AlmaZa

УЙДИ В ЗАКАТ

Вступление

В тепло-разнеженном августе, легком и наполненном лимонным соком солнечных лучей, дни, в основном, у многих наполнены однообразными, но приятными событиями. Время перед осенью будто ненадолго замирает, чтобы дать насладиться в последний раз чем-нибудь привычно ненужным, а потом срывается и стремительно проносит нас до промозглости и слякоти необходимых дел, как на неуправляемом трамвае.

Посмотрев на часы и убедившись, что ещё не опаздывает, Солли вернулась к зеркалу, прикрепленному к внутренней дверце шкафа, открытой на всю ширь, чтобы можно было вертеться напротив. Прыснув на себя духами из флакона, подаренного ХиЧолем, девушка прикрыла глаза, наслаждаясь ароматом, выбранным по вкусу человека, которого она любила. И он совпадал с её вкусом. Поправив волосы, потом пояс, потом манжеты и проверив пуговицы на блузке, она посмотрела на себя сзади, свернув голову через плечо, и осталась всем довольна.

Теперь можно и на выход. Стоп. Нужно сделать главное. Солли взяла телефон и нажала на вызов на имени ХиЧоля. Никто не призывал её оповещать о своих поступках, но разве это не нормально — отчитываться перед своим парнем? Нет, не отчитываться, а просто делиться всеми своими делами, даже самыми мелкими и незначительными. Разве не в этом прелесть абсолютного доверия, основанного на любви, выросшей из многолетней дружбы. Много-многолетней.

— Да, Сол? — буднично ответил он. Как всегда, сидел в офисе и скучал. До «возвращения» из армии осталось меньше месяца. Впрочем, он там и не торчал безвылазно, так что встречать его появление на гражданке можно будет весьма формально. Мужчина и так провел на службе не слишком много напряженных часов.

— Привет, оппа! — улыбалась себе в зеркало Солли. — Как ты там?

— Скучаю. Даже по мухам, которые могли бы залететь в окно. Хотя бы развлекся их засушкой на зиму. А то приходится складывать самолетики из просроченных бланков.

— И не звонишь? — смяла она губы бантиком, нахмурившись всё тому же отражению.

— Так как мы болтали два часа назад, то я подумал, что не стоит баловать тебя своим вниманием, которое, между прочим, в цене. — ХиЧоль зевнул. — А вообще-то я спать хочу, забери меня отсюда!

— А не надо было вчера с ХонКи встречаться после того, как проводил меня! — выговорила ему Солли. — И я не могу тебя забрать, я ухожу пройтись с друзьями.

— Друзьями или подругами? — уточнил он.

— Друзьями. Ки и ТэМином, — мужчина расслабленно выдохнул. Солли дружила с ними много лет, поэтому ни к чему их свидания, разумеется, не приведут. Они как братья ей. Хотя, ведь ХиЧоль долгое время тоже был ей, как старший брат… он напрягся и тут же выдал:

— Не поздно там смотри! Позвоню и проверю в десять часов!

— Так точно, товарищ командир! — приложила руку козырьком девушка и, засмеявшись, попрощалась с любимым. Долг выполнила — поставила в курс событий. Можно идти на променад.

Парни ждали её у входа в кафе, под заметной вывеской с его названием из белых латинских букв, где они и договорились. Вымотанные и потрепанные бесконечными съемками, выступлениями, тренировками, перелетами и переездами, нелепыми посещениями каких-то мероприятий, ТэМин и КиБом наконец-то выбрались просто и спокойно посидеть с давней подругой, попивая что-нибудь прохладительное. Старший посмотрел на мешки под глазами младшего и покачал головой.

— Может, тебе лучше стоило выспаться сегодня?

— Я выспался, правда! — ТэМин потер глаза и зевнул. — Просто организм так обрадовался отдыху, что не хочет подавать активных признаков жизни. Но если бы я остался в общаге, то меня разморило бы ещё сильнее. Лучше выползти из берлоги.

— Ты вчера чего так перекосился на фанмитинге-то? — между делом поинтересовался парень.

— Это было сильно заметно? — разочаровано покривил рот ТэМин.

— Я заметил.

— Да эта фанатка… подошла, жмет мне руку и трещит, как хочет, чтобы Ту-Мины были счастливы и у нас были дети, — юноша икнул, словно от приступа тошноты. — ты представляешь себе это? Она трясет мою руку, мне надо улыбаться, а ощущение, что сейчас вырвет и хочется лямзнуть ей по щам. Вот как-то так видно на лице и отразилось ассорти чувств.

— А я давно привык к этим, «с приветом». Меня каждая вторая с Джонгом женит! — засмеялся Ки.

— И как ты это терпишь? — брезгливо морщился ТэМин.

— Я? Легко. — он подмигнул товарищу. — Трахаю более симпатичных и адекватных фанаток.

— У меня на это не хватает сил. Мне тупо лень… — младший хотел продолжить, но Ки толкнул его в бок, концентрируя рассеянное от хронической усталости внимание.

— Мужской базар отложили, дама на горизонте.

К ним приближалась Солли большими шагами своих длинных ног. Работая в одном агентстве, они могли без задних мыслей и страха попасться на глаза журналистам и фанатам. Дружба между тесно общающимися коллегами — ничего странного. Братско-сестринские отношения и тому подобное. Впрочем, между ТэМином, Ки и Солли, действительно, было только это и ничего больше. Как-то так издавна повелось, что друг на друга они смотрели как на товарищей и коллег по ремеслу, а не на противоположный пол.

— Привет, сладкая. — КиБом поцеловал подругу в щеку, по-свойски взяв её за руку и оглядев. — Как обычно красотка! Отчего это ты так хорошеешь? Любовь?

— Ты же знаешь, что да. — девушка улыбнулась. В агентстве их отношения с ХиЧолем уже не были секретом. — Или тебе нужны подробности? Ну нет, не надейся!

— Давайте уже куда-нибудь сядем? — нетерпеливо пробормотал ТэМин, двинувшись в сторону входа во внутрь.

— У тебя замученный вид, ты не выспался? — с беспокойством погладила его по плечу Солли.

— Ещё одна! — вяло всплеснул руками юноша и вошел в дверь, тут же устремившись к стулу у самого дальнего и незаметного столика. Догнавшая его компания устроилась рядом. — Мне нормально, просто хочу сесть и выпить. И, нет, не бананового молока, хотя ради приличия придется чего-то в этом роде.

— Так, ты что, стал подвержен плохим примерам? — девушка поблагодарила официантку за поднесенное меню, с улыбкой укоряя ТэМина.

— Примеры тут ни при чем. Не хочу жаловаться, но жизнь иногда сама является отличным примером.

— И всё-таки…

— Ой, воспитывай ХиЧоля! — парень отмахнулся, с предсказуемым разочарованием оглядев выбор соков, чая и газированной воды. — Вы что будете?

— А давайте как-нибудь в клуб сходим? — КиБом переплел под столом свои худые ноги, затянутые в узкие пестрые джинсы. — Сол, с тебя подружки. Возьмем МинХо, оторвемся целой гламурной кучкой.

— МинХо? — девушка ткнула пальцем ТэМину на то, что она будет, чтобы не прерываться на словах. — Давно его не видела. С тех пор, как почти два года назад снимались вместе в дораме, нормально с ним и не общалась…

— О, тогда у меня есть предложение! — Ки продолжал сыпать оживленными идеями. — Давайте отсюда пойдем на съемки все вместе? Мы должны участвовать в одном шоу, вечером начнется подготовка к эпизоду… пойдешь с нами, Сол? Заодно встретишься с нашими, кого давно не видела.

— В принципе, у меня не было никаких планов на сегодня, — Солли пожала плечами. — почему бы нет?

Телецентр, где проходила запланированная работа, был переполнен людьми, передвигающимися будто искусственные механизмы по этажам и студиям. Канал, от лица которого велись съемки, предоставил артистам несколько помещений под раздевалку, гримерную, комнату отдыха и прочее, что всегда нужно помимо самой площадки с декорациями. Установленные камеры пока ещё безвольно стояли выключенными, освещение составлялось в нужную композицию, а помощники режиссера и административные работники по-деловому листали папки со сценариями или переговаривались между собой. В общем, всё было как обычно при подобных ситуациях и Солли, бредя между ТэМином и КиБомом, ощутила себя на своем месте.

— Конечно, люблю свою работу, но иногда интересно, отдыхая, последить за тем, как трудятся другие.

— А я бы предпочел отдыхать вдали от всего этого. — ТэМин переступал через рельсы для камер, когда его задела мимо пробегающая женщина из персонала. Извинившись, она поспешила дальше. Он же проводил её недовольным взглядом. — Достали! Перед собой уже смотреть тяжело, как будто.

— Ой, ну всё, тебе точно нужен отпуск, — Ки развернулся к подруге и пожал её руку. — ладно, мы гримироваться, а ты погуляй пока! Скоро вернемся!

Солли махнула им ладошкой и огляделась. Мешаться под ногами не хотелось, да и у съемочной площадки пока делать было нечего. Может, стоит поискать знакомых? Она же хотела поздороваться с ребятами, которых давно не видела. Вот и выдались подходящие минуты для этого. Девушка отправилась в тот же коридор, куда ушли её друзья. Главное не перепутать с раздевалкой. Хотя, вряд ли её шокирует вид чего-нибудь неожиданного. Разве что смутит обе стороны. Солли вновь подумала о ХиЧоле. Они встречались уже почти десять месяцев, но до сих пор так и не переспали. Это начинало тяготить обоих, но мужчина настаивал на том, что между ними ничего не будет, пока он хотя бы не вернется из армии. Для чего всё это? Чтобы следить за ней потом? Неужели он не доверял ей? Девушка окунулась в пространные размышления о том, как мучительно давалось ей отсутствие близости со своим молодым человеком. Она ведь взрослая, сформировавшаяся, у неё есть потребности, такие же, как у всех взрослых людей. Если он не решится ни на что в первую же неделю после демобилизации, пусть пеняет на себя! А, может, он где-то перебивается? Недаром же он не перестал бродить по клубам со своей бандой. Но ведь и она продолжает спокойно встречаться с друзьями-мальчишками. Раз уж договорились, что не будут давить друг на друга, то нечего теперь запоздало жалеть об оставленной взаимной свободе.

Подойдя к двери, на которой было написано «служебное помещение», Солли слегка постучала в неё, после чего тут же приоткрыла. Имея закулисный опыт, она не могла предположить, что нарушит чей-то интимный досуг или вторгнется в частную территорию, но так и оказалось. Распахнув рот от удивления, девушка остолбенела на пороге, наблюдая в паре метрах от себя картину, которая меньше всего сейчас нужна была её хронически взбудораженной физиологии; на столике для грима, перпендикулярно которому на стене размещалось зеркало с подсветкой, сидела девушка лет двадцати пяти с задранной юбкой и раздвинутыми ногами, а между этих ног стоял МинХо. То есть, как стоял… он двигался, яростно двигался своими упругими и сильными бедрами, туда-сюда, туда-сюда, заставляя девушку — имиджмейкера, костюмершу, постижера, не важно — закатить глаза и негромко постанывать, закусывая нижнюю губу и упираясь руками о столешницу.

— Да, Минхо, да! — невнятно бормотала она, и тот, впиваясь пальцами в её ляжки, нанизывал её на себя ещё глубже. Брюки, расстегнутые, на которых болтался черный ремень, были приспущены до середины ягодиц и позволяли Солли разглядеть обнаженную часть тела парня, от которой она постаралась отвести глаза. Не сразу сообразив, что смотреть на это не положено, Солли заметалась зрачками, но они будто попали в лабиринт, расположенный в пределах контура МинХо, и за границы его широкой спины взгляд не в силах был вырваться.

Переборов себя, девушка выдернула взор с крепких плеч и он отпрыгнул на зеркало, в котором всё отображалось с обратной стороны: спина неизвестной, облаченная в темно-синий пиджак, её волосы, частью выбившиеся из-под заколки, и напряженное лицо МинХо, отдаляющего свои губы от подбородка любовницы. Его глаза на миг поднялись выше и, упав на отражение, встретились с глазами Солли. Шум, тряска и все движения мгновенно прекратились. Какую-то секунду двум парам очей показалось, что происходящее — это исключительно их занятие, и больше тут никого нет, но Солли тряхнула головой, прогоняя наваждение, однако взгляда отвести не смогла.

Сквозь собственную растерянность, девушка услышала недоумевающий вопрос той, другой, ещё не заметившей вторжения. Отлынув от проема между дверью и дверной коробкой, Солли сделала шаг назад.

— Солли?! — раздался прорезавшийся, но хриплый от возбуждения голос МинХо и она закрыла комнату, в которую сунулась, испугавшись и поняв, что её не только заметили, но и узнали.

Как её угораздило ворваться туда в такой момент? Почему она не подождала, когда ответят и разрешат войти? Ясно, что никто бы не ответил, но тогда стоило бы прислушаться к звукам. Никогда, никогда она больше не будет открывать незнакомые двери! Но разве можно было предположить, что за каких-то там полчаса до съемок кто-то будет чередить подобное? Солли вдруг поняла, что несмотря на то, что регулярно ночует у ХиЧоля и даже позволяет с ним себе небольшие шалости — всё равно понятия не имеет о мире мужчин, в котором можно вот так запросто перебиваться сексом, выгадывая для него окно в насыщенном графике. Хотя, женщина там тоже участвовала. Как она могла? Как можно, вот так запросто?.. Она же наверняка тоже имеет какое-то отношение к шоу, телецентру, или администрации SHINee. Вот же незадача!

Девушка зарулила за угол, поспешив ретироваться подальше, но ноги дрожали, и захотелось отдышаться. Интересно, есть ли тут автоматы с кофе или напитками? Захотелось охладиться водой или взбодриться кофеином. Перед глазами мелькали всего две картинки: взгляд МинХо, задница МинХо. И так до бесконечности, вспышками.

— Солли! — она вздрогнула, выпрямив спину и убрав руку от высоко вздымающейся груди. Оборачиваться не хотелось. Всё-таки в шок её что-то привело. И в смущение. Как смотреть-то на него теперь? — Солли!

Набравшись смелости, девушка обернулась. Парень уже был одет и о том, что буквально только что он занимался любовью, могла намекнуть лишь расстегнутая верхняя пуговица рубашки и капелька пота, катящаяся по шее.

— Привет. — в растерянности, словно продавец, догнавший чтобы вручить забытую сдачу, МинХо сунул одну руку в карман, а другой оперся о стену.

— Привет. — Солли постаралась улыбнуться, но вышло коряво, и она бросила пытаться. Они недолго помолчали.

— Неловко вышло. — хмыкнул МинХо, не пряча глаза, а это значило, что стыдно-то ему вовсе не было.

— Извини, я слишком тихо постучала, — попыталась оправдаться Солли. «Но почему я оправдываюсь?» — пронеслось в её голове и она, не найдя ответа, опустила лицо к полу. — не хотела мешать.

— М-да, — многозначительно выдохнул МинХо и снова оттянул паузой продолжение разговора. — Всё в порядке, не бери в голову. Если тебя не сильно травмировало увиденное…

— Нет-нет, с чего бы? — ненатурально хихикнула девушка и затеребила ремешок сумочки на плече. — Забудем.

— Конечно, да. — молодой человек расслабил плечи, посмотрев вокруг. За его спиной пронеслась в неизвестном направлении та, с которой он пять минут назад совокуплялся. Бросив в её сторону молниеносный взгляд, МинХо отвернулся, как будто и не знал её. — Как дела?

— Нормально, всё отлично. — Солли чуть не добавила ещё и какое-нибудь третье позитивное утверждение, но вовремя остановилась. — Как сам?

— Как видишь… — нагловато-самоуверенно расплылся МинХо, но, не найдя поддержки в собеседнице, которая всё ещё не сообразила, как себя вести в связи со сложившимися обстоятельствами, скучающе посерьёзнел. — без особенных изменений. Всё, как всегда.

— Интересное у тебя «всегда», — не выдержала Солли и тут же прикусила себе язык. — извини!

— Да не переживай ты так, — легко засмеялся он — я-то уж точно не потрясен тем, что кто-то меня за этим застукал. Слава Богу, не фанатки, а остальные — все люди, все всё понимают и делают то же самое.

— Это точно! — наконец, улыбка удалась. Можно себя поздравить с тем, что вернулось самообладание. И только стоило думать о том, что она-то никак не займется тем, чем занимаются все (и всё по вине ХиЧоля), как подвернулся этот негодяй МинХо и подтвердил, что терпение её на исходе, а, вернее, организм на грани нервного истощения. Странно, ведь она не была особенно нервной, но, видимо, с гормонами и прочим не поспоришь. Когда приходит время, то что ты не делай, от грешных мыслей уже не отбиться.

— А, вот и вы! — воскликнул КиБом, нарисовавшийся внезапно. Уже переодевшийся и уложенный, он положил ладони на плечи МинХо и Солли. — Потом доболтаете! Пошли, сейчас съемки начнутся!

Парень подтолкнул коллегу и тот, поддавшись, пошел за ним. Отойдя на некоторое расстояние, он чуть замедлился, обернувшись. В карих глазах плясал огонь заговорщика, разделившего тайну, которая должна была привязать к нему того, кому он доверился. Солли сглотнула слюну, проводив спины друзей. Судя по всему, удовольствия МинХо большим секретом, действительно, ни для кого не были, но почему-то девушка почувствовала, что всё-таки их что-то стеснило между собой. И в голове продолжалось движение маятника, открывавшего то одну, то другую картинку. Туда-сюда, туда-сюда.

Глава 1. «Ох, мужчины…»

Съемки подошли к концу и команда начала сворачиваться. Девушка, присутствовавшая, как сторонний зритель, отметила про себя, как умело ТэМин менял личину перед объективом камер; вот, только что он был уставший и обозленный, а пять минут спустя сияет добродушной улыбкой и искусно смущается перед ведущими. Но Солли знала, что смутить парня не так-то просто. Это мог сделать, в крайнем случае, КиБом, которого порой пробирала такая откровенность, что не краснели от его рассказов лишь пятки. Впрочем, при подруге он быстро закруглялся и уважительно умолкал, заботясь о её моральном облике. Как же все надоели с этими заботами! До определенного момента она не придавала им значения, не замечала их, не выделяла из массы других черт поведения, направленных к ней. Но теперь, когда она повзрослела — а за последний год она кардинально изменилась, как ей казалось — хотелось видеть совсем другого отношения.

Не уследив, как пролетело время, Солли дождалась первого освободившегося — КиБома, и вместе с ним брела вниз, на выход из здания, когда их догнали остальные. Онью разговаривал по телефону, ДжонХен говорил о чем-то с Тэ, а МинХо поравнялся с девушкой и Ки, пойдя нога в ногу.

— По-моему я зря нацепил этот браслет, — КиБом повертел блестящий аксессуар на запястье. — он отвлекал на себя внимание, когда я был в кадре.

— Не придумывай! — успокоила его Солли. — От твоего прекрасного личика невозможно оторвать глаз.

— Да? Ну, ладно, поверю. — рисовано отмахнулся он, потряся плечами.

— Как, а меня ты вообще, хочешь сказать, не заметила? — подал голос МинХо, обращаясь к Солли. Она улыбнулась ему, стараясь скрасить незначительную оплошность.

— Разумеется, на тебя я тоже смотрела. Но только не тогда, когда показывали Ки.

— Что ж, мне надо стараться лучше, чтобы сильнее магнитить взоры, — молодой человек задержал глаза на глазах Солли и та, не выдержав, отвела свои первой.

В этот момент они все как раз вышли на улицу, где к членам коллектива SHINee тут же подбежала небольшая кучка фанаток, протягивающая альбомы, фотобуки и фотографии для подписи. В свободных руках половины из них красовались фотоаппараты и телефоны, которые моментально занеслись, включились и начали щелкать, снимать, тыкаться на неприлично близком расстоянии. Знакомые беспрерывные крики «оппа, оппа, оппа!» наполнили до этой минуты блаженный вечер, и Солли сделала шаг в сторону, не мешая девочкам-подросткам дорываться до своих кумиров, пока их оттесняли менеджеры и охранники телестудии. Да и самой случайно пострадать не хотелось.

На лице ТэМина включилась дежурная улыбка. Воспитанный и благодарный мальчик кланялся и бесперебойно твердил «спасибо» на любой выкрик из этой маленькой толпы. Какая-то фанатка, посимпатичнее и поскромнее, стояла чуть в стороне, поэтому, когда остальных отодвинули, она, наоборот, оказалась ближе к айдолам. КиБом, вроде бы никуда конкретно не смотревший, сделал естественное движение в сторону, и, будто невзначай, оказался рядом с ней, державшей постер с его изображением.

— О, я тебе нравлюсь, правда? — лучезарно и невинно заиграв мимикой, юноша вытянул из её дрожащей руки маркер и стал писать пожелание. Пока его пальцы выводили стандартные фразы, он слегка наклонился и что-то тихо-тихо пробубнил ей в лицо, что не мог слышать никто, кроме неё. Ки выпрямился, потеребив её по волосам. — Спасибо за поддержку, ты очень миленькая!

Онемевшая от счастья девчонка, разинув рот, провожала его влюбленными глазами, сжимая в ладонях драгоценную добычу. Когда рядом с ней оказались остальные её подруги, звезды уже погрузились в микроавтобус. Солли залезла с ними, чтобы её подвезли до общежития.

— Бедняжка, ты разбил ей сердце, — глядя через тонированное стекло, Солли бросила последний взгляд на толкучку из неугомонных поклонниц, и повернулась к друзьям. — теперь она будет хранить тебе верность всю оставшуюся жизнь.

— А! — вновь жеманно махнул рукой Ки, ничего не ответив.

— Мы всё время разбиваем кому-то сердце, — ТэМин откинул голову назад, устроившись на сиденье. — это наша работа.

— Ты жесток, — покачала головой Солли. — у меня такая же работа, но почему-то мне кажется, что я никому не приношу страданий. Задача артиста, прежде всего, нести радость, задор, поднимать настроение и придавать заряд бодрости тем, кому хочется опустить руки и кому кажется, что жизнь стала невзрачной. Для этого наши песни, наши клипы, наши концерты…

— Просто женщины склонны воспринимать всё по-другому, поэтому влюбляются в исполнителя и разбивают себе сердце сами, вместо того, чтобы просто слушать песни, — заметил МинХо и они опять встретились взглядами. На этот раз в его вишневых очах было что-то вроде цинизма, но цинизма мягкого, который ударит, но прежде погладит. Солли поморщила нос, выказывая своё недовольство его рассуждением. Как же ей везло в судьбе на скептиков! ХиЧоль был ярким представителем этого вида, да и все её друзья: Зико, Ки, ТэМин — все были далеки от романтики и относились ко всему на свете с насмешливым сарказмом.

— Притормозите, пожалуйста! — кинул КиБом водителю и их транспорт остановился. Парень приник к стеклу, сделав ладонями окуляр перед глазами и, вглядевшись в темные задворки соседних с телестудией домов (они ещё не успели далеко отъехать), победно щелкнул пальцами. — Ага, ждет. Я высаживаюсь.

— Эй, КиБом, опять? — попытался остановить его возмутившийся менеджер, когда тот уже взялся за ручку дверцы. — Сколько это будет продолжаться? Сядь на место!

— Я вернусь в общагу вовремя, не волнуйтесь, — парень открыл машину и выпрыгнул на тротуар. — хватит волноваться, ещё ни разу никто не поймал!

— А если я тебе запрещу? — перегнулся через спинку мужчина.

— Я расскажу в интервью про всех, кто женат в нашем агентстве, кто курит, кто пьет, а кто мастурбирует, — КиБом засмеялся и поправил волосы. — и навру, что СуМан чпокает несовершеннолетних. До завтра!

— Ах, ты хитрожопый модник! — крикнул вслед ему гневно, но уже устало менеджер, и уселся обратно, сдавшись. — Это когда-нибудь кончится? — спросил он ни у кого и одновременно с тем у всех присутствующих.

Но Дива на то и был Дива. Все это понимали и знали, что его капризам противостоять бесполезно. Если он хотел брать проценты за то, что держал образ смазливого мальчика и не сопротивлялся слухам, уничижающим его мужское достоинство, то он их брал. И мешать ему было себе дороже. Солли растерянно надула щеки. Она знала, что её друг бабник, но свидетельницей его похождений стала впервые. Как, ну как мужчины это делают? Только что увидел хорошенькую девочку, назначил ей встречу за углом и уже повел куда-то. У этого сильного пола совесть вообще есть? В кармане затрезвонил мобильный и девушка, вытащив телефон, успела посмотреть на время, прежде чем подняла ХиЧолю.

— Да, оппа? — тут же зарумянившись, постаралась тише произнести она, но чувствовала на себе чей-то взгляд.

— Звоню убедиться, что ты добралась и уже в кроватке, — мило прошептал мужчина.

— Ну… — в принципах Солли было не врать. Только в самых крайний ситуациях, которые касались жизни и смерти. Но сейчас был не тот случай. — Я ещё не дома.

— Где тебя носит? — удивился ХиЧоль. — Сол, половина одиннадцатого!

— Я знаю, я как раз еду в общагу.

— Ты всё ещё с Ки и ТэМином? Они тебя проводят?

— Проводят ли меня? — протянула девушка, повторив. На заднем сиденье дремал ТэМин. Онью до сих пор не отлип от разговора и висел на трубке. ДжонХен что-то увлеченно разглядывал в планшетнике. МинХо поймал её глаза и выдал:

— Я тебя провожу, если надо. — Солли кивнула ему, при этом пытаясь выражением лица дать знать, что в том нет необходимости.

— Конечно, меня проводят! Успокойся, — она представила недовольного ХиЧоля, который обычно в такие моменты делал неприступный вид и изображал поверхностное презрение, вроде ему на всё плевать. Но в душе он переживал, а это было самым главным.

— Тогда жду от тебя предсонного звонка! Не заставляй меня ждать! — с фальшивой угрозой прозвучал голос ХиЧоля. — Целую тебя, мой несмышленыш!

— И я тебя! — Солли чмокнула в трубку и убрала её обратно в карман. Внутри разлилась теплота, как после каждого общения с её молодым человеком. Как жаль, что чаще они видеться не могли! Так хотелось бы в любой момент позволить себе обнять его, уткнуться носом в его плечо и спать, устроившись в самом уютном месте на Земле: в его руках, рядом с ним, в десятке сантиметров от его любимых губ.

Машина въехала на охраняемую территорию, высадив всех своих пассажиров. Водитель отправился на стоянку, оставив молодежь брести до своих жилищ несколько метров. Общежитие f(x) было чуть дальше, чем общежитие парней, но всё равно достаточно близко — рукой подать[1]. Однако когда Солли попрощалась с ребятами, МинХо последовал за ней. На удивленный взгляд девушки он спокойно добавил:

— Я же сказал, что провожу.

— Да тут идти-то две минуты…

— Мне не трудно. — ненавязчиво обрубил возражения парень и пошел рядом. — Или ты хотела пройтись в одиночестве?

— Нет, вовсе нет, — закачала головой Солли. Она была не против чьего бы то ни было общества, но сейчас, оставшись один на один с МинХо, на узкой пешеходной дорожке, глухо отдававшей стук их шагов, здесь, где разрежено поставленные друг от друга фонари дают недостаточно света для того, чтобы вечер был не интимным, ей вновь вклинилась в мысли картинка, которую она увидела ранее. И этот сексуальный эпизод не способствовал желанию продолжать идти рядом с МинХо, который и так грозил не скоро выйти из её памяти.

— Слышал, ты с ХиЧолем встречаешься? — внезапно прервал он молчание.

— Да, — тут же подтвердила девушка. Среди своих тайны в этом никакой не было, но почему вдруг проснулся к этому интерес? Да что с ней? Это нормальный дружеский вопрос. Они сто лет не виделись и логично спрашивать о личной жизни у своих старых знакомых.

— Никогда бы не подумал. — признался МинХо, хмыкнув.

— Почему? — Солли улыбнулась. — Из-за разницы в возрасте? Или кто-то из нас кажется недостойным второго?

— Нет! Вовсе не поэтому, — хохотнул парень. — просто… ну, во-первых ХиЧоль не наводит на мысль о том, что может с кем-то всерьёз встречаться. Он же тот ещё… мм… прохиндей.

— Хорошее определение, — девушка замедлила шаг, увидев, что осталось буквально несколько шагов. Хотелось успеть договорить до какой-то конкретной точки. — ты хотел сказать «гуляка» или «волокита», но побоялся меня обидеть?

— Да нет, хотя… — МинХо расплылся, как сытый хищник. — в какой-то степени да. Но я не считаю ХиЧоля бабником, ты не подумай. Он гуляка в хорошем смысле этого слова. Четкий такой, по-мужски, гуляка.

— А во-вторых? — в родных окнах уже было темно и лишь отсветы из гостиной подавали признаки жизни. Нужно было идти спать, и постараться при этом не побеспокоить девчонок. — Ты сказал, что мнение о ХиЧоле — это во-первых, а что другое тогда?

— Я как-то не думал, что ты уже доросла до отношений, — не стесняясь озвучил свои мысли МинХо. — но, видимо, я действительно слишком давно тебя не видел. Когда мы с тобой каждый день проводили бок о бок на съемочной площадке ты была такой… ребенком ещё, проще говоря.

— Не таким уж и ребенком! — Солли надула губы, прищурившись.

— Да и образ у тебя был далеко не женственный, — добил её коллега, дав понять, что повсеместное братское отношение к ней было неспроста. — сейчас ты выглядишь значительно лучше.

— Даже не знаю, благодарить ли за такой комплимент. — почему-то разговор не самоисчерпывался и не отпускал. Надо было ещё что-то добавить, словно оно того требовало. — А ты? Встречаешься с кем-нибудь?

Спросив это просто ради того, чтобы что-то спросить, Солли тут же пожалела о вопросе. Как можно любопытствовать о таком, когда она по стечению обстоятельств внедрилась в самую частную главу жизни парня? Теперь он подумает, что ей хочется знать, кто ему та дама, хотя ей ровным счетом всё равно. Пусть хоть каждый день новых меняет. Это не её дело. КиБома же она никогда не спрашивала, кто те девушки, о которых он постоянно замысловато толкует ТэМину. Да и после сегодняшнего немного прояснилось: те девушки — кто угодно, кто поддался его обаянию, находясь в поле зрения и прямом доступе.

— Нет, что ты! — по-приятельски легко заверил МинХо. — У нас нет времени для встреч. Абсолютно.

Поймав искру разоблачения во взгляде девушки, молодой человек чарующе подмигнул ей.

— Если ты понимаешь, что я имею в виду именно продолжительные встречи, именующиеся отношениями. А так, встречаться… ну, ты видела. — Солли хотела бы говорить об этом так же просто, как и он, но что-то не получалось. Почему если ему не было неудобно, то ей так не становилось? Ведь было бы логичным, чтобы она забыла о казусе, последовав примеру того, кто, собственно, и сконфузился. Но в том-то и дело, что создавалось ощущение, будто МинХо забывать этого не собирается. И совсем не против, если Солли тоже будет учитывать этот момент. Зачем ему это? Или это лишь её додумки?

— Ладно, я пойду, пора мне, — ткнув пальцем в сторону нужного этажа, девушка отступила на первую ступеньку подъезда. — рада была повидаться!

— Взаимно! — МинХо решительно наступил туда, где она только что стояла и, чуть подавшись вперед корпусом, поцеловал Солли в щеку, тут же отпрянув назад. — Надеюсь, следующий перерыв между возможностями пообщаться будет короче этого.

Попрощавшись, они разошлись в разные стороны. Поднимаясь наверх, Солли невольно приложила руку к щеке. Слишком низко и близко к губам для формального дружеского жеста. Или она страдает мнительностью и относительно приветствий Ки и ТэМина просто не обращала внимания на то, как и куда они её целуют? Почему же ей есть до этого дело касательно МинХо? Потому что она увидела, как он занимается сексом и теперь ей кажется, что секс повсюду окружает парня? Какие глупости.

Девушка вспомнила свой первый поцелуй, который сорвал ХиЧоль. Как раз возле той же лестницы. Она так долго не могла простить ему этого… но зато, благодаря цепочке случаев и случайностей, она увидела в нем мужчину и возлюбленного, а не просто старшего брата и друга. У неё открылись глаза, и она призналась себе в своих чувствах к нему. Хотя сейчас уже не могла бы сказать точно, когда они зародились, когда проснулись и когда она их осознала. Но выглядело это всё внезапным порывом. И с тех пор, кроме как в ХиЧоле, ни в ком мужчин она так и не видела, и не рассматривала. Когда не задумываешься над этой стороной вопроса, то она так и лежит в подвале сознания. Но когда тебе в лицо лупят фактом того, что кто-то является самцом — очень трудно не начать воспринимать его именно так.

Негодуя на себя и ругая себя за то, что позволила поддаться эмоциональному восприятию, Солли тихонько позвонила ХиЧолю, пожелала сладких снов и, незаметно добравшись до кровати, нырнула под покрывало. Но даже под ним она не укрылась от сильного и беспощадного желания прижаться к кому-нибудь и добиться удовлетворения своей всё мощнее пробуждающейся женственности.

Глава 2. «Планы на субботу»

Кто-то уже позавтракал, а кто-то ещё не вставал; Солли подтянулась на кухню, когда там допивала чай Луна. Пожелав подруге доброго утра, девушка прошла к холодильнику и, постояв возле него, сонно почесывая затылок и думая, что она хочет поесть, ничего для себя не решила и развернулась к электрическому чайнику, щелкнув кнопкой включения.

— Там воды мало, — подала голос Луна.

— Да? — Солли, раскрыв пошире глаза, взглянула на прозрачную шкалу-измеритель содержимого и, убедившись, что воды едва на дне, выключила чайник, долила туда из-под крана ещё и, заново поставив его на подставку, щелкнула второй раз.

— Ага, я вовремя? — тут же узнав любимое присутствие, Солли обернулась и увидела в дверном проеме ХиЧоля.

— Хиним! — девушка распахнула руки и тот, быстро преодолев расстояние между ними, обнял её вокруг талии и легко поцеловал в губы. — Какими судьбами?

— Ладно, я ушла! — шутя, прикрыла глаза ладонью Луна и, подхватив чашку, ретировалась с кухни. Парочка проводила её молчаливыми улыбками и вернулась друг к другу.

— Мне сегодня в офис к обеду, так что я решил забежать туда, куда больше всего хотелось. — губы вновь нашли губы, на этот раз чуть дольше, чем при посторонней. Поцелуй разорвался, но, не выдерживая коротких пауз, быстро повторился третий и четвертый раз. — Я соскучился.

— Я тоже! Выпьешь со мной чаю? — ХиЧоль кивнул. Солли обвила его шею и зачаровано смотрела в глаза. Ей так плохо спалось сегодня и не хватало именно этого: надменных теплых очей, сладких уст и собственнических ладоней на боках. Утро удалось. — В субботу, как обычно, отгул?

— Да, официальная свобода на денек, — мужчина поелозил руками по её футболке, прижавшись чуть ближе. — ещё немного и скажу армии окончательное «гудбай»!

— Тогда, я приеду к тебе субботним вечером? — Солли подтянулась на руках и запрыгнула на кухонный стол, свесив ноги. Потянув ХиЧоля ближе, она поставила его перед собой между ними.

— Ну… я уже договорился с Джокером и ЧонМо, — извиняясь, пожал плечами певец. — мы хотели посидеть в клубе. Давно не виделись.

— Ты каждую неделю с кем-то давно не видишься, — Солли надула губы. — а как же я?

— Но я же еду к тебе при любой возможности, малыш! — ХиЧоль чмокнул её в щеку. — Не обижайся. Можно в воскресенье утром куда-нибудь сходить. Если ты меня разбудишь, не жалея из-за головной боли, которая по-любому будет после субботней ночи.

— Я не хочу утром, я хочу приехать к тебе на ночь. — девушка перекрестила щиколотки чуть ниже бедер мужчины, прижавшись к нему своими и съехав на самый край стола. — Очень хочу…

— Ох, ну что ты со мной делаешь? — его руки переместились на её ноги и погладили их. — Ты же знаешь, что я тоже этого хочу… но остался всего месяц, я вернусь окончательно и всё будет. Мне самому нелегко держаться!

— Да зачем же ждать этого? Оппа, ну что меняет твое нахождение в армии? Прекрати мучить себя и меня! — Солли заигрывающее облизнулась и схватила его за лацканы пиджака.

— Ты никак не хочешь понять… я же не просто так держусь. Я хочу, чтобы всё было по-нормальному, по-серьёзному. Чтобы мы могли съехаться сразу после этого… пойми, что когда я попробую тебя, то мне уже будет непросто спать на какой-то солдатской койке, — ХиЧоль убедительно поцеловал свою девушку, развеивая сомнения по поводу того, что он может думать иначе. — Я не отпущу тебя уже никуда от себя, никогда…

— А сейчас тебе, то есть, нормально без меня спать? — подтрунила над ним Солли, ущипнув за ревнивый бок, боящийся щекотки, отчего мужчина поморщился, сжав зубы, и ответил тем же. Девушка айкнула, хлопнув его по руке.

— Ты у меня додразнишься! — сгребая её в охапку, ХиЧоль запустил одну руку в распущенные волосы, а другой придавил к себе. — Сол, ну пойми ты, что я уже не мальчик, у меня было много женщин. Это бессмысленно скрывать и замалчивать, ведь мы столько лет дружили и ты могла наблюдать за моей личной жизнью со стороны. И я спал с этими женщинами, они были рядом, в одной постели со мной, и всё-таки я чувствовал себя одиноким и несчастным, а теперь совсем иначе. Теперь я засыпаю, зная, что где-то у меня есть ты, и ночь наполняется смыслом уже от того, что я думаю о тебе, что знаю — и ты обо мне тоже думаешь. Ну, позволь мне хоть раз в жизни быть немного романтиком, насладиться той невинностью, которой во мне нет, которой у меня не было лет с пятнадцати! Ты представить себе не можешь, как я балдею с того, что между нами, но, естественно, я дико, повторю громче, ДИКО хочу тебя и всего того от тебя, чего хочет взрослый здоровый мужчина. Но потерпи ещё немного… не рушь мои глупые замки и игры в принца. Я ведь для тебя стараюсь.

— Это нечестно, — притихла, перестав спорить, но погрустнела Солли. — ты просто пресытился и всё познал. Поэтому тебе и не манится. А у меня ничего этого не было. А я хочу! Я же вообще кроме тебя рядом с собой мужчин не видела, как мужчин! Даже не целовалась до тебя ни с кем, ну как так можно?

— Эх ты, хотелка моя, — ухмыльнувшись, ХиЧоль приподнял лицо девушки за подбородок и заглянул в её глаза. — ты же сокровище в этом гребаном шоу-бизнесе! Ну, где ещё здесь найдешь такую неиспорченную девочку? Мне нравится понимать, что я целую губы, которые принадлежат только мне, которые никто не трогал, оставляя на них следы. Знаешь, какие мысли возникают, когда целуешься с доступными и легкомысленными дамочками? Лучше тебе не знать.

— То есть, я целую тебя в следы, оставленные прошлыми женщинами? — прищурилась Солли.

— Вечно ты всё переворачиваешь! — пойманный на своей двойной морали, неловко засмеялся ХиЧоль. — И что теперь, будешь от меня отбиваться?

Он напористо полез к ней, но ожидаемого не случилось. Девушка крепче обхватила его и впилась жадным поцелуем. Мужчина забыл, о чем они говорили, погрузившись в это слияние уст и влюбленных языков. Ему тут же стало жарко. На самом деле, ещё немного, и он не выдержит. Просто распластает Солли, где придется: в душе, на полу, на столе, на улице, если понадобится. Но он так хотел исправиться для неё. Хоть немного. Все свои дурные привычки хотелось засунуть подальше, оставить в прошлом, но от большинства он не в силах был избавиться. Ходить с друзьями по клубам, выпивать, хулиганить по-мелкому — это в его натуре, которую она не осуждала и принимала, но его прежние развлечения с женщинами почти прекратились, и он сам на себя наложил очистительное временное воздержание. За те месяцы, что они встречались с Солли, он несколько раз срывался и спал с какими-то шлюхами. Разумеется тайно, сам стараясь забыть о произошедшим и на утро не помня ни лиц, ни имен тех женщин. Он и занимаясь сексом с ними думал лишь о своей девушке, если не бывал пьян настолько, что не думал ни о чем вообще. Все его товарищи в окружении были свободными и гуляли напропалую — он не мог среди них разом стать другим! Теперь ещё и ЧунХен холостой. Все развратничают! И ему хочется иногда этого безответственного разврата, грязного удовлетворения похоти, которого он ещё чуточку недобрал, но должен, обязательно должен окончательно утихомириться и бросить все эти выползки в темную сторону ночи. Он просто не может делать с Солли то, что позволяет себе с продажными и дешевыми до бесплатности женщинами. Её он должен беречь, хранить, холить и лелеять.

Вот сейчас он держался уже четыре недели. Ещё столько же и конец службе, и возврат прежнего графика, но рядом будет любимая. С её помощью он начнет новую жизнь. Ему хотелось содрать с себя пошлость прожитых лет, чтобы она не коснулась его маленькой Солли. Придти к ней зная, что уже не сорвется и не поддастся дурным соблазнам «слева».

— Конечно же не буду отбиваться, — хитренько проведя языком по губам, девушка издала смакующий звук. — кто знает, может это я следы от Шивона зацепила, или СонМина? Я не распробовала, иди сюда, вдруг ещё что-то от ЧонМо осталось? — ХиЧоль отвел в стороны её руки, отшатнувшись назад, и она засмеялась, напомнив мужчине о его сценических выходках. Он посмурнел, как проигравший.

— Ты мелкая негодяйка! — Солли продолжала пытаться его поцеловать, но он уворачивался. — Только ты могла заставить меня начать думать, что ты мне изменяешь посредством меня! Мой мозг сейчас напополам треснет в поисках решения!

За её спиной отключился чайник, подав сигнал о том, что скипел, и, воспользовавшись маленьким замешательством, девушка всё-таки чмокнула желанные губы. ХиЧоль присмирел, прекратив вырываться.

— Просто нужно уметь забывать то, что было до нас, — Солли улыбнулась, прислонившись щекой к его груди. — какая разница? Ведь мы вместе, и пока мы рядом, всё остальное не имеет значения.

— Кхм, — услышали они со стороны двери и поспешили отстраниться друг от друга. В дверях появилась Кристал. — извините, что мешаю, но я хотела перекусить.

— Да-да, конечно, — Солли спрыгнула со стола, потеснив мужчину, и потянулась за кружками. — мы и сами как раз собирались позавтракать…

Усевшись за стол в компании Кристал, влюбленным пришлось сменить темы разговоров с интимно-игривых на более житейские и поверхностные. Обсуждая деловые мелочи и разные сплетни, они расстались спустя час, когда ХиЧолю нужно было уезжать. Только уже через несколько минут Солли опять почувствовала потребность в его присутствии. Как назло, у самих девчонок тренировки были ещё через два часа, а значит оставалось невыносимое время для себя: подумать и пострадать от неуютности, от никуда не девшегося желания отдаться любимому мужчине и познать с ним все таинства любви. Но ещё через полчаса в голову, как свет луча из НЛО в мистических триллерах, внедрилась мысль о МинХо. Почему он не растаял, как мимолетный сон и остался ярким впечатляющим моментом? И ладно бы она что-то ощутила, а то ведь просто увидела. Нет, дело было в том, что то, что она увидела, было настолько волнующим и возбуждающим, что отдалось в сердце, голове и внизу живота. Кого-то же возбуждает порнография. Солли её никогда не смотрела, но зримый секс МинХо с незнакомкой ничем иным назвать было нельзя. Если ты не участвуешь в сексе, а просто смотришь на него, то он сам собой превращается в порно. Девушка поблагодарила Небеса, что не застала двоих в ещё более изощренных позах и видах. А ведь всякое могло быть.

Начав собираться, Солли только натянула футболку, как в барабанные перепонки ударил звонкий рингтон мобильного. Что угодно, лишь бы отвлечься от ненужных идей и фантазий. Ведь даже воображаемая измена — всё же измена, разве нет? Ей не хотелось её совершать хоть бы и в таком виде. Никак. Но почему-то тянуло подставить себя на то место, которое заполнилось смутной стонущей тенью между МинХо и зеркалом.

— Привет, Ки! — девушка прижала трубку плечом к уху и стала выбирать шорты из стопки в шкафу на полке. — Как ты? Скандала не было, и ты вернулся вовремя, как обещал?

— Ну, разумеется! — хмыкнул парень. — Ты сомневалась в моих способностях? У меня большой опыт.

— Это я уже поняла. Как Тэ? Я волнуюсь, по-моему, он совсем выдыхается.

— Сейчас спит на заднем сиденье, мы тут едем с одних съемок…

— О, Боже, они у вас с утра уже были?! — Солли застегнула пуговицу и подняла до неё молнию. — Ребята, вам надо что-то делать со своим режимом. Так нельзя.

— Да всё нормально. Выложимся по полной до отпуска и отдохнем. — оптимистично, но с ноткой обреченности хохотнул КиБом.

— И когда он у вас будет?

— Не знаю. — засмеялся он, открыв безосновательность своей надежды.

— Ки! Я задушу вашу администрацию!

— Ладно, забыли. Я не для этого звоню, — парень ответил что-то в сторону, отозвавшись на голос Онью, и вернулся к беседе. — помнишь, мы говорили насчет посидеть как-нибудь в клубе? Как ты на это смотришь?

— Я хочу, чтобы вы выспались при первой возможности, а не шли ещё куда-то!

— Пойдешь ты с нами или нет, мы всё равно там будем, милая, так что ничего не изменишь.

— Это что, поход в клуб тоже стал обязаловкой? — Солли посмотрела на наручные часы после того, как в дверь сунулась Вики и глазами указала ей на выход. Пришлось подняться и, перекинув сумку через плечо, продолжать разговор уже в пути на репетицию.

— Вроде этого. Спонсорская вечеринка с рекламной акцией, после которой все едут в закрытый клуб. Если хотим добрых отношений с дядей директором, то должны там пробыть хотя бы пару часов. Так что спрашиваю последний раз: ты хочешь с нами или нет?

— Ну… я… а когда это будет? Если не занята, то конечно, я только рада увидеться.

— В субботу. — девушка тут же вспомнила о сорвавшейся возможности свидания с ХиЧолем. Тот намеревался тусить с друзьями. А они ведь договаривались о равноправии, так что и ей можно сделать то же самое. Это было бы справедливо во всех отношениях. И это спасет от скуки в одиночестве. Отличное свойство громкой музыки — вышибать стройную линию размышлений любого рода из головы. В ней образуется груда разрозненных кусков из воспоминаний, мечтаний, планов и анализирования настоящего, так что зацепиться не за что. Но если в клубе все будут после спонсорской вечеринки, то это означало, что там будут ВСЕ. И МинХо в том числе. Опять смотреть на него и думать о том, свидетельницей чему стала? Нет, до субботы это должно уже пройти. Она профессионал, который может играть роли и вести себя, как подобает ситуации; она может брать себя в руки и вернуться к отношению коллег и приятелей, которыми они были, когда снимались в «Для тебя во всем цвету». Да и много лет работы в одном агентстве тоже проходили ровно. Произошла единственная случайность, приоткрывшая ей завесу личной жизни человека, чья личная жизнь её не касалась. В конце концов, она преданная и любящая девушка, которая не смотрит на других парней и хранит верность своему мужчине.

— Да, я свободна.

— Вот и супер! — пропел КиБом, повысив голос, и тут же извинился перед кем-то за то, что побеспокоил. — Подружек с собой взять не хочешь?

— Для тебя-то? Ну, нет, я знаю, какой ты безответственный Казанова, так что не стану подставлять своих девчонок. Да и все вокруг в основном занятые, как я.

— Печально, печально… придется ориентироваться прямо на местности. Что ж, скину тебе время и место смс-кой чуть позже, ладушки?

