Тройственный союз

Александр Адамович Славинский

Корректор Юрий Кудряшов

Иллюстратор Ксенон

Дизайнер обложки Мария Бангерт

© Александр Адамович Славинский, 2019

© Ксенон, иллюстрации, 2019

© Мария Бангерт, дизайн обложки, 2019

ISBN 978-5-4496-1661-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Виталий застонал от боли, а мысли устремились по привычному кругу. «Проклятие! Надо ж было так влипнуть. Как обычно, виновата спешка. Из-за неё с самого начала всё пошло наперекосяк: опоздали на посадку, недоукомплектовались, оставив на базе часть контейнеров с необходимым оборудованием и оружием. В результате попали под обстрел, лишились корабля, и что самое грустное, я в плену. Теперь я могу только сожалеть об упущенных возможностях и надеяться на судьбу».

В поле зрения возникло тёмное пятно. Но в полутьме контуры расплывались, лишая возможности сфокусироваться. А вот уши различили лёгкие шаги. Кто-то приближался. Нос Виталия уловил запах горелой резины. Значит, суйтц. А в следующий миг энергетический удар: толчок воздуха; тело подхватил и понёс какой-то поток; столкновение с твёрдой поверхностью; резкая боль; тьма.

Глава 1.

Встреча Виталия с кохлотом Ашаш

– Что это за мир? Здесь всё не так. Зачем создавать низкочастотное энергетическое поле? Мне дискомфортно.

– Кто ты? – спросил или подумал Виталий, уловив странный монолог.

– ???

Виталий скривился – тело пронзила боль. Но лучше не стонать, чтобы снова не наказали ударом. «То ли меня хотят убить, то ли специально держат в бессознательном состоянии. Если так, то почему не усыпили? Мне плохо. Откуда столько негатива? А может, ощущаю не свою боль?»

– Где ты? – То ли вопрос, то ли понятие.

«Хм… Я здесь лежу, – подумал Виталий. – Я с кем-то общаюсь? Или улавливаю чужие мысли? Но ведь я не телепат и никогда им не был».

– Ты кто?

«Вот снова. Что я слышу? – размышлял Виталий. – А вообще, я человек».

– Странное определение, – возникла в его голове чужая мысль. – Оказывается, во Вселенной есть и такая порода разумных существ. Замечательно, что ты меня понимаешь и мы можем (контактировать? общаться?).

– Ты кто? – спросил Виталий, едва сдерживая стон. А в подсознании: «Если пошевелюсь, суйтцы опять ударят».

– Я верный слуга великих омуе…

«Ничего не понимаю, – скривился Виталий, стараясь не реагировать на боль. – Никогда не слышал об омуе».

– …кохлот Ашаш с планеты Хофох. Почему бы тебе не перенастроить негармоничные частоты? Мне дискомфортно. Кристаллоиды используют тёмное энергетическое поле, от которого я словно больной. И ещё ты посылаешь негативные эманации.

– Ашаш, кто бы ты ни был, мне плохо. А как мы вообще общаемся? Я не слышу тебя, но понимаю.

– ???

– Ага. Дошло. Ты галлюцинация. Меня сильно шандарахнуло о стену, и теперь начался бред.

– Я не какая-то галлюцинация, а кохлот. Я сейчас (прибуду? прилечу?).

Виталий постарался очистить сознание, чтобы не думать о боли. Но мысли Ашаш не отпускали, и человек наблюдал за его перемещениями. Будто на экране, он видел, как в чужом поле зрения появлялись искажённые образы стен и проходов. Вернее, не искажённые, а словно подретушированные. Может, именно так кохлот воспринимал мир.

– Вот и я! – раздалось мощно и отчётливо.

Виталий со стороны увидел себя гротескно выпуклым и переливающимся разными красками. Сразу обратил внимание, что лежал на металлической решётке абсолютно нагой, и тут же ощутил холод. Используя чужое зрение, Виталий придирчиво осмотрел себя. Мускулистое тело не имело повреждений. На голове короткая армейская стрижка. На лице трёхдневная щетина. В носу фильтры.

«Я недолго нахожусь в плену у суйтцев, – определил Виталий. – А боль ощущаю, видимо, из-за энергетических ударов».

– А я представлял тебя другим, – заметил Ашаш. – Ты похож на живущих тут существ. Но гораздо объёмнее.

– Вот уж не думал, – вслух произнёс Виталий.

Но лучше бы промолчал. Тотчас раздался низкочастотный гул и затем едва слышные торопливые шаги. Приоткрыв левый глаз, человек разглядел приближавшуюся тень. Обоняние уловило знакомый аромат палёной резины. И снова энергетический удар, вводящий в беспамятство.

Глава 2.

Предложение кохлоту Ашаш

– …Не понимаю. Что здесь происходит? Какая непостижимая игра низкочастотных вибраций у обитателей этого пространства. Удивительные создания живут в мире кристаллоидов…

Виталий очнулся. Память хранила воспоминания об ударе, но сейчас он вообще не испытывал боли. «Что со мной? – размышлял он. – Суйтцы накачали какой-то гадостью? Или нервные клетки утратили чувствительность? Тогда я умираю. Скверно. Не думал, что миссия по установлению контакта между расами обернётся пленом и смертью».

Не прошло и месяца после первого столкновения с фиолетовоголовыми суйтцами, когда их крейсер, неожиданно атаковавший корабль обслуживания Космической Федерации, получил отпор и взорвался. Люди спасли выживших чужаков. А поскольку среди тех имелись раненые, в качестве жеста доброй воли командование решило вернуть пленных домой.

Вот так и вышло, что аналитик отдела внешней разведки 326-го Космического флота старший лейтенант Виталий Юрьевич Чур с группой дипломатов был направлен для установления первого контакта между расами. Но не заладилось. Едва космолёт Федерации приблизился к кораблям суйтцев, его тут же обстреляли, даже не попытавшись вступить в переговоры. Виталий потерял сознание при декомпрессии. Но чудом выжил и очнулся уже в плену. Только где именно – ещё не понял.

– Витли, прости за вторжение в твою энергетическую структуру, — донеслась мысль кохлота. — Я гармонизировал внутренние потоки. Мне неприятно их (чувствовать?).

Виталий прислушался к своему телу – и не ощутил боли. Неплохо. При этом удивительная лёгкость подсказывала бывалому звездоплавателю, что он находится на космической станции в условиях пониженной гравитации. К тому же на планете совсем иное восприятие реальности.

– Кто ты, кохлот Ашаш? – поинтересовался Чур.

– Мне ещё раз представиться? Вот уж не думал, что ты тугодум.

Кохлот не изъяснялся словами. В мыслях человека зарождались некие образы, которые его сознание интерпретировало в удобоваримые понятия. Но Чур сомневался, что верно понимал смысл. А вообще, общаться таким образом даже прикольно. Если поехала крыша, то лучше сходить с ума в компании.

– Я имел в виду, расскажи о себе, – попросил Виталий. – Я впервые слышу о твоей расе.

Стремительное мельтешение образов. Впечатление – словно одновременно заговорили несколько человек. Но вот хаос исчез, и в ментальной тишине возникла спокойная уравновешенная мысль:

– Я не готов давать информацию о своём мире. Объясни, почему кристаллоиды враждебны друг другу?

– Кохлот Ашаш, я в растерянности.

– В таком состоянии я вот уже… – Вероятно, Ашаш называл какие-то числа или даты, но мозг улавливал лишь поток смутных образов, ни на что знакомое не похожих.

Чур снова увидел себя со стороны. Казалось, съёмка велась древней камерой со множеством искажений и сбитой цветовой палитрой, отчего тело выглядело сине-красным. Странное зрелище.

Виталий задумался: «Кохлот не желает рассказывать о себе. Не беда. Можно узнать информацию по-другому».

– Ашаш, почему тебя посадили в тюрьму?

– ??? Что это?

– Хм… Место, где ты находишься помимо своей воли. Неужели у вас нет такого понятия?

– Меня никто здесь не держит. Просто я…

Хаотичные образы, в которых человек не мог уловить смысл.

– Ашаш, я понял. Раз тебя не посадили – значит, ты заблудился. Кстати, тут не очень хорошее место для прогулки. Но в любом случае мы здесь в равных условиях: нам обоим плохо, и мы желаем покинуть суйтцев.

– Если так ты определяешь обитателей этого корабля, то я принимаю. Название им соответствует. Эти существа – будто искусственно созданные. У них нет, как у тебя, многих энергетических контуров. А вот ты гармоничный, и излучаемый твоей оболочкой спектр полный. Лишь сравнив вас, я понял, насколько вы разные.

– Ашаш, где ты встретился с суйтцами?

– Я был на планете (набор образов) с омуе. Корабль господина улетел, а я остался.

– Видимо, ты оказался не очень хорошим слугой, если тебя бросили.

– Скорее я ужасно любопытный кохлот. Меня в том мире заворожил энергетический поток (неясный образ чего-то расплывчатого), и я полетел за ним. От (…) исходила такая гармония, что я просто не мог не окунуться в неё. Там было здорово. А когда вспомнил об омуе, его корабля уже не было. И я остался на планете один.

– Выходит, ты опьянел и потерял связь с реальностью.

– Я не знаю, что такое «опьянел». Просто моя энергетическая сущность растворилась на время в приятной структуре (набор образов). Но он исчез. А я потом долго путешествовал по той планете. И однажды нашёл корабль существ, которых ты называешь суйтцами. Они негармоничные, но всё же обладают жизненной энергией. Я решил: лучше улететь с ними, чем оставаться в одиночестве.

Чур открыл глаза. В полутьме металлической загородки никого. Как и в отсеке, буквально утыканном приборами. Значит, кохлот – всё же галлюцинация.

– Ашаш, я тебя не вижу. Ты где?

– Перед тобой.

Чур сфокусировался, и лишь тогда заметил нечто прозрачное. Словно мыльный пузырь. Сознание не улавливало чёткого образа. Когда Виталий думал о медузе, незнакомец становился похож на неё. А стоило вспомнить обезьяну – контур начинал принимать соответствующий вид. Хотя и не полный, будто карикатурный набросок.

Чур уловил подобие смеха. По крайней мере, сознание интерпретировало именно так.

– Не пытайся навязать мне образ, – посоветовал кохлот. – Я совсем не то, что видят твои глаза.

– Ничего не понимаю.

– Мы разные. В мире кристаллоидов всё имеет оболочку. А у омуе – нет. Мы энергетические создания, хотя и у нас есть материальная составляющая.

– Ашаш, кто такие кристаллоиды?

– Странно, что ты не знаешь своих ошио (хозяев? богов? создателей?). У нас все знают омуе. И любят их.

– У меня нет хозяев. Я человек, сам по себе.

– Ты и прав, и нет. Жизнь зависит от того, в каком мире рождаешься. Создатели – кристаллоиды, омуи и кораби – определяют структуру пространства и законы существования в нём. Ты живёшь в рамках имеющихся возможностей, предоставленных ошио. Каждая сущность со своими народами занимает какой-то сегмент Вселенной. Но есть пограничные зоны. В одной из них я потерялся и оказался в мире кристаллоидов, где встретился с суйтцами. Но ты первый, с кем я смог общаться. Чему я очень рад. У тебя приятная энергетика. Ты гармоничный, и общение с тобой – удовольствие. Конечно, если ты не излучаешь негативных потоков.

– К сожалению, в физическом мире боль – такая же составляющая бытия, как и радость.

– А это что?

– Радость – эмоция. Её не описать. Но можно ощутить.

– Интересно получить о ней представление. Думаю, мне понравится.

Виталий удивлялся, что какие-то понятия сознание легко усваивает, а иным требуется объяснение.

– Я испытаю настоящую радость, когда вернусь в свой мир, – подумал Чур. – Но сперва надо сбежать от суйтцев. Кстати, Ашаш, ты видел на корабле таких же существ, как я?

– Нет. Ты единственный. Но если бы ты не начал со мной общаться, я и на тебя не обратил бы внимания. Мне не интересны создания из плотной материи. Вы статичны и грубы. Кохлоты живут в энергетических мирах. Там действительно много увлекательного.

– Не представляю, о чём ты говоришь.

– А вот смотри.

Виталий ощутил приятное тепло в левом плече. А затем ему показалось, что мир истаял и волшебным образом изменился. Проявились разноцветные потоки, стремительно текущие во все стороны. Чаще однородные, но порой с вкраплениями иных струй либо отдельных элементов. Чур заметил, что движение происходит упорядоченно – а значит, тут можно ориентироваться, как и в обыкновенном мире. Но голова почему-то быстро заболела, и реальность постепенно обрела привычный вид.

– Ашаш, ты мне показал мир омуе? – уточнил Виталий.

– Нет. Ты увидел искусственно созданный энергетический конструкт суйтцев. Ты испытал отрицательные эмоции. Мне тоже здесь больно. А потому я вынужден опускаться в статичное пространство.

– Ашаш, нам обоим тут плохо. Давай улетим отсюда.

– Я хотел покинуть суйтцев, но не смог. Этот корабль не приближается к планетам. А в открытом космосе нет живой энергии.

– Надо лететь в мой мир, – предложил Виталий. – И тогда, возможно, я помогу тебе вернуться домой. Буду честен: я пока не знаю как. Но всё же лучше хоть что-то предпринимать. У людей существует такое определение: признак безумия – делая одно и то же, ожидать других результатов. Если не будешь двигаться в направлении цели, то никогда её не достигнешь.

– Согласен. Заманчивое предложение. Нужно подумать.

– Ашаш, мне надо сбежать из тюрьмы суйтцев, иначе я тут не выживу. Но для возвращения домой необходим звездолёт.

– Непонятный образ.

Увлёкшись беседой, Виталий забылся и перевернулся. Тотчас тело прострелила боль и непроизвольно вырвался стон. Ожидаемо прозвучал низкочастотный гул, и человек ощутил приближающийся запах палёной резины. Но удара не последовало.

Странная тишина. Чур открыл глаза и увидел суйтца – живая кукла ростом в полметра. Вытянутая лысая голова в форме баклажана тонкой шеей соединена с телом гуманоида. Словно вылитое из пластика, овальное плоское фиолетовое лицо с большими глазами. Едва намеченные отверстия носа и полоска рта. А тоненькие ручки и ножки, будто карикатурные отростки, прикрыты блестящим чёрным скафандром. По мнению учёных, эта раса деградировала из-за жизни в космосе, поскольку невозможно представить мир, где такие создания могли бы эволюционировать.

Суйтц молча и даже с любопытством разглядывал человека. Сдерживая боль и стоны, Виталий не шевелился в ожидании реакции тюремщика. Но тут едкий запах палёной резины начал раздражать носоглотку, и он чихнул. Коротышка тотчас вытянул руку с оружием.

– Погоди, не стреляй, – попросил Чур. – Зачем вы меня держите здесь?

– Ты пики, – шепеляво пропищал «баклажан». – Мы иметь опыт. Ты делать человек.

– Нет, – выдохнул мужчина, с трудом понимая, о чём речь. – Я не могу рожать. Я не женщина.

– Ты врать. Твой орган дать человек. А сейчас… – Тюремщик поднял руку.

– Не стреляй, – взмолился Чур. – Ты делаешь мне больно.

– Ты спать, – пропищал суйтц.

И снова энергетический удар, вогнавший в беспамятство.

Глава 3.

Освобождение

– Как ты хочешь сбежать? – в пробуждающемся сознании человека возник мыслепоток кохлота. – Мне больно ощущать твои низкочастотные эманации.

Виталий чувствовал себя вялым. В памяти лишь воспоминания об энергетических ударах. А когда ел в последний раз, и вовсе забыл. Отсюда слабость и полная апатия. «Если не вырвусь из плена, то умру», – обречённо подумал Чур.

– Я хочу помочь, – отозвался Ашаш. – Что сделать?

Мысли, будто гусеницы, едва шевелились. Виталий долго раздумывал над ответом.

– Ашаш, ты свободно путешествуешь по кораблю. Мне нужно увидеть помещения.

– Хорошо. Но я не могу приближаться к некоторым местам. Оттуда исходят мощные потоки низкочастотной энергии.

– Покажи, что сможешь.

Кохлот свернул налево и вылетел из отсека. Виталий наблюдал за перемещениями Ашаш и с трудом разбирал увиденное на незнакомом звездолёте да ещё чужими глазами. Оказалось, корабль небольшой, похожий на космическую яхту. Восемь помещений разного объёма расположены по кругу. Приборами увешаны все поверхности. Цветовая палитра несуразная. Вообще никакой гармонии. А надписи будто накаляканы ребёнком, едва взявшим в руки карандаш – нелепые и корявые.

Виталий растерялся: ни назначения приборов, ни принципа их действия он не понимал. А значит, не сможет управлять оборудованием и, соответственно, бежать без посторонней помощи.

Чур насчитал четырёх суйтцев. Один спал, пристёгнутый ремнём к койке. Трое в разных отсеках занимались какой-то деятельностью. Все в чёрных костюмах и похожи друг на друга, будто роботы, сошедшие с конвейера. Возможно, это корабль исследователей. Ведь говорил же один из них, что над человеком хотят ставить какие-то опыты.

Кохлот не мог приблизиться лишь к центральному отсеку. По знакомым эмблемам, подобным тем, что видел на взорванном суйтцском крейсере, Чур определил расположение энергоустановки. Ашаш показал исходивший из неё тёмный хаотичный поток.

– Там мир кораби, – пояснил кохлот.

«Выводы неутешительны, – озаботился Виталий. – Отсюда невозможно сбежать. Кроме того, я не увидел ничего съестного. Интересно, как же суйтцы хотят проводить над человеком опыты, если не будут его кормить? А их еда для людей ядовита, поскольку содержит много токсинов. И теперь ясно, почему в ноздрях фильтры. В атмосфере корабля я не выживу. Ничего, что-нибудь придумаю. Другие попадали в более тяжёлые ситуации и всё равно выбирались. Смогу и я».

