Мухаммад Юнус

Мир трех нулей. Как справиться с нищетой, безработицей и загрязнением окружающей среды

Переводчик Михаил Витебский

Редактор Екатерина Пригорева

Главный редактор С. Турко

Руководитель проекта А. Василенко

Корректор Е. Чудинова

Компьютерная верстка К. Свищёв

Художественное оформление и макет Ю. Буга

© 2017 by Muhammad Yunus

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Альпина Паблишер», 2019

Все права защищены. Данная электронная книга предназначена исключительно для частного использования в личных (некоммерческих) целях. Электронная книга, ее части, фрагменты и элементы, включая текст, изображения и иное, не подлежат копированию и любому другому использованию без разрешения правообладателя. В частности, запрещено такое использование, в результате которого электронная книга, ее часть, фрагмент или элемент станут доступными ограниченному или неопределенному кругу лиц, в том числе посредством сети интернет, независимо от того, будет предоставляться доступ за плату или безвозмездно.

Копирование, воспроизведение и иное использование электронной книги, ее частей, фрагментов и элементов, выходящее за пределы частного использования в личных (некоммерческих) целях, без согласия правообладателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

* * *

Посвящается молодому поколению, которое будет строить новую цивилизацию

Часть первая

Вызов

1

Обратная сторона капитализма

Большую часть своей жизни я работал ради людей из беднейших слоев населения, особенно ради женщин, стараясь помочь им улучшить жизнь. В 1976 году я открыл в моей родной стране, Бангладеш, банк, который назвал Grameen Bank (дословно «деревенский банк». – Прим. пер.). В нем бедняки из сельской местности могли получить доступ к финансовым средствам с использованием микрокредитования. С тех пор с помощью этого инструмента более 300 миллионов человек в разных странах мира реализовали свой предпринимательский потенциал. Микрокредиты помогли им разорвать оковы бедности.

Микрокредитование, позволившее миллионам неимущих людей улучшить свою жизнь, начать собственное дело, также выявило недостатки мировой банковской системы, ведь обычно банки отказывают в предоставлении средств тем, кто нуждается в деньгах больше других.

Это лишь одна из многих проблем, с которыми сталкиваются бедные люди по всему миру. К прочим относятся недостаток институциональных услуг, чистой питьевой воды и санитарных сооружений, отсутствие энергоснабжения, ветхое, не отвечающее никаким стандартам жилье, невозможность получить качественное образование или медицинскую помощь, пренебрежение нуждами пожилых и т. д.

Отмечу: эти проблемы присущи не только развивающимся странам. В ходе многочисленных поездок по миру я понял, что с похожими трудностями сталкиваются и малообеспеченные граждане самых богатых государств. Лауреат Нобелевской премии, экономист Энгус Дитон сказал: «Если бы вам пришлось выбирать между жизнью в бедной деревне в Индии, в дельте Миссисипи или в парке для трейлеров (обычно в США в них живут неимущие. – Прим. пер.) на окраинах Милуоки, то я бы не смог точно сказать, где жизнь лучше»[1].

Усиление концентрации богатства

Во всем мире беды неимущих являются отражением масштабной социально-экономической проблемы – роста неравенства, вызванного концентрацией богатства в руках меньшинства.

В течение многих лет имущественное неравенство было и остается актуальным вопросом в политике. Последние годы ознаменовались появлением мощных политических и социальных движений, многочисленных инициатив, нацеленных на решение этой проблемы, из-за которой было пролито так много крови. Но пока сделать это не удалось. Более того, в последние десятилетия пропасть между богатыми и бедными только расширяется. По мере роста экономики усиливается концентрация капиталов у богатейших людей. Несмотря на положительное влияние национальных и международных программ развития, перераспределения доходов и других проектов, призванных смягчить проблемы неимущих, эта тенденция сохраняется и даже ускоряется. Микрокредитование и другие финансовые программы помогли многим людям преодолеть бедность, однако самые состоятельные по-прежнему получают львиную долю мирового богатства.

Мы считаем данную тенденцию опасной, поскольку она ставит под угрозу прогресс человечества, сплоченность общества, соблюдение прав человека и демократию в целом. Сосредоточение богатства в руках немногих порождает ситуацию, когда политическая власть контролируется этим меньшинством и используется им для собственной выгоды.

При этом процессы концентрации богатства происходят не только внутри отдельных государств, но и на международном уровне: основная часть мирового капитала продолжает сосредоточиваться в десятке наиболее благополучных стран. А по мере увеличения социально-экономического разрыва между богатыми и бедными государствами неизбежно усиливаются недоверие, взаимное раздражение и возмущение. Все это повышает вероятность возникновения межгосударственных вооруженных конфликтов.

«Оксфам» представляет собой международное объединение из восемнадцати некоммерческих организаций, целью которых является борьба с бедностью во всем мире. Эксперты этой организации изучают проблему усиления концентрации богатства. Опубликованные ими данные не внушают оптимизма. Так, в 2010 году «Оксфам» сообщил, что 388 богатейших людей мира обладают бо́льшим богатством, чем вся «нижняя половина», самая бедная часть населения планеты – примерно 3,3 миллиарда человек. Эта информация шокировала весь мир, но за время, прошедшее с тех пор, проблема только усугубилась. В январе 2017 года эксперты «Оксфам» заявили, что в самую привилегированную группу входят всего восемь человек, а численность беднейшего населения выросла почти до 3,6 миллиарда[2]. Фотографии этой знаменитой, пользующейся большим авторитетом восьмерки были опубликованы в газетах. В нее вошли лидеры американского бизнеса Билл Гейтс, Уоррен Баффетт и Джефф Безос, а также несколько человек из других стран, например Амансио Ортега из Испании и мексиканец Карлос Слим Элу.

На осмысление этой информации требуется время, по прошествии которого возникают различные вопросы. Что произойдет с социальной структурой государства, в котором несколько граждан контролируют основную часть национального богатства? Что делать, если наступит момент, когда один человек владеет большей частью активов страны? Как поступить, чтобы не дать этому человеку диктовать свою волю государству?..

А ведь это легко может произойти не только в стране с низким уровнем доходов, такой как Бангладеш, но и в богатой, например в Соединенных Штатах Америки. Там во время президентской избирательной кампании 2016 года кандидат от демократов сенатор Берни Сандерс многократно подчеркивал, что 0,1 % богатейших американцев владеет таким же богатством, как 90 % представителей среднего класса и бедных людей. Эти результаты были получены в ходе исследований, проведенных некоммерческим Национальным бюро экономических исследований[3]. Также Берни Сандерс отметил, что семейство Уолтон, владеющее торговой сетью «Уолмарт», богаче, чем 40 % наименее обеспеченных людей в Соединенных Штатах. Это утверждение подкреплено исследованиями независимых фактчекеров[4].

Сосредоточение богатства, а значит, и влияния, в руках абсолютного меньшинства опасно для любого государства. Однако в свете этого совсем не удивительно, что президентская гонка в Соединенных Штатах завершилась победой человека, не обладающего качествами национального лидера, если к таковым качествам не относится наличие огромного капитала.

Как капитализм порождает неравенство

Концентрация богатства стала результатом различных финансовых и политических факторов. Однако ключевая причина состоит в том, что при существующей экономической системе концентрация богатства практически неизбежна. Вопреки широко распространенному мнению, самые богатые люди вовсе не обязательно являются злобными манипуляторами, взяточниками и коррупционерами. В реальности сама система работает в их интересах. Богатство можно сравнить с магнитом: самый сильный притягивает к себе более слабые. Именно так функционирует современная экономическая система. Люди завидуют богатству и сами стремятся к нему. Например, взрослые всячески поощряют детей, чтобы те сами попытались разбогатеть, когда вырастут.

И наоборот, бедняки – люди, которые лишены «магнита», – не могут даже немного повысить уровень жизни. Если же им каким-то образом удается приобрести собственный крошечный «магнит», небольшое состояние, то сохранить его бывает очень трудно.

Подобная структура крайне неустойчива. В социальном и политическом аспектах она представляет собой мину замедленного действия, которая может разрушить все созданное нами за многие годы. Именно такова реальная действительность, сформировавшаяся, пока мы были заняты повседневной жизнью и игнорировали тревожные сигналы.

Это совсем не тот результат, которого ожидали классики теории капитализма. Концепция свободного рынка как естественного регулятора богатства возникла 250 лет назад. Многих из нас учили, что «невидимая рука рынка» является гарантом свободной конкуренции в экономике, установления баланса автоматического перераспределения социальных благ. В идеале предполагается, что свободный рынок обеспечивает повышение качества жизни каждого человека.

Капитализм действительно способствовал внедрению инноваций и стимулировал экономический рост. Однако все больше и больше людей, живущих в странах, где имущественное неравенство постоянно усиливается, задают вопрос: «Приносит ли невидимая рука рынка свои блага каждому члену общества?» Ответ очевиден: это утверждение неверно – в противном случае почему все время увеличивается беспрецедентная концентрация богатства, которую мы наблюдаем сегодня?

Многие из нас убеждены, что «экономический подъем – тот прилив, который помогает всем кораблям сойти с мели» (иными словами, от экономического подъема выигрывают и богатые, и бедные). Однако каким образом это утверждение соотносится с бедственным положением миллионов людей на планете?

В своей книге «Капитал в XXI веке»[5] французский экономист Тома Пикетти представил исчерпывающий анализ сложившейся тенденции современного капитализма к росту экономического неравенства. Он абсолютно верно определил суть проблемы: если концентрация богатства будет возрастать быстрее среднего уровня роста экономики, то в перспективе это приведет к социально-экономической нестабильности. Однако предложенное им решение, в основе которого лежит использование прогрессивного налогообложения для уменьшения дисбаланса в доходах, к сожалению, не соответствует масштабу стоящей задачи.

Поэтому сегодня необходим фундаментальный пересмотр наших взглядов на экономику в целом. Пришло время признать, что классический капитализм не предлагает решения тех социально-экономических проблем, с которыми мы столкнулись. Капиталистическая модель действительно позволяет добиться потрясающих технологических прорывов и сконцентрировать огромные денежные ресурсы, но достигается это за счет образования сильного неравенства и серьезных гуманитарных проблем. Поэтому нам нужно перестать слепо верить в силу рынка, ориентированного на получение личной выгоды. Пора признать, что существующее неравенство не может быть устранено в рамках сложившейся структуры экономики. Скорее, наоборот, оно будет только углубляться – и чем дальше, тем быстрее.

Усиление неравенства привело к росту общественного недовольства, социальной напряженности и политической поляризации. Оно стало причиной появления движения Occupy, «Движения чаепития», «Арабской весны», усиления правого национализма и расизма, роста ксенофобских настроений в Европе и Соединенных Штатах, голосования за Брекзит в Великобритании, обусловило победу Дональда Трампа. Обездоленные и лишенные перспектив люди чувствуют все большее разочарование и гнев. Мир оказался резко разделен на богатых и неимущих, Эти две группы имеют мало общего, за исключением взаимной подозрительности, страха и враждебности. Такие настроения будут только усиливаться по мере распространения информационных технологий, когда люди из беднейших слоев населения начнут узнавать, как несправедливо была «растасована колода».

Эта ситуация некомфортна для каждого, включая и тех, кто находится на вершине социальной пирамиды. Разве самые богатые и могущественные наслаждаются жизнью за оградами своих охраняемых резиденций, прячась от реальности, с которой сталкивается остальное население? Разве им нравится отводить глаза от бездомных и голодных людей на улицах? Разве они получают удовольствие, используя государственные институты – включая полицию и другие силовые структуры, – для подавления протестов против неравенства? Хотят ли они, чтобы их собственные дети и внуки унаследовали именно такой мир?.. Думаю, что большинство богатых ответит «нет».

Я не считаю, что богатые стали такими потому, что они плохие. Нет, в основном это хорошие люди, которые просто использовали существующую экономическую систему, чтобы оказаться на верхних ступенях социальной лестницы. И многие из них обеспокоены тем, что мир резко разделен на богатых и бедных.

Одним из подтверждений этого тезиса являются сотни миллиардов долларов, которые обеспеченные люди ежегодно жертвуют на благотворительность, как в виде непосредственных пожертвований некоммерческим организациям, так и через благотворительные фонды. Даже большинство корпораций, несмотря на то что их руководители, скорее всего, хранят верность основным положениям классической доктрины, согласно которой рост прибыли является важнейшей функцией бизнеса, перечисляют деньги на общественные и благотворительные проекты.

Более того, практически каждое государство выделяет значительную часть налоговых поступлений на финансирование программ социальной помощи: предоставления услуг здравоохранения, содействия в обеспечении продуктами питания и в оплате жилья, а также других форм поддержки, направленных на повышение уровня жизни беднейших сограждан. Зачастую эти программы неполны и несовершенны, но само их существование означает, что общество осознает свою обязанность сделать хоть что-то ради уменьшения вопиющего неравенства.

К сожалению, полностью решить проблему неравенства только средствами благотворительности и социальных программ не получится. Для этого необходимо внести изменения в саму экономическую систему.

Капиталистический человек против Человека реального

Суть системной проблемы заключается в особенностях человеческой природы. Равнодушие по отношению к себе подобным глубоко укоренилось в базовой структуре современной экономики. Неоклассическая экономическая теория базируется на том, что человек – существо, изначально ориентированное на получение личной выгоды. Именно по этой причине возникает не просто равнодушие, но алчность, эгоизм, возможность эксплуатации окружающих. В то же время, по мнению многих видных экономистов, эгоизм – это не проблема, а величайшая добродетель Капиталистического человека.

Лично я не хотел бы жить в таком мире, где величайшей добродетелью считается эгоизм. К счастью, эта экономическая теория все же очень далека от реальности. Как правило, почти никто не ведет себя как абсолютный эгоист, что необходимо для руководства Человеком капиталистическим. Поэтому дальше мы будем говорить о Реальном человеке, которому присущи и эгоизм, и альтруизм, и многие другие черты характера.

В Реальном человеке сочетаются самые разные качества. Иногда Реальные люди проявляются себя как эгоисты, но также они могут быть внимательны к другим, доверчивы и бескорыстны, наслаждаются отношениями с другими людьми. Они работают не только ради себя, но и чтобы помочь другим, улучшить общество, защитить окружающую среду и привнести в наш мир радость, красоту и любовь.

Существование таких альтруистических мотивов объективно. Тот факт, что миллионы людей во всем мире работают школьными учителями, социальными работниками, медсестрами, пожарными, консультантами и волонтерами, хотя у них и есть возможность вести более комфортный образ жизни, доказывает, что эгоизм не является универсальной ценностью.

Даже миру бизнеса, где главенствует Человек капиталистический, присущи бескорыстие и доверие. Ярким примером тому служит Grameen Bank в Бангладеш. Вся его деятельность основана на доверии. Этот банк не требует ни залога, ни юридических документов, ни подтверждений кредитоспособности. Большинство его заемщиков неграмотны и не имеют имущества; многие прежде даже не имели дела с деньгами. В основном это женщины, для которых не находилось места в существующей финансовой системе. Многие банкиры и экономисты признали методы работы Grameen Bank неправдоподобными и немыслимыми.

И все же сегодня Grameen Bank ежегодно выдает кредиты на сумму 2,5 миллиарда долларов США 9 миллионам бедных женщин только на основе доверия. При этом погашение кредитов составляет 98,96 % (данные за 2016 год). И банки, занимающиеся микрокредитованием на тех же принципах, успешно работают во многих странах, включая Соединенные Штаты. Например, банк Grameen America имеет девятнадцать отделений в двенадцати городах по стране. У него 86 000 клиентов, все они – женщины, получившие на развитие бизнеса в среднем 1000 долларов. По состоянию на 2017 год общий объем кредитов, выданных Grameen America, составил более 600 миллионов долларов, а погашение превысило 99 %.

Если бы люди действительно соответствовали стереотипу Человека капиталистического, то заемщики этих банков попросту не вернули бы ссуды. В результате Grameen Bank скоро перестал бы существовать. Однако его многолетняя успешная работа является свидетельством того, что Человек реальный сильно отличается – в лучшую сторону – от Человека капиталистического.

Несмотря на это, многие экономисты, лидеры бизнеса и правительственные эксперты продолжают думать, что Человек капиталистический реален, а эгоизм является единственной движущей силой, определяющей его поведение. В итоге они создают и поддерживают экономические, социальные и политические системы, поощряющие эгоизм и мешающие людям жить бескорыстно и доверять окружающим, то есть следовать истинным ценностям.

Рассмотрим, к примеру, существующие критерии оценки экономического роста. Показатель валового внутреннего продукта (ВВП) служит для измерения денежной стоимости всех готовых товаров и услуг, произведенных в стране в определенный период времени. Государственные институты тщательно измеряют размер ВВП и широко освещают его в средствах массовой информации. Этот показатель часто используют как мерило успешной экономики государства. Недостаточный рост ВВП часто становится причиной отставки правительств.

Но ведь жизнь любого общества состоит из намного большего количества параметров, чем только экономическая деятельность, измеряемая с помощью показателя ВВП. Существуют многочисленные виды деятельности, не подразумевающие перехода денег из рук в руки, – и они в этом показателе не учитываются. Значит, многое из того, что представляет наибольшую ценность для людей, вообще не имеет никакой ценности. Напротив, деньги, потраченные на оружие и другие продукты, которые наносят вред здоровью человека и окружающей среде, считаются частью ВВП, хотя они причиняют людям страдания.

Возможно, показатель ВВП точно оценивает эгоистическое поведение Человека капиталистического. Но он никак не отражает мотивации Человека реального. Для этого нам нужна другая система измерения. Возможно, настало время подумать о новых способах расчета ВВП, из которого будет исключен ущерб, нанесенный людям. Таким образом, мы получим ВВП за вычетом тех явлений, которые мешают человеку раскрыть свой потенциал: бедности, безработицы, неграмотности, преступности, расизма, угнетения женщин и т. д. Конечно, в данном случае обязательно появятся проблемы с точным измерением этого «нетто ВВП», но мы не должны отказываться от самой идеи просто потому, что поставленную задачу трудно решить. Почему же мы до сих пор довольствуемся простой в применении системой измерения, которая ведет мир к неправильной оценке его экономического состояния?[6]

И это лишь одна из проблем, вызванных нашим несовершенным экономическим мышлением. К числу других относится неспособность направить технологические и социальные изменения на пользу всем людям, а не кучке избранных. Вторая половина двадцатого столетия ознаменовалось активным ростом мировой торговли, процессами экономической интеграции. Все это стало возможным благодаря развитию транспорта, коммуникаций и информационных технологий, а также постепенному уменьшению политических и социальных барьеров. Новая эра глобализации должна была привести к созданию большой человеческой семьи, наслаждающейся невиданной до сих пор близостью, гармонией и дружбой. Но на деле глобализация стала причиной колоссальной напряженности и вражды. Люди и государства встают на путь конфронтации, стремясь удовлетворить собственные эгоистические интересы. Антагонизм, заложенный в основу нашей экономической теории, – та движущая сила, которая заставляет людей искать способы победить в экономической войне. А это предполагает, что кто-то другой обязательно будет проигравшим. В результате усиливаются националистические, ксенофобские настроения, страх и недоверие друг к другу.

Таким образом, приходится признать существование философского парадокса. Многие экономисты-теоретики, журналисты, эксперты и политические лидеры продолжают с пеной у рта утверждать, что капитализм, построенный на основе неограниченной конкуренции, представляет собой совершенный механизм. Достаточно в полной мере использовать его возможности, чтобы решить все проблемы человечества. Но в то же время общество безоговорочно признает существование недостатков экономики свободного рынка и ежегодно тратит миллиарды долларов, чтобы исправить или хотя бы смягчить их последствия. К сожалению, эти усилия большей частью неэффективны. Свидетельство тому – постоянно увеличивающаяся концентрация богатства в руках немногих и ее негативное влияние на жизнь человечества.

Все это говорит о том, что нам необходим новый способ мышления.

Новый экономический механизм

Итак, приходится признать: сложившиеся механизмы капиталистической экономики приносят больше вреда, чем пользы. Необходимо либо последовательно перестроить их, либо поменять на совершенно новые инструменты.

Опыт Grameen Bank помог мне получить представление, как могут работать эти новые механизмы. Открывая банк, я просто хотел немного облегчить жизнь бедным деревенским женщинам в моей родной стране. Однако в последние десятилетия я все лучше понимаю, что оказался вовлечен в перестройку экономического механизма и отработку принципиально новой модели в реальном мире. Я был счастлив увидеть, насколько эффективно можно решать существующие проблемы.

Перестроенная экономическая система имеет три базовых компонента. Во-первых, нужно принять концепцию социального бизнеса – новой формы предпринимательства, которая основана на бескорыстии. Во-вторых, нужно заменить нынешнее представление о том, что человек – это лицо, ищущее работу, на новую аксиому: человек – это частный предприниматель. В-третьих, мы должны перестроить всю финансовую систему, чтобы она эффективно обслуживала людей, находящихся на нижних ступенях экономической пирамиды.

Тысячи людей во всем мире присоединились к созданию новой версии капитализма. В дополнение к компаниям, которые я открыл в Бангладеш после основания своего банка, в мире были организованы сотни фирм, также работающих в соответствии с принципами социально ориентированного бизнеса. Их владельцы тоже хотели решить проблемы, созданные действующим сегодня капитализмом.

В последующих главах я расскажу об их опыте и громадном потенциале свежего экономического мышления, которое необходимо для трансформации общества. Чтобы переосмыслить ключевые принципы неоклассической экономики, нам следует разработать новую экономическую систему. В этом случае мы сможем создать такой мир, где у каждого человека будет возможность реализовать свой творческий потенциал.

2

Создание новой цивилизации: контрэкономика социального бизнеса

Мы видели, что в последние годы проблема концентрации богатства продолжает усугубляться, хотя все больше людей выражают негодование против несправедливости современной экономической системы. Некоторые политики используют эти настроения для привлечения голосов и для того, чтобы поддерживать между людьми взаимное недовольство и враждебность, направляя их на «козлов отпущения» – иммигрантов и представителей меньшинств. Однако концентрация богатства по-прежнему продолжает расти. Можно ли остановить этот процесс? Или же это неизбежный побочный эффект экономики свободного рынка?

Я убежден, что этот процесс можно остановить. Нет никаких причин обвинять свободный рынок как таковой. Вину следует возложить на бытующую в теории капитализма интерпретацию человеческой натуры. В бизнес сегодня допускаются только люди с эгоистической мотивацией. Но если предпринимателями станут игроки, движимые бескорыстием, то ситуация кардинально изменится.

Как уже стало понятно, попытки решить проблему неравенства при помощи благотворительности и государственных программ малоэффективны. Однако можно попытаться достичь этой цели иными средствами. Для этого людям нужно участвовать в создании бизнеса, основанного на бескорыстии, – или, другими словами, социального бизнеса.

Такой простой шаг изменит мир и позволит замедлить и в конечном итоге повернуть вспять процесс концентрации богатства. А это, в свою очередь, будет стимулировать компании использовать свой опыт и технологии для создания мощного социального бизнеса. Правительства разработают соответствующие экономические программы, способствующие реализации инициатив граждан и бизнеса. В итоге ситуация обязательно изменится к лучшему.

Парижское соглашение – победа для людей

Еще одна глобальная проблемой, которая тесно связана с процессом увеличения концентраций богатства, – изменение климата.

В последние годы на нашей планете месяц за месяцем фиксируется самая высокая температура воздуха за всю историю с начала наблюдений. Таяние льда в Северном Ледовитом океане происходит очень высокими темпами, уровень воды в океанах продолжает повышаться, экстремальные погодные условия становятся привычными для жителей Земли.

Многочисленные активисты, выступающие за консолидацию усилий против изменения климата, изо всех сил пытаются привлечь внимание обычных людей и высокопоставленных политиков к этой проблеме, устраивая демонстрации и используя средства массовой информации. Ученые называют эту тенденцию в высшей степени тревожной, считая, что если не принять должных мер, то повернуть ее вспять станет практически невозможно[7]. Люди во всем мире в течение многих лет проводили кампании с целью заставить правительства своих стран осознать эту глобальную угрозу и принять меры, чтобы остановить ее. В конце концов, в 2015 году, спустя сорок лет после начала борьбы, появились первые плоды.

На Парижской конференции по климату 2015 года, известной как СОР21, представители почти всех стран мира впервые пришли к соглашению о необходимости практической работы, направленной на ограничение и прекращение выбросов парниковых газов, – именно они являются причиной глобальных изменений климата. Одобренное на основе консенсуса 21 декабря 2015 года Парижское соглашение было подписано 195 государствами – членами Рамочной конвенции ООН об изменении климата (РКИК).

После сорока лет споров ученые и активисты наконец убедили людей в том, что мир оказался перед лицом реальной опасности и что для ее устранения и сохранения жизни на Земле, необходимо действовать сообща. В итоге большие и маленькие, богатые и бедные страны подписали договор, обладающий обязательной юридической силой, чтобы защитить планету от надвигающейся климатической катастрофы.

В этой победе важную роль сыграли политические лидеры многих стран. Но гораздо важнее то, что подписание Парижского соглашения – это победа народа, во главе которого шли убежденные активисты, которые никогда не прекращали борьбы за свое дело.

Обычно правительство формирует общественное мнение для поддержки своих решений. В данном случае все было наоборот. Обычные люди из разных стран мобилизовали свои правительства. Активисты убеждали политиков, ведущих бизнесменов и своих сограждан в том, что изменения климата реальны и серьезны, но их можно предотвратить. Миллионы людей со временем сами становились активистами. На выборах они голосовали за кандидатов, которые поддерживали борьбу с изменениями климата. Постепенно начали побеждать политические партии с «зелеными» программами. Во время самой Парижской конференции в разных странах мира прошли многотысячные демонстрации и марши, целью которых стало будущее с экологически чистыми источниками энергии, спасение всего, что они любят[8]. Подобные акции заставили политиков отбросить имеющиеся разногласия и действовать во имя всеобщего блага.

В целом на планете проблема изменения климата пока стоит по-прежнему остро. Компании, занятые производством ископаемых видов топлива, те, кто противится переменам из эгоистических соображений, прилагают все усилия, чтобы препятствовать ее решению. Победа на президентских выборах в Соединенных Штатах Дональда Трампа, который объявил о планах вывести США из Парижского соглашения, – еще одно доказательство того, что борьба против упрямого и злобного невежества должна продолжаться. Но, кажется, перевес все же одерживают те, кто прав.

Изменение климата и концентрация богатства представляют собой серьезные опасности для будущего человечества. Первое становится физической угрозой существованию природных систем, благодаря которым на нашей планете существует жизнь; второе является социальной, политической и экономической преградой для того, чтобы каждый человек жил достойно, в свободе и мире. Эти две проблемы внутренне прочно взаимосвязаны, что лишний раз подтвердила победа Трампа на выборах. Недовольство той части населения, которую не устраивает сложившаяся экономическая система, помогло Трампу победить. Теперь он угрожает будущему Парижского соглашения.

Если коллективные усилия людей из всех слоев общества влияют на общественное мнение по проблеме изменения климата и принуждают политических лидеров к действию, то, я думаю, мы сможем также мобилизовать силы для преодоления постоянно растущей концентрации богатства.

Экстремальная концентрация богатства совсем не является неотъемлемым условием существования человечества, так сказать, его врожденным пороком. Раз уж мы ее создали, то мы же можем ее ликвидировать собственными силами. Подавляющее большинство попыток уменьшить проблему концентрации богатства ограничивается перераспределением доходов, когда посредством системы прогрессивного налогообложения денежные средства изымаются у богатых и при помощи различных программ социального обеспечения передаются бедным.

К сожалению, демократическим правительствам редко удается добиться успеха посредством таких программ. Это происходит потому, что самые богатые граждане, которые должны платить бо́льшие налоги, имеют огромный политический вес. Они используют свое влияние, чтобы удержать правительство от принятия любых серьезных мер, ограничивающих их права.

Но решение проблемы заключается в том, чтобы искоренить ее причину, а не следствия. Нам следует перестроить экономическую структуру общества, перейдя от системы, основывающейся исключительно на соблюдении личных интересов, к социально ориентированной модели.

Grameen Bank: переосмысление финансовой системы

Многим идея кардинальной трансформации нашей экономической системы для построения равноправного общества кажется утопичной. Но я знаю, что ее можно реализовать, потому что вижу, как это происходит.

Мой опыт разработки новых экономических механизмов начался с открытия банка Grameen Bank. О том, как он появился, я рассказывал в книгах «Банкир для бедных» (1999 год) и «Создание мира без бедности» (2007 год). Но, возможно, вы эти книги не читали. Кроме того, эта история имеет непосредственное отношение к идее экономической перестройки, которую я намерен представить. Поэтому сейчас я вкратце расскажу, как был основан Grameen Bank.

Голод, поразивший Бангладеш в 1974 году, побудил меня и многих искать способы преодоления бедности. Пытаясь выращивать орошаемые культуры в деревне Джобра недалеко от того места, где я преподавал экономику, я познакомился со многими местными бедняками. Они рассказали, как деревенские ростовщики, одалживавшие деньги на чрезвычайно невыгодных условиях, держали заемщиков практически в рабском положении. Чтобы помочь крестьянам, я начал давать им взаймы собственные деньги. Это стало началом пути, который привел меня к созданию Grameen Bank.

Я не имел никакого опыта и знаний в банковском деле, и мне пришлось обратиться к обычным банкам, чтобы понять, как они работают. Но эти методы были непригодны для работы в Джобре. Поэтому я узнавал методы обычных банков – и поступал наоборот. В результате созданная мною организация оказалась противоположностью банка в его традиционном понимании.

Если обычные банки располагаются в больших городах, где сконцентрированы крупные компании и офисы богачей, то Grameen Bank работает исключительно в деревнях Бангладеш.

Владельцы и руководители обычных банков – богатые люди. Grameen Bank в основном управляют бедные женщины, являющиеся его клиентками; они же образуют совет банка и принимают важные решения относительно работы организации.

Как правило, клиентами банков в Бангладеш является преимущественно мужчины. Grameen Bank обслуживает женщин, давая им возможность стать предпринимательницами и избавиться от бедности.

Grameen Bank впервые в истории доказал, что беднякам, особенно женщинам из беднейших семей, можно доверять выплачивать взятые кредиты по более высокой ставке, чем большинству богатых заемщиков.

Обычные банки кредитуют клиентов на основе гарантий возврата – например, у человека должна быть недвижимость или другая собственность. При этом оформляются юридические соглашения. Grameen Bank свободен от гарантий и юристов. Мы создали эффективную банковскую систему, основанную исключительно на доверии.

Эта система получила название «микрофинансирование». Постепенно она стала распространяться в разных странах мира, главным образом благодаря деятельности некоммерческих неправительственных организаций (НКО). Микрофинансирование оказалось настолько успешным инструментом, что в последние годы самые авторитетные международные организации, например Всемирный банк, Международный валютный фонд (МВФ) и Организация Объединенных Наций, проявили интерес к продвижению инклюзивных финансовых программ. С большим трудом, но все же они пришли к пониманию того, что бедняков можно и нужно включать в финансовую систему.

К сожалению, пока попытки повышения инклюзивности, или всеобщей доступности, банковской системы сводятся в основном к программам, стимулирующим обычные банки предоставлять беднейшим слоям населения ограниченные, часто очень затратные финансовые услуги. Эти попытки терпят неудачу, потому что существующие банковские структуры не могут обеспечить настоящую инклюзивность. Основополагающие принципы и модели их работы исключают из сферы деятельности таких финансовых организаций почти половину населения нашей планеты.

Банки, принадлежащие богачам, не предназначены для обслуживания бедных людей. Под давлением сверху их владельцы могут предпринять какие-то символические шаги в направлении повышения доступности финансовых программ для различных слоев населения, но по объему услуг это не превышает и одного процента от размера их бизнеса. И все же беднейшие люди должны получить доступ к реальному банковскому обслуживанию, а не только к нескольким мизерным программам, запущенным для создания положительного имиджа в общественном мнении.

Рожденная в Grameen Bank идея микрофинансирования получила распространение во всем мире, потому что ее поддержали неправительственные организации (НКО). Однако они не обладают соответствующими полномочиями, необходимыми для заполнения экономического вакуума, возникшего в результате деятельности существующих финансовых институтов. Поэтому сегодня необходимо разработать такие механизмы, которые смогут обеспечить бедных людей всеми видами банковских услуг. И эти услуги, в отличие от минимальных ссуд в обычных банках, должны быть созданы специально для них.

Если мы действительно хотим замедлить процесс концентрации богатства, нам необходимо внести в существующую финансовую систему два кардинальных изменения. Во-первых – перестроить существующую банковскую систему, чтобы она перестала служить инструментом концентрации богатства. Во-вторых – создать новые финансовые институты, которые обеспечат банковскими услугами беднейшие слои населения.

Grameen Bank как раз можно считать образцом для построения такой банковской системы. Моя работа по его созданию оказалась первым шагом на пути к глубокому пониманию несовершенства сложившейся экономической системы. После открытия банка я также реализовал ряд других проектов, призванных максимально расширить новую финансовую систему и сделать ее доступной для всех.

Социальный бизнес и первые шаги к новой экономической структуре

Работа над развитием банковской системы для беднейших слоев населения дала мне возможность больше узнать о других потребностях малоимущих людей. Я всегда старался решать каждую из этих проблем, создавая новый бизнес, изначально предназначенный для достижения конкретных целей – обеспечения людей товарами и услугами, которые им необходимы. Чтобы начать тот или иной бизнес, нужно сформировать четкое понимание, какая цель в итоге будет достигнута. В этом заключается основная мысль, которую я всегда пытался донести до людей, помогая им решить различные проблемы.

Со временем я основал много компаний и независимых проектов, производящих товары и услуги для бедняков. Эти фирмы занимались строительством жилья и санитарно-технических сооружений, созданием воспроизводимых источников энергии, улучшенных продуктов питания, чистой питьевой воды, оказывали услуги в области здравоохранения, обучали медицинских сестер и делали многое другое.

Когда я начинал создавать эти бизнесы, я вообще не думал ни о каких перспективах, а просто пытался решить самые серьезные проблемы бедняков. Но спустя некоторое время у организованных мной компаний обнаружились общие черты. Все они развивались, приносили доход, однако я делал так, чтобы никто не мог извлекать из них личную выгоду. Ведь я хотел помогать бедным, а не обогащать владельцев бизнеса. Поэтому инвесторы, которые предоставляли деньги для открытия бизнеса, могли забрать назад только сами инвестиции – и ничего сверх этой суммы. Когда же средства возвращались владельцу, вся прибыль, полученная компаниями, вкладывалась в их модернизацию и развитие, чтобы еще больше бедняков получили возможность зарабатывать.

В итоге мои эксперименты привели к созданию новой формы предпринимательства – социального бизнеса. Я дал ему следующее определение: это «не приносящая дивидендов компания, целью которой является решение людских проблем». Так появилась концепция, которая родилась из моего практического опыта, полученного в процессе работы с крестьянами и направленного на решение острых социальных проблем в одной из беднейших на тот момент стран на Земле. Результаты меня потрясли. Оказалось, что на удивление просто решать проблемы людей, создавая бизнес с единственной целью: принести пользу и помочь нуждающимся.

Почему никому до меня не пришла в голову мысль о социальном бизнесе? Почему мир предоставил право решать социальные проблемы исключительно правительствам и благотворительным организациям? Ответы кроются в экономической теории, которая предоставила бизнесу полномочия генерировать прибыль и приумножать богатство избранных. Я же решил использовать это средство для решения проблем людей. Всю креативную силу бизнеса можно направить на то, чтобы сделать мир лучше!

Если рассуждать на более фундаментальном уровне, то ахиллесовой пятой экономической теории является аксиома об эгоистической природе человека. Считается, что мотивацией любого предпринимателя является меркантильность. Как говорится, «бизнес есть бизнес», его цель – только получение прибыли, и, следовательно, этого достаточно, чтобы удовлетворить желания владельца любой фирмы.

Но люди не роботы, делающие деньги. В нас в равных долях присутствуют эгоизм и бескорыстие. Когда я открываю компанию, развивающую социальный бизнес, то позволяю выразиться через него бескорыстной стороне моей личности. По канонам традиционного экономического мышления бескорыстие несвойственно миру бизнеса, для него есть место только в сфере благотворительности. Но почему? Почему бы бизнесу не стать той независимой площадкой, на которой найдется место и бескорыстию, и меркантильности? Почему бы в учебниках по экономике студентам не рассказывать о двух видах бизнеса: традиционном, движимом прагматическим интересом, и социальном, где основная мотивация – альтруизм? Пусть молодежь сама решит, какому из них отдать предпочтение – обычному, социальному, а может быть, тому и другому на разных этапах жизни или даже одновременно.

За десятилетия, прошедшие с тех пор, когда я начал говорить о социальном бизнесе, его концепция прошла путь от идеи, воплощенной в форме нескольких компаний в Бангладеш, до широко распространенного в разных странах движения. В университетах открылись центры социального бизнеса, где мою концепцию изучают, развивают и преподают. Мультинациональные корпорации учреждают независимые компании, занятые социальным бизнесом. Кроме того, идея привлекает тысячи молодых людей, которые запускают социально ориентированные бизнес-проекты для решения актуальных проблем тех территорий, где они живут.

Стимулируя такое развитие событий, мы с коллегами учредили фонды, которые предоставляют потенциальным предпринимателям стартовый капитал и помогают им превратить мечты в реальность. Когда молодые люди предлагают удачные с точки зрения социального бизнеса идеи, мы инвестируем средства в их компании, предоставляем возможности для обучения и получения консультаций у специалистов в данной области, помогаем достичь финансовой независимости. Как только компания становится успешной, она выкупает нашу долю участия, но не выплачивает прибыли. Высвобожденные в итоге средства идут на создание другой компании, ориентированной на социальный бизнес, потом – еще следующей и т. д.

Также мы создаем фонды поддержки социального бизнеса. Эти организации выделяют средства молодым безработным, стимулируя их становиться индивидуальными предпринимателями, – то есть теми, кто создает рабочие места, а не ищет работу. Обычные банки и финансовые не занимаются безработной молодежью, у которой нет ни залогового имущества, ни кредитной истории. Поэтому в данной ситуации необходимы специальные фонды.

Теперь многие молодые люди приходят с предложениями открыть свой собственный бизнес при поддержке наших фондов. Выходя из партнерства по достижении прибыльности, фонд забирает только вложенные им средства, без процентов, и фиксированный комиссионный сбор для покрытия своих административных расходов. Мы пришли к выводу, что такие организации, финансирующие индивидуальное предпринимательство, становятся мощным инструментом, благодаря которому отдельный человек, семья и даже целая община могут избавиться от бедности.

Чтобы стать участником программы Nobin Udyokta («Новые предприниматели»), которую мы запустили в Бангладеш (чаще всего ее называют просто «программа Nobin»), молодой человек должен только предложить бизнес-идею. Когда его план утверждается, претендент получает деньги на открытие своего дела. Участники не обязаны открывать компании, ориентированные исключительно на решение социальных проблем (хотя могут делать это, если захотят). Мы, со своей стороны, считаем наши фонды поддержки индивидуального предпринимательства социальным бизнесом. Они финансово самостоятельны, полученная прибыль не передается владельцам или инвесторам – им возвращаются только деньги в размере вложенных инвестиций.

В настоящее время наши фонды поддержки социального бизнеса одобряют в среднем 1000 коммерческих предложений в месяц. Только представьте себе – 1000 безработных сельских жителей становится предпринимателями! И мы ожидаем, что в ближайшее время количество микрокредитов вырастет почти до 2000 в месяц.

О работе программы «Новые предприниматели» я расскажу более подробно в других главах этой книги. А сейчас подчеркну, что ее успех является подтверждением одного из самых важных открытий, сделанных на основе анализа работы Grameen Bank: мы убедились, что каждый человек может стать успешным предпринимателем.

«ДНК предпринимательства» заложена в человеческой природе. Люди начинали жизнь на Земле как независимые охотники и собиратели, изыскивая источники существования в окружающем мире. Даже сейчас умение поддержать жизнь таким образом существует в каждом из нас.

Развитие предпринимательства – это основной способ преодоления одного из серьезных пороков господствующей экономической модели – вынужденной зависимости от работодателей, как государственных, так и корпоративных. Такая поддержка развенчивает и сложившееся заблуждение, что только правительства и корпорации как создатели новых рабочих мест являются единственными драйверами экономического роста. Молодые люди в развитых странах могут становиться предпринимателями, следуя тому же алгоритму, что и их сверстники в Бангладеш. Ключ к этому – создание финансовых институтов, которые окажут их стартапам необходимую поддержку.

Контрэкономика предпринимательства

Сегодня социальный бизнес активно растет и развивается. Наблюдая эти процессы, мы можем расценивать его как реальную альтернативу традиционной несовершенной экономической системе. Но как только мы заменим два базовых постулата современной экономики другими, которые выявил социальный бизнес, сразу возникнет новая, более совершенная, точная и эффективная контрэкономика.

Во-первых, нужно изменить сложившееся представление об эгоистической природе человека и эгоизме как основной движущей силе прогресса. Вместо него на первый план должно выйти новое положение: люди одновременно эгоистичны и бескорыстны, и оба этих стимула можно успешно использовать в экономической деятельности.

Во-вторых, необходимо отказаться от постулата о том, что почти все люди рождены, чтобы работать на других. Новая экономическая модель подразумевает, что каждый человек рожден предпринимателем, имеющим неограниченные творческие способности.

По мере того как эти изменения сформируются и закрепятся в общественном сознании, мы сможем решить проблемы, созданные существующей экономической структурой. Мы получим возможность использовать социальный бизнес для того, чтобы взяться за устранение таких застарелых проблем, как бедность, голод, болезни, разрушение окружающей среды и множества других. Кроме того, относясь к миллионам не имеющих работы молодых людей как к предпринимателям, мы создадим условия, чтобы они нашли оптимальное применение своим нереализованным талантам.

Суть социального бизнеса заключается в использовании творческих способностей для решения многих накопившихся проблем наиболее рациональным путем. Подобно микрокредитованию, которое было запущено в Бангладеш и указало всему миру на необходимость банковского обслуживания, основанного на доверии, наша программа «Новые предприниматели» для безработной молодежи также проложит путь позитивным изменениям в других странах.

Независимо от того, где живут молодые безработные, они в первую очередь ищут базовый доход, чтобы прокормиться. Но они также «голодны» с точки зрения поиска смысла жизни. К счастью, нынешнее поколение молодых людей рождено в эпоху удивительных технологий. Благодаря этому даже молодежь в сельских районах Азии, Африки и Южной Америки получает доступ к огромным информационным ресурсам при помощи смартфонов и других мобильных устройств. Это делает нынешних молодых людей потенциально самым сильным поколением в истории человечества. Они взрослеют, уже имея представление о том, что такое тачскрины, пульты дистанционного управления и мобильные приложения. Возможно, пока они не осознают полностью, какой силой обладают, но чувствуют, что потенциал современных технологий практически неисчерпаем.

Растущее сегодня поколение – сотни миллионов молодых людей, живущих в больших и малых городах, в деревнях и поселках от Бангладеш до Бразилии, от Албании до Гаити, от Индии до Ирландии, от Японии до Соединенных Штатов, – обладает талантами, энергией, знаниями. Эти энтузиасты охвачены желанием изменить мир. Молодежь способна создать новую цивилизацию, в которой не будет места бедности, безработице, экологическим катастрофам. Сейчас нам необходимо создать новую экономическую систему, которая позволит нынешнему молодому поколению полностью реализовать свой потенциал. В последующих главах этой книги я расскажу, как могла бы выглядеть эта новая экономическая система, и о некоторых обнадеживающих признаках того, что она постепенно начинает формироваться.

Часть вторая

Три нуля

3

Нулевая бедность: покончить с неравномерным распределением доходов

С чем ассоциируется у вас слово «предпринимательство»? Наверное, вы думаете о калифорнийской Кремниевой долине с производителями высокотехнологичной продукции, разработчиками приложений и компаниями, занятыми выпуском программного обеспечения. Может быть, вы вспоминаете о таких быстрорастущих центрах развития биотехнологий, робототехники и компьютеров, как Бостон (штат Массачусетс, США), Сидней (Австралия), Бангалор (Индия) или Ванкувер (Канада).

Но, вероятно, вы не думаете о расположенном в Восточной Африке государстве Уганда. А ведь в докладе за 2015 год организация «Глобальный мониторинг предпринимательства» (Global Entrepreneurship Monitor, GEM) отметила Уганду как мирового лидера по развитию предпринимательства[9]. По данным GEM, за последние три с половиной года более 28% населения Уганды открыли собственное дело – в процентном отношении этот показатель более чем в шесть раз превышает аналогичный в Соединенных Штатах (4,3%). Согласно другим оценкам, более 80% угандийцев когда-нибудь откроют собственный бизнес.

Оказывается, чтобы открыть свое дело, не нужно иметь ученую степень по инжинирингу или компьютерным технологиям. Многие становятся предпринимателями, открывая небольшой магазинчик, покупая козу или корову, начиная оказывать услуги такси на единственном автомобиле или предлагая на продажу изделия, сделанные собственными руками. Точно так же, как удачливые предприниматели из Кремниевой долины, эти люди вкладывают время и ресурсы в бизнес, основанный на творческой идее, в которую они верят. С течением времени, если они достигнут успеха, то смогут расширить операции, создать новые рабочие места, разбогатеть и помочь росту местной экономики.

Именно так и поступают миллионы мелких предпринимателей по всей Уганде и во многих развивающихся странах, помогая своим государствам и их населению преодолеть бедность. Эти люди своей деятельностью подтверждают один из фундаментальных принципов новой экономической структуры, сторонником которой я являюсь: навыки предпринимательства присущи каждому человеку, а не узкому кругу избранных. И Уганда совсем не одинока. Такой же бум предпринимательства на нижних ступенях экономической пирамиды происходит в развивающихся странах по всему миру. Но, к сожалению, необходимая система поддержки малого бизнеса там отсутствует. Например, существующая в Уганде система мешала развитию экономической свободы, несмотря на столь явную склонность населения к предпринимательству.

Уганда стала одной из семи стран мира, в которых сегодня действует Yunus Social Business, YSB. Целью этой некоммерческой организации является распространение социального бизнеса, обучение и поддержка людей, которые хотят действовать в этой сфере, работа с корпорациями, желающими открыть компании или подразделения, занятые социальным бизнесом. Стимулируя развитие нового сектора экономики в этих семи странах, YSB способствует появлению крепко стоящих на ногах компаний, помогая решать проблемы, вызванные бедностью, безработицей и загрязнением окружающей среды. Тем самым организация способствует созданию новой экономической структуры, остро необходимой в качестве важнейшего дополнения к несовершенной модели традиционного капитализма.

Приведу пример работы YSB – компанию Golden Bees («Золотые пчелы») с главным офисом в столице Уганды Кампале, ориентированную на ведение социального бизнеса. Мы помогли открыть ее.

Сельское хозяйство, производящее продукцию как для внутреннего потребления, так и на экспорт, является ведущей отраслью экономики Уганды и формирует основную долю ВВП страны. Но мелким фермерам из сельской глубинки трудно получить доступ производимых ими товаров на местные и международные рынки. Это обстоятельство ограничивает доходы людей, которым очень непросто обеспечить своим семьям и общинам уровень жизни выше прожиточного минимума.

Одним из наиболее многообещающих направлений для таких фермеров является пчеловодство. Пчелы, как известно, производят мед, который является популярным в Африке товаром и используется в качестве подсластителя в пищевой промышленности. Также пчелы дают и другие продукты – некоторые из них намного прибыльнее меда. Так, пчелиный воск является важным ингредиентом косметических изделий и продуктов для укрепления здоровья; яд, получаемый из пчелиных жал, – популярное средство в медицине; востребован и прополис, который также называют «пчелиным клеем» (ученые исследуют это смолообразное вещество на предмет возможного применения в медицинских целях).

Компания Golden Bees ведет социальный бизнес. Ее цель – развивать пчеловодство на тысячах мелких фермерских хозяйствах по всей территории Уганды. Компания решает эту задачу, продавая фермерам необходимое оборудование и оказывая сервисные услуги, обучает людей, покупает у них продукцию, перерабатывает и организует ее сбыт. Получаемый благодаря всей этой работе доход позволяет компании держаться на плаву, а вся прибыль инвестируется в расширение бизнеса, чтобы предлагаемые Golden Bees услуги становились доступными все большему числу фермеров.

По состоянию на лето 2016 года компания построила сеть более чем из 1200 фермерских хозяйств, и еще несколько сотен человек ожидают своей очереди, чтобы пройти обучение и получить оборудование. Среди участников есть те, кто имеет всего три улья, а есть и хозяйства, в которых количество ульев доходит до пятисот. Компания владеет тремя небольшими магазинами, расположенными в ближайших пригородах столицы. В них продается мед и другие продукты пчеловодства (полученные доходы идут на выплату заработной платы наемным работникам), ульи, специальные костюмы для защиты пчеловодов от укусов пчел во время сбора меда и другое оборудование. Также в магазинах проводится обучение, предоставляются консультационные услуги местным пчеловодам. Кроме того, эти торговые точки являются пунктами централизованной сдачи меда и других продуктов, что облегчает фермерам доставку своей продукции в Golden Bees для ее дальнейшей переработки.

Сеть почти из восьмидесяти супермаркетов в Кампале торгует медом и другими товарами, произведенными компанией Golden Bees. Еще более впечатляет то, что компания расширяет присутствие как на местном, так и на международном рынке. Начали поступать заказы на пчелиный воск из Китая, Японии и Дании; фармацевтические лаборатории разных стран изучают возможности закупок угандийского прополиса. Чтобы получить доступ на эти рынки, Golden Bees постоянно работает над повышением качества своих продуктов: они должны соответствовать строжайшим стандартам, установленным мировыми производителями. Это еще одна задача, решение которой, несомненно, было бы непосильно для одного или нескольких мелких фермеров.

История Golden Bees представляет собой пример того, как предпринимательство помогает беднякам (и даже целым деревням и поселкам) вырваться из бедности и обеспечивает дополнительный доход семьям, которые уже живут зажиточно. Угандийские фермеры всегда были решительны, умны и обладали рабочей этикой, необходимой для открытия и успешного ведения прибыльного пчеловодческого бизнеса. Но у них отсутствовала информация и инструменты для организации такого дела, а также не было выхода на внутренний и международный рынки. Компания Golden Bees обеспечила фермеров тем, чего им не хватало, – и предоставила возможность самостоятельно делать все остальное.