— Договорились! — Солли улыбнулась, попрощавшись с другом. Такой задорный, милый, обходительный и располагающий к себе, она не представляла, как в нем жил алчный потребитель женщин, и как у него вообще там с ними всё складывалось… Его мягкое и галантно-жеманное поведение любого бы убедили в том, что с ним не всё так просто в плане сексуальности, но это была лишь игра. Настоящего КиБома даже она видела редко, в те моменты, когда на самом деле требовалась серьёзность и маски сценических персонажей были неуместны. И всё же, какой он, этот парень? Девушка погрузилась в машину, чтобы ехать на занятия, совершенствующие их артистические навыки, и воткнула себе в уши наушники, включив негромко лиричные спокойные мотивы. Дожила, теперь она ещё и о КиБоме задумалась, как о мужчине. Кажется, у них — этого загадочного противоположного пола — это называется спермотоксикоз. Как же подобное явление называется у женщин? Решено, в ближайшую же ночь, что они останутся с ХиЧолем вдвоем, она добьётся своего и плевать, как он будет упираться или отнекиваться. Даже забавно будет, что девственница сама завалит опытного и растленного до глубины души тридцатилетнего самца.

Солли широко заулыбалась своему воображаемому грядущему и, помотав сама себе головой, прикрыла веки, сквозь ресницы ловя лучи солнца, лезущие через окно автомобиля.

Глава 3. «Суббота. Дискотека. Клуб.»

Ночные бульвары между столиками в клубе вели прямо к главной магистрали — танцевальной площадке, на которой происходило неукротимое движение тел, глазами-фарами высвечивающих себе партнера для танца или ищущих знакомые лица. Некоторые взгляды с поволокой, туманящиеся и мистические от подводки, сбивали не хуже спортивных машин с пьяными водителями за рулем. Порой со скоростью проносились лихачи к бару или от него.

— Давно я так не веселился! — продолжая притопывать в такт, КиБом поднял руку, сцепленную с рукой Солли, пропуская под образовавшейся аркой поднявшегося со своего места ДжонХена. Тот покинул столик, за который они вернулись.

Усадив подругу, Ки изящно присел рядом. По другую сторону от Солли полулежал, позевывая, ТэМин.

— О, я ещё не допил коктейль! — КиБом взял бокал, тут же окинув взором вычислительной машины толпу, из которой только что вырвался. Шел второй час их пребывания здесь. — Я хочу ещё танцевать! Кто со мной?

— Я пас! — выставила вперед ладони Солли. Она ещё не устала, но чувствовала желание друга зацепить кого-нибудь сегодня. Мешать не хотелось. Она и так благодаря нему отлично проводила время вместо того, чтобы терзаться в общежитии. Не только от скуки. Как бы там ни было, каждый раз, когда ХиЧоль где-то отдыхал сам по себе, ей было неспокойно. А если рядом с ним трутся поклонницы какие-нибудь? А если кто-нибудь попытается его соблазнить? Устоит ли он?

— Я тоже не пойду, — ТэМин убрал сотовый, в котором замедленно листал интернет-страницы. — Допиваю свой стакан и еду в общагу. Я хочу спать, как японский пленник, а свои обязанности я уже выполнил.

— Что ж, — КиБом устроился поудобнее. — тогда и я никуда не потащусь больше.

— Почему? — приподняла брови Солли, втянув через трубочку принесенный ей легкий алкоголь.

— Потому что я тебя сюда пригласил и одну не оставлю.

— Ты не должен из-за меня себя стеснять, — девушка благодарно погладила его по плечу. — иди, танцуй!

— Нет!

— Мне не будет скучно, правда! Всё в порядке! — пока она уговаривала друга, Онью, увидев кого-то в зале, поднялся и поспешил пойти и поздороваться, прервав беседу и оставив в одиночестве МинХо, тут же повернувшегося к ним.

— Я могу составить ей компанию, — выдвинул предложение молодой человек, придвинувшись чуть ближе. — если Сол не против. Поболтаем… или тоже потанцуем?

Девушка растеряно уставилась в его блестящие, щупающие все предметы женского рода глаза. Хотела ли она с ним остаться тет-а-тет и ввязаться в разговор? Может, это помогло бы ей забыться, они бы вспомнили старые времена, посмеялись, пошутили. Ведь воспоминание обязано было стереться до субботы, но раз уж не вышло, то вот ему шанс.

— Да… да, — кивнула она и повернулась к Ки. — ступай, мы пока перемоем вам всем косточки.

— Ой, ну славненько! — закатил глаза парень, поднявшись, и назидательно поводил указательным пальцем перед МинХо. — Не забудь рассказать, как я люблю стриптизерш, у меня в следующем месяце день рождения, может быть скинетесь мне на одну в торте?

Махнув фривольно ручкой, молодой человек поплыл красивой походкой к танцполу, оглядываясь, чтобы убедиться, что его друзья заговорили, а не остались сидеть снопами. МинХо занял его место, пересев, что заставило потерять Солли приготовленную вступительную фразу для нейтральной речи.

— Здорово выглядишь сегодня, — парень закинул руку на спинку дивана, на котором они сидели в полу-кабинке. Если бы девушка решилась откинуться назад, было бы похоже, что он приобнимает её за плечи. Поэтому она наклонилась вперед, к бокалу и торчащей из него бирюзовой трубочке с бумажным украшением. — никак не пойму из-за этого диско-шара, какого цвета на тебе платье? Бежевое? Кремовое?

— Ки утверждает, что шампань, — улыбнулась Солли, на секунду покосившись на него и опять уставившись перед собой. — а ему можно доверять в таких вопросах.

— Это точно. — продолжая направление вниз, МинХо посмотрел на её голые колени, не дотягивающиеся спрятаться под столом. У девушки возникло желание дернуть юбку, натягивая её подлиннее, но она сдержала рефлекс. — Шампань, значит? А не выпить ли нам в тему к этому замечательному платьишку шампанского? Как ты на это смотришь? Правда, я уже пил кое-чего покрепче, но мне от алкоголя дурно не становится в любой последовательности.

— Нет, что-то не хочется, — Солли суетливо допила свой напиток и отодвинула опустевшую посуду. В жест она постаралась вложить нежелание пить больше ничего. Парень замолчал. Она больше не оборачивалась на него, боясь встречи с его глазами. Почему он не хотел облегчить ей жизнь и не пытаться выразить всем своим существом «эй, а помнишь меня в той гримерке?». А именно об этом шептало его лицо. Нет, чушь. МинХо это не нужно. Это её впечатлительность говорит за всех.

Разговор действительно не заладился и МинХо протянул руку, которая плавно вошла в поле зрения Солли, ладонью поманив прямо перед носом.

— Пошли тоже танцевать? — подняв голову на вставшего молодого человека, она ощутила какую-то безоружность. Дружеская обстановка, банальное предложение, логичное и простое. Чего смущаться? Эта вечеринка окутывала её странной затяжностью, но ещё сильнее её вводил в ступор МинХо, с самого её появления здесь бросавший лишь мимолетные взгляды и фразы, и даже тем заставлявший чувствовать электрические уколы напряжения. Его глаза сцепляют, как паутина. Очень метко последнюю называют слюной дьявола.

Из нерешительности её вывел стук стакана о столешницу. ТэМин допил то, чем разбавлял резину ночи, мучительно тянувшуюся и не пускавшую его в постель.

— Всё, я домой! — юноша поднялся и, чмокнув Солли в щеку, пожал руку МинХо, которую тот держал не за тем. — Всем пока! До связи! Вернетесь в общагу — не топайте, закопаю!

Попрощавшись с ним, девушка хотела свободнее выдохнуть, но оставшийся певец снова настойчиво подал ей ладонь.

— Идешь? — кроме них никого не осталось. Откуда этот испуг? Чего она остерегается? Себя? МинХо её друг и пора перестать примерять на себя то, что он позволил себе с посторонней женщиной. Это глупо.

— Да, идем.

Музыка ревела на всю катушку. Где-то в толпе она заметила резвящегося с юной девицей ДжонХена. КиБома Солли пока не нашла в этом неразборчивом скоплении людей. Танцевальные ритмы популярных композиций зажигали внутри страсть к отрыву, к беззаботной легкости. Хотелось плясать и не думать ни о чем. Мелодия была громче голоса разума и сердца, которые не давали расслабиться, поэтому на танцполе, наконец, девушка почувствовала себя комфортнее. Оказавшись друг напротив друга с МинХо, они тепло улыбнулись и принялись покачивать телами в ритм, входя в раж и увлекаясь всё больше. Мимо проходящий мужчина, держащий в обеих руках по стакану с виски, толкнул Солли и она отлетела вперед, на короткое расстояние разделявшее её с другом. Теснота движущей массы едва позволила найти им это пространство, чтобы не касаться друг друга, но теперь, когда её пихнули и она уперлась в грудь МинХо, придержавшего её, свой кусок паркета обратно было уже не отвоевать.

— Ты в порядке? — крикнул парень, чьи ладони всё ещё держали, поймав, её плечи.

— Да! Всё хорошо! — ответила Солли, выпрямившись, но встать так, чтобы отстраниться от него, не наступив при этом кому-нибудь на ноги, было нельзя. Парень что-то проговорил. — Что?!

— Я сказал, — он наклонился к самому её уху, придавив щекой пряди волос к лицу, отчего стало щекотно. В том числе, от его дыхания. — что даже благодарен ему.

Солли подняла глаза и воззрилась в карий омут подвыпившего молодого человека. Она и сама выпила пару бокальчиков, но соображала нормально. Только вот телу было жарко, оно как-то раскрепостилось. Оно пылало и чего-то хотело. Любви, ласки, нежности, движения. Да, изгибаться, кружить, танцевать! Руки МинХо опустились на её бедра и, привлекая сильнее, поводили ими из стороны в сторону. Девушка поддалась и, положив ладони на широкие плечи, позволила прижать себя к его бедрам и животу, и груди… всему этому крепкому, явно полному похоти организму. Что она делает? Всего лишь тесно танцует с другом. Хотя у неё есть жених. Но это же не плохо? Она не творит ничего плохого. Это нормально, это нормально… сквозь юбку, ниже талии, терлась пряжка его брюк. Его ладони с длинными пальцами, такие ощутимые через ткань. Его выдохи у виска — такие тяжелые, липкие, будоражащие. Голова шла кругом! Не стоило соглашаться и выходить сюда! В тот момент, когда Солли показалось, что её кожи касается уже не только дыхание, но и его губы, она оттолкнулась от него, помотав головой. МинХо внимательно вгляделся в её лицо.

— Извини! Мне душно! — соврала частично девушка и, не дожидаясь его ответа, попыталась уйти, столкнувшись о стену людей. — Ты танцуй дальше! Танцуй! Я передохну только…

Она остановила попытку МинХо проводить её и, буквально растолкала всех, кто мешал ей вырваться. Бегом, Солли вылетела с танцпола, помчавшись к столику. Она выглядела как петарда, которой поджигают зад, чтобы она выстрелила в небо. Не хватало только фонтана искр, пушащихся хвостом. Плюхнувшись с энергией на диван, Солли схватила чей-то стакан: ДжонХена или Онью, и глотнула. Жидкость была крепкая, но холодная из-за льда. За столиком всё ещё никого не было. Почему ей стало так нехорошо? Почему она прекратила танец? Ей ведь показалось, что МинХо коснулся её виска губами. Показалось. Он не станет так делать. Разве будет так делать парень, который знает парня, с которым она встречается? А как же мужская солидарность? Они ведь не просто знакомые, а коллеги. Пусть и не близкие товарищи, но всё же. Да и МинХо знает, что она занята! ХиЧолем! Солли бросила взгляд назад, туда, откуда совершила побег. Трусливый или героический — пока было не ясно, но какой-то инстинкт заставил покинуть место, признанное подсознанием небезопасным.

Пока она искала в толпе кого-то знакомого, рядом с МинХо нарисовалась какая-то вульгарная красотка, что тут же бросилось в глаза. К тому моменту, как они предстали перед ней, пара уже танцевала. Перед Солли вновь нарисовалась картина МинХо и другой женщины, вновь в тесной близости и даже непринужденная манера танца не прикрывала того, что это походило на секс. Руки мужчины снова на бедрах, а его пах так стремится вперед, что волей-неволей иллюзия дорисовывает фрикции. Черт! «Я становлюсь помешанной на этом. Я как тот тип из анекдота, который во всех картинках психотерапевта видел пошлость» — подумала Солли и, осушив залпом чужой стакан, поднялась.

Покинув обжитой ими уголок, она устремилась в поисках уединенного квадратного метра, чтобы было тише, спокойнее и посвежее, потому что жара разморила по-крупному. Может, даже ХиЧолю стоит позвонить. Успокоить себя. Наверное, стоило сказать ему, что она сегодня тоже в клубе, но как-то в этот раз не пришлось к слову. Ещё подумал бы, что это она ему назло, в укор.

Пометавшись по этажу, Солли вышла в небольшой вестибюль, разделяющий дискотеку от игрового зала, ресторана и холла. В стороне виднелась лесенка вверх. Девушка просеменила по ней, поднявшись. Звуки тут же отдалились. Осталась только она и пустое без чьего-либо ещё присутствия пространство. Чуть поодаль виднелись кресла у больших окон. Выйдя из-за стены, Солли обнаружила бар, у которого тихо сидело несколько человек, а перед ними молчаливо протирал хрусталь бармен. Двинувшись вдоль них, она достигла приоткрытого окна, в которое сквозил воздух. Уже готовясь закрыть глаза и вдыхать его, Солли увидела за ним небольшой балкон. Догадавшись, что где-то должен быть выход на него, девушка стала озираться, и разглядела стеклянную дверь, почти ничем не отличавшуюся от окон.

Открыв её, она очутилась на крошечном внешнем пятачке, выдающемся над двумя этажами и дышавшем летней вечерней прохладой. Под ногами расстилался Сеул. Клуб стоял на одном из холмов, поэтому казалось, что она где-то высоко-высоко. Опершись на парапет, Солли положила лицо на руки, прикрыв глаза и с наслаждением принимая, как слабый ветерок трепет локоны, чуть-чуть их приподнимая.

— Не помешаю? — вздрогнув, девушка резко обернулась. МинХо.

— Как ты нашел меня? — разочарование от его появления? Недовольство? Глупое умиротворение.

— Поискал и нашел, — парень встал рядом, согнувшись, как она, чтобы положить локти на ограждение. — я же обещал Ки, что составлю тебе компанию. Увидел, что ты пропала, и пошел искать.

— Ясно. — Солли кивнула, принимая объяснение. Естественно, все её друзья всегда пеклись о ней, и никто не хотел оставлять её в одиночестве. Если бы МинХо знал, как плохо она думает! Что она вместо приятеля глазеет на него, как на мужчину, воображая в самые неподходящие моменты фрагменты совокупления.

— Сол, по-моему, ты меня стесняешься, — прямо выдал он, хмыкнув, и развернувшись к ней. Не желая показаться слабохарактерной, она повторила маневр. — не отпирайся, я же вижу.

— Интересно, с чего бы это мне тебя стесняться? — хотелось, чтобы он сам додумался и уже обсудил с ней окончательно тот раз, после чего они выкинут его из своих воспоминаний. Воспоминаний. О том, как он тихо постанывает, глядя в её глаза, и при этом яростно работает своими бедрами, вбиваясь в другую девушку. Солли потерла шею и опустила лицо, сглотнув слюну.

— Сол, любые здоровые и молодые парень и девушка чувствуют себя стесненными, оставаясь один на один. Это нормально. Потому что в мыслях сразу проклевывается секс. Где бы это ни было: в лифте, в комнате, в машине. Если двое наедине, то они будут думать о том, как бы занялись сексом. Вот и весь секрет смущения. — открыв рот от прямоты друга, Солли закрыла его обратно. То есть, не одну её жжет необъяснимое возбуждение? — Или ты всё не можешь смотреть на меня после увиденного перед съемками? Ну, что в том было такого?

— Ничего, конечно же, ничего. — подумав хорошенько, она решила тоже высказать всё. — Но до той поры ты меня не смущал, и ничего такого не было. Хотя мы много раз оставались вдвоем и всегда являлись парнем и девушкой. По половому признаку, я имею в виду.

— Но ведь есть же ещё другой фактор, — МинХо встал прямо, подойдя впритык к Солли. — представляя секс с кем-то, можно внутренне анализировать, хочешь ты его или не хочешь. И совсем неловко становится, когда ты начинаешь его хотеть… — не зря она боялась его. Он всё угадал, он всё понял. Нет, нельзя было этого допускать! Попытавшись забиться в угол, который был сразу же за её спиной, девушка сжалась, как мышь в норе, но сытый домашний кот, ради баловства и игры, всё равно дотянул свои лапы.

Взяв Солли за плечи, МинХо привлек её к себе и впился в губы поцелуем. Остолбенев от предсказуемой неожиданности, девушка распахнула глаза шире, чем они были открыты до этого. Сладко-крепкий, горьковатый вкус виски растекся по губам. Аромат неизведанного, странно чужого и своего одновременно ударил в нос. Язык втиснулся в рот и, как кинжал, решивший добить насмерть, вонзался раз за разом, раз за разом. Солли набралась сил и откинула от себя МинХо к противоположной стенке балкона, которая была всего в метре.

— Что ты делаешь?! — гневно вспыхнула она, трогая уста и не понимая, почему глаза увлажнились. — Я встречаюсь с ХиЧолем, и ты знаешь это!

— И что? — волнуясь, как и она, но видно совсем по другим причинам, молодой человек дернул плечами. Отличный вопрос «и что?». Он заодно служил прекрасным ответом, железным аргументом и неоспоримым доводом. Все люди, не умеющие обосновывать своих глупых и неправильных действий, накосячившие или конкретно обломанные и злящиеся на это, говорят «и что?», язвительное «ну, удачи» или «с тобой всё понятно». Солли обхватила себя в объятия, как в кокон.

— А то, что я не собираюсь изменять ХиЧолю!

— Изменять? — МинХо надменно хмыкнул, желая показать, что знает больше, чем она. — Сол, изменой что-либо становится тогда, когда всплывает на поверхность и становится известным тому, кому об этом знать не положено. До того времени это всего лишь удовольствие и развлечение людей, которые имеют на него право. Или ты будешь отрицать, что хочешь меня?

— Я тебя не хочу. — радуясь здешней темноте, скрывающей побагровевшие от прилива крови щеки, нагло лгущее лицо и вруньи-глаза, смело заявила Солли.

— С тобой всё понятно, — выдохнул МинХо. Молодец, фул-хаус шаблонных фраз! — ты себя можешь обмануть, а меня даже не пытайся.

Парень вновь подошел и, осторожно занеся руку, опустил её на трепещущее плечо девушки, поведя по нему к центру, коснувшись ключицы и остановив палец у ямочки между ними. Он наклонился к её щеке и мягко поцеловал её. Дрожь прекратилась под его губами, сменившись оцепенением.

— Не надо, МинХо. — прошептала Солли, борясь скорее с собой, чем с ним.

— Вот видишь, — улыбнулся он, не остановившись и опускаясь легкими поцелуями к губам. — если бы ты не хотела, ты бы сказала «я не хочу», а женское «не надо» не подразумевает под собой ничего, кроме ненужности в данном контексте «не». Если удовольствий хочется, то они надо…

Он подхватил её под бедро второй рукой, за которой она не уследила, и впился в губы снова. На этот раз поцелуй был ещё жарче. Напор был яростнее и его руки быстро смяли её в этом углу, заставив осознать, что она женщина благодаря тому, что он опытно коснулся всех мест, которые были характерны для её пола. Солли удержала его руку у последней финишной прямой, которая пролегла под юбкой от колена, по внутренней стороне бедра, вверх.

— МинХо, хватит! — на этот раз его отпихнуть было ещё трудней. Как зверя, уже впившегося зубами в добычу. Пока он не поест хоть немного — уже не выхватишь из зубов, только с мясом. Солли и сама ослабела. Ноги подкосились. Хотелось закрыть глаза и растаять в его руках. Пусть мнет, пусть гладит, пусть треплет, пусть целует и ласкает, это же приятно, черт возьми, до ужаса и до боли под ребрами и ниже, в области пупка, и ещё ниже. Но где её совесть? Где её честь? Её молодой человек — Хиним! Самый замечательный и роскошный. Она остановится. — Хватит!

Парень отпустил её, отойдя. Руководила им сейчас не только страсть, но и градусы. С ними отвечать за себя было ещё сложнее. Понимая это, хоть и не очень отчетливо, МинХо поправил растрепавшиеся волосы и вытер пот со лба. Его не на шутку раззадорило.

— Как скажешь.

— Спасибо! — Солли провела руками по платью, проверяя, всё ли на своих местах. Всё было выяснено, но неловкость не прошла, а лишь усилилась. — Не надо так больше делать, ладно? Мы друзья, и не стоит этого портить.

— Дружбу сексом не испортишь, — пошутил МинХо, не считаясь с тонкостью чувств девушки. Впрочем, он не знал, что она до сих пор девственница, поэтому говорил с ней как с равной, которой не чуждо ничего из того, что ему было уже ведомо.

— Я повторяю, что храню верность ХиЧолю. И намерена это делать и впредь.

— Ну, удачи. — флэш-роял, МинХо, флэш-роял!

— Я поеду домой, только попрощаюсь с Ки, — Солли направилась к двери.

— Я провожу…

— Не стоит. — подняла она руку. — Я сяду на такси и самостоятельно. Доберусь.

— Ты злишься? — всё равно пошел за ней МинХо. — Я не хотел ничего плохого, правда. Все мы люди.

— Я не злюсь. — отрезала девушка, спускаясь по лестнице. — Я просто хочу отдохнуть. Я натанцевалась, навеселилась, подверглась соблазнам, что ещё нужно для удавшегося вечера?

— Поддаться им? — Солли обернулась и они переглянулись. Нет, азарт в его очах не погас. Жаль, и в то же время как-то приятно. Но на что ей друг, который хочет её поиметь? Надо как-то осадить его. Как? Не ХиЧолю же жаловаться. Нет, точно нет. Не хватало портить их отношения.

— До встречи, МинХо! — пересилив себя, она дошла в его компании до людного места и, улыбнувшись, чмокнула его в щеку. — В любом случае, была рада повидаться.

— Взаимно. — без энтузиазма выдал он, как банкомат, выдающий информацию о том, сколько на вашем счету денег, только прибавляющий при этом собственное мнение, что-то вроде «а не жирно ли вам будет?».

Солли взяла сумочку с дивана, где сидел Онью, попрощалась с ним и, так как не смогла найти среди голов на танцполе Ки и ДжонХена, передала им всё через лидера. Но ей совсем иначе хотелось закончить ночь.

Глава 4. «Суббота. Общага. Квартира.»

В темноте послышались отдаленные шорохи и шарканье, которые постепенно приближались и всё-таки внедрились в сознание, заставив ТэМина проснуться. Голова не пробыла во сне ещё и двух часов, поэтому пробуждалась туго, будто её вытаскивали из колодца. Размякшее тело, обрадованное отдыху, не хотело слушаться, но парень всё же заставил себя пошевелиться. Уже после того, как руки выбрались из-под одеяла и легли поверх, намереваясь дотянуться до включателя прикроватной лампы, ТэМин открыл глаза. Ничего не разглядеть, лишь шепот, добавившийся к посторонним звукам, колол нервы и терзал слух.

Молодой человек набрался сил и, приподнявшись, протянул пальцы к кнопке. Приглушенный свет ночника осветил его угол, отбрасывая матовые тихие лучи на соседнюю кровать. Там тут же произошел переполох, явивший выпрямившуюся во весь рост незнакомую девушку в юбке и одном бюстгальтере. За ней, на постели, прищурившись, лежал КиБом в расстегнутой светло-голубой рубашке, оттенявшей белизну его кожи синевой. ТэМин, удерживая волей припухшие со сна веки, дунул на челку, не отводя пальца от включателя.

— Я вас обоих сейчас на хер из общаги выкину! — выплюнул он недовольно и желчно. Ки неумолимо улыбнулся, распахивая привыкающие к свету глаза.

— Мы же тихонько, честное слово!

— Вы меня разбудили, блядь! — когда ТэМин был зол, лучше его было не трогать. Даже малейшего напоминания о воспитанности не оставалось.

— Извини, извини, извини! — друг послал умиротворяющие воздушные поцелуи с одной кровати на другую. На девушку, замершую и ждавшую развития событий, никто не смотрел, воспользовавшись чем, она опустила руки, прикрывавшие полуголую грудь. — Мы будем, как рыбки, тише воды, ниже травы!

— Чего ты сюда приперся? Иди в соседнюю комнату! — выдохнул ТэМин догадываясь, что в схватке характеров с КиБомом у них будет ничья.

— Там Джонг и МинХо.

— И?

— Вчетвером. — поиграл бровями Ки, доходчиво объясняя ситуацию невербально.

— Отличная математика! — юноша потер глаза и только теперь оглянулся на девицу. Стройная, ухоженная, с двойным веком. Модель, как минимум. Можно было не сомневаться, что это лучший кусок, который был в клубе. Со вкусами КиБома рядом с ним никогда нельзя было увидеть абы что. Магический человек: он мог уболтать кого угодно, на что угодно. Про таких говорят «пингвинам снег продаст».

— Так, мы останемся? — засиял он, хлопая ресницами.

— Ладно, — ТэМин, лежа на животе, перевернулся на бок и с вызовом посмотрел на пару. — только за проценты.

— Какие? — удивленно, но как-то не испуганно подала голос девушка. Пока она взирала на младшего, старший за её спиной понимающе подмигнул другу, незаметно показав большой палец, поднятый вверх.

— Ну, самые обыкновенные, — ТэМин откинул одеяло и сел, спустив ноги. Его фигура ещё походила на подростковую, но всё-таки уже была мужской, сложившейся, подтянутой. — или тебе принципиально, один или два?

Казалось, этот вопрос на миг поставил её в тупик. Если бы она начала смущаться или ломаться — это выглядело бы однозначно фальшиво. Вряд ли она никогда не пробовала подобного. Девушка обернулась на КиБома. Тот развел руками, показывая, что против ничего не имеет, и всё зависит от её решения.

— Я… в общем-то не против… — вкрадчиво начала она, поглядывая на товарищей и наблюдая, как на обоих лицах появляется выражение согласия и одобрения. — если вас, ребята, это не смущает, то я… почему бы нет?

ТэМин простер перед ней руку, подзывая к себе. Незнакомка осторожно двинулась, протянув свою и через секунду вложив ладонь в ладонь. КиБом поднялся и, сняв рубашку, откинул её в сторону, медленно подходя сзади.

— Только я устал… — Тэ привлек её к себе, наклонив и впившись в губы ленивым, но развязным поцелуем. Девушка обняла его за плечи, чтобы не упасть. Ки осторожно опустил её юбку вниз, приседая и целуя бедра, ниже, к задней стороне колен. — очень устал…

Юноша разомкнул поцелуй и, надавив сильнее на неё, скромно заставил встать на колени. Ему хотелось секса, которого у него не было минимум месяц, но пыла и страсти просто не могло сейчас появиться. Ему нужно было восстанавливать запас энергии, а не растрачивать её. Но свою порцию наслаждений очень желалось получить. ТэМин положил ладонь девушки на свои трусы, раздвигая ноги шире. Немного сомневаясь и мешкая, она неуверенно гладила пока ещё даже не дрогнувшую плоть через тонкую ткань. Признание об усталости было говорящим: парню нужно помочь, но так сразу… в конце концов, она же не проститутка по вызову!

— Да, давайте делать друг другу приятное. — шепнул ей в ухо КиБом и, откинув с её спины волосы, языком провел по позвоночнику, заставив девушку вздрогнуть. Только что прибывшие были в порядочном подпитии, поэтому чувственность накалилась больше обычного. Огонь сразу отдался по всему телу. Ки подхватил её под бедра и, приподняв их, поставил её на четвереньки, продолжая покрывать поцелуями нежную кожу мягких полушарий. Изогнувшись в спине, девушка ускорила темп ласк члена ТэМина. Тот закинул голову, отведя одну руку назад, чтобы упереться о постель, а другой тронул её затылок, приближая её к окончательной сдаче позиций.

За стеной послышались громкие стоны и выкрики. Сегодня мальчики дорвались до прелестей своей работы: сбор урожая гроздьями. Ки провел пальцами по бокам девушки и, скользнув вниз, дотянулся до чувствительного места, тут же введя два пальца внутрь. Она застонала и, так как перед этим как раз достала член ТэМина из нижнего белья, тот воспользовался моментом и наклонил её голову до конца. Начинающий возбуждаться орган погрузился в теплую влажную атмосферу и отвердел быстрее. Чувствуя ласки позади, девушка с большим усердием принялась за дело. Утомленная плоть оживала в её устах, что нравилось ей. ТэМин тоже застонал.

КиБом, покусывая загривок девушки и массируя её ягодицы настойчивыми движениями, был уже давно готов, поэтому стянув с неё трусики, достал из заднего кармана джинсов презерватив и, быстро натянув его, освободил свой член от одежды и упругим толчком вошел в любовницу, приведенную на одну ночь. Освободив на пару мгновений рот, она сладострастно прокричала, принимая в себя до конца прыткое орудие страсти. Затрясясь под ударами бедер о её бедра, она ускорила ритм и впереди, губами, жадно втянув в них член ТэМина. Тот пребывал в экстазе, схватив её за волосы и насаживая на себя глубже. Едва не закашлявшись, девушка хотела упереться одной рукой в ногу парня, но КиБом схватил оба её запястья и, заведя за спину, оставил беспомощной.

Управляя скоростью фактически по своему усмотрению, ТэМин быстро был доведен до оргазма. Когда финал был близок, и девушка почувствовала это, она уперлась и попыталась увернуться. Не став принуждать ни к чему незнакомку, младший в последний момент покинул её рот и кончил на свою руку, завершив дело. Откинувшись отдышаться, он не обращал внимания на то, что перед ним КиБом продолжал объезжать девицу. Их пыхтение и стоны потонули в помутненном от удовольствия разуме. Хотелось просто провалиться прямо вот так в дальнейшее небытие. Наверное, именно такой разрядки ему и не хватало. Тело ощутило себя обновленным.

Наконец, придя в себя, ТэМин приподнялся и дотянулся до салфеток на тумбочке. Вытершись, он понес использованную салфетку к урне на кухне, свободной рукой по пути натягивая трусы обратно. Из соседней комнаты по-прежнему доносилась тряска мебели, будто там прайд львов брачные игрища затеял. Одна из приведенных особ женского пола пронзительно визжала то и дело, но её рот тут же затыкался, а когда отпускался, она с блаженством, до хрипа, громко повторяла «МинХо! МинХо!». Понятно, опять из себя секс-машину строит. Ему так нравилось доводить женщин до одного умопомрачительного оргазма, так, чтобы они потом вздыхали и сокрушались, что лучше чем он любовника у них в жизни не было. А он мог потом даже не вспомнить ту, с которой переспал ещё на неделе. Слишком много лиц побывало в его койке.

Выпив холодной воды, ТэМин вернулся в свою спальню. КиБом уже утащил, как коршун в гнездо, девушку на свою кровать и под одеялом продолжался праздник похоти и секса. Но до них не было уже никакого дела тому, кто получил то, что и спрашивал в счет терпения. Накрыв голову одеялом, ТэМин плавно окунулся в сон, уже не слыша, как ещё не меньше часа, в каких-то полутора метрах от него, колыхался матрас и жаркое «да, да, да!» влетало в ухо КиБома. Ноги, сомкнувшиеся на его пояснице, разомкнулись довольными и удовлетворенными, однако им не дали времени просмаковать полученное. Едва забрезжил рассвет, всем присутствующим девушкам вызвали такси.

ДжонХен уже спал, когда КиБом вышел со своей спутницей в зал, где так же появился МинХо, выпроваживая двух красоток из клуба.

— Ты проводишь? — равнодушно спросил МинХо у друга, застёгивающего рубашку.

— Да, разумеется. — кивнул КиБом. Товарищ достал из кармана деньги на такси и сунул ему в руку.

— Спасибо! Я спать. Доброй ночи всем! Или утра. — МинХо исчез в спальне, прикрыв за собой дверь, а Ки, в окружении трех девушек, повел их на выход убедиться, что они сели и уехали, а ни как какие-нибудь фанатки затаились, чтобы требовать продолжения. Никогда, никогда у таких встреч продолжений не бывает.

— Ты вообще бываешь в том клубе? — очарованно спросила на пороге любовница Ки.

— Иногда. — соврал он, решив оставить две пуговицы не застегнутыми. Всё равно сейчас возвращаться и плюхаться спать.

— Тогда, может, увидимся ещё как-нибудь?

— Конечно, сладенькая! — Ки чмокнул её в щеку и, галантно открыв дверцы автомобиля, усадил всех троих. — Было приятно познакомиться! Вы клевые! Клевые-приклевые!

Машина тронулась и парень, тут же побредя в общагу, уже на подлете к подушке не помнил ни единого имени.

Солли разжала пальцы и посмотрела на ключ, который ХиЧоль дал ей на самый крайний случай. Если вдруг что-то случится, то она сможет попасть в его квартиру. Она приехала к нему и теперь сомневалась, стоя перед дверью. Когда она стояла внизу, то видела, что окна темные, а значит, что он либо спал, либо ещё не вернулся из клуба. В обоих случаях, имела ли она право проникнуть внутрь? Ведь ничего не случилось. Почти ничего. Кроме того, что Солли была готова изменить своему молодому человеку с МинХо. Этим неожиданно увлеченным ею, или просто поиском секса, МинХо, который свел её с ума в последние дни. Приятель, на которого она не обращала особенного внимания, стал желанным мужчиной, поцеловавшим её с такой горячностью, какой были полны поцелуи, когда они с ХиЧолем лишь начали встречаться. Сейчас между ними была такая нежность и безмятежность, что ей это нравилось до визга, однако демонстрация того, как бывает, доказала ей, что не набралась она ещё страсти за свою юность.

Если ХиЧоль спит, то она просто войдет, тихо разденется и ляжет рядышком. Обнимет его и успокоится. Вряд ли он рассердится на такой безобидный поступок. Но она не хочет просто лежать! Она хочет его, хочет секса, хочет чтобы он взял её и… и взял! Солли опять сжала ключ. Железо уже перестало быть холодным, нагревшись в её ладони. Закрыв глаза в тускло освещенном подъезде, девушка гадала, как ей решить свою проблему. На «камень, ножницы, бумага» сама с собой не скинешься. «Нужно сделать так. Если я с закрытыми глазами попаду в замочную скважину или хотя бы её окаёмку, то я вхожу» — рассудила Солли и вытянулась в струну напротив двери. Досчитав до трех, она ткнула рукой вперед, выставив ключ и, услышав лязг метала о метал, открыла глаза и увидела неровную часть ключа в паре миллиметров от нужного отверстия. Плюнув на сомнения, девушка спешно пропихнула отмычку в лаз для неё и провернула замок. Он щелкнул, впустив её в убежище ХиЧоля.

В прихожей было темно и тихо. Впрочем, как и во всей квартире. Ни звука. Солли вскрикнула, почувствовав что-то у ног и, зажегши свет, обнаружила трущегося внизу кота.

— Боже, ХиБом! Ты напугал меня! — присев, она погладила его. — Где твой хозяин, а? Нет дома ещё?

Что-то подсказывало ей, что его, действительно, нет, не стоило и комнаты проверять. Разувшись и скинув сумочку, Солли всё же прошла дальше и убедилась в своих выводах. Пусто. Ещё веселится где-то. Она бы тоже веселилась, если бы не грех, на который наводило развлечение. Опустившись на широкую, почти трехместную кровать ХиЧоля, девушка не стала и тут включать лампу. А если он придет пьяный? А если не придет до утра вообще и поедет неизвестно куда? К Джокеру или ещё куда-нибудь. В караоке клубе заночует. Лучше уж пьяный, но пусть приедет. Он и сильно выпивший был вменяем, разве что излишне нагл и хамоват, но терпим. Да, к тому же, нетрезвый он был доступнее и проще, так что задумываемое ею легче удастся.

Солли поднялась и прошла в ванную. Перед зеркалом, она тщательно на себя посмотрела. Удачный легкий макияж, волосы уложены, но не залаченны. Правда, растрепались после всех событий, но всё равно ещё более-менее держали форму. Каждая девушка мечтает быть безупречной в свой первый раз, и её нынешнее состояние было вполне подходящим. Глаза горят волевым настроем, руки не дрожат. Всё как надо. Солли потянула за молнию своё светлое платье и, скинув его, осталась в белоснежном нижнем белье с золотисто-персиковым узором.

Выйдя, она вернулась на кровать, как на пост. Раздевшись, девушка почувствовала себя глупее и безнадежнее, однако не передумала. В этот момент раздался поворот ключа. Душа упала в пятки и Солли подскочила. Громыхание, возня и вот, дверь хлопнула, в продолжение обдав могильным беззвучием.

— Кто здесь?! — раздался настороженный выкрик ХиЧоля. Ну да, она же забыла погасить свет в прихожей. Если он помнил, что не забывал его, то не слишком пьян. Однако босоножки свои она зашвырнула под тумбочку и он, видимо, не мог угадать, кто к нему вторгся. — Эй! Кто здесь?!

Когда вопрос повторился, Солли опомнилась и поспешила к выходу из спальни. О чем она думает! Каково было бы ей придти домой и чувствовать, что кто-то в нем есть? Девушка затаила дыхание и, мысленно пожелав себе удачи, вышла в прихожую. В одном нижнем белье.

— Это я. — негромко сказала она. ХиЧоль тут же уставился на неё округлившимися глазами, выронив из руки мобильный. Тот глухо упал на многочисленную обувь. Его взор быстро осмотрел Солли и вернулся к её лицу, ища ответы на то, что она будто слышала въявь. — Прости, что без предупреждения.

К счастью, они не раз ночевали вместе, переодевались друг перед другом, так что стеснения она в своем виде не ощущала. Мужчина стоял у двери, не в силах сделать ни шага вперед. Услышав запоздало извинение любимой, он пожал плечами и, присев, не отводя от неё взгляда, нащупал телефон, поднял его и переложил на тумбочку.

— Да, ничего, но… что это? Ты… почему решила сегодня у меня переночевать? — ХиЧоль скинул ботинки и, убеждаясь, что перед ним не мираж, подошел к Солли. — Что-то случилось? С девчонками поругалась?

— Нет. — она прикусила нижнюю губу, подбирая нужные слова. Но разве не всё равно, какими словами сказать то, что она желает? Он же её Хиним, он поймет! — Дело в том, что я хочу не просто переночевать у тебя.

— В смысле… что? — мужчина потряс головой, переведя глаза с невинной небольшой груди на живот, потом на шею, опять на грудь и, в итоге, глядя в убежденное и гордое лицо возлюбленной.

— И не отнекивайся. Это бесполезно сейчас. — пахло крепким виски и в самых незаметных мелочах просматривалось, что он выпивший, но всё было в разумных пределах. Даже хорошо, что он выпил, иначе бы почувствовал, что от самой Солли разит коктейлями, которые она тщательно зажевывала жвачкой, пока ехала сюда.

— Сол, но почему так вдруг? — ХиЧоль, силясь понять, приблизился и взял её за руку. Что она могла сказать? Что жажда секса доводит её до исступления? Что если он не удовлетворит её, то она найдет, кто это сделает за него? Как можно так даже думать, не то что сказать вслух?! А ведь она думала, и от этого брало отчаяние и раскаяние.

— Я хочу быть твоей. До конца. — Солли привстала на цыпочки и приникла поцелуем к драгоценным губам. Его свободную руку, болтавшуюся в воздухе, она смело положила себе на бедро, сжимая на нем пальцы мужчины. — Пожалуйста, возьми это всё, или я не знаю, что с тобой сделаю!

ХиЧоль, слизнувший поцелуй и уносящийся с головой в милые требовательные очи, обхватил личико Солли ладонями и, впившись в губы губами вновь, опустил руки, подхватив на них девушку и шагнув в сторону спальни.

Глава 5. «Не вовремя»

Осторожно положив Солли на простыню, ХиЧоль распрямился, глядя на неё в полумраке. Он одетый, она почти обнаженная. Мужчина провел ладонью по щеке, стирая неуверенность и остатки хмеля. Рука задержалась на подбородке, выражая его раздумья. Конечно, думать было нечего. Он хочет того, что просит девушка не меньше, чем она. И, пожалуй, стоит на это решиться. Но как подступиться и начать? С другими, обычными женщинами, всё так просто и само собой, а с его возлюбленной… А если ей что-то не понравится? Впервые за много-много лет ХиЧоль почувствовал неуверенность и легкий страх. Когда-то, в пору юности, ему сказали, что он плохо целуется. После этого он целовался направо и налево, делая вид, что поцелуи для него ничего не значащая мелочь. Но на самом деле он исцелял своё самолюбие. Возможно, что неразборчивые сексуальные связи выливались оттуда же. В конце концов, он убедил себя в том, что это всё не стоящая внимания ерунда и ему было плевать на то, с кем он проводил ночь. И вот опять вернулось ощущение неопытного подростка, который страшится оказаться нелепым и неумелым. Надо взять себя в руки. «Мне уже тридцать лет! Почему я веду себя, как зеленый юнец»? — отругал себя в мыслях ХиЧоль и начал расстегивать рубашку. Солли молча и терпеливо ждала, не отводя от него глаз. Пока он не взялся за пуговицы, в ней тоже чувствовалось напряжение, что он передумает и станет объяснять ей, как не хорошо они поступают. Но сейчас, когда показалась его постепенно обнажающаяся грудь, девушка слегка обмякла, провалившись в матрас сильнее. В темноте тускло сверкнула её улыбка.

— Опять я делаю по-твоему, да? — покачав головой, откинул рубашку ХиЧоль, как поверженный воин не нужное уже знамя. — Ты совсем испортила самого великого на свете эгоиста.

— Я не мешаю тебе быть им с другими, — Солли подняла руки, ловя его плечи, когда он забрался на кровать и навис над ней. — но друг с другом быть такими, как некрасиво…

— С тобой просто и нельзя продолжать им быть, — мужчина поцеловал её веки, погладив волосы за виском. — ты же знаешь, я люблю тебя.

— И я люблю тебя, моя лучшая в мире Вселенская Звезда.

— Величайшая! — уточнил ХиЧоль, тихо засмеявшись. Если добавить немного непринужденности, то на душе должно стать легче. Но пока ещё сердце щемило от мысли «а вдруг?»; вдруг не так, что-то не понравится, чем-то не угодит? Он ненавидел сомнения и неуверенность в себе, потому что когда они появлялись, то всё портили, пожирая даже имеющееся мастерство, в котором сомнений не было.

Страстно целуя Солли, он проводил своими аристократическими пальцами по её гладкой коже, белой и нежной, как лепестки туберозы. Как готовящийся сорвать цветок, он старался быть аккуратным, чтобы не повредить его. Его любимая девочка всегда должна цвести и дарить свою красоту, не будучи сломленной или испорченной. ХиЧоль опустил губы на её небольшую грудь, отведя в сторону бюстгальтер. Несмотря на то, что цвета были неразличимы в сумраке спальни, он несколько раз видел Солли без одежды, поэтому наизусть знал внешний вид её тела, цепко хватая взглядом любую возможность разглядеть её. Он знал, что её девственные соски розовые, как перламутровые жемчужины. Увлажив их языком, он втянул поочередно один, потом другой. Они стали похожи на блестящие капли росы, отражавшие глициниевые лучи рассвета.

Ощутимое нетерпение Солли давало о себе знать в её быстро усилившихся сладострастных стонах, в её крепко вонзающихся в его плечи ногтях, в требовательных ногах, обвивших его талию. Но ХиЧоль не хотел торопиться. Эта ночь важна для них обоих. В том или ином плане она первая как для неё, так и для него. Первая ночь с ней, и первая за очень долгое время, когда он хотел доставить удовольствие и волновался. Главное было скрыть волнение от Солли. Иначе задумается ещё, что за мужчину себе выбрала? Её руки протянулись к его ремню и стали расстегивать пряжку. ХиЧоль оторвался от её шеи, посмотрев на горящие возбуждением глаза девушки. У него самого уже тело сводило и ломало от тяги к тому, что он хранил от себя столько месяцев. От всех вокруг тоже. Сняв с Солли лифчик, он отложил его в сторону и, заодно, залез в ящик тумбочки за презервативом.

Азарт Солли ещё больше увеличился. От неё словно повеяло энергией жажды любви. Приподнявшись на локтях, она водила глазами по рукам ХиЧоля, облизывая губы и смотря, как он управляется с облачением в контрацептив. Как же долго она этого ждала! Не было никаких сомнений и сожалений. Твердыня должна пасть, когда перед ней предстаёт достойный завоеватель. Девушка стянула с себя трусики и ХиЧоль, посмотрев на неё, снял брюки и боксеры. Они остались совершенно голыми, они могли слиться друг с другом. Солли обхватила его ногами и потянула на себя. Руки тряслись, но не от страха. Организм пылал, а низ живота крутило.

— Потише, куда ты так спешишь? — прошептал ХиЧоль ей на ухо, поцеловав в него.

— А почему ты так медлишь? — Солли почувствовала его плоть, касающуюся её нижних губ, и впилась поцелуем в уста любимого мужчины. Когда отдаешься родному человеку, то нужно делать это без остатка, полностью, погружаясь до дна в единение с ним. Он ощутил её горячий порыв и сам, зажегшись до предела, медленно ввел край члена внутрь. Девушка не собиралась замирать и сосредоточенно ждать, когда же произойдет главное, концентрируясь, как многие девицы в первый раз, на том, чтобы поймать этот незнакомый момент боли, который никогда уже не повторится. Солли приподняла бедра, вводя в себя ещё глубже ХиЧоля. Он простонал от тугой и упругой узости, которая встретила его, не собираясь просто сдаваться.

— Сол, если будет больно… — она заткнула его рот своими губами и, крепко обняв и прижавшись к его груди, убедила в том, что тянуть, в самом деле, больше не стоит.

Ворвавшись сквозь преграду, мужчина поймал сдержанный крик из уст в уста, но ему снова не дали сделать паузы и Солли закачалась бедрами вверх вниз, не глядя на то, что попервости каждое движение доставляло дискомфорт и скорее неприятную резь, чем удовольствие. Однако это все быстро прошло и руки ХиЧоля, продолжавшие ласкать её и сжимать, утихомирили какую-либо боль, оставив лишь сладкую пульсацию, отдающуюся внутри неё.

— Я люблю тебя, Хиним! — покрывая его лицо поцелуями, едва не пустила слезу от счастья Солли, но сдержалась, наслаждаясь тем, что произошло событие, которого она так ждала и о котором мечтала.

— Ты самое замечательное, что у меня есть, — мужчина тепло пощекотал её подбородок и чмокнул в нос, замерев на миг. Бывают такие моменты, когда, чтобы не происходило вокруг: война, землетрясение, футбольный матч или, как сейчас, разгар занятия любовью, всё словно замирает, и ты чувствуешь всего одно чувство, которое переполняет, на котором сходится всё, оно застилает всё другое. И в эту секунду ХиЧоль, смотревший в лицо Солли через прозрачную завесу темноты, не мог подумать ни о чем, кроме любви, нежной и необъятной любви, которую пробудила и поддерживала в нем эта малышка. Которая и малышкой-то больше не была, а только что, с ним, под ним, от него стала женщиной. Его родной и любимой.

— Ну, что ты остановился? — мягко, но настырно пихнула его в бок Солли. Улыбнувшись, мужчина опять плавно вошел в ритм, раскачиваясь бедрами. Проведя ладонью по податливому и стройному бедру девушки, он, взяв её за лодыжку, закинул ногу себе на плечо, глубже войдя в её влагалище. Солли громко ахнула, отведя руки назад и вцепившись ими в подушку. Прикусив губу, она закрыла глаза, погружаясь в безумное удовольствие. Когда она возбуждалась и начинала хотеть секса, до сегодняшней ночи, конечно, она интуитивно находила в себе те точки, которые острее всего приносили страдания от неудовлетворения. Но теперь, когда ХиЧоль внутри неё и касается всех тех замурованных и недоступных ранее мест, теперь она убедилась, что не ошибалась в том, чего хотела. Это было восхитительно. Это было необходимо ей. Именно так должна продолжаться любовь, переходя в более серьёзную стадию. Разве не ощутив внутри себя мужчины можно понять, насколько он создан для тебя? Солли выгнула спину, тронутая ХиЧолем за напряженные бока. Убыстрившись и наклоняясь ниже к девушке, он поцеловал её в висок и, застыв, тихо выдохнул, излившись в презерватив, что она почувствовала сквозь тонкий слой латекса появившимся теплом. Вот и свершился первый в её жизни половой акт. Конечно, нельзя было ожидать моментального оргазма, но ведь это было только начало. И ей всё равно было хорошо и приятно.