Хотя Виталий служил аналитиком в отделе внешней разведки, чтобы выполнять поставленные задачи в космосе, требовалось иметь выносливое, крепкое тело, способность обучаться, ёмкую память и думающую голову. Когда люди встретились с иными расами, стало ясно, насколько все разные. Человек человека не всегда понимает, что уж говорить о чужаках. А для противостояния иномирянам требовались изощрённые мозги, способные выйти за рамки привычного.

Виталий Юрьевич Чур дослужился до старшего лейтенанта. Как шутили коллеги, чтобы в космическом спецназе получить следующее звание, требуются богатырская сила и ум гения. К последним Виталий себя не относил. Но занимаясь с детства тяжёлой атлетикой и единоборствами, обладал физической силой и смекалкой бойца, ведь без думающей головы, как известно, удачи не видать. Что и помогло ему успешно завершить предыдущие миссии, за которые он получил награды и повышения по службе.

Ашаш вернулся и парил рядом, проецируя гармонизирующие потоки энергии. Виталию реально становилось лучше возле кохлота, и даже мозг включился в работу.

Итак, суйтцы держали пленника в бессознательном состоянии, видимо чтобы не пытался бежать и не мешал учёным. Кормить человека то ли не собирались, то ли не считали необходимым – возможно, полагали, что массивное тело обойдётся без еды. Но Виталий понимал: ещё день – и совсем ослабнет. А значит, нужно срочно действовать.

– Ашаш, хочу спросить у тебя… – послал Виталий мысль.

– ???

– Что ты видишь, когда суйтцы меня усыпляют?

– Мощная низкочастотная энергия нарушает гармонию твоих внутренних потоков. Колебательные структуры теряют баланс. Но позже он восстанавливается.

– Ясно. А ты можешь перенаправить энергию в другую сторону, если суйтц выстрелит?

– Я сразу же погибну. У кохлотов нет оболочки, как у человека. Поток рассеет мою сущность по всему кораблю.

– А отвлечь суйтца ты сможешь, когда тот будет целиться в меня?

– Я попробую. Я пытался с ними общаться, но почти безуспешно. Существа в мире кристаллоидов сориентированы на плотные структуры и различают лишь статичные объекты. А я энергетическое создание.

– Этот вариант может сработать. Постарайся отвлечь суйтца, а я попытаюсь освободиться.

– Я готов, – тут же ответил Ашаш, и в мыслепотоке нового товарища Чур уловил заинтересованность.

«Непонятно только, на что именно реагируют сенсоры тюремщиков: на звук или движение, – размышлял Виталий. – Либо на то и другое сразу. Значит, придётся экспериментировать».

Чур попытался сесть. Но тут же обнаружил, что его правая рука стальным наручником прикреплена к решётчатому полу.

– Ничего не выйдет, – расстроился Виталий.

– ???

– Я прикован. – Чур создал образ кандалов.

Ашаш приблизился, и по телу человека прокатилась волна горячей энергии.

– Эта структура намного прочнее, чем та, из которой сделан корпус корабля, – заметил кохлот.

– Я знаю. К сожалению, разорвать металл я не смогу.

– Однажды я наблюдал, как господин омуе изменял космолёт. Он тогда использовал громадное количество энергии. Но я слишком юн и неопытен, и не имею такой силы. Я могу попробовать дестабилизировать связи на участках соединения колец. Там неоднородный материал. Но мне не хватит мощности, чтобы разрушить основу решётки.

– Давай вместе, – предложил Виталий. – Ты начни менять структуру металла, а я применю физическое воздействие. Может, нам и удастся разорвать оковы.

– Ты желаешь объединить два энергетических процесса. Я такого не наблюдал. Будет интересно увидеть результат. Я готов.

Чур ощутил, как накаляется металл. Сдерживаясь, чтобы не застонать, он приподнялся. А температура продолжала нарастать. Казалось, ещё миг – и сама кожа воспламенится. Но он терпел, понимая, что второго случая может не представиться.

– Давай! – скомандовал Ашаш, когда боль стала невыносимой.

Виталий рванул изо всех сил – и наручник поддался. «Свобода!» – возликовал Чур. Но тотчас прозвучал низкочастотный гул, а вслед за ним раздались быстрые шаги суйтца. Промедление недопустимо. Превозмогая слабость и боль, Чур устремился вперёд. Едва в арке прохода возникла фигура «баклажана», Виталий припечатал её к стене. «Получилось!» Коротышка не успел активировать энергомёт и, ударившись головой, тут же отключился.

Виталий прислушался. Тишина. Значит, остальные космонавты не отреагировали на тревогу и по-прежнему заняты своими делами.

Чур взглянул на правую руку. От неё исходила ужасная боль – последствия термического ожога. А обработать нечем.

– Ашаш, можешь помочь? – мысленно спросил Чур. – Ты уже как-то гармонизировал меня.

Виталий ощутил приятное тепло на правом плече. Оно постепенно опускалось к очагу боли, и та уменьшалась, словно кто-то подкручивал невидимый регулятор её интенсивности. Но вместе с тем происходили удивительные метаморфозы с кожей. Буквально на глазах быстро нарастал слой новой дермы, а старый отшелушивался. Настоящее чудо.

– Немного повреждена структура твоей оболочки, – пришла мысль кохлота. – Я ускорил процесс её восстановления.

– Спасибо, друг, – обрадовался Виталий. – Ты очень мне помог.

– Не хотелось страдать от твоих низкочастотных эманаций.

Чур больше не испытывал неприятных ощущений в повреждённой руке. Лишь красный цвет кожи напоминал о полученной травме.

Но сейчас некогда думать о чудесах. В первую очередь солдату необходимо оружие. Нет своего – нужно отобрать у противника. Чур склонился над коротышкой. Энергомёт был закреплён на запястье суйтца с помощью раздвигавшегося металлического браслета. «Небольшой приборчик, – размышлял Виталий, – а удар мощный. Мне такой пригодился бы».

Стащить оружие с руки его владельца не составило труда. Но конечность у «баклажана» оказалась такой тонкой, что Чур смог всунуть в узкое отверстие браслета лишь три своих пальца. Зато почувствовал себя увереннее. «Теперь надо захватить остальных коротышек и потребовать, чтобы отвезли меня к людям».

Благодаря Ашаш Виталий знал, что ожидало в следующем отсеке. Подцепив отключившегося суйтца за руку, Чур потянул его за собой. В условиях пониженной гравитации человек передвигался без усилий. Но приходилось сильно нагибаться, чтобы миновать невысокие проёмы. Сейчас Виталий представлял себя великаном в стране лилипутов. Ведь коротышки едва доставали ему до бедра.

Второй «баклажан» работал через два отсека. Ещё ниже первого, но упитаннее, он суетился у какого-то цилиндрического прибора, внимательно следя за всплывавшим в жидкости поплавком. И был настолько поглощён своим занятием, что не заметил подошедшего вплотную человека. Чур не увидел оружия на запястье фиолетовоголового и не стал его оглушать.

Лишь почувствовав, как его потянули за пояс, коротышка резко обернулся и, испугавшись огромного пленника, тут же отрубился. А Виталий, взяв одной рукой конечности обоих суйтцев, потащил их дальше.

Третий обитатель звездолёта, увидев входящего в отсек человека, заверещал высоким голосом и кинулся бежать. Чур направился следом и нашёл четвёртого космонавта. Тот по-прежнему дрых на полке. Захваченных коротышек Виталий разложил по спальным местам и закрепил ремнями. Осталось разобраться с последним. Пройдя три отсека, Чур обнаружил сбежавшего «баклажана» – он возился с аппаратурой, вполглаза поглядывая на проём. Возможно, хотел по радио вызвать подмогу.

Виталий несколько секунд наблюдал за суйтцем и, подловив момент, когда тот отвлёкся, в два шага настиг его и схватил за пояс. В отличие от собратьев, этот проявил воинственный характер и принялся агрессивно отбиваться маленькими ручками. Но против человека «баклажан» – не боец. Виталий принёс брыкающегося суйтца в спальный отсек, выкрашенный бирюзовым. Коротышка, занимавшийся экспериментами с жидкостью, очнулся и пытался осмыслить ситуацию. Но едва увидев гиганта, закрыл голову руками и заскулил.

«Вот и первый официальный контакт с представителями чужой расы, – усмехнулся Виталий. – Но я поступаю с ними более милосердно, чем они со мной».

Чур тяжело вздохнул и посадил брыкавшегося суйтца на кукольный стульчик. А сам уселся на пол у стены в позе лотоса. И всё равно оказался выше сидевшего коротышки.

– Ты знаешь мой язык?

Фиолетовоголовый угомонился и безмолвно смотрел на человека. От сородичей он отличался удлинённым квадратным черепом, делавшим его похожим на бычка.

– Ясно, не понимаешь, – сказал Виталий и перевёл взгляд на лежавших суйтцев.

Теперь все «баклажаны» открыли глаза и напряжённо рассматривали его. Одни со страхом, другие с любопытством.

– Кто из вас знает мой язык?

– Мы не говорить пики, – едва слышно пропищал коротышка с особенно высоким лбом – недавний мучитель Виталия, у которого тот отобрал энергомёт.

– Значит, скажу я, – произнёс Чур. – Я солдат Космической Федерации. К вам я летел для установления контакта. Мы везли нескольких суйтцев, которых спасли после катастрофы. Но ваши корабли, не потрудившись вступить в переговоры, атаковали и уничтожили наш звездолёт. Я думаю, там все погибли вместе с вашими же ранеными.

– Ты врать, – заявил мучитель. – Суйтц не делать так.

– А зачем мне обманывать? – удивился Чур. – Назови хоть одну причину.

Высоколобый промолчал.

– Кто у вас главный? – поинтересовался Виталий.

– Олисоно, – кивнул разговорчивый «баклажан» на коллегу, пристёгнутого к соседнему месту. Того, что пополнее.

– Вот и переведи ему, – распорядился Виталий.

Чур молча слушал кукольное бормотание суйтцев. Он не мечтал о роли дипломата, но как известно, никогда не говори «никогда». И теперь Виталий пытался найти способ не уронить достоинство собственное и своей расы перед мелкими чужаками и вернуться домой.

– Ты пики и уважать суйтц, – вскоре заявил высоколобый «баклажан».

– Я свободный человек, – выдохнул Чур, – прибывший к вам с дипломатической миссией. Если вы неправомерны решать межрасовые проблемы, то свяжитесь с теми, кто ими занимается. Я направлен сюда обсудить с вашим руководством мирное сотрудничество между нами.

– Ты не понимать! – заверещал переводчик. – Договор нет! Мы господин. Люди работать на суйтц. Ты идти на место и ждать. Мы делать опыт. Ты слушать и быть кароший пики.

«Странная позиция, – подумал Чур. – И что удивительно, безапелляционная. Ладно, зайдём с другой стороны».

– Откуда ты знаешь мой язык? – поинтересовался Виталий.

– Мы ловить человек. Вы кароший пики. Нам такой надо. Мы брать вас на планета. Тебе большой честь. Твой дети работать на великий суйтц.

– Ясно, – кивнул Чур. – Значит, договора нет. Тогда ответь: что мне мешает убить вас?

– Ты низя убивать суйтц! – заверещал переводчик. – Ты работать для суйтц. Вы кароший пики и делать много полезный вещь.

– У нас нет рабов, – возразил Чур. – В нашем государстве все граждане равны и по собственной воле трудятся на благо общества. У нас никого не принуждают к подчинению.

Сидевший на стуле «баклажан» что-то сказал, и переводчик, возвысив голос, принялся вещать:

– Ты врать! Так не может жить! Ты работать на суйтц. Варк. Ты подчиняйся суйтц. Варк. Это великий почёт человек. Варк. Ты наш пики. Варк. Суйтц – твой господин. Варк…

Этому «варк» в конце каждой фразы в унисон вторили все остальные, будто ставя точку в утверждении. Переводчик всё повторял и повторял одно и то же. Виталий не придал значения странному построению речи коротышки и, убаюканный особым ритмом, не заметил, как сознание отключилось.

Глава 4.

Конфликт с суйтцами

– Проснись, Витли! – пробился ментальный импульс Ашаш.

Открыв глаза, Чур увидел коротышку с квадратным черепом. Тот пытался стащить энергомёт с его пальцев. А трое остальных выстроились полукругом и, продолжая напряжённо пялиться на пленника, в унисон повторяли лишь одно слово – «варк». И тут Чур понял: «Меня загипнотизировали. Вот уж не ожидал, что мелкие обладают такими способностями».

Виталий оттолкнул «бычка», встряхнул головой и поднялся. «Баклажаны» тут же смолкли и от удивления пооткрывали рты.

– Вы очень недружелюбно ведёте себя с гостями, – заметил Чур.

– Ты работать на суйтц. Варк! – опять затянул стоявший в стороне переводчик.

– Так дело не пойдёт! – взревел Чур и, не церемонясь, разбросал фиолетовоголовых.

Попа́дав, те умолкли и, потирая ушибленные места, с ненавистью уставились на гиганта.

– Ты! – Виталий ткнул пальцем в высоколобого. – Быстро рассказывай, что это за корабль.

– Я не говорить пики! – заявил коротышка.

– Я не знаю, кто такой пики.

– Ты наш рабочий. Ты пики. Ты трудиться на суйтц. Ва…

– Ещё раз услышу «варк» – тут же убью, – предупредил Чур. Он обвёл взглядом притихших злобных коротышек. – Есть желающие?

Переводчик что-то пропищал, и теперь «баклажаны» молча пялились на странного человека, сумевшего противостоять их коллективному гипнозу. «Выходит, – подумал Виталий, – ранее освободиться не удавалось никому. Пожалуй, если бы не Ашаш, я тоже стал бы вечным подопытным. Спасибо кохлоту».

– Надеюсь, мы начинаем договариваться, – произнёс Чур и снова уселся в позу лотоса. Неудобно смотреть на коротышек с высоты.

Из соседнего отсека раздался топот маленьких ножек, и в проёме возникли два суйтца с вытянутыми руками. «Ашаш не говорил, что тут есть и другие. Значит, „бычок“ успел-таки передать сигнал».

У тренированного солдата хорошая реакция. Виталий первым выстрелил из энергомёта, и вбежавшие коротышки рухнули на пол. А вместе с ними и один из «баклажанов», находившихся в отсеке. Попал в зону поражения.

– Ты плохо пики! – гневно залопотал переводчик. – Ты быть наказан! Мы убить ты!

Виталий наклонился и схватил высоколобого за руку. Тот попытался сопротивляться, но Чур усилил нажим, и суйтц завизжал от боли. Сейчас пленник с удовольствием отомстил бы мучителю, истязавшему его энергомётом. Но здравый смысл не позволял следовать принципу талиона – «око за око».

Виталий ослабил хватку и усадил коротышку себе на колено. «Килограммов десять, – подумал человек. – Впрочем, при пониженной гравитации невозможно верно определить вес».

– Слушай меня, – произнёс Чур. – Ты мой переводчик. Если твой народ решит воевать со мной, ты пострадаешь одним из первых. Уяснил? Отвечай.

– Я говорить, ты пики, – пропищал высоколобый, растирая припухшую конечность.

– Как тебя зовут?

– Для ты – господин.

– Неверный ответ, – гаркнул Чур в самое ухо коротышке, и тот сжался. – Назови своё имя.

– Суйтц звать я Лиросо.

– Начинаешь соображать, – кивнул Виталий. – Так вот, Лиросо, если мы подружимся, у тебя всё будет хорошо. Если нет – ты покойник. Уяснил?

– Суйтц не говорить пики.

Виталия начал раздражать надменный тон «баклажана», и он слегка щёлкнул переводчика по голове. Поперхнувшись от неожиданного удара, Лиросо стал жадно хватать воздух ртом.

– Продолжим, – сказал Чур, наблюдая за остальными коротышками, похожими друг на друга, как братья. – Моё имя – Виталий. Повтори.

– Витали, – пропищал Лиросо.

– Очень хорошо, – одобрительно кивнул Чур. – Теперь расскажи, сколько здесь суйтцев?

– Десять. Ты один, мы много. Ты слушать нас и жить.

– Я вижу шестерых. Где остальные?

– Низ… – Лиросо замялся. Видимо, словарный запас галакто у переводчика был невелик.

– Я хочу увидеть наше положение в космосе, – сказал Виталий.

– Ты глупый пики, – начал «баклажан» и тут же получил новый щелчок по голове. Схватившись за больное место, коротышка захныкал.

– Извини, что ударил, – произнёс Чур, – но ты плохо соображаешь. Вот и приходится твои мысли упорядочивать. Я удивляюсь, как вы вообще смогли выйти в космос с такой смышлёностью. У нас дети и то умнее.

Стоявшие вокруг «баклажаны» заверещали.

– Переводи, – велел Чур.

– Суйтц говорить, надо работать. И не хотеть видеть ты.

Виталий обвёл взглядом галдевших коротышек. Подозрительно быстро оправились и, похоже, не считали человека достойным внимания объектом. Значит, надо заставить себя уважать.

– Скажи всем, – приказал Чур переводчику, – отныне для вас самая главная задача – отвезти меня домой. Вы должны работать только над этой проблемой. Иначе получите огромные неприятности. Гарантирую. Кстати, я давно не ел и очень голоден. Если вы как можно скорее не доставите меня к людям, я буду питаться вами. И начну с… – Виталий пальцем указал на упитанного коротышку, бывшего, как утверждал Лиросо, здесь за главного. – С Олисоно.

Когда оторопевший переводчик оповестил сородичей об угрозе, суйтцы с кулаками набросились на человека, Виталий тяжело вздохнул: диалога не получилось. Значит, надо импровизировать. Подхватив Олисоно, Чур поднёс его к своему открытому рту.

