AlmaZa

МЕЖДУ ДВУХ…

Вступление

В затемнённой комнате, находившейся в глубине частного загородного особняка, раздавались тихие стоны, громкие выкрики, приглушенные неприличные звуки, несдержанные восклицания и вся та палитра интонаций, которая могла звучать во время развратного, откровенного и чем-то извращенного секса. Три тела: два женских и мужское, сливались и сплетались в немыслимых позах, излучающих похоть и бесстыдство. Голые ноги, обнаженные руки, мелькали, перемещались, тянулись и путались между собой.

Девушки были сестрами-близняшками, ХваЁн и ХеЁн. Возможно, они бы никогда не решились на такое, если бы не ситуация, в которую попала ХеЁн. Она начала встречаться с ТэУном, парнем из своего агентства и однажды, когда отношения их дошли до близости, и она пошла до конца, выяснилось, что его брат — Зико, заснял всё на скрытую видеокамеру, и начал после этого шантажировать её, заставляя приходить к нему и заниматься с ним сексом. ТэУн оказался безучастен, быстро перейдя на сторону брата и любовь, которая, как думала ХеЁн, цветёт между ними пышным цветом, прошла, как и не бывало. А потом Зико заставил её привести к нему и сестру…

ХваЁн, ради репутации и карьеры их обеих, пошла на исполнение воли шантажиста и, на удивление, быстрее и проще сестры подстроилась под то, что от них было нужно. Она даже стала получать удовольствие от происходящего, и временами казалось, что девушка где-то в душе полюбила Зико, этого жестокого, беспринципного и почти бесчеловечного типа. Вообще-то он был хулиганом, разгильдяем и преступной натурой, но в нем замечались и положительные задатки организатора, друга, артиста… Да, в общем-то всего, что никак не помогало ему хорошо относиться к противоположному полу. И всё же, с каждым разом, ХваЁн всё быстрее ехала к нему, приходила по первому зову, не сопротивлялась и, порой, сама проявляла активность. ХеЁн как-то поругалась с сестрой, открыв глаза той, что Зико никогда не станет её парнем, как бы она ни старалась, на что ХваЁн ответила, что ей это вовсе и не нужно, но всё-таки поссорились они в тот раз бурно. И тогда стало очевидно, что кто-то стал влюбленной женщиной.

Однако Зико, как назло (а таким образом он поступал в большинстве случаев), стал уделять больше внимания ХеЁн, заставляя негодовать и ревновать вторую девушку. Он был проницательным, ко всем бедам, и быстро распознавал, что к чему. Он понравился одной? Нужно немедленно обласкать на её глазах другую.

Только что завершив оприходование ХваЁн, молодой человек кончил ей на живот и, поднявшись за бутылкой соджу, совершенно голый, встал у большого деревянного комода, над которым висело зеркало. Его грудь высоко вздымалась, пока он стоял, полон своих, никому неизвестных, дум. Никто, абсолютно никто не подозревал, что его гложило. Почти все знакомые и друзья вообще не думали, что Зико может что-то мучить или волновать. И всё же могло.

Девушка Кёна. Эта гадкая иностранная сука, которая не дала ему, несмотря ни на что. Сумела выпутаться из сложной ситуации, победила его, влюбила в себя Кёна и доказала, что сама любит его, и никого больше. Откуда такая приторная верность? Откуда эти шекспировские чувства? Зико захотел закурить и увидел пачку сигарет возле подушки, где осталась ХваЁн.

— Кинь мне, — указал он на то, что ему было надо — и зажигалку найди!

Она метко швырнула ему сигареты и, свесившись на пол и порывшись в карманах его кожаных брюк, запустила следом зажигалку. Зико приметил хрустальную пепельницу и поставил её на комод, поближе, для удобства. Он окинул взглядом любовницу, которая уже ни капли его не смущалась. Посмотрел на другую, которая, потирая засос, забралась под одеяло. Глядя на них очень метко хотелось заметить, что «все бабы одинаковые». Эти, по крайней мере, внешне. Характер у них всё же был разный. Но такого характера, как у девушки Кёна, он не встречал до сих пор ни у кого.

Этот шельмец укатил в свою Новую Зеландию, где учился в старшей школе. Укатил к Ней. Пока из-за почти улегшегося скандала в Тайланде их группа вынуждена была затихнуть и отсиживаться, он воспользовался моментом и умчался почти на неделю. В долбанный новозеландский отпуск.

Незадолго до этого они с Зико окончательно помирились. Обиды и обман были забыты, дружба полностью восстановлена. И перед Кёном даже сделал радостный вид, что ему желают отличного отдыха и времяпрепровождения. Нет, это всё действительно было искренним. Но не мог Зико от всего сердца разделить счастье Кёна, когда тот собирался ехать и трахать бабу, которую лидер Блок Би сам бы насадил на свой агрегат не раз, и не два.

Зико посмотрел на близняшек. Да что не так с остальными женщинами? Ему будто крышу сорвало, как только Кён отчалил. Хотелось ходить и ебать всё, что было в юбке и мало-мальски симпатично. Будто примерялся, ища своё, но всё было не по размеру, не по вкусу, не то… Где те простые, светлые глаза? Где те льющиеся волосы? Где ты естественная, настоящая, которая могла бы удовлетворить его?

— Иди сюда, — поманил Зико ХеЁн, отбрасывая в сторону опустевшую бутылку — Ну же…

Девушка выбралась из укрытия и опустила ноги на пол.

— И смазку возьми, — добавил парень. ХваЁн нехотя передала сестре из своей сумочки гель-лубрикант. Та взяла его и подошла к Зико.

Он провел ладонью по своему члену, который уже поднимался и притянул к себе ХеЁн. Облизав её губы и больно прикусив их, он развернул её к себе спиной, прижав к комоду. Девушка оперлась ладонями на него и уставилась в зеркало, глядя то на своё отражение, то на отражение ухмыляющегося Зико позади. Он наслаждался её нежеланием. Но и покорная исполнительность радовала его не меньше.

Парень выдавил прохладный гель на руку и ввел один палец в ХеЁн. Она сжала губы, проникаясь знакомым ощущением. Это был не первый анал в её жизни. Но научил им заниматься именно Зико. И он же был пока единственным, кто время от времени пускал в ход все её отверстия. Прохлада вязкой жидкости заставила и без того узкий проход сжаться. Но Зико легко и мягко вводил и выводил палец, помогая расслабиться, после чего ввел второй. ХеЁн напряглась, хотя и старалась не делать этого. Однако чувствуя что-либо всунутое в анус не так-то просто принять беззаботный вид. Девушка опустила руку к своим половым органам, начав легко их массировать и теребить клитор. Как бы ей не было до сих пор стыдно этим заниматься на глазах у кого-либо, всё же это облегчало проникновение, поэтому лучше так, чем ощутить сводящую ноги боль, когда увесистый член Зико начнет втыкаться в неё и растягивать до невозможности.

После третьего пальца Зико ускорил свои движения, расширяя дырочку и, довольствуясь проделанной работой, убрал руку. ХеЁн тут же почувствовала головку, густо смазанную лубрикантом, которая давила на задний проход так, что хотелось убрать её прочь. Но девушка лишь промычала, сильнее вцепившись в комод. Поверх правой её руки легла ладонь Зико, а другой он вставил член сквозь кольцо сопротивляющихся мускулов. Короткая боль — и фаллос уже продолжает продвигаться глубже, плавно проезжаясь по внутренним стенкам отверстия. Парень, ощущая, что его члену больше не нужна помощь и он ворвался туда, куда было нужно, освободил руку и положил её на грудь ХеЁн, давя по направлению себя, чем усиливал толчки.

— Мм, — не выдержала девушка и с горечью простонала. Как ни старайся, а физиология берет своё и невозможно ничего не чувствовать. Ведь нервы живые, и сенсоры в каждой клеточке тела реагировали на то, что с ним делали — Аа…

— Не сдерживайся, — Зико ускорил темп, так, что шлепки его бьющихся о ягодицы ХеЁн бедер разнеслись по комнате — давай, порадуй меня визгом, сучка!

Девушка прикусила губу, чтобы не потекла скупая слеза. Совсем не к месту она захотела плакать, но руки, жмущие её грудь, член, до жжения рыскающий по её нутру, не давали совсем размазаться и показать слабину. Ощутив хлопок по бедру, ХеЁн пронзительно и высоко завизжала.

— Давай, громче, — Зико снова ударил её. Не больно. Скорее унизительно. Его фрикции набирали силу и, если продолжить так дольше, чем нужно, то кому-то будет потом гореть при сидении — Сучка, скулящая сука!

ХеЁн закричала, обозвала Зико мразью, скотиной и мудаком, отчего он завелся ещё сильнее. Пускай! Чем сильнее возбудится, тем быстрее закончит.

Парень почувствовал на своей груди обвивающие его руки и прижимающееся к его спине голое тело. Острые соски касались его лопаток и, пока он во всю урабатывал одну сестрицу, другая начала ласкать его, целуя его шею, покусывая плечи. Зико бросил взгляд в зеркало, где ХеЁн и ХваЁн посмотрели друг на друга. Опять это соревнование, которое начинала последняя… как же ей хотелось, чтобы ХеЁн рано или поздно вообще покинула их интимный досуг. Несмотря на молчание, отсутствие жалоб, каких-либо козней и действий, для Зико это было очевиднее некуда. Поэтому он опасно ухмыльнулся и потянул за волосы ХеЁн, выгнув её почти дугой. Впившись в её рот, он всосался в него до припухлости губ девушки, укусил её до крови за язык и вновь наследил засосами. ХваЁн терпеливо и выжидающе нежно гладила его грудь.

— Маленькие шлюшки, — прорычал Зико и кончил в зад ХеЁн, тут же покинув её и, повернулся к ХваЁн.

«Отодранная» — иначе не назвать — сестра, как бутылка шампанского, из которой вынули пробку, извергла из себя белую сперму, потекшую по внутренней стороне её бедер. Подняв неподалёку с пола свою сумочку, она достала влажные салфетки и стала приводить себя в порядок. Зико тем временем целовался с ХваЁн, завалив её на широкую кровать. Они валялись на ней, голые, уставшие, похотливые. Он насытившийся, а она, кажется, нет. Девушка протянула руку к члену парня и начала его ласкать, как только умела.

— Не много ли ты на сегодня хочешь? — Зико сжал её щеки, смачно поцеловав в губы — Папочка устал и не хочет больше.

ХеЁн покосилась на них, через плечо, отметив потускневшие глаза ХваЁн. Идиотка! Нужно как-то прекратить её восторг от этого негодяя. Начав с обязательств и безысходности, она, кажется, перешла к готовности заездить Зико до изнеможения. Но нужно было отдать ему должное; сегодня он трахнул каждую по два раза, и очередная «палка» была не короче предыдущих. ХваЁн оплелась ногами вокруг парня, трясь щекой о его плечо.

— Ладно, — провел по её волосам ладонью он — может, через минут пять, я захочу отведать твоего ротика. Надеюсь, тебе не трудно будет хорошо потрудиться?

Девушка заулыбалась и что-то замурчала ему на ухо. Зико захохотал, когда в дверь постучали.

— Ну, кто там? — недовольно бросил он и посмотрел на ХеЁн — Открой!

Девушка подхватила рубашку Зико и, прикрывшись ей, приоткрыла дверь. За порогом стоял ТэУн. Она прижала одежду сильнее к себе, отступая к стенке и впуская его.

— Что я там не видел? — хмыкнул он и посмотрел на парочку, которая даже не думала устыдиться своей наготы — Воркуете, голубки? Хоть бы окна раззанавесили, день на дворе уже.

— Да плевать, — сел Зико, шаря глазами по комнате в поиске трусов — Мы приехали только под утро. Ночью в баре зависли. Ну, знаешь, где обычно…

— Понятно, — ТэУн сел на стул — А я, собственно, за ХеЁн.

Названная уставилась на него, как на врага народа.

— Побереги её до завтра, — липким грязным взглядом посмотрел Зико на неё, проведя по нижней губе большим пальцем — Пусть отдохнёт, мелкая.

— Да я не за этим, озабоченные, — расхохотался старший брат — Из агентства позвонили, фотосессия какая-то подвернулась. Нужна мужская подгруппа «Co-Ed school» и ХеЁн, так что…

ТэУн посмотрел на одевающуюся в углу девушку.

— Извини, посношаемся в следующий раз.

— Да пошел ты! — зло бросила она ему и, вцепившись в сумочку, вышла за дверь, удаляясь увидев, как заиграл румянец на щеках сестры. Та, кажется, впала в блаженство что, наконец, они с Зико будут один на один. Что ж, удачи. А ХеЁн хочет уехать отсюда подальше, и чтобы её как можно дольше не донимали больше. Погрузиться в работу: съемки, записи, показы, автограф-сессии, что угодно! Только пусть ей дадут заниматься своей личной жизнью самостоятельно, прекратят угрожать и шантажировать. Ну, зачем это ТэУну и Зико? Ни тот, ни другой её не любили. Просто одному нравилось издеваться, теша какие-то свои тайные комплексы, а другому вообще было пофиг, хотя от хорошего секса он не отказывался без пофигизма, а с самым что ни на есть энтузиазмом и вдохновением.

— Эй, подожди! — услышала она в спину — Я подвезу!

ХеЁн не хотела останавливаться, но была поймана повыше локтя ТэУном. Она стряхнула с себя его руку.

— Хватит тут строптивость показывать, — скучно заметил парень — можно ведь нормально общаться в те моменты, когда ты не смотришь на меня волчицей, как ты делаешь всегда, пока мы трахаемся!

— А что мне ещё делать, если это не доставляет мне удовольствия? — ХеЁн хотела обойти его и пойти к дороге, чтобы поймать такси, но он перехватил её и подтолкнул к машине, на которой приехал. Их ждал водитель, который отвезет их на рабочее место, а это значит, что они вынуждены будут провести ещё какое-то время тет-а-тет.

— Брось, как можно не получать удовольствие? Секс он и в Африке секс! Не хочешь прикладывать усилий — расслабься и кайфуй!

ХеЁн презрительно на него поглядела и села на заднее сидение. Как можно было объяснить этому примитивному созданию, что такое пыл, страсть и настоящее вожделение, когда хочется раствориться в человеке, который тебя обнимает?! Как хочется тонуть в глазах любимого, сгорать от его заботливых касаний… это всё было у неё последний раз с ним, ТэУном, после чего показалось его реальное лицо, было разбито её сердце и она возненавидела представителей мужского пола за то, что они не умеют любить, не умеют ценить, не умеют просто сомкнуть в своих руках и пролежав всю ночь, глядя на звезды и даже в самых потаенных закромах подсознания не помыслив о том, как бы поиметь ту, что рядом с тобой, переживать за один лишь отзвук её дыхания.

Девушка отвернула лицо к окну и, закрыв глаза темными очками, позволила им увлажниться.

Глава 1

«Обычное дело»

POV Хёён.

Когда я стала частью шоу-бизнеса, я догадывалась, что здесь не рай Земной, и что тут могут происходишь вещи, которые никак не увязываются с понятием «нормальности» для простого обывателя. Но нас с сестрой это долго не касалось. Я то и дело слышала, что какой-нибудь продюсер вызывал к себе подопечную и решал с ней «важные вопросы». А мы с ХваЁн, к счастью, оставались в стороне. Её популярность росла, я дебютировала. Было ощущение, что так будет продолжаться вечно.

До сих пор ненавижу себя за то, что позволила себе влюбиться в ТэУна. Он был таким интересным, веселым, очаровательным, раскованным. Чем же не подходящая персона для первой любви? Мы провстречались меньше полугода. Это было так прекрасно, так затягивающее. Нам даже не нужно было ходить на свидания: работая в одном агентстве, в одном коллективе, так удобно строить отношения! И мы построили, да только на плохом, как выяснилось, цементе, и строение разлетелось при первой же буре.

Да, Зико снял на камеру первую нашу ночь, о чем я узнала только спустя пару недель, когда видео успело пройти приватный показ для друзей братьев. В общем, вспоминать не хочется, что я тогда чувствовала… и чувствую до сих пор. Только вот изменить ничего не в силах. Сама я понятия не имела, как выкрутиться и спастись, ХваЁн делала вид, что не знает, чем помочь, но, думаю, просто её всё устраивает. Наверное, в такие моменты начинают ждать появления супергероя и защитника, но во мне, напротив, с течением времени вера исчезала. Уже три месяца я вынуждена была жить, как жила. И перемен не предвиделось.

После фотосессии, на которой я старательно изображала «милашку-очаровашку» и демонстрировала эгё (это после прошедшей-то ночи), мы все погрузились в микроавтобус. Самое смешное, что все по-прежнему считали нас парой. Поэтому освобождали нам соседние места, и мы с ТэУном играли молчаливое согласие. В курсе шантажа была только ЧанМи, как самая близкая мне подруга и как девушка, к которой потихоньку начал подкатывать ТэУн. Я её предупредила, рассказав всё. Не выдержала, не смогла смотреть, как в капкан может попасть очередной зверь.

И вот мы втроём на самых задних сиденьях ехали в общагу. Говорить было не о чем, да и желания не было. ЧанМи посматривала на меня, одним взглядом умея поддержать и приободрить.

У ТэУна зазвонил телефон. Я не собиралась слушать и вникать ни во что, связанное с ним, но так как я прибыла сюда не из дома, то была без плеера, и не могла заткнуть себе уши. Парень с кем-то по-приятельски общался, довольно смеясь и договариваясь о планах на вечер. Посоглашался с чем-то, глупо пошутил (а, может, и нормально, но для меня всё теперь в нем было плохим, никуда не годным). Поболтал о несущественной ерунде и попрощался.

— Сегодня будет вечеринка, — почему-то он решил, что мы должны быть осведомлены о его планах — Знакомый собирает тусу…

Я молчала и даже не поворачивалась в его сторону. ЧанМи из-за хорошего воспитания обратила к нему своё лицо.

— Хочешь с нами? — поинтересовался он у неё.

— С кем «с нами»? — холодно уточнила она.

— Ну, со мной и с Хё — назвал он меня, как называл когда-то, в прошлой жизни. Теперь это произносилось только напоказ.

— А меня спросить не нужно? — обозлено посмотрела на него я.

— А что тут спрашивать? — ухмыльнулся он — Ты моя девушка, значит, где я буду, там и ты будешь.

— А если я не хочу? Или у меня голова болит?

— Не можешь — научим, не хочешь — заставим, — смеясь, будто пошутил он, но мы обе поняли всю истинность его слов — А от головной боли у меня есть прекрасное средство…

ТэУн наклонился ко мне и поцеловал в ухо. Меня передернуло, и я отстранилась. Странно, он ведь никогда не был жесток. Не извращенец и не садист, но то, как он меня унизил в определенном кругу и как теперь относился — как к собственности, которой можно распоряжаться как угодно — убило во мне весь положительный настрой к нему. Хотя принуждение к чему бы то ни было не происходило силой. Всегда грозили только скандалом и тем видео, поэтому до чего-то более серьёзного не доходило. Я предпочитала не узнавать, на что ещё они способны в дальнейшем. А этим вечером, судя по всему, мне всё-таки придется волочиться в очередное злачное место и терпеть, терпеть. Интересно, Зико тоже будет там? Куда без него, ведь не пропускает почти никогда возможности поиздеваться надо мной. А ТэУн достаточно остыл ко мне, чтобы позволять брату развлекаться со мной, и недостаточно для того, чтобы перестать развлекаться самому.

— В девять часов зайду за тобой, — бросил он, вылезая из машины и направляясь к себе. В общежитие у нас всё было внешне прилично. Девочки жили в женской половине, а мальчики в мужской. И за соблюдением правил грозно следил стафф, чтобы молодежь не развела неподобающих оргий и разврата. Если кто-то умудрялся что-то делать тайком или на стороне — это было его дело, но не здесь, и не открыто.

Так что о моём казусе администрация не знала, лишь разрешая нам с ТэУном скрыто быть парой. Но если бы они узнали, что я нахожусь в опасном положении на грани скандала, то, наверное, выгнали бы из агентства немедленно. В общем, за помощью обратиться и пожаловаться было некуда и здесь. Поэтому я терпеливо готовилась к нелегкому вечеру под соболезнующим взглядом ЧанМи.

Мы приехали в какое-то сомнительное заведение, не то чей-то дом, не то полулегальный клуб. В общем, во что-то типичное для ТэУна и Зико. Они всегда ошивались по подобным местам. Тут были все удовольствия: музыка, выпивка, спальные комнаты. Хотя, когда мы вошли внутрь, я поняла, что тут нечто поприличнее борделя. Бильярд, столики. Наверное, какое-то событие или чей-то праздник. Я даже не собиралась вникать. У меня на талии лежала рука ТэУна, и мне казалось, что у меня там образуется клеймо. Я поздоровалась с несколькими знакомыми лицами. Мой «парень» провел меня к уютным диванчикам, на которых сидели пять человек. Из них я знала только одногруппника Зико Квона и его девушку СонХе. Я кивнула им, а ТэУн всем, пожав руки присутствующим мужчинам.

— Ну, что, Зико так и не приедет? — спросил он у Квона.

— Нет, у него творческий порыв и он в студии, наверное, до утра просидит, — ответил тот и я радостно выдохнула. Хоть какая-то гора с плеч — а вы вдвоем?

— Да, у ХваЁн завтра рано репетиции для съемок, а больше никто поехать не захотел, — почему-то я была уверена, что Квон знает всё о моем положении. Блок Б был такой дружный коллектив, что находились на одной волне. Они понимали друг друга, прикрывали и покрывали. Да, в прочем, все мужчины были одинаковы, и их солидарность друг с другом была превыше всего.

Мы сели среди них и они начали болтать. Я заказывала себе коктейль за коктейлем, стремясь замутить свою голову, чтобы события проходили веселее, а время быстрее. Я хотела бы спросить ТэУна, когда я смогу поехать обратно, но боялась, что если затрону эту тему, он тут же потащит меня куда-нибудь «перепихнуться», а если отмолчусь то, может, и не вспомнит об этом. Попьет, поболтает, расслабится, да свалит спать.

Но разговор между ним и Квоном сам собой вышел на тему, которую я старалась избегать.

— … так что, там у вас сейчас никого нет? — оживился ТэУн, услышав планы пары остаться здесь до утра.

— Да нет, там ТэИль и ДжеХё дрыхнут в комнате, а другие да, пустуют, — Квон позвенел льдом в бокале — Кён в Новой Зеландии, Бомб у своей, Зико, как я уже сказал, приспичило поработать. Макнэ наш дома у себя с родителями. Ему разрешают после стресса из-за скандала.

— Это же здорово! — парень провел пальцами по губам и прижал меня к себе сильнее. Выпила не только я, но и он, отчего стал задорнее и резвее — дашь ключи тогда? Мы поедем, воспользуемся моментом. Раз уж место свободное есть и можно расположиться с комфортом, а не по углам тереться.

Квон привстал и вытянул из кармана кольцо с двумя ключами.

— Код на железной двери помнишь?

— А как же! Как свои пять пальцев.