ХиЧоль, прошептав ей очередные слова любви, поднялся и ненадолго ушел в ванную комнату. Воспользовавшись тем, что осталась одна, Солли зажгла лампу и посмотрела на себя так, будто должна была превратиться в новое существо. Однако кроме тонких линий крови на внутренней стороне бедер ничего не изменилось. Но даже на них девушка посмотрела с извращенным счастливым выражением лица. Только в XXI веке женщины могли искренне радоваться подобному.

Обмотавшись простыней, она подошла к двери ванной и постояла, подождав, когда выйдет ХиЧоль, уже накинувший на себя халат. Мужчина, притормозив на пороге, обнял её, поцеловав в макушку, и с невыразимой радостью посмотрел в её довольные глаза.

— Пойду, перестелю постель. — чмокнув её под мочкой уха, ХиЧоль нехотя расцепил руки и она скользнула туда, где только что был он.

Смыв все следы «преступления», Солли бросила простыню в стирку и, прикрывшись широким полотенцем, поспешила вернуться в комнату, которая подарила ей знание физической любви. ХиЧоль расправлял свежепостеленное покрывало. Подойдя к нему со спины, девушка обняла его, скрепив руки на его животе.

— Спасибо тебе, оппа! — негромко, но открытым звуком поблагодарила Солли.

— Это мне ещё спасибо? — развернувшись, он удивленно взял в ладони её лицо. Подумав мгновение, он включил обычное для себя игривое бахвальство. — Ах, ну да, в принципе. Обращайся!

— Несомненно, — девушка положила ладони на его грудь между отворотами халата и развела его в стороны, намекая на то, что неплохо было бы его опять снять. — что на счет прямо сейчас?

ХиЧоль, сексуально прищурившись, потянулся к выключателю, чтобы продолжить исполнение желаний Солли, так импонирующих ему самому.

Уютное мурчание и шерстяное касание по коже пробудили Солли.

— ХиБом! Уйди… — приоткрыв один глаз, она посмотрела за направлением кота, крадущегося к лицу хозяина.

— Ревнует… — пробормотал ХиЧоль над её ухом. Обернувшись, девушка увидела, что он тоже уже проснулся.

— Неправда, мы в дружеских отношениях. — они легко поцеловались. — Это единственное создание, с которым я согласна тебя делить.

— Это потому что кошки ловят птиц, которых ты не любишь? — Солли покачала головой. — Кстати, почему ты не любишь птиц? Всегда было интересно. Тебе перья не нравятся?

— Нет! — она засмеялась. — Совсем не поэтому. Мне не нравится их поведение.

— Поведение птиц? — ХиЧоль округлил свои не по-восточному большие глаза. — Что с ним не так?

— Они… они непостоянные. — девушка, разрумянившись, как будто считала, что скажет не совсем нормальную вещь, постепенно продолжала. — несмотря на то, что у них есть родина и дом, большинство из них улетает на зимовку в другие края. Как только им становится холодно и неуютно — они бегут. Хотя, судя по тому, что не все птицы так делают, то это вовсе не вопрос пищи. Зачем-то они всё равно летят в чужие края. А если им кажется, что там, где они зимуют, лучше, почему бы не остаться там насовсем? Нет, они наслаждаются там несколько месяцев, и летят домой, когда погода наладилась. Да ещё с посадками при перелетах. Насмотрятся везде всего, и возвращаются. Я вижу в этом какое-то предательство. Потому что это совсем иное, нежели отпуск у людей. Их отлет длится не месяц и не два, а значительно дольше. Как будто у них две жизни. Двойная игра.

— Ты проецируешь их поступки на людей, я прав? — ХиЧоль теснее прижал её к себе.

— Они подают плохой пример — это точно.

— Глупенькая моя, — губы мужчины прошлись от виска до виска, по лбу и векам. — но ведь все птицы разные. Как и люди. Зачем обобщать?

— Не знаю, я с детства любила смотреть на осеннее и весеннее небо. И по нему всегда летели стаями или клином птицы, покидая на зиму родную землю. Мне было так грустно от этого, хотелось остановить их, но это невозможно. Мне казалось, что не одна я хочу, чтобы они остались, а они всё равно улетали. Я не сразу осознала, что они возвращаются, те же самые птицы. Но со временем я признала в них предателей.

— Знаешь, что самое главное?

— Что? — вопросительно воззрилась на него Солли.

— Что они путешествуют всей семьёй или парами, — мужчина накрыл поцелуем изгиб между плечом и шеей, отчего девушка поежилась. — а, значит, они не предают друг друга.

Они замолчали, глядя друг другу в глаза. Юношеский пыл вновь начал разгораться в Солли. ХиЧоль же просто наслаждался этим моментом близости, когда мог выражать свои чувства, направлять, как старший, объяснять и присматривать за ней. Быть рядом — всё, что было ему нужно, в первую очередь.

— Ты решил научить меня любить пернатых? — улыбнулась, наконец, Солли.

— А что, по-моему, я тебя неплохо учу тому, этому…

— Прекрасно учишь! — девушка повела руками по его телу, прижимаясь под одеялом.

— Ну, а сейчас я должен сварить нам кофе и принести в постель. — она изумленно открыла рот.

— Как?! Это же всегда я делаю! Неужели… ты шутишь?

— Ничуть. Сегодня просто… такой день. — ХиЧоль отстранился и, дотянувшись до халата, надел его. — Но не думай, что я тебя баловать буду. Это исключительное событие. К тому же, готовить я всё равно не умею, и завтрак либо с тебя, либо куда-нибудь пойдем попозже.

— Ладно, — Солли приподняла подушку и села в ожидании. Готовить своему Хиниму она бы всё равно не доверила. Он как-то попытался порадовать её ужином. То, что не было откровенно несъедобно, отказался доедать даже ХиБом. Пришлось заказывать доставку. — только не пересласти!

Фраза едва успела уместиться до того, как он включил кофемолку, заполнив шумом квартиру. Когда жужжание прекратилось, Солли услышала рингтон своего мобильного. Машинально выпрыгнув из постели, девушка схватила рубашку молодого человека и, накинув на себя, побежала в прихожую, где в сумочке дребезжал её телефон.

— Эй, как ты смела покинуть кровать? — увидев её из кухни, пробегающую по коридору, недовольно крикнул ХиЧоль.

— Мне звонят! — бросила она и полезла за трубкой.

Мужчина, поджав губы, скрестил руки на груди и вырос в дверном проеме, не собираясь сдвигаться.

— Алло? — извиняясь смотря на него, подняла Солли.

— Привет, это МинХо. — понимая, что на неё смотрит возлюбленный, девушка попыталась избежать эмоций на лице.

— Привет.

— Я хотел попросить прощения за вчерашнее, — начал парень, явно в более серьёзном настроении, чем был вчера. А она уже и думать забыла о том, что сподвигло её примчаться сюда накануне! — я, кажется, выпил лишнего. Ты не обижаешься?

— Нет, всё в порядке. Я всё понимаю. — «Оппа, ну уйди обратно на кухню и погреми чем-нибудь ещё!» — но тот стоял невозмутимо. — С кем не бывает?

— Я рад, что ты не держишь зла. Я могу как-нибудь сгладить дурное о себе впечатление?

— Забудь, я уже забыла.

— Давай выберемся посидеть где-нибудь? Позволь угостить тебя хотя бы чаем? — в голосе МинХо не было ничего из тех соблазнительных интонаций, которыми он ласкал слух вчера.

— Не знаю, будет ли время…

— Ты сердишься всё-таки, да? Иначе не стала бы увиливать. — он, в общем-то, прав, и она увиливала специально. Но не потому что сердилась, а потому что на неё смотрел ХиЧоль и потому что МинХо был искушением, которого ей не хватало ещё! Как же сделать так, чтобы и он всё понял верно, и мужчина напротив не заподозрил ничего неладного. Впрочем, они же доверяли друг другу, он должен всё адекватно воспринять.

— Нет, правда, всё хорошо. Давай созвонимся в другой раз? Я немного занята.

— А, вот оно что, ладно. Я позвоню позже, пока! — МинХо, дождавшись, когда она скажет «пока», положил трубку.

— Это ж с кем мы не могли поговорить и при мне, не ссылаясь на занятость? — подошел ХиЧоль, слегка нагнувшись к ней. — Я слышал мужской голос.

— Да это МинХо… — отмахнулась Солли, затеребив складки рукавов его халата.

— МинХо? А ему-то ещё что нужно? Ты вроде с Ки и Тэ дружишь.

— Ну, мы вчера все вместе были в клубе… — девушка увидела, как лицо мужчины стало принимать то выражение, когда он тщетно пытался активизировать равнодушие, но с ней этот номер уже не проходил, и она знала, что внутри него всё загорается пламенем. Если не столкнуть его с этого пути, то он может вспылить и поссориться.

— Ты ничего не сказала о том, что была вчера в клубе. — ХиЧоль выпрямил спину, напрягшись ещё больше.

— Как-то не до этого было. — попытавшись принять соблазнительный вид, Солли, не останавливаясь, гладила его руки через халат. По её рукам побежали мурашки от скрытого гнева мужчины.

— И давно поход был запланирован? Время сообщить об этом могло бы найтись.

— Нет, в том-то и дело, — ложь полилась незвано и вопреки её желанию. — всё спонтанно вышло. Они позвали, я согласилась… а ты, я же помнила, должен был быть в клубе… я не стала звонить ради этого и отвлекать.

— Я бы не сильно отвлекся и расстроился. — ХиЧоль, сделав глубокий вдох-выдох, положил ладони на её плечи. — В следующий раз звони мне в любом случае. И, знаешь ли, Ки и Тэ — это одно, а вся банда SHINee мне доверия не внушает. Нечего тебе делать среди кучи парней.

— Да ладно тебе…

— Я не хочу, чтобы ты проводила время с ними всеми. — не уклоняясь от темы, надавил ХиЧоль.

— Мы же просто друзья…

— Я сказал, что не хочу. — Солли, попытавшаяся проигнорировать его деспотический тон, уже было открыла рот, но он взял её за руку и потянул на себя, изобразив улыбку. — Я не собираюсь портить это утро спорами. Идем пить кофе, как придется, раз уж мне не дали завести добрую традицию.

Обнявшись, они вошли в кухню.

Глава 6. «Пытаясь сдерживаться»

На этот раз разлука на несколько дней стала для Солли ещё большим испытанием. Неуместные мечты то и дело посещали её голову, и она жила с вечера воскресенья, когда она уехала от ХиЧоля, ожиданием его следующего выходного, чтобы они вновь смогли оказаться вместе и повторить пройденное. Или узнать новое. Девушка то летала на крыльях, то падала вниз от тяжести, потому что толком-то ничего в жизни не изменилось. Она добилась желаемого, но возлюбленный по-прежнему был редко доступен и свидания могли участиться лишь с его официальным возвращением из армии. Зато его звонки увеличились в количестве и длительности и, хоть ей льстила такая забота и его повышенное внимание, облегчения они не приносили.

К счастью, никто её больше не беспокоил, поэтому в голове вертелись приятные планы на завтрашний день, когда в пятницу Солли столкнулась в лабиринтах агентства с КиБомом и ТэМином. Завершив свои дела, она собиралась идти в общежитие, хотя время ещё было не позднее. Ки окликнул её, снова заплутавшую в воображении и девушка, подождав, когда они её догонят, пошла между ними.

— Что-то вы сегодня рано закончили.

— Мы не все закончили, — Тэ кивнул на друга. — кому-то ещё пахать и пахать.

Солли вопросительно воззрилась на Ки. Тот, улыбаясь, повел плечами.

— Ну да, мне ещё на репетицию.

— А я так надеялась посидеть с вами и пообщаться, — девушка разочаровано остановилась, с приятным удовлетворением отметив, что ТэМин выглядит лучше и свежее, чем в последний раз. Жаль, что товарищи не могут составить ей компанию, это отвлекло бы от беспрерывного верчения телефона в руке и тщательного продумывания грядущей ночи в объятьях ХиЧоля. — а что за репетиция?

— У меня мюзикл в октябре будет, — Ки посмотрел на часы, удостоверяясь, что пока не опаздывает. — надо уже отрабатывать роль.

— Поздно вернешься? — друга интересовала вероятность того, разбудят ли его опять среди ночи внезапным появлением или все лягут спать одновременно.

— Поздно, наверное, — Ки заговорщически расплылся, таинственно приподняв брови. — я же не напрямую, а через лес, полный чудес.

— Что ещё за лес? — с интересом полюбопытствовала Солли.

— Это где ебинику собирают. — уточнил ТэМин и получил скромный подзатыльник от второго парня.

— Ну, не при даме же, хамло ты дерзкое, — мило улыбнувшись подруге, Ки извинился.

— Ничего страшного. — девушка хихикнула, глядя на смеющегося Тэ.

— Что, опять туда же, или в новые места?

— Туда же, — молодой человек восторженно поднял глаза к потолку, явно что-то вспоминая. — как я могу не вернуться, когда она в прошлый раз на три пальца присела?

— На какие ещё три пальца? — непонимающе опустила брови Солли и Ки, опомнившись теперь сам, что не в том обществе, поспешил схватить ТэМина и закрыть ему рот ладонью.

— Никакие. Это так, слэнг. — заткнутый товарищ что-то промычал в руку, мешающую ему говорить. — Молчи.

— Ну, правда, мне интересно! — девушке опять поперек горла встала эта щепетильность. Ей захотелось гордо топнуть и крикнуть «Я уже не маленькая!», или уж напрямую «Я больше не девственница!», но она сдержалась.

— Это слишком личное, забудь. — ТэМин вывернулся из-под руки КиБома и, отойдя от него на шаг, провел пальцами по губам, зло на того покосившись.

— Да не собирался я ничего говорить! Совсем я что ли? — они переглянулись.

— Ладно, мне пора, действительно. — расцеловав подругу в обе щеки, он отвел два пальца, выставленных рожками, от глаз в сторону ТэМина. — Не распускайся тут! Следи за нашей девочкой и за собой.

— Как скажешь, — когда товарищ утопал в сторону выхода, двое скучающе выдохнули. — пойдем в кафетерий на втором этаже?

— Пошли, — согласилась Солли, шагнув за другом. — я с удовольствием бы выпила чаю.

— Вот и отлично, как раз меня там МинХо должен ждать. — девушка в секунду замерла на месте, остановив движение. ТэМин, прошедший ещё немного, заметил, что её нет рядом и, встав, обернулся. — Ты чего там?

Совершенно забывшая о такой персоне, как МинХо, Солли вспомнила, что он хотел перед ней извиниться совместными посиделками где-нибудь. Разве это не идеальный случай? Да, он так и не перезвонил и не назначил встречу, но тем лучше. Судьба свела их сама, чтобы они, втроем, а не вдвоем, как планировалось, посидели по-дружески и разошлись, забыв все оплошности и ненужные поступки. Но ведь это всё тот же самый МинХо, который будоражит кровь Солли! Думающая ежеминутно о пошлостях и возможном сексе, она боялась, что оказавшись рядом с парнем, начнет автоматически фантазировать и о нем. Да её просто окатит тестостероном, если она сядет ближе, чем на три метра около него. Стоит ли рисковать?

— Слушай, я кое-что забыла, — девушка схватила ремешок сумочки, болтавшийся через плечо, но шаг обратно сделать пока не решилась. Совершать побег или нет? — надо бы к себе идти…

— Ой, да брось ты! — ТэМин вернулся на пройденное без неё расстояние и взял подругу за руку. — Пошли! Ничего не пропадет без тебя в течение какого-нибудь получаса.

Безвольно посеменив за ним, Солли соображала, как быть и как поступить при столкновении с МинХо. Очень хотелось надеяться, что он поведет себя сдержанно и как ни в чем не бывало. Спустившись на пару этажей, ТэМин и Солли вошли в стеклянные двери внутреннего кафе агентства, где могли передохнуть артисты, трейни, менеджеры или гости, приходящие в основном по делам. У большого окна, через которое проникало много света, за маленьким столиком сидел МинХо, попивая минеральную воду без газов и глядя вдаль, куда-то, куда открывало вид окно. Замедляясь по мере приближения, Солли не хотела, чтобы молодой человек повернулся и заметил её издалека. Казалось, что под его взором у неё ноги свяжет невидимым тросом. Его, будто выточенный из скалы, мужественный профиль, щекотал нервы, а его буйные черные локоны тянули к себе, как пропитанные ядом страсти. Девушка тряхнула головой. Он повернулся, увидев ТэМина и, переведя взгляд, остановил его на ней. Крепясь и уговаривая себя не накручивать бурю на ровном месте, Солли улыбнулась и кое-как дошла до нужного столика.

— Привет. — поспешила заговорить она, проверяя присутствие голоса и демонстрируя, что чувствует себя комфортно.

— Привет! — он приподнялся и выдвинул перед ней стул. Какое джентльменство! Благодарно кивнув, девушка присела, плавно теряя под собой почву. Да что такое творится? Если бы она не любила ХиЧоля, то подумала бы, что влюбляется в МинХо. Какая глупость! Разве можно любить двоих одновременно? Или можно? Солли застыла с яркой улыбкой на губах, от которой сводило челюсть. — Извини, что не перезвонил, мы так забегались на этой неделе! Я собирался как раз набрать тебя сегодня или завтра.

— Ничего страшного! — девушка перевела взор на ТэМина, как будто бы заинтересовавшись тем, как он садится.

— Раз уж мы увиделись, то давай теперь и договоримся? — деловым тоном продолжал МинХо.

— Зачем договариваться? — как можно мягче попыталась отделаться от будущей встречи Солли. — Можешь угостить меня чаем прямо сейчас и забудем.

— Ну, так неинтересно, — парень заставил её посмотреть на себя, потому что не чувствовать его взгляд было нельзя. И не сказать, что он жег, но очень тяжело лежал на ней. — разве это будет достойным жестом?

— А ты что, провинился чем? — встрял ТэМин.

— Да ничем он не провинился! — поспешила глупо захохотать Солли. — Придумал себе ненужного!

— Тэ, сходи, купи нам всем чаю, будь так добр, — МинХо достал бумажник и, вытянув купюры, сунул их младшему товарищу. — правда, там очередь небольшая…

Все трое посмотрели по направлению к кассе. От неё протянулось человек десять. Рабочий день шел к концу и те, кому далеко было добираться до дома, спешили перекусить перед дорогой или просто посидеть здесь с коллегами, прежде чем попрощаться до завтра или понедельника. Хотя многие в агентстве работали и в воскресенье, поэтому кафетерий порой превращался в одну из комнат встреч, отдыха, свиданий и деловых переговоров. Солли напрасно понадеялась, что ТэМин откажется пойти и не оставит их тет-а-тет. Зная его слегка, а иногда и не слегка, надменный характер, можно было ждать, что он в ответ пошлет МинХо куда-нибудь подальше, чем к кассе, но Тэ явно был в приподнятом состоянии духа, поэтому безэмоционально взял деньги и двинулся за чаем. Бывало и такое.

Солли освободила руки, положив мобильный перед собой на столешницу. Смотря на него, она читала мантры, чтобы позвонил ХиЧоль и спас её развратные мыслишки от неподобающих занятий. О чем говорить с МинХо, чтобы забыть всё, чем он распалял её либидо, девушка понятия не имела.

— А у вас всё без особых нагрузок? — парень имел в виду, конечно, коллектив, в котором она работала.

— Да, как-то пока всё ровно. — экран не загорался. Не приходило даже смс-ок от кого-нибудь ненужного и давно забытого. ДжиЁн могла бы звякнуть! «Тоже мне, подруга, а не знает, когда нужно выручать!» — негодовала в душе Солли.

— М-да, а у нас как всегда, что не день, то новости. Ки уже нашли применение в образовавшиеся перерывы, скоро и нами где-нибудь что-нибудь заткнут. — вслух рассуждал МинХо на далекие от сексуальных темы, но даже его голос ложился на уши как вязкое опьяняющее зелье. КиБом! Вот, надо поговорить о друзьях, тогда возбуждение исчезнет. МинХо отхлебнул из бутылки минералку. Солли вспомнила о том, чем заинтриговали её секретные шифры друзей.

— А что такое «присесть на три пальца»?

Вода фонтаном брызг вылетела изо рта молодого человека, оросив стол и достав даже до девушки, которая успела вовремя отвести левое плечо назад, развернув корпус и тем спасши себя от неминуемого внезапного душа. МинХо закашлялся и выставил ладонь вперед, показывая, что сейчас он придет в себя, в течение секунд десяти-пятнадцати успокоился.

— Прости, я что-то ужасное спросила, да? — догадалась Солли, учитывая тщательную конспирацию двух других приятелей.

— Нет-нет… просто, — МинХо, сдерживая смущенный хохот, развел руками. — это очень пошлая аллегория. Я не ожидал услышать её от тебя.

— Я так и думала, — девушка откинулась на спинку и посмотрела на ТэМина, который был на полпути к заказу. — эти засранцы разговаривают при мне, как при ребенке, я их иногда через слово не понимаю, когда они увлекаются.

— Что поделать, я тоже иногда грешу такими разговорами.

— Так, ты не объяснишь мне, что это значит? — уточнила Солли. Собеседник метко выстрелил в неё глазами.

— Мне не жалко, но не покоробит ли тебя… — молодой человек повел бровью. — это очень интимно.

— Ой, вряд ли что-то вгонит меня в краску на словах… — «…после того, что я видела с твоим участием на деле» в мыслях продолжила девушка.

— Как знаешь, но лучше это объяснить в подробностях, чтобы не было дальнейших вопросов и недоразумений, — МинХо, впившись в неё взглядом, облизнул губы. Создалось впечатление, что он обрадовался тому, какую тонкую материю затронула Солли. Она внимательно наблюдала за ним. Парень поднял указательный палец вверх, выставив его перед собой. — когда готовишь девушку к нестандартному проникновению… ты понимаешь о чем я?

— Не совсем. — хлопнула дважды глазами Солли, предчувствуя откровение не слабее мистического, религиозного.

— Ты знаешь, что такое анальный секс? — напрямую спросил МинХо. Вспыхнув, как свечка, девушка вцепилась пальцами в свои колени, и ломано, как голубь, вертящий любопытной головой, кивнув. Появились подозрения, к чему это всё. — Так вот, когда готовишь девушку к этому…

Она смотрела на его длинный палец и нагревалась быстрее, чем лампочка. Стали возвращаться точно те ощущения, которые накрыли её с головой в тот раз, когда она застала его с женщиной.

— Нужно использовать сначала один палец, затем добавить второй, — МинХо разогнул средний палец, плавно сведя их вместе. — а потом, когда добавляешь третий…

Он разогнул безымянный и перед глазами Солли образовался стройный ряд мужских пальцев, от вида которых её начало подергивать. Ноги, словно онемевшие, покалывало.

— Когда добавляешь третий, чаще всего девушка становится уже готова и после этого всё переходит, собственно, к самому анальному сексу, — перед глазами поплыли светящиеся круги. На улице светлый вечер, вокруг шум голосов, оживленное и людное место, почему же ощущение, словно они изолированы от остального мира стеклянным колпаком, в полутемной спальне, и его рука, опершаяся локтем на стол, не перед её лицом, а где-то значительно ниже, трогает то, что трогать никому, кроме ХиЧоля, не положено! — я доступно объяснил?

Солли сделала неопределенное движение головой, собираясь с мыслями и отвлекаясь от его трех настырных пальцев. Звук доходил до неё замедленно, слова МинХо летели к её ушам через какое-то другое измерение.

— В общем, «присела на три пальца» — это значит, что дала в задницу. — подытожил парень, опустив, наконец, руку.

Хотелось поблагодарить за разъяснение, но язык не слушался. Девушка, пожалев, что спросила, провела ладонями по своим джинсам. «Они увлажнились, — заметила Солли, заговорив сама с собой. — ладони, конечно же, а не джинсы… черт!». Не в силах больше сидеть под выжидающим неизвестно чего взглядом МинХо, она поднялась и, бросив тихое «извини, мне надо…», быстро вышла из кафетерия и, вцепившись в сумочку, помчалась, что было сил, в общежитие, прочь отсюда, прочь от этого злосчастного мужчины, терзающего её тело! Именно тело. Оно и без того жаждало ласк, тепла и поцелуев, которые скудно отвешивались ей обстоятельствами. А тут это горе на её голову! Ведь МинХо тут, в пяти минутах ходьбы, каждую ночь, в соседнем общежитии, с этими его изумительными бедрами, и этими сумасшедшими пальцами!

Проклиная себя и гормоны — это всё они, наука подтвердит — Солли неслась всё дальше и дальше, перебегая, торопясь, перепрыгивая ступеньки и выдохнув только перед порогом родного жилища. Открыв дверь и войдя, девушка разулась и, не достигнув своей кровати, упала на диван в зале. Хлопнув ладонью по лбу, она свезла её на глаза и закрыла их, хоть это было и опасно. Но нужно представлять ХиЧоля, думать о нем, ведь это так просто, так приятно! Нужно просто ему позвонить, поговорить с ним, услышать нежное любимое дыханье… Солли ахнула, открыв глаза и подскочив. Телефон! Она забыла его на столике! Рядом с МинХо! О, Боже, как же её так угораздило?

— Вик! — прокричав на все помещение, девушка побежала к старшей подруге. — Вик, дай мне позвонить, быстрее!

— Что стряслось? — та выглянула из комнаты.

— У тебя есть номер МинХо? Чхве МинХо. — с бешеными глазами, Солли разве что не прыгала перед ней. Самое страшное, что она могла представить, это что ХиЧоль позвонит ей перед сном, а ему никто не поднимет. Это же будет катастрофа! Он очень сильно обижается на такие вещи. Но могло быть и ещё хуже: он позвонит, а ему поднимет мужской голос. И вот это будет самая что ни на есть жопа. Другого слова она не в силах была подобрать.

— Вроде должен быть, подожди минуту… — Виктория развернулась к тумбочке, когда её сотовый зазвонил. Посмотрев на него и тут же на Солли, она прошептала. — твой ХиЧоль звонит, с чего бы?

— Вот черт! — выхватив телефон из рук Вики, девушка приняла вызов. — Алло?

— Ага, ты всё-таки дома? — тон его был холодным и не предвещающим ничего хорошего. — И, наверное, догадываешься, почему я сюда звоню?

— Хиним, я знаю, знаю! Я такая глупая, я забыла свой телефон, прости!

— Где ты его забыла, что он оказался у МинХо, а?! — несмотря на то, что он повысил голос лишь на последней гласной, на неё через динамики обрушились поток гнева и луч ярости. «Вот негодяй, он всё-таки поднял!» — разозлилась и Солли, сжав свободный кулак.

— Я сидела с ребятами в нашем кафетерии, в SMе, ну ты знаешь, потом ушла и только сейчас поняла, что оставила телефон там!

— И они все там были? И Ки? — уточнил ХиЧоль.

— И Ки…

— Зачем ты мне врешь, ЧжинРи?! — гаркнул мужчина. — Я позвонил ему, он сказал, что видел тебя ранее, оставил с ТэМином, а сейчас на репетиции! Как рядом с тобой МинХо оказался?

— Ты что, проверяешь меня? — выдохнула Солли. Он перезвонил КиБому, чтобы убедиться, что она не один на один с МинХо? Он до такой степени ревнует её? — Ты не доверяешь мне, Хиним?!

— Я просил тебя не тереться с этой парочкой Минов! Я всё понимаю, КиБом твой прекрасный друг, но два этих сорванца… Сол, ты издеваешься надо мной?

— Это ты надо мной издеваешься! — девушка прислонилась к стенке, забыв о том, что её разговор кто-то слушает. Она дрожала от выяснения отношений и эта назревшая ссора ей совсем не нравилась. — Ты что, подозреваешь меня в чем-то?! Ты думаешь, что я могу позволить себе что-то с нашими ребятами?

— Нет. — немного подумав, спокойнее выдал ХиЧоль. После короткой передышки, он произнес. — Сол, пожалуйста, не проводи время с другими мужчинами, мне… я не могу ничего с собой поделать, у меня кости от ревности хрустеть начинают! Не оставайся ни с кем из них, кроме меня, ладно? Я не выношу, когда надо делиться. То, что моё — только моё.

— Оппа… — подобрев, прошептала Солли. — я только твоя, ты же знаешь. Не сердись, пожалуйста! Я же люблю тебя.

— Не успокаивай меня! — требовательно взбрыкнул мужчина. — Обещай, что не сделаешь так больше! Я… просто обещай, хорошо?

«Я боюсь, что слишком люблю тебя, но стал чрезмерно взрослым и скучным для такой молодой непоседы, как ты. Если тебе понравятся молодые парни, я умру от невозможности вернуть время вспять, вернуть свою молодость, когда мог дать всем фору» — про себя договорил ХиЧоль. Да, он был неподражаемой звездой, кумиром тысяч или миллионов, но и у него были свои страхи. Он был уставшим и потрепанным жизнью, если говорить начистоту, и любовь к Солли оставляла в нем те светлые искры, которые поддерживают огонь юности. Но ведь это вполне возможно, что ей станет приятнее в обществе своих ровесников и парней помоложе. Что он тогда сможет сделать, как ни пытаться соответствовать и продолжать ревновать, стиснув зубы?

Глава 7. «Неудовлетворение»

Пообещав, что не пойдет забирать свой мобильный и подождет, когда ХиЧоль сам изымет его у МинХо, Солли пожелала ему сладких снов, после того, как они перешли на ласковый тон и поговорили дружелюбно и нежно. Разве могло не нравиться нормальной девушке, что её так стерегут? Лишь бы палку не перегибали. А в данном случае всё понять можно, ведь ХиЧоль был много лет её другом, и теперь предвзято относился к подобным же отношениям Солли с другими представителями мужского пола.

Полежав на диване в ожидании своей очереди в душе, девушка едва не задремала, когда её толкнула вышедшая оттуда Эмбер. Несмотря на то, что хотелось задержаться там подольше, наслаждаясь теплыми струями воды, честь надо было знать и освобождать помещение следующим желающим. Когда Солли вышла в комнату, там её снова встретила Виктория, будто ждавшая её зачем-то.

— Слушай, к тебе там МинХо пришел. — объяснила она свой взгляд, в котором, помимо прочего, проскользнул ещё и легкий сарказм. То номер телефона его спрашивает, то он сам к ней пришел. А ведь сама с ХиЧолем встречается!

— Он принес мой телефон. — объяснила, хотя у неё ничего не спрашивали, Солли. Вики, выразив на лице нежелание вмешиваться, удалилась в свою спальню, указав на кухню, в которую они запустили гостя из соседнего общежития.

Набрав полную грудь воздуха, и натянув на себя широкие штаны и футболку, Солли, перебарывая дрожь и подавшие признаки жизни улегшиеся было страсти, крадучись подобралась к кухне, остановившись перед поворотом. Там горел свет, и чувствовалось чьё-то присутствие. На дворе уже почти ночь, зачем он пришел непременно сегодня? Сейчас он у неё получит! В том числе за то, что поднял трубку ХиЧолю! Выпрямив спину, она шагнула вперед и увидела МинХо, опершегося одним локтем на стол и ковыряющегося в своем мобильном. Её телефон лежал рядом. Солли кашлянула, привлекая внимание. Молодой человек среагировал и отвлекся от своего скучного занятия.

— А, привет ещё раз! — поднявшись, он взял вторую трубку в руку и протянул её девушке. — Ты забыла его там…

— Я в курсе. — не подходя ближе, Солли выхватила телефон на расстоянии резким движением и прижала его к себе. Наведя на себя гневный вид, но стараясь говорить не громко, она спросила. — Зачем ты поднял Хиниму?!

— Ну… я подумал, что он может начать волноваться, если ему долго не будут брать трубку. Я не сразу взял, а с его третьего звонка, между прочим. А всем известно, как ХиЧоль ненавидит такие ситуации.

— Ещё скажи, что из лучших побуждений это сделал? — Солли прищурилась, всё равно подозревая, что МинХо поднял зная, как это может плохо отразиться на восприятии её жениха.

— Каких ещё побуждений? — усмехнувшись, парень развел руками. — Я решил, что он будет волноваться о тебе, и поднял. У меня не было никаких побуждений. Просто рефлекс. Рядом лежал телефон, который трезвонил. Я пытался игнорировать его, но не выдержал и ответил, объяснив, что хозяйка айфона ушла, забыв его.

Пытаясь проникнуть в мысли МинХо, Солли тщательно смотрела в его глаза, которые прямо отвечали на её взгляд, не думая отворачиваться. Нет, она не настолько наивна, чтобы верить в отсутствие у людей задних мыслей, особенно тех, которые пытались её развести на секс, ссылаясь на то, что дружбу сексом не испортишь и тайная измена — не измена вовсе.

— Сол, почему ты вообще убежала, как ошпаренная? — молодой человек тоже был не дурак и они, каждый держа в мыслях своё, почти прониклись чувствами друг друга. Впрочем, МинХо угадывал девушку лучше, чем она его. — Тебя всё-таки смутили мои слова, да? Хотя я предупреждал.

Не выдержав, она отвела взор в угол, к холодильнику. Будто тот мог остудить её. Хотя конденсат на коже после ванной комнаты испарялся, естественно её охлаждая. МинХо заметил влажность и капли на кончиках волос. Чуть наклонив голову, он поглазел на Солли и улыбнулся.

— Или ты всё продолжаешь смущаться конкретно меня?

— По-моему, мы всё выяснили по этому поводу. — отмахнулась она.

— В таком случае, забыли бы уже давно, и ты перестала бы смотреть на меня с предубеждением!

— А ты бы тогда не пытался меня разводить на интим! — всплеснула руками Солли, уставившись на него опять.

— Я же извинился за тот раз! — МинХо передернул плечами, сунув руки в карманы. — Я был хорошо выпивши. Больше я к тебе поползновений не делал, или ты считаешь иначе?

Делал или не делал? А как же понять его рассказ на пальцах в кафетерии? И этот пылкий взгляд, и его заманчивый голос… неужели она себе сама всё додумала? Солли вспоминала каждый его жест, но даже сейчас, когда он стоит рядом и ничего не делает, почему ей кажется, что он хочет её и с радостью бы утащил её в постель? Или это она свои мысли ему приписывает? Жуть какая!

— Сол, я же ничего не делаю. — приподняв брови, заверил МинХо. Его большие глаза налились почти откровенной ложью, но ЧжинРи не могла поймать его с поличным. Он ведь, действительно, со времени своей пьяной выходки в клубе, ничегошеньки плохого не сделал. И разве был он виноват, что она ворвалась туда, где он жарил какую-то даму, и с тех пор её буквально переклинило. Настолько, что она дожала ХиЧоля, лишив себя девственности. Нет-нет, она не должна воспринимать МинХо как причину этого, иначе он навсегда внедрится третьим участником их занятий любовью. Третьим? Перед глазами едва не встала картина, как он забирается в их с ХиЧолем кровать. Солли тряхнула головой, после чего согласно кивнула.

— Вот и отлично. Продолжай ничего не делать. — сказав это по возможности как можно более решительно, голос, издеваясь, выдал какой-то неясный упрек. Мол, а мог бы сделать. Испуганно округлив глаза, услышав себя будто со стороны, Солли повела лицом туда-сюда, словно отрицая что-то, что немым сигналом проскочило между ними.

— Совсем ничего не делать трудно. Можно просто делать что-нибудь безобидное. — не вытаскивая рук, МинХо наклонился вперед, к самому уху Солли, горячо выдохнув в него, отчего мурашки стадом, нет, табуном проскакали от макушки до икр. На руках дыбом встали мельчайшие невидимые волоски. — Я ведь не говорю ничего развращающего.

Одна рука выбралась из укрытия и тыльной стороной пальцев коснулась щеки Солли. Она вздрогнула, закрыв глаза.

— Я ведь не трогаю ничего запретного. — МинХо коснулся её подбородка и, по овалу лица, достиг ушка. Заведя за него мокрый локон, задев шею, когда опускал руку, парень чмокнул девушку в уголок губ. — Спокойной ночи, наша маленькая Сол.

Распахнув глаза, она тут же приложила ладонь к тому месту, куда он поцеловал её.

— Что ты?!.

— Мы же друзья. — бросив напоследок, молодой человек обошел её и остановился за спиной. Она не решилась обернуться и проводить его взглядом. Это называется «ничего не делаю»?! Солли не выдержала, и повторила это вслух, слыша, что он ещё не ушел.

— А как же ты тогда что-то делаешь? — фыркнула она, добавляя к предыдущему вопросу новый.

По её загривку опять прошлась его рука, откинув волосы в сторону. Шелохнувшись, девушка была остановлена им за плечи. Видимо, он наклонился в очередной раз, поскольку теплый воздух опять защекотал за ухом, вызывая в теле будоражащие вибрации.

— Как я делаю? — МинХо, опустив свои ладони по её рукам до запястий, потом ниже, накрыв её пальцы ими и, внезапно схватив их, переплел со своими. Поводя подушечками пальцев по узким впадинкам между пальцами Солли, где натягивалась тонкая кожа, он перебрался к ладоням и начал рисовать на них круги. Медленно, быстрее, медленно, быстрее. — Я делаю хорошо, Сол. Никак иначе.

— МинХо! — крикнула она, отстранившись от него и подавшись вперед. Подбежав к столу, она развернулась, обеспечив себе тыл. — Прекрати сейчас же! Это… это даже не намек!

— Это пища к размышлению. — продолжая улыбаться и больше не ожидая от неё ничего, парень ушел, тихо прикрыв дверь за собой. Трясясь и продолжая ощущать на коже его пальцы, Солли беспокойно покачивалась влево и вправо, не представляя, как истребить в себе жажду продолжения. Как он умудряется буквально за три секунды, нет, две и даже одну, за одну секунду воспламенить её настолько, что хоть на стену лезь!

Зарывшись лицом в своих ладонях, Солли опомнилась, что телефон ведь теперь у неё! Вот черт, и это надо объяснять ХиЧолю! Не откладывая, она набрала его. Поздновато, но ладно. Гудки успели помучить слух, прежде чем он поднял.

— МинХо, ты охуел?

— Да нет, это уже я. — уточнила Солли, не ожидая такого резкого попадания в милую среду мужского общения.

— О! Блин, зайченыш, извини, я думал, что твой телефон у него… и время такое позднее… я хотел всечь этому гаду.

— Я тебя разбудила? — с сожалением вымолвила девушка.

— Нет, я не успел уснуть и… откуда у тебя твой телефон? Мы же договорились, я думал…

— Да, да, мы договорились, но МинХо занес мне его, возвращаясь к себе в общагу. — пояснила Солли, уже и не надеясь, что тот зашел, потому что ему было по пути, а не специально.

— Нет, я ему точно всеку. — ХиЧоль зевнул. — Он на часы смотрит вообще? Слушай… он к тебе яйца не катит, случаем?

— Фу, Хиним, как грубо! — Солли зацарапала столешницу, затопав ногой. Какая бы вульгарная картина не представлялась от этой жаргонной фразы, она бы не отказалась, чтобы ХиЧоль ей вкатил чего-нибудь. Поглубже. Возбуждение всё ещё было при ней и, казалось, даже душа увеличилась в размерах, как налившийся кровью половой орган, так её распирало. Дышалось труднее обычного.

— Если что, ты мне скажи — я разберусь. — заверил мужчина, и она не сомневалась, что так и будет. Но портить отношения между артистами одного агентства? Нет, она не будет этого делать. Сама разберется. Всего-то и нужно, что не поддаваться на домогательства и провокации МинХо. Этого беспринципного, наглого, похотливого, горячего, прыткого, заводящегося с пол-оборота жеребца. — … Сол! Ты слышишь?

— Что? Да, конечно, просто помехи какие-то были, звук пропал.

— Я жду не дождусь завтра. Приезжай пораньше, ладно? Я постараюсь тоже освободиться скорее.

— Обязательно! — сконцентрировавшись на разговоре, Солли попрощалась второй раз за вечер и, пуще прежнего растревоженная, с болезненно заработавшим воображением, она залезла в кровать, переодевшись в пижаму. Но в кровати кроме подушки и одеяла не было никого и ничего. Девчонки уже мирно посапывали, каждая в своей постели. И только ей не спалось. Гомозясь и переворачиваясь, девушка представляла, как попросит ХиЧоля взять её жестче, беспощаднее. Нежность — это замечательно, но к черту миссионерскую позу! Пусть извертит её до потери пульса! Лучше уж пусть вертит он, чем одиноко вертится она, желая это изведать незнамо с кем.

Но пораньше приехать не получилось по вине дел самой Солли. После репетиции их коллектив задержал менеджер, потом внезапно образовался какой-то радио эфир. В общем, не имея даже возможности смотреть на время, девушка едва улучила момент позвонить ХиЧолю и предупредить, что будет значительно позже. Через пару непредвиденных часов работы, она уже ненавидела её всем сердцем. Спасало только то, что сосредоточиться на чувстве ненависти было некогда. И думать было особенно некогда. Только улыбаться, следить за разговором и отвечать на вопросы. К счастью, ответы на большинство из них сунули ей написанными на листке. Иначе неизвестно, что бы она могла ляпнуть.

Освободившись и на бегу прощаясь с коллегами, Солли поймала такси и помчалась на квартиру к ХиЧолю, сходя с ума от ожидания. Как только дверь открылась, она прыгнула ему на шею, начав дико покрывать поцелуями любимое лицо. Мужчина, довольно улыбаясь, перехватывал её поцелуи и, поставив возлюленную на ноги, запутался руками в её длинных волосах, прижимая к себе. Толкнув ногой дверь, чтобы она захлопнулась, ХиЧоль отступил к стене, толкаемый напором Солли.

— Будешь есть? Или чай?

— Нет! — слегка севшим голосом прошептала девушка, впиваясь в его губы. Руки уже расстегивали его рубашку.

— Даже не хочешь отдохнуть или поговорить? — усмехнувшись, ХиЧоль схватил её за пояс брюк.

— Нет! — вынув все пуговицы из прорезей, Солли распахнула одежду на нем, дорвавшись до голой груди.

Больше не собираясь сопротивляться тому, по чему они оба соскучились, ХиЧоль тоже начал раздевать её по дороге к кровати. Когда они завалились на неё, то на них оставались лишь штаны, но и они были в момент стянуты и отброшены. Накрытая телом любимого человека, Солли жадно отдалась страсти, требовавшей всю неделю выхода. Обхватив мужчину ногами со всей силой упругих мышц, она изгибалась от удовольствия, готовая визжать от одного только проникновения в себя. Скука от миссионерской позы была забыта и, просто лежа под ХиЧолем, Солли ощущала себя самой счастливой на свете.

Отдышавшись после первой быстрой вспышки любви, позволившей им немного расслабиться, девушка всё же вспомнила о том, что хотела чего-то большего. Но как попросить его об этом? «Поставь меня на четвереньки» — не годится. Подумает, что она испорченная. «Отшлепай меня» — нет, примет за извращенку. Мучимая тайными желаниями, Солли прижалась к ХиЧолю, поглаживая его плоский живот. Хотелось ещё, по-всякому, по-разному, но язык не поворачивался. Его нежные прикосновения, его глубокие и ненасытные поцелуи — это всё только распаляло. Но ей хотелось заниматься любовью так, чтобы выдохнуться от неё и почти терять сознание. Не найдя слов, Солли лишь опять перешла к прелюдии и, дождавшись, когда ХиЧоль вновь был готов утолять её похоть, забралась на него сверху, решив, что подскажет ему собственным поведением, какой ритм её вполне устроит.

Утром, устроившись перед телевизором с едой, мужчина, обнимая свою половину, после некоторого молчания, внезапно завел когда-то уже обсуждавшуюся между ними тему.

— Может, начнешь собирать вещи, чтобы перебраться ко мне? — Солли едва не подавилась собственноручно приготовленным завтраком.

— Мы же собирались съехать после твоего возвращения из армии… — начала она и закончила. — Откуда такая спешка?

— А чего ждать? Мы теперь уже абсолютно полноценная во всем пара. Не вижу смысла оттягивать.

— Но… — девушка, отставив тарелку, погладила его по колену, посмотрев в глаза. — что я тут буду две недели делать одна?

— Жить. — беззаботно повел плечами ХиЧоль. — А в общаге ты что делаешь?

— Оттуда удобно добираться до агентства. Там весело. Там девчонки.

— И мальчишки по ночам заходят, да? — покосился он.

— Ах, так вот откуда ноги растут? — Солли шлепнула его по ноге. — Опять ты за своё?

— Несомненно, это одна из причин. — не стал скрывать мужчина.

— У тебя это стало идеей фикс!

— Я всегда был таким, не придумывай, — отмахнувшись, он отвернулся к окну. — помнишь, как за тобой Зико ухлестывал? Я всегда настороженно отношусь к парням вокруг тебя.

— Нет, ты стал подозрительнее после того, как мы переспали. — подчеркнула Солли.

— Это ты стала легкомысленнее после этого! — парировал ХиЧоль, показав ей язык.

— Легкомысленнее? — девушка встала, перегородив вид на экран и упершись руками в бока. — Я ничуть не изменилась, а вот ты!.. Не превращайся в параноика.

— О, я теперь ещё и параноик? — поднявшись тоже, мужчина посуровел, вытянув губы в узкую нить, не предвещающую ничего хорошего. — Ты на меня свою мнительность не перекладывай!

— Нет у меня никакой мнительности! Это ты озвереваешь последнюю неделю.

— Может, ты теперь ещё жалеть начнешь о том, что мы переспали?! — крикнул ХиЧоль. Ей стало бы легче, если бы он схватил её за плечи и потряс, или начал приближаться. Но он надменно замер, не двигаясь. — Я ещё и виноват, может?

— Нет! — не выдержала, гаркнув в ответ, Солли. — Никто ни в чем не виноват и я ни о чем не жалею! Хватит сочинять лишнее!

— Тогда нечего обвинять меня в том, что что-то изменилось, когда во мне всё осталось таким, каким и было! Ты прекрасно знала мои условия, и я не обещал, что буду спокойно отпускать тебя куда угодно и с кем угодно…

— То есть, раньше ты страховался исключительно моей девственностью, а без неё ты мне уже не доверяешь? — девушка ударила его в плечо, не выдержав и, перешагнув через низкий чайный столик, направилась в другую комнату. Пусть стоит там, истуканом, если не умеет признавать свою неправоту!

— Куда ты пошла? — проорал он из-за стенки. Солли села на его кровать.

— Куда хочу — туда и иду! — негромко протопав ногами, чтобы он не слышал, как она злится, девушка всё же не смогла молчать. — А я тогда как должна тебе доверять, а? Железные трусы с замком тебе купить?!

Ответом была тишина. Скрестив руки на груди, Солли села в позу лотоса. Из-за угла высунулся недовольный, но успокаивающийся ХиЧоль. Они посмотрели друг на друга. Переглядки зажгли в них азарт. Минуты шли, а они всё молчали и глазели в гордые и обиженные лица. Наконец, одновременно улыбнувшись, они также синхронно расслабились, опустив плечи. Солли положила руки на кровать, а ХиЧоль переступил через порог, подойдя к ней и присев на корточки.

— Пошли, в кино сходим? Мы сто лет не выбирались никуда. — чувствуя, что проблема не исчерпана и всё равно она так или иначе ещё всплывет, Солли поняла, что мужчина откладывает её на другой раз, не желая сейчас спорить. Он надеется, что она в следующий раз будет уступчивее и сдастся? Ладно, в самом деле, зачем нагнетать недобрую атмосферу в это теплое утро?

— Пошли. — положив ладони на его плечи, Солли наклонилась и поцеловала ХиЧоля в губы.

Глава 8. «Пугающее подозрение»

Собираясь на съемки, Солли укладывала сумочку, стараясь не забыть ничего нужного. Проверяя всё и пытаясь избавиться от рассеянности последних двух недель, она убедилась, что телефон на месте. Потом засунула косметичку. В спальню заглянула Кристал.