– Не есть! – отчаянно взвизгнул переводчик, а последний коротышка отскочил к стене и схватился рукой за грудь.

– Ладно, я пошутил, – ухмыльнулся Виталий, поставив едва живого суйтца на пол. Тот сразу же упал и заскулил после пережитого волнения. – Я ещё не настолько голоден. Но предупреждение вы получили. Итак, вопрос был: где сейчас находится этот корабль?

– Тут нет экран. Ити низ.

– Хорошо, – кивнул Виталий. – Но сперва ты покажешь, где хранится оружие.

– Нет! Я треньк, не сказать.

– Хм… Лиросо, я тебя убивать пока не буду, – рассудительно произнёс Чур. – Ты ещё нужен мне. Но с другой стороны, я вот думаю: обязательно ли переводчику иметь две ноги? Достаточно одного рта, чтобы говорить. А значит, конечности лишние. И вот я решаю: что мне откусить в первую очередь? Даю тебе право выбора. Скажи, с какой частью своего тела ты готов распрощаться?

Похоже, Лиросо потерял дар речи. Больше Виталий не услышал от него ни единой реплики.

– Вот таким ты мне больше нравишься, – усмехнулся Чур. – Терпеть не могу, когда детишки строят из себя умников. Полагаю, мы начинаем находить общий язык и понимать друг друга. Итак, где на корабле хранится оружие?

– Там, – указал переводчик в сторону соседнего отсека.

– Отлично. Веди меня.

Лиросо безропотно поплёлся к двери. Главный суйтц вскочил и бросился наперерез, пытаясь остановить коллегу. Видимо, догадался, куда направлялся человек.

– Олисоно! – гаркнул Виталий.

Коротышка замер. Всё же не получалось у них игнорировать огромного чужака.

– Ты можешь прокладывать курс звездолёта?

– Делать навигатор, – тут же сказал высоколобый.

– А чем занимается твой начальник?

– Здесь учёный работать.

– Ясно. Изучайте меня, но не мешайте. Так и переведи. Если будут вопросы, постараюсь ответить. Только правильно формулируйте. А то обижусь и съем кого-нибудь.

Глава 5.

Пилотская рубка

Едва человек с энергомётами на пальцах обеих рук оказался на нижней палубе, четверо бывших там фиолетовоголовых астронавтов сразу же дружно загалдели.

– Они спрашивать, что надо, – сказал переводчик. – Говорить, пики низя тут.

Виталий обвёл взглядом суйтцев. Пилоты были сдержаннее, чем учёная братия, и не бросались сражаться с гигантом. К тому же вооружённым. Затем Чур изучил небольшое помещение, сплошь увешанное экранами. Между ними светилось множество датчиков и тумблеров, подписанных карикатурными символами. Всё такое миниатюрное, предназначенное для маленьких пальцев коротышек. Человек тут работать не сможет.

Во время перелёта к суйтцам Чур не поленился нанести визит в штурманскую и выспросил у спецов координаты базирования форпоста Космической Федерации. Для людей расстояние от ближайшей освоенной планеты на световой год в сектор ρ Персея дальний рубеж. Чур и сам не знал тогда, зачем ему эти сведения. Но теперь был доволен собственным любопытством. Осталось уговорить коротышек проложить маршрут, ведь в чужой технике он совсем не разбирался.

– Кто навигатор? – грозно спросил Виталий.

– Он, – указал Лиросо на сидевшего у левой стены «баклажана».

Сперва Чур не улавливал разницы между суйтцами. В своих чёрных комбинезонах все они выглядели одинаково. Но по мере общения с ними он постепенно стал находить отличия. Так, у навигатора разрез глаз оказался более узким, ближе к китайскому, а само лицо – выпуклым.

– Лиросо, ты должен переводить дословно, – велел Чур. – Предупреждаю: начнёшь хитрить и искажать смысл – пострадаешь. У нас есть поговорка: сколько верёвочке ни виться, всё равно будет конец. Суть в том, что правда обязательно выплывет. Мы понимаем друг друга?

– Я думать.

– Вот и хорошо. Спроси у навигатора, известно ли ему, где суйтцы подбили космолёт людей.

– Он не знать, – уверенно заявил переводчик.

– Почему ты так решил?

– Ты вчера лететь сюда на корабль.

– Кто меня доставил?

– Аиси. Военный.

– Всё равно спроси навигатора.

Виталий наблюдал за диалогом суйтцев. Коротышки о чём-то спорили, и кукольный писк резал ухо высокими частотами.

– Лиросо, переводи. – Чур устал ждать.

– Капитан говорить, мы не лететь. Далеко.

– А навигатор знает координаты?

– Да.

– Великолепно. Пусть рассчитывает маршрут. Когда закончит, сразу же отправляемся.

– Ты не понимать! – взвился переводчик. – Корабль мал и летать тока в система.

– Лиросо, почему ты врёшь? – В голосе Виталия послышались угрожающие нотки, и высоколобый коротышка сжался. – Не надо считать меня тупым пики. Я разбираюсь в космической технике. Корабль такого класса может преодолевать межзвёздные расстояния. И мне известно, что вы недавно вернулись из дальнего космоса.

– Мы не лететь! – твёрдо заявил Лиросо. – Ты не понимать! Мы низя уйти с орбита. Капитан говорить, ты сдаться. И всё карошо.

– Кто капитан?

– Америсо, – указал переводчик на стоявшего у правой стены космонавта. Тот отличался от сородичей самым большим ростом и приплюснутой макушкой.

Виталий шагнул к «баклажану», достигавшему ему до бедра. Взяв за отворот кителя, Чур поднял капитана к своему лицу. Надменное выражение у суйтца мигом испарилось, и он ухватился маленькими ручками за плечо человека.

– Лиросо, переводи. Я хочу договориться по-хорошему.

«Баклажан» тут же пропищал на своём языке.

– Если доставите меня домой, будете жить, – добавил Чур. – Если нет, я всех съем.

– Ты врать! – заявил переводчик. – Мы иметь другой… структур. Наш воздух ты вред. Наш еда ты вред.

– Ты прав, – ухмыльнулся Виталий. – Но понимаешь, голодному человеку без разницы. Скажи, ты уже выбрал, с какой частью тела расстанешься первой? Мне надоедает твоя болтовня и всё больше хочется кушать.

– Я… – высоколобый тяжело вздохнул и отвернулся.

– Продолжаем беседу. Итак, капитан, вы доставите меня в нужный сектор космоса?

Виталий смотрел прямо в глаза коротышке. Тот почувствовал себя неловко и опустил голову.

Лиросо перевёл вопрос и вскоре дал ответ:

– Корабль лететь.

– Отлично. Я никого не обидел? – поинтересовался Виталий, поставив Америсо на пол.

– Нет, – за всех сказал высоколобый.

– Хорошо. Чем скорее доберёмся к моей планете, тем вы быстрее вернётесь домой. Люди не издеваются над пленными, как вы, и не заставляют батрачить на себя. И ещё, Лиросо, скажи капитану: я буду у энергоустановки. Если почувствую угрозу, то взорву корабль. Мне терять нечего.

Пока Лиросо переводил, Виталий изучал коротышек. Суйтцы внимали, опустив глаза. Но по реакции существ иной расы Чур не мог определить их отношение к услышанному. Возможно, язык их тел говорил о полном отрицании и несогласии с волей человека. Но по крайней мере, открыто «баклажаны» не роптали.

– А теперь я хочу увидеть космос, – произнёс Чур. – Скажи навигатору подключить наружные камеры.

Лиросо перевёл, и узкоглазый коротышка запустил аппаратуру. На маленьком экранчике, дававшем расплывчатое изображение, видимо настроенное под суйтцев, Виталий рассмотрел далёкое жёлто-зелёное солнце. Если исходить из размеров светила, корабль примерно на орбите Земли. Что понятно – оптимальная зона жизни.

– Покажи планету, возле которой мы находимся, – сказал Виталий.

Лиросо перевёл. Навигатор покрутил ручкой над экраном, и Чур увидел на фоне чёрного космоса огромный бело-синий овал. Из-за него полумесяцем выглядывал крохотный спутник.

– Как вы называете свой дом?

– Ссуйцамисара, – с благоговением произнёс Лиросо.

– А перевести можешь?

– Мать суйтцев.

– Красиво. А у спутника есть имя?

– Усивамасия. Старший… э-э-э… слуга.

– А есть и младший?

– Народ суйтц.

– Понятно, – кивнул Виталий. – А что за корабль висит на орбите?

Лиросо вздохнул и, словно делая над собой огромное усилие, ответил:

– Космос-город.

– Там живут суйтцы?

– Да.

Чувствовалось, как неохотно переводчик рассказывает чужаку о своём мире. Что ж, ничего удивительного и вполне ожидаемо.

– Спроси, когда мы стартуем. – В голосе человека звучал металл.

– Два часа, – ответил Лиросо.

– Великолепно. Я поднимусь на верхнюю палубу, чтобы не мешать экипажу. Но я вернусь.

Лиросо перевёл, и суйтцы заметно приободрились. Ещё раз напоследок обведя взглядом коротышек, Виталий направился к выходу. Внутренний голос убеждал: «баклажанам» нельзя доверять. Однако, чтобы контролировать ситуацию на корабле, нужно держать под наблюдением всех.

Виталий шёл к лестнице за переводчиком. С верхнего яруса не доносилось ни звука. Чур надеялся, что суйтцы угомонились и больше не станут злить человека, способного запросто их уничтожить. Но на последней ступени Лиросо внезапно остановился и вдруг рухнул без сознания.

«Баклажаны» не желали мира. Оставшаяся на верхней палубе учёная братия устроила засаду. Виталий осторожно высунулся. Четверо коротышек в скафандрах со шлемами на головах, едва завидев человека, тут же открыли баллоны и пустили газ.

Подхватив Лиросо, Виталий ретировался и, вновь оказавшись в пилотском отсеке, захлопнул дверь.

Экипаж с подозрением уставился на быстро вернувшегося гиганта.

– Америсо, сийо (взлетай)! – приказал Чур капитану, усвоив некоторые понятия во время диалога суйтцев.

Но коротышка лишь покачал головой.

– Пики треньк, – выдал тот надменно.

Виталий ещё не знал этого слова, хотя и слышал несколько раз. Но перевести сейчас некому – Лиросо в отключке. А судя по тону, капитан угрожал. Бунт на корабле. Не глядя, Чур махнул рукой. Стоявший рядом «баклажан», ударившись о стену, упал на пол.

– Америсо, сийо, – твёрдо произнёс Виталий.

– Пики треньк, – повторил капитан уже не так уверенно.

Виталий схватил ближайшего суйтца и придавил ему руку. Фиолетовоголовый отчаянно завизжал.

– Америсо, сийо, – зловеще выдохнул Чур.

Капитан растерянно смотрел на корчившегося от боли члена экипажа.

– Ну?! – грозно прошипел Виталий.

Америсо сдался и залепетал по-своему. Навигатор тут же метнулся к пульту справа. Вскоре Чур увидел на экране, что корабль начал маневрировать. Лишь тогда отпустил визжавшего коротышку. Тот упал на колени и, обхватив пострадавшую руку, жалобно всхлипывал. К нему тут же бросился один из товарищей и принялся оказывать помощь.

Чур сел на пол и прислонился к двери. Слабость навалилась мгновенно и застигла врасплох. «Баклажаны» сегодня изрядно потрепали нервы. А ещё, вероятно, и газа вдохнул. Фильтры в носу, конечно, защитили. Но Лиросо отрубился сразу.

Виталий закрыл веки и постарался расслабиться.

– Почему не отвечаешь? – неожиданно донёсся мыслепоток Ашаш.

– Я тебя не слышал, – удивился Чур.

– Я находился рядом с тобой и пытался общаться. Я хотел предупредить о действиях суйтцев наверху. Но ты не отвечал.

– Я ещё не понимаю, что происходит, – задумался Виталий. – Сейчас, Ашаш, я слышу тебя. А когда беседовал с коротышками, нет. Вероятно, я расслабился, и сознание начало воспринимать слабые энергии.

– Досадно. Получается, мы не всегда можем общаться.

– Со временем мы что-нибудь придумаем. Но сейчас мне нужно отдохнуть. Я засыпаю на ходу. Ашаш, ты покарауль суйтцев. Если что – сразу же буди меня.

– Тебе необходимо сбалансировать внутренние потоки. Я помогу.

– Спасибо, – ответил Виталий и тут же отключился.

Глава 6.

Коварство суйтцев

Чур открыл глаза. Отдых пошёл на пользу: в голове была ясность, а в руках – сила.

Вокруг стояли озабоченные суйтцы. В том, что коротышки замыслили какую-то пакость, сомневаться не приходилось. Но «баклажаны» держались спокойно и не приближались к пленнику. Значит, нужно срочно выяснить, что они задумали.

– Ашаш, как дела? – мысленно спросил Чур.

– Я вижу нарастание слабых видов энергии, направленных от суйтцев к тебе.

– Снова пытаются гипнотизировать. Ашаш, благодарю за помощь. А ты можешь сказать, летит корабль или завис на месте?

– Не летит.

– Спасибо, друг.

Неожиданно волна приятных эмоций затопила душу.

– Витли, я очень рад, что ты назвал меня другом, – воодушевлённо сообщил Ашаш. – Больше всего кохлоты ценят дружбу.

– Люди тоже.

Чур открыл глаза и посмотрел на переводчика. Тот пришёл в сознание и расслабленно лежал на полу.

– Лиросо, я очень недоволен вами, – произнёс Виталий. – Особенно капитаном Америсо. Вы постоянно врёте. Боюсь, мне придётся наказать вас.

В следующий же миг Чур ощутил, как спало напряжение. Коротышки прекратили гипноз.

– Мы не врать, – прошептал измученный переводчик.

– Тогда почему мой корабль не покинул орбиту Ссуйцамисара?

– Мы лететь, – сказал Лиросо, бросив на капитана тревожный взгляд.

– Я понял, что суйтцы – злобные вруны, – осуждающе произнёс Виталий. – Нельзя доверять ни одному вашему слову. Вы как малые дети.

– Кто такой дети? – настороженно спросил переводчик.

– У вас есть маленькие суйтцы, ещё не ставшие взрослыми?

Коротышка задумался. Странно, но вопрос явно поставил его в тупик.

– Есть неучёный суйтц, – наконец ответил высоколобый. – Он жить Космос-город.

– Нет. Ты заблуждаешься. Я вижу детей перед собой. Вы пытаетесь обмануть взрослого и думаете, у вас получится. У нас обычно наказывают за такое. И вот я решаю, что мне сделать.

– Не наказать суйтц! – Лиросо с испугом уставился на человека. А руки прижал к груди, по-видимому опасаясь, что гигант раздавит их.

– Хорошо, – выдохнул Чур. – Даю вам последнюю возможность избежать страшной кары. Я здесь посижу и понаблюдаю за экраном. Хочу увидеть, как звездолёт покидает систему.

Виталий скрестил руки и уставился на коротышек. Едва ворочая языком, Лиросо перевёл волю человека. Очевидно, ему очень не нравилось быть голосом пики, но он оказался заложником обстоятельств и ничего не мог с этим поделать. Капитан стиснул кулаки и поджал губы, но повернулся-таки к «баклажану» с перебинтованной рукой и начал отдавать распоряжения.

– На верхнем ярусе суйтцы готовят пакость, – пробился в сознание мыслепоток Ашаш.

– Шлемы сняли? – уточнил Виталий и, уловив непонимание, образно показал кохлоту, что имел в виду.

– Да. Но один в шлеме находится у лестницы.

– Ясно. Значит, можно наведаться туда.

– Витали! – раздался писклявый голос Лиросо.

Чур открыл глаза и посмотрел на переводчика. У коротышки на лице застыл страх.

– Корабль сийо, – прошептал суйтц.

Человек перевёл взгляд на экран и увидел размытое изображение светлых точек. Космолёт действительно вышел на межзвёздную скорость. Но Чур сомневался, что «баклажаны» легко сдались.

– Надеюсь, курс верный. Лиросо, предупреди капитана, чтобы не вздумал привести корабль в расположение флота. Я уже говорил: мне терять нечего. Я просто взорву космолёт вместе с вами. Но если вы доставите меня домой, то мы мирно расстанемся. Это я обещаю.

Коротышка перевёл. Капитан Америсо задумчиво посмотрел на человека. Он явно колебался. Но всё-таки принял решение и, закрыв глаза, кивнул.

– Надеюсь, мы поняли друг друга, – удовлетворённо произнёс Чур. – А теперь, Лиросо, мы должны подняться на верхнюю палубу.

Затравленный взгляд коротышки отлично выразил его мысли по этому поводу. Но проявив благоразумие, высоколобый не стал возражать.

– Лиросо, тебе сейчас лучше быть на моей стороне, – заметил Виталий. – Когда мы в прошлый раз поднимались, не я пострадал, а ты. Я знаю, твои сородичи на верхнем ярусе придумали для меня ещё какую-то пакость. Но ты должен понимать: опять в первую очередь достанется тебе. Поэтому хорошо думай, что и как будешь говорить. Я гарантирую: если точно переведёшь мои слова, никто не пострадает.

– Мы страдать, – выдохнул Лиросо, ожидая наказания за возражение. – Ты ломать наш жизнь.

– У людей есть поговорка: что посеешь, то и пожнёшь. – Виталий сложил руки на груди, чтобы коротышка не боялся удара. – Я рассказывал, что мы везли раненых суйтцев, намереваясь вернуть их домой. Но ваш корабль расстрелял нас, даже не попытавшись вступить в переговоры. Ты мне не верил. Но как видишь, в мире не всё просто. Вы первыми начали сеять зло.