Я обреченно залпом осушила бокал и, увлекаемая за собой ТэУном, поднялась, покидая вечеринку. Вот так случалось почти всегда. Им что-то взбредало в голову, хотелось то одного, то другого. Их носило по Сеулу в поисках, где интереснее и их душе приятнее, а меня не спрашивали, будто я вещь. Признаться, я в последнее время и сама себя начинала так ощущать.

Менее чем через полчаса мы уже входили в прихожую общежития Блоков. Ещё в такси ТэУн начал меня тискать. Я не сопротивлялась, не брыкалась, не делала ничего. Трезвого его бы это бесило, но пьяному, похоже, было всё равно. Он прижал меня к дверному проёму, включая на своём пути свет, запустил руки мне под юбку. Жадно кусал и облизывал шею, грудь, проталкивая меня всё дальше вглубь квартиры.

Прежде чем ввалиться в комнату, он заглянул в неё и убедился, что она пустует. Потом, уже не включая света, потянул меня вниз, на валявшиеся на полу матрасы и начал раздевать. Я бездействовала, глядя на него тем злобным убийственным взглядом, который его раздражал, поэтому, наверное, он уже и отучал себя заниматься сексом со мной при свете.

— Что, теперь в бревно превратилась? — приостановился он, расстегивая на мне лифчик. Сам он ещё был полностью одет — раньше хоть повизгивала, фригидная!

Я промолчала, не желая вступать с ним в перепалку. Не нравится — пусть сваливает! Я не собираюсь доставлять ему удовольствие.

— Ну и хрен с тобой! — проворчал ТэУн, раздвинув мне ноги и ложась меж них.

И тут над нами зажегся свет. Я быстро прикрыла грудь, испугано бросая взор на двери. Там, завернутый в одеяло, стоял ДжеХё, и, таким же тупым и непонимающим взглядом, как и мой, только без страха, смотрел на нас. ТэУн обернулся через плечо, замедленно соображая своей хмельной головой. Что ж мне-то не получилось сегодня упиться хотя бы до такого же состояния?

— Ой! — наконец-то воскликнул ДжеХё, как будто ему нужно было внимательно разглядеть всю картину, чтобы уразуметь, что происходит — Извините, я не знал, кто тут пришел.

Он топтался, словно не понимая, что в таких случаях надо быстро ретироваться, а не искать слова поддержки и оправдания. Боже, молодой человек, уйдите хоть Вы с этого спектакля одной актрисы! Ей и так тяжело даётся очередное выступление.

— Ничего, — заплетающимся языком произнес ТэУн — свет щелкни, ладно?

Может это я была замедленная, но ДжеХё, кажется, опять, не тут же выполнил просьбу, а спустя минуту. Кивнул своим молчаливым мыслям и, нажав на выключатель, ушел.

Я закрыла глаза. Я думала, что мне уже всё равно, но на такие внезапные явления мне нервов уже не хватило. Пока ТэУн расстегивал ширинку и метился в меня, что не сразу у него получилось, из-под моих ресниц тонкими ручьями полились слезы. Как это всё отвратительно, пошло, отрицательно. Почему я не могу захотеть своего бывшего возлюбленного? Почему не могу простить ему, проникнуться их бездушностью, развратностью, стать такой же и, как ХваЁн, включиться в игру? Почему мне хочется хоть чуточку красоты, уважения, нежности и осмысленности?

Я ждала, когда ТэУн удовлетворит свою страсть, что у него никогда не получалось быстро, будто мне назло. Не знаю, наверное, многие девушки мечтают о долгоиграющих любовниках, но я бы поменяла сейчас обоих братьев на одного с пятиминутной эрекцией частотой раз в неделю максимум. С таким терпеть его домогательства было бы куда проще и легче. А эти — что за наказание — в своей похотливости были трудно утомимы.

И всё же, возня на мне закончилась и он, выжатый и обессиленный, снимая рубашку и ремень для удобства сна, перевернулся на другой бок и захрапел, не прошло и пяти минут. Лучше бы он быстро кончал и мучился бессонницей, так нет, наоборот! Но невозможность заснуть пришла ко мне и я, утирая слезы, ещё долго лежала, глядя в темноту и думая, что жизнь моя затирается и скоро станет совсем никудышней. И нет ничего в ней светлого, ради чего стоило бы рыпаться и пытаться изменить всё.

Глава 2

«Не лучшее утро»

Я уснула почти под утро, поэтому вырубилась напрочь. И хотя слышала, как ТэУн встаёт, ходит и собирается, разговаривая по телефону, даже не смогла заставить себя открыть глаза и посмотреть на происходящее. Однако даже сквозь сон я поняла, что он ушел, сорванный куда-то делами, поэтому сладко растянулась и продолжила отдых. Как это здорово чувствовать себя свободной и никем не притесняемой! Я до упора лежала и не желала пробуждаться окончательно, пока не убедила себя, что уже надо, что уже пора, что это мужское общежитие и тут в любой момент может кто-нибудь появиться.

Хоть и не часто, но я тут уже бывала, поэтому совсем чужой себя здесь не ощущала. Я села, позевывая, и тряхнула своей стрижкой. На мне было чьё-то одеяло, которое я натянула на себя после того, как ТэУн сполз в сторону. Больше на мне ничего не было. Моя одежда, моё нижнее бельё валялись по полу тут и там. Я прислушалась к звукам в квартире. Тишина. Может, вообще все ушли? Или оставшиеся спят так же крепко, как я некоторое время назад? Жутко хотелось пить из-за сушняка, который вызвал употребленный алкоголь. От этого аж горло саднило и я, не без труда встав, облачилась в одеяло, как в шаль, и, на цыпочках, решила пробраться на кухню и попить воды. А потом уже вернусь и буду собираться домой.

Я прошла по коридору, помня расположение помещений, и, свернув за угол, резко затормозила. У холодильника стоял ДжеХё, держа в руке бутылку молока и, заметив меня, замер. Я тоже не шевелилась. Даже моргать забыла, видя, как он, нагло на меня уставившись, стоит в широких трусах и футболке, и не собирается ничего говорить. Очень здорово! Вот кого я меньше всего хотела бы сейчас видеть, так это человека, который видел меня накануне фактически во время секса. Если раньше при встречах я просто не обращала внимания на ДжеХё, то сейчас ощутила дикий негатив к нему.

— Ну, что уставился? — парень запахнул рот, который у него раскрылся, когда я застала его у холодильника. Я поплотнее стянула одеяло на груди, вспомнив, что он ночью выглядел так же. И чего он молчит? Что смотрит на мои голые ноги и коленки? — Чего зыришь? Трахаться захотел?

— Неа, — наконец-то разморозился он, начав откручивать крышку от бутылки и выливая молоко в ковшик — Не захотел.

— Да конечно, — я прошла мимо него и, взяв стакан, направилась к крану, налить себе холодной воды — С чего бы тебе не захотеть? Все вы этого хотите.

— А я уже затрахался, — беззаботно произнес ДжеХё и не к селу, не к городу, улыбнулся, наблюдая за переливающимся молоком.

— А, извини, мачо, — я налила воды, но, сделав глоток, почувствовала, что она не настолько ледяная, как мне бы того хотелось, и пошла к холодильнику за льдом — наверное, у тебя такой огромный опыт, что секс уже завяз на зубах, да?

— Не, опыт не огромный, — парень поставил ковшик на медленный огонь и сел напротив, подставив табурет к плите, залипнув взглядом на огонь так же, как недавно на мне — что не мешает устать от секса и не хотеть им заниматься, когда плохо себя чувствуешь и болеешь.

— Заразу что ли подцепил? — хохотнула я, скосив презрительную улыбку набок.

— Неа, простыл, — всё так же спокойно и ровно ответил он. Я набросала себе кубиков льда больше, чем воды и, закрыв морозилку, принялась жадно пить — и ты бы поосторожнее, а то тоже будешь в соплях сидеть. Никакой радости.

— Да я лучше с соплями посижу, чем что-нибудь ещё. Каким радостям, по-твоему, они мешают?

— Ну, не знаю, — ДжеХё закинул одну ногу на колено и мечтательно посмотрел в потолок — я вот на вечеринку из-за температуры вчера не поехал. Да мало ли какие ещё радости бывают…

— А-а, так вот, почему тебя вчера там не было? — я сделала глотки меньше — Ничего не пропустил. Скука, тоска, обыденность.

— Угу, то-то вы и сбежали пораньше, — с лицом, означающим вселенское понимание, озвучил он.

— Не смей!.. — гаркнула я, тут же обидевшись на намек, что он видел нас с ТэУном, но сразу же поняла, что он не об этом говорил, а просто имел в виду только то, что сказал. Что мы пришли с тусовки, когда ещё впереди была вся ночь. Но меня коробило чувство оголенности перед ним и мне так и хотелось наорать на него, нахамить ему. А его наивное и непробиваемое выражение лица вообще выводило из себя — Знаешь, вообще стучать надо, когда куда-то заходишь!

— Я же не знал, что у нас девушка, — посмотрел он на меня и тут же вернулся к гипнотизированию молока — обычно мы тут друг к другу так и вваливаемся.

— Это не оправдание! — я проглотила случайно льдинку, и рот изнутри обдало приличным морозом. Я поморщилась и замолчала.

— Да ладно тебе, я ж ничего особого не увидел, — широко заулыбался он, начав притоптывать ногами какой-то ритм. Его «блюдо» начинало закипать, и он потянулся, чтобы выключить газ — что естественно, то не позорно.

У меня свело зубы и я, отдыхиваясь, наблюдала, как он переливает кипящее молоко в именную кружку, где рядом с его именем красовался логотип Блок Б.

— И вообще, я тебя и не в таком виде видел, — ДжеХё кинул в питьё кусок масла и с блаженством стал помешивать, предвкушая, как будет лечить горло этим народным средством — Зико показывал запись вас с ТэУном. Так что вчерашнее…

Я выронила стакан, и он разбился вдребезги. Осколки рассыпались по полу с остатками льда и каплями воды. Руки у меня затряслись. Боже! Слезы вновь навернулись на глаза. Сколько ещё людей вокруг меня видели это, знают это? Меня кинуло в жар. Лицо запылало и я, чтобы как-то отвлечься, села, начав собирать кусочки стекла, но сразу же порезала палец, айкнув.

— Я уберу! — сел ДжеХё рядом, отставив свою чашку поглубже на стол.

— Отвали! — хлопнула я его по руке, сверкнув порезом — Иди, пей своё молоко!

— Ты порезалась, — заметил он.

— Не слепая, придурок! — ДжеХё попытался поймать мою руку, не знаю зачем, но я вырвала её и, начиная рыдать, поднялась и побежала в комнату, желая скорее одеться и уйти отсюда.

Когда я уже застегнула кофту и поправила волосы, то услышала стук по дверной коробке. Я подняла голову. В проем сунулось лицо ДжеХё.

— Можно?

— Чего тебе? — я выпрямилась, прекрасно понимая, что мои красные глаза не спрятать.

— Я пластырёк принес, — парень протянул мне кусочек медицинской ленты — И убрал там, ты не волнуйся.

— Вот уж последнее, о чем собиралась переживать, — пробурчала я и взяла у него пластырь, тут же примостив на палец.

— А если ты переживаешься из-за того…

— Хватит! — я выставила ладонь вперед, показывая, что не хочу ничего слышать — С меня довольно это знать, а говорить об этом уже выше моих сил!

— Нет, ну, правда! — ДжеХё опять сделал паузу, неуместную, но, похоже, ему нужно было собраться с мыслями прежде, чем толкать речь — Это же ерунда, об этом и думать не стоит. Ничего такого в том нет, что кто-то видел, как ты…

— Прекрати! — я зажала уши, срываясь. Жаль, что он мне и валерьянки заодно не принес — Ты не понимаешь!

— Я не понимаю? — парень почесал затылок и, видя, что я смотрю на него, выдал — Ну, ладно, может, это тебя успокоит и поставит меня в равное по отношению к тебе положение?

И, не успела я и глазом моргнуть, как он наклонился и, взявшись за свои трусы, стянул их до самых лодыжек. Я открыла рот, кажется, действительно, встав в его положение. По крайней мере лицо у меня точно было такое же глуповатое, как у него. Я заставила себя отвести взгляд от того, на что смотреть не положено и, придя в себя, закрыла лицо ладонями.

— Вот же ты дурак! Оденься немедленно!

— Ладно, — я услышала шорохи, движение — Оделся.

Я открыла лицо и, красная как рак, выбежала из комнаты, задев его плечом и спеша отсюда прочь, скорее, к себе в общежитие, пока смущение и мои комплексы не разорвали меня на части.

Глава 3

«Не худшая ночь»

Когда я была уже в нашей с ЧанМи комнате, я внезапно поняла, что забыла свою сумочку в общежитии Блоков. Мобильный и ключи у меня были в карманах пиджака, а косметика, документы и прочие бытовые мелочи в ней. В общем-то необходимые вещи, но не настолько, чтобы заставить себя туда вернуться тот час же. Могу обойтись и без этого пару дней. Если будет настроение, то попрошу ТэУна привезти мне её оттуда. А, может, Зико первым наткнется на инородное тело на своей территории и, разобравшись, чьё это и откуда, пришлет мне каким-нибудь образом. В любом случае не сейчас я собиралась думать об этом и разбираться.

Вечер выдался свободным, и никуда не нужно было идти. Поэтому я осталась лежать у себя в кровати, пользуясь случаем, чтобы почитать и подумать о своем, о девичьем. Из реального приятного было мало, поэтому в такие моменты я предпочитала отключаться от действительности и погружаться в мир фантазий и воображения, как каждая девчонка моего возраста. Как странно, многие, очень многие, наверное, лежат сейчас и мечтают о моём месте: быть девушкой-айдолом, знаться со знаменитостями, иметь парня из шоу-бизнеса, красивого известного мальчика. Если бы они знали, как это всё выглядит на самом деле… Я бы предпочла уютную собственную спальню родительского дома, обычное школьное расписание, болтовню с подругами, такими же обычными, как я, а не то, что мне досталось за стремление к деньгам и славе. Обратно ведь пути уже не было. Вернее он был, до какого-то момента, но я его проглядела. Точка возврата была переступлена. Спасибо вам, братья У.

Со второго раза я услышала, как меня окликает ЧанМи. Вернее, я и первый раз услышала, но разум согласился реагировать и подчиняться не сразу.

— Что? — прикрыла я книгу, заложив закладку.

— Тебя там парень спрашивает, в холле, — кивнула она головой себе за спину, стоя в дверях.

— Какой ещё парень?

— Ну… этот… из Блоков… — попыталась она вспомнить имя, но замолчала.

— Зико что ли? — напряглась я, хлопнув твердым томиком по столику рядом. Я села.

— Нет, с ним работает, высокий такой, симпатичный, — ЧанМи попыталась сделать веселое выражение лица, чтобы меня приободрить, но моё настроение не поддалось. Она знала, как меня удручает вся эта возня с мужским полом, так что, попытка пробудить во мне симпатию к мужчине изначально была обречена на провал.

— Блин, только не он, — поднялась я, думая о ДжеХё.

Мне всё ещё было неловко от осознания его осведомленности, а перед глазами стояло… не то, что должно стоять, когда пытаешься вспомнить лицо человека. Но, должна признать этот факт, его внезапный дурацкий поступок снял с меня один пласт стыда.

Когда я спустилась вниз, как и ожидалось, в центре стоял он — ДжеХё. Разувшись, но не сняв куртку, он отрешенно разглядывал стены комнаты. Держа в руках мою сумочку. Отлично! Кроме него даже этого никто не мог сделать — вернуть мне мою вещь? Он услышал шаги и медленно повернулся на звук.

— Привет!

— Виделись, — покривилась я и протянула руку.

— Но то было утром, — ДжеХё теребил ремешок сумочки и не спешил мне её вернуть — и прошел целый день.

— Славно, хоть неделя, давай! — я затопала ногой, подняв и опустив руку по новой, делая упор на своём жесте. — Ты же для этого пришел?

— Да, но надо же «спасибо» сказать, разве нет? — парень улыбнулся. Вот хам!

— А если не скажу, что, не отдашь? — мне до боли не хотелось с ним любезничать.

— Отдам, — ДжеХё протянул, наконец-то, то, что принадлежало мне и я, дернув сумочку, прижала её на уровне живота к себе. — Но с твоей стороны это останется невежливым.

— Спасибо, — пробурчала я, тут же добавив: — хотя мне всё равно, какой ты там будешь меня считать!

И тут в холл вошел ТэУн. Наверное, он шел ко мне, потому что целенаправленно скинул с себя ботинки и уже схватился за верхнюю одежду, когда заметил и меня, и ДжеХё.

— О, здарова! — они пожали друг другу руки — Какими судьбами? В женском общежитии…

— Да вот, Хёён забыла у нас кое-что. Привез, — пожал плечами молодой человек.

— А-а! — ТэУн засмеялся — А я уж подумал, что завел у нас себе тут кого. Эх, ты!

Это уже обращалось ко мне. Я обрела ненужное мне внимание.

— Хё-растеряша, надо быть менее рассеянной.

Я хотела ему ответить что-нибудь мерзкое и язвительное, но при посторонних не было никакого желания начинать выяснять отношения. Ладно, ДжеХё видел мою грудь, ноги, бедра… что там ещё… да хоть всё! Но в мою душу и в мои личные неприятности ему залазить ещё не хватало. Я поджала губы, и ТэУн вновь потерял интерес доматываться ко мне, вернувшись к самцу своей породы.

— А у нас тут завтра вечеринка намечается, День рождения одного менеджера. Хороший парень, из администрации. Не хотите придти?

Конечно же, подразумевались все Блоки. ТэУн обожал шумные многолюдные тусовки, и ему было в радость назвать толпу побольше и развлекаться до упада. Во мне внутри всё закричало «нет!!!».

— Зико весь в творчестве и работе, — покачал головой ДжеХё.

— Да про него-то я знаю, — хохотнул ТэУн — созванивались. Я про вас, остальных, спрашиваю. Планы есть на завтра? А то приходите, оторвемся!

Он задорно подмигнул, потом бросил быстрый взгляд на меня. Я, естественно, уже не спрашивалась. Как и в прошлый раз, этот взгляд означал короткое «ты там тоже будешь». Пожалуйста, ДжеХё, откажись!

— Я не знаю, ребята, наверное, тоже заняты, кто чем… Квон точно не сможет, — он задумался, почесав затылок — на счет планов у других поинтересуюсь. А я свободен, я приду.

Черт! Вот какого хрена ты вообще сюда явился? Я обреченно опустила плечи. Ни дня передышки. Завтра тоже будет тот ещё вечерок. Наверняка он кончится пьяными домогательствами ТэУна. Причем в присутствии многих, кто знает, каковы на самом деле наши отношения. А этот ещё и наглядно видел, как они выглядят!

— Ладно, тогда до завтра! — ТэУн похлопал ДжеХё по плечу и, когда тот вышел, повернулся ко мне — Ну, я собственно шел сказать тебе о приглашении, но теперь не нужно повторять дважды, так что, до встречи!

Славненько! Если до этого я жила, будто с оборванными крыльями, то теперь у меня на ногах возникли кандалы в придачу. И со всем этим нужно будет волочиться в компанию с выпивкой, плясками и песнями, и делать вид, что всё прекраснее некуда.

Народу собралось немало на следующий день. Хотя не так много, как виделось мне в кошмаре, приснившимся накануне «в тему». Из Блоков пришел только ДжеХё, и я тут же придумала себе увлекательную игру с единственным правилом «не встреться с ним глазами». Она шла параллельно моей любимой и самой частой игре «избегай ТэУна». Иногда у меня получалось в ней выигрывать, с каждым новым раундом я приобретала всё большее мастерство, ловкость. Но чаще у меня выходило лишь скрываться от второго игрока до его победного финала, когда он меня находил и делал то, что хотел.

С двумя занятиями одновременно получалось сложнее. Хотя, потягивая коктейль, я сочинила, как на некоторое время можно расслабиться и затаиться, никем не будучи потревоженной. Я ушла на балкон и там, с небольшой высоты, вдыхала ночной воздух летнего Сеула. Порой налетал слабый теплый ветерок и приятно гладил мою кожу на руках и груди, открытых маленьким клубным платьем. Не стоило выходить сюда — алкогольные пары опять начали стремительно испаряться, и я стала как стеклышко, и все мои попытки отключиться ближе к ночи сравнялись с нулем.

Я заглянула через окно в стене в помещение и увидела, как ТэУн пытается флиртовать с ЧанМи. Опять взялся за своё. Ну-ну, тебе там не светит! Но, с другой стороны, это означало, что до того мига, когда он в очередной раз ничего не добьётся, на мне не будет его рук, я не буду ощущать на себе его губ, и вся его драгоценная озабоченность будет излучаться на ЧанМи.

Я выдохнула и, грустно поприветствовав пустой бокал, вернулась внутрь, чтобы налить себе ещё чего-нибудь. Желательно покрепче. Желательно побольше. А лучше вообще взять бутылку и забиться с ней где-нибудь в туалете, пока оттуда меня не выгонит чья-нибудь просьба немедленно освободить занятое место.

Третий мой шаг сбился о чью-то ногу и я, запнувшись, схватилась за рядом стоящего. Извиняясь, я выпрямилась и увидела ДжеХё, который поддержал меня, чтобы я не завалилась при всех на пол.

— Привет! — опять глупо и бессмысленно произнес он. Что за издевательство?!

— Умнее ничего не придумал? — зло вырвалась я от его рук.

— А что, здороваться теперь нужно не только редко, но и замысловато? — удивленно открыл он рот.

Я посмотрела на его пьяные глаза, на чудаковатую полуулыбку и ощутила флер виски, который он распивал с кем-то, кто стоял рядом с ним и что-то ему монотонно рассказывал. Я фыркнула и пошла дальше. Ладно, ничего страшного не произошло. Да и, похоже, он уже так набрался, что толку от него никакого — смотрит он или не смотрит, но видит мало что, а уж не думает ни о чем и подавно!

Я почти дошла до стола, где стояли бутылки, как из-за угла вышел ТэУн и резко дернул меня за собой, больно схватив выше локтя. Это было похоже на рыбку, пойманную на крючок: оп, и я уже не там где стояла, а волокусь туда, куда меня тащат. Но тащили меня не далеко, а всёго лишь за тот угол, из-за которого объявился ТэУн. Он был зол, пьян и зол. Это я заметила. Он остановился и прижал меня к стене коридора.

— Вот так ты делаешь, да? — он стукнул кулаком рядом с моим лицом — Язык длинный стал, да?

— Что случилось? — я недоумевала, что на него нашло и кому, что я могла сболтнуть? Это, вроде как, меня шантажировали, а не я.

— Ты наболтала ЧанМи обо мне, да? — ТэУн подвинул своё лицо близко-близко к моему — Ты растрепала, что тебя сняли на видео, и теперь ты перед нами с Зико раздвигаешь ноги?!

Я поджала губы и отвернулась вбок. ТэУн взял меня за волосы и потянул обратно, заставив посмотреть на него, в его шальные, гневные глаза.