— Сол, у тебя тампоны есть? У меня кончились. — девушка, среагировав на просьбу подруги, вытащила из ящика свои и протянула ей. Как только вещь была передана из рук в руки, Солли пронзило, как ударом электричества. Минуточку, а почему у неё они все на месте? Разве её месячные не должны были прийти неделю назад? Да, должны были. Но, как и любая женщина, не любящая эти дни, она с радостью не обращала внимания на их отсутствие. Но ведь они отсутствовали, чего обычно с ней просто так не бывало… девушка плюхнулась на кровать, как подкошенная. Достав карманный календарик, она пересчитала дни, сверилась с числами. Всё так. У неё задержка на неделю и два дня. Если быть точной. Попытавшись пропихнуть ком в горле, что у неё не вышло, она ощутила онемение языка и сухость во рту. Ладони и спина вспотели. Мысли в голове понеслись в пляс. Нет, нет, глупости. У отсутствия месячных десятки, множество причин! ХиЧоль предохранялся, и ничего не могло произойти. Презерватив был на месте и не рвался. Не думать об этом, не думать. Это фантастика. Такого не бывает. Быть не может. Только не с ней. Она же умная девочка, чтобы не попасть в такую ситуацию. По крайней мере, предусмотрительная.

— Ты идешь? — позвала её Виктория.

— Подождите минуту! — голос предательски задрожал, наполнившись трусливостью. Что делать? Как узнать наверняка? С кем это обсудить? С кем поговорить? Уж не с ХиЧолем точно. Зачем наводить панику, если это крошечное, необоснованное предположение? Но даже про себя Солли не решалась произнести «беременность». Так что же делать? Тест на беременность, гинеколог? Ох, ужас! У подобных врачей она не была ни разу в жизни, а пойти и купить тест на беременность — «ох, ужас» ещё раз! Мало того, что она знаменитость и её могут увидеть за подобным компрометирующим занятием, так и от менеджера и девчонок не укроется поход в аптеку и апробирование приобретенной медицинской вспомогательной продукции.

Ни живая, ни мертвая, она вышла из общежития и погрузилась со всеми вместе в машину. Да и времени у неё просто нет сходить в какое-либо нужное при данных обстоятельствах место. А если бы было, она бы не решилась. Завтра вновь суббота, вновь рядом будет любимый мужчина… или поделиться с ним? Что он скажет? Как бы он воспринял подобную новость, если бы она оказалась правдой? Нет, спокойствие. Не надо нагнетать. Месячные начнутся, не сегодня, так на днях. Не завтра, так в воскресенье. Пусть хоть во время секса с ХиЧолем! Солли сжала кулаки, пропуская мимо ушей, когда к ней обращались и став ещё более неловкой, чем была до этого. Нужно держать себя в руках. Ничего страшного не произошло. Пока не произошло. Всё обратимо, всё поправимо.

Как же она раньше-то не заметила этого факта? Сразу же! Наверное, потому что это было наивно. Кто смотрит на задержку в день, два, три? Господи, да любая нормальная, которая начала вести половую жизнь! Едва дождавшись короткого перерыва, Солли выбежала в укромный уголок, чтобы позвонить единственной, кому она могла бы сообщить свои догадки — лучшей подруге, ДжиЁн.

— Да, Сол? — не сразу, но всё же подняла та.

— Пожалуйста, поговори со мной, послушай меня! — нервно пробормотала девушка.

— Говорю, слушаю, что стряслось? — взволновалась собеседница.

— Я… у меня месячных нет! ДжиЁн, что делать?!

— Погоди, погоди… почему у тебя их нет? Потому, чего так боимся мы — женщины?

— Не знаю! — Солли закусила нижнюю губу. — В том-то и дело, что не знаю! У меня просто задержка. Неделя! Неделя!

— Тихо-тихо, не истерируй, — ДжиЁн, переведя дыхание, тяжело вздохнула. — слушай, ну… а повод переживать реально есть? Или как?

— Не знаю! Я занималась сексом с ХиЧолем, ты же знаешь, но мы предохранялись!

— И всё было в порядке? Не рвалось? — шепотом уточнила та.

— Нет! Всё было, как надо. Разве можно залететь в обход контрацепции?

— Сол, я не специалист в таком вопросе, правда. Со мной такого не бывало. Но рассказывают всякое. Может, и бывает, что залетают через презерватив. В конце концов, непорочное зачатие никто не отменял. — девушка сдержанно хихикнула.

— Не смешно! ДжиЁн, мне сейчас вообще не смешно! Я готова заплакать!

— Спокойно! Мы всё выясним. Я в понедельник свободна, ты как? Давай сходим куда надо, постараемся незаметно всё узнать. Держись, моя милая. Не трепи себе нервы понапрасну. Бывает такое из-за стрессов, после простуды. Ты не болела?

— Нет, я не болела! — почти проскулила Солли. И никаких лекарств она не принимала. Никаких сторонних факторов не замесишь! Что за наказание? — Да, давай обязательно увидимся в понедельник! Если я доживу и не сойду с ума.

— Куда ты денешься? Ты сильная, ты сможешь. Держи меня в курсе событий. Пиши и звони, только не нервничай! Всё хорошо будет.

— Солли! — прокричал кто-то из стаффа, и она вынуждена была проститься с подругой, побежав дальше трудиться, улыбаться на камеры и делать вид, что она картинка, двухмерный айдол с экрана, а не живая девушка, у которой появилась трудная проблема, не выходящая из головы. У которой вообще трудностей хватало в последнее время. Но всё это остается за кадром, пока зритель видит лишь вечно веселую, не устающую, бодрую и беззаботную Солли.

Молоко из пакета тонкой струйкой долилось в чашечку с кофе. Рядом лежали подогретые в микроволновке булочки с повидлом. ХиЧоль пододвинул это к Солли, сидящей за столом на кухне напротив него. Очередная ночь вместе прошла великолепно. Но почему-то всё остальное время, когда они не сливались в объятиях, девушка была погружена в себя и крайне задумчива.

— Малыш, опять ушла в себя? — мужчина дотянулся до её руки и взял в свою ладонь. — Где ты там витаешь?

— Да так, дела, о тренировке вспомнила. Вчера сбивалась и кое-что не могла выучить. Ерунда. — Солли улыбнулась, поправив рубашку ХиЧоля на груди. Ей нравилось одеваться в его вещи, оставаясь у него. Это непреодолимая магия, управляющая многими женщинами. В одежде возлюбленного как будто продолжаешь быть в его крепких руках. В ней спокойно, безмятежно.

— Оставляй дела за порогом. — ХиЧоль отпил кофе, не отводя глаз от девушки. — Ты сейчас безумно красивая.

С благодарностью ответив на его взгляд, Солли взялась за ручку чашки, но замерла. Как-то не шло всё в горло. Уже вторые сутки внутреннего напряжения и нервотрепки. Ничего не менялось и то, чего она ждала не приходило.

— Хиним…

— Мм? — попивая горячий напиток, он не отпускал её руки.

— А как ты относишься к детям? — она постаралась придать лицу пустое выражение, чтобы было не ясно, к чему это произнесено. К чему вообще она сейчас хочет прийти.

— Детям? — ХиЧоль коварно прищурился. — На данный момент жизни они меня бесят. Маленькие, глупые и орут.

— Ясно. — не нашлась, что добавить Солли.

— Уж не о нашем будущем ли ты задумалась так усердно? — выпустив всё из рук, мужчина поднялся и пододвинул табурет к своей любимой. Положив ладони на её колени, он широко засиял. — Разумеется, наших я буду любить и обожать. Не сомневайся.

— А если… — Солли передернула плечами, хохотнув. — они будут непредвиденные? Ну, скажем, недосмотрим с тобой, и я… ну…

— Забеременеешь? — выговорил за неё ХиЧоль. Она кивнула, всё ещё суеверно боясь произносить это слово. — Что ж, посажу тебя домохозяйкой. Заплатим агентству издержки, но, думаю, проблем не будет.

— Меня? Домохозяйкой? — Солли округлила глаза. Он так спокойно говорил об этом! Будто уже не первый раз думал о таком и всё для себя решил. — Оппа, я не собираюсь губить карьеру. Я хочу быть артисткой, хочу быть певицей. Я вложила столько сил, полжизни провела в репетициях и недосыпах, и вот так взять и отказаться…

— Сол, Сол! — ХиЧоль засмеялся. — Притормози. Мы всего лишь говорим о возможности, а ты насупилась, словно это уже произошло. Я сам не собираюсь ещё настолько серьёзно становиться семейным, но если бы случилось так, то я сказал тебе, как отнесся бы к этому.

— Нет, я бы не стала домохозяйкой. — покачала головой Солли, стараясь успокоиться. Он прав, она слишком заводится. Может, она действительно того… понесла? Все беременные женщины неуравновешенные.

— Ты на что намекаешь? — ХиЧоль приподнял её лицо за подбородок. — Что пожертвовала бы ребенком ради карьеры? Ты это хочешь сказать?

— А что ещё бы осталось? — Солли убрала от себя его пальцы. — Не смотри на меня, как на врага народа. Это тебе со стороны всё просто кажется. А сотни женщин так поступают. И это их право. Это их жизнь.

— ЧжинРи! — когда он так обращался, становилось ясно, что всё, шутки кончены и добродушный ХиЧоль убран в подсобку. — Мне, если честно, насрать, как поступают сотни, хоть тысячи женщин. Это другие. Это чужие. Ты — моя. И если ты будешь ждать моего ребенка, то ты ничего с ним не сделаешь, ясно?

— Что?! — Солли подскочила, отойдя от него в другой конец кухни. — Это что за угроза? Приказ? Вообще-то, такие дела должна решать женщина. Это не вам — мужчинам — округляться девять месяцев, а потом мучиться и рожать! Ты не имеешь права говорить таким непререкаемым тоном!

— Сол! — ХиЧоль встал и подошел к ней, притянув за локоть. — Не хватало нам ещё спорить и ругаться из-за вещи, которая вообще не актуальна! Каждый раз, после замечательной ночи, на утро у нас начинаются перепалки! Хватит! Мы, всего-навсего, ещё не привыкли к новым обстоятельствам нашей жизни. По-моему, мы бесимся с жиру, то есть, от счастья. Давай просто будем наслаждаться друг другом и всё, ладно? Я умею предохраняться, и не бери в голову всякие «если». Мне тридцать лет, и я не мальчик. Я понимаю твои страхи, потому что ты ещё неопытна. Но они напрасны, поверь. Поверь и успокойся.

Покивав, Солли уткнулась в его грудь, и он обнял её, гладя по голове. Спрятав кулаки в длинных рукавах, девушка прижала их к его бокам. Он прав. Зачем она разводит ненужные скандалы? Она не беременна, нет. В понедельник они с ДжиЁн всё выяснят. Осталось переждать полдня и ночь. Но как же мучительно тянулось время! Когда изнутри гложет что-то, то невозможно вести себя по-нормальному. Дергает любая мелочь, начинает нервировать всё.

ХиЧолю нужно было заехать в SM, поэтому они вынуждены были проститься после обеда. Кое-как совладав с собой, Солли вернулась к себе в общежитие. Там было тихо. Вики и Луна о чем-то говорили в холле. Промелькнув мимо них в туалет, девушка убедилась, что ничего не изменилось. Злая и сокрушающаяся, она вышла оттуда и набрала сообщение для ДжиЁн: «Эти проклятые месячные не пришли! Я точно беременна!». Так как кричать об этом во весь голос она не могла, то решила воспользоваться таким способом. Трясущимися пальцами выбрав контакт, Солли спешно щелкала по кнопкам и, уже отправив послание увидела, что в строке получателя написано КиБом.

— А-а! — закричала девушка, выпучив глаза. Мотая головой, она, как шейкер, затрепала телефон, одновременно стараясь нажать что-нибудь, чтобы отменить действие. Но сообщение уже вылетало невидимым сигналом в дальние дали. — Нет, нет, смска, стой! Стой!

— Сол, у тебя всё в порядке? — раздались голоса подруг из зала, услышавших, что она то орет, то разговаривает с кем-то. При этом на телефонную беседу это не походило.

— Да-да, всё отлично! — солгала ЧжинРи, продолжая пытать айфон. Черт, черт, черт! Как её угораздило? Как она могла отправить подобные слова КиБому? Надо срочно что-то придумать и отправить ему заново. Сослаться на шутку. Глупый розыгрыш. Увидел ли он уже это сообщение? Прочел? А вдруг он занят и есть вероятность того, что телефон лежит, никем пока не найденный. А если он в общаге? Что, если побежать туда и стереть свою смску? Реально ли опередить его? Солли упала на стул, оперев голову на руку. Лоб показался ей очень горячим. Она явно перегрелась от эмоций. Слезы подступили к глазам. В какую же дыру она себя загоняет из-за неуверенности, выливающейся вот в такие конфузы! Мобильный заверещал знакомой мелодией. КиБом. Это конец.

— Алло? — несмело подала голос Солли.

— Я вроде бы и рад, что ты со мной поделилась столь личным, но сразу хочу напомнить, что я тут ни при чем.

— Ки, это шутка, не бери в голову. Я хотела кое-кого разыграть, но случайно отправила тебе. Прости. — попыталась вывернуться она, но каждая нота её интонации выдавала безнадежность и отчаяние.

— Кого? ХиЧоля? Угу, он бы поржал до инсульта, — парень выдохнул. — милая моя, ты мне-то не чеши. Давай, выкладывай, пока я освободился.

— Ки…

— Нечего стесняться. Как давно это у Вас? Насколько обоснованы подозрения? — менторским тоном вопрошал он.

— Мне неудобно с тобой говорить на такую тему, извини.

— Ой, а ещё подруга называется! Слушай меня, детка, ты думаешь, если я мужчина, то ничего в этом не смыслю? К твоему сведению, я разбираюсь в женском организме не хуже, чем в последних тенденциях моды. — Солли, засопела, взволнованно решаясь на исповедь и, наконец, изрекла:

— Ладно. — выдохнув, она сорвалась на искреннее словоизлияние. — В общем, две с лишним недели назад мы с Хинимом переспали…

— Ты так сказала, будто это было противозаконно. И как будто это у вас редкое событие.

— Ты не понимаешь! — Солли закрыла глаза, будто КиБом стоял рядом и смотрел на неё. — Мы первый раз переспали с ним тогда! До этого между нами ничего не было! До этого у меня ни с кем ничего не было!

Гробовая тишина, как на поминках. Девушка, и без того пристыженная своей откровенностью, прошептала «алло?».

— Да я тут, тут… — молодой человек кашлянул. — так просто… подумалось. Знаешь, внезапный приступ уважения, жалости и восторга к ХиЧолю. Захотелось памятник ему поставить.

— Пожалуйста, не высмеивай такие вещи! Это всё по большому секрету тебе доверяется! Не смей говорить кому бы то ни было!

— О чем речь? Естественно. Так… ты недавно открыла оранжерею?

— Что?

— Девственности лишилась, что! Две недели назад?

— Да! — разозлилась Солли на то, что поддалась и выложила ему всё, как есть, а теперь было жутко стыдно.

— А менструации у тебя как давно нет?

— Боже, ну ты, правда, в этом понимаешь что-то как будто?

— Ответь, пожалуйста.

— Неделю и три дня. Около того. И, да, предвосхищая вопросы, мы предохранялись, и ничего не слетало и не рвалось. Всё у нас было в порядке и замечательно, как надо!

— Пф, ну тогда ты вообще зря волнуешься. После того, как рвется девственная плева, у девушек происходит гормональная перестройка организма. У всех это по-разному проявляется, у некоторых никак. Иногда бывают вот такие побочные эффекты. Пока стресс для организма уляжется, пока баланс гормонов восстановится, тогда всё опять затикает, как часы. Это может занять около двух недель. Подожди немного, витаминок попей.

— Ки… — ошарашено выдавила Солли.

— Что?

— Откуда ты в курсе того, что даже женщинам не всем известно?

— Потому что вы теряете невинность однажды. А мы — мужчины — теряем вам её регулярно. Что за глупые вопросы?

— Ки…

— Что ещё?

— И… как много ты терял невинность мне подобным приматам?

— Ой, Сол, ну давай не будем… — попытался отнекиваться он.

— Так нечестно! Я тебе призналась в том, что у меня и как в плане секса, так что ответь мне взаимностью, чтобы я не чувствовала себя круглой дурой. — успокоившись немного от слов друга, Солли улыбнулась впервые за два дня. Почему ей сразу не пришло в голову позвонить ему? Откуда она могла знать, что он такой ученый!

— Я не считал. Правда. Ну, раз двадцать, может…

— О, Господи!

— Это если мы говорим исключительно о девственницах.

— О, Господи!

— Да-да, именно так они и говорят в постели. Сол, закончим эту долгую, бесконечную тему. Тебе полегчало? — КиБом всё это время говорил без апломба, показушничества, даже с легким оттенком нежелания озвучивать достижения. Он удивительный, и впрямь. Настолько сочетать в себе огромное мужество и юношескую манерность — это дар, талант.

— Я всё равно ещё сомневаюсь. Как бы наверняка узнать?

— А ты тест делала?

— Нет! Ки, я не смогу даже произнести свою просьбу в аптеке! У меня волосы дыбом встают от того только, что я думаю о надобности похода за ним.

— Ты моя бедняжка… ты сейчас где?

— В общаге, у себя.

— Я минут через тридцать буду. Куплю, что тебе надо, жди, — он приготовился прощаться.

— Подожди! Тут девчонки, а если они увидят? Слушай, я не хотела бы, чтобы начались очередные расспросы.

— Тогда подходи к нашему общежитию. Сегодня там пусто, ребята будут к ночи. У всех какие-то съемки и проекты.

— Точно? — Солли прикусила губу.

— Точно. Всё, целую, жду тебя через полчаса! Выше нос, всё будет отлично. — КиБом положил трубку. Девушка, с признательностью посмотрев на экран, кивнула сама себе, поверив в жизнеутверждающее обещание друга. Как хорошо, когда рядом есть такие люди, как он!

Глава 9. «Хороший друг»

Ки вытащил из кармана марлевую повязку, которую всегда носил с собой на тот случай, если нужно будет замаскироваться и натянул её на лицо, открывая дверь аптеки. Внутри было тихо, и работал кондиционер, из-за чего создалась приятная прохлада. Он прошел вдоль витрины, бросая на неё мимолетный взгляд, и решил, что тесты для беременности искать не станет, а сразу спросит о них у фармацевта. Обойдя очередной шкафчик, парень оказался у окошка, рядом с которым вертелись две девочки лет шестнадцати. В этот момент он понял, что зря всегда старается одеваться стильно и броско. Он обратил на себя внимание внешним видом и подростки стали приглядываться к нему. Чувствуя на себе две пары глаз, он замер на последнем этапе, сочиняя, как бы тоньше намекнуть, что ему надо, дабы не вызвать ещё более сильное удивление присутствующих своим заказом. Замедление могло вызвать ещё большие подозрения, поэтому открыв рот, чтобы сделать всё побыстрее, молодой человек был остановлен одной из девчонок.

— Вы ведь КиБом?! Не так ли?! — улыбаясь всё шире, подтащила она за собой подругу, как исследователь в лаборатории разглядывая его глаза над марлевой повязкой.

— Это он! Он! — взбудоражено шептала вторая за спиной той.

— Боже мой, КиБом из Шайни! — взвизгнули обе и потянулись в рюкзаки за какой угодно канцелярской продукцией, чтобы им расписались.

Ки застыл, судорожно сочиняя запасной вариант. Как выкрутиться? Солли ждет его, искать другую аптеку времени много нет и, не исключено, что там будет то же самое. Ох уж эти фанатки! Пока они совали ему в руки блокноты и тетрадки с изображениями ТэМина, Онью, ДжонХена, он расписывался их же ручкой и думал, как бы объяснить аптекарю, что «цитрамон» с подмигиванием левого глаза — это тесты на беременность? Ему всучат презервативы, не иначе. Проверенный метод. Может, успокоительное с подмигиванием? Или леденцы от кашля? Эти две ведь точно первыми теперь не уйдут. Надо самому сделать свои дела и бежать, пока они не достали телефоны, включая в них функции фотоаппарата и видеокамеры. Оставив около десяти подписей на двоих, КиБом посмотрел на поклонниц, продолжавших не сводить с него глаз и стоявших, как вкопанные. Отлично, выхода иного нет. Что ж, ему не привыкать, всё равно его репутация странного характера. Он нагнулся к окошку и вежливо позвал фармацевта.

— Добрый день, дайте, пожалуйста, четыре теста на беременность. — рядом раздались синхронные охи и ахи. Юные почитательницы о чем-то переговорили и та, что была посмелее, озвучила:

— Для кого это из вас? Тебя или ДжонХена? — закатив глаза и выдав одной артикуляцией: «за что мне это?», Ки обернулся и беспокойно покачал головой.

— Да, знаете, вчера целовались с Джонгом, очень боюсь, как бы не было последствий.

Девчонки захихикали, посмотрев на него, как на наивного и глупого мальчишку. Впрочем, он сделал такие заблудившиеся и испуганные глазёнки, что иначе и нельзя было его воспринять.

— Ки, разве ты не знаешь, что дети появляются не так? — продолжая нервно хихикать в ладошки, девочки пихали друг друга локтями, будто говоря одна второй «какой же он всё-таки неопытный».

— Нет? — КиБом поднял брови. — Я всё равно должен проверить. Не хватало ещё мне неприятностей!

Расплатившись, молодой человек взял пакет с покупкой и, помахав веселящимся фанаткам, поспешил на улицу, уже за спиной услышав, как одна девушка сказала второй: «Я же тебе говорила, что они там все девственники! Ничего о сексе не знают». Саркастично хмыкнув, Ки подумал о том, что после таких вот ситуаций появляются глупые факты из жизни айдолов вроде «случайного попадания Йесона в гинекологию». Ну да, он же там один был. Ага.

Добравшись до здания общежития, КиБом с успокоением обнаружил у входа перетаптывающуюся Солли. Сняв, наконец, прикрытие с лица, он запихал его в карман и протянул подруге целлофановый пакет.

— Держи, и пошли. — поздоровавшись с охраной, они поднялись на нужный этаж и парень открыл дверь в жилище SHINee. Молчаливая и пришибленная девушка тихонько шла за ним, не отставая.

В окна гостиной ещё светило яркое, хоть и клонившееся к закату, солнце. Оно окрашивало мебель в оранжевые тона.

— Спасибо тебе большое! — от всей души поблагодарила Солли, взяв друга за руку и крепко пожав её.

— Не за что. Давай, шуруй в туалет! — он указал пальцем в сторону поворота и плюхнулся на диван, снимая джинсовую куртку с забавными аппликациями. — Пить не хочешь? Я запарился. Попил бы чего-нибудь.

— Нет, мне ничего не надо. — рванув из зала, девушка приостановилась. — Тебе не составило труда купить это? Сколько с меня?

— Ничего, разумеется! — обижено хмыкнул КиБом. — Подгони мне сексапильную подружку для моральной реабилитации, и будем квиты.

— Для тебя существует другой способ оплаты, кроме натурой? — улыбнулась Солли, переполняясь признательностью.

— Поверь, с СуМана я беру исключительно деньгами. — он подмел рукой воздух, прогоняя подругу. — Иди уже! Мне самому любопытно, чем всё кончится. Инструкцию изучи внимательнее!

Последний совет он крикнул уже вдогонку и откинул голову на спинку дивана, набираясь сил, чтобы подняться и пойти на кухню, заглянуть в холодильник и выпить прохладного сока. Но приподняться пришлось раньше, от раздавшихся за спиной шелестящих шагов. Из одной из спален вышел заспанный МинХо, потирая глаза и позевывая.

— Ты чего тут орешь? Разбудил меня. — молодой человек почесал обнаженный живот, подходя ближе. КиБом, распахнув глаза, похлопал губами и быстро собрался с мыслями.

— А ты чего тут делаешь? У тебя же первый день съемок дорамы сегодня, разве нет?

— Да только время зря потратил на езду. На завтра всё перенесли. Там ещё не всё готово оказалось. — МинХо плюхнулся рядом с товарищем и опять зевнул.

— Слушай, иди обратно, спи. Я не знал, что ты тут. Больше не буду шуметь, честно. — понимая, как неуютно будет Солли, когда она вернется с какими-либо новостями, КиБом вновь был обречен на активную мозговую деятельность, выдумывающую, как избавиться от МинХо хотя бы до того времени, как он предупредит подругу о его присутствии.

— Да я, кажется, уже выспался.

— Тогда, приготовь нам ужин. — махнул куда-то прочь Ки, подначивая второго удалиться.

— Почему я? Сегодня очередь Онью. — прыснул МинХо.

— Да, но его нет, а ты здесь! Иди, хотя бы кофе свари.

— Я не хочу кофе.

— А я хочу! — настойчиво и с нажимом уточнил КиБом.

— Вот сам и свари.

Рэпер прищурился, испепеляя друга и мысленно развеивая его пепел по сквозняку в сторону кухни. Какой непонятливый! Солли ему спасибо не скажет. Ладно, надо просто пойти и предупредить её.

— Мне показалось, что ты с кем-то говорил тут. — остановил его МинХо опять начатым разговором. Соврать, что по телефону? Или телевизор смотрел? Нет, сейчас появится их общая знакомая, так что, зачем отпираться?

— МинХо, понимаешь, я привел к нам Солли. Будь добр, ликвидируйся куда-нибудь минут на пять. Потом выползешь. — без обиняков выдал КиБом.

— Сол? — глаза его заблестели интересом, сразу став бодрее. Сдержавшаяся улыбка перешла в подозрительное неодобрение. — Ки, ты привел её, как…

— Да нет же! Я привел её по делу! — парень поднялся, встав перед другом и разведя руками.

— Знаю я твои дела… надеялся, что у нас никого и хотел зажечь? — похоже было, что в голосе звучала досада. — И это человек, который учит всех вокруг своей истине «не сри, где живешь»?

— И я её придерживаюсь! — КиБом покосился на угол, за которым скрылась Солли, начиная нервничать. — Мы с Онью единственные, похоже, среди нас, кто находит развлечения на стороне, а не трахает весь женский состав администрации и девчонок из коллективов и трейни агентства!

— Ну и дурак, — беззлобно хохотнул МинХо. — отличные у нас девчонки!

— Я не сомневаюсь, но…

— Одна! Ура, одна полоска! — раздался радостный крик Солли и, выбежав в гостиную, она победно проорала. — Я не беременна! — после чего опустила задранные вверх руки и лицо и заметила третьего лишнего. — О, Боже!

Не менее удивленный МинХо уставился на неё, вывернув шею и обернувшись. Переварив смысл её слов, парень поднялся и непонимающе посмотрел поочередно на КиБома и девушку.

— Э-э… простите, я правильно понимаю, что у вас тут что-то личное выясняется?

— Господи, как ты тут оказался? — загнанным зверем Солли воззрилась на Ки, пристыжено замотавшего головой и уверяющего взглядом, что он ни при чем.

— «Мы просто дружим», «мы просто дружим». — передразнил МинХо КиБома, ухмыльнувшись и скрестив руки на голой груди. Их подруга только теперь, отойдя от первого впечатления, заметила, что он был топлес. На секунду всё внутри сбилось в мыльную пену с лопающимися пузырями: радость от результата теста, тревоги, что он может и ошибаться, полуобнаженный МинХо. Почему последнее весь месяц дополняет любой её жизненный сюжет?

— Мы, действительно, просто дружим! — заставила она обратить МинХо лицо к себе. Включив трезвомыслие и волю, Солли собралась. — Я переживала, что беременна от ХиЧоля. Ки поддержал меня в этой ситуации. Что тут такого?

— Да так… — потихоньку вникая в произошедшее, пожал плечами молодой человек. — впервые сталкиваюсь с таким доверием между парнем и девушкой, не подкрепленным сексом.

— Всё бывает в первый раз, — произнес КиБом и подошел к Солли, положив ладонь ей на плечо. — вот видишь? А ты волновалась. Я же говорил, что всё в порядке! Сейчас переждем немного, и ещё один сделаешь, что б наверняка.

— Да я, наверное, лучше к нам пойду. — смутилась она. Одно дело решать этот вопрос с Ки, но совсем другое при наблюдении за этим всем МинХо. Тот прав, у них удивительное доверие между собой. Вспоминая годы дружбы с Хинимом, до того, как они стали встречаться, Солли не могла представить, чтобы она обратилась к нему с подобным, не сгорев от стыда. А вот с КиБомом всё вышло запросто. Всё-таки с ХиЧолем они никогда до глубины души не были только друзьями. Что-то всегда сидело в них такое, что разграничивало в них разнополость. А с Ки комфортно, как ни с кем! Хотя как мужчина он ей совершенно безразличен. Улыбнувшись ему, она ощутила его пальцы на себе. Или он просто никогда не рассматривался подобным образом? Черт, опять это началось, стоило рядом оказаться наполовину раздетому проклятому Чхве МинХо!

У Ки зазвонил телефон и он, побеспокоенный кем-то из менеджеров, вынужден был извиниться и отойти в соседнюю комнату, чтобы поговорить. МинХо обошел диван и приблизился к Солли, встав рядом.

— Ну вот, опять, меня увидела, и бежать собралась?

— Скрывать не буду, ты меня сейчас смущаешь, как никогда. — она отвела взор в сторону.

— Я понимаю, что ты не хотела, чтобы кто-то присутствовал при ваших секретах, но… — проходящий по пространству луч солнца переместился на лицо девушки, озарив её теплым сиянием. Прищурившись, она чуть сдвинулась, глядя, как по нему в воздухе кружит несколько пылинок. Они не достигали того, кто заставлял её трепетать. И этот обнаженный торс рядом заканчивался резинкой серых спортивных штанов, длинных, до самых пальцев босых ног. Те стояли на бежевом ламинате с рябым узором дерева. Всё так просто, так по-домашнему, так незатейливо и безыскусно. От чего бежать? От кого скрываться средь бела дня? — вспомни, как мы вели себя на съемках, на которых провели много-много часов. Я же тоже твой друг. Перестань кипятиться без повода. Помнишь, как мы снимали сцены поцелуев? Ты постоянно смеялась, и тебя это немного смущало, но не напрягало. А как мы лежали в одной кровати перед камерами? Почему тогда ты могла вести себя естественно, а теперь нет, Сол?

— Если ты признаешь, что изображаешь сексуальный интерес ко мне, что играешь, а не всерьёз пристаешь временами — не отрицай, это бесполезно — то да, я расслаблюсь. Но пока я думаю, что ты клеишься ко мне, я не могу вести себя, как ни в чем не бывало. — выговорила всё накопившееся Солли. Устав от напряжения и ношения в себе разных идей она, наконец, немного облегчила душу.

— Я не буду отрицать, что малость домогаюсь. — МинХо явил красивую улыбку, в которой не скрылась ни одна из его пошлых мыслей. — Но я не играю. Я увидел в тебе привлекательную девушку, и не вижу смысла скрывать этого. Ты тоже должна признать, что видишь во мне что-то большее, чем раньше. Я ведь нравлюсь тебе, Сол? Только одно я пытаюсь донести: новые обстоятельства не всегда отменяют старые. Как бы мы не хотели теперь друг друга, мы всё ещё друзья, которым не надо сводить отношения на один только секс.

Солли тут же открыла рот возразить, что ни о каком сексе и речи идти не может, но к ним вернулся КиБом и сообщив, что его вызывают спуститься вниз к подъехавшему менеджеру, попросил дождаться, быстро подхватив куртку и уносясь из общежития. Превосходно! Девушка посмотрела на МинХо, с которым осталась один на один.

— Успокаивает одно: Ки скоро вернется, и ты не будешь лезть ко мне. — показала ему язык Солли, по его рекомендации попытавшись вернуться в то время, когда они не видели в партнерах по фильму сексуальные объекты. Вдруг сработает, и он оставит её эротические мечты?

— Ну, при хорошем расчете можно уложиться. — подмигнул МинХо и получил слабый шлепок по предплечью.

— Прекращай!

— Да ни за что. — не сговариваясь, они сели на диван, стараясь держаться расстояния. — Ты мне, правда, нравишься.

— Мне много кто нравится, но я же не тащу всех в постель.

— Просто, мне ещё и секс сам по себе очень нравится. Я пытаюсь совмещать. — тихо рассмеявшись, они откинулись на подлокотники по противоположным концам дивана. — А тебе разве не хочется попробовать со мной?

— МинХо, даже не заводи этих бесед! — Солли зажала уши ладонями, начав напевать песню.

— Почему нет? — захохотав громче, он переместился к ней ближе и развел её руки в стороны. — Я так понял, что у тебя проблема с отсутствием женских тяжелых дней? Ты знаешь, что безумный и горячий секс очень способствует их приближению?

— Да ладно? — отшучиваясь, высвободила свои запястья девушка и вжалась в угол, стараясь не соприкасаться телами с МинХо.

— Правда. Могу помочь, по-дружески. И ты убедишься, что я не хуже КиБома в том, что касается поддержки! — он говорил с юмором, но всё равно подразумевал серьёзность. Он хотел её. «Безумный и горячий секс» — повторила про себя Солли. И этот пышущий страстью статный кавалер, который уже не раз прижимал её к себе. Даже целовал. Так жарко, как только можно желать. Поддаться и отдаться. Нет, нет!

— Нет! — вслух бросила она и поднялась. — Я не утверждаю, что ты хуже КиБома. Просто Ки — это Ки. А ты — это ты. А для секса у меня, уж извини, Ким ХиЧоль. И других мне не надо.

Поджав губы, МинХо развернулся к ней прямо. Положив руки на широко разведенные ноги, он впился в неё глазами. И под ними было так колко, будто вокруг терлись еловые ветки. Солли поежилась.

— Давай закроем тему секса между нами, хорошо? Я замучилась объяснять и чувствовать себя при этом какой-то неправильной. Я знаю, что я права.

— Как знаешь, только… — МинХо поднялся и они чуть не столкнулись нос к носу. Но когда он выпрямился, она оказалась у его груди. Руки парня прошлись по её рукам, остановившись на плечах. Потом одна из них резко перескочила на её шею сзади и, потянув вперед, привлекла Солли к его губам. Они коснулись её уст мимолетно, тут же подступив к маленькому ушку. — если тебе всё-таки захочется… я в твоем распоряжении, Сол. В любое время.

Отпустив её, МинХо отступил на шаг.

— А вот и я! — раздался голос КиБома из прихожей. Вот теперь точно можно, и даже нужно было уходить вон отсюда. Солли, поправив локон, отведенный за ухо, суетно обошла молодого человека и направилась прощаться с лучшим другом. «Если» захочется? Господи, МинХо, да какое с тобой может быть «если»?!

Глава 10. «Плохие идеи»

Вроде бы должно немного полегчать, да и отрицательные тесты должны успокаивать, но месячные к Солли так и не приходили, хотя прошло ещё три дня. Могут ли тесты ошибаться? Крайний срок, названный КиБомом — недели две — ещё не исчерпал себя, так что тающий, как льдинка в весенней луже, запас терпения, оставался годным на ближайшие пару дней. И всё-таки девушка не знала покоя и, не находя места, залезла в интернет через телефон, ища ответ на то, как часто обманывают, и обманывают ли вообще, эти проклятые полоски, две или одна. Разве это подобие лакмусовой бумажки способно достоверно указать истину? Даже если она использовала все купленные другом четыре попытки, оказавшиеся друг с другом солидарными. Женские форумы кишели подобными разговорами и прочим, с ними связанным и, разумеется, чуть ли не каждая вторая настрадавшаяся так, как страдала сейчас Солли, писала, что тест показал «нет», а оказалось «да», либо же он показал «да», а оказалось «нет». В общем, вывод был ясен: точно ничего сказать нельзя. Идти к врачу или ждать. Из двух вариантов Солли предпочла последний. Убеждая себя, что выдержит и дождется этих несчастных месячных, девушка сидела на кухне, когда со стороны входа раздалось знакомое покашливание. На этот раз она была здесь одна, поэтому ХиЧоль, не оттягивая, после того, как привлек её внимание, пересек несколько метров и остановился перед Солли.

— Привет. — он снял солнечные очки, протянув ей ладони.

Вместо того, чтобы встать и обнять своего молодого человека, девушка рассеяно вложила свои руки в его, убрав в сторону мобильный.

— Привет.

Постояв несколько секунд и ничего не дождавшись, ХиЧоль наклонился и поцеловал её сам.

— У меня безумно сногсшибательная новость! Так что хорошо, что ты сидишь! — самодовольно улыбнувшись, как умел только он, сочетая театральный жест с искренней ухмылкой, мужчина привлек внимание возлюбленной. — Меня из армии отпускают в субботу. В субботу я буду на воле! Празднуем?

— О! — Солли постаралась улыбнуться пошире. Это была замечательная новость, но её состояние не позволило ей тут же среагировать, запрыгав от радости, как хотелось бы, наверное, ХиЧолю. — Конечно! В клубе? Кто ещё будет?

— Нет, не хочу никого больше. — он потрепал её по волосам. — Только ты и я, в связи с чем я заехал помочь тебе кое-что сделать, если ты не против.

— Что же? — оживляясь всё больше от его присутствия, полюбопытствовала девушка.

— Начать собирать свои вещи. Тогда ты переберешься ко мне в субботу, и это будет мне лучшим подарком в честь дембеля. По-моему, я заслужил своей бравой службой. — ХиЧоль засмеялся.

Солли отвела взгляд, вспомнив об этой, так до конца и нерешенной теме. Опять он за своё! Нет, разумеется, она не против съехаться, даже мечтала об этом, чтобы иметь возможность каждую ночь обнимать его, завтракать вместе, всё знать друг о друге. Но сейчас… она уже не сможет скрыть от него никаких своих проблем. И, если она, на самом деле, окажется беременной, то ничего без его ведома не произойдет. А он хотел бы оставить ребенка, который погубит её карьеру и жизнь. Артистическую, а не личную. Но не станет она полностью счастливой, если прекратит заниматься своим любимым делом! Оставалось надеяться, что ХиЧолю не принципиально будет её решение устранить ненужную ей преграду. Он должен будет понять. А не командовать, как в прошлый раз, ещё только теоретически, но уже так деспотично и единовластно.

Начать собирать вещи? Тогда стоит прямо здесь и сейчас поставить все точки над i. Солли задумалась, с какой стороны лучше подойти? Или всё-таки подобные интимные вопросы должны оставаться при женщине?

— Ты слишком давишь на меня. — как можно мягче сказала девушка. Или ей казалось, что давит, потому что он нависал сверху? Она поднялась и отошла от стула. ХиЧоль развернулся, следя за её передвижениями.

— Давлю?

— Ну… берешь и так внезапно, как решенный факт…

— Сол, по-моему, я уже просил подумать на эту тему. — надув губы, нагнал её мужчина у плиты, к которой она механически подошла, перетаптываясь. — Ты что, не надумала? Твоей отговоркой было одиночество в квартире. Теперь речь идет о нас двоих в ней!

— Это была не отговорка, а достойный аргумент! И мне некогда было собраться с мыслями с тех пор. Дел хватало.

— Я считаю, что наши отношения находятся на первых местах, чтобы отодвинуть ради них что-нибудь другое и подумать. — Солли развернулась к нему, уже начавшему обижаться и сердиться. Ей и самой сейчас было не сладко. Почему он не хочет, пока что, уступить и отступить? Она просто не в состоянии нынче мирно спорить и что-то доказывать. Нервы накалены.

— Естественно, что они очень ценны и значимы! Но это не значит, что я, например, должна наплевать на работу и думать только о тебе и нас целыми днями. — «И о том, как стать домохозяйкой, бросив всё достигнутое и разбив свою мечту» — довершила про себя Солли.

— А, может, это мне делать нечего и я такой лодырь, что успеваю о нас подумать? — ХиЧоль отошел от неё, отвернувшись к холодильнику и заводив пальцами по напоминалкам и магнитикам. А ей бы хотелось, чтобы он замолчал и обнял её. Но она знала, с кем связывалась. С гордым и не терпящим возражений Хинимом, который крайне редко был способен первым извиниться или успокоиться. В большинстве случаев конфликты исчерпывались благодаря её женской хитрости.

— Ты, такое ощущение, что специально уже настроился на что-то… такое… — «Интересно, а не мог ли он намеренно сделать так, чтобы я забеременела?» — мимолетно подумала Солли, но тут же отогнала от себя эту мысль.

— Какое? Серьёзное? О, извини, я не знал, что мы всё ещё просто ходим в киношки и думаем над тем, а не замутить ли? — мужчина сложил пальцы, как цветок-хищник, поймавший насекомое, только он сжал пустоту, готовый стиснуть руки в кулаки. — Мы уже давно не просто приятели! Мы скоро год как встречаемся! О чем ты думаешь, если не о том, как развивать отношения глубже и дальше?

— Прекрати говорить мне очевидные вещи! Я всё это знаю. — Солли скрестила руки на груди, поймав взгляд ХиЧоля.

— Тогда не веди себя, как неудовлетворенная истеричка! — прыснул мужчина, не сумев спокойно отреагировать на её тон, повысившийся на последней фразе. Он не умел утихомиривать расстроенных из-за него же самого людей.

— Может, я и есть неудовлетворенная! — глаза ХиЧоля впились в неё, зажегшись почти ненавистью. Что-то в нем едва удержалось внутри, вспыхнув и оставшись тлеть.

— То есть, я тебя не удовлетворяю? — тише, но с большим ядом закивал головой мужчина.

В кухню ступила Виктория, собираясь пройти к холодильнику, но столкнувшаяся о ХиЧоля.

— Можно выйти?! — гаркнул он на незваную посетительницу. — Мы разговариваем!

Извинившись, Вики спешно скрылась, зная, что рассерженная звезда Супер Джуниор один из самых неприятных людей в таком состоянии.

— Продолжай, что тебя ещё не устраивает? — подошел ХиЧоль к Солли, вновь оставшись с ней наедине. Внутри всё клокотало, аж желудок начало крутить. Мало того, что когда-то его обвинили в том, что он плохо целуется. Теперь та, которую он любит всем сердцем, заявляет, что он не удовлетворяет её. Старые комплексы полезли из всех щелей, затопляя мозг. Раны обнажались, но вместо того, чтобы защищаться, хотелось атаковать. Время неуверенного мальчика давно прошло. Теперь он привык колоть, а не терпеть уколы. Но всё-таки как трудно перестать обращать внимание на то, что так сильно задевает!

— Меня всё устраивает! — заметив, как сильно вознегодовал Хиним, девушка слегка присмирела. — Я это так сказала. Просто. Потому что ты обозвался.

— Я не обзывался, а привел пример, — покривившись, ХиЧоль отступил на шаг. — и оказалось, что я тебя не удовлетворяю.

— Я такого не говорила! Не переворачивай слова и не придирайся к ним! — прищурилась Солли, желая тряхнуть этого зрелого дурака, чтобы он очнулся от кажущейся ему уязвленной гордыни.

— Нет, ты именно так и сказала! — он был уже не настроен заканчивать. Расходясь, мужчина ткнул пальцем в девушку. — Что тебе ещё не нравится? Могла бы и сразу мне это сказать, а не отмалчиваться.

«Боже, какое счастье, что я не попросила тогда заняться со мной любовью жарче и жестче, как хотела! — отметила Солли. — Но я вовсе не чувствовала себя неудовлетворенной! Даже если самую малость, но ведь это не делало меня несчастной! Черт меня дернул сказать такое».

— Оппа, меня всё устраивает и мне всё нравится! — стиснув зубы, силилась прекратить эту склоку она.

— Да? Поэтому ты не хочешь перебираться ко мне? Потому что тебя всё «устраивает»? Знаешь, ЧжинРи, что-то не верится! — ХиЧоль замер на пороге, двинувшись к выходу. Его пальцы легли на косяк и забарабанили по нему. Как сказать ему, что она бесилась по другому поводу? Что настроение её упало из-за беспокойства, к которому он подкидывал поленьев своими серьёзными планами. — Знаешь что? Забудь о празднике и вечеринке на двоих. Ты права, клуб — вот самое оно! Соберу всех парней, здорово оторвемся! В конце концов, ведь это мужской праздник — окончание службы, ведь так? Ты же не обидишься, правда? Ты сама мне изначально это предложила.

— Хиним! — крикнула Солли, сделав шаг вперед. Хотелось его стукнуть и попытаться воспитать.

— Извини, но мне надо бежать. Созвонимся вечером, пока! — не выслушивая больше ни слова, ХиЧоль быстро покинул общежитие f(x). Девушка вздрогнула, услышав хлопок дверью.

Какой же он дурак! Большой и непроходимый дурак. Придумал себе, невесть что, а теперь будет припоминать ей ещё лет десять одно неловко сказанное без злобы слово. Благодаря сцене он стал таким непробиваемым для чужих, но вне её оставался таким ранимым для своих! Как и всякая творческая личность, он имел свои слабости, но они были грандиозными слабостями, ушибив которые можно было убить. Это как Ахиллесова пята. Такая сила в остальном, и такая катастрофическая пропасть в одной малюсенькой точке. Как она могла забыть, что её Хиним крайне щепетилен в сексуальных вопросах? Он с мастерством целовальщика-то носился, как с писаной торбой, а тут такое!

В тот же вечер к Солли пришли критические дни и она, прыгая от радости, необоснованно веселясь и пританцовывая при ходьбе из комнаты в комнату, удивляющая девчонок, взялась за свои вещи, которые твердо решила собрать, большей частью, до субботы. Почувствовав, как узел в груди развязался, девушка достала сумку и, объявив подругам, что они с ХиЧолем решились на сожительство, взялась складывать одежду. Благословляя КиБома, судьбу, удачу и всех ангелов хранителей, Солли даже напевала себе под нос. Выстроив первую стопку, она нажала на кнопку вызова номера своего молодого человека, набравшись смелости озвучить своё решение. Голос его прозвучал холодно и неприветливо. Но этого и следовало ожидать, ведь они поругались, а сердился ХиЧоль подолгу.

— Хиним, — улыбаясь, пыталась растопить набежавший на него лед Солли. — я начала собирать вещи, так что жди меня в субботу.

— Ты знаешь, ничего не получится, — всё так же пренебрежительно ответил он. — я уже договорился с ДжеДжуном и ЧонМо. Осталось обзвонить других. Мы идем в клуб, мужской компанией.

— Вот как? — сердце ёкнуло. Девушка не ожидала, что он ещё и мстительность свою проявит на ней. Не прощаясь, она положила трубку. Пусть сидит там и злится дальше! И без него есть, чем заняться!

Раскидав вещи по заправленному одеялу, Солли пнула упавшую футболку и зашвырнула её под кровать. Посмотрев на образовавшийся бардак, она плюхнулась на постель, обхватив голову руками. Ну, за что ей достался этот самый невыносимый мужчина на свете?! И почему она его так любит?

Это было впервые за почти одиннадцать месяцев, когда они не созванивались дольше трех дней. Солли надоело быть уступчивой, милой, хорошей для него. У неё тоже есть гордость! Как ни рвалась душа набрать его номер, как ни тянулись до ломоты руки к телефону, она сдерживалась и отвлекалась. Её издевательства над собой возымели успех в субботу днем, когда ХиЧоль позвонил сам.

— Чем занимаешься? — после короткого приветствия, не то чтобы заискивающим, но слегка виноватым голосом, говорил он. — В общежитии?

— Нет, только собираемся с репетиции. — от одного звучания его дыхания в трубке, Солли была готова простить всё и начать договариваться о встрече, но снова пересилила своё страждущее сознание. Спросить, не передумал ли он на счет клуба? Нет, это тоже будет капитуляция с её стороны. Пусть сам постепенно сдается.

— Я соскучился. — честно признался он. Дрожь и нега бежали наперегонки по её, в миг разомлевшему, телу. Вот-вот она попросит его приехать, или попросится к нему. Нет, нет! Держись, держись!

— Я тоже. — потеплев интонацией, не выдержала Солли.

— Приедешь завтра? — вымолвил он, и брови девушки съехались, прорисовав складку между собой. Итак, он не передумал со своим мальчишником? Не стал забирать своих слов обратно?

Как же быть? Проглотить это? Разобидеться ещё сильнее? Солли изучала свой маникюр, на самом деле глядя насквозь. Ведь он всё-таки первым сдался. Проявил себя, как мужчина. И он соскучился. И она скучала безумно. Иногда ей не хватало даже его заносчивости и вредности.

— Конечно, приеду.

— Я буду ждать, малыш. — с чувством сказал он.