Коротышка не спешил спорить. Сейчас он выглядел лучше: синяя кожа постепенно обретала здоровый фиолетовый оттенок. Виталий уже заметил, что суйтцы быстро восстанавливаются после травм. Возможно, в их маленьких телах скорее происходит обмен веществ.

– Лиросо, наши расы едва соприкоснулись, – продолжил Чур. – Мы ещё мало знаем друг о друге. Произошло то, что рано или поздно случилось бы. Вы пожинаете плоды своих необдуманных действий. Не знаю, с кем из людей вы сталкивались, раз сумели выучить наш язык. Но сейчас вам не повезло. Я настоящий солдат. Моё ремесло – сражаться и убивать. Я просто выполняю свою работу и делаю то, чему обучен. Ты понимаешь меня, Лиросо? У вас нет выбора. Донеси мысль до остальных. Вы живы лишь потому, что мне это выгодно. И я не хочу создавать о себе и о людях негативное представление в надежде, что наши лидеры смогут договориться о мирном сотрудничестве. Иначе вам будет очень плохо. Я уже оценил технику и уровень цивилизации Ссуйцамисара. Заверяю, преимущество не на вашей стороне.

Переводчик закусил руку, всё равно как маленький ребёнок. Виталий не знал, о чём думал суйтц, но надеялся, что коротышка понял смысл услышанного.

– Лиросо, я вижу, ты боишься подниматься наверх, потому что знаешь: там ожидают неприятности.

– Я не хотеть ити, – признался высоколобый, и Виталию показалось, что «баклажан» сейчас расплачется.

– Ты не виноват, что всё так обернулось, – по-дружески ободрил его Чур. – И я не мечтал попасть к вам в плен. Я ведь летел с благими намерениями, надеясь, что верну суйтцев домой и мы договоримся с вашими правителями о мире и дружбе. Люди никому не желают зла. Но так сложились обстоятельства из-за неверных действий аиси.

– Зачем ты брать наш корабль? Это плохо.

– Лиросо, зло всегда оборачивается против того, кто его сотворил. В данном случае позиция суйтцев привела к конфликту со мной. За всё когда-то приходится отвечать, и любые проблемы однажды предстоит решить. Вы должны сейчас расплатиться за неправедное дело и доставить меня домой.

– Там ты убить нас.

– Почему? Разве вы всегда так поступаете – обещаете, а потом обманываете?

– Нет. Суйтц правильно делать. У нас есть законы.

– Лиросо, я пообещал, что вы вернётесь домой. А я хозяин своего слова. Заметь, я тебя ещё ни разу не обманул. Если поймаешь меня на лжи, тут же скажи. Договорились?

– Карошо.

– Ну а теперь идём на верхнюю палубу.

Лиросо печально опустил голову и покорно зашагал к выходу. Чур следовал за ним. Экипаж провожал их напряжёнными взглядами. Но стоило человеку ступить на лестницу – сзади раздался звук захлопнувшейся двери в пилотскую. Виталий сразу понял: суйтцы устроили засаду.

На верхней палубе послышался топот. Учёная братия готовилась встретиться с взбунтовавшимся пленником. Чур поднял Лиросо над собой, пряча за ним голову, и подключил энергомёты. Как оказалось, работали лишь два. На остальных огни не горели – разряжены.

Суйтцы начали действовать с опережением: Виталий услышал шипящий звук. Без сомнения, коротышки открыли баллоны с каким-то газом. Как и в прошлый раз. Но теперь отступать некуда.

Подняв вооружённые пальцы над уровнем пола, Чур выстрелил в направлении шума и тут же услышал звук падающих тел. Но не все «баклажаны» попали в зону поражения энергомёта. Виталий, поворачивая кисть, продолжал обстрел по кругу. Среди суйтцев поднялась паника, они забе́гали, пытаясь спастись. Но безуспешно. Чур различил звук падения ещё двух коротышек. Итак, из пяти остававшихся на верхней палубе четверо выбыли из игры.

– Витали, я плохо, – прошептал Лиросо и обмяк.

Чур пока не чувствовал воздействия отравляющего вещества. Может, защитили носовые фильтры. Но ведь и суйтцы – не дураки.

На верхней палубе воцарилась тишина. Виталий поднялся по лестнице и осмотрелся. На полу у стен, как и предполагал, лежали четыре коротышки. От баллона не доносилось ни звука. То ли весь газ вышел, то ли некому было давить на клапан.

Чур сделал пару шагов и неожиданно ощутил боль в правой руке. Обернувшись, Виталий увидел коротышку в скафандре, державшего какое-то продолговатое оружие, похожее на автомат. Человек выстрелил из энергомёта, и суйтц упал. Чур в два шага настиг «баклажана» и буквально сорвал с него шлем. И тут ощутил, как сознание проваливается во тьму. Злобные коротышки переиграли.

Виталий успел сесть на пол и отключился.

Глава 7.

Чур снова освобождается из плена

Приятный светлый поток нёс куда-то вдаль. Тут всё было незнакомым и удивительным. Вокруг переливались разноцветные струи, непостижимым образом распределявшиеся по всевозможным направлениям. Царили буквально волшебные, просто невероятные гармония и покой. Так здорово! Хотелось навсегда остаться в этой среде и впитывать в себя благотворную энергию. Она насыщала и придавала сил. Внутренний потенциал возрастал с каждым мигом, и возникло ощущение всемогущества.

– Пора возвращаться, – донёсся мыслепоток Ашаш, и рядом появилось нечто живое. Оно не имело формы, но излучаемая им энергия была приятна и гармонична.

– Мне здесь нравится, – блаженствовал Виталий.

Ашаш впитал эмоцию. И вскоре от него возвратился тёплый поток.

Силы прибывали, а волшебный мирок становился всё теснее. Появилось желание вырваться отсюда. Словно отвечая на запросы изменения, пространство обрело статичность, а потоки слились в нечто огромное целое и затвердели.

– Мы возвращаемся, – известил Ашаш.

Виталий открыл глаза. По-прежнему отсек у лестницы. Суйтцы исчезли. Чур сделал глубокий вдох и тут же ощутил, как обожгло лёгкие, а в голове снова поплыло. Что-то не так. Он перекатился на спину и левой рукой провёл по лицу. В носу нет фильтров. Виталий разозлился: «Проклятые „баклажаны“ решили меня убить. Сперва напустили какого-то газа, затем выстрелили усыпляющей либо отравляющей пулей. Теперь без еды и во вредной среде я долго не протяну».

Закипев от злости, Чур рванулся было встать, но не смог. Оказалось, ноги и правая рука стянуты металлическими скобами и зафиксированы у пола замками. Свободна только левая рука, которую он, упав, придавил собственным телом. Видимо, коротышки не смогли перенести человека и оставили здесь, пока не умрёт. А обездвижили, вероятно, для самоуспокоения.

– Ашаш, я опять скован, – пожаловался Чур. – Суйтцы не хотят везти меня домой, а решили убить.

– Витли, ты должен придумать, как освободиться, – пришёл мыслепоток кохлота. – Иначе я никогда не вернусь в свой мир.

– Поверь, Ашаш, я бы сдержал данное слово. Но я теряю силы и, кажется, умираю.

– Витли, один раз у тебя получилось – значит, сможешь опять. Не беспокойся о целостности оболочки. Я удалил дисгармоничные компоненты из твоей энергетической структуры. Но дальше ты решаешь сам. В мире кристаллоидов я лишь помощник.

Чур осмотрел правую руку. На предплечье, куда попала отравленная пуля суйтца, было тёмное пятно. Но когда он провёл пальцами по ране, кожа очистилась, и больше ничто не напоминало о травме.

– Спасибо, друг, ты снова выручил меня, – обрадовался Виталий. – Спас жизнь. Я в долгу перед тобой.

– Суйтцы идут, — предупредил Ашаш.

Виталий приоткрыл левый глаз и увидел входивших коротышек. «Баклажаны» шли спокойно и совсем не боялись пленника. Чур узнал всех: Олисоно, воинственный «бычок», любитель поспать и последний из той пары, что хотели застрелить человека.

Виталий посмотрел на руки. Энергомётов нет. «Оказывается, я долго спал, раз суйтцы успели забрать оружие. Итак, начинаем всё с начала. Но теперь, увидев коварную натуру фиолетовоголовых, я не стану с ними церемониться».

Входя, коротышки что-то буднично обсуждали. Возможно, даже спорили. Но возле человека их беседа приобрела мирный характер. Никто из них не смотрел в лицо поверженного гиганта. Достав какие-то инструменты, «баклажаны» приблизились к половому органу мужчины с явным намерением что-то туда ввести.

Движения Виталия были стремительны. Одним мощным ударом он оглушил стрелка и соню, наклонившихся над его бедром. Столкнувшись, коротышки тут же рухнули без сознания. Виталий схватил Олисоно и притянул к себе. А «бычок» успел отскочить к стене.

– Лиросо! – позвал Чур.

Главный суйтц что-то лопотал и даже пытался вырваться. Но Виталий перебросил «баклажана» через себя и сжал его шею правой кистью. Ударившись о пол, Олисоно присмирел.

– Лиросо! – крикнул Чур.

В отсек вбежал ещё один коротышка и направил на человека энергомёт. Но стоявший у стены «бычок» что-то ему пропищал, указав на придушенного руководителя.

– Ты верно говоришь, – кивнул Виталий. – Если выстрелите в меня, Олисоно треньк.

Главный суйтц с трудом дышал, но Виталий и не думал ослаблять хватку.

– Лиросо! – взревел Чур, и переводчик наконец появился в отсеке. Теперь на нём был белый шлем, а цвет кожи стал почти синим. Очевидно, коротышка был нездоров.

– Вот и ты, мой друг, – улыбнулся Виталий. – Без тебя мне скучно. Что это у тебя на голове?

– Я бальть, – выдохнул Лиросо и прислонился к стене.

Чур задумался, пытаясь уяснить смысл услышанного.

– Правильно на галакто – «заболел».

– Я за-бо-лел, – повторил высоколобый.

– Молодец, делаешь успехи, – похвалил Виталий. – Я, конечно, сочувствую, но как видишь, без твоей помощи у меня ничего не получается. Иди сюда, Лиросо.

Когда суйтц приблизился, человек похлопал ладонью по полу, и коротышка послушно сел рядом.

– Как зовут товарища? – Виталий показал взглядом на «баклажана» с энергомётом.

– Астаили.

– Скажи ему, чтобы отдал мне оружие и принёс ключи от наручников.

Лиросо перевёл, но суйтц лишь пронзительно заверещал в ответ.

– Что он сказал? – поинтересовался Чур.

– Астаили говорить: я плох, и он не делать.

– Тогда скажи, – произнёс Виталий, – я сейчас начну загибать пальцы. Если Астаили не отдаст мне оружие, как загнётся последний, я придушу Олисоно.

– Ты кароши человек, Витали, – сказал переводчик. – Ты не убить суйтц.

– Вы не оставили мне выбора. На кону моя жизнь. А в этом случае любое разумное существо превращается в зверя и борется до конца.

Лиросо вздохнул и перевёл. А Виталий поднял руку и загнул мизинец.

Вооружённый коротышка выразительно наставил энергомёт на человека, а Олисоно что-то запищал.

Итак, поединок начался. Кто победит, неизвестно. Но Виталий не собирался отступать. Не отводя взгляда от лица Астаили, он загнул безымянный палец.

Высоколобый закатил эмоциональную речь, а «бычок», стоявший у стены, похоже, высказался за выполнение требований пленника.

Напряжение постепенно нарастало.

– Лиросо, друг, извини, но если Астаили выстрелит, то и ты больше не жилец. Я успею прикончить тебя. Можешь перевести.

– Он думать, я менять суйтц на ты, – выдохнул коротышка. – И хотеть убить я.

– Ты передай ему, что я сказал. И ещё добавь: на его совести будет два трупа сородичей. Астаили сможет с этим жить?

Виталий улыбнулся целившемуся в него «баклажану» и выразительно прижал к ладони третий палец.

Лиросо перевёл. Чур увидел, как лицо суйтца задрожало. Без сомнения, коротышка боролся с собой.

Рука Виталия сильнее сжалась на горле Олисоно, и тот, задыхаясь, начал извиваться. А Чур загнул указательный палец.

Астаили что-то закричал, но «бычок» резко оборвал его и пропищал, видимо, приказ.

– Он говорить, – перевёл Лиросо, – низя дутс пики дать. Ты один, а суйтц много.

– Остался последний палец, – равнодушно произнёс Чур. – Прости, мой друг Лиросо, я вынужден тебя убить. А затем я уничтожу корабль. А виноват будет Астаили.

Переводчик неожиданно взорвался такой яростной тирадой, что Виталий даже вздрогнул от выплеснувшихся эмоций. Но суйтц с дутсом не пошевелился, и тогда Чур сжал левую кисть в кулак, показав, что счёт закончился, и затем обхватил ею горло Лиросо.

Олисоно уже хрипел на последнем издыхании. Стоявший у стены «бычок» набросился на Астаили с гневными нотками в голосе. А переводчик лишь печально вздохнул и приготовился к смерти, чувствуя, как сильная рука человека начала сжимать его горло.

– Пики треньк! – завопил Астаили и, сорвав дутс, бросил его в пленника. А потом упал на пол и, обхватив голову, заревел. Похоже, нервный срыв.

Виталий отпустил Лиросо и Олисоно и подобрал энергомёт. Итак, пункт номер один выполнен: оружие раздобыл. Теперь нужно освободиться.

– Лиросо, друг, надеюсь, ты не обиделся на меня? – поинтересовался Виталий, натягивая на пальцы браслет дутса.

Переводчик не сдвинулся с места и лишь печально взглянул на человека.

– Я понимай ты, – пропищал он.

– Хорошо. Как зовут того суйтца у стены?

– Памисо.

– Скажи ему, чтобы принёс ключи от замков. Или я начну ломать корабль.

Лиросо перевёл, и «бычок» тут же направился в соседний отсек.

– Ну а ты, друг, помоги Олисоно, – кивнул Виталий высоколобому. – Я вижу, он никак не может отдышаться. Ему нужно лекарство.

– Ты кароши, – прошептал Лиросо.

А затем, переступив через ноги человека, он присел возле начальника. Перемены в отношении переводчика к пики удивили Чура. Но сейчас некогда размышлять. Суйтцы весьма коварны, и доверять им нельзя.

Виталий навёл энергомёт на проём отсека. Памисо, насколько помнится, отличался агрессивностью и даже пытался драться. От него можно ожидать чего угодно.

Зашевелились «баклажаны», оглушённые ударом. Коротышки сели и, потирая ушибы, таращились по сторонам, вникая в суть разыгравшейся трагедии. И оружие на руке человека лучше всего говорило о расстановке сил.

Памисо вернулся быстро, неся ключи на вытянутой ладони. Однако Виталий насторожился.

– Лиросо, скажи другу, чтобы показал обе руки. Бойся суйтцев, дары приносящих.

Коротышка перевёл, и Памисо, вздохнув, протянул вторую конечность, из которой выпал огромный шприц. «Да, тяжело с этими „баклажанами“», – подумал Чур и кивком головы показал «бычку», чтобы отомкнул кандалы. Скривив на мордочке гримасу отвращения, тот сел возле человека и принялся колдовать над замками.

Постепенно суйтцы разошлись. Когда Виталий освободился, с ним остались только Памисо и Лиросо. Теперь стоило обдумать дальнейшие шаги. Без сомнения, фиолетовоголовые так и будут стараться усмирить пленника и восстановить порядок. А чтобы выжить, надо как-то договориться с ними.

– Лиросо, я хочу пить, – сказал Виталий. – На вашем корабле должна быть вода.

– Есть, – кивнул переводчик. – Я дать.

Он быстро вернулся, с трудом неся в руках пластиковую ёмкость. Конечно, в воде могли находиться вредные для человека примеси, но сейчас выбирать не приходилось. В горле пересохло – кажется, вот-вот начнёт скрипеть. Чур в несколько глотков опорожнил сосуд и почувствовал себя лучше. «Поесть бы ещё, – промелькнула мысль. – Но пока рано думать о еде. Надо спасать жизнь».

Глава 8.

Чур и Ашаш запечатывают шлюз

Виталий помассировал конечности и с трудом поднялся. Хорошо ещё здесь пониженная гравитация, иначе пришлось бы худо. Размяв онемевшее тело, Чур, прихрамывая, направился в следующий отсек. Почему-то болела правая нога.

Лиросо шёл за человеком как привязанный. Да и Памисо не отставал. Взглянув на него, Виталий подметил, что «бычок» внимательно следил за каждым движением пленника. Изучает.

Чур уже знал расположение хранилища оружия. Но открыв дверцу, обнаружил за ней пустоту.

– Лиросо, где дутсы?

– Прятать, – отозвался переводчик.

– Я понимаю. Куда?

– Я не знать. Суйтц думать, я помогай ты. И не верить я.

– Ясно, идём дальше.

Пригнувшись, Виталий шагнул в спальный отсек. Астаили, Олисоно и ещё один из коротышек лежали на полках. Четвёртый, видимо пострадавший меньше коллег, ухаживал за ними. Противостояние с человеком оказалось для «баклажанов» серьёзным испытанием.

Чур сел в позу лотоса. Памисо и Лиросо устроились на стульчиках и вопросительно уставились на него. Остальные суйтцы тоже обернулись к нему. Не вызывало сомнения, кто здесь командует парадом. Но сейчас коротышки напоминали затаившихся партизан.

– Лиросо, переводи, – сказал Виталий. – Мы не можем долго продолжать в том же духе. Однажды я просто не рассчитаю силы и ненароком убью кого-нибудь. Впрочем, если вам нравится и дальше подвергаться избиениям, то я с удовольствием доставлю каждому столько боли, сколько пожелаете.

Он внимательно смотрел на коротышек, слушавших перевод. Среди них поднялось ожидаемое негодование.