Три основных недостатка нашей экономической системы

Мы слишком долго терпели бедность, безработицу и разрушение окружающей среды, словно это стихийные бедствия и они неподконтрольны человеку или как минимум являются неизбежными побочными эффектами экономического роста. Но это не так! Это недостатки экономической системы, созданной людьми, а значит, в наших силах исправить недочеты.

Центральная проблема капитализма в сложившихся условиях состоит в том, что существующая система признает только одно: эгоистическую погоню за индивидуальной прибылью. В результате понимание и поддержку получает бизнес, преследующий эту цель. Но ведь миллионы людей по всему миру борются с бедностью, безработицей и деградацией окружающей среды. И именно здесь роль социального бизнеса критически важна.

У него есть преимущества, которые отсутствуют как у компаний, ставящих цель получать максимальную прибыль, так и у традиционных благотворительных организаций. Свобода от давления, вызванного требованиями заинтересованных в получении прибыли инвесторов, помогает компаниям, ведущим социальный бизнес, – они сохраняют жизнеспособность даже тогда, когда капиталистический рынок переживает сложные времена. И это хорошо понятно, ведь норма прибыли на инвестицию в данном случае почти нулевая, а социальная отдача очень высока. Социальный бизнес не требует поддержки, он не нуждается в постоянном поиске новых потоков спонсорского финансирования – в этом его отличие от других видов бизнеса, а также от некоммерческих организаций, в которых поиски денег отнимают время и энергию у множества людей.

Таким образом, экономика социального бизнеса вполне может быть простой и устойчивой, что подтверждается успешными экспериментами, уже проведенными как в странах «третьего мира», так и в самых богатых государствах.

Мы живем в эпоху, особенно подходящую для поисков новых форм бизнеса, потому что новейшие технологии распространения информации и средства коммуникации могут сыграть важнейшую роль в укреплении частного предпринимательства. Владелец любого социального бизнеса может использовать соцсети или другие интернет-ресурсы для выхода на рынок. Благодаря интернету люди знакомятся с хорошими идеями очень быстро, а уже существующие бизнес-модели распространяются многократно быстрее и проще, чем раньше. Если правильно применять новейшие технологии в социальном бизнесе, то можно добиться революционных изменений в здравоохранении, образовании, маркетинге, банковской сфере и в других отраслях экономики.

Ради будущих поколений мы должны начать движение по направлению к миру трех нулей: нулевой бедности, нулевой безработицы и нулевых выбросов углекислого газа. Новая экономическая система, в которой социальному бизнесу принадлежит ключевая роль, может способствовать достижению этой цели.

Как кризис капитализма усугубил проблему бедности

Значительная часть человечества сегодня живет в эпоху процветания. Причиной его в большой мере стало революционное развитие науки и технологий, в частности информационных технологий. Все это изменило жизнь многих людей на планете. Однако миллиарды по-прежнему страдают от бедности, голода и болезней. А несколько кризисов последнего десятилетия еще сильнее ухудшили положение четырех миллиардов беднейших жителей нашей планеты[10].

Мало кто предвидел эти кризисы. В начале XXI века человечество было охвачено надеждами и идеалистическими мечтами. ООН сформулировала это в «Декларации тысячелетия», обозначив как «Цели тысячелетия в области развития» (Millennium Development Goals, MDG). Почти все были уверены в том, что грядущие десятилетия принесут невиданное богатство и благополучие, причем не только избранным, но и всем людям на Земле.

В последующих главах я расскажу о том, что формулирование MDG привело к значительному прогрессу сразу на нескольких фронтах борьбы с бедностью. Но, несмотря на эти усилия, 2008 год останется в нашей памяти временем горького разочарования, которое возникло из-за многочисленных недостатков капиталистической системы. Это был год кризиса цен на нефть, на продовольствие, финансового кризиса и все ухудшающегося состояния окружающей среды. В итоге люди утратили веру в то, что они полностью понимают и контролируют глобальную экономическую систему. Влияние всех этих негативных тенденций также стало препятствием для выполнения обнадеживающих обещаний «Целей тысячелетия в области развития».

Начнем с продовольственного кризиса. Еще в 2008 году Всемирная продовольственная программа при ООН сообщила: более чем 73 миллионам человек в 78 странах грозит сокращение рациона. Читая заголовки новостных сообщений, мы все же надеялись, что человечеству не придется снова пережить проблему голода. К сожалению, об обратном свидетельствовали устремившиеся вверх цены на основные продукты питания, например зерновые и овощи (только цены на пшеницу выросли с 2000 года на 200%), дефицит продовольствия во многих регионах, растущая смертность от голода и даже голодные бунты, угрожавшие стабильности в разных странах мира.

Достигнув пика в июне 2008 года, мировые цены на продовольствие продолжили колебаться, но новый рекорд был установлен достаточно скоро, в 2011 году. В 2016 году продукты немного подешевели, что принесло миллионам людей кратковременное облегчение. Однако сохранение высоких цен на продовольствие и сейчас оказывает сильное давление на бедных людей, которые тратят на питание до двух третей своего дохода[11].

Некоторую роль в улучшении ситуации сыграли программы помощи, призванные смягчить последствия продовольственного кризиса. Они, бесспорно, очень важны для предотвращения дефицита продуктов питания и распространения голода. Но сейчас я хочу попытаться разобраться в самих причинах кризиса. Нам нужно понять, каким образом эволюция мировой экономики и в частности системы производства и распределения продовольствия привели нас к сложившемуся положению дел. Как ни странно, но экономические и политические реалии, а также методы ведения бизнеса в развитых странах сильно влияют на доступность продуктов питания в бедных государствах. Следовательно, решение глобальной продовольственной проблемы потребует перестройки всей структуры международного рынка, а не просто осуществления серии реформ местного или даже регионального масштаба.

Вызов, который стоит перед человечеством сегодня, имеет достаточно давние корни. Благодаря «Зеленой революции» 1950–1960-х годов урожайность зерновых культур в странах Азии и Латинской Америки значительно выросла. С тех пор многие государства, которые были зависимы от импорта продовольствия, оказались в состоянии полностью обеспечивать себя продуктами питания. В связи с этим многократно уменьшилось количество голодающих или недоедающих людей на планете. По некоторым оценкам, интенсивное выращивание зерновых культур, которое принесла «Зеленая революция», спасло жизни миллиарда человек.

Однако в наше время существуют негативные тенденции, которые оказывают влияние на успехи, достигнутые благодаря «Зеленой революции». Частично это объясняется тем, что в течение последних тридцати лет развивается глобализация рынка продовольствия. Я являюсь горячим сторонником свободной торговли и убежден, что стимулирование народов и государств к обмену товарами и услугами в долгосрочной перспективе приведет к всеобщему процветанию. Но международные рынки нуждаются в установлении разумных правил, которые предоставят равные возможности всем участникам.

К сожалению, международные рынки лишь частично свободны, и некоторые сохраняющиеся ограничения и диспропорции оказывают катастрофическое воздействие на беднейшие государства. Дисбаланс, вызванный этой «полусвободной» торговлей, нарушает работу рынков, ведет к повышению цен и даже разрушает сельское хозяйство в бедных странах, которые некогда хвастались излишками продовольствия[12].

Одним из примеров этой проблемы являются субсидии на этиловый спирт в США. Они выделяются с целью стимулировать выращивание кукурузы и сои для частичного замещения компонентов бензина, производимых из ископаемого сырья. Возможно, такие субсидии имеют смысл, когда цена нефти составляет 20 долларов за баррель, ведь они нужны, чтобы сделать экономически выгодным использование биотоплива в качестве частичной замены относительно дешевой и в изобилии имеющейся на рынке нефти. До определенного времени система работала как было задумано, подтверждением чему служит тот факт, что в 2007 году четверть всей кукурузы, выращенной в Соединенных Штатах, была использована для производства этанола.

Однако существование тех же самых субсидий не оправданно, когда стоимость нефти превышает 50 долларов за баррель (как это было в начале 2017 года), а также если их продолжают использовать при добыче нефти даже такие крупные и высокодоходные компании, как ExonMobil.

Оба вида субсидий так или иначе разрушают рынок, приводят к нежелательным экологическим, социальным и экономическим последствиям и должны быть упразднены как можно быстрее. В противном случае они будут прямо и косвенно оставаться причиной продолжения роста цен на основные пищевые продукты, поскольку служат стимулом для перевода посевных площадей и других сельскохозяйственных ресурсов под производство топлива вместо продовольствия.

Возросший спрос на мясо также повлиял на формирование цен на продукты питания и оказался одним из факторов продовольственного дефицита в разных странах мира.

Конечно, растущее благосостояние населения в некоторых беднейших государствах – это прекрасно. За последние тридцать лет миллионы людей смогли вырваться из бедности. Этим они обязаны свободному рынку, техническому прогрессу и различным программам, в частности микрокредитованию, благодаря которому деньги для инвестиций стали доступны тем, кто прежде был исключен из существующей финансовой системы.

Однако растущее процветание тоже может оказаться источником проблем. Количество мяса, потребляемое за год среднестатистическим гражданином Китая, выросло с 20 килограммов в 1958 году до 50 килограммов в наше время (этот показатель немного меньше, чем в среднем по США, где он составляет 57 килограммов)[13]. Такие тенденции отмечаются и в других густонаселенных странах – например в Индонезии и Бангладеш. Их жители теперь не только могут теперь позволить себе мясо как часть рациона, но и переходят на его потребление, которое, по их представлениям, является атрибутом «современного» образа жизни (отказываясь при этом от более традиционного образа питания, который включал в себя относительно мало мясных продуктов).

К несчастью, потребление мяса является довольно неэффективным способом использования природных ресурсов. Количество калорий, получаемых при потреблении мясных продуктов, намного ниже, чем когда человек преимущественно использует в пищу зерновые культуры. Однако в наше время все больше и больше зерна и других пищевых продуктов перерабатывается на корм скоту. По некоторым оценкам, до трети мирового объема зерна и треть всего улова рыбы идет на производство комбикорма. Все больше посевных площадей используется не для производства пищевых продуктов для людей, а с целью выращивания кормовых культур для скота.

Эти перемены привели к росту цен на продовольствие. В результате выбора крайне неэффективных методов в сельском хозяйстве, например использования земельных угодий для производства этилового спирта и мяса, даже базовые пищевые продукты становятся дороже.

Существуют и другие факторы, ведущие к усилению продовольственного кризиса в развивающихся странах. Один из них – это проблемы фермеров, обусловленные их неспособностью конкурировать на мировом рынке. Из-за глобализации мелкие производители из развивающихся стран неизбежно проигрывают крупным компаниям из промышленно развитых государств. Усиление контроля сельскохозяйственных ресурсов корпорациями также наносит ущерб фермерам из стран третьего мира. По мере того как корпорации завоевывают почти полную монополию над запасами семян и производством, поставками дорогих искусственных удобрений и пестицидов, многие небольшие фермы вынуждены выходить из бизнеса из-за невозможности закупать сырье и прочие компоненты, необходимые, чтобы хозяйства были конкурентоспособны на рынке.

Важную роль здесь играет цена на нефть. Это природное ископаемое используется при производстве многих видов удобрений. Поэтому любое повышение цены барреля нефти ведет к увеличению стоимости удобрений. Соответственно, растут затраты в любом виде деятельности, требующем потребления энергии, в том числе в ирригации, использовании сельскохозяйственного оборудования, в доставке товаров, при транспортировке сырья и необходимых компонентов на перерабатывающие предприятия.

Экономические и социальные проблемы растут по мере того, как ухудшение состояния окружающей среды все сильнее угрожает будущему сельского хозяйства во всем мире. Из-за изменений климата огромные пространства, некогда бывшие плодородными угодьями, превращаются в пустыни. Потребность в новых посевных площадях и неконтролируемый рост городов приводят к уничтожению лесов, что, в свою очередь, еще более усиливает глобальное потепление. Результаты научных исследований позволяют предположить, что даже если изменения климата приведут к небольшому увеличению общей площади сельскохозяйственных земель, их качество будет ухудшаться. А ведь наиболее чувствительные к потерям сельскохозяйственных угодий регионы, включая страны Африки, расположенные южнее Сахары, Ближний Восток и Северную Африку, и так относятся к самым проблемным в экономическом отношении районам мира[14]

Мою родину Бангладеш все перечисленные проблемы затрагивают самым непосредственным образом. Она относится к числу стран с самой высокой в мире плотностью населения, при этом 20% ее территории расположены на высоте менее одного метра над уровнем моря. По мере повышения уровня моря наводнения в Бангладеш становятся все сильнее и разрушительнее. В данном случае мы наблюдаем пример того, как природные катаклизмы ведут к гуманитарной катастрофе.

В уже далеком 2008 году, на пике продовольственного, топливного и экологического кризисов, рухнула финансовая система в Соединенных Штатах. Гигантские финансовые институты и основные компании в обрабатывающей промышленности, включая крупнейших производителей автомобилей, либо обанкротились, либо остались на плаву благодаря беспрецедентным антикризисным программам, реализованным американским правительством.

Существует множество причин, которые привели к этому крупнейшему в истории экономическому коллапсу: непомерная жадность игроков на рынках, фактическое превращение инвестиционных инструментов в казино, провалы в функционировании регулирующих механизмов и т.д. Но одно ясно совершенно точно: финансовая система развалилась из-за того, что перестала решать свою основную задачу.

Изначально кредитные рынки были созданы с целью удовлетворения потребности человека в деньгах для открытия или расширения дела. В обмен на это банкиры и другие заимодатели получали разумную прибыль, и в выигрыше оказывались все. Однако в XXI веке на кредитных рынках появились частные лица и компании, преследовавшие совсем другие цели. Эти игроки реструктурировали ипотечные кредиты и другие ссуды в сложные долговые обязательства, уровень риска и другие характеристики которых скрывались или замалчивались. После этого они продавали или перепродавали обязательства, зарабатывая часть прибыли на каждой сделке. Инвесторы же все это время повышали цены в погоне за не обеспеченным ничем ростом экономики и надеялись на то, что заложенный в основе сложившейся системы недостаток никогда не будет обнаружен. Но пришло время, и случилось то, что должно было случиться: «карточный домик» начал разрушаться. А глобализация стала причиной распространения этого финансового цунами на весь мир.

В конечном счете богатые люди не очень сильно пострадали от финансового кризиса. Напротив, основная его тяжесть обрушилась на плечи четырех миллиардов человек из нижней части финансовой иерархии нашей планеты, хотя они и не несли ответственности за то, что произошло. Многие бедняки оказались на грани между жизнью и смертью.

Совокупное воздействие финансового, продовольственного, энергетического и экологического кризисов продолжалось в последующие месяцы и годы, отражаясь на жизнях «нижних» четырех миллиардов с особой силой. Правительства разных стран боролись с кризисами при помощи различных чрезвычайных мер, включая дорогостоящие программы по спасению терпящих бедствие финансовых институтов и гигантских корпораций. Но при этом они делали явно недостаточно для того, чтобы решить застарелую проблему бедности. Сосредоточившись на поддержке гигантских структур, которые были «слишком велики, чтобы позволить им развалиться», правительства дали понять, что бедные люди настолько незначительны, что их потребности можно не учитывать.

В отличие от сложившейся экономической системы, новый подход к капитализму, в котором предусмотрено пространство для развития социального бизнеса, дает надежду на решение этой проблемы.

Социальный бизнес как средство от бедности

Концепция социального бизнеса созрела у меня на основе опыта, полученного в результате работы с проектами, которые финансировал Grameen Bank. Как я уже объяснял, идея этого финансового учреждения родилась не в виде теории, а на практике, как простой и рациональный инструмент, призванный побороть бедность в Бангладеш.

Важно с самого начала понять, что бедность создана не бедняками. Она является продуктом существующей экономической системы, в которой все ресурсы направляются наверх, постоянно увеличивая богатство, принадлежащее всего одному проценту населения Земли. Попытаемся проиллюстрировать это с помощью гриба. Его гигантская шляпка символизирует богатство, являющееся собственностью немногих избранных. Очень длинная и тонкая ножка, на которой, собственно, и держится шляпка, – это то, чем владеют остальные 99% населения. С течением времени ножка становится все тоньше и длиннее, а шляпка растет и растет в размерах.

Слово «неравенство» совершенно неадекватно описывает эту неприемлемую и опасную ситуацию. Ведь для того, чтобы описать различия между муравьем и слоном, вы бы не использовали слово «неравенство»! Мы должны согласиться с тем, что в существующей экономической системе нет даже подобия «распределения богатства». Напротив, она настроена на однонаправленную концентрацию капитала. И в системе не предусмотрено ни одного механизма, способного остановить этот процесс. Она создана для монополизации богатства, но не для его распределения.

В рамках нынешней экономики бедняков можно сравнить с деревьями бонсай. Они растут из таких же семян, как нормальные сосны или березы в природе. Но бонсай выращиваются в маленьких горшочках, получают очень мало воды и других питательных веществ, поэтому они никогда не достигают высоты обычного дерева. Вместо этого из них получаются миниатюрные копии нормальных растений. Так же обстоит дело и с бедняками. Их можно назвать «люди бонсай», они навсегда остаются низкорослыми. А ведь «семена», из которых вырастают бедняки, абсолютно нормальны. Однако система не предоставляет им равных с преуспевающими людьми возможностей. В результате они не могут применять свои творческие и предпринимательские способности так, как это делают другие. И новая экономическая система должна обеспечить «людям бонсай» во всем мире ресурсы, необходимые, чтобы вырасти стройными, высокими и красивыми.

Одним из самых коварных свойств бедности является то, что она воздействует на благополучие человека разными способами, которые к тому же взаимосвязаны и усиливают друг друга. Например, бедняки обычно лишены доступа к качественному здравоохранению. В результате они чаще страдают тяжелыми хроническими заболеваниями, чем остальные члены общества. Продолжительность их жизни уменьшается также и потому, что из-за слабого здоровья им труднее посещать школу или обеспечивать себя, – а это, в свою очередь, еще глубже затягивает в болото бедности. Совокупное влияние дефицита чистой питьевой воды, отсутствия нормальных жилищных условий, недостаточная мобильность обрекают бедняков на существование в нищете.

За годы, прошедшие после открытия Grameen Bank, я запустил много стабильных в финансовом отношении проектов и предприятий, призванных решить проблемы бедноты. В частности, упомяну проекты, связанные с торговлей семенами овощей для борьбы с широко распространенным среди детей из необеспеченных семей заболеванием – куриной слепотой. Другие инициативы касались преодоления антисанитарии и добычи чистой питьевой воды из скважин с водяным насосом. Затем я приступил к созданию официально оформленных компаний для решения многих проблем, с которыми сталкивалось беднейшее население Бангладеш. Независимо от того, производила ли компания энергию из возобновляемых источников, предоставляла услуги здравоохранения или распространяла информационные технологии, нашим основным мотивом было искреннее желание удовлетворить социальные потребности живущих в бедности людей.

Мы создавали эти бизнесы как компании, приносящие доход, который предназначался только для обеспечения независимости и финансовой стабильности. Поэтому производимые ими продукты и услуги были доступны большинству бедняков на постоянной основе. Во всех случаях мы думали только об удовлетворении социальных нужд; о прибыли единоличных владельцев бизнеса или инвесторов речь не шла в принципе.

Концепция социального бизнеса привлекла внимание международного сообщества в 2006 году, когда Grameen Bank создал совместное предприятие с Danone – международной корпорацией по производству продуктов питания из Франции (эта история более подробно освещена в моей книге «Создание мира без бедности», вышедшей в 2007 году). Grameen вместе с занимавшим в то время пост председателя правления Danone Франком Рибу основал компанию по поставкам йогурта, обогащенного витаминами, минералами и другими важнейшими питательными веществами, детям из сельских районов Бангладеш. Мы продаем йогурт бедным семьям по доступной цене (баночка йогурта сейчас стоит 10 бангладешских така, что эквивалентно 10 американским центам). По условиям заключенного между нами официального соглашения ни Grameen Bank, ни Danone не зарабатывают на этом предприятии ничего, кроме возврата вложенного инвестиционного капитала в размере примерно миллиона евро. Один построенный нами завод по производству йогурта уже работает в окрестностях города Богра, расположенного севернее столицы Бангладеш Дакки. Мы надеемся со временем построить еще несколько таких же заводов в других районах страны.

Совместное предприятие Grameen Danone Foods помогает бороться с бедностью несколькими взаимодополняющими способами. Самый очевидный из них заключается в том, что выпускаемый йогурт способствует улучшению состояния здоровья детей, которые в противном случае страдали бы от заболеваний, вызванных недоеданием. Это подтверждается опубликованными в 2013 году результатами исследования, проведенного командой экспертов при поддержке Глобального альянса по улучшению питания (Global Alliance for Improved Nutrition, GAIN)[15]. Сам факт наличия завода по производству йогурта в Богра приносит дополнительные преимущества местному населению. Молоко на предприятие поставляют местные фермеры – это дает им дополнительный источник регулярного дохода. Местные женщины продают йогурт и получают комиссионные. Жители Богра, прошедшие обучение в компании Danone, работают на заводе, а также в его подразделениях, занимающихся распространением и маркетингом продукции, придавая тем самым дополнительный импульс сельской экономике.

Grameen Danone Foods – это первое из созданных нами совместных предприятий (СП), занятых социальным бизнесом. Сегодня все новые мировые компании приходят к нам со своими проектами в сфере социального бизнеса. Например, мы создали СП с крупнейшей компанией в области очистки и поставки воды, французской Veolia. Оно владеет заводом, который обеспечивает питьевой водой 50 000 крестьян в сельских районах Бангладеш, где природные источники воды сильно заражены мышьяком. Мы продаем воду крестьянам по цене всего 3 цента за 10 литров. Это позволяет компании стабильно работать, не неся убытков, но ни Grameen, ни Veolia не получают никакой финансовой выгоды.

Мы также создали в Бангладеш совместные предприятия, ведущие социальный бизнес, с такими корпорациями как Intel Corporation, BASF, Uniqlo, SK Dream и Euglena.

Каждое из этих СП имеет собственную уникальную историю. Так, в 1998 году в Бангладеш приехал восемнадцатилетний студент по имени Мицуру Идзумо. В ходе практики в Grameen Bank он решил посвятить себя борьбе с недоеданием. Бросив изучать литературу, он переключился на сельское хозяйство и заинтересовался удивительными свойствами эвглены – одноклеточного организма, в котором содержится большинство элементов, необходимых для нормальной жизнедеятельности человека. Идзумо исследовал эвглену и убедился, что из нее можно получить продукты питания, которыми можно прокормить весь мир. Для организации производства и сбыта своих продуктов Идзумо в 2005 году основал компанию Euglena (сейчас ее акции котируются на Токийской фондовой бирже). В 2014 году он создал СП с подразделением нашего банка Grameen Krishi Foundation. Оно ориентировано на социальный бизнес и занимается производством содержащего эвглену печенья для школьников, а также выращиванием золотистой фасоли – очень полезного растения из семейства бобовых. Благодаря деятельности Grameen euglena 8000 фермеров из Бангладеш получают стабильный доход.

Другие социальные бизнесы в стране Grameen развивает самостоятельно, не привлекая сторонние компании. Так, мы начали работать над решением проблемы катаракты. Это еще один недуг, который усложняет и без этого очень непростую жизнь бангладешских бедняков, хотя известно, что катаракту относительно несложно вылечить с помощью операции. Для этого в 2008 году мы открыли в городе Богра специализированную больницу, в которой проводятся проверка зрения и операции по удалению катаракты.

Финансирование этого лечебного учреждения осуществляется по принципу социальной справедливости. Оплата, которую вносят представители среднего класса и зажиточные люди, помогает субсидировать лечение тех, кто может заплатить мало или не может заплатить совсем. Разумеется, все пациенты получают одинаково высококачественную медицинскую помощь независимо от того, сколько они платят. За четыре года больница достигла самоокупаемости.

Начиная с 2009 года мы открыли в разных районах Бангладеш еще три больницы, работающие по такому же принципу, четвертая по состоянию на 2017 год еще строилась. На данный момент эти лечебные учреждения приняли более миллиона пациентов и провели свыше 55 000 операций по спасению зрения.

Другим нашим успешным социальным бизнес-проектом стала Grameen Distribution, сельская сбытовая сеть, которую мы создали в 2009 году для торговли нужными и доступными по цене товарами с доставкой непосредственно в дома крестьян. Женщины из бедных семей, работающие в ней, торгуют мобильными телефонами и аксессуарами к ним, солнечными батареями и мини-системами для выработки солнечной энергии, обработанными химикатами противомоскитными сетками, которые позволяют снизить риск заражения малярией и другими инфекционными болезнями, энергосберегающими светильниками и электрическими лампочками. Располагая рынком в полтора миллиона сельских домохозяйств, Grameen Distribution помогает обеспечить занятость многим тысячам деревенских женщин, повышая при этом средний месячный доход их семей на сумму, эквивалентную 37 долларам США. В стране, где минимальный размер заработной платы, например, в хорошо развитой текстильной промышленности составляет всего лишь 68 долларов в месяц, этот дополнительный заработок является серьезным подспорьем на пути от бедности к достатку[16].

В качестве еще одного примера социального бизнеса среди множества других я назову учебное заведение Grameen Caledonian College of Nursing, где обучают медицинских сестер. Он открылся в марте 2010 года.

Медсестры играют важную роль в высококачественном медицинском обслуживании населения. Но, как и большинство других бедных стран, Бангладеш страдает от острого дефицита среднего медицинского персонала. При населении в 165 миллионов человек в стране насчитывается всего 23 000 представительниц этой профессии – на одну медсестру приходится более 6000 человек (для сравнения: в Великобритании на 60 миллионов жителей приходится 680 000 специалистов этого звена здравоохранения, т.е. одна медсестра обслуживает 88 человек). В частности, из-за такого острого дефицита персонала около 87% матерей в Бангладеш рожают детей, не имея профессиональной медицинской поддержки, – вот еще один пример взаимосвязанных последствий влияния бедности на жизнь человека.

Чтобы решить эту проблему, одно из наших подразделений, Grameen Healthcare Trust, заключило соглашение с Каледонским университетом Глазго (Шотландия) об открытии в столице страны, Дакке, колледжа мирового класса, в котором будут обучаться медсестры и акушерки. В течение нескольких месяцев был разработан соответствующий самым современным требованиям учебный план, набран преподавательский и административный состав, построены и оборудованы современные учебные классы, библиотека и лаборатории, а также общежития для учащихся. Программа стартовала в 2010 году, когда в колледж были приняты первые 40 студенток, все они – дочери заемщиков Grameen Bank. По состоянию на весну 2017 года в колледже обучались 634 студентки, 223 уже получили дипломы медсестер. Все выпускницы были приняты на работу в ведущие больницы страны. Еще 81 студентка окончила обучение в 2017 году.

Более того, колледж уже почти добился самоокупаемости. По словам его первого директора, профессора Барбары Парфитт, учебное заведение решительно отказалось подчиняться требованиям «следить за курсом доллара». Разработанные в колледже учебные программы и методы управления нацелены на предоставление высококачественного образования, которое позволит востребованным специалистам впоследствии покрыть расходы на обучение. И они целесообразны с точки зрения экономики. Собственно, в этом и заключается философия социального бизнеса.

Все запущенные нами проекты социального бизнеса в Бангладеш – от распространения семян овощей до множества других, начатых нами в последние годы, – помогли справиться со страшными последствиями бедности в моей стране. В результате миллионы «семей бонсай» получили доступ к ресурсам, которые помогают им жить более богатой и счастливой жизнью. Здесь я имею в виду самые разные аспекты, от чистой питьевой воды до современного медицинского обслуживания и обучения навыкам, необходимым для хорошей профессиональной карьеры.

Из Бангладеш по всему миру: как экономический эксперимент получает глобальное распространение

Чем глубже я изучал жизнь бедняков, тем лучше понимал, что решить многие проблемы поможет правильно и творчески организованный социальный бизнес, не преследующий целей личного обогащения. Чем больше я занимался этим делом, тем больше оно мне нравилось. Успехи социального бизнеса в Бангладеш заставили задуматься, можно ли применять ту же самую модель в остальном мире?

Меня часто приглашают выступать в университетах и на бизнес-конференциях в разных странах. Я использую эти возможности для того, чтобы делиться опытом и обмениваться мнениями с присутствующими. Так, в 2010 году я выступал в Лондонской школе экономики и политических наук и через несколько месяцев после этого узнал, что одна из присутствовавших студенток глубоко заинтересовалась концепцией социального бизнеса.

Эта молодая женщина, которую зовут Саския Брюйстен, позднее посетила еще одну мою лекцию в Берлине на мероприятии под названием Vision Conference. В этот раз она подошла поговорить со мной. Саския спросила, есть ли у нее и ее подруги Софи Айзенманн возможность заняться социальным бизнесом в Бангладеш и в других странах. Чтобы сразу решить этот вопрос, я познакомил ее с молодым предпринимателем Хансом Райтцем из Висбадена (Германия). Он уже ранее заинтересовался концепцией социального бизнеса и занимался организацией соответствующих компаний в Германии, а также продвигал нашу идею на глобальном уровне. Для этого он в 2006 году основал в Висбадене организацию, которую назвал Grameen Creative Lab (GCL).

Ханс сразу же предложил Брюйстен и ее подруге перейти на работу в GCL. Брюйстен тогда работала консультантом по вопросам управления в консалтинговой компании Boston Consulting Group (BCG), у нее была степень магистра делового администрирования, и она обладала солидным опытом работы в бизнесе и некоммерческих организациях. Саския и Софи Айзенманн, имевшая такую же степень и сходный профессиональный опыт, сразу уволились из BCG и перешли в GCL, чтобы посвятить себя продвижению идеи социального бизнеса.

Проработав год в GCL, Саския и Софи совместно с Yunus Centre в Дакке основали собственную компанию Yunus Social Business (YSB). Они хотели открывать компании, занятые социальным бизнесом, по всему миру. Начали свою работу девушки с того, что переняли у GCL опыт реализации некоторых проектов в Колумбии и Гаити.

Цель YSB заключается в оказании помощи в строительстве новой экономической системы, распространении теории и практики социального бизнеса по всему миру. В компании практикуется применение нескольких методов. Один из них состоит в том, чтобы использовать YSB в качестве бизнес-инкубатора и венчурного фонда, который кардинально отличается от обычных фондов такого типа. Будучи социальным бизнесом, YSB не получает прибыли от компаний, в которые инвестирует на долевом участии. Он взимает только плату за свои услуги. Концепция проста – руководители программ YSB отбирают самые перспективные бизнес-планы, представленные местными жителями и ориентированные на устойчивое решение проблем данного региона, – иными словами, они должны окупаться в результате деятельности, приносящей доход. Инвесторы имеют право забрать сумму в объеме вложенных средств, а остальные прибыли реинвестируются в бизнес или используются так, чтобы принести пользу местным жителям. Таким образом, все деньги возвращаются в общину.

Примером того, как функционирует бизнес-инкубатор YSB, является компания Golden Bees из Уганды. Ее основатель обратился в местный офис YSB за советом, поддержкой и финансированием своей бизнес-идеи. Сотрудники компании связали его с местными экспертами, которые бесплатно обучили его и снабдили инструкциями по финансовому планированию и анализу рынков. После этого YSB предоставила предпринимателю стартовый капитал на развитие бизнеса, который позволил Golden Bees встать на ноги.

Сейчас офис YSB в Кампале продолжает наблюдать за ростом Golden Bees и всегда готов в случае необходимости предоставить компании дополнительную поддержку. Так же он действует и в отношении более десятка других местных стартапов, которые развивают проекты, связанные с поставками систем очистки воды и экологически чистых кухонных печей улучшенной конструкции.

Начиная с 2011 года YSB активно расширялась. Сейчас компания имеет офисы в семи странах: Гаити, Албании, Бразилии, Колумбии, Индии, Тунисе и Уганде. В ее штате – сильная международная команда численностью более сорока пяти человек, имеющих опыт работы в разных отраслях экономики. Все они привержены идее развития социального бизнеса. Среди начатых под эгидой YSB успешных проектов заслуживают упоминания Bive – сеть организаций, предоставляющих доступные медицинские услуги для бедняков в департаменте Кальдас в Колумбии, Digo, поддерживающая мелких предпринимателей, которые распространяют средства бытовой химии среди бедняков в сельских районах Гаити, и Senior House – албанская компания, ухаживающая за пожилыми людьми как с помощью приходящего персонала, так и в стационаре.

Помимо выполнения функций бизнес-инкубатора, YSB работает с авторитетными коммерческими компаниями, заинтересованными в изучении возможностей социального бизнеса. В основе этой модели лежит опыт создания совместных предприятий с успешными французскими корпорациями Danone и Veolia.

Возможно, вас удивляет, почему коммерческие компании тоже хотят реализовывать бизнес-проекты, цель которых – решение социальных проблем. Причины могут быть разными. Владельцы или руководители некоторых фирм, например, просто очень хотят заниматься конкретной проблемой: борьбой с бедностью и загрязнением окружающей среды, развитием образования, здравоохранения или чем-то другим. Они могут инициировать проекты социального бизнеса, в которых используется опыт их коммерческих компаний. Кто-то из них считает, что социальный бизнес способствует более эффективному достижению основных целей компании.

И все же в большинстве случаев мотивация лидеров бизнеса примерно такая же, какая и у простых предпринимателей, студентов и всех других людей: они хотят сделать лучше жизнь своих близких. Социальный бизнес представляет собой новую экономическую структуру, которая предлагает иной путь для внедрения инноваций и предоставления услуг. Именно поэтому все больше лидеров бизнеса из разных стран активно интересуются экспериментами в этой области.

Иногда руководители корпораций связываются с офисами YSB во Франкфурте и Берлине (Германия) или же с одним из офисов компании в своих странах. В других случаях они обращаются к консультантам из команды Ханса Райтца в Grameen Creative Lab в Висбадене или к экспертам Yunus Centre в Дакке (Бангладеш), который является координационным центром всей нашей деятельности на местном и международном уровнях. В 2017 году будет открыт новый офис во французской столице, который мы назовем Yunus Centre Paris (об этом я расскажу ниже). Все эти организации готовы координировать усилия и предоставлять информацию о социальном бизнесе – что это такое, как он работает, что можно и что не следует делать, начиная и развивая его.

При необходимости эксперты из этих организаций проводят подготовку, обучают и консультируют руководителей компаний, которые планируют или уже открывают социальный бизнес как в форме самостоятельной компании, так и в виде виртуальной организации, отдельного подразделения в составе существующей корпорации. Кроме того, они помогают некоммерческим или неправительственным организациям, которые заинтересованы в трансформации некоторых видов своей деятельности в бизнес, нацеленный на решение социальных проблем.

Французская «фабрика действий»: борьба с бедностью в богатой стране

Одним из наиболее удачных проектов, которые поддерживала YSB, стало появление так называемых «Фабрик действий социального бизнеса» (Social Business Action Tanks). В названии обыгрывается американский термин think tank (фабрика мыслей, экспертно-аналитический центр. — Прим. пер.). «Фабрика действий» представляет собой собрание руководителей высшего звена из крупных корпораций. Эти люди изучают концепцию социального бизнеса, после чего запускают и развивают параллельно со своими основными компаниями фирмы, нацеленные на решение социальных проблем.

Первая «Фабрика действия социального бизнеса» была основана в Париже в 2010 году. Одним из вдохновителей ее создания был Эммануэль Фабер, который в 2014 году стал председателем совета директоров компании Danone. Это настоящий руководитель, обладающий живым и изобретательным умом, очень восприимчивый и всегда готовый экспериментировать с разными экономическими моделями, чтобы найти оптимальное решение самых серьезных проблем. Фабер и Франк Рибу уже были хорошо знакомы с концепцией социального бизнеса и стояли у истоков первого совместного предприятия, воплощающего ее, – компании Grameen Danone Foods в Бангладеш. Чтобы найти способы применения этой модели в Европе, Фабер привлек к участию Мартина Хирша. Этот известный французский общественный деятель и государственный служащий обладал богатым опытом работы по созданию программ помощи нуждающимся. Фабер и Хирш образовали команду, поставившую перед собой целью вдохнуть жизнь в «Фабрику действий социального бизнеса».

Они привлекли к работе в «Фабрике действий» группу достаточно известных лидеров бизнеса. Среди них был и опытный бизнес-консультант Жак Бергер – сейчас он стал директором этого проекта. Вскоре присоединились и другие ведущие представители мира бизнеса. Ученые, работавшие в экономике и бизнесе, согласились участвовать в проекте в роли советников и заняться анализом начатых экспериментов. Бенедикт Фавр-Тавиньо, исполнительный директор специального отдела социального бизнеса в авторитетной Парижской высшей школе бизнеса, возглавил исследовательское направление деятельности «Фабрики действий» и руководил распространением ее открытий и находок среди ученых во всем мире.

По состоянию на осень 2016 года французская «Фабрика действий», официально называющаяся «Бизнес и бедность» (Action Tank Entreprise et Pauvreté), запустила несколько социальных бизнес-проектов.

Помогать бедным в богатой стране – значит сталкиваться с совершенно другими проблемами, чем те, с которыми приходится иметь дело в беднейших государствах типа Бангладеш или Уганды. Франция – одна из самых богатых и развитых стран в мире с превосходной системой социальной защиты, которая обеспечивает нуждающихся самым необходимым – услугами здравоохранения, образованием и жильем.

Тем не менее во Франции велика прослойка бедняков – она составляет примерно 13% населения, или около 8 миллионов человек. По данным Жака Бергера, с 1900 по 1970 год их количество постоянно сокращалось, но затем процесс сильно замедлился – это типичное следствие трудностей, порожденных традиционной капиталистической системой. К бедной прослойке относятся пенсионеры, живущие на скромную фиксированную пенсию, люди из сельской местности, те, кто проживает в регионах со стагнирующей экономикой. Отдельную категорию составляют иммигранты из государств Ближнего Востока, Африки и Азии, пытающиеся найти свое место во французской экономике.

Жизнь этих людей с нижних ступеней социальной иерархии очень непроста, перед ними стоят многочисленные барьеры, затрудняющие движение вперед. Социальные проекты, начатые французской «Фабрикой действий», призваны уменьшить или устранить хотя бы некоторые из них. Общая цель движения – перезапустить процесс снижения уровня бедности, замедлившийся с 1970-х годов, а в перспективе свести количество неимущих в стране до минимума.

Одним из социальных проектов «Фабрики действий» стала компания Mobiliz, созданная автомобильным концерном Renault. Ее целью является повышение мобильности беднейшего населения. Во время мозговых штурмов, посвященных поиску соответствующих бизнес-моделей, менеджеры Renault рассмотрели множество разных идей. Например, они работали над концепцией разработки и постройки сверхдешевого автомобиля, который могли бы себе позволить даже самые бедные. Но чем больше они разговаривали с людьми, представляющими потенциальный круг покупателей, то есть с самими бедняками, тем лучше понимали, что это не решит проблемы мобильности, с которыми сталкиваются люди.

Напротив, специалисты из Renault узнали, что у многих бедняков есть машины – как правило, купленные много лет назад низкокачественные, подержанные, с пробегом в сотни тысяч километров. Это были самые лучшие автомобили, которые они могли себе позволить. К несчастью, существует обратно пропорциональная зависимость между продажной ценой транспортного средства и расходами на его содержание. Старые драндулеты французских бедняков часто ломались, а цена ремонта очень высока. Из-за того, что машины бедняков постоянно находились в авторемонтных мастерских, люди были вынуждены пропускать работу. А если вы неквалифицированный работник, то отсутствие на работе в течение нескольких дней, скорее всего, приведет к увольнению.

Поэтому в Renault пришли к выводу о том, что лучший способ повысить мобильность французских малоимущих – это сделать доступным ремонт их автомобилей. В 2010 году Renault начала формировать сеть автосервисов, которые бы обслуживали членов Mobiliz с большими скидками, продолжая при этом оказывать услуги обычным клиентам по рыночным ценам, что позволило бы полностью покрыть все расходы. Сейчас в стране существует несколько сотен таких «мастерских солидарности», которые обслуживают тысячи людей, членов Mobiliz. Критерии такого допуска устанавливаются местными неправительственными организациями, занимающимися проблемами бедных слоев населения. В итоге в выигрыше оказываются все. Мастерские получают выгоду благодаря постоянным клиентам, доверяющим им свои автомобили; люди же, в свою очередь, получают высококачественное обслуживание. Таким образом, машины остаются на ходу и дают своим владельцам возможность наладить жизнь.

Эксперименты Renault с социальным бизнесом все еще продолжаются. Сейчас компания изучает еще несколько способов повышения мобильности малоимущих. Среди них – организация доступных по цене курсов обучения вождению, разработка мобильных приложений как доступного каждому средства изучения правил дорожного движения, организация пунктов аренды в районах с преобладанием социального жилья, где людям предоставлялись бы дешевые электромобили.

Еще одним социальным проектом французской «Фабрики действия» стала компания Optique Solidaire. Она является самостоятельным подразделением французского гиганта Essilor, ведущего мирового производителя линз и другого оптического оборудования. Многим французам не по карману высококачественные очки с современными линзами, которые обычно продаются по цене от 230 до 300 евро. Команда экспертов Essilor потратила пятнадцать месяцев на исследования и эксперименты со стеклами для очков и разработку системы оказания услуг, чтобы уменьшить эту цену. Сейчас компания имеет сеть более чем из пятисот точек розничной продажи, в которых качественные очки для нуждающихся стоят всего 30 евро. Сначала программа распространялась только на пожилых потребителей в возрасте от шестидесяти лет, но в 2014 году было решено включить в нее клиентов, достигших сорока пяти лет. Стать участниками программы могут люди, пользующиеся специальной формой государственного медицинского страхования для малоимущих.

Другие проекты социального бизнеса, развернутые «Фабрикой действий» в сотрудничестве с ведущими французскими корпорациями, связаны с открытием приютов для бездомных, организацией системы страхования жилища для тех, кто не может позволить себе покупку обычного страхового полиса, созданием доступной для бедных системы банковских услуг[17].

Из этих примеров видно, что в богатой Франции приходится решать принципиально иные проблемы, чем те, с которыми мы сталкиваемся в бедных странах в Азии, Африке или Латинской Америке. К тому же малоимущие составляют относительно небольшую часть населения в развитых странах и часто живут по соседству со своими обеспеченными согражданами, поэтому одна из проблем заключается в том, чтобы социальный бизнес приносил пользу именно нуждающимся. Я не хотел бы создавать громоздкую систему оценок и правил для точного отсеивания «незаслуженных» пользователей наших программ. Однако необходима уверенность, что социальный бизнес, целью которого является борьба с бедностью, на самом деле сможет способствовать решению этой проблемы. Ведь если предоставляемые услуги или продукты будут доступны всем по одинаковой цене, то большинство действительно нуждающихся в поддержке людей, скорее всего, будут отодвинуты на второй план.

Проекты, запущенные французской «Фабрикой действий», оказались настолько интересными и удачными, что мы решили распространить предложенную ими концепцию на другие страны. В настоящее время YSB занимается созданием «Фабрик действий» в Индии и Бразилии. Экономическая ситуация здесь совсем не похожа на французскую. В этих развивающихся странах существуют быстро растущий средний класс и многочисленное, стабильно сохраняющееся очень бедное население, живущее как в сельской местности, так и в огромных районах городских трущоб. В обеих странах работают крупнейшие компании – лидеры мирового бизнеса. Поэтому некоторые проекты «Фабрик действий», создаваемых в Индии и Бразилии, будут напоминать идеи, воплощаемые во Франции. Естественно, однако, что родятся и совершенно другие концепции, соответствующие потребностям местной социальной структуры.

С открытыми в Индии и Бразилии офисами YSB уже связались некоторые крупные корпорации, выразившие желание начать эксперименты с новыми экономическими структурами. Представители YSB также установили контакт с местными университетами, которые предоставят будущим проектам научную поддержку. Когда эти работы развернутся в полном объеме, за ними будет очень увлекательно наблюдать. Похожие инициативы обретают четкие очертания в Японии и Австралии. «Фабрики действий» не должны ограничиваться богатыми и большими государствами. Их надо создавать также в бедных и маленьких странах, вовлекая в работу локальные компании и мультинациональные корпорации, присутствующие на местных рынках. В конечном счете мы сможем использовать уроки, полученные в этих странах, при организации «Фабрик действий социального бизнеса» в любом регионе мира.

Новая экономика и окончательная ликвидация бедности

Как показывают приведенные примеры, экономическая трансформация, которой социальный бизнес придает мощный импульс, впервые открывает перед человечеством возможность создать мир равных возможностей для всех.

Бедность придумали не бедняки. Она стала незаслуженным наказанием для людей, наделенных неограниченными творческими способностями и энергией, независимо от их возраста и места проживания. Ликвидация бедности – это всего лишь вопрос устранения барьеров, поставленных перед бедняками. Они смогут изменить свою жизнь, если мы предоставим им такие же возможности, какие есть у остальных людей.

Правильно организованный социальный бизнес во всех секторах экономики может максимально ускорить этот процесс. Я убежден, что бедности не место в цивилизованном обществе. Она должна остаться только в музеях, где наши дети и внуки узнают, что были вынуждены переносить люди, и задумаются, как же их предки допустили столь длительное существование такой несправедливой ситуации.

Подрастающее поколение может окончательно и бесповоротно ликвидировать бедность на нашей планете. Мы победили рабство, мы победили апартеид, мы отправляли людей на Луну – все это когда-то казалось невозможным. И мы обязательно победим бедность, если только решим, что ей нет места в будущем. Только от нас зависит, решим ли мы, что мир будет свободен от страданий, вызванных бедностью, – и, приняв такое решение, создадим новую экономическую систему, которая позволит сделать это.

4

Нулевая безработица: мы не ищем работу, мы создаем рабочие места

Со времен Великой рецессии – мирового экономического кризиса 2008–2009 годов – у людей в разных странах возникло и до сих пор сохраняется ощущение, что наша экономическая система развивается неправильно. Одним из самых ярких подтверждений этому является рост безработицы среди молодежи. В Европе безработными являются 18,6% людей в возрасте до двадцати двух лет (по состоянию на декабрь 2016 года). В некоторых странах, в том числе в Греции, Испании и Италии, этот показатель превышает 40%[18]. В Соединенных Штатах многие молодые люди отчаялись найти работу и вообще прекратили трудовую деятельность. Они встают на биржу труда, а значит, не учитываются официальной статистикой по безработице, что, в свою очередь, приводит к приукрашиванию реального положения дел[19].

Более того, исследования показывают, что это не временная проблема. Молодые люди, прожив несколько лет безработными или занимая низкооплачиваемые должности, ощущают последствия этого в течение долгого времени. Независимо от того, насколько упорно они трудятся, им зачастую не удается найти хорошо оплачиваемую работу, которая обеспечивает уверенность в завтрашнем дне и закладывает фундамент достойной жизни для следующего поколения.

Полная безработица или работа, не соответствующая квалификации, становится причиной экономического неравенства – по моему глубокому убеждению, оно представляет серьезную угрозу будущему человечества. Психологические и социальные последствия сложившейся ситуации также резко отрицательны. Безработица означает, что совершенно нормального, трудоспособного человека просто списали со счетов, а это особенно жестокая форма наказания.

В то же время человек рожден для того, чтобы быть активным, энергичным, чтобы решать проблемы, постоянно искать новые пути и возможности для реализации своего потенциала. Почему же мы должны позволять кому-то «выбрасывать на обочину» человека-творца и отказывать ему в возможности реализовать свои способности? Уже сейчас я вижу в Соединенных Штатах и Европе миллионы молодых людей, обреченных на вынужденное безделье из-за серьезных недочетов существующей экономической модели. В результате ощущение безнадежности охватило нынешнее молодое поколение.

Во время встреч с молодежью в разных странах я видел множество ярких, энергичных мужчин и женщин, которые чувствуют себя просто ненужными. Будучи полностью безработными или имея неполную занятость, они не могут купить дом или создать семью – не говоря уже о необходимости выплачивать кредиты на обучение в несколько десятков тысяч долларов, которые им часто приходится брать. Они не понимают, что сделали неправильно и почему мир не нуждается в их талантах. Неудивительно, что испанский экономист Людовик Субран сетует, что «в жертву принесено целое поколение»[20].

Ситуация еще более осложняется демографическими и экономическими тенденциями, которые не дают оснований думать о возможности скорого решения проблемы безработицы. По данным Международной организации труда (МОТ), через десять лет численность рабочей силы в мире возрастет примерно на 400 миллионов человек благодаря притоку молодежи. МОТ называет «срочной проблемой» необходимость создания 400 миллионов новых рабочих мест в течение ближайших десяти лет – то есть по 40 миллионов ежегодно[21].

Одновременно интенсификация таких процессов, как автоматизация, распространение робототехники и прогресс в разработке искусственного интеллекта все чаще позволяют компаниям в разных отраслях экономики сокращать сотрудников, не уменьшая при этом объема выпускаемой продукции. Добавим, что люди в наше время живут дольше и здоровее, чем раньше. Значит, они могут работать в течение более длительного времени, чтобы обеспечить себе достойный уровень жизни. Поэтому весьма вероятно, что в ближайшие годы политики и правительства многих стран будут вынуждены заниматься созданием рабочих мест и выплатой пособий по безработице.

Что же является причиной безработицы? Что нужно предпринять, чтобы решить эту проблему?

Безработица – неверный диагноз, неправильное лечение

Конечно, современная молодежь, борющаяся за то, чтобы найти достойную работу, не предпринимала никаких неверных шагов – точно так же, как бедные женщины в разных странах мира, попавшие в ловушку бедности, не делали ничего неправильного. В обоих случаях виновата сложившаяся экономическая система. Мы сами создали ее и продолжаем относиться к ней с абсолютным доверием, но уже очевидно, что эту модель следует поменять.

Проблема безработицы создана не безработными. Ее сформировало в корне неверное представление, согласно которому люди рождены для того, чтобы работать на немногих удачливых капиталистов. А поскольку эти немногочисленные создатели рабочих мест являются основной движущей силой экономики, то и политическая система с ее институтами адаптирована под их нужды. Если эти люди не нанимают вас на работу, то ваша песенка спета. Что за вопиюще неправильное понимание истинного предназначения человека! Наша система образования является отражением существующей экономической теории. Она базируется на утверждении, что студенты должны усердно заниматься и получать хорошие оценки, чтобы впоследствии найти высокооплачиваемую работу в корпорациях, которые считаются драйверами роста экономики. Ведущие университеты мира испытывают гордость за выпускников, являющихся на церемонии вручения дипломов с письмами о назначении на должность в солидных компаниях.

