби Кровавого Тумана, они бы просто перерезали наглецу горло, в хорошем настроении – переломали все кости, а в плохом – навестили бы с претензиями клан, к которому принадлежит посмевший оскорбить их словом и действием сумасшедший, – всё с той же фальшивой улыбкой ответил подопечный Данзо.

Вот ей богу, не знай я наверняка, что эмоций у него нет, а понятия «сарказм» и «ирония» точно не для Сая, посчитал бы, что он просто затроллил заказчика. Кажется, у него врождённый талант к выведению людей из себя, а закалка Корня только придала ему определённую направленность.

Вскоре к нам присоединились девушки.

– Ну и как он? – поинтересовался Саске.

– Ничего страшного. Ушибы, гематомы да рассечения, вы с Саске на тренировках сильнее калечитесь, – неодобрительно покачала головой Сакура. – Ещё он умудрился потянуть руку, когда отбивался от оказания помощи, но и это поправимо.

– Хорошо, значит, участвовать в забеге он сможет? – решил удостовериться Учиха.

– Да, вполне. Тем более до начала ещё несколько дней, – подтвердила зеленоглазая куноичи.

– Тогда предлагаю нашу стандартную схему – поскольку охраняемый объект пока что на защищённой территории, пара клонов сторожит, остальные отдыхают или тренируются.

– Согласен, – кивнул брюнет, с нечитаемым выражением лица посмотрев на дверь, ведущую к объекту охраны.

***

Тем же вечером к нам зашёл Дзирочо, дабы разрешить возможные противоречия (очень просил простить «молодого идиота с трудной судьбой») и ещё раз убедиться, что, несмотря на такое поведение, защищать его бегуна мы берёмся. Раскланявшись, глава Васаби ушёл, а у нас было ровно четыре дня до начала соревнований.

Как ни странно, но наш… хм… «тёплый приём» бегуна клана Васаби самим кланом был встречен весьма… положительно? Да чего там, у Кин образовалась целая толпа поклонников и поклонниц, желающих подать ей руку за то, что она приголубила «этого заносчивого ублюдка» по роже. Как удалось выяснить немного позже, этот Идате мало того что лез чуть ли не к любой носительнице юбки от двенадцати до тридцати, так ещё и не умел держать язык за зубами, считал себя выше остальных членов клана и чуть ли не правой рукой самого Дзирочо (хорошо хоть не Рикудо), в общем, в клане его, мягко говоря, не любили. Не будь он так нужен на забеге, есть подозрение, что ноги бы ему переломали давно. Также удалось выяснить, что в клане этот паренёк как раз нужные для соревнований два года, а притащил его сам глава Васаби неведомо откуда. Хм, как-то всё это странно, судя по переглянувшимся сокомандникам (кроме Сая, тот и ухом не повёл, продолжая с этой его улыбочкой изучать облака), дамы и Учиха пришли к примерно тем же выводам.

– Хн…

– Полностью согласен.

– Хм? – приподнял бровь Саске.

– Нет, да и бессмысленно. С учётом его умственного развития, сыграли втёмную.

– Пф, – брюнет закатил глаза.

– Возможно, но… оно тебе надо?

– Тфе…

– Вот и я говорю, что не наши проблемы.

– Между прочим, вы сейчас реально пугаете, – понизив голос, проворчала Сакура. – Наруто, может, объяснишь, что вы только что обсудили, ну, для нормальных людей?

– Саске, слышал? Сакура впервые назвала тебя ненормальным. Надо запомнить этот знаковый момент.

– Пф, – давя смешок, фыркнул Учиха, отворачивась.

– Наруто! – розоволосая куноичи буквально за долю секунды сравнялась цветом лица со своим красным платьем. – Я совсем не это имела в виду! Саске-кун, не слушай этого идиота!

– Кажется, следующая по циклу после Узумаки-сан – Харуно-сан, – меланхолично отметил Сай и продолжил медитировать над своим блокнотом. Может, всё-таки воспитать в нём тролля? Ну ведь какие задатки пропадают!

– Ррр! – агент Корня оказался в опасной близости от повторения дорожной судьбы Идате. Ладно, хватит прикалываться. Девушкам действительно будет небезынтересно узнать наши мысли по данному вопросу.

– Понимаешь, Сакура, всё это дело кажется очень странным. Клан Васаби, как мы успели услышать, довольно лоялен Конохе, в отличие от их конкурентов. Соревнования по бегу и разделу точек влияния проводятся не впервые, и вот каким-то чудом этот самый лояльный Конохе клан получает в своё распоряжение недошиноби, пусть никакого в боевом плане, зато весьма шустрого, если верить местным, может, и не на уровне чунина, но всяко быстрее, чем простой человек. И получает ровно так, чтобы этот «бегун» спокойно прошёл по временным рамкам.

– Думаешь? – девушка озадаченно нахмурилась. – Нет, глупость какая-то, даже генин на два года… как-то странно и нерационально, – эх, слишком она верит в деревню, если потребуется, то Скрытый Лист может и сотню «мяса» выкинуть в никуда. Другое дело, что совсем уж попусту разбрасываться кадрами не любит никто, если только эти кадры больше ни на что не пригодны, ту же канонную Сакуру, не подцепи её Цунаде (или она её, не суть важно), вполне могли послать пасти пингвинов или пожизненно охранять мелкие караваны. Вот только в нашем случае и этот вариант не подходил – будь Идате даже «отбракованным мясом», не то что агентом внедрения, на шестерых шиноби, двое из которых чунины, он бы не полез. Хотя бы чисто из чувства самосохранения и здравого смысла, насколько бы оно у местных ни было купировано.

– Ну и его фамилия меня несколько смущает, – а ещё то, что, как следует погрузившись в свою собственную память, мне таки удалось выцепить там и списки Академии Шиноби Конохи. Кстати, совершенно не засекреченная информация, впрочем, почему бы и нет, все шиноби так или иначе проходят через кланы, Академию или «контору» Сая, впрочем, думаю, если как следует порыться в записях, то все «конторовцы» чудесным образом окажутся учениками Академии. В конце концов, мы были командой 7, а из первых шести я после выпускного видел от силы четырёх ребят, а ведь такие выпуски там каждый год. Впрочем, я немного отвлёкся. Так вот, возвращаясь к спискам. Некий Морино Идате действительно учился в Академии, более того, всего на пару курсов раньше нас, и даже был допущен до экзамена на чунина. Более никаких отметок в списке не значилось, и в деревне я его не видел (хотя и это не показатель, я там много кого не видел), но… далее можно поспекулировать, чем я и занялся.

– В каком смысле «смущает»? – спросила Кин.

– Экзаменатор первого этапа, Морино Ибики. Раньше я думал, что это просто совпадение, но сопоставив все факты, изменил мнение.

– Факты? – теперь заинтересовался Саске.

– Угу. Как-то один из моих клонов наткнулся в библиотеке на списки учеников Академии, на пару курсов старше нас учился Морино Идате.

– И ты молчал? – возмутилась Сакура.

– Эй, я не ходячая записная книжка! Ты вот помнишь каждую запятую во всех книгах и свитках, что ты не то что прочла, а просто пробежала глазами за последние два года?

– Оу. Извини, Наруто, – смутилась меднин.

– Ну так вот, там стояла отметка, что он был допущен до экзаменов на чунина, и, собственно, всё.

– Как-то немного, – почесала носик Карин, – и ни о чём не говорит, да мы даже не уверены, что это тот самый человек – не тянет он не то что на чунина, но даже на нормального генина. Я чувствую, – выдала экспертное заключение девушка.

– Да и умом не блещет, мягко говоря, – добавила Кин.

– Да. Теперь факт второй. Как раз два с половиной года назад экзамен был в Конохе, и этот самый Идате в нём участвовал, если он сейчас в такой форме, то раньше там всё было ещё хуже.

– Другими словами, если это всё-таки он, то вели его туда балластом, – Сай не стеснялся выражений.

– Именно. Но пройти дальше отборочного он бы не смог никак, – я кивнул головой. – А вот дальше начинаются уже мои теоретизирования, основанные на изучении нашего охраняемого субъекта. В парнишке взыграла его уязвленная гордость, и он сбежал «куда глаза глядят».

– А разве его не должны были объявить нукенином? – задала резонный вопрос Сакура.

– С такими талантами и потенциалом? Думаю, он был как Неуловимый Джо.

– Эээ, кто?

– Неуловимый Джо. Почему неуловимый? Потому что нахрен никому не нужен, – выдал я краткую рецензию, чем вызвал улыбки у присутствующих компаньонов (Сай и так продолжал ухмыляться).

– И как это относится к той фразе «сыграли втёмную», что ты обронил ранее?

– Да очень просто. Родню не выбирают, если он действительно родственник Ибики, то старший Морино вполне мог попросить кого надо, чтобы ни на что не годного дурачка пристроили куда-нибудь в непыльное местечко.

– Использование положения для решения личных проблем? – Сай стал слегка заинтересованным.

– Почему нет? В Конохе это в порядке вещей, да и не такое уж плохое решение, если подумать, – о, интерес Сая заметно вырос. Ждёт каких-то откровений?

– Эээ, это как?

– Ну смотри, если он такой дурак, как кажется, и действительно родственник главного дознавателя Конохи, то в шиноби ему делать нечего. Или охраняй его постоянно, чтобы соседи не стащили и не попытались шантажировать, или пристраивай на должность какого-нибудь младшего помощника пятого уборщика седьмого коридора резиденции Хокаге, чтобы украсть точно не смогли и ничего по дурости не испортил. А кому нужна такая головная боль? Вот и пристроили парня. Здесь и тихо, и польза от него деревне будет, и родственника просьбами подсобить в карьерном росте не отвлекает – красота же.

– Вот только он и тут, судя по отзывам клана, не сильно прижился, – вздохнула Сакура.

Я развёл руками, как бы показывая «щито поделать, если дурак и не лечится?»

– И что теперь делать? – задала вопрос Карин.

– Ничего, – холодно постановил Саске. – Контракт у нас есть, и его никто не отменял. Какое нам дело до судьбы этого Идате или интриг руководства деревни? Может, он просто гениально играющий агент АНБУ, и всё это было не более чем прекрасной попыткой ввести нас в заблуждение и просто маской? – Учиха в эти слова не верил сам, но вот девушек заметно успокоил, во всяком случае, Карин и Сакуру.

На этом разговор как-то сам собой завершился, и мы отправились на очередную тренировку. Парни на силовую часть, а девушки, под руководством клонов Учихи, пошли изучать Поглощение. Разумеется, за три дня освоить, пусть и под присмотром наставника, технику, на которую Учиха с шаринганом убил больше месяца (пусть с перерывами и без наставника), нереально, но начинать когда-то нужно, да и практика в этой технике сама по себе улучшала контроль чакры, ведь, в отличие от обычных, тут требовалось не выпускать энергию из организма, а наоборот, поглощать её, что было весьма нетривиальной задачей.

***

Четверо суток пролетели довольно быстро, и вот наступил день забега, заставивший нас открыть новые горизонты значения слова «идиот». Но на этом, пожалуй, стоит остановиться подробнее…

Итак, начало соревнований. Как говорится, ничего не предвещало… Площадь перед храмом, толпы возбуждённого народа, два изготовленных к отплытию кораблика у единственного прилежащего к храмовой территории пирса, солидные гости, в том числе и какой-то очень доверенный советник даймё Страны Чая. Нам даже выдали «туристическую» карту маршрута с кратким изложением легенды и предстоящего действа. Их тут многим выдавали – событие имело статус и чисто развлекательного, так что туристов набралось немало, ну и тотализатор тоже, разумеется, имел место, хоть и чуть в сторонке. Короче, всё как положено!

Я бы очень хотел сказать, что «чувствовал», что «ожидал», что «предупреждал», наконец, но к своему глубочайшему стыду, ничего подобного не было. То есть я, трезво оценивая личность Идате (как я в тот момент думал!), конечно, не надеялся, что всё пройдёт гладко, и всё же рассчитывал, что нашей выдержки и силы воли хватит на этот забег. В конце концов, нашим сенсеем был Хатаке Какаши, а он терпение воспитает в ком угодно! Кааак я ошибался…

Обсудить свой маршрут с охраной? Договориться о возможных действиях? Нет, не слышал. Идате Великий, конечно же, умнее всех и всё знает лучше. Как он там сказал, «а вдруг вы сдадите меня конкурентам?» Вообще, на редкость заманчивая идея. Отдать этого придурка в клан противника и наслаждаться, как он самоуничтожается… но, увы, нашим заданием была защита этого кретина, а не уничтожение ненужных Конохе элементов. Можно было бы, конечно, просто выбить всё из этой ошибки природы, но изначально мы не подумали. Кто бы вообще подумал на нашем месте, что степень его кретинизма дойдёт до попыток убежать и скрыться от собственной охраны в самом начале забега?! А позже физические пытки были уже невозможны – восстановиться он бы не успел, даже с помощью Сакуры и Карин. Мастеров ментального допроса среди нас не водилось, а психологическая ломка, при всей своей эффективности и отсутствии физических травм, сделала бы его непригодным к дальнейшему использованию. Не говоря уже о том, что столько времени у нас тупо не было.

В общем… Был дан старт. И наш подопечный вместо того, чтобы сесть в подготовленную лодку или вообще по воде рвануть (хотя тут ладно, сил у него перебежать пролив не хватит)… рааазвернулся и побежал перпендикулярно официальному направлению забега.

– Эй, океан в другой стороне, – не выдержала Кин.

– Даже не думайте, я не поверну! – на бегу крикнуло это.

– Идиот, – вздохнул Саске. – Впрочем, наша задача следить, чтобы он выжил, а не выиграл. Работаем. Наруто, отправь пару клонов вперёд. Сай – воздух.

– Есть, – отозвался агент Корня и «исполнил птичку», впрочем, скорее кляксу с крылышками. До той птицы, на которой он летал в каноне, было ещё далеко, но для разведки хватит и этого тихоходного варианта.

Немного времени спустя.

– А куда мы вообще бежим? – раздражённо поинтересовалась Сакура.

– На север, – меланхолично ответил я.

– Я вижу, что на север! – огрызнулась девочка, как и я, знающая, с какой стороны у деревьев растёт мох. – Но зачем мы туда бежим?!

– Я бы хотел сказать, что биджу его знает, но Лис ушёл в несознанку… – на пару секунд задумываюсь, вроде как прислушавшись к чему-то. – И стебается над нами, воротник драный!

– Серьёзно? – заинтересовался Саске.

– Скажем так, я сейчас воспринимаю Анко маленькой, милой, застенчивой и добрейшей души девочкой.

– Хочешь сказать, в остальное время ты её воспринимаешь иначе? – изогнул бровь Учиха.

– Вот тебя ещё не хватало! – стараюсь как можно правдоподобней изобразить раздражение. Не то чтобы это действительно очень требовалось изображать после такого-то начала дня, но всё-таки. – Слушайте, может, ускорим его?

Хвалёный «крутой бегун» двигался на околочунинской скорости, но до полноценного «капитана» всё-таки не дотягивал. Тот же Рок Ли сделал бы его как стоячего.

– Хм… – задумался Саске.

– Предлагаю использовать клизму со скипидаром, – проявила признаки энтузиазма Кин.

О, упоминание этого инструмента этой девушкой заставило Идате слегка поднажать, хех. Ну, хоть так душу отведём, а то его вопли и изливаемое на нас презрение уже нет-нет, но вызывают подспудное желание или завалить миссию, или показательно освежевать кретина сразу после пересечения им финишной черты. Оно, конечно, чушь, да и ссориться с главным дознавателем всея Конохи – плохая мысль даже для джинчурики, но как же приятно разум рисует эти картины…

– У нас нет с собой скипидара, – возразила Карин, очень интеллигентно поправляя очки, прям этакая пай-девочка, хотя в эмоциях сквозило старательно подавляемое одобрение идеи.

– Я могу нарисовать кнут, – вставил свои пять копеек Сай, причём что-то у него внутри на этих словах таки шевельнулось. Чуть-чуть. Глубинный тролль подаёт признаки жизни?

– Нет, у меня есть идея лучше! – решаю и сам подключиться. – Я где-то читал, что в древности был такой метод лечения, когда в рану заливали кипящее масло, автор утверждал, что это здорово бодрит, заставляет больного забыть о любых признаках слабости и мгновенно ставит на ноги! Ран у него нет, но, может, простое наружное нанесение поможет?

– Он умрёт, – меланхолично заметил Саске.

– А вдруг поможет? – добавил я в голос побольше энтузиазма.

– Вряд ли…

– Да ладно тебе, наука требует жертв! – не забыть облизнуться в Орочимаровском стиле, о, у Пучеглаза дёрнулся этот самый глаз, кажись, я таки привил ему рефлекс, гут.

– Если он умрёт, мы провалим задание, – Учиха решил изображать из себя саму невозмутимость. Хм, неужели он таки постиг дзен? А со мной не поделился, пичалька.

– Аргумент… – потереть подбородок. – Тогда у меня есть мысль! Завалим всех Дегораши, у Васаби же есть кому пробежать, если конкурентов не будет?

– Это стоит дороже… – сделал вид, что задумался, Саске.

– То есть концептуально ты не возражаешь? Сакура, готовь масло! – девушка тяжело вздохнула, к моим приколам и чувству юмора в целом она уже давно привыкла.

– ДА ВЫ ВСЕ ПСИХИ! Грёбаные шиноби! – Идате уже скрылся в клубах пыли за горизонтом. Хех, а вот он всё принял за чистую монету. Сладкая месть…

– Я же говорил – поможет, – Учиха показательно вздохнул, Сакура закатила глаза, Кин довольно оскалилась, Карин прятала в уголках губ улыбку, только Сай как лыбился до этого, так и продолжил это делать.

***

– Наруто-сама, – тихо шепнула мне спустя ещё полчаса переместившаяся поближе Карин, – я чувствую троих шиноби. По чакре – сильные генины или слабые чунины. Направление – юго-юго восток. Расстояние четыреста… триста восемьдесят метров, – я кивнул, тоже ощутив где-то сзади-слева три вспышки предвкушения.

– Сай, твоя птичка кого-нибудь видит?

– Нет, – доложил агент Корня.

– Карин, веди их, если подойдут ближе чем на двести метров, дай знать, – в ответ на приказ девочка кивнула и сосредоточилась, не снижая скорости бега.

– Подойдём поближе, а то он уж очень увлёкся.

– Согласен, – ответил Саске.

Ещё метров через триста, когда дорога всё больше начала напоминать горный серпантин, Сакура слегка подотстала. Странно, её выносливости должно было остаться ещё на десять раз по столько же минимум.

– Что-то случилось? – сам замедляюсь и смотрю на девушку.

– Впереди что-то странное… – морща лобик, заявила зеленоглазая куноичи.

– Карин?

– Те трое не приближаются, – под заинтересованным взглядом Харуно сообщила девушка. – Но там, куда мы бежим, они уже побывали.

– Ясно, – складываю печать и создаю клона, который тут же развеивается. Теперь те, что впереди, усилят бдительность. По идее, шиноби противника совсем не обязательно убивать нашего «героя», достаточно одной ловушки-ноголомки – и всё, победа у них. Однако пришедший тут же ответ от клонов показал, что ничего похожего они впереди не видят.

– Мои клоны ничего не видят. Сай?

– Аналогично, – отозвался бледнолицый.

– Сейчас, – Учиха вырвался вперёд, активировал свои чудо-глазки и тут же повысил голос: – Двойная иллюзия на местности!

Блин, точно, этого не учёл. Из-за чакры Девятихвостого, периодически «впрыскиваемой» в мою систему, даже гендзюцу, наложенное на местность, на меня не действовало, точнее, действовало, но сразу же слетало, в итоге я даже не видел его, что в некоторые моменты (такие, как этот, например) могло иметь пренеприятнейшие последствия. Карин и Сакура явно что-то ощущали. Одна как сенсор, другая – как сама имеющая хорошую предрасположенность, но опыта понять эти ощущения у них не хватило.

Тем временем радостный идиот Идате чуть ли не на ходу прокричал «кай», которого, похоже, хватило лишь на первый слой, и, гордый своей исключительностью, умом и прочими выдающимися чертами, радостно понёсся прямо в сторону хорошего такого обрыва.

– Стой, идиот! – увы, мой крик остался без ответа. То ли он его не услышал из-за гендзюцу (что маловероятно), то ли решил проигнорировать вопли «жалкого шиноби» в его сиятельную сторону. Саске, сплюнув, вновь ускорился и просто повалил придурка носом в землю, попутно вливая немного своей чакры в его систему.

– Ай! Что ты делаешь, сукин сын?! – а вот это он сказал зря, очень зря. – Я так и знал, что вам нельзя доверять, чёртовы шиноби! – начал орать и вырываться… нет, у меня уже не хватает слов, чтобы описать степень его кретинизма. Как он вообще Академию закончить умудрился с такими мозгами, силами и характером? Вот и не верь после этого в чудеса.

Как бы то ни было, предел терпения есть у всех, и Саске только что исчерпал свой.

– Послушай, недоумок, – вежливо обратился он к объекту охраны, для лучшего взаимопонимания шибанув сверху концентрированной Ки, – мне откровенно плевать, что ты там себе напридумывал. У меня есть задание охранять твою шкуру, и если ты хочешь добраться до финиша живым, то должен это, наконец, понять и не мешаться со своим идиотским гонором! – брюнет сверкнул шаринганом, глядя прямо в глаза трясущемуся от страха придурку, до которого всё-таки начало постепенно доходить, что, а главное – кому он сказал. – А теперь пошёл.

– Ч-что это было? – тихонько шепнула Сакура.

– Оскорбить имя матери, чьё тело ты сам хоронил… Я поражаюсь его сдержанности, – столь же тихо ответил я.

***

Остаток пути мы проделали в молчании, пока, почти к вечеру, не вышли к деревеньке, где наш бегун… взял точно такой же кораблик, как и на старте.

– И… зачем мы делали крюк в четыре десятка километров, чтобы сесть на точно такую же лодку? – не выдержала розоволосая куноичи.

Отошедший от шока Идате начал разливаться соловьём, впрочем, на этот раз старательно «фильтруя базар» и боязливо поглядывая на Саске. Парень что-то там объяснял про ветер, движение облаков и то, что, взяв севернее, он сможет хорошо выиграть по времени на разнице в скоростях. Я же слушал и…

– Хрясь, – моя голова впечаталась в мачту лодочки.

– Наруто-сама, с вами всё в порядке? – обеспокоенно спросила Кин.

– Да, со мной всё хорошо, всё просто замечательно, – поворачиваюсь к звезде премии Дарвина. – То есть ты хочешь сказать, что потерял почти день времени, устал при такой скорости бега, навернул крюк в сорок километров и навернешь ещё один на другой стороне пролива ради сомнительной возможности опередить бегуна соперников, который априори медленнее тебя, и весь твой расчёт сводится только на то, что он пошёл против ветра, а ты сможешь выбрать другой угол?

– Эээ… – не нашёл, что ответить, Морино, а вот Учиха после моих объяснений молча встал рядом со мной и…

– Хрясь, – присоединился.

– Ребята? – Сакура переводила взгляд с меня на Саске и обратно.

– Скажи, гений, а тебе не пришла в голову простая мысль, что ветер может поменять своё направление, и все твои великие планы можно будет спускать в унитаз? В то время как пойди ты с ним борт к борту, смог бы уделать чисто за счёт лучшей скорости бега?

Этот клоун пытался что-то провякать на тему, мол, это сезонный ветер, и он никогда не меняется в это время года, и что всё будет хорошо, на что я просто молча махнул рукой. Вся команда загрузилась на посудину и отчалила, цензурных слов не осталось ни у кого.

Настроение у всех было препаршивейшее. Во-первых, выяснилось, что переданная нам посудина (к слову, по уверениям её владельца – чуть ли не самая быстрая на побережье) требует для управления минимум двоих человек, а лучше трёх. Один управляет рулевым веслом, два других парусами. Как Идате собирался справиться с ней в одиночку, я даже спрашивать не стал, только грустно переглянулся с Саске и пошёл к канатам, регулирующим натяжение парусов.

Во-вторых, Коноха… Как бы это помягче сказать?.. Поселение континентальное, окружённое лесами и горами, а те реки, что протекают поблизости, для судоходства пригодны удручающе мало по причине множественных порогов и водопадов. Короче говоря, в Академии Шиноби Конохи никто и никого не учит судовождению. Хвала пресвятому любопытству и адепту его Харуно Сакуре! Девочка просто сообразила за два дня до выхода поинтересоваться вопросом пересечения моря бегуном, а потом в порыве любознательности и в присутствии Саске расспросила кормщика семьи Васаби, как устроен кораблик и как им управлять. Просто расспросила. Без всякой задней мысли. Кто же знал, что вместо опытного кормщика и команды, что дисциплинированно ждали на корабле у пристани, посудиной придётся управлять нам?! Кто вообще мог об этом подумать?! Плюс и посудина была хоть и чуть-чуть, но, при ближайшем рассмотрении, другая! Попроще, поменьше, без рулевого колеса…

Ну и третья причина отсутствия у нас бьющей через край радости и счастья заключалась в том, что примерно через пару часиков после выхода Сай сообщил, что его птичка видит идущий к нам на перехват корабль. Поправка – догоняющий нас корабль. Ну вот нашёл кто-то на побережье парусник куда шустрее, чем «супер-лодка», добытая нашим знакомым дебилом. Внезапно! Ну кто бы мог подумать, в самом-то деле?

В общем, когда Карин уточнила, что на преследователе всё те же шиноби, которые сидели у нас на хвосте… Мы с Саске начали нездорово улыбаться.

Минут через двадцать, когда кораблик был уже в какой-то полусотне метров от нас, послышались странные хлопки… И спустя секунду в палубу уже впивались самые натуральные арбалетные болты. Честно признаться, я сильно удивился. Никогда прежде я не встречал в этом мире нормального дистанционного оружия. Луки некоторых местных «работников ножа и топора», представляющие собой классическую «палку с резинкой от трусов», я в расчёт не беру – какую-то реальную угрозу даже простому человеку они представляли метров с двадцати максимум, а уж про меткость «Робин Гудов» с таким оружием я вообще промолчу. Арбалет же – это уже совсем другой разговор, даже примитивная модель может послать тяжёлый болт на две сотни метров и причинить несовместимые с жизнью повреждения, прицельная дальность стрельбы у него, правда, всё те же 20-30 метров, но на них и увернуться от болта, летящего со скоростью 100 м/с, проблемно даже для чунина (обычного), а если ещё учесть, что на такой дистанции болт уверенно прошивает стальные латы… В общем, то, что в мире шиноби подобное оружие не получило широкого распространения, понять можно – залп полусотни крестьян имеет неплохие шансы сделать грустно даже джонину, а вот обучить их поворачивать оружие в нужную сторону, взводить тетиву и нажимать на спуск можно за две недели, а не двадцать лет, которые уходят на подготовку всё того же джонина. Про то, насколько это дешевле, я вообще молчу.

Разумеется, даже армия арбалетчиков не сравнится с шиноби S-класса, но такие ниндзя – товар штучный. Большую же часть войск составляют генины и чунины, которые заметно проигрывают толпе с арбалетами в соотношении цена/качество. А теперь добавим ещё один штрих: на корабле-преследователе ощущалось трое разумных, а болтов к нам прилетело с десяток, значит, эти арбалеты ещё и многозарядные или стреляющие сразу пучком болтов. В общем, мне очень захотелось узнать, откуда у недочунинов такие интересные игрушки, при правильном подходе вполне способные уложить и средненького джонина.

К сожалению, я не учёл плохого настроения Саске, который подобными вопросами явно не заморачивался.

– Дыхание Дракона, – закончив серию печатей, произнёс он, и корабль преследователей накрыло струёй огня.

– АААА! – крики горящих людей заставили слегка спасть с лица нашего подопечного, да и Карин с Сакурой выглядели не очень.

– Блин, ну вот зачем?! – я повернулся к Учихе. – Зачем ты так?

– Хм? – Учиха поднял бровь, мол, а что такого-то, тебе их жалко, что ли? Немного подумав, он пришёл к несколько не тем выводам и выдал… – Пф… – вместе с эмоциями парня это можно было перевести как «ладно, извиняй, что никого не оставил – следующие идиоты для скидывания пара полностью твои».

– Да при чём тут это? У них был более быстрый корабль, какие-нибудь свитки, техники, оборудование! А ещё их можно было допросить! Иии… А, к биджу! – махаю рукой.

– М-да, нехорошо получилось, – Кин печальным взором смотрела на догорающий корабль – саданул Саске от души, чакры не пожалел, после такого залпа тушить и добывать что бы то ни было уже не требовалось – добывать там точно было нечего. Шиноби, правда, выжили, если судить по наличию эмоций, кратко описать которые можно как «штаны в срочную стирку», но, по тем же эмоциям, они сейчас активно удалялись в противоположную от нас сторону под водой.

Идате явно что-то хотел проорать про маньяков-психопатов, уничтожающих всё на своём пути, но, глядя на наши добрые лица, в кои-то веки решил придержать язык за зубами.

***

К вечеру погода серьёзно испортилась – зарядил мощный ливень, а ветер бил порывами по парусам, меняя направление каждые секунд сорок.

– Никогда не меняется, значит? – взмыленная и очень злая Кин пыталась совладать с такелажем, да чего там, Сай перестал лыбиться и как-то очень недобро поглядывал на нашего «ценного» подопечного. Тот, к счастью для себя, таки начал отращивать мозг (хотя куда более вероятно, что в нём просто проснулся инстинкт самосохранения), а потому что-либо вякать в своё оправдание не стал, дабы не искушать уже один раз отметелившую его девушку.

Увы, наших познаний (точнее, полного отсутствия таковых) в морском деле оказалось явно недостаточно, чтобы управлять лодкой в такую погоду, так что с запланированного курса мы благополучно сбились и сели на мель милях в десяти от места, где, по идее нашего «гениального стратега», должны были причалить, и метрах в восьмистах от нормально берега.

– Всё, приехали, – теоретически, я мог бы при помощи клонов приподнять кораблик и дотащить до более глубокого дна, но смысл? Лучше уж пешочком по воде, пусть даже с балластом в виде бегуна, – дальше своим ходом. Идате, по воде бегать умеешь?

– Да, конечно… но… не очень далеко.

– Угу… – уже хорошо, что хоть как-то умеет, а то были опасения… – Сакура, у тебя как с чакрой?

– Нуу… где-то… – девочка бросила взгляд на Саске. – Я добегу, не волнуйтесь!

– Хорошо, – не тратя времени на печать, создаю нескольких клонов. И бегуна покараулить, чтобы не утоп, и Сакуру подстраховать, и дерево нести сподручней, – собираем всё нужное и двигаем.

– Хн? – негромко спросил Учиха.

– Ну нам же нужно будет из чего-то разжечь костёр – одежда сама не высохнет.

– Тогда паруса тоже следует взять, не факт, что мы быстро найдём укрытие.

– Согласен, – двое клонов тут же полезли на мачту.

Некоторое время спустя.

До берега мы добрались без приключений, хотя Идате всё-таки пришлось вылавливать и половину дороги тащить на своём горбу, зато Сакура, как и обещала, справилась с маршрутом без проблем. А вот дальше начались некоторые сложности. Никаких видимых укрытий поблизости не наблюдалось, только прилегающий к каменистому пляжу лес, но кроны деревьев от идущего ливня не спасали абсолютно, вдобавок небо окончательно потемнело, и искать дорогу стало совсем нереально. Конечно, стой перед нами такая задача, мы бы её нашли и даже приволокли туда охраняемый объект, не позволив ему переломать ноги в мокром буреломе, но, во-первых, нам платили не за выигрыш, во-вторых, гонка длится неделю, и от пары лишних километров сейчас совершенно ничего не зависит, а в-третьих… я серьёзно опасался, что в такую погоду этот деятель найдёт способ переломать себе всё и на ровной дороге. Наконец, коллектив просто хотел поесть и высохнуть.

С последним пришлось намучиться, изображая из снятых парусов подобие натянутого брезента между деревьями. Из мокрых, успевших в процессе жутко перепачкаться, пропускающих воду и совершенно не предназначенных для этой задачи парусов! Разведение костра после этого подвига прошло уже на чистом автомате, пусть и работали клоны, но умаялся после их развеивания всё равно я.

– Наруто, а ты случайно не знаешь никаких барьеров от дождя? – с жалобными нотками спросила нахохлившаяся Сакура, мотая головой после того, как ей за шиворот упала очередная просочившаяся сквозь тент капля.

– Нет, – честно ответил я, игнорируя те же превратности судьбы и пытаясь уберечь корпусом свою порцию распечатанного рамена от капающей сверху воды, – но как вернёмся в Коноху, обязательно найду и выучу.

– Не найдёшь, – мрачно возразил Учиха, откусывая кусок хлеба и меланхолично запивая его бульоном.

– Почему, Саске-кун? – тут же насторожилась Харуно.

– Никому в мире не придёт в голову тратить чакру на такую глупость. Особенно среди тех, кто способен создать такую технику, – абсолютно равнодушным тоном поведал брюнет.

– А как же я? – поднимаю бровь, чувствуя, как сквозь усталость проглядывает толика профессиональной гордости.

– Ты псих, – лаконично парировал Пучеглаз, даже не подняв взгляда.

– Резонно…

– Знаете, девочки, иногда меня пугает то, как они общаются, – негромко поделилась своими мыслями Карин.

– Угу, – хором согласились Сакура и Кин.

– Может быть, они просто друг друга ненавидят и хотят убить? – улыбнулся Сай, вызвав нервное вздрагивание со стороны Идате.

Куноичи принялись дружно буравить неодобрительными взглядами художника – его уже и так подозревали в любви завуалированно поиздеваться над окружающими, а такая фраза, сказанная столь мягким, спокойным и позитивным голосом… В общем, вызвала целую бурю подозрения у прекрасной половины команды. И одновременно с этим Саске на миг прекратил жевать, поднял глаза на меня, изобразил на лице задумчивый скепсис и, кивнув какой-то своей мысли, вернулся к еде. Вот тут у девочек произошёл реальный нокаут.

– Нет, вы ведь шутите, да?! – не на шутку разволновалась Харуно. – Ведь да, Саске-кун? Наруто, скажи что-нибудь!

– К нам кто-то приближается, – сообщаю, быстро допив оставшуюся жидкость. – На берегу, северо-запад.

– А?.. – не поняла зеленоглазка.

– Сай, – агент Корня понял всё правильно и, без разговоров отложив тарелку, вытащил свиток. Через секунду нарисованная птичка упорхнула под дождь, а через десять её создатель сделал доклад:

– В скалах на берегу. Около семисот метров. Один шиноби с протектором Дождя, вооружён зонтом. Дым от костра уже заметил.

– Друг тех с арбалетами? – предположила Кин, как и остальные, уже закончившая есть и изготавливающаяся к бою.

– Возможно, – не стал отрицать улыбающийся парень, пряча свиток и доставая кунаи.

– Наруто-сама, – тихонько подобралась ко мне Карин и зашептала почти на ухо, – его чакра… – девочка зажмурилась, даже закусив губу. – Сильный чунин или токубецу-джонин.

– Спасибо, – так же шёпотом поблагодарил я.

– Хм? – Саске встал рядом, вопросительно глянув на наши лица, отчего мигом порозовевшая куноичи метнулась в сторону.

– Ты ей нравишься, – делюсь своими наблюдениями, проводив взглядом юную Узумаки. От такого известия целых две розоволосых девушки в нашем коллективе замерли на середине шага и дружно окатили меня семибалльным штормом в эмоциях. И если у Карин преобладали стыд со смущением, то Сакура жаждала крови.

Учиха не повёл и бровью.

– Если он в одной команде с теми тремя и уже знает о случившемся, то вряд ли он генин, – пресёк в зародыше возможное продолжение темы брюнет, заодно как бы намекая, достаточно ли мне такой компенсации за ту потопленную лодку?

– Ну, если так, то пойдёт, – соглашаюсь с любезным предоставлением неизвестного шиноби в мою собственность.

Возможный противник не представлял особой опасности, а потому весь наш дружный отряд не стал заморачиваться фланговыми обходами, ловушками и прочими полезными, но отнимающими массу времени ухищрениями. Мы просто вышли навстречу владельцу единственного на весь пляж зонтика.

– О, Идате, давно не виделись, – расплылся в улыбке неизвестный шиноби в вырвиглазного вида розово-синем комбинезоне без рукавов. – Я уж думал, ты сбежал. Ты же у нас специалист убегать. А тут вижу, привёл с собой несколько друзей?

– Аой… – выдохнул Морино, широко распахнув глаза. В эмоциях парня взметнулся букет, более всего характеризующийся фразой «желание забиться под веник»…

Не сразу поверив собственным чувствам, я более внимательно присмотрелся к резко поднявшемуся в моих глазах парню. Зелёные волосы почти до плеч, лицо симпатичное (наверняка популярен у прекрасного пола), кроме традиционного для шиноби надругательства над понятием «хорошо одеваться», признаков слабоумия не замечено, эмоции ровные, с оттенком симпатии и ностальгии. Неужели подмога от главы Васаби? С учётом «гениального» фортеля младшего Морино, возможны ещё и не такие варианты. Хотя, до Дождя отсюда далековато, да и с Конохой у них отношения не очень, но мало ли…

– Твой знакомый? – выразила общий вопрос Кин, повернувшись к бегуну.

– О, малыш Идате не рассказал, как оказался в Стране Чая? – вновь ухмыльнулся шиноби. – Ваш милый мальчик сбежал из Конохи, прихватив с собой одно из её сокровищ – меч Райджина, когда-то принадлежавший самому Второму Хокаге!

– Чего? – что-то мне подсказывает, что глава Васаби о сём гражданине не знает…

– Он трус и изменник, который не доверят людям, – уже откровенно скалился названный Аоем, поигрывая зонтиком над головой, крутя его туда-сюда. – Он предал родного брата и покинул свою деревню. Дерьмо, которое думает только о себе…

– Да не, это мы давно поняли, – отмахнулся я. – Что за меч такой?

– М? – на лице и в эмоциях мужчины появилось удивление, довольно быстро сменившееся весёлой снисходительностью. Шиноби запустил руку в подсумок и достал странного вида цилиндр с чем-то вроде металлических жвал насекомого на одном из концов и разделённым полоской металла кольцом на другом.

Воздух разрезал низкий звук тронутой струны, и… перед моими глазами предстала натуральная копия незабвенных световых мечей из «Звёздных Войн». Светящийся золотом клинок сантиметров 80-90 длиной, характерное гудение, металлическая рукоять… Только сам клинок был не круглым, а плоским, с явно выраженным остриём и так далее, даже с натурально световой гардой ближе к рукояти.

Краем глаза отмечаю, как Саске активировал шаринган, а Сай достал потёртую книжку и углубился в её страницы.

– Меч Райджина, – представил своё оружие ниндзя. – Говорят, им владел сам Второй Хокаге, он может разрезать что угодно. Никто не может противостоять его обладателю… – зеленоволосый вновь улыбнулся. – Что ж, как ни приятно поболтать с бывшими односельчанами, но извините, ребятки, задание есть задание, ничего личного, – и, сощурившись, мужчина рванул ко мне, стоящему несколько отдельно от группы и немного впереди.

М-да, скорость хорошего чунина, но… на этом всё. Саске уже быстрее, а под Чидори – так вообще. Призываю на левую руку покров Лиса и спокойно ловлю ей клинок из чакры молнии.

– Что за?.. – изумлённо выдохнул мой противник.

– Нашёл, – громко сообщил агент Корня АНБУ. – Аой Рокушо, нукенин Листа. Ранг на момент ухода из деревни – чунин. Стихии нет. Генома нет. Тайдзюцу – средний уровень. Награда за голову 150 тысяч Рё. За живого – 300.

– Эээ… Меч Второго? – в голосе Сакуры звучали одновременно сильное удивление и скепсис. Ещё бы, да за шиноби, спёршим такую реликвию, должна была гоняться вся Коноха вместе с остальными Великими Деревнями, как и за его подельником, и уж точно награда не должна была быть столь низкой. За Забузу, владеющего одним из Семи Великих Мечей Тумана, давали почти сорок миллионов, тут же дело обязано было весить не менее полусотни, а то и больше. Странно. Да и никогда я не встречал в библиотеке упоминаний, что Второй чем-то подобным баловался. Про технику Бога Грома, что потом улучшил Четвёртый – да, упоминания были, про обычные мечи тоже, но вот это?

– Слушай, – доверительно обращаюсь к Рокушо, скептически осматривая пойманную рукоять. Кстати, структура от «Чидори» заметно отличается, во-первых, очень стабильная, а во-вторых, эта штука, похоже, может бить током дистанционно, покров, по крайней мере, пришлось расширить на всё тело, а то начало слегка дёргать, – а ты уверен, что это меч Второго?

– Ты издеваешься?! – в душе нукенина резко поднялась чистая, лютая ненависть. – Конечно я уверен! Как у тебя получилось остановить его? Что это за трюк?!

– Да так… – шаг вперёд, скручивая корпус, подбить правой рукой снизу вверх, прямо в локоть. Слышится неприятный хруст. Ещё шаг, вырываю из ослабевшей руки оружие и оказываюсь за спиной противника, лоукик – и он падает на колени. В завершение просто бью его раскрытой ладонью в затылок – потерявший сознание шиноби валится лицом в землю. – Ну вот что за жизнь, а? – грустно оглядываю доставшийся мне трофей и поднимаю взгляд на команду. – Только встретишь нормального мужика, как тут же выясняется, что его надо зарезать!.. Забуза, Гаара, Орочимару, теперь вот… наши 300 тысяч… Эх…

– Наруто, – Сакура чуть насупилась, – тебе никто не говорил, что у тебя странные представления о нормальности? – Кин с Карин промолчали и даже самой малостью в лице не изменились, но в эмоциях читалось – согласны.

– К-как? Он же был джонином! – не дал мне ответить отчаянно подбирающий челюсть Идате.

– Пфф, – высказал своё мнение Саске.

– Неудивительно, что он ушёл из Конохи. Для такого ничтожества чунин – это максимум, а вот в мелкой деревне ранг могли и завысить, – спокойно прокомментировал увиденное Сай и что-то вычеркнул из своей книжки, полагаю, как раз имя Аоя.

– Дамы, не могли бы вы заняться упаковкой наших трёхсот тысяч? – решил я всё же проигнорировать «грязные инсинуации», а заодно и направить явно имеющие место излишки энергии «возмутителей спокойствия» в полезное русло. А то расслабились, понимаешь! – А вы, гражданин Идате, ничего не хотите нам рассказать?..

Рассказывать он не хотел, но под нашими «добрыми» взглядами быстро изменил своё решение. Собственно, история была донельзя банальной, похоже, у всех нукенинов есть своего рода «пособие по окучиванию идиотов», поскольку схема была чуть ли не один в один с планом Мизуки (или это Мизуки нагло плагиатил предшественника?). К туповатому лоху, завалившему экзамен, подваливает сочувствующий экзаменатор и начинает вешать лапшу про дополнительную проверку. Лох заглатывает наживку, крючок, поплавок и леску по самое удилище и идёт тырить указанную вещь – свиток/клинок/любимые тапочки Каге, нужное подчеркнуть. Потом приносит это «экзаменатору» и узнаёт, что его немного поимели и подставили, но можно свалить в другую деревню.

Вот только если с Наруто это с вероятностью в 99% была «проверка на лояльность» джинчурики, то тут всё могло быть «взаправду». Судя по тому, что «реликвию» смог стырить генин, причём генин криворукий, подозреваю, что хранилась она на каком-нибудь задрипанном складе в «запасниках». Но не суть важно.

Вернёмся к нашему «гению». Вместо того, чтобы доложить куда надо, паренёк уходит из деревни вместе с нукенином, где, закономерно, опять получает от жизни веслом по хребту, оказываясь в роли того самого заложника, коего вот прямо сейчас начнут резать, дабы расколоть «хорошего парня». Причём в роли режущего выступает (опять же, в известной степени закономерно) тот самый нукенин, что его развёл.

Из самой глубины того места, что так ценят многие паникёры, его вытаскивает старший брат, чуть ли не жертвуя жизнью, но мозги парня это не прочищает, а, напротив, затуманивает вконец. Страх наказания действует как ведёрная клизма скипидара, и неудавшийся чунин на рысях отправляется «куда глаза глядят». В общем-то, ничем другим объяснить то, что, уже находясь на самой границе Страны Дождя, он ломанулся обратно через добрую треть подведомственных Конохе земель, нельзя. Тем не менее или глаза всё-таки смотрели куда нужно, или «прочие факторы», но в конечном итоге, путь чудесным образом вывел беглеца на главу клана Васаби, оказавшегося милейшей души человеком, филантропом, добряком и вообще чуть ли не отцом родным для несчастного сиротки.

А спустя два года беззаботного существования, в одном скромном придорожном заведении с пареньком случились мы…

Вся эта история не просто дурно пахла, от неё буквально разило хреновеньким театром, и за милю были видны уши кого-то из руководства, подозреваю, что Ибики. Остальная наша команда пришла примерно к такому же выводу, но… это ни разу не наши проблемы. Так что мы просто пожали плечами, честно проинформировали бегуна, что нам плевать, в книге розыска его нет, а значит, денег за его голову мы не получим, к тому же задание по охране никто не отменял. Не скажу, что младший Морино успокоился после таких заявлений, но истерить не стал, спасибо и на этом.

Ночь прошла спокойно, мы спали, клоны бдили, а потому с утра, выспавшиеся и отдохнувшие, продолжили забег, благо ливень кончился. Ценную тушку тащить пришлось мне – запечатывание людей никто из нас ещё не освоил, запихивать добычу в продуктовый свиток также не решились – если он там помрёт, то половины награды мы лишимся, а кое-кому ведь растущую семью содержать! Так что только ручками, только хардкор.

Через два дня, отметившись в соответствующем храме, Идате финишировал, опередив своего конкурента почти на двенадцать часов. Наша миссия на этом была закончена, и мы облегчённо вздохнули. Впереди предстоял путь домой, отдых и заслуженная награда. Вот только корабль, вошедший в порт под флагами Конохи, несколько сбил нас с благостных мыслей. Что там опять случилось?

***

Как ни странно, но в этот раз никаких неприятностей не произошло – кораблик Конохи прибыл в качестве средства передвижения уполномоченного представителя Хокаге для заключения ряда договоров и пактов с «новоизбранным» правительством города. Хех, шустро они, ещё толком забег закончиться не успел, а наши уже тут как тут и готовы оторвать кусочек от вкусного пирога торгового маршрута. Впрочем, Хирузен со старейшинами давно доказали, что подмётки могут срезать на ходу. Как наследник благородного клана и очень не бедного Четвёртого Хокаге, что жил на бомж-пакетах, говорю.

Но оставим дела попила пирога всем заинтересованным лицам, куда больше меня привлекали другие пассажиры судна, точнее… пассажирка.

– Анко очень, очень рада видеть мелкого засранца, – ученица Белого Змея спрыгнула с бортика корабля и приступила к попыткам удушить меня весьма… специфическим образом под негодующе-ревнивые взгляды Кин (ожидаемо), Карин (тоже, хотя должна уже была привыкнуть к манере поведения данной куноичи) и Сакуры (О_о?).

– Мммвф! – поприветствовал её и я, раздумывая, выбираться мне, дабы глотнуть немного воздуха, или позволить ещё немного повжимать себя в аппетитную грудь, скрываемую только тонким плащиком и совсем уж ничего не маскирующей сеткой? В принципе, дышать мне и так ничего не мешало, но негоже благородному дону Узумаки висеть у всех на глазах в подобном положении, аки мягкая игрушка какая… Или всё-таки как раз дон Узумаки себе это позволить может?.. Дилемма.

– Пффф, – кивнул девушке Учиха, одновременно умудрившись выразить своё отношение к данной сцене.

– Завидуй молча, – я таки отстранился от Анко, это был сложный выбор, но надо держать марку сурового парня. Хоть иногда. – Какими судьбами, о отрада глаз моих?

– Наруто, заканчивал бы ты общаться с Джирайей, а то станешь таким же извращенцем, – девушка всё-таки отстранилась и поздоровалась с остальной командой: – Привет, ребята.

– Здравствуйте, Анко-сан, – чуть ли не хором ответили «ребята», по странному стечению обстоятельств являющиеся куноичи. Сай просто улыбнулся.

– Анко-Анко… – я покачал головой, цепляя на лицо скорбную мину. – Увы, мне не стать таким же извращенцем, как Джирайя-семпай, ведь я… уже превзошёл его! – и моя рука, скрытая пальто девушки, невзначай скользнула по её «вторым девяносто».

– Рррр! – меня попытались укусить за ухо. Неудачно. Впрочем, девушка, к моему огромному сожалению, закончила нашу пикировку и отстранилась, хотя в эмоциях у неё царило веселье, смешанное с некоторым желанием и каплей досады… Ох уж эти женские эмоциональные коктейли. Но хорошего понемногу.

– И всё же, что привело тебя сюда? Что-то случилось?

– Да нет, всё в порядке, обычная миссия по сопровождению чиновника, правда, на кой чёрт её взял Ибики, я не понимаю, – остальная команда дружно переглянулась. Подтверждение, пусть и косвенное, нашим умозаключениям только что было получено. – Ну а я решила слегка развеяться. Пятая относительный порядок уже навела, бумажек стало на порядок меньше, а тут подвернулась миссия в ваших краях, вот я и решила, почему бы нет? Ты не рад? – вроде бы шутливо сказала, но в чувствах её возникло сильное напряжение. Всего месяц не виделись, и она, явно бросив дела, прыгает на корабль, идущий в нашем направлении, чтобы увидеться. Кажется, без нас ей в Конохе действительно грустно и одиноко.

– Шутишь? Тебя я рад видеть в любое время дня и ночи! – и, наклонившись поближе, всё-таки не выдерживаю и допускаю ещё одну подколку… точнее, не совсем подколку: – Особенно – ночи, – одновременно с чем мысленно активирую связь через проклятую печать и окатываю девушку горячим коктейлем из радости встречи, симпатии, возбуждения и толики провокационного веселья.

На какое-то мгновение Митараши даже смутилась, но тут же перешла в атаку:

– О, ты всё только обещаешь, – красавица выразительно потянулась, словно после сна, – а бедная Анко по-прежнему мёрзнет, – тоске в голосе специального джонина позавидовал бы любой профессиональный побирушка, вещающий вариации на тему: «Месье, же не манж па сис жюр», тем не менее, от неё явственно дохнуло облегчением и радостью.

– Кхм, вы тут надолго? – вмешалась в разговор, явно начавший заходить в сферу, не предназначенную для лишних ушей, Сакура.

– День-два, пока не будут подписаны все необходимые договоры, а потом домой.

– Нас с собой возьмёте? – включился в беседу Саске. – С комфортом плыть по реке, а потом передвигаться с большой группой всяко удобнее, чем опять топать лесами, – а ещё это примерно на неделю дольше, что, с учётом «ничегонеделанья» на борту, может вылиться в две недели свободного времени без очередных «гениальных» миссий и прочей суеты. А две недели с шаринганом и батарейкой чакры в моём лице – это очень много, особенно если ещё и Анко подключится к занятиям…

– За главного у нас Ибики, но, думаю, проблем не возникнет.

– Хорошо.

Проболтав ни о чём ещё несколько часов, попутно изложив всю подноготную по имеющимся в городе кондитерским и даже проведя гостью в лучшую, мы, под счастливую моську жующей данго девушки, дождались возвращения мрачного Ибики. Попытка напроситься к нему на корабль провалилась, натолкнувшись на отмашку «не сейчас, всё потом», но… немного подумав, главный дознаватель Конохагакуре ПОПРОСИЛ нас с Саске заглянуть к нему в каюту вечером. Нам оставалось только согласиться.

Оставшееся время до вечерних посиделок я ковырялся с трофейным клинком. Всё равно заняться было больше нечем – Анко отправилась вместе с Ибики на «переговоры» по договорам, Саске пошёл подписывать свидетельство о завершении миссии, девушки дружно отправились по местным рынкам, захватив с собой Сая. Бедный парень, он ведь ещё не понял, насколько попал. Впрочем, истинный шиноби должен стойко переносить все тяготы и лишения… в общем, переносить. Вот и пусть носит покупки прекрасных дам, хе-хе.

Но вернёмся к клинку. Что я могу сказать, теперь понятно, почему за ним никто не гонялся – принцип «неуловимого Джо» во всей красе. Что представляла собой конструкция «меча Бога Грома»? На рукояти из чакропроводящего металла выжгли несколько печатей – простенький накопитель (в шедевре Орочимару он был на порядок сложнее), по ходу дела вообще одноразовый, без возможности подзарядки, далее следовал преобразователь чакры, опять же, ничего необычного, нейтрал – молния. Замыкалось всё это дело слабеньким барьером, что худо-бедно держал чакру молнии в заданных пределах, но при контакте с физическим объектом расступался… и давал молнии взаимодействовать с данным объектом.