Одновременно положив, в голове девушки зажглась идея «а почему бы мне не приехать к нему, как в прошлый раз, среди ночи и не подождать его из клуба?», а в голове мужчины продолжали роиться более запутанные и трудные мысли. Её изводила тоска, свойственная первой любви, нетерпеливости юности. Его же тревожило то, что он не справлялся с возложенной на себя задачей делать Солли счастливой. И он уверил себя в том, что знал причину их размолвок, причину того, что гармония их отношений поколебалась. До того, как они занялись сексом, ничего этого не было. И да, следовало признать, что секс — не самая сильная его сторона. Не в том плане, что он мог мало и редко, вовсе нет. Но он не владел искусством, которому не старался никогда научиться, спя всю жизнь только с доступными женщинами и шлюхами. Он был принципиально ленив в постели. Боясь услышать, что делает что-то не так, он старался не делать ничего. И это отлично прокатывало многие годы. Когда спишь со шлюхами и фанатками, им искренне всё равно, как ты себя ведешь в постели. Первые делают всё сами, последние кончают только от того, что касаются тебя кончиками пальцев. Но Солли — это совсем другое! Это та, с которой он захотел делать иначе, но оказалось, что не владеет навыками. А где их взять? Где теперь наверстать упущенное и научиться доставлять своей девушке блаженство и наслаждение?

ХиЧоль потер уставшие от чтения бумажек глаза. А что, если снять какую-нибудь путану, привести её к себе, и попросить объяснить, что нравится женщинам? Так сказать, проработать с ней теорию. Он будет выглядеть полным идиотом? Да какая разница, что о нем подумает девица, которую он увидит первый и последний раз в жизни? Лишь бы был результат. Лишь бы он избавился от ощущения, что он ни черта не удовлетворяет Солли в постели, что ей не нравится спать с ним, поэтому она избегает переезда. Поразмыслив над подобным вариантом, ХиЧоль принялся обзванивать оставшихся друзей, которых собирался пригласить на вечеринку в клуб. Одного из них он попросил найти подходящую для изучения тонкостей занятий любовью персону. Хотя бы один урок получить, потому что учиться на Солли — это ужасно. Он в свои тридцать сам должен быть ей наставником, учителем и советником. А он что? Всё, что может — это бояться сделать ей больно, неприятно. Ясное дело, что когда он порой вытворял какие-нибудь грязные штуки с прежними любовницами, то они и стонали и нахваливали его и кричали «ещё!», хотя почти ничего не происходило. Но, как он уже понял, они это делали либо за деньги, либо по пьяни, либо от восторга от самого осознания, с кем они спят. Черт, черт, черт! Почему эти женщины такие сложные? И за что ему досталась такая прекрасная и невинная девушка? И почему он так любит её? Её, заставляющую его хвататься за голову и охватываться страхом, не желая потерять её или разочаровать.

Глава 11. «А разве не этого хотелось?»

Ночь, опустившаяся на Сеул, душная и завораживающая, как и положено правильной летней ночи, не давала просто так уснуть в преддверии выходного дня. Она поселяла в душе разные мысли, желания. Хотя, только ли душа была ответственна за них? Конечно же, жара влияла первым делом на тело, а уже от него, как через проводник, добиралась до всего остального и заставляла горячиться, ворочаться и чувствовать неприсущий обычному состоянию зной. Не была исключением и Солли, не выдержавшая и собравшаяся, чтобы поехать на квартиру к ХиЧолю.

Приготовив себя к любви, в которой она хотела наладить их отношения, девушка вылезла из душа и, надев новое нижнее бельё, облачилась в светлое укороченное платье с кружевными вставками. Бисеринки, украшавшие узор, идущий вдоль декольте, поблескивали в меняющемся освещении общежития, улицы, такси и подъезда, по которому Солли поспешила подняться. Дверь отворилась легко и беззвучно, хотя подкрасться всё равно было не к кому; в квартире царил оставленный несколько дней назад бардак, сообщающий свежей заброшенностью о том, что ХиЧоль сегодня не заезжал сюда перед походом в клуб. Время было очень позднее. Девушка специально оттягивала приезд до последнего, чтобы долго не томиться в одиноком ожидании. В их с девчонками гостиной минуты коротались проще. А здесь, хоть уже и было привычно, по-домашнему, но всё-таки заняться чем-либо сложно.

Заглянув на кухню вместе с преследующим её по пятам ХиБомом, Солли убедилась, что еды у того насыпано с избытком. Единственное, в чем нуждался кот — во внимании какого-нибудь человечишки, о чем он напоминал своим прищуренным взглядом, похожим на хозяйский и говорящий о собственной неотразимости. Девушка взяла его на руки и пошла к телевизору, отвлекаться на разные картинки на экране, пока не вернется её любимый мужчина.

Часы тикали, а вернее, молча переключали светящиеся цифры на электронном циферблате. Солли старалась смотреть на них не часто, дабы не трепать самой себе нервы. Все приличные и развлекательные шоу закончились и остались только музыкальные каналы. Щелкая с одного на другой, она ознакомлялась с какими-то новинками и старыми композициями, которые по тем или иным причинам не видела раньше. Когда бы она ещё занялась этим, как не ночью, отданной на ожидание вместо того, чтобы спать и отдыхать? ХиЧоля всё не было. ХиБом, удовлетворенный тем, что его погладили и почесали за обоими ушами, слез с колен и отошел на две диванные подушки дальше, проявив самодостаточность. Свернувшись там клубком, он стал заражать Солли сонливостью.

Досмотрев очередной десяток клипов, девушка поднялась и сходила в спальню за пледом. Вновь сев напротив телевизора, она не собиралась сдаваться, но накрывшись, по привычке, в тепле стало клонить в дрему. Поглядывая на мелькающие лица за окном в другую, несуществующую реальность постановочных сцен и сюжетов, Солли зевнула и, сделав потише, всё-таки прикрыла глаза. Однако сон был чутким, хоть и притормаживал её реакцию. Потревожил её не ключ в замочной скважине, а непосредственное бряцанье связкой по тумбочке. Звуки говорили о том, что у вошедшего ничего не получается с первого раза: ни положить ключи на место, ни выбраться из ботинок, ни встать ровно, не облокачиваясь ладонями на стену. Тряхнув головой, Солли поспешила в прихожую.

Качающийся ХиЧоль вздрогнул от её появления, схватившись за сердце. Почти абсолютно пьяной логикой, ему почудилось, что в доме завелось приведение. Сдержавшись, чтобы не выдать нецензурной лексикой своего испуга, мужчина всмотрелся в конец коридора, казавшегося бесконечно далеким, и разобрал, что там стояла Солли, в красивом жемчужном платье. Господи, какое счастье, что он не повез сюда девицу, едва не снятую для задуманных целей! Какова бы сейчас была авария! Он натискался с ней в клубе, безобидно, просто, как это делают все в хмельных компаниях, но до разговоров так и не дошло, да и разве дадут друзья, отмечающие его возвращение на гражданку, посидеть спокойно и договориться о чем-нибудь? Нет. В конце концов, он напился так, что понял: сегодня ничего не выйдет. Голова уже погрузилась в приятный туман, рискуя перешагнуть порог приятности и превратиться в неприятный мутный шторм. Надо было останавливаться и уезжать.

— Привет. — Солли поздоровалась, подойдя к нему. С виду он казался вполне вменяемым, только шатало его, как колосок на ветру. — Ты в порядке?

— Полном. — непререкаемым тоном заверил ХиЧоль, снимая пиджак. Язык дал ему понять, что фразы длиннее двух слов он не вытянет. Ладно, односложно тоже можно общаться. — Ты что тут?.. Как?

— Я… — положив ладони на грудь ХиЧоля, что послужило ему дополнительной опорой, девушка улыбнулась. Он интуитивно накрыл её ладони своими руками, пытаясь сфокусировать взгляд на её глазах. — хотела сделать тебе сюрприз. Я не смогла больше ждать встречи.

— А-а… — мужчина кивнул. Солли чуть приподнялась за поцелуем, но он не мог поцеловать её в эти невинные губы своими, которые буквально полчаса назад перецеловали в клубе всех, кто там только был. А когда он хорошенько выпивал, он действительно раздавал поцелуи без исключений. И одной из последний была какая-то дешевая шлюха, иначе и не назвать. ХиЧоль отвел лицо для целования щеки. — я тоже очень ск-скучал.

— Когда же ты перестанешь столько пить? — мягко укорила его Солли и, ведя ладонями по рубашке к шее, заметила на её воротнике алеющее пятно. Подавшись вперед и исследовав красный мазок, девушка различила след от чьих-то губ, след помады. — Что это такое?

— Где? — не видя себя со стороны, попытался наклонить лицо ХиЧоль, но оно всё равно упиралось подбородком в шею и не давало заметить то, на что тыкала Солли. — Что?

— Хиним, с вами что, были женщины?! — начала она входить в ярость.

Он повернулся к зеркалу над тумбочкой и, сосредотачиваясь несколько секунд, сумел воссоздать максимальную четкость изображения. Черт, да, на ткани была помада. Что говорить? Что делать? Думай, пропитой мозг, думай!

— Разумеется, — мужчина отвернулся от зеркала, понемногу трезвея, вынужденный собираться с мыслями. — ЧунХен был с какой-то бабой, да и Дже… они же свободные парни!

— Тогда почему они целовали-то тебя?! — повысила голос Солли. Нет, это уже предел! Он устраивает ей обиды и встаёт в позы на ровном месте, он пытается делать всё всегда по-своему, прогнозирует их будущее, не считаясь с её мнением, иногда просто-таки изводит ревностью, смущая её дружбу с парнями, требует к себе повышенного внимания и что же? Когда её нет, он окружает себя какими-то женщинами и развлекается? Взамен на её верность, терпение и тот кошмар, в котором она продержалась несколько дней без его поддержки? — Почему на тебе поцелуи?!

— Боже, Сол! — ХиЧоль сморщился, опустившись на четырех ярусную полку для обуви. — Они же пьяные! Лезут, губы свои тянут. Я виноват, что ли?

— А ты отбиться не мог? Или ты тоже пьяный, и это должно всё тебе оправдывать? — девушка разозлилась не на шутку. Ей казалось верхом несправедливости, что за все её жертвы, за то, что она не стала беспокоить ХиЧоля в сложной для себя ситуации, получила его легкомыслие. Сколько она вкладывала в их отношения! А что делал он? Принимал всё, как должное.

— Я отбивался, малыш! — мужчина криво погладил её плечо, не в силах выдержать ровного курса. — Я даже не заметил, когда кто-то коснулся рубашки…

Пиджак, некрепко повешенный на крючок, упал с него и плюхнулся за спиной ХиЧоля на пол. Солли, тяжело дыша и глядя на то, как медленно и вяло реагирует мужчина, рывком наклонилась за одеждой и подняла её. Из кармана что-то выпало. Вернувшись за предметом, девушка обнаружила презервативы. Не целую пачку, а оторванную от своих товарищей пару. С недоумением взяв в руку их, другой прижимая к себе пиджак, Солли выпрямилась, обуреваемая самыми горестными предположениями.

— Хиним, что это значит? — не надеясь на его соображение, она поднесла презервативы прямо к его носу, озвучивая. — Что у тебя в кармане делало это?!

— Эм… — ХиЧоль, сужая и расширяя глаза, облизнул губы, водя по воздуху хаотично руками. — Я… купил про запас.

— Про запас? Про запас?! — Солли топнула. Слезы подступили к уголкам глаз. Кажется, ещё никогда она не плакала из-за своего возлюбленного. Неужели он доведет её до такого? — Поштучно? А что же ты упаковку не взял?

— Какая разница… — поджимая губы, выдал ХиЧоль и отвел взгляд.

Девушка побежала в спальню и, открыв верхний ящик, из которого мужчина всегда доставал контрацептивы, нашла там достаточное количество. Задрожав и с силой захлопнув его, Солли вернулась в коридор. Швырнув маленькие блестящие упаковки в лицо ХиЧолю, она схватилась за виски.

— Зачем ты носил их с собой?! Чтобы спать с другими, да? Ты мне изменяешь? Ким ХиЧоль, ты спишь с другими женщинами?! — девушка воззрилась на него с мольбой, чтобы он нашел правильные слова, объяснил всё и отбил её безосновательные обвинения. Ей очень хотелось, чтобы они были безосновательными. Но он был так пьян, что не мог ничего сочинить. Вот именно что! Будь измена мифической, можно было бы сказать правду и ничего не сочинять. На это и пьяный способен. А ХиЧоль молчал и думал что-то! Выдумывал! Это выдавало его с головой.

Мужчина пытался собраться и выдать наиболее приемлемую версию, но ведь он, на самом деле, уже встречаясь с Солли, спал с другими, с тех пор эта предательская парочка и завалялась. Но с тех пор, как они занялись любовью, он не изменял ей! Так будет ли для неё большой разницей, с каких именно пор он не спит с другими? Черт, да как же выкрутиться-то?

— Сол… ну… они с очень давних пор у меня, наверное…

— С очень давних? — слезы потекли по щекам, за что девушке стало стыдно. Прежде всего перед собой. Как можно позволить себе рыдать из-за любимого человека? Как он мог позволить себе довести до такого её, которую якобы любит? Солли подняла один из презервативов и посмотрела на дату производства. — Четыре месяца назад изготовлено. С очень давних, да? За кого ты меня держишь?

Заплакав сильнее, девушка стала обуваться. ХиЧоль, всполошившись, приподнялся.

— Куда ты? Ты чего? — попытавшись взять её за локоть, он был оттолкнут. — Сол!

— Уйди! — вытерев тыльной стороной ладони лицо, она ринулась к двери, у которой попытался её нагнать мужчина.

— Куда ты в ночь? Стой! — девушка снова отпихнула его, не позволяя себя касаться. Внутри всё перевернулось, какая-то странная агония любви, которая не может ослабеть, но в то же время подверглась смертельно опасной инфлюэнце. Именно так впадают в состояние аффекта. Солли не контролировала себя. Ей было страшно сорваться, страшно думать дальше и развивать думы о том, как ХиЧоль спал с другими. Ей было жалко себя, и в то же время она ненавидела в этот момент всё на свете.

— Пусти! — крикнув на своего молодого человека, не успевающего за ней и уступившего сейчас ей в прыти, она выбежала прочь, перескакивая через ступеньку и спускаясь к выходу. Он изменял ей! Измена — это предательство. Разве можно такое простить? Но даже теперь, когда хотелось рвать и метать, Солли не желала разрыдаться перед ХиЧолем и выглядеть, как последняя дура. Ехать в общежитие? Остаться один на один с собой и всем этим? Невыносимо. Разбудить девчонок и устроить ночь проклятий мужскому роду? У них как-то бывало такое, когда у Вики или Кристал не ладилась личная жизнь. Солли знала, что излитие души подругам не слишком помогает. Только пока жалуешься и плачешься. А потом все расходятся и ты дальше крутишься под властью горечи и личной драмы.

Вот и улица. Нужно вызвать такси в любом случае, что бы сейчас не пришло в голову. Солли достала мобильный. Четыре часа утра, Боже мой! Сможет ли она простить ХиЧоля? Он же был пьян, вдруг, когда он проспится, он всё объяснит толком? Может, она поспешила? Может, есть достойные аргументы в его пользу? Нет, это в ней говорит любовь, привыкшая к всепрощению и жертвенности. Так нельзя, нельзя прощать такое! Задыхаясь от слез и эмоций, чувствуя себя не менее опьяненной, чем если бы пила она, Солли открыла записную книжку в телефоне. На глаза бросилось два номера. Почему так хотелось сейчас набрать тот или другой? Что за кричащий злой голос орет у неё внутри? Месть? Сердце хочет справедливости? Разве отвечают на такое подобным? Черт, око за око, зуб за зуб. Но на какое имя нажать? Они ведь спят. Завтра, наверное, им обоим рано вставать. КиБом, и так, столько сделал для неё! Да и, что он сделает? Обнимет, пожалеет? Скажет «ну ты дурочка, привыкай — это же мужчины!». Точно, так и скажет. Это не утешение. Это призыв к смирению, к тому, что она неудачница и слабачка, и с этим нужно смириться.

Солли посмотрела на второй номер. А что скажет он? Пошлет за то, что разбудила его ни свет, ни заря? Ладно же, посмотрим. Сейчас было всё равно. После удара в спину от любимого человека, какая разница была, кто ещё куда её словесно отправит? Гудок, третий, пятый, десятый…

— Алло? — сонный, хрипатый голос.

— МинХо, ты не занят ближайшие пару часов? — твердо изрекла Солли.

— Что? Кто это? Сол, ты? — добавил он, видимо, отведя трубку и посмотрев на время и имя абонента. — Что случилось?

— Я спрашиваю: у тебя есть для меня пара часов? Твои слова всё ещё в силе?

— Какие? — спросонья недопонимая, уточнил МинХо.

— Что ты в моем распоряжении. Когда угодно. — тишина. Глубокий вздох. Солли закусила нижнюю губу.

— Прямо сейчас?

— Прямо сейчас. — ещё один выдох и начавшееся шебуршание. — Только при одном условии: никто ничего не узнает.

— Ты серьёзно говоришь о сексе? — видимо, выйдя из комнаты, которую делил с одногруппником, шепотом поинтересовался МинХо.

— Да. Это реально? Чтобы никто не узнал. — настаивала Солли, не сбиваясь с пути к цели, которую наметила.

— Приходи. Никто не узнает. — ровным и мужественным тоном выдал МинХо, отчего по плечам побежали мурашки.

— Я не в общаге. Подожди немного. Ловлю автомобиль и еду. Жди! — бросила девушка и побежала к дороге, вызванивая службу такси.

Парень встретил её внизу, у дверей внутрь здания. Немного согнувшийся от легкой утренней прохлады, МинХо стоял в джинсах и белой футболке, потирая плечи. Солли выпорхнула из машины и, расплатившись, подбежала к нему, оглядываясь, как шпион. Пока она ехала, ей названивал ХиЧоль, но она не подняла ему. От каждого его звонка горло схватывал новый спазм. Почему он так поступил? Зачем? Но ведь и неопровержимых улик у неё не было. Мысли совсем чуть-чуть успокоились, перестав отбойником бить по черепной коробке. А не было ли простое подозрение поводом для того, чтобы самой изменить ХиЧолю? Девушка отогнала от себя это безумие. Нет, нет, не могло в ней всё это время жить желание отдаться МинХо! Но тогда почему она позвонила именно ему, когда у неё есть столько более близких друзей? Рассуждать было поздно, потому что они уже ехали в лифте к жилищу «сияющих» ребят.

— А где все? — спросила Солли, глядя на кнопки и смущаясь столкнуться с МинХо взорами.

— Спят. — встряхнувшись и выпрямившись, он выпустил девушку вперед и, остановившись перед очередной дверью, пояснил. — Сегодня менеджер ночует не с нами, поэтому я попросил Онью перебраться на моё место, а мне освободить их спальню.

— И как ты это обосновал?

— Так и сказал, что ко мне придет прекрасная незнакомка. — МинХо подмигнул, отворив дверь и перейдя на тишайший шепот. — Только тихо.

— И Онью так просто уступил? — переняла его манеру Солли, следуя за ним.

— Ну, не без матершины и проклятий… — девушка ощутила, как вокруг её ладони сомкнулись сильные пальцы друга. Осторожно пробираясь через помещения, они не спотыкались и крались к заветным апартаментам, когда над их головами зажегся свет. Молниеносно сообразив, МинХо с силой впечатал Солли в ближайшую стену, прикрыв своей спиной. Её нос впился ему в грудь. Его расставленные по сторонам руки и широкие плечи заслонили её лицо от ненужных взглядов.

— Блядь, у нас когда-нибудь спят вообще? — послышался недовольный голос ТэМина. — Сколько валандаться можно?

— Тэ, заткни ушки и иди спать. — едва обернувшись назад бросил иронично МинХо. Солли затаилась, от волнения забыв как дышать. Если её тут увидят другие — это конец! Ей не хотелось так опозориться, ей не хотелось слухов и обсуждений. И, больше всего, ей не хотелось, чтобы всё дошло до ХиЧоля. Собиралась ли она с ним рвать? Она не знала, но стало страшно от того, что можно попасть в безвозвратную ситуацию.

— Тебе бы кое-что заткнуть, — видимо заметив, что товарищ не один, ТэМин снизил уровень мата в речи. — а лучше узлом завязать, чтоб из-за твоей неугомонности общага не превращалась в проходной двор.

Высказавшись, он ушел на кухню, шлепая босыми пятками. Воспользовавшись мгновением, МинХо схватил Солли за талию и вволок в свободную комнату, тут же заперев её на щеколду.

— Ну, что ж, вот мы и обошли все препятствия. — улыбаясь, парень подошел к подруге. Та стыдливо ответила ему улыбкой и отвела глаза в сторону. — Признаться, я малость растерян, но ты не представляешь себе, как обрадован…

— Слушай, только это ничего не будет значить… это будет просто одноразовым… ну… — начала бубнить Солли, но он прервал её, взяв за подбородок.

— Сол, пусть это будет чем угодно! Главное, что это будет. — слету впившись в губы, МинХо обхватил её за плечи и наклонил. Колени девушки задрожали, подкосившись. Руки молодого человека, касаясь не невесомо, как перышко, а властно и страстно, как окручивающийся вокруг удав, быстро прошлись по её рукам и, снизу вверх, по шее, вернулись к её лицу, обхватив его и удерживая для более глубокого поцелуя. Язык напомнил о том поцелуе на балконе, от которого верность Солли ещё тогда заказала себе билет в ад. Этот горячий, влажный и неистовый поцелуй пьянил и, если оставались сомнения о том, правильно ли она делает — а она делала совсем неправильное, это подсказывало подсознание — то после проникновения в её уста стало неважно. Даже если неправильно, остановиться уже невозможно. И тому было оправдание: ХиЧоль первый изменил ей! Она имеет право на реванш!

МинХо толкнул её на кровать спиной, стянув с себя футболку. В очах Солли, как солнце на заре, восстало фосфорицирующее вожделение. Тело, приближающееся к ней, сводило с ума и погружало в пучину безумия. Трогать его, отдаться ему, поддаться ему, ощутить его, каждую его частичку каждой своей частью. МинХо включил ночник рядом и погасил верхний свет.

— Как же мне хочется довести тебя до экстаза. — вонзившись глазами в глаза, расстегивал ремень МинХо.

Солли не знала, что и сказать. С ХиЧолем они просто предавались любви, без лишних фраз. Нежно, с доверием, зная, понимая друг друга. А чего было ждать здесь? Девушка понятия не имела. Парень оставил джинсы не до конца расстегнутыми и забрался сверху. Далеко не нежно схватив Солли за лицо, он поцеловал её ещё раз. Но ей не была неприятна эта незначительная грубость. Она заводила, она трогала само естество.

— Я тебя так трахну, что ты не пожалеешь, что пришла, — прошептал ей на ухо МинХо и она сглотнула слюну. Почему эта вульгарная строчка так пощекотала чувственность? Почему это обещание трахнуть заставляет ждать его исполнения? Солли распахнула глаза. Ресницы мелко дрожали.

Сев возле подола её платья, МинХо проник под него и, схватившись за трусики, потащил их вниз. Попытавшись воспротивиться такой резкости, девушка хотела приподняться, но парень, встав на колени, приподнял её бедра и, закинув ноги себе на плечи, оказался губами прямо возле её промежности.

— Боже, что ты делаешь? — потянув руки к подолу, чтобы не дать ему задраться, Солли не могла и сесть, оказавшись в наклонном диагональном положении головой вниз. В ту же секунду уста МинХо впились в её самую интимную часть тела, взасос поцеловав другие её губы. Попервости растерявшись, девушка успела лишь ахнуть и, вытянувшись от остроты ощущения, едва не завизжала, когда язык парня вошел на небольшую глубину. Опомнившись, что за стенкой их друзья, вечно уставший ТэМин, Ки, Онью и ДжонХен, Солли сунула в рот кулак, заглушая собственный вопль удовольствия. Но помнить что-либо и отвечать за себя с каждым мигом было всё нереальнее.

— О, Господи! — прохрипела Солли, повернув лицо к подушке и вцепившись в неё зубами. Всё тело хотело извиваться и дрыгаться, но натренированные и упругие руки МинХо обхватили её вокруг талии, держа вверх ногами. Ягодицы чувствовали его плечи. Его ладони задрали платье выше, обнажив живот и погладив. Проведя по нервным и напряженным бокам, МинХо оставил лишь одну руку фиксировать тело Солли, другую присовокупив к процессу, сводящему с ума бедную девушку, которая не знала, как ещё запретить себе орать. Зубы, грызшие наволочку, грозились расцепиться, а на глазах появились слезы. Но на этот раз слезы блаженства. Язык МинХо проходился по внешним и внутренним половым губам, проникая внутрь, выходя, входя и дразня клитор. Солли начала бить кулаками по одеялу.

Облизав палец, парень ввел его внутрь, одновременно продолжая наносить ласки на чувствительную плоть. Этот палец витиевато забирался туда, где всё и без того горело, к той точке, от которой судорога расходилась по всему животу, сводя его. Кругообразные движения вокруг клитора перемежались его легким покусыванием, после чего он теребил его туда-сюда, вновь покусывал, начинал посасывать и вводил второй палец.

— МинХо, МинХо… — зашептала сипло Солли, расшвыряв волосы по подушке и мечась по ней из стороны в сторону. — пожалуйста, хватит, я сейчас заору…

— Заорешь? — отвлекшись от своего занятия, МинХо огляделся и, увидев что-то, быстро соскочил с постели, дав Солли небольшую передышку. Ноги у неё крутило, как при резком дефиците микроэлементов в организме. Парень вернулся с шарфом. Притянув к себе девушку и отведя её руки, попытавшиеся остановить задуманное, он туго завязал ткань у неё на лице, максимально заглушая какие-либо звуки мастерски заткнутого рта. — Теперь ты можешь только рычать или мычать.

Тут же опрокинув её на спину в прежнюю позицию, МинХо опустился ниже пояса, продолжая тонко и умело вылизывать каждый уголок трепещущего женского тела. Солли завыла сквозь шарф. Хотелось метаться по кровати, но новоявленный любовник крепко держал её за запястья, двигая языком и губами по её увлажнившемуся до предела лону. Нужно было сказать «прекрати, переходи к делу!», но она не имела возможности, поэтому первый оргазм настиг её внезапно, накрывая с головой. Солли не понимала, что происходит, когда вдруг её затрясло, и сознание просто-напросто стало отключаться. Глаза сами собой закрылись, спазмы, ломка в руках и ногах, и лишь острое, болезненное удовольствие распространялось от промежности и выше, выше. Оргазм плавно пытался отступить, но МинХо не останавливался, всё ещё мучая её наслаждением. Разрядившийся организм просил паузы, но Солли не знала, нужно ли ей это или нет. Изводящий язык выжимал из неё все соки. Спина изгибалась, но МинХо опускал её обратно, нагло насилуя удовольствием подругу.

Прошло много времени, прежде чем он перестал вводить пальцы во влагалище и доводить до клиторального оргазма Солли. У неё уже не было никакой воли. Слезы катились градом, ноги бессистемно елозили по постели, пытаясь то согнуться, то распрямиться. Наконец, она ощутила, как один из пальцев вошел не в то отверстие, отчего стало неловко, жутко, хотя это и добавило новых, неописуемых ощущений. Переборов себя, Солли высвободила руки и сняла ими шарф с лица. Тяжело дыша, она отодвинулась от МинХо, с настороженностью наблюдавшего за тем, как девушка от него отдалилась.

— Что-то не так? — повел он бровью, наползая на неё, упершуюся спиной в подушку.

— МинХо, хватит! — Солли затрясла головой. — Пожалуйста, у меня больше нет сил! — в подтверждение тому, у неё тряслись губы, вибрировало всё, все конечности. — Мне так хорошо, что почти плохо.

— Это нормально, Сол, — ухмыльнулся парень. — но ведь мы даже до главного не дошли…

— Какое главное? — она выпучила глаза. — Я чувствую себя выжатым лимоном!

— Как «какое»? — ухватив её за бедра, МинХо спустил её вниз, под себя, ложась голой грудь на её, ещё одетую. — То самое, что, собственно, называется половым актом.

— Нет! — испугавшись, что не выдержит, Солли чуть не выдвинула протест, но слова завернулись обратно от поцелуя МинХо, заткнувшего её и быстро расстегнувшего платье.

— Снимай, — скомандовал он, но так как она пыталась не поддаваться продолжению, то сделал всё сам. — поверь, сейчас будет ещё лучше…

Покрывая поцелуями её щеки, скулы и уши, МинХо обнажил своё готовое к бою любовное орудие и рывком вошел в Солли. Та закричала, но большая ладонь накрыла её уста, оставив вопли в виде фырканья и отчаянного стона. Член быстро достиг упора и, яростно двигаясь, заколотился внутри. Покосившись в сторону, девушка попыталась найти какое-нибудь зеркало, но его нигде не было. Ей хотелось видеть, как эти подтянутые, божественно красивые бедра вгоняют в неё член, которого она временами так жаждала. Да, да, да! Глубже, ещё… Солли протянула руки и положила их на ягодицы МинХо. Под пальцами ощутилась приятная упругость, твердость мышц. Они усердно работали, принося удовольствие и своему владельцу и ей. Однако время шло, а он, казалось, ничуть не уставал и не собирался останавливаться. Счастливое «ещё!» опять стало сменяться тревожным «хватит!». Этот жеребец просто заезживал её, до седьмого пота, до потери разумности, до Вселенской катастрофы в масштабах её относительно маленького тела.

МинХо закинул ноги себе на плечи, ускорился, замедлился. Потом опустил одну ногу, сменив позу на подобие «сбоку». Затем он положил Солли на живот, набросившись сзади с прежней прытью. Вновь сведя челюсть на наволочке, девушка закатила глаза, тая и рассыпаясь на кусочки. Он обещал трахнуть — и он трахает. Боже, такие ночи должны быть в жизни! Девушка не успевала подстроиться, как он придумывал что-то новое, не забывая доставлять ей наслаждение руками. Грудь уже ныла от его поцелуев и жестких, но опытных ласк. Соски одеревенели, колени ныли. МинХо поставил её на четвереньки. Опираясь слабыми руками, Солли едва стояла. Пульсирующий член брал не высоту, но глубину, истерзывая её до таких ощущений, что девушка побаивалась мозолей. Бывают ли они там? Его палец ловко вошел в задний проход и девушка ахнула, выпрямив спину.

— МинХо! Прошу, только не… — он заставил замолчать её поцелуем, потянув за волосы к себе.

— Не бойся, если не хочешь, то я не буду. — парень поцеловал её плечо. — Но рукой это добавляет дополнительную остроту…

Когда добавился второй палец, у Солли возникло ощущение, что её пользуют два мужчины одновременно. Что не говори, а этого кобеля хватало не просто за двух, а за троих, а то и за пятерых. За окном давно светило солнце, но им даже некогда было погасить ночник. Кувыркаясь во всех позах, побывав сверху, снизу, под и над, Солли упала почти без сознания, когда МинХо кончил, выйдя из неё. Не успев сказать ни слова, она вырубилась.

Глава 12. «Час от часу не легче»

Раздался требовательный стук в дверь, а за ним последовал голос Онью:

— МинХо, ты сегодня вообще никуда не собираешься?! — вымотанная и крепко спавшаяся пара одновременно очнулась от своего сладкого забвения. Солли тут же воспроизвела события, произошедшие накануне, и со страхом посмотрела в сторону входа в спальню. Потом на своего друга-любовника. Тот прищурился и приложил указательный палец к губам, рекомендуя не выдавать своего присутствия.

— Я проспал! — крикнул парень. — Погоди минуту, я скоро выйду!

— Самый умный? У меня вещи в комнате, открой. — двое вновь переглянулись. На этот раз девушка ещё более испуганно и загнанно огляделась. Запасного выхода, разумеется, не было, а выходить в окно высоковато. Вопрошающе вильнув головой, Солли приготовилась к худшему.

— Подожди, иду! — молодой человек поднялся, натягивая трусы, и, взявшись за одеяло, накрыл им подругу с головой, наклонившись и прошептав, — полежи так немного. Не обращай внимания на Онью.

Солли замерла, отделяемая от разоблачения только покрывалом. Это было настолько странно и глупо, что ей даже дышать было страшно. Босые и голые ноги торчали снизу, потому что одеяло было с лихвой перетянуто вверх. Щеколда отодвинулась, и в комнату вошел лидер SHINee, едва не начав что-то говорить, но увидевший в кровати неопознанный женский объект запнулся.

— Извините за беспокойство. — натянуто вежливо произнес он и, пройдя дальше, зашуршал чем-то в тумбочке и на стуле над ухом Солли. Девушку пробрала дрожь. Если бы он только удосужился протянуть руку и заглянуть под прикрытие, то всё, был бы конец. Но, видимо, такая ситуация здесь не в первый раз, поэтому Онью, взяв то, что ему нужно, собрался уходить.

— А остальные уже собрались? — спросил у него МинХо.

— ДжонХён и ТэМин почти. А Ки уехал куда-то ещё полчаса назад.

— Ясно. — дверь закрылась и раздался характерный звук вновь запертой задвижки. — Вылезай.

Солли высунулась до носа, явив ошарашенные и до сих пор не пришедшие в себя глаза. Вот это экстремальные похождения на сторону! Сердце скачет, как бешенное.

— Мы сейчас все уйдем, так что пережди минут пять-десять, и можешь сама уходить. — натягивая штаны, инструктировал МинХо. — Никто не должен будет ничего заметить. Как ты и хотела.

Кивнув, она наблюдала за ним. Так просто об этом говорит. Будто ничего особенного не произошло. А ведь она изменила своему парню! Впрочем, он тоже ей, возможно, изменил. Поэтому она и здесь, пришедшая тайно, под покровом ночи, чтобы удовлетворить свою жажду… чего? Мести? Или МинХо? Его красивые плечи спрятались под футболку, и он принялся укладывать сумку. Проведенное с ним время было великолепно. Ноги всё ещё дрожали, тело тянулось к нему и, несмотря на то, как было измученно и истерзано, не отказалось бы от повторения. Это было так… невероятно! Неописуемо. Дико, необузданно, и в то же время сладко и продуманно этим сексуальным мастером своего дела. Солли почему-то хотела, чтобы он обратил на неё внимание, развернулся, остановился на пять минут, присел, обнял её, поцеловал. Они ведь переспали, в конце концов. Разве это не сближает их? С ХиЧолем они всегда по утрам долго лежали и обнимались, болтали, пока не набирались сил подняться и пойти на кухню или куда-нибудь в кафе, чтобы позавтракать. Ведь в этом не малая прелесть ночи любви — в её правильном продолжении и завершении уже в виде утра. МинХо взял в руку рубашку, перекинул через плечо сумку и, высунувшись в узкую щель двери, тихо произнес, обращаясь к Солли:

— Я пошел в ванную, а ты закройся пока. Когда все уйдут, я тебе стукну. — он тут же двинулся вперед и девушка, выпрыгнув из постели, замотавшись в одеяло, подбежала к двери и сделала всё, как он сказал.

Прислонившись спиной, она слушала отдаленные звуки и голоса. Шаги, включившаяся вода, смех ТэМина на заднем фоне. Надо собираться и уходить. Руки движутся автоматически, ноги тоже ходят по какой-то инерции. Голова пока ещё не в силах переосмыслить всё, что накрутилось. Настал новый день, в котором нужно что-то решить и прийти к каким-то выводам. С ХиЧолем, конечно же, нужно ещё поговорить, не рассказывая о том, что тут произошло. А как быть с МинХо? Сделать вид, что ничего не было? Смогут ли они дальше быть просто друзьями? Но ведь начать встречаться он ей не предлагал. Одевшись, Солли вернулась к сторожевой позиции наготове, и вновь слушала, как затихает постепенно общежитие. Кран перестал шуметь. Мужские уверенные шаги прошлись по молчаливой квартире и, приблизившись, постучали рядом с её ухом. Девушка открыла.

— Всё, наши ушли, я тоже убежал! — причесанный и умытый, несмотря на то, что проспал всего часа два, улыбнулся ей бодрый МинХо.

— МинХо! — она остановила его своим восклицанием, сама не шевелясь на границе между залом и спальней.

— Что? — обернулся он, отойдя уже метра на два. Солли закусила нижнюю губу, не зная, чего ей ещё нужно от него? Раз он сам не считает должным что-то добавить, сказать или сделать, то есть ли смысл просить?

Молодой человек вернулся, подойдя к ней и, погладив её по щеке, поцеловал в губы весьма по-собственнически.

— Я позвоню! До встречи. — чмокнув её в лоб, МинХо поспешил прочь, споткнувшись о валявшуюся на углу спортивную сумку. Посмотрев ему в спину, девушка побрела в ванную комнату. Ей тоже не помешало бы обдать лицо прохладной водой, чтобы прийти в себя. Прострация и незнание, как поступить дальше, охватывали полностью. Она очутилось в странном заколдованном лабиринте, где тупик сочетался с распутьем. Можно свернуть налево, направо, можно пойти вперед, но везде тут же была стена, за которой ничего не видно. Да и есть ли за ней что-то? Зачем она поддалась искушению и усложнила себе всё? Нужно было сначала разобраться во всем с ХиЧолем. Она ведь всё равно его любит, даже если он подлец. А если нет? Солли опустилась на бортик ванной и, промокнув кожу лица мокрыми ладонями, уткнулась в них. Если выяснится, что Хиним не изменял ей, что же получится? Что она неверная и грязная, отвратительная и легкомысленная… блядь? Солли отогнала от себя это слово, которым даже мысленно не хотела себя нарекать. Ужас, позор, мерзость. Теперь, действительно, хотелось, чтобы на самом деле мужчина был виноват в чем-нибудь, иначе будет совсем скверно. Тогда будет смысл прощать друг друга. Нет, он не должен узнать о том, что она сделала. Она ведь больше не сделает так? Не придет к МинХо, чтобы повторить произошедшее. Которое было таким волшебным и неистовым, что хотелось ещё. Боже мой! Проклятье! Солли с ударом опустила ступни на кафель. Надо уйти отсюда, пока здесь всё напоминает о безудержном сексе, открывшем ей новые грани удовольствия. МинХо, МинХо, что же ты делаешь? Зачем ты так страстен и прекрасен? Но ведь это не любовь, совсем не то, что она испытывает к ХиЧолю, с которым они бы сейчас смеялись и обсуждали что-нибудь, вместо того, чтобы насовокуплявшись разбежаться, каждый в свою нору. Ей не хватало нежности, легкого прикосновения и внимательного взгляда любимого мужчины, который порождает внутри уверенность, уничтожает вот это ощущение случайной гостьи, забежавшей, чтобы стать нужной всего на несколько часов.

Солли привела себя в порядок перед зеркалом и, вернувшись за сумочкой в спальню, пошла на выход. Войдя в прихожую с опущенной головой, она увидела стоящие перед ней ноги и вскрикнула, тут же подняв лицо. Скрестив руки на груди и привалившись одним плечом к стенке, с загадочным размышлением во взоре, перед ней стоял КиБом.

— Значит, я не ошибся, узнав утром твои босоножки. — отступив чуть назад, девушка будто въявь услышала, как захлопнулся капкан, в который она угодила. — Извини, не хотел тебя пугать, просто хотел убедиться.

— Ки… я… я… — Солли пыталась выдумать что-то, но ничего не шло на ум. Да и что тут скажешь?

— Я понял, что ты сделала, — парень указал на гостиную. — пошли, присядем?

— Не откажусь. — выдавила девушка и, пристыжено ссутулившись, прошла за ним и села на диван рядом.

Они оба молчали. Помимо всех проблем и разветвлений на том распутье прибавилось ещё одна. Теперь один человек знал о том, что произошло, что фактически делало невозможным забыть случившееся. Хотя всё зависело от дальнейшего поведения этого человека. Солли ждала от КиБома грубых слов и осуждения, то, что скажет любой мужчина о женщине, узнав, что она спит с несколькими сразу.

— Ну… — начал, наконец, он. — Что у вас с ХиЧолем такого приключилось?

— Ки, лучше сразу скажи всё, что обо мне думаешь. Не надо ходить вокруг, да около. — голова вжалась в плечи.

— Что я думаю? Что ты очень выдержанная и сильная девчонка. — Солли с недоумением поглядела на него. — Понимаешь, ещё не одна из тех, кто спала с МинХо, не вела себя столь тихо.

— Ки! — покраснев, девушка схватила подушку и уткнулась в неё.

— Так, что между тобой и сонбэ? Расскажешь? — отдышавшись и постаравшись отбросить от себя волнение, Солли медленно выпрямилась.

— Он… он из армии вчера вернулся. Я ждала его на квартире, хотела сюрприз сделать, а он… он пришел пьяный, в помаде и… в общем, пока я выясняла, что и как, во мне родилось подозрение, что он мне изменяет. Я почти уверена в этом. — «Или уже не очень уверена» — завершила Солли, ругая себя и покрывая бранью.

— То есть, сегодняшнее рандеву основано на том, что ты… мм… как бы точнее выразиться? — КиБом закинул ногу на ногу и забарабанил пальцами по икре, затянутой в узкие джинсы. — Да нет, тут несколько вариантов. Ты отомстить хотела? Или от отчаяния утешиться? Или… постой, или МинХо сам тебя совратил?

Ей бы хотелось согласиться с последним, но нет. В этот раз он её не трогал. Но считается ли соблазнением, если эффект просто был замедленным? Посыл был отправлен несколько недель назад, а реакция пошла только нынче.

— Нет, не сам. То есть, он, конечно, давал мне понять, что не против. Предлагал, но я раньше отказывалась. Нет, это не хорошо с моей стороны, рассказывать об этом. — Солли помотала головой. Это их личное с МинХо дело. — Или он сам может поделиться с вами таким?

— Нет, не волнуйся. Он никому не скажет. — КиБом говорил так спокойно и безобидно, что пропадало беспокойство о том, что он вот-вот обложит её некрасивыми словами и заклеймит в самом ужасном. Он продолжал быть другом и оставался им несмотря на то, что к женщинам другие требования, нежели к мужчинам. — В этом плане МинХо у нас парень честный. Не делится ни на словах, ни на деле.

— В смысле? — Солли обернулась и заглянула в хитрые глаза друга.

— В прямом. В групповухи он никогда с собой не берет. Только он и дамы. — девушка зарделась ещё ярче, а Ки засмеялся.

— Вы что, ещё и этим тут занимаетесь?!

— Мы — да, он — нет. — забавляясь над крайней степенью ошеломленности Солли, молодой человек подытожил. — Впрочем, я бы и сам не стал с ним. Ну его.

— Это ещё почему? — мир самцов, в который раз, поверг её в замешательство. Оторопь взяла, как они тут развлекаются. И она стала одной из участниц этого масштабного разврата!

— Как тебе объяснить… когда хочешь кого-то трахнуть — извини за мой кантонский диалект — то хочется трахнуть мясо, а после МинХо это уже фарш. Ты, кстати, как? Нормально себя чувствуешь?

— Ки! — Солли стукнула его по коленке. — Прекрати, пожалуйста! Я не хочу об этом говорить.

— Ты всё ещё думаешь, что меня нужно смущаться или мне нельзя доверять? — удивился КиБом, памятуя о недавнишнем инциденте с подозрением на беременность.

— Я не из-за этого. Я сейчас сама ещё не до конца во всем разобралась. Мне нужно время, подумать. Я… я была на таких сильных эмоциях, что делала не думая. Хоть и запоздало, но надо подумать хотя бы теперь.

— Что ж ты мне не позвонила? Поговорили бы. — парень положил руку на её плечо, поддерживая и успокаивая.

— Около пяти утра? Или сколько там было…

— Для дружбы не выделяют особое время. Она работает круглые сутки. — с признательностью похлопав своей ладонью по его, Солли подалась к нему и обняла вокруг талии.

— Спасибо тебе, за то, что ты есть! И, вообще-то, я подумала о тебе, но зачем-то выбрала позвонить МинХо.

— Видимо, тебе, действительно, нужен был секс, — девушка спрятала лицо на его груди. Как бы ни стыдно было признаваться, но всё-таки он прав. Её тянуло и к этому не в последнюю очередь. — а я, как порядочный человек, тебя бы не трахнул. Вот и не прошел кастинг.

— Ты бы меня не трахнул? — наиграно обидевшись, отстранилась от него Солли. — То есть, я тебе так не нравлюсь, что только на поразговаривать и пригождаюсь?

— Милая, не напрашивайся на грех. — Ки улыбнулся, потрепав её по волосам. — Если бы ты позвонила мне среди ночи и сказала «давай переспим», я бы, наверное, сделал это инстинктивно и потом бы сильно жалел. Но мы с тобой разумные люди, поэтому экспериментов ставить не будем, правда?

— Разумеется. — Солли поправила подол и вспомнила о том, что ещё не завтракала и крошки во рту не держала. Надо бы к себе вернуться в общежитие. — Я пойду, ладно? Спасибо, что поддержал.

— Не за что. — они поднялись и пошли на выход. Всё ещё терзаемая самоедством и большой глупостью своего поступка, девушка застыла перед босоножками, которые выдали её перед другом.

— Ки, ответишь честно, если я у тебя кое-что спрошу?

— Попробую. — шутливо сказал он, но тут же посерьёзнел, ожидая вопроса.

— Скажи… я блядь? — Солли, оскорбившая сама себя этим словом и готовая признать правоту этого оскорбления, хотела всё же ещё чьего-то мнения. В этом плане КиБом подходил идеально. Он был прямолинейным, когда то требовалось и, как друг, признает всё как есть, не боясь задеть её чувства.

— Девочка моя, бляди — это у кого совести нет. А если маленький монстрик раскаяния и осознания неправильности собственного поведения изглодает твою душеньку и доведет до кошмаров с демонами, требующими расплаты, то ты вполне себе хороший человечек.

— Хм. — поняв его намек, Солли принялась застегивать ремешки на щиколотках. Ясно, стало быть он считает, что она всё-таки должна не повторять своих ошибок и не изменять ХиЧолю, даже если тот поступает точно так же. Или не поступает. Она окончательно запуталась! Мобильный всё утро молчит. Либо Хиним ещё спит, не отойдя от попойки, либо забросил свои попытки и тоже, как он это любит, обиделся в ответ. Тогда кто же из них первым пойдет на мировую? Нет, она не сможет. Только не в этот раз.

— И, кстати, — КиБом поддержал её за локоть, пока она стояла на одной ноге, натягивая вторую босоножку. — никогда не слушай мужчин, которые так называют женщин. Они это делают по двум причинам: выразить свою обиду из-за того, что ему не перепало, или же продемонстрировать, что ему перепало и похвастаться. Но и в том, и в том случае, так поступают идиоты с комплексами маленького члена.

— Серьёзно? — улыбнувшись, Солли твердо встала на землю. — Тогда этот комплекс поголовный. Потому что, по-моему, все мужчины рано или поздно так обзывают прекрасный пол.

— Нет, — со знанием дела, КиБом покачал пальцем и головой. — воспитанные и галантные мужчины, в любом случае, максимум скажут «сучка».

— А ты к каким относишься? — подмигнула девушка, пришедшая в хорошее расположение духа после короткой встречи с приятелем. Он умел расставить всё по полочкам и вправить мозги на место.

— Не знаю, не замечал за собой ни того, ни другого. «Блядь» у меня междометие, а «сучка» самка собаки. А девушек надо воспитывать, а не ругать. — задумавшись над его последней фразой, Солли попрощалась с ним и, поцеловавшись в щеки, они разошлись.

Путь в родное общежитие был недолгим и коротким. В мыслях всё ещё блуждали разные разности, но они уже не так тяготили, как сразу, после пробуждения. Состояние физическое было разбитое. Солли не выспалась и хотела бы ухватить пару часов для сна, потому что вечером надо было ехать на съемки. Хорошо, если голова даст ей отдохнуть, потому что обычно, когда что-то тревожило, уснуть было сложно. Девушка вошла внутрь, разулась, не обращая ни на кого внимания, побрела через холл и коридор. Вики окликнула её, но Солли подняла руку. Не было желания объяснять, где она шлялась всю ночь. Тем более, оправдание ещё не изобретено.

— Потом, Вик! — сделав последние шаги, она вошла в спальню и штопором воткнулась в паркет. С её кровати, с мешками и тенью под глазами, сумрачный, поднялся ХиЧоль.