Конечно, нет ничего плохого в том, что люди будут работать всю жизнь или какое-то время в успешной компании. Но есть что-то очень неправильное в том, что экономическая система слепо отвергает существование естественной и привлекательной альтернативы. Никто не объясняет молодому человеку, что у него должен быть выбор: он может или искать работу, или самостоятельно создавать рабочие места – то есть становиться полноправным предпринимателем вместо того, чтобы всегда зависеть от предпочтений работодателя.

Мы должны перестроить сложившуюся экономическую парадигму с учетом безграничных возможностей человека и перестать уповать на «невидимую руку рынка», которая автоматически решит имеющиеся проблемы. Пора открыть глаза и понять, что «невидимая рука» невидима именно потому, что ее не существует, – ну а если она все же есть, то предназначена исключительно для обслуживания богатых людей.

В нынешней ситуации ученые-теоретики предлагают бороться с безработицей, стимулируя инвестиции в инфраструктурные проекты или государственные программы создания рабочих мест, а также путем государственного распределения социальной помощи. К сожалению, все эти меры решают только часть проблемы, но не могут устранить ее причины.

Естественно, когда люди испытывают трудности из-за невозможности найти работу, помощь со стороны государства необходима и важна. Но намного важнее помочь человеку как можно быстрее перестать зависеть от сложившихся обстоятельств, ведь зависимость унижает! Поэтому мы хотим искоренить саму возможность существования социального дна, лишенного свободы выбора и независимости, – главных ценностей в жизни человека. Для этого у нас есть экономическая методология и необходимые инструменты – недостает только организации и свободы воли.

Преодоление барьеров на пути к достойной работе

Один из мифов, лежащих в основе проблемы безработицы, состоит в том, что некоторые люди не в состоянии производить добавленную стоимость. Такие люди якобы имеют некие отклонения или недостатки, которые лишают их возможности работать. Считается, что они могут только получать благотворительную помощь или подачки от государства.

Некоторые люди действительно нуждаются в помощи для преодоления барьеров, которые препятствуют их трудовой деятельности. У кого-то есть физические или психологические недостатки, требующие создания определенных условий, например, измененного режима работы с учетом состояния здоровья. В ряде ситуаций сотрудникам, чьи рабочие места были ликвидированы из-за автоматизации производства, необходимо пройти переподготовку, чтобы овладеть новыми специальностями. Но все эти сложности не должны становиться причиной существования многочисленной прослойки безработных, которая сохраняется в большинстве стран мира.

В реальности почти каждый человек вполне способен выполнять работу, приносящую пользу обществу, обеспечивая достойную жизнь себе и своей семье, особенно если он свободен от необходимости создавать постоянно растущую прибыль для своего работодателя. В наше время существуют социальные бизнесы, подтверждающие: это действительно так. Одним из показательных примеров является организация Human Harbor Corporation, созданная в декабре 2012 года в городе Фукуока, Япония.

В первый раз я услышал о Human Harbor в 2012 году во время посещения Университета Кюсю в Фукуоке. Там проходил конкурс, который проводил созданный при университете научно-исследовательский центр социального бизнеса Yunus & Shiiki. Один из самых перспективных проектов был представлен Исао Соэдзимой, который работал тогда инспектором тюремной службы пробации (форма условного осуждения в некоторых странах, при котором осужденный без лишения свободы помещается на время установленного судом испытательного срока под надзор специальных органов. — Прим. пер.). Соэдзима был озабочен бедственным положением бывших заключенных. Они постоянно сталкивались с серьезными препятствиями при поиске работы после освобождения из мест заключения – причем эти препоны, как правило, ставило само общество. Не имея возможности трудоустроиться из-за страха и предубеждений работодателей, многие из этих людей использовали контакты, приобретенные во время пребывания за решеткой, и возвращались в преступный мир. Как и в большинстве государств, в Японии значительная доля экс-заключенных возвращается в тюрьму после совершения новых преступлений. Согласно имеющейся статистике, в последние годы уровень рецидивизма в стране вырос с примерно 30% более чем до 46%[22].

Соэдзима хотел создать социальный бизнес, чтобы помочь этим людям вернуться к нормальной жизни. Вместе с бывшим заключенным по имени Ацуси Такаяма он основал Human Harbor Corporation (далее – НН) – первую в Японии компанию, работающую по системе YSB. НН решает сразу две социальные проблемы: собирает и перерабатывает промышленные отходы, уменьшая загрязнение окружающей среды, и одновременно предоставляет работу якобы «нетрудоспособным» людям, недавно освобожденным из заключения.

Бизнес-план Соэдзимы продолжает работать. НН быстро вышла на самоокупаемость, в 2016 году ее доход составил 2,4 миллиона долларов США. В компании заняты двадцать шесть человек, девять из них – бывшие заключенные. НН работает в трех городах – Фукуоке, Токио и Осаке. Один из сотрудников, Таро Татибана, в 2015 году ушел из компании и в сотрудничестве с ней запустил свой собственный социальный бизнес по переработке отходов. Таким образом, концепция, задуманная и воплощенная в НН, распространяется дальше, что свойственно любой успешной идее.

Компании, подобные НН, демонстрируют, что утверждения о неспособности определенной группы людей к эффективному труду являются заблуждением. Это просто один из устаревших стереотипов, барьер на пути к созданию новой экономической системы, место в которой есть каждому человеку.

Борьба с безработицей в Бангладеш: программа Nobin («Новые предприниматели»)

Второе поколение заемщиков банка Grameen – это молодые люди, которые учились в школе, многим даже удалось получить высшее образование. Но тысячам из них по-прежнему не удавалось найти работу. Тогда я предложил практическое решение этой проблемы.

Как я уже говорил, история банка Grameen и системы микрокредитования началась с небольшой инициативы, предпринятой в 1976 году в деревне Джобра (Бангладеш). С тех пор микрокредитование стало широко распространенным во всем мире финансовым инструментом, который помог более чем 300 миллионам бедных семей начать предпринимательскую деятельность, тем самым улучшая свое экономическое положение.

С самого начала работы Grameen Bank мы обратили внимание на некоторые значимые аспекты жизни бедняков. Мы подумали о том, знают ли они о таких важных вещах, как простейшая гигиена и хорошее здравоохранение. Мы стимулировали их выбор рационального жизненного уклада, например привычку экономить и многое другое.

Прошло время – и мы всерьез задумались о втором поколении в семьях наших клиентов. Мы всячески поощряли заемщиков использовать «Центральный дом» – хижину, в которой они проводят еженедельные собрания, в качестве площадки для обучения детей. Многие деревенские заемщики банка объединялись в группы и платили местной девушке или женщине скромную заработную плату (обычно около 500 така, что эквивалентно 6 долларам США), чтобы она ежедневно занималась с их детьми дошкольного возраста. Так в этих новых общественных центрах развития и обучения множество малышей научились читать, писать и считать. Это помогло родителям, которые, скорее всего, сами никогда не учились в школе, не только преодолеть страх перед образованием, но и понять его ценность.

В Grameen Bank существует базовый перечень обязанностей заемщика, который назван «Шестнадцать решений». Все заемщики Grameen Bank хором зачитывают его на каждом собрании, неделя за неделей и год за годом. Пункт номер семь гласит: «Мы дадим образование нашим детям и гарантируем, что они смогут заработать на свое образование». Мы запустили специальную кампанию, чтобы 100 процентов детей клиентов Grameen Bank ходили в школу, – это смелый шаг для страны, в которой большинство детей из бедных семей школу не посещают. Мы каждый год платили стипендии тысячам учеников, чтобы стимулировать их учиться как можно лучше.

Когда дети получали начальное образование, мы делали все, чтобы они продолжили обучение в средней школе. Большинство так и поступало. Когда же заканчивался и этот этап, мы всячески поощряли учеников поступать в колледж, для чего ввели новую программу выдачи ссуд на обучение. Мы хотели сделать высшее образование доступным для детей из бедных крестьянских семей. Тысячи студентов взяли в Grameen Bank ссуды, чтобы окончить университеты, получить докторские степени, стать востребованными профессионалами.

Но оказалось, что для большинства выпускников работы просто не было. Поэтому мы постарались переориентировать молодежь с традиционного поиска рабочего места на путь предпринимательства, связанный с созданием рабочих мест для себя и других. Мы призывали детей из семей клиентов Grameen Bank повторять как заклинание фразу: «Мы не ищем работу, мы создаем рабочие места». Для того чтобы помочь им сделать эти слова реальностью, мы предложили новоиспеченным предпринимателям брать в нашем банке ссуды для открытия бизнеса. Тех молодых людей, кто выбрал этот путь, мы стали называть nobin udyokta, что в переводе с бенгальского языка означает «новые предприниматели».

Когда мы в 2001 году объявили о начале реализации программы Nobin, обороты созданного с ее помощью бизнеса поначалу были невелики. Родители – клиенты нашего банка с большой неохотой позволяли своим сыновьям и дочерям брать новые займы, потому что у них еще оставались не выплаченные до конца ссуды на образование. По этой же причине и некоторые служащие Grameen Bank не торопились выдавать новые ссуды.

Чтобы стимулировать как можно больше молодежи из семей клиентов нашего банка заняться предпринимательством, я предложил создавать фонды социального бизнеса, не входящие в структуру Grameen Bank. Эти организации должны были нести ответственность за финансирование новых предпринимателей.

Кроме того, нужно было воодушевить идеями предпринимательства всех акционеров банка и отработать методику регулярного взаимодействия с людьми из разных социальных слоев. Поэтому я создал открытую платформу, где потенциальные молодые предприниматели могли представлять свои бизнес-проекты. Я надеялся, что существование такой платформы стимулирует молодых людей активнее генерировать бизнес-идеи и одновременно продемонстрирует, как можно применить концепцию социального бизнеса в решении конкретных социальных и экономических проблем.

В январе 2013 года в Дакке под эгидой Yunus Centre прошла первая «Лаборатория проектов социального бизнеса» (Social Business Design Lab.). Воодушевленные успехом мероприятия, мы решили проводить его ежемесячно. «Лабораторию» посещали известные бизнесмены, руководители неправительственных организаций, ученые, студенты, профильные специалисты и социальные активисты. Иногда участники сами выражали желание инвестировать в некоторые проекты, представленные на этих собраниях.

К апрелю 2017 года «Лаборатория» утвердила бизнес-планы почти 16 000 новых предпринимателей. Их авторы получили необходимые советы и рекомендации, а общая сумма инвестиций составили 21 миллион долларов США.

В настоящее время заседания «Лаборатории» по-прежнему проходят ежемесячно. Но теперь мы также организовали много похожих внутренних мероприятий, за счет чего к концу 2017 года стали утверждать около 2000 проектов в месяц. Мы всегда стремимся обеспечить высокое качество финансируемых бизнес-планов, поэтому двигаемся вперед медленно. И все же к концу 2017 года специалисты Social Business Design Lab. одобрили в общей сложности около 25 000 представленных на рассмотрение проектов, в которые было инвестировано порядка 36 миллионов долларов.

Обратите внимание, что фонды и инвесторы, финансирующие проекты новых предпринимателей, сами работают в сфере социального бизнеса, а новые предприниматели создают традиционный бизнес, целью которого является получение прибыли его владельцем. Чтобы вы поняли, какие бизнес-идеи финансируются в рамках программы Nobin, я приведу примеры шести проектов, одобренных «Лабораторией» в мае 2016 года:

● Mitali Tailors – молодой вдове и матери двоих детей по имени Руми Малик выделены денежные средства, которые позволили расширить принадлежавшую ее мужу мастерскую по пошиву одежды;

● Priyonto Nursery – специалист по размножению растений методом прививания Ранджан Чандра Сутрадхар получил инвестиции для создания собственного питомника;

● Etee Jamdani House – квалифицированный ткач Муссамар Парвин за счет предоставленного финансирования смог расширить свою домашнюю мастерскую по производству джамдани – тончайшей ткани, используемой для производства сари (традиционной женской одежды Южной Азии);

● Salim Pakha Shilpo – Асма Бегум, которая была вынуждена бежать от собственного мужа из-за домашнего насилия, получила финансирование для открытия собственной мастерской по изготовлению традиционных вееров из пальмовых листьев;

● Tumra Rice Mill – квалифицированный мельник Мухаммад Рухул Амин благодаря выделенным средствам открыл собственную рисорушку;

● Bodhua Beauty Parlor – профессиональный косметолог Хаша Бегун получила финансирование для расширения своего бизнеса.

Как видите, все эти проекты совсем не гигантские, в отличие считающихся приоритетными в большинстве традиционных программ экономического развития: сталелитейных заводов, предприятий по производству электроники или гидроэлектростанций. Мы поддерживаем мелкие компании, созданные местными молодыми людьми, которые хорошо знают нужды и потребности членов своих общин. Размер инвестиций в эти проекты колеблется в диапазоне от 1000 до 3000 долларов. Сначала в каждой из небольших компаний работает только ее владелец, который в случае необходимости нанимает одного или нескольких работников. Каждый новый малый бизнес позволяет молодежи почувствовать вкус предпринимательской деятельности, свободы и независимости, которую она дает. При этом люди понимают, что приносят пользу, обеспечивая членов своей общины нужными товарами или услугами. Я уверен, если нашу предпринимательскую инициативу поддержат тысячи или даже миллионы энтузиастов, мы сможем улучшить экономику сельских районов Бангладеш и дать молодежи перспективу в жизни.

Yunus Centre в Дакке пришлось потратить некоторое время на создание системы управления ставшей сегодня успешной программой Nobin. С января по сентябрь 2013 года мы занимались разработкой базовой методологии, отчетности, системы ежедневного мониторинга, форм и методов ведения учета, порядка идентификации и оценки и т.д. Сегодня мы имеем компьютеризированные системы обработки информации и бухгалтерского учета, оборудованные учебные классы. Создается жесткая структура, которая гарантирует, что каждый новый предприниматель получит полноценную подготовку в управлении бизнесом, бухгалтерском учете и отчетности, а также всю необходимую поддержку.

Сначала основным инвестором в создание фондов поддержки новых предпринимателей был фонд Grameen Telecom Trust, входящий в группу компаний Grameen. Сегодня к программе присоединились другие компании группы, среди которых Grameen Kalyan (здравоохранение), Grameen Shakti Samajik Bybosha (содействие предпринимательству), Grameen Trust (распространение методологии Grameen за рубежом). Вместе они создали четыре фонда поддержки социального бизнеса и теперь ведут собственные проекты Nobin.

На ежемесячных конференциях «Лаборатории» обычно присутствуют около 150 человек. Эти мероприятия транслируются в интернете более чем в тридцати странах. Участники задают вопросы, предлагают свои варианты улучшения проектов и поднимают проблемы, которые могли быть упущены на стадии подготовки.

Однако сама презентация проекта в «Лаборатории» является кульминацией довольно длительного процесса, который начинается с поиска потенциального нового предпринимателя. Фонды поддержки социального бизнеса организовали в деревнях бюро, сотрудники которых знакомятся с целеустремленными молодыми людьми, поддерживают с ними контакт. Сотрудники бюро посещают семьи потенциальных предпринимателей, чтобы узнать больше об их мечтах и проблемах, понять, готова ли семья их поддержать. Как только в деревне набирается тридцать–сорок мужчин и женщин, желающих начать собственное дело, здесь открывается учебный лагерь. В нем будущим участникам разъясняют суть и правила программы «Новый предприниматель», предлагают каждому коротко рассказать о концепции своего бизнес-проекта и просят в ходе живой дискуссии оценить предложенные идеи. В итоге руководители лагеря составляют окончательный список кандидатов, чьи концепции показались наиболее интересными и многообещающими. На этом первый этап отбора завершается.

Означает ли вышесказанное, что те, кто не прошел испытание, обречены на безработицу? Ни в коем случае. Каждому участнику разъясняют основу нашей политики: мы никому не отказываем и никого не отвергаем даже в том случае, если проект не прошел первичный отбор. Тех, кто не был принят в программу с первого раза, обязательно снова приглашают в учебный лагерь. Таким образом эти кандидаты получают возможность лучше подготовиться к презентации своего проекта.

Тем временем участники, прошедшие первичный отбор, приступают ко второму этапу подготовки бизнес-проекта. Потенциальных предпринимателей, допущенных ко второму раунду, приглашают приехать в Дакку, где они с помощью профессиональных консультантов по инвестициям придают окончательную форму своим проектам. Затем они готовят резюме на английском языке для пятиминутной презентации в «Лаборатории».

Обычно после такой тщательной подготовки наши эксперты утверждают все представленные проекты. При этом специалисты часто дают советы и указывают, что еще можно сделать для максимально удачного воплощения бизнес-плана на практике. В редких случаях потенциального предпринимателя просят внести изменения в проект, чтобы улучшить его и представить на следующей конференции «Лаборатории».

После этого начинается этап подготовки проекта к реализации. Инвестор и предприниматель проходят обучение и подготовку, чтобы в перспективе им было легче пройти общий путь. Начинающего предпринимателя обучают науке управления и дают консультации, которые помогут ему добиться успеха в своем бизнесе. Это вполне естественно, ведь сами инвесторы тоже заинтересованы в успехе социального бизнеса. Подобно тому, как венчурные фонды проводят обучение руководителей и сотрудников компаний, куда они вкладывают деньги, потому что хотят достичь максимального роста, наши инвесторы в социальный бизнес предлагают поддержку и консультации новым компаниям, которые они поддерживают.

В течение периода обучения обсуждаются и решаются все вопросы, касающиеся нормативно-правового регулирования нового бизнеса, и готовится вся необходимая документация. Одновременно будущие предприниматели знакомятся с подготовкой и ведением бухгалтерской отчетности.

В конце концов на реализацию проекта выделяются денежные средства, после чего начинает функционировать новый бизнес. Разработанное Grameen Communication (компания, работающая в сфере информационных технологий, входит в группу Grameen) программное обеспечение учета и контроля каждый день собирает ключевую информацию о каждом новом бизнесе, открытом в рамках программы «Новый предприниматель». Все данные поступают на центральный сервер, формирующий по каждой компании ежедневные отчеты, которые в удобной для пользователя форме выводятся на мониторы инвестиционных фондов.

Программа Nobin базируется на твердом убеждении в том, что каждый человек может стать предпринимателем – позаботиться о собственной жизни и внести вклад в благополучие общества, открыв собственное дело. Объединив усилия фондов поддержки социального бизнеса, экспертов по разработке бизнес-проектов и будущих предпринимателей, нуждающихся в инвестициях и помощи на начальном этапе, мы демонстрируем верность этого убеждения. Таким образом тысячи молодых неимущих смогли забыть о проблеме безработицы.

От ссуды до акционера: ключ к развитию предпринимательства

Когда я в первые годы существования банка Grameen продвигал идею микрокредитования бедных женщин, многочисленные эксперты из разных стран мира предрекали крах моей идеи. Они считали, что склонность к предпринимательству – вообще редкое качество у людей, еще реже оно встречается у бедных и крайне редко – у женщин из беднейших семей. Я занимал диаметрально противоположную позицию: каждый человек независимо от пола, места проживания и уровня благосостояния является предпринимателем. Программа Nobin также базируется на этом ключевом положении.

Основное различие между микрокредитованием и программой Nobin заключается в том, что последняя сосредоточена на финансировании потенциальных предпринимателей (другими словами, инвестиционном финансировании), а не на предоставлении ссуд. Здесь я хотел бы рассказать о том, как функционирует финансирование в мире социального бизнеса.

В той версии венчурного капитализма, которую мы называем социальным бизнесом, инвесторы не получают никакой прибыли. Однако им возвращаются вложенные деньги, а также то, что мы называем «платой за передачу капитала» – 20% от инвестированной суммы, но не более того. Поэтому предприниматели, участвующие в программе Nobin, несут ответственность за возвращение в оговоренный срок вложенных инвестором денег и платы за передачу капитала. Как только это происходит, право владения компанией переходит к самому предпринимателю.

Установив твердую плату за передачу капитала на уровне 20%, мы избегаем необходимости оценки стоимости доли на момент передачи собственности. Если посмотреть на это с другого ракурса, то указанные 20% могут рассматриваться скромным вознаграждением за обучение, поддержку, консультирование, помощь в решении проблем и бухгалтерское сопровождение – все это гарантировано каждому новому предпринимателю, когда он начинает совместную работу с инвестором. Из этих же средств покрываются расходы на содержание самого фонда поддержки социального бизнеса. Получая эти деньги, мы сохраняем уверенность, что наши структуры смогут стабильно развиваться и будут по-прежнему помогать другим молодым безработным встать на путь предпринимательства.

Плата за передачу капитала помогает создавать новые бизнесы и финансировать наши инициативы в этой области за относительно небольшие деньги. Когда предприниматель в Бангладеш берет кредит в банке, за три года он должен будет выплатить 40%. Если же период погашения больше, то и проценты будут выше в несколько раз. Подводя итог, я могу сказать, что удержание платы за передачу капитала, когда в итоге бизнес оказывается в собственности у предпринимателя, представляет собой разумный способ покрытия расходов, связанных с финансированием новой компании.

Я убежден в колоссальном потенциале инициатив, подобных нашей программе Nobin. Она предлагает конкретный, надежный и практичный способ решения проблемы безработицы среди молодежи – а также любого вида безработицы в принципе. Программа позволяет сместить акцент с традиционного способа создания новых рабочих мест с помощью инициатив огромных коммерческих корпораций или крупных инфраструктурных проектов, финансируемых государством. Вместо этого мы предлагаем простое, стабильное и прямое микродолевое финансирование бизнес-проекта, предложенного безработным. И главной целью этих действий является именно тот человек, проблему которого необходимо решить.

Как и в Grameen Bank, в рамках программы Nobin была разработана простая и надежная методология. Она вполне применима в любой стране, в любом районе города, в любой деревне или в любом квартале. Она автономна и самодостаточна в финансовом плане. Ее можно применять как при полной, так и при частичной безработице, в мегаполисах и в едва заселенных поселках, в лагерях беженцев и в иммигрантских общинах, в самых бедных и в очень богатых странах. Она работает, потому что основное положение концепции одинаково повсюду: каждый человек рожден предпринимателем.

Методология программы Nobin относительно проста и для применения в целой стране, как мы действуем в Бангладеш, и в самом малом масштабе, когда мы имеем только одного безработного. Любой человек, готовый инвестировать деньги, может использовать их для решения проблемы безработицы в любом месте по своему выбору. Нужно просто оценить бизнес-идею, предлагаемую потенциальным предпринимателем; помочь ему советами и консультациями, которые повысят шансы на успех, и предоставить финансирование на условиях возврата в течение согласованного срока. Необходимо также обсудить плату за передачу капитала в размере 20% от общей суммы, что гарантирует переход владения бизнесом от инвестора к предпринимателю.

А если человек желает вложить средства в создание сразу нескольких новых бизнесов? Что происходит с капиталами, которые возвращают ему предприниматели? Получив назад свои деньги, инвестор может выбирать, вложить ли средства в создание нового социального бизнеса или использовать их для достижения любой другой цели.

Тот инвестор, который вкладывает деньги в создание новых компаний в области социального бизнеса, своим примером демонстрирует огромный потенциал новой экономической модели. В отличие от доллара, полученного в качестве благотворительной помощи, доллар, заработанный в социальном бизнесе и вложенный в новое дело, никогда не заканчивается. Напротив, он продолжает работать, помогая одному человеку за другим расстаться с нищетой, безработицей и приближая день, когда это социальное зло исчезнет навсегда.

Из деревень Бангладеш на улицы Нью-Йорка: микрокредитование для стимулирования предпринимательства

Даже в самых богатых государствах на Земле существует множество людей, живущих в крайней бедности или на грани нищеты. Все они полагаются на то, что найдут какую-нибудь работу, которая станет их единственным возможным источником дохода. Причиной большинства экономических затруднений в таких развитых странах, как Соединенные Штаты, стала ситуация, когда люди оказались заложниками существующей системы, – в ней основой социального благополучия и процветания являются крупные работодатели. А ведь такое положение стимулирует рост общественного недовольства, формирует ощущение безысходности и враждебности, которые привели к неожиданной и пугающей победе Дональда Трампа на президентских выборах 2016 года.

Если крупные компании переносят производство за границу, автоматизируют предприятия или вообще закрывают их, то могут быть разрушены целые территориальные сообщества. В кварталах с преобладанием людей, к которым в обществе относятся с опасениями, которые всегда будут последними в очереди при приеме на работу – например, выходцы из Азии или афроамериканцы, – безработица может стать постоянной, обрекая целые поколения на жизнь в нужде и лишениях.

Я убежден, что распространение социального предпринимательства может сыграть важную роль в решении проблемы безработицы в Соединенных Штатах и в других богатых странах, точно так же, как это начиналось в Бангладеш. Доказательством тому служит успех банка Grameen America, который помогает перенести методы и философию Grameen Bank из Бангладеш в города, расположенные по всей территории США.

В течение многих десятков лет люди размышляли, сможет ли микрокредитование придать силы неимущим и ликвидировать ущерб от безработицы в богатых странах. Руководители правительств и крупных корпораций со всего мира изучают опыт Grameen Bank и не стесняются его перенимать. Первая «реплика» Grameen Bank в Соединенных Штатах возникла в 1987 году в одном из самых бедных штатов страны, Арканзасе. Именно там я подружился с Хиллари Родэм Клинтон в те времена, когда она была первой леди Арканзаса, задолго до ее появления в Белом доме и работы в должностях сенатора и государственного секретаря.

С той поры, несмотря на положительный опыт Арканзаса, многие утверждали, что программы, организованные по образу и подобию Grameen, в Соединенных Штатах не приживутся – уж очень сильно отличаются США от Бангладеш. Я был абсолютно не согласен с этим мнением, и тогда мне предложили на практике реализовать проект, работающий в Соединенных Штатах. В 2008 году, при финансовой и управленческой поддержке преданного моим идеям бизнесмена из Массачусетса Видара Йоргенсена, мы запустили программу Grameen America Inc. (GAI), начав с открытия офиса в квартале Джексон Хайтс нью-йоркского района Куинс (Queens).

Отклик на нашу инициативу был очень быстрым. Многие местные женщины разного происхождения и социального положения были очень рады возможности воспользоваться кредитом, чтобы начать собственное дело или расширить уже имеющийся бизнес. Так же, как и в Бангладеш, клиентская база GAI состоит из женщин, которые никогда не могли бы взять кредит в обычном банке. Эти клиентки не имели ни имущества под залог, ни собственности, ни сбережений, ни справок о кредитоспособности. Все, чем они располагали, – это бизнес-идеи и сильнейшее желание упорно трудиться, чтобы их реализовать.

В течение нескольких месяцев в офис GAI в Джексон Хайтс обратились сотни человек из разных городов Соединенных Штатов. Все они хотели открыть филиал организации. Однако найти средства для финансирования этих программ не всегда просто, поэтому руководители GAI решили двигаться вперед не торопясь. Каждый новый филиал открывался только тогда, когда была уверенность в наличии надежного источника финансирования. Кроме того, не стоило рисковать из-за слишком быстрого расширения – это грозило распылением людских ресурсов и управленческих возможностей. Руководители GAI очень вдумчиво подходили к выбору городов, предпочитая те, где люди действительно нуждались в финансовой поддержке.

Сейчас GAI возглавляет Андреа Юнг, бывший председатель совета директоров компании Avon. В результате ее работы GAI имеет надежную, самостоятельную в финансовом отношении организационную структуру. По состоянию на март 2017 года GAI имел девятнадцать отделений в двенадцати городах, включая Нью-Йорк, Лос-Анджелес, Индианаполис, Омаху и Шарлотт (Северная Каролина). Членами организации стали 86 000 женщин, многие из них – нелегальные иммигранты, что часто затрудняет им доступ к основным социальным и финансовым службам. Члены GAI получили ссуды в общей сложности на 590 миллионов долларов, причем погашение составляет более 99%.

В 2018 году GAI отмечает свое десятилетие. В настоящее время членами организации стали более 100 000 человек, которые получили ссуды более чем на миллиард долларов. Планируется, что в следующем десятилетии количество заемщиков достигнет отметки в миллион человек, которых будет обслуживать сеть, состоящая из 100 отделений. На это потребуется примерно полтора миллиарда долларов в ссудах и инвестициях. Эту сумму можно собрать достаточно легко, если GAI сможет получить лицензию на работу в качестве банка, предоставляющего ограниченный спектр услуг. Наличие такой лицензии позволит принимать депозитные вклады или, если GAI создаст фонд поддержки социального бизнеса, привлекать его капитал.

Важно, что общие принципы работы организации позволяют микрокредитованию успешно функционировать в Нью-Йорке и Небраске и почти полностью копируют систему, которую мы разработали и используем в Бангладеш. Мы даем ссуду женщине только после того, как она сформирует группу из пяти человек или сама присоединится к создаваемой группе. Члены этого небольшого коллектива оказывают друг другу поддержку, помогают советами. Прежде чем получить ссуду, потенциальная заемщица должна представить в GAI свою бизнес-идею и обоснованный план ее успешной реализации. Кроме того, женщины обязуются дать образование детям, заботиться о здоровье и благосостоянии семей, а также предпринимать другие действия для улучшения настоящего и будущего. Во всем этом инструмент микрокредитования, разработанный банком Grameen и практикуемый его отделениями в Соединенных Штатах, абсолютно ничем не отличается от того же метода, применяемого в Бангладеш.

К сожалению, не все организации в разных странах мира, решившие использовать метод микрокредитования, работают по тем же прозрачным и честным схемам, благодаря которым Grameen Bank стал успешным и эффективным. Еще хуже, что некоторые из них извратили саму суть микрокредитов. Из инструмента, призванного помогать беднякам, они превратили их в схему, которая позволяет богатым становиться еще богаче, наживаясь на неимущих людям.

Одним из результатов деятельности так называемых микрокредитных организаций стало установление ими выплат по ссуде на уровне 80% и выше – это в несколько раз больше процента, взимаемого Grameen Bank. Они оправдывают установление такого грабительского процента проблемами, возникающими при обслуживании бедняков, и рисками невозвращения ссуды. Но Grameen Bank имел дело точно с такими же трудностями. Несмотря на это, мы старались доказать, что неимущие могут правильно использовать деньги, заработанные с помощью своего бизнеса, вместо того, чтобы возвращать нам большую часть в качестве платы за предоставленную ссуду.

Другие микрокредитные организации настаивают на залоге за предоставление ссуды – имеется в виду имущество заемщика, которое становится гарантией возврата денег. Такой подход исключает возможность обратиться за помощью для беднейших людей нашего мира – тех самых, ради которых я придумал микрокредитование.

В ряде случаев компании, предлагая беднякам купить второстепенные товары широкого потребления, убеждают их брать на эти цели ссуды с помощью так называемых программ микрокредитования.

Все это полностью противоречит принципам идеологии Grameen. Мы одалживаем деньги для поддержки инвестиций в производство, с тем чтобы заемщики могли организовать собственное дело, которое поможет им и их семьям преодолеть бедность. В то же время избыточное кредитование на потребительские нужды еще сильнее затягивает человека в долговую трясину.

Поэтому я призываю людей, которые действительно хотят понять принципы работы системы микрокредитования, внимательно изучить деятельность организаций семейства Grameen, включая Grameen Bank в Бангладеш, GAI в Соединенных Штатах и многих других в разных странах мира. Я резко осуждаю программы микрокредитования, предназначенные для приумножения капиталов своих богатых владельцев. Они порочат концепцию и извращают саму суть модели, которую мы создали, чтобы помочь беднякам преодолеть нищету

Конечно, в Бангладеш и Соединенных Штатах сложились очень разные экономические и социальные условия. Этим же обусловлена и специфика действия наших программ на разных рынках. В Бангладеш, например, Grameen Bank работает в сельских поселениях, где проживает бо́льшаячасть бедного населения. В Соединенных Штатах бедноту можно найти и городах, и в сельской местности, но на данный момент отделения GAI открыты только в небогатых городских районах. Это значит, что разные виды малого бизнеса, которые GAI помогает поддерживать, должны ориентироваться именно на городскую клиентскую базу.

Кроме того, размер инвестиций, необходимых для открытия собственного дела, в США намного выше, чем в Бангладеш, поэтому и средний размер займа здесь значительно больше. В Бангладеш многие женщины могут начать бизнес, обладая денежной суммой, эквивалентной примерно сорока–пятидесяти долларам, – этого достаточно для покупки швейной машины, ручного ткацкого станка или простейших продуктов для открытия маленькой деревенской лавки. В Соединенных Штатах размер ссуды на открытие стартапа обычно колеблется в диапазоне 1000–1500 долларов. Как только члены GAI выстраивают свой бизнес и возвращают эти деньги, то получают право на новые ссуды – их размер, как правило, выше, чем у первоначального займа.

Вот несколько примеров успешного предпринимательства, которое стало возможным благодаря GAI:

● Дамарис М. стала членом GAI в 2014 году и на первую ссуду в 1500 долларов приобрела продукты для своего нового ресторанчика Sabor de Mi Tierra в Бостоне, который специализируется на блюдах карибской и центральноамериканской кухни. Через три года она взяла уже шестую ссуду. Общая стоимость ее бизнеса в ссудах составляет уже более 17 000 долларов. У Дамарис есть работник, занятый в течение неполного рабочего дня; также справиться с растущим спросом ей помогают сын Брайан, который работает в утренний час пик, и дочь Диана, ответственная за закупки;

● Рейна Х., мать семерых детей, – яркий пример того, что тяжелый и упорный труд окупается, – надеется на предпринимательство как на способ обеспечения своих детей. В 2015 году она вступила в GAI и взяла ссуду 1500 долларов для покупки краски, сувениров, витрин, коробочек для хранения товаров в своем магазинчике в северном Остине, Техас. Сейчас Рейна получила уже третью ссуду и купила терминал для приема оплаты с помощью кредитных карт. Она надеется вскоре переехать в более просторное помещение поближе к своей клиентуре в центре Остина;

● Грейси Н. 15 лет владела салоном красоты, но ей не хватало ресурсов на расширение бизнеса и удовлетворение растущего спроса. В 2016 году она стала членом отделения GAI в Ньюарке (штат Нью-Джерси) и получила ссуду в размере 1300 долларов, которую использовала для покупки краски для волос и других косметических средств. Кроме того, она открыла пополняемый сберегательный счет и еженедельно откладывает на него часть прибыли, надеясь в будущем сделать ремонт в своем заведении.

Эти и многие другие истории служат подтверждением того факта, что разработанная нами система кредитования универсальна. Изменения, которые потребовалось внести в нее при запуске нашей программы в Америке, оказались крайне незначительными. Выяснилось, что основные качества человека – а главное, заложенный от природы талант предпринимателя, – одинаковы во всех странах и во всех этнических группах. Я надеюсь на то, что метод ликвидации безработицы, который хорошо зарекомендовал себя в одном месте, в конце концов сможет работать повсеместно.

Теперь, когда GAI твердо стоит на ногах, следующим естественным шагом будет развитие программы Nobin с целью инвестирования в бизнес, начатый молодыми малоимущими американцами. Мы планируем запуск такой программы.

Предпринимательство, новая экономика и полная ликвидация безработицы

Наверное, многим читателям рассказанные мной в этой части книги истории покажутся парадоксальными. Большинство людей, включая экономистов, считают Соединенные Штаты самой динамичной и прогрессивной капиталистической страной, образцом эффективной капиталистической экономики. Однако этот оплот свободного рынка уже давно страдает от кажущейся неразрешимой проблемы безработицы.

Невозможность справиться с безработицей вынудила экономистов изобрести противоречащую самой себе концепцию «полной занятости». Она заключается в некоем «минимальном уровне безработицы» примерно 4–5%, а значит, подразумевает, что некоторое «приемлемое» количество миллионов людей все же окажутся без средств к существованию. Получается, оставлять миллионы людей без работы – это хорошо и вам повезло обойтись таким незначительным количеством?

Опыт Grameen Bank вселяет в меня уверенность в том, что мы сможем бросить вызов этой доктрине отчаяния и безысходности. Когда мы открываем доступ к деньгам малоимущим, то помогаем им избавиться от чувства беспомощности. Положительный или отрицательный ответ чиновника из агентства по найму больше не будет решать их судьбу. Они смогут делать все, что захотят, когда почувствуют возможность применить свои способности. Теперь они не будут зависеть от воли других людей.

Стоит отметить, что моя идея превратить безработных в предпринимателей родилась еще сорок лет назад в Бангладеш – стране мелких фермеров. Сейчас я призываю промышленно развитый Запад принять эту концепцию, чтобы решить проблему безработицы, особенно – среди молодежи. В этом случае произойдет полное изменение привычной модели, согласно которой все новые идеи сначала появляются на Западе и затем постепенно распространяются в странах «третьего мира».

Если мы сможем сделать из безработных предпринимателей, то увидим, что масштабы их новых творческих способностей, таланта и продуктивности, просто неизмеримы. Но еще важнее то, что сотни миллионов людей смогут преодолеть зависимость от государства и избавиться от ощущения собственной ненужности, которое возникает, когда у человека нет возможности самореализации.

Кроме того, практическое воплощение этой идеи окажет огромное влияние на процесс концентрации богатства. Во-первых, каждый новый предприниматель, которому мы помогаем начать дело, сам становится центром сосредоточения ресурсов. Его личный капитал уже не достанется одному, двум или пяти процентам людей, которые находятся на самом верху. Таким образом, мало-помалу будут формироваться новые очаги благополучия в социально неблагополучных районах.

Во-вторых, все мелкие предприниматели, занятые ведением собственного бизнеса, больше не будут работать на верхний один процент как наемники. В итоге скорость концентрации богатства, которая до сих пор росла, начнет уменьшаться.

В-третьих, распространение предпринимательства позволит женщинам активнее участвовать в экономической жизни – эта проблема актуальна как для развивающихся, так и для самых богатых стран. В мире люди вынуждены искать работу, и жесткие правила, установленные работодателями, входят в конфликт с основной для многих женщин ролью матери и хранительницы семейного очага. Усилия, предпринимаемые с целью изменить правила и сделать многие виды деятельности более подходящими для женщин, оказались успешными лишь частично. В итоге миллионы женщин чувствуют себя так, будто общество не нуждается в их творческом потенциале. В мире предпринимательства, которому чужды гендерные различия, женщины сами смогут организовывать свою работу, причем даже в тех областях деятельности, на которые редко обращают внимание мужчины.

В результате всех этих перемен будет дан мощный стимул экономике в целом. Предпринимательство универсально и доступно всем, оно создает новые рабочие места, увеличивает доход и повышает уровень потребления среди всех слоев населения – это гораздо эффективнее, чем пытаться продать как можно больше дорогих и шикарных вещей кучке богачей.

Я надеюсь, создание в ближайшем будущем новой экономической системы приведет к тому, что мечта об эгалитарианском мире – обществе, основанном на принципе равноправия, – станет реальностью. Люди перестанут надеяться на государственные пособия или выплаты из частных благотворительных фондов, потому что каждый сможет использовать возможности действительно свободного рынка на благо своей семьи и для стимулирования прогресса в целом. Если посмотреть на ситуацию с нового ракурса, то поставленная МОТ проблема поиска работы для 40 миллионов молодых людей ежегодно выглядит совсем иначе. Это не 40 миллионов молодых людей, стоящих в очереди, чтобы заполнить заявление о приеме на работу, а 40 миллионов молодых предпринимателей. Они вступают на мировой рынок, открывают новые компании, решают проблемы, меняют свои деревни и города, способствуют развитию экономики.

В перспективе я вижу дефицит, а не избыток рабочей силы. Молодежь, пожилые люди, женщины, люди с физическими недостатками – все они выйдут на рынок со своим предпринимательским талантом. Биржи труда больше не будут нести ответственности за трудоустройство миллионов людей. Вместо этого они будут искать способы убедить человека поработать на благо другого.

Для этого нам нужно изменить существующую экономическую систему и начать с того, чтобы бросить вызов ортодоксии, которая ей управляет.

5

Нулевые выбросы углекислого газа: создание экономики устойчивого развития

Я прожил всю жизнь в Бангладеш, еще недавно – одной из беднейших стран мира, именно поэтому я так глубоко озабочен вопросами бедности и безработицы и заинтересован в скорейшем искоренении этих пороков. Кроме того, Бангладеш является одним из самых экологически уязвимых государств на планете. По многочисленным оценкам, моя страна представляет собой эпицентр разрушительного воздействия будущих изменений климата. По этой причине я глубоко обеспокоен еще одной глобальной проблемой – защитой окружающей среды.

Возможно, читатели не сразу найдут Бангладеш на карте мира. Это маленькая страна, расположенная в северо-восточной части Южной Азии. Почти со всех сторон она граничит с Индией и Китаем. Эти гигантские соседи развиваются очень быстрыми темпами – растет численность их населения, экономика и мощь. При этом в Бангладеш проживает 165 миллионов человек – по этому показателю страна занимает девятое место в мире. Если принять во внимание ее маленькую территорию – всего 143 000 квадратных километров (меньше площади американского штата Айова), – то получается, что она является одной из самых густонаселенных в мире. Если бы Соединенные Штаты имели такую же плотность населения, то на их территории могли бы поместиться все люди, проживающие сегодня на Земле.

Именно огромная плотность населения Бангладеш является одной из причин нашей экологической уязвимости. Богатые природные ресурсы страны были уничтожены в погоне за экономическим ростом, необходимым для поддержки населения страны. На огромных территориях, когда-то покрытых густой растительностью, полностью вырубили леса – древесина была необходима для строительства домов, изготовления мебели, производства бумаги и других продуктов. Быстрый рост промышленного производства без строгого соблюдения правил охраны окружающей среды повлек за собой сильное загрязнение воздуха и воды. Массовое использование печей на дровах и древесном угле для приготовления пищи и обогрева (даже внутри плохо вентилируемых помещений) привело к заболеваниям легких и сопутствующим болезням у множества людей.

Некоторые из этих экологических проблем можно решить с помощью изменений в законодательстве и применения новых технологий внутри самой Бангладеш. Но, кроме этих экологических вызовов, существует еще одна колоссальная угроза, на которую Бангладеш почти никак не может повлиять и которая может уничтожить огромные части территории нашей страны.

В густонаселенной, расположенной в основном на низменных территориях стране десятки миллионов людей живут прямо в дельте реки Ганг или в непосредственной близости от нее. Время от времени происходят разрушительные наводнения, которые затапливают крупнейшие города и сметают с лица земли фермы, деревни, вынуждая миллионы людей спасаться бегством. Эти природные катастрофы являются одной из главных причин бедности Бангладеш. Если крестьяне вынуждены каждые несколько лет начинать все сначала, после того как их хозяйства уничтожают повторяющиеся наводнения, то трудно скопить капитал, необходимый для обеспечения более надежного будущего.

Нашей стране трудно противостоять негативным последствиям изменения климата. По словам экспертов-экологов, углекислый газ, образующийся в результате сжигания ископаемых видов топлива, способствует таянию полярных льдов. А оно, в свою очередь, угрожает подъемом уровня моря более чем на 3 фута (91 см) к концу XXI века. И, хотя сама Бангладеш производит всего лишь 0,3% от мирового объема атмосферных выбросов, наша страна и ее народ будут в числе первых пострадавших от этих разрушительных процессов. По данным Атика Рахмана, исполнительного директора Центра перспективных исследований Бангладеш (Bangladesh Centre for Advanced Studies) и специалиста по проблемам климата, существует большая вероятность того, что к 2050 году из-за повышения уровня Мирового океана будут навсегда затоплены 17% территории Бангладеш, и 18 миллионов человек будут вынуждены покинуть родные места[23]. Если мировое сообщество не предпримет срочных мер, чтобы решить проблему, это будет только первая стадия катастрофы.

Поэтому жители Бангладеш вместе с народами других беднейших государств мира хотят изменить существующую систему охраны окружающей среды. Для упрощения я обобщенно называю эту цель «полное прекращение выбросов в атмосферу углекислого газа». Помимо устранения всех видов загрязнения окружающей среды, нашей главной задачей должно стать сокращение выбросов углекислого газа до минимума. Также следует снизить объем попадания в атмосферу тех веществ, которые мы не можем полностью устранить, применяя для этого методы улавливания углекислого газа, например лесонасаждение.

Необходимо помнить, что использование энергоресурсов является основным элементом практически любого вида деятельности человека. Оно неизбежно оказывает влияние на состояние окружающей среды. Поэтому я считаю полное прекращение выбросов в атмосферу углекислого газа важнейшим элементом в решении многих других экологических проблем.

Многие жители богатейших стран мира удивятся, узнав, насколько серьезно люди в таких государствах, как Бангладеш, Индия и Китай, относятся к сохранению здоровья нашей планеты. Наверное, они считают, что люди в развивающихся странах делают все возможное для ускорения экономического роста и не особенно озабочены проблемой защиты окружающей среды. Ведь об этом не думали и основные развитые державы, когда сами переживали бурный экономический рост. Во время промышленной революции XVIII–XIX веков, последующей быстрой механизации производства и урбанизации в XX веке большинство стран Европы и Северной Америки почти не обращали внимания на ущерб, который они наносили окружающей среде. В те времена люди активно вырубали леса, сжигали нефть и уголь, отдавали плодородные земли под выращивание монокультур, в огромных количествах вылавливали рыбу и безрассудно использовали другие ресурсы.

Теперь жители промышленно развитых государств запоздало пытаются ликвидировать нанесенный природе ущерб. Поэтому, вполне вероятно, они считают, будто развивающиеся страны, в частности Китай, Индия, Бразилия, Индонезия и Вьетнам, также будут стремиться к экономическому росту любой ценой, не задумываясь о необходимости сохранения окружающей среды. Некоторые деятели на Западе, не желая тратить усилия и ресурсы на решение экологических проблем, даже использовали эти мысли в качестве оправдания своего бездействия. «Мы можем тратить миллиарды долларов на природоохранные мероприятия в нашей промышленности, – говорят они. – Но какой в этом смысл, если мы знаем, что Индия и Китай никогда не будут делать то же самое? По мере того как бедные государства увеличивают экономический рост, загрязнение окружающей среды будет только увеличиваться вне зависимости от того, что мы делаем у себя на Западе».

Это предположение основано на ложной уверенности в существовании изначально имеющегося конфликта между экономическим ростом и защитой окружающей среды. На самом деле вполне возможно развивать экономику, ликвидировать бедность в отдельно взятых регионах и в целых странах, не допуская нарушения экологического равновесия. В наши дни с помощью современных технологий достичь этого даже легче, чем в прошлом. Ученые и инженеры добились больших успехов в разработке возобновляемых источников энергии, экологически безопасных технологий производства и транспортировки продуктов, методов ведения сельского хозяйства, рыболовства, добычи полезных ископаемых.

Благодаря научно-техническому прогрессу в наше время развивающиеся страны находятся в значительно более выгодной ситуации по сравнению с промышленно развитыми державами с точки зрения охраны окружающей среды во время экономического подъема. Они не обременены наследством, оставленным старыми технологиями, – сотнями электростанций, сжигающих ископаемые виды топлива, проводными линиями связи, миллионами старых автомобилей и самолетов с большим расходом горючего. Развивающиеся страны могут сразу применять более эффективные, экологически чистые технологии, которые сделала доступными современная наука. Теперь нельзя терпимо относиться к безудержному загрязнению и разрушению окружающей среды ради экономического роста. Поэтому крупнейшие развивающиеся страны мира – Индия и Китай – присоединились к Парижскому соглашению, о котором я подробно писал во второй главе этой книги, и принимают серьезные усилия по реализации его положений.

К сожалению, экологический «послужной список» Бангладеш пока далек от совершенства. В наши дни, в то время как народ страны призывает мировое сообщество прекратить разрушение окружающей среды, ее правительство реализует два экологически небезопасных проекта.

Один из них – это работающая на угле электростанция мощностью 1320 МВт, которую планируется построить на юге Бангладеш в округе Рампал в 50 километрах от Сундарбана, – крупнейшего в мире мангрового леса. Проект угрожает Сундарбану, имеющему статус объекта Всемирного наследия ЮНЕСКО.

Общественность страны резко возражает против строительства электростанции, убедительные аргументы представили местные и зарубежные экологи. Однако правительство не обращает внимания на мнение людей. Бангладеш нужна электроэнергия, но, развивая проект, страна подает в корне неверные сигналы миру о том, что она внутренне не заинтересована в решении экологических проблем и хочет улучшить экономику ценой разрушения окружающей среды. К сожалению, это приведет только к уменьшению поддержки Бангладеш, которая необходима ей для срочного решения связанных с глобальным потеплением проблем.

Второй проект – это планирующееся строительство атомной электростанции мощностью 2000 МВт. Я выступаю против использования атомной энергии со времен аварии на Чернобыльской АЭС в 1986 году, аварии на японской АЭС в Фукусиме в 2011 году. Любая атомная электростанция потенциально может оказаться источником массового уничтожения людей, причиной тяжелых заболеваний у будущих поколений. Атомные электростанции уязвимы перед стихийными бедствиями, например, землетрясениями и наводнениями, они могут выйти из строя из-за человеческих ошибок и халатности, а также в результате саботажа, терактов или военных действий.

Бангладеш и соседние государства относятся к числу самых густонаселенных стран мира. Почему же мы должны строить сооружения, потенциально способные стать источниками массового уничтожения людей?

Действительно, Бангладеш является страной, испытывающей «энергетический голод». Ее экономический рост порождает повышенную потребность в дополнительной энергии и становится достаточным основанием для того, чтобы страна настоятельно потребовала от мира предложить глобальную инициативу по поиску экологически безопасных источников энергии. Решения этой проблемы существуют. Одно из них – сотрудничество между соседними странами. Например, Непал располагает гигантскими возможностями для строительства гидроэлектростанций – совместное движение в этом направлении помогло бы Бангладеш вновь стать лидером экологического движения.

Международное сообщество активистов борьбы против изменений климата может помочь Бангладеш в решении энергетических проблем. Для этого нужно выразить солидарность со страной, испытывающей реальные угрозы в связи с изменением климата, предложить ей современные, недорогие и экологически чистые технологии выработки электроэнергии, а также оказать помощь в финансировании этих проектов. Тогда Бангладеш могла бы отказаться от использования «грязной» энергии и стала бы примером для других стран, оказавшихся в сходной ситуации. У мирового сообщества еще есть время предложить варианты решения, с тем чтобы Бангладеш не пришлось идти по пути саморазрушения и использовать энергию, полученную с помощью сжигания угля или распада атома.