Какой-то интерес представляла только схема соединения печатей, да и то… Не скажу, что смогу повторить это за пятнадцать минут, всё же работа с чакропроводящим металлом – сама по себе штука, требующая серьёзного мастерства, но некий аналог при нужде склепаю. Да и любой создатель фуин, ушедший дальше взрыв-тэгов, в принципе, тоже справится. Это, кстати, объясняет, почему артефакт у Аоя в Дожде не отобрали – толку с него, прямо скажем, немного, и подспорьем он будет разве что для генина или средненького чунина, просто потому, что не требует затрат чакры от пользователя, за исключением момента активации, да и там – мизер на уровне «подайте чуть-чуть чакры в печать». По сути, клинок из чакропроводящей стали на уровне всё того же чунина уже превосходит данный артефакт, про более высокие классы шиноби я вообще молчу. Вот для генина такой мечик был бы полезен… если не считать того факта, что большая часть генинов скорее бы сами им зарезались, нежели нанесли урон противнику, да и для кендзюцу он негоден – баланса нет, массы у клинка нет… Разумеется, можно подстроиться и научиться, но… на кой чёрт, если с чунинского уровня нужно будет переучиваться на нормальный меч?

Тем не менее, вполне возможно, что автором сего девайса действительно был Тобирама, об этом говорили как используемый материал (один из самых сложных для постоянного фуиндзюцу), так и объём накопителя. Последний, на момент попадания мне в руки, содержал чакры примерно как у среднего чунина, и это после нескольких лет активного использования Аоем плюс неизвестное время эксплуатации до того. А так как печать одноразовая, то получается, что создатель сразу влил в неё очень солидный объём, который не у каждого джонина вообще наберётся, а вот для Каге уже не фатален. Но это так – умствования и гадания на требухе, главное заключалось в том, что и для меня, и для Саске эта игрушка могла служить только в качестве бесполезной красивости на торжественном приёме. А жаль…

***

Вечер подкрался как-то незаметно, я закончил разбираться с трофейным клинком и пересказал свои выводы Саске, тот лишь пожал плечами и высказал своё веское «пфф», девушки таки вернулись с рынка, сопровождаемые уже вымученно улыбающимся Саем. Мне кажется или внутренне он уже всех кроет отборным матом? Неее, это же Сай, так просто его не проймёшь, нужно будет повторить шопинготерапию ещё раз-другой до полного постижения жертв… эээ, я хотел сказать подоп… хм… в общем, до полного постижения дзен, да.

Ибики с Анко появились последними, и, не откладывая в долгий ящик, мы проследовали в каюту главного дознавателя Конохи.

– Вы хотели нас видеть, Морино-доно? – Саске, как человек более «глазастый» и, по мнению всех окружающих, наиболее адекватный в нашем дуэте, был в данной беседе первой скрипкой. Я-то подключаюсь в моментах, когда собеседника нужно довести до белого каления, а сейчас явно не тот случай.

– Да, – мастер допросов тяжело вздохнул, – я хотел бы узнать ваше мнение о миссии… и, – слегка замялся, буквально на мгновение, но нам с Учихой хватило, – персоналиях, что вам повстречались.

– Вы говорите об Идате, Морино-доно? – подчеркнул фамилию нашего собеседника Саске.

– Да… То, что я скажу, пусть останется между нами, – мы кивнули. – Вы ребята неглупые, думаю, кое-что поняли сами… не так ли?

– Всё это бегство, «легендарный меч» и прочее… представление. Для чего оно?

– Проверка, которую, к моему сожалению, мой младший брат полностью провалил. То, что из него не выйдет полевого шиноби, было понятно давно, но бытие шиноби не заканчивается одной полевой работой; и в штабе, и в моём ведомстве постоянно не хватает кадров. Особенно после гибели клана Учиха, – резонно, раньше чунину-Учихе достаточно было «состроить глазки» пусть даже джонину (надёжно зафиксированному, естественно), и он начинал колоться. Если нет – процедуру можно было повторить разик-другой, не Цукиёми, конечно, но и простое гендзюцу может доставить массу «радости». Сейчас же, как я смог заключить из мелких обмолвок Анко, колоть нужно было по нескольку дней, да и то была вероятность замучить пленника раньше, чем получится выбить из него информацию, даже с учётом ирьёнинов и клана Яманака. Разумеется, при таких обстоятельствах кадров дико не хватало, странно, что Саске не предложили «подработать», хотя… какие его годы?

– Испытание на лояльность деревне?

– И оно тоже, но главным образом – на умение думать и сопоставлять факты.

– Так Аой был вашим агентом? – м-да, если так, то как-то нехорошо получилось… Надо бы его покормить, что ли, хотя… он ведь не шутил, когда заявлял, что «ничего личного, ребята».

– Нет, – вновь поморщился Морино, – просто удачно подвернулся под руку, хотя я его недооценил и попался. Но это к делу не относится. Я прошу вас высказать своё мнение об Идате. Без скидок.

– Дегенерат, – коротко и ёмко. Саске в своём стиле.

– Навыков нет, умения оценивать обстановку – тоже, как и способностей просчитывать ситуацию даже на полшага вперёд и задумываться о последствиях. Самоуверенности и чувства собственного величия – на троих Каге и сеннинов за компанию, – расшифровал я. – Хотя бегает неплохо.

– Что ж, – дознаватель прикрыл глаза, – значит, для всех будет лучше, если он будет считаться погибшим, – коротко переглянувшись с Учихой, мы синхронно кивнули. Вряд ли Идате хоть кому-то нужен, те, «кто надо», и так всё прекрасно знают, а иметь «должок» за главным палачом (ну, во всяком случае, главным официальным палачом) всегда полезно. – Благодарю.

– Морино-доно, – уже я обратился к Ибики, – я слышал, вы скоро отбываете обратно в Коноху, не возьмёте нас на борт?

– «Скоро» – понятие несколько растяжимое, возникли некоторые проблемы, но если вы готовы подождать дня три-четыре, то почему бы и нет?

– Спасибо.

– А что за проблемы, если не секрет? – поинтересовался Учиха, за что заработал пристальный взгляд от безопасника.

– Хм, особого секрета и вправду нет. Некоторые чиновники, присланные даймё Чая, проявляют поразительную близорукость в ряде вопросов и в то же время слишком пристальны в других направлениях. Налицо подкуп, но у нас нет очевидных доказательств, а провокацию устраивать нежелательно, – Ибики окинул задумчивым взглядом нашего штатного владельца шарингана. – Саске-сан, не хочешь ли помочь родной деревне и попрактиковаться в гендзюцу? – нужно провериться на пророка, вон уже и поработать на госбез предлагают. – Думаю, тебе полезно будет понаблюдать за работой следователей, ведь когда-то твой клан был весьма успешен на данном поприще.

– Хн… пожалуй, – согласился Саске.

– Вот и хорошо…

Потратив ещё минут пятнадцать на пустой «дежурный» разговор, мы разошлись спать – утро обещало быть насыщенным, во всяком случае, у некоторых. Интересно, Ибики заберёт с собой Анко или её можно будет умыкнуть?

***

Не забрал. Вместо прекрасной куноичи злой хозяин коноховских подземелий (верхнего уровня, нижние контролирует Данзо и его «корешки») утащил с собой нашего бравого Пучеглаза. Странный выбор, но не мне влезать в его личную жизнь. Видимо, Саске что-то такое прочёл по моей ухмыляющейся роже и, сверкнув шаринганом, показал кулак. Пожимаю плечами, а кому сейчас легко? Вон, Сая второй день из оборота не выпускают и используют в виде гужевого транспорта.

– Ну вот, все опять ушли и оставили бедную Анко одну, – «пригорюнилась» эта прекрасная особа, провожая спины уходящих философским взглядом.

– Чего скучаем? – на этот раз у меня получилось подкрасться незамеченным и прислониться к её спине. Хм, почти не вздрогнула, а услышав мой голос, даже расслабилась и… хм, словно плотнее прижалась?

– Наруууто-доооно, – начала она, растягивая слова, – а вам не говорили, что подкрадываться к беззащитным девушкам – плохо?

– Хм, дай-ка вспомнить, Анко-тян, кажется, нет, зато одна куноичи оставила неизгладимые впечатления от подобных подкрадываний.

– О, тебе так понравилось быть в моих руках? – ответила она шпилькой, чуть ли не мурлыкая в голос. Эдакое довольное мурлыканье очень большой и опасной кошки, что прикидывает, поиграться с жертвой, отпустить или всё-таки устроить себе перекус.

– Это нужно совсем не дружить с головой, чтобы огорчаться от объятий такой девушки, – мои руки как бы сами собой приобнимают её талию, – а уж если добавить характер…

– Эй, что не так с моим характером? – наигранно возмутилась куночи и, резко развернувшись, сощурилась, грозно нависнув надо мной.

– Мне он дико нравится, а значит, с ним точно что-то не так, – и не думаю отстраняться или смущаться, на что, как я подозреваю, надеялась девушка. Хех, положение явно щекотливое.

Разумеется, именно в этот момент должно, просто обязано было что-нибудь произойти, начиная от случайно ворвавшегося на корму, где мы и устроились, моряка, заканчивая прорывом Инферно/Воскрешением Мадары/Возвращением Рикудо, нужное подчеркнуть. Но нет, всё оказалось куда банальнее.

«Квак!» – желудок Анко намекнул, что данго, конечно, хорошо, но их было мало, и было это вчера.

«Буркл!» – мой живот был солидарен. Покосившись друг на друга, мы синхронно рассмеялись.

– Как насчёт перекусить со мной? Я угощаю.

– Хитрый и коварный Узумаки хочет пригласить бедную и наивную Анко на свидание? – опять брызнула ядом девушка, сладко скалясь во все зубы. Нет, я действительно обожаю её характер!

– Ну, должен же в наших отношениях быть цветочно-конфетный период, а не одни попытки подкрасться со спины и пощупать за самые интересные места?!

– Анко ничего такого не щупала… – девушка с самым серьёзным и задумчивым видом поднесла пальчик к подбородку. – …пока что, – и игриво стрельнула глазками.

– А кто начал меня облизывать перед вторым этапом экзамена на чунина? – нашёл я резонное возражение.

– …

– Судя по красноречивому молчанию, возразить нечего, да и мысли о «пощупать» в твоём исполнении мне определённо нравятся, – о, кажется, я таки умудрился её слегка смутить.

– Какой развратный у меня попался ученик, ещё немного – и он собьёт робкую тихую Анко с праведного пути.

– Совершенно верно! – подтвердил я, заговорщически улыбнувшись. – И для этого у меня даже есть великое оружие!

– Анко вся в предвкушении, – довольно жмурясь и чуть ли не похихикивая, поддержала игру девушка.

– Трепещи и ужасайся, ибо сейчас ты узришь величайшую технику джинчурики Девятихвостого! – я сложил печать концентрации. – Уже страшно?

– Ну почти, – хохотнула куноичи, качнув пучком светло-фиолетовых волос. – Анко почти вся дрожит.

– Хенге! – облачко, созданное лишней чакрой, рассеялось, и я предстал перед девушкой в облике самого себя. То есть действительно себя, как вампира-Фобоса из очень далёкого отсюда мира, а не Наруто любых вариаций, единственной уступкой конспирации были цвет волос, глаза и полоски на лице. Даже одежду вернул свою, без доспехов, правда, но это несущественно. Митараши сразу оказалась чуть-чуть ниже.

– Хм… – в «меня» потыкали пальчиком, оценивая и рассматривая. – Ты точно слишком много общаешься с Джирайей, но облик безотказного магнита для женских сердец у тебя получился неплохой, да… неплохой, – меня ещё раз окинули подозрительно голодным взглядом прищуренных глаз и выразительно облизнулись.

– Всё это ложь и клевета, я буду так выглядеть года через три-четыре, так что не упусти момент и рассмотри перспективу!

– М-да? Кажется, кто-то немного самоуверен, – мурлыкнула куноичи, однако действительно продолжая окидывать взглядом моё потенциальное «будущее изображение».

– Ну, это можно будет проверить только практикой! А пока, Анко-тяяян, не посетить ли нам, наконец, одно чудесное заведение, где подают очень недурственную выпечку?

– А Хенге-то удержишь?

– Практика, Анко-тян, только практика!

– Ну смотри. Опозоришь доверчивую Анко, и она тебе отомстит… Страаашно отомстит, – куноичи ещё раз облизнулась.

Некоторое (довольно продолжительное) время спустя.

– Уф, – девушка довольно отвалилась от столика, – спасибо за угощение.

– Дааа, воистину, сладости – твой самый страшный враг!

– Хм? – лениво приподняла бровь Митараши.

– Ты уничтожаешь их без пощады, смотри, растолстеешь и не сможешь прыгать по деревьям.

– Я не поняла, это ты сейчас кого толстой назвал, мелкий? – мгновенно оживилась девушка.

– Что ты, что ты, ты очень стройная и прекрасная…

– То-то же!

– Но со сладким нужно быть поосторожнее, – я таки не сдержал улыбку. Уж больно комично выглядел вариант «Анко сытая, довольная, но дующаяся».

– Грр… – меня принялись душить, очень натурально кипя возмущением, правда, это не мешало получать удовольствие от того, что «душила» меня чертовски соблазнительная девушка, слегка разомлевшая на солнышке и благосклонно «не замечающая», что, «отбиваясь», я как-то подозрительно чётко исследую скрытые под её плащом достоинства. Да, отсутствие незримого давления от «коллег» и прочих «доброхотов» Конохи здорово раскрепостило куноичи, наконец-то позволив побыть собой и не одёргивать себя при общении с джинчурики.

Спустя какое-то время я решил двигаться дальше – добавив чакры в руки, подхватил девушку и пересадил к себе на колени. Праздник по поводу окончания забега ещё не кончился, и улицы Дегораши, как и все его увеселительные заведения, были полны народу. Кафе, где мы сидели, исключением не являлось, пусть и без столпотворения первого дня, но туристы, отдыхающие горожане и, конечно, веселящиеся парочки всё ещё присутствовали в заметном объёме. Так что моя маленькая выходка прошла совершенно незамеченной окружающими, тем более и выглядел я сейчас не шкетом 13-14 лет, а парнем вполне под стать своей спутнице.

– Кажется, кое-кто всё-таки читает слишком много книжек Джирайи, но вот правильно применять знания, там почёрпнутые, не умеет.

– Но вы же научите меня, Анко-сенсей? – мои руки удобно устроились на талии и бедре девушки, а поднять взгляд вверх было… сложновато – всё-таки подростковое тело, оказавшееся в таком положении, очень сильно давило на мозг.

– Малыш хочет немного пошалить с тётей Анко? – всё так же провокационно-беззаботно спросила джонин. Вот только в её чувствах возникло что-то… что-то сложное и трудноопределимое, впрочем, я вполне представлял себе, что именно, да и мог предположить, зная её историю. Тело телом, но разум и опыт никуда не девались, а потому я сказал совсем не то, что должен был сказать подросток в подобной ситуации, но то, что я действительно хотел.

– Нет, Анко. Не «немного» и не «пошалить», – я встретился с ней глазами, никаких шуток и подколок, сейчас я был полностью серьёзен и передавал эту серьёзность по нашей с ней связи через проклятую печать.

– А я не старовата для тебя?

– Между нами разница всего в несколько лет. Несущественно.

– А Хината? – настороженно продолжила допрос Митараши, почти незаметно хмурясь.

– Она умная девушка и понимает как мои чувства, так и состояние моего клана… вместе со всеми вытекающими правами и обязанностями его главы.

– А…

– Просто скажи «да» или «нет», – ученица Белого Змея закусила губу и отвернулась, почти ткнув меня в лицо пучком светло-фиолетовых волос. Несколько секунд она отчаянно искала решение и собиралась с духом, потом выдохнула и… страстно впилась в мои губы поцелуем.

– Если ты предашь меня… – немного отдышавшись и склонившись к самому моему уху, прошептала куноичи, – я тебя убью, – после чего вновь вернулась к поцелуям.

Кафе мы покинули через полчаса, а потом, побродив немного по городу, сняли номер в гостинице – Анко горела желанием приступить к «более глубокому обучению», и я полностью поддерживал данную идею – всё равно в порту нам болтаться ещё дня два минимум, а девушка явно «проголодалась».

***

Зайдя в номер, я скинул уже несколько поднадоевшее Хенге. Нет, техника весьма удобна, но ощущение внутри эдакого «костюма» из «теневого клона» довольно… специфическое, особенно если меняется рост. В любом случае, сейчас было явно не время и не место для размышлений на отвлечённые темы – одна обворожительная куноичи жаловалась, что всё ещё «мёрзнет», и нужно это дело исправлять.

На автомате захлопнув за собой дверь, притягиваю к себе девушку и продолжаю практику в поцелуях, но…

– Что-то не так? – её эмоции полыхнули сложным клубком противоречивых импульсов.

– Я чувствую себя какой-то развратной извращенкой, совратившей ребёнка… Когда ты был в Хенге, было куда проще… – отвела взгляд Анко, как-то даже обвиснув на моей руке, удерживающей её за талию.

– Вынужден тебя разочаровать, – предвкушающе улыбаюсь, – но на самом деле это ты – милая невинная девочка, угодившая в капкан развратного демона… И я тебе это докажу, – подаюсь вперёд и ловлю в плен тёплые губки куноичи.

– Н-наруто, где ты т-такому научился? – Митараши растерянно откинулась спиной на стену, судорожно переводя дыхание. Как же они все мило реагируют на «эльфийскую комбинацию»…

– Это… секрет, – небольшой шаг, и вместе с новым поцелуем, бежать от которого девушке просто некуда, я опустил руки с её талии на попку и, получив в награду невнятное мычание, просто вздёрнул девушку на себя.

Несколько шагов до кровати прошли мимо моего сознания, и только усадив её на край, я позволил себе разорвать поцелуй.

– Хоо, – привыкшая строить из себя самую большую оторву селения куноичи рефлекторно отставила руки назад, упираясь в постель. Её пальто почти полностью распахнулось, ничего не скрывая, и мои кисти, всё ещё находящиеся на бёдрах девушки, немедленно скользнули вверх, забираясь под плотную юбочку.

Дыхание Анко ещё не перевела, и я, решив дать её ротику немножко отдохнуть, начинаю неспешно исследовать поцелуями шейку… Руки продолжают жить своей жизнью, легонько сжимая бёдра и поглаживая стройные ножки. Защитная сетка и натянутая под ней полупрозрачная блузка не в силах скрыть начавшее нарастать возбуждение куноичи. Ещё пара мгновений – и вот уже ремень на юбке капитулирует, а плащ спадает с плеч, после чего мои пальца возвращаются к наиважнейшему делу – путешествию по тренированному телу.

– Ах… – Митараши ещё не успела закончить стон, как я опять поймал в плен её солоноватые и чуть подрагивающие губы, незамедлительно пустив в ход язычок и одновременно переключившись руками на упругую грудь. Красавица с готовностью отвечает на поцелуй, и я чувствую, как её руки зарываются в мои волосы.

Немного неудобно – подхватываю девушку одной рукой под талию, второй, единым движением, стягивая юбку, судя по начавшему учащаться дыханию Анко – я на правильном пути, но сетка начинает раздражать.

– Сетка… – она резко, не открывая глаз, кивает на мои слова, секунда – и плащ летит на пол, вторая – и к нему присоединяется так мешавшая мне вещь.

Прижавшись к ней, аккуратно заваливаю на кровать, после чего приступаю к новой «эльфийской комбинации», но на этот раз язычок девушки не бездействует, а очень активно участвует в процессе, окончательно срывая и мою крышу.

– Ммм, – тонкая ткань блузки совершенно не мешает рукам почувствовать, как напрягается её грудь и затвердевают соски. Отрываюсь от мягких, податливых и таких вкусных губ, за что получаю недовольное ворчание, сменяющееся на новый, пока ещё тихий и сдерживаемый стон, когда, задрав последнюю деталь её верхнего гардероба, начинаю полноценно исследовать губами и языком её мягкие холмики, уделяя особое внимание затвердевшим вершинам и ареолам вокруг них.

Анко подтянула меня к себе и вновь принялась целовать, попутно стаскивая водолазку. Когда же её коготки в первый раз прошлись по моей спине… ооо, непередаваемое ощущение. Не желая больше сдерживаться, спускаюсь ниже и стягиваю с неё сетчатые «шорты» вместе с трусиками.

А кое-кто, оказывается, бреется, какая прелесть… Заметив мою улыбку, девушка сдвигает ноги и стыдливо прикрывается.

– Не пялься…так…

– Почему же? Ты там тоже очень красива… – склоняюсь и шепчу ей на ушко, секундой спустя слегка его прикусив и тут же загладив эту шалость нежным поцелуем. Судя по закушенной губе и стиснутой в руке куноичи простыне, ей очень понравилось.

И вновь спускаюсь вниз, проводя языком по её шейке и легонько сжимая обеими руками аппетитную грудь. Дыхание куночи становится тяжелее и громче, то и дело прерываясь едва сдерживаемыми стонами. Вот руки Анко ослабевают, она обессиленно падает спиной на матрас, и я тут же подаюсь вперёд, скользнув рукой по гладкой внутренней стороне бедра, начав нежно поглаживать в самом сокровенном месте.

– Ххха, – её пальчики судорожно впиваются в простыню.

– Ты готова? – провокационный шёпот подкреплён жарким дыханием прямо в ушко.

– Н-нет… ещё… Я… мммм…

Ещё минута осторожных ласк – и она сдаётся, почти силком заставляя меня навалиться сверху и обхватывая ногами. Верхней одежды на мне уже нет, и удовольствию совсем ничего не мешает. Очень хочется ускориться, но приходится себя сдерживать, так как, по всем признакам, она совершенно неопытна.

Движение бёдрами – и я чувствую, как её тугая плоть плотно обхватывает меня, сдавливает, принося волны наслаждения, и тут комнату огласил резкий стон, и Митараши полностью обмякла.

– Ну кто же так делает? – зарываюсь лицом в прекрасную грудь, мучительно удерживая себя на самой грани.

– Мммхааа… – почти беззвучно сорвалось с её губ.

– Ну, сама виновата, – начинаю двигаться, постепенно наращивая темп, и жадно мну руками её груди.

Анко совершенно не со мной, но постепенно возвращается, если можно так сказать про абсолютно затуманенное страстью сознание. Несколько минут, и я меняю позу – мы сидим друг напротив друга, притягиваю её к себе и вновь вхожу, поддерживая, направляя и задавая темп, просто поддерживая за попку. Куноичи неумело отвечает на мои ласки, обхватывает ногами и двигается сама, увеличивая амплитуду и резкость наших движений, руками она буквально вдавила меня в свою грудь, и… это было прекрасно.

– Мххаа… хаа… – её дыхание опять стало глубже, уже не сдерживаемые ничем стоны оглашали комнату, пик был близок… Вдруг её тело напряглось, внутри она сильнее сжалась, секунда, другая – и вот стиснутые ножки чуть расслабляются, а впившиеся в мои плечи пальцы вновь начинают поглаживать меня по спине. Я и сам уже подошёл к пределу и собирался отстраниться, но девушка лишь плотнее сжала меня. – Нет… хочу… внутрь… ха… сегодняяя… можно, – киваю и усиливаю напор, ещё немного времени – и я кончаю во вновь сжавшуюся и стонущую девушку. Анко прикрывает глаза и откидывается на спину, едва успеваю подобрать ноги.

Лежим рядом, от Митараши исходит ощущение счастья и полного довольства жизнью, подтягиваю её к себе и целую кажущиеся немного прохладными и сухими губы, девушка отвечает, и я понимаю, что уже готов ко второму кругу – молодое тело имеет свои преимущества. А если это тело Узумаки-джинчурики…

– Мне… нужно в душ, – разорвав поцелуй и отведя полный смущения взгляд, сказала растрёпанная девушка.

– Пойдём, – поднимаюсь и, подхватив красавицу на руки, отношу её в ванную. Включаем воду и встаём под бьющие струи. Отвернувшись, Анко начала приводить себя в порядок, я же не мог оторвать взгляд от изящного женского силуэта. С трудом дождавшись, когда она закончит, развернул её к себе, вновь привлёк и поцеловал.

– У тебя ещё остались силы? – очень заинтересованно спросила девушка, явно вошедшая во вкус и выбросившая из головы всякие глупые мысли о «совращении малолетних».

– Я только начал, а ночь впереди ещё дооолгая, – прижимаю Анко к тёплой от потоков воды из душа стене и снова начинаю так понравившуюся ей практику с массированием сосков, получая в награду новый стон. Пусть ночь впереди долгая, но столько всего ещё предстоит сделать!

***

На корабль мы вернулись ближе к обеду, вставать рано было лень, да и Анко, не обладая «внутренним реактором на девять энергоблоков», слегка притомилась. После совместной ночи девушка прямо-таки расцвела и была необычно добра и миролюбива по отношению к миру. Никаких ехидных реплик и подколок… хотя… ладно, их просто стало немного меньше, позубоскалить эта особа всё так же умела и любила, но вот «дразнить» меня она стала куда меньше, хех, опасается, что вновь «додразнится»? Ну так вроде бы жалоб не поступало… Впрочем, что-то я излишне увлёкся – гормоны, видать, шалят.

На борту из наших присутствовали только девушки, причём Карин при нашем появлении залилась краской и стремительно отвернулась, а вот Кин буквально жгла Анко ревнивым взглядом и подозрительно косилась на меня. Я уж было подумал, что у нас что-то не так с одеждой или на телах остались какие-то компрометирующие следы, но судя по непонимающему взгляду Сакуры, что скакал по всей нашей компании, ничего такого заметно не было… Тогда что? Хм… Если подумать, то Карин – уже хороший сенсор, а у меня довольно специфическая чакра, которую трудно не заметить даже в многолюдном городе. Ну а там соотнести наше отсутствие, то, чья чакра была рядом со мной всю ночь, и цветущий вид Анко… Это Сакура у нас девочка книжная, дальше романтических (а может, и более приземлённых) фантазий о Саске-куне не заходившая, Узумаки же, при всей своей внешней милоте и лёгком флёре наивности, жизнь повидала куда более суровую, чем теплица Конохи и факты вполне соотнесла. Про Кин и говорить не приходится – той и без сенсорных талантов всё было ясно. Хм, судя по взглядам девушки, это может стать проблемой, надо бы с ней поговорить с глазу на глаз. Но для начала стоит пояснить пару моментов…

– Привет, девочки, – машу рукой.

– Привет, Наруто, Анко-сан, – кивнула Сакура. Карин что-то тихонько пробубнила себе под нос, а Кин лишь раздражённо дёрнула головой, ограничившись одним скупым кивком.

– Хм, а где Сай? – нашего улыбчивого приятеля действительно не было ни видно, ни слышно.

– О, – смутилась зеленоглазая куноичи, – после похода по рынку он вспомнил о каких-то неотложных делах и убежал в сторону городской тюрьмы, – «вспомнил о делах», да? Что-то мне подсказывало, что парень просто сбеж… я хотел сказать – отступил перед превосходящим противником, толпой девиц в шопингомании именуемом.

– Понятно… – парень в нашей компании становится всё адекватней. Нет, я всё-таки выращу из него правильного тролля! Проявление инстинкта самосохранения у корневика стоит поощрить, да.

– А где вы с Анко-сан были? – на столь невинный вопрос рекомая Анко немного порозовела, Карин окончательно слилась цветом со своими волосами, а вот Кин навострила ушки.

– Да так, гуляли по городу, наслаждались видами. Немного… потренировались, – угу, в выносливости. Но тему лучше закруглить. – Кстати о тренировках, Саске ещё не вернулся со своих «дополнительных занятий» с Морино-саном?

– Нет, – вздохнула девушка, – как вчера ушли, так и не возвращались.

– Что ж, будем ждать…

И мы принялись ждать. Анко уползла в свою каюту отсыпаться, Сакура вновь погрузилась в свитки, Карин последовала её примеру, а мне таки удалось «зажать в тёмном уголке» Кин.

Разговор получился довольно странным. Девушка действительно всё прекрасно поняла в наших с Митараши взаимоотношениях, и она действительно немного ревновала, но основная проблема заключалась не в этом. Кин боялась. Боялась, что теперь стала мне не нужна, что я просто выкину её… да хоть в этом городе. Пришлось немного посмеяться и напомнить, что я – очень жадное существо и никогда не отдаю то, что попадает в мои руки. Процесс «напоминания» закончился к обоюдному нашему удовольствию только через пару часов, за которые девушка умудрилась прокусить себе губу, стараясь как можно меньше шуметь. И нет! Тем самым мы не занимались. Нууу… в полном смысле этого слова. Во-первых, пусть выносливости у меня на десятерых, но я всё-таки не настолько озабочен, чтобы сразу после бурной ночи с шикарной женщиной тащить в постель ещё одну. А во-вторых, постели-то у нас и не было, корабль же… ну, скажем так, далеко не круизный лайнер – каюты большей частью общие (наша так точно), уютные шкафы, где можно спрятаться и пошалить, отсутствуют, да и моряки так и шныряют, так и шныряют. Ну как в такой ситуации можно говорить о чём-то «полноценном»? Но всё равно измучил я её знатно. А нечего всякими глупостями голову забивать!

***

Ближе к вечеру вернулись и наши дознаватели вместе с Саем. Саске выглядел уставшим и немного бледным, Ибики излучал профессиональный пофигизм, а Сай, каким-то образом очутившийся в этой компании, стандартно улыбался… хм… на миг мне показалось, что при виде куноичи его улыбка стала какой-то жалобной и заискивающей. Бедняга.

Взойдя на корабль и поприветствовав присутствующих, Морино начал пинать матросов и выдавать команды, как я понял из обрывков разговоров, мы таки отправляемся назад в Коноху уже сегодня. Интересно, с чего бы это дознаватель изменил график?

– Фуф, – Саске развалился на палубе, прислонившись спиной к фальшборту корабля.

– Как всё прошло?

– Не самый приятный опыт в моей жизни, но… терпимо, – ответил Учиха. – Всё оказалось несколько проще. Допросили Аоя, тот немного поупирался, его немного прижгли, а потом отдали мне, объяснив, какие гендзюцу лучше всего накладывать на допрашиваемого.

– И? – судя по состоянию парня, ему необходимо выговориться.

– За пару часов я «сломал» его. Знаешь, Наруто… мне уже доводилось убивать, и каких-то проблем по этому поводу я не испытываю, но вот так… так… Теперь я понимаю, почему остальные шиноби очень… специфично относятся к дознавателям.

– Увы, мы не воины в сияющих доспехах. Мы диверсанты, убийцы, отравители и палачи. Таков уж этот мир, кому-то приходится делать грязную работу, – да, я озвучил банальность, но именно такая банальность сейчас и была нужна парню.

– Дерьмовый мир. А ведь Аой когда-то был одним из наших… Впрочем, не важно, он знал, на что идёт. Не будем об этом.

– Ну, не будем так не будем. Как я понял, мы уже скоро отправляемся, есть планы на дорогу?

– Ничего сверхординарного. Продолжу тренировку по поглощению чакры – меня не устраивает скорость отъёма. Ты ведь не возражаешь? – ухмыльнулся Пучеглаз. Хех, уже пришёл в себя.

– Как будто у меня есть выбор. Но твоё стремление пощупать меня за всякое всё-таки пугает, – мы тоже умеем ухмыляться.

– Ты на что это, лисья морда, намекаешь? – прищурился Пучеглаз.

– Саске-Саске, мы на круизной яхте, рядом симпатичная девушка, что давно на тебя засматривается, ещё одна симпатичная девушка, что так, посматривает, а ты всё к парню пристаёшь. Отдохни, развейся… потренируй сопротивляемость Поглощению Чакры с Сакурой.

– Тебе лень, да? – не повёл и бровью на мой толстый намёк Учиха.

– Да, лень, – признал я. – Но вообще, по поводу отдохнуть я был серьёзен. Ты хоть в зеркало на себя посмотри – Гаара в припадке выглядел и то… здоровее.

Высокородный брюнет выразительно обозначил сомнение приподниманием левой брови.

– Могу использовать Хенге, если не веришь, – участливо предложил я. Но, видимо, участия в моём голосе оказалось меньше, чем предвкушения знатной пакости.

– Обойдусь, – прозвучало даже немного поспешно. Учиха вздохнул. – Значит, позаниматься с Сакурой? Ладно… – и, не став откладывать дело в долгий ящик, поднялся и пошёл по направлению к обложившимся свитками девушкам.

Вообще, я несколько покривил душой на тему тренировок, мне было отнюдь не лень, не настолько, чтобы отказываться от тренировки, вот только видно, что допросы парню дались куда тяжелее, чем он хотел показать, и в таком состоянии ему требуется не ожесточённая тренировка со мной, а нечто совсем другое. Был бы он чуть постарше или несколько другого характера, я бы предложил ему выпить и наведаться в «дом свиданий» или подцепить на ночь-другую кого из местных девиц – обычные девушки без ума от парней с протекторами, хе-хе. Но Саске был Саске. Так что придётся пойти окольным путём. Пусть уж лучше его под видом тренировок немного потискает Сакура, а в том, что она не сможет удержаться, я был уверен на все сто.

В остальном плавание проходило довольно скучно. Двухнедельный морской круиз не отличался насыщенностью событий. Знай себе ешь, спи, ковыряйся с фуин, издевайся над Саем (по чуть-чуть и любя, да. И, разумеется, всё во имя Воли Огня), а в качестве отдыха – возможность немного потискать Анко или Кин «в тёмном уголке». Увы, что-то более серьёзное предпринять было бы проблематично – кораблик небольшой, народу на нём хватает… в общем, лучше уж дотерпеть до деревни.

Две недели и ещё одни сутки на движение по суше спустя.

И вот мы вернулись в деревню. На вид ничего не изменилось. Те же сонные чунины-привратники, те же неприязненные взгляды обывателей, направленные в нашу с Анко сторону, тот же шум большого города. Стабильность, блин. Митараши распрощалась с нами после КПП – за время их с Ибики небольшого «отпуска» в их отделе должно было накопиться немало дел, которые теперь нужно было срочно разгребать. Что-то мне подсказывало, что если я девушку сегодня вечером и увижу, то будет она в состоянии едва ли не худшем, чем во времена «безвластия» в деревне, печаль.

Впрочем, долго задумываться о бренности бытия мне не дал Саске, молча протянув исполненный контракт.

– Хм? – приподнимаю бровь.

– Я брал, тебе отчитываться, – устало произнёс брюнет, парень слегка не рассчитал сил при последней тренировке по «перетягиванию чакры» с Сакурой, а после этого был ещё и дневной переход на своих двоих… В общем, идти отчитываться перед Цунаде он никакого желания не имел, а тут была вполне официальная лазейка избежать лишнего геморроя. Поскольку миссию брали два капитана, то и отчёт могли предоставить два капитана. А мог и один.

– Ладно, так и быть, но следующий раз за тобой, – всё-таки выглядел Учиха действительно не лучшим образом. Эх, а ведь я хотел сначала повидаться с Хинатой. Что ж, придётся слегка пересмотреть планы. Взяв свиток, я отправился в резиденцию Каге. Измученный Сай затерялся где-то по дороге, ну да, ему же ещё отчёт по нам писать, а ушатали его не хуже Пучеглаза, хе-хе.

В приёмной меня встретила Шизуне. Верная ученица Сенджу, занявшая место секретаря-привратника, была закопана в какие-то бумаги, да чего там, даже её ручная свинка и та изучала какой-то свиток… Эээ, чего??? Я проверил СЦЧ – чакра Девятихвостого исправно подавалась к мозгу в импульсном режиме, делая наложение иллюзий на меня невозможным, но… мало ли.

– Кай, – увы, остановка чакры также ни к чему не привела, разве что услышавшая мои действия свинка оторвала голову от свитка и приветливо хрюкнула. Шизуне молча прочертила мелом ещё одну полоску на доске у себя за спиной.

– Двенадцатый, – флегматично ответила девушка, после чего всё-таки подняла глаза. – О, Наруто-кун, с возвращением.

– Привет, Шизуне, как вы тут устроились? А то в прошлый раз, когда я вас с Цунаде видел, тут стоял жуткий кавардак.

– Всё хорошо, – слабо улыбнулась девушка, – если не считать целой горы бумаг, что нужно рассмотреть и подписать… и работы в госпитале, и распределения миссий, и заказов, и… в общем, очень много бумаг. У Хирузена-доно был целый штат помощников, но… – ученица Пятой беспомощно развела руками, впрочем, дальше продолжать и так было не нужно. Доверять старому аппарату новая власть просто не могла, а новых людей взять было не то чтобы неоткуда, но как подстраховаться, чтобы там не было «засланных казачков»? Вербовка и проверка занимает массу времени, а Цунаде, десятилетиями отсутствовавшая в деревне, не могла до конца доверять даже собственному АНБУ. Вот и приходится им на пару с ученицей всю эту волокиту тащить на себе. Ну и на свинке, как выяснилось только что… М-да, дурдом.

– Да, тут вам можно только посочувствовать. Если потребуется моя помощь, то я всегда рад тебе её оказать.

– Спасибо, Наруто-кун, но пока мы справляемся сами.

– Ну и хорошо. Пятая сейчас у себя? Мне бы отчёт о миссии сдать…

– А? Да, конечно. Цунаде-сама сказала пропустить тебя к ней, когда ты придёшь.

– Прекрасно. Удачи с бумагами, Шизуне, Свинтус.

– Хрю! – донеслось до меня из бумажных недр. Нет, эта порося реально вымораживает.

Цунаде, как и её ученица, была завалена кипами мукулатуры, правда, помимо запаха пыли мой нос смог ещё уловить тонкий аромат саке, а до слуха донеслось лёгкое посапывание, хм… может, стоит зайти в более удачное время? Хотя вряд ли от этого что-то изменится.

– Хей, заслуженный работник чернил и бумаги, солнце ещё высоко!

– Хммм… мням… ещё пять минуточек, – сонная Цунаде выглядела довольно мило, прям даже жалко её было будить, но… надо значит надо!

– Цунаде-химе! Там Мадара с Хаширамой устроили яой, а Орочимару открыл мастер-классы по использованию языка! Джирайя уже записался! – знаю, подлый приём, но демон я или погулять вышел?

– ГДЕ?! – о, сразу как подскочила, а заряд бодрости прямо-таки зашкаливает.

– С добрым утром.

– А, это ты, поганец мелкий, – Пятая обречённо откинулась в кресле. – Уже вернулись, значит.

– Да, с полчаса назад вошли в деревню, – протягиваю свиток с контрактом, который, после краткого просматривания Сенджу, отправляется в небольшую кучку точно таких же свитков-отчётов, устроившихся прямо на полу кабинета.

– Понятно, проблем не было?

– Нет, так, по мелочи, но ничего существенного. Узнаёшь игрушку? – показываю меч «Бога Грома». Хокаге лишь скользит по нему взглядом.

– Похожа на одну из поделок двоюродного деда – он частенько мастерил что-нибудь. Говорил, что ручной труд помогает ему расслабиться и найти вдохновение для новых идей и техник, – м-да, священного трепета не обнаружено. Что и требовалось доказать.

– Каковы будут дальнейшие распоряжения?

– Ближайшие пару дней никаких. Отдыхайте, восстанавливайте силы, оплату за миссию получите завтра в секретариате.

– Ясненько, – нет, не нравится мне её замученный вид, надо бы слегка взбодрить старушку. – О, пока не ушёл, хотел кое о чём спросить…

– Хм?

– Я ведь джинчурики, стратегический ресурс деревни, так?

– Допустим, – хотя такое определение явно не понравилось Пятой, думаю, назови так меня кто-нибудь другой, мог бы и промеж рогов от неё получить… хех, приятно.

– А раз я весь из себя такой ценный ресурс, наверное, мне положена охрана? Я бы не отказался от дву… трёх-четырёх милых куноичи из АНБУ, помнится, там были очень симпатичные дев… – закончить мне не дали.

– Наруто! – белугой взревела Хокаге и запустила в меня пустой бутылкой из-под саке. Когда она успела её достать, а главное, откуда, я так и не заметил, зато увернуться успел, да… хоть и с некоторым трудом. – Я убью Джирайю, а тебя отдам на перевоспитание! В монастырь!

– Женский? – проявить заинтересованность.

– Ррр, – так, а вот от полки, вырванной из стола, уклониться было проще – аэродинамика у неё не та.

– Ладно-ладно, виноват, был не прав, могла бы просто сказать, что людей нет, зачем сразу швыряться всяким.

– Вооон! – от звуковой атаки задребезжали стёкла в кабинете.

– Понял, не дурак, дурак бы не понял, – уже на бегу у двери слегка притормаживаю. – Если что, я в библиотеке Каге – нужно же использовать пропуск, ради которого вам, Цунаде-сама, пришлось пойти на такие жертвы, – а теперь быстро за дверь! И барьер, пусть плохонький, на скорую руку, но лишних секунд десять, случись чего, он мне даст. Не успел я закончить, как в только что возведённый барьер вошёл стол, предварительно пройдя через дверь. Кхм… кажется, я немного перестарался в «подбадривании».

– Третий стол за неделю, а ведь сегодня только четверг, – печально вздохнула Шизуне.

– Кхм… м-дааа… Пойду я, пожалуй, пока ещё чего не прилетело.

Как и обещал Цунаде, я отправился в библиотеку. По моим прикидкам, очень скоро к нам могут наведаться эмиссары Орыча, но идти к Белому Змею и оставлять Коноху не хотелось ни мне, ни Саске – при всех проблемах в деревне, получить с неё можно было не меньше, а, пожалуй, даже несколько больше, чем мог предложить Орочимару. В конце концов, в отличие от известной мне истории, тут у нас была Анко, которая уже очень сильно помогла мне со стихией Огня и была способна сделать то же самое для Саске, был доступ в библиотеку Каге, имелся обширный список уже известных техник, нуждающихся в длительной отработке, и крепкая группа поддержки, причём крайне миловидная, даже с Какаши удалось найти методику взаимодействия на тему качественного обучения. Не говоря уже о том, что лично меня тут крепко держали. Да, пускай всего несколько человек, но всё же.

Но и рвать контакты с одним из саннинов было бы верхом глупости. Идеальным вариантом было бы задержать его послов, чтобы они не смогли вовремя доставить «потенциального носителя» к хозяину, потом передать кое-какую инфу, основанную ещё на знаниях по прошлым мирам, ну а там время от времени наведываться в лаборатории, «задерживаясь на миссиях» на лишний день-два, да и клонов никто не отменял. Но это всё в идеальном случае, из серии «хотеть не вредно», как известно, в мире ничего идеального не бывает, дерьмо имеет дурную привычку попадать в вентилятор, и случиться может всякое, так что пусть клоны гребут и заучивают всё, что только можно, свитки с наследием мы запечатаем и всегда будем держать под рукой, да и снаряжение стоит подготовить… мало ли. Тем более дежурные запасы и правда следует пополнить, а то за время пути туда-сюда из Страны Чая они успели порядочно исхудать. Я там, конечно, тоже закупался, но ведь отнюдь не с расчётом на то, чтобы вернуться в Коноху, имея в кармане воз провизии.

Вечер прошёл в тихой, почти семейной атмосфере. Сакура с дороги отправилась проведать родителей и поотмокать в ванной, Карин и Кин последовали её примеру, надёжно оккупировав душевые комнаты в моём доме, Саске ушёл отсыпаться к себе – за время путешествия Сакура из него все соки высосала. К сожалению для девочки, исключительно в плане чакры, впрочем, как я и ожидал, пощупала она парня с большим энтузиазмом, ведь «надо же узнать, против каких частей тела техника наиболее эффективна!» Да, это я подсказал и подозреваю, Учиха об этом догадался, гы-гы.

В общем, брюнет удалился в свой дом, послав все возможные дела куда подальше. Анко так и не пришла, вероятно, заночевала в отделе (как выяснилось чуть позже, косвенно тут была и моя вина – взбодрённая Цунаде пошла разносить бодрость по своей резиденции, а тут как раз Ибики с помощницей навстречу выходят, вот и перепала им хорошая доля радости Каге). С Хинатой встретиться так и не удалось – её команда позавчера отправилась на первую «вольную», без надзора джонина-наставника, миссию и вернуться должна была в лучшем случае дней через десять, а то и через две недели. Печаль…

***

Следующая неделя выдалась на редкость тихой. Я всё так же трудолюбиво потрошил библиотеку Каге, особо не концентрируя внимание на том, что учат клоны – разложу всё по полочкам, когда буду уверен, что неприятностей в ближайшее время не случится. Спарринговался с Саске, без фанатизма, но с пользой – Какаши успел неплохо его подтянуть во время поисков Цунаде. Отрабатывал новые техники до приемлемого качества исполнения. Смущал Сакуру намёками на эффективность «плотных» и «контактных» занятий. Бегал от Анко, узнавшей, кому она обязана новым валом сверхурочной работы от Хокаге. Потихоньку натаскивал Кин с Карин, ловя себя на чувстве, что последняя начала за мной целенаправленно следить, в чём-то жутко подозревая (сделаю вид, что не знаю, в чём). В общем, неделя была очень тихой и во всех смыслах приятной.

Случился и один небольшой курьёз. Ну как небольшой? Где-то дня через два после нашего возвращения в квартал явился Джирайя и жалобно поинтересовался, нет ли у меня чего покушать для бедного старого сенсея? С учётом того, что выглядел он действительно не очень (даже шикарный бланш под глазом был!), жалостливая Карин выдала страдальцу большую порцию риса с мясом, а означенный страдалец поделился своей грустной историей…

– Бхаха, ой… не могу, хихикс, – я не мог остановить смех, то, что рассказал этот «Джеймс Бонд», было… м-да, в общем, старик жжёт. Напалмом.

– Не смей смеяться над учителем! Моя жизнь висела на волоске! – возмущённо вопил эро-саннин, ну, когда отрывался от поставленного перед ним блюда с едой.

– А что ты хотел? Нет, это же нужно было додуматься вечером, в пьяном…

– Слегка подвыпившим, для храбрости! – поправил меня Жабыч.

– …состоянии лезть к Цунаде в кабинет с целью пригласить на свидание. Голодную, трезвую и злую Цунаде…

– Ну признаю, сглупил, – покаялся отшельник.

– Да ещё войдя через окно…

– Я думал, так будет романтичнее!

– И раскидав сквозняком всю её макулатуру, что она старательно собирала чуть ли не двое суток…

– Дык кто же знал?! – в общем, как его не прикончили на месте, я так и не понял, походу, она его действительно любит, других вариантов, почему Джирайя остался в живых, я просто не видел.

– Итого, пять столов за шесть дней… на рекорд идёт.

– Ты это о чём?

– Да так, не важно. Полагаю, ты пришёл сюда не только для того, чтобы попросить перекусить, не так ли? – в ответ дед нервно заёрзал на стуле.

– Да! Как твой наставник, я обязан продолжить твои тренировки! Тебе ещё многому предстоит научиться, и сейчас пора начинать важнейший этап тренировок, да! – хм, всё-таки забавно старик играет. Ну ладно, это действительно весело, и если он так хочет, поддержим его игру.

– Ты сильно влетел, и теперь тебе нужно срочно найти себе занятие, пока добрая Цу-тян не отправила тебя пасти пингвинов в Страну Снега или не нашла столь же увлекательное занятие, верно?

– Что? Как ты мог обо мне такое подумать?! Я искренне, со всей душой! А ты… – на виске у шиноби выступила испарина, а взгляд нервно забегал по обстановке, блин, как же это весело.

– Ну даже не знаю, сейчас у меня на освоении некоторые клановые вещи, плюс кое-что интересное почерпнул в библиотеке, думаю, на данный момент помощь учителя и не требуется, – «задумчиво» оглядывая потолок, отвечаю я.

– Я научу тебя выжигать фуин! – пошёл на крайние меры отшельник. Хм, он считает, что я уже дорос до такого? Неплохо, но несложные вещи я уже и сам могу ставить прикосновением, пусть корявенько и заметно дольше, чем классическим рисованием, но тут дело в большой практике, нежели каких-то секретах мастерства, хотя… почему бы и нет? Но с парочкой дополнений сверху.

– Хе-хе, старик, я это уже умею, – и, видя ошарашенное, на этот раз без игры, лицо наставника, продолжаю, – хотя за работой мастера никогда не зазорно понаблюдать.

– То-то же, – расправил плечи Джирайя.

– А ещё я попрошу тебя помочь мне с отработкой одной техники…

– Какой это? – подозрительный прищур.

– Не волнуйся, старик, она совершенно безопасная и очень простая, так, на уровне отработки контроля.

– А, ну тогда ладно, – успокоился шиноби. Хм, странно, с чего это он так резво согласился? Ведь тот же Расенган, если подумать – тоже простейшая техника на уровне отработки контроля. Ну ладно, сам себе злобный Буратино, если уж у нас аттракцион невиданной щедрости, то сам виноват.

– Что ж, по рукам, когда начинаем? – в ответ на мой энтузиазм Жабовод тяжело вздохнул.

«Обучение» фуин проходило без каких-то особых проблем, хотя пару нюансов мне Джирайя объяснил, к сожалению, только в теории – «выжигать» на практике у него получалось едва ли не хуже, чем у меня, но вот что нужно для развёртывания «сложных фуин-конструктов», он знал прекрасно и мог посоветовать варианты исправления огрехов. Принцип был прост – не нужно пытаться объять необъятное. То ли мои воспоминания о моменте из аниме вместе с найденным описанием «печати пяти стихий» сыграли со мной злую шутку, то ли ещё что, но моя основная проблема была в том, что я пытался накладывать печать разом, одним движением, фактически «штамповкой». Более того, на чём-то несложном такой метод прекрасно работал. К тому же мне вполне хватало воображения и концентрации разом представить весь рисунок и для сложного барьера или сдерживающего контура… но тупо не хватало контроля, чтобы его выполнить в одно касание. Более того, как сказал Джирайя, на такое контроля не хватило бы и у Кушины с Минато вместе взятых, там чакрой необходимо управлять как собственными конечностями, причём во всей зоне, на которой планируется расположение рисунка, что было… немного нереально для всех, кроме разве что биджу. Но шиноби нашли обходной манёвр – использовали строящийся рисунок как своеобразный медиатор и через него его же и достраивали, то есть происходила поэтапная развёртка фуин. Отсюда и создавалась видимость «ползущих узоров» в сложных печатях. Поняв основной принцип, оставалось только его закрепить, но этим можно было заняться позднее, тем более что до мало-мальски удобоваримого уровня исполнения, а не так, чтобы тужиться полчаса в одной позе, там требовался не один год тренировок. Сейчас же настал черёд тренировки той самой «простенькой техники».

– Ээ… нет, мы так не договаривались! – жабий отшельник стремительно от меня… удирал.

– Нужно было ознакомиться перед тем, как соглашаться, сейчас же стой спокойно и прими свою судьбу!

– Извращенец малолетний! Почему яяя??? Иди со своим гаремом обжимайся! – Джирайя скорость снижать не собирался.

Что происходит? О, таки под простенькой техникой я подразумевал Поглощение Чакры. При чём тут саннин и почему бы мне и в самом деле не «пообжиматься» с девочками? Всё просто, как показала практика, изначальный объём поглощаемой из жертвы чакры связан с мощью энергоканалов СЦЧ пользователя техники и его же резервом. По мере использования способности можно тренировать скорость и объём поглощения, увеличивая и даже уменьшая напор, но… я-то тренировать её не мог, просто потому, что любого, включая Анко и Саске, я «высушу» за пару секунд, и хорошо, если не до дна. Мне нужен был как минимум полноценный боевой джонин, типа Майто Гая или, на худой конец, Какаши. Вот только отловить их было той ещё задачкой. Теневые клоны тоже были бесполезны, там просто не было сопротивления, ведь получалось, что я переливаю свою чакру в самого же себя. То есть получалось примерно то же самое, что пытаться в воде озера прокопать канал из одного его края в другой, именно в воде, не трогая дно – абсурд. Ну а тут так удачно под руку попался Джирайя. К тому же если я уломаю его войти в режим отшельника и «хлебну» природной энергии… Думаю, в будущем это здорово мне облегчит доступ к ней, да и риск будет минимальным – ведь откачивать я её буду вместе с обычной, в уже удобоваримой пропорции, и риск стать каменным истуканом сведётся к незначительному, но для начала…

– Живым не дамся! – …нужно поймать батарейку!

***

Саннина я таки поймал и даже как следует на нём потренировался, но вот переходить на природную чакру Жабыч отказался наотрез, мол, слишком опасно и вообще, «Вы не готовы!» А если говорить серьёзнее, Джирайя предупредил, что «баловаться» сендзюцу лучше лет с 17-19, если совсем прижмёт, то 15-ти. У меня, конечно, в пузе биджу, и это, вполне возможно, позволит начать раньше, но всё-таки тут спешить не стоит. На резонный вопрос «почему?» извращённый отшельник честно ответил – пока организм меняется и растёт, вливания природной энергии могут сказаться самым неожиданным образом. Конечно, есть шансы чуть ли не улучшенный геном получить (если сильно утрировать, и шансы те… невелики, скажем так), но с куда большей вероятностью получить можно серьёзные проблемы со здоровьем, среди которых патология СЦЧ и приступы безумия – ещё не самые страшные. В общем, сендзюцу – это, конечно, круто, эпично и всё такое, но пару-тройку лет вполне потерпит, мне пока и чакры Лиса за глаза хватает.

Раздолье кончилось к началу второй недели. Я как раз шёл на полигон, где у нас с Саске и начинающим троллем была запланирована встреча – последний наконец-то вылез из своих подземелий и был готов продолжать постигать тонкую науку издевательства над окружающими. От девушек он, правда, старался держаться подальше, особенно когда Сакура или Карин начинали собираться по магазинам за продовольствием, эх, что поделать, традиция – у каждого уважающего себя шиноби в голове должны быть тараканы и психологические травмы. Ну, кроме Абураме, естественно, у них тараканов давно сожрали собственные… эммм… питомцы.