— Где ты была, Сол? — угрюмо поинтересовался он.

Глава 13. «Хранить молчание»

Солли и ХиЧоль стояли, глядя друг другу в глаза, которые у каждого были уставшими и говорившими о том, что ночь прошла без сна. Девушка плавно спустила ремешок сумочки с плеча и, не опуская взгляда, отложила её на тумбочку, совершая обманные маневры движениями, на которые надеялась отвлечь внимание, пока в голове выдумывался план оправданий.

— Я ночевала у подруги.

— Я звонил ДжиЁн. — голос сошел на легкую хрипотцу и мужчина прокашлялся.

— Я не о ней говорила. — Солли не решалась двинуться вперед и приблизиться к нему. Его разбитость, хмурость, слегка надутые губы, осанка и лезущая на глаза челка — всё звало подойти, обнять, прижаться к груди, расплакаться, расцеловать, поправить волосы, но… Но она не позволит себе вечно всё делать первой! Да и, к тому же, она час назад рассталась с МинХо. Всего час! Его поцелуи, его прикосновения ещё жили своей жизнью на её теле. Они будоражили, но теперь, перед лицом ХиЧоль, вызывали стыд и горечь. Она не могла, как ни в чем не бывало, просто продолжить быть девушкой её Хинима, когда изменила ему. Не важно, в ответ ли или просто так, но она опорочила себя и, пока эти воспоминания и события не уйдут в прошлое, она не в силах делать беззаботный вид. Ей нужно время, чтобы отойти от всего. Время, которое растворит запах и присутствие МинХо, будто стоящего между ними и оскверняющего их отношения. Лучше сейчас использовать нападение, в качестве защиты. Не потому, чтобы обидеть ХиЧоля, а для того, чтобы и он не приблизился к ней и не положил руки туда, где ещё не потерялись следы другого парня. Когда она одевалась, утром, Солли заметила на себе характерные небольшие синяки, всегда выдающие страсть оставившего отпечатки. — Или, по-твоему, у меня всего одна подруга?

— Нет, но друзей-мужчин у тебя значительно больше. — прищурившись, уничтожающе посмотрел на неё ХиЧоль и сердце дрогнуло. Нет, он ничего не знает, просто логично с его стороны сказать это.

— Ты приехал упрекнуть меня в чем-то? — Солли поджала губы и отвела взгляд. Она не выдержала. Было стыдно, жутко стыдно! Хотелось ударить себя.

— Я приехал сразу после того, как ты не подняла мне трубку в девятый раз! — ХиЧоль повысил голос и, вытащив руку из кармана, зажимавшую телефон, швырнул его из неё на кровать, но он всё-таки слегка ударился о стену. Солли повела головой в сторону стука. ХиЧоль нет. Он продолжал испепелять глазами девушку, дыша всё тяжелее. — А ты знаешь, как я ненавижу, ненавижу, когда мне не берут трубку!

— А я ненавижу, когда моего парня целуют другие женщины. — прошептала девушка в ответ на крик мужчины.

Он опустил взор. Да, он был виноват перед ней, но в настоящем смысле слова не изменял ей давно. А уж с тех пор, как они стали спать, и вовсе не изменял. Но, наверное, переваривая всё и осмысливая, он пришел к правильному заключению, что признайся он в старых грехах — в отсутствие новых никто не поверит. Если отрицать — то всё, совершенно всё. Тем более, он не собирается больше когда-либо изменять Солли, не хочет этого. Нужно оправдаться во что бы то ни было, пусть солгать, но ради спасения. Ради любви, которой он дорожит, хоть и не умеет всегда вести себя в ней должным образом. Но ведь он всего лишь человек, который не может быть идеальным, всегда знать, как быть, всё уметь и всем угождать. Слабости заставляют совершать промашки, но их следует исправлять, следует бороться за то, что ценно.

— Сол, я не изменял тебе, клянусь! Это были какие-то девчонки, пришедшие с Джокером и ДжеДжуном. Я был пьян, но не позволил ничего лишнего! — девушка вжала голову в плечи. Не верит?

Солли подумала, что если он всё-таки не изменял ей, то тогда её поступок — настоящее предательство. Она мерзка и отвратительна. И дважды отвратительна тем, что со сладостью, а не раскаянием, готова вспомнить ночь с МинХо. Но сам этот факт вызывал раскаяние, дикое, до боли меж ребрами. Она не достойна ХиЧоля.

— Клянусь, я не хочу никого другого и не сплю с другими, ведь у меня есть ты. — мужчина шагнул вперед и подошел к девушке, несмело тронув её за плечо. Та вздрогнула. — ЧжинРи, пожалуйста, поверь мне.

— Хиним… — Солли напрягла брови, сведя их ниже и всё ещё не поднимая лица. «Не трогай меня, не доставляй мне новую боль» — подумала она, но не смогла заставить себя убрать его руку. Не так быстро, ей нужен перерыв, пауза между любовником и любимым. Но признаться, что совершила она? Нет, и речи быть не может. Она знала ХиЧоля. Он никогда не простит. Она помнила его рассуждения о том, как он рад, что единственный, кто целовал её, кто был с ней близок. Для него её падение будет смертельным. Оно разрушит всё, разобьёт её образ, который он любит. Нет, нет, она никогда не расскажет ему об этом и запечатает в себе на веки вечные! — Хиним, я не могу так быстро простить.

— Сол, но ведь не за что прощать! — мужчина стер последнее расстояние и прижался к ней, окаменевшей и упершейся спиной в стену. Его ладони легли на её плечи, и он наклонился губами к уху, чуть задевая щекой и волосами её лицо. «Да себя я простить не могу, оппа!» — кричало внутри Солли.

— Я… мне просто надо ещё подумать. — девушка уперлась руками, не давая завладеть собой.

— О чем? — недовольный, ХиЧоль выпрямился, не чувствуя, что его намеки на желанный поцелуй поняты. — Я, между прочим, тоже ещё сердит, что ты мне не поднимала! Ты что, не знаешь, как плохо мне в такие моменты? Или тебе все равно на то, что внутри меня происходит?

— О, Боже, Хиним! Ну, почему ты всегда придираешься к близким и ищешь подвох в тех, кто тебя любит, а к чужим и поверхностным знакомым терпелив? — Солли вылавировала из-под его руки и обошла, сев на свою кровать и подняв его мобильный, который принялась вертеть в руках. Ночью она хотела хорошенько проучить ХиЧоля, считая изменщиком его, но теперь, когда единственной непорядочной здесь была она, выходит, она ещё и мучиться заставила неповинного ни в чем человека? Она ужасна.

— Может, потому что на чужих мне самому плевать? — мужчина присел рядом. — А близкие тем и вызывают столько эмоций и недовольств, что от них всегда ждешь повышенного внимания. Ведь только дорогие люди могут сделать больно. — ХиЧоль взял её руку в свою, и Солли едва сдержала на глазах слезы. — Малыш, поцелуй меня.

— Я не могу. — покачала головой девушка. Плач подкрадывался ближе. Как, как она его поцелует губами, которые знают МинХо и ещё не остыли от него? Проклятая теория ХиЧоля! Он сам виноват в том, что эта мысль так глубоко засела в ней. — Не могу.

— Почему?! — мужчина отпустил её руку и встал.

— Прошу тебя, дай мне немного времени. — это единственное, что она могла сказать. Будто минуты, часы, дни меняют какие-либо события. События меняются лишь в нашей памяти — в вечности они остаются неизменными.

— Для чего? Сол, давай поговорим начистоту сейчас? Я знаю, что не всегда вел себя, как следует, не всегда бываю прав — ты не представляешь, чего стоит мне это признание — но я старался измениться, стать лучше для тебя. Возможно, это на меня давило и где-то заставило меня быть невнимательным к тебе, потому что я слишком сосредоточился на себе, на том, каким я должен быть с тобой, в серьёзных отношениях.

— А может, не надо было становиться специально для меня каким-то? — Солли подняла влажные очи к его растерянному, но упрямому лицу. Что и говорить, ХиЧоль, действительно, последние месяцы повзрослел и был чуть излишне натянут и сдержан. Не такой, каким он был всегда, многие годы их дружбы. Не хватало того дурашливого разгильдяя, с которым они бегали по кинотеатрам и брызгали друг в друга водой за кулисами. Так он ещё и в сексе проявлял эту ненужную щепетильность! Если бы он хорошенько затаскал её в постели, как сделал МинХо, то ей бы ни пришло в голову захотеть чего-то дополнительного, запросить добавки. И ему бы самому не приходило в голову пойти и оторваться с друзьями, чтобы расслабиться в отсутствие девушки, при которой он считал себя обязанным вести себя достойно и взвешенно. — Хиним, я полюбила тебя именно таким, какой ты есть, зачем же меняться ради меня?

— Сол, ну… — он опустился на корточки перед ней. — разве пристало тебе встречаться с тем оболтусом, который я по жизни? Да и, надо же когда-то взрослеть.

— Наверное, тогда, когда это само собой получится, — посомневавшись, Солли взяла его за руки. — а не тогда, когда для этого нужно переступать через себя. Я хочу, чтобы ты со мной был самим собой, а не тем лучшим, которого ты считаешь нужным создать.

— Так… — ХиЧоль прикусил губу и, пометавшись взглядом по углам, коварно вернул его к девушке. — ты меня всё-таки не поцелуешь?

— Не сегодня. — не сдержала Солли улыбки. — Правда, завтра у нас съемки рекламные начинаются… два дня я буду занята точно.

— А через два дня на съемки улетаю я. — печально заметил ХиЧоль. — А вечером у меня эфир с РёУком на радио, Сол, если ты меня не поцелуешь, я на него полезу, честное слово!

— Шантажист! — настроение стало бы хорошим, если бы внутри душу не заковало в кандалы собственное предательство. Солли старалась продолжать улыбаться, но вести себя по-другому пока не могла. — Но ничего не поделать. Я не могу так просто пойти дальше. Тем более, у нас столько ссор было в последнее время. Давай отдохнем немного, раз уж и графики наши сошлись так, что разлучают нас на несколько дней?

— А потом? — ХиЧоль забрался на кровать рядом и обнял её, но без прежнего пыла, а с легкой тоской. — Когда я вернусь, где-то через неделю, я от тебя не отстану.

— Очень надеюсь на это, потому что надоело всё всегда делать самой! — Солли погладила его по щеке. — Я всегда мирюсь, я чаще звоню, я заставила тебя начать со мной встречаться…

— Не правда, я сам хотел! — заметил ХиЧоль, хотя они оба знали, как так вышло. Девушка скорчила недоверчивую гримаску. — Ладно, но поцеловал тебя первым я.

— Не спорю. — «А последним меня целовал МинХо» — вновь возникло в голове, и она помрачнела.

— Ну, перестань дуться, что я такой нерешительный. — мужчина чмокнул её в щеку. — Я ещё и ленивый, и именно со всем этим я пытаюсь бороться в себе ради тебя. Так что, готовься к тому, что я заставлю встречаться тебя со мной заново. А то ты до конца жизни будешь вспоминать мне о том, как мне не хватило смелости. Изобразим новый виток событий.

— Хиним… — хотела возразить Солли, что сейчас вовсе не в этом проблема, и она его не упрекает, а просто ищет поводы для отсрочки, но он поднял палец.

— Мне пора ехать. Может, посплю хотя бы пару часов, а потом собираться на радио.

Махнув рукой и делая веселый вид, ХиЧоль вышел. Девушка, прикрыв за ним дверь, упала на подушку и заплакала.

Закулисная суета очередного мероприятия была в самом разгаре. Кто-то уже выступил, кто-то только собирался. Солли надеялась, что после двухдневных съемок будет момент для отдыха, но агентство набило расписание всех артистов по полной. С той почти бессонной ночи она так толком и не останавливалась для того, чтобы подумать и решить что-то для себя, а лишь носилась из студии в студию, из съемочного павильона в другой, в репетиционку, на какие-то корпоративные сборы и вечеринки спонсоров.

Но время шло, и хотя в голове немного прояснилось, презрение к себе не прошло. Хуже было от того, что Солли не могла лгать себе по поводу того, что МинХо доставил ей божественное удовольствие. А хороший секс, как известно, у здоровых и жаждущих его людей, как наркотик. Манилось, гадко и позорно манилось повторить, но в мыслях девушки стройно и четко выстроилось понимание того, что она больше всего дорожит ХиЧолем, хочет быть с ним и ненавидит себя за то, что не в силах сгладить и забыть всё, что между ними встало. Должна же быть воля! В конце концов, для чего людям мозги и разум, если не для того, чтобы перебарывать свои инстинкты и не осознавать аморальные поступки? Надо понимать, где уступать своим желаниям можно, а где нет.

Сняв с себя сценический костюм, Солли переоделась в обыденные вещи и, не став снимать макияж — лучше снимет вечером в общежитии — отправилась посмотреть, как проходят съемки выступлений других групп. Всё равно их ещё не собирали для того, чтобы везти домой, так что пошататься по коридорам в течении минимум часа время было. Так происходило всегда. Артист уже освобождался, а администрация и менеджеры продолжали улаживать какие-то дела, из-за чего в тупом безделье пропадали десятки минут.

Пройдя по полупустому пустому коридору, ведущему к площадке за декорациями, Солли увидела, что у неё развязался шнурок, и наклонилась привести его в порядок. Едва соорудив из него бантик, девушка почувствовала легкий хлопок по заднице и, быстро выпрямившись, не успела обернуться, как была прижата к стенке МинХо. К счастью, в этот момент до горизонта никого не было.

— Ты что себе позволяешь? — ошарашено открыла рот Солли.

— Сотую часть из того, что хотел бы позволить. — крепко схватив её за руку, парень дернул её в уголок пожарной безопасности, где за стеклом висел план эвакуации, а рядом с ним огнетушитель.

В концертных белоснежных брюках и таком же пиджаке на голое тело, на котором ещё поблескивали капли пота, МинХо выглядел особенно смуглым и подтянутым. Не спрашивая и не дав опомниться, он впился в губы Солли своими, атаковав её в этом укромном закутке. Беря себя в руки и вспоминая, что нужно дать отпор, девушка подумала, что огнетушитель тут был к месту и пригодился бы ей самой.

— Прекрати! — сумела вырваться Солли. Грудь её стала высоко вздыматься от испуга, что их могут увидеть, от неожиданности, от возбуждения и новой порции гнева, что ей не дали обрести покой. Стоило ей начать обещать себе, что никогда не повторится никакая измена ХиЧолю, как её просто не спросили!

— Извини, но ты там так аппетитно встала, — МинХо облизнулся. — это было сильнее меня.

— Я завязывала шнурок! — это ведь и так было очевидно, зачем же озвучивать то, что в объяснениях не нуждается?

— Ты чего такая злая? Не выспалась? — тут же мирно и по-дружески поинтересовался молодой человек. Солли даже неудобно стало за то, что она на него гаркнула. В самом деле, ведь если не брать того, что они переспали, они всё ещё были друзья и всегда нормально общались, помимо поползновений к соблазнению с его стороны.

— МинХо, у меня и так проблемы с ХиЧолем, пожалуйста, не трогай меня, ладно? — призналась она.

— Проблемы? Он что-то узнал? Честное слово, я ни словом никому не обмолвился.

— Я знаю, но… не в этом дело, просто у нас свои трудности. И я не хочу повторения ошибок.

— Ошибок? — парень положил руки на её бедра. — А я думал, что тебе понравилось…

— Я говорю о самом факте. Этого не должно было быть. — назидательно уточнила Солли.

— Но тебе понравилось? — настойчиво полюбопытствовал МинХо.

— Причем здесь это? — выдохнула девушка.

— Да или нет? — он вжался в неё нижней частью тела, заставив пошатнуться. Сюда мог заглянуть кто угодно, их могли застать в этой двусмысленной позе, а ещё у Солли кругом пошла голова от прилива крови к низу живота и сладко-терпкого аромата парфюма, исходящего от молодого мужчины. — Да или нет?

— Да, да! — согласилась Солли, отталкивая его. Он отошел на шаг, убрав руки.

— Тогда нужно повторить.

— Нет, МинХо, нет! — затрясла она головой.

— Это никак не повлияет на ваши отношения с ХиЧолем, Сол. — он высунулся из-за угла и посмотрел в обе стороны. Видимо, там было тихо и ни души, потому что он вернулся к ней и, резко обхватив за шею, поцеловал в чувствительную точку под подбородком, скользнув по шее. — Нам же обоим это доставило удовольствие, зачем отказываться?

— Потому что это подло по отношению к моему парню! — прошипела девушка, опять оттолкнув друга.

— То есть, тебя коробит факт, что ты изменяешь, хотя он ни сном, ни духом? — удивился МинХо. Солли кивнула. — Ну, если отношения мешают получать удовольствие… зачем такие отношения, Сол?

Едва она открыла рот, как в штанах МинХо затрезвонил сотовый. Достав его и взглянув на экран, он опечаленно пожал плечами, скинув вызов и убирая его обратно.

— Мне пора, к сожалению. Ещё поболтаем! — подмигнув, он вышел из укрытия и испарился. Переждав немного, Солли вынырнула тоже.

В одну сторону было пусто, а в другую её взгляд уперся в Чойзу, её давнего знакомого и друга, который почему-то стоял, ничего не делая. Смущенно улыбнувшись, девушка соображала, мог ли он видеть вышедшего оттуда же МинХо и если да, то заподозрил ли что-то?

— Привет. — постаралась ровно произнесли Солли и у неё это вышло.

— Привет, как жизнь? — он приблизился, внимательно на неё глядя.

— Всё нормально, как всегда, как сам? — почему-то ей становилось неловко и хотелось уйти. Видел он МинХо или нет?

— Да разве в двух словах расскажешь? — мужчина улыбнулся. — Давно же не виделись.

— Это точно.

— Как ХиЧоль? Вы всё с ним? — в этот момент Солли почти явственно поняла, что парня он заметил. Сказать «да, с ним», и тогда, не исключено, что он позвонит ему и скажет, что видел подозрительную картину. Или они не так хорошо знакомы? Или мужчины не сплетники? Сказать «нет, не с ним» — это солгать. Возможно, что Чойза кому-нибудь передаст её слова, и они дойдут до Хинима.

— Да, с ним. — кивнула Солли, натянув улыбку на лицо. — А ты всё, как ветер в поле?

— Да, наслаждаюсь свободой. — он посмотрел на часы. — Мне сейчас нужно идти… что на счет того, чтобы встретиться как-нибудь вечером, посидеть где-нибудь и поболтать?

— Конечно, можно. — снова кивнула Солли. Её дружелюбие и неумение отказывать людям в общении сделали из неё человека, у которого было полно друзей. Поэтому и сейчас она не могла сказать «нет». Какой был повод для отказа? Да и с Чойза они, на самом деле, давным-давно не виделись.

— Тогда я позвоню?

— Хорошо, до встречи! — попрощавшись, девушка уже забыла, что хотела посмотреть выступления. Вместо этого она поспешила в гримерку, ждать, когда объявят отъезд в общагу. Хотя бы туда МинХо не наберется наглости забрести. А увидеть его ещё раз было бы слишком на сегодня.

Глава 14

«Попытка»

Попивая пиво в кафе вместе с Чойза, с которым они созвонились и нашли минутку для встречи, Солли немного отвлеклась от всего: от дел, от проблем с ХиЧолем, от частых мыслей о МинХо. Почувствовав подзабытое ощущение юной девушки, гуляющей с друзьями мужского пола просто потому, что они ей друзья и им интересно и весело болтать и смеяться, Солли не собиралась, однако, засиживаться. Но время ещё было не позднее, поэтому, когда Чойза затянул очередной рассказ, она не стала его торопить, а он сам не торопился никуда явно.

Слушая его, девушка вдруг поняла, что всё-таки начинает уходить в себя и возвращаться к тому, что с таким трудом покидало её голову — к своей личной жизни. С ХиЧолем они в последнее время только созванивались, находясь в странном положении пары, которая уже давно вместе, но ведет себя так, будто всё ещё не знает, как начать встречаться. Они справлялись о делах и настроении друг друга по два раза в день, говорили перед сном, но всё никак не могли перейти к тому, когда же вновь увидятся? Звонил, действительно, чаще ХиЧоль, сдерживающий обещание, что не отстанет от неё, но проблема была не только в них, но и в их графиках. Теперь, когда мужчина вернулся из армии, он возобновил деятельность в агентстве, группе. Вот сегодня, когда у неё выдался свободный вечер, и она уже готова была первой предложить свидание, оказалось, что он занят и не может выбраться, о чем он сообщил ей до того, как она попробовала предложить что-либо.

Звонок телефона оторвал Солли от роли пассивного слушателя. Она тут же подумала, что это снова ХиЧоль и, извинившись перед другом, отошла в сторону поговорить. Каково же было её удивление, когда на дисплее отобразилось имя МинХо. Зачем он может звонить ей? Будто пойманная с поличным, девушка огляделась вокруг и неловко поднесла трубку к уху, поднимая.

— Алло?

— Привет, Сол, не занята? — рядовым тоном поинтересовался он.

— Нет… то есть, не очень сильно, — исправилась девушка, посчитав, что лучше сразу намекнуть о том, что она не праздно шатается. Хотя для чего ей рисовка перед ним? Она никогда не рисовалась перед друзьями. Он ведь ей просто друг! Нужно вычеркнуть всё остальное, что между ними было. — А что-то случилось?

— А я должен звонить, только если на Сеул будет лететь метеорит? — МинХо засмеялся. — Нет, всё в порядке. У меня лично. Как сама?

— Всё замечательно. — слукавила Солли, но осталась довольна своим ответом.

— Не хочешь встретиться? — она распахнула рот на услышанное. Вот так вот слету, запросто. Она со своим молодым человеком не знает, как организоваться и подойти к этому вопросу, а МинХо без прелюдий, подготовки… прелюдии, подготовка! О чем она думает, едва заговорив с ним?

— Зачем? — сорвалось с её языка довольно резко.

— Зачем? — повторил МинХо и хмыкнул. — А для чего ты с Тэ и Ки встречаешься? Или они тоже заполняют анкету перед этим? Ну, давай ограбим банк или убьём кого-нибудь.

Выдохнув и улыбнувшись от сарказма друга, Солли прислонилась плечом к стене.

— Я просто немного не верю в невинность нашей встречи, как верю в подобное в случае с Ки и Тэ.

— Так, давай на месте посмотрим. Ты где-то через полчаса будешь свободна? — девушка тряхнула головой. Так он настаивает? Всё-таки реальность встречи не отдаляется? Надо бы отвертеться от этого. Ни к чему ей видеться с ним.

— Не знаю, я сейчас далеко от общежития. — а общежитие было последним местом, где Солли позволила бы себе вновь оказаться с МинХо. Слишком там укромно и относительно безлюдно. И кровати зачем-то стоят.

— А мы освободились. Я могу подъехать, прогуляемся.

— Нет, МинХо я… — подумав, Солли решила сказать, как есть. — Я с другом в кафе сижу, мы по душам болтаем, и я пока не хочу уходить.

— С другом? — легкий шорох выдал что-то вроде поворотов головы. — Судя по тому, что КиБом и Тэ здесь, ты с кем-то совсем посторонним. Сол, ты что, мне изменяешь?

— Я… что?! — девушка подавилась удивлением. Это ещё что за новость? — Извини, что значит, тебе изменяю? Я же… как бы, с тобой изменила… нет, я не хочу говорить об этом и вспоминать, и просила тебя, чтобы это ничего не значило, ведь не думаешь же ты, что нас это обязало друг перед другом чем-то?

— Сол, Сол! — МинХо опять засмеялся. — Я же шучу. Я имел в виду, как другу. Я хочу с тобой прогуляться, а ты уже с кем-то гуляешь. Спокойно, я совсем не о том. Но если ты так тревожишься и хочешь, чтобы я забыл о том, что между нами было, я могу сделать вид, что забыл.

Покраснев до корней волос, Солли приложила ладонь ко лбу и прикусила губу. Она теряет чувство юмора — это недобрый признак. А ещё переворачивает всё в невыгодную для себя же сторону. Хочет ли она, чтобы он забыл? Она хотела бы забыть сама, но если МинХо забудет об их ночи, как и о многих других ночах, которые он проводит с разнообразными дамочками, ей бы было неприятно. Если бы он был не в силах забыть их ночь, как она сама — это бы даже нравилось ей.

— Да, давай забудем. — вслух покривила душой Солли.

— К тому же, как говорится, всегда можно поменять яркие воспоминания на свежие впечатления, не так ли?

— МинХо! — укорила девушка, по окрасу догоняя вареного рака, а он лишь в очередной раз развеселился.

— Так что, мы увидимся сегодня?

— Нет, не могу, извини. — набралась смелости и отказала она.

— Жаль, я очень бы хотел, но не буду настаивать и отвлекать. — парень пожелал удачи и попрощался.

Вот теперь точно уже ни одна поднятая Чойза тема не сможет вывести её из взбудораженного и зацикленного на других мужчинах состояния. Солли вернулась за столик.

— Прости, но мне, кажется, нужно ехать, — убирая мобильник в сумочку, девушка думала лишь о том, как оказаться в своей комнате и закрыться ото всех. Она теряла способность здраво мыслить и в такие моменты предпочитала отдыхать ото всех подальше, чтобы ни сказать или ни сделать лишнего.

— Как, уже? — Чойза привстал, выдвинув стул. — Я думал, что мы ещё пройдемся, или в кино сходим.

— В другой раз, ладно? — Солли перекинула ремешок через плечо.

— Обещаешь? Тогда я жду следующего раза. — бросив деньги за выпитое на стол, мужчина пошел следом, проводить её до такси.

— Конечно, я люблю ходить в кино, но в последнее время редко выходит, и не всегда есть с кем. — она со сладкой болью вспомнила те два года службы ХиЧоля, когда они почти каждую неделю, с редкими пропусками, умудрялись ходить хоть бы и на самые поздние сеансы. А последний год, к тому же, всегда сопровождался задним рядом и поцелуями. Как же ей не хватало того времени и самого ХиЧоля сейчас!

— Что ж, тогда до связи? — Солли кивнула, и Чойза слегка притянул её к себе за локоть, поцеловав в щеку. Несколько опешившая, она решила, что они не настолько закадычные друзья, чтобы прощаться подобным образом, но ничего не сказала. Излишняя фамильярность забылась из-за того, что в голове ещё прокручивался звонок МинХо, а перед глазами стоял Хиним, по которому она тосковала всё сильнее.

— Пока! — сев в автомобиль, девушка откинулась головой на сиденье. Запутавшаяся и продолжавшая жить в подвешенном состоянии с тех пор, как в ней начал просыпаться интерес к МинХо, Солли совершенно не придала значения тому, что не отчиталась перед ХиЧолем о том, где и с кем была сегодня вечером.

В один из солнечных дней, ещё награжденных осенью хорошей погодой, Солли гуляла с ДжиЁн, когда позвонил ХиЧоль и, спросив где они, присоединился к девушкам. Радость от внезапной встречи накрыла бы с головой обоих, если бы не присутствовало третье лицо, при котором стоило вести себя приличнее. Впрочем, Солли до сих пор неудобно себя чувствовала перед мужчиной, поэтому скорее растерялась бы, попробуй он её хотя бы коснуться. Что-то в ней говорило о том, что следует признаться ему во всем, прежде чем позволить вернуться к близким отношениям. Иначе это будет грязный и некрасивый обман.

Не озвучивая своих мыслей, но поняв намек Солли, подтвердивший его собственные подозрения, о том, что изменился не в лучшую для неё сторону и стал скучным, ХиЧоль наполнился намерениями стряхнуть с себя серьёзность, приобретенную за последние месяцы, и стать прежним. Помимо прочего, ему самому хотелось возродить то общение, легкое и непредвзятое, которое раньше шло между ним и Солли.

Стараясь не приставать к ней, как её парень, ХиЧоль вел себя расковано и пошловато, каким его все всегда и знали. Возможно, компания ДжиЁн даже облегчила ему задачу, потому что прилюдно, а не тет-а-тет, он всегда начинал вести себя, как зазвездившийся язвительный, но беззлобный артист. Девушки смеялись над его замечаниями, рассказами и выходками, пока они гуляли. Когда они проходили через какой-то неоживленный дворик, ХиЧоль увидел качели и, не сдерживая порыва, понесся к ним. Ошарашенные подруги наблюдали, как тридцатилетний мужчина забирается на аттракцион детской радости и начинает раскачиваться.

— Хиним, сколько тебе лет? — поражаясь ему, ахнула Солли.

— Четырнадцать! — крикнул ХиЧоль, взлетая всё выше.

— У тебя детство в попе заиграло? — улыбаясь шире, подошла она ближе.

— Оно у меня всегда там играет! — крикнул он, пролетая на нижней точке. — Присоединяйся!

— Нет, я… — Солли прервалась от восклицания «ю-ху», повторяющегося на каждом качке. Глядя на своего жениха, такого беззаботного и удивительно притягательного в своей бесшабашности, девушка замялась. Постояв минуту, она вручила свои вещи ДжиЁн и, плюнув на всё, села на соседние качели.

Помогая телом, вытягивая и поджимая ноги, она быстро развила ту же скорость и силу, с которой проносился в воздухе ХиЧоль. Смеясь и радостно крича, они в какой-то миг стали синхронно подниматься и опускаться. Подниматься и опускаться. Солли смотрела налево, на резвящегося ХиЧоля, и даже сейчас, в этой ребячливой обстановке, подумала о том, что сама не знает, чего хочет. Ей так нравился такой Хиним, безалаберный, чуть распущенный и немного шальной. Когда он становился серьёзнее, то как будто напоминал о своем возрастном превосходстве и давил на неё. Но сейчас, возвращаясь к глупым и юношеским поступкам, он напомнил Солли о том, что и она сама не маленькая девочка, и это она столько раз повторяла ему «я не ребенок, я не ребенок», что, видимо, заставила его быть строже и остепениться. А для чего? Просто потому, что ей хотелось доказать себе и ему свою взрослость, нет, даже скорее равенство с ним. А ещё ей хотелось секса, а им, вроде как, должны заниматься только взрослые. Да и присутствие секса четко отграничивает состояние дружбы от любви. Именно для этого Солли дожала ХиЧоля, чтобы убедиться, что он воспринимает её, как молодую женщину, что хочет её и любит. Но почему же она так зациклилась на занятиях любовью? Потому что это ново и неизведанно? Потому что теперь хотелось насытиться этим? Вот сейчас, она смотрит и чувствует это «вверх-вниз», и думает о том, как хочет ХиЧоля. Опять. Она опять думает об этом и, судя по бессвязности мыслей, ей не на шутку нужно переосмыслить свои желания, приоритеты и поведение. Если секс отграничивает дружбу от любви, то что же они сделали с МинХо? Перечеркнули дружбу или начали строить любовь, которой просто нет места, потому что у Солли одна уже есть! Вот она, её давняя, единственная и неизменная — ХиЧоль! Она не представляла себе, как может обходиться без него и жить, потому что на протяжении многих и многих лет он был рядом, всегда. Поддерживал и помогал.

Солли остановилась и слезла с качели, что послужило молчаливым знаком для того, чтобы мужчина тоже потихоньку замедлился и, наконец, бросил своё развлечение. Они пошли дальше, но вскоре ДжиЁн, найдя какой-то незначительный предлог, покинула их, оставив наедине. Испугавшись, что обстановка натянется, Солли посмотрела на ХиЧоля, но в нем ничего не переменилось. Всё такой же, вальяжный и самодовольный, он брел рядом. Оба они понимали, что не могут на улице взяться за руки, потому что если это увидят фанаты, то можно ждать неприятностей.

— Я завтра, к сожалению, опять улетаю. — быстро покосился мужчина на спутницу.

— Я знаю, я видела в агентстве расписание Супер Джуниор. — кивнула Солли. — Мы тоже тут, на днях, будем трудиться. Очень бы хотелось такой же график, как у других. Порой бездеятельность меня убивает.

— А я отдыхать люблю, — ХиЧоль улыбнулся. — Если тебе хочется работать до седьмого пота, иди в Шайни шестой.

Солли споткнулась, и ему пришлось ловить её, чтобы не дать упасть. Вид у девушки стал испуганный и угрюмый.

— Ты в порядке?

— Да, да, всё хорошо. — видя смятение возлюбленной, мужчина приглядел укромный угол, в котором никто бы их не увидел и подтолкнул её туда. Оказавшись совсем рядом, его убеждение твердо держаться сегодня дружеского поведения стало таять.

— Сол, когда мы уже нормально сможем встретиться? — ХиЧоль провел ладонью по её щеке.

— По-моему, — она хитро улыбнулась, переводя тему. — ты находишь чем себя занять и не скучаешь. Ты всё-таки полез тогда к РёУку, как не стыдно?

— Я же предупредил, — мужчина коротко хохотнул. — Разве мог я не сдержать слова? Но, поверь, искренне мне хочется лезть только к тебе…

ХиЧоль наклонился к её губам, но Солли, проклиная себя и выворачиваясь наизнанку от своего предательства, не выдержав, отвернулась в сторону.

— Что такое? — мягко спросил он. Как тут ответить? Либо прямо, либо опять лгать. Девушка стыдливо подняла глаза. Почему даже Ки она в последнее время говорила больше и откровеннее, чем человеку, ближе которого для неё не должно быть? Нужно сказать ему, нужно сказать.

— Давай побудем ещё друзьями. — фраза была такой странной и многозначной, что Солли сама испугалась того, как её можно интерпретировать. И ХиЧоль тут же перевернул её именно в нежелательном смысле.

— Это ты хотела сказать «давай останемся друзьями»? — окаменел мужчина, не понимая происходящего.

— Нет! Ты с ума сошел? — Солли механически положила ладони ему на грудь и подалась к нему. Ощутить хоть частичку его тепла, прижаться, почувствовать его. Он не двинулся, переваривая услышанное. — Господи, я же люблю тебя, как я могу пожелать подобное? Просто… сегодня было так здорово и… и я соскучилась по таким дням. Ты был прав, что я лезу с сексом дело не по делу, и ведь не в нем суть. Только, прошу тебя, не вспоминай опять о той моей фразе! Ты меня удовлетворяешь! Ох, как много я говорю…

— Сол, — ХиЧоль взял ей за подбородок и опять поднял только что опущенное лицо. — Что с тобой? Я будто въявь ощущаю, что тебя что-то гнетет. Скажи же! Скажи и всё.

— Я… изменила. — Солли сплюнула это слово с языка, и ей показалось, что это был яд, который попал на лицо ХиЧоля, тут же разъедая и искажая его. В глазах того ясно прочиталось, что это то, что никогда будет не исправить, если сейчас же не предпринять чего-то. Девушка всей кожей ощутила, что понятие «измена» слишком велико для того, чтобы её Хиним мог простить его даже спустя пять десятилетий. Она поспешно смягчила удар. — Я целовалась с другим. Так вышло.

— Целовалась… так вышло? — ХиЧоль отступил на шаг, остекленевшими глазами уставившись на неё. Побелевшие руки сжались в кулаки и спрятались под предплечьями, когда он перекрестил руки на груди. — Как это «так вышло»? ЧжинРи, ты издеваешься? Как это само собой могло так выйти? Кто он?!

— Ты его не знаешь. — Солли вжалась в стену, потупив взор.

— Ой ли? — он вновь подошел впритык. — Врешь? Как я могу не знать кого-то рядом с тобой?

— Это правда. — голова всё ниже уходила в плечи.

— Если ты прикрываешь этого козла, то это ещё хуже. — «Да, это ещё хуже, — подумала Солли. — Это даже ещё хуже, чем просто целовались». Но она поняла, что никогда не следует говорить ХиЧолю всей правды. Даже желая быть искренней. Если откровенность приносит боль — к черту такую откровенность. Боль она поносит в себе самостоятельно, но не будет причинять её любимому человеку.

— Я не прикрываю. Мы просто поцеловались, поэтому… мне стыдно, и я не могу поцеловать тебя, не признавшись тебе в этом. Я же знаю, как ты к этому относишься… в общем, может и зря я это сказала. — Солли запуталась внутри, и выразила всю путаницу вслух.

— Нет, не зря. — видно было, как внутри ХиЧоля бушует ураган, но он не торопился говорить то, что он думает. Возможно, думал он сейчас так же сумбурно и сбивчиво, как она. — То есть, ты не сопротивлялась, тебя никто не заставлял, а ты просто взяла и поцеловалась с каким-то типом?

— Да. — еле слышно признала Солли.

— Почему? — она не в силах была поднять глаз. — Почему, Сол? Он тебе нравится? Не лги мне! Если человек не нравится, то ты никогда не будешь целоваться с ним!

— Да, он мне нравится. — девушка закрыла лицо ладонями, тут же отняла их обратно. — Но это ничего, абсолютно ничего общего с тем, как я люблю тебя, оппа!

— Отличная любовь, когда ещё кто-то нравится… — ХиЧоль взмахнул руками. — И ты упрекала меня в подозреваемой измене, когда сама сделала это?

— Это произошло после того! — «Нет, поцеловалась я с МинХо до того, а вот переспала после. Боже, я тону во лжи, мерзкой и непроглядной».

— А, ты мне насолить хотела? — казалось, гнев мужчины немного утих. Но совсем немного. — Так? Ты подумала, что я был с другой, и решила отплатить мне той же монетой?

— В какой-то степени да, — кивнула Солли, но этот вопрос она до конца дней своих не сможет разрешить даже для себя. Месть и похоть, что же было изначальным с ту ночь? — Я была зла на тебя, обижена.

— Но мы же выяснили, что я ничего не сделал и ни в чем не виноват! — напомнил ХиЧоль, всё ещё горячась. — Или ты до сих пор не веришь мне? Скажи честно.

— Верю. — Солли поправилась, но ради оправдания себя. — Больше верю, чем нет, но в тот момент ещё испытывала сомнения. Неужели у тебя не бывает сомнений?

— В тебе нет. — ХиЧоль тепло посмотрел на неё, и это тепло показалось девушке адским огнем, выжегшим на ней клеймо преступницы. — Если бы я сомневался в том, что ты верна мне и что ты честная и невинная, самая лучшая, каких я только встречал, я бы никогда не начал с тобой встречаться, Сол. Я же знаю, что ты мой маленький ангел. — каждое новое слово прожигало всё глубже и заставляло Солли чувствовать иглы, вонзающиеся в плоть. — Да, согласен, я не такой, поэтому и могу вызывать подозрения, но, прошу тебя, умоляю, не уподобляйся мне! Я исправляюсь, я не хочу больше быть ветреным и, раз уж я полюбил, то храню эту любовь. А тебе ведь даже стараться не надо — ты никогда ничего плохого случайно не сделаешь.

— Хиним! — сдерживая подступавшие слезы, девушка отстранилась от него, сделавшего к ней шаг. — Перестань меня идеализировать! Это ты хотел ждать свадьбы, а вспомни моё мнение? Я вполне себе обычная, с не менее пошлыми и плохими идеями и желаниями. Иногда мне кажется, что ты лучше меня в этом плане.

— Не придумывай, но… — ХиЧоль, чуть не забывший, с чего всё началось, опомнился. — Как ты могла, всё же, подпустить к себе другого? Даже если я его не знаю, он что, не знает, с кем ты встречаешься? Он позволил себе эту подлость? Знаешь что, я уверен, что он потешался и злорадствовал над тем, какой я идиот и рогоносец, что мою девушку можно просто взять, и поцеловать! Ты хоть понимаешь, в каком свете выставила меня? И это помимо того, что я убить готов этого мистера икс от ревности. ЧжинРи!

Его окрик заставил её посмотреть на него. Ненадолго утихомирившись, он вновь вошел во вкус ссоры и ярости. Но теперь он не отстранялся. С какой-то особой алчностью он смотрел на её губы и щурился. Подняв руку, он положил ладонь на её лицо и провел по губам большим пальцем.

— Не знаю, Сол, я не знаю, как сейчас поступить и что сказать. Я всегда преувеличиваю и перегибаю палку, и поцелуй, наверное, мелочь, но не для меня — не для меня! Если бы речь шла о постели, я бы просто порвал всё, обрубил и никогда не захотел тебя видеть, а поцелуй… слаба будет моя любовь, если я не прощу тебя за него, к тому же, ты ведь сказала, не скрыла… но я всё равно не знаю… и я не знаю, чего я не знаю! — ХиЧоль увидел, что она расплакалась. Слезы молча потекли по её щекам. Взгляд Солли выражал такую обреченность и вину, что сердце его гулко отзывалось и просило быть жалостливее. — Моя гордость не позволит сиюмоментно сделать вид, что ничего не произошло и закрыть на всё глаза. Я должен обидеться.

Он слабо улыбнулся и вытер пальцами её слезы. Одна из них, стекшая до губ, блеснула особо ярко и мужчина, вытирая её, вытер и губы, с таким сосредоточенным и невыносимо собственническим видом, будто пытался стереть тот самый чужой поцелуй.

— Ты часто делаешь мудрые предложения, — ХиЧоль погладил Солли по голове. Она продолжала хранить молчание, впав в ступор. — Побудем друзьями, в самом деле. Я приду в себя за это время, ладно? А ты… пожалуйста, больше не повторяй таких шалостей. Я не хочу терять веру в тебя. В нас с тобой.

Девушка коротко кивнула. Нет, решено. Она никогда и ничего ему не расскажет. Он слишком дорог ей. Очень. Если он бросит её — а ХиЧоль бросит безвозвратно, она уверена — то половина жизни потеряет для неё смысл. Невозможность коснуться его, принадлежать ему, знать, что он принадлежит ей, это страшно, мучительно. Это нанесет рану, которая не затянется годы и годы.

— Пошли, я провожу тебя. — ХиЧоль вывел её за руки на тротуар, где они их разняли, чтобы продолжать делать вид, что они просто друзья. Теперь не только для публики, но и для самих себя. Но Солли поняла, что изведав любовь этого человека, она уже вряд ли когда-либо захочет и сможет довольствоваться дружбой. А если бы он ей сейчас признался в измене? Не просто поцелуе, а именно том, что произошло между ней и МинХо. Неизвестно, возможно, что сейчас на неё действовала собственная вина, но почему ей казалось, что рано или поздно она бы простила? Почему? Потому что она была слабее или любила сильнее? Или потому, что у неё было меньше гордости? Нет, вряд ли. Гордости у неё хватало так же, как у него. Двигаясь домой, Солли сделала вывод, что она представила себе свое ему прощение из-за того, что это возвысило бы её хоть немного и подало ему пример, как надо любить и прощать. Если бы она была ни в чем не виновата перед ним, то ничто не заставило бы её забыть его измену.

Глава 15

«Истина»

Свободные минуты нельзя было назвать в жизни Солли совсем уж частыми, но сравнивая их количество с тем, которым обладали другие коллективы родного агентства, девушка называла их бездельем и никак иначе. А воспитание с детства говорило ей о том, что многие проблемы рождаются от лености и ничего не делания. Чтобы хоть как-то занять очередной пустой вечер, она согласилась на прогулку с Чойза, вновь позвонившему ей и обговорившему заранее, когда и где они встретятся. КиБом и ТэМин были заняты, как и МинХо (хотя с последним она сама бы никуда не пошла), ХиЧоль был далеко (да и будь он близко, всё равно пока играл в обиженного), поэтому больше не с кем было развеяться, а развеяться хотелось. Солли соскучилась по походам в кино, по ночным бульварам, по заглядыванию в круглосуточные кафе, где можно купить на вынос сладкий кофе и бродить с ним по тротуарам. Естественно, для всего этого нужен был молодой человек и романтика, но друзья тоже важны. А с Чойза они знались давно. Почему бы и не провести с ним несколько часов?

Мужчина взял билеты на последний сеанс, который начинался в одиннадцать вечера. Закончившая все свои дела ещё в семь, Солли с радостью согласилась и на такой вариант, потому что в общежитии сидеть становилось невыносимо. Нет, не потому что там что-то было не так, а просто обездвиженность, сама по себе, тяготила и сводила девушку с ума. Вина перед ХиЧолем не выходила из её сердца. Все мысли, целиком и полностью, заполнились тем, как наладить их отношения и вернуть всё в ту форму, которая разрушилась около месяца назад, как чьим-то капризным совочком песочный замок. А ей казалось, что найденное ими счастье из куда более прочного материала. Только чья же рука всё разломала? Её? МинХо? ХиЧоля? И насколько сильно погублено всё?

Кинотеатр был полупуст и, усевшись по центру, пара принялась за просмотр новой мелодрамы. Солли быстро перестала вникать в сюжет, как ни пыталась следить за его развитием. Все метания главной героини отзывались в её душе и напоминали о собственных переживаниях. К тому же, она позвонила ХиЧолю выходя из дома, но поднял менеджер и сообщил, что идет выступление. Ей даже не удалось послушать его голос и предупредить, что она куда-то с кем-то идет. И эта её традиция пошла под откос! А ей ведь так нравилось сообщать любимому о своих передвижениях и выслушивать его заботливые, слегка ревнивые нотации. Где теперь всё это?

Чойза что-то комментировал по поводу киноленты, что они смотрели. Солли улыбалась и добавляла кивки, подтверждая своё присутствие. Дело по отвлечению от своих горестей не двигалось. Фильм плавно подошел к концу, так и не решив поставленной ему задачи. Мужчина поднялся и, пропустив девушку вперед, вышел за ней из кинотеатра. Несмотря на последнюю треть сентября, было ещё достаточно жарко. Солли не хотелось возвращаться в четыре стены. Чувствовал это Чойза или нет, но он тоже никуда не торопился, бредя рядом, как бы само собой продолжая прогулку.

— Отличный вечер, правда? — начал он, завершив озвучивание своего мнения о мелодраме.

— Да уж, скорее ночь, — посмотрела на него Солли, и снова устремила взгляд вдаль. За деревьями по правую руку проносились машины. Мужчина посмотрел на наручные часы и чуть натянуто засмеялся.

— Ну, для наших графиков это ещё детское время. Не привыкать ложиться под утро, правда?

— Бывает и такое, — девушка шла немного быстрее него, поэтому вынуждена была себя то и дело останавливать. — но со мной давно уже не случалось. Хотя, недавно были в Китае, там, конечно, толком не выходило высыпаться…

— А ты любишь гулять всю ночь напролет? — спросил Чойза, со скрытым коварством вырвавшегося любопытства оглядев спутницу.

— Вся молодежь это любит, — Солли засмеялась, имея в виду совсем не то, что подразумевают почти без исключений мужчины, говоря о бессонных ночах.

— Тогда, что на счет продолжить прогулку, пока не рассветет? — ему удалось спрятать алчную надежду на согласие.

— Даже не знаю… — девушка встала на месте, глядя на Чойза и в то же время не видя его. Вертелись видения из прошлых прогулок с ХиЧолем, их синхронный смех и торопливые перебежки до такси, когда они начали встречаться и срывались, завидев фанатов.

— Давай! Пройдемся ещё, потом сходим в клуб…

— Нет, в клуб мне не хочется. — Солли покачала головой. — Не танцевальное настроение. Хочется спокойствия.

— Что ж, тогда вперед, — Чойза указал на продолжение тропки по аллее и предложил спутнице руку, но она, смущенно делая вид, что не заметила его жеста, пошла сама по себе.

Они заговорили о жизни. Солли не очень хотела отвечать на вопросы о себе, хоть они и были не наводящими. Она предпочла перевести стрелки на Чойза и слушать его длинные рассказы. В них не было того юмора, которым обладал ХиЧоль, в них не было той пылкости и соблазнительности, которые вкладывал МинХо, но в них был опыт и здравые рассуждения, которые приятно было принять к сведению. Выйдя на открытое кафе под легким навесом, мужчина и девушка на целый час задержались там. Солли поддалась уговорам выпить по бокалу вина. Время шло хорошо и непринужденно, и ей становилось немного легче. Расслабившись, она начала шутить сама. Чойза настоял, что бутылку глупо оставлять початой и не опустошенной. Под разошедшуюся беседу Солли не отказалась допить её на двоих.

— Как же ты не видела этой комедии? — удивлялся мужчина, приведя в пример один эпизод, о котором, как оказалось, его собеседница не знала. — Она, может, не очень давно вышла, но стоила того, чтобы посмотреть её.

— Надо было на этот фильм и сходить, — развела руками Солли, отодвинув бокал от края.