– Давайте подведём краткие итоги нашей маленькой войны, – предложил Виталий. – У каждого из вас, за исключением, пожалуй, лишь Памисо, как минимум сотрясение мозга. У одного из пилотов раздавлена рука.

Услышав перевод, «баклажаны» тут же загалдели.

– Лиросо, что они говорят?

– Суйтц ругать ты.

– Конечно, очень удобно – свалить вину на кого-то. Тем более на чужака. Я нарушаю ваши планы и не соответствую роли, которую вы хотели мне навязать. Я несговорчивый пленник. Но попробуем взглянуть на ситуацию с другой стороны. Вы желаете убить меня. Что я вам сделал плохого?

– Ты слушать суйтц, – перевёл Лиросо.

– Разве? Объясните, почему вы решили, что суйтцы лучше остальных и могут издеваться над другими расами? Кто дал вам такое право?

– Ссуйцамисара командовать мир, – сказал Лиросо как-то неуверенно. До сих пор это звучало непреложной истиной, но теперь он только переводил.

– Нет, – выдохнул Чур. – Я пытаюсь говорить с вами как с разумными существами. Вы же учёные и должны хорошо соображать. Но что я слышу в ответ? Лишь глупые детские претензии на мировое господство. Кстати, ничем не подкреплённые.

– Великий суйтц воевать с другой народ. Мы командовать. Наш… армий взять шесть планет.

– И вы считаете, это даёт вам право на экспансию? А вы слышали о Галактическом Содружестве?

– Нет, – перевёл Лиросо.

– В Галактике проживает очень много рас, – сказал Чур. – Для мирного сосуществования было основано Галактическое Содружество, где чётко оговорены правила, что допустимо, а что – нет в отношении других разумных созданий, дабы не ущемлять ничьих интересов. Мировая политика – очень сложная штука. Между государствами существует множество различных точек соприкосновения и союзов. Чтобы взаимоотношения не превращались в бесконечные войны, были выработаны определённые законы. Как я понимаю, суйтцы пока столкнулись лишь с Космической Федерацией Людей – с одним из членов Галактического Содружества. И вы ещё ничего не знаете о нас. Кстати, наше государство – не самое огромное. Есть и побольше.

– Молчать! – внезапно крикнул Памисо, и все тут же уставились на него.

«Что-то новенькое, – отметил про себя Виталий, ожидая продолжения. – Как гласит одно наблюдение, трудности срывают все покровы. Вот „бычок“ и открылся».

– Тут нельзя такое рассказывать! – заявил Памисо на чистом галакто.

– Приятно слышать правильную речь, – сказал Виталий. – Но почему ты запрещаешь суйтцам получать информацию? Вы же учёные и находитесь здесь, чтобы больше узнать о моей расе.

– Ириа не нужны сведения о внешнем мире, – отрезал Памисо.

– Вот как? – Виталий посмотрел на Лиросо, открывшего рот от изумления. – Значит, в Ссуйцамисара есть разные фракции, монополизирующие информацию?

Лиросо кивнул.

– Военный называть аиси. А учёный – ириа…

– Молчи, предатель! – гаркнул «бычок». – Пики ничего не должен знать о Ссуйцамисара. Чужаки никогда не проникнут в наш мир.

– А зачем кому-то лезть к вам? – поинтересовался Виталий. – Что у вас есть особенного? Цивилизация Ссуйцамисара довольно отсталая даже по сравнению с нашей. Я уже не говорю о высших расах.

– Молчать! – взвизгнул Памисо. – Все, кто тут находится, будут убиты, потому что услышали лживые слова пики. Лиросо, не переводи.

– Хм… Памисо, ты противоречишь себе. И знаешь в чём? На ложь, как правило, разумные существа реагируют плохо. Слишком много в ней дисгармонии, которую приемлют лишь те, кто склонен к пороку. А вот на правду совсем иная реакция. Её нутром ощущает каждый. И когда истина воплощается в слова, тут не нужно большой агитации, чтобы общество восприняло идею.

– Я не буду вести с тобой философских бесед. Или ты перестанешь распространять ложь, или я уничтожу тебя.

– Памисо, вы уже не раз хотели убить меня. И пока, как видишь, страдаете больше сами. Я и начал этот разговор с намерением прекратить бессмысленные…

– Если ты такой умный, – важно заявил Памисо, – то должен был понять, что у пики здесь нет будущего. Ты не вырвешься из плена. Тебя приговорили к смерти твои командиры в тот самый момент, когда направили к нам. Посланники всегда умирают. Это закон.

– Стоп! Памисо, ты заблуждаешься. Я летел к вам как посол…

– В Ссуйцамисара нет такого понятия. У нас есть лишь посланники – жертвы. И закон обязывает убивать их. Тем признаётся право сильного над слабым.

– Ну и варвары же вы…

– Ты не можешь своим грязным ртом осуждать великих суйтцев! – взвизгнул коротышка, выскочив из кресла. – И за это будешь наказан.

– Памисо, – выдохнул Чур, – всё, что я слышу от тебя – разговоры о наказании. Но замечу, подобная тактика ведёт к поражению. Вот я до сих пор и одерживал над вами победу.

– Ты никогда не выиграешь, поскольку уже труп. Суйтцы приговорили тебя к смерти в тот самый момент, как нашли живым на вашем примитивном кораблике, где не было ничего полезного для аиси. Лиросо сказал: за тобой здесь наблюдают. И единственная твоя роль – подопытного. Мы должны научиться убивать вас, чтобы раса великих суйтцев могла восторжествовать над миром и занять подобающее ей положение лидера.

– Ну и как? Опыты продвигаются успешно?

– Мы всё равно найдём способ убить тебя!

Виталий покачал головой.

– Памисо, одна мудрость гласит: чем меньше человек, тем больше у него амбиций и желания возвыситься. Но такая личность одерживает победу лишь в том случае, если сумеет привлечь сильных. А пока у вас я не вижу ничего, что было бы полезно другим народам. Да, у вас есть планеты. Но законы Галактического Содружества запрещают пришельцам вмешиваться в жизнь коренного населения. А если кто и заинтересуется вами, то просто уничтожит всех жителей. У рас, давно построивших огромные империи, есть весьма эффективное оружие. И кстати, продвигаясь вглубь галактики, вы не завоюете больше ни одного мира, поскольку встретитесь с сильным противодействием.

– Ты лжёшь! До сих пор никто не мешал великим суйтцам завоёвывать другие планеты. Мы захватим и твой мир, потому что вы слабые и трусливые. Вырвавшись из оков, ты никого не убил. А значит, сам не достоин жизни. Господин не допустит унижения и прикончит оскорбившего его.

– А тебе не приходило в голову, что я не убивал вас, потому что это неправильно? Всё же я чувствую себя здесь гостем.

– Ты пленник. У людей что, принято сажать гостей на цепь?

Виталий бросил взгляд на Лиросо, неутомимо переводившего остальным. Да, тяжело беседовать с Памисо. Но такой разговор необходим, чтобы и самому понять суйтцев, и объяснить им позицию Космической Федерации.

– Я допускаю, что мы плохо знаем друг друга и не понимаем, – сказал Чур. – И поскольку я летел к вам на переговоры, то до сих пор остаюсь послом доброй воли.

– Ты что, совсем тупой? С человеком на Ссуйцамисара не будут говорить. Твоя роль – быть подопытным. Великие суйтцы никогда ни с кем и ни о чём не договариваются. Мы господа над миром. И мы сами решаем, кому и что приказывать.

– Если Ссуйцамисара ведёт такую политику, – заметил Виталий, – я могу предсказать со стопроцентной вероятностью: мир ваш обречён. Едва вы столкнётесь с равным, а ещё хуже – с превосходящим вас в технологии противником – система, построенная на таких взглядах, быстро разрушится.

– Всё! Хватит! Я больше не могу слушать эти трусливые рассуждения. Я убью тебя! – воскликнул коротышка, воинственно приближаясь к человеку.

– Лиросо, как в вашем обществе будет выглядеть, если я сверну шею Памисо?

– Закон суйтц говорить: сильный можно убить слабый при другой.

– Видишь, Памисо, я могу прикончить тебя, и меня за это не накажут. Но я не стану, поскольку есть более великие законы, гласящие, что жизнь каждого существа бесценна. И как бы вы ни заблуждались, справедливость всё равно восторжествует.

Слабый толчок всколыхнул корабль. Без сомнения, кто-то пристыковался. В таком случае напрашивались следующие выводы: либо звездолёт суйтцев никуда не улетал с орбиты планеты, либо он был умышленно направлен капитаном в зону расположения военного флота. И теперь сюда прибыли аиси. Иных причин для стыковки с другим транспортом Чур не видел.

– Мы ждём гостей? – поинтересовался Виталий у Памисо.

«Бычок» внутренне преобразился и, бросив на человека взгляд победителя, не проронив ни слова, направился в соседний отсек.

– Я думать, Памисо звать аиси, – прошептал Лиросо на ухо Виталию. – Плохо. Если ты жить, мы помогать, и ты лететь домой.

«Хм… Вот и возможный сценарий возвращения, – подумал Виталий. – Чего я и добивался».

– Ты предлагаешь сотрудничество? – уточнил Чур. – На каких условиях?

– Потом.

– Ладно, – кивнул Виталий. – Скажи, куда спрятали оружие.

– Я не знать. Памисо не верить я. Но я искать.

«Странный расклад, – задумался Виталий. – Как понимать Лиросо? Не собирается же он предавать свою расу. Тогда что? Напрашивается предположение: ириа боятся за жизнь и изыскивают способ избежать смерти. Возможно, у переводчика расчёт на сильного человека. Но суйтцы коварны, и им нельзя доверять. А с другой стороны, мне нужны союзники».

– Хорошо, – кивнул Виталий. – Ищи. А я пойду встречать гостей.

Чур поднялся на верхний ярус и обнаружил там Памисо, стоявшего у шлюза. Примечательно, что никто не сопровождал «бычка». А значит, у него здесь не было сторонников. Отсюда напрашивался вывод: Памисо – агент военной фракции аиси на исследовательском корабле ириа. Попав в столь трудную ситуацию, он, чтобы вернуть пленника под контроль, оказался вынужден раскрыться и запросил помощь.

– Ашаш, ты ещё тут? – поинтересовался Виталий, закрыв глаза.

– Конечно, – сразу отозвался кохлот. Но его мыслепоток был на грани восприятия. – Ты настоящий энергетический вихрь в этом дисгармоничном хаосе. Тебя невозможно игнорировать.

– Ашаш, есть идея, – продолжил Виталий. – Помнишь, как ты освобождал меня от наручников?

– Конечно.

– Отлично. А мы смогли бы провернуть ещё фокус в том же духе?

– ???

– К этому кораблю пристыковался ещё один. Я не хочу, чтобы новые суйтцы проникли внутрь. Начнутся боевые действия, и я погибну.

– Что нужно сделать?

– Если не откроется шлюз, то гости не смогут зайти. И мы спасём жизни коротышек на этом корабле. А также мою. Если бы ты соединил между собой пару деталей… – Виталий мысленно показал, что имел в виду.

– Я слабый кохлот, – пожаловался Ашаш. – Не в моих силах воздействовать на кристаллические структуры. Но я не могу не попытаться спасти жизнь друга. Мы должны попробовать вместе.

– Как тебе помочь?

– Приложи руку туда, где планируешь связь. Я позаимствую часть твоей энергии, и тогда, возможно, у нас получится.

– Действуем.

Виталий подошёл к шлюзу и коснулся места прилегания корпуса и открывавшейся створки.

– Глупый человек думает, что удержит аиси? – злобно усмехнулся Памисо. – Ты не сможешь противостоять нашей технике и военной мощи. Пики осталось жить ещё несколько вздохов, и затем ты сдохнешь.

Коротышка продолжал сыпать угрозами, но Виталий, игнорируя словесный поток злобного «бычка», сосредоточился на главном. Когда его рука прижалась к месту соединения, Ашаш приблизился. По телу человека прошла обжигающая волна. Затем энергия сконцентрировалась в одной точке, и металл стал нагреваться. Чур ощутил слабость. Кажется, все силы покинули его. Кохлот буквально высосал жизнь из огромного тела. Когда стена раскалилась, Чур сумел лишь отдёрнуть кисть и в тот же миг рухнул на пол. Тяжёлое испытание.

– Что ты наделал?! – Памисо, казалось, позеленел от негодования. – Ты зачем сломал шлюз? Да что ты себе позволяешь?!

Виталий отрешённо смотрел на бесновавшегося коротышку, злобно поносившего тупого человека. Сейчас у него не было ни желания, ни сил отвечать Памисо.

Вскоре корпус задрожал от ударов, но створка шлюза не сдвинулась с места.

– Ашаш, мы реализовали сумасшедшую идею, – обрадовался Чур.

– Я не думал, что у меня получится, – ответил кохлот. – Я никогда не пытался воздействовать на кристаллические структуры. Ведь для изменения связей требуется колоссальная энергия. Но теперь я начинаю понимать, что наблюдал у господина омуе. Витли, наша встреча помогла мне постичь тайны ошио.

– Я тоже рад, что мы познакомились, – успел подумать Чур, и его сознание начало медленно угасать. Опыт плавки металла забрал все силы.

– Я сейчас помогу тебе, – на грани восприятия различил Виталий мысль Ашаш и тут же утратил связь с реальностью.

Глава 9.

Чур беседует с Памисо

Виталий открыл глаза и осмотрелся. Возле него собрались все коротышки. Даже пилоты, хотя те, как правило, не покидали нижнюю палубу. Один из суйтцев что-то пищал в приказном тоне, а остальные покорно ему внимали. Присмотревшись, Чур узнал Памисо.

– Лиросо, друг мой, чего хочет от вас этот злюка? – спросил Виталий, и коротышки сразу повернулись к человеку. А «бычок», умолкнув, сжал кулачки.

– Мы думать, ты треньк, – ответил переводчик. И в его голосе ощущалась (что удивительно) радость. – Сердце не бить. И мы решать, как убрать ты.

– Видишь, я ещё жив, – усмехнулся Виталий и поднялся, разминая затёкшее тело. – Долго я тут лежал?

– Кантин, – ответил Лиросо.

Чур понятия не имел, сколько это, но поскольку тут успели собраться все члены экипажа, он сделал вывод: немало.

– А что с пристыковавшимся кораблём?

– Ждать. Аиси делать проход.

– Не советую, – покачал Виталий головой. – Аиси убьют вас.

Когда Лиросо перевёл это остальным, на лицах суйтцев отразился страх.

– Мы должны продолжить наш разговор, прерванный стыковкой корабля, – сказал Чур.

– Ты глупый человек, – заявил Памисо, стремясь перехватить инициативу.

– Довольно. Я тебя наслушался, – перебил Виталий «бычка» и снова уселся. Потолок тут низкий – ссутулившись неудобно стоять. – Ты уже сказал всё, что мог. А теперь я хотел бы побеседовать с более разумными суйтцами.

– Да как ты смеешь на меня повышать голос! – взорвался Памисо. – Я здесь самый главный и распоряжаюсь жизнями всего экипажа. И твоей.

– Ты уже надоел! – не сдержался Виталий. – Если услышу от тебя ещё хоть слово, накажу.

– Ты не смеешь мне приказывать! – заорал Памисо, и человек отпустил ему щелбан. Коротышка схватился за голову и сел на пол.

– Так-то лучше, – выдохнул Чур и заметил, как изменилось выражение на лицах остальных суйтцев. Значит, все боятся Памисо и теперь злорадствуют, что тому досталось.

– Витали, ты не человек, – неожиданно заявил Лиросо.

Чур перевёл удивлённый взгляд на коротышку.

– Мы делать опыт другой люди, – продолжил высоколобый. – Они не такой, как ты. Мы всех убить. Но ты жить. Кто ты? Все суйтц говорить так. А Памисо хотеть треньк пики. Он бояться. И мы.

– Я человек, – заявил Чур.

– Нет! – бросил Памисо.

– Ты снова открыл рот? – Виталий гневно посмотрел на коротышку.

– Ты не человек, – упрямо продолжил «бычок», потирая ушибленный лоб. – И мы не знаем, кто скрывается под этой оболочкой. Мы убивали тебя несколько раз. Но ты не умирал.

От такого заявления Виталий оторопел. Об этих странностях нужно обязательно побеседовать с Ашаш. Но сейчас некогда. Не показав и тени замешательства, Чур попытался обыграть эту тему в свою пользу.

– И скольких же человек вы убили?

– Троих, – с вызовом ответил Памисо. – Мы запытали их до смерти.

– От них вы узнали наш язык?

– Как ты догадлив, – съязвил «бычок».

– В семьях есть разные личности, – рассудительно произнёс Виталий. – Не знаю, с кем вы встречались до меня, но сейчас перед вами настоящий воин, который никогда не сдаётся. И всегда добивается цели. Я из той породы людей, кто доставляет массу неприятностей. Если желаете избавиться от меня, советую поскорее отправить домой. Ребята, поймите, я только присматриваюсь к вам и ещё не решил, что предпринять. Но гарантирую, беды вы хлебнёте. Пока были лишь цветочки. Итак, кто среди вас имеет умную голову и может вести диалог, не прибегая к глупому бахвальству Памисо?

Виталий не спеша произносил речь, давая Лиросо возможность переводить. А сам, наблюдая за суйтцами, видел удивительную гамму эмоций. Из десяти коротышек четверо, в том числе Памисо, смотрели на человека со злобой. Трое проявляли интерес. В глазах ещё трёх сквозило едва не обожание: это были переводчик, капитан Америсо и соня.

– Мы не говорить с ты, – перевёл между тем Лиросо. – Мы ириа – учёный. Памисо – военный. Политика – не наш задача, а аиси.

– Я это понял давно, – кивнул Виталий. – И уже просил, чтобы вы связались с теми, кто занимается международными отношениями.