Но вернёмся к действительности, я шёл на официальный полигон седьмой команды (пусть уже к ней не отношусь, но уже привык к нему как-то, да и не звать же Сая на полигон Учих?), когда почувствовал через проклятую печать приближение ещё четырёх её носителей. Кто это были, догадаться много ума не требовалось. Особенно если учесть, что двигались они крайне стремительно, явно нисколько не смущаясь наличием у деревни каких-то систем обнаружения и защиты. Последнее стало особенно очевидно, когда они пересекли границы стен, но ничего даже отдалённо похожего на тревогу не поднялось.

Вдобавок, эти деятели уверенно двигались в сторону Саске, видимо, тоже были способны отслеживать его перемещения через Печать. А сам ни о чём не подозревающий Учиха спокойно… хм, судя по расстоянию и направлению, шёл с рынка к полигону, были там несколько тропинок через парк… Пожалуй, стоит ускориться, звуковики до Пучеглаза доберутся первыми, но большой форы у них не будет, думаю, парень вполне продержится.

Прибыл я к весьма пикантному моменту, да чего там, первой моей мыслью было, что я таки каким-то образом попал под гендзюцу, это если очень мягко выражаться.

Четвёрка Звука, не демонстрирующая ничего выше уровня сильного чунина, нагло и цинично валяла по земле предпоследнего Учиху. Причём тот не делал ничего, чтобы это как-то исправить! Вялые трепыхания вида «я магучАй гЭнин – две нэдЭли после выпуска и три литра самогона на грудь» в этом плане не смотрятся ну никак. Он даже, блин, за молоком в магазин быстрее бегает, чем тут шевелится, «защищая свою жизнь», я уже не говорю о Чидори, Дыхании Дракона и прочих «тяжеловесных аргументах», коих не значилось даже в зародыше.

В общем, приблизился я, пребывая в глубоком культурном шоке, судорожно пытаясь найти хоть какое-то логичное объяснение. «Может, орочимаровские посланники что-то сделали с его Печатью? Вдруг я просмотрел ещё какой-нибудь слой или функцию, а чакра Девятихвостого не смогла выжечь всё это безобразие до конца?» И так далее.

Двигался я на скорости полноценного джонина, не стесняясь задействовать чакру Кьюби, так что заметили меня не сразу. Двухметровая рука из багряной чакры смахнула заходящего в бок к Саске шиноби с двумя головами и, впечатав в землю, плотно сомкнулась, давя и выжигая жертву. С губ уже готово было сорваться Облако Пепла в сторону оставшейся тройки, но… Тут я увидел лицо Саске, который смотрел прямо на меня и… следующим же движением отправил попытавшегося навалиться на него толстячка в страну розовых пони – один чёткий, резкий удар основанием ладони в лоб, и противник сводит глаза в кучку и идёт отдыхать.

Ничего не понимаю…

– Видел бы ты своё лицо, – расплылся в гадостной ухмылке Учиха, картинно стряхивая пыль.

– Ээээ…

– Ты купился, – не перестаёт он, игноря четвёрку, вернее, уже двойку, настроение которых резко скакнуло с глумливой радости до границы «опозоренных штанов».

– Ну нее… – в душу начали закрадываться подозрения. – Не может быть… Ты сейчас шутишь, да?

– Нисколько.

– Блииин… – этот грёбаный Пучеглаз подловил. Меня. Подловил. Учиха… С одной стороны, берёт «отцовская гордость», но вот с другой… он же теперь будет невыносим!

– А ещё шаринган даёт возможность неплохо рисовать. Фотографически, – сразу же подтвердил мои опасения сформировавшийся тролль, продолжая довольно скалиться.

– Ты же понимаешь, что я отомщу? И мстя моя будет страшна!

– Ой, баюсь, баюсь, – совсем потерял берега Пучеглаз. Так, если хоть кто-то хоть когда-то увидит эти рисунки… я не знаю, что я с ним сделаю, но клянусь, даже Тоби проникнется! *(В этот момент находящийся в другой реальности Первый в Эспаде, известный некоторым личностям под именем «Тоби», чихнул и зябко передёрнул плечами…)*

– Ублюдки, не смейте нас игнорировать! – взвилась девушка из состава звуковиков.

– Но… Но хотя бы объясни мне, – не поведя и бровью на окрик, продолжаю сверлить взглядом Саске. – ЗАЧЕМ?

– Хотел посмотреть на их уровень, – пожал плечами тот. – Оценить личностные качества… – на миг задумался и, качнув взглядом с меня на оставшихся на ногах и обратно, добавил: – Повеселиться.

– Я создал монстра… – глубокомысленно качаю головой. – Я неописуемо крут!

– Пф…

– Достали! Хватит трепаться, говнюки вонючие!

– … – мы синхронно обернулись. – Такая симпатичная и такая злобная. Я в печали.

– О нет… ты опять… – Саске приложил ладонь к лицу, очевидно, что-то уловив в моём голосе. – Тебе не много будет?

– Эй, ты говоришь с человеком, который может сутки напролёт держать несколько сотен клонов! – отвечаю, тщательно изображая голосом праведное возмущение.

– Вопрос снимается, – потёр переносицу брюнет.

– Эй! – подал голос «человек-паук».

– Ах да… нападение, – задумчиво чешу затылок. Рука из чакры, которой я держал «сиамского близнеца», уже втянулась обратно, и меня окружал только плотный слой демонического покрова. – Вам чего надо, болезные?

– Тц… – Учиха активировал Чидори и задумчиво посмотрел на последнего оставшегося на ногах парня-звуковика, девушку он уже «отдал» мне, хех, понятливый.

– Постойте, – замахал всеми шестью руками тот, – вы показали своё мастерство. Дальнейший бой бессмысленен.

– Хн? – высказался по этому поводу брюнет. Но в драку лезть не стал и даже погасил технику.

– У нас послание для Учихи Саске и Узумаки Наруто. Орочимару-сама приглашает вас к себе. Вы видели его Силу, он предлагает вам такую же, – хех, хорошая формулировка. Получи силушку Орочимаровскую, шиноби юный. И сознание Орочимаровское. И про душеньку не забудь. Но формально он обещание выполнит, дааа, действительно – Змей.

– Ну, нас и здесь неплохо кормят, – складываю руки на груди. – К тому же я уже говорил, у Орыча нет того, что есть в Конохе.

– Этот вопрос господином также решён, – не моргнув глазом ответил переговорщик и покосился на что-то злобно шипящую девушку, пытающуюся привести в чувство толстяка.

Эээ, они серьёзно? Хотя, зная Змея, пусть и понаслышке, тот реально мог за неделю завербовать десяток куноичи для создания гарема на любой вкус.

– К тому же сейчас ваше обучение искусственно затягивают. Ограничивают. Любую кроху знаний вам приходится выбивать из деревни, Орочимару-сама куда более щедр, – хм, ну, что в деревне у бывшего агента Корня осталась куча осведомителей помимо Кабуто, я не удивлён.

– Нам нужно время подумать… – переглянувшись с Саске и уловив его кивок вместе с эмоцией, означающей что-то вроде: «Веди переговоры ты, я слежу», отвечаю так и не представившемуся парню, хотя, он не толстяк, у него нет сиамского близнеца и у него шесть рук, так что методом исключения узнать его имя можно… если сильно напрячь память и вспомнить, как звали телохранителей Орыча, а то я только Таюю и помню.

– Исключено, – ответил звуковик.

– Я не спрашиваю, – выпускаю немного давления Ки, – я информирую. Или вы попытаетесь забрать нас силой? – усилил давление.

– Больше суток ждать мы не можем, – пошёл на попятную собеседник, хм, полностью не прогнулся, задав ограничение. Конечно, оно ничего не значит, но сам факт… неплохо.

– Тогда встретимся здесь же через двадцать четыре часа, – представитель четвёрки кивнул и, сложив печать концентрации, ушёл шуншином вместе со всей группой, включая труп «близнецов».

– Хм? – приподнял бровь брюнет.

– Не здесь, – Саске в ответ кивнул, и мы поспешили в квартал – требовалось обсудить некоторые детали подальше от случайных глаз и ушей.

Глубокие подземелья Конохи. Два часа спустя.

Забинтованный старик сидел в кресле и невидящим взором смотрел в хрустальный шар – после смерти Хирузена у его людей было достаточно времени для обследования резиденции Каге и изъятия некоторых артефактов. Полученные сведения были… неприятны. Джинчурики, и так проявляющий излишнюю независимость, после смерти Третьего стал практически неуправляем.

Усиленные и продуманные тренировки с использованием клонов, что разом сломали все прогнозы по его профессиональному росту. Переезд в квартал Учих, заметно осложнивший наблюдение. Неожиданный интерес к наследнице Хьюг, оказавшийся не просто взаимным, но и крайне серьёзным, вплоть до фактического одобрения со стороны Хиаши. Способность контролировать силу биджу на уровне, недоступном большинству джинчурики. Официальное восстановление клана. Для кого-то сейчас это и может выглядеть смешно – благородный клан из нескольких молокососов, но не пройдёт и пяти лет, как они превратятся в спаянную группу с реальными силой и политическим весом. А ведь Узумаки и не думает останавливаться на достигнутом… Близкая дружба с Учихой Саске, мечтающим отомстить за уничтожение своего клана.

Каждый пункт по отдельности не страшен, но вот в сумме и сочетании с резким изменением имиджа, проснувшимися талантами и полным прекращением детских попыток обратить на себя внимание…

К сожалению, эта глупая девчонка и слышать не хотела о перезапечатывании биджу в более надёжный и послушный сосуд, в результате чего пришлось выделять дополнительные ресурсы на подготовку необходимых специалистов и рассчитывать операции по будущему подводу нужных кадров. К счастью, тут не было ничего сложного – при всей своей показной независимости и демонстрируемых способностях, на поверку Узумаки оставался не очень умным подростком, склонным к импульсивности, а уж попав под влияние ученика Старой Обезьяны… Подложить под него пару-другую агентов влияния было бы нетрудно, но… данный план только что окончательно потерял актуальность.

Всё стало окончательно ясно после возвращения группы из Страны Чая. Добавленный в отряд агент отчитался о весьма низкой заинтересованности джинчурики в соблюдении интересов деревни. Только формальный подход по формальному договору. Сам по себе признак не сильно тревожный, хоть и неприятный, но подобный цинизм встречается у опытных джонинов, однако… здесь вчерашний генин и в сочетании с остальным списком…

Дальнейшие действия сосуда, по отдельности тоже выглядящие весьма невинно, вместе создавали очень неприятную для Конохи картину. Увеличение объёмов закупаемого продовольствия, судорожное, по-другому и не скажешь, заучивание всего подряд из библиотеки Каге… Узумаки явно к чему-то готовился. Сегодняшняя встреча с посланцами Орочимару ясно дала понять, к чему. К сожалению, подслушать разговор не получилось – было замечено, что носитель Биджу каким-то образом буквально чует агентов Корня. Но одного факта мирного расхождения с врагами деревни для главы этой организации было достаточно. Узумаки Наруто и Учиха Саске предали деревню, а значит, требуется действовать по альтернативному варианту.

– Пятый, – произнёс в пустоту старик.

– Жду ваших приказаний, Данзо-сама.

– Подготовь группу захвата и извести Девятого для подготовки нового сосуда.

– Есть, – и помещение вновь погрузилось в тишину.

Квартал Учиха. Защищённый кабинет в доме главы клана.

– Итак? – Саске буравил меня тяжёлым взглядом.

– Предложение весьма щедрое, но в нём есть несколько подводных камней. Орочимару изгнали из деревни не просто так, а за различные неприятные опыты… над своими же. К тому же, как я понял, раньше он работал в АНБУ или… глубже, а эти ребята не отличаются излишней щедростью, опять же, судя по порядкам и нравам, царящим в Скрытом Звуке, Орочимару нет ни до кого дела, кроме него самого.

– Тогда подобное предложение выглядит очень странно… Хотя, он, кажется, что-то говорил про свою встречу с Итачи. Возможно, если у них вышел конфликт, он просто хочет воспользоваться мной, чтобы разобраться с ним, – Саске сосредоточенно нахмурился. – Но это как-то мелко.

– В наших Печатях содержалась его чакра и было что-то типа слепка личности, – я прикидывал, что Саске можно сказать, а чего говорить не стоит. Хотя бы потому, что объяснить источник своих знаний я просто не смогу – на Лиса их не спихнёшь, а Учиха парень умный, факты сопоставит, и тогда у него начнут возникать различные… сомнения, что было бы нежелательно.

– К чему ты клонишь? – стал ещё мрачнее брюнет.

– Вариантов масса, но… зная одержимость Змея шаринганом, я бы поставил на переселение души, – м-да, не очень тонко, но что поделать.

– Пф, ты серьёзно?

– А почему нет? У Яманака есть техника, переселяющая разум в жертву на некоторое время. А что, если для переселившегося разума сделать «якорь»? С чакрой носителя, системой преобразования и дополнительными чакроканалами? – парень приложил руку к татуировке.

– Ты уверен?

– Мой клон видел беседу между ним и Третьим, Орочимару как раз демонстрировал старику тушку двадцатилетней куноичи, в которой он и пребывал.

– Бррр, а я ещё Джирайю считал извращенцем, – Саске явно стало как-то неуютно.

– Но мы отвлеклись. В общем, его щедрому предложению я не верю.

– Тогда отказываемся?

– Ну зачем же так резко? Да и огорчать отказом шиноби такого уровня… неосмотрительно. Можно выдвинуть свои условия.

– Например? – приподнял бровь мой собеседник.

– Если он действительно так хочет нас учить, то мы вполне сможем… задерживаться на миссиях на пару-тройку дней, при этом оставаясь шиноби Конохи, а не попадая в список нукенинов.

– И что ему помешает при первом же «уроке» связать нас, доставить куда ему нужно и проделать всё, что он захочет?

– Ммм, даже не знаю? Бомба Биджу? Вышедший «погулять» в его лаборатории очень недовольный Кьюби?

– Хн… резонно. Хотя меня не очень радует вероятность оказаться в зоне «прогулки» Девятихвостого. Но рассмотрим второй вариант – а если он не хочет?

– А если не хочет, то мы просто останемся при своих и будем продолжать выдавливать ценные знания из деревни.

– Звучит неплохо, значит, завтра выдвигаем встречное предложение и выпроваживаем из деревни?

– Ну, вкратце план таков. Ладно, давай на полигон – мы и так почти опоздали на занятие с Саем, не стоит его посвящать в наши проблемы пока что, – Учиха согласно кивнул и снял защиту. Пора было слегка размяться на полигоне.

***

После тренировки мы вернулись в дом (по традиции, после быстрого ополаскивания у себя Саске завалился к нам), где спокойно поужинали и скоротали пару часов за потягиванием чая и ничего не значащей беседой. Наконец-то вся компания смогла собраться вместе – даже Анко умудрилась выбить себе на завтра выходной и сейчас с довольным видом тискала крайне смущённую этим действием Карин. Кин сверлила её недовольным взглядом, а Сакура, судя по её выражению лица, сама не отказалась бы быть затисканной Саске… ну или его потискать. Кхм, что-то я куда-то не туда ушёл, м-да.

Но вот народ начал потихоньку расходиться, последними уходили Анко и Кин, обе бросили на меня многозначительные взгляды… и оценивающие друг на друга.

– Хн, – всепонимающая и одновременно снисходительная, с толикой сибаритского сочувствия к «убогому», рожа Учихи отчётливо просила кирпича, прямо-таки молила о знакомстве.

– Завидуй молча!

– Пф, – сложной мимикой Саске изобразил что-то вроде «да тебя пожалеть нужно».

– Клоны, друг мой, клоны…

– Кхм… – вот теперь брюнет призадумался. Сильно призадумался. – Ладно, не важно. Хотел с тобой поговорить, – он дозрел до более близкого общения с Сакурой и хочет спросить совета?

– Хорошо, смотри, сначала девушку нужно как следует разогреть, для этого…

– Ты… ты всё не так понял! – моя фраза пробила даже его стальную невозмутимость, о, он покраснел, хе-хе. – Извращенец озабоченный, – буркнул Пучеглаз себе под нос, пряча лицо в классическом жесте. – Я по поводу завтрашнего дня.

– Хм… слушаю.

– Что-то я нервничаю, – он откинулся на спинку стула. – Ничего конкретного, но тревожно…

– Расслабься, Саске, то трио при всём желании нам ничего сделать не сможет, разговор тоже никто не подслушивал – с чутьём Лиса определить наличие шиноби я могу за полсотни метров. Это просто нервы.

– Возможно, – немного подумав, согласился брюнет. – И всё-таки…

– Ладно, будем осторожнее, – видя, что мои слова не сильно его успокоили, продолжаю, – и я предупрежу своих девушек… но Сакура на тебе.

– Тц, – парень пытался показать своё недовольство, но что-то получалось у него не очень.

– На том и порешили, – создав клона, я отправился наверх – проводить разъяснительную работу, да и нужно было кое-что спросить у Анко… на случай, если Учиха окажется прав и что-то пойдёт не по плану.

***

Утро началось как обычно – Саске отжал моего клона, и они ушли тренировать «повышенную волосатость», точнее, пошёл тренировать управление волосами один Саске, а клон будет выступать в качестве батарейки. Я же вместе с Анко отправился по магазинам. А что делать? Пять ртов, каждый из которых норовит получить трёхразовое питание, очень резво уничтожают любые запасы, а ведь ещё Сакура регулярно гостит, да и всякие земноводные литераторы забегают. Так что, в очередной раз, в доме еды почти не осталось, что толпу голодных ниндзей, разумеется, не обрадует. Остальные девочки пока вновь окопались в свитках, но это только до обеда, а потом на меня резко насядут, так что следовало упредить.

По странному стечению обстоятельств, уже через пять минут прогулки я нёс в руках три пакета со сладостями, а специальный джонин радостно жмурилась, уплетая свои любимые данго и запивая консервированным чаем из банки. Как это получилось, учитывая, что, наученный горьким опытом, кондитерские я планировал обходить десятой дорогой, пока не накупим более нужных продуктов, не имею ни малейшего понятия. Но… В общем… Анко – хороший ниндзя, да, тут не поспоришь.

– Как это у тебя нет друзей в деревне? – разговор начался с какой-то мелочи, вроде упоминания Чоуджи, с его столь же нежной страстью к различной вкуснятинке.

– Да так, – беспечно пожала плечами девушка. – Пока я училась у Орочимару, было не до заведения друзей – поспать бы время найти, а после его бегства отношение в деревне ко мне было немногим лучше, чем к тебе. Дальше работа дознавателем, что отнюдь не способствует росту числа друзей… разве что с Куренай мы периодически выпиваем, но это так, скорее приятельствование.

– А Какаши?

– Ты ещё Гая вспомни! – фыркнула красавица в банку во время очередного глотка.

– Наруто, Анко-сан, добрый день, – отвлёк нас от разговора появившийся впереди Сай, как обычно, приторно-вежливо улыбающийся.

– Привет, – поздоровался я, джонин только отсалютировала данго.

И вот тут-то и начались проблемы. Что что-то не так, я ощутил за пару метров до приветливо махнувшего нам парня. Три десятка безэмоциональных «пеньков с глазами», невзначай окружающие место нашего пребывания – явно лишняя деталь пейзажа. Последним аккордом стала какая-то бумажка во второй руке Сая, которую он попытался резко прилепить на меня во время рукопожатия. Одновременно с этим безэмоциональные чурбаки резко ускорились и понеслись в нашу сторону. Секунда-две – и они будут тут.

«Млять, как? Где я ошибся? – мысли судорожно метались в черепе. – Корень решил захватить мою тушку, это уже понятно. Варианты? Бежать к Цунаде? Нет, это канонный Наруто был белым и пушистым, а тут я допускаю мысль, что старушка могла дать молчаливое разрешение на такие действия – хотя бы в расчёте, что буйный джинчурики положит какую-то часть людей главного политического противника, пока его скрутят. Да и Джирайи, как назло, в деревне нет, что просто подозрительно «вовремя». Нет, к сожалению, полностью доверять Сенджу я не могу, в любом случае, такое нападение – это или разрешение с её стороны, или яркая иллюстрация её некомпетентности. В обоих случаях полагаться на неё – это добровольно подставить шею под топор. Надо валить, сначала всех, потом из деревни, и разбираться, сидя в надёжном бункере. Тц, кажется, предложение Орыча придётся принимать без «поправок».

Осмысление ситуации заняло мгновение, а на второе Расенган уже врезался в шею Сая, отправляя его голову в полёт.

– Что?! – недоумённый вскрик Анко сопровождался появлением группы масочников, а также быстрым созданием и развеиванием клона – нужно передать информацию остальным.

– Укройся, – противники уже начали складывать печати, но моё Дыхание Дракона было быстрей – послышались крики, и в воздухе отчётливо запахло шашлыком. Останавливаться на достигнутом я не стал, и помимо огненных техник в ход пошли конечности из чакры, что прямо сквозь начавшийся пожар отлавливали и разрывали пытавшихся скрыться «корешков».

Разумеется, безнаказанно мне так «веселиться» дали недолго – в нескольких местах одновременно пламенная стена пала под напором какой-то водной техники, и в разрывы устремились масочники. Мой огненный плевок был остановлен плевком водным сразу от трёх бойцов Корня – задавили, уроды, качеством и количеством. Из-за спин «ниндзюшников» выпрыгнули несколько бойцов ближнего боя. Во всяком случае, катана, чуть не оттяпавшая мне полруки, об этом красноречиво свидетельствовала. Стало резко не до техник – помимо размахивания острыми железками, на самом деле большой опасности не представляющего, вражеские шиноби постоянно пытались повесить на меня какую-то дрянь, накинуть сеть из чакропроводящей проволоки или поймать в иллюзию. Последнее, впрочем, лишь отнимало их время.

Разумеется, давать проделывать со мной столь противоестественные вещи я не намеревался – противники были больше, массивнее, с куда более хорошо привитой школой, но за мной были относительно небольшие размеры, скорость и очень ядовитая чакра, сдобренная набором дополнительных конечностей из этой чакры. Тем не менее, пару раз мне существенно доставалось, а один листок со сложным фуином я сжёг буквально в сантиметре от собственного лица – проверять, сможет эта пакость пересилить чакру Девятихвостого или нет и что она делает, у меня не было никакого желания. Анко также вносила свою посильную лепту – несколько нападавших были отравлены и раздавлены её змеями, да и кунаем девушка пользовалась прекрасно – вон, рукоять красиво торчит из чьей-то глазницы. В общем, с некоторым трудом, но мы явно отбивались.

А вот дальше последовали проблемы. Шиноби Корня действовали вполне грамотно и логично, а потому, видя, что меня взять не получилось, решили действовать через мои «уязвимые точки». Сначала Анко, дёрнувшись, попыталась вогнать мне кунай в спину, но, натолкнувшись на покров, рванула к нападающим шиноби. Честно признаться, на несколько мгновений я опешил, и этих мгновений хватило, чтобы беглянка преодолела две третьих пути между нами и противниками, но дальше ей пройти мешал разожжённый мною ранее «костерок», в который она с разгону влетела. Пусть самым краем, но… что за бред? Используя чакро-руку, рывком вытаскиваю её обратно, волосы немного обгорели, видны лёгкие ожоги на руках и ногах.

– Сдавайся, джинчурики, или девчонка умрёт, – сказала… сама Анко, прислонив острый кунай к своей артерии. Таак, где-то спрятался мозгоклюй и захватил её тело, это всё объясняет. Я почувствовал, как во мне начинает закипать тёмная ярость. Они посмели использовать мою женщину? Испепелю.

Команда в Печать на теле девушки, и её сознание гаснет. Неважно, какой сейчас разум захватил тело – вырубило обоих. Подтянуть к себе и укрыть Покровом – ближе к телу обычная чакра, и только поверх неё демоническая. Метод уже опробован на Сакуре во время второго этапа экзамена, пусть и не так.

Один хвост, два, три… четыре. Чувствую, как начинает гореть кожа – это даже несколько выше моего предела, организм не справляется полностью… плевать, удержать смогу. Да и требуется немного. Ещё один клон. Создать, и он сразу же развеивается. Но для команды этого хватит. Над рукой забурлили пузыри чакры, собираясь в плотный чёрный шар. Ещё секунда, две… приготовиться. Бросок вверх… Ослепительная вспышка закрыла обзор.

Когда удалось проморгаться, я обнаружил себя сжимающим целую и невредимую (за исключением повреждений, нанесённых ранее) Анко… на дне неглубокого, метра три, но очень широкого кратера – радиусом под сотню метров. Из нападающих не выжил никто. Да, Бомба Биджу – страшная вещь.

«Так, отставить размышления, нужно скорее уходить – разбираться с возможной погоней, имея на руках раненую, мне точно не нужно».

Клон Наруто. Порядковый номер 13. Тренировочный полигон Учиха.

– Э-э-э? – Саске слегка растерялся, когда я резко от него отскочил, прерывая технику Поглощения Чакры – она может понадобиться мне самому в ближайшее время.

– Ты был прав, – сообщаю ему, переваривая доставшийся пласт памяти и чувствуя, как стремительно алеет радужка и вытягивается зрачок.

– Ксо! – м-да, полностью согласен.

– План «Б»! – Учиха понял всё правильно и чуть ли не бегом помчался к нашему «запаснику» – сгребать всё, что там лежало. От сего процесса его оторвала только яркая вспышка в небе и последовавший за ней звук сильного хлопка с подпрыгнувшей под ногами землёй.

– Что это? – сколько подозрения в голосе.

– Как говаривал один блондин…

– Ооо… нет, ты грёбаный психопат! – если бы было время, парень сейчас пошёл бы биться головой о ближайшую стенку… Или дал мне в глаз. Второе вероятней.

– Искусство – это ВЗРЫВ! Бомба Биджу…

– ()*?*%?$!!! – процитировал (пусть и неосознанно) часть малого боцманского загиба Пучеглаз. Впрочем, его понять можно – подобные вещи как-то не внушают уверенности в завтрашнем дне.

– Нет времени отвлекаться, уходим, – секунду поколебавшись, брюнет кивнул и одним движением запихнул в сумку оставшиеся свитки.

– А наши?

– Их выведут клоны. М-да… Анко меня убьёт. Что ж, предложение Змея поступило как нельзя вовремя.

– А не слишком ли вовремя? – хм, ну всё, в Учихе вырос и заколосился параноик. М-да, могу его понять.

– Не исключено, но властям деревни, сам понимаешь…

– Да, теперь веры нет. Особенно если вспомнить отношения Сенджу и Учиха, – разговор не мешал нам очень шустро бежать, двигаясь по направлению к проклятым печатям трио звуковиков. С учётом эманаций биджу и взрыва, взять след в ближайшей округе возможной погоне будет трудновато, а клоны устроят потенциальным преследователям ещё немного проблем.

Клон Наруто. Порядковый номер 5. Квартал Учих.

Дверь от толчка едва не слетела с петель, громко ударив в стену. Аккуратность сейчас была явно неактуальна, тем более что, по всей видимости, этот дом мне больше не пригодится. Сидящие за столом девушки от неожиданности вздрогнули, рефлекторно разворачиваясь в мою сторону.

– Карин, Кин, у вас минута, чтобы собрать вещи. Мы уходим из деревни.

– А? – на лицах всех троих отразилось изумление, но мои с ним быстро справились и вскочили на ноги, начав быстро убирать свитки – сказалась вчерашняя накачка. Пусть там я и упирал на возможность нападения со стороны людей Орочимару – тактику заложников никто и никогда не отменял, особенно при важных переговорах, но и помимо директивы «по улицам не шататься, от меня не отходить и держать ухо востро» я предупредил, чтобы были готовы ко всему. Вот это «всё» сейчас и наступило.

Вдалеке раздался глухой раскат грома, и пол ощутимо содрогнулся.

– Сакура, – обращаюсь к единственной, кто ещё находился в прострации, – на меня только что напали АНБУ, Анко серьёзно ранена. Скорее всего, кто-то наверху захотел перезапечатать Кьюби. Тебя напрямую это не касается, к тому же у тебя есть в деревне семья, но мы с Саске уходим. Что делать – решай сама и быстро, тащить тебя силой или заставлять остаться я не буду. Думай.

– Но как же… Куда?

– Далеко, – не буду же я ей рассказывать! Пусть сперва решит, а то если останется, сразу ведь на допрос потащат.

Моим девочкам услышанного более чем хватило, чтобы ускориться, и обе уже через секунду нырнули мимо меня в коридор, где разбежались по своим комнатам, а вот Харуно закусила губу. Сам я бежать никуда не спешил – бессмысленно. Подвал уже выносят три десятка клонов, одежда, деньги и предметы личной гигиены у меня и так всегда в «дежурном чемоданчике» лежат, плюс там и так уже парочка копий суетится, а больше-то делать и нечего, даже Обезглавливатель Забузы – и тот уже в поклажу увязали. Осталось только Саске с полигона дождаться и, похватав девчонок, рвануть на выход из селения.

– Я с вами! – вскочила девочка, решительно глядя на меня.

– Родители?

– Я пошлю им теневого клона, он всё объяснит, – нервничает и сжала кулачки, чтобы не показать дрожь, но взгляд по-прежнему прямой.

– Нас объявят нукенинами, будет охота, и жить нам, скорее всего, придётся в условиях, очень далёких от приятных.

– Я готова!..

Клон Наруто. Порядковый номер 1. Резиденция Каге.

Я спокойно сидел и заговаривал зубы Цунаде, точнее, интересовался, когда же нам дадут «крутую миссию», не стесняясь фонтанировать вариантами вроде «завоевания Страны Моря», «покорения оставшихся свободных кланов Страны Огня, что не входят в Коноху» и «похода «за зипунами» в Страну Земли». Под «зипунами» я подразумевал захват чужих джинчурики, аргументируя в первую очередь тем, что Кьюби по большому секрету слил информацию, будто джинчурики двухвостой – весьма симпатичная блондиночка почти моего возраста. Хокаге мужественно крепилась, скрипела зубами, ломала пишущие принадлежности и время от времени пыталась послать меня куда подальше. Последнее – безуспешно.

А нечего помогать бессовестным дезертирам! У меня на Джирайю были грандиозные планы, вернее, на его объём чакры, ибо пара тренировок – это совсем не то, что требуется благородному главе клана Узумаки для качественной отработки техники, но этот подлейший литератор три дня назад взял и утёк! Под благовидным предлогом, между прочим, миссию какую-то выклянчил. Вот она, человеческая благодарность! Как спасаться от своей возлюбленной, так «Наруто, впусти и покорми!», а как отрабатывать заботу – тут же назад бежит, и «Цу-тян, спаси меня от этого аспида!» Интеллигент несчастный!

Собственно, мотивы мои Цунаде знала, потому и отбивалась так вяло, перенося заслуженную кару со стойкостью и смирением.

– А давайте мы кого-нибудь украдём?

– Кого? – замогильным тоном донеслось из-за стопок бумаги. Чувствую, была бы у неё возможность, и на помощь давно бы призвали Шизуне, но, на свою беду, ученицу она уже неделю как отпустила с группой джонинов на какое-то задание. Как я знал, вернуться та должна была со дня на день, но пока её не было, защитить Хокаге от «страшного меня» было некому, ну не на «боевого» же хряка ей рассчитывать? Что, к слову, во время наших перепалок всегда ныкался в самую глубокую нору, на зависть любому хорьку.

– Ну какую-нибудь принцессу, – задумчиво протягиваю. – Есть же у даймё соседних стран дочери? Потребуем выкуп, заработаем! А если они ещё и будут симпатичные…

– Я тебя сейчас убью, – посулили с той стороны стола.

– Родственников убивать нельзя! – отрицательно мотаю головой, поучительно подняв палец. – Я же знаю, что ваша бабушка была из клана Узумаки! Ну Хокаге-сама, войдите в положение! Дайте мне совершить подвиг! А то жить не на что, деньги улетают как в пропасть, а за подвиг полагается хороший гонорар! Ну по-родственному, а?

– Сгинь с глаз моих, клещ несносный! Не доводи до греха! – громыхнула опрокинутым стулом женщина, вскакивая с места.

– Ну а может… – только пошёл я на очередной круг, как мысли обдало бризом переданных воспоминаний, мигом вымывшим всё весёлое настроение. – Вопрос снимается, как более не актуальный, – холодно закончил я, начав покрываться демоническим покровом.

– Наруто? – разом уловила смену тона Цунаде, на чьём лице не осталось даже тени миг назад полыхавшего там негодования.

– На моего оригинала напали. Люди в масках, похожие на АНБУ. Сай отвлекал внимание и попытался прилепить ко мне какую-то печать.

– Тааак, – протянула Пятая, начиная кипеть внутри бурей гнева. – Я не давала приказа, сейчас… – она вышла из-за стола и направилась к двери, но я поднял руку, загораживая проход.

– Не стоит, – глаза с вертикальным зрачком прямо встретились со взглядом Сенджу. – Очень вас прошу, Хокаге-сама, останьтесь в кабинете, – покров уже отливал тёмно-бордовым – уровень уже выше трёх хвостов, хоть их я и не выпускал. При меньшем объёме наивно было бы рассчитывать задержать Каге.

– Что это значит? – неужели и правда не понимает? По эмоциям не ясно.

– Пара минут. Просто подождите.

Девушка нахмурилась, сжав зубы, но и впрямь осталась на месте. Однако столько ждать всё равно не пришлось – не прошло и минуты, как в кабинет ворвался забинтованный старик. Шустро.

– Цунаде, джинчурики взбесился и напал на моих людей! – вместо приветствия провозгласил Данзо, чуть ли не пинком открывая двери резиденции. – Он даже убил сокомандника Учихи.

– Добрый день, Шимура-сан, – улыбаемся и машем. – Как здоровье? Сердечко не шалит, нет? Жааааль.

– Ты… – Данзо словно на стену налетел, а вот внутри у него бешенство всколыхнулось даже побольше, чем у внучки Первого.

– Клон.

– Данзо, как это понимать, что происходит? – тут уже вмешалась Цунаде. Коротко бросив на неё взгляд, старик, похоже, просчитал ситуацию и ответил совершенно спокойно, без «наводящих вопросов»:

– К джинчурики была приставлена группа в качестве охраны. Раз АНБУ не может выделить людей, – висок кольнуло новым пакетом данных. – Только что, во время похода по магазинам, он встретил сокомандника Учихи Саске, Сая, и когда тот подошёл ближе для приветствия, хладнокровно его убил.

В этот момент пол сильно тряхнуло, и помещение затопило ярким светом из окон. Устояв на ногах, Цунаде с ужасом обернулась, глядя, как вдалеке рассеивается белый купол пламени.

– С тобой я разберусь позже, – натуральной змеёй прошипела Сенджу, резко развернувшись и одарив Шимуру ненавидящим взглядом.

– Наруто, где ты сейчас? Я пошлю людей для охраны.

– Не нужно, Цунаде-сан. Я уже ухожу и в деревню не вернусь.

– Это предательство! – опять завёлся Данзо, до хруста сжимая свою трость.

– Верно, – киваю. – Ваше. Да, я не был самым фанатичным патриотом деревни, вот только до сегодняшнего дня я был весьма серьёзно настроен прилагать все усилия для её усиления, в перспективе планируя полностью избавиться от конкурентов. Цунаде-сан не даст соврать, – с улыбкой указываю подбородком на женщину, – планы я ей обрисовывал. Но вот беда, – развожу руками, – тут появился возомнивший себя самым умным маразматик и всё испортил, а ложиться на операционный стол и дохнуть из-за чужой тупости я не собираюсь.

– Наруто…

– Тебя всё равно захватят и притащат назад, – Данзо всё не унимался.

– Я бы не советовал. Видели недавний взрыв? Бомба Биджу. Сейчас в деревне два десятка клонов, помимо меня, и каждый может это повторить. И если оригинал обнаружит за собой погоню или кто-то из вас двоих выйдет из резиденции, можете начинать строить новую деревню. Правда, с жителями там будет… не очень, – Данзо заскрипел зубами.

– Ты не посмеешь!

– Н-да? И что меня остановит? Ценность в этой деревеньке для меня представляют всего несколько человек, что сейчас с оригиналом удаляются в неизвестном направлении, да, пожалуй, Хьюги. Но их квартал далеко, его не заденет. Остальных, – я поднял глаза с вертикальным зрачком на старика и оскалился, показывая клыки, – пущу в расход не задумываясь.

– … – Сенджу хватала ртом воздух.

– Нужно было удавить тебя ещё в колыбели, – прошипел Шимура.

– Что поделаешь, в этой милой деревне, выкинувшей наследника Узумаки и Четвёртого Хокаге в приют, а жителей убедивших называть демоном и плевать в спину, умеют убеждать. Раз я демон, то почему бы не начать вести себя согласно этому статусу? И смотрите, какое чудо – и глава Корня, и Каге сразу же соглашаются с моими просьбами. Я пытался быть хорошим, лояльным и дружелюбным, но, видимо, это плохой метод. Спасибо за науку, я учту.

– Тебя объявят нукенином, Наруто, – попробовала воззвать к моему «инстинкту самосохранения» Пятая. – А также всех, кто пошёл с тобой.

– Знаете, Цунаде, я думал, когда на меня напали агенты Корня АНБУ, да-да, я знаю кто это, не удивляйтесь, и знаю, кто приставил ко мне Сая…

– Подстилка Орочимару, – сказал, как выплюнул, старик.

– Не угадали, – вновь скалюсь, хотя реплика меня задела. Анко ранена, а этот м**ак её ещё и поносит. Имел бы шансы, не задумываясь кишки выпустил, но шансов на это нет, мы всё ещё в разных весовых категориях. – Так вот, я думал, было это сделано с вашего молчаливого согласия или вы просто настолько некомпетентны, что не способны уследить за структурой, что вроде как должна вам подчиняться. Но вот после этой фразы я всё-таки склоняюсь к тому, что вы не предательница, а просто не подходите для роли Каге, о чём я вам говорил в самом начале. Джинчурики с распростёртыми объятиями примет любое селение. Что сильно обиженная на Коноху Суна, что стремительно восстанавливающийся Туман… А вот Великую Деревню, оставшуюся без стратегического оружия, да ещё и пострадавшую в битве с Песком и Звуком совсем недавно, захотят попробовать на зуб многие. Облако и Камень так точно, – Сенджу отломала кусок от стола.

– Тебе это с рук так просто не сойдёт.

– Уже сошло. Не хотите по-хорошему, будет по-моему. Игры кончились. А теперь мы просто посидим в тёплой дружеской атмосфере следующие несколько часов. Данзо-сан ведь уже отозвал погоню, верно? – старик заскрежетал зубами уже вполне отчётливо. Хм, наверное, стоит уже завязывать с привычкой бесить людей, хотя… это довольно забавно.

Наруто-оригинал и Ко.

– Какой ужас, – прошептала, пристроившись рядом, Сакура, широко распахнув глаза и глядя на спёкшийся кратер в нескольких сотнях метров от границ квартала Учих. – Это?..

– Это был я, – отвечаю, не глядя на её лицо и не замедляя движения, только удобней перехватываю перевязанную на скорую руку Анко. Несмотря на то, что выжгло не такое уж и большое пространство, разрушения от ударной волны тянулись очень широко.

Мы с Анко шли к рынку. По территории, почти не затронутой недавним нападением на деревню. И я совершенно не собирался тешить себя наивной надеждой, что жертв среди мирного населения окажется мало… Как и перекладывать на кого-то вину.

– Но ведь…

– Скорее всего, сегодня я убил несколько сотен человек, – произношу абсолютно спокойно, лишь краем глаза переглянувшись с Саске, который, как и я, внимательно следил за реакцией куноичи. – У тебя ещё есть шанс не мараться с преступником и остаться в деревне.

– Нет! – полыхнула негодованием. – Я вас не брошу! И хватит меня проверять, Наруто! Пусть я не такая сильная, но мы одна команда!

– Будет тяжело, – негромко, но веско вставил свои пять копеек Учиха.

– Я… – обернувшись к брюнету, девочка поникла, разом растеряв большую часть запала. – Я понимаю. Но я не хочу… Не хочу вас терять. Пусть сейчас я слабая, но я буду стараться! Я смогу быть полезной!

– Пфф, – Учиха чуть улыбнулся, прикрыв на секунду глаза. – Ты слишком на этом зациклилась…

И несмотря на двусмысленность фразы, Сакуру она явно вдохновила, даже ответная улыбка появилась. Блин… Авантюрный побег из центра ставшей резко враждебной страны, где каждую секунду на нас могут налететь толпы бойцов Конохи, от рядовых генинов до полноценных джонинов. До конца не ясно участие Цунаде, возможности Корня и реакция того же Какаши, про местонахождение которого, в отличие от Джирайи, я не могу сказать ничего. А тут прям романтика…

Перевожу взгляд на Кин с Карин и внутренне облегчённо вздыхаю. Хоть и прислушиваются к разговору с предельным вниманием, но собраны и отвлекаться от бега не спешат.

***

Нас уже ждали. Видимо, Бомба Биджу послужила хорошим сигналом к повышению готовности.

– Эй, какого хрена, речь шла только о вас двоих! Уговора о целой толпе не было! – вежливо поздоровалась Таюя.

– Или так, или вы идёте к Орочимару без нас, а мы идём своим путём. И решайте быстрее – прощание с деревней вышло на редкость громким.

– Ладно, идём, – «шестирукий» взглядом заткнул явно хотевшую разразиться бранью девушку. – С Орочимару-сама будете сами разбираться. И так уже опаздываем.

– Разумеется.

– Мы идём к Орочимару?! – н-да, у Сакуры сегодня явно день стрессовых новостей. Хотя… В этот раз Кин от неё не отстаёт, пусть и держит себя в руках, но внутри готова паниковать.

– Да. И успокойтесь, я не дам вас обидеть.

Со стороны звуковиков потянуло насмешливым весельем, да и на лицах выступили соответствующие улыбки. И заметил это не один я.

– Проблемы? – место встречи накрыла тяжёлая аура холодного Ки, а сияющие багряным шаринганом глаза Учихи угрожающе сузились. Его Жажда Крови была совершенно не похожа на привычную мне Ки Девятихвостого – ни пылающей агрессии, ни яростного напора силы, ни обещания разорвать всё живое… Вымораживающее спокойствие, ледяными щупальцами почти невесомо оплетающее жертву с бесстрастным сообщением, что та уже обречена и сейчас умрёт… Очень… Очень близко к тому, что демонстрировал Орочимару на втором этапе экзамена!

И когда только научился?

Троицу пробрало, что называется, до печёнок. Тут даже эмпатии не требовалось, чтобы это понять, достаточно взглянуть на стремительно бледнеющие лица. Похоже, именно сейчас ребята окончательно осознали, с чего это Саске такое отношение от Белого Змея. Вовремя.

– Н-нет, Саске-сама, – опять взял на себя роль переговорщика шестирукий. – Простите за оплошность, больше это не повторится.

– Прекрасно, – вступаю в разговор я, и брюнет убирает давление. – И раз мы решили этот вопрос, то вернёмся к главному. Надеюсь, вы сможете незаметно вывести нас из деревни?

– Конечно, следуйте за нами, – парень повернулся и спешно стал показывать дорогу, Таюя и толстяк от него не отставали, только то и дело бросали на нас настороженные взгляды…

Клон Наруто. Порядковый номер 17. Граница квартала Хьюг.

Взрыв Бомбы Биджу наделал много шума, и обитатели квартала лучших сенсоров Страны Огня (а то и всего мира) не могли его не заметить. Пусть Хокаге, моими усилиями, была временно выключена из игры, но Коноха гудела как растревоженный улей, и свободные от миссий шиноби не сидели сложа руки, пытаясь не только понять, что случилось, но и как-то помочь пострадавшим.

К счастью для меня, разрушения от ударной волны выдались обширными, и пусть убитых там было на порядок меньше, чем в эпицентре, но пострадавших, которым требовалась помощь, хватало. Кроме того, большая часть дееспособных ниндзя сейчас находилась за пределами деревни, усиленно выполняя старые заказы и отжимая кусок рынка, потерянный Суной по результатам столкновения. Вместе эти факты изрядно помогали мне избежать лишнего внимания озабоченных происшествием «коллег», впрочем, всё равно пришлось несколько раз создавать дополнительных клонов, чтобы те помогли «родному селению». Ну и заодно внесли свою долю сумятицы в последующее расследование – чем больше людей из-под завалов окажется мной вытащено, тем сложнее руководству деревни будет привить подчинённым «генеральное решение Партии» на тему моей персоны. В том, что оно окажется сугубо негативным для моего здоровья, я не испытывал ни малейшего сомнения – какой бы «мировой бабой» ни была Цунаде, старейшины её всё равно задавят авторитетом.

Однако это совсем не значило, что я не собираюсь, по возможности, осложнить им жизнь. В данный момент я и ещё четыре клона старательно пробирались к местам компактного проживая таких гордых фамилий, как Нара, Яманака, Акимичи, Инузука и Хьюга. Пусть далеко не все мои одноклассники сейчас в деревне, но они мне и не требовались. Мне вообще требовался самый минимум, всего-то передать свою версию событий кому-то из этих кланов, разумеется, лучше бы кому повыше в иерархии, но по сути любой сойдёт, всё равно главы устроят им допрос с самым заинтересованным пристрастием. Если они, конечно, не идиоты, но как раз в этом я был практически уверен.

Лично у меня проблема стояла только одна – подойти незаметно к воротам квартала Хьюг возможности не было. Сенсоры, чтоб их! Уже определили, что рванула очень приметная чакра, и кое-кого из клонов на улицах даже пристукнули с испугу, ломиться же к ним силой при таких обстоятельствах… Спасибо, я ещё не до конца сбрендил. Нет, требовался кто-то, от кого можно рассчитывать на толику внимания до того, как он начнёт орать призывы о помощи и размахивать джукеном.

В идеале бы – Хината, но она, к сожалению или к счастью, в деревне отсутствовала. Второй вариант – Ханаби, но она большую часть времени сидит в квартале, что делает контакт невозможным. Обычные же Хьюги… Зря я тогда побил группу родительского догляда… Зря… Но кто же знал, что такие взрослые дяди окажутся такими по-детски обидчивыми? Ну получил ты в морду, ну и что? Считай тренировкой! Ты крутой убивец или кисейная барышня? Какого чёрта ты начинаешь жаловаться и распускать слухи, словно брошенная стерва в середине месячных? Фактов у меня, конечно, не было, но с чего бы ещё совершенно незнакомым ребятам бросаться на меня с воплем «Чудовище!» или удирать с аналогичным посылом, имея в виду (в плане эмоций) давно устоявшееся мнение, а не последние события? А «мнение» – это ведь штука такая, появляется или при личном опыте, или с чужих слов, третьего не дано. Что называется – делаем выводы.

Короче, стоял я на распутье, силясь выбрать правильную стратегию. Или начинать сезон охоты на сероглазок, с последующей фиксацией жертвы и циничным надругательством, «церебральным сексом» именуемым, что, однако, во-первых, чревато лишним вниманием со стороны, ибо просто так они не дадутся, а во-вторых, явно не принесёт мне лишних баллов в глазах Хиаши. Или ждать чуда.

Медленно, но верно я склонялся к первому варианту…

Повезло. Дойти до крайних мер я не успел – чудо явилось само. Выглядело оно как подтянутый подросток с длинными тёмными волосами и очень знакомым по Саске выражением «вы все идиоты» на лице.

– Привет, Нейджи! – спрыгиваю перед бегущим по улице парнем, предварительно развеяв маскирующий барьер. – Есть разговор…

Узумаки Наруто, оригинал.

До границы деревни мы добрались быстро, всего каких-то пять минут, четыре из которых были потрачены на незаметность и затирание следов, и мы уже на стене, отделяющей поселение от леса.

– Сейчас спустимся и пойдём в Долину Завершения через участок Леса Смерти – его обитатели и чакра осложнят работу сенсорам в случае погони, – кратко пояснил маршрут «человек-паук».

– Ясно, – складываю печать и вновь создаю клона, после чего его развеиваю.

– И нахрена? – интересуется Таюя, хотя при этом делает вид, что ей совершенно всё равно.

– Сигнал остальным моим клонам. Деревню покинет ещё двадцать таких же групп и пойдёт в различных направлениях.

– Ловко, Наруто-сама, – Кин кинула полный превосходства взгляд на свою бывшую коллегу.

– Время, – коротко напомнил Саске о своём нежелании и лишней секунды оставаться в ставшей враждебной деревне. И мы рванули вперёд.

Первые полтора часа всё шло гладко, ни я, ни Карин не чувствовали никакой погони, да чего там, в округе вообще шиноби не наблюдалось, но вот дальше начались проблемы.

– Наруто-сама, – обратилась ко мне девочка в очках, – восемьсот метров впереди, группа из четырёх джонинов. Идут прямо на нас, – Сенджу и Шимура решили пойти ва-банк? Посчитали, что мне не хватит духу подорвать деревню? Эвакуации там точно не проводилось, во-первых, просто увести всех жителей подальше – весьма проблематично, во-вторых, клон с бомбой биджу – это не заложенная мина, он и следом пойти может, ну а в-третьих – мой клон бы не дал такого провернуть Каге и главе Корня. Хм, как там говорил господин Фрейд? «Бывают просто сны, деточка».

– Карин, можешь попытаться определить, кто конкретно в той группе?

– Далековато, но… сейчас… – девочка сосредоточенно прикрыла глаза и сложила руки в печати концентрации. – Простите, Наруто-сама, но никого из той группы я раньше не чувствовала, разве что…

– Разве что? – поторопил я куноичи, ни мы, ни «встречающие» большой скорости не развивали, но с учётом того, что двигались мы встречным курсом, а шиноби шустры сами по себе, встреча могла состояться в течение минуты.

– Кажется, чакра одного из джонинов похожа на чакру Шизуне-сан, но я могу ошибаться.

Да что же мне так не везёт сегодня? Не могла ученица Цунаде вернуться на час раньше или час позже? Нееет, нужно было обязательно выбрать тот момент, когда нам приспичило слинять из Конохи.

Уйти в сторону уже не успеваем, если и не нас, то уж следы четверо джонинов точно заметят, это не вчерашние выпускники, кто-то точно даже самую малость стёртую подошвой кору на ветке зацепит взглядом и определит свежесть, а потом, по остальным следам, приметит факт резкого изменения маршрута.

– Так, вы пояса спрятали, на лбы протекторы и на них Хенге с символом Травы, – Звуковики начали было что-то возникать, но одного зырка хватило, чтобы до них дошла неуместность возбухания во время боевых действий. – Саске, миссия по сопровождению делегации.

– Понял, – кивнул Пучеглаз.

– Карин, Кин, Сакура – аналогично.

– Есть, – хором ответили девушки.

– Говорить буду я. Клоны, вы знаете, что делать, – клоны молча кивнули, и один, приняв на руки Анко, скрылся в лесу, в то время как остальные стали спешно запаковывать одни вещи и распаковывать другие. В итоге, через десять секунд мы были уже не группой подозрительных типов, улепётывающих из деревни, а двумя отрядами шиноби Конохи, сопровождающими возвращающуюся к себе домой делегацию Травы, благо территориально она располагалась относительно недалеко от вотчины Орыча, и начало маршрута было полностью идентичным. Ещё через двадцать секунд показалась и встречная группа. Действительно, помощница Цу-тян и три смутно знакомых типа, одного из которых я даже относительно знаю.

– Йо, Шизуне! – машу рукой ирьёнину. – Генма-сан!

– Наруто-сан, привет, – улыбнулась медик, а мужчина с сенбоном в зубах лишь коротко кивнул, почти одними глазами. – О, кто это с тобой?

– Да вот, Хокаге выдала миссию на сопровождение делегации из Травы домой. Сама знаешь, после экзамена всем было не до этого, да и у наших союзников были дела в Конохе, теперь они их завершили и решили вернуться к себе. А как у вас всё прошло? – я ещё говорил, а сам уже понимал, что это абсолютно бесполезно. Эмоции всех троих мужчин резко вспыхнули сперва удивлением, а в следующий же миг – узнаванием, которое мгновенно переродилось в готовность к бою.

– Очень хорошо, подробностей, извини, сказать не могу, – повинилась ещё ничего не заметившая девушка, а события уже понеслись вскачь.

Джонинам хватило мгновения, чтобы переглянуться и, поймав понимание во взглядах товарищей, атаковать. И первым в сторону тройки Звука полетел сенбон, который Генма выплюнул со скоростью хорошо брошенного куная. К чести людей Орочимару, они тоже всё сообразили быстро, и летящую иглу ещё в воздухе встретил метательный нож.

Шизуне явно несколько растерялась, всё-таки и спереди, и сзади были союзники. Так, нужно срочно выводить всех из строя.

– Гендзюцу! – сделать глаза побольше и добавить в голос удивления, смешанного с негодованием. И… девочка-медик купилась, вот что значит мало боевого опыта и «заточка» на врача, а не полевого агента. Секунда растерянности, да ещё и попытка обернуться к сопровождающим стоили Шизуне удара рукояткой выхваченного куная в затылок. Бил я аккуратно, но сильно – следующие полчаса ученица Цунаде гарантированно пробудет без сознания, а очнётся с шишкой, мигренью и добрым словом о джинчурики, хотя ладно, она всё-таки медик, отлечится.

Все эти размышления мелькали где-то на заднем плане, а руки уже складывали печати. Не успело ещё тело ирьёнина коснуться земли, как сектор в сто двадцать градусов слева-спереди от меня превратился в филиал Ада – чакры я не жалел и вмазал от души. Разумеется, никого не задел – Генма хоть и выглядит довольно безобидным малым, но при этом остаётся джонином, не сильно уступающим по своим параметрам Какаши или Гаю, да и компаньоны у него под стать. Зато подобный финт сильно ограничил их в манёвре – зайти с левого фланга противники уже бы не смогли, правый контролировал Саске, а тыл (мало ли, вдруг кто-то из них владеет Подземным Плаванием или идейный последователь Шисуи?) стерегли наши девушки во главе с Карин.