— Я тебя спрашиваю! Какого хера ты ей рассказала?

— Захотела и рассказала! — перестала сдерживаться я и пихнула его в грудь, пытаясь вырваться, но хватка на волосах не ослабла — Она моя подруга и я предупредила её, с кем не стоит водиться!

— Себе же хуже сделала! — он прижался ко мне бедрами, вдавливая в стену, и во мне поднялась волна тошноты — То бы я, может быть, на неё переключился, но раз она мне теперь не даст, то будешь всё выполнять ты! За двоих!

Я поджимала губы, кусая их и, чувствуя, как по щекам потекли слезы, опять застучала по груди ТэУна. Он отстранился и, всё так же, за волосы, повел меня перед собой в сторону одной из спален. Я успевала лишь перебирать ногами, под толчки в спину. Он открыл дверь и закинул меня внутрь. Я остановилась о кровать, уперев в неё руки. Коленки затряслись, и я опустилась на пол, не желая поворачиваться и смотреть, что сзади задумывает ТэУн.

— Посиди здесь! — проорал он — Я пойду ещё повеселюсь, оторвусь, а потом, когда захочу десерта, приду и буду драть тебя, как сучку! Ясно?!

Я услышала хлопок дверью и разрыдалась. Что же тут не ясного? С той стороны повернулся ключ и я не могла никуда выйти. Даже если бы в туалет захотела, но ТэУну до этого не было никакого дела. Он пойдет, попытается пособлазнять ещё каких-нибудь девиц, полапает кого-нибудь, выпьет ещё литр какой-нибудь не слабой выпивки, а потом припрется сюда, чтобы «трахнуть своё бревно» всеми способами, на которые у него ещё будет хватать сил. Хотя я сомневалась в его фантазии, и он будет делать всё как всегда: залезет сверху, долго будет в меня вколачиваться, пока не удовлетворится. Без Зико никаких изысков опасаться не приходилось. И моя роль была минимальной — успеть натянуть на него презерватив, чему, к счастью, он не сопротивлялся.

Я сняла неудобные туфли и забралась на постель, поджав ноги и свернувшись калачиком. Слезы текли все сильнее, и я обхватила подушку, уткнувшись в неё и пытаясь заглушать всхлипы. Впрочем, от кого их скрывать? Кому до них было дело, и кто мог услышать? Все пьют, «гудят», беснуются под музыку. Я дала волю эмоциям и, поколотив руками и ногами кровать, прорыдавшись в голос, где-то через час стала успокаиваться.

Темнота приводила мысли в порядок, но ничуть не утешала. Недаром все маньяки, психи и самоубийцы чаще всего творят все по ночам и под утро. Все слабости, все пороки обостряются именно в это время. Я чувствовала, как мне нужно выпить что-нибудь, чтобы расслабиться, получить какую-то помощь извне, потому что сама себя я привести в порядок уже не могла.

Послышался поворот ключа, и я сжалась. Нервы напряглись до предела. На спине даже выступил холодный пот. Я не оборачивалась к двери, слушая тихие шаги, и лишь всхлипывала, трясясь. Дрожь колотила меня всю, от пяток до макушки, но я не могла прекратить плакать, даже зная, как это бесит ТэУна. Сейчас начнутся пьяные причитания, недовольства, покрикивания и грубое тормошение меня, сексуальная трепка, без которой никуда. И всё это приправленное запахом спирта и испытываемой мной неприязнью.

Кровать промялась под тяжестью второго тела. Я физически ощутила его близость. Ну, где же возгласы? Где стягивание с меня одежды? Или приказ раздеваться самой, так как он уже не в состоянии. Дверь же закрыл на замок, я слышала. Точно затеял гадость. Может, вдарит мне впервые? Так ли сильно нужна была ему ЧанМи?

Плач мой на секунду замер от неожиданного прикосновения и я, молча, затрясла губами, глотая слезы. Руки обвили меня вокруг талии и, крепко обхватив, прижали назад, спиной к мужскому одетому телу. У меня округлились глаза. Два их белка ярко прорисовались в темноте. Что с ним? Совсем допился?

— Не плачь! — услышала я добрый шепот над ухом и ахнула, подскочив. Руки вокруг меня разжались.

Я судорожно обежала комнату, в поисках включателя. Пока я его нащупала, в голове у меня уже случилось десять взрывов от происходящего. Когда свет зажегся, я увидела на кровати ДжеХё, щурящегося от света и загораживающего ладонью от себя лампочку.

— Ты чего тут делаешь? — гаркнула я.

— Спать пришел, — утомленно произнес он и, проморгавшись, добавил — А, это ты!

— А что, больше спать негде?! — я подергала ручку спальни и поняла, что дверь закрыта. Спешно свалить отсюда не выйдет.

— Негде, — едва ворочая языком, объяснял он — у меня сил нет ехать в нашу общагу, а тут всё везде занято…

— А ключ где? — указала я на скважину.

— Вставлен был, с той стороны, — не понимая до конца моих слов, ответил он.

— Да нет же! Сейчас он где?

— А-а, у меня… — засыпая на глазах, икнул ДжеХё и, подтянув к себе подушку, с которой я обнималась, положил на неё голову, сомкнув веки.

— Эй! Дай же мне его! — я подошла к нему, протягивая руку, но он уже перевернулся на живот и что-то бубнил сквозь сон — Эй!

— Давай спать, — едва разобрала я и уже бесполезно начала его трясти. Он вырубился. Так, как мечтала я.

Он был тяжелый. Большое обмякшее тело. Однако я умудрилась просунуть под него руки и обшарить все карманы, в поисках ключа. Тщетно. Куда он его засунул?! Я улыбнулась невольно ассоциации, куда можно было засунуть предмет, чтобы он испарился на ровном месте. Парень, конечно, глуповатый, но не до такой же степени идиот, чтобы так и сделать?

Я устало села. Я тоже уже хотела спать. Завтра после обеда у нас начинались съемки, которые должны были продлиться двое суток с короткими перерывами. Мне нужны были силы. Я поняла, что сейчас я ничего не изменю, да и в стельку пьяный ДжеХё мне вреда не причинит. Не самая плохая компания. Куда лучше, чем выпивший ТэУн. Я погасила свет и забралась на своё прежнее место. Приложив силы, я вырвала подушку у ДжеХё — ему без разницы в таком состоянии как спать — и положила себе. Мне так удобнее. Он начал что-то шептать себе под нос. Наверное, требовал обратно подушку. Я отвернулась на другой бок, подставив ему спину в качестве слушателя его пьяного бреда.

Он тихо гомозился и урчал, пока минут через десять я, уже засыпающая, не почувствовала, как вокруг меня опять сомкнулись руки. Я вновь распахнула глаза и шлепнула по его пальцам. Они сцепились в замок, крепко-накрепко.

— Эй, бухое животное! — шикнула я, не зная почему, говоря шепотом — Руки убрал!

ДжеХё начал сладко посапывать, видимо, приняв меня за мягкое и теплое отобранное блаженство. Сама виновата.

— Да отцепись же, ну! — заворочалась я, но от него не было никакой реакции, как я не вертелась — Тьфу ты!

Побежденная и понурая, я тяжело выдохнула, силясь уснуть. Глаза закрылись и уже не хотели держаться.

— Обнимашки, — еле слышно пролетело позади меня, и его нос уткнулся в мой загривок. Я взяла его за руку, попытавшись в последний раз её сдвинуть, но она не поддалась и, так и держа её, я заснула.

Глава 4

«Почти худшее утро»

Я проснулась злая и не отдохнувшая. На мне всё ещё лежали руки ДжеХё, но он был расслаблен, и я уже с легкостью стряхнула их с себя. Он продолжал крепко спать. Не знаю, кого стоило благодарить за то, что ТэУн сегодня до меня так и не добрался, может быть и его, но, скорее всего, тот сам где-то напился и не дошел. Или забыл, что хотел сделать. В таком случае, я должна быть благодарна ДжеХё за то, что ключ от комнаты оказался по эту сторону двери. Ключ! Я вспомнила, что так и не нашла его накануне. Где же он мог быть, если я осмотрела всего парня? Я поднялась.

Вытащив из сумочки мобильный, я убедилась, что ещё достаточно рано и на съемки я не опаздываю, а значит можно пока не слишком суетиться. Я принялась искать пропажу. Вдруг я сама вчера была не очень адекватна и просмотрела? Нужно ещё раз прощупать ДжеХё. Мои руки неловко прошлись по его карманам, которые были доступны со всех сторон, ведь он спал на боку. Но из-за моих прикосновений он начал просыпаться. Я поспешила отойти, переключаясь на поиски по комнате: на полу, вокруг кровати, у двери. Осмотрев все доступные взору места, я опустилась на четвереньки и заглянула под кровать. Наконец-то! С самого края лежал он, путь к свободе облеченный в металлическую оболочку.

Я протянула к нему руку, схватила его, и с победным видом села. ДжеХё лежал повернутым ко мне и смотрел. Вот сволочь! Он что же, наблюдал, как я тут корячусь?

— Доброе утро, — слабо улыбнувшись, сказал он и тут же поморщился.

— Что с тобой? — удивилась я.

— Голова болит жутко, — он приложил ладонь ко лбу и опять откинулся на подушку, которую уже успел под себя подгрести.

— Пить меньше надо, — не выдержала я — и вести себя по-человечески!

— Я что-то плохое сделал? — выглянул он одним глазом из-под руки. Я задумалась. Плохое? Нет, ничего такого. Просто… почему же меня так раздражало, когда он был рядом и, тем более, вмешивался во что-то в моей жизни?

— Нет, всё прекрасно, — я покачала головой, поднявшись на ноги — из-за тебя мы чуть не оказались тут пленниками! Как ты умудрился ключ под кровать зашвырнуть?

— Наверное, клал в карман и промахнулся, — ДжеХё закрыл глаза, мучась похмельной мигренью. Видно, совсем не сладко ему было — у вас тут есть чего-нибудь попить холодного?

— Что, теперь ты страдаешь тем же? — ну вот, после снятых штанов, он ещё и ведет себя так же, как я в то утро. Он упрямо решил повторить все мои промахи, чтобы я не чувствовала неловкости? Кажется, это у него получалось само собой — Я на кухню. Догоняй, там чего-нибудь найдёшь.

Не глядя на себя, растрепанная и помятая, я побрела туда, куда и сказала, желая выпить бодрящего кофе. Мне было все равно, если меня кто-то встретит. Красоваться мне тут было не перед кем. Надев туфли, я прошагала до конца коридора, свернула и через гостиную, которая ещё не была прибрана, добралась до кухни. На пороге я застыла, раздумывая, заходить ли. За столом одиноко сидел ТэУн и пил что-то. Может сок, может нет. Мне было всё равно. Хоть отраву. Он меня не замечал, и у меня было время подумать. Сейчас сюда должен был придти ДжеХё, так что ничего со мной сделать не успеют. Я набралась смелости и, сделав громкое «кхм», вошла. ТэУн обернулся через плечо и, так как я, не останавливаясь, продвинулась к полкам, шагала от раковины к чайнику, потом снова к полкам и к плите, развернулся полностью всем телом и следил за мной с чашкой в руке.

— Доброе утро, — я проигнорировала и молча занималась своими делами — язык проглотила?

Я поставила себе стакан и ждала, когда закипит вода.

— Я тебя не посетил и ты осмелела? — ТэУн встал и подошел ко мне. Я внутренне сжалась, хотя пыталась не показать этого внешне — Нужно было всё-таки воспитать тебя, а то совсем обнаглеешь…

Он, видимо, хотел коснуться меня, но в этот момент появился ДжеХё. ТэУн опустил свою руку на моё бедро и улыбнулся товарищу.

— Привет, ты ещё здесь? Что-то ты вчера куда-то пропал, я думал ты ушел пораньше.

Парень хотел ответить, но, к счастью, его тугодумие заставляло ДжеХё вечно собираться с мыслями прежде, чем что-то произнести, поэтому я воспользовалась шансом и наконец-то заговорила сама.

— Он не пропал, он со мной спал, — я улыбнулась, посмотрев в лицо ТэУна. Оно медленно сползло с довольной маски, на негодующе-злобную.

— Что? — едва пошевелил губами он. В глазах зажегся недобрый огонек.

— Мы спали друг с другом сегодня, да, ДжеХё? — покосилась я на него. Тот кивнул, не то от честности, не то от недопонимания ситуации.

— Что?! — ещё раз повторил мой лже-бойфренд и обратился к парню — Ты что, совсем охренел? Это вообще-то моя девушка!

— Я… — почесал затылок ДжеХё, сочиняя, как лучше выйти из ситуации и поглядывая на меня.

— А ты! — ТэУн опять вернулся ко мне, схватив за запястье — Шлюха!

— Ну что ты, — продолжала сиять я, не понимая, что так бесит эту сволочь. Что я не принадлежала ему безраздельно, или что я могла получить какое-то удовольствие, а он хочет, чтобы я только страдала? — разве по любви становятся шлюхами? А мы с ДжеХё страстно и преданно любим друг друга.

— Вообще-то… — развел руками упомянутый, пытаясь встрять, но ТэУн завелся не на шутку и собирался бушевать.

— Что за херню ты несешь? Кто кого любит? — он затряс меня, как дерево, с которого хотел собрать урожай — Тебя? Ты? Да ты холодная, как рыба! Как ты можешь испытывать что-то и как можно испытывать что-то к тебе?!

— Отпусти меня, — вцепилась я в его руки, стараясь сдержать слезы. Теперь, оказывается, я не умею любить и меня любить невозможно? А кто сделал меня такой? Мне хотелось кричать об этом. Неужели он забыл, как я любила его, как он пытался заверить меня, что тоже любит?

— Не отпущу! — ТэУн слегка ослабил хватку на моих плечах, но всё равно держал, не позволяя двинуться — Ты моя, ясно?! ДжеХё!

Тот виновато посмотрел на товарища и сделал шаг вперед.

— Чтобы я тебя не видел рядом с ней больше, ясно? Вали отсюда!

— А можно попить чего-нибудь? — непробиваемо спросил он, глядя сквозь нас, на холодильник. ТэУн на миг озадачился. Потом молча подвинулся, давая проход парню.

— Кого ты обманываешь? — не выдержала я, начав всхлипывать — Какая я твоя?! Будто ДжеХё не знает, что происходит на самом деле! Он видел видеозапись, он в курсе, что вы с Зико шантажируете меня, что это вы делаете из меня шлюху, заставляя спать с вами, от чего меня уже тошнит! Тошнит! Ясно?!

Я оттолкнула руки ТэУна, которые упали по сторонам, посмотрела на спину ДжеХё, замершего у холодильника и, разрыдавшись, выбежала прочь, забыв и о кофе, и обо всем остальном. В голове опять были только отвратительные картины секса, постельных сцен, которые повторялись вновь и вновь. Я ощутила себя грязной и мерзкой. Мне нужно было в душ, смыть с себя всё это. Я услышала позади себя шаги и, посмотрев через плечо, увидела ТэУна. Прибавив скорости, я вбежала в ванную комнату, но не успела закрыть её, как между дверью и дверной коробкой встрял ботинок парня.

— Уйди от меня! — крикнула я сквозь слезы, давя плечом на дверь, но силы были не равны и он распахнул её, отчего я отлетела к стене — Пошел прочь!

— Ну уж нет, никуда я не уйду, — тише сказал он, закрывшись на щеколду.

— Отстань от меня, пожалуйста! — прижалась я спиной к прохладному кафелю — Найди себе другую!

— Может, и найду, — он опасно ко мне придвинулся — но от этого ты не перестанешь быть моей.

— Я не твоя! Не игрушка и не собственность! — выставила я вперед руки, строя последнее препятствие.

— Ошибаешься, моя! — ТэУн с легкостью расставил мои руки по бокам и прижался своей грудью к моей — Ты моя, Хё, поняла? Не смей раздвигать ноги перед другими мужиками, ты моя!

— А Зико как, не в счет? — пыталась я отпихнуться от него, но он принялся покрывать поцелуями мою шею, опускаясь к плечам, а потом вновь возвращаясь вверх.

— Зико — это Зико, — ничего не объясняющим ответом ответил он — но если я узнаю, что ты не наврала, а на самом деле спишь с кем-то, я тебя в порошок сотру!

Мои хныканья и брыкания, как обычно, его не останавливали. Он снимал с себя одежду, продолжая лезть ко мне с поцелуями. Я пихалась и даже сделала попытку зарядить ему между ног, но он уже хорошо меня знал и перехватил все атаки. Когда он остался в одних трусах, то приподнял меня и втащил в душевую кабину. Взяв мои руки в одну свою, он включил воду, наладив нужную температуру, и продолжил своеобразно грубо и решительно ласкать меня. Облизнув мои губы, он вторгся в мой рот языком. Я стояла, как была, в платье, нижнем белье под ним. И всё это промокало, превращая меня в жертву внезапной непогоды. Только туфли остались за пределами, дожидаясь на сухом коврике для ног.

ТэУн запустил руку под подол и, найдя трусики, рывком порвал их и швырнул в сторону.

— Детка, не зли меня больше никогда, — второй рукой он обхватил мою грудь сквозь одежду, напористо сжимая и разжимая её — если не хочешь, чтобы это повторялось опять и опять.

— Не хочу! — зло проговорила я над его ухом — И ты этого не хочешь! Ты давно не хочешь меня, зачем же продолжаешь издеваться надо мной?

— Я тебя не хочу? — ТэУн немного отстранился, взяв моё лицо в ладонь, заставляя смотреть ему в глаза — Да, иногда ты бываешь совершенно неинтересна, примитивна и не сексуальна, но если бы я тебя не хотел я бы не стал переступать через себя, лишь бы тебя помучить.

— А я думаю, ты бы смог, — презрительно прищурилась я, чувствуя, как его пальцы гладят меня внизу. Раньше мне это нравилось. Теперь хотелось избавиться от этого ощущения, но деться было некуда, и я перетаптывалась, как на углях. Он забавлялся моими попытками избежать его рук и лишь яростнее и настойчивее принимался за дело.

— Моя Хё, — шепнул он мне в ухо — только моя!

Его возбужденный член затерся о платье чуть ниже моего живота. Я была прилично меньше его, поэтому ему пришлось схватить меня за ягодицы и приподнять, чтобы суметь войти. Секс стоя при расхождении в росте — хорошая физическая тренировка, вот и пусть мучается. Я не собиралась ему помогать.

— Обхвати меня ногами, — приказал он. Я не подчинилась. ТэУн до боли прикусил мочку моего уха, до предела ущипнув за грудь — обхвати!

Я завела ноги за его спину на уровне поясницы и была прижата к стене всей силой его тела. Его член тут же оказался во мне, быстро погружаясь до самого предела. Я стиснула зубы, принимая нутром его вторжение, такое нежеланное и надоедливое. Могла бы я получить с ним удовольствие? Уже никогда, наверное. Он же стонал с явным наслаждением. Что же его так завело? Глупые собственничество и ревность? Самое странное, что сегодняшний натиск мне напомнил те времена, когда мы только открывали друг друга для себя, когда я не знала, что становлюсь актрисой, которых принято знать далеко не в лицо. Неужели для него что-то значит моя верность? Или ему просто хочется управлять всеми моими действиями и если бы он сам приказал мне с кем-то переспать, то ему было бы всё равно?

Он буквально впечатал меня в стену. Вода лилась по нам обоим, спускаясь с головы. Под собственной тяжестью, я невольно опускалась на его член до основания, едва сдерживая восклицания, которые хотели сорваться с губ. ТэУн все учащался и прибавлял динамики, крепко сжимая то мою грудь, то бедра, то плечи. Я вспомнила, что он не надел презерватив и тут же потеряла остатки чувствительности к сексу.

— Выйди из меня немедленно! — проорала я, вырываясь с новой силой — Не смей в меня кончить!

— Успокойся! — бросил ТэУн, теряя остатки самообладания — Я же не полный идиот.

— Оставь меня! — опять крикнула я, но он уже не слушал.

Забившись с максимальной скоростью, он яростно застонал и, опустив меня на ноги и вынув член в последний момент, кончил на моё мокрое платье в области талии. Я облегченно выдохнула, передумав убивать его на месте. ТэУн, уставший, но удовлетворенный, всё ещё припирал меня к стенке, расставив руки по сторонам от меня и тяжело дыша мне на ухо. Минуты через две он начал приходить в себя и, поцеловав меня в щеку, выбрался из душевой кабины.

— Хё, — я подняла на него глаза. Что-то он сегодня меня так разназывался. Ностальгия накатила? — разве я могу от тебя отказаться после таких мгновений? Нет уж. Ты всегда будешь принадлежать мне.

Он поднял свои вещи и, открыв дверь, вышел, захватив с крючка полотенце. Я опустилась на пол кабины, продолжая терпеть водяные струи, обрушивающиеся на меня. Теперь мне хотелось не только вымыться самой, но и постирать свою одежду. Я опустила лицо в ладони. Как, как мне выйти из этого положения? Я не выдержу всегда оставаться потаскухой ТэУна. Я должна вырваться из этого непонятного рабства и начать новую жизнь, без всей этой пошлости, без принуждений и, если это возможно, хоть с чем-то хорошим, добрым и чистым.

Глава 5

«Непонятная ночь»

Иммунитет мой был подорван регулярной нервотрепкой и жизнью, не располагающей к улыбкам и радости, поэтому за два дня съемок я в конец выдохлась. Фотосессия и короткий ролик, которые мы снимали, вернее, в которых снимали нас, были на открытом пространстве и в помещении, продуваемом семью ветрами. К тому же, была сцена, где мне с ЧанМи пришлось стоять на этих сквозняках во влажной одежде и я, регулярно мерзнувшая и дрожащая, простыла.

Плохое самочувствие я ощутила уже утром второго дня съемок, ну а к вечеру у меня уже был насморк, и я подозревала температуру. Но думать о таких вещах было некогда. Нужно было делать всё, чтобы закончить работу в срок, хорошо выглядеть, не жаловаться и вообще — быть профессионалом по всем статьям. Я урвала время только чтобы послать кого-то из стаффа за жаропонижающим и выпила его на ночь. Я надеялась, что всё пройдет как можно быстрее. Жалобы на здоровье тут не были интересны никому, такова судьба всех начинающих артистов. Либо ты вкалываешь, не слетая с графика, либо слетаешь из этого гламурного мини-мира безвозвратно.

Но когда мы приехали в общагу, вместо того, чтобы почувствовать себя лучше, я расхворалась не на шутку. Болезнь моя явно набирала обороты, и пока я сидела с градусником, ЧанМи бегала на кухню, грея мне чай с какими-то травами. Когда она вложила горячую кружку мне в руки, я посмотрела на ртутный столбец и разглядела отметку тридцать восемь и восемь. Прекрасно, замечательно! Каждый день приносит всё больше разочарований и огорчений. К счастью, нам дали двое суток отдыха и ровно столько у меня есть для того, чтобы оклематься. Иначе мне же хуже, больше ни кому. И снова пора будет в строй, на репетиции, записи и куда позовут и прикажут.