Причем между тремя глобальными целями нашей новой экономической системы нет никакого противоречия. Можно работать над ликвидацией бедности и безработицы, добиваясь при этом запрета выбросов углекислого газа. На самом деле важно добиваться комплексного достижения всех трех целей. Если мы стремимся повысить экономический рост, используя методы, разрушающие окружающую среду, то вскоре ущерб в триллионы долларов понесет наша планета и ресурсы, от которых зависит существование жизни на Земле. Необходимо помнить, что прогресс, базирующийся на загрязнении окружающей среды, неустойчив не только с точки зрения экологии, но и в экономическом плане.

Кроме того, от разрушения окружающей среды больше всех страдают неимущие. В промышленно развитых странах самые экологически вредные и опасные предприятия и сооружения располагаются в районах преимущественного проживания беднейшего населения. Такая же ситуация складывается и на глобальном уровне: международные компании считают, что размещать «грязные» производства в бедных странах дешево и легко. Население такой страны остро нуждается в работе и источниках дохода, поэтому ее политическое руководство склоняют не обращать внимания на проблемы защиты окружающей среды, игнорировать или признавать недействительными природоохранные законодательные акты. В итоге люди могут получить работу – но, как правило, на экологически вредных производствах. Из-за этого условия жизни в бедных регионах становятся еще хуже, чем до строительства предприятия.

Экологические преступления одновременно являются как результатом глобального неравенства, так и его важной составной частью, поскольку бесконтрольное загрязнение окружающей среды сильно затрудняет попытки малоразвитых стран покончить с бедностью. Именно неимущие люди больше всех страдают из-за общих проблем, которые создает все человечество. По этой же причине крайне необходимо работать над их решением совместно.

Grameen Shakti – экологически чистое предпринимательство меняет рынок энергии

Могут ли не противоречить друг другу экономическое развитие и защита окружающей среды? Да, и примером этого является компания Grameen Shakti, занимающаяся производством оборудования для выработки энергии из возобновляемых источников. Я основал ее в Бангладеш еще в 1996 году.

Когда я писал о Grameen Shakti в книге «Создание мира без бедности» (она была издана в 2007 году), компания установила 100 000 солнечных преобразователей в домах в разных районах Бангладеш. За прошедшие годы Grameen Shakti стала одним из крупнейших в мире поставщиков оборудования для выработки электроэнергии с помощью солнца. С тех пор сама концепция использования возобновляемых источников энергии прошла впечатляющий путь, а Grameen Shakti была и по-прежнему остается в авангарде этого движения. Мы отпраздновали установку миллионного солнечного преобразователя на церемонии, состоявшейся в январе 2013 года, а уже в 2017 году количество домов, оборудованных такими системами, превысило 1,8 миллиона.

Важность этого достижения трудно переоценить. Большинство сельских поселений в Бангладеш не обслуживаются национальной энергосистемой, а подключенные к ней часто испытывают перебои в поставках. И, конечно, традиционные источники электроэнергии (электростанции, работающие на газе и угле) являются значимой причиной изменений климата, которые оказывают крайне негативное влияние страну.

Поэтому обеспечение домов почти 12 миллионов жителей Бангладеш экологически чистыми, доступными по цене и надежными источниками энергии является гигантским шагом вперед. Оно дает школьникам электрическое освещение, при котором они могут выполнять домашние задания. Оно позволяет хозяевам деревенских лавочек, врачам, общинным центрам и мечетям продлить время работы. Оно помогает фермерам орошать земли и использовать средства малой механизации; оно дает возможность деревенским женщинам-предпринимательницам использовать электрические швейные машинки. Помимо всего прочего, благодаря электричеству миллионы жителей Бангладеш могут пользоваться интернетом и имеют доступ к тем же самым источникам информации и знаний, которыми пользуются люди во всем мире. Подобно тому, как программа электрификации, запущенная в рамках «Нового курса» в 1930-х годах, способствовала превращению бедных районов американского Юга в территории с развитой экономикой, достойной своего времени, использование солнечной энергии помогает интегрировать деревни Бангладеш в мир XXI века.

Компания Grameen Shakti не одинока в своем стремлении сделать энергию из возобновляемых источников доступной беднейшим жителям Бангладеш. Еще почти тридцать компаний, вдохновленных нашим примером (среди них есть как бизнес-структуры, так и некоммерческие организации), готовы конкурировать с нами и поставлять на рынок свои энергетические установки для выработки солнечной энергии. Мы рады такому развитию событий, благодаря которому еще приблизительно полтора миллиона жилищ будут обеспечены электричеством, полученным из возобновляемых источников.

Grameen Shakti предлагает потребителям и другие продукты, работающие на экологически чистой энергии. Компания продает домашние плиты улучшенной конструкции, которые не загрязняют жилище и расходуют меньше топлива. Сейчас в стране используется около полумиллиона таких плит. Также Grameen Shakti поставила десятки тысяч установок для производства биогаза, которые перерабатывают натуральные отходы, например коровий навоз, в топливо для газовых печей, содержащее метан.

Иными словами, Grameen Shakti превратила экологически чистые технологии в успешный социальный бизнес и сделала его моделью, доступной для воспроизведения на национальном уровне.

Гаити: спасение опустошенных сельских районов

В четвертой главе я подробно писал о предпринимательстве как движущей силе в преодолении безработицы и бедности. Традиционная концепция экономического развития отводит слишком большую роль крупным корпорациям и гигантским промышленным проектам. Они считаются основными драйверами экономического роста. Мне же представляется более здравым и рациональным подход, при котором в равной или даже в большей степени используются творческие способности миллионов простых людей, предлагающих интересные и действительно полезные бизнес-идеи. Предоставляя мелким предпринимателям инструменты для воплощения их идей в реальность, особенно инвестиционный капитал для организации бизнеса, можно улучшить экономическое положение деревень, городов, регионов и даже целых государств.

Постоянно подчеркивая важность мелкого предпринимательства как основы развития, я одновременно признаю, что крупный бизнес также должен сыграть свою роль в новой экономической системе. Несмотря на высшее экономическое образование, я не являюсь теоретиком или идеологом – мой практический опыт получен в процессе многочисленных проб и экспериментов. Со временем я понял, что некоторые социальные проблемы можно решить посредством разумного использования ресурсов больших компаний: финансов, доступа к рынкам, высоких технологий и множества талантливых профессионалов, обладающих опытом управления.

Однако принципиально важно, чтобы крупная компания, желающая присоединиться к нашему новому экономическому движению, была готова полностью поменять свою идеологию: отказаться от желания получать максимальную прибыль только ради самой прибыли, по-новому посмотреть на социальные проблемы, установить для себя новые цели и ценности. Этот подход требует наличия в руководстве компании как минимум одного стратегически мыслящего человека. Главное – он должен понимать суть новой модели, обращенной к таким чертам личности человека, как идеализм, великодушие, бескорыстие.

Я хочу назвать четверых разделяющих такой подход лидеров крупного бизнеса, с которыми познакомился в процессе работы: Франка Рибу, председателя совета директоров компании Danone; Эммануэля Фабера, председателя правления Danone; Жана Берну, регионального президента компании McCain Foods; и Ричарда Брэнсона, основателя группы компаний Virgin.

Брэнсона я знаю уже несколько лет. Он не только успешный бизнесмен и изобретательный предприниматель, автор ярких рекламных акций. Кроме того он является одним из соучредителей организации, которая называется B Team («Команда Б»). Эта группа лидеров бизнеса и руководителей из других сфер деятельности взяла на себя задачу разработки «Плана Б» – стратегии согласованных действий. Она подразумевает, что бизнес станет той движущей силой, которая поможет добиться социального, экологического и экономического выигрыша[24]. Если в традиционном «Плане А» основным мотивом бизнеса является получение прибыли, то цель «Команды Б» – изменить ориентацию бизнеса с существующей модели «только прибыль» на «человек–планета–прибыль», где все три составляющих важны в равной степени.

Я являюсь членом «Команды Б». Также в нее входят Марк Бениофф, сделавший себе состояние на высоких технологиях, соучредитель и главный редактор издания The Huffington Posf Арианна Хаффингтон, норвежский политик и бывший генеральный директор Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) Гру Харлем Брунтланд, бывший президент Ирландии Мэри Робинсон, бразильский бизнесмен Гильерме Леал, филантроп Йохен Цайтц и исполнительный директор и председатель совета директоров Фонда ООН Кэти Кэлвин.

Зная о заинтересованности Брэнсона в инициативах, которые помогают людям и одновременно ориентированы на защиту окружающей среду, я в 2013 году пришел к нему с предложением инвестировать в такой проект. Он был разработан нашей организацией Yunus Social Business (YSB) и назывался Haiti Forest («Лес Гаити»). Его основная цель заключалась в восстановлении лесов и ликвидации бедности этого островного государства.

В климате Карибского моря леса очень важны – они отражают удары тропических штормов, помогают предотвращать эрозию почвы и регулируют водный баланс. В 1923 году лесные массивы покрывали 60% территории Гаити. Однако за прошедшее с тех пор время леса были почти полностью уничтожены. Причиной тому стали несколько факторов. Во-первых, крупные лесодобывающие компании вели заготовки древесины на больших территориях, в течение нескольких лет уничтожив вековые леса. Некоторые компании пытались восстановить леса, высаживая деревья, но они растут в течение многих лет. При этом местные крестьяне, живущие в отчаянной бедности, вырубают как взрослые деревья, так и миллионы саженцев. Этим людям нужна древесина для постройки своих убогих хижин и производства угля и как топлива для очагов, и на продажу.

Сегодня леса занимают всего 2% территории Гаити. Последствия их уничтожения катастрофичны. Как и в других странах, где имела место массовая вырубка лесов, здесь резко увеличилось количество углекислоты в атмосфере. Это еще более усилило изменения климата.

Также сильно пострадало сельское хозяйство. С исчезновением лесов дождевая вода, сбегавшая по склонам гор, начала смывать верхний слой почвы – она оседала в реках, озерах и морских заливах. Фермерам пришлось вести сельское хозяйство на оскудевшей, неплодородной почве. Одновременно уменьшилось количество воды – теперь она не задерживается на изъеденной эрозией поверхности. В результате воздействия этих факторов страна все глубже погружается в бедность, а процесс уничтожения лесов – и связанных с этим людских страданий – не прекращается.

Проблемы усугубляются из-за десятилетий авторитарного режима и природных катастроф, в частности разрушительного землетрясения, обрушившегося на страну в 2010 году. Все это в сочетании с нарушением экологического баланса привело к тому, что Гаити превратилась в беднейшую страну Западного полушария. Стало понятно: без помощи извне не обойтись.

Проект Haiti Forest был запущен как первый этап программы поэтапного восстановления лесов. Этот социальный бизнес поддерживают такие неправительственные организации, как Nature Conservancy (она обеспечивает экологическую, сельскохозяйственную и лесотехническую экспертизу). Кроме того, принадлежащий Брэнсону благотворительный фонд Virgin Unite совместно с Clinton Foundation предоставляет филантропические пожертвования и делает в социальный бизнес инвестиции, которые будут возвращены без выплаты процентов или дивидендов. Haiti Forest планирует высаживать ежегодно более миллиона деревьев, чтобы в итоге восстановить лес площадью 1000 гектаров в районе города Сен-Мишель-дель-Атталей на Центральном плато.

Кроме восстановления поврежденного природного комплекса Гаити, реализация проекта улучшит условия жизни бедного сельского населения. Рост урожаев фруктов и кофе, увеличение выпуска масел позволит увеличить доходы крестьян и сократить количество безработных. Оживление экономики становится стимулом для появления мелких предпринимателей, торгующих товарами, которые произведены из местных лесоматериалов.

Одним из примеров такого бизнеса является компания Kreyol Essence – косметический бренд, занимающийся производством и реализацией высококачественных экологически чистых косметических продуктов на основе выпускаемого в Гаити черного касторового масла. Компанию основали живущие в Филадельфии американцы гаитянского происхождения Ив-Кар Момперусс и Стефан Жан-Батист. Однажды у Ив-Кар произошла «катастрофа с волосами» – парикмахер перегрел их во время стрижки и укладки. Ив-Кар вспомнила, что на ее родине Гаити женщины использовали касторовое масло для лечения поврежденных волос. Она пыталась найти это средство в Америке – но безуспешно. Тогда Ив-Кар со Стефаном организовали бизнес, который возродит старые традиции и сделает полезный продукт доступным женщинам во всем мире.

Сейчас Kreyol Essence работает с гаитянскими крестьянами, преимущественно с женщинами. Компания высаживает касторовые деревья в кооперации с держательницами акций. После сбора урожая она покупает у крестьян семена, содержащие касторовое масло, по цене выше рыночной. Таким образом стабильный доход получают все участники производственно-сбытовой цепочки. И это всего один из множества примеров бизнеса, оказывающего помощь в восстановлении сельских районов Гаити. Такое предпринимательство одновременно стимулирует экономическую деятельность ради борьбы с бедностью, от которой страдают гаитяне.

Уганда: предпринимательство как способ решения повседневных экологических проблем

Во второй главе я писал, как активно развивающееся предпринимательство положительно сказалось на экономических перспективах африканского государства Уганда. Молодые угандийцы открывают свои компании, стимулируют экономику и предоставляют своей родине возможность сделать шаг на пути от бедности к процветанию.

Уганда все еще является страной, в которой почти четверть населения живет ниже официального уровня бедности. Конечно, обеспечение стабильного экономического роста здесь очень важно, однако он не должен достигаться ценой экологического благополучия. Подобно Гаити и многим другим развивающимся странам, Уганда испытывает существенные трудности в области охраны окружающей среды. Рост населения приводит к неконтролируемому расширению сельскохозяйственных угодий – за счет этого уменьшается площадь лесов и заболоченных земель, усиливается эрозия почв, сокращаются запасы воды. Сегодня около 20% горожан и более 50% сельских жителей не имеют доступа к чистой питьевой воде. Из-за роста населения, а также отсутствия очистных сооружений на предприятиях обрабатывающей и добывающей промышленности в воду попадают токсины. Загрязнение окружающей среды угрожает существованию многих видов редких птиц, животных и растений, которые привлекают многочисленных туристов в национальные парки и заповедники страны.

С учетом перечисленных экологических проблем важно, чтобы угандийские предприниматели, ведущие социальный бизнес, не просто создавали рабочие места и поддерживали экономический рост. Необходимо также обратить серьезное внимание на загрязнение и качество воды – улучшение условий жизни народа Уганды должно достигаться всеми возможными способами, а не только при помощи долларов и центов. Пакет программ YSB в Уганде содержит несколько проектов социального бизнеса, которые сделали решение экологических проблем основой своей работы.

Одним из таких проектов является фирма Savco Millers, которая производит и продает продукты из переработанных пластмассовых отходов. Как и многие другие быстрорастущие города, столица Уганды Кампала сталкивается с колоссальной проблемой – она завалена разнообразным мусором. Большую его часть составляет пластмасса: полиэтиленовые пакеты, упаковка, бутылки из-под воды, прохладительных напитков и т.д. и т.п. Согласно некоторым оценкам, ежедневно в Уганде накапливается 108 тонн пластмассовых отходов, а существующие мощности могут переработать менее половины этого объема. Большая часть этого мусора попадает на отвратительные городские свалки близ кварталов, где живут самые бедные жители Кампалы.

В то же время постоянное и стабильное накопление пластмассовых отходов открывает новые возможности ведения бизнеса для предприимчивых жителей Кампалы. Многие из них сортируют мусор на местных свалках в поисках отбросов пластика, которые можно переработать и продать. Это грязная, опасная работа, но хотя бы так бедняки получают необходимые средства к существованию.

Социальный бизнес Savco Millers пользуется поддержкой YSB и стремится улучшить условия труда жителей Кампалы, которые выполняют эту работу и помогают решить вызванные «пластиковой чумой» проблемы. Компания работает напрямую со сборщиками, обучает их и снабжает защитными приспособлениями. Собранный пластик оплачивается по очень достойной фиксированной цене. Это стало возможным благодаря исключению из производственного процесса посредников, которые забирали себе непомерно высокий процент. Затем Savco Millers перерабатывает отходы на собственном заводе и производит из них горшки для выращивания деревьев, строительные материалы, мешки для мусора и многое другое. Эти продукты продаются местным жителям по доступной цене.

Некоторые сборщики отходов, работающие с Savco Millers, смогли в итоге справиться с бедностью и обрести собственное жилье. Один из них – Уильям Мэйл (William Male), бывший беспризорник. Он благодарен бизнесу по сбору пластмассовых отходов за спасение от жизни, «смыслом которой были карманные кражи и нюханье клея». Так Savco Millers использует простую, но эффективную бизнес-модель для одновременного решения двух острейших социальных проблем – безработицы и загрязнения окружающей среды.

Также YSB поддерживает компанию Green Bio Energy из квартала Буголоби, лежащего в четырех с половиной милях (7,2 км) к югу от оживленного центра столицы Уганды. Green Bio Energy производит и продает брикеты из древесного угля, используемые в домашнем хозяйстве и на предприятиях общественного питания, и небольшие одноконфорочные кухонные плитки.

Древесный уголь и работающие на нем плиты знакомы каждому жителю Уганды. Обычно такое топливо производят, вырубая деревья и сжигая их. Однако этот продукт в больших бумажных пакетах под торговой маркой Briketi от Green Bio Energy отличается от производимого другими компаниями. Он вырабатывается исключительно из переработанного древесного угля и разных видов сельскохозяйственных отходов – кожуры маниока и банана, рисовой шелухи, кофейной массы и т.д. Это позволило значительно сократить вырубку деревьев. Такие брикеты горят достаточно долго, поэтому использовать их намного выгоднее, они полностью сгорают, оставляя намного меньше дыма и сажи по сравнению с традиционным древесным углем. Такое преимущество очень значимо для женщин, которые зачастую проводят много времени, склонившись над плитой в крошечных, плохо проветриваемых кухнях.

Брикеты стоят около двух долларов за пятикилограммовый пакет, которого хватает примерно на пять дней. Это доступная цена даже для самых бедных жителей Уганды. Неудивительно, что Briketi стал самым продаваемым брендом древесного угля в Кампале и пользуется популярностью не только в домашних хозяйствах, но и у ресторанов, больниц, школ и вообще везде, где надо готовить еду.

Тем временем та же марка Briketi начала продавать популярные у жителей Уганды кухонные плиты EcoStove. В этом случае традиционная конструкция плиты претерпела ряд небольших, но существенных изменений. К ним относятся более мелкие, но многочисленные вентиляционные отверстия, усиленные керамические поверхности и расположенный ниже, чем обычно, центр тяжести. Эти особенности снижают энергопотребление, способствуют полному сжиганию топлива, делают прибор безопаснее в использовании за счет пониженного риска высыпания угля и опрокидывания. Плиты продаются в городских продовольственных магазинах и деревенских лавках. За первые три года, прошедшие после появления плит EcoStove на рынке в 2013 году, объем их продаж вырос примерно с 80 до более чем 2500 штук в месяц.

В компании Green Bio Energy, основанной в 2011 году семейной парой эмигрантов-французов, сейчас трудится более семидесяти местных жителей. Они занимают управленческие должности, занимаются сбытом, логистикой и производством. Инженерная служба и научно-исследовательский отдел работают над новыми продуктами, которые помогут решить экологические проблемы Уганды.

Задачей еще одного поддерживаемого YSB социального бизнеса, проекта Impact Water, является уменьшение загрязнения окружающей среды. Я уже упоминал, что важнейшей проблемой Уганды является загрязнение воды – более 9 миллионов угандийцев лишены доступа к чистой питьевой воде. Примерно 440 детей еженедельно умирают из-за болезней, вызванных употреблением некачественной воды. Многие дети заболевают и не могут регулярно посещать школу из-за того, что вынуждены пить грязную воду.

Это очередной яркий пример того, что бедность, безработица и загрязнение окружающей среды – взаимосвязанные проблемы. С наибольшей вероятностью именно бедняки не имеют доступа к чистой воде; их дети страдают от болезней, вызванных употреблением некачественной воды, пропускают занятия; в результате многие отстают от своих сверстников и не могут окончить школу. Все это значительно повышает их шансы стать безработными, скатиться в еще большую бедность… цикл продолжается.

Миллионы угандийцев пытаются улучшить качество воды с помощью кипячения перед употреблением. Однако это дорогой и длительный процесс, к тому же многие не доводят его до конца. В такой воде сохраняются вредные примеси. Кроме того, самым популярным видом топлива в стране остается древесина, а значит, ежедневное кипячение воды также усугубляет проблему вырубки лесов, о которой я уже говорил.

Проект Impact Water призван прервать этот порочный цикл, делая чистую питьевую воду доступной там, где дети проводят значительную часть времени – в школах. Инженеры компании разработали несколько систем очистки воды. Они должны удовлетворять потребности школ с разным количеством учеников и разными источниками воды. Для маленьких школ достаточно иметь керамическую фильтрационную систему производительностью от 3 до 5 литров воды в час, работающую без подключения к электросети. Для школ с бо́льшим количеством учеников вполне подходит система ультрафильтрации с использованием угольных фильтров и половолоконных мембран. Здесь также не требуется электричество. В самых крупных школах рекомендуется применять систему дезинфекции ультрафиолетовыми лучами, которая очищает воду для хранения в больших баках из нержавеющей стали. Для нормального функционирования такой системы необходим доступ к электросети на один-два часа в день – это приемлемое требование даже для страны, в которой электроэнергия подается нерегулярно.

Компания Impact Water делает школам выгодные предложения, предоставляя двухлетнее плановое профилактическое обслуживание каждой установки и хорошо продуманную систему оплаты. Например, школы могут рассчитываться за системы водоочистки в рассрочку таким образом, чтобы время выплат согласовывалось с получением платы за обучение. Так качественная вода становится доступна даже ученикам школ со скромным финансированием.

Наличие чистой питьевой воды, в свою очередь, становится одним из инструментов привлечения учеников. Школы, имеющие системы водоочистки Impact Water, могут с гордостью позиционировать себя как современные учебные заведения, которые заботятся о благополучии детей – они с большей вероятностью останутся здоровыми и будут реже пропускать занятия.

По состоянию на конец 2016 года компания уже установила свои системы более чем в тысяче школ, которые в общей сложности посещают более пятисот тысяч учеников. Количество этих учебных заведений постоянно растет. В то же время Impact Water планирует выйти на новые рынки – устанавливать свои системы водоочистки в казармах и тюрьмах. Чем больше людей будут потреблять чистую питьевую воду, тем скорее будет решена проблема снижения частоты инфекционных заболеваний.

Уганда является страной с множеством экологических проблем. Компании Savco Millers, Green Bio Energy и Impact Water занимаются социальным бизнесом и делают все возможное для того, чтобы способствовать их решению, одновременно увеличивая занятость и стимулируя экономический рост. Они помогают доказать, что традиционное представление о неразрывной связи экономического развития и разрушения окружающей среды сегодня неактуально. Экономический рост, не наносящий вреда экологии, стал не фантазией, а объективной реальностью.

Полное прекращение выбросов углекислого газа – цель новой экономики

Как показывают приведенные примеры, все больше компаний, работающих в сфере социального бизнеса в разных странах мира, заняты продажей товаров и услуг для решения конкретных экологических проблем, от уничтожения лесов и завалов пластмассовых отходов до дефицита питьевой воды. Но в основе деятельности каждой из этих организаций лежит один базовый принцип: любой социальный бизнес должен быть экологически безопасным независимо от того, какова его главная задача – борьба с бедностью, предоставление услуг в сфере здравоохранения, совершенствование образования или что-то еще.

Цель нашего экономического эксперимента состоит в том, что сделать мир лучше. Если социальный бизнес помогает уменьшить уровень безработицы, улучшает питание детей, но одновременно наносит ущерб природе, то он не приносит пользы. Существование человека целиком и полностью зависит от экологического состояния планеты, поэтому невозможно представить по-настоящему социальный бизнес, который не относится к окружающей среде с должным уважением и неизменной заботой.

Однако социальный бизнес не может в одиночку справиться с экологическим кризисом. Эту проблему нужно решать комплексно. Необходимо изменить наш образ жизни, разработать новую государственную политику по вопросам энергетики, добывающей промышленности, бизнеса и т.д. Мы понимаем, что бизнес, нацеленный на получение прибыли, будет обеспечивать бо́льшую часть экономической деятельности в мире в обозримом будущем – нужно стремиться, чтобы он действовал и развивался с учетом необходимости охраны окружающей среды. Важнейшая роль в этом будет принадлежать нормам и правилам, вырабатываемым государством, а также запросу со стороны потребителей и групп гражданских активистов. Нет никакого смысла в том, чтобы социальный бизнес изо всех сил пытался устранить ущерб, нанесенный человеком природе, в то время как компании, работающие по традиционной модели, будут и дальше разрушать окружающую среду.

Вышесказанное означает, что от каждой компании независимо от вида ее деятельности требуется присоединиться к экологическому движению и просто вести себя по отношении к окружающей среде этично и ответственно. Социальный бизнес в этом аспекте обладает уникальными возможностями – он свободен от рыночной конъюнктуры, а следовательно, свободен в экспериментах, поисках путей улучшения и восстановления окружающей среды: чистого воздуха, воды, сельскохозяйственных земель и других ресурсов планеты.

Необходимость в создании социального бизнеса, ориентированного на решение вопросов защиты окружающей среды, существует не только в таких бедных странах, как Гаити или Уганда, но и в самых богатых государствах. Мы вполне можем представить себе, что в Северной Америке, Европе и Восточной Азии создаются компании, занятые производством электроэнергии из возобновляемых источников, переработкой мусора, производством чистой питьевой воды, созданием экологически безопасных сельскохозяйственных технологий, выпуском малоотходных видов упаковки и энергосберегающих транспортных систем. Возможности в этой области ограничены только человеческим воображением.

Полная ликвидация выбросов углекислого газа – это грандиозная задача, требующая огромных усилий со стороны каждого человека, всех организаций и институтов. Чтобы ее решить, потребуется новая экономическая структура, которая создает пространство для всех видов бизнеса, занимающегося решением социальных проблем.

6

Дорожная карта к лучшему будущему

Общественное мнение относительно нашего мира и его будущего резко колеблется из крайности в крайность. Зачастую оно обусловлено политическими веяниями, наличием или отсутствием харизматичных мировых лидеров. В связи с этим средства массовой информации и широкая общественность то настроены чересчур оптимистично и полны надежд, то погружаются в пессимизм или даже в отчаяние.

Сейчас мы, как мне кажется, переживаем период крайнего пессимизма. Многие считают невозможным сделать что-то для решения самых серьезных мировых проблем; они думают, будто правительства, некоммерческие и международные организации неспособны на какие-либо значительные перемены. Некоторые уверены, что люди не могут ничего противопоставить «свободному рынку», который представляется всесильным изначально.

Как я уже подчеркивал, проблемы, стоящие перед человечеством сегодня, очень серьезны. Концентрация богатства, глобальная бедность, неравенство в доступе к здравоохранению и образованию, пренебрежение правами человека, загрязнение окружающей среды и изменение климата – все это требует нашего пристального внимания и немедленных действий. Эксперты считают, что в некоторых случаях, в частности в вопросе изменения климата, мы находимся в опасной близости к точке невозврата, и, чтобы избежать потенциально катастрофических инцидентов, необходимо действовать быстро и решительно.

Тем не менее, несмотря на всю серьезность ситуации, я с полным основанием сохраняю оптимизм по поводу нашего будущего. Мы сможем осуществить перемены, необходимые для решения всех этих проблем, и изменить к лучшему жизнь каждого человека на Земле.

Для моего оптимизма есть целый ряд причин. Важнейшая из них одновременно и наиболее логична: если проблемы, с которыми мы сталкиваемся, созданы людьми, то люди могут и решить их. Перемены в нашем образе мыслей и нашем поведении окажут сильнейшее влияние на будущее цивилизации.

Другая причина, внушающая мне оптимизм, заключается в том, что уже сейчас известны обнадеживающие примеры успешного международного сотрудничества, такие как Millennium Development Goals (Цели развития тысячелетия (ЦРТ)) и Sustainable Development Goals (Цели устойчивого развития).

Цели развития тысячелетия были сформулированы по итогам Саммита тысячелетия ООН в 2000 году. Все 189 государств – членов Организации Объединенных Наций и 22 международных организации взяли на себя обязательство добиться к 2015 году решения следующих проблем:

1. Избавиться от крайней бедности и голода.

2. Добиться введения всеобщего начального образования.

3. Добиться гендерного равноправия и улучшить положение женщин.

4. Снизить детскую смертность.

5. Улучшить охрану здоровья матерей.

6. Усилить борьбу со СПИДом, малярией и другими заболеваниями.

7. Гарантировать стабильность экологической ситуации.

8. Развивать глобальное партнерство ради развития.

Каждая из восьми главных целей также содержала конкретные задачи и даты их достижения. Чтобы ускорить процесс, министры финансов крупнейших промышленно развитых государств, известных как «Большая восьмерка», в июне 2005 года решили подкрепить обязательства своих стран дополнительной финансовой поддержкой. Они договорились предоставить достаточные средства банкам развития и Международному валютному фонду (МВФ), чтобы те списали долги некоторых беднейших государств (речь шла о сумме от 40 до 55 миллиардов долларов США). Тогда развивающиеся страны смогли перенаправить ресурсы на реализацию программ борьбы с бедностью, а также использовать средства для совершенствования систем образования и здравоохранения.

Само определение ЦРТ стало важной вехой в истории человечества. До того, как их сформулировали и утвердили, в мире не существовало структуры, ориентированной на стимулирование глобального прогресса. Соглашение по ЦРТ является самым важным из всех принятых на основе глобального консенсуса решений с поддающимися количественной оценке целями.

Такие оптимисты, как я, приветствовали появление списка ЦРТ с огромным энтузиазмом, в то время как пессимисты лишь пожимали плечами, не ожидая от него ничего особенного. К настоящему моменту сроки достижения целей, указанные в соглашении, истекли. Какие результаты достигнуты и какие уроки мы извлекли?

Я рад тому, что получили признание большие успехи Бангладеш, прежде всего – в борьбе с бедностью. Целью государства было сокращение к 2015 году процентной доли бедных до 29% от общего количества населения. Еще за два года до указанного срока, в 2013 году, эта цифра опустилась до отметки 26,2%, т.е. почти на три пункта ниже поставленной цели. В Бангладеш было также достигнуто полное равенство полов при зачислении в начальную и среднюю школу, резко снижены младенческая и детская смертность, улучшилась охрана материнства. В конечном счете страна добилась значительного прогресса по всем восьми целям из списка ЦРТ. Эти достижения сыграли важную роль в подъеме морального духа народа Бангладеш и подготовили его к тому, чтобы добиться еще большего в ближайшем будущем.

Не всем странам удалось одинаково хорошо справиться с достижением поставленных целей. Некоторые государства выполнили ряд поставленных задач, в то время как другие не сумели сделать это из-за политического кризиса или недостатка денег. Важно не забывать и о том, что в течение последних семи лет программа ЦРТ осуществляется в условиях Великой рецессии, самого мощного экономического кризиса со времен Великой депрессии 1930-х годов. Разумеется, влияние негативного экономического фона на развивающиеся страны намного сильнее, чем на богатые государства Запада.

Но все же необходимо признать, что, несмотря на такую тяжелую ситуацию, по всем пунктам списка ЦРТ достигнут огромный прогресс. Отдельные страны, как и Бангладеш, ликвидировали самые сложные проблемы и сделали достаточно много для решения других. В глобальном аспекте можно также отметить значительные достижения. Вот некоторые из них:

● сократилась численность людей, живущих в крайней бедности (она определена как доход менее 1,25 доллара США в день), более чем наполовину – с 1,9 миллиарда человек в 1990 году до 836 миллионов человек в 2015 году;

● хотя цель охватить всех детей начальным школьным образованием полностью не достигнута, этот показатель по развивающимся странам вырос к 2015 году до 91% – это значительное улучшение по сравнению с предыдущими годами;

● можно отметить значительный прогресс в решении проблемы гендерного неравенства. Например, если в 1990 году в Южной Азии на каждые 100 принятых в школу мальчиков приходилось 74 девочки, то к 2015 году соотношение изменилось и составило 103 девочки на 100 мальчиков. С 1990-го по 2015 год доля женщин в национальных законодательных органах почти удвоилась (правда, доля женщин в общем количестве законодателей в мире сейчас составляет около 20%);

● детская смертность снизилась более чем вдвое, с 90 на 1000 человек в 1990 году до 43 на 1000 в 2015 году;

● количество носителей ВИЧ-инфекции в период с 2000 по 2013 год сократилось почти на 40%; заболеваемость малярией упала почти на 37%. Все это позволило сохранить жизни приблизительно 6,2 миллиона человек.

Нынешнюю эпоху можно назвать уникальной в истории человечества: сегодня мы обладаем колоссальными экономическими ресурсами и беспрецедентными технологическими возможностями. Люди на всей планете живут относительно мирно, обладают достаточными политическими свободами и способностью к диалогу – ничего подобного в прошлом не было. Впечатляющий прогресс, достигнутый благодаря реализации целей из списка ЦРТ, позволяет предположить, что мы можем решить любые задачи, когда действительно захотим. В этом заключается главная причина моего оптимизма относительно нашего общего будущего. И я изо всех сил стремлюсь привлечь на свою сторону как можно больше союзников.

Глобальный список задач: Цели устойчивого развития

Воодушевленные обнадеживающими результатами программы ЦРТ, страны – члены ООН вновь решили объединить усилия и поставили перед собой еще более масштабные цели. Так появился список Sustainable Development Goals (Цели устойчивого развития (ЦУР)). Выработанный в результате длительных исследований, консультаций и дискуссий с участием технических экспертов, высокопоставленных политиков и социальных активистов из разных стран мира, список ЦУР включает в себя семнадцать глобальных целей и 169 конкретных задач. Каждая из них представлена в количественном выражении, так, чтобы достигнутый прогресс можно было оценивать и измерять. Необходимо достичь всех семнадцати целей к 2030 году.

Подобно Целям развития тысячелетия, Цели устойчивого развития являются прорывом в истории нашей цивилизации. Никогда прежде представители всей планеты не объединяли усилия для решения проблем, с которыми сталкиваются богатые и бедные, мужчины и женщины, молодежь и старики, представители всех рас, культур и вероисповеданий. Для этого поставлены общие цели, которые закреплены в структуре, отражающей экологические реалии, – они определят будущее жизни на планете Земля.

Слово sustainable (устойчивый. — Прим. пер.) в названии списка целей является самым существенным. Все, что мы делаем, от строительства инфраструктуры и создания новых отраслей промышленности до основания городов и разработки инновационных технологий, оказывает влияние как на всех нас, так и на планетарную экосистему. То, как мы эксплуатируем природные ресурсы, решаем демографические проблемы, производим и используем энергию, распределяем богатства, – влияет на окружающую среду и, как следствие, на будущее человечества. Поэтому мы не можем принимать эти решения только на основе наших сиюминутных или краткосрочных потребностей.

Под устойчивостью следует понимать вот что: мы едим фрукты, не нанося вреда деревьям, и фактически таким образом повышаем их продуктивность – со временем каждый сможет наслаждаться бо́льшим количеством сладких плодов. За последние десятилетия правительственные чиновники, ученые, экономисты, представители бизнеса, социальные активисты и многие другие постепенно пришли к пониманию того, что любой план или программа развития должны разрабатываться с учетом сохранения устойчивости.

Самым ярким примером изменения образа мышления в соответствии с критериями устойчивости является трансформация представлений о проблеме изменения климата. Тридцать–сорок лет назад, когда несколько дальновидных специалистов по биосфере Земли начали предупреждать человечество об опасности, которую несет выделение углекислого газа, большинство посчитало их сумасшедшими: «Мир просуществовал миллионы лет при постоянных изменениях климата и погоды, а сейчас вы говорите, что загрязнение окружающей среды из-за нескольких автомобилей и заводов через пятьдесят–семьдесят лет убьет нашу планету? Да вы не в своем уме!»

Сейчас так не говорит почти никто. По мере накопления научных данных мы узнали, как изменения климата в далеком прошлом стали причиной катастрофического исчезновения многих видов живых организмов, включая и вымирание динозавров примерно 65 миллионов лет назад. Уже сегодня мы видим выраженную трансформацию климатических процессов – она происходит намного быстрее, чем было спрогнозировано экспертами. В конце концов, лидеры государств собрались вместе и заявили: «Мы должны положить этому конец. Необходимо принять меры для того, чтобы не допустить повышения среднемировой температуры более чем на 1,5 градуса по Цельсию по сравнению с ее уровнем перед началом эпохи индустриализации». В результате появилось Парижское соглашение, о котором я писал во второй главе книги. В нем изложены базовые принципы и правила, которые должны соблюдаться, чтобы наша экономическая деятельность в ближайшие годы не привела к усилению глобального потепления.

Однако изменение климата – это не единственная проблема, связанная с обеспечением устойчивости. Следует тщательно изучить и другие изменения, связанные с антропогенным влиянием на окружающую среду, причем делать это нужно с учетом жизни будущих поколений. Например, даже если не принимать в расчет воздействие вырубки лесов на климат, мы не сможем сохраниться как вид, если продолжим уничтожать их с той же интенсивностью. Мы не сможем удовлетворять свои потребности в продовольствии, если продолжим вылавливать рыбу и других представителей океанической фауны с той же скоростью, как делаем это сейчас. Пока пластмассовые отходы попадают в наши каналы и реки, в результате чего образуются целые острова из мусора в центре Тихого океана, мы будем питаться рыбой, в организме которой содержатся неперевариваемые микрогранулы пластмассы, пить воду, загрязненную микроволокнами пластика. Фермеры будущего не смогут прокормить людей, если мы продолжим возделывать пропитанные химикатами культуры, которые истощают почву и увеличивают заболеваемость растений. Злоупотребление антибиотиками повышает риск возникновения и распространения эпидемий, которые могут привести к смерти миллионов людей. Все это примеры того, как от решений, которые мы принимаем сегодня, зависит, насколько стабильной и устойчивой будет жизнь на нашей планете в ближайшие десятки и сотни лет.

Более того, устойчивость включает в себя также социальные, экономические и политические аспекты, не связанные напрямую с экологическими факторами. Возьмем проблему экономического неравенства. Если все бо́льшая доля богатства и доходов будет концентрироваться в руках малой части населения, то напряженность в отношениях между социальными группами и внутри них обязательно усилится. Беднейшие люди будут вынуждены зарабатывать средства к существованию криминальными способами; те, кого несовершенная экономическая система загнала в трущобы или временные лагеря, устроят беспорядки и бунты; миллионы беженцев хлынут через государственные границы, требуя справедливого распределения ресурсов, которые присваивают себе наиболее богатые государства; резко возрастет вероятность войн между странами за экономические ресурсы, от нефти и минерального сырья до воды и сельскохозяйственных угодий. Правительства демократических государств, разрываемых на части экономическими конфликтами, будут передавать власть олигархам, которые обещают обуздать гражданские волнения. Но сделают они это с помощью строительства стен и создания военизированных формирований, чтобы указать беднякам их место.

В таких обстоятельствах человечество не сможет развиваться устойчиво. Поэтому в практическом плане экономическая справедливость неразрывно связана с надеждой на то, что мы будем жить в мирном, демократическом обществе.

Важнейшей гарантией мира на Земле является победа над бедностью. Справедливое распределение богатства наряду с необходимостью остановить изменение климата, загрязнение воздуха и чрезмерное использование природных ресурсов являются в конечном итоге основным залогом устойчивости.

Семнадцать пунктов списка Целей устойчивого развития следует изучать, помня об этом. В совокупности эти Цели формируют образ мира будущего, который мы хотим построить – или по крайней мере будем заняты его строительством – к запланированному сроку, 2030 году.

Семнадцать Целей устойчивого развития приведены ниже:

1. Повсеместная ликвидация нищеты во всех ее формах.

2. Ликвидация голода, обеспечение продовольственной безопасности и улучшение питания, содействие устойчивому развитию сельского хозяйства.

3. Обеспечение здорового образа жизни и содействие благополучию всех людей в любом возрасте.

4. Обеспечение всеохватного и справедливого качественного образования, поощрение возможности обучения на протяжении всей жизни для каждого человека.

5. Обеспечение гендерного равенства, расширение прав и возможностей всех женщин и девочек.

6. Обеспечение наличия воды и санитарии для всех, рациональное использование водных ресурсов.

7. Обеспечение доступа к недорогим, надежным, устойчивым и современным источникам энергии для всех людей.

8. Содействие неуклонному, всеохватному и устойчивому экономическому росту, полной и производительной занятости и достойной работе для всех.

9. Создание прочной инфраструктуры, обеспечение всеохватной и устойчивой индустриализации, внедрение инноваций.

10. Снижение уровня неравенства внутри стран и между ними.

11. Обеспечение открытости, безопасности, жизнестойкости и устойчивости городов и населенных пунктов.

12. Обеспечение рациональных моделей потребления и производства.

13. Принятие срочных мер по борьбе с изменением климата и его последствиями.

14. Сохранение и рациональное использование океанов, морей и морских ресурсов в интересах устойчивого развития.

15. Защита, восстановление экосистем суши и содействие их бережной эксплуатации, рациональное управление лесами, борьба с опустыниванием, прекращение и обращение вспять процесса деградации земель и прекращение процесса утраты биологического разнообразия.

16. Содействие построению миролюбивых и открытых обществ в интересах устойчивого развития, обеспечение доступа к правосудию для всех и создание эффективных и подотчетных учреждений всех уровней.

17. Укрепление средств достижения устойчивого развития и активизация работы механизмов глобального партнерства в интересах устойчивого развития[25].

К каждой из семнадцати целей привязаны несколько конкретных задач. Например, под достижением цели № 1 «Повсеместная ликвидация нищеты во всех ее формах» ООН подразумевает выполнение следующих семи задач:

● к 2030 году должна быть повсеместно ликвидирована нищета. В настоящий момент нищетой считается жизнь менее чем на 1,25 доллара США в день;

● к 2030 году должно быть сокращено по меньшей мере вдвое количество людей всех возрастов, живущих в бедности, в соответствии с национальным стандартом;

● внедрить соответствующие национальным стандартам системы социальной защиты для всех, включая беднейшие слои населения [т.е. минимальные стандарты], и к 2030 году добиться полной и устойчивой социальной защиты для бедных и неимущих;

● к 2030 году гарантировать, что все люди, и в особенности бедные и неимущие, будут иметь равный доступ к экономическим ресурсам, а также к базовым услугам, собственности на землю и другим формам собственности, праву наследования, природным ресурсам, новым технологиям и финансовым услугам, включая микрофинансирование;

● к 2030 году обеспечить устойчивость бедных и нуждающихся и уменьшить их уязвимость перед климатическими, а также экономическими, социальными и экологическими потрясениями и бедствиями;

● обеспечить поступление из разных источников ресурсов, включая полученные в результате укрепления сотрудничества в целях развития, для обеспечения развивающихся и в особенности наименее развитых стран адекватными и поддающимися оценке средствами для реализации программ, направленных на ликвидацию нищеты во всех ее проявлениях;

● создать на национальном, региональном и международном уровнях надежную нормативную базу, направленную на поддержку ускоренных инвестиций в программы ликвидации нищеты[26]. В ее основе должна быть стратегия развития, учитывающая потребности бедных и гендерный фактор.

Вы видите, что эти задачи определены максимально четко и конкретно. Там, где это необходимо, включены количественные параметры. Поэтому эксперты и общественные активисты смогут давать объективные оценки, были ли решены задачи. Если по какой-то причине это не будет сделано, появится возможность точно определить, когда и где допущены ошибки, что можно предпринять для их устранения. Успехи, достигнутые в ходе реализации программы ЦРТ, дают нам серьезные основания надеяться даже на более серьезные достижения при выполнении программы ЦУР. Например, тот факт, что в Бангладеш в 2000–2013 годах удалось уменьшить уровень бедности вдвое, позволяет обоснованно рассчитывать, что к 2030 году мы сумеем полностью ликвидировать крайнюю нищету.

Как и в случае с Целями развития тысячелетия, согласие поддерживать программу ЦУР дали государства, частные компании, некоммерческие организации и влиятельные люди со всего мира. В достижении всех семнадцати целей важную роль должны сыграть великие державы, в первую очередь Соединенные Штаты и Китай, а также важнейшие финансовые организации, гигантские глобальные корпорации и, конечно, сама ООН. Со своей стороны, поддержку ЦУР уже оказывают миллионы обычных граждан, группы людей по всему миру. При этом совершенно неважно, что конкретно вы делаете, в чем заключаются ваши интересы как сознательного гражданина или социального активиста. В любом случае вы можете выбрать один или несколько пунктов из списка ЦУР, которые будете поддерживать в вашем сообществе или на глобальном уровне.

Мне выпала честь быть одним из людей, распространяющих информацию о Целях устойчивого развития в мире. В январе 2016 года Генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун объявил о формировании группы пропагандистов, которые займутся продвижением идеи ЦУР. Имея мандат на поддержку Генерального секретаря, эти люди добавили свои голоса к активизации работы в рамках качественно новой программы устойчивого развития. Они сотрудничают с партнерами из гражданского общества, научных кругов, законодательных органов, крупнейшими представителями частного бизнеса на всех континентах в поисках новых идей и путей ускорения достижения ЦУР.

Как член группы пропагандистов, я настоятельно призываю каждого человека воспринимать ЦУР как свои личные цели, как цели каждой компании или общественной организации, с которой он связан.

Печальная правда заключается в том, что в настоящее время наша цивилизация по экологическим, социальным и экономическим причинам не является устойчивой. Чтобы гарантировать безопасное будущее, нам нужно создать новую цивилизацию. ЦУР является мощным средством для реализации необходимых перемен. Большинство государств мира согласились общими усилиями решать глобальные задачи – и это очень важная веха в истории человечества.

Как бизнес нового типа будет стимулировать достижение ЦУР

Старая дорога всегда ведет в одно и то же место. Если мы хотим прийти куда-то еще, нам нужно построить новую дорогу. Это правило не знает исключений. В строительстве «новой дороги» к той цивилизации, в которой мы нуждаемся, центральную роль будет играть социальный бизнес. Это кажется разумным в теории и подтверждается практическим опытом. Многочисленные компании, занятые социальным бизнесом, уже помогают реализовывать отдельные пункты программы ЦУР.

Одним из мест, где активно работает Yunus Social Business (YSB), стали Балканы. Это беднейшая часть Европы, регион, в котором безработица, нищета, деградация окружающей среды и неразвитость социальных институтов уже много лет являются важнейшими проблемами.

Расположенные на Балканском полуострове в Юго-Восточной Европе государства долгое время подчинялись Советскому Союзу и сильно отстали в экономическом развитии от остальных европейских стран. С распадом СССР и окончанием холодной войны они начали переход к экономике свободного рынка. Однако этот процесс был прерван внутренними войнами, которые последовали после распада многонациональной Югославии. Начиная с 1991 года на ее месте одно за другим возникли независимые страны Словения, Хорватия, Босния и Герцеговина, Македония, Черногория и Сербия. В регионе то и дело вспыхивали длительные конфликты между разными этническими группами. Они сопровождались преступлениями против гражданского населения, совершавшимися, в частности, сербским диктатором Слободаном Милошевичем и другими политическими лидерами. Все это стало причиной тяжелых страданий населения региона, экономической и социальной деградации региона. Миллионы людей покинули свои жилища, сотни тысяч стали беженцами.

Сегодня большая часть балканских государств живет в мире. Но люди продолжают испытывать лишения. ВВП на душу населения в Албании, Сербии и других странах Западных Балкан составляет лишь четверть от подушевого ВВП Германии, Франции или Великобритании. Годы недостаточного финансирования и послевоенная разруха привели к тому, что в регионе сильно пострадали социальная и экономическая инфраструктура. Несмотря на попытки стимулировать физическое, экономическое и социальное восстановление, уровень безработицы в Боснии и Герцеговине в 2017 году достиг шокирующей отметки в 40%.

Члены команды YSB начали свою работу на Балканах с изучения экономической и социальной обстановки и бесед с представителями разных слоев общества. Они искали ниши, в которых можно было бы применить концепцию социального бизнеса. Эксперты познакомились с талантливыми предпринимателями – многие из этих людей имели превосходное образование. Они горели желанием применить свои творческие способности и таланты для того, чтобы вдохнуть новую жизнь в свою родину, но не могли сделать этого из-за отсутствия инвестиций и других структурных проблем. Например, 85% опрошенных представителями YSB предпринимателей заявили, что размер процентной ставки по кредитам в обычных банках слишком высок для запуска нового бизнеса. По этой причине три четверти из них прибегают к неофициальным источникам финансирования, например обращаются к семье или к друзьям, чтобы собрать деньги для открытия компании. Процесс организации своего дела также затрудняют существующая система налогообложения и административные барьеры[27].

Со своей стороны, YSB разработала для предпринимателей на Балканах программу бизнес-акселератора. Она создана по образу и подобию проекта, который реализуют венчурные капиталисты для перспективных высокотехнологичных стартапов в Кремниевой долине, да и не только там, но ориентирована на социальный бизнес. В ходе недельного семинара в столице Албании Тиране начинающим предпринимателям рассказали о социальном бизнесе. Также с ними провели занятия по таким дисциплинам, как анализ рынков, развитие клиента (тестирование идеи или прототипа будущего продукта на потенциальных потребителях. — Прим. пер.), проектирование и тестирование продукта при создании социального бизнеса.

Обучение, которое проводит YSB, ориентировано на применение новых концепций социального бизнеса, направленного на решение конкретных проблем населения разных страны. Также на лекциях и семинарах учат, как предпринимателям справляться с возникающими сложностями. Например, нередко возникают трудности с доступом на богатые рынки в крупных европейских городах – для этого многие предприниматели пытаются использовать экспортные программы, оптовые компании или крупные розничные сети. В команде YSB есть специалисты, которые помогают найти способы преодоления этих барьеров.

В частности, YSB оказала поддержку боснийской компании Udruzene, которая производит вязаные изделия ручной работы мирового класса. Ее основательница Надира Мингассон бежала из родной Боснии в возрасте девятнадцати лет, когда там началась война. Девушка оказалась в Париже, где нашла работу в модной индустрии. В 2008 году, приехав на родину, она увидела великолепные ткани ручной работы, которые создают бедные крестьянки. Надира поняла, что перед ней открываются возможности для запуска успешного бизнеса. Она основала компанию Udruzene – это название переводится с боснийского языка как «Совместный труд».