– Живыми, – успел я крикнуть, уходя в глухую оборону – на меня насели сразу двое, бешено взвинтив темп атак. Видимо, рассчитывали сдержать, пока третий будет вязать моих товарищей. Щедро черпаю чакры Девятихвостого и добавляю себе пару конечностей и покров – угнаться за двумя джонинами-рукопашниками на чисто своих силах я не могу. Они далеко не Майто Гай, но на одного токубецу-джонина (а по уровню навыков ближнего боя я даже несколько уступал данному званию, выезжая только на скорости, даруемой демонической чакрой) их двоих хватало за глаза. Приходилось отмахиваться, принимать часть ударов на Покров Лиса и подготавливать пакость, что сможет их аккуратно остановить. Убить, конечно, проще и надёжнее, но пока я полностью не разберусь с ролью Сенджу во всей этой истории с покушением, портить с ней отношения путём убийства её людей и ученицы всё же не стоит.

Спустя секунд тридцать (целая бездна времени) в спину одному из нападавших прилетело странное… хм… копьё… стрела… дротик… в общем, нечто продолговатое и острое. Шиноби уклонился, но это дало мне лишнее мгновение, чтобы завершить подготовку. Эх, главное – не переборщить, но придумать что-то более гуманное и одновременно действенное у меня не выйдет, а врукопашную мне его не взять, пока не выдохнется.

– Х-ха, – рука с вращающейся в ней сферой врезается в верхнюю часть груди. Вижу в глазах противника узнавание и изумление, сменяющееся осознанием и страхом. Джонина отрывает от земли, закручивает, разрывая одежду, щедро брызгая кровью, и отбрасывает в сторону.

– Ублюдок, – кунай, выхваченный напарником словившего «Расенган» бойца, устремляется мне под ключицу, и самое поганое и вместе с тем изумительное – Покров почти не препятствует. Тускло светящийся нож минует его лишь с небольшой задержкой. Впрочем, чтобы уйти, мне хватило. Так, кажется, теперь он стал серьёзен и бьёт если не на поражение, то калечаще точно. Но, оставшись в одиночку, поделать он уже ничего не мог. Первый, самый «свирепый» натиск я выдержал, а дальше он постепенно начал уставать. Вот я замечаю ошибку, и напитанный чакрой кулак… разбивает в крошево кусок глины. С-скотина. На адреналине поворачиваюсь и замечаю, как враг «выныривает» почти что вплотную к оставленным в тылу девушкам, чёрт, не успеваю.

– Кац, – удивлённый джонин отлетает на взрывной волне, а в месте его приземления уже стоит «паучок» в «демоническом» амплуа. Хм, мне всё ещё далеко до совершенства – когда звуковики перешли на вторую ступень, я так и не заметил. Ладно, надеюсь, клоны ничего не упустили, пусть использовать их в данном бою было бы неэффективно, но вот в качестве наблюдателей – вполне пойдёт.

– Связать. Вреда не причинять, – отдал я новые команды звуковикам. – Интересно, что же нас выдало?

– План был хороший, – кивнул «паук», превращающий пленников в натуральные коконы… брр, он же не собирается их есть, правда? – Только вот причёска этого, – парень кивнул на одного из связанных, – такая же, как у одного из телохранителей вашего Третьего Хокаге. Они видели наши лица, когда мы держали барьер во время битвы Орочимару-сама, – м-да, мало того, что мы в огромном, мать его, лесу, встретили своей маленькой группой шиноби другую маленькую группу шиноби, так в этой группе ещё и были личности, что «знали врага в лицо». Если так пойдёт и дальше, то я не удивлюсь, если по пути мы встретим Пейна, решившего выбраться на шашлыки и на природе подумать о вечном, чего мелочиться-то? День явно задался.

– И как твоё «живыми» сочетается с Расенганом в грудь? – мрачно поинтересовался Учиха. – Да и Карин со взрывной печатью… Кстати, ловко она его подловила, тссс…

– Потерпи, Саске-кун, – Сакура уже водила светящейся зелёным рукой над организмом обожаемого брюнета, довольно плотно покрытым царапинами. Ничего серьёзного вроде бы нет, но неприятно точно.

Впрочем, потрепало не его одного – все трое звуковиков выглядели не лучше, хотя на коричневой коже царапин было заметно мало, но по одежде с тяжёлым дыханием видно, что последний джонин простым противником не стал.

– Ну, – сенсор малость покраснела, тут же поспешив подойти к пострадавшим, – я почувствовала, где он прячется под землёй, и разместила печать в предполагаемых точках выхода, ведь, как говаривал Наруто-сама, искусство – это…

– Так, понятно, это у вас семейное, – Пучеглаз тяжело вздохнул, отводя взгляд от начавшей исцелять звуковиков Карин. – Но вернёмся к Расенгану… Ээ, оно ещё шевелится? – при взгляде на тело в голосе Учихи появилось удивление. – Как?

– Два этапа из трёх, – нагибаюсь, чтобы подобрать ножичек, которым меня едва не порезали сквозь покров. Мм, чакропроводящий металл, дорогая штука. – Я просто не держал форму, в итоге его ударило потоками чакры. Что-то типа джукена, только на одной области и явно больше 128 ударов.

– Должно быть весьма эффективно, – признал после небольшой паузы. – Почему раньше не применял?

– Потому что для реального ущерба в него нужно вкачать как в четыре Дыхания Дракона, – знаком подзываю к себе Кидомару (имена узнали ещё по пути через Коноху) и присаживаюсь к коконам. Раз уж выпала такая возможность, то надо проверить их подсумки, мне и самому оружие из чакропроводящего металла не помешает, ну а звуковик потом пусть восстановит целостность своей паутины.

– Ясно, – завершил разговор Учиха.

Сбор трофеев много времени не занял, да и было там, увы, далеко не всё так радужно, всего семь кунаев на всех. Свитки и запасы флакончиков с настоями на все случаи жизни я не трогал. Во-первых, ничего действительно ценного там быть не может, это только генины описания своих техник таскают при себе, чтобы «шпаргалка» под рукой была, здесь же элита, коя подобное давно переросла. А во-вторых, сути задания Шизуне я не знаю, а давать деревне дополнительные поводы себя искать, имея пусть даже призрачный шанс сорвать задание, на которое отрядили четырёх полноценных джонинов, совсем не хочется. А ну как возьму свиток, а он окажется жутко важным посланием какого-нибудь даймё или Каге другой деревни, на задачу вернуть которое не грех послать всё АНБУ полным составом? Разбирать-то содержимое всех рулончиков прямо сейчас никто не будет, а оно мне надо – такие нежданчики? Ну и в-третьих, топая в ученичество одного из самых сильных и эрудированных мастеров ниндзюцу мира, просто глупо проявлять подобное крохоборство.

Кстати о мастерах и конкретно их произведениях. Вторая форма Проклятой Печати – то ещё «шоу», доложу я вам. Клыкасто-когтисто-рогатое, с чёрным белком глаз и жёлтой радужкой… Ну натуральные демонюги! Особенно девушка с рожками, ммм… прямо на ностальгию пробивает, вот только бы ещё крылышки… Мой взгляд на Таюю явно не укрылся от Кин, да и Учиха понимающе хмыкнул.

– И что мы будем делать с ними дальше? – поинтересовалась Карин. – Возьмём с собой?

– Бессмысленно, – качает головой бывшая Цути, – от пленников будет слишком много дополнительных проблем.

– Верно. Оставим их тут, – немного подумав, соглашаюсь я. – Опасных животных в округе нет, так что выживут. Хотя один штрих добавить можно…

В следующую минуту я вытянул чакру у всей четвёрки, а что поделать? Тренироваться надо, а тут подопытный материал сам пришёл, да и для дела полезно – связанные и без чакры они будут долго освобождаться, а потом ещё и ползти в деревню. Хорошо, если к сегодняшнему вечеру доберутся, а то и к завтрашнему утру. Вполне достаточная для нас фора.

Побросав пленных под ближайшим деревом… ну хорошо, Шизуне я уложил аккуратно на подстилочку (прихватил из дома чисто на всякий случай, вот и пригодилась), ещё и укрыл сверху, мы споро собрались и продолжили путь. В скорости к нам присоединился и клон с Анко на руках, что до этого на рысях разрывал дистанцию, петляя следы. Не пригодилось, но чтобы вернуться, ему тоже требовалось время.

– В тебя точно Девятихвостого Лиса запечатали? – как бы между делом осведомился Учиха, когда мы немного отдалились от места действия. Хотя по глазам его наглым вижу, задумал какую-то пакость.

– Точно. А что?

– Больше похоже на кролика, – сохраняя покерфейс, сообщил Саске. Опять же, совершенно «случайно» и «ничего не подразумевая» окинув присутствующих девушек нейтральным взглядом. – Они именно так и плодовиты.

– Эм, – почему все так синхронно заинтересовались окрестными видами?! Даже орочимаровские прихвостни – и те фонят в эмоциях каким-то подозрительным пониманием. Когда они успели сговориться за моей спиной?! – Никогда не разбирался в животных, – с максимально независимым видом отвернулся я. А что мне ещё было делать? Это был шах и мат, без вариантов!

– Пф, – высказал своё мнение Саске, но всё-таки продолжать тему не стал.

***

После неожиданной встречи с Шизуне нашему пути ничего не мешало, и мы спокойно следовали за нашими гидами. Вот только далеко не с той скоростью, на которую они рассчитывали – «опасаясь погони», мы старательно петляли, путали следы, создавали разрывы и прочими способами «сбивали погоню со следа». Разумеется, такие манёвры скорости не прибавляли, но рисковать я не собирался – Орочимару должен был использовать свою технику по смене тел и только после этого увидеть Саске, иные варианты меня не устраивали.

Помимо прочего, приходилось следить за тем, чтобы Анко не пришла в себя – сейчас с ней разбираться было бы совершенно не к месту, а разбираться там надо будет огого! Как она отреагирует на известие о моём бегстве к её «любимому» сенсею – можно было только гадать, только вот ошибиться в этом гадании было можно исключительно в числе ударов по яйцам, что она захочет мне прописать. Устраивать же такие сцены прямо в пути… С одной стороны, нас это, безусловно, задержит, что плюс, а вот с другой, даже если мой клон сейчас скажет Цу-тян и Данзо, куда я направляюсь, это будет менее палевно, чем следы подобных разборок. Там хотя бы есть шанс, что не поверят. Так что контакт с её проклятой печатью я поддерживал постоянно, благо джонин особо и не пыталась вырваться из объятий Морфея. Конечно, вечно так продолжаться не могло, но мне вечно и не требовалось, хватит и нескольких дней, ну а напоить и заставить проглотить пищевую пилюлю можно и в бессознательном состоянии.

Долина Завершения, через которую очень удобно было бы удирать, располагалась на окраине Страны Огня, и путь до неё был неблизким. Вопрос состоял в том, как этот путь пройти. Вариантов было два: рвануть прямой наводкой через леса и поля, выжимая из своей тушки всё, что можно, и стараясь увеличить расстояние между собой и Конохой по максимуму, или же попробовать слиться с простыми жителями, спокойно выйти на дорогу и неторопливо следовать в точку назначения, можно даже к какому-нибудь каравану наняться, благо подобная традиция есть – ниндзя, отправляемые на дальние посты или, наоборот, возвращающиеся с них, частенько нанимаются в качестве дополнительной охраны к купцам за небольшую плату – и торговцам хорошо с такой защитой, и шиноби лишний сен *(если кто забыл – мелкая разменная монета, эквивалент копейки по отношению к рублю, только в роли рубля выступает «рё». Прим. Автора.)* капает, так что, если никто никуда не торопится, вариант с охраной прямо-таки идеальный.

Проблема состояла в том, что оба варианта нам не сильно подходили. Рвать жилы к убежищу Орочимару, чтобы доставить к нему тушку Саске? А вдруг мы успеем вовремя, и что тогда? Пусть саннин сейчас в отвратительном состоянии, но, сдаётся мне, он и без рук уработает всю нашу команду не сильно напрягаясь, а радикальные меры типа Бомбы Биджу я использовать не смогу, а если всё же смогу и пришибу таким образом Змея, весь наш стремительный побег разом потеряет смысл. Это не говоря о том, что если забег будет действительно серьёзным, то мы ещё и сил потратим прилично, в результате чего возможная погоня нас и быстрее настигнет, и шансов у неё будет больше. Второй вариант был лишён этих «минусов» – стараясь не привлекать внимания, мы будем двигаться достаточно медленно и к сроку, когда Орыч, залезая на стенку от боли, сменит тело, точно не успеем, что даст нам три года «кулдауна» техники на собственное развитие и возможность договориться со Змеем на выгодных условиях позже. Проблема в том, что к сегодняшнему вечеру (будем исходить из худших вариантов) Шизуне доберётся до Цу-тян и выдаст наш маршрут, после чего Сенджу может и дать отмашку на план-перехват.

Клоны с Бомбами, к сожалению, особо долго не проживут даже теоретически. Чакры-то у них, конечно, хватило бы, но их элементарно развеют, стоит только жителям деревни прийти в себя. Пять джонинов на брата, бьющих в полную силу – и всё. Вопрос лишь в синхронности атаки, но подготовка и координация не займёт много времени – день, максимум два, да и то только из-за того, что Хокаге и глава Корня будут недоступны, да и большая часть профессиональной верхушки шиноби сейчас на заданиях. Но справятся, хватит и двух других старейшин, чтобы всё завертелось, в кланах тоже не дураки сидят, и кто-то из элитных джонинов всегда может вернуться. Да, это совет, обсуждение, оценка рисков, договорённостей, в общем, даже Шикаку Нара слегка взопреет, но всё организует и зачистит моих клонов одновременно по всему городу – к гадалке не ходи, тем более что реально взрывать Коноху я не собирался, а значит, если какая группа ликвидации и налажает, нужного результата они достигнут.

Разумеется, потом «благодарные жители» будут уже говорить с Данзо, не мои клоны, так Нейджи им общую обстановку расскажет, но говорить они будут после того, как избавятся от угрозы словить у себя под окном бомбу. Что поделаешь, нервные ребята эти шиноби, не любят, когда над ними нависает вариант взорваться потому, что один хитромудрый кретин попытался сожрать другого, наглого и самодовольного, кретина (самокритичненько, но что поделаешь – у Наруто сложилась уже определённая репутация, и если дети ещё перековывались относительно быстро, то вот взрослые – это другая история… Да и не спешил я их разубеждать. Гораздо выгоднее, если во мне все видели ребёнка, пусть включившего мозг, «осознавшего величие предков» и активно принявшегося к этому величию стремиться, но тем не менее ребёнка – не очень образованного, со своими закидонами и прочим) и облажался.

Итого, два дня форы. Если повезёт – три. На «спринте» первого варианта мы к этому моменту будем уже у Долины, по второму – только-только покинем предместья Конохи, и таким же темпом нам до нужного места будет пилить ещё дней пять, а то и всю неделю. Нет, слишком долго, очень высока вероятность, что нарвёмся на засаду. Пусть противник точно не знает, куда идти, но направление у него есть, а при желании найдутся и силы, чтобы перекрыть маршруты. Сделать финт ушами и действительно «свалить в Туман», точнее, на побережье, а оттуда уже к Орычу, можно даже и на лодке? Хороший вариант, и ложный след оставим, и время нужное потянем, но проблема в том, что время мы потянем слишком хорошо, и чёрт его знает, что за это время сделает тот же Данзо. Оставалось совместить два первых варианта в один и работать по подобной схеме, заодно продолжая путать следы.

– Так, народ, объявляю привал, – мы плавно свернули на удобную полянку, где я, собрав «начальство» в лице меня и Саске, изложил мысли по ситуации.

– Хн… Караван – это не лучшая мысль. Один досмотр – и маскировке конец, – высказался Учиха. М-да, а о таком варианте, что, потеряв наш след, ниндзюки начнут шерстить окресности, я как-то не подумал… Хотя… А если они след не потеряют?

– Создам очередную группу клонов, пусть имитируют бурный прорыв в Туман и Дождь, – предложил я вариант.

– Бесполезно, согласно правилам контрдиверсионных операций, в случае наличия угрозы от вражеских лазутчиков, досмотру и тщательной проверке должен подвергаться каждый караван, независимо от страны принадлежности и направления пути. Значит, после объявления нас в розыск прятаться среди купцов будет бессмысленно.

– Это если нас объявят в розыск, – возразила Кин. – Вряд ли Коноха горит желанием объявлять, что её решили спешно покинуть два клана, один с геномом, другой с джинчурики.

– Да, но можно и без розыска. Просто выслать указы досматривать всех, а в случае обнаружения нашего отряда пытаться задержать и дать знак, – настаивала Сакура.

– Да это равносильно тому же самому, – упёрлась и Кин, – даже хуже. «Мы потеряли ещё своей военной мощи, но пытаемся это скрыть», а раз кто-то что-то скрывает – значит, боится. А раз боится, то он не уверен и его нужно бить.

– Эй, как я поняла, у вас в деревне и так хватило у*ба, чтобы напасть на него, – в меня ткнули пальцем, – посреди бела дня и чуть ли не в центре селения! Почему вы считаете, что им не хватит долбанутости провернуть что-то такое?

– Хм, несмотря на форму изложения, Таюя права, – согласилась с ней Карин.

– Поцелуй меня в задницу, принцесса! Всё в порядке у меня с формой изложения! – огрызнулась куноичи Звука.

– Пф, предпочитаю мужчин! – вздёрнула нос аловолосая девушка.

– Н-да? Ты, небось, ни разу даже не целовалась, не то что… – начала переходить на личности штатная нахалка экс-Четвёрки Звука.

– Довольно, – прервал я начинающуюся свару. – Свои отношения выясните позже.

– Хмпф… Девятихвостый… кролик, – кончиками губ улыбнулся Пучеглаз, а мне внезапно захотелось эти самые «глазы» ему подбить. Ну, чисто так… По-дружески.

– Ладно, тогда предлагаю двигаться лесами, периодически оставляя ложные следы и петляя. Пусть скорость упадёт, зато и потенциальная погоня с высокой долей вероятности след не возьмёт.

– Сойдёт, – кивнул Саске.

– Тогда приступим, – я сложил печать и вновь начал рассылать клонов в «перспективных для побега направлениях». Ну и парочку групп отправил в направление бесперспективное – на юг, к многострадальной Стране Чая, возможно, преследователи купятся и посчитают, что мы решили дать ложный след, а сами отошли и попробовали затихариться в заднице мира. Закончив с отправкой приманок, я кивнул брюнету – по части хождения кругами и запутывания следов он был лучше.

– Выдвигаемся, – всё правильно понял шаринганоносец и отдал команду.

– Подождите, Саске-сама, – вмешался в наш разговор Кидомару. – Мы уже достаточно далеко от Скрытого Листа, и прежде, чем пойдём дальше, должны кое-что сделать, – на этих словах Дзиробо и Таюя быстро переглянулись.

– И что же это? – нахмурился Учиха. Я же промолчал, просто заинтересованно глядя на звуковиков.

– Орочимару-сама дал нам один приказ, – шестирукий парень полез в карман, откуда достал небольшую стеклянную баночку с некими чёрными гранулами, крайне похожими на стандартные пищевые пилюли. Что ж, всё ясно, сейчас нам предложат «выпить яду», без шуток. Впрочем, ничего удивительного – причин не давать такого приказа у Белого Змея не было. – Вы с Наруто-сама должны выпить каждый одну такую пилюлю.

– И с чего бы нам это делать? – резонно спросил Саске.

– Сейчас ваша Проклятая Печать только на первом уровне, – вклинилась в разговор Таюя, уперев правую руку в пояс, – а эти таблетки доведут её до второго.

– Но есть проблема, – прогудел последний в тройке здоровяк. – Переход на второй уровень очень быстро поглощает жизненные силы носителя, и если ничего не сделать, то человек умрёт. Мы владеем специальным барьером, который ослабит побочные эффекты, и вместо смерти наступит летаргический сон, в котором вы пробудете, пока ваши тела полностью не адаптируются к второму уровню, и когда это случится, ваша сила значительно возрастёт.

– И насколько хорош ваш барьер? – с очень большим скепсисом и подозрением во взгляде осведомился Учиха.

– Эй, Саске-сама, вообще-то, мы элитные охранники Орочимару-сама! – немного возмутился, но куда больше похвастался Кидомару, одной из рук ткнув в себя большим пальцем. – Так что лучше всего мы создаём барьеры и печати!

Наследник клана-основателя повернулся в мою сторону и вопросительно вскинул бровь, всем видом выражая вопрос: «И что ты об этом думаешь?» Сразу отвечать я не стал, предварительно оглядев лица спутников. Сакура напряжённо молчала, ловя каждый жест и звук в диалоге и явно не решаясь хоть как-то в него вмешаться. Кин фонтанировала недоверием, опаской и каплей агрессии в сторону своих бывших и будущих односельчан, правда, больше поглядывая на Таюю. Карин была насторожена, но в целом из её эмоций складывалось ощущение, что она верит в любой наш выбор, априори считая, что он будет верным, а потому не переживая по этому поводу. Анко до сих пор лежала без сознания на руках моего клона, так что никакого мнения выразить не могла.

– Это всё, конечно, хорошо, – нарушаю всё-таки тишину, – но есть пара моментов. Прежде всего, моя печать выжжена чакрой Кьюби, и что там с ней будет, если я приму эту пилюлю, боюсь, и Рикудо не предскажет, – звуковики переглянулись. В эмофоне на три адресата просквозило что-то вроде:

«А вот об этом нас не предупреждали!»

«Что будем делать?» – Кидомару.

«А я почём знаю?! Сам решай!» – синхронно Таюя и Дзиробо.

«Ну, блин, спасибо, говнюки, я вам это припомню!» – опять Кидомару.

«Сам ты говнюк, а я жить хочу!» – снова синхронно.

«Уроды!»

Мысленно хмыкнув на этот диалог взглядов, я продолжил:

– Второй момент, если я отключусь, то отвлекающие внимание теневые клоны довольно быстро перестанут существовать, и за нами припустит куча очень злых шиноби с большой и возбуждённой фантазией, а также жаждой установить справедливость. Оно нам надо? – судя по общей реакции всех собравшихся, оно нам было не надо, и тут разночтений не было даже в зародыше. – Ну и третий момент, Саске? – делегирую права на озвучивание. Учиха не подвёл:

– С чего вы взяли, что нас интересует этот второй уровень? – подтекст фразы не услышал бы только вконец тупой – владелец шарингана прямым текстом интересовался, чему такому в плане силы его могут научить люди, которых он намедни валял по поляне, как детей?

– Усиление, даруемое вторым уровнем, зависит от исконной силы носителя. Наш уровень – токубецу-джонин, и то… – парень покосился на толстяка, – ближе к чунину, но с активацией Печати мы можем победить элитного джонина. В вашем случае, Саске-сама, Наруто-сама, усиление будет куда выше.

– Печать даёт хороший приток чакры, увеличивает контроль и ускоряет её восстановление в несколько раз. А также улучшает силу мышц и скорость реакции, – продолжила агитировать за своим коллегой Таюя, судя по отсутствию грубостей, фраза была заготовлена заранее.

А вот потом был явно момент, в сценарии не прописанный. Кинув на меня странный взгляд, дополненный в эмоциях коктейлем из некоторого интереса, негодования и чуть ли не брезгливости с отвращением (и как у женщин получается такое выдавать, вот как?), она продолжила: – Короче! Смотрите сюда! – от шеи девушки по телу стремительно начали расползаться краснотой ломаные линии проступающей через кожу Проклятой Печати. Спустя пару мгновений они уже покрыли лицо, видимую часть рук и ноги ниже шорт, после чего, на секунду замерев, начали рост дальше, постепенно полностью закрыв все чистые участки кожи. На этом преобразование не остановилось: рост куноичи увеличился на несколько сантиметров, заметно округлилась грудь, из головы в прямом смысле выросли мощные рога, образующие что-то вроде «короны». Наконец, печать успокоилась, и краснота ушла, открывая потемневшую почти до шоколадного отлива кожу, пожелтевшую радужку и почерневший белок глаз, а также две небольшие пигментные линии тёмного цвета, от этих глаз спускающиеся к щекам. – Пусть при превращении страдает внешность, но сила того стоит, – закончила мысль Таюя и с каким-то странным чувством ожидания глянула на меня, вскинув подбородок.

Эм… Подождите-ка… Это меня сейчас что… пытаются напугать? Эээ, внешностью? О!.. Как всё интересно. Хотя стоп. Ага, понятно, кому-то явно не нравится перспектива быть отданной некоему сомнительному типу в качестве одного из пряников, которыми «любимый» начальник заманивает того на работу, вот и решила сразу отбить всяческий интерес к своей персоне, по типу: «ну если клиент сам не хочет, то я тут при чём?» А почему она решила, что данная внешность на меня подействует нужным образом?.. Ах да, здесь же свои критерии красоты, если не ошибаюсь, эталон – блондинки с голубыми или зелёными глазами, пышными формами и чистой, белой кожей, точняяяк… Топ-1, по местным понятиям, это Цу-тян, хоть и кареглазая, но в остальном – эталон эталоном. А тут, эм… Натуральный демон, лучше и не скажешь, просто жуть и ужас для неподготовленного человека.

А, кстати… Я же её в этой форме уже видел, причём недавно. Неужели не сообразила? Про «не заметила» не поверю, она же одна из элитных бойцов Орочимару. Хотя, могла и не заметить, они там второй уровень деактивировали быстро, а после горячки боя как-то не до размышлений о своей внешности. Впрочем, неважно. Куда важнее, что планы девочки с треском провалились – если меня и одолевают сильные эмоции при виде этих рожек и глаз, то звучат они исключительно как «Схватить и тащить в койку!» Ох и развратная я сволочь… Но можно пошутить.

– Хмм… – выдаю после паузы с самым задумчивым и нечитаемым выражением лица, на которое способен. В чувствах куноичи эти звуки явственно вызвали нечто среднее между ликованием от осознания победы и презрением к тупому самцу. – Саске.

– Что? – лаконично спросил брюнет.

– Я только что понял… – сохраняем невозмутимость. – Нашим девушкам обязательно нужны такие же татуировки… Срочно! – и я наконец позволяю проступить на лице предвкушающему оскалу, начиная пожирать Таюю жадным взглядом.

– Эээ… Ч-чего это он? – куноичи испуганно отодвинулась, в шоке глядя на меня. О, у неё ещё и верхние клыки чуть-чуть увеличились. Муррр… Всё. Моё и не отдам, и плевать, что она сама по этому поводу думает.

– Зря ты приняла этот облик. Очень, очень зря, – грустно сказала Кин, печально глянув в мою сторону, уж кто-кто, а она всё поняла. В том числе и то, что мнение самой Таюи меня совершенно не волнует, как мало волновало мнение Кин, когда я предлагал ей спасение. Да, это изрядно аморально, но пусть благодарит уже за то, что я её вообще не прибил, когда они напали на Саске, между прочим, не исключено, что как раз из-за этого и произошёл наезд Корня – за время после нашего столкновения у Данзо была куча шансов узнать о факте встречи, и именно это могло его подвигнуть на резкие шаги, то есть, проявляя милосердие, я, очень может быть, поломал свою жизнь. А ведь убить мог легко и непринуждённо, даже уже собирался это сделать, да и в каноне она не пережила бегства Учихи. В общем, никаких мало-мальски веских причин жалеть Таюю у меня не было, да что там, она даже чисто формально полноценным союзником не являлась, так как никаких конкретных договорённостей с Орочимару ещё не достигнуто. Может, потом, когда я, например, узнаю какую-нибудь слезливую историю тяжёлой жизни, оные причины и появятся, но пока, будем откровенны, она потенциальный враг, что без зазрения совести воткнёт нож в спину, коли начальник прикажет, и её приятели такие же, а значит, и относиться к ней следует соответственно. И раз уж её запланировали в качестве товара, за который меня покупают, то прекрасно, скажу спасибо и с удовольствием потащу в постель, а про вопросы её чувств будем говорить, когда она докажет, что в принципе заслуживает учёта их наличия.

– Почему вы решили провести улучшение метки сейчас, а не когда мы доберёмся до базы? – покачав головой, Учиха сложил руки на груди, возвращаясь к более интересной для себя теме. – В условиях лаборатории это должно быть куда легче и безопаснее, чем на ходу.

– Это так, но за нами будет погоня, и силы может не хватить даже вам. Сейчас же у нас есть несколько дней форы, которые можно использовать с толком, – последовал вполне логичный ответ. Звуковики не то чтобы врали… но сильно не договаривали, впрочем, сейчас это особой роли не играло. К тому же модернизацию действительно лучше провести «на ходу», пока рядом нету гуру по владению языком и я уверен, что все ментальные закладки в метке выжжены. А то на базе Орыч ведь может всё это и починить, а то и сверху чего понастроить. Это мне плевать на чужие попытки влезть в разум, а вот Саске вполне может достаться по полной.

Другое дело, что по той же причине есть серьёзный риск – я копался в печати, и как она себя поведёт, пёс его знает. Может ничего не получиться, а может и грохнуть парня, хотя…

– Ваш барьер спасает только от конкретных побочных эффектов перехода на второй уровень?

– Его основная задача – спасти от смерти, – ответил Кидомару, бросая взгляд на спешно деактивирующую проклятую печать Таюю. – Трансформация у каждого индивидуальна, побочные эффекты тоже разные, так что барьер универсален. В принципе, его можно использовать и для того, чтобы спасти кого-то от смертельного яда или раны – пока в технике есть чакра, организм не умрёт.

– Ясно… – а вот это уже даёт надежду. Риск, конечно, есть, и он высок, но в самом крайнем случае дотащим Саске до Орыча, а тот уж в лепёшку расшибётся, но вытащит. Да, будет не особо приятно, всё сведётся к установке печати в лаборатории со всеми вытекающими, но парень выживет. А раз даже в худшем случае будет выживание, то стоит рискнуть и попробовать морфировать без пригляда Белого Змея.

– Что думаешь? – повернулся ко мне брюнет.

– Соглашусь. Если на нас полезет толпа джонинов, лишняя сила нам пригодится.

– А ты?

– Я держу отвлекающих клонов, да и с моей печатью как раз сначала придётся разбираться и исправлять огрехи.

– Хн… – Учиха задумался. Не исключаю, что сам прокручивал в уме схожие с моими мысли. Про то, что я копался в его печати, он знает не хуже меня. – Хорошо, – наконец, решил носитель шарингана и, протянув руку за баночкой, достал одну гранулу, – готовьте барьеры.

– У нас всё готово, Саске-сама, – Кидомару достал свиток и резко распечатал перед нами покрытую вязью символов и обвязанную таким же канатом, как на поясах звуковиков, бочку. Обычную такую бочку. Брюнет дёрнул глазом.

– И сколько я там должен буду просидеть?

– Два-три дня, – последовал ответ.

– В бочке, – Пучеглаз окинул мою довольную рожу тяжёлым взглядом. – Почему-то мне кажется, что ты получаешь от всего этого какое-то извращённое удовольствие.

– Как ты мог обо мне такое подумать, Саске? – я старательно пытался не заржать. – Кто будет радоваться, сажая своего друга мариноваться в бочку, как две капли воды похожую на те, что используются при засолке огурцов?

– Хм… ты? – продолжил давить брюнет. – Ладно… не важно, – тяжело вздохнув, парень залез в ёмкость и проглотил пилюлю. – Будешь моей ездовой лошадью, – донеслось из недр сосуда, и тут Учиху скрутило, – кх… мм…

– Приготовились! – шестирукий резко сложил ладони вместе, с силой сжимая зубы. С двух других вершин равнобедренного треугольника вокруг бочки его примеру последовали Таюя и Дзиробо. – Начали!

Троица стала быстро складывать ручные печати, причём каждый исполнял свою серию. В воздухе принялась скапливаться чакра, причём так много, что спустя несколько мгновений она даже стала видна невооружённым взглядом. Напомню, что, к примеру, мой покров биджу даже в самом минимальном наполнении несёт в себе чакры больше, чем её вообще есть у средней руки чунина, да и большей части джонинов, если уж откровенно. Расенган – тоже техника не для слабосилков, там в одном шарике концентрация такая, что не каждый бесклановый за хороший бой из себя выдавить может. Короче, чтобы чакра стала видимой, её должно быть очень много на точку пространства, простенькое сияние вокруг руки, безусловно, многие выдать могут, но чтобы чакра была именно объёмной, да ещё насыщенного цвета, это надо ёжика родить, и то не каждый выдюжит. Перед нами же постепенно раскручивался натуральный вихрь, общей площадью где-то в десять квадратных метров и насыщенно-фиолетового оттенка, а ребята всё продолжали выплёскивать силу в технику.

– Проблемы? – не выдержал я через двадцать секунд. Очень уж напряжёнными выглядели звуковики: пот на висках, сжатые зубы, бледность, в общем – все настораживающие признаки.

– Кс-с-со!.. Нас трое, а не четверо! – огрызнулся Кидомару, даже не глядя на меня. – С-с-сейчас! – выдохнув последний слог, парень резко опустил руки к земле. Его напарники поступили аналогично.

Вихрь чакры сконцентрировался над бочкой тёмным облаком и буквально рухнул в неё, подобно потоку воды. Стоило последней «капле» упасть внутрь, как сверху, с характерным хлопком, «распечаталась» крышка, уже плотно прилегая к сосуду. Троица синхронно достала бумажки, похожие на заготовки под взрывные печати, то есть совершенно пустые, и, прикусив пальцы, стала быстро что-то выводить собственной кровью на бумаге. У кого-то был один листок, у кого-то два, но ещё пара секунд – и рисунки летят в сторону бочки, а их авторы уже складывают новые ручные печати, в результате чего полёт обрывков бумаги упорядочивается, и те с хлопками прилипают к дереву, фиксируя крышку с пяти сторон.

– Уф… – выдохнул Дзиробо, утирая пот со лба.

– Да, справились, – выдохнул Кидомару. Он хотел добавить что-то ещё, но в последний момент сдержался. Хмм…

– Мне кажется или вы еле справились? – спокойно интересуюсь у пытающихся отдышаться шиноби.

– Мы не привыкли работать без четвёртого, – уклончиво ответил парень.

– То есть вы только что едва не прикончили моего друга? – перевёл я под шоково-истеричичный всплеск эмоций со стороны Сакуры.

– Нет! – мгновенно испугался шестирукий. – Просто нам было сложнее, но мы не могли его потерять!

– Н-да?.. – обвожу взглядом всю троицу. Парень не врал, по крайней мере, был свято уверен, что они бы справились в любом случае, у остальных эмоции были схожи, хотя потихоньку проступал и страх по типу «а вдруг бы?» – Ну ладно, пока сделаю вид, что поверил. Но пока будем идти дальше, вы объясните мне всё, что знаете про эту технику, возражения есть?

– Но… Это сложная техника, её так просто не объяснишь… – промямлил Кидомару.

– Я изучал фуиндзюцу и барьеры, так что постарайтесь, – коротко заглядываю в глаза своим девочкам плюс Сакуре. Все после увиденного в порядке, все адекватны, хорошо… Впереди была долгая дорога.

Три дня спустя.

И вот мы добрались до Долины Завершения. Красивое и уединённое местечко, прямо-таки мечта живописца. Нам, впрочем, было не до красоты – уставшие, злые, мы продвигались вперёд.

Полдня назад первые преследователи достигли первых же подсадных уток. Причём, судя по бледным лицам и эмоциональности пеньков, взялся за нас Корень – Данзо явно не простил моих слов о старом маразматике. Эх, ну нельзя же быть таким обидчивым и принимать всё так близко к сердцу! Вот не принимал бы и, глядишь, не потерял бы с десяток верных оперативников. А что? Это Коноху я взрывать не собирался, а в глухом лесу зачем сдерживаться? Мгновение на полный покров, ещё пара секунд на формирование Бомбы – и вот пара отрядов Корня прекращают своё существование, заодно привлекая взрывом остальные отправленные на поиски силы и отнимая у них драгоценное время на изучение произошедшего. Но вернёмся к насущному. Отпущенная фора явно истекла, но «плодящиеся» раз в полдня копии надёжно путали следы, например, пока что настигли только группу, двигающуюся к Стране Чая – чуть ли не в противоположную от нас сторону, что не могло не радовать. А вот то, что Саске всё ещё мариновался в бочке, напротив, вызывало здоровое беспокойство. Подкрепляемое, в частности, и тем, что никак проверить его состояние мы не могли, даже Карин была не способна почувствовать что-то через установленный на сосуд барьер, про убогие сенсорные способности прочих членов отряда и вовсе говорить нечего. Эмоций же переживающий летаргический сон Учиха, по очевидным причинам, не испытывал.

– Это же статуя Первого Хокаге, да? – розовоглазая Узумаки указала рукой на гигантскую каменную фигуру мужчины в средневековом «японском» доспехе, подкрепляющую склон живописного водопада с одной из сторон. – А кто напротив него? – похоже, несмотря на усталость, тема девочку действительно заинтересовала, ну или же она решила хоть так нарушить тягостное молчание, сопровождающее нас на последнем отрезке пути, как раз в следствие оной усталости.

– Учиха Мадара, – отзываюсь, бросив взгляд на вторую фигуру. Кстати говоря, лица обоих гигантов были выполнены куда качественнее и достоверней, нежели изображение прежних Хокаге на одноимённой скале Конохи. – Я так и не достал его портрет… – вздыхаю.

– А зачем тебе потрет человека, который хотел уничтожить Коноху? – слегка подняла брови Сакура, своим вопросом вызвав любопытные взгляды и от прочих наших спутников. Правда, ответить я не успел, свой интерес опять проявила Карин:

– Уничтожить? Разве клан Учиха не основал Коноху вместе с Сенджу?

– А вам разве не рассказывали эту историю? – на этот раз уже серьёзно удивилась Харуно, захлопав глазами на подругу.

– Нам вообще не очень много рассказывали про другие селения, – потупилась Узумаки, поправляя очки. – Я вообще первый раз услышала имя «Мадара» только в доме Наруто-сама.

– Понятно, – Сакура закусила губу, что-то на ходу обдумывая. – Ну, там была довольно сложная история, на самом деле Сенджу Хаширама и Учиха Мадара действительно вместе основали Коноху, но… – и дальше на нас полился почти дословный пересказ учебников Академии, где вопросу великой битвы был посвящён не один учебный час.

– Делаем привал, – скомандовал я, когда рассказ девочки уже стал совсем утомлять. Не то чтобы рассказывала она плохо, но в сложившихся реалиях версия ридных пропагандистов слух, мягко говоря, не сильно умасляла. Тем более привал действительно не помешает, во-первых, все уже подустали, а во-вторых, на небе тучки очень нехорошие скапливаться начали ещё пару часов назад, а бежать по лесу под дождём – то ещё удовольствие, особенно с ношей в виде одной не приходящей в сознание девушки и бочки с «маринованным» Учихой. Так хоть костёр разведём и попьём горячего, пока вода льёт. – Дзиробо – навес и дрова, Кидомару – сигнализация, Кин, Таюя – готовка, Сакура, Карин – осмотр Анко и отдых, – про то, что караул на мне, точнее, на моих клонах, сообщать не стал – и так все уже знают.

– Эй! Ты отправил меня готовить, потому что я девушка? – возмутилась Таюя, которую я первый раз поставил на сие ответственное задание.

– Да, – честно ответил я, приземляясь на подходящую для остановки полянку, расположенную метрах в сорока от края долины. – А ты не умеешь?

– Умею, блин, – также спрыгнув на землю, девушка сложила руки на груди, фонтанируя раздражением. – Только обычно готовит этот жирдяй, – кивок в сторону Дзиробо.

– До сих пор ты не жаловалась, – слегка обиделся в эмоциях парень, который, как я успел убедиться, во-первых, был любителем вкусно покушать не меньше Чоуджи, во-вторых, на одном из прошлых привалов и правда сготовил весьма недурственную кашу.

– Тц, – куноичи отвернулась.

– Могу послать за дровами, – предложил я решение проблемы. Как и следовало ожидать, в ответ я получил лишь злобный зырк, и «Хранительница Северных Врат», как полностью звучала должность Таюи в бывшей Четвёрке Звука, молча отправилась помогать Кин разбирать продукты.

Через несколько минут мы все расположились под каменным навесом а-ля «домик», созданным рыжеволосым здоровяком, и смотрели на пляшущие языки огня в костре. Анко уже была уложена на распечатанную мной подстилку и напоена из фляги. Основные травмы, усилиями наших юных меднинов, у неё уже прошли, но просыпаться я ей по-прежнему не давал, рано ещё. Сакура и Карин в какой-то момент присоединились к приготовлению пищи, и теперь четверо прекрасных дам вяло переругивались между собой, обсуждая сей процесс. Мужской коллектив, со мной во главе, это дело меланхолично созерцал, привалившись к разного рода поверхностям, и вмешиваться даже не думал.

– Кстати, Сакура, ты не договорила, как раз начала про историю первого запечатывания Девятихвостого Лиса, – вдруг вспомнила Карин прерванную моим приказом о стоянке тему.

– А? – Харуно хлопнула зелёными глазами, не сразу сообразив, о чём речь, ведь только что тема у них была о правильной дозировке соли. – Да, точно. Ну, когда Первый Хокаге победил, то он был истощён битвой и не мог уже удерживать Кьюби, поэтому его жена Мито приняла решение запечатать того в себя, чтобы…

– Прости, Сакура, – вздохнул я. Даже интересно, откуда она знает такие подробности, кои, если мне не изменяет память реципиента, учебниками технично умалчивались? Хотя, чего это я? Наверняка вытрясла из Какаши, после того как узнала о моей принадлежности к джинчурики. Она девочка любознательная, а тому и отпираться причин уже не было, вот и скормил официальную версию для своих, – но, может, не надо?

– Чего не надо? – девочка удивлённо повернулась ко мне.

– Этой сказки, я просто не могу её слушать в наших обстоятельствах.

– Что тебе не нравится в истории спасения деревни? Ну да, мы оттуда сбежали, но ведь если бы тогда Хаширама не победил, нас бы сейчас не было – Мадара уничтожил бы Коноху.

– В том-то и дело, что всё это враки, – к предельно удивлённому взгляду Сакуры, который был ожидаем, очень быстро добавились ещё несколько вполне себе непонимающих и жаждущих оное непонимание изжить. Блин… – Ну слушайте, только про еду не забывайте, – предостерегаю девушек, кивая на котелок. – Вообще, начнём с начала. Период Великих Селений, по официальной истории Конохи, восходит к моменту заключения мира между кланами Сенджу и Учиха, а если быть более точным, то между лидерами этих кланов, Сенджу Хаширамой и Учихой Мадарой. Согласно известной нам информации, договор о мире нёс в себе условие совместного проживания этих двух кланов с образованием поселения, в котором бы жили и их союзники. Пока всё верно? – куноичи кивнула. – Вот, а дальше начинается веселье. Прежде всего, да будет вам известно, что пост главы получившейся деревни был обещан Учихе Мадаре, и это очень достоверная информация, – я похлопал ладонью по животу. Намёк не враньё, а правду им говорить точно не стоит. – Вот только, как это у людей часто бывает, получив желаемое, его прокатили с постом, и на эту должность был выбран его заклятый друг-враг Хаширама. Как на моё мнение, не слишком разумное решение, но о пользе пиара и чёрного пиара вам, я надеюсь, рассказывать не нужно? – юные ниндзя переглянулись, особенно выразительно обменялись взглядами звуковики, едва сдерживая улыбки на лицах и в эмоциях испытывая что-то вроде гордости и чувства «уж мы-то знаем, как делать себе репутацию плохих ребят!» – Да, кстати, нужно добавить, что самим своим названием деревня обязана именно Мадаре. Да, да, именно он дал Конохе это название – Деревня, Сокрытая Листом, вот такой он злобный дядька и страшилка для детей. Так что действия союзничков его, понятное дело, очень расстроили. Кстати, примерно та же картина была с Орочимару – его очень долго прочили в Четвёртые Хокаге, а когда подошло время, он как-то подозрительно резко стал предателем и страшной бякой. В результате титул уплыл в руки моему папочке…

– Эээ, погоди-погоди! – на лице Таюи, как и у её сокомандников, отразилась немалая степень припухлости от только что прозвучавшей новости. – Ты что, сын Четвёртого Хокаге? Того самого, который «Жёлтая Молния Конохи» и который во время войны валил вражеских джонинов сотнями за секунды?

– Ну да, а что?

– Да ладно, харэ гнать! – куноичи от избытка чувств перешла на повышенные тона. – Так просто не бывает! Вы мне что, сейчас хотите сказать, что мы тут, как в какой-то галимой сказке, помогаем целым двум принцам бежать от заговора на родине? Совсем за дуру держишь?! Я в этот бред в жизни не поверю!

– Ну, чисто технически, я уже не принц, а вполне себе официальный глава клана, – вставляю небольшое замечание. – Но вообще, ты сейчас даже не представляешь, насколько близка к истине на тему сюжета детской сказки.

– Чего?

– Давай потом, – улыбаюсь, смахивая из волос застрявший там листок, – всё-таки биографии друг друга следует узнавать в чуть более интимной обстановке. Но если сильно боишься меня, – ох, как полыхнуло раздражением! – то можешь поспрашивать у девочек или Анко, когда она очнётся, а сейчас у нас немного другая тема.

– Да нихрена я тебя не боюсь! Мечтай больше, блондинчик! – да, девочку задели за живое, хотя и факт включения защитной реакции тоже имеет место.

– Спорим? – опять улыбаюсь, позволяя чакре Кьюби наполнить глаза. Подручная Орочимару как на стену налетела, и даже в выражении лица отразилось, что у неё перед глазами промелькнула участь четвёртого члена их группы. Дальнейшая реакция тоже соответствовала: опущенный взгляд, напряжённые мышцы, поза проигравшего, но пытающегося сохранить лицо, даже верхняя губа чуть дрогнула в подобии бессильного оскала. – Вижу, вопрос снят, но вернёмся к теме. Так вот, есть мнение, что после того, как Мадару кинули с постом Хокаге, он вполне обоснованно стал переживать за будущее своего клана и селения в частности, ибо во главе стоял пусть и сильный, но абсолютно не дружащий с головой Хаширама. Обосную позже, – предупреждающе вскидываю руку, видя готовность Сакуры возразить. – А рядом с этим Хаширамой притаился его братишка Тобирама, личность мутная и очень подозрительная, достаточно сказать, что Эдо Тенсей изобрёл именно он, а ещё натаскивал того самого двинутого параноика, из-за которого мы сейчас драпаем из деревни. Кстати, он же прикончил родного брата Мадары, а несколько позже отстранил Учих от реального влияния на дела деревни, изобретя для них нишу полиции. Тут же все понимают, что если кто-то не участвует в работе, то на ход этой работы повлиять не может? – возражений не последовало – народ пока только осознавал поток моего сознания. – Ну вот. Тут ещё надо сделать небольшое отступление. Местечковый правитель той территории, на которой образовалось селение, оказался мудрым малым и тут же прибыл для заключения договора о поддержке по образованию страны, «дабы навести в ней порядок и принести мир исстрадавшимся людям», это у нас и в учебниках есть. Но повторюсь, правитель был мудрым малым и сразу просёк повёрнутость правителя деревни на мире во всём мире, кто не верит, что он был повёрнут, обратите внимание на такую, в эпическом смысле, особую штуку, как Воля Огня, со всеми многогранными трактовками, которая пошла как раз с тех времён. И вот, заручившись поддержкой шиноби сразу нескольких кланов, поселившихся в Конохе, два из которых были ахринеть как круты, он стал собирать земли в одну страну, как несложно догадаться, с такой поддержкой дело продвигалось довольно быстро. Но! – подчёркиваю слова голосом. – Посмотрев на такой произвол, кланы, не присоединившиеся к Конохе, кто по причине дальности обитания, кто от нежелания менять среду обитания, обоснованно испугавшись оказаться не у дел, создали свои селения, вокруг которых образовались свои собственные государства. Правда, к тому времени Страна Огня успела загрести себе наиболее ценные в плане земледелия и охоты земли. И вот тут-то расширение Страны Огня и застопорилось, так как теперь она столкнулась не с разрозненными поселениями, а уже с пусть маленькими, но странами, тем более в каждой из них уже существовало своё поселение шиноби. А я повторюсь ещё раз, Первый Хокаге был повёрнут на идее мира для всех, так что если раньше, пока шёл сбор земель, «на которых царило беззаконие», он целиком поддерживал данное предприятие, то теперь он стал резко против. Понятное дело, что спорить с челом, способным в одиночку вынести небольшую армию, никто не стал, а особо непонятливым, думаю, нашлось, кому объяснить. Так что за существование системы Скрытых Селений с их извечной подковёрной борьбой, переходящей время от времени в Мировые Войны Шиноби, все должны благодарить именно Сенджу Хашираму, не давшего умному человеку объединить под своей властью все доступные земли. Пока понятно? – слушали не очень синхронно, но от души покивали. – Кстати, вода закипела, – указываю подбородком на котелок.

– Ой! – прозвучало на три голоса, четвёртый принадлежал Таюе и выразился чуть менее цензурно. На какое-то время всё поглотила суета у костра, но загрузив все ингредиенты, девушки вновь показали, что готовы слушать.

– Понаблюдав за дебилизмом ситуации, Мадара понял, что все заявления Хаширамы – не более чем пустой звук, ибо допустив создание и существование Скрытых Селений, Хаширама вернул ситуацию к той же, что была при войнах кланов, только вывел её на более высокий и опасный уровень. Ведь теперь в сражениях будут участвовать не отдельные группы шиноби, а целые армии, с соответствующими последствиями для окружающего мира. Для исправления ситуации он попытался заручиться поддержкой клана, вот только был послан далеко и надолго, так как клан, увеличивающий свою силу в результате сражений, такая ситуация устраивала. Кстати, ещё один привет Тобираме, который от этих самых сражений Учих отстранил, доведя до того, что за пару поколений сильнейший некогда клан умудрились вырезать за одну ночь, – перевожу взгляд на бочку с Саске, выдерживая паузу, чтобы до всех дошёл смысл. Слушатели жест повторяют, довольно интересно при этом реагируя в эмоциях.

Ведь кто такой Саске? Сирота, едва начавший клановое обучение и тут же всё потерявший, позже довольствуясь общедоступной информацией и личным трудом. И тем не менее, он уже принадлежит к элите мира шиноби, не верхней планке, конечно, но здорово выше среднего, а ведь ему только тринадцать. А теперь представляем, на что должен быть способен клан в несколько сотен членов, состоящий из ребят пусть даже втрое менее талантливых? А теперь осознаём, что их всех порвали за одну ночь, хорошенький пример «потери формы», да?

– Так вот, – встаю со своего места и, пройдя к котелку, чуть помешиваю варево тут же отобранной у Карин ложкой. Вот ничего нельзя женщинам доверить, отвлёк на свою голову… – поняв, что с родным кланом, да и всей деревней, каши не сваришь, мужик покинул Коноху и отправился искать силу для того, чтобы начистить морду Хашираме и таким образом убедить его в том, что путь, им выбранный, ошибочен. Прошло время, и Мадара, как ему казалось, нашёл способ нивелировать преимущество, даваемое Хашираме мокутоном – с помощью Вечного Мангёко Шарингана он подчинил сильнейшего из существовавших на тот момент биджу – Девятихвостого Лиса Несчастий, как его звали люди. После чего явился в Коноху и бросил вызов Хашираме. И вот тут мы подошли к главному моменту! – возвращаю ложку Карин. – Согласно официальной версии истории Конохи, Мадара пришёл разрушить деревню, а первый Хокаге его остановил, и у них произошла битва в месте, позднее получившем название Долина Завершения, той самой, у которой мы сейчас сидим, – машу рукой в сторону водопада. Блин, как болванчики послушно посмотрели в ту же сторону, неужели вид читающего лекцию меня настолько выбивает из колеи? Или я изливаю какие-то дикие откровения? – Ну а теперь включим мозг и представим себе эту ситуацию. Мадара, весь такой злодей, припёрся в деревню со своим зверьком размером с Гору Хокаге, при этом его никто не заметил, пока он добирался туда, и начал орать: «Хаширама, козёл, я твою шляпу шатал, щас твоей деревеньке хана наступит!» И Хаширама весь такой из себя героичный выходит и говорит: «Сначала тебе придётся победить меня! Пойдём биться!», и они разворачиваются и топают в эту самую долину, которая, на минуточку, расположена на границе с будущей Страной Рисовых Полей, сюда, мать вашу, топать через всю страну дня три полным ходом шиноби или две недели с караваном! Вы представили себе этот маразм? Нафига Мадаре страдать фигнёй, когда, если его цель уничтожить Коноху, достаточно устроить сражение просто на месте этой деревни?! Ну! Включили мозг! У нас же только что с этой целью в деревню приходил Орочимару, он Сарутоби куда-то повёл? Хотя бы пытался?

Кидомару, явно попытавшись представить эту картину, странным образом изменился в лице и, в поисках поддержки, переглянулся с товарищами. Таюя в ответ просто скривилась, дёрнув пышной шевелюрой, Дзиробо поморщился.