— Хё, ты себя совсем плохо чувствуешь? — ЧанМи убрала волосы у меня со лба и опять потрогала его, убеждаясь, что у меня жар. Я, завернутая в одеяло, подула на дымящийся напиток и неуверенно помотала головой.

— Думаю, жить буду, но мне довольно-таки паршиво, — я заметила, что подруга будто не решается что-то сказать — ну, что ты молчишь? Я же вижу, у тебя прямо с языка что-то рвется.

— Да ничего важного, — она села рядом — просто, я собиралась на это время, пока мы не заняты, домой съездить, не хотела торчать здесь… учебу бы подтянула. Но теперь не могу тебя тут оставить. Кто за тобой будет смотреть и ухаживать?

— Брось, если ты из-за этого переживаешь, то я в полном порядке, — я сдержалась, чтобы не затрястись от озноба — езжай! Тебе тоже надо расслабиться. Я сама тут справлюсь.

— Нет, мне как-то неловко, — ЧанМи озабоченно посмотрела на меня — мне совесть покоя точно не даст!

— Не придумывай, — я сделала пару глотков — мне отлежаться хорошенько, да выпить лекарств. И я снова на ногах!

ЧанМи хотела что-то возразить, но в нашу комнату постучали. Хотя это могли быть другие девчонки, Хевон например, я всё же напряглась, зная, что у нас тут могут бродить и ребята. ТэУн, главным образом. Мы с подругой переглянулись.

— Войдите! — громко сказала она.

Дверь распахнулась, и на пороге образовался ДжеХё. Вот кого черти принесли! Его ещё тут не хватало. Голой он меня видел, плачущей видел, выпившей тоже, что оставалось? Правильно: увидеть меня с красным распухшим носом, бледным лицом и горячечным румянцем на щеках.

— Можно? — снова ведет себя, как дурак! Мало того, что ему уже сказали «войдите», так он ещё и уже вошел, и всё равно этот неуместный вопрос.

— Да, конечно, — кивнула ЧанМи. «Разумеется нет!» хотела вставить я, но не успела.

— Заболела всё-таки? — поинтересовался ДжеХё, заметив моё состояние с первого взгляда. Без злорадства или какой-то иронии. Просто по-человечески, с ноткой огорчения. Я хотела спросить «почему всё-таки?», но тут же вспомнила, что он советовал мне беречь себя, когда кипятил молоко в то утро на кухне Блоков.

— Тебе чего надо? — сердито посмотрела на него я. Чем хуже себя ощущаешь, тем злее становишься на окружающих.

— Я хотел с тобой поговорить, — он посмотрел на свободную кровать ЧанМи напротив нас, но, не решившись на неё сесть, взялся за спинку стула, стоявшего чуть поодаль — я сяду?

— Садись, — улыбнулась ему ЧанМи и я, сквозь одеяло, пихнула её в бок. Нечего тут разводить дружбу и доброту! Пусть выкладывает, что хотел, и уматывает.

— Я сейчас не в лучшем состоянии для разговоров, — на самом деле у меня ещё и голова начинала болеть и кружиться. Вечер шел в сторону ночи, намекая на часах, что все дневные дела закончены и мне уже хотелось забыться в кровати беспробудным сном. Но я опомнилась, что нельзя показать слабость и недомогание, иначе разрушу планы подруги, и она никуда не уедет, не увидит семью — а в прочем, говори.

— А… — ДжеХё, как обычно, открыл рот, а потом уже начинал думать, что сказать, а ещё позже начинал произносить слова — можно наедине? Я хотел бы обсудить кое-что с глазу на глаз.

ЧанМи вопросительно посмотрела на меня. Я пожала плечами, делая бодрый и энергичный вид.

— Не обидишься? — поинтересовалась я у неё — К тому же, ты всё равно собиралась ехать.

— Нет, я же сказала, что тебя не оставлю…

— Так, не обсуждается! — я залпом осушила кружку и с внушительным стуком поставила её на столик — Ты едешь заниматься своими делами, а я разберусь тут с этим насморком и без тебя. Поверь, ничего не случится!

— Ладно, — ЧанМи поднялась и взяла сумочку, оглядывая, не лежит ли рядом что-то важное, что должно быть внутри неё — но у тебя ещё есть десять минут подумать, пока я где-то тут, собираюсь.

Она вышла, тихонько прикрыв дверь. ДжеХё проводил её взглядом и вернул своё внимание ко мне. Его взор тщательно изучил моё лицо и фигуру, напоминающую зефир — белоснежная груда одеяла и я, высовывающаяся наружу.

— Ну, я жду, — напомнила я ему, что он не в молчанку сюда играть пришел — что за новости?

— Да не новости… — парень потер ладонь о ладонь — то, что ты сказала тогда… о ТэУне, с Зико… это правда?

На мгновение я растерялась, что он имел в виду, но потом вспомнила последнее, на чем мы с ним расстались. Я орала на ТэУна за его с братом бесчинства и корила их, ругая, на чем свет стоит.

— А то ты не знаешь! — прыснула я. Этот тип из шайки Зико издевается. У них там логово засранцев, которые в курсе дел друг друга.

— В том-то и дело, что не знаю, — ДжеХё опустил глаза, медленно постукивая ботинком по полу — я думал, что ты была в курсе видео съемки. Естественно, я знал, что они показывают её без твоего ведома, но то, что ты снялась там… я думал ты знала…

— Ты серьёзно? — я надменно засмеялась. Похоже, этот молодой человек там единственный наивный простачек — Я не знала! И никогда не хотела бы знать того, во что вляпалась!

— Так, правда и то, что ТэУн принуждает тебя к… чему-то? — голова моя уже просто раскалывалась. От моего же смеха больше, чем от голоса ДжеХё. А ещё мне стало совсем жарко, и я почувствовала, как пот полился у меня по шее и спине.

— К чему-то? Да ко всему, что я с ним делаю, он меня принуждает! — я тряхнула челкой, пытаясь убрать её с лица. Лоб тоже намок и она к нему прилипла. Я вытащила руку из-под одеяла, чтобы убрать волосы.

— И Зико с ним заодно? — я не успела ничего ответить, о чудо! потому что обычно ДжеХё тормозил по-страшному — Лишний вопрос, м-да… конечно же, он при чем и, наверное, организатор всего. Зико и раньше такое проворачивал.

— Не сомневаюсь, что список его грехов не ограничивается моей жалкой персоной, — состояние моё странно приблизилось к предобморочному. Что-то вроде притупления слуха и, вспышками, потемнение в глазах. Я хотела просто упасть и спать, ничего не делать, погасить свет, режущий глаза.

— Не говори так, ты не жалкая, — парень озабочено воззрился на меня — с тобой точно всё в порядке?

В этот момент дверь опять приоткрылась и заглянула ЧанМи. Она уже была в пиджаке, с забранными волосами и подведенными глазами.

— Ну как? Всё хорошо? — я собралась с силами и выровняла спину. Улыбнувшись, я кивнула ей.

— Всё будет на высшем уровне, — вытащенной рукой я показала большой палец вверх.

— Надеюсь, — она поправила сумочку на плече — если что звони мне тут же! В любое время. И держи мобильный рядом. Я буду звонить! ДжеХё, пригляди за ней.

Последнее было сказано в виде шутки. Я погрозила ей кулаком, и она, хихикнув, ушла. Парень вновь подождал, когда даже отзвуки её появления утихнут, и обернулся ко мне. Взгляд его округлился. Что он так на меня смотрит? Я так жутко выгляжу?

— Тебя лихорадит, по-моему, — ДжеХё придвинулся на стуле — у тебя щеки пылают и кожа, будто восковая.

— Не умничай! — только и успела фыркнуть я, как что-то будто толкнуло меня вперед и, почти потеряв сознание, я начала падать. На миг в глазах всё погрузилось во тьму, но когда картинка проявилась, я увидела, что ДжеХё поймал меня и усадил обратно на кровать.

— Да тебе совсем хреново! Я верну твою подругу… как её там? — он рванулся было к выходу, но я едва успела ухватить его за рукав мягкого бордового пуловера и потянула на себя.

— Нет! Пусть идет! Она должна идти. Я… — губы у меня пересохли, и горло саднило — не хочу… причинять кому-то неудобства…

— Какие неудобства? За тобой же присматривать надо… — он обеспокоенно потрогал мой лоб и помог улечься на подушку.

— Ничего не нужно… — слабо прошептала я и погрузилась в дрему.

Очнулась я, кажется, почти тут же, от прикосновения холодного полотенца к лицу. Это было такое приятное ощущение! Всё вокруг пылало, пожар, духота! И вдруг это касание мокрой материи. Я приоткрыла глаза и увидела ДжеХё, по-прежнему склоняющегося надо мной. Уже и стул подвинул к моей кровати… почему он не уходит? А, Бог бы с ним! Я хочу спать…

Мне опять стало неуютно. Кажется, прошло какое-то время. Во рту всё пересохло. Я открыла глаза и испугалась, решив, что зрение моё совсем померкло, но кто-то всего лишь выключил верхний свет и теперь горел только ночник у моего изголовья.

— Пить… — прошептала я, и через несколько секунд у моих губ оказался стакан с водой. Я жадно выпила несколько больших глотков и снова погрузилась в сон.

Теперь меня бил холод. Насквозь мокрая от пота, я тряслась так, что зуб на зуб не попадал. Так сильно меня не знобило ещё никогда в жизни. Я так не дрожала даже зимой от мороза. Одеяло, которое я, видимо, стряхивала с себя, пока мне было жарко, теперь натянулось по самые уши, но и оно не помогало, потому что влажная пижама прилипала к телу и прохлаждала его. Распахнув глаза, я положила голову на бок. Нужно было взять покрывало с кровати ЧанМи и накрыться ещё и им… но вокруг всё плыло. В неясном свете приглушенной плафоном лампочки, я угадала силуэт ДжеХё.

— Холодно… — я сама наполовину не разбирала того, что мямлила. Не знаю, понимал ли он? — сыро и холодно…

Он что-то сказал. Я не смогла прорваться сквозь что-то вроде ватных затычек, которые образовываются, когда сильно болеешь. А из того, что я понимала, это было единственным — я болею! Дайте мне грелку, обогреватель, включите отопление! Моё тело поднялось в сидячее положение. Явно с чьей-то помощью, потому что я действовала даже не рефлекторно, а по чьей-то указке. Руки поднялись вверх, и я почувствовала, как рубашка от пижамы покидает меня, и я остаюсь без неё. Зубы снова застучали, как в тумане, я разглядела молодого человека, который заботливо смотрел на меня, откладывая в сторону часть моей пижамы. Он был так близко, что я лишь немного протянула руку и уже коснулась его. Что он тут делает? Кажется, ночь на дворе. Я начала что-то говорить, не следя за своим языком. Это же вроде ДжеХё? А он симпатичный. У него красивые волосы, и глаза… моя расплывчатая ладонь оказалась на его лице и погладила его щеку. Он теплый… теплый! Меня всё ещё била дрожь и я, вцепившись в его одежду, потянула на себя, притягивая к своему голому телу, прижимая его к себе. Но что это? Свитер? Какая шершавая ткань, и она совсем не греет… Я ухватилась за низ пуловера и потянула его вверх. Сил не хватило закончить работу, и я стала откидываться обратно на кровать. Грохнувшись на подушки, я хотела опять закрыть глаза, но прежде посмотрела на ДжеХё ещё раз. Почему он по пояс голый? Зачем он разделся? Или это я его только что раздевала? Раздался пронзительный звонок. Что это? Пожарная сигнализация? Ах, нет, кажется, это мой мобильный. Я зажмурила глаза, сморщив лицо. Ох уж эти отвратительные звуки!

У губ моих опять оказался стакан. Меня снова приподняли и заставили выпить что-то горячее, непонятного вкуса. Отдавало лимоном. Хоть мне и стало немного теплее, хоть я и зарылась в одеяло, всё-таки леденящий кожу холод пронизывал тело. И пронизывал изнутри, а не снаружи. Я должна взять ещё одно покрывало! Попытка встать не увенчалась успехом. Что-то мешало. Или кто-то. Я приоткрыла глаза и увидела мужской силуэт, подсвечиваемый из-за спины теплым светом. Это ангел спустился с неба! Какие у него стройные и сильные руки… я провела по ним пальцами и осознала, что именно они-то меня и держат! Я положила свои руки на плечи, гладкие, крепкие, и прильнула к широкой груди. Наконец-то стала согреваться! Как же приятно. Падая назад, я не отпускала то, что обняла. Оказавшись лопатками на простыне, я продолжала находиться в соприкосновении с горячим телом, которое слегка придавливало меня, но оттого было теплее. Я натянула одеяло на нас обоих. Я услышала своё тяжелое дыхание, а потом чье-то ещё. Моей щеки, шеи, плеча что-то легко касалось. Как порхают бабочки или сыпется конфетти. Совсем незаметно. Почти незаметно. Я обвила руками торс, возвышавшийся надо мной, и обхватила его ногами. Под полуопущенными ресницами я любовалась мужчиной, которого мне так хотелось буквально размазать по себе, влепить в себя, заставить его так крепко меня сжать, чтобы кости заныли.

— Господи, откуда же ты здесь сейчас? — услышала я себя и улыбнулась тому, что хоть как-то прорвалась сквозь ненадежную стену горячечного бреда — Как же я тебя хочу…

Приподняв свою голову для поцелуя, я истощила запас сил и плюхнулась обратно. Где-то на моей талии согревали меня две больших ладони, но я теряла остатки разума и отдавалась ночной блажи. Дальше я не помню, что произошло. Я просто потеряла всю себя и очнулась утром одним резким рывком мозга, который подал сигнал, что надо открыть глаза и начать новый день.

Потолок надо мной был всё тем же, что всегда. Голова больше не болела, жар спал, и меня не знобило. Хотя, от солнечного света, забравшегося в комнату, я тут же чихнула. Ну почему остался насморк? Как простуду не лечи, а меньше недели никогда не промучаешься!

Я пошевелилась и в панике подскочила в сидячую позу. На своей достаточно узкой постели я была не одна! Мои увеличившиеся зрачки обнаружили рядом со мной сонно трущего свои веки ДжеХё. Мои губы затряслись, ведь он был нагим… по пояс на нем лежало одеяло, поэтому неизвестно, как сильно он был обнажен. Я посмотрела на себя. Сверху я тоже была раздета догола, поэтому автоматически подтянула одеяло со своей стороны до самых ключиц. Как можно незаметнее я заглянула под него и увидела на себе пижамные штаны. Успокаивает. Но ещё ничего окончательно не значит.

— Доброе утро, — устало улыбаясь, поприветствовал меня парень.

— Какое оно доброе?! — я отвернулась, умирая от неловкости — Я же с тобой вместе проснулась…

Не в первый раз, хотелось добавить мне вслух, но я об этом только подумала. Пожалуйста, скажи мне, что в этот раз тоже ничего не было! Но это уже наивно с моей стороны, полагать, что молодой парень может дважды провести ночь с фактически неадекватной девушкой, и не воспользоваться случаем.

— Извини, я разоспался, — ДжеХё вылез из кровати, и я увидела на нем застегнутые джинсы, без намеков на то, что они снимались или приспускались ночью — нужно было раньше встать, чтобы не беспокоить тебя.

— А что ты вообще делал в моей постели?! — скрестила я руки на груди, по-прежнему прижимая ими прикрытие.

— Тебя грел, — почесал затылок ДжеХё, потянувшись. Его стройное, чуть худощавое тело, предстало предо мной во все красе. Почти во всей. Нижнюю часть я увидеть не хотела бы. Хотя, что там, я же её уже видела!

— Грел? — уточнила я.

— Грел, — повторил он. Вот же олух! Неужто не понятно, что я требую подробностей?

— Каким образом? — подтолкнула я разговор в нужное русло.

— Собой, — коротко и бессодержательно для меня ответил он.

— Я понимаю, что не раскаленное железо ко мне прикладывал! — вспылила я — Делал ты что?

— Ну… — кажется, он растерялся. Нет, нет, только не говори, что тебе стыдно признаться или что-то в этом роде! Нет, если мы переспали, лучше не признавайся в этом! — лежал рядом, обнимал… как по-твоему греют?

— Как-как… — я прикусила губу, раздумывая, стоит ли спросить напрямую? Да с ДжеХё иначе и нельзя, иначе он не понимает — ты меня поимел?

— Что?! — парень широко улыбнулся, шокированный моим предположением. Ему самому что, реально это в голову не приходило? — Нет, конечно! Ты же болеешь, да и в бреду была…

— Бреду? — испугалась я. Я несла что-то ночью? Что я могла наболтать, что наделать? — Что я творила?

— Ну… — ДжеХё улыбнулся шире. С таким лицом обычно наблюдают за забавными проделками детей. Мне это уже не понравилось — ты бредила, одним словом.

— Боже, да это я и так поняла! — я стукнула себя по лбу, предвкушая нечто постыдное — Говори прямо.

— Да всё в порядке! — отмахнулся он. Я сорвалась.

— Если бы всё было в порядке, ты бы просто рассказал мне, что да как! Черт возьми, ДжеХё, просто расскажи мне, как я себя вела?!

— Ладно-ладно, — посерьёзнел он и, найдя свой пуловер, поднял его и начал натягивать — ты меня пыталась раздеть, потом завалила в кровать и…

— И? — надавила я.

— Да дальше одни слова, — парень пригладил прическу, растрепавшуюся в процессе одевания — мы, правда, ничего не делали. Я просто лежал рядом… извини, я бы сам не полез… ты сама меня тянула, не отпускала…

— Ага, я ещё и виновата? — разъярялась я — А какого черта ты тут остался и не ушел? Чего ждал?

— Я вовсе не перекладываю на тебя ответственность, — ДжеХё осмелел и подошел, сев на корточки у кровати — я не мог тебя оставить, тебе было худо так, что дальше некуда. Я… ну, подумал, что о тебе надо позаботиться.

— Чтобы поймать удачный момент и воспользоваться им? — съехидничала я.

— Да не собирался я тобой пользоваться! — резко поднялся молодой человек, и я впервые увидела его поколебавшимся в своих эмоциях. Судя по его напрягшемуся лицу, он злился. Я вывела его из себя? — Почему ты всё ждешь, что тебя только и хотят, что трахать? Не нужно мне этого! Если будет нужно, я найду безо всяких проблем и коварных поползновений, ясно? Ты сама ночью шептала, что хочешь меня, что сгораешь от желания. Просила, чтобы я тобой овладел, но я тебя не тронул! Не хочешь — не верь!

— Я… — ахнув, мой рот тут же закрылся. Лицо побагровело. Какой ужас! Да что со мной было? Я в принципе-то не люблю секса, после разочарований с ТэУном, и тем более, мне не нравится этот ДжеХё! Почему же в бреду я понесла такое? Что я увидела такого, чего не вижу сейчас, трезвым взглядом? Высокий, подтянутый, интересный юноша, с привлекательными чертами… мать моя, женщина! Да я же, в самом деле, вижу его притягательным. Я сглотнула слюну, обнаружив, что в этом придурке я нашла сексуальность — и что, теперь ты возомнишь себя покорителем, из-за того, что я несла чушь, не отвечая за себя?

ДжеХё схватил меня за руку и приподнял. Я едва успела второй удержать одеяло, дабы грудь моя не открылась перед ним.

— Прекрати приписывать мне то, что мне не свойственно, и додумывать за меня хватит! — парень опустил своё лицо ближе к моему — Мне надоели твои безосновательные упреки!

Дверь распахнулась, и на пороге возник ТэУн. Мы оба повернулись в его сторону.

— Не хера себе, — произнес он с отвисшей челюстью.

Я трусливо затряслась, не предвкушая ничего хорошего от его взгляда, который наливался кровью. ДжеХё отпустил мою руку и отступил от кровати. Мы были похожи на пойманных любовников, хотя таковыми не являлись. Кажется, теперь мы бесили друг друга взаимно. Печально было от того, что ДжеХё меня бесить переставал, а я его начала.

— Я говорил тебе, чтобы я тебя рядом с ней больше не видел? — ТэУн грозно, широкими шагами, подошел к приятелю — Говорил, чтобы ты не смел к ней приближаться?

— ТэУн, он пришел меня проведать… — быстро залепетала я, но он схватил ДжеХё за шиворот.

— Заткнись! — бросил он мне — Трахать мою девушку вздумал?!

— Во-первых, между нами ничего не было, и нет, — парень схватил его за кулак, сжавшийся на его вороте — а во-вторых, она тебе не девушка, потому что не хочет ею быть, так что, как абсолютно свободная, она имеет право спать с кем хочет.

ТэУн размахнулся и другой рукой вдарил ДжеХё под дых. Тот согнулся.

— Прекрати! — крикнула я, но «мой бойфренд» меня не слушал, лишь опрокинув на пол того, к кому приревновал.

ДжеХё, приходя в себя от сильного удара, поднялся на ноги, но тут же был схвачен ТэУном снова и получил в челюсть, отчего отлетел к стене.

— Так доходчивее объясняю, что я тебе говорю? — гаркнул ТэУн. Я дотянулась до своей рубашки и, выпрыгнув из укрытия, понеслась к этим двоим.

Мгновение растянулось в моем сознании, и я успела заметить, как кулак ТэУна зависает в воздухе, прежде чем я оказалась между ними. На этот раз удар обрушился на моё лицо, потому что я успела закрыть ДжеХё. Не знаю, как выдерживают драки мужчины, но у меня сразу же искры посыпались из глаз, и я упала на паркет. В голове раздался гул. Я почувствовала руку на плече.

— Хёён! — голос ДжеХё… я потрясла головой и подняла её. ТэУн схватил парня за шкирку и вытащил вон из комнаты, закрыв дверь и заперев её. Конечно, это было сражение совсем не равных сил. ДжеХё был хлипким и слабым, по сравнению с внушительным и крепким ТэУном. Последний уделал бы первого до полусмерти, если бы захотел.

Я смотрела, как оставшийся молодой человек разворачивается в мою сторону, медленно подступает. Меня опять забила дрожь. Я прижала к себе рубашку, которую не успела одеть и сжалась клубком, предчувствуя, что теперь вся его злость выплеснется на меня. ТэУн опустился на колени, и я взвизгнула.

— Хё! — его руки обхватили меня за плечи и прижали к своей груди — Прости, пожалуйста, прости!

Я зарыдала. Это было так неожиданно, так странно, к тому же облегчение, которое наступило внезапно, отпустило все замки, на которые я заперла нервы, и поток слез хлынул сам собой.

— Не смей её трогать! Хёён?! — услышала я из-за двери, по которой раздавались такие стуки, что она вот-вот грозила вывалиться.

— Пошел вон! — крикнул ТэУн, не отпуская меня, гладя по волосам.

— Всё… всё в порядке! — громко выговорила я, обращаясь к парню за дверью — Уходи, ДжеХё, пожалуйста, уходи!

— Хёён! — настаивал он — Открой! Я тебя не оставлю с ним!

— Уйди! Уйди! — припустила я пуще прежнего и стуки медленно стихли. ДжеХё совсем не причем, он не должен вмешиваться и получать за меня. Пусть уходит, я сама должна вынести всё, что досталось на мою долю. Помещение погрузилось в тишину, нарушаемую только моими всхлипами.