Сегодня изделия, изготовленные мастерицами из Udruzene, продаются многими самыми известными модными домами в Германии, Японии, Норвегии, Италии и других странах. «Я знала, что эти женщины могут соответствовать необходимым стандартам, – говорит Мингассон, – им нужно было только немного усовершенствовать свое мастерство»[28]. Изделия создают искусные мастерицы из сельских районов Балкан, которые в противном случае почти наверняка стали бы жертвами безработицы. На компанию Udruzene работает более трехсот женщин из разных уголков Боснии и Герцеговины – каждая из них является индивидуальным предпринимателем. Умение вязать стало инструментом для реинтеграции их в общество посредством экономического и социального раскрепощения через социальный бизнес. Благодаря созданным и предоставленным компанией каналам сбыта у них есть выход на обширные рынки. Таким образом Udruzene помогает женщинам, которые пострадали от войны, насилия и социальной маргинализации.

Еще один пример социального бизнеса на Балканах, созданного с помощью YSB, – это компания Rizona. Она создала надежный рынок для реализации высококачественных продуктов из экологически чистых овощей, которые выращивают сто мелких фермерских хозяйств в регионе Раховец в Косово.

Третий пример – St. George Valley Organic Farm, компания, занятая выращиванием лекарственных трав. Ее основал албанец Эмиланд Шкора. Компания базируется неподалеку от Тираны. Из выращенных трав готовят эссенции, которые продаются на международном рынке и используются в медицине и косметике. Это намного более прибыльный бизнес по сравнению с другими отраслями сельскохозяйственного производства. Компания сдает свои угодья в аренду почти шестидесяти местным фермерам и знакомит их с разными методами выращивания лекарственных трав. Благодаря этому люди получают дополнительный доход. Поскольку выращиваемые травы используются в медицине, весь процесс тщательно контролируется и является экологически чистым.

Как показывают приведенные примеры, социальный бизнес способствует решению конкретных проблем, с которыми сталкиваются люди в том или ином регионе. Но также он прямо и косвенно помогает достигнуть одной или нескольких целей из списка ЦУР, создавая возможности для повышения дохода, новых рабочих мест, ликвидации нищеты, укрепления равноправия мужчин и женщин и т.д.

Я хотел бы привести еще два интересных примера социального бизнеса в Колумбии и во Франции. Оба проекта представляют собой совместные предприятия, в которых принимает участие крупнейшая колумбийская компания, занятая в производстве пищевых продуктов McCain Foods. Она была основана в 1957 году и работает в разных странах мира с 1960-х годов.

Региональный президент McCain Foods по континентальной Европе, Ближнему Востоку и Северной Африке Жан Берну – необычный человек. Его офис расположен в городе Лилль на севере Франции. Несколько лет назад Берну очень заинтересовался идеей социального бизнеса. Он начал посещать все конференции и встречи, на которых я выступал, неоднократно звонил мне. Мы обсуждали, каким образом можно использовать ресурсы и опыт компании в создании новой экономической системы, призванной решить самые острые мировые проблемы. В Канаде он познакомил меня и некоторых членов команды Grameen c семейством Маккейн – владельцами компании McCain Foods. Они тоже заинтересовались концепцией социального бизнеса и выразили желание участвовать в ее реализации. В конечном счете возможность совместной работы с McCain Foods у нас появилась, когда представительство YSB в Колумбии начало искать пути решения экономических проблем беднейших граждан этой страны.

Примерно 31% населения Колумбии живет в сельской местности, где основным источником дохода бедноты обычно является сельское хозяйство. Колумбийские крестьяне часто сталкиваются с ограниченным доступом к капиталам, новейшим технологиям земледелия и с отсутствием технической помощи. Кроме того, они испытывают большие затруднения со сбытом выращенной продукции.

В последние годы проблемы обострились еще и потому, что Колумбия потеряла бо́льшую часть доли рынка когда-то знаменитого колумбийского кофе. В то время как азиатские производители в таких странах, как Вьетнам и Индонезия, значительно укрепили свои позиции, колумбийские фермеры внезапно столкнулись с серьезным экономическим кризисом. Из-за этого целые районы оказались в состоянии, близком к депрессии.

Компания McCain Foods специализируется на выращивании, переработке и продаже картофеля. Ежегодно на своих предприятиях, расположенных по всему миру, фирма перерабатывает более 5 миллионов тонн картофеля и производит из него замороженные полуфабрикаты для жарки. Растущая популярность выпускаемого McCain Foods замороженного картофеля фри открыла новые возможности для бедствующих колумбийских крестьян. Эти люди могли переключиться на новый вид деятельности. Так родилась идея создания Campo Vivo.

Компания Campo Vivo является совместным предприятием McCain Foods и YSB. Она создано для того, чтобы улучшить условия жизни крестьян и их семей из охваченных кризисом сельских районов Колумбии. Campo Vivo использует свой огромный опыт и обучает колумбийских крестьян выращивать высококачественный картофель с использованием новейших сельскохозяйственных технологий, позволяющих получать максимальные урожаи. Кроме того, сотрудничество с крупным предприятием открывает фермерам путь на рынки сбыта своей продукции.

13 мая 2014 года первые семена высокоурожайного картофеля сорта R12 были посажены в землю на ферме Рамада в муниципии Уне Восточной провинции департамента Кундинамарка. В этом небольшом пилотном проекте участвовали восемьдесят четыре человека из двадцати одной семьи.

11 ноября 2014 года был собран первый урожай картофеля, выращенного предприятием Campo Vivo. Сельскохозяйственные и экономические результаты превзошли наши ожидания. Урожайность составила 54,4 тонны с гектара (более 130 тонн на акр), то есть намного больше средней по стране (около 22 тонн с гектара). Урожаи следующих лет также оказались очень высокими.

Вдохновленные успехами СП Campo Vivo, руководители McCain Foods решили запустить социальный бизнес во Франции совместно с несколькими другими компаниями. Проект получил название BON et Bien (дословный перевод с французского языка «Хороший и хорошо»). Его целью было решение проблемы, с которой компания сталкивалась уже много лет, – речь идет о непроданном картофеле.

Как правило, фермеры не могут реализовать до 20% урожая картофеля, потому что плоды имеют форму, не подходящую для изготовления картофеля фри или чипсов. Они не могут быть переработаны на машинах, которые установлены на заводах McCain Foods и подобных ей компаний. Еще 6% урожая остаются на полях, потому что картофелеуборочные машины не могут его собрать. В результате четвертая часть выращенной продукции не доходит до потребителя – другими словами, доля отходов очень высока.

Картофель – далеко не единственная культура, при выращивании и переработке которой остается много отходов. Сегодня, по оценкам экспертов, более 30% производимого нами продовольствия, или примерно 1,3 миллиарда тонн ежегодно, не съедается и уходит в отходы. При этом более 800 миллионов человек уже сегодня страдают от голода и недоедания, а в течение ближайших тридцати пяти лет, по прогнозам, численность населения планеты вырастет с 7 миллиардов до 9,6 миллиарда человек. Таким образом, сельскохозяйственные ресурсы будут испытывать еще более высокую нагрузку. Поэтому попросту неприемлемо отправлять в отходы пищу, которую можно было бы употребить.

Причины появления отходов разнообразны. Они могут образоваться на любом этапе работы пищевой промышленности: при сборе урожая, транспортировке, хранении, производстве и на пути к потребителю. Но все же главная причина – это существующая экономическая система. Ее основное правило заключается в том, что каждый продукт, который не может быть продан по цене, которая обеспечивает хотя бы среднюю по отрасли прибыль, должен быть забракован или уничтожен.

Разве не странно, что мы не ощущаем никакой ответственности за это, не пытаемся найти хоть какое-то решение проблемы? 30% произведенных в Европе овощей уходят в отходы по непонятной причине – просто потому что они имеют неправильную или даже «гротескную» форму. В бизнесе их называют «некрасивые овощи». Они просто не соответствуют стандарту, который мы видим на витринах супермаркетов. А ведь эти овощи вполне съедобны и имеют высокую питательную ценность.

Участие компании McCain Foods в социальном бизнесе в Колумбии позволило ее руководству взглянуть на проблему отходов под другим углом и увидеть новые возможности. Для этого был создан проект BON et Bien. Компания привлекла к его реализации других партнеров, включая пятерых членов Международной коалиции по пищевым отходам (International Food Waste Coalition). Эта ассоциация производителей пищевых продуктов стремится максимально сократить производство отходов. В партнерство вошли сеть гипермаркетов E. Leclerc, компания по подбору кадров Randstad France, французские банки продовольствия и Французская ассоциация производителей картофеля (Groupement d'agriculteurs producteurs de pommes de terre pour l'industrie McCain, GAPPI). Каждая из этих групп решила внести свой вклад в проект BON et Bien. В октябре 2014 года была создана компания, которая начала превращать некрасивые овощи в привлекательные продукты питания.

Проект BON et Bien функционирует следующим образом: McCain Foods договаривается с некоторыми из своих региональных поставщиков – сельхозпроизводителей о том, что они будут собирать свежие, но некрасивые плоды. После этого из картофеля, моркови, цикория и репчатого лука готовят полуфабрикаты для супов по рецептам местных поваров. (После того как некрасивые овощи режут на мелкие ломтики, исчезает основной барьер между потребителями и вкусной, питательной едой – в этом случае невозможно узнать, какую форму продукты имели изначально).

Люди, задействованные в проекте BON et Bien, долгое время не имели работы и теперь готовы вернуться на рынок труда. Компания Randstad France обеспечивает набор персонала, проводит его обучение и предоставляет социальную поддержку. Французские банки продовольствия выступают в роли консультантов, а GAPPI действует как координатор между производителями сельскохозяйственной продукции и социальным бизнесом. Упакованные супы продаются в супермаркетах Templeuve (они управляются розничной сетью E. Leclerc) под торговой маркой BON et Bien.

Во время запуска проекта BON et Bien Жан Берну сказал: «Проект представляется решением, обеспечивающим выигрыш всем. Мы с нашими поставщиками и нашим ключевым клиентом, сетью E. Leclerc, боремся против отправки в отходы качественных продуктов питания. Одновременно мы готовим сырье для производства полуфабриката картофельного пюре на наших предприятиях и создаем возможности для трудоустройства местным жителям. Вся прибыль, полученная в результате реализации проекта, будет реинвестироваться в новые инициативы, дающие дополнительный социальный и экологический эффект»[29].

Сегодня, после двух лет успешной работы, в рамках проекта BON et Bien начато производство полуфабрикатов гарниров и салатов из «некрасивых» овощей. Проект уже реализуется в Бельгии и Греции, в конце 2017 года он будет запущен в Марокко.

Campo Vivo и BON et Bien способствуют достижению сразу нескольких важных целей из списка ЦУР, например ликвидации нищеты, голода, экономическому росту и обеспечению достойной работы для всех, рациональному производству и потреблению. Эти проекты представляют собой примеры устойчивого бизнеса, поэтому их можно тиражировать без ограничений.

Новая экономическая система, благодаря которой достигаются поставленные цели

Ориентированные на социальный бизнес компании Campo Vivo и BON et Bien открыли дорогу инновациям. Теперь у многих людей во всем мире родятся другие нужные и полезные идеи. Социальный бизнес позволяет нам смотреть мир по-новому, видеть то, что не замечали прежде, и этот новый взгляд приведет нас к достижению всех целей устойчивого развития в запланированные сроки.

В списке ЦУР отражены основные проблемы, стоящие перед миром в наши дни. Справиться с ними может такая глобальная организация как ООН. К сожалению, как только ООН начинает рассказывать о процессах, которые привели к возникновению этих проблем, она оказывается вовлеченной в нескончаемые дебаты. Поэтому мне, частному лицу, проще изложить свою точку зрения.

Я убежден, что список ЦУР является великолепным результатом фиксации несовершенств господствующей экономической системы. Фактически его можно назвать обвинительным заключением, в котором перечисляются все предъявляемые ей обвинения. Можем мы ли полагаться на систему, которая сама создает проблемы, чтобы решать их? И даже если проблемы будут решены, то где гарантии того, что эта же система не создаст их снова? Таким образом я пришел к выводу: чтобы перестроить мир, мы должны перестроить экономическую систему. В мире, где единственным законным видом экономической деятельности считается безостановочная концентрация богатства, цели из списка ЦУР не могут быть достигнуты. Точно так же нельзя будет добиться ни одной из поставленных мной целей: нулевой бедности, нулевой безработицы, нулевых выбросов углекислого газа. Это мой собственный, упрощенный список целей, к которым должна стремиться наша цивилизация. Поэтому мы остро нуждаемся в альтернативной экономической системе, которая базируется на других концепциях, имеет другую структуру и пропагандирует другие ценности.

Социальный бизнес представляется мне важнейшим элементом перехода от нашей цивилизации, которой правит алчность, к новой, базирующейся на готовности делиться и неравнодушии.

Часть третья

Основные движущие силы трансформации мира

7

Активизация и мобилизация молодежи

У многих эта новость вызвала шок: «Подавляющее большинство представителей поколения 2000-х, – гласил заголовок в газете Washington Post, – отвергает капитализм»[30]. По данным опроса молодых людей в возрасте от 18 до 29 лет, проведенного экспертами Гарвардского университета, лишь 42% опрошенных заявили, что поддерживают капитализм, в то время как против него высказался 51% респондентов. И это было только одно из множества исследований, которое продемонстрировало серьезнейшее недоверие молодых людей к господствующей экономической системе. В 2012 году авторитетный Институт Пью провел опрос, показавший, что 46% представителей поколения миллениума положительно относятся к капитализму, а 47% – отрицательно. Журналист Марк Эренфройнд написал, что такие результаты отражают «очевидное неприятие базовых принципов экономики Соединенных Штатов».

В 1991 году, с распадом Советского Союза, казалось, что единственная заслуживающая внимания проблема капитализма исчезла. Почему же молодое поколение выступило против капиталистической системы, которая одержала убедительную победу чуть более четверти века назад?

Сторонники «священного» свободного рынка отреагировали на результаты опроса с удивлением и беспокойством. Экономист Майкл Мунгер в своем материале на сайте Фонда экономического образования (Foundation for Economic Education), судя по всему, расценил результаты опроса как бессмысленные, заявив: «Вы не можете отвергнуть капитализм точно так же, как вы не можете отменить силу тяжести»[31]. Некоторые комментаторы отметили, что опрошенная молодежь не предложила явную альтернативу капитализму – например, всего 33% респондентов заявили, что поддерживают социализм. Другие комментаторы подчеркнули, что результаты опроса просто отражают нечеткое определение капитализма.

Самый удачный комментарий предложила Сара Кендизор в журнале Foreign Policy:

Кто-то удивлен тем, что более половины американцев в возрасте 18–29 лет говорят, что они не поддерживают капитализм? – пишет она. – Чтобы понять бедственное положение американской молодежи, опрос не нужен. Просто посмотрите на их банковские счета, на их работу, на работу, которую потеряли их родители, на их долги, на возможности, о которых они мечтают, но получают отказ… Самым убедительным обвинением против статус-кво является сам статус-кво[32].

Лично я не удивился результатам исследования. По работе я бываю в университетских кампусах по всему миру. У меня было много возможностей поговорить с молодыми людьми об их жизни, о проблемах, с которыми они сталкиваются, о надеждах и мечтах. Мне уже давно понятно, что молодежь и в богатых, и в самых бедных странах разочаровалась в существующей социальной и экономической системе. Новое поколение прекрасно понимают ее недостатки, причем не только из-за своих собственных трудностей: безработицы, долгов за обучение, уменьшающихся возможностей. Их также беспокоят глобальные проблемы, от сохраняющейся нищеты и ухудшения экологической обстановки до постоянно растущего неравенства и нарушения гражданских прав. Тем не менее они вряд ли имеют ясное представление о том, что корнем всех этих проблем является капитализм – им просто не нравится происходящее. Они не верят в то, что результаты деятельности свободного рынка всегда однозначно хороши. Молодые люди оценивают систему по результатам ее деятельности и, судя по всему, признают их неудовлетворительными.

С другой стороны, бо́льшая часть современной молодежи не рассматривает в качестве замены капитализма ни одну из уже предлагавшихся альтернативных идеологий, например социализм или коммунизм. Их молодые люди также считают ущербными. Вместо этого они ищут совершенно новый подход, который будет более точно отражать свойства и качества человеческой природы. Эта новая структура должна помогать раскрытию творческих возможностей людей, содействовать решению серьезных проблем, стоящих перед человечеством. Современная молодежь больше хочет быть полезной окружающим, чем представители предыдущих поколений.

При этом многие молодые люди не могут полностью раскрыть свой потенциал из-за таких структур, как фондовый рынок, традиционная монетарная или фискальная политика. Они радостно приветствуют любого, кто предложит им глоток свежего воздуха, пути решения их проблем. Этим и объясняется тот энтузиазм, который я ощущаю, когда рассказываю о своих идеях молодежной аудитории на всех континентах.

Наши молодые современники поведут мир к созданию новой цивилизации. Они уже сейчас упорно работают, ищут новые идеи и думают о программе действий. Как только они точно определят свои цели, то смогут достичь их намного легче, чем сделали бы это тридцать лет назад.

Молодые люди сегодня прекрасно подготовлены к решению любой серьезной задачи. Они лучше образованны по сравнению с прошлыми поколениями, а благодаря развитию глобальных цифровых коммуникаций и информационных технологий связаны со всем миром. Путешествия, студенческие программы обмена, возможность практики за границей и использование социальных сетей помогли многим из них завести друзей. При этом национальность, цвет кожи или религия не играют никакой роли.

Несмотря на то что молодежь имеет очень нечеткое представление о мире, в котором хочет жить, она понимает: ученые и политики не смогли проложить для нее дорогу к лучшему будущему и не снабдили ее инструментами, необходимыми чтобы проложить эту дорогу своими силами.

Это разочарование заставляет молодых людей двигаться в двух направлениях. Некоторые становятся пессимистами и устраняются от решения проблем. Другие же сохраняют надежду на возможность изменения ситуации к лучшему. Они чувствуют, что обладают колоссальными силами, но не знают, как эти силы применить. Любой убедительный план работы на перспективу придаст нынешней молодежи такую энергию, какой мир еще не видел.

Я хочу, чтобы каждый школьный класс посвящал одну неделю учебного года формированию картины собственного мира. В первые день или два каждый школьник составил бы свой собственный список качеств того мира, в котором он хочет жить. Оставшуюся часть времени школьники могут работать вместе над коллективной выработкой «портрета» идеального мира. Я предлагаю сделать это обязательным элементом образовательной системы.

В наши дни школьникам вообще не говорят о том, что они могут создать собственный мир. Но мне кажется, что попытка представить себе такой мир должна стать самой важной частью учебного процесса. Создав его для себя, они будут думать, как превратить эту умозрительную картину в реальность. Если мы можем представить себе что-либо, то существует большая вероятность реализации этой мечты. Создавая свой воображаемый мир, школьники осознают, насколько наша действительность отличается от той, в которой они хотят жить. А осознание станет началом настоящей работы, чтобы достигнуть поставленной цели.

Современная молодежь представляет собой одну из трех главных сил, которые, по моему твердому убеждению, в течение нескольких ближайших десятилетий сформируют новое глобальное общество. Сегодняшние юноши и девушки полностью перестроят существующую экономическую структуру – это позволит в полной мере использовать творческие способности людей во всем мире. Они сделают все необходимое для того, чтобы система не обслуживала интересы горстки богачей, в то время как миллиарды других работают только для умножения их капитала. Как только молодые люди поймут, в каком мире они хотят жить, воплотить идеи в реальность будет намного проще.

Школы и университеты могут помочь молодежи создавать собственный новый мир

Как я уже говорил, одной из важнейших проблем существующей экономической системы является мировоззрение, которое мы формируем у молодежи. Мы растим детей, заставляя их поверить в то, что «нет работы, значит, нет жизни». Эту мысль внушают им дома, в школе, в средствах массовой информации, в политических дебатах – повсюду. Став взрослыми, вы становитесь постоянным участником рынка труда. Ваша работа – это ваша судьба. Если найти работу не удается, вы оказываетесь в очереди за пособием по безработице. Но никто не говорит молодым людям, что они рождены стать предпринимателями, а не ждать, когда их возьмут на работу.

С детства каждый из нас усваивает: главной целью работы является создание и приумножение личного состояния. Мы учим молодежь тому, что стремления помочь окружающим или изменить мир к лучшему вторичны, им можно следовать только в «свободное время» либо «поделиться с нуждающимися» в качестве своего рода возврата долга. Следуя этим установкам, молодые люди не могут в полной мере раскрыть свой потенциал, достигнуть большего. Поэтому, думая о создании новой цивилизации, которая признаёт, уважает и использует желания и способности каждого человека, нам нужно изменить систему образования и исходные формулы, на которых она базируется.

Я с радостью наблюдаю положительные перемены в университетах по всему миру. За последние десять лет многие из них добавили изучение социального бизнеса в свои учебные планы. Мы отмечаем рост количества университетских учебных программ, в рамках которых преподаватели и студенты изучают новые методы экономической деятельности, проводят эксперименты в этой области.

Университеты на всех континентах приглашают представителей YSB вести учебные курсы и проводить исследования. В то же время бюро YSB предлагает самим учебным заведениям действовать в качестве клиринговых центров в области социального бизнеса для ведущих бизнесменов, разнообразных фондов, неправительственных организаций, социальных активистов, государственных органов, финансовых институтов и т.д.

Некоторые из этих организаций проводят конкурсы проектов в сфере социального бизнеса, чтобы помочь найти решение проблем, которые студенты считают важными для своих университетов, стран и даже для мира в целом. Старшекурсники занимаются здесь углубленными исследованиями разных аспектов социального бизнеса. Ежегодно в ноябре в крупнейших мировых центрах проходят конференции, на которых ведущие специалисты представляют научные работы в этой сфере, участники обмениваются опытом и идеями, знакомятся с новыми программами. В итоге все больше молодых людей овладевают необходимым инструментарием и глубже вникают в проблему социального бизнеса. Все это необходимо для формирования нового экономического мышления и более широкого распространения новых идей в ближайшем будущем.

9 апреля 2017 года было подписано соглашение об открытии тридцать четвертого в мире Yunus Centre в Университете Линкольна в Крайстчерче (Новая Зеландия). Другие центры расположены в университетах Шотландии, Австралии, США, Канады, Франции, Италии, Китая, Таиланда, Азербайджана и других учебных заведениях по всему миру, от Германии до Японии и от Малайзии до Турции. В ближайшее время общее количество центров социального бизнеса в разных странах превысит полсотни.

Как вы понимаете, каждый из этих центров YSB уникален, опирается на конкретные сильные стороны своего университета-партнера и занимается наиболее важными проблемами местной и национальной экономики. Например, наши центры в Каледонском университете Глазго и Университете Нового Южного Уэльса (Сидней, Австралия) стремятся повысить доступность медицинских услуг для малоимущих из бедных кварталов шотландских и австралийских городов. Специалисты YSB, работающие при Университете Казетсарт (Бангкок, Таиланд) и Университете Линкольна (Крайстчерч, Новая Зеландия), занимаются в основном проблемами сельского хозяйства. Бизнес-центр при инженерном колледже SSM (SSM College of Engineering, штат Тамилнад, Индия) фокусируется на помощи студентам старших курсов в открытии социального бизнеса. Другие наши бизнес-центры в зависимости от потребностей и ресурсов партнеров занимаются вопросам промышленности, сельского хозяйства, организации производства, предоставления услуг и т.д.

Несмотря на все различия, университетские бизнес-центры YSB имеют достаточно много общего. Каждый из них работает как информационно-аналитическая организация, специализирующаяся в сфере экономических инноваций и социального бизнеса. Все они занимаются борьбой с бедностью, проектами по формированию экологической устойчивости, проводят семинары, конференции и другие встречи. На этих мероприятиях обсуждаются текущие и перспективные исследования и разработки в данной области. Все центры организуют курсы по изучению социального бизнеса и других форм экономических инноваций для студентов и предпринимателей. Здесь происходит обмен опытом и идеями между учеными, ведущими представителями бизнеса, предпринимателями и государственными чиновниками.

На примере расположенной в южном пригороде Парижа Высшей коммерческой школы (L'École des hautes études commerciales de Paris, HEC Paris) видно, насколько разнообразной может быть работа по распространению знаний об экономических инновациях. Один из основателей этого Центра, профессор Бенедикт Фавр-Тавиньо, также занимает должность заведующего кафедрой социального бизнеса.

В рамках НЕС доктор Фавр-Тавиньо помог реализовать несколько проектов, посвященных экономическим инновациям. Сегодня студенты, прослушавшие здесь курс социального бизнеса, получают соответствующий диплом. Кроме того, Центр спонсирует образовательную программу в интернете (массовый открытый онлайн-курс), которая называется Ticket4Change. Она уже помогла обучить около сорока тысяч студентов методам и стратегиям, включенным в дисциплину, которую Фавр-Тавиньо называет «Предприниматель перемен». НЕС предлагает также курсы повышения квалификации для действующих бизнесменов высшего звена под названием Inclusive Business and Value Creation. Все эти учебные и исследовательские проекты привязаны к экспериментам НЕС в рамках развития бизнеса под эгидой французской «Фабрики действия» – о ее работе я рассказывал в третьей главе этой книги.

Другие университеты, входящие в сеть бизнес-центров YSB, тоже развивают свои учебные программы. Так, Каледонский университет в Глазго предлагает студентам получить ученую степень магистра социального бизнеса и микрофинансирования. Центр Юнуса при Университете Флоренции ежегодно проводит «дни образования» – на этих мероприятиях более тысячи студентов и учащихся старших классов школ знакомятся с концепцией социального бизнеса. В ряде университетов, в частности в Ла Тробе (Мельбурн, Австралия), предмет «социальный бизнес» стал частью учебного плана каждого студента.

Многие из центров YSB также проводят экономические эксперименты в рамках совместной работы предпринимателей и специалистов-практиков. Например, Миллбери-центр при Becker College в Вустере (штат Массачусетс) имеет партнерские отношения с некоммерческими организациями в близлежащих районах. Совместно с Национальным парком он разработал программу микрокредитования стартапов, ориентированных на социальный бизнес в центральном Массачусетсе. Особый упор делается на проекты, инициируемые студентами или недавними выпускниками Becker College.

Как показывают эти примеры, молодежь во всем мире испытывает огромный интерес к информации и идеям в области социального бизнеса и других экономических экспериментов. Молодые люди ощущают дискомфорт в рамках действующей экономической системы и ищут пути выхода из нее. Поэтому желание образовательных учреждений и организаций в разных странах реагировать на пока не удовлетворенные потребности юношей и девушек является обнадеживающим сигналом. Я с оптимизмом наблюдаю, насколько охотно университеты создают у себя совместные бизнес-центры с YSB. Эти организации заработают с полной отдачей, когда студенты смогут получать в них степени бакалавра и магистра по социальному бизнесу, а «Фабрики действий» будут работать в каждом городе, где располагаются центры.

К участию в переменах также следует привлекать учащихся средних и старших классов школ, и уже начали появляться проекты именно для этой аудитории. В июне 2016 года эксперты Творческой лаборатории Grameen помогли подготовить программу, к изучению которой приступили более 10 000 школьников старших классов в европейских странах. Учебный курс частично финансировался Евросоюзом и охватывал учеников 373 школ в семи странах. Под руководством 507 преподавателей и более двухсот бизнес-консультантов они придумывали идеи для собственных проектов. За время реализации программы было создано в общей сложности 668 идей социального бизнеса. Крайне важно, что 97% участников программы сказали, что надеются заниматься этим в будущем.

Педагоги, занятые в программе, также планируют использовать полученный опыт в последующей работе. Например, они хотят создать постоянную «экосистему социального предпринимательства», чтобы стимулировать дальнейшие исследования и эксперименты с новыми экономическими моделями в европейских школах.

Нам нужно организовать как можно больше таких программ по всему миру, причем начинать работу с учениками необходимо еще до того, как они попадут в старшие классы. С раннего возраста необходимо формировать у детей более широкое понимание новой экономики. Эта модель учитывает и бескорыстную, и эгоистическую составляющие человеческой природы; она признает разные мотивы, влияющие на творчество и эффективность труда, кроме желания собственного обогащения. Мы должны говорить нашим дочерям и сыновьям, что можно как быть соискателями работы, так и самим создавать рабочие места. И они должны быть готовы сделать собственный выбор. Пусть наши дети представят себе мир, в котором они хотели бы жить, и задумаются о проектах и бизнесе, помогающих сделать этот идеальный мир реальностью.

Глобальная сеть молодых предпринимателей, занятых социальным бизнесом

Учебные программы в школах и колледжах играют важную роль, стимулируя интерес молодежи к изменению существующей экономической системы. Однако тысячи молодых людей во всем мире не ждут, пока образовательные организации укажут им правильный путь. Многие изучают социальный бизнес самостоятельно, ищут соратников, которые уже занимаются экономическими экспериментами, а также просто начинают свое дело!

Высокотехнологичную компанию MakeSense основал молодой человек, которого зовут Кристиан Ванизетт. Он родился на острове Таити, расположенном в южной части Тихого океана, в университете изучал технические науки и после его окончания пытался сделать карьеру в сфере IT. Ванизетт получал хорошую зарплату и быстро двигался по служебной лестнице. Однажды руководитель компании сообщил ему, что следующие несколько месяцев Ванизетт будет работать над новым проектом. Заказчик хотел получить систему, позволяющую подключить холодильники к сети электронных коммуникаций. Такой высокотехнологичный механизм получил известность как интернет вещей.

Ванизетт знал, что с точки зрения технологий предложенный проект очень интересен и требует максимальной отдачи. Однако он не понимал, в чем заключается его практическая польза. И чем больше он думал, тем бессмысленнее казалась ему предложение шефа. «Наверняка существует какое-то более рациональное применение моих способностей, чем учить холодильники разговаривать друг с другом», – решил Ванизетт. Вскоре он очень сильно удивил семью и друзей, уволившись с высокооплачиваемой работы. Молодой человек решил узнать побольше о новой для него идее социального бизнеса.

Кристиан Ванизетт забрал из банка свои сбережения и отправился в кругосветное путешествие. Он встречался с предпринимателями в Азии, Африке, Европе и обеих Америках, исследовал социальные и экономические проблемы в разных странах, разбирался в потребностях и желаниях бедняков и малоимущих. Вскоре у него родилась идея, которая, позволила объединить знания Кристиана в сфере высоких технологий и многочисленные возможности, который создает социальный бизнес. Так появилась компания MakeSense.

Сегодня Кристиан Ванизетт и его друзья по всему миру превратились в серьезную силу, оказывающую серьезную поддержку социальному бизнесу. В работе MakeSense участвуют 25 000 человек в разных странах. Более подробно я расскажу о компании MakeSense в восьмой главе книги.

Еще один пример роста популярности социального бизнеса – расширение сферы влияния Yunus&Youth (Y&Y) (Юнус и молодежь. — Прим. пер.), международной организации, которая объединяет молодых людей, приверженных этой идее. Одним из ее создателей стала Сесилия Шапиро, энергичная молодая женщина с большим опытом работы в бизнесе и некоммерческих организациях. Y&Y родилась в результате знакомства нескольких молодых людей на Всемирном саммите по социальному бизнесу, который прошел в 2013 году в Куала-Лумпуре (Малайзия). Они хотели лучше узнать, что такое социальный бизнес, и увидели в этой концепции огромный потенциал. Кроме того, молодые люди поняли, что ведущие предприниматели в области социального бизнеса обладают большими знаниями и опытом, которые необходимы их начинающим коллегам. История Y&Y началась с появления этой идеи. Главная цель этой организации заключается в том, чтобы предоставить заинтересованным молодым предпринимателям консультации, обеспечить их методологией ведения бизнеса. В конечном итоге знания помогут им превратить мечты в реальность.

Сегодня офисы Y&Y работают в Соединенных Штатах, Бразилии и Марокко. Организацией руководит команда молодых профессионалов из восьми стран. Среди них есть студенты старших курсов и консультанты, журналисты и графические дизайнеры, в том числе работавшие в Google, McKinsey & Company и Grameen Bank, стипендиаты программ Фулбрайта и Родса, инженеры и поэты. Свою миссию они видят в отборе и воспитании будущих лидеров социального бизнеса. Молодых предпринимателей, которых выбрали эксперты Y&Y, обучают по уникальной программе. Им объясняют принципы функционирования стартапов, работающих с наименьшими затратами, что в будущем позволит построить успешный, стабильный и надежный социальный бизнес.

Во время полугодового обучения стипендиаты раз в две недели принимают участие в вебинарах бизнес-экспертов, входящих в глобальную сеть профессиональных менторов, получают необходимые материалы и персонализированную поддержку от команды Y&Y. Они тесно общаются с наставниками – успешными предпринимателями и профессионалами бизнеса, готовыми поделиться опытом, чтобы молодые люди максимально полно раскрыли потенциал своего социального бизнеса. Эти только что созданные компании стимулируют важные перемены, потому что их основатели хорошо знают проблемы своих регионов.

В группу стипендиатов Y&Y2016 года входили двадцать шесть человек из семнадцати стран. Хочу представить вам некоторых из них.

● Диего Падилья из Перу, основатель компании Recidar, идея которой базируется на модели повторного использования. Recidar собирает пригодные, но ставшие ненужными вещи в богатых домах, продает их по низким ценам в бедных районах. Полученная выручка направляется на запуск новых проектов. Их общей целью является сокращение отходов и развитие предпринимательства в районах, в основном населенных малоимущими людьми.

● Валаа Самара из Палестины создала компанию по производству украшений Bella Handmade Jewelry, целью которой является создание рабочих мест в лагерях беженцев. Валаа мечтает дать женщинам, живущим в тяжелых условиях, надежду и обеспечить доход, который позволит улучшить жизнь их семей.

● Хендрияди Бахтиар из Индонезии запустил социальный бизнес, связанный с производством индонезийской национальной закуски (снека) из рыбы. В компании работают жены рыбаков. В долгосрочной перспективе Хендрияди Бахтиар хотел бы избавить от нищеты 22 миллиона индонезийских женщин и их семьи, для чего дать им возможность зарабатывать сумму, эквивалентную минимум 3 долларам США в день.

● Джезз Джао из Филиппин создал проект Carrier Pigeon Project – интернет-магазин, торгующий модными вещами. Вырученные средства идут на финансирование стипендий и образовательных программ для детей из бедных филиппинских семей. Глобальная цель Джезза заключается в использовании образования как важнейшего инструмента, который позволяет преодолеть бедность.

Помимо MakeSense и Y&Y, есть и другие организации, помогающие молодым предпринимателям. Так, Молодежный альянс за социальный бизнес (Social Business Youth Alliance, SBYA) – всемирная организация, работающая с 2013 года. Она обучает молодых людей основам ведения социального бизнеса, способствует общению перспективных кандидатов с потенциальными инвесторами. Тем самым альянс устраняет одно из главных препятствий, с которыми сталкиваются начинающие бизнесмены, – отсутствие доступа к капиталам для открытия своего дела.

Одной из форм деятельности SBYA является Social Business Champ (дословно: чемпионат по социальному бизнесу. — Прим. пер.). Это конкурс бизнес-планов студентов университетов и колледжей. В процессе этого творческого соревнования молодые люди могут продемонстрировать свои способности в решении основных социальных проблем.

Также при SBYA создан YY Goshti – инкубатор социального бизнеса. Отобранные участники YY Goshti Innovation Camp обучаются по интенсивной программе продолжительностью шестьдесят часов и посещают действующие компании, чтобы на практике понять принципы их работы. Кульминацией учебного процесса является публичное мероприятие, на котором подготовленные проекты социального бизнеса представляются видным предпринимателям, инвесторам и акционерам. В их число входят такие фонды поддержки социального бизнеса, как Spark International со штаб-квартирой в Австралии и Blue Gold Program (его спонсором является правительство Нидерландов). Победителям полагается трехмесячная стажировка по программе Startup Operations, в ходе которой им предоставляют рабочие места в офисе, возможность консультироваться у квалифицированных наставников, а также обеспечивают другими ресурсами, необходимыми для ведения социального бизнеса.

Еще одна интересная форма работы SBYA – это летние конференции, посвященные социальному бизнесу. В них принимают участие молодые люди со всего мира. Президент SBYA Шазиб М. Хайрул Ислам поясняет: «Мы собираем в одном месте на два дня 300 ярких умов, которые получают прекрасную возможность завязать полезные связи и знакомства. Представители университетов, владельцы компаний, занятых социальным бизнесом, стартапов, бизнес-инкубаторов, бизнес-акселераторов и разнообразных фондов поддержки социального бизнеса собираются, чтобы обсудить возможности и проблемы, с которыми они сталкиваются сегодня. Мы предлагаем настоящий «полный пакет услуг», потому что участники получают информацию, налаживают контакты и в перспективе могут найти источники финансирования»[33].

Заслуживает внимания история Impact Hub. Этот проект, первоначально названный Hub, был создан еще в 2005 году Джонатаном Робинсоном, молодым предпринимателем и писателем. Его целью было помочь местной молодежи организовать собственное дело. Сначала Hub располагался на верхнем этаже старого складского здания в Лондоне, и Робинсон не рассматривал проект как бизнес, не говоря уже о социальном бизнесе. Об этой разновидности предпринимательства он узнал намного позже, когда в 2009 году в самолете случайно познакомился с Хансом Райтцем из Grameen Creative Lab.

Позже к Робинсону обратились Хиннерк Хансен и два других молодых предпринимателя, которые хотели открыть в Вене свою версию Hub и развивать ее как социальный бизнес. Они совместно переработали концепцию Hub и решили расширять ее в форме франчайзинга. Компания получила новое название, Impact Hub, и штаб-квартиру в Вене. Они создали Impact Hub Association, объединяющую все существующие и будущие Impact Hub. Ее единственным владельцем стала благотворительная организации Impact Hub Company, которая получила полномочия управлять деятельностью всей сети и способствовать ее развитию.

Финансирование Impact Hub Association осуществляется через недавно основанный по совету Ханса Райтца фонд поддержки социального бизнеса Good Bee. Он основан венским банком Erste Bank и фондом Erste Foundation. В 2010 году я имел честь официально открыть Impact Hub Vienna.

Сегодня Impact Hub насчитывает восемьдесят отделений в сорока пяти городах мира, включая Лондон, Вену, Мельбурн, Йоханнесбург, Сан-Паулу, Сан-Франциско и Сингапур. Организация предоставляет свои услуги более чем 15 000 членов, которые создают инновационные компании, занимающиеся социальным бизнесом. Сфера их деятельности охватывает самые разные области, начиная от борьбы с нищетой, совершенствования здравоохранения и улучшения условий жизни женщин до энергетики, образования и защиты окружающей среды.

В апреле 2017 года я посетил берлинский филиал компании, Impact Hub Berlin. Он произвел на меня самое благоприятное впечатление. Яркое, красивое здание с конференц-залом, лабораторией, актовым залом, зоной для проведения фокус-групп и кафе предназначено для встреч молодых предпринимателей. Люди, интересующиеся социальным бизнесом, собираются здесь, обмениваются идеями и опытом, учатся у экспертов и совместно решают возникающие проблемы. Управляющий директор Impact Hub Berlin Леон Райнер разработал план мероприятий и услуг для начинающих предпринимателей.

Энтузиазм, с которым работают организации MakeSense, Yunus&Youth, SBYA и Impact Hub, демонстрирует интерес молодых людей из разных стран мира к социальному бизнесу. Сложность создания новой цивилизации их не пугает – наоборот, стоящая глобальная задача только наполняет их энергией.

Спорт: праздник молодости и способ достижения общественного блага

Я всегда восхищался миром спорта и тем огромным влиянием, которое он оказывает на людей. Такие волнующие события, как Олимпийские игры, приковывают внимание миллиардов зрителей во всех уголках планеты. Поэтому, когда президент Международного олимпийского комитета Томас Бах пригласил меня выступить на ежегодной конференции МОК в Рио-де-Жанейро за день до открытия Олимпийских игр 2016 года, я напомнил ее участникам о том, что занятия спортом – это торжество молодости, а также потенциально мощный инструмент для осуществления перемен.

Спорт является неотъемлемой частью жизни человека. Каждый ребенок в мире занимается спортом, обычно придуманным им самим, без строгих правил, тренеров и тренировок. Дети собираются вместе, создают свои собственные игры, правила для них – и получают от этого безграничное удовольствие.

Когда дети вырастают, некоторые из них продолжают профессионально заниматься спортом, а большинство находит себя в других видах деятельности. Но спортивный дух остается, он продолжает заряжать людей энергией, хотя чаще всего они даже не замечают этого. Иногда мы возводим невидимую прозрачную стену между большим спортом и миром, в котором течет обычная жизнь. Люди по обе стороны видят друг друга, но не пытаются преодолеть барьер. Я глубоко убежден в том, что оба мира станут богаче, если убрать эту стену и построить единый мир. В нем будут жить люди с разным уровнем спортивного мастерства, но испытывающие удовольствие от игры, достижений и дружеской конкуренции.

Популярные спортсмены оказывают огромное влияние на людей. Представители мира бизнеса хорошо понимают это, поэтому используют спортсменов и спортивные мероприятия для продвижения своих продуктов. Но ведь таким же способом можно поощрять болельщиков, чтобы они направили свои громадные творческие возможности на решение проблем, стоящих перед миром.

Спорт может мобилизовать болельщиков для решения существующих проблем. Один из путей здесь заключается в том, чтобы создавать занятые социальные бизнесом компании на всех уровнях: клубном, окружном, национальном и международном. Их деятельность может быть направлена на преодоление молодежной безработицы, улучшение здравоохранения, образования, развитие технологий и многих других. Кроме того, эти компании могли бы сфокусировать внимание непосредственно на проблемах спорта, например, помогать спортсменам, завершающим относительно короткую карьеру начать новую жизнь.

Сегодня мы говорим о долгосрочных программах, которые остаются после окончания таких масштабных событий, как Олимпийские игры. Эти проекты могут и должны включать различные виды социального бизнеса, созданные для помощи в подготовке к соревнованиям. Участие в строительстве стадионов и бассейнов, жилья для спортсменов и обеспечение участников едой – весь социальный бизнес должен работать для того, чтобы приносить пользу на стабильной и постоянной основе.

Подобным образом можно создавать индивидуальные программы для каждого клуба, команды и конкретного спортивного мероприятия. И спортсменам, и болельщикам будет приятно не только участвовать в событии, которое доставляет им удовольствие, но и понимать, что оно производит позитивный социальный эффект. Любой спорт подразумевает соревнование, поэтому клубы и ассоциации могут использовать состязательный дух в решении проблем общества. Все спортсмены, их болельщики, города и страны испытывают гордость, когда их любимая команда выигрывает какой-нибудь чемпионат. Это чувство еще более укрепится, если герои спортивных состязаний помогают обеспечивать жильем, более современными школами или доступной медицинской помощью тысячи нуждающихся!

Я был очень рад, что мое выступление перед Международным олимпийским комитетом в Рио-де-Жанейро вызвало положительную реакцию у большинства членов МОК. А главное, оно дало немедленные конкретные результаты. Сразу после моего выступления мэр Парижа Анн Идальго пригласила меня на обед, во время которого четко дала понять, что хочет, чтобы социальный бизнес прижился в городе и чтобы спорт играл в этом ведущую роль.

Спустя какое-то время я посетил Париж, чтобы дополнительно обсудить с мэром Идальго эти идеи. Она дала пресс-конференцию, в ходе которой объявила о создании Дома социального бизнеса, под работу которого было решено передать историческое здание Les Canaux в XIX округе. Я получил официальное приглашение открыть в этом здании Yunus Centre Paris для продвижения и координации программ развития социального бизнеса в городе. Мэр также заявила, что если Париж будет выбран местом проведения летней Олимпиады 2024 года (как мы знаем сегодня, так и произошло), то она намерена сделать эти игры первой Олимпиадой социального бизнеса в истории. Но даже вне зависимости от этого она хочет и дальше добиваться, чтобы Париж стал мировой столицей социального бизнеса.

За прошедшее после нашей встречи время Анн Идальго предприняла ряд важных шагов для достижения этой цели. В частности, она предложила парижской молодежи организовать и провести конкурс проектов социального бизнеса, который призван решить стоящие перед городом проблемы. Кроме того, Идальго является председателем С40 – ассоциации мировых мегаполисов, взявших на себя обязательство бороться с изменениями климата. На сегодняшний день в этот альянс входят девяносто городов с общей численностью населения более 600 миллионов человек.

По опыту моих встреч с мэром Парижа я не могу сказать, что политические лидеры не прислушиваются к молодежи, ее требованиям об осуществлении экономических и социальных перемен. Некоторые определенно прислушиваются.

Партнерство поколений: создаем новый мир вместе

Я с огромным энтузиазмом оцениваю потенциал молодых людей всего мира, готовых помочь осуществить трансформацию мировой экономики. Но, конечно, это не означает, что в проекте нет места для таких пожилых людей, как я. На самом деле, я вижу в альянсе поколений удивительный потенциал. Молодежь и люди зрелого возраста могут объединить усилия, чтобы создать новую цивилизацию, которая будет служить всему человечеству[34].

Сейчас мне идет восьмой десяток, и меня часто спрашивают, как я отношусь к глобальной тенденции старения населения. Обычно его формулируют как серьезную экономическую и социальную проблему: раз люди живут дольше, появляется необходимость заботиться о растущем количестве пожилых. Готово ли общество к этому?

Недавно в Германии я взял на телевидении интервью у пожилых людей и поговорил с ними об их жизни о проблеме старения. Я был очень удивлен, когда в студию привели двух дам в возрасте старше 100 лет. Одной из них – я буду называть ее Хельга – было 105 лет. Хельга рассказала истории из своей жизни, включая времена, когда она боролась против Адольфа Гитлера. Будучи одним руководителей Коммунистической партии, она много раз попадала за решетку, однажды в тюрьме ее чуть не убили, но ей удалось бежать.

Хельга прекрасно помнила каждую деталь из своего прошлого, вплоть до конкретных людей, мест и дат. В какой-то момент, когда я сказал, что ей надо бы написать книгу, она ответила: «Молодой человек, я написала двадцать восемь книг, вы хотите, чтобы я написала еще одну?».

На мой вопрос, что она думает о сегодняшней молодежи, Хельга сразу сказала: «Чем меньше я говорю о ней, тем лучше. Они думают, что знают все. Им неинтересно слушать других».

Я поинтересовался, пришла ли она к такому выводу на основании личного опыта общения с молодыми людьми:

— Конечно. У меня есть дочь, и она меня выводит меня из себя. Она невыносима.

— А сколько ей лет?

— Семьдесят пять, – холодно ответила Хельга.

Тут я понял, что мы трактуем слово «молодой» совершенно по-разному. Я вспомнил, как удивлялся тому, что мы можем заставлять людей «уходить на пенсию» в шестьдесят пять лет. Хельга же воспринимала шестидесятипятилетнего человека как младенца!

Мне кажется, она правильно относится к старению. В течение ряда лет я призываю исключить из лексикона слово «пенсия, отставка» (retirement). По мере того как люди становятся старше, они начинают считать приближающуюся дату выхода на пенсию страшным днем, посланием: «Прощай – ты больше не нужен, ты не можешь приносить пользу». Многие из тех, кто оказался на пенсии, не знают, чем себя занять. Для таких людей жизнь на пенсии выглядит как наказание.

Должен ли работодатель держать у себя человека, достигшего определенного возраста? Это его дело. Но я серьезно возражаю против использования слова «отставка» для конкретного переходного пункта в жизни. Я не понимаю, почему кого-либо нужно отправлять на пенсию, кроме как по здоровью. Как можно взять и просто отставить человека в сторону?! Ведь творческие способности человека не исчезают в день, когда ему исполняется шестьдесят пять лет.

Именно поэтому я настаиваю на том, чтобы слово «отставка» было исключено из нашего словаря. Его место должно занять новое понятие, которое констатирует непрерывность творческой жизни и делает акцент на возможности перехода от первого жизненного этапа ко второму. Второй этап – это время свободной жизни, когда человек, в конце концов, освобождается от обязательств, которые присущи периодам взросления, создания семьи и воспитания детей.

«Я отработал на моего работодателя Х лет. Сейчас мой контракт закончился, и я могу сосредоточиться на вещах, которые всегда хотел сделать, но не мог осуществить свои намерения из-за действующего контракта. Я перехожу в мир неограниченных возможностей. Теперь впервые в жизни я могу быть самим собой. Настало время радоваться тому, что я – это я», – примерно так должен думать человек, приближаясь к переходной фазе.

Второй этап жизни является прекрасной возможностью сделать что-то важное для мира.

«Я выполнил свои обязанности перед работодателем, перед детьми, перед семьей. Сейчас настал момент, когда я могу использовать мои творческие способности, чтобы решить некоторые социальные проблемы, которые беспокоят меня. Я не стану обращать внимания на мнение окружающих. Все, что я должен делать – это следовать зову сердца. Пришло время заняться социальным бизнесом», – возможно, именно так думает состоявшийся зрелый человек.

Пожилым людям необходимо участвовать в жизни общества, только нужно решить, как лучше воспользоваться преимуществами второго этапа. Когда я в очередной раз приехал в Германию, мой друг отвез меня в баварскую деревню с населением около трех тысяч человек. В ней были прекрасные школы, гимназии, огромные игровые площадки. Но все они большей частью пустовали: в деревне осталось мало детей, а с учетом сложившейся демографической тенденции в ближайшее время ситуация вряд ли бы изменилась.

С другой стороны, в деревне стабильно росло количество жителей в возрасте шестидесяти лет и старше. Большинство из них были одиноки, томились от безделья, много времени проводили в пивных, напивались и впадали в депрессию.

Мы встретились с жителями этой деревни, и у нас состоялся долгий и напряженный разговор. Вместе мы решили запустить новую программу. Ее суть заключается в том, что каждого человека, достигшего шестидесяти лет, будут приглашать поступить в школу. Там люди будут осваивать непростую науку, как начать жизнь заново, – у них не будет времени задумываться о прошлом. Кроме того, они будут общаться со школьниками. Сотрудничество молодежи и пожилых людей может стать основой для новой «социальной гармонии» и придать новые силы имеющим большой опыт людям, которые оказались не востребованы.