– Как по мне, – продолжаю уже более спокойным тоном, повернувшись в сторону окружающего наше укрытие подлеска, где постепенно сгущались сумерки, – Мадара и не собирался уничтожать то, во что вложил труда не меньше своего друга-врага. Он изначально планировал только начистить ему рыло, потому и место было выбрано наиболее отдалённое и нежилое. Результат битвы нам известен, Хаширама убил Мадару, а Девятихвостый Лис попал в плен и был запечатан в жене Первого, Узумаки Мито. Правда, о последнем факте широкую общественность не особо осведомляли, но, тем не менее, он есть. Итак, вроде бы всё классно, враг разбит, деревня стала ещё сильнее за счёт джинчурики, все счастливы, ну кроме покойного. Но тут в очередной раз проявляется фееричное отсутствие дружбы Хаширамы со здравым смыслом, – вздыхаю. – На личном опыте испытав возможности боевого применения биджу, Первый Хокаге решил их всех поймать, что в скором времени и проделал, в очередной раз доказав, что является до одури крутым малым. Но это, в общем, весьма логичное и здравое решение, полностью, до боли в коре мозга, меркнет перед своим продолжением, а именно – передачей всех этих биджу другим скрытым деревням. Так что за мировые войны люди нашего мира должны благодарить именно этого дебила Хашираму и никого другого.

– Эээ… – неуверенно донеслось сзади голосом Сакуры, у которой я, похоже, разрушил картину мира. Бедненькая, а ведь она же была первой по «политической подготовке»… Но так надо, мы не на прогулку выбрались, и прошитые пропагандой Конохи директивы из черепушки надо убирать. Пусть это и неприятно.

– Никаких «э»! – чуть повышаю голос, поворачиваясь к девочке. – Все земли были поделены, и наиболее крупные образования принадлежали соответствующим Великим Скрытым Селениям, и произошло это благодаря тому, что кое-кто руководствовался голыми идеями и мечтами вместо реального понимания человеческой природы и практической необходимости. Также благодаря редкостному долбоебизму, уж простите меня за выражение, но иначе я это назвать не могу, того же Сенджу Хаширамы, все пять селений получили по два биджу, ну кроме песчанников, которые отказались от второго, и его приобрело Селение, Сокрытое Водопадом, и Конохи, где тот же Хаширама решил, что нам хватит одного Лиса. А дальше всё просто, получив паритет по силе в стратегическом оружии, народ тут же приподнял головы и стал осматриваться вокруг на тему, что бы такого у соседей отнять да к своему хозяйству прибавить? Так что вполне логично, что через небольшой промежуток времени разразилась первая война между Скрытыми Селениями шиноби, впоследствии получившая название Первой Мировой Войны Шиноби. И всё это вина обожествляемого в Конохе Хаширамы, а не Мадары, что пытался ситуацию спасти.

Под навесом установилась тишина, в которой особенно отчётливо стало слышно, как на землю упали первые капли дождя.

Над головой грянул гром, плавно перешедший в рокочущий треск, небо расколола широкая ветвистая молния, и отдельные крупные капли превратились в сплошную серую стену воды. Мы молчали, каждый думая о своём, хотя это совсем не помешало девочкам через некоторое время организовать всем по миске походной каши и стакану травяного чая после неё.

Думать ни о чём не хотелось. Не то чтобы эта лекция далась мне тяжело или, наоборот, я излил наболевшее… Хотя отчасти второй пункт был верен, так как слишком уж сильные чувства будила официальная история Конохи при прочтении, и чувства эти имели мало общего с глубоким удовлетворением и внутренней гармонией, как минимум, у меня. Так что да, я сейчас вывалил на ребят своё первое впечатление от попытки разобраться в сём эпосе прошлых лет. И тем не менее, главная причина моего состояния, как, собственно, и причина самой лекции, заключалась в том, что… Я устал. Я банально морально выдохся.

Трое суток без сна – это ещё ладно. Трое суток бега по пересечённой местности – тоже терпимо, чай, мы шиноби, а не изнеженные городские кумушки, даже Сакура держится молодцом, чего уж тут мне, джинчурики, что-то булькать? Но одновременно с этим те же трое суток поддерживать несколько сотен клонов, которые периодически весьма существенно тратят чакру и постоянно передают мне пакеты своих воспоминаний, с мыслями, рассуждениями и абсолютно разной картиной окружающей обстановки, которая очень тщательно мониторится в целях обнаружения погони – это даже с запасами Кьюби тяжело. Плюс необходимо и за нашими проводниками приглядывать, и сон Анко контролировать, да и кто сказал, что нести спящую девушку на руках – это простое, совершенно не напрягающее морально дело? В общем, мне надо было спустить пар, избавляясь от напряжения, а как показывает практика, один из самых надёжных и не требующих особых затрат методов достижения данной цели – это поделиться с ближним рассказом о чужом идиотизме. Мне помогло.

Как минимум, на душе установился покой и безмятежность.

Думать ни о чём не хотелось, холодный ветер обдувал лицо сыростью и запахами мокрого леса, слух ласкали умиротворяющие звуки текущей воды и редкие раскаты грома, горячая кружка чая приятно согревала руки, спутники погрузились в минорное настроение, окружая меня ровным эмоциональным фоном, без нервирующих всплесков раздражения, злости или страха.

Хорошо…

Из расслабленного состояния меня вывел очередной пакет воспоминаний от развеявшегося где-то далеко теневого клона. Один из отрядов, идущий в сторону Суны, заметил преследователей, вернее, преследователя – Хатаке Какаши…

Я поднял лицо к затянутому тучами небу. Пусть навес и густая древесная листва почти всё скрывали, но, в общем-то, вид мне был неинтересен.

Интересно, почему он решил искать в той стороне? Сложил пару фактов и понял, что Гаара от меня ушёл не просто так? Ну, в принципе, мог. Всё-таки Собакин – мужик умный, да и меня успел изучить, а значит, понимает, что, несмотря на всю напускную придурошность, действовать я стараюсь осторожно и с наибольшей выгодой. И пойти в деревню, где, с одной стороны, у меня есть знакомые и должники, а с другой – не могут толком запечатать, а после держать в узде даже своего биджу, то есть поползновений в сторону извлечения из меня Кьюби можно не опасаться, шаг вполне здравый, логичный и выгодный. Да, скорее всего, так он и рассуждал. В конце концов, с точки зрения адекватного человека, в этом шаге будет многократно больше логики, чем бежать к маньяку-вивисектору, которому даже на собственных людей плевать с высокой башни. Да и не особо много он знает про интерес ко мне Орочимару, зато наверняка запомнил мои взгляды на Темари. Хотя, справедливости ради, стоит отметить, что я так почти на всех девушек смотрю – у организма гормональный взрыв и бездонный источник энергии в брюхе, так что его даже тренировками от природных потребностей особо не отвлечь. Да и отвлекать не очень-то хочется, если честно, всё-таки, в отличие от своих «сверстников», я прекрасно знаю, что детство и юность – это такое время, по которому потом всю жизнь скучаешь, так что если можно насладиться им ещё разок, то какой смысл себя ограничивать? В общем, в любом случае, мотивы Какаши представить можно. И очень хорошо, что он так думает.

Вялое течение мыслей прервало ощущение, как несколько клонов потянулись к запасам чакры Лиса. Ясно, решили на прощание устроить любимому наставнику гонку с препятствиями… Хм, хорошо, часа полтора они точно смогут его к себе не подпустить, а дальше развеются, и уставший джонин окажется ни с чем в нескольких сутках бешеного бега шиноби от нас.

Небо разрезала ещё одна красивая молния, привлекая взгляд к далёким вершинам деревьев. Я сделал небольшой глоток отвара и, под звуки дождя, ещё немного расслабился, пользуясь паузой в информационном потоке от клонов. Вялое течение мыслей вильнуло и возвратилось к недавней теме лекции.

Да, Первый был идеалистом, а данное слово имеет подозрительно много общего с «идиот», но всё-таки глупцом назвать его вряд ли можно. Глупцы на войне не выживают и доверившихся им людей к победам не приводят, как бы сильны они ни были. Вполне могли найтись причины прекращения экспансии и раздачи биджу соседям, да хотя бы тот факт, что для более-менее нормального освоения сил Хвостатых нужно потратить хотя бы год-два, если носитель будет гением, сумевшим сразу же показать «батарейке», кто главный в паре, да ещё и с достаточно мощной и развитой чакросистемой. Ведь даже я, далеко не простой человек, в вопросах души и внутренних энергий понимающий много больше любого из местных, на то самое «более-менее нормальное освоение» потратил более трёх месяцев, не отвлекаясь на походы по борделям, сидения с удочкой на берегу и прочие радости жизни, имея роздых только в моменты, когда требовалось отыгрывать свою общественную роль. В окружении же Хаширамы такими гениями могли быть только Учихи, но отдавать вчерашнему врагу весь свой «ядерный арсенал»… Даже в самые худшие годы моей далёкой, уже полузабытой родины, когда у власти стояли откровенно продавшиеся «западным друзьям» уроды, до такого никто не додумался. Тут, конечно, действительно возник союз на деле, а не бумаге, но и специфика мира другая.

Но вернёмся к раздаче биджу. Если паковать «батарейку» в обычного носителя, а им, между прочим, должен быть ребёнок, и чем младше, тем лучше, иначе он просто рискует не успеть приспособиться к демонической чакре, то потребуется лет десять-пятнадцать, чтобы он мог худо-бедно справляться с демоном. А кто их даст? На тот момент Скрытые Селения уже сформировались, и подозреваю, перспектива в следующем поколении получить девять джинчурики у Конохи, натасканных «Богом Шиноби», могла стать серьёзной причиной для общего объединения и вырезания всего этого «грядущего поколения» на корню. Так одна ошибка повела за собой другие, и Первому, если посмотреть на вещи под другим углом, просто не оставили выбора. Да, пусть всё это явилось следствием изначального просчёта, но данный вариант мне нравится куда больше, чем версия с клиническим идиотизмом правителя селения. Да и Мадара тоже был ни разу не «белым и пушистым», достаточно сказать, что для того, чтобы в клановом обществе собственный клан и семья от тебя отреклись, нужно сильно постараться. Особенно имея такие выдающиеся способности. Всё-таки мы не о крестьянах говорим, а о людях, чьё благополучие и будущее зависит от силы каждого отдельного члена клана и военных побед, что он может принести. Вот только и то, что сказал я – чистая правда. Забавно, стоит подать какой-то факт под определённым углом, чуть сменить акценты, и чёрное станет белым, а белое – чёрным. В любом случае, данная речь поможет правильно настроиться девушкам, особенно Сакуре, ну а на тему излишней наивности и умения играть словами мы поговорим, когда они слегка заматереют и пообвыкнутся в змеином логове. Скажем, через годик.

За размышлениями я и не заметил, как полностью опустошил свою кружку, после чего, взглянув на спутников, решил дать людям чуть больше отдыха и объявил о том, что они могут поспать. Во-первых, это и правда не только им, но и мне не помешает, а во-вторых, до цели остался один дневной переход, а рисковать встретить готового к переселению души Орочимару всё же не хотелось.

Звуковики слегка поворчали, выказывая, как они недовольны очередной задержкой, но именно что слегка – дорога вымотала всех. Кин с Карин приняли команду с более заметным энтузиазмом, так как обе несколько мандражировали в ожидании конца путешествия и отсрочить его были отнюдь не против. Ну а переносящая путь тяжелее всех Сакура и вовсе облегчённо выдохнула, уснув практически сразу, как коснулась щекой используемого в качестве подушки рюкзака.

Я же ещё немного посидел, чувствуя, как засыпает то один, то другой участник трёхдневного марафона, после чего получил, наконец, весть о том, что мои клоны развеялись прямо перед носом Какаши, обмолвившись с тем лишь парой слов. Пожалуй, на этом можно было заканчивать… Мысленно отпустив концентрацию на технике, я сложил печать отмены и развеял большую часть отвлекающих групп. Чакра мне может ещё очень пригодиться завтрашним днём, и нужно её восстановить, для чего лучше всего подходит здоровый сон на сытый желудок, а раз так, то не будем усложнять себе жизнь.

Бурный поток разрозненной информации привычно ударил по сознанию, и я столь же привычно отстранился, принимая к сведению, но не переживая. Момент дезориентации прошёл, оставляя после себя явственную потребность прилечь и, наконец, дать разуму отдых, и, так как всё уже было решено, сопротивляться я не стал…

***

Следующее утро началось феерично. Итак, утро. Лёгкая хмарь, глубокая тишина предрассветных сумерек, чуть оттеняемая далёким гулом водопада, тревожный сон четверых выходцев из Деревни Звука и сладкое посапывание девочек из Травы и Листа. Гроза отгремела своё, в качестве напоминания оставив лишь лужи да мелкую морось, так и норовящую забраться под одежду, но ночи сейчас тёплые, а спальные мешки у нас непромокаемые, отчего сну ничего не мешает. Десяток теневых клонов по периметру лагеря флегматично созерцают окрестности, тихо радуясь тому, что телу из чакры глубоко плевать на сырость и утреннюю прохладу. Под навесом стоит бочка. Долину Завершения и её окрестности укрывает покой…

Сначала бочка начала источать в окрестности чакру, чем почти мгновенно разбудила Карин. В ответ на всплеск волнения девушки из царства Морфея вынырнул уже я, быстро обнаружив, что чакра не просто источается, но и находится в концентрации, что позволяет ей пребывать в видимом простому глазу спектре. Следом бочка дёрнулась, издав соответствующий сему действию шум и мгновенно разбудив шиноби Звука. Поток чакры усилился, словно стремясь сорвать удерживающие крышку печати. И, к слову, чакра эта напоминала оную у Орочимару и в то же время отличалась, я, конечно, не великий сенсор, но когда тебя буквально овевает потоком в лицо, то его запах почуешь, а образец энергии Белого Змея у меня рядом с клеткой Кьюби лежит. Так вот, чакра отличалась, причём отличалась она и от той, что выпускал Саске, едва очнувшись после получения «трёх томоэ» на шею, а вот суть отличия я уловить никак не мог, ну, кроме чисто визуально наблюдаемой густоты и объёма.

За время, пока всё это происходило, мы, разумеется, не лежали брёвнами и оперативно покинули спальные мешки. Карин разбудила Сакуру, Кин очнулась сама, и все очень дружно наблюдали за происходящим, однако не спеша что-то делать с сосудом.

– Это нормально? – повернулась к нашим проводникам проморгавшаяся после сна Харуно.

– Да, – спокойно отозвался Кидомару. – Хотя обычно чакры не так много.

– Насколько не так? – посмотрел на звуковиков уже я.

– Обычно её не видно, – пробасил Дзиробо, который, не отрывая взгляда от бочки, начал сворачивать свою постель.

– Ясно.

Между тем вместилище Учихи подпрыгнуло, затряслось и, выпустив ещё несколько сильных струек тёмно-фиолетового «дыма» из-под крышки, замерло, после чего оную крышку вышибло, как пробку из бутылки шампанского, пробив получившимся снарядом крышу земляного навеса. Народ напрягся, практически по заветам жанра затаив дыхание, и, аки феникс из пепла, из бочки, спиной к нам, неторопливо поднялся Саске… Как будто вышеозначенным пеплом посыпанный.

Данному впечатлению способствовал резко изменившийся цвет волос брюнета, теперь ставший каким-то серо-синим, причём и сами волосы отросли, превратившись в мощную, слегка вьющуюся гриву, закрывающую всю спину. Парень слегка прибавил в росте и мышечной массе, но не чрезмерно, его кожа приобрела не шоколадно-коричневый оттенок, как у Таюи сотоварищи, а бледно-серый, как у дельфинов. За спиной неторопливо расправились, буквально вырастая на пустом месте, мощные кожистые крылья, с некоторым, едва уловимым, рельефом чешуи, никоим образом не похожие на те «недоруки» из канона, на которые без дрожи и не взглянешь. Но на этом, собственно, всё. Ни рогов, ни хвоста товарищ не получил, хотя, в первом приближении, некоторое влияние моей крови и чакры, влитых в печать, угадывается.

В первые пару секунд Учиха повёл шеей, словно бы та затекла, поднял к лицу руку, на которой, как стало заметно при ближайшем рассмотрении, самую малость заострились и увеличились ногти, хотя до женского маникюра всё ещё сильно не доставали, и, удовлетворившись увиденным, развернулся к нам. Тут стало видно и его лицо, что тоже претерпело изменения. Они были, в основном, мелкие: немного увеличились надбровные дуги, на долю миллиметра изменился разрез глаз, чуть сместились скулы, но было и два существенных отличия. Прежде всего, вслед за кожей, губы парня поменяли расцветку на тёмно-серую и заметно увеличились, такие обычно называют «чувственными». А ещё белки глаз приобрели благородную антрацитовую черноту, на фоне которой особенно выразительно сиял алый шаринган.

– С добрым утром, – приветствую друга. – Ты как?

– Вроде бы жив, – отозвался Саске и одним движением покинул бочку, одновременно задвигая её в сторону ногой.

– Отлично, кашу будешь? У нас ещё немного осталось, – учитывая, что он не жрал трое суток, а перестройка организма, по идее, процесс затратный, это должно быть для него важно.

Парень прислушался к себе и согласно кивнул, тут же начав обратную трансформацию. Судя по на мгновение прикрытым глазам и чуть дёрнувшимся в попытке нахмуриться бровям, процесс имел некие сложности, но парень справился быстро, и крылья с волосами начали уменьшаться, постепенно исчезнув и приняв нормальный для себя размер соответственно. Кожа также начала светлеть, вернее, сперва покраснела, а потом Проклятая печать стала сползаться обратно в сторону шеи, но тут что-то застопорилось и, практически очистив всё тело, она замерла и вновь почернела, охватывая половину лица парня.

Я вопросительно вскинул бровь, но в ответ Саске лишь дёрнул щекой, мол, устал. Не став развивать тему, я решил вернуться к вопросу еды:

– Сакура, не покормишь нашего маринованного друга? – а в ответ тишина. – Сакура? – я повернулся к девушке. Так, отсутствующий взгляд, мечтательно-восторженное выражение лица и чуть ли не пускание слюны. Понятно, «Готический Принц» взял новую ступеньку пьедестала, надеюсь, хоть до возвращения к «Саске-кууууун» не дойдёт. – Так, ладно, Карин?

Тишина.

Я повернулся уже настороженно, предчувствуя самое худшее, и оказался прав. Взгляд был точно таким же, щёчки покрывал румянец, очки мило сползли, меня явно не слышали.

– Ка-а-арин?

– А? О, да-да, сейчас! – девушка смутилась и бросилась к котелку. Я перевёл взгляд на стоявшую рядом Кин и заметил, как та спешно отводит глазки от фигуры Учихи, начиная сверлить меня преданным и обожающим взглядом. Взгляд был достоверный, но вот в эмоциях ощутимо чувствовалась борьба в вопросе, кого считать идеалом. М-да, кажется, на пару баллов Пучеглаз меня обогнал. Блин, да кого я обманываю? Этот пафосный Плейбой просто встал из бочки, и девушки уже на всё согласные, моя в печали и дикой зависти! Верните мои крылья! Без них, клыков и любимых рожек я начинаю чувствовать себя неполноценным. Так, а что у нас там со звуковиками?

Звуковики старательно делали морду кирпичом, типа: «да каждый день такое видим!», вот только в эмоциях явственно проступала впечатлённость, смешанная с возросшей опаской, и только у Таюи где-то на самой грани спектра проступали нотки женской заинтересованности, а так все трое чётко напряглись на тему своей дальнейшей судьбы. Тут был и заметно возросший страх перед возможной дракой с нами, и смутные ощущения некой опасности в будущем, но уже не от нас, скорее всего, это относилось к Орочимару.

– Спасибо, – брюнет принял миску каши от девушки и начал уничтожать содержимое с энтузиазмом, полностью соответствующим понятию «не ел несколько суток».

– Ну и как ощущения? – мне было весьма любопытно, к тому же короткий взгляд на отмершую, но, судя по шальным глазам, всё ещё немного неадекватную Сакуру показал, что вопрос интересует не только меня.

– Довольно странно, – в перерывах между заглатываемыми почти не жуя ложками отозвался Учиха. – Чувствую, что могу горы свернуть, и чакра как-то изменилась, – парень на секунду прикрыл глаза, замирая без движения, и остатки проклятой печати вновь покраснели, после чего всё же втянулись в метку на шее, – но точнее не объяснить.

– Ясно, – значит, чётко ощущать конкретно природную энергию второй уровень Проклятой Печати не позволяет, явно проводя всю работу по поглощению её из окружающего мира и смешиванию в необходимой пропорции с чакрой пользователя самостоятельно. Что ж, примерно так я и думал. Эх, поскорей бы покопаться в этом механизме… – Кстати, поздравляю.

– Спасибо.

– Ты не понял, – замолкаю и указываю глазами ему за спину. Учиха заинтересованно вздёрнул брови и повернулся в нужную сторону. Миг – и его взгляд упирается в Сакуру, что до сих пор пожирала любимого взглядом сладкоежки на витрину кондитерской, едва не облизываясь в процессе.

Ох, как хорошо у него в эмоциях полыхнуло! Прямо-таки словно гвоздём по стеклу провели. Бедняга…

Брюнет медленно, будто отступая от хищника, повернулся назад. Наши глаза встретились, и носитель шаригана коротко спросил:

– Что случилось?

– Ничего особенного, – широко и нагло улыбаюсь, – просто девушкам нравятся плохие парни с рельефными мышцами, кожистыми крыльями за спиной, экзотическим оттенком кожи, шикарной шевелюрой и пухлыми, чувственными губами, – правый глаз вышеописанного красавца нервно дёрнулся.

– К-какими губами?

– Пухлыми и чувственными, просто-таки обещающими прекрасному полу жаркие и страстные поцелуи, – с выражением повторил и дополнил я, ловя незамутнённый кайф от вида синхронно краснеющего парня и двух из четырёх девушек, хотя за оттенок кожи Таюи и Кин я ручаться не мог, так как они были вне моего угла обзора.

– Нар-р-руто… – глухо выдохнул брюнет, почти перейдя на рычание.

– Увы, друг мой, суровый рок неумолим, и тебе придётся принять свою судьбу, но посмотри на это с другой стороны, теперь тебе будет ещё проще восстанавливать кла…

Поток моего красноречия был прерван миской, с недюжинной силой пущенной в моё лицо…

***

Оставшийся путь, разнообразия ради, прошёл без приключений – никаких встречных шиноби, засад или погонь, а то я уже начал всерьёз опасаться, что с нашей удачей мы повстречаем и возвращающегося в деревню Джирайю, и вылезшего на шашлыки Пейна, и неспешно прогуливающихся Итачи с Кисаме, и размышляющего о Вечном Мадару с Тоби, так сказать, «собери их всех». Правда, не покемонов, а головняки, но обошлось – мы благополучно покинули Страну Огня и вступили в Страну Рисовых Полей. Кстати, несмотря на довольно малые размеры, действительно одного из крупнейших поставщиков провианта, благодаря чему эту небольшую страну практически не трогали во времена Мировых Войн.

Как я понял из скупых фактов, выловленных в учебниках истории Академии Ниндзя Конохи, и скромных, так как давались без особого желания, ответов наших проводников, страна, ставшая опорной базой Орочимару, до недавнего времени существовала в весьма неплохих условиях. Прежде всего, находилась она несколько в стороне от основных «горячих точек», вдобавок, шиноби хоть и могущественные, но всё же люди и прекрасно понимают, что уничтожь они поля – и рационы их сократятся очень сильно, особенно у Камня, Песка и Страны Железа, где обитали граждане самураи, тоже имеющие своё веское мнение на многие вопросы, да и Облако не отличается большим количеством плодородной земли. В общем, с одной стороны, завоевать и подчинить их какой-то одной деревне не дали бы две другие (минимум, а то и больше), уничтожать под корень – также нельзя. Плюс ко всему, пусть собственной Скрытой Деревни у них не имелось, но существовало несколько кланов шиноби, не слишком сильных и не очень ладящих друг с другом, но вполне способных остудить горячие головы залётных «хулиганов». Так и жили. Особо не наглели и в чужие дела не лезли, место своё знали, потому были относительно процветающими, что в мире, где Полная Задница случается с регулярностью лет в двадцать вот уже лет сто – очень внушительное достижение.

А несколько лет назад, как раз в разгар гражданской войны в Стране Воды, когда ниндзя ещё Кровавого Тумана активно резали друг друга, к местному даймё подкатил Орочимару. И тут надо заметить, что пусть в Конохе его окрестили натуральным врагом народа и исчадием Зла, но в остальном мире репутация Белого Змея ничем принципиально от репутации того же Минато не отличалась. То есть он был опытным S-ранговым шиноби, очень хорошо показавшим себя в последней Мировой Войне и только по стечению обстоятельств не занявшим пост Хокаге, а уж по поводу жестокости… На фоне остальных Каге, эту Мировую Войну развязавших, и особенно Ягуры, что устроил собственному народу кровавую баню, он и вовсе смотрелся невинным агнцем – про секретные эксперименты Коноха-то не особенно распространялась. В общем, когда знаменитый и обоснованно уважаемый в широких кругах мировой элиты саннин предложил слегка повысить престиж страны созданием в ней Скрытой Деревни, у даймё не было никаких весомых причин ему отказать. Я лично полагаю, что он вообще посчитал это предложение подарком небес без всякого принуждения.

Местные кланы тоже не возражали, напротив, народ был весьма польщён тем, что к ним пришёл такой большой человек, и если друг под друга идти давние соседи ни за что бы не стали, то признать в качестве лидера одного из сильнейших людей мира, едва не ставшего главой сильнейшей же Скрытой Деревни, они почли за честь.

В общем, все были довольны. Местные шиноби – прекращением внутренних склок, давно всем осточертевших, но без внешнего арбитра нерешаемых. Даймё – повышением статуса и силы своего государства, а также возникшими вместе с этим перспективами территориального расширения за счёт соседей. А Орочимару – появлением широкой материальной базы для своих исследований, плюс осуществлением давней, хоть и не слишком важной в жизни мечты порулить собственной деревней.

И надо сказать, данный ход Орыча своей наглостью и вместе с тем гениальной простотой поражал! Крупные силы в Страну Рисовых Полей не пошлёшь по вышеописанным причинам, соседи не поймут-с, а пытаться брать шиноби S-ранга кем-то меньше полной пачки джонинов А-ранга бессмысленно. Разборка же подобных масштабов если страну и не уничтожит, то здорово подорвёт экономику со всеми вытекающими, потому даже узнай Коноха о том, кто именно заправляет в Звуке, валить Белого Змея пошли только бы в том случае, если бы он совсем уж всех достал. Причём под всеми подразумеваются действительно все, а не только граждане Страны Огня. Собственно, так и получилось – даже прямое нападение Деревни Звука и убийство Каге не стало поводом для ответного вторжения и попытки пристукнуть саннина. Короче говоря, засел учёный мастерски. Но и этого было мало! В лучших традициях своей прошлой конторы, Орочимару ещё и знатно окопался.

Без шуток: всё, что говорило о наличии здесь Скрытого Селения шиноби – это две небольшие параллельные друг другу стены из белого камня, обрамляющие уходящую вниз лестницу, что упиралась практически в сарайчик, притопленный в грунте у корней гигантского дерева. Впрочем, как раз дерево ничем не выделялось, весь лес, в котором мы сейчас находились, состоял из таких же многовековых исполинов, да и по пути от Конохи им подобных было полно. Пожалуй, если бы строение было покрашено хоть чем-то, напоминающим камуфляжную окраску, то непрошеные гости могли неделями ходить в десятке метров от входа и ничего не замечать. Но, похоже, полная маскировка Орочимару была неинтересна, потому и стены сверкали белизной, и черепица сверху красовалась насыщенно-синим отливом. Ах да, ещё над дверью здания, куда упиралась спускающаяся лестница, на стене, рядом то ли с окошком, то ли вентиляционным отверстием, были изображены две свивающиеся кольцами змеи.

– Хн… – Учиха остановился перед входом в «деревню», точнее, в подземную базу, называющуюся деревней.

– Что-то не так? – чего тормозить-то, да и звуковики вон переглядываются, причём вместе с Кин. Задумали подставу, почуяв родную землю? Эмоции больно сумбурные, фиг разберёшь. Хотя нет, вряд ли. Они самоуверенны, но не кретины, разницу в силе понимают. Даже поднимающийся из подземелий Орочи в новой тушке (о которой свидетельствовали плотно упаковывающие его бинты и светлая, коротко стриженная шевелюра), видимо, чтобы поприветствовать дорогих гостей лично, их не спасёт в случае начала серьёзных разборок. Да и не будет спасать, если говорить откровенно. Про топающего следом Кабуто и говорить нечего.

– Я чувствую какую-то неправильность в окружающем, но никак не пойму, в чём дело… – ответил Саске, шаря по лесу активированным шаринганом.

– Браво, Саске-кун, – Змей преодолел последние ступени, вставая на уровень земли, и судя по тому, как вздрогнули Сакура с Карин, дружно плюхнулись на колено уже Тройка Звука и заметалась Кин, ощутившая себя крайне некомфортно, увидели они его только что. Значит, гендзюцу, причём, раз проняло даже Саске с его шаринганом, гендзюцу хорошее. Хм, а я, значит, его не заметил, потому как последние два часа без перерыва попеременно подкачивал в систему циркуляции чакры то запасы Лиса, то образец Орочимару, как раз чтобы не попасть в подобную ловушку. Надо будет в будущем что-то придумать, а то полное игнорирование гендзюцу – это, конечно, замечательно, но всё-таки лучше знать, как именно тебя пытаются обмануть, чтобы эффективнее противостоять врагу.

– Кажется, Скрытая в Звуке – это не только красивое название, Орочимару-сан? – задал я интересующий меня вопрос.

– Верно, – учёный слегка хохотнул своим неподражаемым голосом. – А ты, Наруто-кун, смотрю, сумел избежать воздействия музыки ветра. Любопытно, – под скрывающими лицо бинтами было не видно, но создалось впечатление, что Орочимару улыбнулся, после чего перевёл взгляд зелёных, с узким кошачьим зрачком, глаз на Саске. – Но что же я держу дорогих гостей на пороге? Проходите, чувствуйте себя как дома, вы ведь уже знакомы с Кабуто? – шпион приветливо кивнул, однако не спеша вступать в разговор. Занятно… Сейчас я мог почувствовать эмоции саннина, и ему было хорошо, не в смысле ликования от грядущего или свершившегося успеха, нет, ему просто было хорошо, и красоту жизни, что называется, ничего не омрачало. Неужели это прекращение боли, связанное с переселением в новое тело, так сильно на него подействовало? Вполне может быть.

– Сперва мы хотели бы обговорить пару деталей, – не спеша гасить шаринган и следовать под землю, сообщил Учиха.

– Разумеется, вашим друзьям ничего не грозит, – заверил Орочимару, даже не взглянув на девочек, а вот Кабуто их внимательно осмотрел, невзначай поправляя очки. Впрочем, каких-то агрессивных позывов что у одного, что у другого и вправду не имелось. К слову, клона с Анко на руках сейчас с нами не было, я же не идиот – тащить её сразу сюда, не зная даже, успел учёный сменить тело или нет.

– Допустим, – произнёс я. – А что насчёт нашего положения в Деревне Звука? – я, безусловно, помнил, что в иной истории он вскоре её бросил, но лично я так поступать не собирался – пусть ослабевшая, но своя Скрытая Деревня мне пригодится.

– Ха-ха-ха, – вновь беззлобно рассмеялся Белый Змей, – не упускаешь случая получить выгоду… Это хорошо. Не беспокойся, Наруто-кун, если вы того желаете, то ранг элитного джонина Селения, Скрытого в Звуке будет вашим. Но не стану лгать, очень вероятно, что нам вскоре придётся оставить это место – моё нападение на Коноху, а после и ваше бегство вряд ли останутся без ответа, да и многие другие с удовольствием попытаются прибрать к рукам носителя шарингана и джинчурики Девятихвостого, – новость вызвала отклик в массах, по крайней мере, звуковики вздрогнули, да и Сакура с Кин побледнели, что вполне соответствовало их эмоциональному состоянию.

– Что ж, честность – это хорошо, – переглядываюсь с Учихой, он, кстати, вероятность нового бегства принял на удивление спокойно. – Но звания нам всё же пригодятся.

– Как скажешь, – легко согласился Орочимару. – Но остальные детали предлагаю обсудить уже у меня в кабинете.

– Согласны, – отозвался Саске и двинулся вперёд, чем подал пример остальным.

– Как прошла дорога? – продолжил вежливый разговор Змей, повернувшись к нам спиной и лично показывая дорогу. Кабуто же отступил в сторону, пристраиваясь сбоку от Учихи.

– Спокойно, – отвечаю уже я. – Хотя прощание с деревней выдалось излишне бурным.

– Вот как? И что же стало источником проблем?

– Нападение на меня отряда из Корня АНБУ.

Орочимару остановился и повернулся к нам, пристально вглядевшись в моё лицо своими змеиными глазами. Эмоции его в этот момент плескались бурной смесью из интереса, предвкушения, какого-то скрытого восторга и толики настороженности. А вот все остальные, кроме, пожалуй, Саске, явственно напряглись, кое-кто даже на грани паники.

– Были сложности? – прошелестел обволакивающий голос в установившейся тишине.

– Да, пострадала Анко, и мне пришлось взорвать небольшую Бомбу Биджу в центре Конохи, – внимательно наблюдая за реакцией, выдаю чистую правду.

– Анко-тян?.. – на секунду задумался учёный, в душе которого что-то такое шевельнулось… непонятное. – И после этого вам дали уйти?

– Мой теневой клон в тот момент был на приёме у Хокаге и пригрозил, что другие взорвут город такими же бомбами, если хотя бы заподозрят верхушку деревни в неправильных шевелениях.

– Хороший ход, – не дрогнув даже ресницей, признал Белый Змей. – И где сейчас Анко-тян?

– Спит на руках у моего клона в лесу, ожидая, когда мы договоримся, – мой ответ вызвал очередную паузу.

Орочимару задумался, вероятно, пытаясь разобраться в собственных чувствах. Вероятно, так как и я разобраться в них не мог. Выраженного негатива относительно прибытия ученицы он не испытывал, однако не испытывал и радости, больше всего состояние учёного подходило под определение «в смятении», но продлилось это недолго.

– Тогда не стоит заставлять её ждать, – эмоциональный фон Змея принял прежний умиротворённый оттенок. – Таюя, покажи нашим гостям комнаты в южном крыле, а потом проводи ко мне в кабинет. Остальные свободны.

– Есть, Орочимару-сама, – синхронно ответили шиноби Звука.

– Следуйте за мной, – стараясь казаться предельно бесстрастной, но внутренне недовольно, повернулась девушка уже к нам.

Пройдя в дверь домика, мы оказались внутри коридора метров двадцати длиной, но до конца пройти его не успели. Сперва я ощутил стремительно приближающийся с юга источник сильного волнения и страха опоздать, а потом оставшуюся сзади дверь распахнули, и в коридор ворвался небольшой ураганчик:

– Орочимару-сама! Орочимару-сама! – мимо нас пронеслась девочка лет 14-17. Симпатичная, хоть и не совсем в моём вкусе. Волосы тёмно-синие, пребывают в творческом беспорядке. Фигура, как и положено куноичи, выше всяческих похвал. Скорость на уровне чунина.

– О, Гурен-тян, с возвращением, – Белый Змей обернулся, смерив гостью почти равнодушным взглядом. Почти, так как в эмоциях у него опять скользнуло нечто непонятное, как при упоминании Анко.

– Я опоздала, да? – девочка замерла напротив саннина и выразила в своём вопросе столько печали с отчаянием, будто опоздала на венчание с любимым.

– Это уже не имеет значения, – спокойно проигнорировал эмоции гостьи Орочимару, и вправду не испытавший ни малейшей печали от её опоздания. Ну или спрятавший эту печаль настолько глубоко, что я не почувствовал. Хмм… – Вот, познакомься – Саске-кун и Наруто-кун. Мои будущие ученики, если они согласятся, – синевласка тут же окинула нас злобно-ревнивым взглядом.

– Ясно, – вот и всё, что сказала девушка. – Я тогда пойду, Орочимару-сама?

– Да, ты свободна, – от ответа куноичи дёрнулась, как от удара, окинула нас с Пучеглазом уже чуть ли не ненавидящим взглядом и, развернувшись, удалилась прочь.

***

– Итак, у вас есть какие-то особые пожелания? – Орочимару расположился в кресле посередине комнаты, уставленной банками с образцами, ингредиентами, жидкостями в бутылках и прочим… хламом, ценность которого, вероятно, могли оценить лишь пара человек в мире, причём оба они находились в этой же комнате.

– Скорее, это можно назвать стремлением прояснить ситуацию, – ответил я.

– Твои посланники много чего наобещали, но они не ты, – холодно подтвердил Саске, сверля Змея шаринганом.

– Понимаю, – кивнул Змей. – Что же вы желаете уточнить?

– Какой временной откат у вашей техники смены тела? – за спиной Орочимару сильно напрягся Кабуто, а вот сам учёный… Рассмеялся.

– Браво, браво, Наруто-кун, – зелёные глаза на замотанном бинтами лице сузились с хищным удовольствием. – По косвенным и очень расплывчатым данным составить столь точное представление. Хм… – правая рука Орочимару в задумчивом жесте коснулась подбородка. – Полагаю, ты даже приложил некоторые усилия, чтобы слегка задержаться… – по залу «расползлось» холодное Ки нукенина, впрочем, ни на кого из присутствующих это впечатления не произвело. Хотя я и выпустил в СЦЧ побольше чакры Кьюби, просто на всякий случай.

– Возможно, – сохраняя невозмутимость, отвечаю змею. – И вы не ответили на вопрос.

– Эх, – досадливо вздохнул саннин, прекращая давление, – будь ты ровесником Анко, я бы с радостью взял тебя в ученики, ещё будучи джонином Конохи. Что же касается вопроса… Примерно три года. Плюс-минус пара месяцев.

– И что будем делать? – я напряг всё своё чутье – ответ на следующий вопрос будет ключевым и задаст тон для всех дальнейших наших с учёным отношений.

– Первоначально я хотел предложить Саске-куну сделку. Я его тренирую, правильно выращиваю тело и чакроканалы, а потом занимаю его место и уничтожаю Учиху Итачи, – мой товарищ напрягся сильнее. – Однако с учётом обстоятельств, подобный вариант мне теперь кажется не самым удачным – сейчас Саске-кун уже не хочет отдать всё что угодно ради мести брату. Не так ли? – Учиха кивнул, продолжая сверлить старшего шиноби тяжёлым взглядом. – Тогда у меня другое предложение… – саннин слегка наклонил голову и выдержал короткую паузу. – У тебя нет сил, чтобы убить Итачи, у меня – чтобы захватить его в целости и сохранности. Убить, – Змей сосредоточенно провёл пальцами левой руки по подлокотнику кресла, оставляя едва заметные вмятины, – возможно, но не более. И вот что я вам предлагаю. Три года я тренирую и учу вас, предоставляю доступ к своим лабораториям и опытам, а в обмен вы поможете мне схватить Итачи и захватить его тело.

– Саске? – я повернулся к брюнету, сейчас прикрывшему глаза и что-то усиленно обдумывающему.

– Приемлемо, – подписал приговор брату парень. – Но у меня будет одно условие. Помимо нас, вы будете обучать и всех пришедших с нами.

– Их слишком много, и у большинства из них слишком низкий потенциал, особенно по сравнению с вами двумя, – возразил глава Деревни Звука.

– Теневых клонов и помощников уже отменили? – вступаю в разговор.

– Хссс, не люблю некачественную работу, а клон – далеко не панацея, особенно когда передаётся большое количество информации. Впрочем, если Кабуто согласится…

– Как пожелаете, Орочимару-сама, – сразу же ответил Якуши, хищно сверкнув очками.

– Вот и славно… Итак, мы договорились? Обучение для вас и вашей свиты в обмен на тело Учихи Итачи?

– Согласны, – подтвердил Саске.

– Последний вопрос…

– Я помню тот наш разговор, Наруто-кун. В Деревне Звука недавно появилось много симпатичных юных куноичи. Всё остальное зависит от тебя, хе-хе, – хм, очень знакомое «хе-хе», кажись, кое-чего наш змей у Джирайи таки поднахватался.

– Кхм, это, безусловно, очень приятно, но я хотел спросить иное. Что вы планируете делать с Анко?

– Анко-тян? Она неплохая девочка, но сама ушла от меня и… к сожалению, слабовата. Приятно наблюдать, что она не бросила тренировки и не сдалась под гнётом обстоятельств, но дальнейшая её судьба волнует меня мало.

– Что ж, тогда у меня будет одно небольшое предложение… для создания более дружественной атмосферы в сих подземельях.

– Вот как? И что ты задумал? – довольный учёный был настроен благодушно ко всему миру и вообще сейчас был готов «понять и простить» даже Третьего, как мне кажется. А потому, не став тянуть, я принялся излагать план небольшого поведенческого представления от Орочимару по отношению к своей первой ученице. Самое забавное, ни слова лжи там сказано не будет, так, слегка по-другому расставлены оттенки.

Некоторое время спустя.

– Хе… Ха-ха-ха… – совершенно искренне смеялся учёный своим неподражаемым смехом, не обращая никакого внимания на закрывающие рот бинты. – Хихксссс, даааа, Науруто-кун, ты воистину Демон. Так исказить правду, говоря чистую… правду, что же, почему бы и нет? Я согласен.

Обсудив ещё целый ряд уже малозначимых деталей и убив на это ещё часа три, мы наконец-то были отпущены на все четыре стороны, то бишь отсыпаться после дороги по своим комнатам, благо проводница, в лице сильно недовольной Таюи, нас у выхода уже ждала.

Вернувшись в собственные апартаменты, мы с Учихой занялись неотложным делом – он, сверкая своими чудо-глазками, исследовал каждую пядь предоставленных нам комнат, а я по мере сил (своих и бригады клонов) покрывал доступные пространства различными печатями. Не то чтобы мы верили в возможность заметить все потенциальные сюрпризы, что мог заготовить кто-то уровня Орыча, или, тем паче, заложиться от них при помощи, откровенно говоря, средненького уровня фуин, но дань традициям и вежливости от нас подобного требовала.

А закончив с обязательной процедурой, мы приступили к Серьёзному Разговору.

– А теперь я требую объяснений. Много объяснений, – сообщил брюнет, глядя на меня так, словно собирается засветить в глаз… с ноги. Может быть, неоднократно.

– Ну, я подумал, что подобная сцена в исполнении Орочимару и трактовка старых событий подобным образом позволит Анко если не простить первого учителя, то примириться с его существованием и не пытаться оторвать яйца при каждой встрече. Ни ему, ни мне, – сообщаю чистую правду.

– Это и так понятно, я о другом… – продолжил сверлить меня «добрым» взглядом следователя парень. Блин, всего раз с Ибики сходил в допросную, а нахватался там всякого, словно год только тем и занимался, что народ колол. Ох уж эти копипасты…

– Да знаю, но градус серьёзности было просто необходимо убавить, – ответом мне стала скептически вздёрнутая бровь. – Ладно… Касательно твоего вопроса, то мы это уже обсуждали, как и меры борьбы с подобным. Орочимару просто обозначил временные рамки, видимо, мне удалось слегка выбить его из колеи, плюс отходняк от смены тела.

– Хммм… – задумался Учиха. – И ты ему поверил? – скепсис на лице стал просто подавляющим.

– Разумеется, не поверил. Но и правдой это может оказаться. К тому же при выборе «тело мелкого шкета, которое ещё и будет отбивать психованный носитель Кьюби» или «тело сильного, развитого шиноби, которое будут помогать добывать молодой, но перспективный джонин и… психованный носитель Кьюби, версия вторая, прокачанная», я бы выбрал второй вариант. Конечно, совсем не факт, что Орочимару придерживается того же мнения, но пока что в отсутствии логики его заподозрить сложно.

– Синица и журавль, – возразил брюнет.

– Вот только при попытке схарчить синицу прилетит дятел и задолбает, – ухмыльнулся я в ответ. – К тому же сейчас наш будущий сенсей всё ещё в очень поганой форме, и восстановление займёт время, подозреваю, что немало, – угу, а полноценно «отрастить» кусок духовного тела местные вообще не могут, максимум – «пришить» обратно, а ведь Синигами оттяпал от Змея хороший такой кусочек. Хорошо хоть до души не добрался – с подобным повреждением Орыч бы съехал с катушек за неделю.

– Хн… Всё равно, как-то это, – Учиха покрутил рукой в воздухе, – хрупко.

– Что поделать, в мире шиноби везде так. Единственное, что могу предложить – набрать за отпущенное время столько сил, сколько потребуется для того, чтобы Орочимару сам полностью уверился в необходимости нашего сотрудничества, а не попытки сожрать.

– Уж это мог и не говорить, – поморщился парень. – Но учти, Сакура и остальные на тебе. У меня не будет времени.

– Думаешь, он будет готов к настолько интенсивным занятиям? – опускаю шутку про шансы на возрождение клана с таким отношением к девушкам – сейчас серьёзный разговор.

– Если я хоть что-то понимаю, то ему в любом случае нужно сильное тело. А для вселения или помощи в захвате Итачи… – Саске повёл плечами, окидывая комнату равнодушным взглядом. – Детали.

– Тут ты прав… – повторяю его жест, изучая блёклые стены. – Ну что, больше не хочешь набить мне морду?

– Нет… – ответил Учиха. – Тебе всё равно ещё с Анко общаться… – уголки губ парня слегка дрогнули, а в эмоциях растеклось предвкушение с толикой садистского удовольствия. Вот же… Сволочь пучеглазая!

Некоторое время спустя.

– Урод! – мимо моего уха пролетел кунай. – Сволочь! – о, ещё один. Интересно, где она их берёт? Ведь на ней почти ничего, кроме сеточки, шортиков и плаща, нет. – Я тебе поверила, а ты… ты… ты воспользовался мной! – эээ, кажется, это уже из другой оперы. – Что, решил, что я недостаточно хороша, и потому ушёл к этому змее*бу? – О_о’… Бедный Орыч. Так, что мы знаем о женских истериках? Первое, всё, что вы скажете, будет превратно понято и использовано против вас. Второе, попытка прервать словоизлияние приравнивается к прямому нападению. Вариант противодействия – просто уйти, если сохранение отношений не требуется, или стоически терпеть и ждать, пока она слегка остынет, а потом уже утешать, убеждать в своей любви и преданности и прочее… Отклоняюсь от «змеи из рукава»… М-да, хотя на что ещё я мог рассчитывать, когда сообщал девушке, что случилось в Конохе и где мы сейчас? Уж точно не на «ну и ладно, дорогой, зато мы вместе», не с её характером…

Ещё некоторое время спустя.

– Хаа… – Анко тяжело дышала, вид у неё был всклокоченный и помятый, да и дышать в не такой уж большой комнате, по которой прошлись Дыхание Дракона, Цветы Феникса и что-то ещё, подозрительно похожее на Пепельное Облако – та ещё задачка.

– Успокоилась? – ничто не бесит больше, чем эта фраза, но пусть сейчас потратит все яркие эмоции и как следует выплеснет негатив, а потом уже поговорим. Главное, самому не сорваться – царапины, змеиные укусы и ожоги различной степени тяжести оставили солидный след на моей тушке – всё-таки Анко кажется «слабенькой» только на фоне таких монстров, как Каге и саннины, и если Какаши или Гаю она уступит, то вот при её разборках с Куренай, Асумой или Эбису я бы поставил на ученицу Змея. Я же пока что на подобную планку не вышел, ну не надевать же мне Покров, дабы противостоять женской истерике? Как бы то ни было, мои слова возымели нужные последствия.

– Грр! – и уставшая, запыхавшаяся куноичи вновь бросается в бой. «М-да, во мне определённо есть что-то от мазохиста…» – пронеслась мысль, пока я на одних рефлексах отдёргивал голову и смещался в сторону, дабы не получить перерезанное горло.

И ещё немного позже.

– Пусти, – обессиленная девушка была отловлена, обнята и усажена ко мне на колени, самому пришлось разместиться на обломке каменного блока – хорошо малышка разгулялась, если бы не укреплённый заранее при помощи фуин потолок, мы рисковали быть заваленными.

– Нет, – начинаю поглаживать её по голове.

– Убрал руки и отпустил, живо! – попытка давления Ки смотрелась довольно бледно на фоне того, что совсем недавно выдал Орыч.

– Нет, – только крепче обнимаю, стараясь проецировать заботу и нежность через проклятую печать. Минуту в комнате царила тишина, но потом её стали разбавлять женские всхлипы.

– Почему?

– А куда нам было ещё идти после того, что случилось в Конохе? В соседние деревни? Да… там бы нас приняли с распростёртыми объятиями. Лиса бы попытались перезапечатать. А Саске привязали бы к кровати и только и подкладывали девиц для получения лакомого генома, а чтобы не дёргался, могли отрезать «всё ненужное» и вырвать глаза – спрос на шаринганы всегда превосходил предложение. Про судьбу остальных я лучше промолчу. Подаваться в бега самостоятельно? Рано или поздно нас бы настигли. Коноха, если припечёт, может и сотню джонинов отправить по следу, двум недоучкам вместе с токубецу-джонином и группой поддержки из шиноби уровня генин-чунин противопоставить преследователям было бы нечего, – на самом деле, всё не настолько печально, та же Суна конкретно должна именно мне, а вот на Коноху, наоборот, имеет большой зуб. Кроме того, они уже прогибались под одного джинчурики, а значит, и мне им противопоставить будет особо нечего, да и мастеров печати у них не так чтобы много… Во всяком случае, мастеров нормального уровня. Про другие деревни тоже можно было бы порассуждать, но ей это сейчас говорить будет зело неадекватно.

– Ясно, – девушка ещё раз всхлипнула и уже сама плотнее прижалась ко мне, на что отбитые рёбра отреагировали уколом боли – чакру Кьюби я из организма убрал сразу после завершения горячей стадии разборок, ибо «слегка побитый незадачливый ухажёр» сейчас смотрелся явно уместней, чем «скалящаяся сволочь без единой царапинки». – Скажи… ты уже говорил… говорил с ним?

– Да… и знаешь, он не такой уж плохой, – судя по вспыхнувшему раздражению куноичи, ответ был неверным.

– Да что ты вообще понимаешь?! «Не такой плохой»! Он использовал меня как подопытную свинку, а когда надоело – бросил! Просто выкинул и всё! – в меня несколько раз ткнули кулаком, несильно, эх, если бы ещё не по отбитым рёбрам…

– Анко, с чего ты так решила? – начал я подводить девушку к ключевому моменту.

– Он сам мне это сказал! Прямо в лицо! А потом сбежал из деревни!..

– Ложь – это один из главных видов оружия шиноби, особенно таких, как Орочимару. Так ли всё было на самом деле?

– Какая мне разница? – так, пытаться подводить логическую базу для женщины в таком состоянии, пусть она и матёрый убивец – затея, как выясняется, идиотская. Те пара ударов по голове явно были лишними – второй раз туплю… – Он предал меня, оставил в тот момент, когда был нужнее всего! И ты ещё смеешь оправдывать его?!

– Я никого не оправдываю. Ни его, ни себя. Мы оба поступили так, как посчитали правильным.

– Значит… значит, и ты меня оставишь? Когда посчитаешь это «правильным»? – истерика начиналась по второму кругу.

– А ещё я никогда не нарушаю своих обещаний. А ведь я обещал тебе, Анко-тян. И я никогда не отпускаю то, что считаю своим, – податься вперёд и впиться в её приоткрытые губы поцелуем было нетрудно. Рука, поглаживающая девушку по спине, устремилась ниже, а через секунду куноичи мне уже отвечала, правда, через две отстранилась и приставила кунай к моему горлу. Да откуда она их вытаскивает, Тьма меня вразуми?

– Если… если ты мне сейчас наврал… я тебя убью! Плевать, что будет потом… но такое… не прощу.

– Хорошо, – киваю, прикрыв глаза, – я уверен, что тебе не придётся этого делать.

– Тогда, – кунай был отброшен, судя по звуку, он воткнулся куда-то в стену, – я поверю тебе… и потребую извинений… за то, – голос становился всё медовее, – что меня самым бессовестным образом похитили… и уволокли… далеко-далеко, – в эмоциях девушки уже не осталось негодования, обиды и злости, зато было очень много смущения своим поведением, облегчения и опаски. Иначе говоря, сейчас Анко старалась закрыть ставшую резко неудобной тему так, как это умела. Ну а так как это полностью соответствовало и моим целям, пришлось подыгрывать. Я сглотнул слюну и всем видом показал, что вид распалённой, взъерошенной девушки у меня на коленях, да ещё с таким голосом, мне очень, очень-очень нравится. К тому же я был действительно не против «отпраздновать примирение» таким способом, вот только, как и ожидалось, эта язвительная засранка поступила в полном соответствии со своим характером: – …от моего любимого магазинчика с данго! – и она просто слезла с меня и, ухмыльнувшись, отошла. – Так что с тебя мешок… нет, два мешка этого божественного явства, а там посмотрим…

– Вот же… – мне даже играть разочарование во вздохе не пришлось, пусть разум ожидал, но молодой организм всё равно искренне расстроился. – За это я тебя и люблю.

– Только за это? – прищурилась дева-воительница, хотя в её эмоциях до сих пор плясал коктейль из чувства стыда и застенчивости.

– Не только, разумеется, – и замолчать.

– И что же ещё тебе нравится в Несравненной Анко? – она прошлась по комнате, соблазнительно покачивая бёдрами.

– Ммм, в первую очередь, твоя скромность, ярко выраженная в манере одеваться, – ввернул я ей шпильку.