ТэУн поцеловал меня в висок, ласково проведя по тому месту, куда пришелся его удар.

— Прости, пожалуйста, я не хотел… я бы никогда тебя не ударил!

— Оставь меня… — прошептала я, успокаиваясь.

— Нет! — он попытался развернуть моё лицо к себе, чтобы поцеловать в губы, но я вывернулась. На лице моем были отпечатки ненависти и отвращения.

— Хотя бы сейчас оставь меня! Я простужена, у меня температура и насморк, но ты об этом даже не знаешь!

— Я… я посижу с тобой, — ТэУн нежно поцеловал моё голое плечо.

— Уже не нужно! — я оттолкнула его и поднялась — От тебя уже ничего не нужно! Только то, чтобы ты пошел прочь! Избавил меня от своего присутствия!

— Вот как? — он тоже встал — Тебе и так не нравится? Никак не угодишь, да? То я слишком мерзкий из-за грубости, а теперь что? Слишком мягкий?

Я молчала, сверля его презрительным взглядом. Я не чувствовала в себе сил спорить.

— Ладно же, приходи в себя, — ТэУн отворил дверь и обернулся на пороге — но готовься к тому, что я спрошу с тебя двойне, когда подлечишься!

Я легла на простыню и укуталась. На ней был стойкий запах ДжеХё. Я втянула носом аромат и уткнулась в то место, где лежала его голова на подушке. Обняв её, как одухотворенный предмет, я вытерла слезы и уснула.

Глава 6

«Вечер»

Я сидела на кухне-столовой, где мы с девчонками обычно завтракали, обедали и ужинали, одна, потому что, как оказалось, все разъехались к себе по домам на эти два дня. Сгребая остатки тушеных овощей, я поскрипывала металлом вилки по фарфоровой поверхности тарелки, зарывшись в свои мысли, которые только сейчас стали приходить в порядок. Почему-то угроза ТэУна, брошенная напоследок, меня уже не напугала. Если он хочет иметь меня сколь угодно долго, я это стерплю. Не в первый раз всё-таки.

А о ДжеХё думать не хотелось. Но почему-то не получалось этого не делать. Почему он остался и позаботился обо мне? Правду ли он сказал, и между нами ничего не было? Действительно ли он и не хотел ничего? Странный он, не такой, как все. И тем мне понравился. Свою симпатию к нему я открыла для себя столь внезапно, что не поверила в её реальность. Такого просто не бывает. Невозможно презирать кого-то, испытывать к нему пренебрежение, и вдруг осознать, что тебя к нему тянет. Или возможно? Да это всё ещё притом, что меня уже давно ни к кому не тянет.

Услышав тяжелые, но медленные шаги, я обернулась через плечо. В дверях стоял ТэУн и смотрел на меня. Я, проведя языком по верхнему ряду зубов, продолжила тщательно жевать и, хмыкнув, вернула лицо к остаткам пищи. Парень, подойдя, взял за спинку стул и, выдвинув его себе, уселся по перпендикулярной стороне стола.

— Ну, как самочувствие? — надменно поинтересовался он, забарабанив пальцами по своему колену.

— Превосходно! — не глядя на него, отозвалась я и тут же чихнула. Насморк был единственным, что осталось у меня от простуды и той бредовой ночи.

— Вот и славно, — проигнорировал он моё вытирание носа салфеткой и продолжал — сегодня вечером поедешь со мной в наш особнячок…

— Он не ваш, — приземлила я его, понимая, о каком месте идет речь. О той загородной вилле, куда братья У всегда ездили оторваться. Честно, я до сих пор толком не знала, кому она принадлежит. Кому-то из директоров или продюсеров, наверное. Но мне это было и не важно. Суть была в том, что это был элитный притон, где звезды и знаменитости могли позволить себе шалить и не быть скомпрометированными, потому что ни одному корреспонденту и журналисту туда не было никакой возможности попасть.

— Ты поняла, о чем я, — ТэУн успокоил свои руки и положил их на столешницу — нас будет ждать Зико.

Он так настойчиво смотрел на меня, ожидая увидеть привычный затравленный взгляд, омерзение, страх. Но ничего этого на моем лице не отразилось. Равнодушие, холод, безмятежность. Ему это было непривычно, и он явно растерялся, не зная, стоит ли продолжать словами рисовать в моей голове предвкушаемые события.

— В общем, чтобы была готова в десять, ясно? — ТэУн поднялся. Замешкался. Сделал неопределенное движение, чуть наклонившись. Наверное, поцеловать меня хотел, уходя, но сдержался и, выпрямившись, ушел. Я, боковым зрением проводив его спину, уронила лицо в ладони. Зико. Вот этого мне хотелось меньше всего. Уж этот-то сумеет заставить меня почувствовать себя грязной шлюхой, гадостью, половой тряпкой.

ЧанМи вернулась в нашу комнату, когда я уже начала собираться туда, куда меня пригласил ТэУн. Поставив свою сумочку на неизменное место возле кровати, она разглядывала платье, в которое я была облачена и следила, как я накладываю макияж. Догадываясь, что я готовлюсь к встрече с ТэУном, она молчала, не зная, чем поддержать в такой ситуации, но, видимо, обнаружив ту же перемену на моем лице: умиротворенность, хладнокровие и решительность, она передумала и предположила другое.

— Ты что, на свидание с кем-то идешь? — подруга несмело улыбнулась.

— Конечно, как всегда, — я вставила в уши более нарядные серьги — с героями-любовниками, ТэУном и Зико.

— О, прости, я подумала о другом, — она робко присела рядом.

— О ком? — подозрительно бросила я на неё взгляд.

— Ну… — я прочла на её лбу информацию о том, кого она имела в виду.

— ДжеХё? — я пренебрежительно фыркнула, отметив про себя, что к нему на свидание я бы сейчас сходила с куда большим удовольствием. Нет, просто с удовольствием. Да только он не зовет — С какой бы стати?

— Он же такой… милый! — ЧанМи слегка зарумянилась. Я помнила, что она считает его красивым.

— И что? Вокруг милых много, — я открыла свою сумочку и проверила содержимое, чтобы ничего не забыть.

— Но не все милые сидят всю ночь у твоей постели и лечат тебя, — я подняла на неё глаза. В её взоре блестели искорки задора.

— Откуда ты знаешь? — я щелкнула застежкой. Мои мышцы напряглись, натянулись.

— Я звонила тебе, узнать как ты, но поднял он…

— Он поднял мой телефон?! — ахнула я. Какая наглость! Как он смел трогать мой мобильный? — Вот скотина!

— Он сказал, что увидел мою фотографию на экране и решил, что должен мне поднять, — ЧанМи передернула плечами — он спрашивал меня, как тебе помочь, что делать, какие лекарства давать…

— А ты? — глупый вопрос. Но мне стало обидно, что пока я валялась охваченная лихорадкой, они мило переговаривались.

— А я сидела в интернете и давала ему инструкции, — ЧанМи забрала волосы за ухо — он потом сам мне звонил несколько раз, сообщать, как меняется твоё состояние и ждал дальнейших указаний.

— И ничего тебе больше не говорил? — я подумала, что если я домогалась его, то он мог пожаловаться ей, что не может от меня отбиться и всё такое.

— Нет, а что должен был? — я сомкнула губы в линию и покачала головой — Последний раз он позвонил часов в пять утра, сказал, что жар у тебя спал, и ты перестала метаться, уснув.

Я ещё раз повторила в голове всё сказанное ЧанМи и начала перерабатывать информацию. ДжеХё не спал всю ночь, возясь со мной. Беспокоился, беспокоил мою подругу из-за этого. Ухаживал и тревожился. А на утро получил за это мои претензии и по морде от ТэУна. Прекрасно! Я даже не сказала ему «спасибо». Я настоящая сволочь, уподобившаяся тем, с кем связалась.

А ещё меня больно уколола неизвестно откуда взявшаяся ревность. А что, если всё это он делал для того, чтобы сблизиться с ЧанМи? Что, если она ему тоже нравилась, как и он ей? Я не вынесу неопределенности! Боже, да что со мной? Ещё вчера я плевать хотела на этого простака, а сейчас меня трясет от одной мысли, что ему нравится моя лучшая подруга и он ошивается вокруг меня из-за неё. Если это окажется правдой, я прокляну этот мир. Как можно так подло поступать? Почему нужно пользоваться мной даже в таком плане? Да, ДжеХё, пусть ты не хочешь меня поиметь, но ты хочешь через меня подобраться к ЧанМи, а это ещё более подло! Лучше бы ты меня трахнул.

— Что ты делаешь? — голос подруги поймал меня на наборе номера в мобильном.

— Вызываю такси, — в деловом порядке объяснила я.

— Куда ты собралась? — ЧанМи обошла меня, чтобы смотреть в лицо — Я думала, ты едешь с ТэУном куда-то.

— Еду, но позже, — я посмотрела на время. Было ещё сорок минут до десяти часов вечера. Если немного задержусь, то ничего страшного не произойдет.

— А сейчас-то куда? — повторила она вопрос.

— В общагу Блоков, — я поздоровалась с оператором и назвала координаты начальной точки и конечной. Поблагодарив, я положила, ожидая звонка, когда автомобиль подъедет к подъезду — я кое-что должна сказать ДжеХё. И это не терпит отлагательств.

По пути, в машине, которая пару раз попала в медленные потоки и тормозила на светофорах, я уже ругала себя за эту прихоть, выдумку, что мне нужно поговорить с ДжеХё, но отступать было некуда. Тем более, кажется, я теперь очень сильно задержусь из-за этих транспортных проблем больших мегаполисов.

Дверь мне открыл низкорослый и невзрачный парень. По его взгляду, брошенному на меня, я вспомнила, что одевалась, как на вечеринку. На мне было узкое платье, лакированные туфли, сверкающая бижутерия. Эффектная раскраска лица тоже не делала мой визит похожим на случайный.

— ТэИль, а ДжеХё здесь? — с первого же вопроса, заданного на пороге, я почувствовала себя глупо, назойливо. Меня не должно здесь быть.

— Да, — юноша отступил, приглашая внутрь — последняя комната налево.

— Спасибо, — улыбнулась я, про себя подумав «я знаю». Моё знакомство с этим обиталищем не было подробным, но кто где жил я заучила.

Я дошла до прикрытой двери и, хотя щель, толщиной в кулак, позволяла заглянуть внутрь и оценить обстановку, я не стала этого делать и постучалась.

— Да-да? — услышала я знакомый голос и толкнула дверь, остановившись, не решаясь переступить границу.

— Привет, — тихо пробормотала я, чувствуя, что мне не просто удивлены, а недоумевают, какого черта мне тут понадобилось? Я не сразу сообразила, что подобные флюиды ДжеХё излучал из-за того, что был в майке и трусах, объясняющих его неготовность к гостям. Особенно к гостьям.

Он, смутившись, сел на стул, с которого поднялся, и продолжал удивленно смотреть на меня, открыв рот.

— Извини, что без предупреждения, — пыталась я начать разговор. Всё что мне нужно было, это просто сделать елейную интонацию, поблагодарить его от всей души и уйти. Я начинала нервничать, потому что язык мой не соглашался так сразу рассыпаться в теплых «спасибо», а, напротив, тянулся огрызнуться в моем привычном тоне.

— Ты… — ДжеХё показал мне на другой стул, приглашая присесть. Я заметила у него на подбородке синяк, виной которому была я — рад, что ты здорова и уже на ногах.

Чертова вежливость! Я села, сдерживая ногу, которая хотела притопывать. Да тебе всё равно, здорова я или нет. Тебя вообще не понять, волнует ли тебя хоть что-нибудь по-настоящему в этой жизни, Ан ДжеХё!

— Ты не спал из-за меня всю ночь, утомился, а я повела себя немного грубо, — сбивчиво понесла я всё, что приходило в голову — конечно, благодаря твоей заботе я уже хорошо себя чувствую…

— Не стоит благодарности, — предвосхитил он мои слова, но без ехидства. Просто отмахнулся, облегчая мне задачу. Он опустил глаза. Я тоже.

— Ты не сказал, что ЧанМи звонила… — пальцем я скользила по верхней перекладине спинки стула, как фигурист по льду.

— Я не успел, — ДжеХё развел руками — и не придал этому значения.

— Разве? — как камень, замерший на краю обрыва, фраза задержалась на кончике языка и, удерживаемая мной из последних сил, всё-таки тронулась и сорвалась с губ — А я думала она тебе нравится…

— ЧанМи? — парень озадачился — С чего такие выводы? Нет.

— Ну, мало ли, — я загнала себя в угол, обличая свою необоснованную подозрительность — можешь быть со мной откровенным, а вообще-то я не об этом хотела поговорить…

— Опять навязываешь мне то, что ко мне не относится? — ДжеХё устало выдохнул — Что ты хотела сказать?

— Я приехала поблагодарить тебя, — я поднялась, не находя причин ещё здесь задерживаться — но с этим мы уже разобрались, так что, не буду тебя больше беспокоить.

— Никакого беспокойства, — по-мужски повел рукой ДжеХё. Я задержала взгляд на этой руке. В памяти пробился какой-то фрагмент, кусочек, в котором эти руки обняли меня и прижали к себе. Каждый раз, когда мне было плохо, они обхватывали меня и вытаскивали из тьмы.

— Тогда, я поеду, — не делая ни шага в сторону, заявила я. Ну же, дура, сгибай коленки и чеши в сторону выхода! Парень поднялся, плюнув на свой домашний вид.

— Если ты куда-то торопишься, — ДжеХё поправил слегка разлохмаченные волосы — а то бы выпила чаю, может, со мной?

— Я бы выпила, — я не должна себя вести так, всем своим видом показывая, что жду, чтобы он меня задержал чем-нибудь, попросил остаться. Или это незаметно и я только сама себе кажусь прозрачной? — но мне, действительно, кое-куда нужно.

— Жаль, — он подошел ко мне, видимо, собираясь проводить — мы всё время как-то обрывками общаемся. Хоть бы раз нормально поболтать.

— Да, в последний раз этого бы точно не получилось, — я не смогла улыбнуться, вспомнив, как ТэУн вошел в комнату и начал бить ДжеХё. Мне сейчас захотелось избить ТэУна за тот поступок.

— Даже если бы нам не помешали, я бы сам ушел, — серьёзно произнес парень.

— Что? — злясь, посмотрела я ему в глаза — Почему?

— Ты меня обидела, — спокойно вынес он приговор, и я вспомнила, как нелестно отзывалась о нем ему же в лицо, как хамски разговаривала и как пыталась приписать ему невесть что.

— Извини, — впервые за последние, наверное, полгода, смиренно что-то сказала я, не пытаясь обвинять других, кричать и оскорблять. На этот раз тут была моя вина.

— Забудем, — под нос себе сказал ДжеХё — если ты так больше не будешь делать.

— Не буду, может быть, не знаю, — я была меньше чем в метре от него, и мне захотелось его поцеловать. Мысли вертелись разные, но я точно знала, что не могу сейчас отвечать за своё поведение. Я была неуравновешенная из-за того режима, в котором жила. Я могла сейчас раскаиваться, а потом вновь накинуться на ДжеХё, даже если он будет не причем, но просто подвернется под горячую руку. Уже дважды за разговор мне хотелось снова послать его, куда подальше, а теперь вот я оттягивала себя назад, чтобы не податься вперед и не впиться в его губы. От него-то этого ждать было бесполезно — ну почему ты такой?!

— Какой? — удивленно вскинул он брови. Я запоздало констатировала, что вопрос этот не стоило задавать вслух. Достаточно было его мысленного обмозгования — Опять скажешь, что я позволяю себе лишнего? Я же даже не двигаюсь!

— Нет, я не об этом, — ну почему же ты не двигаешься? Почему больше не пытаешься меня коснуться как-нибудь? — Я слышала, что твоя бывшая пыталась покончить с собой. Я всегда думала, что ты злодей и поганец, как весь ваш коллектив…

— Мы коллектив поганцев? — ДжеХё широко заулыбался — Интересно. Вот как мы выглядим, значит. А на счет бывшей… это правда.

Я замерла. Я совсем не собиралась устраивать тут разговоры по душам, выводить его на чистую воду или лезть в его личную жизнь, но он запросто среагировал на моё любопытство и решил его удовлетворить.

— Я встречался с подругой СонХе, девушки Квона, — парень отступил и облокотился о стену спиной. Мне пришлось опять сделать шаг вглубь его спальни — поначалу всё было прекрасно. Она мне нравилась. Но она была просто озабоченной. Серьёзно, только не смейся. Всё что её во мне интересовало — это где бы потрахаться. Меня это просто изводило. Возможно, какое-то время это забавно и интересно, но когда хочешь постоянных отношений и нормального человека рядом, очень мешает, когда во время каждого разговора тебе лезут в штаны.

Я стояла в ступоре. Неужели и женщины бывают такими, что от них не отбиться? Я слышала о явлении нимфомании, но думала, что мужчинам такие девушки по кайфу. А тут… открытие в моем познании межполовых отношений.

— И что же дальше? — не выдержала уже я, хотя вспомнила, как однажды утром он сказал мне, что «затрахался». Видимо, это было в прямом смысле.

— Ничего, — ДжеХё скрестил руки на груди — она мне надоела, жутко надоела. Я предложил расстаться. Она начала угрожать, что наложит на себя руки. Я выдержал ещё месяц, но потом всё равно послал её. Вот она и замаялась ерундой. Если честно, я до сих пор думаю, что ей было плохо не без меня, а без постоянного секса. А я не хотел и не хочу, чтобы меня воспринимали, как ходячий автомат для ебли. Извини, но другого слова просто нет для этого. К тому же, помимо этого вокруг постоянные толпы фанаток, которые мечтают с нами всеми переспать, лезут, прорываются, орут «оппа, оппа!», а в глазах у них животная похоть. Среди всего этого начинаешь чувствовать себя куском мяса, на который смотрят, когда испытывают голод. Будто у меня ни души, ни интересов нет.

Я пообещала себе, что ни за что не полезу к нему целоваться. Никогда. Я увидела его совсем с другой стороны. Я вообще не подозревала, что он способен на подобную речь, на подобные идеи. За внешним обликом простоватого и ограниченного пофигиста, скрывался уставший и разочаровавшийся парень, такой же, как я. Как мы порой ошибаемся в людях! Не видим того, чего не хотим видеть. А может, мы и не в силах разглядеть что-то, пока не захотим и не будем готовы к этому.

Мне стало стыдно, что последние сутки я думала о каком-то флирте с ДжеХё, о том, что он сексуальный и притягательный. Я судорожно воспроизвела, что я успела насочинять и не оскорбила ли его даже в мечтах приставаниями. Нет, кажется, так далеко я зайти не успела. И я ещё ругала его и навязывала ему образ похотливого самца! Да я сама… как можно было не увидеть в нем человека? Обычного, с переживаниями, проблемами и одиночеством. У него ведь теперь не было девушки, хотя для мужчины его возраста это почти нонсенс. Как же достала его та бывшая?

— Ладно, мне, в самом деле, пора, — моя неловкость зашкалила — увидимся ещё как-нибудь!

— Обязательно, — сбитый с толку тем, что я так быстро ретировалась после его откровений, что тоже с моей стороны было некрасиво, ДжеХё проводил меня до двери — на улице почти ночь, осторожнее!

Глава 7

«Худшая ночь»

Я подъехала к нашей обители где-то без пятнадцати минут одиннадцать. Прокручивая снова и снова разговор с ДжеХё, я и не думала волноваться, потому что напрочь забыла, куда я должна была отправиться на всю ночь, но когда такси подъехало на место, я увидела ТэУна, стоящего на тротуаре и нервно курящего. Внутри меня всё оледенело и натянулось тетивой. Я потеряла счет времени и упустила из вида, что ТэУн очень бесился и негодовал, когда что-то было не по его плану. Тихонько отворив дверцу, я выпрыгнула из машины. Мне хотелось стать невидимой и промчаться в свою комнату, не останавливаясь рядом со своим бывше-настоящим парнем, но он заметил меня сразу же, ещё через стекло автомобиля. Приманиваемая его повелительным взглядом, я приблизилась. Пытаться убежать всё равно наивно. Он выпустил последнее облако дыма и, обернувшись через плечо к урне, бросил в неё тлеющий окурок.

— И откуда мы такие нарядные? — обратился он ко мне с гневной ухмылкой.

— Важнее куда, а не откуда, — я поправила ремешок сумочки на плече, опустив глаза — я, как мы и договаривались, готова с тобой ехать.

— Правда? — ТэУн наклонился с высоты своего роста, чтобы заглянуть в моё лицо и заодно выдал издевательский реверанс — Спасибо, мадмуазель Хёён, мы польщены Вашим согласием!

Я скосила взгляд в сторону, и тут он схватил меня за подбородок и заставил смотреть на него.

— Ты видела время?! — в общем-то, я нейтрально относилась к запаху никотина, но сейчас он меня раздражал, и мне хотелось отвернуться, что не позволяла сделать его рука — Где ты шлялась, я спросил?!

— Пусти! — я вцепилась пальцами в его запястье, но мои силы против его были ничто. Я не собиралась ему ничего говорить и объяснять.

— Тайны решила себе завести? — ТэУн взял меня под локоть и подвел к машине, которую я не заметила сначала. Она уже ждала нас — Садись!

Затолкав меня на заднее сиденье, он залез следом и дал знак водителю трогать. Я забилась в угол, не желая смотреть на спутника и внимательно вперилась взором в огни ночного города.

— Если бы не шофер, — подался ко мне ТэУн — я бы из тебя прямо тут выбил правду! Но ты мне всё равно все расскажешь, пусть и позже!

Я задумалась, насколько доверять его недавнишним словам, что он ни за что меня не ударит. Я будто играла с огнем и каждый раз боялась, что в этот раз пламя разгорится дальше, выходя за рамки, отведенные для кострища. Я не переживала больше за секс с ним, но быть избитой мне совсем не хотелось.

У меня зазвонил мобильный и я нервно дернулась от этого звука. Быстро раскрыв сумочку и порывшись в ней, я посмотрела на экран. Номер был мне неизвестен. Наверное, ошиблись. Я ждала, когда прекратят звонить, но телефон всё трезвонил и вибрировал в моей руке.

— Кто там? Любовник? — не выдержал ТэУн и выхватил мобильный, разглядывая дисплей.

— Понятия не имею, — передернула я плечами — как сам можешь увидеть, мне незнаком этот номер.

— А кто же в такое время может осмелиться? — он покривился, подозрительно поглядывая на меня — Что же, даже предположений нет?

— Ошиблись, скорее всего, — к тому моменту, когда я вырвала трубку обратно, мне уже перестали звонить.

— Отключи звук и убери его, — ткнул пальцем ТэУн в приказном порядке — тебе некогда сегодня будет отвлекаться. И я не хочу, чтобы нас кто-то отвлекал!