Идея установления таких партнерских отношений могла бы также стать стимулом к решению проблемы финансовой поддержки растущего количества пожилых людей. Второй этап жизни – это хороший момент для создания фонда, деньги которого могут быть использованы для создания или расширения социального бизнеса. Вы можете вложить определенную часть своих сбережений в такой фонд и управлять ими самостоятельно. Когда вас не станет, управление фондом перейдет к вашим детям или друзьям. Причем для этого совсем необязательно быть сверхбогатым человеком. Можно потратить на это свободные деньги или же завещать средства на создание такого фонда посмертно.

Чтобы оценить потенциал этой идеи, просто посмотрите на существующие в мире пенсионные фонды. Общий объем вложенных в них средств составляет примерно 25 триллионов долларов США и продолжает увеличиваться благодаря доходам от инвестиционной деятельности и новым ежегодным взносам. Вот вам огромная финансовая мощь, полностью обращенная на обеспечение благосостояния пожилых. Если мы вложим часть этих денег в социальный бизнес с целью решить проблемы людей старшего возраста, неважно, богатых или бедных, то старики больше никогда не будут социальным бременем.

Мы знаем, что старики – люди мудрые и изобретательные, поэтому пришло время дать им возможность сделать вклад в трансформацию нашего общества. Мы должны относиться к пожилым как к творческим людям, свободно посвящающим себя созданию мира, в котором они всегда хотели жить.

8

Технологии свободы

Я часто говорю о необходимости создать новую цивилизацию для решения важнейших проблем человечества. Некоторые люди, уверенные, что преодолеть все барьеры поможет развитие технологий, возражают мне. Указывая на удивительные технологические прорывы последних десятилетий, они говорят: «Специалисты по технологиям смогут исправить все. Глобальное потепление, голод, плохо развитое здравоохранение, пробелы в системе образования, неравенство доходов – со всеми этими трудностями справятся удивительные новые продукты и сервисы, которые исследователи разработают в ближайшие годы». Некоторые предсказывают наступление эпохи изобилия, когда простым нажатием кнопки вы сможете получить все, что захотите, в любое время и в любом месте. Предполагается, что именно так будет выглядеть непременный результат невиданного научного прогресса, который принесет нам ближайшее будущее.

Я большой сторонник новых технологий и отвожу им главную роль в осуществлении глобальных социальных и экономических перемен в мире. Но я не верю в то, что технологии автоматически решат все проблемы. Мы должны помнить, что у них нет разума. Технология – это инструмент, предназначенный для достижения определенной цели, а цель, как известно, определяет человек.

Создателями и движущей силой технического прогресса являются люди. В сегодняшнем мире технологии часто используются в эгоистических целях, ради коммерческого успеха или даже войн. В связи с этим крайне необходимо дать возможность социальному бизнесу взять управление технологиями в свои руки и направить их на достижение других целей.

Сам я не являюсь создателем технологий, но всегда стараюсь перенаправить существующие решения, предназначенные для достижения корыстных целей, к достижению целей социальных. И все же технологии, специально разработанные для достижения общественного блага, будут более мощными и начнут создавать собственный социальный эффект. К сожалению, пока работы в этом направлении не ведутся, однако уже сегодня есть удачные примеры адаптации имеющихся технологий для решения социальных проблем.

Много лет назад я поверил в то, что информационные и коммуникационные технологии способны изменить жизнь бедняков. Первым шагом на этом пути было создание компании мобильной связи Grameen Phone. Мы предоставляли ссуды бедным женщинам, чтобы они купили мобильные телефоны и использовали их для получения дохода. Наши клиентки стали в своих деревнях «телефонными барышнями», продавая односельчанам услуги телефонной связи. Так родилась новая форма предпринимательства. Когда мы запускали Grameen Phone, «телефонная барышня» часто была единственным жителем деревни, имевшим доступ к современным коммуникационным технологиям. Местные жители, которым нужна была связь с внешним миром: связаться с рынком в городе, получить информацию из государственного учреждения, узнать о состоянии здоровья родственника, поговорить с членом семьи, живущим в Соединенных Штатах или работающим на Ближнем Востоке, – покупали несколько минут разговора по мобильному телефону у такой женщины.

Это простая бизнес-модель принесла мгновенный успех. Почти полмиллиона бедных женщин в стране, работая «телефонными барышнями», смогли получить дополнительный доход для своих семей. Сегодня мобильные телефоны стали доступны на всей территории Бангладеш, так что расцвет этого бизнеса уже в прошлом. Но благодаря «телефонным барышням» телекоммуникации за очень короткий срок стали признанной технологией для домашнего применения в каждой семье целой страны.

Использование возобновляемой солнечной энергии – еще одна область, в которой достигнуты значительные успехи. Пионером здесь стала созданная мной компания Grameen Shakti, в основу работы которой положены принципы социального бизнеса. Она занялась обеспечением крестьян альтернативными источниками энергии. Как я писал в пятой главе, Grameen Shakti, занимавшаяся разработкой и продажей домашних солнечных батарей, систем для получения биогаза (они перерабатывают навоз в топливо для обогрева и получения энергии) и экологически чистых кухонных плит, стала очень успешной компанией. Вся ее продукция продается по доступным ценам, поэтому приобрести ее может большинство сельских жителей Бангладеш.

Почему же мы решили открыть бизнес по обеспечению бедняков в нашей стране мобильными телефонами и технологиями, связанными с использованием возобновляемых источников энергии? Ведь эти чудеса современной техники появились на рынке благодаря компаниям, ориентированным на получение максимальной прибыли. Не проще ли было подождать и предоставить им возможность удовлетворить потребности бедных крестьян Бангладеш?

Причина, по которой мы выбрали другой путь, очевидна. У обычного бизнеса совершенно другие цели – он идет туда, где есть деньги. Чтобы получить как можно бо́льшую прибыль, коммерческая компания пытается продать свои продукты людям на верхней ступени финансовой иерархии – желательно, тому самому одному проценту, который контролирует основную часть мирового богатства. Если самые богатые покупатели оказываются вне пределов досягаемости, то компании предлагают продукцию многочисленному среднему классу. При этом в нижней части мировой пирамиды распределения богатства находится очень много людей, но в их распоряжении лишь малая доля богатства – они не являются привлекательной аудиторией с точки зрения извлечения прибыли. Именно поэтому технологические достижения, как правило, достигают нижних ступеней пирамиды только после того, как бизнес полностью удовлетворил потребности более обеспеченных покупателей.

Группа компаний Grameen и подобные организации наоборот, рассматривают нижние ступени пирамиды как приоритетную область. Там сосредоточены все экономические и социальные проблемы, и именно эти люди должны быть в фокусе внимания любого социального бизнеса. Ведь он создает продукты, чтобы помочь людям, а не для извлечения максимальной прибыли.

Чем активнее мы развиваем технологии, улучшаем инфраструктуру, расширяем глобализацию и повышаем эффективность экономической системы, тем интенсивнее становится конкуренция со стороны корпораций. Они делают все, чтобы лучше обслуживать богатейший и средний классы. Если вы работаете в коммерческой компании, то не будете думать о создании смартфона для бедняков, пока не удовлетворите потребности более обеспеченных клиентов. А для малообеспеченных покупателей вы просто изготовите более дешевую версию уже существующего продукта, но не будете разрабатывать модель, которая не только дешевле и проще, но и легко модернизируется, заменяется следующей версией, надежна и долговечна.

Интересно отметить, что новые высокотехнологичные продукты никогда сначала не запускаются в сегменте рынка с бедными клиентами. Движение всегда начинается с противоположной стороны. В результате на рынке высоких технологий образуется пропасть, в которой ежегодно оказывается почти миллиард человек во всем мире.

Возможности современных технологий поистине грандиозны. Мы постоянно становимся свидетелями новых и новых прорывов. Революционные технологические достижения поднимают на новый уровень транспортировку, производство, сельское хозяйство, здравоохранение, управление информацией и многие другие отрасли. Но движущей силой этих перемен служит не новое глобальное видение. Инновации создаются и предназначаются главным образом для достижения коммерческого успеха. Творческие способности прилагаются преимущественно там, где бизнесмены видят рыночный потенциал.

В то же время у технического гения есть две возможности реализовать свой талант. Например, он может посвятить себя созданию медицинских препаратов, которые спасут тысячи жизней, или же разработать развлекательное игровое приложение. В большинстве случаев он вынужден сосредоточиться на продукте, который потенциально принесет миллионы долларов прибыли. Прибыль – это путеводная звезда существующей экономики. Если отсутствует общая цель, к которой стремится все общество, то люди по-прежнему будут стремиться получить максимальную прибыль. А есть ли вообще такая цель? И если нет, нужно ли ее определить?

Я уже объяснял, что составление списка Целей устойчивого развития (ЦУР) стало попыткой сформулировать самые актуальные общие задачи на ближайший период. Это хорошее начало. Список ЦУР ставит цели на пятнадцать лет – это лишь миг в истории человечества, насчитывающей сотни тысяч лет. Много людей и организаций взяли на себя обязательство двигаться в направлении, указанном в списке ЦУР. К сожалению, большинство коммерческих компаний не стали перестраивать свою деятельность в соответствии с определенными задачами, потому что это не вписывается в рыночное понятие успеха.

Тем не менее отдельные частные лица, руководители компаний и некоммерческих организаций, хозяева фирм, занятых социальным бизнесом, из разных странах уже сейчас занимаются поиском путей применения новейших технологий ради общественного блага. Некоторым из них удалось добиться впечатляющих результатов.

Один из примеров тому – компьютерная компания Endless, которую основал молодой житель штата Калифорния по имени Мэтт Дэлио. Я знаком с его отцом, Рэем Дэлио, успешным бизнесменом, заинтересовавшимся моими идеями и деятельностью. Он предоставил бо́льшую часть средств для открытия нашего филиала в Соединенных Штатах – Grameen America.

Мэтта Дэлио привлекла идея, о которой я много говорю: обеспечить всеобщий доступ к компьютерам и интернету. Компьютер в сочетании с современными коммуникационными технологиями может стать мощным средством решения различных проблем. Но большинство людей в мире лишены этого инструмента. Почему? Потому что компьютеры слишком дороги и без доступа к интернету не особенно полезны.

Понимая, каким колоссальным потенциалом с точки зрения изменения жизни бедняков обладают компьютеры в сочетании с сегодняшними коммуникационными технологиями, Мэтт Дэлио решил с нуля сконструировать персональный компьютер, который могли бы приобрести пользователи из развивающихся стран, включая людей, не имеющих бесперебойного электроснабжения или доступа к интернету. Мэтт поставил цель создать компьютер ценой не более 50 долларов.

Стоимость технологии не была самым серьезным препятствием. Дэлио знал, что процессоры, которые устанавливаются в смартфонах, могут с равным успехом обеспечивать работу центрального процессорного устройства (ЦПУ) компьютера. Общая стоимость клавиатуры и мыши не превышает 10 долларов. У большинства людей есть телевизоры, которые можно использовать как мониторы. Самую большую проблему составляло подключение к интернету. На формирующихся рынках стандартный тарифный план предусматривает передачу 300 мегабайт в месяц, в то время как средний пользователь персонального компьютера ежемесячно потребляет 60 гигабайт – примерно в двести раз больше. Это значит, что в таких обстоятельствах типичный ПК бесполезен.

Но Дэлио не сдавался. Он выяснил, что сама по себе связь стоит недорого. Например, при объеме трафика в 300 Мб можно отправить 100 000 твитов, но получить более объемную информацию в таких условиях непросто. Однако статистика показывает, что мы используем только небольшую часть данных, которые имеются в сети. В частности, около 80% поисковых запросов в «Википедии» относятся только к 3% ее контента.

Эта особенность позволила Дэлио найти оптимальное решение относительно хранения информации. Он объяснил мне, что многие пользователи могут спокойно обойтись значительно меньшей емкостью памяти запоминающего устройства, чем мы думаем. На практике вполне возможно взять изображения и данные со всех веб-страниц, которые обычный пользователь посещает за всю жизнь, сжать их и поместить на один жесткий диск емкостью 2 терабайта. А значит, существует возможность предоставить пользователю всю информацию, которая когда-либо ему понадобится, без подключения к интернету.

По словам Мэтта Дэлио, «цель не в том, чтобы иметь все, а в том, чтобы каждый мог иметь почти все». Именно этот секрет объясняет удивительную мощность бюджетных компьютеров, созданных им.

Типичный компьютер Endless работает на открытой операционной системе Linux. В нем изначально содержатся 50 000 статей из «Википедии» и более сотни приложений для образования, работы и развлечений. В таком виде компьютер попадает к потребителю. Вся эта информации может использоваться в режиме офлайн и обновляется, когда у пользователя появляется доступ в интернет. Попутным преимуществом здесь является то, что дети, пользующиеся компьютерами Endless, обладают почти безграничными информационными ресурсами «всемирной паутины», но не подвергаются риску бесконтрольного выхода в интернет. Родители будут чувствовать себя спокойнее, потому что им не нужно волноваться из-за того, как их дети пользуются доступом во Всемирную сеть.

Компьютер Endless продается всего за 79 долларов. Цель разработчика по-прежнему состоит в том, чтобы снизить ее до 50 долларов. Однако даже текущая цена делает его доступным почти для 4,4 миллиардов человек, которые ранее не могли позволить себе такое приобретение[35].

Операционная система Endless уже поставляется по всему миру четырьмя из пяти крупнейших производителей компьютеров. Она стала ведущей платформой в Индонезии и в большей части Юго-Восточной Азии. Ее выбрало в качестве стандартной операционной системы министерство образования Бразилии, и вскоре она станет основной платформой еще в ряде государств Латинской Америки. Сейчас команда создателей Endless разрабатывает инструменты, которые смогут обучать работе на компьютере каждого ребенка в любой точке мира, одновременно помогая ему учиться кодировать, – умение делать это, по мнению Дэлио, в будущем станет неотъемлемой частью образования.

Если принять во внимание огромный потенциал компьютера как инструмента трансформации мира, то, как мне кажется, Мэтт Дэлио выбрал название бренда для своей компании очень удачно (Endless – бесконечный. — Прим. пер.). Возможности, открывающиеся благодаря этой технологии, действительно бесконечны. Сегодня Endless параллельно развивает два вида бизнеса. Один из них работает как традиционный, нацеленный на получение прибыли, а второй – как социальный, позволяющий малоимущим людям получить доступ к услугам здравоохранения, образования и творчества.

Наверное, теперь вы понимаете, почему я назвал технологии второй важнейшей силой. Они сыграют ключевую роль в построении нового мира, который нам так нужен. Однако это произойдет, если мы сможем их использовать не только с целью извлечения прибыли, но и для решения социальных задач.

Использование возможностей информационных технологий

Когда я занимался организацией Grameen Bank, одной из проблем, с которыми нам пришлось столкнуться, было отсутствие информационных технологий в сельских районах Бангладеш. Мы начали работу задолго до появления интернета, когда компьютеры в стране были всего в нескольких компаниях и почти не использовались в обычных семьях. Даже о мобильных телефонах тогда еще не слышали. В деревнях люди мечтали просто о доступе к электроснабжению. Соответственно, полностью отсутствовали цифровое ведение документации и коммуникации, без которых не могут работать современные финансовые институты.

К счастью, тогда нам не приходилось переживать об этом, потому что в те времена IT просто не существовали. Мы разработали программу управления Grameen Bank, исходя из имеющихся потребностей и ресурсов. Это была простая, низкотехнологичная структура управления учетом и информацией – огромный массив данных записывался вручную. Служащие банка жили в отдаленных деревнях и добирались до заемщиков, ежедневно преодолевая большие расстояния. Они были вынуждены ездить на велосипедах по узким грязным дорогам и бездорожью или плыть в лодках по рекам, повсюду пересекающим территорию Бангладеш. Записывая остатки задолженности по кредитам в регистрационные книги, они периодически отчитывались в отделениях банка в Дакке.

Несмотря на то что система была медленная и неповоротливая, она работала. Мы не упускали ничего. Самое главное, мы обслуживали клиентов, которые вообще никогда не слышали слова «банк». Многие были не только неграмотны, но раньше вообще не имели дела с деньгами.

Когда в Бангладеш появились персональные компьютеры, Grameen Bank стал первым учреждением в стране, установившим их в своих отделениях для хранения данных. Мы оборудовали наши филиалы генераторами, поскольку располагались они в сельских районах страны, где отсутствовало электроснабжение. Проблемы подключения к интернету в то время не было, так как он еще не существовал.

Конечно, сегодня Grameen Bank полностью компьютеризирован и подключен к Всемирной сети, в нем используется самое современное бухгалтерское и управленческое программное обеспечение, разработанное специально для нас. Сотрудники почти ничего не пишут от руки, используя вместо этого автоматически сгенерированные отчеты. Не только банковские служащие, но почти все клиенты и их дети имеют мобильные телефоны, а многие из них – даже смартфоны.

Современные цифровые технологии стремительно охватывают мир, поэтому появляется возможность действовать быстрее, делать больше, тем самым помогая большему количеству людей. Возможности сферы IT огромны: например, сегодня бизнес оказывает банковские услуги в таких местах, куда крайне сложно добраться. Также теперь программы инновационного социального бизнеса распространяются намного быстрее, чем раньше.

Одним из примеров проявления силы новейших технологий является платформа микрофинансирования Kiva, положившая начало методу краудфандинга. Она была создана в 2005 году программистом Мэттом Флэннери и его женой Джессикой Джекли. В 2003 году Джессика привела Марка на мою лекцию в Стэнфордском университете, где она работала. Рассказ о Grameen Bank и проблемах бедных женщин в Бангладеш очень тронул молодых людей. Вскоре Джессика уехала в Уганду, чтобы работать в неправительственной организации, занятой микрофинансированием. Она поняла, что отсутствие ресурсов для предоставления ссуд является тем фактором, который мешает охватить микрокредитованием большее количество нуждающихся.

Джессика и Мэтт принадлежали к поколению двухтысячных, «цифровому поколению», то есть с детства уверенно ориентировались в современных технологиях. Естественно, они задумались о том, как использовать эти технологии для усиления эффективности микрокредитования. В результате появилась Kiva.

Она представляет собой интернет-платформу, которая связывает предпринимателей, нуждающихся в привлечении капитала, с теми, у кого есть свободные деньги. Kiva позволяет физическим лицам одалживать средства тем, кто развивает важные социальные проекты. Речь идет о совсем небольших суммах – 25, 50, иногда 100 долларов США. Благодаря интернету люди связываются друг с другом, невзирая на огромные расстояния. Мгновенная обработка данных позволяет вам легко найти проекты, которые вас заинтересуют. Если вы хотите помочь женщине-предпринимателю, развивающей доходный бизнес в Латинской Америке, или ремесленнику-аборигену в Австралии, или уличной торговке продуктами питания в Северной Африке, вы сможете найти именно то, что ищете, на Kiva.

Таким образом предприниматели, которых обычные банки не считают кредитоспособными, могут получить финансирование для организации или развития своего мелкого бизнеса. В свою очередь, люди, готовые одолжить небольшие суммы, будут рады тому, что их деньги помогли воплотить перспективный новый бизнес в реальность. По состоянию на 2017 год Kiva с помощью глобальной сети микрофинансовых организаций соединила 1,6 миллиона заимодателей и 2,2 миллиона заемщиков в восьмидесяти двух странах. Kiva способствовала предоставлению ссуд в объеме, превышающем 960 миллионов долларов США при 97% погашения.

Когда социальный бизнес начал распространяться в разных странах мира, идея использования сервиса Kiva для поддержки проектов в этой области оказалась вполне логичным шагом. Саския Брюйстен из YSB встретилась по этому поводу с президентом Kiva Премалом Шахом, и два лидера придумали, как организовать работу.

Сначала концепцию протестировали на двух социальных бизнесах, поддерживаемых YSB Albania. Один из них – компания Rozafa, которая управляет пятнадцатью кустарными мастерскими в сельских районах Албании. Компания обучает более 120 местных женщин, предоставляет оборудование, организует сбыт готовой продукции и таким образом помогает им получать доход. Второй социальный бизнес – E Jona. Это кафе в столице страны Тиране, которое обслуживает людей с физическими недостатками, обеспечивая их не только напитками и едой, но и комфортным местом для общения.

Когда эти проекты впервые появились на сайте Kiva, никто не представлял, поймут ли посетители идею социального бизнеса, сможет ли сервис собрать деньги, необходимые для поддержки этих компаний. Но обе кампании оказались очень успешными. Стало ясно, что сторонники Kiva не только понимают концепцию социального бизнеса, но и горячо ее одобряют. Глобальный охват населения разных стран интернетом означает, что социальный проект в любой точке мира может получить помощь. YSB продолжает пользоваться сервисом Kiva как источником финансирования социального бизнеса в Албании, Гаити, Бразилии и Уганде.

Создание сервиса Kiva дало старт многим другим инициативам. В наше время новейшие цифровые информационные технологии широко и разнообразно применяются для увеличения эффективности и области действия других программ поддержки социального бизнеса. Примером тому является MakeSense, молодежное движение, основанное Кристианом Ванизеттом, с которым мы познакомились в седьмой главе. MakeSense имеет два юридических лица. Одно из них – некоммерческая организация, занятая продвижением социального бизнеса, а другое – частная компания, действующая в соответствии с французским законодательством. Однако бизнес-структура передает всю полученную прибыль своему единственному владельцу – некоммерческой организации. Таким образом, фактически коммерческая компания тоже является социальным бизнесом – ведь она не приносит личной выгоды собственникам.

MakeSense управляет цифровой платформой с открытым кодом, где тысячи людей со всего мира могут свободно и эффективно контактировать друг с другом. Формат ее работы похож на «Википедию» – энциклопедический информационный ресурс, открытый для написания и редактирования тысячам добровольцев. В свою очередь, платформа MakeSense призвана стимулировать развитие и распространение социального бизнеса.

Этот проект создан, чтобы способствовать достижению семнадцати Целей устойчивого развития из подготовленного ООН списка. Его участники – потенциальные предприниматели, планирующие развивать социальный бизнес. Они начинают работу с MakeSense c конкретного объяснения, каким образом их идея помогает достижению одной или нескольких целей из списка ЦУР. Как только модератор сообщества утверждает концепцию, информация о проекте появляется на его веб-странице с описанием существующей проблемы. Вопросы могут касаться самых разных аспектов развития бизнеса: «Как определить лучший рынок для реализации продукта, который я планирую производить?», «Какие каналы сбыта нужно предусмотреть?», «Где найти эксперта по финансовым вопросам, который хотел бы стать моим партнером?».

Сегодня сообщество MakeSense, используя возможности интернета, работает на полную мощность. По состоянию на начало 2017 года более 25 000 волонтеров из сорока пяти стран пользовались платформой MakeSense для связи более чем с 1300 социальными бизнесами, нуждающимися в поддержке. Волонтеры называют себя Gangsters, социальные предприниматели – SenseMakers.

В онлайн-руководстве на сайте MakeSense говорится, что ожидает предпринимателя дальше:

После этого люди начинают обсуждать проблему и предлагать идеи в режиме онлайн, а мы находим человека, который в течение ближайших 30 дней сможет провести семинар (воркшоп), посвященный вашей проблеме.

Как только волонтер-координатор соглашается провести семинар, вам нужно будет выбрать дату и место его проведения, а также выделить час на обсуждение деталей вашей проблемы с волонтером.

Волонтер использует это часовое интервью, чтобы убедиться: выбранный путь поможет вам решить самые важные проблемы. Он узнает о ваших целях и имеющихся препятствиях, чтобы найти оптимальные решения, которые вы сможете применить в работе вашего бизнеса.

На самом семинаре вы представите участникам свой проект. В течение нескольких минут они будут задавать вам вопросы, после чего начнется творческий процесс. Вы примете в нем участие наравне с остальными, чтобы ваша поддержка или неодобрение высказываемых идей не влияли на ход обсуждения.

После семинара мы просим отправить электронной почтой комментарии тем участникам семинара, идеи которых вам особенно понравились, и сообщить им, нуждаетесь ли вы в дальнейшей помощи по самим предложениям или их реализации[36].

Подобно сервису Kiva, платформа MakeSense представляет собой яркий пример плодотворного использования возможностей информационных технологий. Когда интересующийся социальным бизнесом предприниматель размещает на сайте описание своей проблемы, он немедленно получает доступ к всемирной сети консультантов. В нее входят тысячи людей, обладающих опытом и знаниями в самых разных областях – от рекламы до HR, от программирования до проектирования изделия. Все они являются убежденными сторонниками концепции социального бизнеса и готовы помочь новому проекту стать успешным. Все это очень полезно для человека, который решил развивать социальный бизнес в отдаленном районе или в бедном поселке, где практически невозможно получить профессиональный совет.

MakeSense работает также как информационный центр для других сервисов, использующих IT-решения для расширения социального бизнеса. Например, платформа размещает на своих ресурсах сервис SenseCube. Этот инкубатор социальных бизнесов действует в шести городах: Париже, Мехико, Брюсселе, Бейруте, Маниле и Дакаре (Сенегал, Западная Африка). Сервис работает с проектами, которые применяют технологические решения и услуги онлайн-сообществ. Его целью является использование этих инструментов для того, чтобы социальный бизнес развивался значительно быстрее, чем при использовании традиционных средств коммуникации.

Примером работы сервиса является проект Food Assembly, реализуемый при поддержке MakeSense. Посредством соцсетей он связывает фермеров с людьми, желающими заказать еду с доставкой на дом. Цель проекта заключается в обеспечении стабильных доходов мелких фермеров. Помимо этого, он вносит вклад в сохранение местной окружающей среды за счет расширения производства экологически чистых продуктов.

Проект Food Assembly стартовал в 2014 году в Великобритании. Его участниками стали несколько местных компаний, каждая из которых была основана индивидуальным предпринимателем, поддерживающим идею развития местного экологически безопасного сельскохозяйственного производства.

При участии экспертов-координаторов из Food Assembly предприниматель находит подходящее место – это может быть парк, центральная площадь городка или школа – куда будут регулярно доставляться продукты питания. После этого он набирает местных фермеров, готовых производить экологически чистую местную продукцию. Затем для привлечения клиентов проводится активная рекламно-маркетинговая кампания в близлежащих районах и создается онлайн-площадка, на которой покупатели могут разместить свои заказы.

В заранее оговоренное время (например, в субботу утром) фермеры приезжают на площадку, найденную с помощью Food Assembly, и передают заказанные продукты покупателям. Здесь люди встречаются с фермерами, своими соседями, которые также разделяют любовь к здоровой пище. Со временем они нередко создают местные сообщества для поддержки разных видов деятельности, например в области охраны окружающей среды.

Вы понимаете, что на создание бизнеса в формате Food Assembly в одном населенном пункте уходило бы много времени и сил. Чтобы процесс быстро развивался, команда MakeSense совместно с Food Assembly разработала интернет-платформу, которая обеспечивает мгновенный поиск необходимой информации. Вы заходите на сайт и сразу находите ближайшую точку Food Assembly. Если в непосредственной близости от вас такого пункта нет, вы найдете здесь информацию, как присоединиться к движению, может быть, даже стать координатором или зарегистрироваться в качестве поставщика. Участники уже работающих точек системы Food Assembly готовы ответить на ваши вопросы и одобрить идеи. Менее чем за три года во Франции, Бельгии, Великобритании, Испании, Германии и Италии появилось более семисот пунктов Food Assembly – именно это я называю удивительной силой цифровых информационных технологий.

MakeSense продолжает совершенствовать технологии и инструменты распространения социального бизнеса. Начиная с 2016 года в штате компании состоит специалист-аналитик с опытом разработки и применения передовых методов анализа. Это стало возможным благодаря гранту, выделенному MakeSense известной компанией Bloomberg L. P. Ученый работает над созданием системы, позволяющей отслеживать и оценивать эффективность проектов социального бизнеса. Цель заключается в том, чтобы разработать новые, более точные способы определения наиболее совершенных методологий для оценки эффективности социального бизнеса с точки зрения тех людей, которым он призван помогать.

Применение достижений технического прогресса для решения проблем бедняков

В мире, где основной деятельностью большинства компаний является непрерывное увеличение доходов, прибыли и стоимости акций, бизнес, как правило, не обращает внимания на нужды малоимущих. Поэтому новые технологии обычно помогают создавать товары и услуги, которые считают привлекательными богатые люди. Мы не видим недостатка в видеоиграх, продуктах для развлечений и других высокотехнологичных дорогих предметах. При этом существует дефицит товаров, которые помогли бы сотням миллионов людей бороться с нищетой, голодом, отсутствием жилья и решать другие проблемы.

К счастью, появляется все больше компаний, развивающих социальный бизнес, которые ищут пути адаптации современных технологий для удовлетворения потребностей нуждающихся. В некоторых случаях они берут продукты, изначально применяющиеся в дорогих товарах и услугах, и находят способы упростить их и адаптировать для применения небогатыми людьми. Бывает и так, что с нуля разрабатываются совершенно новые технологии, в основу которых заложены результаты тщательного изучения условий жизни бедноты.

Рассмотрим, например, основанный на применении технологических достижений социальный бизнес Agriculture and Climate Risk Enterprise Ltd. (ACRE). Его цель – защита мелких фермеров от природных рисков, главным образом с применением инновационных методов страхования. Я познакомился с ACRE, потому что эта организация получала инвестиции из фонда поддержки социального бизнеса, входящего в структуру Grameen Crédit Agricole. Сам инвестиционный фонд основан большой сетью французских банков Crédit Agricole, первоначально созданной для обслуживания сельскохозяйственных предприятий Франции. Он предназначен для инвестиций в социальный бизнес и ориентирован в первую очередь на развивающиеся страны, причем особое внимание уделяет Африке (подробнее я расскажу об этом в одиннадцатой главе).

ACRE была создана в июне 2014 года Фондом устойчивого развития сельского хозяйства Syngenta (Syngenta Foundation for Sustainable Agriculture для снижения сельскохозяйственного риска, который является существенным препятствием в борьбе с бедностью среди мелких африканских фермеров. Общеизвестно, что сельское хозяйство всегда было неустойчивым бизнесом. Мы не можем управлять погодой и сталкиваемся с трудностями при прогнозировании, что, в свою очередь, сильно влияет на урожаи, которые определяют достаток фермеров. Кроме того, неконтролируемые и непредвиденные изменения на местных, национальных и международных рынках могут стать причиной резких колебаний цен на фермерскую продукцию. Влияние этих факторов может за одну ночь уничтожить всю прибыль, заработанную фермером за сезон. Но существование человека полностью зависит от нормальной работы аграрной отрасли, поэтому большинство государств защищает крестьян от сельскохозяйственных рисков.

Во многих странах, включая Соединенные Штаты, фермеры могут пользоваться услугами государственного сельскохозяйственного страхования, покрывающего до 60% расходов. Однако эти страховые программы охватывают только крупные фермерские хозяйства. Соответственно, владельцы мелкого бизнеса обычно лишены доступа к необходимым им финансовым инструментам.

Таким образом, планы микрострахования, которые могли бы очень помочь небольшим аграрным компаниям, не соответствуют требованиям предоставления субсидий. Причем это распространенная практика даже в Африке, где мелкие фермеры играют крайне важную роль в сельскохозяйственной отрасли и составляют большую долю населения. Основной причиной такого положения являются высокие затраты на ведение страховых полисов. Когда же сумма невелика, страхователю невыгодно предоставлять такую услугу.

Такая проблема касается почти 450 миллионов мелких фермеров (тех, у кого площадь земельных угодий составляет менее 2 гектаров) по всей Африке и в других развивающихся странах. А ведь крестьяне содержат семьи. Таким образом, общая численность незащищенных людей превышает 2 миллиарда. Например, в Кении с ее частыми засухами и непредсказуемыми ливнями более 96% сельскохозяйственных земель являются неорошаемыми. Из-за этого семьи местных фермеров постоянно находятся под угрозой экономического краха.

ACRE использует достижения научно-технического прогресса, чтобы помочь аграриям уменьшить возможный ущерб от воздействия природных факторов. Она разработала первую программу страхования для обслуживания мелких фермеров, работающую с использованием мобильных технологий и ежеминутно обновляемых данных по климату и сельскому хозяйству. Команда ACRE в составе тридцати местных и зарубежных специалистов располагается в Найроби (Кения) и занимается компьютерным анализом исторических данных по погоде и урожайности зерновых, на основе чего разрабатывает оптимизированные с учетом потребностей клиента страховые продукты. Использование спутников для прогнозирования и мониторинга погоды также сыграло важную роль в обеспечении постоянного доступа к необходимой информации.

Результатом работы ACRE стала крупнейшая программа страхования сельского хозяйства в Африке, реализуемая в Кении под брендом Kilimo Salama. Чтобы сделать страховку ACRE доступной максимальному количеству мелких сельхозпроизводителей, ее реализуют вместе с продуктами, которые традиционно используют фермеры, включая микрокредиты и даже мешки с семенами или удобрениями. Процесс получения страховки очень прост. В пакете с семенами находится маленькая карточка с описанием условий предлагаемого страхового договора, а также с номером телефона, на который можно позвонить, чтобы активировать страховую программу. Страхование одного акра (акр равен 0,004 км^2. — Прим. пер.) кукурузы от засухи обычно обходится фермеру примерно в 37 долларов США, что составляет около 10% от стоимости урожая. Это приемлемая плата за защиту от засухи или наводнения, которое может уничтожить весь урожай.

Затем эксперты ACRE, проанализировав прогноз погоды на ближайшие несколько недель, могут автоматически определить, потребуются ли фермеру страховые выплаты. Представителю страховой компании нет необходимости посещать конкретное хозяйство, чтобы подтверждать нанесение ущерба. Это намного снижает затраты и позволяет страховому бизнесу повысить качество обслуживания своих клиентов. В зависимости от условий конкретной программы, выплата может быть осуществлена в форме поставки фермеру партии семян или автоматического перевода денег на его электронный счет в банке. Все совершаемые операции человек может отследить на дисплее своего смартфона.

К концу 2015 года технологии страхования ACRE охватывали почти 400 000 африканских фермерских хозяйств. Это яркий пример того, как современные цифровые технологии могут решать проблему нищеты, которая когда-то казалась неразрешимой, – но только если разработчики технологии и бизнесмены сосредоточатся на поисках простых и практичных решений, соответствующих нуждам бедняков.

Понимание необходимости создания экономики на новой основе все шире распространяется в мире. Об этом свидетельствует интерес к социальному бизнесу некоторых из самых успешных корпораций. Одной из таких компаний стала Intel Corporation, мировой лидер в производстве процессоров и других высокотехнологичных продуктов, базирующаяся в Кремниевой долине.

Наша совместная работа с Intel началась в 2007 году после приезда в Бангладеш Крейга Баррета, который тогда занимал пост председателя совета директоров. Тогда мы познакомились с ним и долго говорили о семействе компаний Grameen и концепции социального бизнеса. В итоге долгого обсуждения Баррет с коллегами приняли решение основать социальный бизнес, который, творчески используя современные технологии, помогал бы самым бедным людям в мире. Так появилась фирма Grameen Intel. Ее финансирование обеспечивали компания Intel Capital и фонд Grameen Trust, которые стали двумя акционерами этого социального бизнеса.

Сегодня Grameen Intel имеет офис в Дакке (Бангладеш). Кроме того, сотрудники компании работают в Соединенных Штатах и Индии. Некоторые из них работают только в Grameen Intel, остальные посвящают социальному бизнесу часть времени. Проекты компании связаны с разработкой приложений, направленных на решение конкретных проблем бедного населения. Большинство из них предназначены для использования на компактных устройствах, например смартфонах, которые сегодня широко распространены и доступны даже малообеспеченным людям.

Некоторые продукты Grameen Intel нацелены на повышение эффективности труда мелких фермеров – той же группы, которую поддерживает страховая компания ACRE. Например, приложение Mrittikā обеспечивает фермеров из отдаленных сельских районов Бангладеш самой актуальной и точной информацией о качестве почвы, содержании в ней питательных веществ, о потребности внесения удобрений – это приносит большую пользу всему фермерскому сообществу. В основу работы Mrittikā заложены распространенные методы анализа почвы, которые позволяют измерить уровень базовых питательных веществ – азота, фосфора и калия, а также ее кислотность (рН).

Удобство этого приложения заключается в простоте его использования, а также в большом объеме и высокой точности содержащейся в нем информации. Пользователь вводит данные о местоположении поля (используя сервис Google Maps), культурах, которые предполагается возделывать, посевных работах и другие сведения. В ответ Mrittikā предлагает развернутые инструкции, например, какое количество удобрений и в какие сроки вносить и т.д. Приложение содержит также список местных складов-магазинов, где необходимые удобрения можно приобрести по приемлемым ценам. Все это позволяет сэкономить деньги, повысить урожаи и защитить почву на долгосрочной основе, ведь чрезмерное или неправильное использование удобрений ведет к истощению земли.

Для проверки точности рекомендаций приложения Grameen Intel провела его всесторонние испытания на контрольных площадках и получила интересные результаты. В качестве примера приведу выращивание баклажанов (популярная в Банладеш культура, известная в стране под названием begun) в соответствии с рекомендациями Mrittikā. В этом случае урожай оказался выше, чем при использовании традиционных методик, применяемых поколениями бангладешских фермеров, или официальных стандартов, разработанных государственным Институтом сельскохозяйственных исследований Бангладеш (Bangladesh Agricultural Research Institute (BARI)). Отдельно отмечу, что использование удобрений по схеме, рекомендованной Mrittikā, обойдется на 29% дешевле, чем в случае применения методики BARI. По сравнению же с традиционным способом потребуется вносить почти в 5 раз меньше удобрений – это просто гигантская потенциальная экономия для испытывающего вечную нехватку денег мелкого фермера.

Сегодня приложение Mrittikā используется в сорока фермерских хозяйствах Бангладеш и проходит тестирование в Индии и Камбодже. Оно популярно у местных предпринимателей, которые предлагают фермерам услугу по оценке состояния почв, используя как обычные наборы для химического анализа, так и Mrittikā. Таким образом, приложение не только приносит пользу аграриям, но и способствует поддержке сопутствующего бизнеса – тех, кто помогает фермерам консультациями и продает им удобрения. Иными словами, оно придает дополнительный импульс экономике сельскохозяйственных районов Бангладеш.

Здравоохранение – это еще одна сфера, в которой бедное население сталкивается со значительными трудностями. В частности, одним из серьезных барьеров в этой области является отсутствие доступа к информации. Деревни, где живут миллионы людей, часто расположены в десятках и даже сотнях километров от ближайшей больницы или клиники. При этом разбитые дороги и отсутствие эффективной транспортной системы могут превратить двадцатимильную поездку в утомительное путешествие на целый день. Выдержит ли его больной человек?.. Местные доктора и медсестры совершали выезды на дом к пациентам. Но тут возникала еще одна сопутствующая сложность – недостаточная квалификация медиков. В результате подавляющее количество бедняков месяцами и годами не могли проконсультироваться у специалиста.

Современные цифровые технологии помогают решить часть из этих проблем. Один из проектов Grameen Intel в области здравоохранения направлен на предоставление необходимой информации беременным женщинам. Многие будущие матери в стране лишены доступа к дородовому медицинскому обслуживанию. Чтобы помочь этим женщинам, специалисты компании в 2007 году разработали Coel – изготовленный из качественной долговечной пластмассы электронный браслет. В него внесены заранее записанные советы и инструкции по охране здоровья матери. Конструкция такого браслета очень рациональна: он работает десять месяцев без подзарядки батареи. Это значит, что его можно носить его в течение всего срока беременности. Для работы Coel не нужен доступ в интернет, голосовые сообщения передаются на том языке, который использует женщина; при появлении нового сообщения на браслете вспыхивает световой сигнал. Устройство можно настроить на предполагаемую дату родов, так что он будет предоставлять актуальные советы в определенные периоды беременности. В течение двух недель браслет передает около восьмидесяти сообщений.

Также браслет предназначен для мониторинга и тестирования качества воздуха, которым дышит женщина. Он может, например, контролировать загрязнение воздуха в помещении, определять содержание угарного газа, который часто образуется при сжигании дров, древесного угля или навоза. Миллионы женщин в Бангладеш и других развивающихся странах ежедневно вдыхают дым, в котором содержится этот опасный компонент, – это может негативно сказаться на здоровье будущего ребенка. При появлении угарного газа Coel подает сигнал – так женщина понимает, что необходимо выйти на свежий воздух.

Grameen Intel разрабатывает технологические решения для решения самых серьезных проблем, с которыми сталкивается бедное население. Но также существуют и другие организации, стремящиеся решать эти задачи.

Реализацией одного из самых интересных проектов в области совершенствования здравоохранения руководит доктор Ашир Ахмед из Университета Кюсю (Япония). Университет Кюсю был одним из партнеров семейства компаний Grameen, когда мы создавали там очередной Центр социального бизнеса (Yunus Social Business Centre). Доктор Ахмед назвал свой проект «Доктор в коробке» (Doctor in a Box). Он представляет собой портативный набор диагностических инструментов, в состав которого входят также дисплей и коммуникационное устройство. «Доктор в коробке» может быть использован врачом, медсестрой или подготовленным фельдшером при посещении деревни или конкретного пациента. Имея в своем распоряжении этот инструмент, специалист будет передавать информацию врачу, который на ее основе поставит диагноз и даст рекомендации по лечению пациента.

Доктор Ахмед убежден, что как только набор начнут применять практикующие фельдшеры и врачи, это станет стимулом для других компаний усовершенствовать предложенный им сервис. Он пишет: «"Доктор в коробке" поможет производителям медицинского оборудования разработать диагностические инструменты, а создателям программного обеспечения – структурировать их таким образом, чтобы набором могла пользоваться даже медсестра с минимальным уровнем подготовки». Со временем эффективность набора «Доктор в коробке» может значительно увеличиться благодаря включению в его состав специфических тестов и инструментов, необходимых в конкретных странах и регионах.

Продукт доктора Ахмеда, который, по его мнению, будет стоить примерно 300 долларов США, уже проходит испытания в Бангладеш. Сам врач мечтает о том времени, когда миллионы медсестер и фельдшеров во всех развивающихся странах смогут пользоваться набором, удовлетворяя потребности в современном медицинском обслуживании миллиардов людей, которые прежде были лишены этого.

* * *

Мы живем в сложное время. Сегодня рост численности населения, увеличивающийся разрыв между бедными и богатыми, разрушение окружающей среды и другие серьезные проблемы угрожают будущему человечества. Но это и время, когда наши возможности достигли невиданного до сих пор уровня. В результате реализации научных достижений в последние десятилетия совершен колоссальный технологический прорыв. Если мы строим новую экономическую и социальную систему, то есть все основания полагать, что эта феноменальная сила может сыграть огромную роль в превращении «мира трех нулей» из мечты в объективную реальность.

9

Эффективное управление и соблюдение прав человека — главные элементы общества, работающего для всех

Третья важнейшая составляющая новой экономической системы – это политическая и социальная структура, которая сведет к минимуму коррупцию, несправедливость и тиранию и будет соблюдать права каждого человека.

Некоторые ошибочно поверили в то, что уважение прав человека и необходимость экономического роста и развития не связаны между собой. Иногда даже считается, что эти два положения каким-то образом противоречат друг другу. Такую ошибку сделали в Советском Союзе, где жестокие политические репрессии оправдывались необходимостью усиленного роста экономики страны для более эффективной конкуренции с Западом. Однако экономический рост, достигнутый благодаря диктатуре, не является стабильным. Поэтому предпринимательство, дающее каждому человеку возможность максимально проявить свои творческие способности, не может появиться и развиваться в условиях репрессий и жесткого контроля со стороны государства.

Страны, которые выбирают путь автократии в надежде на экономический рост, в отдаленной перспективе скорее всего потерпят фиаско. Намного лучше создать атмосферу свободы и готовности к экспериментам, в которой возможности индивидуального предпринимателя раскрываются наиболее полно. В результате происходит формирование активно развивающихся сообществ – и, как следствие, государств с устойчивой экономикой.

К счастью, сегодня ведущие экономисты, политологи и специалисты в области общественных наук согласны с этим принципом. Все признают существование тесной взаимосвязи между эффективным управлением, соблюдением прав человека, справедливым распределением богатства и экономическим ростом. Сложность в том, чтобы реализовать это понимание на практике: создать такую экономическую, политическую и социальную среду, которая в обязательном порядке будет соблюдать принципы свободы, справедливости и достоинства, тем самым развивая творческий потенциал каждого человека.

Чтобы достигнуть этой важной цели, потребуются мудрость, дисциплина, самоотверженность и мужество. Однако именно эффективное управление является самой важной из всех задач, которые человеческому обществу нужно будет решать в следующей половине столетия.

Эффективное управление и соблюдение прав человека могут стать самыми мощными инструментами в достижении глобальной цели – создании нового мира. Но для этого необходимо обязательное соблюдение ряда условий: справедливые и заслуживающие доверия выборы, свободное от коррупции правительство, честные неправительственные организации и верховенство закона. Ниже я подробно расскажу об этих и других ключевых элементах эффективного управления.

Справедливые и честные выборы

Страна может получить честное, хорошо работающее и грамотное правительство только в том случае, если законодатели и высшие государственные чиновники выбраны в результате свободных от манипуляций и запугивания, заслуживающих доверия выборов. Таким образом, эффективность управления, по большому счету, определяется на выборах. Если они прошли в нечестной и непрозрачной обстановке, то остальные компоненты эффективного управления не имеют шансов на реализацию.

В демократическом обществе национальные выборы представляют собой своего рода фильтр, многократное использование которого может очистить политику и власть. Но если он засорился, то у страны немного шансов получить достойное руководство. При сфальсифицированных результатах выборов, вы, скорее всего, получите правительство, которое в реальности окажется машиной подавления и грабежа. Соответственно, оно изо всех сил будет стремиться, чтобы «фильтр» оставался засоренным навсегда.

Проведение выборов в атмосфере полного доверия к системе является базовым условием эффективного управления. Каждый избиратель должен знать, что его голос имеет значение, что он может не опасаться возможного запугивания или преследований. Во многих странах провести такие выборы непросто.

К сожалению, мир не особенно обращает внимание на то, как проводятся выборы. Обычно они считаются формальным ритуалом, через который должна пройти каждая страна, или же называются «внутренним делом», комментировать которое никто извне не имеет права.

Естественно, выборы являются внутренним делом каждого государства. Однако итогом сфальсифицированных выборов становится приход к власти нелегитимных правительств, в результате чего страдает сообщество наций в целом. Таким образом, авторитарные и диктаторские режимы могут не только дестабилизировать страну, но и представлять угрозу своему региону, и даже всему миру.

Поэтому я убежден, что Организация Объединенных Наций должна придавать первостепенное значение продвижению идеи свободного волеизъявления, считая ее неотъемлемой частью своей политики мира и безопасности. ООН следует разработать специальную технологию проведения честных выборов, предоставлять непрерывную техническую поддержку всем органам и институтам, участвующим в выборных кампаниях, и обеспечивать мониторинг открытости и прозрачности электоральных процедур в каждой стране, являющейся членом организации.

Честные выборы также являются непременным условием достижения целей из списка ЦУР, решения задач, стоящих перед специализированными институтами ООН, в частности перед Управлением Верховного комиссара ООН по правам человека, Структурой «ООН-Женщины» (обеспечение гендерного равенства), ЮНИСЕФ (права детей), Программой развития ООН (экономическое развитие) и ВОЗ (здравоохранение).

Чтобы решить эти задачи, ООН следует заняться разработкой специализированных политических и технических инструментов. Например, организация могла бы предложить для оценки качества выборов надежные и независимые системы и использовать их для ранжирования стран, индивидуально или по группам. Государства, где ситуация с выборами стабильно улучшается, могли бы получать финансовые, политические и дипломатические привилегии. ООН должна оценивать независимость и принципиальность чиновников, отвечающих за соблюдение честности выборов, а также уровень свободы прессы, возможность деятельности оппозиционных партий, допуск национальных и международных наблюдателей. Основываясь на этих критериях, нужно разработать стандарты определения минимально допустимого «качества» выборов и вводить санкции против стран, неоднократно нарушающих установленные правила. Региональные межгосударственные ассоциации и союзы могут играть важную роль в том, чтобы государства – члены соглашения соблюдали стандарты ООН по проведению выборов.

ООН может способствовать разработке и распространению усовершенствованных методов проведения выборов с применением новейших цифровых и коммуникационных технологий. Ведущие компании из разных стран – Google, Facebook, Twitter и им подобные – помогли бы создать новые выборные технологии, в то время как ООН выступила бы спонсором этих работ. В итоге можно было бы проводить дистанционное голосование с помощью смартфона, используя биометрическую идентификацию, и таким образом решить проблему запугивания избирателей. Ведь именно это нередко заставляет миллионы людей отказываться от участия в выборах.

Следует подчеркнуть, что возможность голосовать в течение определенного периода времени – недели или месяца, а не в какой-то определенный день, из дома, офиса или из любой точки мира, – способна существенно повысить явку. Новейшие цифровые технологии могли бы в режиме онлайн предоставлять информацию о количестве голосов, поданных за каждого кандидата. Непрерывное обновление информации определенно повысило бы энтузиазм избирателей и увеличило явку. Если избиратель понимает, что его кандидат не набирает нужного количества голосов, это станет для него дополнительным стимулом проголосовать. Таким образом выборы превратятся в увлекательное шоу, все будут знать как идет голосование, любой человек увидит, что он может повлиять на конечный результат.

Когда будет разработан глобальный стандарт проведения выборов, ООН получит возможность в течение всего года отслеживать, как правительства разных стран ведут предвыборные кампании. Выборы – это конечная точка длительного процесса. Если в нем задействованы коррупционные схемы или допущены серьезные ошибки, наблюдатели во главе с ООН должны сделать все для максимального распространения информации о нарушениях. Это даст возможность внести коррективы до того, как нечестные выборы лишат правительство какой-либо страны кредита доверия и станут угрозой безопасности всего мирового сообщества.

Коррупция – смертельная болезнь государства

Следующая огромная проблема, подрывающая основы эффективного управления, – это коррупция. Иногда люди относятся к ней недостаточно серьезно, говоря: «Коррупция существует во всех странах, включая самые богатые – от нее не застрахован никто. Так зачем поднимать шум?» Некоторые даже приводят примеры стран, которые якобы процветают благодаря коррупции, считая ее способом «смазать колеса» общества и сделать так, чтобы они вращались более мягко.

Коррупция на личном уровне существует в каждом обществе. Периодически скандалы, связанные с нечестностью политиков или представителей бизнеса, возникают даже в странах с развитой и относительно прозрачной экономикой. Но во многих развивающихся странах коррупция распространена повсеместно; она настолько проникла во все сферы, что люди даже перестали протестовать и воспринимают ее как неотъемлемую часть жизни.