– Продолжай, – девушка присела напротив меня и высунула кончик язычка.

– О, ещё я в восторге от твоего характера.

– А ещё?

– А ещё, – я попытался потянуться к ней и таки получить в качестве поощрения фантазии поцелуй-другой, но забытые мной рёбра обо мне не забыли, более того, поспешили напомнить внезапным приступом боли в груди, – сссс, – рефлекторно прикрываю больное место.

– Наруто? Что с тобой? – отбросила всю игривость девушка. Ну вот, сам себе запорол такой момент… Хотя, так даже лучше, главное – не переиграть умирающего лебедя.

– Кажется, мы немного перестарались, когда выясняли отношения, – преувеличенно бодро улыбаюсь, ну так, чтобы сто пудов сразу вызвать опасения в женском сердце. – Ничего, скоро пройдёт.

– Тебя стоит показать ирьёнину! – категорично заявила заглотившая наживку по самое удилище куноичи. – С твоим «скоро пройдёт» там может что-то неправильно срастись.

– Ладно-ладно, Карин и Сакура должны быть в комнатах напротив.

– Сейчас я их позову, а ты сиди и не дёргайся.

– Но… как же… – видимо, выражение облома на моём лице было столь отчётливо, что просто жуть. Ох, переигрываю… Да, именно переигрываю! Это чистый обман! А так я стальной мужиГ и даже в зеркало себе не улыбаюсь, вот!

– Будем считать, что это часть твоего наказания, – ухмыльнулась эта чертовка, – но посмотрим на твоё дальнейшее поведение, – ещё и облизнулась. Ну а я, соответственно, жадно сглотнул. И нифига не искренне! Это всё игра, коварный план и обман невинной девы! Так и будет записано в моих мемуарах, чтобы там кому ни казалось! Заметив мою реакцию и довольно улыбнувшись, джонин быстро удалилась созывать наших медиков, ну а я облегчённо выдохнул.

Ладно, будем считать, что первую бурю я пережил, и прошла она даже успешно, однако нужно ещё подготовиться к последствиям встречи учителя с бывшей ученицей. Означенная встреча может состояться в течение одного-двух дней, и, чую я, будет мне после этого очень весело. Интересно, можно ли освоить Сусаноо без шаринганов вообще и за пяток часов? Чисто на всякий случай. Ну а пока «сидим и не дёргаемся», и ждём ирьёнинов.

***

Ирьёнинов девушка привела довольно быстро, благо Сакура с Карин и так с нетерпением ждали момента, когда можно будет входить – не один Саске был способен предвидеть сложность разговора. Ну и тяжело не ждать, когда всё прекратится, ощущая буквально через стенку от себя маленький филиал ада, с взрывами, лязгом металла, яростными криками и так далее. Они бы, наверное, и сами ворвались много раньше, но «злобные» Учиха с бывшей Цути бдительности не теряли и надёжно гасили все лишние шевеления, не позволяя девушкам отвлекаться от разбора вещей. Да-да, пока меня пытались убить, мои друзья спокойно рылись в «честно награбленном» барахле, сортируя «добычу», вот такая она, суровая правда жизни.

– Наруто?! Что… Что с тобой случилось? – активируя «мистическую руку», потрясённо спросила Сакура, бросив шокированный взгляд на Митараши. Последняя сделала вид, что «ну вообще тут ни при чём» и просто мимо проходила.

– Да так, споткнулся и упал… – тупая отмазка. Тем более все тут и так всё понимают, но зато от Анко повеяло стыдом, мням…

– Угу, а следы огненных техник и этот кусок потолка на полу тут были и до этого, – скепсиса в словах Харуно было на всё ведомство Ибики и ещё немного сверху.

– Н-Наруто-сама, у вас сломано ребро, лягте, пожалуйста, я поправлю, – робко вклинилась Карин, тоже бросив на токубецу-джонина уничижительный взгляд.

– О! Ты уже умеешь? – честно удивился я, выполняя предписание.

– Я специально учила… Ну, после того удара Цунаде-сан, – смутилась девушка.

– Молодец! – с улыбкой хвалю и перевожу взгляд на Сакуру. – И ты совершенно права! Орыч – скупердяй, подсунул мне номер из тех, какие не жалко! Я как вошёл, сразу навернулся – хрясь, бдыщ, а потом вон та лужа подло подставилась под пятку и вообще понеслась… Как выжил – не знаю, а всё он – подлый, жадный змеюкин! – сказано это было для того, чтобы слегка развеять нервозность девушек… Ну и ещё немного прикольнуться над Кабуто, который как раз тихонько подходил к нашему крылу базы. Фразу мою он услышал, судя по эмоциям, свидетельствующим о выпадении в осадок. Дааа… Видимо, такой наглости он не ожидал.

– Кхе… – Сакура, впрочем, тоже была поражена. – Наруто-бака, называть так одного из Великих Саннинов – непочтительно, пусть он и нукенин!

– Я, пожалуй, пойду, – вклинилась Анко, отводя взгляд. – Надо принять душ и вообще… Где хоть моя комната?

– Вон за той дверью, – указываю рукой вправо, где находился проход в смежные апартаменты.

– Угу, – даже не удивившись такому «стечению обстоятельств», как жильё, фактически, в моей квартире, куноичи отправилась в указанном направлении. Проводив её взглядом, Харуно поджала губы и вновь накинулась на меня:

– И всё равно ты слишком неосторожен, твоё неуважение к Орочимару может плохо кончиться.

– Это я не уважаю? – изображаю возмущение, удостоверившись по эмофону, что Митараши отошла достаточно далеко. – Да я полностью одобряю такой подход по размещению всяких сомнительных блондинистых квартирантов! И вообще, Орочимару – мой кумир! – притаившийся за стеной Якуши взбодрился, продолжим-с. – Человек, разработавший технику удлинения языка, не может не вызывать уважения! – обе девушки разом покраснели до цвета волос Карин, а за стеной кто-то, кажется, крякнул.

– Н-наруто-доно, – от лица Узумаки можно было прикуривать, а у Сакуры чуть ли не на лбу читались тяжкие раздумья на тему: «стукнуть ли его – пусть не поможет, но мне хоть легче будет? – или ну его, больного, нафиг?» В этот момент к нам чуть ли не вломился Кабуто, также пребывающий в глубоких думах, но проблем у него было явно куда больше, чем философский вопрос о степени почтительности долбанутого джинчурики к обожаемому сенсею.

– Так, Наруто-сан, по поводу вариантов обучения и распределения нагрузки… – тут он увидел склонившихся над моей тушкой девушек, и в голове его явно мелькнула Идея, быстро оформившаяся в Хитрый План. – Ками, что вы делаете?! Кто так лечит?! Тут же и нужно-то всего лишь удалить верхний слой обгоревших клеток и подать медчакры к пострадавшему месту для скорейшего заживления!

– Эээ… – в ступор впали обе куноичи. – А как удалять? – вот теперь гениальный медик схватился за голову уже по-настоящему.

– Так, в рамках договора предлагаю прикрепить ко мне этих двоих на углублённые медицинские курсы, а с остальными разбирайся сам! – понятно, решил в добровольном порядке выбрать меньшее из зол, а там уж пусть у начальства голова болит. Здравый ход.

– Пойдёт, – «продал» я в рабство девушек, в то время как Кабуто уже на моём несчастном организме показывал им, как правильно «снять шкуру» с жертв… в смысле, с подоп… исцеляемого, да.

– Кстати, Наруто-сан, – закончив операцию буквально за несколько секунд, Кабуто достал из-за пазухи два небольших свитка и стопку протекторов без ремешков, – я принёс от Орочимару-сама ваши с Саске-саном патенты джонинов. И как джонинам, вам полагаются группы подчинённых. Твой отряд скоро подойдёт, что с ним делать, решать тебе.

– Отряд?

– Да, в твоё полное распоряжение поступает Таюя и ещё трое ниндзя Звука. Поздравляю, – хищно сверкнул очками парень, предвкушая развлечение.

– А Саске? – уже представляя себе степень подвоха, осведомился я.

– С Саске тоже всё готово. Изначально предполагалось, что он заменит Кимимаро. Это бывший главный кандидат на роль сосуда для Орочимару-сама и лидер Пятёрки Звука. Сейчас он смертельно болен и уже вряд ли когда-нибудь встанет с постели, но мы всё ещё можем передать его подчинённых Саске-куну. За вычетом Таюи, разумеется, – Якуши улыбнулся, скромно постаравшись прикрыть это жестом поправления очков.

– Ясно, – ну хоть не мне одному мучиться. Хотя… Что-то мне подсказывает, что Учиха очень быстро позаимствует методику работы с подчинёнными у Какаши и творчески её дополнит… Этак ещё на стадии взаимного представления послав Дзиробо с Кидомару нафиг.

– Ну что ж, – Кабуто встал, – советую первым делом сменить протекторы, если будет нужда, то обмундирование деревни вам принесут, – и, подхватив под ручки двух своих учениц, ещё толком не осознающих, как сильно они попали, был таков.

Впрочем, надолго меня одного не оставили – в комнату зашла печальная Таюя вместе с ещё тремя… довольно симпатичными девушками от двенадцати до семнадцати лет на вид. Ну Орыч, ну зарраза, ты шикарен!

– Узумаки-тайчо, – хором протянули девушки (правда, интонацией Таюи было бы уместней произносить пожелание сдохнуть) и поклонились, кстати, вид раздолбанной комнаты произвёл на них неплохое впечатление, только одна Таюя, пожалуй, осталась относительно безучастна.

– Хм, полагаю, нам стоит познакомиться. Расскажите пару слов о себе. Кто вы, что вам нравится, не нравится… ну и что-то вроде, – в этот момент я понял, какие примерно эмоции испытывал наш копипаст при первой встрече, хотя… у него была команда не из четырёх привлекательных куноичи.

– Хай, Узумаки-тайчо, – опять хором пропели эти девушки, и… именно в этот момент из смежной двери вышла распаренная после душа Анко, закутанная в одно полотенце – пусть вещи девушки из дома мы и прихватили, но ещё ничего распечатано не было, а в пропылившийся плащ из душа она влезать не захотела. Установилась неловкая пауза.

– Ммм, Наруто, а кто все эти девицы? – с непередаваемыми интонациями, так похожими на обертоны своего первого учителя, вопросила Митараши, испытывая что-то вроде шока и… Осознания… Осознания чего-то, слегка пугающего и заставляющего трепетать.

– Эээ… Моя команда… Я теперь джонин Звука… Вроде как… – на секунду даже мне стало как-то неуютно. А что уж было со «свежим мясом», мне и думать не хочется.

– Вот как… – дрогнула лицом в сложной гримасе куноичи. В эмоциях у неё тоже было всё сложно. – Кажется, у меня появились дополнительные вопросы к одной змее подколодной… Или к двум. Но это позже. Ты же захватил мои вещи из дома?

Молча создаю пару клонов, которые идут в комнату Пучеглаза и забирают нужные свитки – пока полностью не обжились, всё хранить решили в одних апартаментах, которыми, в преддверии ожидаемых разборок с очнувшейся красавицей, логично оказались покои Саске. Через минуту клоны возвращаются с пятёркой свитков.

– Хорошо-о-о, – протянула Анко, всё ещё сверля компанию «моих подчинённых» многозначительным прищуром, и, взяв свитки, удалилась.

С громким хлопком дверь закрылась, оставляя меня наедине с прикреплёнными куноичи. Девушки дружно молчали, даже не лезущая в карман за словом Таюя предпочла промолчать. А ведь Анко ещё не видела второй смежной комнаты, где уже обосновалась Кин… кхм. Ладно, не будем о грустном.

– Итак, на чём мы остановились? – знакомство, пусть и столь внезапно прерванное, всё-таки стоило продолжить…

За некоторое время до этого, третий ярус западного крыла Деревни, Скрытой в Звуке.

Кончики пальцев болезненно покалывало от избытка чакры в системе циркуляции, но для забинтованного по брови мужчины это чувство было сродни ласкам опытных прелестниц в квартале красных фонарей. Иметь здоровые, не разлагающиеся заживо руки, по которым свободно течёт чакра и которыми можно творить техники… Что может быть прекраснее? Пусть он всё ещё отрезан от заметной части своего арсенала, пусть тело едва выдерживает его объём энергии, пусть получение вожделенного додзюцу откладывается ещё на три года, но всё это совершенно несущественные детали на фоне мучений всего несколько дней назад. К тому же…

Взгляд саннина плавно перетёк с одного экрана на другой. В остановленном кадре, сияя полноценным шаринганом в глазах, застыл Учиха Саске. Его взгляд был обращён чуть в сторону от скрытой камеры, делающей запись, но крупный план позволял разглядеть три томоэ в мельчайших деталях.

…тона, окрашивающие будущее, внушали толику оптимизма.

– Орочимару-сама, – привлёк его внимание вошедший в кабинет верный Кабуто, – я их собрал, осталось только подтвердить приказ.

– Так подтверди, – рука, подпирающая лицо, сместилась, позволяя зелёному глазу выхватить в полумраке почтительно застывшую фигуру. – Или ты всё же решился высказать мне свои возражения? – закончил Белый Змей, позволив себе короткий смешок.

– Возможно, я ошибаюсь, – шпион поправил очки, так, чтобы блик света скрыл выражение его глаз, как делал всегда, испытывая сильные чувства, о чём Орочимару прекрасно знал, – но имеет ли смысл возиться со всеми этими детьми, ведь Саске-кун уже у нас?

Из горла учёного вырвался беззлобный тихий смех.

«Наивное ревнивое дитя… Как же ты предсказуем, когда дело касается появления рядом со мной кого-то перспективного. Страх… знамя которому бессмысленность бытия, одиночество и равнодушие… Возьми любого сироту, и ты найдёшь в его душе ростки этого жуткого чувства, заставляющего жертвовать всем, лишь бы сбросить его липкие объятия… И уничтожить любого, посмевшего покуситься на столь желанный плод».

– Я всё ждал, когда ты это скажешь… Наверное, и способ устранения так мешающего нам джинчурики уже придумал?

– Изготовить подходящий яд будет несложно, и даже если организм джинчурики обладает повышенной стойкостью к отравлениям, вряд ли он выдержит то, что способны создать мы. Проблем с остальными и вовсе не предвидится.

– И как ты объяснишь это Саске? – разговор всё больше забавлял Белого Змея, в душе даже зародилось слабое любопытство – сможет ли Кабуто его удивить?

– Это можно представить как несчастный случай, – глаза медика едва различимо сузились, а голос, и до того почтительный, стал вовсе вкрадчивым, с головой выдавая саннину тревогу подчинённого, – или списать всё на самоуправство кого-то из тех куноичи, что вы собираетесь отдать Наруто в дар. Одна из них как раз мастер по части отравлений, а представить дело так, что женщина не захотела становиться собственностью наглого малолетки, не составляет никакого труда.

– И тебя не волнует, что после этого их всех придётся быстро убить?

– Их жизни и так принадлежат вам, Орочимару-сама, они должны быть счастливы, что, отдав их, исполнят вашу волю, – склонился Якуши.

– Какой ты жестокий, – учёный улыбнулся. Пусть юноша не смог сказать ничего нового, и это немного расстраивало, но с другой стороны, значило также и то, что сам змеиный саннин не пропустил ничего важного. И это радовало. Орочимару не любил допускать ошибок и упускать важные детали… – Но в твоём плане есть один маленький недочёт.

– Недочёт? – от волнения на висках медика выступили капельки пота, что было крайне показательной реакцией для шиноби вообще и столь опытного ирьёнина особенно.

– Да, Кабуто, – Белый Змей вернул взгляд на экраны, останавливая его на изображении невысокого блондина с отросшими почти до плеч волосами и такими знакомыми вытянутыми зрачками, только на голубой радужке. Парень готовился к неожиданностям, однако пытался не подать виду, отчего не окутывался покровом и следил за цветом глаз, но на мгновение не удержал концентрацию, и объём чакры Кьюби в системе циркуляции на пару секунд превысил тот минимум, при котором не влияет на внешность джинчурики. Скорее всего, он даже сам этого не заметил, но камера всё записала… – ты упустил из виду, что любой опытный джинчурики умеет спускаться в свой Внутренний Мир. Это основа их взаимодействия с биджу… Узумаки Наруто – очень опытный джинчурики, возможно, лучший из всех ныне живущих. Ни один яд не сможет убить его достаточно быстро, чтобы исключить вероятность контакта с Девятихвостым… Я даже не уверен, что механическое повреждение мозга окажется достаточно действенным методом, – не скрывая усмешки в голосе, закончил Орочимару, следя за реакций помощника.

– Но что он сможет сделать? – осторожно посмел возразить ирьёнин. – Даже если Лис даст ему силу, сама по себе чакра не выведет из организма яд, особенно если использовать при его создании клетки Первого Хокаге.

– Может быть, – согласился учёный, не поворачивая головы. – Но Внутренний Мир – тонкая структура. Время в нём может течь самым разным образом, и за секунду там могут проходить многие часы. Ты готов поручиться, что, стоя одной ногой в могиле, Наруто-кун не сорвёт удерживающую демона печать?

– Нет, Орочимару-сама, – подавленно ответил подчинённый, голосом и всей позой демонстрируя поражение.

– Я тоже, – усмехнулся саннин, пусть через бинты это было совершенно незаметно. – А драка с Девятихвостым хоть и может быть весьма занимательна, но не настолько, чтобы рисковать всеми образцами и результатами исследований, собранными в этом комплексе.

– Прошу прощения, Орочимару-сама, я был излишне поспешен в суждениях, – выпрямился Кабуто, придавая лицу максимально сдержанный вид.

Комнату вновь наполнил мягкий каркающий смех хозяина Деревни Звука.

– Ступай, не стоит оскорблять гостей невниманием. И захвати документы, пусть они не думают, что мы тянем с выполнением своих обещаний.

– Как прикажете, Орочимару-сама…

Посетитель удалился, и, дождавшись, пока ощущение его присутствия окончательно исчезнет, Орочимару позволил себе ещё один короткий смешок.

«Глупое дитя… Теперь он будет думать, как организовать убийство Наруто-куна подальше от любого из убежищ… Наивный ребёнок. Будет немного жаль, если в своём стремлении он лишится жизни, но без риска развитие невозможно. Пусть развлекается, это упражнение для ума будет полезно обеим сторонам. И всё же…»

Взгляд зелёных глаз с вытянутым зрачком в очередной раз скользнул на кадр, где молодой блондин не удержал свою силу. Змей всем существом чувствовал присутствие рядом какой-то тайны, манящей и настораживающей некой скрытой, но инстинктивно ощущаемой угрозой. Слишком многое в сыне Минато не вписывалось в привычные рамки. На первый взгляд это было незаметно, но стоит приглядеться… В этих глазах скрывалось нечто большее, чем банальная капля чакры сильнейшего из биджу, и куда более сложное, чем внешнее сходство с его собственными.

«Что же ты из себя представляешь, Узумаки Наруто? И что из тебя вырастет, если приложить немного усилий?»

***

Итак, моих новых подопечных звали: Кагеро, Котохиме и Сасаме. Все из клана Фуума. Кагеро – молоденькая бледная девушка лет четырнадцати-пятнадцати на вид, с короткими светло-зелёными волосами до плеч и фиолетовыми глазами. Котохиме – утончённая, прекрасно сформировавшаяся длинноволосая брюнетка, цветом глаз и чертами лица весьма напоминающая Кин. Сасаме – самая младшая, где-то двенадцать местных лет, кареглазая, с длинными рыжими волосами.

Кстати, Таюя очень нехотя призналась, что принадлежит клану Шиин. Вернее, принадлежала, так как сейчас от этого клана мало что осталось, как, к слову, и от Фуума. Тут, оказывается, лет четырнадцать назад, как раз в разгар Третьей Мировой Войны Шиноби, произошёл любопытный инцидент. Тогдашний даймё Страны Рисовых Полей решил под шумок слегка расширить границы, то ли думая, что его, как обычно, не тронут по экономическим соображениям, то ли надеясь, что у воюющих сторон найдутся дела поважнее, но факт в том, что мужик ошибся. Озверевшие от тяжёлой войны соседи глубину этой ошибки разъяснили ему быстро и максимально доходчиво, так что собранная тем «непобедимая армада» из местных кланов успела только крякнуть и почти мистическим образом растаять на предполагающихся к завоеванию просторах. Короче, вломили «завоевателям» так, что домой вернулось от силы процентов десять из вышедших в поход. На этом всё, в общем-то, и закончилось, Страну Рисовых Полей, как обычно, не тронули… Так, пару подарков из дворца, чисто символически, прихватили, и больше не тронули. Ну а несчастный даймё так страдал муками совести, ну так страдал, что вскорости и помер – сердце слабым оказалось, с кем не бывает?

Короче говоря, многие местные кланы тогда очень сильно ослабли, не обошлось и без расколов, а то и полного исчезновения. Так, семья Фуума к настоящему моменту разделилась на три части. Одна часть, из детей и стариков, осталась жить в родовом поселении, вторая польстилась на посулы Орочимару и вступила в Деревню Звука, надеясь тем самым способствовать возрождению силы клана, а третья вообще в разбойники подалась, не иначе как от великого ума или талантов. С кланом Шиин было всё примерно так же, за той лишь разницей, что осталось их меньше, а разделились они до появления Орочимару. Кстати, Кидомару, как оказалось, тоже принадлежал к клану Фуума, а вот Дзиробо был сиротой.

В общем, намечалась интересная компашка, но реально всю ту задницу, в которую я попал из-за своего длинного языка и нелюбви Орыча к «некачественной работе», я понял, когда спросил, чего девочки хотят. Итак…

Кагеро – возродить и усилить клан.

Сасаме – помогать брату и… возродить и усилить клан. Брат у нас, к слову, оказался двоюродным и одним из немногих джонинов Звука, и даже лично неделю назад сходил за «сестрёнкой» по приказу Орочимару, ибо проживала она как раз в родовом поселении.

Котохиме… Ну, думаю, уже понятно.

И если Кагеро и Сасаме в силу молодости и пробелов кланового воспитания, обусловленных паршивым состоянием клана, ещё не совсем улавливали связи между «возродить клан» и моей тушкой, то вот Котохиме, как самая старшая, уже всё поняла и сейчас меня окидывала таким взглядом… жадно оценивающим. Ну Змей, ну красавец! Одним выстрелом троих зайцев – и мне «обещанный бонус» предоставил, и троим куноичи надежду на осуществление мечт выдал, да ещё и фактически расплатился ими со мной, а мной с ними, и всё это даже не вставая с кресла, а сейчас, готов поспорить, каким-либо образом за нами наблюдает и тихонько ржёт. Прямо не знаю, что хочу сделать первым – подать ему руку или пожать шею, но… признаю, всё согласно договору и на любой вкус: от слегка отстранённой (и плоской, единичка только-только назревает) Кагеру с интересным цветом волос до утончённой (и уже прекрасно сформировавшейся, где-то на 2.5, а то и все 3 размера) брюнетки Котохиме. Застенчивая и скромная, но пытающаяся быть полезной рыжеволосая Сасаме (1-1.5) была промежуточным вариантом. Таюя (волосы розовые, грудь 1.5-2 размер) являлась вишенкой на торте.

– Хорошо, что я тогда не ляпнул чего-нибудь другого… А то он бы и это достал, да в широчайшем ассортименте.

– Узумаки-тайчо? – бархатистым голосом спросила Котохиме.

– Хм, думаю, мне тоже стоит представиться. Итак, Узумаки Наруто, глава клана Узумаки, джинчурики Девятихвостого Демона-Лиса. Увлечений у меня… много. Но об этом мы поговорим потом. На данный момент я союзник Орочимару, и первостепенными целями для меня являются: увеличение собственной силы, поиск знаний и укрепление Деревни Звука в качестве безопасного дома для меня и моей семьи, – как и ожидалось, приставленные девицы в эмоциях ощутили некоторую радость совпадающим целям, благодарность, но не ко мне, и ещё целую смесь труднорасшифровываемых чувств. М-да, умеет же Змеюка подбирать нужные кадры, эх, мне бы так в родном мире… Хм, а ведь и там есть масса интересного для изучения, а Орочимару – натура увлекающаяся… Какой интересный вариант, впрочем, до этого ещё очень и очень далеко. – Вопросы?

– Какие у нас будут обязанности? – с полным внешним спокойствием и толикой тревоги внутри спросила Кагеро.

– Ну, самая главная – радовать мой взор своей красотой, – совершенно честно и полностью серьёзно ответил я, однако никакой паузы делать не стал и продолжил говорить тем же тоном. – Вторая задача – выполнять работу телохранителей, насчёт третьего и последующих пунктов я смогу сказать, когда узнаю о ваших способностях и положении дел в Деревне Звука.

– К… Красотой? – смутилась Сасаме. Кагеро осталась внешне безучастной, хотя внутренне растерялась. Таюя независимо отвернулась, пытаясь отогнать всколыхнувшийся в эмоциях липкий червячок страха. А вот Котохиме игриво улыбнулась, испытывая азарт и интерес.

– Да, это одна из моих главных слабостей, – киваю без тени шутки на лице, – обожаю красивых девушек. Разумеется, это не значит, что не могу убить женщину или ещё что-то в этом роде, просто мне комфортней, когда меня окружают красавицы. Кстати, раз уж мы затронули эту тему. У кого-то из вас есть кавалеры?

Эмоциональный всплеск среди дам можно было примерно перевести как: «Ну нихрена он резкий!», а вот дальше эмоции уже лишь дополняли красноречивую палитру мыслей на лицах, что сводилась примерно к следующему монологу: «Как?.. Уже сейчас?.. То есть… даже без прелюдии?.. Аааа!!! Паника!.. Но как же… Нас ведь тут… Не может быть… Все вместе?! Ни за что!.. Но ведь если… Аааа! Меня убьют!», и так далее. Причём проявилась эта палитра даже у тех, кто минутой ранее «в силу молодости не совсем улавливал связь между «возродить клан» и моей тушкой», вот пойми этих женщин после этого! Наблюдать было очень забавно, особенно в свете того, что ничего подобного я не планировал, а хотел лишь чуть больше узнать о своих подчинённых, ибо даже намёк на семью – это важная деталь для понимания характера и внутреннего состояния человека.

– У меня нет, – коротко ответила Кагеро, первой справившись с эмоциями.

– У… У… – выдавила из себя Сасаме. – У меня н-никого… Только братец Араши… – второй раз она о нём упоминает в очень двусмысленных выражениях… Комплекс братика?

– В гробу я видела этих засранцев, – словно выплюнула Таюя, пнув стену. К слову, моих поползновений она боялась больше всех в четвёрке и, судя по поведению, отчаянно старалась это скрыть напускной агрессивностью.

– У меня был кое-кто… раньше, – улыбнулась Котохиме, – но мы расстались пару лет назад, а потом он погиб… – произнесено это было таким многозначительным тоном, что легко можно было делать вывод о том, что к смерти бывшего она сама приложила руку, хотя, глядя на эмоции, это было не так.

– Ладненько, коль мы немного познакомились, прошу теперь рассказать о своих способностях. Кто что умеет и какие есть желания в развитии? Кин, хватит греть уши за дверью, присоединяйся, данный вопрос и тебя касается.

Результаты импровизированного допроса явили довольно интересную картину, но начнём по порядку «вкусности». Сасаме была откровенным нулём, может быть, чуть-чуть превосходящим канонную Сакуру на момент выпуска из Академии, да ещё с нормальными объёмами чакры. Ниндзюцу нет, тай средненький, а то и ниже, это нужно проверять. Немного разбирается в фармацевтике и ядах.

Эх, Кабутыч уже смылся, нужно было бы и эту особу включить в его группу, а так придётся думать, куда её приткнуть. Что-то пока на ум ничего не приходит, разве что затачивать девицу по максимуму на скрыт и, может быть, дистанционные атаки, но всё это как-то несерьёзно… В общем, не знаю.

Однако только я успел приуныть и издать почти вопль души на тему: «А готовить-то ты хоть умеешь?», как получил положительный ответ. Пунцовое от смущения лицо и пристыженно опущенный взгляд прилагаются. Ну что ж, должность штатного повара, будем считать, заполнена.

Следующей по полезности шла Кин – резервы посолиднее, тай уже точно средненький. А может, и чуть выше, плюс основы звуковых гендзюцу и, как показала бумажка, склонность к Ветру, впрочем, она есть у всех пользователей звука – как-никак, сами их техники подразумевают воздушные колебания. Куда развиваться, понятно – углублять звуковой ген, поднатаскать тай, особенно в части пробивания защиты и разрыва дистанции, да выдать что-то из воздушного арсенала. Пока отдадим в подопечные Таюи – у той программа будет примерно такой же. Но по своим навыкам и силам она наголову выше Кин, пусть подтягивает.

Так, по Таюе я уже сказал, далее у нас Котохиме, по её словам, Мастер Ядов, кои она изучала под руководством самого Орыча, помимо этого прекрасно владеет «управлением волосами», основами звукового гендзюцу, средним тай. А также умеет играть на Кото – эдаком японском еретическом гибриде гитары и гуслей, звучит сей инструмент весьма странно и, на мой вкус, не сильно приятно, но местные его уважают – традиции, туда их за ногу… Помимо игры на сём инструменте, имеет полное обучение гейши (это было сказано таким чувственным голосом, да ещё и в такой позе, что мой организм в её слова поверил сразу и безоговорочно) – беседа, музыка, массаж и всё полагающееся по дальнейшему списку. А направлю-ка я её вместе с Таюей учить Кин, может быть, заодно она и характер «штатной матершинницы» вправит, хотя управлению волосами мне и самому будет незазорно подучиться, заодно и сравним её технику с практикой Джирайи.

Самой же интересной моей подопечной оказалась Кагеро, сильнейшей в клане она не была, но, полагаю, только в силу возраста и отсутствия опыта. А так… Пожалуй, её без преувеличения можно было назвать гением клана Фуума, эдакой квинтэссенцией возможностей, вероятно, у девочки даже был кеккей-генкай, уж больно необычная чакра текла в её теле, надо будет уточнить у Орочимару. Но я отвлёкся. Итак, Кагеро могла бы даже в Конохе получить патент джонина, если не полноценного, то токубецу – точно. Она владела общедоступными техниками Земли и Огня на весьма приличном уровне, плюс специфические вещи с насекомыми – не как Абураме (и слава всем богам и демонам!), но устроить земляную ловушку с распечатанным муравьиным львом размером с хорошую собаку – вполне. Насекомых девушка заготавливала предварительно, обрабатывала чакрой, а потом таскала в свитках. Ну и кое-что чисто из её талантов, тут уже нужно было бы смотреть лично, больно фантастическое описание получается, но если коротко, то, как-то меняя свою «частоту чакры», девочка могла ненадолго «смещаться» из мира и в этом смещении чуть ли не телепортироваться, причём расстояние ограничивалось только расходом чакры! Со слов куноичи получался гибрид Хирайшина и того чита с нематериальностью Тоби. Правда, как призналась Кагеро, подобная техника была чрезвычайно опасна, каждое её применение могло стоить ей жизни – слишком большой расход чакры, слишком сильная нагрузка на организм. Так что, как и Саске, эта милая особа будет практиковаться в Поглощении Чакры, наращивая свои объёмы.

Впрочем, вампирить учиться будут все, как и создавать Расенган, подобные упражнения – пока что самое эффективное средство для раскачки резерва и наработки контроля, что я только видел. Ну и с Орочимару неплохо бы на их счёт поговорить, нет, подарок, конечно, царский, особенно Котохиме и Кагеро, но ведь можно и лучше, например, проклятые печати, нужно только довести технологию их постановки до ума и снизить риски. Хм, интересно, если шанс выживания при первичной установке столь низкий, как он рассказывал всем вокруг, то что мешает проводить такую установку под барьером, типа того, под которым морфировал Учиха? Слишком «дорого» по чакре? Какая-то слабая отговорка… Кстааати, а ведь все потенциально мощные бойцы у Змея были проштампованы.

Я понимаю, что саннину плевать на большинство окружающих, но и действительно талантливых людей он просто так гробить не будет, значит, либо у меня неверные сведения по джуинфуину, либо не всё так просто со «штатным» процессом установки. И это нужно будет спросить. Эх, столько нужно узнать, а времени, чую, будет не хватать. Как обычно. Ладно, для первичного знакомства данных достаточно, обо всём остальном поговорим завтра, когда народ немного придёт в себя и свыкнется с новым статусом. Так что, выдав первые Ц.У., я отпустил своих «подчинённых» обустраиваться и готовиться к завтрашнему дню, кстати, «совершенно случайно» получилось, что эти дамы все дружно переезжают в наше крыло, буквально за стенку от моей комнаты, а проделать, в случае необходимости, ещё три двери в означенной стенке – вопрос десяти минут, включая отделочные работы. Я уже начинаю бояться предусмотрительности Орыча, но ладно, подумаю об этом после, а сейчас за вещами к Пучеглазу, надо бы уже и самому разложиться.

Коноха. Резиденция Каге. Несколько дней спустя.

– Итак, Данзо, я жду объяснений. Как так получилось, что бойцы давно распущенного подразделения нападают на жителей Конохи средь бела дня? – Цунаде в очередной раз подавила в себе порыв оторвать этому калеке голову.

– Джинчурики окончательно вышел из-под контроля и планировал присоединиться к нукенину Орочимару. Мои люди были направлены для предотвращения этого, – Шимура также был раздражён. Необходимость отчитываться перед этой девчонкой-алкоголичкой, провал миссии по захвату оружия деревни и огромные потери в личном составе, включая единственного менталиста, настроения не добавляли. – Что же касается «роспуска» Корня – у вас неверная информация. Слухи о роспуске данной организации и документы были распространены с целью дезинформации возможных врагов деревни. Вот соответствующий приказ Третьего, – глава контрразведки всегда имел пару запасных вариантов действия, шаринган позволял подделать любой почерк, а официальная печать, что на некоторое время «пропала» из резиденции во время смуты, не оставляла сомнений. Да и сваливать всю вину на мёртвых – отработанный временем и надёжный трюк.

– Что? – включился в беседу ещё один собеседник. – Учитель никогда бы так не поступил, – Джирайя, считавший Третьего кем-то вроде отца, был склонен идеализировать его черты. А вот Сенджу, судя по поджатым губам, вполне допускала подобную возможность.

– К тому же это не отменяет того, что ты полез на джинчурики без приказа, без согласования.

– Я согласовывал свои действия со старейшинами.

– Старейшины – гражданские, у них нет права и власти отдавать подобные распоряжения! Хватит с них и того, что они по локоть запускали руки в казну Учих и выгребли две трети их библиотеки. Всё, с меня хватит! – мощный удар обратил очередной письменный стол в щепки. – Я ПРИКАЗЫВАЮ передать всех членов Корня в АНБУ, Джирайя, займись их печатями, делай что хочешь, но сними метки. Далее, Шимура Данзо помещается под домашний арест, охрана – пятёрка АНБУ. Если с ними что-то случится, я объявлю тебя нукенином S-класса с наградой в полмиллиарда Рё. Старейшины лишаются всех льгот и прав, включая права голоса на Совете Деревни. Передай им – малейшее моё сомнение в их благоразумии, и их и их семьи больше никто никогда не найдёт.

– Не слишком ли ты много на себя берёшь, девчонка? – прошипел Шимура.

– Я Тень Огня. И я буду защищать Коноху, в том числе и от внутренних врагов. Таких, как ты! По твоей милости мы лишились джинчурики, последнего Учихи и нескольких десятков джонинов! И это за день! И что-то мне подсказывает, что начни я поднимать старые документы, то узнаю, что и за многими неясными исчезновениями и самоубийствами стоишь ты и тебе подобные! – на последних словах Хатаке Какаши, вроде бы случайно отирающийся у дверей, посмотрел очень интересным взглядом на Данзо. – Будь моя воля, тебя бы уже казнили, но, на твоё счастье, я не могу себе позволить ослаблять Коноху на ещё одного шиноби S-ранга и тех бойцов, что полягут, убивая тебя.

– Ты объявляешь мне войну? Всё, что я делал, было направлено на благо Деревни!

– Только с каждым твоим «благом» мы становились всё слабее. Я всё сказала. Сиди и не высовывайся, Шимура. В крайнем случае, мне всё-таки придётся ослабить поселение ещё больше. Ты же не хочешь этого допустить?

– Мои… бывшие мои люди прибудут в расположение АНБУ через час, – плюнув под ноги Пятой, Шимура покинул резиденцию, сопровождаемый пятёркой телохранителей-тюремщиков.

– Ты веришь его словам? – после минутного молчания обратился Джирайя к старой подруге.

– Ни единому, но сейчас гражданская война – непозволительная для нас роскошь. Впрочем, поведи он себя неправильно, и отсюда бы не вышел – всё-таки я пригласила на «беседу» не только тебя, но и нескольких джонинов, – женщина кивнула группе шиноби, расположившихся у кабинета… да и в самом кабинете кое-кто был. – Думаю, он тоже это прекрасно понимал. Что же касается наших дальнейших взаимоотношений… Посылать убийц бессмысленно, как с моей, так и с его стороны – у нас просто нет шиноби нужной силы и квалификации, чтобы гарантированно прикончить врага. Максимально ограничить ему манёвр, лишить какой-то части людей и следить за каждым жестом – это всё, что я могу. Джирайя, постарайся с печатями корневиков, нужно их разговорить. После… подумаем, что делать с ними дальше, – Цунаде помассировала побаливающие виски. – Слышно что-нибудь о Наруто и остальных? Какаши? Асума? Куренай?

– Нет, он словно в воздухе растворился, – покачал головой Хатаке. – Я думал, что преследую его с десяток часов, а когда нагнал… – шиноби замялся, – он просто развеял клонов, и вся группа рассыпалась дымом.

– Ты что-то недоговариваешь, – прищурилась Сенджу, – и у меня сейчас нет настроения играть в шарады. Выкладывай.

– Ну, – «копипаст» «улыбнулся» глазом, – перед тем, как исчезнуть, он с ухмылкой сообщил мне, что я ошибся маршрутом, и… – «глаз» стал несколько застенчивым.

– И? – поторопил друга Асума, поняв, что продолжения просто так не будет.

– Сказал, что я был неплохим учителем, когда этого хотел, но мне всё-таки нужно найти себе девушку… – со взглядом побитой собаки, которую продолжают мучить, почесал в затылке мужчина.

– Хех, узнаю Наруто, – хмыкнул Джирайя, после чего стал серьёзнее. – Но где нам теперь его искать?

– Хм… – медик принялась грызть ноготь большого пальца. – Данзо утверждал, что он договаривался о чём-то с Орочимару… К тому же Шизуне утверждает, что помимо Саске, Сакуры, его «гостьи» и Анко, с ним были шиноби, ранее замеченные в свите Белого Змея.

– Да нет, быть того не может! Или может? – теперь задумался уже Джирайя. – Паршиво дело, зная Наруто и Орочи, мне уже страшно, до чего эта парочка сможет додуматься вместе, – после слов Джирайи холодок пробежался по спинам Хатаке и Сенджу – те тоже успели неплохо узнать сумасшедшего Узумаки.

– Ясно. Какаши, с учётом обстоятельств, я перевожу тебя обратно в АНБУ.

– Есть, – носитель шарингана склонил голову. Только что ему почти что прямым текстом намекнули, что как учитель он полностью провалился. Пусть Наруто и Саске и получили жилеты чунинов, но ещё месяц не успел истечь с того срока, а они уже дезертировали из деревни и, возможно, присоединились к потенциальному противнику в лице другой деревни или нукенина. Как ни крути, но это провал. Да и те слова, что у парня просто нет доверия ни к кому в деревне… В общем, всё плохо.

– Твоё первое задание – свободный поиск. Используй любые средства и способы, но узнай, куда делись наши беглецы. В помощь возьми Тензо. Исполняй.

– Есть, – ещё раз поклонился сын Белого Клыка и исчез в шуншине.

– Что же касается вас, господа джонины. Думаю, мне не нужно объяснять, что всё услышанное в этих стенах должно оставаться в этих стенах?

– Никак нет, Хокаге-сама, – дружно вытянулись в струнку оставшиеся элитные ниндзя.

– Хорошо, надеюсь, вы оправдаете оказанное вам доверие. Теперь что касается возможных вопросов со стороны… Для всех, – Сенджу упёрла взгляд в Куренай, – подчёркиваю, для всех команды Наруто и Саске отправились на продолжительную миссию. В качестве усиления к ним была приставлена специальный джонин Митараши Анко. На этом всё. Свободны.

– Есть, – шиноби покинули помещение, а Цунаде позволила себе немного расслабиться и развалиться в кресле.

– Как же я устала от всего этого дерьма. И как Хирузен умудрялся тащить на себе Коноху столько лет? – Джирайя вместо ответа подошёл сзади и принялся разминать плечи своей старой подруги. – Ох… Спасибо, Джи… Нет, как этот мелкий засранец вернётся и прикончит Данзо, спихну проклятую шапку на него, и пусть делает с деревней что хочет.

– Думаешь, он вернётся?

– Ты разве не узнал характер сына своего ученика? Он как дедушка Тобирама. Ничего не прощает и не забывает, пусть и умеет это неплохо скрывать. Рано или поздно, но он придёт за головами Шимуры и старейшин. А если они с Саске сейчас действительно у Орочи, то через несколько лет наши маленькие монстрики станут монстрами большими… Вот только…

– Не станут ли они чудовищами и внутри? – продолжил за подругу мысль Жабий Отшельник.

– Верно. Наруто и так, если говорить откровенно, напоминает хищного зверя куда больше, чем человека. Есть его стая, за которых он действительно будет убивать и умирать, не раздумывая, остальные – добыча или враги-конкуренты. Потому я и послала Какаши, возможно, у него получится связаться с ребятами. И неплохо бы намекнуть Хиаши, что принцессу следует обучать максимально эффективно… Да и телохранители для химе лишними не будут.

– Данзо? – ничего не выражающим голосом спросил саннин.

– Возможно, но и просто случаи разные бывают. Если что-то случится с девочкой, боюсь, Наруто сначала всех поубивает, а потом уже будет разбираться. Всё-таки он очень сильно похож на Тобираму.

– М-да, ну и родственнички у тебя, Цу-тян… – рука Джирайи совершенно случайно сползла куда ниже плеч.

– Джирайя…

– Хм, да?

– Спасибо, что не даёшь опустить руки, ну а сейчас, – голос женщины наполнился предвкушением. Эро-сеннин жадно сглотнул слюну, – беги! – жажда крови накрыла резиденцию, а один незадачливый ловелас, понявший, что перегнул палку, резко стартовал прямо через окно, не обращая внимание на то, что оно вообще-то закрыто.

Селение, Скрытое в Звуке.

Я мееедленно помассировал переносицу, вновь пытаясь осознать всё то, что узнал за последние дни о структуре Отогакуре но Сато и её управлении. Точнее… Полном отсутствии такового.

Начать, пожалуй, стоит с того, что Орочимару мог быть прекрасным лидером, гениальным организатором и управленцем, но есть одно маленькое «но». Он мог им быть, если бы захотел и уделил этому какую-то часть своего рабочего графика. Проблема заключалась в том, что в последнее время, если быть совсем точным – с момента нападения на Коноху, желание это делать у него отсутствовало от слова «вообще».

По сути, и раньше Деревня Звука ничем принципиально не отличалась от десятков баз-лабораторий, распиханных им по всей известной Ойкумене. Ну, может, размер побольше и спектр работ шире, всё-таки некую политическую роль Селение играло и заказы на территории Страны Рисовых Полей, пардон, с момента основания Отогакуре но Сато – Страны Звука (да-да, скромность – наше всё), выполняло. Но тем не менее, структура тут была той же самой. Если говорить конкретно, то население деревни делилось на три неравные группы. Первая – те, кто представляет собой что-то выдающееся. Уровень чакры, геном, какие-то таланты, не суть. Вторая – те, кого Белый Змей набрал для массовки и решения разовых задач, можно сказать, отработанный материал, предоставленный сам себе. Ну и третья – те, кого он отловил на войне, шпионаже или попытках вредительства, в эту же категорию попадали разного рода разбойники, нукенины и просто случайные пользователи чакры, которым не повезло напороться на поисковые группы подчинённых Орочимару. Последняя категория была откровенным мясом, выполняющим поручения (если им вообще везло быть удостоенными такой чести) под страхом расправы, а чаще банально выступала подопытным материалом.

Впрочем, группа 2 совершенно не была застрахована от перехода в группу 3, особенно если умудрялись чем-то проштрафиться, и так было во всех убежищах Белого Змея. В принципе, система была не самой глупой – более-менее адекватный разумный будет из кожи лезть, чтобы попасть в более, ммм, «высокую касту», заковыка в том, что человек, скотина такая, очень редко когда сам, добровольно тянется вверх. Как правило, гнать его в «светлое будущее» приходится матом и пинками, вот и тут весь «отработанный материал» превратился в одну большую клоаку, банду, по своему моральному облику стоящую между конченой гопотой и продуктами жизнедеятельности местных свинок с фермы. Тем не менее, пока Орочимару держал вожжи правления в своих руках, всё было даже красиво и благостно – к нему стекались добровольцы, кланы (некоторые) сами предлагали в дар свои секреты в обмен на право встать под руку такого великого шиноби, другие Скрытые Селения и страны признали Звук за равного и допустили до ряда общих мероприятий, вроде экзамена на звание чунина, народ из самых низов тянулся к вершинам, стойко перенося некоторые особенности своего лидера, но… Тут случился поединок с Третьим Хокаге, и то, что для Орочимару вылилось в месяцы адских мучений и потерю значительной части арсенала, для Деревни Звука обернулось полным безвластием.

А безвластие – это, помимо прочего, отсутствие угрозы наказания. Вся та шобла, которой повезло не сложить головы под стенами Конохи, резко оказалась предоставлена самой себе. Без контроля, без ограничений. Пока не лезешь на группу 1 или личную свиту Белого Змея, делай что хочешь. Результат – сборище подонков пустилось во все тяжкие, умудрившись и собственную численность сократить, и просрать, по-другому и не скажешь, все, что можно и нельзя, достижения Селения. Нет, кое-какие очаги здравого смысла сохранились, тот же клан Фуума держался друг друга, невзирая на «положение в рейтинге», и почти не пострадал, даже умудрившись что-то делать в плане работы на деревню и поддержания репутации оной, но таких групп было мало. Тут же вскрылась и полная неготовность «старших кадров» к сотрудничеству между собой, и, что куда хуже, полное их нежелание пытаться что-то предпринять на ниве общего руководства. Свою «рубашку» оберегать – сколько угодно. Тут и бывшая Четвёрка Звука, и Араши – неформальный лидер Фуума, и Кабуто, словом, все справились отлично, а посмотреть, что там внизу и не нужно ли кого выставить по рядам и шеренгам, это мы ни-ни – «не наше дело».

И вот в такой замечательный уголок припёрлись мы с Саске, а я ещё и сдуру ляпнул на тему укрепления деревни, не ожидая, что она в настолько плачевном состоянии. Хотя какое, к чёрту, «сдуру»? Тут одно из двух, или роль вечного беглеца, в лучшем случае, с мелкой группой поддержки, за которым охотятся все кому не лень, или искать/создавать «крышу» в виде собственной Скрытой Деревни. Но первое я мог и без Орочимару! Да, на порядок медленнее и хуже, но мог. Учёный же мне был нужен прежде всего человеческим ресурсом! Знания и силы – это так, довесок. Приятный, очень ценный, крайне полезный, но довесок, в конце концов, я и так неплохо рос и мог расти дальше. Однако для обеспечения стабильной безопасности девочек и клана вообще нужны некоторые ресурсы, которые, живя бродягой, не очень-то достанешь… Блин. Ведь на приведение в более-менее божеский вид этой клоаки мне придётся убить немеряно времени и нервов, но и бросить её я просто не смогу. Не тогда, когда уже пришёл и обо всём договорился. И почему мне кажется, что Змей всё рассчитал заранее?

Ладно, будем продолжать эксплуатировать клонов, но боги, какая красивая подстава, в которую я залез сам, полностью добровольно и с песнями! Теперь бы решить, что я больше хочу – морду ему набить или руку пожать? Вот же гад ползучий…

Хотя и в этой бочке дёгтя была ложка мёда. Свои преподавательские обязанности Орочимару выполнял добротно. Сперва он, конечно, устроил небольшой спарринг для ознакомления с нашим текущим уровнем, но это сложно было назвать даже боем. Белый Змей был не в форме, а потому и возюканья «наглых учеников» мордой в грязи, положенного по классике жанра, не случилось. На нас посмотрели, оценили уровень исполнения техник, скорости, точности, потом устроили полный медицинский осмотр, ещё один на следующее утро и ещё один на следующий вечер, а потом уже был готов учебный план, с расчётом упражнений, нагрузок, диеты и списка препаратов, которые требуется принимать.

И пошло потихоньку…

– Наруто-сама, – в дверь моего личного кабинета (я прям распух от осознания величия оказанной милости) поскреблась Карин, – время. Вы просили напомнить.

– Да, спасибо, сейчас буду, – закрыв тетрадь с записями и ещё раз помассировав глаза, я поднялся на ноги. Нашу с Саске учёбу взял на себя Орочимару, но тянуть собственных «миньонов» приходилось самому, и никуда от этого было не деться. Если, конечно, хочу получить нужный результат.

Ну и сами по себе общие спарринги были необходимы. С одной стороны, им требовалась притирка друг к другу и наработка умения работать в команде, с другой – разные противники с разным стилем и подходом давали мне хорошую практику. Действительно хорошую, ведь без покрова демонической чакры я оставался далеко не Каге, и люди, доросшие до звания джонинов, вполне могли доставить мне массу проблем, вплоть до летальных. А потому практика, практика и ещё раз практика, другого пути нет…

– Все готовы? – спрашиваю, заходя в зал для тренировок.

– Мы ждали только вас, господин Узумаки, – медовым голосом промурлыкала Котохиме, изящно поправляя локон угольно-чёрных волос, позволяя сверкнуть в них скрытому сенбону.

– Тогда как обычно, – разгоняю по телу чакру Девятихвостого. – Покажите мне слаженную работу…

***

Я увернулся от пары кунаев, брошенных Котохиме, не потому, что боялся повреждений, просто нужно приучать тело реагировать на любую опасность, пусть даже незначительную. К тому же неестественный блеск конкретно этих метательных орудий ненавязчиво намекал на наличие не самого приятного для организма покрытия, ядом именуемого. С учётом того, чьей ученицей была девушка, а также моего опыта общения с Анко, я допускал, что эта дрянь, чем бы она ни являлась, может пронять даже мой организм. Выяснять же, за сколько чакра биджу выжжет всё лишнее из тела, мне не очень хотелось, как и драться полупарализованным, ослабленным или с «полетевшим» контролем чакры.

Маловероятно? Да, мало. Но привыкать беречься всё равно надо. Это сейчас у нас простая тренировка, на которой сложные и дорогие яды мазать не будешь, а в большом мире да на джинчурики чего только не потратят.

Даже Орочимару уж на что гений и великий учёный, но даже он не может похвастаться абсолютным иммунитетом ко всем ядам в мире, хотя для него это родная область. Я же пока и половины должного курса препаратов по увеличению оной устойчивости не прошёл.

Но вернёмся к брюнетке, помимо швыряния в меня различного железа, девушка лихо дралась причёской, ещё и вплетая в неё несколько лезвий и игл, подозреваю, тоже не безобидных. К сожалению, на этом боевой потенциал красавицы заканчивался. Гендзюцу на меня не действовали, а стоило перейти на близкие дистанции, и с куноичи можно было делать если не всё, что заблагорассудится, то где-то близко. Впрочем, справедливости ради, любого чунина и очень многих джонинов она бы скрутила как кутят – удлиняющиеся и укреплённые чакрой волосы, способные двигаться как угодно хозяйке, причём весьма быстро – сами по себе сильный аргумент, который простым тайдзюцу не переломишь. Особенно если приводить его неожиданно. Но подтянуть её всё равно не помешает, да.

Ещё из «приобретений» меня заставила сильно задуматься наша «квинтэссенция клана Фуума» – Кагеро. Нет, с техниками у неё всё было замечательно, относительно низкая выносливость – дело поправимое, но, биджу её залюби (хм…), треть – только вдуматься, треть! – её способностей была или откровенно самоубийственной, типа «Связи Сердец» (когда объединяешь себя особыми чакронитями с противником и самоубиваешься, зеркаля на него свои повреждения), или почти что самоубийственной, вроде той странной чакровой телепортации. Шахид-самоучка, блин. Примерно с таким же отношением к собственной жизни. Нет, я понимаю, воин не должен трястись за свою шкуру, но одно дело – «не бояться смерти» и другое – «пытаться самоубиться по малейшему поводу». Что тут делать, я пока толком не решил. В смысле, с отношением к жизни, потому как это даже не фатализм, это клиника. Вот когда пожалеешь, что избавился от сознания Наруто полностью, сейчас его легендарная «терапия» пришлась бы к месту – безотказно ведь действовала на всех, ну, кроме Саске. Одно ясно, набросанный пару дней назад план развития и боевого слаживания придётся корректировать.

Вот кто полностью радовал, так это Таюя. Не зря Орочи держал её среди личных телохранителей. Вот и сейчас она, под вторым уровнем, попыталась меня банальным образом скрутить, и шансы у неё были – по условиям, я не использовал покров Лиса, а второй уровень печати даёт очень солидную прибавку к физическим показателям. Плюс к тому она была не одна, и секундная заминка более чем могла привести к ситуации «задавили числом».