Я послушно включила режим «Совещание» и кинула телефон в кармашек сумки, предназначенный для него. Мне и самой было не до разговоров с кем бы то ни было. Даже с ТэУном не хотелось общаться. Вообще. Пусть делает со мной что хочет, чтобы узнать, куда я ездила, но пока он не применит физические пытки, раскалываться я не собираюсь. Я совсем не хочу, чтобы он полетел туда спускать ярость на ДжеХё, набросился на него с кулаками и обвинял того в том, чего нет и быть не может. Интересно, кто-нибудь из друзей ДжеХё знает о том, как он относится к легкомысленным девушкам и сексу в целом? Что обсуждают на своих посиделках мужчины и насколько хорошо друг друга знают? Я так просто переключилась на мысли об этом молодом человеке, что очнулась лишь подъезжая к загородной резиденции сексуально озабоченных шоуменов. Как быстро пролетела дорога! Раньше путь сюда казался мне отвратительно долгим, но в этот раз мы оказались тут слишком быстро. ТэУн, не то на показ, не то продолжая издевательства, обошел машину и открыл передо мной дверцу, подав руку. Я окинула его испепеляющим взглядом, но вложила свою ладонь в его. Это не самая интимная часть тела, которую я не хотела бы позволять никому у себя трогать.

Через знакомый дворик, по привычному маршруту, наизусть изученным холлу и лестнице, мы — я впереди, а ТэУн на шаг сзади — дошли до одной из десятка одинаковых дверей в этом особняке, за которыми прятались спальни. Такие разные с виду, и такие одинаковые, когда кувыркаешься в них с кем-нибудь без желания. Кровать, тумбочки, зеркала, ковры, шкафы-купе — всё здесь было не абы каким, не по шаблону, а со вкусом, но до того пропахло развратом и гостиничной пошлостью, что я не могла бы точно сказать, в которой из них я уже занималась сексом, а в которой нет.

Едва оказавшись внутри, я почувствовала на своих плечах руки ТэУна. Он наклонился сзади к моему уху и начал слабо покусывать его, переходя на шею и целуя в загривок, в чувствительную точку, где заканчивалась спина. Его ладони гладили мои руки от локтей и выше.

— Я с нетерпением ждал этого момента… — он прижался ко мне, и я почувствовала сквозь его брюки напряжение. Его выдающееся достоинство уже было готово. Почему же ему даже прелюдия не нужна для того, чтобы стать возбужденным? Казалось бы, ему стоит лишь подумать о женщине или сексе, как его член моментально реагировал — так и хотелось тебя отшлепать все эти дни, за то что ты устраивала…

— Я ничего такого не устраивала, — апатично изрекла я. Руки мои висели, как плети. Мне было всё равно, что происходит. Вернее, я концентрировалась на пофигизме, чтобы не реагировать никак и ни на что.

— Ты просто не замечала этого всего, — ТэУн ухватился за молнию на моем платье и потянул вниз. Спина оголилась — ты вела себя очень плохо. Особенно своими непонятными свиданиями с ДжеХё. Если я увижу вас ещё раз вместе, то прикончу обоих!

— Да пошел ты! — сквозь зубы сорвалось у меня, и он тут же схватил меня за волосы, развернув к себе.

— Опять хамишь? — его губы так близко от моих произнесли эти слова, что он не сдержался и накрыл мой рот поцелуем. Облизав мои губы и забравшись своим языком за мою щеку, он удовлетворенно оторвался — Врешь, скрываешь что-то, ещё и грубишь?!

Он сдернул платье с моих плеч и стянул до самой талии. Я осталась в бюстгальтере.

— Где ты была сегодня, м? — я презрительно повела носом в сторону — Говори!

ТэУн до боли в челюсти схватил меня за лицо и развернул. Я, в который раз тщетно, попыталась вырваться, но он опять приник жадным глубоким поцелуем, не оставляя места даже вдохнуть воздуха.

— Молчишь, значит, есть чего стыдиться! — парень легко приподнял меня, взяв подмышки, и поднес к кровати, на которую бросил. Я мягко спружинила и осталась в полулежащей позе. Он скинул с себя темный пиджак, швырнув в сторону, и забрался сверху — если я узнаю, что ты с кем-то переспала, я не знаю, что сделаю!

— А не знаешь, так не говори, — посмотрела я ему в глаза с чувством превосходства. Он открыл рот от моей наглости и облизал нижнюю губу.

— Ах, мы всё ещё смелые? Потому что я многое спускаю тебе с рук и не демонстрирую, каким я могу быть, если меня разозлить? — ТэУн расстегнул ремень и вытащил его из брюк — Ну, смотри же!

Меня проняла дрожь от его взгляда, от его движения и его голоса. Я попыталась подтянуться вверх, но он тут же обхватил меня за талию и притянул под себя. Я начала вырываться, но он взял в плен мои руки и начал связывать их своим кожаным ремнем.

— Прекрати сейчас же! — крикнула я. Я знала, что здесь вообще кричать бесполезно. Так что тут нужно доораться именно до того, в чьей ты власти, уговорить его не делать глупости. А что же он мог сделать? Я не хотела думать, что слишком многое — Отпусти меня!

Но ТэУн вместо этого лишь потуже затянул ловушку и, прямо за этот ремень, подтащил меня к изголовью. Оглядевшись, он что-то поискал и, не найдя того, чего ему хотелось бы, плюнул и оставил мои руки пока что не прикрепленными к спинке кровати. Оседлав меня сверху, он быстро расстегнул рубашку и отбросил её куда-то к пиджаку в компанию.

— Пока ты не поймешь, что ты полностью принадлежишь мне, ты никуда не уйдешь и не освободишься!

Его губы буквально присосались к моей коже на шее, опустились ниже, оставляли небольшие засосы. Связанными руками было трудно не то что отбиваться, но даже просто бить по нему, поэтому я вновь попыталась отстраниться от происходящего, забыться и стать статуей. Как же ТэУн не любил, когда я валялась бревном! Правда, его это никогда и не останавливало. Я обмякла, поддаваясь всему, что он делал. Окончательно сорвав с меня платье через ноги, парень расстегнул лифчик и впился губами поочередно в один, а потом в другой сосок. Прикусив их до боли, он всё-таки вырвал из меня крик, потому что продолжал сжимать зубы, пока я не разомкнула уста. Моя достаточно маленькая грудь погружалась в его рот, которым он ненасытно облизывал её; подключая руки, ТэУн мял её и теребил, приводя меня в бешенство.

Раскинув мои ноги в стороны, он запустил в трусики руку и слету проник двумя пальцами внутрь. Я выгнула спину, сдержав стон и лишь глухо промычав.

— Что, нравится? — его пальцы не останавливались и елозили туда-сюда внутри — Моя маленькая сучка, ты всё равно намокнешь, потому что хочешь этого! Хочешь, чтобы я в тебя вошел!

— Размечтался! — прошипела я, пытаясь избавиться от его прикосновений. Но он залез ещё глубже и надавил на переднюю стенку изнутри, вернувшись к ласкам моей груди. Если его нежную жестокость можно было назвать лаской — Я не хочу ни тебя, ни кого-либо ещё!

— Ну, брось, — с улыбкой, приподнялся ТэУн, расстегивая штаны — ты же только хочешь быть фригидной. Ты не такая, Хё, совсем не такая!

— Ты сам говорил, что я холодная, как рыба! — я плюнула ему в лицо, отчего он на миг замер — Вот и получай то, что хотел!

Парень вытерся и, запустив пальцы мне в волосы, затряс, отчего у меня закружилась голова.

— Ты станешь покорнее, станешь! — ТэУн сорвал с меня нижнее бельё и, слазив в карман своих брюк, вытащил презерватив. Прекрасно, хотя бы это он уже выучил и не заставлял меня напоминать — шлюшка… мелкая гадюка!

Последнее он добавил после того, как попытался меня поцеловать, и я прокусила его губу до крови. Мне уже второй раз казалось, что он хочет занести руку и приручить меня, ударив по щеке, но он сдерживал порыв. А может, мне действительно, только казалось, что у него есть такие помыслы.

Я увидела его здоровый зачехленный член и отвела глаза в тот момент, когда он начал в меня его всовывать. Мне хотелось ничего не чувствовать, он прав. Но на самом деле я не была бесчувственной, поэтому ярко и остро ощущала, как его пенис проникает в меня всё глубже, погружается всё дальше, трется о самое нутро. ТэУн плавно раскачивался, добавляя амплитуды. Судя по его лицу, он уже сгорал от желания и начал наслаждаться долгожданным полноценным сексом, который так любит. Когда он был на этой стадии, ничего страшного от него ждать уже не приходилось. Значит, он вновь хотел меня напугать, но сделать ничего не мог. Всё-таки он был больше мягкохарактерным, чем грубым. Я положила лицо на бок, прекращая наблюдать за тем, как он вколачивается в моё тело. Он был почти в два раза меня крупнее, и я видела себя крошечной песчинкой, придавливаемой булыжником. Связанные руки, оскорбления, угрозы — всё это было пылью в глаза и у меня почти получилось расслабиться.

После некоторого времени проведенного под ним, я оказалась сверху. ТэУн перекатился, посадив меня на себя и, обхватив за шею, пригнул к себе, прижав к груди, и стал снизу долбиться так, что я будто неслась галопом. Мои бедра бились о его ноги с такими громкими хлопками, что они разносились на всю комнату. ТэУн обвел языком ушную раковину и, пробежав поцелуями по щеке, опять вернулся ко рту. У меня начали припухать губы от его неутомимых и страстных поцелуев. Невольно, через саму себя, я почувствовала какое-то смутное удовольствие, вкус которого потеряла. Я закрыла глаза и попыталась представить, что я не здесь, не с ним. А с кем же? ДжеХё! Черт, почему опять его лицо перед мысленным взором? Нет, нет и нет! Я не должна представлять себя с ним. Тем более, даже если бы у меня была извращенная фантазия, я не могла представить себе, чтобы ДжеХё так неистово и неотесанно трахался. Интересно… а как же он это делал?

Внезапно я почувствовала, как к спине моей прикасается что-то ещё, а между разведенными бедрами скользит рука… и вовсе не ТэУна, потому что одна из них была у меня на шее, а другая крепко сжимала ягодицу, с такой силой, что кожа оттягивалась, как резина. Я распахнула глаза и обернулась через плечо.

— Надеюсь, я вам не помешал… — произнес Зико и у меня затряслись губы. Нет, только не он, не сейчас!

Я почти смирилась со своим положением, и тут добавляется новый поворот событий. Как же я далеко ушла в свои мысли, что не заметила, как он подкрался. Впрочем, звуков было достаточно, чтобы в них затерялись тихие шаги. ТэУн громко стонал и сам, кажется, поздно заметил брата. Разумеется, он уже был не в том состоянии, чтобы остановиться и поговорить с ним, обсуждая, кто кому помешает, да и, не впервые им было участвовать в групповых совокуплениях.

— Помешал! — сквозь зубы прорычала я. В кои-то веки мне захотелось остаться с ТэУном наедине.

— Тогда ничем не могу помочь, — иронично прошептал он мне прямо в ухо — я буду мешать и дальше.

Его палец ворвался мне в анус и я вскрикнула. Свободная рука Зико развернула мою голову, чуть не свернув шею и теперь поцелуем впился в меня он. За что я не любила поцелуи Зико, так это за то, что он умел использовать рот с языком так, что не нужно было не изнасилований, не минета — было стойкое ощущение, что тебя выебали через это отверстие. Он не давал свободы, не позволялся увернуться, давил, кусал и втягивал в себя. Его поцелуй был равносилен укусу Евой яблока с древа познания — полное грехопадение и пинок под зад из рая, потому что таким занимаются лишь в очень, очень плохих и отстойных местах.

Второй палец, смазанный, наверное, гелем, протиснулся в меня и я начала изворачиваться, чтобы избавиться от этого ощущения, но отступать было некуда. Подо мной ТэУн, а позади и чуть сверху его брат.

— Уйди! — бросила я, вырвавшись от хватки его губ.

— И не надейся, — Зико поцеловал моё правое плечо и подставил к моему заднему проходу свой член — я тоже хочу получить удовольствие, не только вам…

— Да какое… — «к черту удовольствие!» хотела закончить я, но первая боль, которая всегда возникает при проникновении в анал большого члена, прервала меня и я закричала — А-а!

ТэУн снова притянул меня к себе и жарко поцеловал, пока Зико налегал на мою спину и осторожно проникал глубже и глубже. Два члена, вошедшие в меня с двух сторон, создавали внутри такое горение, что у меня даже пот на лбу выступил. Никогда я ещё не испытывала такого. Ощущение заполненности было полным к тому моменту, когда Зико вставил свой фаллос почти до конца. Они с братом как будто бы касались друг друга сквозь меня, такой тонкой была преграда внутри, между одним и другим членом. Они не сразу подстроились с нужный ритм, но потом заработали слаженно, и меня затрясло от вибрации, от толчков с обеих сторон. Я не знаю, удовольствие это было, чистая физическая реакция или моральная слабость, но из глаз покатились слезы, и нутро начало сводить от беспрестанной тряски. В какую сторону я не подавалась, тут же насаживалась на один из пенисов. Эта безысходность, замкнутость, ощущение птицы в клетке, вселяли до того животный инстинкт, что я начала коротко взрываться криками, смешанными со странным поскуливанием.

— Да, Хё, да! — взвыл и ТэУн, бешено забившись в меня, шевеля бедрами с предельной скоростью. Сквозь презерватив я почувствовала, как он кончил и, отчего-то, почувствовала облегчение, понимая, что с одной стороны вот-вот освобожусь.

Он откинул голову, приходя в себя и, воспользовавшись этим, Зико подхватил меня и приподнял, запустив руку между моих ног и начав ласкать самое чувствительное место. Я сжала губы, не желая показать, что мне стало приятно. А я и в правду почувствовала удовольствие. Замученная, но распаленная и моментально раздразненная ловкими пальцами Зико, я захотела кончить, потому что организм требовал разрядки. Я хотела получить оргазм, да такой сильный, чтобы отключиться до самого утра. Я слышала, что такое бывает, когда в глазах темнеет от передозировки гормона счастья.

— Хочешь продолжения? — прошептал мне еле слышно Зико. Я кивнула, потому что его рука остановилась — Не слышу?

— Да, да! — в другой раз я бы захныкала, но сейчас даже на это сил не было. Я сама начала тереться о пальцы младшего брата У, но он убрал их и, внезапно, неудобно схватив меня и чуть не выкрутив мне руку, спустил меня с кровати и швырнул на пол.

Сам он сел на самый край, голый, с возбужденным по-прежнему членом.

— Хочешь? Тогда ползи сюда и соси, — Зико с вызовом вскинул голову и хмыкнул, видя мою растерянность — ты не слышала? Соси!

Я с ненавистью посмотрела на него. Желание получить оргазм от него улетучилось, как и не бывало, но это не отменяло того, что если Зико хочет минет, то мне придется ему его сделать. Я несмело попыталась привстать, но он подался вперед и надавил мне на плечи, оставляя на месте, и отступил обратно.

— Нет, ползи — это именно ползи, — у меня челюсть сжалась до того, что затряслись щеки. Мерзость, унижение, грязь; так много было всего, из-за чего я и боялась секса с Зико. Потому что после него хотелось прокипятить себя с отбеливателем, а лучше вообще утопиться — Я долго буду ждать?

Я опустила руки на пол, вставая на четвереньки, когда услышала голос ТэУна.

— Нет, стой! — я замерла, не смея поднять лицо. Голая, опущенная и разбитая, я дрожала под взглядом двух пар глаз — Зико, прекрати.

— А что такое? — удивился он.

— Просто перестань, — несмотря на то, что ТэУн был старшим, он редко когда проявлял какую-либо инициативу, и в основном всё делалось по указке младшего — хватит!

— Ладно-ладно, — Зико поднялся, что я поняла по ногам, которые приблизились ко мне — я могу и иначе…

— Нет, — ноги ТэУна в брюках, тоже спустились с кровати. Их голоса раздавались где-то надо мной — оставь её. Она моя. Пожалуйста.

Я округлила глаза. Пол увидел моё искреннее изумление, и мы с ним обменялись деревянными выражениями лиц, потому что, я была уверена, моё лицо вытянулось, как доска, и стало таким же тупым. Вот уж чего не ожидала. Зачем мой экс-бойфренд это делает? Какой ему прок?

— Ну, — хмыкнул Зико — как знаешь.

Я услышала звякнувшую пряжку ремня и по остальным звукам догадалась, что молодой человек собрал вещи и вышел, спешно натянув их на себя. Чтобы Зико, со стояком, вот так просто ушел, не попытавшись удовлетвориться? Это что-то. Видимо, ТэУн так редко его о чем-то просил, что он не смог отказать. А может, он и никогда не отказывает брату. Я в жизни не видела и не слышала, чтобы старший чего-то просил у младшего. До сегодняшней ночи.

— Хё, — ТэУн присел передо мной на корточки — вставай.

Я не то что пошевелиться не могла, я даже не могла повернуть язык и сказать ему что-нибудь.

— Хё, ты меня слышишь? — парень приподнял мой подбородок и с каким-то новым добрым блеском в глазах воззрился на меня. Я не выдержала взгляда. Не его, а вообще чьего бы то ни было взгляда я бы сейчас не выдержала. Поэтому зарыдала и закрыла глаза — Эй, малышка, ты чего?

«Ты совсем дурак! — хотелось кричать мне — Ты ещё спрашиваешь?! Я так паршиво себя не чувствовала уже давно. Мне хочется снять с себя кожу и выбросить! А ты спрашиваешь, что это я?». Пока я билась в легкой истерике, ТэУн поднял меня на руки и положил на кровать. Я хныкала и хлюпала носом, пока он ложился рядом и гладил меня. Обнаженную. Гладил по груди, животу, бедрам. Потом я опять почувствовала его поцелуи и начала приходить в себя. Он увидел мой прояснившийся взор.

— С этих пор ты только моя, без каких-либо исключений, — ТэУн вновь забрался сверху, хотя я выставила всё ещё связанные руки вперед и застучала по нему подогнутыми ногами — не сопротивляйся, это решенный вопрос! Либо со мной, либо ни с кем!

— Нет, нет! — гаркнула я на него — Не хочу! Не буду! Не буду я твоей!

— Ты уже моя! — повысил голос ТэУн и резко раздвинул мне ноги. Я бросила взгляд и поняла, что он снова уже готов идти на приступ.

— Отвали от меня, тварь! — я заскользила по простыне, как уж на сковородке, но всё было тщетно и парень, впившийся в мои губы, опять побеждал — Скотина, чудовище!

Но он не слушал мои словоизлияния и, сгребая в охапку своих больших и сильных рук, ворвался в меня со свежими силами, как собственник, как единоличный хозяин и заколотился во мне так, что и без того раздраженное нутро тут же вспыхнуло. Я ненавидела то, чем со мной занимались, и в то же время я хотела разрядки. Внутри меня всё крутило и сжимало. Я всё ещё сопротивлялась, но ТэУн продолжал биться сумасшедшими фрикциями, в конце концов, доведя меня до полузабытья. Плача, стеная и проклиная его, я медленно выдохлась и, уже падая в пропасть усталости и нервного обморока, чувствовала как он, рыча, как медведь, кончает мне на живот. Сомкнув вокруг меня свои объятья, он тяжело задышал мне в ухо, повторяя многократно «я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя»…

Глава 8

«Почти лучшее утро»

Тело ныло и ломало, как и душу. Ничего сильно не болело, но ощущений была масса, как всегда после долгого физического напряжения. Только на этот раз мне даже тошно от себя не было. Мне было всё равно. Окрыленная вчерашним открытием, что есть хоть один мужчина, которому секс не является целью всей жизни, и что у него вообще есть приятная глубина внутреннего мира, я тут же была брошена туда, где было моё место — в привычную темноту ограниченности братьев У, которых развлекали сугубо материальные удовольствия. Я начинала верить, что и меня должно устраивать всё это. Рядом с ДжеХё мне не место. Все эти дни, что мы общались, он не видел во мне женщины и не думал о том, как затащить в постель, в то время как я постоянно подначивала его на подобные мысли и беседы. И кто из нас опустившаяся и узколобая личность?

Открыв глаза, я хотела перевернуться на спину, но почувствовала на себе тяжелую руку ТэУна. Я спала на боку, и он прижимался ко мне сзади. Я поморщила нос и стала высвобождаться из этих «замечательных» объятий. В комнату пробивался свет сквозь чуть разведенные шторы. На своих запястьях я увидела небольшие синяки, которые остались от ремня, сковывавшего меня полночи. Не придав этому значения, я тут же опомнилась; теперь нужно будет постоянно замазывать их тональным кремом, пока не пройдут, потому что иначе менеджеры все вкатят какой-нибудь штраф, или, не дай Бог, фанаты сфотографируют где-нибудь и в сетях появятся абы какие сплетни. Впрочем, они будут на девяносто девять процентов верны, потому что синяки эти появились от абы чего и абы как.

К сожалению, ТэУн не напивался накануне, поэтому, потревоженный моим движением, сам стал просыпаться. Я бы хотела в спокойствии и тишине одеться, собраться и уйти, но это мне бы позволил другой, более чуткий и понимающий мужчина. Не ТэУн. Я лишь выбралась из-под одеяла и натянула свои валявшиеся на полу стринги, когда он приподнялся на локте и стал следить за моими действиями. Не знаю, собирался ли он что-то говорить, но уже одно его наблюдение раздражало.

— Ну что? — не выдержала я, когда дотянулась до лифчика и застегнула его на спине.

— Куда ты собралась? — парень провел рукой по растрепанным волосам и потер веки.

— Что за дурацкий вопрос? — прыснула я саркастическим смехом — В общежитие.

— Подожди меня, вместе поедем, — откинулся он на подушку, подложив её, взбитую, поудобнее под спину — для начала можем тут позавтракать.

— У меня нет ни малейшего желания задерживаться в твоем обществе хоть на минуту дольше, — отвернулась я, продолжая искать свои вещи. Платье валялось почти у порога на границе ковра с паркетом.

— Зачем ты так? — голос его был на редкость мягок. Даже не насмешлив и не шутлив, как в большинстве случаев — Я же тебе не что-то из ряда вон предлагаю, а всего лишь поесть вместе.

— Я настолько сыта вами с Зико по горло, что в вашем присутствии у меня аппетит пропадает, — я состроила ему издевательскую гримасу и стала натягивать платье.

Пока я продевала в него голову и руки, ТэУн поднялся с кровати и подошел ко мне. Приблизившись впритык, он взялся за молнию. Я хотела вырваться, но он придержал меня за талию.

— Прекрати вести себя, как дикая кошка, — он быстро наклонился и поцеловал меня в ухо. Я дернулась ещё раз — я всёго лишь хочу помочь тебе застегнуться.

— Я как-то и сама могу справиться, — однако я уже смиренно опустила руки по швам и ждала, когда он медленно сдвинет на спине две половины платья в единое целое.

— Я ведь говорил серьёзно, Хё, — после паузы сказал он, оставив свои руки на моих бедрах.

— Что именно? — я крутанулась, сумев повернуться к нему лицом к лицу, в которое мне приходилось смотреть высоко задрав голову.