В таких государствах коррупция является основным препятствием для эффективного управления. Можно привести шокирующие данные о бюджетных средствах, ежегодно направляемых на коррупционные цели. Но это только одна сторона. Гораздо страшнее, что коррупция разрушает всю систему управления, ликвидирует возможность верховенства закона. Ведь если кто-то может купить любое решение правительства, вердикт суда или повлиять на политику, то законодательство перестает действовать. Когда политическая власть открывает дорогу к капиталам, люди идут на любые преступления, чтобы завладеть таким мощным инструментом. Именно поэтому предвыборные кампании во многих странах так часто сопровождаются насилием.

Обидно наблюдать, насколько изощренной становится политическая коррупция в последние годы. Продажные главы правительств и их политические партнеры научились использовать сложные пиар-технологии для оправдания своих преступлений с помощью ложных сведений – сейчас это принято называть «альтернативными фактами». Через подконтрольные СМИ и своих союзников среди интеллектуальной элиты они внушают обществу, что каждый, кто выступает против них, – предатель и должен предстать перед судом. Таким образом они укрепляют власть и делают практически невозможной борьбу с коррупцией.

Как только коррупция пускает корни в стране, она сразу начинает распространяться на всех уровнях. Человек, работающий в государственных структурах, ожидает взятку за каждую услугу – получается своего рода «персональная надбавка» к регулярному жалованию. Чтобы оправдать эту надбавку и добиться получения дополнительных денег, этот чиновник выстраивает различные барьеры для обращающихся к нему людей. Цена выдачи простого удостоверения личности или приема заполненного формуляра может быть совсем небольшой, поэтому для увеличения своих доходов государственный служащий максимально затрудняет жизнь просителям.

Некоторые чиновники дают понять, что могут предложить клиенту очень дорогие услуги, ясно намекая: для них нет преград в виде законов. Лицензии на ведение коммерческой деятельности, привлекательные правительственные заказы, налоговые послабления, мягкие судебные приговоры – продается и покупается все что угодно. Если же вы жалуетесь на высокую цену, то у вашего партнера из мира бюрократии есть готовый ответ: «Я знаю, что это дорого, но дешевле никак нельзя. Деньги нужно делить между всеми, кто стоит выше в иерархии, вплоть до министра!» При совершении наиболее крупных сделок министр сам ведет переговоры с «клиентом».

Помимо таких переговоров в рамках правительства, в политической коррупции часто задействованы бесчисленные агенты со стороны. Эти люди называют себя консультантами, советниками, агентами, лоббистами, представителями, поставщиками управленческих услуг и т.д. «Ближнее окружение» – друзья, родственники или финансовые партнеры влиятельных политиков – получает самые прибыльные инфраструктурные и другие контракты. На этот «коррупционный сектор» проходится огромная доля национального дохода. Стоимость каждого государственного контракта или проекта увеличивается на сумму, равную размерам «откатов» и других неправомерно потраченных денег. В результате население имеет некачественную инфраструктуру, государственные услуги и продукты, создающие вред здоровью или даже опасные для жизни.

Существует простое правило: чем слабее власть закона, тем выше масштаб коррупции – и наоборот. Самая большая опасность автократии заключается в том, что она приводит к безграничной коррупции в ближайшем окружении руководителя страны. Когда глава правительства становится коррупционером, болезнь превращается в разрушающую основы общества эпидемию, которую невозможно остановить. Перестают функционировать все базовые институты государства, от судебной власти и полиции до вооруженных сил и финансовой системы. Зачастую они превращаются в инструменты подавления акций протеста и становятся гарантией того, что власти предержащие продолжат получать неправедные доходы.

Борьба с государственной коррупцией и «капитализмом для своих» – очень непростая задача. История свидетельствует: там, где происходит сращение денег и власти, люди обычно становятся коррупционерами. Национальные и международные законы и соглашения, запрещающие коррупцию в бизнесе, своих целей не достигли. Многие компании по-прежнему нарушают юридические и этические стандарты; продолжают успешно применяться такие методы, как отмывание денег и вывод в офшоры наличности.

Периодические скандалы в Соединенных Штатах и других развитых странах показывают, что систем, полностью защищенных от коррупции, не существует. Именно поэтому очень важно, чтобы в законе были четко прописаны меры по противодействию злоупотреблению служебным положением, конфликтам интересов и семейственности, и эти меры осуществлялись строго и честно. Те государства, в которых законодательно закреплены и соблюдаются эти меры, имеют лучшие достижения в области борьбы с коррупцией по сравнению с другими.

Чтобы честное правительство во всех странах мира стало нормой, а не исключением, необходимы сознательность населения и подконтрольные органы власти. Отметим важность существования автономных центров силы в государстве – например, независимых судов, которые могут привлечь к ответственности нарушающих закон чиновников. Сильные негосударственные инструменты гражданского общества: независимые СМИ, негосударственные контрольные комиссии, общественные организации, авторитетные колледжи и университеты, – также могут сыграть важную роль в обличении коррупции и потребовать принять меры по ее устранению. Конечно, и сами руководители должны быть примерами бескорыстия и патриотизма, работая на благо страны, а не приходя во власть для того, чтобы разбогатеть самим или дать такую возможность своим друзьям.

Международные организации по противодействию коррупции, в частности Transparency International, достойны уважения за то, что они привлекают внимание общественности к коррупции в разных странах. Особенно мне нравится ежегодно публикуемый этой организацией Индекс восприятия коррупции по странам (Corruption Perceptions Index)[37]. Я бы хотел, чтобы эксперты Transparency International к этому индексу добавили еще один – Индекс восприятия выборов. Изучая два этих индекса вместе, люди в любой момент увидят взаимосвязь между ними и в случае необходимости смогут предпринять необходимые меры для устранения имеющихся нарушений. Они поймут, что улучшение ситуации в одной области приведет к улучшению и в другой. Надеюсь, Transparency International обдумает мое предложение.

Мир должен настаивать на принятии энергичных мер по противодействию коррупции в повседневной работе правительств. В противном случае мы будем продолжать дорого платить за то, что наши усилия по строительству общества с эффективным управлением закончились провалом.

Проблема не в правительстве

Надеюсь, мои рассуждения не сформировали у вас впечатления, что «правительство – это проблема», и решение состоит в том, чтобы «было меньше правительства», или даже «чтобы правительства вообще не было». Народ – это правительство, а правительство – это народ. Без эффективного руководства не может существовать ни одна страна, оно является гарантом экономического и социального развития. Роль правительства в жизни общества очень важна. Мы хотим, чтобы оно было хорошим, идеальным, совершенным – и чем ближе оно к совершенству, тем незаметнее его присутствие в жизни каждого человека и общества в целом.

Конечно, правительство не может занять место индивидуальных предпринимателей. Но эффективно работающее правительство помогает предпринимателям полнее раскрыть их творческий потенциал. Страны, добивающиеся бо́льших успехов в борьбе с нищетой и бедностью, в повышении уровня жизни, защите окружающей среды и стимулировании личностного роста рядовых граждан обычно имеют сильные, стабильные, честные и эффективные правительства.

Именно такая модель сложилась в некоторых государствах Западной Европы, Северной Америки и Восточной Азии. В этих странах население в основном доверяет своему руководству, несмотря на существование серьезных противоречий. Обычно люди здесь могут обратиться за помощью, чтобы разрешить эти противоречия. Неужели правительства этих государств никогда не нарушали обязательства вести себя честно и справедливо? Конечно, нарушали. Допускали ошибки, которые приводили к замедлению экономического роста, сохранению бедности, относились с пониманием к неравенству? Опять-таки да. Но некоторые из базовых характеристик работы этих правительств, в том числе уважение к закону, поддержка экономических свобод, быстрое реагирование на нужды граждан, находящихся на любых ступенях социальной лестницы, оказались важными составляющими их социального и экономического успеха.

На этом фоне некоторые государства третьего мира, где уважение к правам и свободам человека намного слабее, проигрывают и в экономическом развитии. Разница очевидна, и она лишний раз подчеркивает важность эффективного управления – но не как замены индивидуальной инициативы, а как необходимого средства ее поддержки.

Другие важные элементы эффективного управления

В создании экономики нового типа важны и другие элементы эффективного управления.

Инвестиции в инфраструктуру, поддерживающие экономический рост. Некоторые из важнейших ресурсов, необходимых для запуска успешного бизнеса – независимо от того, является ли он обычным, то есть нацеленным на получение максимальной прибыли, или социальным, – выходят за рамки возможностей индивидуальных предпринимателей. Если вам в голову пришла идея создания продукта или услуги, которые могли бы принести пользу тысячам или даже миллионам людей, – это превосходно! Однако превратить замысел в успешное предприятие будет трудно, если там, где вы живете, не развита социальная и экономическая структура. Если дороги находятся в плохом состоянии, мосты и тоннели через реки и горные перевалы рассыпаются или вообще отсутствуют, в стране нет аэропортов или гаваней для перемещения товаров и людских ресурсов, то процесс создания и развития успешного бизнеса будет чрезвычайно медленным, дорогим и трудным.

Роль правительства в создании и поддержании инфраструктуры в рабочем состоянии исключительно велика. Некоторые важнейшие инфраструктурные элементы не могут в короткие сроки стать экономически рентабельными. В таких случаях в решении задачи должны участвовать государственные структуры, имеющие льготы по налогам и сборам. Тогда в долгосрочной перспективе хорошо продуманные и рационально управляемые проекты окупят вложенные затраты и помогут обеспечить экономический рост, принося дополнительные доходы, в том числе и налоговые платежи. Именно так произошло с инфраструктурными проектами в Соединенных Штатах – например, Tennessee Valley Authority (Госкорпорация территориального развития, созданная в 1933 году президентом Ф. Рузвельтом. — Прим. пер.). Тогда в долине реки Теннесси был создан мощнейший гидроэнергетический кластер, который обеспечивал гидроэлектроэнергией беднейшие сельские районы американского Юга. Другой стратегический объект – Interstate Highway System (Национальная система автомагистралей им. Д. Эйзенхауэра. — Прим. пер.), она объединила всю страну сетью эффективных высокоскоростных автомагистралей и способствовала быстрому экономическому росту в 1960–1970-х годах.

Сегодня государственно-частно партнерство все чаще используется в крупных инфраструктурных проектах. В этих случаях частная компания или консорциум совместно с государством строит автомагистраль, туннель, метрополитен, электростанцию или аэропорт. Детали сотрудничества могут различаться, но общая схема такова: частный сектор инвестирует в проект на условиях эксклюзивного права на управление объектом и доходы от инвестиций в течение длительного периода, обычно двадцать пять лет и более.

К сожалению, всегда существует опасность того, что эти проекты могут использоваться для обогащения политиков и их друзей, а не приносить пользу обществу. Огромные инфраструктурные контракты очень привлекательны политически: они создают потенциал для выплат гигантских откатов тем, кто принимает решения, представляют собой удобный и безопасный способ подкупа правительственных чиновников. Жадные коррумпированные бизнесмены так хорошо отточили мастерство заключения тайных сделок, что вовлеченные в эти схемы политики чувствуют себя полностью защищенными от любого контроля со стороны общественности.

Именно здесь должны быть задействованы наиболее важные механизмы эффективного управления. Развивающиеся страны не могут полноценно участвовать в мировой экономике, так как они исторически испытывают недостаток инфраструктуры, необходимой для строительства предприятий и сооружений. Их граждане просто обязаны настаивать на использовании элементов эффективного управления для снижения уровня коррупции. В этой борьбе ничто не может заменить тщательного контроля со стороны общественных групп, надзорных органов и неправительственных организаций.

Использование технических достижений для повышения эффективности и прозрачности деятельности правительства. Применение новейших технологий в частном секторе: робототехники, машинного обучения и искусственного интеллекта – нас, с одной стороны, восхищает, а с другой – тревожит. Мы восхищаемся потенциальным экономическим эффектом от их применения и тревожимся из-за возможных сокращений рабочих мест и нарушений существующих экономических связей, которые они могут вызвать.

Однако пока мы обсуждаем гипотетическое влияние этих технологий на частный сектор, необходимо задействовать их в таких областях, как государственные услуги и мировая финансовая система, особенно в тех странах и регионах, где из-за разгула коррупции жизнь простых людей стала невыносимой. Я убежден, что если заменить отдельных бюрократов и чиновников на роботов, искусственный интеллект, хорошо продуманные программные алгоритмы и сетевые технологии, предоставляющие доступ к важнейшим данным, то можно сделать работу государства более эффективной, удобной для людей и свободной от коррупции. Когда люди начнут использовать приложение для смартфона и веб-страницу, чтобы скачать информацию из государственной базы данных, представить формуляр для получения разрешения или лицензии, пожаловаться на плохую работу чиновников или обратиться за помощью, размах коррупции резко сократится. Тогда власть чиновных «церберов», требующих взятку за то, что они открывают правительственные двери, ослабнет, и людям будет проще и легче решать возникающие вопросы.

Далеко не все политики обладают выдающимися моральными качествами. Но эффективное управление не должно зависеть от этого. Мы можем использовать технические достижения для того, чтобы уменьшить возможность корыстных чиновников влиять на правительство в своих интересах.

Встраивание социального бизнеса в гражданские проекты. Некоторые государственные программы, в частности инфраструктурные проекты, можно развивать как социальный бизнес. Например, в книге «Создание мира без бедности» я рассказывал, как корпорация, занятая социальным бизнесом, может построить огромный порт[38]. Важно, что владельцами этой успешной компании являются бедные люди в конкретном районе. Если при выборе подрядчиков для крупных и мелких закупок и контрактов отдавать предпочтение социальному бизнесу, то появится шанс уменьшить воздействие на государственную политику компаний, ориентированных на максимизацию прибыли. Именно такой выбор должна сделать общественность.

Однако сохраняется риск того, что в борьбе за получение государственных контрактов беспринципные и нечистоплотные хозяева крупных корпораций начнут создавать «подставные» компании, якобы занимающиеся социальным бизнесом. Конечно, проблема существует, но ее можно решить с помощью тщательных расследований, которые проведут независимые группы наблюдателей и журналисты. При условии соблюдения всех этих правил со временем истинный социальный бизнес окрепнет настолько, что сможет взять верх над поддельным.

Социальный бизнес предоставляет правительству хороший и надежный шанс выполнить одно из своих основных обязательств – позаботиться о людях, находящихся на нижних ступенях экономической иерархии, и создать им возможность самостоятельно зарабатывать и достойно жить. Чаще всего это обязательство выполняется нерационально, через предоставление социальной помощи. В некоторых случаях такая поддержка со стороны государства действительно необходима, но она не должна заменять настоящего решения проблемы бедности, которое не подрывает инициативу и не унижает нуждающихся.

Причина бедности не в самих бедняках, а в той системе, которую мы создали. Поэтому основное внимание правительства нужно сфокусировать на ее исправлении и создании таких условий, когда концентрация богатства будет постепенно снижаться. В ходе такого процесса сформируется общество, в котором богатство страны будет разделено между всеми ее жителями. Как я уже объяснял, социальный бизнес может этому поспособствовать.

Государство должно избегать участия в руководстве любыми бизнес-структурами. Если такие компании принадлежат государству, то это затрудняет эффективное управление и становится источником соблазна для государственных чиновников и других официальных лиц использовать бизнес в своих политических и личных интересах. Такие предприятия следует как можно скорее передать в частные руки, отдавая предпочтение компаниям, ориентированным на социальный бизнес и никак не связанным с государством. При приватизации этих активов нужно очень внимательно следить, чтобы они не попали в алчные руки. На примере многих стран мы видели, что передача предприятий в частное владение, ориентированное на получение прибыли, – это еще одна возможность для коррупции.

Привлечение бедняков к участию в планировании и реализации проектов развития. В повышении эффективности управления принципиально важно предоставление права голоса простым людям. Они должны иметь возможность участвовать в принятии решений, влияющих на их жизнь. Так, в случае с развитием инфраструктуры в качестве фактора обеспечения экономического роста можно привлечь бедняков к участию в планировании значимых проектов.

В качестве примера такого участия в принятии решений мы приводим Grameen Bank, руководство которого состоит из женщин, являющихся заемщицами банка и одновременно его совладельцами. Члены совета директоров, выбранные их же коллегами – клиентами банка, принимают активное участие в определении политики Grameen Bank.

Некоторым, видимо, кажется, что предоставление беднякам полномочий принимать важные решения – глупая или непрактичная идея. Однако это неверная позиция. Простым людям, возможно, не хватает профессиональных знаний для подготовки и планирования инфраструктурных проектов. Но бедняки становятся ведущими экспертами, когда речь идет о принятии решений, непосредственно влияющих на их жизнь. В таких ситуациях их мудрость и жизненный опыт играют самую важную роль.

Я видел, как это работает в Grameen Bank. Члены совета директоров и руководство банка работают на основе взаимного уважения, консультируются друг с другом при принятии важных решений. Члены совета директоров – полноценные партнеры в разработке политики банка и его проектов, потому что они получают важную информацию на понятном им языке. Речь идет о финансовых показателях, основных принципах организации и планирования, экономических и других параметрах работы банка. Обладая этой информацией, члены совета директоров принимают осознанные верные решения.

Да, чтобы подготовить таким образом группу бедняков, нужно потратить немало времени и энергии. Но выгоды от этого значительно перекрывают затраты. Мы знаем слишком много примеров принятых без участия предполагаемых выгодополучателей государственных программ, которые не смогли удовлетворить истинные потребности людей. Одновременно они дали возможность наполнить кошельки подрядчиков, политически связанных с чиновниками. Я убежден в том, что инфраструктурные проекты, созданные при участии бедняков, будут гораздо эффективнее работать на пользу этих людей. Стоить такие программы будут значительно меньше, чем разнообразные раздутые проекты, созданные экспертами, имеющими весьма смутное представление о проблемах малоимущих.

Обеспечение доступного всем качественного образования и здравоохранения как важного элемента экономического развития. Элементы инфраструктуры, стимулирующие экономический рост и способствующие преодолению нищеты, не ограничиваются дорогами, мостами, аэропортами и тому подобными объектами. К их числу также относится гуманитарная инфраструктура — проекты, которые помогают повысить качество жизни каждого человека, позволяют ему реализовать творческие способности. Именно поэтому, создавая поддерживаемую государством инфраструктуру для совершенствования и реформирования экономики, мы должны помнить о важности предоставления всем слоям населения качественного образования и здравоохранения.

Здесь, как и в других инфраструктурных проектах, значение социального бизнеса может быть очень велико. Я уже говорил о некоторых программах развития образования и здравоохранения группы компаний Grameen. Никто не говорит, что частный сектор полностью заменит в этой области государство, – оно должно обеспечить предоставление базовых услуг в образовании и медицине. Гражданские инициативы могут заполнить пробелы там, где государственные программы отсутствуют или недостаточно эффективны.

В ряде случаев предпочтительно привлечь для оказания базовых услуг в области образования и здравоохранения сторонние организации из частного сектора. При этом частному сектору нужно предоставить необходимую поддержку, которая позволит повысить эффективность его работы. Например, социальный бизнес, работающий в образовательных или медицинских проектах, может получать финансирование из государственных инвестиционных фондов или из специально созданных для этой цели фондов.

Также необходимо установить базовые стандарты качества, инклюзивности (инклюзивность – отсутствие дискриминации и вовлечение каждого человека в жизнь сообщества) и прозрачности, которым должны соответствовать негосударственные образовательные и лечебные учреждения. Если речь идет о частном бизнесе, ориентированном на получение прибыли, то государство должно особенно внимательно следить за тем, чтобы он не сосредотачивался только на доходах, в ущерб качеству предоставляемых услуг.

Банковские и другие финансовые услуги должны быть доступны для всех. Важно гарантировать людям из нижней части социальной иерархии доступ к еще одной сфере социальной инфраструктуры – я имею в виду финансовые услуги. Кредиты, накопления, страхование, инвестиционные и пенсионные фонды создают возможности для многих людей и обеспечивают рост экономики на всех уровнях.

Яркой иллюстрацией положительного влияния доступности финансовых услуг для всех, особенно для женщин из бедных семей, является история Grameen Bank. Этот банк самодостаточен, он содержится только за счет собственных ресурсов и имеет высокий процент возврата кредитов. Его владельцами в основном являются бедные заемщицы. Банк стимулирует накопления, предоставляет услуги страхования, содержит пенсионный фонд, поддерживает предпринимательство и помогает добиться независимости миллионам неграмотных женщин из сельских районов Бангладеш. Сорокалетняя история успеха Grameen Bank лучше всего объясняет, почему он получил Нобелевскую премию еще в 2006 году.

Учитывая это, странно, что правительства и центральные банки большинства государств большей частью не сосредоточили внимание на том, чтобы предоставить беднейшим слоям населения доступ к финансовым услугам. Даже всемирные женские организации не считали повышение экономической самостоятельности важнейшим пунктом деятельности в области расширения прав женщин. Еще сильнее меня шокировало то, как Grameen Bank оказался под ударом со стороны правительства Бангладеш. В его устав были внесены изменения, в результате чего банк перешел под контроль государства, а его собственники-заемщики лишились права управления. В марте 2011 года меня изгнали с должности председателя совета директоров, а шесть лет спустя государство даже не разрешило банку самостоятельно назначить человека на этот пост.

Неприятности, произошедшие с Grameen Bank, являются большим шагом назад для всего мира. Эта финансовая организация оставила яркий след в истории и стала лауреатом Нобелевской премии. Она стояла у истоков концепции банковского обслуживания бедняков и претворила ее в жизнь, вдохновляя весь мир на поиск новых решений в банковском деле. В итоге Grameen Bank оказался вынужден сделать резкий разворот из-за упомянутых радикальных изменений в уставе. Единственный способ спасти банк заключается в отказе от изменений. Я очень надеюсь, что здравый смысл в итоге возобладает.

Разработка и соблюдение правил защиты окружающей среды. Еще одной важной задачей эффективного управления является защита окружающей среды. Свободный и справедливый рынок не в состоянии сам по себе помешать бизнес-структурам и другим организациям, включая государственные, загрязнять воздух и воду, нерационально тратить природные ресурсы, тем самым усугубляя острейшую проблему изменения климата.

Хорошо известная дилемма «трагедия общин» (tragedy of the commons, термин, популяризированный Г. Хардином в 1968 году в статье для журнала Science. — Прим. пер.), объясняет, почему так происходит. В деле защиты окружающей среды интересы личности и интересы группы диаметрально противоположны. Любой человек или организация – предположим, коммерческая компания, – может получать выгоду от нанесения вреда природе. Дополнительные бонусы приносит, например, несоблюдение правил ограничений выбросов углекислого газа, вылавливание редких пород рыб, использование пластмассы в производстве упаковки и других продуктов массового потребления (соломинок, бутылок для воды и т.д.). Но если каждый будет вести себя так же эгоистично, то со временем это негативно скажется на общественном благосостоянии.

В подобных случаях от имени всего сообщества должны вступать в действие внешние силы, которые сильнее любого индивидуального игрока. Чаще всего такой внешней силой является государство. Правительства всех стран ради будущих поколений должны разработать справедливые и научно обоснованные правила защиты воздуха, воды, почвы и природных ресурсов, от которых зависит жизнь человека, и строго следить за их исполнением.

Укрепление институтов, занимающихся развитием гражданских свобод. Я утверждаю: существующая капиталистическая система вредоносна, потому что лишена нового сектора – социального бизнеса, предназначенного для решения многих накопившихся проблем. Движущей силой социальных предпринимателей становится их желание самоотверженно решать проблемы, с которыми сталкиваются люди. Причем в основе их мотивации не получение сверхприбылей, но удовлетворение результатом своей работы.

В связи с этим я считаю, что наше понимание общества является неполным. Мы думаем об ущербе, который терпит большинство людей, имея в виду правительство, бизнес, ориентированный на получение прибыли, и граждан, старающихся действовать в соответствии с принципами конституции государства. Но в этой схеме отсутствует сила, роль которой чрезвычайно важна, если мы хотим сбалансированной работы всей системы, – социальный бизнес.

Неправительственные организации тоже могут играть значимую роль в создании важных элементов гражданского общества, представленных в разных формах. Например, в Соединенных Штатах среди неправительственных организаций мы видим политические «мозговые центры», лоббистские группы и гражданские объединения; организации, занятые проблемами защиты окружающей среды, образования, здравоохранения и т.д.; профессиональные объединения и профсоюзы; фонды и благотворительные организации; группы защиты прав потребителей и многое другое.

Все эти институты играют очень важную роль в том, чтобы заставить государство и общество реагировать на потребности граждан. Они выступают за осуществление принципиальных изменений в законодательстве, распространяют необходимую информацию, защищают интересы конкретных групп населения. Эти организации представляют разные точки зрения, которые в противном случае были бы проигнорированы. Также они делают достоянием гласности противоправные действия государственных чиновников, ведущих бизнесменов и других влиятельных персон. Развитая сеть независимых, сильных и активных гражданских институтов может способствовать формированию системы эффективного управления, улучшению ситуации с соблюдением прав человека.

К сожалению, во многих странах гражданское общество недостаточно развито и свободно. Иногда правительства используют власть для того, чтобы ограничивать гражданские институты в правах или даже угрожать им физической расправой. Порой разведывательные службы не дают нормально работать неправительственным организациям и их лидерам. Суды предъявляют сфабрикованные обвинения, заставляя их замолчать. Политические партии часто прибегают к мобилизации своих сторонников с целью запугивания или нападений на тех лидеров гражданского общества, чьи взгляды их не устраивают. Со временем обычные люди, которые опасаются такого давления, превращаются в безмолвных наблюдателей или даже встают на сторону своих притеснителей, не имея возможности действовать по-другому.

Если мы хотим получить общество, в котором права человека уважают и защищают, необходимо осознать роль гражданских институтов и оградить их от давления. Более того – мы должны настаивать на том, чтобы государство не только не использовало карательных инструментов, но и разработало законодательство, которое способствует становлению и развитию гражданского общества.

Итак, к числу важнейших функций успешного правительства относится поддержка ключевых инфраструктурных проектов при минимизации уровня коррупции и бесконтрольного расходования природных ресурсов и вовлечение бедного населения в разработку таких программ. Помимо этого, государство должно гарантировать всеобщую доступность базовых услуг в области здравоохранения, образования и финансов. Также к его задачам относится создание условий для независимости судебной системы, верховенства закона, свободы прессы, защита окружающей среды ради будущих поколений. Внедрение такой эффективной модели управления во всех государствах, станет большим шагом к установлению во всем мире новой экономической системы, работающей на благо каждого человека.

Экономическая и другие гражданские свободы: есть ли связь?

Существует тесная связь между эффективным управлением и защитой прав человека – они не могут существовать друг без друга. Свобода и полная ликвидация нищеты идут рука об руку. Человеческая цивилизация со временем либо добьется и того и другого, либо не добьется ничего.

В силу разных исторических причин, на которые наложились человеческая близорукость, страх и жадность, в большинстве обществ образовались маргинальные группы. Это произошло в результате реализации определенной политики и принятия законодательных актов, завуалированной дискриминации и сложившихся в массовом сознании предубеждений. Представители какой-либо национальности или приверженцы определенной религии, люди, поддерживающие оппозиционные политические партии, бедняки – почти в каждом обществе есть миллионы людей, которые не могут реализовать свой природный талант.

Прошло довольно много времени, прежде чем в этой сфере был достигнут некоторый прогресс. Была ликвидирована система апартеида в Южной Африке; в основном удалось искоренить расизм на американском Юге; ведется борьба с самыми жесткими проявлениями индийской кастовой системы. Но приверженность идеалам свободы в мире в целом, к сожалению, невысока. В 2017 году мы наблюдали тревожные признаки, свидетельствующие об отрицательной реакции на стремление к независимости и раскрепощению всех людей. Во многих странах растет популярность правых националистических групп, преследующих национальные и этнические меньшинства, иммигрантов и беженцев. Серьезное сопротивление со стороны религиозных ортодоксов испытывает движение за предоставление равных прав женщинам и лицам, имеющим другую сексуальную ориентацию.

Свободная экономика и экономический рост неразрывно связаны с соблюдением прав человека и уважением ко всем людям без исключения. Если вы хотите создать экономическую систему, которая предоставит возможность творить, будет способствовать уменьшению неравенства и позволит каждому осуществить свою мечту, то нужно защищать права каждого человека от тех, кто желает их ограничить.

Когда работающие мужчины и женщины хотят уволиться или работодатели просят их уволиться при достижении определенной возрастной планки, у них должны быть силы и возможности, чтобы начать новый этап своей жизни – фазу свободы. Общество должно помочь им, предоставив венчурный капитал для открытия социального бизнеса. Это позволит зрелым людям стать независимыми предпринимателями и проявить свои творческие способности.

Помимо этого, крайне важно разрушить в сознании молодых людей укоренившееся представление, согласно которому их жизнь и счастье зависят от желаний и планов компаний частных предпринимателей. Этот миф утверждает, что создатели рабочих мест – уникальные люди, они практически единолично обеспечивают экономический рост и процветание благодаря своим выдающимся способностям и блестящему уму.

Я убежден в том, что отдельной группы людей, которые называются «предпринимателями», не существует. Любой человек является потенциальным предпринимателем, и мы должны помочь молодежи сделать первый шаг в этом направлении. Каждый из нас может открыть собственное дело и сделать все для расцвета экономики и мира в целом.

По мере развития любого успешного бизнеса, как социального, так и коммерческой компании, ему требуются новые работники. Свободная и справедливая экономическая система будет высвобождать потенциал каждого человека. Она станет уважать и защищать права работников – по крайней мере до тех пор, пока они сами не станут совладельцами компании, в которой трудятся. Поэтому давайте гарантируем тем людям, которые предпочитают остаться наемными работниками, возможность распоряжаться своей жизнью, свободу слова, собраний и доступа к прессе и право голоса. Только в этом случае они смогут отстаивать свое право на справедливую заработную плату, безопасные условия труда, продвижения по службе и будут самим определять свою судьбу.

Все понимают, что тирания, насаждаемая государством, – это плохо. Когда людей наказывают за инакомыслие и нарушают их гражданские права, в стране возникает атмосфера страха. Она способствует подавлению творчества, возникновению подозрительности и разжиганию ненависти. Общество, построенное на подавлении, не будет успешным в долгосрочной перспективе.

Однако тирания, насаждаемая всемогущей экономической системой, ничуть не лучше политической. Когда люди боятся высказывать свое мнение, потому что не хотят обидеть хозяина и, возможно, лишиться работы, желание творить исчезает. Журналисты, писатели и художники, зарабатывающие деньги в СМИ, становятся робкими и неуверенными. Корпорации используют силу политических пожертвований, чтобы давить на правительство и вынуждают его проводить выгодную для них политику. Законы изменяются до тех пор, пока не будут соответствовать желаниям богатейших людей. Влияние, приобретаемое с увеличением капитала, неизбежно все сильнее концентрируется в руках меньшинства.

Сегодня все больше и больше самых крупных коммерсантов чувствуют необходимость пересмотреть концепцию ведения бизнеса. Современное понимание базируется на трех одинаково важных целях – людях, планете и прибыли, а не только на получении прибыли. До тех пор пока эта концепция не станет всеобщей, группы граждан продолжат протестовать против корпораций, которые разрушают окружающую среду, наносят вред более слабым сообществам или эксплуатируют трудящихся. В такой ситуации напряженность между бизнесом, людьми и планетой будет расти.

Лидеры бизнеса будут вынуждены реагировать на это давление – либо идти навстречу, либо вступать в конфронтацию. Но в отдаленной перспективе они заплатят высокую цену за недовольство и ненависть, которые порождает их эгоистичное поведение.

* * *

Измененная экономическая система, являющаяся основной темой этой книги, требует значительных трансформаций на многих уровнях, – от школ и колледжей до инфраструктуры бизнеса, от финансовой системы до принципов управления корпорациями. Некоторые из этих изменений уже начались, но их результаты проявятся в полной мере лишь тогда, когда люди во всем мире потребуют смены экономической парадигмы. Причем важно, чтобы их поддержали лидеры, ведь использование методов эффективного управления, и защита прав человека также становятся ее неотъемлемой частью.

Если кто-нибудь скажет вам, что все эти вопросы не имеют отношения к экономике, не слушайте его. Они имеют к экономике прямое отношение, потому что неразрывно связаны со свободой человека релизовать его творческие способности в любой форме. Когда все люди смогут вносить свой вклад в общее процветание и благополучие, то «мир трех нулей», над созданием которого уже трудятся миллионы жителей Земли, станет ближе на один огромный шаг.

Часть четвертая

Шаги к будущему

10

Новая правовая и финансовая инфраструктура

На страницах этой книги я постоянно подчеркиваю важность каждого человека: предпринимателя, домохозяйки, представителя молодого поколения, гражданского активиста, ученого, учителя – в создании новой экономической системы. Я глубоко убежден в том, что все мы имеем достаточно сил, чтобы преобразовать общество. Первый, самый важный и, наверное, самый трудный шаг – это трансформация мышления, потому что мы должны преодолеть стереотипы, ограничивающие наше поведение.

В то же время однако капиталистическая система функционирует не в вакууме. Соответствующая структура законов и институтов регулирует работу свободного рынка. Законодательство признает действительными контракты, обеспечивает наложение взысканий за мошенничество и эксплуатацию и защищает право каждого человека на достойные условия труда, справедливую заработную плату и предполагает возможность продвижения по службе.

Эта же структура включает в себя правительство, которое направляет часть национального богатства на создание инфраструктуры, образование молодежи, защиту окружающей среды, здравоохранение и обеспечение безопасности от внешних и внутренних врагов.

Элементом структуры является и финансовая система, поддерживающая устойчивость национальной валюты и обеспечивающая доступность услуг страхования, инвестиций, кредитования и других для всех членов общества, финансирования и роста бизнеса.

Все эти составляющие очень важны, поскольку помогают миру добиваться успехов в разных областях. Но все же у этой системы есть один серьезный недостаток: она неправильно воспринимает человека. Во-первых, она предполагает, что людей побуждают к действию только эгоизм и стремление к личной выгоде. Во-вторых, человек в данном случае – прежде всего лицо, ищущее работу. Но если рассматривать человека более широко, учитывая его творческие возможности и предпринимательский потенциал, то мы получим новую, преобразованную картину мира.

Я не предлагаю просто отказаться от системы, которая помогла осуществить прорывы в технологиях, создать колоссальное богатство и обеспечить устойчивый, хотя и неравномерный рост уровня жизни. Вместо этого я хочу расширить ее, реформировать сегодняшний, не предлагающий выбора, недифференцированный бизнес. В новой модели будут равноправно функционировать два вида бизнеса, предоставляя людям свободу выбора.

Таким образом мы сможем поставить рыночные механизмы на службу обществу. Понятно, что два вида бизнеса, о которых я говорю, – это, во-первых, обычный бизнес, ориентированный на получение прибыли, и, во-вторых, социальный бизнес, целью которого является максимальное удовлетворение потребностей каждого человека. Я хочу также расширить наши карьерные перспективы. Для этого нужно осознать: каждый человек имеет предпринимательский потенциал – он может сам создавать рабочие места, а не надеяться на то, что кто-то другой предложит ему работу.

Люди должны иметь свободу выбора в рамках такого «расширенного меню». При этом необязательно действовать в рамках только одной модели, можно выбрать одну возможность, вторую или же воспользоваться преимуществами обеих. Именно при наличии выбора у нас появится большой шанс создать тот новый мир, о котором мы все мечтаем.

Каких последствий от реализации концепции социального бизнеса и всеобщего предпринимательства в рамках экономической теории нам стоит ожидать? Далее я обозначу несколько основных направлений изменения правовой сферы и финансовой структуры с тем, чтобы адаптировать их к неотложным реформам. Без них система не сможет соответствовать глобальным социальным вызовам, с которыми мы сталкиваемся сегодня. Я продемонстрирую, что ряд необходимых перемен уже осуществляется. Но нам нужно сделать еще очень многое для того, чтобы поддержать и ускорить ход этих процессов.

Проблемы правовой и финансовой систем

Сейчас очень удачное время для серьезного обсуждения реформ в сфере права и финансов самых богатых стран[39]. Совсем недавно, в 2008–2009 годах, мир пережил острый экономический кризис, который стал причиной серьезных трудностей и лишений для сотен миллионов людей. Он начался с проблем в правовой и финансовой сферах Соединенных Штатов Америки – государства, которое многие считают самым передовым в новейшей истории.

Во время кризиса несколько жестко регулируемых американских банков понесли огромные убытки. Некоторым из этих организаций потребовались колоссальные вливания из государственных фондов, чтобы помочь избежать полного финансового краха. Гигантские суммы бюджетных средств были использованы для того, чтобы выполнить срочно придуманную обязанность государства защитить «слишком крупные, чтобы потерпеть крах» финансовые структуры.

Среди причин такого положения можно назвать жульнические методы кредитования, использовавшиеся некоторыми банкирами. Но большинство экспертов солидарны во мнении, что главной причиной банковского краха стали провалы системы ценообразования и торговли на рынке ценных бумаг. Акции, обеспеченные ипотечными кредитами, и другие комплексные финансовые инструменты были изобретены так называемыми финансовыми гениями с Уолл-стрит. Между этими механизмами сформировалась сложная взаимозависимость. Она привела к тому, что когда слабость базовых рынков стала очевидной, у банкиров и инвесторов началась паника. Финансисты вдруг поняли, что не знают, ни чем они владеют, ни какова истинная цена этого состояния. Но сильнее всех в результате обвала рынков пострадали миллионы простых людей во всем мире. Многие потеряли жилье, рабочее место и скромные сбережения, накопленные за годы упорного труда.

Однако в то время как сложные финансовые структуры Уолл-стрит с их хитроумными механизмами юридической защиты рушились, основанные на доверии банки микрокредитования вроде бангладешского Grameen Bank по-прежнему процветали. Финансовая неопределенность, охватившая мир, их никак не коснулась. Сказанное в полной мере относится и к Grameen America, базирующейся в США версии банка микрофинансирования. Этот банк открылся в 2008 году в Нью-Йорке, эпицентре финансового кризиса. Как мы видим, честность и тяжелый труд женщин, живущих в деревнях Бангладеш и в бедных районах Нью-Йорка, оказались более надежной основой для долгосрочной экономической стабильности, чем хитрые конструкции финансистов.

Похожая ситуация имела место в 1997 году. Экономика ряда государств Азии резко просела, когда пузырь спекулятивного кредитования лопнул, в то время как организации микрокредитования в этих странах продолжали успешно развиваться. Создается впечатление, что во время экономического кризиса микрофинансовые организации оказываются островками стабильности, а обычные финансовые институты с трудом сводят концы с концами.

Как я уже говорил, Grameen Bank выдает ссуды на основе простых финансовых условий, основанных на доверии. Банк не требует никаких юридических документов. Мы намеренно создали свободную от залога систему, потому что намеревались работать с бедными и полностью неимущими людьми. Чтобы банк не нес убытков, мы разработали систему позитивного стимулирования возвращения ссуд, включающую постоянный доступ к кредитованию и другие виды поддержки наших заемщиков. Grameen Bank никогда не прибегал к услугам юристов и судов, чтобы вернуть кредиты.

Кроме того, условия работы Grameen Bank просты, честны и прозрачны. Информация о размере процентных ставок по кредитам и условиям вкладов содержится на веб-странице банка (www.grameen.com). Все ссуды предназначены для финансирования деятельности, приносящей доход, строительства жилья или образования, но не на потребительские цели. Базисная процентная ставка для большинства ссуд деловым предприятиям составляет 20% на уменьшающемся базисе, без капитализации. Это меньше закрепленной государством процентной ставки по микрокредиту, составляющей 27%.

Grameen Bank также давал ссуды почти сотне тысяч нищих, которых в банке называли «борющиеся заемщики». Эти ссуды были беспроцентными и не имели ограничений по срокам возврата. Цель банка в данном случае заключалась в том, чтобы стимулировать людей прекратить просить милостыню и стать обычными заемщиками и вкладчиками. И мы действительно видим, что все больше наших заемщиков из этой категории становятся торговцами вразнос или начинают заниматься другими видами деятельности, приносящей доход.

Структура собственности и управления Grameen Bank также предназначена для стимулирования максимальной прозрачности и открытости. 75% акций банка принадлежат его клиентам. Девять из двенадцати членов совета директоров – это женщины из сельских районов Бангладеш, выбранные их коллегами-заемщиками.

Результаты говорят сами за себя. Коэффициент погашения в Grameen Bank неизменно находился на уровне 97%, даже в самые тяжелые в экономическом плане времена. Банк является прибыльным и самоокупаемым, приносит достаточный доход для того, чтобы сохранять платежеспособность и независимость. Этому способствуют простая система предоставления займов, высокий коэффициент погашения и увеличение количества вкладчиков. Кроме того, в отличие от обычной банковской системы, микрокредитование никогда не становилось причиной финансовой неопределенности, оказывавшей негативное влияние на общество в целом и угрожавшей стабильности национальной или мировой экономики.

В свете вышесказанного естественным образом возникает вопрос о полезности сложных юридических контрактов для многих миллионов людей и тысяч финансовых институтов, действующих во всем мире. По данным статистики, в США в 50% случаев изъятия банком купленного в кредит или заложенного жилья по причине задолженности отсутствовала прямая связь между заемщиком и кредитором. Такая ситуация практически невозможна в Grameen Bank, где банкиры и заемщики смотрят друг другу в глаза каждую неделю во время встреч, проходящих в восьмидесяти тысячах деревень по всей территории Бангладеш.

Сложные договоры, которые не могут понять обычные люди, не обеспечивают прочную основу для здоровых отношений между банкирами и клиентами. Не помогает делу и то, что договоры стали такими запутанными, что даже сами банкиры не могут их понять до конца! В качестве полумеры для решения проблемы государственные чиновники в Соединенных Штатах и некоторых других странах разработали правила, предписывающие излагать простым языком ключевые термины и требования каждого финансового соглашения. Но тут возникает вопрос, насколько могут быть успешны эти разъяснения, если они написаны на основе множества настолько длинных и сложных документов, что, кажется, даже сами банковские специалисты не в состоянии понять их до конца.

Я отнюдь не предлагаю заменить полными аналогами Grameen Bank правовую и финансовую системы развитых государств. Речь лишь о том, что сложности, связанные с созданием базирующегося на совместной ответственности, стремлении к общественной выгоде и взаимном доверии сектора экономики, могут быть далеко не такими большими, как может показаться. Если цель новой организации состоит не в обогащении отдельного человека, а в строительстве более справедливого общества, ее поддержит большинство. С ростом количества таких институтов и компаний исчезнет необходимость конкуренции среди участников рынка, желающих перехитрить друг друга. Разработка мер по предупреждению эксплуатации будет не так важна, как в бизнесе, ориентированном только на получение максимальной прибыли.

Как только произойдет четкое отделение социального бизнеса от обычного, и тот и другой вид предпринимательства смогут развиваться и процветать. Когда больше людей познакомятся с концепцией, они начнут участвовать в организации компаний, занятых социальным бизнесом, радоваться создаваемым ими благам, понимание основанной на принципе помощи ближнему экономики будет шириться и распространяться. Тогда людям станет проще работать вместе на базе взаимного доверия и не думать о необходимости заключать многочисленные договоры, чтобы контролировать общение и взаимодействие.

Как могут помочь профессиональные юристы

Ценность базирующейся на доверии бизнес-модели Grameen Bank заключается в том, что она позволяет создать человеческий, семейный и социальный капитал, помогая беднякам – особенно бедным женщинам – реализовать себя как в качестве волонтеров, так и в бизнесе. Все это, в свою очередь, поднимает их самооценку, формирует чувство собственного достоинства и принадлежности к обществу.

Скорее всего пока мы не сможем применить тот же прямой подход к любому экономическому контакту. Но юристы уже могут способствовать тому, чтобы распространить действие этой основанной на доверии модели на другие сферы жизни. Тем самым они проложат путь к преобразованию правовой системы, которая будет крайне необходима для поддержки новой экономики, которую мы начали строить. Далее я перечислю некоторые задачи, на решении которых могли бы сосредоточиться юристы, разделяющие мое видение ситуации.

Упрощение законодательства в области управления программами микрофинансирования. В течение многих лет я выступаю за принятие новых законов, позволяющих открывать банки для бедных. Такие инициативы создаются в противоположность существующим законам, предназначенным для организации обычных банков. Как показала практика, попытка компиляции этих законов и разрешения выдачи не обеспеченных залогом кредитов почти не приносит результатов. В то же время необходимость обслуживания людей, вообще не имеющих собственного счета в банке или доступа к основным финансовым услугам, сегодня актуальна как никогда.

Я попытаюсь разъяснить свою точку зрения на простом примере. Банковское обслуживание можно сравнить с кислородом в экономике. Этот жизненно необходимый для дыхания элемент воздуха особенно щедро поступает к тем, кто находится на самом верху. Их можно назвать «экономическим костром», который засасывает почти все имеющиеся запасы кислорода. Так существующая финансовая система способствует огромной концентрации богатства.

Несмотря на определенный прогресс в развитии и распространении банковских услуг, «кислород» экономики по-прежнему недоступен более чем половине населения планеты. В результате экономическая деятельность сотен миллионов владельцев малого бизнеса развивается таким образом, что они вынуждены вести постоянную борьбу за выживание. Дайте им доступ к «кислороду», и мы увидим, как оживится и оздоровится общая ситуация в экономике.

Таким образом, микрофинансирование – это не просто выдача крошечных ссуд женщинам из бедных семей. Это вызов всей существующей финансовой системе. Grameen Bank делает все то, что банкиры до сих пор считали невозможным. Но ведь если идти по одной и той же дороге, то придешь в ту же точку. Если хочешь прийти в другое место, ты должен найти новую дорогу. Если новой дороги не существует, ты должен ее построить. Дорога – это средство, а не конечная цель. В существующей финансовой системе дорога заканчивается тупиком, поскольку забыт пункт назначения.

Во всем мире необходимо принять и ввести упрощенные законы, позволяющие программам микрофинансирования принимать сберегательные вклады от всех и ссужать эти деньги малоимущим. Такой вариант вполне приемлем, если выдавать ограниченные лицензии на ведение банковской деятельности неправительственным организациям, управляющим микрокредитными структурами. К сожалению, эта разумная практика не разрешена в большинстве юрисдикций. В то же время рациональное законодательство должно позволять микрокредитным организациям расширяться за счет привлечения депозитов – таким должен стать единственный самый важный шаг к глобальному расширению микрофинансирования.

В краткосрочном плане нам, наверное, не стоит ждать, пока государство примет все необходимые законы в области управления микрофинансированием. Пока идет разработка новых законодательных актов, можно адаптировать уже существующие юридические положения для разных типов финансовых организаций. Это будет способствовать распространению микрокредитования и расширит возможности существующих финансовых институтов в данной сфере.

Например, Резервный банк Индии, т.е. центральный банк страны, выдает ограниченные лицензии на ведение банковской деятельности успешным некоммерческим микрокредитным учреждениям, чтобы они могли стать полноценными банками микрофинансирования. В течение многих лет я предлагал индийским финансовым органам сделать этот простой шаг и очень рад, что они начали движение в этом направлении. Тем не менее я призываю власти Индии внимательно следить за новыми банками микрофинансирования. Эти структуры не должны утратить свое основное предназначение – оказание помощи бедным, – когда столкнутся с большими деньгами, большими возможностями и большими соблазнами, которые создают деньги.

Однако оптимальным выбором было бы принятие принципиально новых законов, направленных исключительно на создание банков микрофинансирования для людей с низким уровнем доходов.

Ликвидация правил и предписаний, мешающих малому предпринимательству. В Соединенных Штатах многие малоимущие предприниматели считают, что организация и ведение небольшого бизнеса затруднены из-за необходимости соблюдения законов и правил, изначально предназначенных для более крупных компаний. В штате Луизиана, например, человек не имеет права составлять букеты для последующей продажи без сдачи экзамена на получение лицензии штата[40]. Такое правило сильно ограничивает возможности новых предпринимателей, уменьшает конкуренцию и служит причиной высокой стоимости букетов. И это только один пример среди сотен государственных предписаний, которые затрудняют мелким предпринимателям возможность начать бизнес без создания обоюдных преимуществ. Правило можно было бы изменить, сделав получение лицензии добровольным и опциональным и позволив покупателям самим решать, где приобретать букет – у лицензированного продавца или у человека без этого документа.

Естественно, государство должно следить, чтобы при ведении любой деятельности соблюдались правила защиты населения и окружающей среды, а также существовала защита от обмана и мошенничества. В связи с этим законодательным органам следует подумать об учреждении должности омбудсмена или о создании специальной комиссии для изучения существующих правил. В результате такой работы независимых экспертов стало было понятно, какие ограничительные акты можно и нужно убрать или упростить.

Предоставление беднякам права неполного соблюдения законодательства. Представители беднейших слоев населения, занятые мелким предпринимательством, должны быть освобождены от скрупулезного соблюдения законов, которые готовились и принимались без учета специфики их деятельности и потребностей. Я видел во многих странах – причем чаще в богатых, чем в бедных, – как существующие законодательные барьеры делали открытие собственного бизнеса почти невозможным для бедняков и молодежи.

Чтобы изменить сложившуюся ситуацию, необходимо разработать специальную программу, которая бы позволяла начинающим предпринимателям соблюдать законодательство не в полном объеме. По сути она может быть аналогичной программе создания зон свободной торговли, или особых экономических зон, – в них работают предприятия, освобожденные от уплаты налогов. Такие зоны создают в районах, где необходимо стимулировать ускоренное экономическое развитие. Действуя подобным образом, мы должны создать территории, свободные от строгого следования букве закона, чтобы бедняки и молодежь смогли быстрее встать на ноги. Конечно, такие программы следует принимать с учетом обязательного соблюдения правил безопасности и защиты окружающей среды.

Принятие законодательства, поощряющего стремление к независимости от государства. Государственные программы социальной поддержки бедного населения часто плохо подготовлены в том смысле, что они поощряют зависимость. Например, они часто резко ограничивают денежную сумму, которую малоимущий может отложить или заработать, сохраняя право получать льготы на питание, жилье или медицинское обслуживание. Необходимо принять политические решения, которые помогут людям повысить самоуважение и независимость с помощью деятельности, приносящей доход. Субсидии нужно отменять постепенно, а не все сразу, как только человек достигает определенного уровня финансового благосостояния. В этом случае получатель социальной помощи почувствует необходимость начать предпринимательскую деятельность с целью окончательно избавиться от опеки со стороны государства.