– Я же говорил, мы не ведём переговоров, – сказал Памисо, вставая на ноги. – В нашем обществе нет дипломатов. А ты жив лишь потому, что нам нужно узнать, как убивать вас. И больше у тебя ни с кем не будет никаких контактов.

– А на пристыковавшемся корабле аиси? – спросил Чур. – Явились по твоему зову убить пленника?

– Как ты догадлив, – повторил «бычок». – Или Лиросо рассказал? Я так и знал, что он продался. Но ты должен уяснить ещё одну мысль. Если мы не убьём тебя, этот корабль взорвут. А я не собираюсь умирать, поэтому сделаю всё, чтобы уничтожить глупого пики.

– Лиросо, переводи остальным, – сказал Виталий. – Как заявил Памисо, аиси убьют здесь всех, поскольку вы слышали, о чём я говорил. Если хотите выжить, сотрудничайте со мной. Иначе погибнете.

Когда Лиросо перевёл слова человека, ириа встревоженно загалдели. Как понял Виталий, угроза была реальна, потому и вызвала такой отклик.

– Ты глупый, – засмеялся Памисо. – Никогда суйтцы не будут с тобой сотрудничать. Ты чужой. А мы раса господ, которая покорит Галактику.

– Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь, – покачал головой Виталий и отвесил Памисо ещё один щелбан, отбросивший коротышку на пол.

Злобный аиси от удара отключился. Возможно, Чур немного перестарался, но иначе с «баклажана» было не сбить высокомерие.

Суйтцы вмиг замолчали. Ириа оказались в трудном положении: на их глазах рушился привычный миропорядок. Вырвавшийся из плена человек представлял реальную угрозу, и аиси явно проигрывал ему. Вместе с тем чужак говорил разумно и делился информацией – невиданное в их среде дело. Но всё в жизни когда-то происходит впервые.

– Витали, – произнёс Лиросо, – я слышал Памисо и переводить его слова ириа. Мы знать: аиси убить нас. Но другой путь мы не видеть.

– Зато я знаю, что нужно делать, – сказал Чур. – Во всех государствах есть правители. И есть те, кто от их имени ведёт переговоры с другими расами. Мы таких специалистов называем дипломатами. Чем глубже вы проникнете в Галактику, тем больше встретите разных существ. Вам нужно создать у себя организации, которые будут договариваться с инопланетянами. Я понимаю, что это не ваши полномочия. Но вы должны связаться с руководством и донести до них мои слова. Я могу помочь суйтцам, иначе рано или поздно вас уничтожат. Я имею в виду не только этот корабль, но и всю вашу расу.

Лиросо долго говорил с остальными. А затем фиолетовоголовые начали бурную дискуссию. Виталию наскучило слушать кукольное бормотание. Он подхватил на руки Памисо, к которому вернулось сознание, и спустился на среднюю палубу. Если ириа не могут принимать важные решения, следовательно, они не способны на это. Высоколобый говорил: политика – дело аиси. Значит, вести диалог нужно с военной кастой.

Оказавшись в спальном отсеке, Чур усадил коротышку на стул, а сам опустился на пол.

– Мы должны поговорить, – сказал Виталий.

– Мне не о чем разговаривать с пики, – отрезал «бычок».

Кожа суйтца приобрела синий цвет. Видимо, скверно чувствовал себя после удара и падения.

– Я допускаю, Памисо, что у вас ещё не было подобных ситуаций, – произнёс Чур. – Но как я уже говорил, всё когда-то случается впервые. Изменения необходимы во всех сферах жизни. Я вижу, ты умный суйтц, умеющий думать. Поэтому сейчас, пока ещё не поздно, мы должны попытаться найти общий язык.

– Ис-клю-че-но! – с расстановкой произнёс коротышка, потирая шишку на лбу. – Неужели так трудно понять? Никогда и ни с кем суйтцы не будут договариваться. У нас огромный флот, способный разгромить любого врага.

– Ну а если вы встретитесь с таким же флотом?

– Ну и что? Мы всех уничтожим.

Виталий задумчиво смотрел на «бычка». Как же осточертела его твердолобость!

– Памисо, когда звездолёт суйтцев появился вблизи нашей базы, на её орбите дежурил не военный линкор Космической Федерации, а небольшой транспорт комплексного обслуживания, имевший лишь оборонное оружие – всего одну пушку для разрушения астероидов. Наши специалисты пытались связаться с чужаками по радио, но аиси ответили ракетами. Естественно, люди защищались. Кстати, ваш корабль уничтожили с одного попадания.

– Ты врёшь! – воскликнул Памисо, забыв о своей шишке. – Вы первыми атаковали аиси. И вы не могли его подбить одной ракетой.

– Делая такие заявления, ты опять демонстрируешь полное незнание международных законов, – сказал Чур. – Если бы люди выстрелили в звездолёт другой расы, входящей в Галактическое Содружество, против нас сразу же предприняли бы ответные меры. И возможно, началась бы война. А нам это не нужно.

– Ты снова рассказываешь, какие вы трусы, – скривился «бычок».

Виталий лишь покачал головой.

– Ты даже не представляешь, к чему могут привести столкновения с другими расами.

– Сильный не думает о возможности проигрыша, а ведёт победное наступление.

– Памисо, такое ощущение, что я разговариваю с самым тупым созданием в Галактике. Ты не способен воспринимать идеи, не соответствующие вдолблённой в тебя с детства доктрине. Одним словом – настоящий военный.

– И я горжусь этим! – заявил коротышка. – А ты не можешь обвинять меня в тупости. Я имею положение среди аиси, но также и достижения у ириа. Чтобы попасть на исследовательский корабль, мне пришлось учиться в Космическом городе и делать научные работы. Лишь после этого я стал куратором группы.

– Молодец. Хороший мальчик.

– Я не мальчик и не девочка. У нас нет полов. Мы просто суйтцы. Все одинаковые.

– Как же вы появляетесь на свет? – не удержался Виталий от вопроса.

– Не твоё дело.

– Значит, вы дети из пробирки, – догадался Чур.

«Бычок» не ответил. Но Виталий понял, что это может быть правдой: «баклажаны» очень похожи друг на друга и все будто одного возраста. Но информации у него недоставало, чтобы сделать выводы. Поэтому он решил сменить тему.

– Когда мы с ранеными суйтцами на борту вылетели на переговоры, за нами следовал небольшой флот. Крейсеры держались на расстоянии дальней связи, чтобы не вызывать подозрений. У них была команда в случае необходимости применить оружие. После того как вы уничтожили мой корабль, я сомневаюсь, что кто-то из ваших, попавшихся им на пути, выжил.

– Я ничего не знаю об этом, – ответил Памисо и тут же с вызовом продолжил: – Мы раса господ, и никакой флот не сможет устоять перед аиси. Я уверен, что ваши корабли уже давно уничтожены.

Виталий покачал головой.

– Памисо, ты вроде неглупый. Попробуй взглянуть на Вселенную с иных позиций и представь, что существует мир, о котором я тебе рассказывал.

– Ты всё лжёшь. Мы слышали от других людей совсем иное.

– Тогда странно, почему ты ничего не знаешь о Галактическом Содружестве.

– Потому что его нет. Ты хочешь запугать суйтцев мнимыми нелепостями.

Чур задумался. Для разговора с Памисо требовался иной подход. Чтобы склонить «бычка» на свою сторону и заинтересовать в сотрудничестве, нужно предложить нечто весомое. На мелкое тот не согласится, поскольку, судя по его словам, в своём мире и так имеет положение.

– Памисо, расскажи, как звали людей, над которыми вы проводили опыты.

– Зачем тебе? – «Бычок» тут же встал в позу. – Чужаки никогда не…

– Я же спрашиваю не о твоём мире, а о своей расе. Просто хочу понять, кто к вам попал.

«Баклажан» задумался и, видимо решив, что эта информация не является секретной, ответил:

– Людей звали Билл, Карино и Майкл.

– Ничего определённого. Ну а ещё что-нибудь ты можешь рассказать о них?

– Они летели на корабле, на котором вообще не было оружия, как и на том, где нашли тебя. Аиси сделали вывод, что вы миролюбивые и будете хорошими слугами. Нам требуются сильные работники на шахтах. Вы станете добывать руду для Ссуйцамисара и тогда наши расы заживут в мире.

– Памисо, этого никогда не будет, как бы ни хотели аиси. Вы ещё не видели мощь Космической Федерации.

– Мы изучили ваши космолёты.

– Не знаю, на каком звездолёте путешествовали Карино, Билл и Майкл, а я летел к вам на гражданском корабле, не предназначенном для ведения боевых действий. Это была мирная акция, потому вы и не нашли там оружия. Как я вижу, мы поступили верно. Нельзя суйтцев допускать к военным технологиям Федерации.

«Бычок» криво усмехнулся, но ничего не сказал. Без сомнения, думал: пики набивает себе цену, чтобы с ним считались.

– Расскажи ещё о тех людях, – попросил Виталий.

Памисо задумчиво потёр лоб, совсем как человек.

– Карино, Билл и Майкл говорили о святых Мауба и заверяли, что в космосе есть лишь одна правильная религия. Но суйтцы поклоняются Ссуйцамисара и не признают иных высших сил. У меня отличная память и склонность к сопоставлениям. Потому я и попал в группу переводчиков. Допрашивая и изучая пленных, мы создали словарь. Вот откуда я знаю галакто и настоящее положение дел в мире. Тебе не одурачить меня. Люди – трусы. Вы поклоняетесь ложным богам и предпочитаете сами умереть, а не убивать других. Ты такой же, хотя и говорил, что воин. Поэтому я считаю, на Ссуйцамисара приняли верное решение. Мы завоюем расу сильных миролюбивых рабов и заставим вас трудиться на благо великих суйтцев.

Виталий понял, кого захватили суйтцы. Карино, Билл и Майкл – прихожане церкви Мауба, изгнанной за пределы Космической Федерации за антигуманные проповеди. Они считали, что люди – низшая раса, которая должна поклоняться и служить мудрым инопланетянам и отдать им свои планеты. Спецслужбы выяснили, что эту религию создали враги человечества, желавшие таким путём уничтожить людей. Прихожане этой церкви отрицали саму возможность противостояния иномирянам и никогда не применяли оружие. Виталий не стал разубеждать Памисо после встречи суйтцев с последователями святого Мауба. Пусть делает выводы из частностей. Это неизменно приведёт к гибели его расы.

– Как я попал сюда? – поинтересовался Чур.

– Когда на подбитом корабле аиси нашли выжившего человека, то решили продолжить опыты, чтобы выяснить, как вас убивать.

– Хм… Я полностью соответствую вашим представлениям о людях?

– Нет. Ты другой. Но мы обязательно найдём способ уничтожать таких, как ты. Если ты летел к нам с разведкой – значит, относишься к командованию. Но поскольку у суйтцев отсутствует понятие о дипломатах, ты обречён на смерть. Как я говорил, у нас посланников убивают.

– Памисо, зачем ты вызвал аиси?

– Мы убьём тебя, – заявил «бычок».

– Мне надоели твои постоянные угрозы, – отмахнулся Виталий. – Ты называешь себя учёным, но сам ужасно твердолобый и не способен видеть более широкие перспективы. Ты не можешь думать вне привычных рамок. А между тем, Памисо, сейчас перед тобой уникальная возможность. Используя меня, ты имеешь шанс в своём мире подняться на самый верх.

– Ты дашь нам оружие людей? – тут же отреагировал коротышка.

– Нет. Но я могу предложить тебе кое-что получше. Ты можешь возглавить дипломатическую службу Ссуйцамисара…

– До чего же ты тупой, – прорычал «бычок». – Сколько раз повторять…

– А давай немного пофантазируем на эту тему, – прервал Виталий коротышку. – Скажи аиси, что пленник готов сотрудничать и предоставит информацию, которая пригодится суйтцам.

– Я не буду врать. Но ты сам признался, что военный. А значит, тебе известны секреты оружия людей, и ты под пытками всё нам расскажешь.

– Памисо, а ведь истязаемый может наврать с три короба, чтобы его не мучили. А как ты определишь, правду я сказал или нет?

– Ваша раса имеет высокий порог чувствительности, и вы поделитесь всем, чтобы…

– Не испытывать боль, – кивнул Чур. – Памисо, разумное существо под пытками может говорить что угодно и бесконечно врать. Космическая Федерация давно отменила истязания, поскольку они дают низкую эффективность. Есть иные способы.

– Расскажи о них. – Казалось, глаза Памисо зажглись, словно фары.

– Информация никогда просто так не даётся, – заметил Чур. – Ею обычно делятся на взаимовыгодных условиях. Ты – мне, а я – тебе.

Глава 9.

Чур беседует с Памисо

Виталий открыл глаза и осмотрелся. Возле него собрались все коротышки. Даже пилоты, хотя те, как правило, не покидали нижнюю палубу. Один из суйтцев что-то пищал в приказном тоне, а остальные покорно ему внимали. Присмотревшись, Чур узнал Памисо.

– Лиросо, друг мой, чего хочет от вас этот злюка? – спросил Виталий, и коротышки сразу повернулись к человеку. А «бычок», умолкнув, сжал кулачки.

– Мы думать, ты треньк, – ответил переводчик. И в его голосе ощущалась (что удивительно) радость. – Сердце не бить. И мы решать, как убрать ты.

– Видишь, я ещё жив, – усмехнулся Виталий и поднялся, разминая затёкшее тело. – Долго я тут лежал?

– Кантин, – ответил Лиросо.

Чур понятия не имел, сколько это, но поскольку тут успели собраться все члены экипажа, он сделал вывод: немало.

– А что с пристыковавшимся кораблём?

– Ждать. Аиси делать проход.

– Не советую, – покачал Виталий головой. – Аиси убьют вас.

Когда Лиросо перевёл это остальным, на лицах суйтцев отразился страх.

– Мы должны продолжить наш разговор, прерванный стыковкой корабля, – сказал Чур.

– Ты глупый человек, – заявил Памисо, стремясь перехватить инициативу.

– Довольно. Я тебя наслушался, – перебил Виталий «бычка» и снова уселся. Потолок тут низкий – ссутулившись неудобно стоять. – Ты уже сказал всё, что мог. А теперь я хотел бы побеседовать с более разумными суйтцами.

– Да как ты смеешь на меня повышать голос! – взорвался Памисо. – Я здесь самый главный и распоряжаюсь жизнями всего экипажа. И твоей.

– Ты уже надоел! – не сдержался Виталий. – Если услышу от тебя ещё хоть слово, накажу.

– Ты не смеешь мне приказывать! – заорал Памисо, и человек отпустил ему щелбан. Коротышка схватился за голову и сел на пол.

– Так-то лучше, – выдохнул Чур и заметил, как изменилось выражение на лицах остальных суйтцев. Значит, все боятся Памисо и теперь злорадствуют, что тому досталось.

– Витали, ты не человек, – неожиданно заявил Лиросо.

Чур перевёл удивлённый взгляд на коротышку.

– Мы делать опыт другой люди, – продолжил высоколобый. – Они не такой, как ты. Мы всех убить. Но ты жить. Кто ты? Все суйтц говорить так. А Памисо хотеть треньк пики. Он бояться. И мы.

– Я человек, – заявил Чур.

– Нет! – бросил Памисо.

– Ты снова открыл рот? – Виталий гневно посмотрел на коротышку.

– Ты не человек, – упрямо продолжил «бычок», потирая ушибленный лоб. – И мы не знаем, кто скрывается под этой оболочкой. Мы убивали тебя несколько раз. Но ты не умирал.

От такого заявления Виталий оторопел. Об этих странностях нужно обязательно побеседовать с Ашаш. Но сейчас некогда. Не показав и тени замешательства, Чур попытался обыграть эту тему в свою пользу.

– И скольких же человек вы убили?

– Троих, – с вызовом ответил Памисо. – Мы запытали их до смерти.

– От них вы узнали наш язык?

– Как ты догадлив, – съязвил «бычок».

– В семьях есть разные личности, – рассудительно произнёс Виталий. – Не знаю, с кем вы встречались до меня, но сейчас перед вами настоящий воин, который никогда не сдаётся. И всегда добивается цели. Я из той породы людей, кто доставляет массу неприятностей. Если желаете избавиться от меня, советую поскорее отправить домой. Ребята, поймите, я только присматриваюсь к вам и ещё не решил, что предпринять. Но гарантирую, беды вы хлебнёте. Пока были лишь цветочки. Итак, кто среди вас имеет умную голову и может вести диалог, не прибегая к глупому бахвальству Памисо?

Виталий не спеша произносил речь, давая Лиросо возможность переводить. А сам, наблюдая за суйтцами, видел удивительную гамму эмоций. Из десяти коротышек четверо, в том числе Памисо, смотрели на человека со злобой. Трое проявляли интерес. В глазах ещё трёх сквозило едва не обожание: это были переводчик, капитан Америсо и соня.

– Мы не говорить с ты, – перевёл между тем Лиросо. – Мы ириа – учёный. Памисо – военный. Политика – не наш задача, а аиси.

– Я это понял давно, – кивнул Виталий. – И уже просил, чтобы вы связались с теми, кто занимается международными отношениями.

– Я же говорил, мы не ведём переговоров, – сказал Памисо, вставая на ноги. – В нашем обществе нет дипломатов. А ты жив лишь потому, что нам нужно узнать, как убивать вас. И больше у тебя ни с кем не будет никаких контактов.

– А на пристыковавшемся корабле аиси? – спросил Чур. – Явились по твоему зову убить пленника?

– Как ты догадлив, – повторил «бычок». – Или Лиросо рассказал? Я так и знал, что он продался. Но ты должен уяснить ещё одну мысль. Если мы не убьём тебя, этот корабль взорвут. А я не собираюсь умирать, поэтому сделаю всё, чтобы уничтожить глупого пики.