— Он уже вышел из проката. — Чойза поднял пальцы, подзывая официанта и прося счет. — Но он есть у меня дома. Ты должна посмотреть, непременно. Поехали?

— К тебе? — Солли взглянула на него исподлобья, застывшей улыбкой перемежав слова. — Неудобно.

— Брось, я же просто приглашаю тебя в гости. Раз уж зашла речь. — он достал бумажник и, расплатившись, поднялся, выдвигая из-под девушки стул. — Поехали, всё равно ещё не собираемся расходиться. Тем более, ты у меня никогда не была. Посмотришь, как живу.

— Ты живешь один? — Солли последовала за ним, не успевая его остановить или притормозить.

— Да, так что всё в порядке, никому не помешаем. — «Нет, как раз это не в порядке» — подумала девушка, упорно пытаясь понять, как это всё выглядит со стороны? Чойза ни звуком, ни жестом за всё время их знакомства не намекнул ни на что непозволительное. Он её друг, почему же она должна избегать его и ждать от него чего-то плохого? Но как часто в последнее время она переосмысливала дружбу и вынуждена была в ней усомниться!

— Чойза, я не знаю… — тронула она его за рукав, но он, замедлившись, лишь чуть подтолкнул её за плечо, вместо того, чтобы передумать и остаться тут.

— И думать нечего, едем! Или ты уже спать хочешь? — улыбнулся он.

— Да вроде нет… — посмотрев в его добродушные глаза, смотрящие на неё с симпатией, Солли выдохнула. Спать, действительно, не хотелось. Она только начала приходить в себя и забывать муки совести, болтая со знакомым. Ехать в комнату, где на неё накинется раскаяние? Нет, лучше комедия. Они пошли к дороге ловить такси.

Как это часто бывает, впервые видимая квартира не сразу вселила чувство уюта. Она показалась отстраненной, непонятной и насквозь чужой. Солли вспомнила холостяцкое логово ХиЧоля, с которым у неё было связано столько замечательных ностальгических моментов. Но Чойза, хоть и немного суетливо, просил её чувствовать себя, как дома, указал на гостиную, где на стене висел почти такой же, как у Хинима, телевизор. Ничего не оставалось, как располагаться и проводить время до утра, как она и собиралась, беззаботно, весело и непринужденно.

— Будешь ещё вина? — застыл мужчина в дверях, всей позой говоря о том, что готов сбегать на кухню.

— Нет, мне хватит, — Солли улыбнулась и села на диван. — Ну, заводи шарманку.

— Совсем ничего не будешь? — на часах, показывающих время под экраном, светилось три с небольшим часа ночи. — Мне неудобно, как хозяину. Чаю, кофе хотя бы?

— Это можно, — кивнув, девушка проводила блестящими очами его спину и, взяв подушечку, обняла её. Внезапно охватило желание уйти отсюда. Скрыться. Быстро посмотреть этот фильм, который вдруг стал заранее неинтересным и скучным. Но неудобно и некрасиво резко изменить решение и сбежать. Солли нашла пульт и начала вертеть его в руках. Почему она не с ХиЧолем сейчас? Почему его нет? В тепле и замкнутости квартиры её плечи овеял холод. Ни одно кино не заменит его присутствие.

Протянув с приготовлениями, Чойза внес на подносе кофе со сладостями и начал располагаться к просмотру. Солли терпеливо следила за всем, хотя его медлительность уже понемногу и всё сильнее раздражала. Сон тоже подкрадывался, а ещё нужно было добираться до общежития. Сил на разговоры оставалось всё меньше, поэтому девушка всем своим видом стала показывать, что пора включить обещанную комедию. Как только это случилось, она уставилась на экран, и уже ни на что не отвлекалась, не поддерживая больше попытки Чойза вступить в обсуждение и лишь угукая.

Когда пошли титры, Солли машинально подтянула к себе сумочку. За окном, не зашторенным, лишь скрытым прозрачным тюлем, светлело. Восторга и смеха, на который она рассчитывала изначально, не вышло. Мужчинам часто нравятся совершенно непонятные для женщин вещи. Удивительно, что с ХиЧолем они критиковали и радовались всегда одинаково. Кто-то кому-то подыгрывал или это само собой выходило? Солли не думала, что между ними раньше был хоть грамм неискренности.

— Что ж, вот теперь, я действительно засыпаю, — произнесла Солли. Чойза убрал поднос между ними в сторону. На его лице появилась какая-то судорожная работа мысли. — Надо ехать.

— Подожди… как? Вот так сразу?

— Ну… да. — она передернула плечами. — Не упасть же тут с ног?

— Отчего же? — проведя ладонью по волосам, облизнул губы мужчина. — Если хочешь, можешь и у меня остаться. Места много.

— Нет, я домой. — Солли уже собиралась встать, но предвосхитив её движение, Чойза положил руку на её ногу. Молча посмотрев на это, девушка возмущенно подняла глаза.

— Останься, Сол… — и этот просящий взгляд, и этот нерешительный для его возраста жест, и этот сладковатый голос, всё в момент перевернуло внутри девушки мирное состояние духа и вызвало отвращение. Она поняла, что и тут не было ей покоя. И тут от неё чего-то хотели и не видели в ней просто приятного человека, которым она хотела быть для всех, кроме ХиЧоля. Она подскочила, отлетев от дивана, на котором остался друг.

— О чем ты?! Я немедленно уезжаю. — не слушая возражений, она двинулась на выход.

— Подожди, ты чего? — Чойза догнал её, встав у двери. — Обиделась?

— Пока ещё нет. Ты что, не знаешь, что я встречаюсь с ХиЧолем? — щеки стали пунцовыми от гнева, пальцы ловко и нервно зашнуровывали ботинки.

— Знаю, но…

— Но что? Какие ещё «но», вообще?! — едва не крикнула она, распрямившись и ожидая, когда он отойдет в сторону.

— Извини, но ведь, ты и МинХо… — Чойза многозначительно оборвал фразу, приподняв брови и глядя прямо ей в глаза. У Солли ёкнуло сердце, и она вспомнила, что заподозрила то, что мужчина видел их вместе. Краска, залившая её лицо, стала гуще. Нет уж, она не подтвердит этого. Достаточно того, что уже КиБом знает о них.

— Что я и МинХо? — с вызовом бросила она.

— Ему ты сказала о ХиЧоле? — не сдался Чойза и прищурился, будто даже если бы они с МинХо были давними любовниками, то это давало бы право считать её бесчестной и доступной для всех.

— О чем ты?! Причем здесь МинХо? Я девушка ХиЧоля! ХиЧоля! Ясно?

— Я понимаю, что ты не хочешь, чтобы кто-нибудь знал, но я ведь и не распускаю язык. — продолжал мужчина, явно не сбиваясь и не собираясь верить Солли. Что ж, в этом он был прав.

— Зато ты распускаешь руки! — на колене горело его прикосновение, тяжелое и впивающееся, как дымный угар, означавшее, что её приняли далеко не за порядочную леди. — О чем ты можешь распустить язык? О чем я не хочу, чтобы знали? Я не понимаю тебя.

— Сол, ладно тебе, все знают МинХо… — прыснул Чойза, однако потихоньку сдувал свой вид знатока. Все знают МинХо? Почему же она одна его толком не знала?

— МинХо мой друг. Друг и ничего больше! — похоже, на этот раз получилось достаточно убедительно, потому что мужчина опешил и отошел в сторону.

— Прости, но я подумал, что… я увидел тогда, как он… вышел такой разогретый, а потом ты…

— Спасибо, что так подумал обо мне! — толкнув его, Солли, сдерживая слезы и убедившись, что ни за что не заплачет сейчас, выскочила в подъезд. Её ноги помчали по ступенькам. Сзади раздались шаги.

— Подожди! Сол, извини, подожди! — мужчина несся следом, но они были примерно в равной скорости.

Оказавшись на улице, уже утренней и светлой, девушка посмотрела налево и направо и, не разобрав, куда же деваться, наугад пошагала вдоль дороги. Рука потянулась за мобильным, но её перехватил Чойза, догнав, наконец, переставшую бежать певицу.

— Сол, да погоди же! Прости, пожалуйста, прости!

— Оставь! — она вырвала руку. Ей были неприятны эти касания. Самое ужасное было то, что он не настолько неправ в своем заблуждении на её счет, как ей того бы хотелось. Она спала с МинХо! На самом деле спала.

— Нет, пока ты не примешь мои извинения! — Чойза вновь взял её за руку и остановил. Они встали у дороги, на которой пока ещё почти не было движения. Да и улица была не слишком оживленной. Нет, такси всё-таки придется вызывать, вряд ли его здесь поймаешь.

Солли поправила свой легкий пиджак и, на этот раз более миролюбиво высвободила руку.

— Я сейчас не расположена слушать что-либо, — отрезала она сквозь зубы.

— Нет, пожалуйста, пойми… — Чойза почесал затылок. — я повел себя самонадеянно и нагло, но ты мне давно нравишься, правда. Если бы это было не так, то я бы не посмел… но ты встречаешься с ХиЧолем и я никогда бы не решился, если бы не подумал, что у вас в отношениях всё хорошо…

— У нас всё хорошо. — отключившись от его словоизлияний и заверений в симпатии, Солли набрала службу такси и, назвав адрес, осталась ждать.

— … скажи, что не возненавидела меня? Пожалуйста, Сол, скажи, что я всё ещё твой друг? — она посмотрела на него и подумала, как много ещё у неё будет лже-друзей? Зачем мужчины врут и лукавят, называя дружбой очевидное желание затащить в постель девушку? Для неё дружба не подразумевает под собой ничего сексуального. Доверие, взаимопонимание, симпатия. Причем здесь секс?

— Я ничего не хочу сейчас говорить. — подвела итог Солли и отвернулась по направлению, откуда должна была появиться машина. В напряженном молчании, Чойза проводил её, дождавшись, когда она сядет в автомобиль.

ХиЧоль снял макияж и устроился на диване в комнате отдыха после концерта. Пару дней назад менеджер передал ему, что звонила Солли, но он же был обижен. Он не будет перезванивать. Но он написал сообщение, что позвонит, как только будет время. Время и возможность предоставлялись уже несколько раз, но он же обижен. И вообще, они завтра возвращаются в Сеул. Надо бы позвонить и назначить свидание, встретиться, забыть про всё, что было, но он обижен. Обижен! ХиЧоль не разнимал скрещенных на груди рук, прикрыв глаза. Мысли регулярно вертелись вокруг Солли. Ясно, что виноваты были оба. Но она в большей степени. Потому что он опытнее и ведет себя разумнее. «А она косячит по юности» — заключил мужчина. Но как сберечь её от ошибок, как ни постоянным присмотром? Но у него нет такой возможности, да и на что тогда доверие, если надо всегда приглядывать?

Накануне они выпивали с Канином и говорили о жизни. Спьяну душа всегда открывается легче. ХиЧоль сетовал на то, что слишком увлекся своей любовью и товарищ подтвердил его опасения. Когда в паре кто-то один начинает любить сильнее, чем второй, то баланс нарушается и один становится жертвой. ХиЧоль был уверен, что сильнее полюбил он. Для Солли это была первая любовь, она не знала, как бывает больно, она не знала и не знает, чего бояться, как это терять и как это быть брошенным. Она ничего не знает о зрелых отношениях. Да и он о зрелых не знал. С давней юности, когда рисковал любить и быть любимым, он запомнил уроки жизни о том, что бывает мучительно больно. Поэтому лет десять ни с кем не связывался. А теперь связался, для неё, ради неё — ЧжинРи, его Истины, вселившей в него веру в правду, любовь и счастье. Так долго, почти год он был награжден безоблачными отношениями, в которых не промелькивало даже тени, и вдруг, в одночасье, то одно, то другое. Это надо прекратить! Но поработать над починкой отношений тоже должны двое. Не ему же одному?

В углу, на стуле, сидел КюХен, копаясь в планшетнике. С этим говорить не о чем. Человек, который не умеет напиваться ничего не знает о жизни. У ХиЧоля было немного предвзятое отношение к маннэ. Совершенно разные интересы и вкусы не давали беседовать о личном. Скорее бы в отель и там снова посидеть за кружкой с Канином. Больше, собственно, и не с кем.

— Хён, — раздался голос КюХена. Мужчина неохотно открыл глаза и приподнял голову.

— Что?

— А… слушай, ты же с Солли встречаешься, да? — «Это ещё что за вопрос? — ХиЧоль приподнял брови, оправив челку рукой. — Только не собирался с ним говорить ни о чем таком, как ему самому стало любопытно».

— А то ты не знаешь?

— Знаю, я так, просто… — парень уже собирался заняться дальше своими делами, но не выдержал и приподнялся, подходя к дивану и протягивая планшетник чуть впереди себя. — В общем, на, посмотри сам, что я буду тут радио работать.

ХиЧоль взял у него экранчик и, развернув на себя, не сразу понял, что там изображено. На каком-то сайте была расположена статья с прилагающимися фотоснимками. И только увидев заголовок, внутри мужчины что-то гадко оборвалось. «Солли и Чойза. Пара или нет?». Помня о том, что КюХен стоит рядом и выжидающе смотрит, ХиЧоль не позволил своей желчи и горечи вылезти на лицо. Напротив, расслабив мышцы, он сделал равнодушный вид и внедрился в чтение. С каких пор Солли близко общается с Чойза? Фотоснимки были свежие. У неё сейчас такая прическа. Вечер, бокалы пива, утро, держание за руку… что за бред? Что за чушь? Очередная выдумка СуМана и пиарщиков? Мужчина долго и вдумчиво читал всё, от начала до конца. Перечитывал. Всматривался. Не фотошоп, нет.

Не выдержав, он едва не швырнул планшетник КюХену, но умудрился попасть тому в руки.

— Наверное, очередной фейк от агентств. Нужно же привлечь внимание. — уверенно выдал ХиЧоль, поднявшись и импровизируя, что захотел в уборную. На самом деле он не мог больше сидеть там, в обществе КюХена, которого не убедило заявление ХиЧоля. Он и сам так не думал. И пока он не найдет объяснений и фактов, подтверждающих его догадку, что это спланированная шумиха, он не знает, как показаться на глаза коллегам.

Выйдя в коридор, он начал названивать всем, кому мог: менеджерам, директорам, администраторам, всему персоналу агентств и задавать один и тот же вопрос — «Чья задумка новый скандал с Солли и Чойза?». Но никто не знал, все отнекивались, переключали его дальше, уверяли, что не причастны. Ни СМ, ни агентство Чойза не были в курсе. В конце концов, кто-то сострил, что подумал, мол, они с Солли расстались, и это правда, то, что написали. С каждым звонком надежды на оправдания и контраргументы таяли, как лед в виски. Никто ничего не подстраивал. Скандал произошел сам собой, фотографии сделаны досужими фанатами, или внимательными папарацци.

Прислонившись к стенке, ХиЧоль сжал в кулаке телефон и его панель хрустнула. Этот хруст отдался в его груди, в которой что-то надломилось. Что-то, что изолентой и скотчем не заделаешь.

Глава 16

«Тупик»

Вечеринка в честь Дня рождения КиБома проходила не день в день с самим событием, а на несколько дней позже, хотя даже при таких обстоятельствах, когда было выгадано максимально удобное всем время, она началась поздно, когда рабочие часы закончились и у самых задержавшихся трудоголиков. Солли не хотела идти на неё, потому что не желала в который раз терзать себя встречей с МинХо, но Ки пригласил её, и она не могла отказать. Он был почти последним, кто никак не портил с ней общение, пытаясь перейти на какой-то новый уровень. Он был настоящим другом, к которому девушка испытывала неисчерпаемую теплоту и благодарность.

Общежитие Шайни, ставшее для неё табуированным местом с тех пор, как она вышла отсюда последний раз, впустило её в себя, как сквозь туго натянутый целлофан. Нога никак не поднималась переступить порог, но Солли заставила себя сделать это. Положив коробку с подарком в остальную груду упаковок с бантами, лентами, в цветной бумаге и без, девушка поозиралась, чтобы не столкнуться с МинХо. Конечно, поздороваться придется, но надо сделать это как-то так, чтобы при этом было много людей. Неприятности и так следовали по пятам за ней весь месяц, не стоит добавлять новую. Вот, эти нелепые слухи про них с Чойза, которые появились в сети, и дошли до неё. Эти досужие и вездесущие поклонники! Где они были и зачем фотографировали их? Солли было интересно, как далеко распространилась новость, и мог ли узнать о ней ХиЧоль? А если узнал, понял ли, что это чистой воды нелепица? Всё остальное её мало волновало или, вернее сказать, не волновало вообще: мнение фанатов, сплетников, служащих агентств. Пусть молва общественности и играет важную роль в жизни каждой знаменитости, но на первом месте для неё, как для человека, было то, что думают близкие. И ей в первую очередь нужно знать, что узнал и думал по этому поводу ХиЧоль. Он обещал перезвонить ей, но так этого и не сделал. Солли позвонила сама ещё раз, но он сбросил. Занят? По-прежнему обижен? Она переставала правильно предполагать, что происходит по ту сторону трубки. Отдалившись от него, она так сбивалась в мыслях, что уже не угадывала свою вторую половину. Раньше всё было ясно, чисто и прозрачно и она с уверенностью могла сказать, чем он занимается в любой час и о чем думает при том или ином стечении обстоятельств.

— Привет, милая! — КиБом грациозно протиснулся между гостями и подошел к подруге, целуя её в щеку.

— С Днем рождения, ещё раз! — ответила она на его дружеский поцелуй своим. Она поздравляла его непосредственно двадцать третьего числа, так что теперь можно было обойтись символическим повторением. — Сколько тут народа!

— Это ещё далеко не все пришли! — подмигнул парень, внимательно вглядываясь в её лицо. — Ты в порядке? У тебя какая-то щенячья тоска в глазах.

— Нет, всё хорошо, — Солли приподняла уголки губ. Не стоит своими напастями портить вечеринку товарищу.

— Ну, смотри, — он потер ободряюще её плечо. — Если что, я тут, подходи и рассказывай, а сейчас, извини… — увидев ещё кого-то, он пошел здороваться дальше. Виновник торжества не мог уделить всё своё время лишь одной персоне.

Девушка прошла дальше, к столу, где было налито для всех шампанское. Стоит ли пить больше одного бокала? Она вполне владела собой, если не было какого-то слишком сильного внешнего воздействия. Например, искушения. МинХо вошел с противоположной стороны в зал и Солли, слегка пригнувшись, постаралась спрятаться за спинами присутствующих. Если он подойдет к ней и начнет разговаривать, она вообще не знает, что делать и как себя вести. Впрочем, в его прилюдной добропорядочности сомневаться не приходилось. Он не выдал её и умел держать язык за зубами. И только Чойза случайно заметил то, чего не должен был…

Солли увидела ТэМина и поспешила к нему, поднимая бокал за КиБома и чокаясь, подходя.

— Привет, как дела? — начала она светскую беседу, ничего не значащую, как о погоде, политике или музыке.

— Отлично! — парень отпил то, что было у него налито — а это вряд ли было то же самое, что у неё — и начал покачивать головой в такт игравшей фоном мелодии. — Как сама? Давно пришла?

— Нет, только что. — краем глаза она старалась следить, чтобы МинХо не оказался в пределах досягаемости, чтобы успеть вовремя ретироваться. — Я нормально. А ты сегодня выглядишь куда лучше. Отдохнул?

— Да, поспал пару часов днем, — ТэМин кивнул в сторону спальни лидера. — зато теперь хён выдохся. Упал без задних ног, так что закон энергии не врет. Если у кого-то она прибавляется, то кто-то иссякает.

Они улыбнулись, но Солли внутренне опечалилась из-за Онью. В самом деле, иногда хотелось стать у них шестой, чтобы заменять кого-нибудь из ребят, и они могли бы отдыхать, как следует. К ним подошел ДжонХен, с которым завязалась более расслабленная и оживленная беседа. Он появился очень кстати, потому что, вспомнив о «шестой в Шайни», она вспомнила и о ХиЧоле. Но думы о нем были слишком драматичными для данной обстановки.

К их трио подошел КюХен и, пожимая руки молодым людям, кивнул Солли. Не веря своим глазам, ей хотелось тоже протянуть к нему руку, чтобы убедиться, что он не мираж. Что он тут делает? Ведь Супер Джуниор на гастролях… или уже вернулись? Нет, ХиЧоль не мог не позвонить ей по возвращении. Не мог же он не вернуться, когда маннэ был тут? Что за бред? Девушка ждала, что видение растает, но оно оставалось на месте и говорило с ТэМином.

— Вы вернулись? — не выдержала она, не совсем красиво перебив КюХена.

— Да, сегодня днем, — подтвердил он и замолчал, ожидая, не добавит ли Солли ещё что-то. Но добавить было нечего. Они уже несколько часов были в Сеуле, а от ХиЧоля ни звонка, ни сообщения!

— Понятно, — отвела она глаза, показывая, что они могут продолжать диалог, и она больше не вмешается. Впившись губами в край бокала, Солли стискивала в кулак другую руку. Что происходит? Это уже переходит границы любой обиды. Не объявить о возвращении! — Извините…

Девушка отошла от стола и покинула маленький кружок, где продолжали шутить и вспоминать что-то парни. Теперь уже обида была нанесена ей. До какой поры это будет продолжаться? Или ХиЧоль решил всё совсем порвать? Солли вышла в коридор между спальнями и туалетом. Там почти никто не останавливался, проходя мимо, но это не слишком мешало. Она достала мобильный и зачарованно на него смотрела, колдуя, вызывая звонок Хинима. Он должен позвонить! Впрочем, считал ли теперь он себя должным перед ней? Как не совестно так издеваться над ней? Стало очевидно, что он не звонит не из-за занятости, а потому что решил показать свой характер, решил проучить её. Как же это больно и неприятно! И это за поцелуй, в котором она призналась? Черт, как всё путалось в голове. Ведь для себя она знала, что достойна и больших мук, ведь на самом деле натворила нечто страшнее поцелуя. Но если ХиЧоль знал только о поцелуе, то несправедливо раздувал из подобной мелочи трагедию! Солли смотрела на экран и гадала, позвонить ли вновь самой? Теперь, когда она знает, что он на месте, свободен, у него уже не будет отговорок по поводу того, почему он может не поднять или сбросить. Палец приметился к кнопке журнала звонков.

— Привет, Сол! — она едва не выронила телефон, услышав совсем рядом над ухом голос МинХо. Трясущимися руками убрав его в карман, девушка подняла лицо.

— Привет, — он стоял рядом, облокотившись согнутой рукой на уровне головы о стену. В облегающей футболке, с впечатляюще похотливой улыбкой. Как она раньше не видела её? Она же постоянно выглядит именно похотливой! Даже сейчас, когда на неё навалились проблемы и в голове засел ХиЧоль, с которым нужно разобраться, Солли не смогла не заметить, что МинХо приятно соблазнителен. От него пахло мужественной туалетной водой, новизной дизайнерской одежды и свежестью. Джинсы, обтягивающие подкачанные бедра, на секунду в воображении распались, как кожура с банана, но Солли собрала их обратно и перестала опускать взгляд.

— Я не видел, как ты пришла, ты чего тут тусуешься? — он покосился на дверь ванной комнаты. — Не самое позитивное место в общаге. — тон его был спокойным, игривым, но самым простым и житейским, так что проходящие мимо никогда бы не заподозрили, что стоящая пара таит что-то о себе.

— Да так, отвлеклась на звонок. — «Несостоявшийся» — добавила мысленно Солли. — А ты?..

— Просто шатаюсь туда-сюда, — улыбнулся шире парень, отвергнув не озвученное предположение, что ему куда-то надо и потому оставшись стоять здесь. — Выпьешь со мной?

— Я уже выпила, мне хватит. — постаралась непринужденно сказать девушка. Как у него так выходило, вести себя, словно ничего не было? Почему она всё равно краснеет и смущается, как обнаженная перед ним?

— Ладно, тогда просто поболтаем, — МинХо толкнул дверь рядом с её плечом, когда народ вокруг разошелся и выдался миг, в который они остались одни. — можно тебя на минутку?

— З-зачем? — запнулась Солли, посмотрев в темноту одной из спален. Мурашки по коже пробежались молниеносно. Оттуда, из мрака, затягивала какая-то сила, которую нельзя было назвать никак иначе, как безумие, жажда приключений на задницу и соблазн. Очевидно, что ей не нужно оставаться с ним наедине. Никогда больше.

— Да просто, что мы тут мешаемся стоим, как неприкаянные? — МинХо взял её легко за ладонь и, обойдя, вошел в комнату, потянув её за собой.

— Стой, подожди! Мне нужно… — Солли придумывала, что ей нужно, где и зачем, но ничего не пришло на язык, потому что от одного прикосновения его пальцев к центру её ладони, на которой была чувствительная кожа, колени стали слабыми. Парень большими шагами оказался впереди и, дернув её за собой, хоть и упиравшуюся, но всё же перелетевшую через границу спальни, развернулся и захлопнул на её спиной дверь, не зажигая свет.

— Мне просто хочется побыть с тобой без лишних глаз и ушей, — шепнул он ей, тут же прислонившись щекой к её щеке. Солли уперлась в его грудь, смежив веки, хотя в темноте и так ничего не было видно.

— Нет, перестань, МинХо! Мы же договорились, что больше ничего не будет!

— Почему? — он принялся целовать её лицо, от виска к скуле, ниже, подбородок. Живот стал тяжелеть, и Солли закусила губу, сильнее надавив на упругую и твердую грудь молодого человека.

— Опять ты с глупыми вопросами! Перестань, отойди!

— Сол, ну я же ничего плохого не делаю! — наиграно возмутился МинХо, а его руки тем временем легли на её талию и поплыли вниз, обводя контур бедер. Его голос стал совсем тих и, слившись с дыханием, проник в недра её сознания. — Я тебя дико хочу, Сол.

— Мин… МинХо! — запах его уложенных волос будоражил рецепторы и освежал воспоминания. Зачем он так близко? Это невыносимо! Но достаточно с неё одной измены! Это так трудно и тяжело носить в себе. Как бы ни хотелось сейчас отдаться на волю этого ловеласа, Солли собрала всю свою волю в кучу и приложила ладонь к его губам, прекратив череду легких поцелуев по своей щеке. — Хватит!

Остановившись, МинХо немного выпрямил спину и их глаза в темноте встретились. Его руки не отпускали её. Мрак и тишину разрезал звонок телефона Солли. Подпрыгнув на месте, она схватила трубку из кармана и тут же приняла вызов, узнав по рингтону ХиЧоля.

— Алло, оппа?! — волнуясь, но уже радуясь, воодушевленно ответила она.

— Ты в общежитии? — голос мужчины был надменен и как-то странен.

— Нет, я на Дне рождения Ки, ты вернулся? — сообщила она за него то, что он должен был уже давно сказать ей сегодня! Что ж, он всё-таки звонит, и это счастье!

— Да, я у себя. Приедешь? — Солли поняла, что не так было с его голосом. Он был не трезв.

— Приехать? Сейчас? — уточнила девушка, убеждаясь, что он хочет этого и не шутит.

— Да, не хочешь? — более дерзко добавил он.

— Нет-нет, я скоро буду! Жди! — ХиЧоль положил трубку и Солли, не мешкая, убрала свой мобильник, вывернувшись от МинХо. — Я должна ехать, отодвинься, пожалуйста…

— Сол, ну… — парень отступил и, когда дверь была открыта, не решился хватать её и возвращать силой. — Жаль…

Не задерживаясь и не предупреждая никого, тем более что КиБома нигде не увидела, Солли унеслась прочь, на ходу вызывая такси и достав деньги расплатиться заранее. Ничто не могло остановить её теперь, когда встреча с любимым была в одном шаге и когда, наконец, они могли бы забыть все свои размолвки.

ХиЧоль открыл дверь и тут же отошел в глубину прихожей. Девушка, надеявшаяся на распахнутые объятья, увидела скрещенные на груди руки. Прыгнуть на шею и расцеловать его отменялось. Солли повела носом и поняла, что алкоголя выпито было прилично. Вернее, неприлично много. Но мужчина стоял на ногах крепко, хотя его взгляд заволокло. Почему он такой хмурый?

— Что-то случилось? — Солли сняла кроссовки и, перешагнув через остальную обувь, несмело подошла к Хиниму.

— Нет, разве? — повел он бровью и опустил руки. Но не взял в них её ладоней. Девушка переступила с ноги на ногу, не зная, следует ли лезть к нему первой и ожидая, что он скажет. — Как проводила время? Весело?

— Не особенно. Скучала по тебе. — если он всё ещё подразумевал обиду за поцелуй то, конечно, жесты к примирению должны быть с её стороны. Солли прильнула к нему, превозмогая нерешительность. В конце концов, он её парень, а не чужой человек! — Очень скучала!

— Правда? — ХиЧоль, сумрачно посмотрев на её руки на своем пуловере, откинул назад прядь её волос и погладил её щеку. — Скучала, говоришь?

Девушка кивнула. Во взоре её зажегся огонек надежды на то, что холод между ними сейчас рухнет, растаяв без следа. Мужчина резко схватил её за загривок и подтолкнул вперед, впившись в её губы своими. Жадный и влажный поцелуй, полный крепкого вкуса спиртного, обжигающий язык и вторая рука, легшая на лопатки и прижавшая Солли к себе. Чуть удивленная напором и неожиданностью грубой алчности пьяной страсти, она на мгновение усомнилась, приятно ей это или неприятно, но весы перетянули ту чашу, где соскучившаяся душа и плоть просили заполнения любыми способами. Развязный захват её уст показался Солли дурманящим и тем самым, что нужно было.

Она обняла его за плечи, гладя их, поднимая руки выше, вплетаясь пальцами в его шелковистые волосы, льющиеся красноватым оттенком под желтыми лампочками прихожей. ХиЧоль рывком спустил с неё пиджак, стянув рукава и швырнув на тумбочку. Взявшись за пояс, мужчина потянул за него девушку в спальню. Она беспрекословно последовала за ним, и тут же, едва войдя в комнату, вновь была прижата и опалена острым поцелуем. Слегка обтерев её спиной стену, ХиЧоль развернул её к кровати и, облизав её губы, толкнул сильным и приказным жестом на кровать. Мягко спружинив, Солли приподнялась в сидячую позу, но он, скинув с себя пуловер, пихнул её ещё раз, залезая сверху. В ней проснулось понимание того, что он никогда прежде себя так с ней не вел, даже когда выпивал. Что же на него нашло сейчас? Хочет продемонстрировать, что в силах удовлетворить её и быть всё тем же распутным ХиЧолем? Но ей не нужны никакие доказательства, она же любит его таким… любым! И в то же время, ей странно нравился этот непонятный и злобно-дерзкий Хиним, начавший срывать с неё одежду. Не спрашивая, не объясняя, не останавливаясь, он стащил с неё все вещи до пояса и, навалившись сверху, впился губами в её грудь. Солли застонала, вцепившись в его плечи. Сжав вторую грудь до легкой боли, ХиЧоль выдавил из неё крик и тут же заткнул рот очередным поцелуем. Его руки схватили обе груди и, жестко лаская их, вдавливали девушку в матрас. Её губы были прикушены, но эта искра, неизвестно откуда упавшая в их постель, взбудоражила и возбудила Солли до предела. Она раздвинула ноги и обняла ими мужчину. Он провел языком по её шее, вцепился зубами в мочку уха, потянул её за волосы, заставляя выгнуться. Он был таким необузданным, первобытно мужественным и оттого по-звериному инстинктивным, а поддаваясь инстинктам, люди всегда пробуждают истинную сексуальность, которая сводит с ума.

Солли приподняла бедра, когда на ней расстегнули брюки и пояс. С характерным свистом вытянув свой собственный ремень, ХиЧоль замер с ним в руке, другой потягивая за дужки вниз брюки девушки, но медленно прекращая это делать. Понемногу его движения совсем остановились и он, постояв с полминуты над ней на коленях, слез с кровати и, включив верхний свет, внезапно замахнулся ремнем и, поджав губы, хлестнул им не сильно по бедру Солли. Та вскрикнула, подскочив и сев. Глаза ХиЧоля налились кровью и он так и стоял рядом с ложем, с трясущейся рукой, державшей ремень.

— Нет, я не могу так! — шумно и нервно бросил он, подойдя к тумбочке и достав из неё какой-то листок. — Что это? Что это, Сол, и как ты это объяснишь мне?!

Он бросил лист под её нос и Солли, потерши задетое бедро, насупившись и находясь в шоке, подняла к глазам распечатанные снимки себя и Чойза, где они стояли рядом и держались за руки. Отлично! ХиЧоль всё знает и в курсе всего этого скандала. И что она может ему сообщить? Неужели он и так не понимает, что это фикция?

— А что тут объяснять? — девушка подняла взгляд на мужчину, но смотреть на него ещё было немного страшно. — Ты что, хочешь сказать, что поверил во всю эту подставу?

— Подставу? Правда? — ХиЧоль вновь щелкнул ремнем, как хлыстом. Солли вздрогнула, приподняв плечи. — Тогда какого хера ни одна администраторская морда не знает о том, что это подстава? Почему все думают, что это реальность, что мы с тобой расстались и ты теперь с ним, а?! Вот же снимки — это не компьютерная графика! Вот ты с ним ночью, а вот ты с ним утром и вы держитесь за руки! Даже мы себе так никогда не позволяли себя вести! Что это за херня, ЧжинРи, я тебя спрашиваю?! Что ты сделала с Чойза?!

— Прекрати кричать! — Солли тоже спустилась с постели, но не решалась попытаться отнять у Хинима ремень. Слишком грозно тот его держал. — Он мой давний знакомый! Мы просто гуляли, ходили в кино и посидели в кафе.

— С утра до ночи?

— Да это вообще снимки разных дней! — честно призналась девушка, но тут же пожалела о том, что дала знать, что встреча была не единичной.

— Тут написано, в статье, что вы стоите утром у места жительства этого козла. Я не знаю, где живет Чойза, но скажи мне ты — это правда? Ты была у него? — ХиЧоль уничтожающе воззрился на неё и Солли, схватившись за виски, упала обратно на кровать. Что она ему скажет? Очередную ложь? Под сомкнутыми ресницами стали скапливаться слезы. — Правда?! Ты была на квартире у другого мужика? Это нормально, по-твоему?!

— Я просто была в гостях, что тут такого? — подняла глаза Солли, говоря сдавленным голосом.

— Что тут такого? — ХиЧоль хмыкнул и, пошатнувшись, со стуком кинул ремень на пол. Грохот пряжки загремел до самого потолка. — Давай, продолжай! «Я целовала другого, что тут такого?», «Я ночевала у другого, что тут такого?». Так? Давай, давай ко всему так относиться! Может, начнем спать с другими и говорить, а что тут такого? ЧжинРи, ты совсем рехнулась? Я тебя спрашиваю, разве это нормально было, пока я на гастролях, бродить по хатам холостых мужиков? Это с ним ты целовалась? Скажи — с ним?

Солли представила, могла ли она поцеловаться с Чойза и её одолела неприязнь. Нет. Но сказать, что помимо Чойза есть ещё один, другой? Что лучше — свалить все на этого или объявить, что он не единственный, с кем она проводила время? Тупик, безвыходная ситуация, в которой лучше уже не сделать. Солли покачала головой.

— Отлично! Превосходно! Замечательно! — ХиЧоль пнул ремень и тот отлетел к стене, звякнув ещё раз. Его обнаженный торс открывал тяжело вздымающуюся грудь, даже живот втягивался от эмоций. Мужчина встряхнул пальцами волосы. — Я очень сильно уже скребу рогами, нет? Мне одному их не видно?

— Хиним! — Солли поднялась и попыталась взять за руки возлюбленного, но он оттолкнул их.

— Нет, хватит! Хватит, Сол! Всё, довольно! Я слишком растворился в этих отношениях, я стал посмешищем! Надо мной, наверное, уже пол-эстрады смеётся…

— Никто над тобой не смеётся! — девушка стояла рядом, но обнять его не могла, будто он всё ещё был в другой стране. Он был бесконечно далек от неё и отталкивался всё дальше. — Неужели ты не веришь мне?!

— Верить? Я верил тебе. Только тебе и верил. — ХиЧоль схватил её за подбородок и посмотрел в глаза. В его очах ещё плавал хмель, приправленный яростью. — А потом оказалось, что ты с кем-то целовалась. А теперь оказалось, что ты была на квартире у другого, и что я должен думать, если после этого вы держитесь на снимке за руки?

— Он просто забыл мне кое-что сказать и останавливал! Это проклятый ракурс! — Солли взяла листок и, потряся им, разорвала на мелкие кусочки. — Мы не держались за руки! Он остановил меня и я убрала свои руки подальше от его!

— Теперь, оказывается, надо лапать кого-то, чтобы остановить? — ХиЧоль втоптал ногой клочки бумаги в паркет. — Если увидишь меня в постели с другой — это я её тормозил!

— Хиним! — девушка не выдержала и ударила его по щеке, чтобы хоть немного привести в себя, в трезвое состояние мышления. Но он, вернув откинутое силой удара лицо на место, прищурился и надменно искривил губы.

— Давай, ещё скажи, что я во всем виноват?

— Я ничего подобного не говорила и не собираюсь!

— Как же! Я же был недостаточно внимателен, хорош, молод… хотя Чойза, кажется, старше меня? — хлюпнув носом, Солли стерла первые слезы и опустила лицо, скрывая красноту и отчаяние.

— Ты бредишь, Хиним.

— Я не могу так больше! Меня это всё мучит! Мучит, ты понимаешь?! — ХиЧоль затряс её за плечи. — Я перестал быть уверенным, я постоянно думаю, что не так, потому что чувствую, что ты не полностью моя и тому море доказательств! Хватит! Я хотел не этого, я искал не этого! Я хочу любви и доверия, а их нет, нет!

— Я люблю тебя! — крикнула Солли. — Или ты перестал любить?! Ты больше не любишь меня?

— Я люблю, но эта любовь… — ХиЧоль искривился в гримасе, словно ему сдирали на спине кожу. — Сколько страданий! Ты не понимаешь меня, Сол, ты никогда не бывала обманутой… дай Бог тебе не узнать, что это такое! Мы… мы публичные люди, вокруг постоянно кажущаяся влюбленной масса людей! Все нас хотят, все заинтересованы, но как только получат то, чего хотели — их нет больше! Никого! Все толпы поклонников и поклонниц, любовников и любовниц, все быстротечно, всё обманчиво! Трудно, как же трудно найти того, кому можно довериться! Ты думаешь, я просто по своему капризу был одинок почти десять лет, Сол? Я человек и я боюсь, боюсь предательств и лжи! Я не хочу этого, мне хватает грязи! Мне её по горло! Поэтому… хватит!

— Что… что ты подразумеваешь под «хватит»? — дрожащими губами, еле вымолвила Солли.

— Я подразумеваю, что «хватит». — ХиЧоль отвернулся, не в силах смотреть на капли слез, потекшие по её щекам. — Это не значит, что я перестал любить тебя, и даже не значит, что смогу разлюбить. Но я не хочу этих отношений. Таких отношений. Я не хочу быть ослом, жить в неведении и незнании, гадать, где и с кем ты сейчас? А я уже очень и очень сомневаюсь, что ты скажешь мне правду.

— Хи… — девушка бросилась к нему, обняв сзади и зарыдав в спину. За его левой лопаткой бешено билось оскорбленное и разбивающееся сердце. — Пожалуйста, пожалуйста…

Но понимая, какое предательство на самом деле совершила, Солли не смогла произнести вслух просьбу забыть это всё. Она должна отступить, понести наказание. Пусть пройдет время. Только бы это время не сделало их врагами и чужими людьми. Пусть они снова будут друзьями, знакомыми, кем угодно, лишь бы всё однажды вернулось на круги своя. Когда-нибудь, но не сейчас.

— Тогда… я поеду? — вкрадчиво прошептала Солли. Тут же развернувшись, ХиЧоль обнял её и прижал к себе, поцеловав в макушку. Они молчали долго, очень долго. Потом он медленно оторвал её от себя. Он не собирался менять решения. Это был всё тот же гордый и не имеющий слабостей Хиним, которого все знали, как непробиваемого эгоиста, не умеющего влюбляться и разбивающего сердца сотням тысяч девчонок.

— Я вызову машину. — тихо сказал он.

Вытирая щеки, Солли кивнула. Ей казалось, что за порогом этой квартиры больше нет жизни. Ничего нет. Но пути назад тоже не было, а впереди не виднелось ни дороги, ни маяка. Девушка оделась и, обувшись в прихожей, молча вышла, не прощаясь. Дверь закрылась. Спина её ощущала исчезающее тепло покинутого помещения. Всё существо рвалось обратно. Если у неё не будет любви ХиЧоля, то что же ей делать? Хотя она прожила без неё столько лет, за последний год любовь мужчины стала составляющей её организма, как почки, желудок, печень и другие органы. Но он сказал, что ещё любит её, и она верила. Она тоже будет продолжать любить его. До тех пор, пока не научится любить так, чтобы не совершать ошибок.

ХиЧоль держал ручку двери, закрытой за Солли и был не в силах отпустить её. Вот и всё. Отношения закончены. Нет, не всё. Отношения — это чушь, глупость, статус и слова. А любовь — это чувства. И они будут жить столько, сколько сами посчитают нужным. Даже если придется прибить себе руки гвоздями, чтобы они не написали утром привычное сообщение с признанием в любви и пожеланием доброго дня. Прислонившись лбом к двери, мужчина закрыл глаза и пытался найти в себе хоть частичку того ХиЧоля, которым он был целый год, и которого не видел никто, кроме Солли. Будет ли он ещё хоть с кем-нибудь таким? Ответа в себе он не нашел.

Глава 17

«Видимость»

Оросив лицо слезами, но не получив облегчения, Солли спустилась к такси и села на заднее сиденье. Разрывающие горло рыдания и не думали прекращаться. Когда у неё был ХиЧоль, она не задумывалась, как это — потерять его? Ей казалось, что всё это вечно и нерушимо. Но теперь… теперь будто волна злого рока слизывала всё с берега, на котором она разместила важные вещи своей жизни. Слишком близко к воде. Погналась за красивым видом, забыв о крепости и безопасности. Всё было так просто, возвышенно и легко, что она не думала о будущем. А потом, когда всё начало пениться, в этой пене она не увидела опасности, решив, что и в ней поплескаться можно. Как все глупо и как… поздно! Погрузив лицо в ладони, Солли надрывно плакала, и иногда её звуки походили на скулеж брошенного волчонка. Хиним был прав, она ничего не знала о том, как бывает. Как бросают, как предают. Как бывает больно из-за любви. Он преподал ей хороший урок, хотя сам, девушка была уверена, мучим сейчас не меньше горестью расставания.

Мобильный выбил её из беспрерывных страданий, и Солли достала его. Отобразившееся имя КиБома напомнило ей о том, что она сбежала ради эфемерной счастливой встречи со Дня рождения друга. Механический порыв заставил её поднять, хотя ей этого не очень хотелось. Не хотелось ничего говорить, никого слышать.

— Да, КиБом?

— Ты куда делась? Как посмела уйти, не попрощавшись? — строго и укоризненно сделал ей выговор приятель.

— Прости, — Солли втянула воздух в себя, стараясь не хныкать. Помахав ладонью на глаза, подсушивая их, девушка оправдывалась. — Мне нужно было уехать…

— Ты что, плачешь? — всё равно услышал! Она засопела и, поджав губы, продолжала попытки не плакать открыто. — Милая, что такое? Ну-ка, быстро сказала, что произошло?!

— Ки, не будем об этом… — едва открыв рот, Солли не выдержала и всё-таки заревела.

— Та-ак! Я жду. Что такое?! — повелел парень.

— Я… мы… — нервно и горько улыбнувшись, девушка закрыла глаза, с ресниц которых тут же градом осыпались слезы. — Мы расстались с ХиЧолем.

— Что?! — КиБом хотел воскликнуть «шутишь?!», «да ладно?!» или «не верю!», но по интонации подруги все понял. Это было серьёзно, реально. Только что где-то разорвались узы, в которые даже он верил, несмотря на то, что видел и знал об измене. И, учитывая последнее, он вдруг посчитал себя причастным и виноватым. Почему не уследил за подругой? Почему не убрал подальше от неё МинХо? Ведь наверняка всё это как-то связано. Помолчав с минуту, КиБом принял единственное решение, пришедшее ему в голову. — Хочешь напиться?

— Напиться? — автоматически повторила Солли.

— Да, нажраться в хламину и ползать по полу, собирая несуществующих белочек.

— Ну, — в другой раз она бы засмеялась, но сейчас была не в силах донести иронии до своего мозга, поэтому лишь смаковала во рту слово «напиться». То ли это, что ей сейчас нужно? А что ей вообще теперь нужно? Голова болит, сердце болит, душа болит. Ей нужно избавление от этого всего. Как специально, ради живописности картины, на улице начал накрапывать дождь. Мелкие брызги влаги садились на стекло и придавали ещё больше уныния. Напиться? — Да, хочу, Ки, очень хочу!

— Тогда возвращайся обратно. Тут уже скоро все расходятся. А выпивки хватает. Посидим вдвоем, поговорим.

— А… — Солли хотела уточнить о МинХо, но не смогла произнесли его имени. — Вдвоем?

— Можно ещё Тэ взять. Все алкоголики должны бухать втроем. Я жду тебя и буду звонить каждые пять минут, если ты не приезжаешь, поняла? — бодрый и настойчивый тон, будто говорящий, что проблем нет или что все они решаются маленькой попойкой, придал немного сил девушке и она, согласившись, попросила водителя свернуть немного и отвезти её в соседнее общежитие.

Поднимаясь на лифте, она слегка припудрила лицо, протерла глаза и, стараясь смотреть под ноги, чтобы никто не заметил её расстроенного вида, прошла мимо выходящих из общежития гостей. Звякнув КиБому, что должно было послужить сигналом о том, что она здесь, Солли остановилась возле стенного шкафа при входе. Именинник почти тут же появился, подойдя к подруге и взяв её под локти.

— Как доехала? Нормально? — девушка мотнула неопределенно головой. Глазами она просила не заставлять её говорить ни о чем, иначе может произойти очередной срыв. — Ясно, ну, пошли на кухню, возьмем соджу.

— Точно люди расходятся? — Солли видела ещё тут и там болтавшиеся знакомые и незнакомые лица, но их было в разы меньше, чем когда она приходила сюда в первый раз.

— Да, ты не бойся, мы в нашу комнату уйдем, там стопроцентно никого. — взяв её за руку, КиБом ввел её за собой в кухню, что была за углом. Потирая красный нос, Солли остановилась и, приподняв взгляд, впилась им в МинХо, который флиртовал с какой-то девицей, буквально вжав её в рабочий стол. Их бедра касались друг друга и разве что не терлись. Рука молодого человека лежала совсем рядом от них, и не хватало сдвинуть её на пару сантиметров, чтобы она оказалась трогающей филейную часть тела неизвестной. Солли почувствовала укол ревности, хотя и убеждала себя, что никогда не воспримет близко к сердцу ночь с ним. Это ничего не значило, они ничего не должны друг другу! Он свободен, она занята другим… нет, больше она никем не занята. Теперь она тоже свободна. Нет, тоже не то. Она брошена, и сама в этом виновата. Отведя глаза от щебетавшей пары, Солли всё же заметила, как МинХо отстранился от собеседницы.

— Сол? Я думал, ты уехала… — парень двинулся в её сторону. КиБом, якобы игриво его задирая, перегородил ему путь, забавляясь, как тот не может обойти его. — Отойди!

— Сам отойди, мне нужно в холодильник, — Ки заставил его отступить назад и прорвался к своей цели, открыв дверцу и начав набирать бутылки. Солли вышла, скрываясь за углом.

— Сол! — МинХо отодвинул с силой товарища, отчего тот едва не разбил ношу в руках. Оставленная девица наблюдала за происходящим, но была слишком пьяна, чтобы сообразить что-то и делать выводы. — Сол!

МинХо заметил, что глаза той были заплаканы, и мимика выражала как минимум печаль, если не сказать больше. Он нагнал её и схватил за предплечье, разворачивая к себе.

— Что случилось? — она резко высвободилась и отстранилась.

— Ничего, всё в порядке.