Но вот очередная атака притягательной демоницы достигает цели, и мой клон, с которым я успел замениться, с лёгким «пуф» истаивает облачком дыма, а я, подкравшись сзади, беру девушку в захват, совершенно случайно при этом слегка познакомившись с её верхними достоинствами и прижав достоинства нижние к своим бёдрам.

– Грр, – вывернулась девушка, а в этот момент мне в лицо уже летела змея Анко, также решившей принять участие в тренировке, попутно скидывая стресс. Уворачиваюсь от змеи, но та мало того что развернулась в полёте, так ещё и умудрилась плюнуть в меня знакомым сенбоном, какая подлость! Обожаю эту женщину. Оскал вылезает на лицо, рывок вбок вместе с Дыханием Дракона, чтобы отсечь атакующую Митараши и дать мне пару секунд вырваться из тисков, в которые меня ненароком зажимали.

Сбоку меня уже встречала Кин, но пусть её навыки и силы возросли, их было всё ещё маловато, так что девушку я просто походя отправил в полёт, оставив на память о встрече верх её кимоно и шлёпнув на дорожку по попке… Прилетела подло «брошенная» мной куноичи прямо в растерявшуюся от зрелища полуголой летучей и ругающейся бомбочки Сасаме… Оу. А визжать-то зачем?

– Узумаки, бесстыжий извращенец! – о, Анко преодолела огонь и увидела у меня в руках одежду «подопечной».

– Эй-эй, попрошу не наговаривать!

– М-да, – первая ученица Змея перешла в ближний бой, – и как тогда назвать твои попытки пощупать подчинённых?

– Здоровый интерес и любовь к прекрасному?

– И ты после этого смеешь утверждать, что не извращенец?

– Разумеется, вот если бы я с этими целями попытался ощупать Саске… – то, как покраснела Сасаме и пытающаяся её поднять Кагеро, я заметил даже краем глаза.

– О, я бы на это посмотрела! – оживилась моя партнёрша, выпуская из рукава зелёную змею, попытавшуюся меня цапнуть во время очередного блока.

– И кто из нас извращенец? – движением из джукена мягко ухожу от атаки и тут же кручу грубое подобие Кайтена. Чакры у меня много, выпускать я её могу всеми тенкецу, контроль вполне приемлем, но пока всё равно до идеала техника не дотягивает. Впрочем, много мне не надо, всего лишь Анко оттолкнуть…

За некоторое время до этого. Митараши Анко.

Девушка нервно стискивала рукоять куная. Последние события перевернули её жизнь и поставили с ног на голову. Так уже было. Меньше десяти лет назад. Человек, которого она считала всем, тот, кто заменил ей родителей, друзей и первую любовь, предал её, выкинул, как надоевшую игрушку. И вот она вновь решила довериться, и… этот парень сдержал своё обещание, не предал и не оставил, но… при этом фактически поставил её вне закона!

Нет, теоретически, она могла уйти, вернуться в деревню и даже получить покровительство новой Хокаге, но… чем она тогда будет отличаться от ублюдка, что предал её? Проклятый Узумаки! И как у него вот так вот получается?!

Анко глубоко вздохнула и сильнее стиснула рукоять оружия. Ладно, как ни накручивай себя, а поговорить всё равно нужно – Орочимару не из тех людей, которых можно просто проигнорировать, да и этот белобрысый засранец очень просил «разобраться уже со своим старым сенсеем».

Прошипев ругательство сквозь зубы, куноичи вошла в кабинет Белого Змея.

В нос ударил запах спирта, медицинских препаратов и трав. Давно забытый запах лаборатории сенсея…

Орочимару сидел в вычурном кресле, подперев голову правой рукой, и явно ожидал визита. Его лицо было замотано бинтами, но глаза… Глаза были прежними. Этот гипнотический взгляд вытянутых зрачков на травяного цвета радужке она не могла бы забыть и за сотню лет!

– Анко-тян… – обронил саннин, непостижимым образом заставляя повисшую было тишину хрустнуть, как сломанная кость. – Вижу, ты всё-таки набралась решимости, чтобы навестить меня.

– Орочимару, – вытолкнула сквозь непослушное горло куноичи, чьи пальцы до боли сжали рукоять куная.

– Сколько ненависти… – Змей будто улыбнулся под бинтами. – Приятно знать, что некоторые вещи не меняются.

– Если ты позвал меня сюда лишь для того, чтобы поиздеваться, то счастливо оставаться! – прошипела Митараши и резко развернулась.

– Стоять, – хлестнул в спину короткий и, вместе с тем, отданный совершенно спокойным голосом приказ, но именно это спокойствие делало его по-настоящему страшным.

Тело Анко на какую-то секунду парализовало – давно забытые рефлексы, застарелая ненависть и страх переплелись внутри в тугой ком, вынудив девушку невольно подчиниться ненавистному голосу. Мгновение спустя в душе уже вспыхнуло пламя протеста и уязвлённой гордости, но было уже поздно – она остановилась. Теперь можно было только трусливо убежать, погромче хлопнув дверью, но она не могла доставить ему такое удовольствие!

– Сам я не видел смысла в этом разговоре, – продолжил учёный, когда убедился, что бывшая ученица способна слушать, – но решил исполнить просьбу моего ученика, который, видимо, испытывает к тебе весьма сильные чувства, раз решил уладить наше маленькое недопонимание.

– Маленькое недопонимание?! – взбесилась девушка, развернувшись на сто восемьдесят градусов. – Ты использовал меня в качестве подопытной крысы, а потом, когда я тебе стала не нужна, просто выкинул вон! Ты знаешь, через что мне пришлось пройти? Все эти бесконечные допросы, обследования, повязывающие кровью задания! Это всё твоя вина!

– Да, это так, – без тени усмешки кивнул Орочимару, глядя точно ей в глаза, – я действительно всё это сказал тебе и заставил пройти через многое, но… Это был лучший вариант.

– Лучший вариант?! Ты издеваешься?!

– Скажи, Анко-тян, – голос саннина наполнился той неподражаемой вкрадчивой интонацией, которая заставляла его собеседников в равной степени трепетать от удовольствия и дрожать от ужаса. Когда-то давно она восхищалась этим умением учителя… Очень давно, – сколько шиноби, владеющих Контрактом, давали подписать его кому-либо не входящему в их семью?

Девушка подавилась на середине вздоха. В голове мелькали фамилии, звания, но… Никто, ни один из известных ей, даже по легендам и слухам, ниндзя никогда не давал свой контракт постороннему. Разве что только Джирайя Четвёртому, но тот… был для отшельника… словно… сын.

– Тогда… почему? – мир вновь начал переворачиваться с ног на голову.

– Потому что в Конохе, при всей её ненависти, глупости и зависти, тебе было бы куда лучше, чем вместе с беглецом, являющимся кровным врагом для пяти Великих Селений. Но даже так… Выбор я оставлял за тобой.

– Что?! Что ты имеешь в виду?!

– Те участки памяти, что закрыты перед тобой… и перед дознавателями моей Печатью. Тогда, на побережье, я предлагал тебе выбор, и ты его сделала. Так же, как и я… А может, ты не хотела быть мне обузой в бегстве? Кто знает… – Белый Змей коротко хохонул.

– Ты лжёшь! Это… это не может быть правдой! – девушка попятилась, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

– Но это правда. Ты ведь и сама знаешь это, – разрушая всякую надежду, спокойно и размеренно продолжил говорить Орочимару. – Память заблокирована, и вряд ли я смогу снять блокировку после того, как один не в меру умный Узумаки поковырялся в печати. Хотя, если убрать старую и проделать всё с нуля… Хм… – взгляд зелёных глаз на миг оторвался от её лица и поднялся к потолку. – В любом случае, пусть память заблокирована, но вот её отголоски, подсознательные ощущения… всё это осталось. И ты веришь мне, потому что сама знаешь: всё это правда.

– Н-но… проклятая печать… выживает один из десяти… – как-то жалобно прошептала девушка.

– Верно. Один из десяти подопытных. Но на тебе – уже рабочая модель, пусть самая примитивная и сырая, но уже опробованная и испытанная. Все мои элитные ниндзя носят подобные. Неужели ты думала, что я стал бы жертвовать девятью перспективными шиноби для усиления десятого в полтора-два раза? Это просто невыгодно. Зато подобная печать не даёт поставить на тебя некоторые другие, которые так любит мой бывший руководитель Данзо, – девушка вздрогнула.

– То есть ты утверждаешь, что предав и бросив на произвол судьбы, спасал меня?

– Девочка, – угрожающе сощурился Орочимару, – мы шиноби, основное наше оружие не дзюцу, кунаи и кулаки, а наш разум. Путь шиноби – это путь обмана. Чем ты слушала мои пояснения, что я давал только что? Мне казалось, что я научил тебя думать и анализировать ситуацию. Я понимаю твою обиду и ненависть. Но я не стану просить прощения. Я делал то, что считал нужным. Возможно, из меня получился отвратительный наставник, но в тех обстоятельствах для своей первой ученицы я сделал всё, что мог.

– А экзамен? – как утопающий за соломинку, ухватилась Митараши за последний аргумент. – Ты активировал печать, и я чуть не умерла!

– Анко-тян, – в голосе Белого Змея сквозили укор и лёгкое разочарование, словно она – мелкая девочка, что опять запуталась в простейшем, по мнению саннина, дзюцу, – был ли я когда-либо замечен в глупости? Пожелай я тебя убить на той поляне, мне достаточно было просто метнуть в твоё парализованное тело один кунай. И всё.

– И… что теперь? – робко спросила окончательно сбитая с толку и деморализованная куноичи.

– Ничего, – ответил Змей. – Одним разговором нельзя перечеркнуть годы копившейся ненависти, нельзя исправить взаимного разочарования. У тебя теперь своя жизнь, у меня – своя и новые ученики. Всё, что я могу для тебя сделать – это выделить клона, чтобы он помог тебе отточить твои навыки. У тебя был потенциал, и очень неплохой, иначе я бы не стал браться за твоё обучение и давать подписать Контракт, но ты сама почти что загубила его, заперевшись в допросной.

Отрывисто кивнув, девушка буквально вылетела из кабинета учителя. Кое-как добравшись до своей комнаты, она, не раздеваясь, плюхнулась на кровать и обняла подушку. Вскоре послышались тихие всхлипывания…

Месяц спустя.

– Ну и зачем ты подвязался на возню с этим? – Саске был недоволен.

Ещё бы, Его Мрачность оторвали от изучения очередного дзюцу и заставили таскаться по весям Страны Рисовых Полей и чистить её от различного криминального элемента. Не то чтобы он был против боевой практики, но вот с ней-то тут как раз были проблемы – для шиноби А-ранга, на которого он уже уверенно тянул, местные бандиты и мелкотравчатые ниндзюки из опустившихся кланов были сплошным разочарованием – возни много, толку – ноль.

– Ну, во-первых, мы теперь джонины Деревни Звука, а это – контракт от даймё…

– … – Учиха одним взглядом сообщил, где он видел этого даймё с его контрактами.

– Во-вторых, – продолжаю как ни в чём не бывало, – кушать нам всё-таки что-то нужно. И кушать хочется много и вкусно, а для этого стоит почистить страну от расплодившихся разбойников. Ну и в-третьих… Нам, как ни крути, нужны подопытные. Девушкам для отработки медицинских техник, нам… тоже сгодятся. Орочимару-то всё равно, он может на «мясо» пустить и «бесперспективных» звуковиков, но я предпочту использовать просто разбойников и опустившихся ниндзя. Зачищать их нужно так и так, но в качестве подопытных от них хоть какой-то толк будет.

– Не могу сказать, что мне это нравится, – хмуро обронил брюнет после паузы.

– Мы знали, к кому идём, к тому же… Глупо думать, что в других деревнях ничего подобного не делается, а Орочимару хотя бы честен.

Учиха промолчал. Да и чего было говорить? Он всё это понимал не хуже меня.

– Кроме того, – продолжил я, – пора посмотреть, чего достигли наши подопечные, в условиях, приближенных к боевым.

Достигли они, кстати, немалых успехов, всё-таки Орочимару – гений. Даже его теневой клон, занимающийся с нашими генино-чунинами на «отвали», даёт за день больше, чем тот же Какаши передал всей седьмой команде вместе взятой за всё время её существования. Правда, потом этих генино-чунинов приходится чуть ли не откачивать Сакуре и Карин, но… нашим медикам тоже нужна практика. Что же касается нас с Саске, то тут Змей превзошёл себя, особенно когда узнал, что всё, что не убивает меня сразу, заживает чуть ли не на глазах… Хм, странно, при этом известии Кабуто почему-то ходил очень грустный, хотя, казалось бы, ему меньше работы – радоваться нужно, ну да ладно, вернёмся к Орочи.

Начал саннин с курса прививок, долженствующих поднять нашу устойчивость к различного рода токсинам, ядам и просто инфекционным заболеваниям, помимо этого шли разного рода укрепляющие составы, минерально-витаминные комплексы и энергетики. Всё для оптимального роста и развития организма. Про пищевой рацион он тоже не забыл, и тут я понял, откуда растут ноги у любви Анко к сладкому. Как известно, среди полезных продуктов вкусных нет, а Орочимару был очень ответственным человеком, хуже того, он был великолепным учёным, а потому среди предложенной диеты были только самые богатые полезными веществами наименования съедобных и… условно съедобных субстанций. В основном «условно», да. Короче, в течение каждого дня мы выпивали и съедали столько первостатейной дряни, что бомж-пакеты из старой квартиры моего предшественника воспринимались уже пищей королей. Не то чтобы у меня раньше не было опыта поедания всякой гадости, но этот опыт был не из той категории, которая вызывает ностальгию и желание повторить.

Нужно отдать Змею должное – каждый из использованных им препаратов давал эффект, и эффект заметный. Без кучи укрепляющих, восстанавливающих и стимулирующих внимание настоек из всей нашей компании заданный темп тренировок выдержал бы только я, и только за счёт дармовой силы Кьюби. Нагрузку Орочимару давал выверенно и постепенно, однако такую, чтобы она всегда самую малость, но выбивалась за грань возможности для организма. Речь не только о спаррингах, их с участием учёного было немного, но упражнения, отработки дзюцу, изучения необходимых, с его точки зрения, теоретических дисциплин – всё это с первого взгляда незаметно, но неуклонно пожирало силы так, что к концу дня ты был готов заснуть в любой позе и на любой поверхности. И всё же, результаты стоили того – всего за месяц такого режима Саске перестал падать с истощением после шестого Чидори, а я смог оперировать чакрой на четыре хвоста без разрушения кожного покрова.

Кстати обо мне. Я хотел получить второй уровень Проклятой Печати, но не хотел откидывать задние конечности в процессе. Исследование же печати показали, что для нормального второго уровня, дополнительной системы чакроканалов и правильного усвоения организмом мутагена переделывать придётся всё чуть меньше, чем полностью. Дело в том, что когда саннин создавал свой шедевр, он не рассчитывал на тушку, с рождения маринующуюся в самом ядрёном энергетическом яде мира. Другими словами, моя чакра пусть и не выжигала саму печать, как энергия Кьюби в чистом виде, но вот на тонкую систему «посторонних» чакроканалов её уже вполне хватало. И решить эту проблему было сложновато, хотя, как мне показалось, такие сложности только радовали Орочимару и придавали ему дополнительный энтузиазм. Ну а пока он прикидывал варианты, я старательно штудировал «исходники» джуинфуина и смотрел варианты его улучшения или изменения, а вариантов тех было…

Мои размышления прервал увиденный краем глаза сигнал от Кин – ожидаемый нами отряд бандитов, более чем на половину состоящий из «опустившихся» шиноби. Таюя подносит флейту к губам, и… собственно, на этом всё и закончилось. Погружённые в гендзюцу противники даже не заметили, как Сасаме, Котохиме и Кин просто выводили их по одному из строя и запечатывали в специальные свитки. Проделано всё было чётко, быстро, практически бесшумно. Спустя полминуты дорога выглядела девственно пустой, словно на ней никогда и не было отряда в два десятка не самых мелких мужиков.

– Хн… – поделился мнением наблюдающий за операцией Учиха.

– Да, я тоже согласен, что сработали отлично, но нужно будет посмотреть, как они будут действовать в прямом столкновении.

Брюнет перевёл взгляд с девушек на меня и скептически вскинул бровь.

– Да знаю, что не их профиль, но тем не менее, – пожимаю в ответ плечами.

– Ками, да как вы так можете общаться?! – в который раз прошипела Сакура.

– Хм? – Саске решил слегка пошутить, что явно отразилось в его эмоциях.

– Нет, для других это не просто и не понятно, – с готовностью поддержал игру я.

– Не обращай внимания, Сакура, уже давно ясно, что Саске-сама и Наруто-сама общаются где-то на своей волне, – скромненько «утешила» девушку Кин, тоже не упустив момент.

Мы с Учихой переглянулись и поняли друг друга без слов:

– Пф…

– Вот об этом я и говорила… – улыбнулась куноичи под тихие хихиканья со стороны.

– Ладно, малышня, – перед нами из шуншина вышла Анко, – отдохнули? Давайте к следующей точке, а свитки оставьте тёте Анко! – как всегда, злоехидна и энергична.

Хех, после «выяснения отношений» с учителем и правильных ответов последнего девушка стала куда счастливее и словно скинула с плеч невидимую тяжесть, да чего там, даже на тренировках (и не только, но это уже, кхм, личное) у неё словно появился дополнительный источник энергии.

– Да-да, большая страшная начальника, как скажешь… – я меланхолично передал свитки с пленными девушке, столь же привычно увернулся от её змеи в рукаве и шлёпнул девушку пониже спины, за что чуть было не получил локтем в ухо. После стандартного «обмена любезностями» ученица главного змеюкина вновь покинула нашу команду.

– И как она только узнала, что мы всё?

– Мало ли на свете дзюцу для наблюдения? Уж у своей базы Орочимару должен был иметь что-то эдакое. Ладно, в сторону разговоры, за сегодня нужно перехватить ещё два отряда, на этот раз попробуем действовать по схеме силового захвата, – девушки дружно вздохнули.

Даже при некоторой боевитости отдельно взятых представительниц прекрасного пола нашего коллектива, схемы «тихого» действия нравились им куда больше. Подозреваю, что в этом частично виноваты спарринги против нас с Саске, всё-таки что он, что я – очень неудобные противники, вот и пристрастились дамы к «стелсу».

Следующие несколько часов мы дисциплинированно «чистили» окрестности главного торгового тракта Страны Звука, проверяя в действии выработанные схемы и внося корректировки в наработанные тактики после их столкновения с реальностью. Не сказать, что всё прошло без эксцессов или идеально, было ещё над чем поработать, но в целом – неплохо, а последствия огрехов были вполне устранимы Сакурой или Карин. Но если чистка мелочи ещё подходила для наших команд, то для нас с Саске требовалось что-то более… серьёзное. Требовался сильный противник.

И Орочимару нам его нашёл.

После окончания очередной тренировки у Змея.

– Деревня Котобами? – сухо переспросил Саске, не скрывая своего неудовольствия от прозвучавшей новости.

А новость была той ещё – нас посылали почти на край мира, да ещё в область столкновения кучи геополитических интересов. Деревня стояла на богатых залежах золота и железной руды, пригодной для изготовления чакропроводящей стали, но ситуация там была почти как со Страной Рисовых Полей – хорошее железо нужно всем, но и в единоличное пользование такую вкусную точку заполучить ни у кого не получится без серьёзной резни. А если и получится – замучаешься охранять. Один хороший диверсант с пачкой взрывных печатей – и всё, рой шахты заново.

– Да, – ухмыльнулся в ответ Орочимару. Судя по отголоскам эмоций, проникающим сквозь самоконтроль, его забавляли попытки Учихи ерепениться и показывать характер. – Примерно полгода назад её захватила банда мелких преступников.

– И зачем они нам? Страна Рек далеко, – Саске тоже помнил уроки географии Академии, – нужды в их железе у нас нет, – да и на экономике не спал, – к тому же это – спорная территория влияния Конохи и Тумана, – и на геополитике.

– Дело в том, что этой бандой управляет один из Мечников Тумана, – не погнушался объяснением змеиный саннин. – Это будет неплохой тренировкой для вас. К тому же было бы неплохо исследовать тело бойца элитного отряда. Также я хочу, чтобы вы испытали ваши Призывы в боевой обстановке.

– Призывы? – я приподнял бровь. В ответ Белый Змей молча развернул свиток контракта со своими «друзьями».

– Почему сейчас? – Учиха уже прокусил палец и принялся выводить кровью своё имя в нужном месте.

– Я полностью изучил ваши тела и возможности и могу быть уверен, что проблем не возникнет, – учёный-маньяк (чуть-чуть маньяк) склонил голову набок. – И для установления начальных дипломатических отношений со старшими змеями вам двоим как раз хватит членов банды.

– Разве ты не хотел их исследовать? – Саске зеркально повторил наклон головы нукенина, попутно наблюдая, как свою роспись на контракте ставлю уже я.

– В полной мере мне интересен только главарь, его биография имеет несколько странных поворотов, заставляя подозревать его в пробуждении некоего кеккей-генкая, предположительно – сенсорного типа. Этот случай интересен тем, что геном пробудился уже в зрелом возрасте, позволив объективно довольно среднему бойцу в короткий срок стать частью военной элиты своего Селения. Что до его прихлебателей, то они слишком никчёмны, чтобы специально за ними гоняться. Хотя если вы встретите ещё кого-то необычного, то я буду… рад.

– Понятно, – стоило крови немного подсохнуть, как саннин свернул и проглотил свиток. Нет, всё понимаю, пространственная печать в горле и техника мягкой модификации, но смотрелось это… Н-да, смотрелось… – Как я понял, вы, Орочимару-сенсей, желаете, чтобы в путь отправились только мы с Саске?

– Верно, – Белый Змей уже отвернулся к одной из полок и начал там что-то искать. – Остальные пусть продолжают заниматься кланами и решать тактические задачи, не всё же вам с ними нянчиться?

– Я оставлю несколько клонов… на всякий случай, – Змей, не поворачивая головы, понимающе кивнул. Случаи – они действительно разными бывают, хотя, судя по отголоскам эмоций (а может, мне это и кажется), он решил, что я просто не хочу надолго оставлять свой «гарем» одних.

– Когда выдвигаться? – перешёл к делу Саске.

– Как только вы нанесёте на руки фуин для призыва, чтобы использовать те замечательные техники, что вам показывала Анко-тян, – Орочимару развернулся, уже держа в руках необходимые инструменты и пузырёк с краской. – Ну и отдадите распоряжения своим… командам, – его губы дрогнули в улыбке, при этом выражение лица у него было… Сдаётся мне, Джирайя был далеко не самым пошлым членом их коллектива, просто кое-кто гораздо лучше умел маскироваться…

Некоторое время спустя. Обычный придорожный трактир.

– Ещё раз напомни, зачем мы прёмся в эту глухомань? – раздражённо спросил Саске, потягивая принесённый нам чай.

Говорил он, правда, негромко, так что подслушать нас было невозможно. Да и по виду мы сейчас были отнюдь не шиноби Звука – протекторы и жилеты остались в деревне, а на нас красовалась максимально нейтральная одежда, неспособная рассказать всем встречным, где нас надо искать.

– По сведениям людей нашего уважаемого сенсея, в этой глухомани окопался один из Мечников Тумана с отрядом подчинённых. Вполне подходящее пособие для тренировки. К тому же деревенька, которую он «взял под свою защиту» – это шахтёрский посёлок, – дисциплинированно повторил вводные я.

– И?

– Копи, друг мой, деревенька стоит на богатейших залежах полезных ископаемых. Хорошая железная руда для чакропроводящей стали, золотишко и, может быть, что из драгоценных камней.

– Это объясняет, зачем ты взял дополнительные запечатывающие свитки, – Учиха сделал очередной глоток. – Мечник Тумана… Он может что-то знать о своих коллегах? – Змей поведал нам с Саске, что сейчас его брат работает в команде с Хошигаке Кисаме – ещё одним Мечником Тумана. У Учихи же был пунктик по поводу сведений о брате, пусть уже не на уровне «бежать бить морду, и пофиг на всё, включая шансы на победу», но на «я должен собрать как можно больше информации о нём и найти слабое место» – вполне.

– Не думаю. Мечники разбежались по свету из Тумана ещё во времена гражданской войны. Сомнительно, что они поддерживают отношения друг с другом, иначе бы держались вместе. Впрочем, тут я могу и заблуждаться.

– Согласен… – какой-то он мрачный сегодня, хотя, по идее, это мне нужно переживать за оставшихся в логове маньяка-вивисектора девушек и подопечных. – Но вернёмся к деревне. Если она стоит на таких полезных ресурсах, почему её никто не контролировал или, тем более, почему нукенину позволили её захватить?

– Знаешь, – я вздохнул и зажевал кусочек очень неплохой поджарки, что нам подали в качестве обеда, – если ты хочешь просто поболтать, чтобы скинуть стресс, то мог бы выбрать тему и посвежее, а не заставлять меня пересказывать тебе то, что ты сам прекрасно понимаешь. Например, можно обсудить достоинства вон той симпатичной официантки, уже несколько минут строящей тебе глазки, – я едва заметно кивнул в сторону стойки.

– У меня нет в животе девятихвостого… кролика, – улыбнулся кончиками губ брюнет. – Или там всё-таки Хомяк? К тому же… Для этого у меня есть ты.

– Эй-эй, попрошу не наговаривать! Хомяк у меня свой собственный! Про твоё второе предложение я вообще промолчу! Я по девушкам!

– Пф! – не повёлся на провокацию Пучеглаз. – Ну так что?

– Вот же клещ. Ладно, если хочешь моё мнение, то эта деревушка граничит слишком со многими заинтересованными соседями. Если кто-то и позарится, то все остальные тут же против него объединятся.

– И как такую замечательную деревню подмял под себя этот мечник? Девушка, ещё чая, пожалуйста! – на миг отвлёкся парень.

– Сейчас, господин! – крикнула Учихе та самая симпатичная официанточка лет семнадцати и опять игриво состроила глазки.

– Да примерно так же, как Орочи подмял Поля, только путь был ни разу не дипломатический. Пришёл с бандой, перебил деревенскую охрану, загнал народ горбатиться на рудник. Пока ресурсы поступают на рынки, большим игрокам плевать, кто эти ресурсы поставляет, если он нейтрален. Сколько при этом выжимают из работяг – тоже никого не волнует. Так что этот, – я припомнил имя, – Райга просто заделался местным царьком и, с точки зрения власть придержащих, ничем предосудительным не занимается. Хм, чем-то это мне напоминает Гато и его шайку.

– Угу… Ещё что-нибудь?

– Нет, это всё, и хватит хандрить! А то, как вернёмся, я расскажу Сакуре о том, как трогательно ты о ней беспокоился и переживал расставание, аж кушать не мог!

– Хн…

– Вот-вот! Расслабься, смотри на это как на отпуск, в конце концов, этот Райга будет где-то в районе Забузы, плюс-минус. Неужели не интересно?

– Вот ваш чай, господин, – появилась рядом официантка, ставя на стол небольшой глиняный чайничек и забирая его опустевшего собрата. Щёчки у неё при этом были подозрительно розовыми.

– Спасибо, красавица, – отпустил девушку я, поскольку Саске изволил лишь мрачно молчать.

– Да… – выдохнул он, наконец, спустя минуту. – Ты прав… И я не переживаю за Сакуру, – дополнил он ворчливо, – просто впервые за месяц смог отпустить напряжение, а это… Выбивает из колеи.

– Понимаю…

На этом краткий брифинг подошёл к концу, и мы, допив чай и расплатившись за еду, отправились дальше. Кулаки чесались в предвкушении хорошей битвы.

***

Путь до поселения Котобами, являющегося нашей целью, занял почти пять дней. Деревенька была равноудалена от границ Огня, Молнии и Воды и если бы не ценные ресурсы, поставляемые на рынок, могла бы стать театром военных действий не хуже Дождя. Само поселение выглядело в высшей мере непрезентабельно. Грязные серые дома, такие же грязные и серые люди, вкалывающие на шахтах по четырнадцать часов под приглядом надсмотрщиков в плотных чёрных балахонах – видимо, тех самых людей Райги.

Стараясь привлекать как можно меньше внимания, мы с Саске разделились и отправились на осмотр близлежащей территории, условившись встретиться в лесу неподалёку через четыре часа. Я создал несколько клонов, нацепил на них хенге «балахонщиков» и отправил в саму деревню – шатающиеся без дела работяги могут привлечь внимание, а вот мало ли что потребовалось надзирателю?

Спустя назначенное время мы вновь встретились с Учихой в указанном месте для обмена сведениями.

– Что узнал? – первым начал Саске.

– Информация от осведомителей Змея верна. Этот Райга появился в деревне несколько месяцев назад, убил прошлых «владельцев» и занял их место. По мне, так для деревенских не сильно что поменялось, разве что гайки этот тип затягивает чуть туже, да ещё с головой у него проблемы – любит хоронить заживо провинившихся работяг.

– Запугивание бывает эффективным методом, – возразил брюнет. Сама идея таких похорон ему явно пришлась не по душе, но верить в скорбность разума оппонента так просто он не собирался.

– Да, но он каждый раз разражается двухчасовой речью о том, каким хорошим был «покойник», и «искренне» его оплакивает. Возможно, это лишь маска под образ безумца, но тут ему играть не перед кем. Что касается самих деревенских – забиты до скотского состояния, и смена «пастуха» ничего не изменила. Часть местных, правда, сама не прочь присоединиться к «господам», да только кому они нужны?.. А что у тебя?

– Я насчитал семнадцать бандитов, но уровень их подготовки – слабый генин. Запасы чакры… Тут сложнее, я всё же не сенсор, но судя по тому, что видит шаринган, у того же Кибы в момент окончания Академии было больше.

– А их лидер? – задал я животрепещущий вопрос.

– Я не нашёл его, – а вот это уже было интересно. И неприятно.

– То есть как «не нашёл»?

– Сам не понимаю. Я натыкался на следы его присутствия, залез в его дом, но… его самого словно не существует. Более того, у меня сложилось отчётливое ощущение, что за мной кто-то наблюдал.

– И сейчас наблюдает? – в ответ Саске посмотрел на меня как на идиота. Ну да, стал бы он вести хвост на место встречи. – Кхм, да, сглупил.

– Видимо, Райга действительно сенсор, притом не уступающий Хьюгам, – подвёл итог брюнет. – В таком случае, он уже знает о нашем визите.

– Хмм, – я прикинул варианты, припоминая опыт общения с коноховскими поисковиками, – это может стать проблемой. Что предлагаешь?

– Отойдём за границы поселения, я как раз приметил неподалёку таверну, и подождём несколько дней. Если повезёт, он посчитает нас просто случайными шиноби, что, проходя мимо, решили заглянуть на предмет что где плохо лежит.

– А если не повезёт? – поддел я Пучеглаза.

– Тогда он или будет нас ждать, но тут мы ничего не выиграем и не проиграем – он уже нас ждёт, или заявится с «ответным визитом», и в таком случае, противостоять шиноби Тумана я предпочту в более привычном мне лесу, нежели в скалах.

– Разумно. Тогда выдвигаемся к этому твоему трактиру? – Саске согласно кивнул.

Пару часов спустя.

– Хм… Издали он выглядел получше, – Учиха недоверчиво разглядывал пошарпанного вида забегаловку.

– «Живительное Карри», значит… – озвучил я вывеску. – Зайдём? – брюнет кивнул, и мы проследовали внутрь. Внутри было довольно светло и просторно, заведение однозначно видало лучшие дни, но тем не менее, даже сейчас всё выглядело пусть и потрёпано, но добротно и чистенько. Клиентов только что-то не наблюдалось.

– Добро пожаловать в «Живительное Карри!» Чего желаете? – из «открытой» кухни вышла пожилая женщина невысокого роста. Ничего примечательного – полноватая, с морщинистыми руками и лёгким следом усталости, скрываемым радушной улыбкой.

– Два фирменных блюда, бабуля, – я улыбнулся коронной Нарутовской Улыбкой, невзначай спровоцировав нервно-подозритеьный прищур у напарника. Ну а старушка кивнула и последовала обратно на кухню.

– Знаешь, когда ты так делаешь, я начинаю подспудно беспокоиться.

– Хм?

– Академия… – мы уселись за столик, – она так просто не отпускает. И вот эта твоя улыбочка… Нет, теперь я понимаю, что ты просто изображал идиота, но всё равно… – Саске неопределённо повёл плечами.

– Бывает, – не упустил я возможность вновь улыбнуться.

– Ладно, пока ты не начинаешь говорить про Искусство, всё не так уж плохо, – пожал плечами брюнет. На этом разговор сам собой увял, а мы стали дожидаться «фирменного блюда».

Спустя десяток минут старушка вышла, неся две тарелки с рисом и подозрительно побулькивающей чёрной жижей. Чёрт, да большинство ядов и мутагенов Орыча выглядели более аппетитно.

– Вот, молодые люди, две порции Живительного Карри! – поставила нам означенные порции старушка и вернулась в кухню, впрочем, через минуту она появилась вновь с двумя хорошими стаканами воды.

– Хм-м-м… – Саске очень недоверчиво осматривал предоставленное угощение, и я его понимал – сам такой. – Ладно, в конце концов, курс прививания иммунитета мы уже прошли… – с видом человека, которому больше нечего терять, заключил Учиха и зачерпнул ложкой подозрительное варево. Поднёс его ко рту и… убрал ложку обратно. – Кхм… Или не так уж я и голоден?

Чёрт побери, я его понимал! Уже прошло больше минуты, а оно всё ещё булькает! И этот мазутно-чёрный цвет… Но, блин, сожрать Девятихвостого, кидаться Бомбами Биджу, учиться у Орочимару – и испугаться какого-то риса с подливкой?

– Ладно, что нас не убивает, то делает сильнее! – и я решил попробовать готичненькое блюдо, да и аромат от него шёл очень даже неплохой. – Особенно сильными нас делают пончики и рамен, поэтому…

Ложка отправилась в рот… Пять секунд на доставку и обработку сигналов от вкусовых рецепторов… Кхм!.. Нет, я люблю острое, в моих чакроканалах течёт самый жуткий яд, а регенерация Лиса способна отращивать конечности, но… Я не заметил, как осушил свой стакан, после чего попытался сделать как можно более независимое лицо и выдать экспертное мнение.

– Да… Бодрит, – простуду должно вышибать намертво… Во всех смыслах.

– Хн… – гордый представитель клана Учиха не ответить не мог, а потому с видом идущего на смерть человека отправил ложку себе в рот. Вновь пять секунд… Лицо Саске краснеет, глаза начинают наливаться кровью, словно шаринган решил сам собой активироваться, и…

– Ва-а-а… – небольшой язычок пламени изо рта… Без ручных печатей, без формулы, просто на одних рефлексах и желании «выдуть» жар из своего горла. Хм, интересный эффект, нужно рассказать Змею… Хотя нет, боюсь, в таком случае для развития контроля этот садист только и будет кормить нас этим карри, ну или сразу перцами чили и только ими.

Некоторое время спустя.

– Спасибо, было очень вкусно! – вежливость и ещё раз вежливость.

– Добавочки? – поинтересовалась добрая бабуля. И так имеющий несколько нездоровый оттенок лица Учиха резко побледнел и прикрыл рот ладонью.

– Нет, благодарим, но в нас больше не влезет…

– Оряса… – невнятно вздохнула хозяйка, протерев платочком глаза, ну а мы, наконец, смогли выбраться на свежий водух.

Первое, что я сделал, оказавшись на улице, это ослабил ворот и провёл ладонью по потному лицу, с наслаждением подставляя его лёгкому летнему ветерку – от пышущего изнутри жара не спасала даже ускоренная циркуляция чакры. Только после этого я заметил, что всё то же самое повторил и Саске.

– Н-да…

– М-да… – сообщили мы миру на два голоса.

– Надо будет как-нибудь повторить… – несмотря на жуткую остроту, в блюде всё-таки было что-то… Отдалённо напоминающее продукт питания… В чём-то даже, не побоюсь этого слова, вкусный.

– Годика через три, – согласился Саске.

Однако не успел он закончить фразу, как я почувствовал очень… специфический набор эмоций, что стремительно приближался к сему заведению. На моей памяти так фонил лишь один человек, но вот вопрос – что он тут забыл? А между тем со стороны дороги уже доносились звуки топота.

Переглянувшись с Учихой, мы не сговариваясь перешли в боевую готовность и отступили в дверной проём, спрятавшись по обе стороны от прохода. И вовремя.

– ТЁТУШКА СААААНШООООО! – стремительная зелёная тень вломилась в трактир, ни на что не обращая внимания, сграбастала повариху и начала подкидывать под потолок.

– Не может быть… – прошептал Саске, непроизвольно активируя свои глазки. – И это не гендзюцу, – взгляд брюнета помрачнел, и это правильно – с чем пожаловали гости, мы не знаем, а из Конохи уходили мы далеко не на дружеской ноте.

– Не спеши. Сначала попробуем поговорить, – помимо Ли, я ощущал уже пять источников эмоций, приближающихся к трактиру, но ни один не испытывал ничего даже отдалённо похожего на готовность к бою.

– Ладно, хотя, насколько я помню, у нас всё всегда заканчивается дракой, – чуть расслабился брюнет.

– Наруто-сан? Саске-сан? – на третий день Зоркий Сокол… – Рад вас видеть! Что привело вас сюда? А Сакура-тян с вами?!

– Да-да, привет, Ли, – судя по эмоциям, парень не врал, впрочем, он к этому вообще не предрасположен – что на уме, то и на языке. – Нет, Сакуры с нами нет, она сейчас занята. Мы же с Саске здесь в рамках миссии…

– О! Так ваша суперсекретная миссия связана с…

– Ли, – к нам подтянулись Тен-Тен и Нейджи, – расспрашивать других шиноби об их задании очень невежливо. Здравствуйте, ребята, – Саске кивнул, ну а я…

– Приветствую тебя, прекрасная куноичи, с момента нашей последней встречи ты стала ещё прекраснее, – девушка мило улыбнулась и чуть отвела взгляд.

Хм, тоже не притворяется, и скрытая агрессия отсутствует. Они что, правда оказались здесь случайно и ничего не знают о нашем уходе из деревни? Если судить по эмоциям и оговоркам, двое из трёх – так точно.

– Рад видеть вас, – отозвался Нейджи из-за спин своих сокомандников, при этом руками сложив «нужно поговорить».

– Аналогично, – ответил на приветствие и запрос мой напарник.

– Тётушка Саншо! Сделайте нам, пожалуйста, вашего фирменного блюда! – поприветствовавший нас Ли насел на старушку-повариху с просьбой об этом… ястве. Нет, я знал, что он не чужд мазохизму. Но чтобы настолько…

– Сейчас всё будет, молодой человек! – старушка удалилась на кухню, вооружилась гигантским половником и начала священнодействовать над котлом, помешивая своё адское варево и ещё и что-то приговаривая себе под нос. Натуральная злая ведьма… Бр-р-р…

– Её Божественный Карри как-то спас мне жизнь! – воодушевлённо воскликнул «зелёный зверёк». – Да-а-а… Карри – это жизнь! – мы с Учихой сохраняли каменные выражения лиц. Ли был на душевном подъёме, остальные испытывали некий скепсис, но явно заинтересовались и хотели попробовать. Мы могли бы их предупредить, но… Ничто так не радует взор человеческий, как то, как другой человек напарывается на то, что ты уже преодолел. Взять, к примеру, студентов-старшекурсников при их наблюдении за паникующими первачками… – Тогда я только-только стал генином, и Гай-сенсей проводил специальные тренировки, – продолжал делиться приятными воспоминаниями Ли, а вот остальная его команда при словосочетании «специальные тренировки Гай-сенсея» сразу погрустнела.

– Да-да, припоминаю… – покивала старушка из-за плиты. – Вот, готово! – повариха начала разносить своё алхимическое оружие. Как хорошо, что мы с Саске успели отказаться от «добавочки». Даже припёршиеся вместе с командой худые мужики в видавшей виды одежде, до этого старательно не отсвечивавшие, как-то мрачно-обречённо воззрились на предоставленное угощение. Сразу видно – местные или как минимум наслышаны.

– Да! Тётушка Саншо приготовила Карри для всех нас! Итадакимас! – и парень решительно взялся за ложку и начал переправлять содержимое тарелки в свой желудок, отвлекаясь лишь на радостные восклицания из серии: «Боже, как вкусно!», «Потрясающе!» и прочее. Ли даже раскраснелся от восторга. Во всяком случае, так казалось со стороны. Мы-то с Учихой знали о том количестве перца, что содержится в данном угощении.

«И вот после этого ты ещё меня называешь монстром?» – глазами указываю на уплетающего за обе щёки Ли.

«Вы оба монстры. Только диета у вас разная. Ты – жрёшь мозги. А он – просто вымораживает», – также глазами ответил мне напарник. Ну, как минимум, мне показалось, что ответил он именно это, хотя за точность формулировок не поручусь.

Тем временем реклама возымела эффект, и остальные ниндзюки взялись за ложки. Вот Нейджи с таким же видом, который был совсем недавно у Саске, отправляет ложку в рот, и… у него непроизвольно активируется бьякуган, а рука начинает судорожно шарить по столу в поисках стакана. На помощь парню приходит Тен-Тен, которая буквально поит его, поднеся означенный стакан к его губам. Я же всерьёз задумываюсь на тему поставок этого мутагена Орочимару. Действительно очень мощное средство – связь с огнём увеличивает, додзюцу активирует, может, ещё и геном какой пробуждает? Ну там – съешь три порции и мутируй в дракона…

– Я знаю, о чём ты подумал, – сообщил мне Учиха. С одной стороны, он явно был доволен, что кто-то разделил его Боль (Пейн одобряет), но вот с другой – он неплохо меня знает, а потому ход мыслей действительно мог просчитать. И это ему не понравилось. – Выкинь эти мысли из головы.

– Ну дай хоть для остальных по порции этого божественного кушанья захватим! – предложил я компромисс.

– Хм… – идея доставить немного «радости» и остальным жителям Деревни Звука явно всерьёз увлекла Мстителя. – Ладно, – да-а-а. Он точно наш человек, хе-хе.

Пока мы с глазастым обсуждали возможность применения биологического оружия на наших подопечных и всех, кто не сможет убежать, Ли завёл разговор про некоего Караси, который, на примере означенного Ли (что во время недолгого постоя не преминул показать хозяевам уровень своей физической формы на тренировках) и мозгоклюйства этой бабушки-божьего-одуванчика-ведьмы, решил «стать мужиком» и присоединился к бандитам. Вернее, к «семье Куросуки», которую и возглавлял Райга. В общем, хана пареньку. С Райгой произойдём мы, а селяне очень не любят тех, кто помогает бандитам. Особенно если эти помощники раньше были своими. Ладно, вот это точно не наши проблемы. Меж тем, Ли «Воспылал» и попросил (точнее, провопил) Нейджи изменить план, включив в него пункт о спасении этого незадачливого Караси. Всё ещё не отошедший от адской стряпни парень был согласен на всё, лишь бы его не трогали и дали нормально вздохнуть. Эх, а я уже было начал отвыкать от колорита некоторых жителей Конохи…

Некоторое время спустя.

– Так о чём ты хотел поговорить? – мы, я имею в виду себя, Саске и Нейджи, собрались в одной из комнат, любезно предоставленных хозяйкой трактира. Клоны бдили и развлекали остальную часть команды Хьюги, ну а нам действительно нужно было обсудить кое-какие моменты.

– Хотел я поговорить о многом, но вы ведь далеко не на всё ответите, не так ли?

– Само собой, – кивнул Саске. – Просто не задавай вопросы, на которые сам не ждёшь ответа. И делись ответами на наши.

– Тебе не кажется, что это неравноценная сделка?

– Ребят, может, вы перестанете строить друг другу глазки, и мы нормально поговорим? Или вам нужно немного побыть наедине?

– Э-э-э? – у Нейджи сами собой недоумённо взлетели вверх брови. – Что ты несёшь?

– Не обращай внимания, – а вот Учихе было пофиг – таким простым наездом его уже давно не проймёшь. – Это Наруто. Никогда не пытайся понять ход мыслей Наруто. Поверь, так будет лучше, – Тьма… Он сказал это с таким шикарным пренебрежением и беспредельным чувством привычки, что даже я поверил бы, не ощущай его настоящих эмоций.

– Ты так говоришь, словно я сумасшедший, – печально вздыхаю, поддерживая игру.

– Хн? – левая бровь Учихи поднялась ровно на два миллиметра, передав в столь незамысловатом жесте такой скепсис…

– Ну, может быть. Но явно не до такой степени, как изобразил тут ты.

– Пф…

– Что значит «ну-ну»? А, хрен с тобой! – наше с Саске кривляние имело несколько целей. Во-первых, слегка разрядить обстановку. Во-вторых – возможно, немного сбить с панталыку Хьюгу, а ещё это было весело, да. – Ладно, что там в деревне слышно?

– Хмм, – наш собеседник ненадолго задумался, очевидно, предпочтя не комментировать увиденное, хотя отчасти цели своей мы достигли – он немного расслабился. – Подробностей я не знаю, но руководство сделало вид, что ничего не случилось. Простым жителям и генинам рассказали, что взрыв устроила группа диверсантов из враждебной деревни, для тех, кто сидит повыше и что-то знает, легенда звучит как нападение диверсантов на джинчурики с целью похищения. О вас вообще стараются не говорить, а если проявить заинтересованность и начать наводить справки, то выяснится, что две ваши команды были отправлены на некую длительную миссию. Даётся понять, что главная цель – спрятать джинчурики от новых попыток похищения, но никаких фактов и подробностей.

– Странный ход… – задумчиво запустил руку в шевелюру брюнет. – Но, пожалуй, наиболее разумный в сложившейся ситуации.

Я с ним согласился. Конечно, было ещё несколько вариантов, но этот не хуже прочих. Цунаде не может не понимать, что мы постараемся не высовываться, куда бы ни отправились, так что опровержения с этой стороны ждать не стоит, в то же время такой ход правдоподобно всё объясняет, позволяет сохранить лицо и главное – совершенно не мешает тайно вести наши поиски.

– Моя очередь, – сообщил Нейджи. – Судя по вашему виду, вы далеко не загоняемые беглецы… Вы решили присоединиться к другому Великому Селению?

– Нет, – честно ответил я. – Великие, – выделил я интонацией, – Селения имеют тенденцию поступать очень неправильно с доставшимися им ресурсами. Но большего, извини, мы тебе не скажем.

– Понимаю, – кивнул Хъюга. – Ваш вопрос?

– Что с Шимурой Данзо?

– Не знаю. Об этом человеке мало информации, даже Гай-сенсей смог рассказать только общие факты о том, что когда-то он был в команде Третьего, а потом возглавлял один из отделов АНБУ, пока тот не распустили, но что с ним сейчас, мне выяснить не удалось, а напрямую спрашивать тех, кто знает, слишком опасно.

– Понимаю… – значит, показательной казни не было, как и «несчастного случая»… Печально. Видимо, старичок сумел доказать Цу-тян, что действовал в интересах деревни, а это очень многое говорит о перспективах дальнейшего общения. – Твой вопрос?

– У меня их три.

– Хорошо, – я кивнул, – но тогда расскажешь мне о Хинате и наших ребятах из выпуска.

– Расскажу, – серьёзно кивнул парень. – И насчёт Хинаты… К ней и к Ханаби была приставлена дополнительная охрана. Ханаби не покидает клановый квартал, а Хинату сопровождает тройка телохранителей. Даже на миссии С-ранга.

– Откуда знаешь?

– Я сам был в сопровождении на одной из миссий неподалёку от деревни.

– Ясно, – мы с Саске обменялись взглядами, после чего я кивнул Нейджи, что готов слушать.

– Все три мои вопроса взаимосвязаны, – начал пользователь бьякугана. – Первый: каково ваше влияние на новом месте?

– Пожалуй, «правая и левая руки» правителя, – я улыбнулся кончиками губ. В свете травмы Орочимару аналогия была как нельзя более уместной. Ну и небольшое преувеличение здесь и сейчас допустимо.

– Второй, – внутри парень ощутимо занервничал, явно до конца не будучи уверенным в правильности своих действий. – Если случится так, что мне и… возможно, части клана потребуется новое место, сможете ли вы нас принять? – м-да, ну и вопросец. Данный вопрос едва ли не кардинально менял все предыдущие. У Хьюг назревает раскол? Побочная ветвь решила под шумок свалить от «райской» доли рабов?

Впрочем, если подумать и взвесить все факты… Жить в деревне, куда может прийти с претензиями «подкачавшийся» джинчурики, что и так без раздумий шарахает Бомбой Биджу в густонаселённом районе, а с ним ещё и парнишка, что с семи лет мечтает о голове родного брата над камином и уже сейчас успешно отвешивал люлей другому джинчурики… Я бы тоже подумывал о переезде. Но и сам вопрос Хьюги содержал куда больше смыслов, чем казалось на первый взгляд. Есть ли место, хватит ли у нас на это власти, не будет ли проблем из-за переселенцев и ещё целый воз задач.

– Да, – после недолгой паузы уверенно ответил я, – но вам придётся подчиняться и раскрыть часть техник в качестве взноса.

– Ясно. И последний вопрос, – Нейджи снял протектор, демонстрируя свою печать. – Сможешь снять? – значит, всё же раскол…

– Нужна диагностика, но… Если сам не смогу, то знаю того, кто точно сможет. Я не буду спрашивать, зачем тебе это нужно, тут и так всё понятно. У меня другой вопрос. Кто это придумал? И давай начистоту. Ты хочешь помощи, и помощи очень специфической. Рассказывай, – я кивнул Саске. Парень понял всё верно, и к моим барьерам от подслушивания присоединился комплекс гендзюцу на местности. Паранойя, конечно, но лучше перебдеть, чем недобдеть.

– Я, как ты и просил, рассказал всё Хинате, хотя её отец был против доведения до неё подобной информации. Она… хочет присоединиться к тебе, но при этом её держит ответственность за клан. В то же время позиция Хиаши стала очень неоднозначной. С одной стороны, продемонстрированная Хинатой-химе сила придала ему веса как главе клана, но вот с другой – ни для кого не являлось секретом его отношение к старшей дочери и признание её едва ли не слабейшей. И то, что за полгода общения с «бесклановым сиротой», – Нейджи кивнул мне, – и месяц с сыном младшего брата из «неудачницы» она по силе стала на уровне опытного чунина, а по технике – так и токубецу-джонина, ставит под сомнение его лидерские, преподавательские и политические качества. Кое-кто из младшей ветви начинает тихонько шептаться, что мой отец был бы куда лучшим лидером, а Хиаши, прекрасно это зная, подстроил похищение собственной дочери, что позволило ему, в конечном итоге, чужими руками убить близнеца, – ну ни хрена себе страсти кипят у этих ребят с вечно невозмутимыми лицами. Учиха вон тоже глаза выпучил и переваривает новую информацию.

– И при чём тут Хината? – я всё ещё не понимал.

– До недавнего времени существовала отличающаяся от нуля вероятность, что она получит печать побочной ветви на лоб, – как гром среди ясного неба прозвучал голос Нейджи, а я сам не заметил, что непроизвольно скрипнул зубами. Нет, как бы плохо ни было Хине, но эту мразь, по какому-то недоразумению называющую себя её отцом, надо валить. Что бы там о «любви, переживании и слезах гордости» ни говорила Ханаби. Которая, очевидно, теперь вместо Хинаты рискует получить означенное «украшение». Хьюга, меж тем, продолжал: – В клане это не было ни для кого секретом, вопрос был только в сроках. Потому отношение побочной ветви к ней было довольно благосклонным. К тому же она очень мягкий человек и никогда не позволяла себе активацию болевой составляющей клейма. Но сейчас о «сбрасывании» её в побочную ветвь не может идти и речи. Её статус наследницы прочен как никогда.

– И, если выпадет возможность, она с радостью поможет вам избавиться от этой пакости…

– Не только. Ни для кого не являются тайной ваши чувства. И… В случае свадьбы, большинство шиноби клана как должное воспримет необходимость подчиняться мужу главы. Особенно если он будет из не менее древнего и сильного клана.

В помещении повисла минутная тишина. Саске терпеливо ждал моей реакции, Нейджи нервничал, и его волнение отразилось даже на положении тела – видимые мышцы будто задеревенели, хоть он и старался это скрыть, а я судорожно думал…

– Довольно… интересное предложение… – мягко говоря. Де-факто, мне объявили, что белоглазые согласны на вассалитет от Узумаки, если я избавлю их от рабского клейма и возьму в жёны Хинату. То бишь мои дети будут нести в себе кровь Хьюга. В дальнейшем это может вообще объединить кланы или, как минимум, добавить новую генетическую линию. – Но я так и не услышал, кто это всё придумал?

– Никто, – скривил губы в ухмылке Нейджи. – Я не мог знать, что мы встретимся, а тем паче – сможем поговорить без свидетелей. Но я хорошо знаю обстановку и настроения в клане, а благодаря твоей… помощи плотно общаюсь с Наследницей. Пожалуй, кроме меня, Ханаби и своей команды она вообще толком ни с кем не общается.

– Как-то это… – я неопределённо повёл в воздухе рукой. – Ты уверен, что твои знания объективны? Прости, но я сомневаюсь, что ты открыто обсуждал с кем-то перспективы бегства из деревни.