— Не делай вид, что не понимаешь! — задвигал он челюстью, недовольный, что ему приходится растолковывать свои намеки. Но я ведь не ясновидящая, чтобы понимать его с полуслова!

— Но я, действительно, не понимаю! — тоже повысила голос я.

— Ты больше не будешь спать с Зико, — начал он, крепче прижимая меня к себе — только со мной, и всё. Никакого шантажа, мы просто снова будем парой…

— Ещё чего! — моя ухмылка и упирающиеся в его грудь ладони красноречиво должны были намекнуть на то, что меня не прельщают больше такие перспективы — Предложи какой-нибудь другой подобное партнерство!

— Ты что, не поняла? — он взял меня за плечи и потряс — Я люблю тебя! Вот что я имел в виду. Это правда!

Я ошалело уставилась ему в глаза. Да что с ним случилось? Куда делся циник и пошляк? Откуда здесь ТэУн, тот, который был в начале нашего знакомства, которого я когда-то любила? Что заставило его вернуться к прежним временам? Подозрение, что я влюбилась в другого? И что этот другой ДжеХё. Как и все мужчины, он просто не может пережить того, что его кинут вперед, чем кинет он. А я именно это и собиралась сделать, когда прониклась симпатией к ДжеХё, только теперь мои надежды улетучились, и мне не к кому было бросаться. По-прежнему не у кого было просить защиты.

— Ты? Любишь? Не смеши, — я примерно припомнила его слова, сказанные не так давно — Разве ты можешь любить? Разве может кто-то любить тебя?

Моя ирония окончательно взбесила его. Он явно не такого ответа ожидал на признание в любви. ТэУн, всё так же держа меня за плечи, развернул к кровати и швырнул на неё, как плюшевую игрушку пуляют дети в угол, чтобы выместить на ней свою обиду. Когда-то, когда мы нравились друг другу, меня восхищала его сила и то, с какой легкостью он мог поднять меня на руки, закружить в вышине, но теперь меня порядком утомило, что я не могу противостоять этой громаде.

— Прекрати действовать мне на нервы! — стукнул он кулаком о ладонь — Неужели трудно сказать, что ты рада? Неужели ты на самом деле ничего не чувствуешь ко мне?

«Издеваешься?» — хотелось крикнуть мне, но я сдержалась на этот раз. Он настолько наивен или уверен в своей неотразимости? Что он вообще там думает, в своей голове? Что я растекусь благодарностями после всего и завизжу от счастья? Он остановился и не падал на меня сверху, не предпринимал ничего. Я подтянулась к краю постели и свесила с неё ноги, задергав сережку в ухе от волнения. Давно у меня не было сцен по выяснению отношений. Обычно было проще: разделась, раздвинула ноги, потерпела и свободна. А тут от меня требовали слов, разговора и чего-то ещё. Я искренне не понимала, как этого от меня можно требовать. Разве что по большой глупости.

— Слушай, давай прекратим эту бессмысленную беседу, — по возможности спокойно изрекла я.

— Почему она бессмысленная, а? — ТэУн коснулся ногами моих ног. Если бы я теперь встала, то ударилась бы носом в его грудь. Он до сих пор был в одних трусах, и не мешало бы ему одеться. Но, странно, у мужчин вообще никогда не бывало комплексов по поводу своей наготы, если их тело обладало одним достоинством: хорошим размером члена. Всё остальное они могли уже не прятать, как и его самого.

— Потому что ты не успокоишься, пока я не скажу тебе что-нибудь приятное твоей душе, а я этого никак сказать не могу, — я подняла глаза и встретилась с его взглядом — понимаешь?

— Это из-за ДжеХё? — внезапно выдал он. Я даже растерялась. Опять он все шишки на него валит?

— При чем здесь он, Тэ? — я сама не заметила, как назвала его. Так я не обращалась к нему уже несколько месяцев. Так я звала его, когда была полна нежности, и сердце замирало от одного его шепота, прикосновения и взгляда украдкой — Хватит придумывать несуществующее.

— Тогда почему вы с ним всё время оказываетесь вместе? И в совсем не невинных ситуациях! — подавил он вспышку гнева, затихая в интонации, готовой опять подняться.

— Мы с ним хорошо общаемся! — я чуть было не завелась, заражаясь от него, но осадила себя, и устало выдохнула — Это нельзя назвать дружбой, но мы, действительно, приятели. Он поддерживает меня морально, а я, кажется, как никто, понимаю его. Разве есть что-то зазорное в таком общении?

— Ничего, но тогда… — ТэУн сел на корточки и обхватил мои колени, подтянув к себе — тогда в чем дело? Если ты не влюблена в другого, если ты мне не изменяешь, что тогда случилось?

— Нет, ты правда, смеешься надо мной, — я приложила ладонь ко лбу и горько усмехнулась — если ты способен задавать такой вопрос, я даже не знаю, как тебе отвечать.

— Ответь уж как-нибудь, — в его голосе появился просительный тон. Что? Властный и беспощадный ТэУн не отдает приказов и не требует? Он просит?

— А ответ предельно прост, — я наклонила к нему своё лицо и улыбнулась — дело в том, что вы с Зико убили во мне человека, способного любить.

— Но… — парень замолчал, покосился в сторону. Подумал о чем-то. Потом опять посмотрел на меня — Хё, я не знаю, почему я раньше не понимал, что ты нужна мне…

— Отчего же, ты очень ярко демонстрировал свою нужду, — напомнила я о бесконечных домогательствах.

— Пожалуйста, не надо сейчас заводить эту пластинку, — ну конечно! Не надо говорить мальчику то, что ему неприятно слышать — я просто понял, что хочу тебя. Не иногда, или деля с кем-то. А постоянно. И только для себя. Я не лгу, я говорю то, что думаю. Будь со мной и…

— И ничего не изменится! — прервала его я — Не знаю, какое затмение на тебя нашло, но, уверена, уже завтра ты будешь вновь унижать меня, оскорблять и стелить под брата. Если не найдешь ещё под кого.

— Нет, нет! — ТэУн поймал в свою ладонь мою руку и поднес её к своим губам — Обещаю, такого больше не будет, только скажи, что ты хочешь быть со мной! Скажи, что будешь?

У меня задрожали губы. Мне хотелось материться и плакать одновременно. Сколько ночей в свое время я прорыдала в ожидании чего-то подобного! Сколько красочных снов я видела, в которых ТэУн говорил бы мне эти слова. Но зачем сейчас? Бесполезно, поздно и глупо. Или нет? Я посмотрела на его лицо, которое, наверное, было всё тем же и с таким же выражением, что и «до того как», но теперь я видела его другими глазами и это не он изменился, а я. Он изменил меня и я задумалась, могу ли я стать прежней? Хочу ли рискнуть, чтобы ещё раз потерпеть крах и испытать боль предательства и разочарования?

Я протянула руку и положила на его щёку, когда дверь за его спиной распахнулась, и в комнату вошел Зико. С таинственной улыбкой, игравшей на губах, со взглядом, полным преступного наслаждения, он отошел чуть в сторону и в проходе нарисовался ДжеХё. Я распахнула рот, часто заморгав. ТэУн услышал звуки и обернулся на них. Увидев не только брата, но и знакомого, которого недолюбливал последнюю неделю, он поднялся и повернулся к ним передом, а ко мне задом.

— Что случилось? — прочел он что-то неведомое мне на лицах вошедших.

— Ну, тут интересное предложение, — протянул Зико, приваливаясь к стене и поглядывая на меня.

— Какое? — ТэУн переводил взор с одного молодого человека на другого. Я, молча, ждала.

— ДжеХё, — младший брат сценическим жестом повел рукой вперед, приглашая друга озвучить цель прихода.

— Я… — парень решился и уставился на меня. Его речь, определено, главным образом предназначалась мне — я звонил тебе вчера и сегодня, ты не брала трубку…

ТэУн посмотрел взглядом, говорящим «просто приятели, да? Не знаешь, кто это мог тебе звонить, да?». Но он всё же промолчал. Мне хотелось спросить, откуда у ДжеХё мой номер, но я тоже не стала перебивать его, зная, как он тяжело собирается с мыслями.

— В общем, я подумал, — ещё недавно я посмеялась бы, услышав это из его уст, но теперь я знала, что он не пуст и мозги у него на месте — и приехал к Зико, чтобы попросить его уничтожить все видеозаписи с тобой, которыми они тебя шантажируют. Я хочу, чтобы они освободили тебя, от каких бы то ни было обязательств перед собой. Вот.

Сильнее раскрыть рот я уже не могла, поэтому выпучила глаза. Но речь шла о моем освобождении, поэтому я постаралась взять себя в руки. Неужели ДжеХё это делает? Заступается за меня? Почему? Ради чего? Я переборола замешательство и обрела дар речи.

— И что же Зико? — я поглядела на названного. Тот ухмыльнулся и достал из заднего кармана диск.

— Я готов откликнуться на просьбу друга, почему нет? — ТэУн рыпнулся в сторону брата, но тот дал знак, чтобы он успокоился — Вот видео, где вы кувыркаетесь, и я хоть сейчас сломаю его о колено. Все записи на ноуте и в телефоне я стер при ДжеХё, да?

Тот кивнул, подтверждая. Я видела, как раздуваются ноздри ТэУна, как ему не нравится происходящее.

— Но? — подтолкнула я Зико к продолжению.

— Но я не вижу в этом смысла и выгоды для ДжеХё, а простые добрые порывы души мне неинтересны, — парень плюхнулся на стул у входа — поэтому если он согласится с тем, что хочет тебя в свои девушки, хочет тебя себе, встречаться с тобой, то я соглашусь, а если нет… значит нет.

Я обратила своё внимание к ДжеХё. Тот стоял столбом и, дослушав Зико, посмотрел на меня. Он никогда не пойдет на это. Зачем я ему? Нет, он откажется. Конечно, так и будет. Кулаки ТэУна сжимались на уровне моих глаз, и я боялась, что вот-вот может опять разгореться драка.

— Да, я хочу её себе, — глядя мне в глаза, произнес ДжеХё. У меня закружилась голова, и я захватала воздух, не веря ушам. Я нахмурилась и покачала головой, показывая парню, что он не обязан этого делать, что мне не нужно от него никаких одолжений, но он ещё раз повторил — я хочу с ней встречаться, поэтому и прошу избавить ХёЁн от этого видео.

— Хё! — гаркнул ТэУн и обернулся ко мне. Он шевелил губами, силясь не разразиться бранью. Я представляла, как он сейчас хочет меня назвать в связи с тем, что ДжеХё дал однозначный повод подумать о том, что между мной и ним что-то есть — ЧиХо!

Он обратился к младшему брату. Аж по настоящему имени, и я замерла в предвкушении чего-то интересного. И чувствовала моя задница, что помимо интересности, тут будет и что-то судьбоносное для меня.

— Я требую её себе! — ТэУн произнес это так внушительно, что у меня не оставалось сомнений на счет серьёзности его намерений — Я тоже хочу уничтожить все компроматы и всю эту чушь, но с тем условием, что она останется со мной и будет моей девушкой!

— ХёЁн, — Зико поднялся и помотал в руке диск, сладко мне улыбаясь — кажется, решать должна ты. Это ведь тебе жить дальше с кем-то из них. Так что выбирай. Из этой спаленки со спокойной душой и без темного прошлого ты выйдешь только с одним из них.

ТэУн открыл было рот, но Зико поднял палец вверх.

— Хватит принуждений. Пусть выбирает сама.

Трое молодых людей устремили на меня взгляды, и я сглотнула ком в горле. У меня каким-то чудом образовался реальный шанс изменить свою жизнь. Я так долго ждала его, так долго просила о нем Небеса. И вот он у меня в руках. И для этого нужно лишь выбрать себе парня.

Глава 9

«Хороший день»

Я сидела и смотрела то в одну, то в другую сторону. Давно забытое чувство, что ты хозяйка своей судьбы захватило меня полностью. Хотя и быстро покинуло после того, как я поняла, что третьего не дано и два варианта навязываются мне. И тогда я постаралась включить и сердце, и разум, чтобы они сказали мне, какой выбор будет для меня более удачным и верным? Я рассматривала лица обоих молодых людей и в одном видела нервность, собственничество (или ревность?), странную любовь, граничащую с простой жаждой владеть, не более. Другой был спокоен, безмятежен и даже не пытался давить на меня ответным взглядом. Он просто смотрел, ожидая вердикта. Я терялась и не знала, что предпринять, но время было не на моей стороне. Я видела, как окрашивается недовольством мимика Зико и как ТэУн накаляется, будто угли. Чего я хотела больше? Получить свободу ценой неизвестности, или ценой очевидного продолжения былых неистовств, с новыми дополнениями страсти и вкраплениями нежной привязанности? Я встала с кровати и сделала шаг.

— ДжеХё, прости, — я покачала головой и с раскаянием протянула руку — надеюсь, из-за меня у тебя не будет проблем и ТэУн от нас отстанет.

Я тут же услышала шорох первого шага и обернулась, увидев, как Зико уперся ладонями в грудь брата, который хотел сорваться с места.

— Как ты можешь?! — заорал он — Этого… его предпочесть мне? Хё, ты пожалеешь! Ты подумаешь и осознаешь ошибку! Ты ко мне вернешься, вот увидишь, вернешься! Только я ещё подумаю, что ответить!

Сжав ладонь ДжеХё, я поспешила выйти с ним прочь. Парень закрыл за нами дверь и голос ТэУна скоро перестал доноситься до нас. Быстро спустившись по лестнице, мы пересекли несколько комнат, и вышли во двор. Я, словно преступница покидающая место преступления, остановилась неохотно, чтобы перевести дыхание. Посмотрев на спутника, я выпустила его руку, понимая, что заставляла его чуть ли не бежать за собой. Мы, молча, переглянулись.

— Извини, — ещё раз произнесла я. ДжеХё улыбнулся.

— За что? Я же сам сюда приехал, — я уже не видела в нем прежней странноватости и чудаковатости. Он был по-своему невинен, в плане ума, но какое-то мужество открылось для меня. Вроде и поступок-то совершил далекий от подвига, но он был ради меня, нес в себе ответственность за что-то, и я не могла не восхититься.

— Тогда просто спасибо, — я пожала ему руку и тут же отступила. Почему-то неловко стало его трогать.

— Когда это ты стала такой вежливой? — развеселился он.

— Так, ни черта я не вежливая! — я опомнилась, что пытаюсь понравиться ему, что ли, и это мне тут же стало противно в себе. Ни ради кого я не должна меняться. Я — это я. Только… разве я всегда была резкой и грубой хамкой? — Я просто благодарю тебя за то, что ты сделал.

— Разве мой поступок хорош? По-моему он корыстен от начала и до конца, — я воззрилась в неигривые глаза ДжеХё и подумала, что сейчас он точно несет нелепицу.

— Не думаешь же ты, что я поверю, что ты, действительно, хочешь со мной встречаться? Ну уж нет, — ДжеХё открыл рот, но я перебила его — в тебе просто не могла проснуться симпатия ко мне, потому что каждую нашу встречу я вела себя отвратительно. К тому же, мы слишком разные. Да, очень, очень разные, и тебе не могло взбрести в голову захотеть быть со мной. У нас ни одного общего интереса и ни одной состоявшейся нормальной беседы. В общем, ладно, закрыли эту тему.

Я заставила себя замолчать, потому что понесло меня совсем не в ту степь. Да и просто-напросто понесло. Я глубоко вздохнула и встряхнула волосы, запустив в них все десять пальцев. Нужно было вызывать такси и ехать в общагу, а мы всё стояли на тротуаре напротив входа и что-то решали. Вернее, даже не решали, а лили из пустого в порожнее.

— Тут есть ещё и другой вопрос, — ДжеХё прямо посмотрел мне в лицо — ты ушла со мной, просто потому что не хотела оставаться с ТэУном, или потому, что тебе хотелось быть именно со мной?

Я не хотела отвечать. Понимая, что стоит мне признаться в симпатии, как он воспримет меня очередной прилипалой, я не собиралась ставить крест на нашей с ним дружбе. По крайней мере, на данный момент я была уверена в том, что между нами теплые товарищеские отношения, а в том, что мы сможем остаться вместе, как парень и девушка — я уверена не была. Я покачала головой.

— Я просто хотела избавиться от ТэУна, — ложь далась мне неохотно, но ДжеХё её проглотил, мелко завибрировав кивками — или ты будешь настаивать, чтобы я была с тобой?

Во мне вновь проснулась моя дерзкая и нарывающаяся интонация. Парень шаркнул ботинком по дорожке.

— Нет, не буду. У меня не было такой цели, — он достал мобильный и начал в нем возиться — я просто хотел помочь тебе. Теперь, когда у тебя всё хорошо, надо разъезжаться. Я вызову автомобиль.

Я улыбнулась и согласилась с ним. Кошки внутри заскребли, будто огромной толпой решили поточить свои когти. Почему он не сказал напрямую, что я ему нравлюсь? Если бы он это сделал, я бы бросилась ему на шею. Но я же сама оборвала его! Не дала сказать ни слова. Я побоялась, что он скажет совсем не то, что я хочу услышать, но теперь и вовсе не узнаю, что должно было сорваться с его языка.

Мы дошли до ворот и у них дождались такси, в которое оба загрузились на заднее сиденье. Не так давно я уезжала отсюда точно также с ТэУном. Неужели всё снова и снова будет повторяться? Неужели один за другим в моей жизни будут проходить молодые люди, не задерживаясь, не любя, не стремясь к чему-то большому-большому, как солнце, что греет и обнадеживает, и обычно называется людьми «любовь». На глаза просились слезы, но у меня не было с собой солнечных очков, и я не позволила себе такой роскоши, как разреветься при мужчине.

Из колонок тихо доносились звуки призывающей к активным действиям музыки, которую всегда включали по утрам на радиоволнах для водителей. Меня она совсем не бодрила. Хотелось спать, потому что я не выспалась, а ещё хотелось пить кофе, потому что у меня ни крошки во рту не было с тех пор, как я встала. А ведь ТэУн предлагал позавтракать вместе… неужели я уже жалею? Зачем я отказалась от того, что он обещал? Там хотя бы было что-то. Его неприятные, но сильные, объятья. Его навязчивое, но стабильное, общество. Его переменчивая, но влюбленность. Рука невольно стала гладить сумочку, в которой лежал мобильный. Я ругала и её, и себя за подобные мысли. Я ведь мечтала избавиться от него! Почему мы — женщины, предпочитаем тяготы и страдания скуке? Почему не можем успокоиться в одиночестве, никем не тревожимые, а хотим, чтобы нас, пусть жестоко и эгоистично, но любили? Нет, я никогда раньше такого не хотела, просто мне вбили эту привычку, и я понятия не имела, как без неё буду обходиться отныне.

— Хёён, — я дернулась, обернувшись на голос ДжеХё, который показался мне оглушительным в тишине моей задумчивости.

— Что? — как можно более сдержанно спросила я.

— Поехали к нам в общагу, — я недоумевающее покосилась на его простодушное лицо.

— Зачем это ещё?

— Ну… — он опять подвис, как старая операционная система, и, почесав затылок, протянул — ТэУн… вдруг он решит на тебе сорваться?

— И что же? — я нервно повела плечами. Мне его беспокойство уже совсем ни к чему. Пусть не корчит из себя заботливого опекуна — Разберусь, как-нибудь.

— Нет, я буду волноваться, — я посмотрела на него более пристально — поехали к нам.

Отстранив на миг свою ущербную гордыню и задетые собственными глупостями чувства, я попыталась просчитать своё будущее на несколько часов или дней вперед и сочла вполне возможными те события, о которых говорил ДжеХё. ТэУн мог не угомониться и помчаться в наше общежитие следом. Тем более, если я буду там, он подумает, что между нами с ДжеХё всё-таки ничего нет, и что защитника в его лице я не имею. А потому он решит, что вновь имеет на меня права, полезет ко мне и… расскажет Зико, что мы наврали и… я вздрогнула. А ведь ещё минуту назад готова была вернуться к нему и раскаяться! Да что происходит с моим мозгом? За несколько мгновений он подсказывает мне совершенно несовместимые решения.

Что ж, в конце концов, день в компании друга, которым я твердо вознамерилась называть ДжеХё, гораздо лучше непредсказуемости дня в своей комнате, где бедная ЧанМи будет смотреть на меня с жалостью. И ничем не поможет. Не спасти от ТэУна, не вытащить меня из уныния, в которое я забиралась порой с головой. И вынуть себя оттуда могла тоже только я сама.

— Хорошо, едем, — сдалась я и тут же ощутила, что создавшаяся перспектива меня порадовала. Гораздо более позитивно я посмотрела на спутника и, так как он мне улыбался, ответила ему тем же.

Он назвал адрес их общаги, потому что сначала мы ехали в первую очередь к моему жилищу. Шофер вырулил на нужную улицу и не дольше, чем через полчаса, мы уже были на месте.

Разувшись в прихожей, мы попали в одиноко-сонное царство, где из-за полуприкрытых дверей виднелись раскидавшиеся по матрасам МинХек, ТэИль и Квон. Стараясь не шуметь, ДжеХё снял с себя пиджак, годящийся летом только для самых ранних часов, в которые мы и успели вернуться в город. Теперь начиналась жара, и я тоже потихоньку упревала в своём платье.

— Ты есть хочешь? — шепотом поинтересовался он и я кивнула.

Я повесила свою сумочку на крючок у входа, предварительно выключив звук у телефона и мы, на цыпочках, прокрались в кухню. ДжеХё плавно прикрыл дверь и мы вздохнули свободнее.

— Что будешь? — я пожала плечами.

— Что есть, то и давай, — я потерла глаза и вспомнила, что они были накрашены и, наверное, я уже похожа на выдру с размазанным и не смытым макияжем. ДжеХё заметил моё движение, когда вытаскивал из холодильника йогурты и тарелку с недоеденным-вчерашним-чем-то — главное, чтобы кофе был, обязательно.

Я опустила лицо к полу, вспоминая, где тут есть полированная поверхность, чтобы можно было посмотреть на своё отражение. Бежать до ванны мне не хотелось — слишком очевидно.

— Не смущайся, — произнес ДжеХё и я механически подняла голову, посмотрев на него — ты довольно мило выглядишь даже со слегка потекшей тушью.

Я хотела послать его в задницу и сказать, что в комплиментах не нуждаюсь, но вспомнила, что он вообще не тот тип, который делает комплименты. Он просто всегда говорит, что видит, что думает, и чаще не думает, что говорит. Я проигнорировала его замечание, меланхолично уставившись в окно за его спиной. Парень суетился, подвигая мне еду и наливая в чашку кипяток.

Мы перекусили без разговоров; не сговариваясь, старались не смотреть друг на друга. Я выпила свой кофе значительно быстрее, поэтому занялась покачиванием ноги и размышлениями о насущном, пока он медленно прихлебывал чай. Я не любила ждать и не жаловала затяжные моменты, тем более что была уставшей и хотела лечь где-нибудь и спать. А ДжеХё не изменял себе и продолжал всё делать неторопливо и степенно. Когда он, наконец-то, встал, чтобы помыть чашки, я откинулась на спинку стула и полюбопытствовала:

— Как ты думаешь, сколько примерно мне тут лучше перекантоваться, чтобы буря улеглась? — я всё думала, насколько страшен ТэУн после того, как его кинули. Если ему не попадаться на глаза, то он быстрее остынет.