— Я же вижу… Сол, прости, я… просто разговаривал там… — странно, они оба понимали, что он не обязан перед ней отчитываться и, пожалуй, не будь у неё сейчас такого вида, он бы и не подумал сделать этого, но видя подругу разбитой и огорченной, МинХо посчитал и себя одной из причин этого.

— Это не важно, делай, что хочешь. — Солли выжала улыбку.

— Пожалуйста, не обижайся!

Не дав им продолжить, КиБом вышел следом с охапкой соджу, как с огромным букетом разноцветья.

— Пошли, милая. — он кивнул в сторону спален и, пропустив девушку вперед, зашагал следом.

— Ты что, собрался споить её? — удивился МинХо, идя за ними. — Куда столько выпивки?

— Какие глупые вопросы я от тебя слышу! — Ки толкнул ногой дверь перед Солли, и их взорам предстала комната, где горел свет, а на кровати сидел ТэМин, смотря какое-то видео в ноутбуке. — Сол, проходи.

Девушка шагнула внутрь и, сняв с плеча сумочку, взяла из рук КиБома несколько бутылок.

— Сол, можно с тобой поговорить? — нахмурив брови, позвал МинХо, понимая, что намечается продолжение праздника без его участия. Дойдет это до секса или нет? Ему стало неприятно от этого подозрения, что девушка, которую он заманил в свою постель, может пойти и с его друзьями.

— Слушай, будь другом, — освободив руки, Ки развернулся на пороге и, прикрыв дверь до щели, умещавшей только его голову, высунулся в коридор, к МинХо. Он наверняка знал, что расстаться с возлюбленным Солли пришлось в том числе из-за этого типа. — Только без обид, но до утра… съебись в закат, а?

— Ки!.. — дверь перед ним захлопнулась. Он гаркнул. — Эй!

— В зака-ат! — полупропел КиБом из спальни и развернулся к друзьям, которые были внутри, с ним. Попросив ТэМина включить музыку и сделать её погромче, парень пригласил Солли сесть на свою кровать и плюхнулся рядом, открывая первую бутылку. — Ну, рассказывать будешь?

— Не знаю, не очень хочу. — девушка скосила глаза к подушке, начав попивать соджу прямо из горлышка.

— А что случилось-то? — ТэМин спустил ноги со своей кровати. Он взял поданную товарищем бутылку, хотя глаза его уже были веселые, как у людей в той кондиции, когда чудить и чередить шалости — самое приятное и легкое.

— Скажешь ему? — поинтересовался Ки.

— Не знаю, — заладила Солли, не находя гармонии самой с собой. Посомневавшись, она сделала несколько больших глотков и, чуть поморщившись, посмотрела на ТэМина. — ХиЧоль меня бросил.

— То есть, как? Почему? — парень округлил глаза, не веря услышанному, и тут же обратился к другу. — Может, за виски сгонять? Или бренди?

— Ты как, будешь? — спросил он у Солли. Та покачала головой, отказываясь и показывая на кучу бутылок корейской водки. — Да, принеси-ка.

Юноша поднялся и вышел, вернувшись через пару минут с полной амфорой зарубежного горячительного. Пока девушка глушила соджу, КиБом губами спросил: «МинХо?», на что ТэМин так же, как немая рыба, ответил: «Ушел». Обменявшись знаками, товарищи вернулись к главному занятию — успокаивать свою подругу.

— Ну, а причина-то какова? — сел по другой бок от Солли маннэ. — Не просто так же он поступил подобным образом.

— По делу он так поступил! — бросила она, приложив ладонь ко лбу. — Я дура, я такая огромная дура!

— Успокойся, ничего ты не дура. — погладил её по спине КиБом. Он знал, что она имеет в виду, а говорить об этом и ТэМину у Солли не было ни сил, ни желания.

— Нет, дура! — решительно напиваясь — то, зачем она и приехала — возразила девушка.

— Все бабы — дуры! — подытожил ТэМин, налив себе дорогого виски.

— Ах, ты! — открыла рот возмущенная певица. — Вот так-то ты думаешь? Сволочь!

— А все мужики — сволочи, — парень засмеялся, чокнувшись стаканом с её бутылкой. — так выпьем же за то, чтобы своловство и глупость были взаимными нейтрализаторами.

— Тэ, это не смешно! — Солли, однако, отпила. — Я… бывают ведь и женщины — сволочи?

— Бывают, — он задумался. — но тогда на них нужен какой-нибудь дурак. Нормальный сволочной мужик девушку-сволочь терпеть не станет. Только дурак.

— Ясно, значит ХиЧоль не дурак. — сделала вывод девушка. — Он терпеть не стал.

— Так ты всё-таки дура или сволочь? — опять широко заулыбался ТэМин.

— И то, и другое! — Солли допила первую бутылку и поставила её на пол.

— Нет, это исключено. — подключился КиБом. — Сволочь — порода хитрожопая. С глупостью она не роднится.

— Я мутант. — не делая передышки, ТэМин всучил в опустевшую руку Солли стакан с виски. — Иначе я не могу объяснить, как позволила себе сделать всё это…

— Да что сделать-то? — подталкивал её к исповеди маннэ. Голова у девушки уже шла кругом. Нервы, стресс, переживания сделали своё дело; хотелось просто позволить излиться изнутри всей этой боли.

— Я изменила ХиЧолю… ужасно… отвратительно! — Солли опять разрыдалась, уткнувшись в плечо КиБома.

— И правда, сволочь, — не осуждая, но подчеркивая, поднял указательный палец ТэМин.

— Нет, дурочка, — поправил Ки, погладив подругу по волосам. — Как будто ты сам святой, чтобы обзываться?

— Я? Нет, но я же это так, любя!

— Не видишь, ей и так страдается знатно, а ты тут со своим «любя»!

— Ребята, вы меня в конец запутали! — распрямилась Солли, прихлебывая напиток. — Мне плохо, так плохо!

— Да ты пей, пей. — посоветовал ТэМин, чокнувшись с ней ещё раз. — Тогда на утро будет так плохо физически, что забудешь всё моральное. И аморальное.

— Нет, боюсь, своего аморального я никогда не забуду, — Солли покрутила стакан рукой, наблюдая, как золотистая жидкость обдает микро-цунами стеклянные стенки. — Знаете, ведь это всегда был рецепт Хинима: спаивать друзей, у которых в жизни происходит задница. Скольких он так спас от депрессии! Скольких наставил своими мудрыми советами, скольких встряхнул и скольким вправил мозги! Почему он не вправил их мне?

— Может, потому что любил? — КиБом потрепал её волосы на макушке. — Или, потому что терял свои собственные мозги в твоем присутствии? Это свойственно влюбленным людям.

— А меня он тоже когда-то напоил, — ТэМин покачал головой, погружаясь в воспоминания. — Думал, никогда не признаюсь в этом, но раз уж пошла такая тема… Сол, я года два с лишним назад в тебя чуть не влюбился, и поделился этим с ХиЧолем…

— Да ладно? — девушка распахнула рот, остановив неиссякаемый поток алкогольных возлияний. — Ты?

— Угу, — парень откинулся к стенке, подложив под спину подушку. — А он сказал, чтобы я выкинул это из головы, потому что я слишком капризный засранец и тебя недостоин. Мне было обидно, но я всё понял.

— Вот как… — Солли уткнулась носом почти в стакан. Вновь на душе стало мерзко. ХиЧоль столько лет опекал её и берег, защищал, протягивал руку в сложные моменты. И что в итоге? Кто сейчас поддерживает его? Кто с ним сейчас? Неужели никого? Кто тот человек, который может послужить опорой Вселенской звезде? Нуждается ли он в этом? — Я должна позвонить ему… да! Мне нужно узнать, как он там?

— Сол! — не выдержал КиБом и засмеялся, ловя её, чтобы она не дотянулась до сумочки. — Он едва час твой бывший, а ты уже рвешься названивать ему. Я думал, что эти рассказы про пьяных девчонок не настолько правда.

— Я не пьяная! — приволакивая языком, заверила Солли. — Только один звонок!

— Не будь тупой… — ТэМин поймал осаждающий взгляд друга и вовремя извернулся. — … звездой. Сядь, и пьём дальше. Ничего с хёном не станет, он там в порядке. Наверное, с ХонКи уже пол-Сеула объехал, крича «ура, я вновь холостой!». — Солли мегерой воззрилась на него, неспокойно елозя по кровати. Юноша откинул её сумочку от греха подальше. — И нечего испепелять меня ненавистью. Это жизнь, и я тебе говорю всё, как есть.

— Не слушай его, — КиБом приобнял девушку. — Хотя в чем-то он прав. Это не просто жизнь. Мы живем в шоу-бизнесе, а он куда хуже и грязнее будней обычных людей. Тут другие ценности, тут другие понятия. Тут всё так просто меняется и продается… тут стоимость красоты, верности, любви назначается не нами. Ты должна с этим смириться, иначе не выживешь. И ты смиришься, потому что у тебя достаточно сильный характер. С другим ты давно уже была бы не здесь. — Солли слушала не очень трезвые и неясные для неё рассуждения товарища. Всё путалось в голове и хотелось спать. ТэМин, смешивая, опять пил соджу, поддакивая КиБому, который продолжал рассуждать о том, что личной жизни им не светит, что тщетно её пытаться построить в их годы. Только секс, одноразовые любовные связи, никакой духовной привязки, иначе поджидают крах и пустота.

Легкая дурнота подкатила к горлу Солли, но она знала, что её не стошнит. Просто нужно было лечь спать. «Надо ложиться… — подумала девушка и потерла глаза. — Кто меня проводит?». Всё это осталось не озвученным и она, зевнув, вырубилась неподалеку от ТэМина. Тот переглянулся с КиБомом. Они хором пожали плечами. Делать было нечего, нужно было оставлять подругу здесь.

Солли проснулась под утро на кровати Ки и, осмотревшись, припомнила, как и что вышло. На соседней постели дремал, чуть посапывая, ТэМин, а рядом с ней, уткнувшись, что называется «зубами к стенке», спал КиБом. Все были одеты и чинно спали сами по себе. Девушка присела и почувствовала, что ей нужно в туалет. Выбравшись потихоньку из-под покрывала, она открыла дверь и тихо побрела по коридору. Умывшись и освежившись, она разглядывала себя в зеркале. Припухшие губы, прощальный укус ХиЧоля, такие же опухшие от слез глаза. Какой неприглядный портрет в раме! Солли поправила растрепавшуюся одежду. Выйдя из ванной комнаты, девушка столкнулась с МинХо. Неизвестно, проходил он мимо или стоял и ждал её, но взгляд его уцепился за её лицо.

— Доброе утро, — с вызовом поздоровался он. — Как спалось?

— Прекрасно. Крепко. — Солли смело ответила ему взглядом блеснувших глаз.

— Ты что, переспала с этими двумя? — не стал ходить вокруг да около МинХо.

— Не все друзья такие, как ты, — съязвила она. — Некоторые могут просто составить компанию и спать рядом.

— Да неужели? — молодой человек недоверчиво посмотрел в сторону спальни. — Это эти-то двое могут такое?

— Могут. — Солли услышала звук шагов. Кто-то ещё встал. Вопреки пророчествам ТэМина, она не так уж и плохо себя чувствовала. Гудели больше бедра, чем голова, наверное из-за удара ремня ХиЧоля. Но хотелось и выпить. Чего-нибудь холодного. Нет, мокрого, очень мокрого для смачивания сухого горла. — Извини, но какое тебе вообще дело до того, с кем я и где сплю?

— Мне? Я думал, что это ты хранишь неприкосновенную верность ХиЧолю. — напомнил МинХо, явно пряча за этой отговоркой собственные причины.

— Больше не храню, — парень поднял брови, изумляясь. — мы расстались с ХиЧолем.

— Да? — он удивился ещё больше, даже вытащив руки из карманов и опустив их, как это делают при растерянности. — Я… правда, я не хотел ничего такого…

— Разумеется, ты хотел только переспать! — Солли махнула на него рукой. — Мне от тебя, впрочем, тоже ничего больше не нужно было. А вообще-то, и этого не нужно было. Я считала тебя просто другом.

— Сол, я всё ещё твой друг! — МинХо пошел следом за ней, но в зал вышел КиБом, и им пришлось замолчать. Ки потянулся, приветствуя их. — А, и тебе доброе утро, герой!

— Почему это я герой? — непонимающе застыл репер.

— Потому что больно дерзкий. Не ты ли послал меня вчера?

— Я был пьян. Спьяну чего только не бывает. — Солли прошла в спальню и, взяв там свою сумочку, вышла, не теряя нити разговора.

— И то верно. Мне вот приснилось, что мы с Ки переспали. — в голове возник смутный образ, который грезился ей ночью. Столько она ещё явно никогда не пила, что дошло до эротических снов.

— О, вот видишь! — засмеялся КиБом. — Заодно это придает большую достоверность моему геройству. Я посетил сексуальные фантазии девушки. Ну, не приятно ли это?

— Не фантазии, а сны. — поправила Солли, промаршировав в прихожую. — Всё, мне нужно в общагу, к себе.

МинХо проводил её угрюмым взором коршуна, добровольно упускающего добычу. КиБом пошел попятам, чтобы закрыться. Девушка присела зашнуровать кроссовки.

— Знаешь, что я поняла? — обратилась к нему приободряющаяся на глазах Солли. Ки вопросительно кивнул. — Что я не могу оставить всё вот так просто. Я причинила такое разочарование Хиниму, в то время как сама убедилась, что искренние отношения бывают, бывает настоящая дружба! Я виновата, да. Наверное, не стоило говорить ему о том, что я ему изменила.

— Ты сказала?! — воскликнул КиБом.

— Не совсем. Я приуменьшила масштаб. Сказала, что целовалась с другим, и не назвала имени.

— И это, видимо, зря сделала, — парень прислонился к дверному косяку. — Сол, иногда надо лгать полностью. Ничто половинчатое хорошо не бывает. Запомни.

— Ну… я думала, что создавать видимость порядочности — это плохо. Видимость долго не держится. Важна реальность. А на откровенную реальность смелости не хватило. Думаешь, стоило скрыть всё полностью?

— Иногда необходимо скрывать что-то. Ради собственного благополучия и других. Извини, что даю тебе вредные советы, но они пригодятся. Многое в нашей жизни лишь кажущееся.

— Ладно, спасибо, что привели меня с ТэМином в более-менее приличное состояние. — Солли ещё могла бы порассуждать и пострадать, и даже хотела прийти к себе и задуматься над тем, как же всё же быть дальше, но присутствие МинХо смущало и гнало прочь. Если бы тут был только КиБом, то она бы осталась ещё ненадолго. С кем ещё можно так запросто поговорить обо всем зная, что от тебя человеку ничего не нужно? — Пока!

Поцеловавшись в щеки, двое разошлись. Мило улыбающийся Ки, закрывшись, выпрямил губы в ровную линию. Медленно развернувшись, он прошел в зал, через него в спальню. МинХо шумел на кухне, наверное, готовя себе кофе. ТэМин ещё спал, как убитый. Надо будет скоро его разбудить, ведь нужно собираться на репетицию. Наклонившись, КиБом достал из-под кровати использованный презерватив и, спрятав его в разорванную упаковку, выуженную из заднего кармана, плюхнулся на ложе, выжидая, когда можно будет незаметно выбросить столь коварную улику.

Ему было неудобно и отчасти стыдно, что он не удержался. Всё-таки, это была его подруга. Но ведь она же теперь была свободна, а значит, он никому не причинил вреда. А если Солли никогда не узнает об этом, то и ей горя мало. Он нарушил своё правило не гадить, где живешь, но того, о чем никто не знает, не существует, верно? КиБом прикрыл веки ладонью. Его ушлые домогательства до девушек укоренились настолько, что перешли в область инстинктов. И когда рядом оказалось невменяемое женское тело, было невозможно удержаться и не расстегнуть ей брюк, осторожно не спустить их и не поддаться пробудившейся похоти, требующей своего здесь и сейчас. Сказать об этом Солли? Нет, никогда. Хватит с неё разочарований и переживаний. Если она не понимает спасительную силу лжи, то он — Ки — знает, что в этом мире, клин вышибается клином. Слабость порока скрашивается другой слабостью — обманом. Да, важна реальность, но разве реальность это не то, что творят сами люди?

— Создавать видимость — плохо, — повторил под нос себе парень слова подруги. На губах начала расцветать улыбка. Но ведь никто, приходя на хороший спектакль, не жалуется, что на сцене декорации, а не настоящий лес?

Эпилог

Солли с КиБомом стояли в холле агентства и болтали, как обычно, обо всем на свете: о несущественных мелочах, о делах насущных и разных планах, которые ожидали их в ближайшее и более отдаленное время. По большому окну рядом с ними текли струи дождя, которые отменяли задуманную небольшую пешую прогулку. Задержавшийся в раздевалке МинХо подошел к ним чуть погодя. Заметив перемену погоды, он уточнил, не передумали ли они отправиться в кино все вместе, на что друзья заверили, что если взять такси, то ничего не мешает конечной цели.

Девушка за несколько недель окончательно стерла в себе недоброжелательность к Минхо. Он продолжал относиться к ней с симпатией, не перестал пытаться флиртовать и кокетничать и, большая выдержка и первоначальная отстраненность Солли, казалось, даже сильнее раззадоривали его. И всё же она была не готова вновь ответить ему взаимностью и дойти до сути его соблазнительной методики. Всё это время она постоянно размышляла о том, как вернуть прежнее общение с ХиЧолем. Об отношениях пока и не мечталось, но, раз её любовь не проходила, и остывать не соглашалась, то сидеть в бездействии было глупо. Она писала ему дружеские сообщения, интересовалась делами, жизнью, даже как-то позвонила сама, но его ответы, его разговоры с ней были заметно сдержанными. И почему появлялась эта сдержанность, Солли понять не могла: потому ли, что он уже испытывает неприязнь к ней, или потому, что старается забыть обо всем, что было между ними? Или какая-то третья, неизвестная причина тому виной? Одно то, что он отвечал, успокаивало, радовало и огорчало одновременно. Ведь ответов хотелось теплых, развернутых. Слов ждалось нежнее, приятнее, откровеннее. Каждый раз приходилось себя одергивать и напоминать, что теперь не те обстоятельства, и ждать от Хинима выказывания чувств бесполезно.

— ТэМин сказал, что не пойдет, — вывел её из задумчивости МинХо.

— Устал? — среагировала Солли, подняв лицо от пола, в котором слайдами листались те картины, о которых она думала.

— Официально как бы да, — улыбнулся парень. — Но вообще, похоже, у него более интересные планы на вечер.

— О, ну это святое! — поддержала бодрым согласием девушка.

— Может, тоже что-нибудь святое на вечер наметим? — оперся ладонью о стену рядом с Солли МинХо. Она чуть отодвинулась в сторону Ки.

— Опять за своё? — постепенно привыкая к его неуёмной манере, зародившейся с тех пор, как он увидел в ней женщину и не собиравшейся вымирать, она замечала, что и сама иногда поддается этому и подыгрывает, обучаясь неуместному флирту. Но сейчас был не тот момент. Не сразу после того, как думала о ХиЧоле, может она начать строить глазки, искусно отбалтываясь от однозначных ухаживаний.

— Из святого тебе сегодня фильм с рейтингом для людей старше девятнадцати, — свел к шутке КиБом и кивнул в сторону выхода. — Идемте?

— Ладно, но ты будешь сидеть на первом ряду, а мы с Сол на последнем. — щелкнув пальцами, ткнул указательным в него товарищ.

— Да, только я с ней в одном кинозале, а ты в другом. — парировал Ки и подруга засмеялась. Какими бы пошляками они порой не были, всё-таки, ей стало с ними легче и проще с тех пор, когда и они перестали относиться к ней, как к ребенку. Ей даже стало с ними ещё интереснее. Теперь, лучше понимая их взрослый мужской мир, ей хотелось обсуждать всё, говорить начистоту и перенимать их опыт. Нет, не интимный, а тот опыт обитания в шоу-бизнесе, к которому они уже так поверхностно относились, редко от чего расстраиваясь и ещё реже на что обращая внимание.

Когда скандал со снимками с Чойза разошелся в масштабах, именно они поверили ей, что между ней и мужчиной ничего не было. Они знали, как бывает, и уговорили её окончательно не тратить на это свои нервы. Хотя МинХо теперь взял в привычку подкалывать её предложением пройтись с утра, взявшись за руки, намекая на то, что этому непременно должна предшествовать совместно проведенная ночь. Солли посмотрела на Ки, идущего чуть впереди, слева от неё. Иногда он казался ей не менее соблазнительным, чем МинХо, но всё это глупости, конечно. Просто со времени расставания с ХиЧолем она всё сильнее скучала и тосковала по физической любви. Душевная-то никуда из неё не делась, а ласка и кто-то близкий осязаемый рядом — вот чего не было с тех пор. Но нет, думать о КиБоме в этом плане безрассудно. Ей нужен ХиЧоль, и никто больше. Но если тот никогда не простит её и не вернется к ней? Солли не верилось, что надежды нет.

И стоило подумать об этом, как в агентство вошло несколько человек, среди которых, задержавшись у дверей, оказался её Хиним. Нет, не её уже, но всё тот же, даже не поменявший прическу за это время. Они не виделись с той роковой ночи, в которую расстались, не сговариваясь, но оставшись друзьями. А может Солли надумывала лишнего, и ХиЧоль остался с ней просто знакомым, и это ей казалось, что не прошла хотя бы дружба.

С ним был его приятель и две дамы, оставшиеся у входа. Мужчина явно заскочил по делам, и вновь собирался вскоре уходить, попросив подождать себя. МинХо и КиБом увидели его следующими, после Солли. Потом уже и сам ХиЧоль обратил на них внимание. Замерев, он и компания напротив него остановились. Две пары глаз — его и девушки — встретились посередине холла. Солли почувствовала себя маленькой девочкой, которую увели из детской за то, что она плохо себя вела, и вот теперь к ней заглянул кто-то из взрослых, чтобы что-то объявить. Но что? Хочется, чтобы её простили и разрешили вновь играть со всеми и есть сладости, но, как и в душе всякого ребенка, в первую очередь возник страх, что последует ещё более страшное наказание. Щеки, и без того слегка румяные, порозовели. Руки вцепились в ремешок сумочки, но напряженная улыбка, не решающаяся явить радость от встречи, не ушла с лица. Ки первым решил отойти в сторону, но, увидев, что МинХо не двигается, как вкопанный, потянул его за рукав.

— Пошли, Сол догонит, — с напором прошептал он ему и тот, нехотя и, оглядываясь, поздоровавшись с ХиЧолем низким кивком, прошел дальше. Рефлекторно ответив на приветствия, звезда Супер Джуниор медленно и вальяжно сделал несколько шагов вперед.

Несмотря на пасмурное небо, на носу были темные солнечные очки, руки держались в карманах распахнутого плаща. Тряхнув челкой, ХиЧоль привычно улыбнулся и остановился.

— Привет, — произнес он, не давая возможности Солли увидеть свои глаза. А ей бы этого безумно хотелось. Только в них можно было хоть как-то понять, что он чувствует.

— Привет. — как можно естественнее вымолвила девушка, хотя её губы с трудом шевелились. — Как дела?

— Как у всякого артиста: естся мало — спится быстро, — изрек ХиЧоль одну из своих многочисленных прибауток, которыми общался ровно со всеми людьми, которые были ему несколько ближе, чем знакомые. Это дало шанс на то, что она ещё где-то рядом с его сердцем, но укололо тем, что всего лишь как друг. Солли едва не потеряла улыбку, но удержала её. — Как сама?

— Как и всякая певица… — хотела отразить девушка его ироничную рифму, но вспомнила, что конец этой строчки: «по ночам вообще не спится», может означаться слишком многое. Например, что она по ночам вместо того, чтобы спать, занимается неизвестно чем, и неизвестно с кем. Да, ХиЧоль больше не её молодой человек, но почему хочется хранить ему верность? Заставить его поверить в то, что она способна ему её хранить. Почему она раньше не была настроена так решительно? Да и нужна ли эта решительность теперь? Не слишком ли поздно? Солли бросила взгляд за его плечо. — Куда-то собираешься с друзьями?

— В клуб, — мужчина невольно сам посмотрел себе за спину и повернулся обратно. — Ты тоже?

— Мы в кино с Ки и МинХо… — немного прищемив свою гордость и всматриваясь в непрозрачное стекло очков, Солли выдохнула. — Ты же со мной больше не ходишь…

— Так, ты же не зовешь. — нагло и с легкой издевкой расплылся ХиЧоль.

— А если позову? — не удержавшись, сорвалась Солли.

— Сходим, почему бы нет?

— Я не знаю, когда у тебя бывает свободное время. — переборов страх отказа, девушка добавила. — Позвони как-нибудь, ладно?

— Договорились, — мужчина поравнялся с ней, явно собираясь обходить и идти по своим делам, но задержался, никак не произнося прощание. — А, вы случаем не на «Актер есть актер»?

— Да, а что?

— Не ходи, — поморщил нос ХиЧоль.

— Почему? Тебе не понравилось?

— Не в этом дело. Это взрослое кино, — менторским тоном напомнил он. — О чем эти парни думают? Пусть ведут тебя на мультики.

— Хиним! — всплеснула руками Солли и, зардевшись, поняла, что обратилась к нему совсем как в старые добрые времена. — Я же уже не маленькая. Прекрати.

— Да, ты права. Что ж, тогда приятного вечера. — девушка не готова была вот так просто сказать ему «до свидания» сейчас. Нет, не так быстро. Ещё хоть немного! Она так давно его не видела, так хотела ещё побыть рядом, поговорить. И эти женщины, которые ждали его у дверей… ревность, обида, желание быть на их месте, идти с ними в клуб. Они казались ей ужасно порочными, развратными, поношенными. Солли готова была на кучу слов ещё грубее этих. Как они могут проводить время с ХиЧолем? Её первым, великолепным мужчиной. Любимым мужчиной.

— Хиним! — остановила его Солли, когда он уже немного отошел. ХиЧоль резко развернулся, отчего плащ красиво взлетел и опять опустился, ложась вдоль ног. Шедевр. Он просто непередаваемый шедевр в этом мире. Он казался ей таким понятным и человечным, когда был рядом, принадлежал ей, когда открывался ей, но вот сейчас он в полутора метрах от неё, одетый с иголочки, но с легкой небрежностью, и она не в силах разгадать, овладеть, объять его разумом. Взрослый и зрелый, но с неповторимыми нотами юности и мудрой молодости. ХиЧоль — это произведение искусства, в которое влюблена её любовь, сопротивляющаяся любить кого-то другого. Она не может восхищаться кем-то ещё так же, как им. Не стесняясь своих чувств, Солли сказала. — Ты идеальный.

— Идеальный? — наконец, взявшись за дужку очков, он снял их и посмотрел на неё уставшим, но заботливым взглядом. Девушку охватила невидимая сила, как вязаный свитер, наброшенный на плечи чьими-то родными руками. Но это было воображаемое ощущение, до того неуловимое, что ради него хотелось превратиться в астральное создание, чтобы последовать за этим слишком тонким обманом чувств. Туда, где родные руки обнимут на самом деле. — От идеалов нужно держаться подальше. Чтобы не разочаровываться в них.

— Ты так думаешь?

— Уверен. — Солли показалось, что он говорил о ней. О своем отношении к ней. Нет, это точно было так!

— А если разочаровываешься, то что? — ХиЧолю самому, судя по всей осанке, взгляду, выражению губ, не хотелось уходить. Ему всегда нравилось говорить с Солли. Даже по-дружески. В ней было столько света и интересных замечаний. Раньше. Осталось ли что-то от этого теперь? — Ищешь новый идеал?

— Новый? — спросил ХиЧоль, хохотнув, но повторять ему не надо было. Он всё понял и его вопрос был выражением неожиданности и удивления, а не непонятливости. — Не знаю, скорее, перестаешь верить в идеалы вообще.

— Это печально.

— Как посмотреть, — возвращаясь на некоторое расстояние, мужчина постепенно оказался рядом. — Когда прекращаешь грезить идеалами, то начинаешь ценить то, что есть и принимаешь неидеальное, но реально существующее. А разве жить и дорожить реальным не лучше, чем мифическим и недостижимым?

— Ты прав. — тихо выдавила Солли, опустив глаза. Ей хотелось поговорить об их прошлом, о том, что они всё-таки бывшие, а не совершенно чужие люди. Ей не хотелось игнорировать год своей жизни, словно его не было. Но как перейти к разговору о важном, о нужном для неё? Не рано ли? Девушка подняла взгляд. Он смотрел на неё с мягкой, но непробиваемой усмешкой, будто запечатался за ней на веки вечные и не хочет показать, что думает на самом деле.

— Я пойду, Сол, у меня ещё дела.

Кивнув, она позволила ему уйти. Её ждали друзья на улице, нужно было идти к ним. Набравшись сил и, подняв подбородок, Солли прошла мимо троицы, ожидавшей ХиЧоля. Как непривычно жить с ним разными жизнями, идти разными путями. МинХо, завидев её, открыл дверцу уже подъехавшего такси и она, перебежав открытый участок, не сильно намокла под дождем и плюхнулась на заднее сиденье с КиБомом.

— Ну, наконец-то, — не проворчал, но недовольно проговорил МинХо спереди. — А что насчет посидеть где-нибудь после киносеанса? ТэМин обещал подтянуться и изъявлял желание побухать.

— О, нет, я что-то не хочу, — покачала головой Солли. Настроение приподнялось после того, как она увидела ХиЧоля, но тоска сковала грудь. Философские мысли, напавшие на неё, требовали отвлечения. Но опять напиться, как месяц назад? С одной стороны плохо, а с другой — что ещё так хорошо отвлекает? Ох уж эти друзья — парни. С ними недолго спиться. — Разве что вина, и совсем немного.

— In vino veritas! — патетично провозгласил МинХо и, коварно облизнувшись, обернулся. — Что дословно с латыни переводится как «Истина в вине». ЧжинРи[2], это звучит, как блюдо, которое надо есть горячим.

— МинХо, успокойся! — шлепнула она его по плечу. Ки, скорее всего, не говорил другу, что в курсе их ночи, но теперь, когда Солли была свободна, молодой человек открыто показывал свой сексуальный интерес, при ком бы то ни было.

— Да, успокойся, — поддакнул КиБом и, отвернувшись к окну машины, пробубнил под нос полную и настоящую фразу римского автора, — In vino veritas multum mirgitum[3]…

— Что? — переспросила его Солли.

— Нет-нет, ничего. — по спине девушки пробежали мурашки от мимолетного брошенного на неё взгляда из-под густых бровей. Нет, всё-таки иногда КиБом был слишком мужчиной и не очень милым товарищем. Какая-то хитринка, какое-то лукавство искрились в этих азиатских очах одного из Сияющих парней.

ХиЧоль посмотрел в окно офиса на отъехавшее такси. Оно двинулось по дороге на запад, где серые, однотонные и мучнистые тучи чуть рассеялись, явив закат. Таким же неясным, как погода, было его будущее в личной жизни, но точно так же как завидневшийся луч, пробился свет возможности счастья в любви. Встреча ли с Солли была причиной или этот резко возникший закат, в который ушла часть разочарования, и из которого появилось даже своеобразное очарование, но что-то тронуло его сердце, забившееся с более мелодичным звуком — уверенным звуком того, что не каждая потеря навсегда, и не каждое расставание навечно.

Секс-бонус

(Спьяну)

Вот и закончилась очередная попойка в кругу маленькой компании, а точнее банальный «сабантуй» на троих: Солли, ТэМина и него — КиБома. Едва комната погрузилась в темноту, как последнего начало штормить. Особенно с закрытыми глазами. Стоило сомкнуть веки, как плыли звездочки и искры. Это иногда бывало в результате алкогольного опьянения. Забравшийся на кровать последним, парень пробрался к стенке. Это создало дополнительный упор, но тело всё равно ходило ходуном, сменяя посекундно приятное самочувствие на неприятное. Ки перевернулся. Потом обратно. Лег на спину. Кровать не была широкой, а оставшаяся на ночь Солли, которую он уложил у себя, занимала половину и без того не вольготного пространства. Она тоже хорошенько выпила и, кажется, отключилась. Нехорошо было спаивать подругу, но как ещё утешить девушку, которая рассталась со своим молодым человеком?

Приподнявшись на локте, КиБом открыл глаза и воззрился в темноту кромешную. ТэМина на кровати напротив не было видно. Как и ничего вокруг. Надо лечь и спать, но те, кто набирались хоть раз в жизни, знают, что такое «колбасит». Парень положил ладонь на вновь прикрытые веки. В голове происходила непонятная мешанина. Думалось о выступлениях, делах, скором камбэке, мелькали переезды и перелеты, в какой-то момент даже показалось, что он едет в машине. Видимо, это было сорвавшееся погружение в сон. КиБом выдохнул, подумав о том, каково же Солли, которая приехала к ним по его приглашению, чтобы выговориться и облегчиться. Она вечно попадает в передряги, но несмотря на это всегда настроена оптимистично. Был ли он виноват в том, что у неё не сложилась личная жизнь? Нет, он вообще ни при чем. Хотя, ведь он знал о том, что МинХо начал к ней приставать. Мог бы вовремя предотвратить. Ах, нет, он узнал об этом после того, как Солли с МинХо уже связалась. КиБом опять бессмысленно открыл глаза и посмотрел на рядом лежавшую девушку. Она была значительно ближе, но всё равно её силуэт проглядывался лишь приблизительно. Если бы она тогда позвонила ему, а не МинХо — что бы было? Разумеется, ничего. Он бы к ней не полез. Тогда он так думал. И сейчас так думает, разве нет? В отличие от других, КиБом совсем уж не воспринимал Солли младшей сестренкой. Скорее ровесницей и хорошей подругой. Думал ли он когда-нибудь о ней иначе? Думал, если честно. Он вообще обо всех женщинах думает, как о женщинах, что в этом грешного и недопустимого? Другое дело, что при этом делаешь и как себя ведешь.

Солли пробормотала что-то сквозь сон. КиБом подвинулся ближе, остановившись впритык к её спине и перевесив голову через её плечо. Какая милая картина. Он уже почти прозрел и присмотрелся. Так, о чем он там думал? О том, что они всего лишь друзья. Нет, о том, что Солли всё-таки женщина. Или о том, что она несчастна и огорчена? Что её надо утешить? Стоп, он этим и занимался. Вон, даже напоил до потери памяти. С другого конца комнаты раздался тихий храп. ТэМин провалился в полное забытье. Что ж ему-то не спится? Потому что тесно и неудобно? Но прогонять Солли уже поздно, да и не сделал бы он этого. Сил встать и пойти спать на диван в зал уже не было. Тем более, комната окажется открытой, а тут где-то ходит МинХо. Нет, ну не воспользуется же тот пьяной девушкой? КиБом попытался перелезть через Солли, чтобы спуститься на пол с постели, но, закинув через неё ногу, потревожил её. Девушка протянула руку и, положив ему на бедро, начала его пихать обратно, бормоча что-то невразумительное. Отодвинувшись обратно, Ки расслышал несколько всхлипов. Ещё расстраивается и плачет, бедняжка. Что ей там может мерещиться? Он потрепал её за плечо.

— Сол, чего ты? — пытаясь оттолкнуть его руку, она положила на неё свою и, почти не двигая ею, плавно присмирела и опять погрузилась в сон. Брыкаясь перед этим, она перевернулась на спину, заняв чуть больше места, чем прежде. — Ну вот…

Кладя её руку на место, вдоль тела, КиБом задел её щеку и почувствовал на ней влагу. Видимо, пара слез пробилась даже в отключке. С жалостью и желанием как-то вытянуть из её головы горькие и печальные мысли, он провел пальцами по лицу, вытирая следы рыданий. Щека была такая мягкая, нежная. Ладонь легла на лицо полностью, прошлась по ней, скользнув в сторону уха, откидывая назад волосы. КиБом подтянулся и навис над Солли. Попытавшись собраться с мыслями, он провалил эту попытку и ощутил, как не хватает ему сейчас чего-то. А чего именно — это он ощущал все явственнее. Его губы опустились на губы подруги, осторожно поцеловав сначала одну, потом другую. Отстранившись, КиБом на миг испугался своего жеста. Потом сбился с намеченного пути, встав, как на распутье. Налево или направо? Остановиться или продолжать? Вдруг из всего его тела сигнал подало бедро, которое соприкасалось с бедром Солли. Этот контакт так внезапно взволновал его, что волна возбуждения окатила, как из ведра. Только горячей, а не холодной водой. Парень приник к её губам вновь, на этот раз раскрыв их своими. Они свободно поддались, и его язык скользнул вовнутрь. Там было жарко и сладко, всё ещё чувствовался вкус алкоголя. КиБом всё смелее и настойчивее погружался в поцелуй, пустив в ход руки, заплутавшие по кофте Солли, прошедшиеся по груди, талии, вернувшиеся вверх. Ладоням опять захотелось бархатности щек, и они тронули лицо. Девушка не просыпалась, но шевелила устами, бессознательно подыгрывая КиБому. Сдержав похотливый стон, чтобы не привлечь внимание ТэМина и не разбудить того, парень начал покрывать Солли поцелуями, спускаясь по подбородку и шее. В вырезе кофточки его губы нащупали ключицы. Пальцы впились в её плечи, сжимая их. Подруга издала звук, напоминающий стон. В паху КиБома началась буря, брюки умоляли расстегнуть их и дать свободу увеличивающейся плоти.

— Солли… Сол… — прошептал он ей тихо-тихо на ухо и она пошевелилась, не то просто мыча, не то спрашивая этим, «что?». — Черт… скажи, что б я отвалил, а?

Она вновь произнесла нечленораздельные слоги, приподняв руки и проведя ими по плечам КиБома.

— Милая, ну, ты же не в полном ауте, ну? — с надеждой, расстегивая её пуговицу на брюках, парень гадал, разбудить её и дождаться адекватного восприятия, или продолжать делать то, что делает? Впрочем, мысли у него уже долго не держались, и пока он старался думать, руки уже расстегнули штаны Солли. Получив доступ к трусикам, мысли извинились и ушли в добровольную ссылку.

Присев, КиБом стянул её брюки вниз, опустив до колен. Дальше он запутался, да и руки не слушались его особенно. Солли ничем не помогала, но начала просыпаться, пьяно похихикивая, наверное, от его касаний. Она, интересно, понимает, что происходит? Наверное, ей просто становилось щекотно, когда он вел по голым частям ног. Ки вернулся к лицу и поцеловал её опять. Приоткрывшая глаза девушка ответила ему на поцелуй, но потом, когда он закончил его, блеснула белками очей, насторожившись.

— Ки? Ки… — будто икая, повторила она. — Где мы?

— Да ну тебя, — прошептал себе под нос КиБом и заткнул рот поцелуем. Солли прошлась пальцами по его волосам, хотя с трудом ворочала конечностями. — Ты хочешь этого?

— Чего? — она опять хихикнула. Что за пьяный неуместный флирт? Он перед конкретной дилеммой!

— Да ну тебя дважды, — пробормотал парень и схватился за трусики, тоже начав спускать их. Солли, видимо, слабо что-то чувствовала, да и не осознавала ничего, не имея при себе трезвой головы.

КиБом провел ладонью по внутренней стороне бедра, своей обнаженной гладкостью сломавшего в нем все тормоза. Точка возврата перескочена. Он взялся за свои штаны и начал расстегивать их. Пальцы всё ещё плясали непонятные танцы, прежде чем осуществляли желаемое. Молния была расстегнута в течение минуты. Запустив руку в ширинку, Ки достал возбужденный член. Черт, черт… как же… что же… что делать? Обычно такого вопроса в данных ситуациях не возникало в его голове, но ведь это же Солли… КиБом вспомнил о презервативах в тумбочке и потянулся за ними. Да, мысли летели со скоростью света, сталкивая и подбивая друг друга, как вражеские летчики.

Благо, что не успел приспустить штаны, иначе запутался бы. Девушка безвольно лежала на кровати, то откровенно засыпая, то пробуждаясь, если он задевал её. С тумбочки в темноте слетела, с грохотом, сумочка Солли и что-то ещё. Полупрошипев «айщщ», КиБом замер, ожидая всеобщего подъема. Сейчас его поймают с поличным, и разразится неприятный скандал. Как он объяснит происходящее и их с Солли вид? Но минуты шли — как ему казались, долгие и многочисленные — а ничего не менялось. ТэМин всё так же посапывал на своем месте. КиБом, в расстегнутых штанах, стоял у кровати пошатываясь и желая только одно: скорее перейти к задуманному.

Выдохнув, парень нащупал в ящике презервативы и, вытащив один из них, вернулся на кровать, ложась на Солли. Никогда он ещё не трахал спящих девушек, хотя бревна, конечно, попадались, не без этого. Но это ему не очень нравилось, хотелось бы более живого и активного тела. КиБом вернулся к поцелуям, спустив руку к местечку между ног подруги. Проведя там пальцами, он вызвал шевеление Солли, завилявшей бедрами по покрывалу. Она стала постанывать от его движений, его пальцев, которые разводили её нижние губы и, пробегаясь по складкам, ласкали клитор. Не желая лишних, подозрительных со стороны, звуков, КиБом впился в её губы своими, пока подготавливал её и пытался привести хоть в какое-то чувство. Увлажнилась она быстро и даже распахнула глаза, когда он ввел в неё пару пальцев.

— КиБом… — прошептала она, моргнув.

— Тише, — чмокнув её в уголок рта, парень быстро развернул презерватив, хотя облачиться в него стало опять относительно долгой историей. — Всё в порядке…

Приподняв её ноги, он медленно вошел в Солли. Она в голос издала вздох наслаждения, из-за чего он тут же протянул ладонь вперед, накрыв её уста.

— Тише, Сол! — уговаривал он, наклоняясь всем телом. Не до конца снятые брюки натянулись между её ног и мешали ему прижаться к ней полностью, всем собой. Под его пальцами она в ритм постанывала, и по коже пролетало её дыхание. КиБом осторожно раскачивался, понимая, что если войдет в раж, то разбудит всех. Проснулась ли до конца Солли он и сам понять не мог. Но если бы она была трезва, то наверняка бы послала его подальше и не далась. Она бы никогда не пошла на дружеский секс без обязательств. А он? Что он делает? Проклиная то, что начал, Ки усилил темп, сходя с ума от желания. Его тяжелое дыхание казалось ему оглушительно громким, но он и без того едва сдерживался, чтобы самому не хрипеть и не рычать.

Эти мешавшие брюки достали его и он, вытащив член, перевернул Солли на бок. Пристроившись сзади и входя вновь, он схватил её за бедра обеими руками и до конца натянул на себя. Девушка вскрикнула. Опомнившись, КиБом поддел рукой её голову и, сведя её уста вместе, вновь закупорил их ладонью. Блаженство от ощущений выдавило из его груди приглушенный звук восторга. Ладонь стала поглаживать мягкие и восхитительные ягодицы подруги. Как же давно он ходил рядом с этим, дружил, и не смел тронуть, попробовать… Боже, что он делает? Он и сейчас не должен был сметь! Но остановить фрикции было выше его сил. Прижавшись к её спине своей грудью, КиБом задрал свою футболку повыше, чтобы пахом чувствовать копчик девушки, до которого касался, когда входил в неё до конца. С каждым таким вторжением Солли немного жалобно мычала в его руку. Поцеловав её в ушко, Ки убрал руку и повернул к себе её лицо через плечо. Их губы встретились в очередном поцелуе. На Ки начало снисходить отрезвление. Понемногу, по чуть-чуть он раскаивался в том, что делал, но остановиться был не в силах. Сминая пальцами бедра Солли, он готов был сорвать с неё всю одежду и, смело завалив на лопатки, выдрать во что бы то ни стало, но нельзя — нельзя! Теперь, когда голова включалась и осознавала отвратительность поступка, ему стало страшно, что подруга стряхнет с себя хмель и поймет, что происходит. Кончить, хотелось быстрее кончить и прекратить это безобразие. Умопомрачительное, приносящее тонну удовольствия безобразие.

КиБом толкнул её вперед, завалив на живот. Перенеся упор на обе руки, поставленные по сторонам от плеч Солли, парень яростно заработал бедрами, вонзаясь в девушку. Его тело, от колен до лопаток, ходило глубоко изгибающейся волной, какую он, наверное, никогда не демонстрировал в танце. Он не из тех, кто показывает на сцене все свои возможности. Это такие, как ТэМин и Кай изображают нечто, вроде секса с воздухом, а потом спят всё свободное время, но Ки хранил нужный запас энергии и для себя. И сейчас она будто бралась из сжигающегося внутри организма спиртного. Это было топливо. Солли тряслась под ним, стоная и взвизгнув пару раз. Приближаясь к оргазму, КиБом уже не мог следить за тем, чтобы она молчала. Но когда крик грозил усилиться, ему ничего не оставалось, как слегка надавить на её затылок, чтобы уткнуть в подушку. Вцепившись на несколько секунд в её волосы, он напомнил себе, что не какую-то девку на ночь имеет, а свою лучшую подругу. Отпустив шелковые пряди, он перевел ладонь на её загривок, как клешнями ухватив его. Задыхаясь от подкатившего экстаза, молодой человек закусил нижнюю губу и, взяв в кулак силу воли, умудрился кончить, не проронив ни звука. Осторожно опустившись на Солли, он откинул её волосы в сторону и поцеловал в шею.

— Прости, Сол, прости. — закрыв глаза, он продолжал хватать воздух, дыша у неё над ухом.

— КиБом, зачем? Мы что… переспали? — заплетающимся языком выговорила Солли. Парень услышал в её голосе обвинение, сомнение и страх. А если она вообще не хотела бы подобного никогда? Если это повергнет её в шок, когда она проспится?

— Тсс, спи. — аккуратно сползая с неё, приобнял её КиБом и, уткнув в свою грудь, начал убаюкивать, надеясь, что девушка вырубится в очередной раз. Его руки гладили её по растрепавшимся локонам, плечам, спине. Она тихо сопела и что-то бормотала, но как не прислушивался, он не смог разобрать что. По крайней мере, перестала плакать, и озабоченность её была вызвана другим. Вспомнит ли она на утро об этом? Хоть бы нет, хоть бы нет.

Солли затихла и КиБом, очухавшись от наваждения, принялся приводить её в порядок. В темноте, кое-как, он натянул на неё и трусики, и штаны, и даже застегнул последние. Перелазить через подругу — опять подвергаться риску разбудить её. Перевесившись через спящую, Ки с размаху зафутболил под кровать использованный презерватив и, вернувшись на место, застегнул ширинку. Тело приятно ныло, было почти удовлетворено и счастливо. Если бы не дрель совести, то было бы вообще отлично. Занявшийся рассвет более-менее осветил комнату. Покосившись на подругу, КиБом покачал своей дурной, как ему казалось, головой, и отвернулся к стенке, буквально вжавшись в неё. Не хватало поддаться соблазну ещё хоть раз. Но как бы хотелось повторить, употребив при этом большую свободу, лучшие методы и изысканные подходы. Подумав о кружеве и чулках на Солли, о наручниках с мягкими браслетами в своих руках, КиБом велел своему сознанию заткнуться и спать. Его шаловливое воображение нужно было отшлепать, точно так же, как оно советовало ему поступить с Солли, когда-нибудь. В другой раз. В мечтах. Разумеется, исключительно в мечтах.

Примечания

1

Автор взял на себя смелость вольно и на своё усмотрение расположить общежития групп. Ему неизвестно, как они располагаются на самом деле.

2

Напоминаю, что настоящее имя Солли — ЧжинРи, означает «истина».

3

«Истина в вине не раз тонула».

Content

AlmaZa
УЙДИ В ЗАКАТ

Вступление

Глава 1. «Ох, мужчины…»

Глава 2. «Планы на субботу»

Глава 3. «Суббота. Дискотека. Клуб.»

Глава 4. «Суббота. Общага. Квартира.»

Глава 5. «Не вовремя»

Глава 6. «Пытаясь сдерживаться»

Глава 7. «Неудовлетворение»

Глава 8. «Пугающее подозрение»

Глава 9. «Хороший друг»

Глава 10. «Плохие идеи»

Глава 11. «А разве не этого хотелось?»

Глава 12. «Час от часу не легче»

Глава 13. «Хранить молчание»

Глава 14 «Попытка»

Глава 15 «Истина»

Глава 16 «Тупик»

Глава 17 «Видимость»

Эпилог

Секс-бонус (Спьяну)

Примечания