– Лиросо, переводи остальным, – сказал Виталий. – Как заявил Памисо, аиси убьют здесь всех, поскольку вы слышали, о чём я говорил. Если хотите выжить, сотрудничайте со мной. Иначе погибнете.

Когда Лиросо перевёл слова человека, ириа встревоженно загалдели. Как понял Виталий, угроза была реальна, потому и вызвала такой отклик.

– Ты глупый, – засмеялся Памисо. – Никогда суйтцы не будут с тобой сотрудничать. Ты чужой. А мы раса господ, которая покорит Галактику.

– Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь, – покачал головой Виталий и отвесил Памисо ещё один щелбан, отбросивший коротышку на пол.

Злобный аиси от удара отключился. Возможно, Чур немного перестарался, но иначе с «баклажана» было не сбить высокомерие.

Суйтцы вмиг замолчали. Ириа оказались в трудном положении: на их глазах рушился привычный миропорядок. Вырвавшийся из плена человек представлял реальную угрозу, и аиси явно проигрывал ему. Вместе с тем чужак говорил разумно и делился информацией – невиданное в их среде дело. Но всё в жизни когда-то происходит впервые.

– Витали, – произнёс Лиросо, – я слышал Памисо и переводить его слова ириа. Мы знать: аиси убить нас. Но другой путь мы не видеть.

– Зато я знаю, что нужно делать, – сказал Чур. – Во всех государствах есть правители. И есть те, кто от их имени ведёт переговоры с другими расами. Мы таких специалистов называем дипломатами. Чем глубже вы проникнете в Галактику, тем больше встретите разных существ. Вам нужно создать у себя организации, которые будут договариваться с инопланетянами. Я понимаю, что это не ваши полномочия. Но вы должны связаться с руководством и донести до них мои слова. Я могу помочь суйтцам, иначе рано или поздно вас уничтожат. Я имею в виду не только этот корабль, но и всю вашу расу.

Лиросо долго говорил с остальными. А затем фиолетовоголовые начали бурную дискуссию. Виталию наскучило слушать кукольное бормотание. Он подхватил на руки Памисо, к которому вернулось сознание, и спустился на среднюю палубу. Если ириа не могут принимать важные решения, следовательно, они не способны на это. Высоколобый говорил: политика – дело аиси. Значит, вести диалог нужно с военной кастой.

Оказавшись в спальном отсеке, Чур усадил коротышку на стул, а сам опустился на пол.

– Мы должны поговорить, – сказал Виталий.

– Мне не о чем разговаривать с пики, – отрезал «бычок».

Кожа суйтца приобрела синий цвет. Видимо, скверно чувствовал себя после удара и падения.

– Я допускаю, Памисо, что у вас ещё не было подобных ситуаций, – произнёс Чур. – Но как я уже говорил, всё когда-то случается впервые. Изменения необходимы во всех сферах жизни. Я вижу, ты умный суйтц, умеющий думать. Поэтому сейчас, пока ещё не поздно, мы должны попытаться найти общий язык.

– Ис-клю-че-но! – с расстановкой произнёс коротышка, потирая шишку на лбу. – Неужели так трудно понять? Никогда и ни с кем суйтцы не будут договариваться. У нас огромный флот, способный разгромить любого врага.

– Ну а если вы встретитесь с таким же флотом?

– Ну и что? Мы всех уничтожим.

Виталий задумчиво смотрел на «бычка». Как же осточертела его твердолобость!

– Памисо, когда звездолёт суйтцев появился вблизи нашей базы, на её орбите дежурил не военный линкор Космической Федерации, а небольшой транспорт комплексного обслуживания, имевший лишь оборонное оружие – всего одну пушку для разрушения астероидов. Наши специалисты пытались связаться с чужаками по радио, но аиси ответили ракетами. Естественно, люди защищались. Кстати, ваш корабль уничтожили с одного попадания.

– Ты врёшь! – воскликнул Памисо, забыв о своей шишке. – Вы первыми атаковали аиси. И вы не могли его подбить одной ракетой.

– Делая такие заявления, ты опять демонстрируешь полное незнание международных законов, – сказал Чур. – Если бы люди выстрелили в звездолёт другой расы, входящей в Галактическое Содружество, против нас сразу же предприняли бы ответные меры. И возможно, началась бы война. А нам это не нужно.

– Ты снова рассказываешь, какие вы трусы, – скривился «бычок».

Виталий лишь покачал головой.

– Ты даже не представляешь, к чему могут привести столкновения с другими расами.

– Сильный не думает о возможности проигрыша, а ведёт победное наступление.

– Памисо, такое ощущение, что я разговариваю с самым тупым созданием в Галактике. Ты не способен воспринимать идеи, не соответствующие вдолблённой в тебя с детства доктрине. Одним словом – настоящий военный.

– И я горжусь этим! – заявил коротышка. – А ты не можешь обвинять меня в тупости. Я имею положение среди аиси, но также и достижения у ириа. Чтобы попасть на исследовательский корабль, мне пришлось учиться в Космическом городе и делать научные работы. Лишь после этого я стал куратором группы.

– Молодец. Хороший мальчик.

– Я не мальчик и не девочка. У нас нет полов. Мы просто суйтцы. Все одинаковые.

– Как же вы появляетесь на свет? – не удержался Виталий от вопроса.

– Не твоё дело.

– Значит, вы дети из пробирки, – догадался Чур.

«Бычок» не ответил. Но Виталий понял, что это может быть правдой: «баклажаны» очень похожи друг на друга и все будто одного возраста. Но информации у него недоставало, чтобы сделать выводы. Поэтому он решил сменить тему.

– Когда мы с ранеными суйтцами на борту вылетели на переговоры, за нами следовал небольшой флот. Крейсеры держались на расстоянии дальней связи, чтобы не вызывать подозрений. У них была команда в случае необходимости применить оружие. После того как вы уничтожили мой корабль, я сомневаюсь, что кто-то из ваших, попавшихся им на пути, выжил.

– Я ничего не знаю об этом, – ответил Памисо и тут же с вызовом продолжил: – Мы раса господ, и никакой флот не сможет устоять перед аиси. Я уверен, что ваши корабли уже давно уничтожены.

Виталий покачал головой.

– Памисо, ты вроде неглупый. Попробуй взглянуть на Вселенную с иных позиций и представь, что существует мир, о котором я тебе рассказывал.

– Ты всё лжёшь. Мы слышали от других людей совсем иное.

– Тогда странно, почему ты ничего не знаешь о Галактическом Содружестве.

– Потому что его нет. Ты хочешь запугать суйтцев мнимыми нелепостями.

Чур задумался. Для разговора с Памисо требовался иной подход. Чтобы склонить «бычка» на свою сторону и заинтересовать в сотрудничестве, нужно предложить нечто весомое. На мелкое тот не согласится, поскольку, судя по его словам, в своём мире и так имеет положение.

– Памисо, расскажи, как звали людей, над которыми вы проводили опыты.

– Зачем тебе? – «Бычок» тут же встал в позу. – Чужаки никогда не…

– Я же спрашиваю не о твоём мире, а о своей расе. Просто хочу понять, кто к вам попал.

«Баклажан» задумался и, видимо решив, что эта информация не является секретной, ответил:

– Людей звали Билл, Карино и Майкл.

– Ничего определённого. Ну а ещё что-нибудь ты можешь рассказать о них?

– Они летели на корабле, на котором вообще не было оружия, как и на том, где нашли тебя. Аиси сделали вывод, что вы миролюбивые и будете хорошими слугами. Нам требуются сильные работники на шахтах. Вы станете добывать руду для Ссуйцамисара и тогда наши расы заживут в мире.

– Памисо, этого никогда не будет, как бы ни хотели аиси. Вы ещё не видели мощь Космической Федерации.

– Мы изучили ваши космолёты.

– Не знаю, на каком звездолёте путешествовали Карино, Билл и Майкл, а я летел к вам на гражданском корабле, не предназначенном для ведения боевых действий. Это была мирная акция, потому вы и не нашли там оружия. Как я вижу, мы поступили верно. Нельзя суйтцев допускать к военным технологиям Федерации.

«Бычок» криво усмехнулся, но ничего не сказал. Без сомнения, думал: пики набивает себе цену, чтобы с ним считались.

– Расскажи ещё о тех людях, – попросил Виталий.

Памисо задумчиво потёр лоб, совсем как человек.

– Карино, Билл и Майкл говорили о святых Мауба и заверяли, что в космосе есть лишь одна правильная религия. Но суйтцы поклоняются Ссуйцамисара и не признают иных высших сил. У меня отличная память и склонность к сопоставлениям. Потому я и попал в группу переводчиков. Допрашивая и изучая пленных, мы создали словарь. Вот откуда я знаю галакто и настоящее положение дел в мире. Тебе не одурачить меня. Люди – трусы. Вы поклоняетесь ложным богам и предпочитаете сами умереть, а не убивать других. Ты такой же, хотя и говорил, что воин. Поэтому я считаю, на Ссуйцамисара приняли верное решение. Мы завоюем расу сильных миролюбивых рабов и заставим вас трудиться на благо великих суйтцев.

Виталий понял, кого захватили суйтцы. Карино, Билл и Майкл – прихожане церкви Мауба, изгнанной за пределы Космической Федерации за антигуманные проповеди. Они считали, что люди – низшая раса, которая должна поклоняться и служить мудрым инопланетянам и отдать им свои планеты. Спецслужбы выяснили, что эту религию создали враги человечества, желавшие таким путём уничтожить людей. Прихожане этой церкви отрицали саму возможность противостояния иномирянам и никогда не применяли оружие. Виталий не стал разубеждать Памисо после встречи суйтцев с последователями святого Мауба. Пусть делает выводы из частностей. Это неизменно приведёт к гибели его расы.

– Как я попал сюда? – поинтересовался Чур.

– Когда на подбитом корабле аиси нашли выжившего человека, то решили продолжить опыты, чтобы выяснить, как вас убивать.

– Хм… Я полностью соответствую вашим представлениям о людях?

– Нет. Ты другой. Но мы обязательно найдём способ уничтожать таких, как ты. Если ты летел к нам с разведкой – значит, относишься к командованию. Но поскольку у суйтцев отсутствует понятие о дипломатах, ты обречён на смерть. Как я говорил, у нас посланников убивают.

– Памисо, зачем ты вызвал аиси?

– Мы убьём тебя, – заявил «бычок».

– Мне надоели твои постоянные угрозы, – отмахнулся Виталий. – Ты называешь себя учёным, но сам ужасно твердолобый и не способен видеть более широкие перспективы. Ты не можешь думать вне привычных рамок. А между тем, Памисо, сейчас перед тобой уникальная возможность. Используя меня, ты имеешь шанс в своём мире подняться на самый верх.

– Ты дашь нам оружие людей? – тут же отреагировал коротышка.

– Нет. Но я могу предложить тебе кое-что получше. Ты можешь возглавить дипломатическую службу Ссуйцамисара…

– До чего же ты тупой, – прорычал «бычок». – Сколько раз повторять…

– А давай немного пофантазируем на эту тему, – прервал Виталий коротышку. – Скажи аиси, что пленник готов сотрудничать и предоставит информацию, которая пригодится суйтцам.

– Я не буду врать. Но ты сам признался, что военный. А значит, тебе известны секреты оружия людей, и ты под пытками всё нам расскажешь.

– Памисо, а ведь истязаемый может наврать с три короба, чтобы его не мучили. А как ты определишь, правду я сказал или нет?

– Ваша раса имеет высокий порог чувствительности, и вы поделитесь всем, чтобы…

– Не испытывать боль, – кивнул Чур. – Памисо, разумное существо под пытками может говорить что угодно и бесконечно врать. Космическая Федерация давно отменила истязания, поскольку они дают низкую эффективность. Есть иные способы.

– Расскажи о них. – Казалось, глаза Памисо зажглись, словно фары.

– Информация никогда просто так не даётся, – заметил Чур. – Ею обычно делятся на взаимовыгодных условиях. Ты – мне, а я – тебе.

Глава 10.

Столкновение с аиси

Громкий хлопок взорвал тишину, и корабль задрожал – шлюз разблокирован.

Виталий посмотрел в глаза «бычку».

– Памисо, если ты сейчас не остановишь аиси, то упустишь огромный шанс в своей жизни. Я поделюсь информацией с Лиросо.

– Не успеешь, – возразил тот надменно. – Ириа уже мертвы. У аиси приказ убивать всех, кроме меня.

– Тогда ты будешь моим живым щитом, – сказал Виталий и, схватив коротышку, посадил себе не колени.

– Фи, как ты ужасно воняешь, – пропищал «бычок».

– А от твоего запаха меня вообще тошнит. Но я терплю, – ответил Чур, правой рукой сжав шею «баклажану».

Прихрамывая, вбежал Лиросо, а за ним по пятам вошли два коротышки в металлических скафандрах и со шлемами на головах. У обоих на правой руке был дутс. Видимо, стандартная модель.

– Аиси убить ириа! – в ужасе пищал Лиросо, пытаясь скрыться в соседнем отсеке.

Но оттуда тоже показались два солдата.

– Иди сюда, – позвал Виталий, и коротышка, испуганно вращая головой, попятился назад.

– Аиси стрелять! Я бежать, – выпалил переводчик, остановившись возле человека, возвышавшегося над суйтцами.

– Думай, Памисо, – сказал Чур. – Твой выбор? Либо ты избираешь путь роста и я помогу, либо я придушу тебя, а затем расправлюсь с остальными аиси. Ты же видел – меня невозможно убить.

– Я не понимаю, чего ты хочешь, – произнёс «бычок», напряжённо глядя на входивших солдат. – У нас нет дипломатов.

– Так создай новую службу. Я уверен, ты сможешь. Вам предстоит в будущем встречаться со множеством рас. Есть народы гораздо мощнее людей и агрессивнее. А поскольку вы не входите в Галактическое Содружество, ничто не помешает им истребить вас. И никто не встанет на вашу защиту. Памисо, в мире очень мало желающих договариваться с кем бы то ни было. Гораздо выгоднее прикончить новичков и использовать их ресурсы. Мы проходили этот путь, когда впервые повстречались с чужими. Если бы не сильный флот, нас сразу уничтожили бы, поскольку мы не были членами Галактического Содружества. В Космической Федерации всего двенадцать населённых планет. А есть союзы и с восемьюдесятью. Прояви здравый смысл и подумай. Принимая сейчас верное решение, ты, возможно, в будущем спасёшь Ссуйцамисара от полного истребления.

– Никто не станет меня слушать, – отрезал Памисо. – Ты не знаешь, как устроено наше общество. Йонолого определяют нам задачи и приоритеты, а мы лишь следуем их распоряжениям.

– Кто такие Йонолого? – поинтересовался Чур.

На лице Памисо тут же пронёсся вихрь эмоций, но Виталий не смог их интерпретировать.

– Йонолого – бог, – с благоговением произнёс «бычок», но не стал вдаваться в подробности. – Он не будет говорить со мной на темы, не соответствующие моей квалификации.

«Новая информация, – отметил Чур про себя. – Пригодится». А вслух сказал:

– Разве я говорил, что это легко? В любом обществе новшества обычно встречают сопротивление. Но результат зачастую превосходит ожидания. Ты можешь в будущем занять место в правительстве Ссуйцамисара в качестве главы нового дипломатического корпуса.

– Ты ничего не знаешь о нашем мире, – повторил «бычок».

– Памисо говорить верно, – шепнул Лиросо.

Между тем четверо солдат выстроились полукругом, направив на пленника дутсы. За ними в отсек вошли ещё два суйтца – без шлемов, но также в металлических скафандрах. По тому, как держались коротышки, сразу было видно – начальство.

– Кто это? – спросил Виталий.

– Справа онолон – главный корабля аиси, – шепнул Лиросо.

– Отпусти меня, – сказал Памисо. – Мне нужно встретить командование.

– Нет, – возразил Чур. – Ты будешь со мной. Я тебе не верю. И тем более мне не доверяют аиси, явившиеся по твоему зову убить меня.

– Но ведь ты не умираешь насовсем.

– Давай не будем ставить новых экспериментов, а попытаемся договориться с обоюдной выгодой.

«Бычок» фыркнул и обратился с речью к аиси. Между ними завязался бурный диалог.

– Лиросо, переводи, – шепнул Виталий.

– Памисо говорить, ты жить. Но аиси ругать он, зачем им лететь сюда. Ириа теперь делать скандал им за смерть учёный.

– Весь экипаж погиб?

– Да. Олисоно говорить: я ити вас слушать. И я один жить. Другие треньк.

– А пилоты?

– Америсо бежать низ и прятаться там. Но аиси убить все.

– Переводи дальше, – велел Чур.

Но диалог военных неожиданно прервался.

– Витали, ты должен отдать дутс, – сказал Памисо. – Тогда аиси уйдут.

– Хорошо, – ответил Чур. – Но у меня есть встречное предложение. Чтобы обе стороны чувствовали себя в безопасности, пусть солдаты покинут отсек. И мы побеседуем.

Виталий заметил, как напрягся «бычок». Раса, не привыкшая вести переговоры, не воспринимает идею компромисса. У них просто так не принято.

Но вот Памисо ожил и отдал-таки приказ. Командиры ответили ему, и солдаты, опустив оружие, покинули отсек. Четверо суйтцев остались с человеком. Чур видел, что несмотря на численное превосходство и привычку держаться надменно, коротышки чувствовали себя неуютно в присутствии огромного чужака.

– Теперь можешь отдать дутс, – сказал Памисо.

– Я знаю, суйтцы очень коварны, – произнёс Чур. – И не сомневаюсь: аиси готовят новую провокацию. Едва я сниму оружие, сюда вернутся солдаты и расстреляют нас. Памисо, ты должен быть уверен, что такого не случится. Ведь тебе достанется не меньше, чем мне и Лиросо.