— Сегодня лучше не возвращаться, — ответил ДжеХё, вытирая мокрые руки.

— Ладно, прокрадусь к себе к ночи, — вспомнив, что завтра рано нужно было на репетицию, я надула щеки, но не стала делиться своими усталыми мыслями — а сейчас, можно тут где-нибудь вырубиться на пару часов?

— Конечно, — молодой человек указал рукой вперед, приглашая меня подняться и идти за ним — я и сам не прочь отдохнуть.

Войдя в его спальню, я резко затормозила, сообразив, что кровать у него всего одна. Что ж, ему придется пойти поспать у друзей, если он собрался уложить меня тут. Из подсознания откуда-то возник вопрос, не дававший мне покоя, но который я почему-то забыла задать.

— Кстати, откуда у тебя мой номер телефона? — я обернулась к ДжеХё.

— Ну… — вот почти всегда он так начинает свои речи! Как же меня это бесило поначалу! И как мне ровно на это теперь — когда ты уехала, я кое-что хотел тебе ещё сказать, поэтому захотел с тобой связаться. Я вспомнил, что у меня есть телефон ЧанМи. Мы с ней созванивались, когда ты болела. Я позвонил ей и спросил его. Она не хотела давать, но я упросил. Тогда я начал звонить… а, стоп, ты же хотела только узнать, откуда у меня номер. Это я уже объяснил.

— Нет-нет, продолжай, — я слушала и одновременно с тем жадно глазела на манящую простыню. Хотелось снять тесное платье и плюхнуться в горизонтальном положении.

— А, ну… Я стал звонить, но ты не брала. Я заволновался. Поехал к вам в общагу. Хотел дождаться тебя там, но ЧанМи сказала, что ты уехала с ТэУном. Я не знал его номера, поэтому связался с Зико и он мне сказал, где вы. Недолго подумав, я поехал к вам и переговорил с Зико, по поводу их шантажа и твоего положения… а дальше ты знаешь.

— Даже странно, что он согласился на твою просьбу, — я зевнула. Причины поведения Зико мне уже были не интересны. Важен результат — у тебя есть какая-нибудь футболка? Я хочу переодеться.

— Да-да, сейчас, — ДжеХё умчался в гардеробную, а я осела на матрас. Гладя ладонью белоснежную ткань, голова так и клонилась к подушке и я еле дотерпела до того момента, когда парень вернулся, вручив мне свою собственную белую футболку с надписью Boston.

— Отвернись! — в приказном порядке ткнула я ему пальцем на стену и принялась тянуть молнию на спине. Сонные руки никак не слушались и похоже, застежку заело. ДжеХё всё послушно стоял, не подглядывая, а я пыхтела и злилась на дурацкое платье, которое не хотело меня покидать — ладно, повернись!

Я сдалась. Я не могла победить этот одежный замок, и мне нужен был помощник. Парень обернулся и удивленно выпучил глаза, увидев меня в прежнем виде. Едва он открыл рот, как я приблизилась к нему и повернулась задом.

— Нечего так смотреть, у меня молнию заело, помоги! — я прождала несколько секунд, прежде чем он взялся за дело. Дернув с мужской силой туда-сюда язычок, молодой человек справился и расстегнул платье. Как это было символично. Вид, в который меня облачил ТэУн, стянул с меня ДжеХё. Он с меня будто колодки снял, старую кожу, кандалы. Я легко вдохнула воздух, как будто до этого было трудно дышать — Спасибо.

Выбиваясь из последних сил, я снова намекнула ему, что хорошо бы отвернуться и, надев футболку, великим фокусом всех женщин, сняла лифчик через рукав.

— Всё, спокойной ночи, или доброе утро, — я легла и залезла под покрывало — сладких снов, одним словом.

— Сладких… — ДжеХё остался где-то позади, и я пошла на погружение в мир дремоты.

В комнате всё равно было душновато и незашторенные окна пропускали слишком много света, из-за которого я ворочалась с боку на бок. А может мне не давало покоя всё пережитое. Внезапно обретенная свобода, поступок ДжеХё, признание ТэУна, прошедшая ночь, оставшаяся неприятным отпечатком в душе. Как только энергия немного восстановится, я побегу в душ и смою с себя всё, что смогу, хотя вода, к сожалению, не делает чище морально. Глаза самовольно на мгновение приоткрылись, и я увидела, что ДжеХё никуда не делся, а сидит на стуле и поглядывает в мою сторону. Увидев, что я поймала его с поличным, он попытался сделать вид, что смотрел в другую сторону, но было поздно. Я приподнялась на локте.

— Ты чего тут? — растрепанная, помятая, неумытая, я чувствовала себя крайне неудовлетворительно для того, чтобы на меня смотрел кто-либо, тем более представитель противоположного пола — Мест что ли больше нет? Ты тоже отдохнуть хотел.

— Ну… — я закатила глаза и откинулась на подушку. Что ещё? — Я же так и не сказал то, ради чего тебе хотел позвонить вчера…

Действительно. Как-то я не удостоила своим вниманием то, что ему было нужно. Мой неверно расставленный акцент упал на выяснение, откуда у него мой номер. Это было неправильно. Я запоздало это поняла. ДжеХё поднялся и подошел ко мне. Не спрашивая разрешения и без каких-либо прелюдий, он сел рядом и взял меня за руку. Я опешила, но сдержала порыв вырвать её.

— Хёён, — я напряглась, не представляя, что он такого хочет выдать — ты будешь моей девушкой?

Открыв рот, я тут же закрыла его, но он отварился вновь, и я захлопала им, как сломанной дверцей почтового ящика. Что? Я не ослышалась? Я была настолько в шоке, что в шоке был даже мой шок. Пытаясь сообразить, не снится ли мне это, и не грежу ли я наяву, я увидела, как ДжеХё приподнял покрывало и забрался ко мне под бок. У меня даже не хватило самообладания остановить его, возразить, предотвратить прикосновение наших тел. Он обхватил своей рукой меня за талию и чуть притянул к себе.

— В общем, давай спать, а потом дашь ответ.

О да, вот теперь я усну с легкостью! Я уже подняла было свои руки, чтобы отпихнуть его, откатиться подальше и разразиться бранью на его наглость, но мой организм вспомнил эти руки, эти объятья и за меня решил, что они родные и им всё позволено. ДжеХё сонно уткнулся мне в плечо и я, сама того от себя не ожидая, расцвела довольной улыбкой. Закрыв глаза, я уютнее разместилась под его рукой. Стоило мне решить для себя, что я скажу, когда мы проснемся, как блаженный сон снизошел на меня, одарив своим ласковым вниманием.

Глава 10

«Лучший день»

Ничем не потревоженная, я проснулась потому, что выспалась. Меня всё ещё обнимала рука ДжеХё, и мне не хотелось от неё освобождаться. С ней было хорошо и уютно. Я аккуратно перевернулась на бок, чтобы лечь к нему лицом. Он спал тихо и мирно, как ребенок. Я провела пальцем по его щеке, едва касаясь. Он даже не почувствовал. Мужчины всегда спят так крепко! Борясь с искушением, я плюнула на сдержанность и погладила его по волосам. Всё равно, когда он проснется, я не решусь его трогать, потому что его рассказ о прошлом посеял во мне семена неуверенности и сомнений, нужна ли ДжеХё девушка, которая к нему будет приставать? Я вновь легла на спину и парень, наконец, сам зашевелился, предвещая пробуждение. Я скосила взгляд и наткнулась на его открывшиеся глаза.

— Отдохнул? — я пыталась произнести слово в привычной мне манере, но оно само собой получилось мягким. Да и трудно сказать иначе, когда на губах играет улыбка.

— Угу, — ДжеХё подтянулся ближе ко мне и во всю длину коснулся моего левого бока — а ты?

— Да, теперь как новая, — я погладила его по руке, которая лежала на мне — ты ещё ждешь моего ответа?

— Само собой, — он не отводил от меня своих задумчивых карих глаз.

На другого человека я бы уже сто раз обиделась, что он хотел попросить меня быть его девушкой, но протелепался где-то целую ночь и прибыл под утро, когда уже закончилось то, от чего он мог меня освободить раньше. Но, в конце концов, я и сама была виновата. Подними я ему трубку — всё могло бы решиться ещё вечером. Или наоборот, ничего бы не произошло. Я бы послала его по телефону, и он не решился приехать и поговорить с Зико. А сегодняшнее утро? Мы не меньше часа провели вместе, и я за это время успела чуть ли не вернуться к ТэУну, а он спросил меня обо всем только здесь. А если бы я не поехала в их общагу? Он бы никогда не задал мне этот вопрос? Идиот, дурак, придурок!

— Конечно же, я буду твоей девушкой, — недолго мне пришлось любоваться его обрадованным лицом, потому что он подался вперед поцеловать меня, и я невольно прикрыла глаза, но тут же передумала — погоди!

ДжеХё слегка отстранился назад. Я где-то на подсознательном уровне, женской интуицией поняла, о чем он подумал: что мне, как и ему, противны домогающиеся люди, и он вызвал во мне неприязнь своим внезапным порывом. Очевидно, с кем-нибудь другим бы так и было. Я засмеялась его виноватому выражению лица.

— Да всё в порядке, — я обняла его за шею — просто я себя как-то… не очень здорово чувствую после того, с кем провела ночь. Можно я сначала душ приму и зубы почищу?

Он хотел что-то произнести, но дверь открылась, и туда чуть не ввалился сонный Квон. Поздно заметив, что товарищ не один, он шагнул назад и замер на пороге.

— Извините, не хотел мешать, — я прикусила губу, чтобы не засиять неприличным пофигизмом на то, что меня здесь застали. Хотя мы ничего такого и не делали. Но будь я сейчас с ТэУном, я бы пристыдилась, покраснела, захотела бы убежать. А с ДжеХё, вместо этого, хотелось обняться ещё крепче, крикнуть, что я имею на это право и послать всё к черту.

— Ты что-то хотел? — не отпуская меня, приподнялся ДжеХё.

— Нет-нет, не горит, — Квон ухмыльнулся своей усмешкой чуть в сторону и вышел, прикрыв за собой.

— Сколько же уже времени? — я огляделась по сторонам, но часов нигде не увидела. За сумочкой идти было лень. Для этого сначала нужно было одеться.

Парень привычным движением, не глядя, протянул руку, и вытащил откуда-то будильник. Видимо, он находился где-то, где не сильно мешал спать по утрам, но откуда можно было его быстро достать и разбить о стену. По крайней мере, мне всегда чесалось сделать так хоть с одним.

— Полдень, — ДжеХё поставил его на пол, рядом с кроватью — не хочу вставать.

— Надо, — я подняла указательный палец — не валяться же весь день в постели?

— Но я хочу! — наивно возмутился молодой человек.

— Ну… — кажется, я переняла вредную привычку и начинала говорить, как он — я тоже хочу.

— Тогда лежим дальше, — я была готова согласиться, но вспомнила о кое-чем важном, что я должна была сделать. А именно: позвонить сестре и сказать, что наше сексуальное рабство отменяется.

— Нет, мне нужно позвонить ХваЁн, — я едва надавила на плечо ДжеХё и он, нехотя, отодвинулся, чтобы я вылезла. Я взяла платье со спинки стула.

— Да ходи так, — парень перевернулся и глядел на меня. Несмотря на то, что он пытался это скрыть, я видела, как его глаза соскальзывают на мои голые ноги. Неужели я пробуждаю в нем какие-то желания? Неужели он отошел от своей предыдущей подружки? В любом случае, он не лез ко мне и это пока что мне нравилось. Хотя я не была уверена, что долго буду рада тому, что мой парень меня не хочет.

Мне дважды повторять было не нужно, и я осталась в том, в чем была. Так было удобнее, а в узком платье ходить и без того не хотелось. Я вышла в коридор, где поздоровалась с ТэИлем. В нем не было удивления. Конечно же, Квон предупредил друзей, что у них гости и чтобы они вели себя тактично. Впрочем, я не знала, что именно он им сказал, может, что-то менее деликатное и для меня приятное.

Я добралась до мобильника и, найдя укромный уголок, набрала сестру, чтобы сообщить ей о том, что Зико уничтожил видеозапись. После нескольких гудков ХваЁн подняла.

— Приветик, — сзади неё стоял гул отдаленных голосов. Явно шел какой-то процесс, но я даже особо не помнила, где сейчас именно должна была быть T-ARA. Кажется, на каких-то съемках.

— Привет, мне нужно кое-что тебе сказать… — я формулировала нужные фразы, но моя пауза не понравилась сестре.

— Давай быстрее, что там у тебя? Я немного занята.

— В общем, мы больше ничего не должны Зико, — я перевела дыхание, как будто ещё не веря в то, что произнесенное мной — правда — он уничтожил все записи и мы свободны.

Я ждала радостного восклицания, или вопросов, как это случилось, и что я такого сделала, но по другую сторону была тишина.

— Алло, ХваЁн? Ты меня слышала?

— Слышала, — голос её мне не показался вдохновленным.

— Мы больше не будем ездить на его вызовы, мы можем жить дальше, как и до этого, как хотим. Понимаешь?

— Прекрасно понимаю, — ещё более тускло произнесла сестра.

— Да что с тобой? Ты не счастлива, что мы избавились от опостылевших Зико и ТэУна? — я негодовала. Я чуть не прикрикнула на неё, но вовремя одумалась, что такие слова кричать в общаге Блоков какой-то моветон. На этот раз пауза выдержалась с той стороны, после чего ХваЁн произнесла:

— Я люблю его, — я распахнула рот, и в горле у меня образовался ком. Что?! — я люблю Зико, и не хочу от него избавляться…

— ХваЁн, ты с ума сошла?!

— Когда ты была влюблена в ТэУна, я тебе ни слова не говорила! — закричала она, видимо, находясь в более выгодном положении, когда вокруг шум и никто не подслушает — А сейчас я люблю Зико, поэтому не желаю слышать от тебя никаких упреков.

— Какие упреки? — я была поражена. Я догадывалась, что он ей нравится, но что всё зашло так далеко… — Он же сволочь, конченный мерзавец! Ты понимаешь, сколько ты с ним натерпишься? ХваЁн, пожалуйста, забудь о нем, давай…

— Я не хочу слышать о нем ничего, — перебила она меня — я рада, что у тебя теперь всё хорошо, и ты вольна делать то, что тебе нравится. Но меня всё устраивает.

— ХваЁн! — из трубки послышались короткие и частые гудки. Она сбросила.

Я приложила ладонь ко лбу. Да что с моей сестрой? Она всегда была довольно рассудительной девушкой, хоть и характерной. Но помешательство на Зико сделало её стервой. Неужели все влюбленные женщины такие дуры? Я очень надеялась, что либо сдержусь и таковой не стану, либо не влюблюсь в ДжеХё до такой степени. Но мне очень, очень хотелось позволить себе влюбиться в него по уши.

Я вышла в коридор из закутка, вроде обувной кладовой, в котором разговаривала и увидела, как ДжеХё выходит из ванны. Подойдя к нему, я обреченно покачала головой. Не знаю когда появилось это желание, но мне хотелось делиться с ним всем происходящим в моей жизни. Он погладил меня по плечу.

— Что случилось? — слегка наклонился он, заглядывая мне в глаза. Брови его любопытно приподнялись.

— Моя сестра свихнулась, — я прислонила голову к дверному косяку — она хочет быть любовницей Зико и дальше. Что мне делать?

— Ну… — ДжеХё пожал плечами — судя по всему, повлиять ты на неё не в силах? Тогда оставь всё, как есть. Ведь Зико же не зверь, и не убийца. Он, конечно, отчаянный парень но… если что, мы твоей сестре поможем.

Я тепло улыбнулась и приникла к его груди.

— А знаешь, — я подняла лицо и посмотрела на него — почему-то я не сомневаюсь, что смогу всё, когда ты рядом.

* * *

— Эй, да подожди же ты! — я добежала до прибрежного возвышения и отдышалась, не успевая за длинными ногами ДжеХё — Нам точно не влетит, что мы тут?

Сегодня был тот редкий день, когда мы оба были не заняты и, пользуясь случаем, оделись как можно неприметнее и решили оторваться по полной. Пол дня проведя в Эверленде, в парке развлечений в пригороде Сеуле, мы добрались к вечеру до Сеульского леса и, хотя уже смеркалось и темнота накрывала район с пугающей быстротой, я никак не могла заставить ДжеХё остановиться и ехать домой. Мы встречались уже полтора месяца, и каждая наша встреча была ещё романтичнее и веселее предыдущей. Сегодняшнее свидание вообще удалось на славу. Так хорошо время я не проводила никогда.

— Не влетит, — парень остановился и протянул мне руку. Взяв её, он подтянул меня в свои объятья — потому что нас тут никто не найдет.

В нескольких метрах от нас текла спокойная прозрачная река, от которой веяло небольшой прохладой. Газон вдоль неё был подстрижен, но изумрудность травы погасла вместе с закатившимся солнцем. Теперь это была темно-темно зеленая полянка.

— Ночью, мне думается, лучше тут не находиться, — я не знала, на самом деле, в запрещенное место мы забрались или нет, но уходить и самой не хотелось. Тут было удивительно красиво и тихо.

— Ночью тут самое оно, — ДжеХё начал спускаться, ведя меня за собой — где ещё можно посмотреть на звезды, чтобы они не засвечивались городскими огнями?

— Ты хочешь смотреть на звезды?! — восторженно воскликнула я. Сто лет не занималась подобным.

— Я хочу смотреть на них вместе с тобой, — ДжеХё снял куртку и бросил на землю, не боясь, что она испачкается — ложись.

Мы легли рядом друг с другом, тесно и едва уместившись на кусочке ткани. Первые звезды уже сияли кое-где, но нужно было дождаться, когда небо станет совсем черным и на нем рассыплются мириады созвездий. Я уже пару недель как, даже не думала о ТэУне и не вспоминала о нем, пока мы, изредка, не сталкивались в общежитии или по работе. Первую неделю после расставания мне удавалось от него скрываться, потом две недели мы не разговаривали при встречах, и даже не здоровались. А потом, как-то раз, ТэУн подошел ко мне, когда никого не было рядом. Я даже испугалась и хотела убежать, не зная, что он задумал. Но он лишь внимательно рассмотрел моё лицо, которое светилось здоровым румянцем. Мои глаза сияли, и в них не было прежней неизбежности и загнанности. Что-то от них было теперь в его взгляде, в его поникших чертах.

— Мне жаль, что я тебя упустил, — коротко сказал он и пошел дальше.

Что-то во мне дрогнуло, но я не позволила этому сожалению развиться. Оно должно быть мимолетным; точно так же, как мы жалеем об увядании природы, пока не выпадет первый снег, которому дико радуемся. Так и ТэУн… любовь к нему, отношения с ним отмерли, и теперь ко мне пришел ДжеХё. Всё сменяется рано или поздно, но я уже и не ждала, что тучи и сумрак моей судьбы сменятся чистым горизонтом и светлой любовью молодого человека, к которому я бы в своё время стала серьёзно относиться в самую последнюю очередь. А ведь мы, два дурака, могли не разглядеть друг друга и потерять. Я затрясла головой, прогоняя эти глупости, и заодно назойливую мошку, которая что-то забыла в этом раю, где мы с ДжеХё уединились. Нам и так никак этого не удавалось сделать, а тут ещё она. Он засмеялся, наблюдая за моей упорной борьбой с почти невидимым врагом.

— Ничего забавного, — угомонилась я, отогнав её прочь — она мешала нашей идиллии.

— Проще не обращать внимания на такие мелочи, — парень поцеловал меня в щеку. Я повернулась к нему.

— С каких пор мы стали такими философами? — теперь уже заулыбалась я.

— Жизнь заставила, — ДжеХё перебрался губами к моим губам и наш разговор закончился.

Я запустила пальцы в его густые волосы и сильнее притянула к себе. Мы редко целовались глубоко и проникновенно, но это был как раз тот случай. Обычно мы считали, что страстно налетать друг на друга и зажимать по углам — показатель не силы чувств, а неуёмной похоти, с которой мы оба столкнулись в своей жизни. Поэтому нежные прикосновения и заботливые знаки привязанности были тем, чем мы одаривали друг друга. ДжеХё провел ладонью по моему бедру и, поднявшись выше, через живот, остановился на груди, ухватив двумя пальцами верхнюю пуговицу моей блузки. Мы столкнулись взглядами, и я поощряющее улыбнулась. Мои руки легли ему на плечи. Пуговицы пошли расстегиваться одна за одной.

— А вот если нас застанут за этим, то нам точно несдобровать, — я хитро прищурилась, будто пугая ДжеХё, но сама тем временем маняще скользнула руками под его рубашку. Я и не думала, что меня хватит на столько времени без интимного физического контакта, но не хотелось придти к этому кое-как. Мы ждали подходящего момента, когда всё произойдет само собой, и сейчас этот миг подкрался. Я уже просто не представляла, как может быть иначе, и как мы не закончим этот чудеснейший день занятием любовью. И не в каком-нибудь ограниченном пространстве, на узкой койке или с соседями через стенку, а здесь, под открытым небом, в просторах природы, где теплая летняя земля так и манила расстелиться по ней под любимым человеком. Пожалуй, ДжеХё был прав, приведя меня сюда. Он поцеловал мои веки.

— Я не мастер красивого слова, — парень погладил тыльной стороной ладони по моей скуле. Он мог и молчать, но его глаза мне уже и так сказали всё за него. Я даже приложила палец к его губам, но он робко отодвинул его — нет, я всё равно скажу!

Перемежив фразы поцелуем, он снова воззрился в мои темные очи, отливающие серебром лунного света.

— Ну? — подтолкнула я.

— Я люблю заниматься сексом, на самом-то деле, — я ударила его в бок и засмеялась.

— Ах ты, тихоня и обманщик! — я положила свой затылок на его руку, которая замерла, заведенная мне за голову, пока мы вступили в беседу.

— Но заниматься я им хочу только с тобой, — ДжеХё наклонился к самому моему уху — Потому что я люблю тебя!

Я закрыла глаза и погрузилась в ощущение поцелуя.

Бывают плохие дни, бывают ужасные. Бывают отвратительные ночи и кошмарные вечера. Но они ничего, абсолютно ничего не значат, когда наступает то время, в которое каждый новый день становится лучше прошедшего.

Content

AlmaZa
МЕЖДУ ДВУХ…

Вступление

Глава 1 «Обычное дело»

Глава 2 «Не лучшее утро»

Глава 3 «Не худшая ночь»

Глава 4 «Почти худшее утро»

Глава 5 «Непонятная ночь»

Глава 6 «Вечер»

Глава 7 «Худшая ночь»

Глава 8 «Почти лучшее утро»

Глава 9 «Хороший день»

Глава 10 «Лучший день»