А как обстоит дело с принятием налогового законодательства, дающего привилегии социальному бизнесу? Сегодня в рамках господствующей экономической системы социальный бизнес имеет неопределенный промежуточный статус. Он не соответствует критериям ни одной из основных категорий хозяйствующих субъектов – как ориентированных на получение прибыли, так и некоммерческих организаций. Компания, ведущая социальный бизнес, зарегистрирована в соответствии с предпринимательским правом, имеет собственников, является финансово независимой, у нее есть клиенты, покупающие товары или услуги, и со временем она возвращает инвесторам вложенный капитал. В этом заключается ее сходство с коммерческой фирмой. Но, как любая некоммерческая организация, такая компания ориентирована на повышение благосостояния людей и охрану окружающей среды, она не стремится получать максимальную прибыль и не служит средством обогащения для своих владельцев. Она похожа на некоммерческую организацию и тем, что пытается работать во имя общественного блага, – но делает это методами, принятыми в бизнесе. В этом заключается важнейшее различие между благотворительностью и социальным бизнесом. Долларом, полученным в качестве благотворительной помощи, можно воспользоваться лишь однажды, в то время как доллар, вложенный в социальный бизнес в качестве инвестиции, используется сколь угодно долго.

В такой непростой ситуации некоторые предлагают принять новые законы, чтобы поставить социальный бизнес в равные условия с благотворительными организациями, мотивируя это наличием у последних налоговых льгот. Я не согласен с этим предложением, потому что считаю необходимым защитить саму концепцию социального бизнеса от нечистоплотных людей. Они могут ловко скрывать свой бизнес, направленный на получение прибыли, под маской социального бизнеса и на этом основании требовать от властей налоговых льгот. Я боюсь, что соблазн вольного обращения с налогами окажется слишком велик, и вся затея будет расценена как возможность создавать фальшивые компании, занятые социальным бизнесом. Чиновники из налоговых органов, решающие, какой бизнес является социальным, а какой – нет, превратятся в дискреционный инструмент, готовящий плодородную почву для развития коррупции.

Поэтому для сохранения прозрачности социального бизнеса и защиты его честности нужно, чтобы он подчинялся общему с коммерческими компаниями налоговому законодательству. Основа социального бизнеса – это самоотверженность и бескорыстие. Давайте не будем стимулировать его налоговыми послаблениями.

Упрощение визовых и иммиграционных правил и паспортной системы с целью поощрения свободы передвижения. Существующие системы ограничения свободы передвижения по миру являются для миллионов людей причиной разочарований и бесполезной тратой времени и ресурсов. Больше всех страдают из-за бюрократических барьеров бедняки и молодежь, включая, например, молодых бангладешцев, которые хотели бы уехать за границу в поисках качественного образования, достойных условий жизни и лучшего будущего.

Интересно отметить, что еще примерно сто лет назад виза для пересечения государственной границы не была нужна. Когда граждане великих колониальных империй путешествовали по миру, от них не требовалось иметь паспорт или визу. Впервые визовый режим был введен во время Первой мировой войны. Когда в конце ХХ века европейские народы реализовали великую идею Европейского союза, они сделали огромный шаг к свободному миру и открыли страны – члены ЕС для свободного передвижения. Мы должны ускорить движение к миру без виз, а не возвращаться к этой ограничительной практике.

Недавние шаги правительства Соединенных Штатов, направленные на дальнейшее затруднение свободы передвижения, уничтожают надежду, которая оставалась у обездоленных людей. Закрытие еще одного окна возможностей может стать причиной массовых протестов в разных странах мира. Нам необходимо добиваться свободы передвижения между странами – это станет важной вехой в создании такого мира, где богатство будет справедливо распределяться между всеми людьми, которые получат равные возможности.

Мои предложения в области реформирования законодательства подразумевают ликвидацию барьеров, мешающих людям и сообществам использовать в полной мере свои сильные стороны. Созданная нами экономическая система напоминает тюрьму, в которой отбывают наказание лишенные свободы люди. Тем, кто разрабатывает законы: правительственным чиновникам, юристам, политикам, общественным активистам и другим, – необходимо тщательно проанализировать, каким образом существующая экономическая и правовая система ограничивает свободы людей, особенно бедняков, не давая им в полной мере использовать их таланты и умения. Окружая бедное население юридическими барьерами, мы не поможем ему вырваться из нищеты.

Где взять деньги?

Один из наиболее частых вопросов во время моих выступлений о социальном бизнесе звучал так: «Где взять деньги, чтобы финансировать все это?» Сегодня в мире работают тысячи компаний, занятых социальным бизнесом, которые финансируются корпорациями, некоммерческими организациями, инвесторами и индивидуальными предпринимателями. Теперь стало понятно, что множество физических и юридических лиц готовы поддерживать компании, стремящиеся решить самые сложные проблемы человеческого общества.

Но вопросы все еще остаются. Иногда они принимают такую форму: «Сейчас государственные программы помощи бедным во многих странах выпрашивают деньги. Как вы собираетесь уговорить людей предоставлять средства для поддержки социального бизнеса, который предназначен для помощи тем же самым бедным?» В самом этом вопросе содержится утверждение, будто мы живем в мире, где можно с трудом найти ресурсы для удовлетворения важных нужд. Но это предположение неверно, и вы согласитесь со мной, просто посмотрев вокруг.

Государственные бюджеты измеряются сотнями миллиардов долларов и постоянно увеличиваются. Во всем мире выделяются огромные средства на оборону и покупку оружия. Города на всех континентах уставлены подъемными кранами для строительства гигантских небоскребов, в которых разместятся офисы процветающих фирм и апартаменты богачей. Курсы акций на фондовых биржах не перестают бить рекорды. Мировые финансовые рынки купаются в деньгах – объем инвестиционных средств составляет примерно 210 триллионов долларов США, большая часть которых перетекает из одного временного хранилища в другое в поисках возможностей для дальнейшего роста.

Люди живут в океане денег. Только распределены они неравномерно. Мир можно сравнить с чашей с пузырями, заполненными людьми. Обитатели верхних слоев совершенно не думают о том, что происходит в нижних. В самом верхнем пузыре сосредоточено почти все богатство мира, в то время как в нижних – больше всего людей и минимум богатства. С течением времени наверху почти не остается людей, а богатство постоянно растет. Таким образом, концентрация богатства постепенно усиливается и достигает неимоверных масштабов.

Цель реформирования экономической системы – изменить существующее положение дел. Для этого нам следует перенаправить часть огромной массы денег в бизнес, предназначенный помочь беднякам более эффективно использовать свои таланты и навыки. Со временем исчезнет огромный дисбаланс, от которого страдаем мы все. В новом мире экономического равенства каждый будет иметь доступ к «океану» денег и черпать из него необходимые для развития и процветания ресурсы.

Создание Grameen Bank было одним из первых шагов по перенаправлению небольшой части денежных потоков беднякам с тем, чтобы они смогли получить свою долю общественного блага, наращивать финансовую активность и полнее использовать творческие способности. С дальнейшим распространением социального бизнеса будет увеличиваться и количество каналов, по которым деньги поступают отдельным людям и организациям, готовым решать глобальные проблемы.

Совсем нетрудно понять, откуда могут поступить средства для достижения этой цели. Вот только один пример: мы уже знаем имена восьми человек, которые владеют бо́льшим богатством, чем вся «нижняя» половина населения нашей планеты, а также размер их капиталов. Если бы эти сверхбогатые люди согласились отдать половину своего состояния во благо мира, то денежный поток сразу изменил бы направление движения.

Я слышу ваши возражения: «Каким образом мы сможем убедить этих восьмерых, которые стоят на вершине пирамиды, отдать такую большую часть своего неимоверного богатства?». Удивительно, но это не проблема. Нам не нужно их переубеждать. Они уже решили сделать это! Все восемь человек подписали «Клятву дарения», в которой пообещали после смерти пожертвовать половину своего состояния на благотворительность. Эти восемь человек входят в число многих миллиардеров из разных стран мира, которые подписали «Клятву дарения» (на середину 2016 года количество подписавших превысило 150 человек, и численность желающих присоединиться растет)[41].

Один из указанных выше восьми богатейших миллиардеров – Марк Цукерберг, основатель и председатель совета директоров социальной сети Facebook. В 2015 году, когда родился первый ребенок Цукерберга, дочка по имени Макс, он публично заявил о планах передать на благотворительность 99% принадлежащих ему акций Facebook – бо́льшую часть его состояния. Заявление сопровождалось соответствующим обращением в Комиссию по ценным бумагам и биржам, что автоматически сделало дар официальным. Чем руководствовался Цукерберг, поступая таким образом? Хозяин Facebook дал простое объяснение: он хочет использовать свой капитал, чтобы помочь создать лучшее будущее для своей дочери, а не оставлять ей в наследство мир, где люди страдают от огромных проблем[42].

Существование движения «Клятва дарения» и его популярность среди богатейших людей в мире – это обнадеживающий признак. Теперь все, что нам нужно сделать, – убедить их использовать часть этих средств на развитие социального бизнеса в разных странах. Инвестированные таким образом деньги никогда не исчезнут: по мере появления новых компаний, занятых социальным бизнесом, оборот и рост доходности будут только ускоряться. Тем временем можно будет попытаться убедить других участников «Клятвы дарения», как настоящих, так и будущих, включить социальный бизнес в зону своих интересов.

Здесь я хотел бы подчеркнуть один важный момент: чтобы дать свою собственную «Клятву дарения», не нужно быть миллиардером. Это может сделать каждый из нас. Я призываю каждого человека, имеющего любое количество денег, на втором этапе жизни создать свой собственный фонд, вложив половину или определенную часть своего состояния в поддержку социального бизнеса в качестве инвестиции (конечно, оставив сбережения на удовлетворение собственных потребностей). Вы можете оставаться генеральным директором своего фонда до конца жизни и даже получать жалование за руководство им.

Мне нередко задают вопрос: «Что может побудить человека вложить деньги в социальный бизнес или в фонд поддержки социального бизнеса?» Ответ очень простой. Делать состояние, зарабатывать деньги – это счастье. Но делать другого человека счастливым – это высшее счастье. Как только вы почувствуете его вкус, то обязательно захотите повторить положительный опыт.

Все инвестиционные фонды в мире также могут вносить свой вклад в распространение социального бизнеса. Представьте себе, если пенсионные фонды, семейные благотворительные фонды, целевые фонды поддержки колледжей и университетов решат инвестировать 1% своих активов в фонд поддержки социального бизнеса! Подумайте, что это могло бы значить для всего мира.

Страны-доноры также могут пересмотреть свою политику помощи развитию, создавая собственные фонды поддержки социального бизнеса или финансируя их создание в каждой стране-получателе.

Учитывая все вышесказанное, можно ли верить в наличие недостатка денег для социального бизнеса?

Некоторые утверждают, что создание организаций, оказывающих помощь неимущим, включая банки микрофинансирования, – это задача государства. Я с этим не согласен. Стоит очень хорошо подумать об использовании государственных средств для финансирования любого социального бизнеса, который занимается предоставлением ссуд малоимущим.

Нужно ли государству участвовать в работе банков или программ микрокредитования? Политическому институту очень непросто вернуть деньги, которые он ссудил беднякам. Обычно малоимущие люди хотят и могут возвращать ссуды. Но граждане считают, что государство должно заботиться о бедных и нуждающихся, это его обязанность. Поэтому многим требование от бедных возврата ссуд кажется несовместимым с обязанностями государства. Более того, интересы государства представляют политики, а они могут быть более склонны ждать голосов на выборах от получателей помощи, чем возврата денег. В результате, если источником средств является государственная программа, может исчезнуть дисциплина возврата ссуд и инвестиций.

Социальный бизнес может более эффективно решать возникающие проблемы, чем благотворительные организации или коммерческие предприятия, находящиеся в собственности государства. Исключение составляет только вышеупомянутый социальный бизнес, связанный с микрокредитованием, – в нем государство участвовать не должно.

Любая компания в сфере социального бизнеса должна функционировать как независимый, самодостаточный хозяйствующий субъект. Она создается в соответствии с требованиями регулярного корпоративного права и управляется исключительно советом директоров. Все ее работники должны состоять в штате компании, не являясь государственными служащими. Полученную прибыль нужно инвестировать либо в тот социальный бизнес, который ее создает, либо – в другую компанию, работающую по сходным принципам. Как и любой другой социальный бизнес, компания, основанная с помощью государственных инвестиций, должна иметь возможности расширяться и перестраиваться, если это потребуется для решения проблем, которые находятся в фокусе ее деятельности.

Промышленные предприятия, коммерческие организации, авиакомпании, аэропорты, железные дороги, энергетические компании, шахты можно было бы также использовать как компании социального бизнеса, а не управлять ими как государственными учреждениями.

Есть и другие возможные формы сотрудничества, например – совместное предприятие в составе традиционной коммерческой компании и частной структуры, занятой социальным бизнесом.

Государственная поддержка социального бизнеса принесет много преимуществ. Являясь собственниками таких компаний, государственные организации, предоставляющие им финансирование через инвестиционные фонды, всегда вернут свои вложения и тем самым смогут сэкономить деньги налогоплательщиков. Вся финансовая отчетность любой такой фирмы должна быть публичной и прозрачной. Это позволит гарантировать гражданам, что предприятие свободно от коррупции, и производит те самые блага, ради которых оно и создавалось.

Создание финансовых структур для проведения экономических реформ

Как я уже указывал, одним из надежных и действенных инструментов направления инвестиций в социальный бизнес всех видов является создание фондов поддержки социального бизнеса. Эти фонды ничем не отличаются от обычных нацеленных на получение прибыли инвестиционных фондов, которыми управляют квалифицированные специалисты по инвестициям. Они выбирают компании, в которые стоит вложить деньги, и тщательно отслеживают результаты. Но, в отличие от этих структур, фонды поддержки социального бизнеса сосредоточены именно на поиске компаний, целенаправленно занимающихся решением существующих в обществе проблем.

Фонд поддержки социального бизнеса не может забирать прибыль у финансируемых им предприятий, поэтому он взыскивает с них плату за обслуживание – это необходимо, чтобы покрыть затраты. Его цель состоит в том, чтобы поддержать социально значимые проекты – борющиеся с нищетой, выпускающие экологически чистые продукты питания, предоставляющие медицинские услуги и т.д. Инвесторы, вкладывая деньги в такие фонды, извлекают пользу благодаря опыту и тщательному контролю со стороны их менеджеров. Главное – они понимают, что их деньги помогают улучшить жизнь людей.

Один из первых инвестиционных фондов поддержки социального бизнеса был создан банком Crédit Agricole – одной из старейших и авторитетнейших финансовых организаций во Франции. Сам он создавался для обслуживания французских крестьян через сеть региональных и местных кооперативных банков. Теперь Crédit Agricole представляет собой одну из крупнейших в стране диверсифицированных финансовых структур.

Жан-Люк Перрон заинтересовался микрокредитованием в 2006 году. Тогда он занимал в Crédit Agricole должность директора по европейским делам. Выяснилось, что тогдашний генеральный директор Crédit Agricole Жорж Паже также разделял идея активного участия банка в продвижении микрокредитования как инструмента борьбы с нищетой. Перрон предложил соответствующий план действий, и в ходе его реализации Перрон и Паже решили в июле 2007 года на несколько дней приехать в Бангладеш. Они хотели на месте понять, как работает Grameen Bank.

Будучи в Бангладеш, они путешествовали по провинции, лично наблюдали за работой отделений Grameen Bank и, в конце концов, предложили мне установить партнерские отношения с Crédit Agricole в области микрокредитования, а также в поддержке социального бизнеса в более широком смысле.

Согласовав основные правила партнерства, мы согласились сотрудничать на глобальном уровне. В итоге Crédit Agricole совместно с фондом Grameen Trust создал фонд микрокредитования, который получил название Grameen Crédit Agricole Microfinance Foundation (GCA). Его целью было финансирование программ микрокредитования, которые не могли расширять деятельность из-за отсутствия средств. Crédit Agricole вложил в новый фонд 50 миллионов евро, а Жан-Люк Перрон стал его управляющим директором.

Сегодня GCA поддерживает около пятидесяти программ микрокредитования в двадцати семи странах третьего мира, особенно на Африканском континенте. В 2012 году он основал новый фонд поддержки социального бизнеса. Его цель заключается в привлечении средств от ряда инвесторов с активной гражданской позицией, включая непосредственно GCA. Затем менеджеры фонда выбирают проекты, проверяют их стабильность и устойчивость, направленность на решение социальных проблем. Фонд также предоставляет техническую поддержку своим партнерам по социальному бизнесу.

Перрон поясняет, что фонд двигался вперед постепенно, тщательно изучая потенциальные инвестиции, и для предоставления финансирования выбирал только самые многообещающие проекты. «Инвестиции в социальный бизнес более трудны и намного более рискованны по сравнению с инвестициями в микрокредитование, – говорит Перрон. – Микрокредитование – это хорошо отлаженный финансовый метод, проверенный многолетним опытом. Каждый новый социальный бизнес, наоборот, уникален! Поэтому мы тратим много времени на работу с основателями компании, прежде чем принять решение о предоставлении им поддержки».

На начало 2017 года фонд поддержки социального бизнеса GCA инвестировал в пятнадцать компаний, работающих в сферах здравоохранения, сельского хозяйства, производства возобновляемой энергии и культуры. Приведем несколько примеров.

● Laiterie du Berger, молочная ферма на севере Сенегала (Западная Африка), куда сдают молоко пастухи племени фулани. Затем из молока здесь производят йогурт и другие продукты под брендом Dolima.

● Green Village Ventures обеспечивает солнечными батареями сельских жителей одного из беднейших штатов Индии Уттар-Прадеш.

● Phare Performing Social Enterprise, камбоджийская цирковая труппа, выступающая в цирке города Сиемреап. Ее шоу содержит как элементы современного циркового искусства, так и традиционные камбоджийские номера. В составе труппы – шестьдесят артистов из бедных семей. Их обучение обеспечила неправительственная организация Phare Ponleu Selpak, созданная специально для решения этой задачи.

Еще один социальный бизнес, поддерживаемый GCA, – базирующаяся в Африке компания Agriculture and Climate Risk Enterprise Ltd. (ACRE). Она занимается оказанием страховых услуг мелким фермерам, занимающимся выращиванием зерновых культур. Я рассказывал о ней в восьмой главе.

Корпорация Danone также способствует развитию социального бизнеса. В третьей главе я рассказывал, как председатель совета директоров и президент Danone Франк Рибу заинтересовался этой концепцией и организовал первое совместное предприятие, фирму Grameen Danone Foods. Она занимается поставками полезного и питательного йогурта бедному населению Бангладеш. Акционеры и работники Danone были очень воодушевлены новым для них видом деятельности, поэтому руководство компании решило расширить поддержку малого бизнеса.

В итоге был создан фонд инвестиционной поддержки социального бизнеса Danone Communities, в который изначально акционеры и сотрудники корпорации вложили 65 миллионов евро. Сейчас деньги продолжают поступать как от сотрудников Danone, так и от сторонних инвесторов. Сейчас фонд инвестирует 90% своих активов в ценные бумаги с фиксированным доходом (бонды), которые приносят обычный доход. Оставшиеся 10% направляются в инвестиционный венчурный фонд, поддерживающий социальный бизнес. В частности, фонд Danone Communities поддерживает:

● китайскую компанию NutriCo, борющуюся с детским недоеданием в Китае с помощью продаж обогащенной пищевой добавки YingYangBao;

● индийскую компанию Naandi Community Water Services, занимающуюся обеспечением бедных общин чистой питьевой водой по доступным ценам;

● Isomir, французскую компанию, которая производит и поставляет небольшие предприятия для изготовления продуктов питания объединениям мелких местных фермеров. Это оборудование позволяет им получать повышенный доход, в противном случае фермеры балансировали бы на грани рентабельности.

Подобно GCA, фонд Danone Communities помогает компаниям, которые он поддерживает, консультациями и советами, предоставляет доступ к ноу-хау в области производства продуктов питания, а также услуги своих специалистов по маркетингу.

Мы отмечаем появление новых и новых фондов поддержки социального бизнеса по всему миру. Каждый из них работает по-своему, инвестируя в компании одной или нескольких стран. Адресатов поддержки эти организации выбирают, руководствуясь своими критериями. Для финансирования проектов фонды привлекают деньги частных лиц и организаций, желающих участвовать в строительстве новой экономики.

Каждый из таких фондов имеет собственную уникальную историю. Например, в 2010 году, выступая на конференции в Мумбаи (Индия), я объяснял, как инвестиционные фонды могут придать импульс развитию социального бизнеса. Я уже уходил с трибуны, когда меня остановил незнакомый человек и спросил: «Каким, по вашему мнению, должен быть минимальный размер фонда поддержки социального бизнеса в Индии?». Я, не задумываясь, ответил: «Он должен начинаться, по меньшей мере, с миллиона долларов».

Человек кивнул и продолжал идти рядом со мной, одновременно интересуясь, как работает фонд поддержки социального бизнеса. Затем он пожал мне руку и сказал: «До свидания, профессор Юнус, и спасибо вам. Я собираюсь учредить фонд поддержки социального бизнеса для Индии».

Я пожелал ему всего хорошего, но не воспринял разговор всерьез. Я подумал, что этот план возник спонтанно, и был почти уверен в том, что его энтузиазм быстро улетучится, когда он столкнется с реалиями бизнеса и необходимостью постоянного поиска денег для фонда.

Но не прошло и месяца, как я с огромным удивлением читал письмо от мистера С. К. Шелгикара – человека, с которым я говорил в Мумбаи. Оказалось, что он является экспертом по финансам и инвестициям. В письме говорилось, что фонд поддержки социального бизнеса, в который мистер Шелгикар вложил миллион долларов из собственных средств, создан и готов к регистрации в Мумбаи. Он просил у меня разрешения назвать фонд Yunus Social Business Fund Mumbai. Я дал свое согласие. С тех пор фонд под руководством мистера Шелгикара работает уже восемь лет и поддерживает восемь местных компаний, занимающихся социальным бизнесом.

Активно создаются все новые и новые фонды поддержки социального бизнеса. Например, в 2016 году в Бангалоре (Индия) был создан фонд Yunus Social Business Fund. Его владельцы начали работу с поддержки пяти компаний, занимающихся социальным бизнесом в области образования, здравоохранения и строительства жилья. Каждая из них получила инвестиции в сумме примерно 75 000 долларов США. Фонд создали Вината Редди, основатель банка Grameen Koota, копии Grameen Bank, возникшего в годы становления микрофинансирования в Индии, и председатель совета директоров Grameen Koota Суреш Кришна. Средства для создания Yunus Social Business Fund поступили из фонда семьи Винаты Редди.

В Соединенных Штатах фонд Grameen America Social Business Fund был создан в 2016 году при финансовой поддержке фонда Sara Blakely Foundation, названного в честь Сары Блейкли, миллиардерши и владелицы компании по выпуску женского белья Spanx Inc. По всей территории США он занимается поддержкой компаний социального бизнеса, которые открывают женщины.

Организация Yunus Social Business создает фонды поддержки социального бизнеса по всему миру, от Европы и Азии до Латинской Америки и Африки. Многие из них уже работают или находятся в стадии оформления документации.

Государство тоже может создавать региональные и местные фонды поддержки социального бизнеса в районах, где это особенно необходимо, или фонды, деятельность которых сфокусирована на охране окружающей среды, борьбе с нищетой, предпринимательстве, сельском хозяйстве или медицинских услугах. Средства для этих фондов формируются из стартового капитала, предоставленного государством, а также из прибылей госкомпаний, занятых социальным бизнесом.

Могут создавать такие фонды и страны-доноры, поддерживающие глобальное развитие. В развивающихся странах эти фонды инвестируют в сферы, выбираемые донором. Основное правило едино: каждый основанный социальный бизнес должен выходить на самоокупаемость, а деньги – возвращаться в фонд и использоваться в качестве инвестиций в новые проекты, не исчезая после однократного использования, как это бывает со средствами, вложенными в благотворительность. Страны-доноры могут стимулировать местные компании и транснациональные корпорации – особенно те, чьи штаб-квартиры расположены на их территории, – создавать совместные предприятия с фондом. Коммерческие компании, в свою очередь, также имеют возможность помогать фонду, развивая управленческие навыки его персонала и предоставляя необходимые технологии.

Фонды поддержки социального бизнеса – это не единственная форма финансирования изменений, необходимых мировой экономике. В настоящее время проводятся несколько экспериментов, которые подтверждают высокий спрос на инвестиции в социальный бизнес и перенаправление некоторой части имеющихся в мире огромных финансовых ресурсов в этот активный и быстрорастущий сектор.

Одним из таких экспериментов стал Social Success Note. Это совершенно новая форма финансирования социального бизнеса. Ее недавно создала команда разработчиков инновационных финансовых инструментов из Yunus Social Business (YSB) и Фонда Рокфеллера (Rockefeller Foundation). Social Success Note можно рассматривать как вариант механизма, известного как «финансирование в зависимости от результатов». В этой системе государственный орган или благотворительная организация выступают поручителем при оформлении кредитов, выдаваемых частными инвесторами некоммерческой организации, которая хочет запустить проект для преодоления конкретной социальной проблемы. Если программа этой организации решает поставленные задачи, государство предоставляет средства для возврата кредита так же, как это бывает при операциях с ценными бумагами. Данная стратегия была успешно использована для привлечения частных инвестиций от Goldman Sachs.

В сходной модели, созданной Social Success Note, задействованы три участника: компания, занятая социальным бизнесом, инвестор и филантропический донор, например фонд. Инвестор предоставляет кредит компании для решения конкретной, четко прописанной социальной задачи: строительства домов для бездомных или медицинского страхования для определенного количества семей. Компания несет ответственность за возвращение ссуды. Если она достигает поставленной цели к оговоренному сроку, филантропический донор выплачивает инвестору дополнительную сумму.

В статье, опубликованной в издании Bloomberg View, я отмечал, что система Social Success Note создает ситуацию, когда выигрывают все три стороны:

Дополнительная сумма дает инвестору более высокую коммерческую выгоду с поправкой на риск. Фонды за свои филантропические доллары получают еще один финансовый рычаг, одновременно достигая желаемых результатов. Социальный бизнес получает доступ к дешевому капиталу, позволяющему ему сосредоточиться на усовершенствовании мира, не думая о необходимости представлять финансовую отчетность по текущей процентной ставке[43].

Social Success Note представляет собой эффективный метод согласования интересов трех заинтересованных сторон. Он позволяет направить инвестиционные деньги на реализацию социально значимых проектов. По мере того как компании начнут экспериментировать с этим новым способом финансирования, несомненно, будут появляться еще более инновационные варианты. Время покажет, какой финансовый инструмент окажется наиболее успешным для ускорения роста социального бизнеса в целом.

Скорее всего, в долгосрочной перспективе описанные мной в этой главе финансовые механизмы окажутся временными, промежуточными. Я уверен, что в будущем появятся специализированные банки, брокерские фирмы и инвестиционные венчурные фонды для планомерного финансирования всего сектора социального бизнеса.

* * *

Самая трудная задача при создании новой экономической системы заключается в придании процессу перемен начального импульса. Сейчас мы пытаемся сделать именно этот шаг. Частью наших усилий является трансформация мировой финансовой и правовой системы. Каждая очередная реформа убирает несколько барьеров, которые мешают осуществлять назревшие изменения в экономике.

В ближайшем будущем, по мере успешного развития социального бизнеса, к нему будут присоединяться все новые и новые организации. Наступит момент, когда мы все будем удивляться тому, почему мир потратил столько времени на осознание очевидной необходимости формирования такой экономической системы, которая действительно соответствует потребностям личности.

11

Перестройка будущего

Концептуальную структуру капитализма первоначально изложил великий шотландский экономист и философ Адам Смит в опубликованной в 1776 году работе «Исследование о природе и причинах богатства народов». На протяжении истории эта концепция многократно совершенствовалась и перерабатывалась, но ее основные положения остались неизменными. На протяжении прошедших с тех пор столетий появлялись и проверялись на практике многочисленные альтернативы капитализму. Тем временем в мире осуществлялись глобальные изменения, обусловившие необходимость изучения и переоценки базовой структуры капитализма. Но особенно остро она чувствуется в наши дни.

Мир переживает серьезный кризис. Я присоединяюсь к миллионам людей, которые считают капитализм ключевой причиной этого кризиса. Мало кто призывает отказаться от него в пользу разных других систем, например, социализма – почти все по-прежнему убеждены в том, что, несмотря на имеющиеся недостатки, именно капиталистическая экономическая система является наиболее эффективной. Однако в свете нынешнего кризиса мы наблюдаем мощную поддержку ее радикальной перестройки.

В этой книге я объяснил, почему считаю необходимым внесение некоторых фундаментальных изменений в теорию и практику капитализма. Эти реформы позволят людям выражать себя наиболее многообразно и ликвидировать проблемы, которые существующая система не решила или усугубила. Мое предложение может рассматриваться как существенное изменение самой структуры капитализма, но я не вижу другого выхода, кроме как проанализировать основные ее недостатки.

С моей точки зрения, теория капитализма в существующем сегодня виде не закончена и не полна. Именно она превратила «невидимую руку» Адама Смита в механизм, при котором рынок работает в пользу самых богатых. Может даже закрасться мысль о том, что эта «невидимая рука» на самом деле принадлежит богатым!

Я уже неоднократно отмечал, что, согласно господствующей теории капитализма, рыночное пространство отдано тем, кто заинтересован только в прибыли. Такая интерпретация характеризует человека как одномерное существо, но на самом деле люди многомерны. Они могут быть одновременно как эгоистичными, так и бескорыстными. Но именно проявлениям бескорыстия не оставляют места существующая теория капитализма и выросший на ее основе мир коммерции.

Мое предложение по изменению теории строится на новом понимании человека, который ближе к Человеку реальному, чем к Человеку капиталистическому. В этом заключается колоссальное различие наших концепций, методов и институциональных баз экономики. В этой книге я доказываю, что если присущий каждому человеку альтруизм можно было бы привнести в мир бизнеса, то мы бы смогли решить почти все стоящие перед нами проблемы.

Адам Смит понял это еще два с половиной столетия назад. Его книга «Теория нравственных чувств», изданная в 1759 году, начинается так:

Какую бы степень эгоизма мы ни предположили в человеке, природе его, очевидно, свойственно участие к тому, что случается с другими, участие, вследствие которого счастье их необходимо для него, даже если бы оно состояло только в удовольствии быть его свидетелем. Оно-то и служит источником жалости или сострадания и различных ощущений, возбуждаемых в нас несчастьем посторонних, увидим ли мы его собственными глазами или же представим его себе. Нам слишком часто приходится сострадать другому, чтобы такая истина требовала доказательств. Чувство это, подобно прочим страстям, присущим нашей природе, обнаруживается не только в людях, отличающихся особенным человеколюбием и добродетелью, хотя, без всякого сомнения, они и наиболее восприимчивы к нему.

Оно существует до известной степени в сердцах самых великих злодеев, людей, дерзким образом нарушивших общественные законы.

Затем Смит задает еще более важный вопрос: почему мы воспринимаем определенные действия или намерения с одобрением и порицаем другие? В то время мнения разделились: одни считали, что единственным стандартом определения понятий добра и зла является закон, разработанный и принятый сувереном; другие полагали, что моральные принципы можно вычислить, подобно теоремам в математике.

Смит придерживался той точки зрения, что человек имеет нравственное чувство с рождения точно так же, как чувство красоты и гармонии. Наша совесть подсказывает нам, что хорошо и что плохо; совесть – это нечто, заложенное внутри нас, а не сформулированное законодательно или разработанное посредством рационального анализа. Чтобы поддержать ее, нам дано ощущение общности взглядов, которое Смит называет «симпатией». Заложенные в человеке от природы чувства совести и симпатии дают людям гарантию того, что они могут жить (и живут) вместе в упорядоченных социальных организациях.

В другой своей великой книге «Исследование о природе и причинах богатства народов» Смит уходит от тезиса нравственных чувств. Главную мысль «Богатства народов» кратко можно сформулировать так: все будет хорошо, если позволить человеку следовать его «личным интересам». Независимо от того, что имел в виду сам Смит, используя словосочетание «личный интерес», мир интерпретировал его идеи как руководство к постоянному увеличению прибыли. В действительности личный интерес, по Адаму Смиту, – это тот же эгоизм, но в итоге получилось так, что мир за пределами «личного» оказался вне сферы интересов бизнеса.

В «Теории нравственных чувств» Смит подробно говорил об огромной важности справедливости и других моральных ценностей. Однако он никогда не увязывал это с концепцией «личного интереса», которая лежит в основе «Исследования о природе и причинах богатства народов». Если бы он использовал эти книги в качестве теоретического обоснования двух различных моделей ведения бизнеса, то мы, возможно, смогли бы избежать сегодняшнего серьезного кризиса.

Современная структура экономической теории не позволяет бескорыстному человеку развиваться в рыночном пространстве, в основе которого – личный интерес. Как я уже отмечал в этой книге, если людям предоставить возможность выразить свое бескорыстие, они будут создавать компании, специально предназначенные для помощи окружающим, – это значительный шаг вперед по сравнению с работой благотворительных организаций. Бесспорно, их деятельность благородна и необходима. Но бизнес имеет больше возможностей внедрять инновации, расширяться и помогать множеству людей – этому способствует сила свободного рынка.

Наши достижения будут безграничны, если талантливые предприниматели и лидеры бизнеса во всем мире посвятят себя преодолению голода и безработицы, созданию приютов для бездомных, использованию энергии из возобновляемых источников и обеспечению возможности получать достойное медицинское обслуживание для каждого человека.

Капитализм в кризисе

По мере того как численность населения в мире приближается к 8 миллиардам человек, все более остро ощущается необходимость переоценки концепции капитализма. Будем ли мы по-прежнему жертвовать окружающей средой, здоровьем и будущим наших детей ради денег и власти? Или же возьмем судьбу планеты в свои руки и создадим мир, в центре которого будет человек со всеми его нуждами, где наши творческие способности, богатство и другие ресурсы станут средством удовлетворения его потребностей?

Переосмысление и перестройка нашей экономической системы – это не просто красивая идея. Если в ближайшем будущем небольшая группа людей еще сможет процветать за счет других, то в долгосрочной перспективе по-настоящему жизнеспособной будет только политика, которая даст возможность всем людям в мире пользоваться плодами прогресса. Судьбы богатых частных инвесторов, которых обслуживают банкиры с Уолл-стрит, и бедных женщин, работающих на швейной фабрике в Бангладеш, тесно взаимосвязаны. Судьбы крестьянина, выращивающего сорго в Уганде, его коллеги из Мексики, возделывающего кукурузу, и фермера из Айовы, который выращивает сою, также переплетены.

В течение последних десяти лет мы наблюдаем череду кризисов: банкротства корпораций, голод, перебои с электроэнергией, экологические катастрофы, военные конфликты, потоки беженцев, растущая политическая нестабильность. Политики-популисты требуют строить стены на государственных границах, призывают руководителей стран выходить из международных союзов и организаций, созданных в течение десятилетий дипломатических усилий и надежд на всеобщий мир и процветание.

Настало время всем вместе взяться за борьбу с этими вызовами; сложившуюся ситуацию можно использовать как возможность для разработки и внедрения новой экономической и финансовой системы. Это позволит добиться того, что подобные потрясения не повторятся в будущем, застарелые глобальные проблемы будут наконец решены, а пороки и недостатки существующего экономического и социального устройства – ликвидированы.

Важнейшим признаком новой глобальной экономической архитектуры станет завершение строительства неполной до сих пор теории капитализма. Мы привнесем в нее еще одну важную составляющую – социальный бизнес. Мы переработаем сложившуюся экономическую модель, добавив в нее положение о том, что каждый человек является предпринимателем, а не простым источником рабочей силы. Как только эти изменения будут включены в существующую концепцию, они сыграют важную роль в борьбе с финансовым, продовольственным, энергетическим и экологическим кризисами. Новая экономическая структура обеспечит нас самым эффективным институциональным механизмом для ликвидации нищеты и болезней. Важнейшую роль в этом сыграет социальный бизнес – ему под силу справиться с проблемами, на которые не обращает внимания ориентированный на получение прибыли бизнес. Одновременно будут устранены и допущенные им просчеты.

Высшая форма творчества

Социальный бизнес – это не просто средство первой необходимости для борьбы с кризисами, охватившими человечество. Также он представляет собой прекрасную возможность воплотить творческие способности человека – возможно, даже высшую форму творчества, на которую способен человеческий род.

Мы знаем, что основной задачей социального бизнеса является удовлетворение запросов и потребностей человека. Но сначала нужно определить, какие именно потребности клиентов предстоит удовлетворять. Это не является проблемой для обычного бизнеса, основополагающая цель которого – получить максимальный доход на инвестированный капитал. В социальном бизнесе дело обстоит иначе. Каждая компания стремится достичь конкретной цели, поэтому четкое их определение имеет такое большое значение.

Затем наступает очередь подготовки бизнес-модели. От того, какие именно средства достижения поставленной цели будут выбраны, зависит успех компании. Часто именно планирование пробуждает в людях колоссальную творческую энергию, авторы придумывают решения, аналогов которым не существует. Эта задача требует максимального проявления творческих способностей, поэтому она столь привлекательна. Мой собственный опыт показал, что когда добиваешься успеха как разработчик бизнес-модели, то уже не хочешь останавливаться. Если тебя «заразил вирус социального бизнеса», ты чувствуешь желание запустить другой бизнес, который еще успешнее предыдущего… а потом еще, еще и еще.

Социальный бизнес – это мощное средство самопознания и определения своего положения в обществе. К тому же когда видишь, что социальные блага, созданные благодаря бизнесу (накормленные голодающие дети, получившие приют бездомные семьи, вылеченные больные), то ощущаешь такое внутреннее удовлетворение, которого не даст ни одно другое творческое начинание. Это очень волнующее и радостное чувство.

Пусть каждый молодой человек растет, зная, что он сможет войти в деловой мир как предприниматель-творец. Пусть он каждый день думает, что он сделает в будущем, чтобы иметь возможность заботиться о своей семье и одновременно менять мир к лучшему. Многие юноши и девушки создадут семьи с людьми, которые разделяют их жизненные ценности и имеют общие цели. Они смогут развивать социальный бизнес вместе, и их семейная жизнь будет наполнена радостью и удовлетворением от того, что они делают счастливым весь мир.

* * *

Нам посчастливилось родиться в эпоху удивительных технологий, огромного богатства и неограниченного человеческого потенциала. Благодаря этому мы можем решать насущные мировые проблемы: голода, бедности и болезней, – которые сопровождали человечество с доисторических времен. Их решение можно ускорить, создав новый экономический строй. Одним из его обязательных элементов станет такой мощный инструмент, как социальный бизнес.

Мир каждый день приносит все более и более тревожные новости. Но мы можем дать ему уверенность в том, что неукротимый человеческий дух никогда не поддается разочарованию и отчаянию. Все люди на планете стремятся к тому, чтобы не просто выживать, а жить с достоинством, в красоте и радости. И мы должны сделать, чтобы так и произошло. Мы можем создать новую цивилизацию, основанную не на корысти, а на общечеловеческих ценностях. Давайте приступим к этому сегодня.

Сноски

1

Annie Lowrey, "Is It Better to Be Poor in Bangladesh or the Mississippi Delta?" The Atlantic, March 8, 2017, https://www.theatlantic.com/business/archive/2017/03/angus-deaton-qa/518880/.

2

"Just 8 Men Own Same Wealth as Half the World". Oxfam International, January 16, 2017. https://www.oxfam.org/en/pressroom/pressreleases/2017-01-16/just-8-men-own-same-wealth-half-world.

3

Lauren Carroll and Tom Kertscher, "At DNC, Bernie Sanders Repeats Claim That Top One-Tenth of 1 % Owns as Much Wealth as Bottom 90 %". Politico, July 26, 2016. http://www.politifact.com/truth-o-meter/statements/2016/jul/26/bernie-s/dnc-bernie-sanders-repeats-claim-top-one-tenth-1-o/.

4

Sean Gorman, "Bernie Sanders Says Walmart Heirs Are Wealthier Than Bottom 40 Percent of Americans". Politico, March 14, 2016. http://www.politifact.com/virginia/statements/2016/mar/14/bernie-s/bernie-sanders-says-walmart-heirs-are-wealthier-bo/.

5

Пикетти Т. Капитал в XXI веке. – М.: Ad Marginem, 2015.

6

Сейчас проводится ряд экспериментов по разработке новых, более совершенных методов оценки экономического роста. См., например, Stewart Wallis, "Five Measures of Growth That Are Better Than GDP". World Economic Forum, April 19, 2017. https://www.weforum.org/agenda/2016/04/five-measures-of-growth-that-are-better-than-gdp/.

7

Mark Kinver, "Earth Warming to Climate Tipping Point, Warns Study". BBC News, November 30, 2016. http://www.bbc.com/news/science-environment-38146248.

8

Megan Rowling and Morag MacKinnon, "'No Planet B,' Marchers Worldwide Tell Leaders Before UN Climate Summit". Reuters, November 29, 2015. http://www.reuters.com/article/us-climatechange-summit-demonstrations-idUSKBN0TI00720151129.

9

Rachel Savage, "The Most Entrepreneurial Country in the World Is … Uganda?" Management Today, June 25, 2015. http://www.managementtoday.co.uk/entrepreneurial-country-world-is-uganda/article/1353317.

10

The following discussion of the food, energy, environmental, and financial crises is adapted in part from Muhammad Yunus, "Adam Smith Lecture at Glasgow University," delivered December 1, 2008, http://www.muhammadyunus.org/index.php/news-media/speeches/210-adam-smith-lecture-at-glasgow-university.

11

"World Food Situation: FAO World Food Price Index". Food and Agriculture Organization of the United Nations, February 2, 2017. http://www.fao.org/worldfoodsituation/foodpricesindex/en/.

12

Например, принятая Европейским союзом политика в области сельского хозяйства отрицательно влияет на деятельность фермеров в Латинской Америке и Африке: см. "Making the EU's Common Agricultural Policy Coherent with Development Goals". Overseas Development Institute briefing paper, September 2011. https://www.odi.org/sites/odi.org.uk/files/odi-assets/publications-opinion-files/7279.pdf.

13

Beth Hoffman, "How Increased Meat Consumption in China Changes Landscapes Across the Globe". Forbes, March 26, 2014. http://www.forbes.com/sites/bethhoffman/2014/03/26/how-increased-meat-consumption-in-china-changes-landscapes-across-the-globe/#3ba5c62d2443.

14

"Climate Change to Shift Global Spread and Quality of Agricultural Land". Science for Environment Policy, European Commission, February 12, 2015. http://ec.europa.eu/environment/integration/research/

newsalert/pdf/climate_change_to_shift_global_spread_quality_

agricultural_land_403na1_en.pdf.

15

Sunil Sazawal et al., "Impact of Micronutrient Fortification of Yoghurt on Micronutrient Status Markers and Growth – A Randomized Double Blind Controlled Trial Among School Children in Bang ladesh". BMC Public Health 2013, 13:514.

16

Simon Parry, "The True Cost of Your Cheap Clothes: Slave Wages for Bangladesh Factory Workers". Post Magazine, June 11, 2016. http://www.scmp.com/magazines/post-magazine/article/1970431/true-cost-your-cheap-clothes-slave-wages-bangladesh-factory.

17

О дискуссии о французской «Фабрике действий» и социальных бизнесах, которые она помогла запустить, см.: Muhammad Yunus et al., "Reaching the Rich World's Poorest Consumers". Harvard Business Review, March 2015. https://hbr.org/2015/03/reaching-the-rich-worlds-poorest-consumers.

18

"Youth Unemployment Rate in Europe (EU Member States) as of December 2016 (Seasonally Adjusted)". Statista: The Statistics Portal. https://www.statista.com/statistics/266228/youth-unemployment-rate-in-eu-countries/.

19

Например, показатель уровня безработицы U-6, рассчитанный Бюро статистики труда Министерства труда США (помимо всех безработных, включает людей, которые «хотели бы работать, могут работать, но не искали работу в последнее время» и «разочарованных людей, которые перестали искать работу»), вдвое превышает показатель U-3, который обычно приводят СМИ: см. Kimberly Amadeo, "What Is the Real Unemployment Rate?". The Balance, February 20, 2017. https://www.thebalance.com/what-is-the-real-unemployment-rate-3306198.

20

Gregory Viscusi, "Europe Sacrifices a Generation with 17-Year Unemployment Impasse". Bloomberg, October 7, 2014. http://www.bloomberg.com/ news/articles/2014–10–07/europe-sacrifices-a-generation-with-17-year- unemployment-impasse.

21

"Decent Work and the 2030 Agenda for Sustainable Development". International Labour Organization. http://ilo.org/global/topics/

sdg-030/lang—en/index.htm.

22

"Lowering the Recidivism Rate", editorial, Japan Times, November 24, 2014. http://www.japantimes.co.jp/opinion/

2014/11/24/editorials/lowering-recidivism-rate/#.WNjw3hjMyqB.

23

Gardiner Harris, "Borrowed Time on Disappearing Land: Facing Rising Seas, Bangladesh Confronts the Consequences of Climate Change". New York Times, March 28, 2014. https://www.nytimes.com/2014/03/29/world/asia/facing-rising-seas-bangladesh-confronts-the-consequences-of-climate-change.html.

24

"About the B Team", http://bteam.org/about/.

25

United Nations Department of Public Education, "Sustainable Development Goals: 17 Goals to Transform Our World". http://www.un.org/sustainabledevelopment/sustainable-development-goals/.

26

United Nations Department of Public Education, "Goal 1: End Poverty in All Its Forms Everywhere. Goal 1 Targets", http://www.un.org/sustainabledevelopment/poverty/.

27

Daniel Nowak, "Investing in Social Businesses in the Western Balkans". European Venture Philanthropy Association blog, August 30, 2016. http://evpa.eu.com/blog/investing-in-social-businesses- in-the-western-balkans.

28

Sara Manisera, "She's Helped Change the Prospects of Women Affected by the Bosnian War". Christian Science Monitor, September 15, 2016. http://www.csmonitor.com/World/Making-a-difference/2016/0915/She-s-helped-change-the-prospects-of-women-affected-by-the-Bosnian-war.

29

"McCain CE Collaborates to Launch Social Business". McCain website, July 11, 2014. http://www.mccain.com/information-hub/news/some-test-news.

30

Max Ehrenfreund, "A Majority of Millennials Now Reject Capitalism, Poll Shows". Washington Post, April 26, 2016. https://www.washingtonpost.com/news/wonk/wp/2016/04/26/a-majority-of-millennials-now-reject-capitalism-poll-shows/?utm_term=.cb8dbd4baf70.

31

Michael Munger, "Why You Can't Just 'Reject' Capitalism". Learn Liberty, May 15, 2016, http://www.learnliberty.org/blog/why-you-cant-just-reject-capitalism/.

32

Sarah Kendzior, "Why Young Americans Are Giving Up on Capitalism". Foreign Policy, June 16, 2016. http://foreignpolicy.com/2016/06/16/why-young-americans-are-giving-up-on-capitalism/.

33

Syeda Nafisa Nawal, "Redefining 'Win-Win': Youth in Social Business". Daily Star [Dhaka, Bangladesh], July 29, 2016. http://www.thedailystar.net/next-step/youth-social-business-1261174.

34

Раздел о пожилых и пенсии частично базируется на материалах выступления Мухаммада Юнуса на 12-й Всемирной конференции по проблемам старения в Хайдарабаде (Индия) 10 июня 2014 года, которую проводила Международная федерация по изучению проблем старения.

35

Jason Choi, "Emerging Markets Can Be Wildly Profitable – If You Aren't Focused on Mobile and Cloud". Forbes, June 8, 2016. https://www.forbes.com/sites/groupthink/2016/06/08/emerging-markets-can-be-wildly-profitable-if-you-arent-focused-on-mobile-and-cloud/#1806387038fe.

36

"How Does MakeSense Work?" MakeSense, November 2015. https://makesense.s3.amazonaws.com/resources/social_entrepreneurs.pdf.

37

Transparency International Corruption Perceptions Index 2016, January 25, 2017. https://www.transparency.org/news/feature/

corruption_perceptions_index_2016.

38

Muhammad Yunus with Karl Weber, Creating a World Without Poverty (New York: PublicAffairs, 2007), chap. 5.

39

Материал о дискуссии по правовым вопросам реформирования мировой экономической системы взята из: Muhammad Yunus, "How Legal Steps Can Help to Pave the Way to Ending Poverty". Human Rights Magazine, Winter 2008, http://www.americanbar.org/publications/

human_rights_magazine_home/human_rights

_vol35_2008/human_rights_winter2008/hr_winter08_yunus.html.

40

"Retail Florist License". Louisiana Horticulture Commission. http://www.ldaf.state.la.us/consumers/horticulture-programs/louisiana-horticulture-commission/.

41

The Giving Pledge, https://givingpledge.org.

42

Kerry A. Dolan, "Mark Zuckerberg Announces Birth of Baby Girl & Plan to Donate 99% of His Facebook Stock". Forbes, December 1, 2015. https://www.forbes.com/sites/kerryadolan/2015/12/01/mark-zuckerberg-announces-birth-of-baby-girl-plan-to-donate-99-of-his-facebook-stock/#16d43dc218f5.

43

Muhammad A. Yunus and Judith Rodin, "Save the World, Turn a Profit", Bloomberg View, September 25, 2015. https://www.bloomberg.com/view/articles/2015–09–25/save-the-world-turn-a-profit.

Content

Мухаммад Юнус
Мир трех нулей. Как справиться с нищетой, безработицей и загрязнением окружающей среды

Часть первая Вызов

1 Обратная сторона капитализма

2 Создание новой цивилизации: контрэкономика социального бизнеса

Часть вторая Три нуля

3 Нулевая бедность: покончить с неравномерным распределением доходов

4 Нулевая безработица: мы не ищем работу, мы создаем рабочие места

5 Нулевые выбросы углекислого газа: создание экономики устойчивого развития

6 Дорожная карта к лучшему будущему

Часть третья Основные движущие силы трансформации мира

7 Активизация и мобилизация молодежи

8 Технологии свободы

9 Эффективное управление и соблюдение прав человека — главные элементы общества, работающего для всех

Часть четвертая Шаги к будущему

10 Новая правовая и финансовая инфраструктура

11 Перестройка будущего

Сноски