– Никто в здравом уме не будет обсуждать такое открыто, – согласился Хьюга. – Но поверь, я обладаю достаточным опытом жизни в побочной ветви, чтобы понимать, что происходит. И если ты думаешь, что мои слова – пустой звук, то напомню, что я первый представитель побочной ветви, который сумел воспроизвести секретные техники семьи главы клана, и будь уверен, авторитета в побочной ветви у меня хватает.

– А сама Хината в курсе таких настроений? – я приподнял бровь, с удивлением чувствуя, что парень ни капли не врёт.

– Нет. Я лишь узнавал её отношение к делам в клане косвенными методами.

– Вот как… – я вновь задумался, крепко задумался.

Более 90% Хьюг – это побочная ветвь, и подмять их под себя было бы очень неплохо. Но где гарантия того, что, избавившись от печати, они не «кинут»? Хотя… Если эту печать не снимать, а переделать по принципу клейма Орочи… Хотя опять нет. Не будут эти ребята менять одно рабство на другое. Хм… Ладно, ну не смоются же они все, не так ли? Если будут сильно права качать отдельные индивидуумы, то их и укоротить можно. На голову, например. Это уже открывает интересные перспективы, но нужно всё как следует взвесить.

– Что же, не буду скрывать, весьма интересное предложение. Но сам понимаешь, такие вещи с наскока не решаются. Тут требуется о многом подумать и посовещаться, в том числе и с Хинатой. Но, назовём это так… Ваши намерения и намерения клана Узумаки вполне могут стать едиными в этом вопросе, – сказал я уже не как «знакомый Нейджи, чунин Узумаки Наруто», но как «глава клана Узумаки представителю клана Хьюга». Ох уж эти традиционные заморочки, но без них никуда – не поймут-с.

– Благодарю, Узумаки-доно, – поклонился Хьюга, проникнувшись моментом.

– Ладно, довольно формальностей, – отбросил я политесы. – Теперь расскажи, как там Хината, а чтобы не тратить время впустую, ложись на пол, а я пока посмотрю, что представляет из себя твоя печать…

Примерно в это же время, клоны и оставшаяся часть команды Гая.

– И всё-таки, Наруто-кун, что вас привело сюда? – вопреки своим недавним словам, Тен-Тен была совсем не прочь послушать про нашу миссию. Женщины…

– Ну, большого секрета тут нет, – с недавних мор мне уже не требовалось создавать и развеивать клона для информационного обмена. Это всё ещё было проще и быстрее, но в спокойной обстановке можно было действовать напрямую через общую связь всех теневых клонов с внутренним миром оригинала, коя и позволила уже быть в курсе легенды нашей экстренной отлучки по версии властей Конохи, которую столь любезно раскрыл Нейджи, – у нас задание по поимке лидера местных захватчиков, некоего Райги.

– Неужели Пятая решила отправить к нам подкрепление? Здорово! В ней пылает Юность! – вот хороший Ли парень, душевный и бесхитростный, но Великая Тьма, как же он напрягает в моменты прилива энтузиазма…

– Кхм… не думаю, – в её пятьдесят в ней может начать пылать маразм, но никак не юность, хотя кто этих медиков разберёт. Вон, учитель наш вообще сидит в двадцатилетнем теле и в ус не дует. – После того случая с нападением мы с Саске проходим усиленное обучение, и захват этого преступника и его банды – часть нашей тренировки.

– Это что же за наставник такой, что в качестве тренировки даёт задания на одного из Мечников Тумана? Бр-р-р, – девушке явно стало не по себе.

– Настоящий монстр, но его уроки дают плоды, – отвечаем чистую правду.

– Я вижу, как в вас с Саске Пылает Юность! Пусть мой извечный соперник – Нейджи, но я хочу сразиться и с вами!

– Ли… – простонала напарница этого неугомонного. Я не один в своих чувствах!

– Я не против… – парень тут же сделал стойку и уже чуть ли не рукава засучивать начал, пожирая меня реально страшным взглядом, – но не раньше окончания миссии! Сейчас наши силы лучше направить на помощь местным жителям, а не противостояние друг другу, не так ли?

– Да! Воистину, ты не только силён, но и мудр! Для меня будет честью сразиться с тобой, Наруто-сан! – он воодушевился ещё больше. Тен-Тен приложила ладонь к лицу и тихонько застонала. Да, нелегко ей приходится.

– Ну а у вас как дела? Наверное, сейчас полно миссий? – поспешил сменить я тему.

– Ох, не вылезаем из заданий, – ухватилась за возможность уйти как можно дальше от дискуссий о тренировках и дружеских спаррингах оружейница. – Только вернулись с сопровождения каравана до Страны Горячих Источников, как получили разнарядку сюда.

– Кстати, хотел спросить. Как я понял, вы в курсе об этом Райге? – убавил я тон, нечего изливать информацию в лишние уши.

– Да, Гай-сенсей дал его краткую характеристику.

– Отсюда вопрос: не слишком ли это – посылать трёх генинов на Мечника Тумана, элитного воина соответствующей страны?

– По словам Гай-сенсея, Райга – слабейший из Семи Мечников, к тому же специализируется на скрытности и внезапных атаках. Ли – крепкий боец-защитник, которого даже джонину не повергнуть с одного удара, Нейджи – сильный рукопашник и сенсор, к нему не подкрадёшься, а я неплохо контролирую средние дистанции. Справимся! – понизив голос, девушка продолжила. – В крайнем случае, у нас есть приказ отступать.

– Понятно, – всё действительно было понятно. Ребятами заткнули очередную дыру, постаравшись подобрать максимально эффективную команду для данной местности, но, в случае чего, велели уходить. Не самый разумный ход – уйти не всегда возможно. Будь на месте Райги не то что Кисаме, но даже тот же Забуза – и хрен бы кто смог от него убежать, но если ресурсы действительно так жестко ограничены, то хоть какая-то минимальная забота о целостности кадров – уже неплохо.

Дальнейший разговор под травяной отвар не содержал сколь-либо интересной или ценной информации. Так, местные слухи да ничего не значащие новости, но тем не менее, просто так поболтать с бывшими односельчанами оказалось на удивление приятно, а некоторые «особенности» можно было и перетерпеть. Что же, надеюсь, мне не придётся убивать этих двоих, когда мы с Саске вернёмся для «мужского разговора» с Данзо и его присными…

***

Итак…Что я могу сказать про эту их «Птицу в Клетке», как поэтично называли печать побочной ветви? Ну, по сравнению с Джуинфуином Орочимару она была что ржавый нож против дамасского клинка: общие черты прослеживаются, можно даже допустить, что концепцию саннин почерпнул от Хьюг, но сложность шедевра Змея на три порядка выше. Что есть у «Птицы»? Маленький накопитель, тонкий канал к глазам и ещё более тонкий в области лобной доли мозга – если мне не изменяет память, именно там находится один из центров восприятия боли. Замыкал всю эту «красоту» контрольно-управляющий контур с простеньким шифром типа клиент-сервер, ну или хозяин-раб, если применять к нашим реалиям. Питалась эта пакость «фоновыми» потерями чакры самого носителя. Принцип действия был простой, как топор: если носитель умирает, контур размыкается и глазки «выгорают» от резкого импульса чакры, пущенного в обход каналов организма. Если приходит сигнал от «хозяина», контур или размыкается (и тогда происходит описанная выше процедура с разрушением тонкой чакросодержащей структуры глаз, которая и придаёт им все «волшебные» свойства), или передаёт пришедший импульс чакры на стимуляцию болевого центра. Единственный вопрос, который у меня возник, относился к системе получения сигналов, точнее, защите от всяческих хитрованов-чужаков, что могут попытаться влезть. Проще всего сделать защиту с «подвесом» на чакру хозяина, но тогда бы ей смог пользоваться только один человек, даже дети его уже бы не подошли. Пусть чакра Хьюг и похожа меж собой… Как вариант, имело место сочетание «ключей» – общий оттенок чакры и определённая комбинация воздействий, подтверждающая права хозяина, благо с контролем глазастых можно хоть морзянку на импульсах отбивать. Мои предположения частично подтвердил сам Нейджи после ряда наводящих вопросов.

Снимать на коленке его клеймо я не стал – мало ли что я вдруг пропустил. Пусть опыт изучения и даже модификации более сложных нательных рисунков у меня уже был, но лезть в неизведанное на очень ценном союзнике всё же не стоило. Зато «заглушку» сделать было вопросом часа, то есть тоже отнюдь не просто, но реализуемо. Небольшая «модификация» просто глушила сигналы от «хозяина», сколько бы он ни пыжился и какой бы мощи сигналы ни отправлял. Можно сказать, я произвёл смену частоты и сменил шифры. Самое приятное – управляющий контур на всех печатях побочной ветви должен быть один и тот же, а значит, такая «заглушка» подойдёт любому представителю младшей ветви Хьюг. А уж лицо парня, когда я ему всё это рассказал…

– То есть… Ты можешь перенастроить печать, но не снять её? – вопрос Нейджи, опять же, содержал в себе куда больше смыслов, чем казалось на первый взгляд.

– Не совсем так. Я могу снять её… теоретически, но опыта у меня всё же не сильно много, и в процессе могут быть ошибки, если я что-то не заметил. Заблокировать её проще. И нет, отвечая на твой незаданный вопрос, из рабов главной ветви сделать вас своими рабами я не смогу, даже если мы отбросим моральные аспекты такого шага и их последствия для моих отношений с Хинатой.

– Почему? – не стал изображать оскорблённую невинность генин.

– Две степени защиты. Одна «открывается» чакрой Хьюг, вторая – сложный сигнал. Я могу модернизировать часть с сигналом, изменив его на свой, но чакровая часть запитывается от твоего собственного тела и отвечает только на родственную чакру. «Украшение» ваше можно охарактеризовать как «от Хьюга, для Хьюга, против Хьюга».

– Смешно, – скривился Нейджи.

– Какая жизнь, такие и шутки, – философски обронил Саске, во время нашей беседы мрачно наблюдавший за процессом с ближайшего стула.

– Угу. В общем, даже отупей я до уровня Конохомару и страстно возжелай заиметь сотню люто ненавидящих меня рабов, без чакры Хьюга переподчинения не сделаешь, – разумеется, варианты обхода были, и сомневаюсь, что тот же Нейджи этого не понимал, но тут в игру вступало банальное соотношение затраты/результат. Да и кто из Хьюг добровольно позволит проводить на себе такую процедуру? – Ну так что? Блокировать будем?

– Да… – после минутного размышления сжёг за собой мосты Нейджи. – Возможно сделать изменения как можно менее заметными?

– Не беспокойся, внешне отличий от «правильной» печати практически не будет, – я достал из поклажи кисточку и специальную краску.

Через полтора часа работы и тщательной её перепроверки Хьюга благополучно вставал с пола, а я с трудом подавлял так и норовящую вылезти на лицо ухмылку. О, разумеется, он будет проверять, возможно, даже специально спровоцирует Хиаши, но когда убедится, что теперь он относительно свободен… Побочная ветвь станет моей. Возможно, не вся, возможно, не сразу, но это не будет играть никакой роли. Впрочем, не будем спешить и предаваться сладким грёзам, а сосредоточимся на текущем задании…

***

И, разумеется, с ним всё не могло пройти так просто, как хотелось бы. Как всегда, причиной тому были гражданские. Ещё на примере Тадзуны было понятно, что простые люди порой творят сущую дичь. Но эти шахтёры… Это за гранью добра и зла. Итак, один из землекопов внезапно и практически на пустом месте впал в истерику и не придумал ничего лучше, чем бежать на кладбище откапывать своего друга. Порыв, безусловно, благородный, вот только друга этого закопали больше недели назад. А ведь даже Орыч без вентиляции под землёй больше пары часов не просидит.

Узнали мы всё это в ходе допроса сего, с позволения сказать, «спасителя» – его на выходе перехватил мой клон: по выработавшейся у нас с Учихой традиции, караул ведётся всегда, благо несколько теневых клонов для меня не являются запредельной нагрузкой. Здоровая паранойя, как известно, залог здоровья параноика, но тут и без паранойи любой шиноби бы спохватился. Просто представим картину: некий мутный тип пытается втихую смыться на ночь глядя, да ещё и в сторону лагеря противника, о чём тут вообще думать? Но хуже было другое. После слёзного рассказа сего субъекта о своих душевных терзаниях Ли «проникся» и был готов вот сей же миг бежать вместе с этим шахтёром причинять Добро и наносить Справедливость. Нейджи оставалось лишь устало потирать переносицу и терпеливо объяснять явно пребывающему в неадекватном состоянии мужику, что его друг уже мёртв. В итоге мы получили истерику и обвинения в том, что шиноби ничего не делают…

Эх, вот что в Деревне Звука хорошо, так это то, что у нас уже сложилась репутация «плохих парней», а не «белых-пушистых», и это спасает нас от идиотов. Если уж заказчик к нам обращается, то он понимает, что обращается к убийцам, а потому и ведёт себя соответственно, включая должную степень предупредительности. Ну и тот факт, что Змей изначально взял за правило работать с крупными землевладельцами, а не мелкотравчатыми частниками, свою роль сыграл – серьёзные люди менее склонны к импульсивным поступкам. Коноха же (да простят меня бывшие коллеги Анко из отдела дознания) излишне демократична, через что и страдает. Впрочем, ладно, восхищаться плюсами моей новой малой родины можно и потом. Сейчас куда важнее разобраться с тем, что делать в сложившейся обстановке.

– Нейджи, – я повернулся к Хьюге, – этот Райга – сенсор и скрывался от нас прежде, чем мы успевали его обнаружить.

– Не думаю, что он будет способен укрыться от бьякугана, – степенно ответил лидер команды Скрытого Листа.

– Именно поэтому я предлагаю разделиться. Вы отправляетесь выслеживать Райгу, а мы тем временем зачистим мелочь.

– Как потом встретимся?

– Я отправлю с вами пару своих клонов. Как обнаружите противника, они передадут сигнал.

– Хм… Неплохой план.

– Постойте! Мы должны помочь Караси! – вмешался Ли.

– Мы и поможем, – терпеливо ответил белоглазый. – Без Райги его «семья» распадётся, и твой друг вернётся домой, – «если его не линчуют односельчане» – читалось во взгляде парня, но этот момент он благополучно опустил.

– Тогда приступим же! Во имя Силы Юности, спасём эту деревню! – и Зелёный Зверёк Конохи начал брать низкий старт.

– Ли! Стоять! – схватила его за шиворот Тен-Тен. – Мы должны выдвигаться все вместе, чтобы разделить силы противника! Никакой твоей обычной самодеятельности! Или тебе наказания Гай-сенсея после экзамена было мало?

– Понял! Прошу меня простить! – склонился в резком поклоне парень. – В качестве наказания я обегу вокруг деревни сто раз!

– После выполнения задания! – припечатала девушка, в чьём тоне читался явный, кхм… опыт.

Но как бы то ни было, выдвинуться мы решили с утра. Эх, а ведь так хотелось встретить этого «товарища» в лесу, впрочем, имея усиление в виде трёх… Так, Нейджи и Ли уже вполне тянут на сильных чунинов, да и Тен-Тен девочка непростая, так что да, трёх чунинов, преимуществом местности можно и пожертвовать.

Собственно, тут всё началось по плану: Нейджи включил свои чудо-глазки на полную и уверенно определил, что интересующий нас субъект находится в комплексе административных зданий неподалёку от шахт. А ведь бедный Учиха вчера убил на безуспешные поиски несколько часов… Всё же Хьюга, без всякого преувеличения, прекраснейшие сенсоры. Карин, в теории, будет не хуже, но принцип действия у неё другой, к тому же она одна, а носителей бьякугана – много!

Разделились мы у входа в деревеньку: команда Нейджи рванула к шахтам, ну а мы с Саске начали с шахтёрского городка. И это было… скучно. Эти генино-чунины не показывали ничего. Ни скорости, ни силы, ни техник. Хотя нет, вру. Одну технику они показали – четыре придурка прыгали друг другу на плечи, выпускали из боевых перчаток когти и начинали вращаться. Эдакое блёклое подобие «Гацуги» Инузука, исполняемое синхронно и в вертикальной плоскости. Скорость ниже, защитный покров чакры хлипче, а один средненький Огненный Шар, выпущенный под ноги нижнему из четвёрки и благополучно эти ноги подпаливший, технику останавливает. Хотя мы с Саске просто зажрались, для рядового генина их атаки бы хватило.

– Ну что? Тут покормим или с собой возьмём? – я рассматривал кучку из восьми стонущих и подёргивающихся тел.

– Хм-м, – напарник задумчиво покосился в сторону горного склона, за которым должны были находиться наши нежданные союзники.

– Нейджи сейчас слегка занят, – озвучиваю полученное от клона сообщение. Дела у второй команды пошли совсем не так, как предполагалось, ничего особо опасного прямо сейчас им не грозило, но генерируемый Райгой туман был очень хорош и, судя по всему, глушил даже бьякуган. Всё же титул Мечника Тумана просто так не дают.

– Деревенские, – коротко дополнил брюнет. – Сперва расскажут о нашем призыве остальным, а те – донесут Пятой.

Кивнув на правоту товарища, я тем не менее возразил:

– Вряд ли она и так не поняла, куда мы могли двигаться в сопровождении людей Орочимару.

– Одно дело догадываться, другое – знать, – меланхолично отметил Саске. – К тому же нам, может, ещё предстоит работать с ними. Вряд ли они оценят скармливание беззащитных противников змеям, – судя по эмоциям, он и сам был далеко не в восторге от этой идеи, хоть и прекрасно понимал, о каком контингенте идёт речь, особенно после всех рассказов про заживо похороненных людей и личного осмотра кладбища с десятками свежих могил, но он-то мог это принять, а Ли с Тен-Тен были под большим вопросом.

– Тц, всё-то ты знаешь, – тяжело вздыхаем и расправляем огромный свиток. – Но перетаскивать их в фокус будешь ты!

– Пф… – один небрежный взгляд алых глаз – и стонущие тела, подвывая от ужаса, сами поползли к печати.

– Вот же лентяй… Уважаю. Что ты им внушил?

– Что ты решил продемонстрировать своё «искусство», а я отрыл на месте свитка окоп, куда и сбежал, – степень мировой скуки в его голосе превысила всё разумные границы.

– … – у меня не было слов. – И ты ещё говоришь, что это я мозги жру…

– Я такого не говорил.

Пока я пытался подобрать опровержение, медленно понимая, что, чёрт подери, он прав, а мои интерпретации взглядов к делу не пришьёшь, жертвы благополучно доползли до нужного места. Мне осталось лишь сложить последовательность печатей и пустить в свиток чакру. С лёгким «пуф» люди исчезли, а в свитке появился символ «трофей» в ограде из мелких иероглифов фуина.

– Пошли ко второй команде, может, хоть там будет кто-то интересный.

– Угу… – и мы пошли. Точнее, побежали и уже через полторы минуты были на покрытом туманом плато.

– Кайтен! – пардон, на ранее покрытом туманом плато.

– Наруто? Саске? – удивилась Тен-Тен. – Мы же должны были разделиться…

– Чем вы тут занимаетесь? Мы со своей частью уже закончили, – сложил руки на груди Учиха, не забывая, тем временем, тщательнейшим образом обследовать округу шаринганом.

– Этот Райга каким-то образом может обманывать бьякуган, строя модели кейракукей с тенкетцу в своём тумане, – объяснил причины задержки, а заодно предупредил Нейджи.

– То есть ты не можешь его обнаружить? – напрямик спросил Учиха.

– Нет, – вот это было действительно странно. Укрыться от Саске – ещё ладно, Забуза от Какаши тоже укрывался в тумане, но чтобы обмануть гения поколения Хьюг? Змей был прав – очень интересный противник.

И этот самый противник не преминул появиться. Вылетел из тумана, со временем вновь начавшего сгущаться, нанёс несколько ударов по Тен-Тен и скрылся обратно в туман. Атаку успел перехватить Ли, и я бы не сказал, что ему пришлось сильно напрячься. Противник был не особо быстрым, да чего там, по меркам джонина он тормозил дико, та же Анко скрутила бы его без проблем, а она отнюдь не мастер тайдзюцу. Вот только от этого становилось ещё более непонятно, почему Ли валяется на земле и подёргивается.

– Райчакра, пущенная по клинку и конечностям, – оповестил Саске, продолжая поддерживать шаринган. – Сквозь туман не вижу, в нём ещё какая-то взвесь, через которую смотреть не получается.

Единственная куноичи в нашей компании бросилась приводить Ли в чувства, действуя в откровенно форсированном режиме, когда противник решил слегка поговорить:

– Какая интересная компания… Что же этим детишкам потребовалось в здешних местах? Неужели вы решили прийти на похороны? – голос звучал словно из ниоткуда. Туман не только скрывал Мечника, но и искажал любые звуки. Глазам нельзя было верить, ушам нельзя было верить, запахи забивал аромат грозы.

– Угу, на твои, – подтвердила Тен-Тен, распечатав деревянный посох. Быстро сориентировалась, что трогать руками или железом столь «зяряженного» гражданина – плохая идея.

Я же сосредоточился на поиске эмоций этого Райги. Нашёл. И впал в ступор. У него был двойной набор, не как у приснопамятных сиамских близнецов, благополучно мной приконченных, но всё же. Два разума, один пылает азартом, второй более сосредоточен, но хищное предвкушение присутствует. Очень интересно.

– Футон: Воздушный Поток! – я повернулся в сторону источника азарта, заодно готовясь испытать в реальных боевых условиях одну из недавно изученных техник.

– Катон: Дыхание Дракона! – включился в схему Саске. Техники пересеклись, и стену тумана поглотила стена огненная. Фонящий азартом источник мигом начал источать испуг, а вот второй сохранил сосредоточенность и отступил из зоны поражения техники ещё до того, как её увидел. Задержка была меньше секунды, но всё же была. Значит, их там двое, и один сидит на другом или что-то в этом роде. Что-то не припомню я таких деталей в биографии «похоронного агента».

Тем временем наш враг ответил, да как! С небес начали бить молнии, и били они едва ли не прямой наводкой по нам! Нейджи едва успел вытащить Ли, всё ещё испытывающего проблемы с координацией. Впрочем, вскоре атаки стали бесполезны – кивнувший своим мыслям Учиха метнул пару кунаев, и молнии стали лупить вдали, не приближаясь к нам.

– Хм?

– Напитал райчакрой. Оружие потом в перековку, но лучше оно, чем мы. Убери туман – мешает.

– Эксплуататор… – создаём парочку клонов и общими усилиями сдуваем водную взвесь.

Лишённый скрывающего покрова туманник был огорчён, однако ему хватило самоуверенности пойти на нас в атаку. Воздев свои клинки к небесам, он начал… эм… искрить и кидать с них шаровые молнии. Саске внимательно наблюдал за процессом шаринганом. Понятно, решил заняться своим любимым делом – самосовершенствованием. А шары электрического счастья, между прочим, сдувать опять пришлось мне! Как есть эксплуататор!

– Я увидел достаточно, есть ли у тебя ещё что-то интересное? – генерируя гигатонны Пафоса, поинтересовался брюнет через минуту нашего обмена дистанционными атаками. Вон, даже Тен-Тен смотрит на него с трепетом. Где справедливость? Впахиваю я, а ништяки и внимание прекрасных дам гребёт этот готический принц.

– Я ещё не закончил! – и Райга устремился в атаку, едва ли не игнорируя остальных. М-да, умение выбешивать людей у Учихи, похоже, в крови.

Мечник добежал до брюнета и поспешил нанизать его на свои клинки, вблизи они, кстати, представляли плод противоестественной любви катаны, китайских боевых крючьев и Тьма ведает чего ещё. Оружейник, что изготовил эти семь клинков, принципиально не делал нормального оружия, что ли? Что Самехада, что Обезглавлеватель, что вот это вот… Размышления не мешали уже мне наблюдать за схваткой со стороны. Посмотреть же там было на что. Райга умудрялся биться с Саске, Нейджи и Ли, не подпускать к себе Тен-Тен и моих клонов, да ещё и временами огрызаться неожиданными выпадами. При этом гендзюцу он скидывал на ходу, а действия своих противников предугадывал, словно опытный пользователь шарингана. Да, он был медленнее Забузы, но вот его техничность и чуйка были выше всяческих похвал. Хотя, его ли чуйка?

– Саске?

– Да, я скопировал всё, что хотел, – Учиха разорвал дистанцию. Пусть держаться он старался всё так же холодно-невозмутимо, но было видно, что непродолжительный бой с необходимостью защищаться от электричества, уворачиваться и накидывать иллюзии дался ему не так просто. Да и остальные выглядели потрёпанно.

– Хм? – приподнял бровь Райга. – Что это вы остановились?! Я ведь только вошёл во вкус! – и собирался вновь броситься, но вынужден был резко отпрыгнуть – через мгновение на том месте, где он стоял, были мои «дополнительные» конечности из чакры.

– Неплохо, но… – на несколько секунд ускоряюсь по максимуму – противник уже сражался с моими клонами, а потому привык к совсем другим скоростям. Как итог, на долю секунды он замешкался… Или, правильнее сказать, замешкался его напарник, читающий бой? Результат был один – «незавершённый» расенган влетает в грудь мечника, его закручивает потоком чакры, пару раз прикладывает о землю и вбивает в ближайший утёс. Спиной. Слышится болезненный вскрик, вот только принадлежит он совсем не мечнику.

– Что? Как? – Хьюга в неверии таращит глаза, и его изумление явно относилось не к покрывшему меня покрову чакры Девятихвостого.

– Нейджи?

– У него на спине был человек… Ребёнок. И до сего момента я не мог его почувствовать, хотя сражался с Райгой в ближнем бою! – думаю, подобный «подарок» попадает под определение «интересный» даже для Орочимару. Сдаётся мне, мы нашли этот самый «внезапно пробуждённый геном», что и позволил мужику занять место среди элиты Кровавого Тумана.

Саске тут же переместился к поверженному бандиту и аккуратно срезал помятый свёрток у него со спины.

– Ну что там? – нетерпеливо поторопила его Тен Тен.

– Транспортировочный укреплённый кокон, внутри – ребёнок лет девяти-десяти. Без сознания, но серьёзных травм я не вижу.

– У него пара трещин в костях, – дополнил Нейджи, – и лёгкое сотрясение мозга, но ничего опасного для жизни действительно нет. А вот Райге досталось сильнее. Сломано пять рёбер, трещина в позвоночнике, разрыв мышц пресса… Про выбитые суставы и упоминать не стоит. Эта техника ещё более страшная, чем я думал после демонстрации Хинаты-химе. Хотя у неё она более… сфокусированная.

– Да, я специально ослабил. Наш наставник захочет с ним поговорить, а потому он нужен нам живой, как и его напарник. Вы же не против?

– Нет, – покачал головой Хьюга, да и вряд ли бы он ответил иначе, даже если бы был против – слишком хорошо осведомлён о моём характере, да и должок за ним висит немалый. – Нашей миссией было освободить деревню от власти семьи Куросуки, – ну и славненько, достаём следующий свиток. В следующий раз нужно будет взять с собой побольше, ведь мне ещё очищенную руду тыр… кхм, реквизировать в качестве улик для строгого, но справедливого суда, да, так и запишем.

– Теперь мы должны помочь Караси! – это было первое, что выдал Ли, когда схлынула горячка боя.

– Проверь, возможно, он среди тех, кого мы вырубили, пока бежали сюда, – предложила Тен-Тен, указывая на противоположный от направления нашего появления склон плато.

– Ха-а-ай! – кивнул неугомонный и на полной скорости понёсся в указанном направлении.

Хм, дополнительный хавчик для змейсов, он же – подопытные для нашего уважаемого наставника, не повредит, так что прогуляюсь-ка я следом…

– Погоди, Ли, я с тобой! Возможно, кто-то сильно пострадал, и его нужно запечатать для транспортировки.

– Да, Наруто-сан! Я чувствую, как Юность пылает в тебе! Поможем им, пусть они и сбились с пути!

Караси мы действительно нашли. Молодой парень, чуть старше нашего возраста, изволил отдыхать на земле с полной потерей чувств. Раз на нём следов побоев не видно, с вероятностью процентов в девяносто пять его приголубил Нейджи. Хех, легко отделался, правда, тут я, возможно, события тороплю. Пока Ли приводил в чувства своего приятеля (метод был Тен-Теновский: встряхивание, хлопки по лицу, крик в ухо. Бррр, хорошо, что наши девочки не такие), я продолжил запечатывать будущий змеиный корм. Итого – шестнадцать тел, плюс Райга, плюс тот паренёк. Неплохой улов за два дня работы. Теперь остаётся только распрощаться с коноховцами, уточнить пару вопросов с Нейджи – и можно домой. Ммм, я уже соскучился по Анко-тян…

Неделю спустя, одна из лабораторий в Деревне Звука.

– Действительно… очень любопытный образец, – завершив работу последней диагностической техники, Орочимару убрал руку с печати, закреплённой на лице ребёнка, и повернулся к своим ученикам.

Отправляя их на это задание, он не ожидал сюрпризов. Райга был откровенно посредственным противником – тупая куча мяса, в силу собственной интеллектуальной ограниченности неспособная реализовать даже тот физический потенциал, какой имеет от рождения. Наглядная иллюстрация царившей в Тумане вакханалии кровавого угара и всепожирающей глупости. Дурак из стада дураков, слишком озабоченных собственными мелкими победами и мечтами, чтобы видеть картину целиком. Даже владение одним из Семи Мечей Тумана не делало его достойным внимания не только шиноби S-ранга, но и мало-мальски опытных джонинов из верхней планки. Природный брак. Мусор, годный только на то, чтобы насытить молодых змеек…

Разумеется, исследовать его тело было бы интересно, как и изучить легендарные «Мечи Грома», но это были ожидаемые достижения. Планируемые. А вот сказать такое о юном обладателе неизвестного кеккей-генкай было никак нельзя, что, впрочем, делало ситуацию только приятней.

– И кто же он? – откликнулся в тишине лаборатории мрачный голос молодого Учихи.

– Сложно сказать, – учёный прошёл к одному из мониторов и всмотрелся в результаты первичного анализа образцов чакры. – Но он точно не бастард Хьюга, и свойств, присущих клану Учиха, я в нём тоже не обнаружил.

– Случайная мутация или какой-то малоизвестный клан владельцев додзюцу? – включился в разговор Узумаки, с предельным вниманием следивший за манипуляциями Белого Змея весь ход обследования.

– Не исключено, – подтвердил Орочимару. – Как вы знаете, помимо Трёх Великих Додзюцу в мире существуют и иные вариации глаз с особыми способностями. Мои глаза тоже можно отнести к категории «младших додзюцу» – все их возможности сводятся к небольшому облегчению применения ряда парализующих гендзюцу, и подобный уровень – обычное дело для не входящих в великую тройку глаз. Однако периодически могут возникать сочетания генов, способные дать резко выделяющийся из ряда стандартных результат.

– И это – тот самый случай? – заинтересовался Учиха.

– Не совсем, – покачал головой Змей, испытывая странное удовольствие от возможности прочитать лекцию по своему любимому профилю. – Потенциал большой, даже по первичному анализу чакры и генетического материала видно, что пользователь способен смотреть сквозь препятствия, подобно Хьюга, и распознавать движения на уровне Учихи с полностью пробуждённым шаринганом. Плюс ярко выраженная предрасположенность к гендзюцу.

– Пока что мы слышим только о плюсах, так почему ты сказал «не совсем»? – подозрительно осведомился Узумаки. – Дело в нарушении его опорно-двигательных функций?

– Я как раз переходил к этому, – бросив на блондина отчасти удивлённый взгляд, заметил Орочимару. – Жаль, что у меня нет хотя бы двух-трёх носителей подобного генома для составления пусть и минимальной, но статистики. Потому мне приходится прогнозировать, опираясь на подобие и общие данные, что не добавляет точности… – змеиный саннин на мгновение задумался, подбирая слова для наиболее доступного объяснения. – Начнём с самих глаз. Несмотря на способность предугадывать движения, скорее всего, завязанную на возможность видеть ток чакры в организме противника, никаких механизмов автоматической записи этих знаний в собственную нервную и чакросистему в них нет. Иными словами, это додзюцу может помочь разобраться в принципах действия той или иной техники, тем самым облегчая её изучение, но никакого сравнения с шаринганом оно не выдерживает. С бьякуганом сложнее, но по косвенным признакам эти глаза неспособны на столь же широкий охват местности. Если бьякуган одинаково видит во все стороны, то здесь фокус зрения явно ограничен куда более скромными рамками, а вот потребление чакры у них явно выше.

– Хн-н-н, – задумчиво протянул Узумаки, и учёный без труда различил в его голосе нотки практического интереса.

– Впрочем, – отметив своё наблюдение многозначительной ухмылкой, Орочимару решил продолжить: – с учётом плюсов, данные минусы не так уж существенны, и претендовать на звание Великого Додзюцу данные глаза могут. Но вот тело и чакросистема субъекта находятся в крайне плачевном состоянии, – змеиный саннин вернулся к зафиксированному на исследовательском столе телу. – Слишком тонкие чакроканалы везде, кроме головы, основная часть атрофирована, а частично и вовсе недоразвита, вместе с тем мощность очага на уровне среднего чунина, но этого едва хватает на питание глаз. Аналогично с мышцами и, вполне вероятно, нервной системой, в том числе и мозгом. Организм очень слаб и подвержен нескольким хроническим заболеваниям. Подводить итог пока рано, нужно больше тестов и исследований, но, скорее всего, без заключительного вскрытия точно сказать не получится, – беглый учёный задумался, повторно перебирая варианты с методиками и вновь приходя к своим выводам, тем не менее… – но делать это до того, как он оставит потомство, нерационально. В целом, я бы сказал, что потенциал впечатляющий, но по косвенным признакам можно заключить о наличии большого количества дефектов в геноме. Не исключено, что это результат одного из экспериментов, проводившихся кланами Кровавого Тумана на заре их гражданской войны – идея обзавестись собственными сенсорами уровня Хьюг давно владеет всеми Великими Селениями. Как бы то ни было, в текущий момент времени он интересен разве что как донор глаз, геном же необходимо дорабатывать, проводить правильное скрещивание и закрепление… – краем глаза проследив реакцию учеников на свои слова, Орочимару с удовлетворением отметил отсутствие оной, вернее, сколь-либо бурной её части. – Минимум два-три поколения до появления носителей стабильного улучшенного генома. И то при условии, что тенденция будет положительной и ген глаз не является частью «мусора», из-за которого данный субъект не может даже самостоятельно передвигаться. В противном случае, вывести жизнеспособных самостоятельных носителей будет на порядок сложнее, а выводить инвалидов в качестве доноров глаз – слишком дорого и нецелесообразно.

– А что с Райгой? – Наруто встал по другую сторону стола, задумчиво осматривая оплетённого проводами и печатями ребёнка. – В его теле есть что-то интересное?

Постановка вопроса понравилась Белому Змею. Как и взгляд, которым сын Минато смотрел на образец. Это были взгляд учёного и вопрос учёного – никаких сантиментов и глупой морали, которыми слабые существа пытаются окутать друг друга для того, чтобы им было проще сбиваться в стаи и выживать в суровых реалиях большого мира. В голубых глазах джинчурики угадывались лишь рационализм и холодный расчёт… Те самые, что нукенин S-ранга привык видеть в зеркале.

– Нет, – Орочимару улыбнулся. – Тело Райги совершенно стандартно для шиноби его уровня из Кровавого Тумана. Мне не нужно даже проводить вскрытие, чтобы это сказать – таких, как он, я видел предостаточно, – при воспоминании о том, сколько первоклассных образцов он получил благодаря гражданской войне, развязанной Ягурой, учёный не смог удержаться от короткого смешка. Всё-таки когда столько людей самозабвенно уничтожают друг друга в бессмысленном сражении, ни капли не осознавая, что всеми своими действиями приносят пользу только своим врагам, это очаровательно иронично… – Хотя, конечно, свою лепту в мои исследования он внесёт.

– Как подопытный с развитым телом и большим объёмом чакры? – поднял на него холодный взгляд Узумаки.

– Именно, Наруто-кун, – из горла Белого Змея сам собой вырвался новый смешок. – Такой материал, увы, непросто достать, а ведь он нужен в стольких работах…

– Что ты собираешься с ним делать? – вмешался в разговор Учиха, кивнув на помощника Райги.

– Ничего особенного, – Орочимару с лёгким оттенком досады вынужден был отметить, что его второй ученик куда менее заинтересован научной частью его знаний. Это было ожидаемо и совсем не удивительно, но всё-таки малость печалило… Той неуловимой печалью, которая бывает у творца в момент понимания, что до идеала его творению не хватает только маленького штриха. – Возьму образцы тканей на консервацию и продолжу наблюдение. Когда он войдёт в период полового созревания, попробую стабилизировать генетическую линию.

– А глаза? – стараясь не показать обуревающей его брезгливости (на взгляд одного из сильнейших шиноби мира – тщетно), мрачно спросил носитель шарингана.

– О, Саске-кун, у тебя есть идея, кому их можно пересадить? – ухмылка вновь вылезла на лицо нукенина.

Взгляд его темноволосого ученика вильнул в сторону товарища, где был мгновенно перехвачен. Последовавшая за этим пантомима была донельзя прозрачной, но оттого не менее интригующей. Брать себе эти глаза Орочимару не собирался, на то были причины, и желание получить лучшее – шаринган – являлось лишь одной из них. Куда значительнее на данное решение влияло состояние его нового тела – оно едва удерживало в себе душу саннина, и пересадка дополнительного объекта с инородной чакрой совсем не добавит ему живучести. К тому же оставался вопрос совместимости генетических цепочек – сильные кеккей-генкай очень не любят людей, не несущих в себе схожего наследия… Между тем, эксперимент с пересадкой их джинчурики обещал быть очень интересным. Чакра Девятихвостого могла просто выжечь непривычную к ней плоть, а могла и вывести додзюцу на совершенно иной уровень. А уж сколько было промежуточных этапов между этими крайностями… Этапов, изучение которых могло дать массу бесценной и уникальной информации. Чего стоила одна только возможность опробовать на практике ряд теоретических наработок по предотвращению слепоты шарингана…

Безмолвный диалог подростков был прерван задумчивой нотой, которую протянул носом Узумаки.

– У меня есть идея получше, – сообщил после паузы блондин. – Проверим, что получится, если пересадить эти глаза Карин…

Некоторое время спустя. Одна из операционных.

– Н-наруто-сама? – пришедшая в себя девушка окинула меня взглядом багровых, слегка светящихся от циркулирующей чакры глаз.

– Как ты себя чувствуешь, Карин? – склоняюсь ближе, внимательно разглядывая радужку.

– Х-хорошо…

– Чёткость зрения изменилась? Видишь что-то новое? – куноичи страдала близорукостью, отчего и носила очки, так что даже если она не сможет активировать додзюцу из-за несовместимости чакры (на что шансы были около десяти процентов), новые глаза должны хотя бы исправить зрение.

– Ну… – она смущённо отвела взгляд и вдруг вспыхнула, как маков цвет. – С-саске-сама… – глаза девушки расширились, а пальцы судорожно вцепились в простыню.

– Хмм… – Орочимару отодвинул меня в сторону и склонился над кушеткой пациентки. – Внезапное повышение давления, прилив крови к щекам и слабый ток чакры в глазах… – несколько секунд Орочимару задумчиво смотрел на розововласку, а та явно боялась вздохнуть. – Карин-сан, тебе не говорили, что подсматривать – нехорошо?

– Я… Оно само! Простите! – куноичи зажмурилась и окончательно залилась краской.

– Подсматривать? – приподнял бровь Учиха.

– Эм… – я перевёл взгляд с зажмурившейся Карин на Саске и обратно, постепенно понимая подоплёку. – А ведь точно, если при помощи этих глазок можно смотреть сквозь стены, то уж глянуть сквозь одежду должно быть нетрудно. А тут ты у стеночки стоишь, весь такой красивый…

– Хн… – Саске новость не слишком смутила, чего не скажешь про пылающую по кончики ушей девочку, мне же было интересно, как сильно новые способности повлияют на характер и интересы Карин. Сейчас она скромная, тихая и, прямо скажем, застенчивая кроха, но долго ли так продержится при возможности в любой момент подсмотреть за любым членом деревни и чужой личной жизнью?

– Не шевелись, – меж тем скомандовал Орочимару и накрыл глаза куноичи засиявшей от медицинской чакры рукой.

– Надо будет провести сравнительный анализ эффективности маскировочных барьеров и фуин-конструкций, как вы считаете, Орочимару-сама? – цепко следя за действиями учителя, предупредительным тоном поинтересовался Кабуто.

– Разумеется, – без видимого интереса отозвался змеиный саннин и, убрав руку от лица девочки, обратился уже к ней: – Я передам список упражнений для контроля додзюцу, думаю, тот же комплекс мер, что и для пересаженного бьякугана, подойдёт… – зелёный глаз с вертикальным зрачком чётко повернулся на тридцать градусов в нашу сторону. – Кабуто, наблюдение за тобой и твоей ассистенткой. Осмотр каждые двенадцать часов, о выявленных отклонениях докладывать мне.

– Будет исполнено, Орочимару-сама, – помощник Змея поправил очки, опасно блеснувшие в свете ламп.

Небольшой жест, и мы с Саске следуем за Белым Змеем. Сейчас, конечно, было бы неплохо поддержать Карин, но с этим справится и теневой клон, дежуривший за дверью, а вот динамить уважаемого саннина на ровном месте не стоит.

Пару минут мы следуем за главой Деревни Звука в полной тишине, вот, миновав очередной поворот, он проходит в малозаметный проём.

– Итак? С Карин что-то неладно? – я дождался, пока уважаемый учёный займет место за столом и назвал первую возможную причину того, что он решил отозвать нас в сторонку.

– М-м-м? – кажется я отвлёк его от каких-то размышлений. – А-а-а… – прозвучало с какой-то отстранённой небрежностью, будто я его по незначительным мелочам дёргаю, о которых он и думать забыл. Точно отвлёк. – Нет, приживление прошло на редкость удачно, с учётом плотности её чакры, поддержание способностей глаз, вполне возможно, выйдет даже менее затратным, чем у оригинального пользователя. Также никаких признаков отторжения или опасности деградации зрительной функции.

– Кстати, – холодно обратил на себя внимание Учиха, – а куда делись глаза самой Карин?

– Я пересадил их этому пареньку, Ранмару. Глаза – весьма сложная структура, держать их в банке с физраствором и периодически стимулировать вливанием медицинской чакры, конечно, возможно, но использовать природную систему поддержания тонуса глаз гораздо лучше.

– К тому же тебе интересно, какое будет воздействие организма с улучшенным геномом на обычные глаза, – указал я ещё на один факт. В ответ учёный лишь улыбнулся, причём его взгляд на меня при этом был какой-то… Не знаю, как выразить, отечески-гордый, что ли? Бр-р-р, привидится же.

– Если с Карин всё в порядке, то зачем мы здесь? – перешёл ближе к теме Учиха. И куда он так спешит? Тут ведь довольно интересная тема исследований! Что если чакра этого паренька способна оказать мутационный эффект на новые глаза? Пусть даже минимальный? В перспективе это может быть очень интересно, причём его клану – в первую очередь. Эх-х-х…

Вместе со мной вздохнул Змей, причём взгляд его в этот момент был опять направлен на меня, и был он… понимающим!

– То, что вы вынуждены были контактировать с командой из Конохи, вносит некоторые корректировки в… наши дальнейшие действия.

– В каком плане? – я сложил руки на груди.

– Я слишком хорошо знаю Цунаде. Она далеко не всегда поступает так, как надлежит поступать правителю или шиноби, зачастую её решениями руководят не разум, а чувства. И потому я вполне допускал мысль о рейде элитных джонинов к Деревне Звука, хотя бы в качестве мести за Третьего. Помимо этого, хоть пребывание любых шиноби, не относящихся к Стране Звука, на территории этой страны может привести к очень неприятным международным последствиям, но в то же время в Конохе наверняка уже догадались, что вы ушли ко мне.

– И пусть у тебя немало баз и определить наше точное местоположение довольно проблематично, но начать поиски всегда с чего-то надо, и Деревня Звука тут попадает под удар первой, – продолжил мысль я. – А за шанс вернуть джинчурики и последнего Учиху можно и рискнуть дипломатическим скандалом.

– Верно, – Орочимару развернулся на кресле и достал с ближайшей книжной полки свиток, при ближайшем рассмотрении оказавшийся подробной картой региона. – А раз уж нам так повезло, что та деревенька с золотыми шахтами располагалась относительно далеко от Страны Звука…

– Пару раз засветиться где-то ещё? Но при этом подальше от настоящей базы? – предложил я самое очевидное.

– Именно. Я всё равно хотел нанести визит в свою лабораторию на побережье. Она не очень далеко от вашего прошлого места «выступления», там есть некоторый запас ненужного материала, на котором вы можете отточить свои навыки. И она исчерпала себя, следовательно, даже её раскрытие и уничтожение не повлечёт реального ущерба.

– И на сколько этот «вояж» затянется? – поинтересовался Саске.

– От нескольких месяцев до полугода. Год – максимум. На сборы у вас две недели. С нами пойдут ваши группы и Кабуто.

– Нужно назначить главных в Деревне, иначе эти деятели просрут всё, чего мы добились, – обращался я больше к Учихе, так как реакцию Орочи представлял прекрасно.

– Как пожелаете, – полностью подтвердил мой прогноз означенный и углубился в бумаги, явно намекая, что больше нам говорить не о чем, а у всех здесь присутствующих ещё полно дел.

– И что ты думаешь по этому поводу? – спросил меня Саске, едва мы покинули кабинет нашего любимого вивисектора. О прослушке мы не беспокоились – она явно была, мы это понимали, но содержание этого разговора не подразумевало необходимость в секретности.

– Периодически менять лёжки – вполне грамотное решение. Чем дольше мы сидим на месте, тем больше шансов, что по нашу душу кто-нибудь припрётся. Да и разнообразить программу действительно стоит. «Экзамен» мы прошли, так что «следующий этап» на новом месте – вполне ожидаемое решение.

– Я не рассматривал это под таким углом, но звучит разумно. Кого думаешь оставить руководителем?

– Идеально подошла бы Котохиме, но поскольку она отправится со мной… И не делай такую рожу, я вновь напоминаю тебе о клонах, – брюнет сделал вид, что не понимает, о чём идёт речь… В смысле, вообще не изменил выражения лица. – Так вот, остаётся вариант со старшим братом Сасаме. Он, конечно, слабоват, но пара-тройка моих запечатанных клонов эту проблему решит.

– Я добавлю своих. Но никаких взрывных печатей от тебя! Только клоны, – меня слегка посверлили тяжёлым взглядом.

– И чем тебе не нравятся взрывы? Это же так классно! Настоящее искусство… – Учиха тяжело вздохнул. – Ладно-ладно, ограничимся просто запечатанными клонами, – пошёл я на уступки.

– Тогда я начну собираться. Да и ты не затягивай… Кролики должны быть легки на подъём, – улыбнулся этот гад кончиками губ и, сохраняя каменную мину, источая Пафос и позвякивая стальными шарами, отправился в свои апартаменты – прикидывать, что ему может пригодиться. Ну ничего, радуйся, пока можешь, на тебе ещё две девушки, которым нельзя просто взять и приказать «уходим в командировку на год», так что посмотрим, кто будет смеяться последним.

– Хи-хи-хи, – я непроизвольно облизнулся. Хм… Какие-то эти шиноби Звука хлипкие, вон, проходящий мимо генин почему-то схватился за сердце, закатил глаза и потерял сознание, ладно, пусть отдыхает, а мы тоже пойдём в предоставленные покои – составлять список необходимых вещей, дабы чего не упустить.

Эпилог

Где-то в Стране Звука.

– Какой у вас чудесный город, красавицы, – мощного телосложения седовласый мужчина по-хозяйски приобнял пару девиц не слишком тяжёлого поведения. – Не поведаете ли усталому путнику за чашечкой саке о последних новостях?

– Если того пожелает господин, – рассмеялась одна из девушек.

– Конечно же, господин желает, но, думаю, проводить беседу в общем зале не слишком удобно, быть может, вы покажете мне ваши комнаты? – в ответ мужчина получил новую порцию смеха, а две красотки, взяв его под руки, повели вверх – к гостевым покоям.

Пару часов спустя Джирайя задумчиво пожёвывал соломинку, бесцельно бредя по улице. Ранее добытые сведения вновь подтвердились и в общей картине смотрелись весьма интересно. Буквально несколько месяцев назад этот городок, как и другие в Стране Рисовых Полей, изнывал от бандитских разборок и просто беспредела, учиняемого осколками старых кланов. Когда Орочимару создавал свою Деревню Звука, самые «вменяемые» части подались на службу к нему, но вот мелкие сошки, оказавшиеся ненужными Белому Змею или просто испугавшиеся его репутации, остались предоставлены сами себе, что вылилось едва ли не в тотальный террор. Не сразу, конечно. Пока бывший друг Джирайи держал руку на пульсе и готовил свою месть Конохе, играя в обычную желающую признания молодую Скрытую Деревню, всё было внешне чинно и благородно. Проблемы начались после штурма и поединка с Хирузеном, когда в Страну Рисовых Полей потянулись разбитые отряды Отогакуре, а сам змеиный саннин оказался временно недееспособен из-за полученных в бою с Третьим повреждений.

Деморализация сил Деревни породила безвластие, а то, в свою очередь, вседозволенность. Бандиты практически полностью парализовали сообщение между поселениями, открыто действовали на улицах, даже захватывали городки, заставляя их жителей вкалывать на себя за еду. Иные и вовсе набирались наглости, чтобы ходить в набеги за границу.

Тем более странно выглядела вторая часть рассказа местных гетер – какое-то время назад бандиты начали просто исчезать. Едва ли не растворяться в ночи, чуть выйдя за порог своих ухоронок. А иногда – и вместе с ухоронками. Дошло даже до того, что местный даймё нанял парочку шиноби из Деревни Звука, дабы разобраться в ситуации. Разумеется, нанятые ничего не нашли. Да и странно было бы, случись обратное. Кому на самом деле принадлежит Скрытый Звук, все заинтересованные лица знали, а бесследные и бескровные исчезновения «подопытного материала» были слишком хорошо знакомы одному из Легендарных Саннинов. Всё-таки с Белым Змеем он не один десяток лет был в одной упряжке. Да и Наруто, если быть честным, сделал бы всё точно так же, хотя нет… Этот клещ ещё бы и из даймё вытянул денег и миссий на зачистку территории.

– Хм… – Джирайя досадливо запустил руку в шевелюру на затылке, будто этот жест мог унять неприятно кольнувшее чувство. Ведь действительно, под таким углом он этот вопрос не рассматривал и вопросы задавал несколько не те и не тем. – Нужно будет устранить этот пробел… – пробормотал себе под нос беловолосый писатель.

Но у Джирайи была и другая проблема. Столь перспективный след, сочетающий в себе десятки тонких намёков, небольших неточностей и прочих признаков старательного скрытия (в отличие от проторенного «хвоста» в Суну, за который уцепился Какаши), обещающий вывести на беглецов… оказался очередным пшиком. Да, Орочимару возглавлял Деревню Звука, да, несколько молодых шиноби, среди которых были блондин и брюнет, здесь действительно проходили и даже на некоторое время останавливались, но это было давно, видели их мельком и недолго. Однако сейчас Деревней Звука управлял молодой глава клана Фуума, некто Араши, что было известно доподлинно благодаря нескольким выходцам из этого клана, как раз проживавшим в городе. Насколько он был силён, сказать было сложно, но вряд ли многим более токубецу-джонина, иначе бы это имя Джирайя хотя бы слышал.

С одной стороны, это мог быть обман, а телом Араши мог владеть уже совсем другой постоялец, но с другой… Такие ходы были не в характере Орочи. Он бы оставил личность главы Селения неизвестной, не стал бы заигрывать с семьёй своего «сосуда» и уж тем более не унизился до попыток изображать другого человека на постоянной основе. Одно дело – принять вид Казекаге для одной операции, и совсем другое – прятаться за чужой личиной постоянно. Его старый бледнокожий друг для этого слишком высокомерен. Да и оставаться в логове, которое уже засветил перед своими врагами… Нет, Орочимару такого не сделает.

Конечно, было бы неплохо поговорить с этим Араши лично, но спрятались звуковики основательно, а тратить время на их выкорчёвывание из подпола и допрос было слишком расточительно. Да и вряд ли этот парень был в курсе, куда мог направиться Змей и его новые ученики…

От последней мысли Джирайя невольно скрипнул зубами. Наруто и Саске и так нельзя было назвать образцами миролюбия и патриотизма, но это ещё ничего – он сам тоже старался проводить в деревне как можно меньше времени. Но вот то, чем они станут после обучения у Орочи… В этом его радовало лишь одно – Данзо они точно не забудут и не простят. Пусть у него не получится пожать горло этому забинтованному ублюдку, но хоть молодёжь с этим справится. Вопрос был лишь в том, остановятся ли они на одном Данзо?

– Я уже слишком стар для всего этого, – вздохнул Великий Жабий Отшельник. – Нужно начинать всё сначала и брать новый след. Опять… – его взгляд непроизвольно скользнул по фигуркам девушек, целой стайкой залетевших в проём увеселительного заведения. – Но… Уважаемому человеку всё же нужно отдохнуть после поисков и залечить душевные раны, вызванные неудачным их окончанием… – пружинисто повернувшись, седоволосый направился в то же заведение, куда минутой ранее скользнула группка прелестниц. Поиски обещали затянуться.

Конец второй части.

Content

Седрик
Девятихвостый демон

Часть 2

Эпилог