– Здесь я командую, – заявил коротышка. – Я выше положением этих аиси. Но и они должны выполнить свою работу. Передача дутса – формальность. Получив оружие и заковав тебя в наручники, они покинут корабль.

Виталий задумался. Ситуация опасная. Голыми руками с профессиональными солдатами, хотя и мелкими, но вооружёнными, не справиться. У Чура сейчас имелся лишь один козырь, и он решил пообщаться с кохлотом.

– Ашаш, меня сейчас могут убить. Что делать?

– Витли, я помогу тебе. Их оружие не будет стрелять.

– Было бы неплохо, – кивнул Чур и обратился вслух к «баклажанам»: – Я надеюсь на вашу порядочность.

Виталий отпустил шею Памисо и принялся стаскивать дутс. Предназначенный для тонких конечностей суйтцев, с широких пальцев человека браслет слезал с большим трудом. Настал решающий момент. Чур внимательно следил за аиси. Оба коротышки так же напряжённо смотрели на него и, казалось, затаили дыхание. Фиолетовоголовые боялись гиганта и не могли скрыть этого, хотя и пытались выглядеть холодными и самоуверенными.

Чур кинул оружие ближайшему суйтцу. Им оказался онолон. В тот же миг Памисо соскочил с его колена и бросился к выходу. Мгновенно расстановка сил изменилась. Но опытный разведчик сохранил выдержку.

По команде офицера вернулись солдаты и выстроились напротив человека с дутсами наизготовку. Хватило бы и одного, чтобы завалить пленника. Но так суйтцы чувствовали себя увереннее. Лиросо жалобно захныкал, понимая, что сейчас произойдёт, и, возможно, прощаясь с жизнью.

Виталий невозмутимо смотрел на офицеров. Словивший энергомёт онолон с деловым видом начал надевать дутс на руку. В отсеке повисла казавшаяся нереальной тишина. Вероятно, так было из-за бурливших энергий – невидимых, но хорошо ощущаемых.

Корабль вновь слегка встряхнуло.

«Новая стыковка, – понял Виталий. – Неужели аиси так меня боятся, что решили вызвать дополнительную помощь? Либо здесь что-то другое».

Офицеры тревожно загалдели. А онолон поднял руку и, наставив на человека оружие, надменно запищал.

– Лиросо, переводи, – шепнул Виталий.

– Аиси говорить: ты плохо пики. Ты треньк.

«Вот так и доверяй „баклажанам“, – пронеслось в мыслях Чура. – А ведь Памисо заверял, что аиси лишь разоружат меня и наденут наручники».

На лице онолона застыло выражение довольства. Ещё бы – переиграл такого соперника. Он, должно быть, чувствовал себя великим аиси, усмирившим гиганта, и наслаждался моментом своего торжества.

Виталий спокойно глядел на офицера. Тот самонадеянно усмехнулся и…

Взрыв. Сражённые ударной волной, суйтцы рухнули на пол. Лиросо, сидевший подле человека, упал на спину. Чур инстинктивно прикрыл глаза, когда лицо опалил жар, и завалился на бок. Хотя эпицентр находился в четырёх метрах, величины заряда в маленьком дутсе не хватило, чтобы сразить человека.

– Ашаш, благодарю за помощь. – Чур послал товарищу волну приятных эмоций. – Ты опять спас меня.

– Витли, я бы помог тебе, но я ничего не делал, – ответил кохлот, и Чур различил в его мыслепотоке удивление и, кажется, досаду.

Анализируя странный взрыв, Виталий догадался, что произошло. Дутс, который он только что отдал аиси, достался ему от ириа. «Баклажаны» разыграли тогда целую сценку: Астаили даже упал на пол и бился в истерике, якобы не желая давать оружие пики. Однако подозрительно быстро оправился. Без сомнения, расчёт у него был на то, что когда человек вздумает стрелять, то сам и взорвётся.

Но вышло иначе. Прибывшие аиси убили ириа, и погибший Астаили не мог сообщить о подготовленной ловушке. Зато отомстил агрессивным воякам за собственную гибель.

Едва в отсеке воцарилась тишина, Виталий открыл глаза. Лёгкий сизый дымок улетучивался в вытяжное отверстие, унося с собой запах гари. По центру помещения чернело пятно около трёх метров в диаметре. В радиусе поражения лежали четыре трупа в обугленных скафандрах.

Лиросо сел, постанывая от боли. Переводчика от ударной волны защитило тело человека, и он отделался сравнительно легко. Чур после взрыва ощущал лишь слабое жжение кожи. Но в правом предплечье застрял осколок, и оттуда сочилась кровь.

Первым делом Виталий сгрёб в охапку двух выживших солдат и велел Лиросо забрать у них энергомёты. Переводчик беспрекословно подчинился и под напряжённым взглядом человека разоружил сородичей. А затем, подняв с пола дутсы погибших, также передал их Чуру.

– Оставь себе один, – сказал Виталий.

– Я не аиси, – покачал головой высоколобый. – Я не брать дутс. Запрет.

– Но ты же стрелял в меня, – удивился человек.

– Я делать сон пики, – возразил Лиросо. – Витали, я верить ты.

– Спасибо, – кивнул Чур. – Держись рядом, и я уверен, всё будет хорошо. Я не хочу причинять вред суйтцам.

– Я знать, – выдохнул переводчик. – Ты кароши. Аиси убить ириа, ты нет.

Виталий рывком вытянул из предплечья стальной осколок и зажал небольшую ранку. Нужно бы обработать порез, да нечем.

– Лиросо, где вода?

– Там, – указал коротышка.

Чур проследил взглядом направление и открыл стенной шкаф. На полках стояли маленькие канистры. Виталий уже пил из такой. Подхватив одну, он зубами вынул пробку и омыл рану. К счастью, крупные сосуды были не повреждены, и кровь быстро остановилась. Остатки содержимого Чур вылил в рот. Конечно, в жидкости есть вредные примеси, как и в атмосфере суйтцского корабля. Но сейчас выбирать не приходилось. Нужно выжить. А лечиться будем по возвращении в полк. К тому же Виталий не чувствовал, чтобы с прошлого раза ему стало хуже. Видимо, помогал Ашаш. Иначе не объяснить, почему он до сих пор жив.

Напившись и ощутив прилив сил, Чур крикнул:

– Памисо, иди сюда!

Глава 11.

Встреча с Йонолого

Из соседнего отсека донеслись звуки шагов. Чур сразу понял, что это не Памисо. Суйтцев почти не слышно, а подобный топот мог исходить лишь от космонавта, облачённого в тяжёлый скафандр. Виталий прислушался и различил несколько пар ног. Видимо, явились солдаты со второго пристыковавшегося корабля.

Чур, подняв руку с энергомётами, приготовился встречать гостей. Он уже знал, как коварны обитавшие тут существа, и не собирался легко сдаваться.

– Кто это может быть? – спросил Виталий у переводчика.

– Я не знать, – ответил Лиросо и тут же принялся вертеть головой в разные стороны, поскольку незнакомцы приближались слева и справа. Как и в прошлый раз. Значит, прибыли новые аиси.

Голубые воины появились одновременно. Таких Чур ещё не видел. Печатая шаг закованными в металл ногами, они вызывали дрожание пола. По сравнению с суйтцами новые визитёры при своём росте примерно в метр казались великанами. Облачены они были в тяжёлые скафандры с множеством сочленений. Украшенные выгравированными узорами блестящие шлемы напоминали рыцарские, но имели высокотехнологичные детали в виде антенн. В руках воины держали серебряные жезлы. Чур невольно залюбовался красотой изделий, не сомневаясь, что это оружие. Возможно, церемониальное. «Как бы меня не расстреляли из этих палок», – мелькнула у него мысль.

– Кто они? – спросил Чур у переводчика.

– Уори, – прошептал Лиросо, упав лицом вниз. – Они аиси Йонолого.

– А кто такой Йонолого? – поинтересовался Виталий. Памисо назвал его богом. А что скажет ириа?

– Конун Ссуйцамисара, – едва слышно откликнулся коротышка.

– Ваш бог? – уточнил Чур.

– Да.

Остановившись у дальней стены, четверо уори одновременно повернулись к человеку и замерли. Ни единого лишнего жеста. Но своим видом экипированные в отблёскивавший голубым металл воины производили сильное впечатление. Чур внимательно разглядывал свиту бога, отмечая хорошую выправку и слаженность движений, что говорило о дисциплине и муштре.

Лиросо, распластавшись на полу, боялся поднять глаза. Может, уори Йонолого ожидали той же реакции и от человека? Но Виталий не собирался преклоняться. У него здесь своя ответственная миссия.

Справа опять раздались шаги, и в отсек неторопливо вошёл ещё один гость. Его голубой металлический скафандр выглядел изысканнее, чем у солдат. В руках такой же серебряный жезл, но большего размера и пошире, с круглым набалдашником на конце. На голове шлема не было, что позволяло рассмотреть лицо, более выразительное, чем у суйтцев, и отдалённо напоминавшее человеческое. Возможно, рельефностью: бугорок носа, слегка выступавшие скулы, припухлость вокруг рта (намёк на губы) и угловатый подбородок. Длинные синие волосы, отливавшие блеском, сзади заправлены под скафандр. А в пробор, разделявший причёску ровно по центру, вставлен инкрустированный камнями гребень. По тому, как держался вошедший, Чур понял: это бог – Йонолого.

У Виталия появилось ощущение, что он присутствовал на церемонии, настолько отлажен и выверен был каждый элемент происходившего действа. Неторопливо обогнув чёрное пятно от взрыва, с видом хозяина конун Ссуйцамисара остановился перед воинами. Йонолого оказался на голову выше уори. Сила и властность исходили от него. Как и подобает богу, он держался с достоинством и привычно свысока взирал на окружавших.

Ли́ца сидевшего человека и Йонолого оказались на одном уровне. Безмолвный диалог их глаз длился с минуту. Чур заметил лёгкое изменение в мимике конуна. Он был чем-то удивлён, но старался не подавать вида. Затем взгляд бога опустился к торсу человека. Виталий не ощущал угрозы, но не сомневался: сейчас проходит серьёзный тест. Возможно, так покупатель рассматривает на рынке товар, прицениваясь, стоит ли его приобретать и какую пользу он принесёт в будущем.

Йонолого что-то произнёс более низким, чем у суйтцев, приятным мелодичным голосом. Обращался явно к человеку, но Виталий не знал языка.

– Лиросо, переводи, – велел Чур.

– Я низя говорить при Йонолого, – едва слышно шепнул высоколобый.

Конун бросил на коротышку гневный взгляд. Но вскоре смягчил выражение лица и обратился непосредственно к Лиросо. Не поднимая головы, «баклажан» пропищал ответ. Виталий с интересом прислушивался к чужой речи. Нужно бы выучить язык суйтцев. Неизвестно, сколько ещё предстоит общаться с ними. В любом случае пригодится. Отдельные слова Чур усвоил, но для понимания разговора этого было недостаточно.

После непродолжительного диалога переводчик сказал на галакто:

– Йонолого говорить: ты отдать дутс.

Виталий заглянул в глаза суйтцского бога. Но что можно различить в тёмных кругах без зрачков? Угрозы Чур не ощущал, но ему не хотелось повторять свою ошибку. Ведь не прошло и получаса, как взорвались аиси, намеревавшиеся прикончить взбунтовавшегося пики.

Чур закрыл глаза.

– Ашаш, что делать? – спросил Виталий. – Снова меня хотят убить.

– Оружие не будет работать, – ответил кохлот. – Я его уже отключил.

– Спасибо, друг, – мысленно поблагодарил Чур. – Я бы не справился без тебя.

Виталий открыл глаза. Йонолого по-прежнему внимательно наблюдал за человеком. Конун понимал, какую угрозу представляет чужак, если аиси запросил помощи.

Чур решил отдать оружие, надеясь, что его жест будет истолкован верно и это послужит началу диалога. Стягивая энергомёты с пальцев и наблюдая за суйтцами, он заметил, как уори напряглись. Виталий старался не совершать резких движений, чтобы не провоцировать солдат. А когда дутсы были сняты, небрежно бросил их на пол.

Йонолого бесстрастно наблюдал за действиями пленника. Конун, видимо, привык, что всё происходит так, как ему хочется. Но Виталий сейчас и не мог действовать иначе, ведь он летел сюда с мирной миссией и ещё надеялся довести её до конца. К тому же лишь договорившись с правителями он мог рассчитывать на возвращение домой.

Когда человек снял оружие, суйтцский бог снова открыл рот и произнёс короткую речь.

– Йонолого сказать: ты ити за он, – перевёл Лиросо.

Чур не отводил глаз от лица конуна. Каждый из них сейчас играл определённую роль, и Виталий не хотел, чтобы его поведение выглядело так, будто он беспрекословно подчинился чужой воле. Если противник увидит твою слабость и покорность, то уничтожит тебя.

– Лиросо, скажи ему, – произнёс Виталий с достоинством, – для общения с представителями Ссуйцамисара мне необходим переводчик. Ты должен сопровождать меня.

Высоколобый, не поднимая головы, обратился к Йонолого, и тот, подумав, коротко ответил. Затем суйтцский бог развернулся и неторопливо прошествовал в следующий отсек. Уори слаженно двинулись за ним, оставив дутсы валяться на полу. Удивительная беспечность. Ведь ничто не мешало человеку подобрать оружие и напасть. Но Виталий не спешил рисковать. Надо попытаться выстроить отношения, не прибегая к хитрым уловкам. К тому же Йонолого, видимо, считал, что с помощью солдат уладит любую конфликтную ситуацию. Чур мудро решил пока не разубеждать его.

Когда последний уори покинул отсек, Лиросо встал на ноги и пропищал:

– Мы ити.

Поднявшись, Чур размял тело и последовал за коротышкой.

– Лиросо, ты должен рассказать мне о Йонолого, чтобы я знал, кто он и почему оказался на корабле.

– Памисо звать аиси убить ты, – ответил переводчик. – А я открыть главный ириа правда и просить защита. Я думать, Йонолого здесь искать верный путь. Они всегда прийти, если аиси и ириа спорить.

Шаги свиты Йонолого раздавались впереди. Лиросо шёл так, чтобы не видеть их спин.

– Ты боишься конуна? – поинтересовался Виталий.

– Суйтц не смотреть на Йонолого и уори. Не говорить с ним. Плохо. Они следить закон и убивать, кто делать не так.

– Ваш бог живёт на планете и оттуда наведывается к вам? – спросил Чур. Он хотел представить мир суйтцев и по крупицам вытягивал сведения у переводчика.

– Я не знать. Но я не говорить пики о Ссуйцамисара.

– Лиросо, дай мне точное определение слова «пики».

– Рабочий… э-э-э… с чужой планета.

– Ясно. А поскольку суйтцы – господа, то все пики – рабы, обязанные им служить.

– Да.

– А как вы называете союзников?

– У нас нет такой понятий, – задумчиво произнёс Лиросо. – Ириа звать другой ириа – итри. Аиси говорить коллега – того.

– А как бы Йонолого назвал другого Йонолого?

– Ойто.

Виталий и Лиросо поднялись на верхний ярус корабля. По пути им не попалось ни одного суйтца. Но у шлюза на полу лежало пять неподвижных посиневших тел. Чур опознал ириа. Видимо, когда аиси разрезали створку, запечатанную Ашаш и проникли на корабль, то убили всех, кто им встретился. Капитан Америсо заблаговременно увёл пилотов, но если верить Лиросо, они тоже погибли.

Здесь же лежал и Памисо. В очередной раз проявив удивительное хладнокровие, «бычок» воспользовался ситуацией и сбежал перед самым взрывом. Но видимо, столкнулся с уори, и те его убили.

Склонившись, Чур заметил голубую дымку вокруг тела злобного «баклажана». Подошедший Лиросо произнёс:

– Йонолого так наказать тот, кто нарушит закон.

– Он жив? – поинтересовался Виталий.

– Так держать преступник.

– Но его можно оживить?

– Я думать: да. Памисо не треньк.

Виталий присел возле «бычка» и постарался расслабиться, чтобы вступить в контакт с Ашаш.

– Друг, ты рядом? Мы покидаем корабль, и тебе лучше следовать за мной. Надеюсь, мы продвигаемся в направлении освобождения.

– Я с тобой, – тут же отозвался кохлот.

– Ашаш, ты мог бы осмотреть суйтца Памисо? Сейчас я возьму его на руки. С ним что-то сделали, но он мне необходим.

– Постараюсь, – ответил Ашаш.

В этот момент Виталий почувствовал, что его кто-то дёргает.

– Ити скоро, – взволнованно пищал Лиросо. – Я думать, ты треньк.

– Я жив, жив, – выдохнул человек.

– Звук! – Суйтц привлёк внимание человека к тревожному низкочастотному сигналу. – Тасийо Йонолого лететь.

– Поспешим, – согласился Виталий и, подняв тело Памисо, зашагал к шлюзу.

– Зачем ты брать аиси? – удивился Лиросо. – Йонолого наказать он.

– Памисо хорошо говорит на галакто, – ответил Чур. – Лучше тебя. Для переговоров с вашими лидерами вы понадобитесь оба.

– Он хотеть убить ты, – заметил Лиросо. – Он не помочь.

– Я знаю. Но у людей ценится любая жизнь. А ещё у Памисо умная голова. Просто он находится во власти стереотипов. И ему не хватает знаний о мире.

Лиросо ничего не ответил, но Чур увидел, что переводчик задумался.

По пути Виталий бросил взгляд на изуродованную створку шлюза. В месте, припаянном Ашаш, суйтцы не смогли удалить спайку. Если судить по характеру повреждения, аиси взорвали металлическую дверь снаружи и лишь тогда вошли на корабль ириа.

Глава 12.

Чур на корабле Йонолого

В шлюзовой камере, рассчитанной на низкорослых суйтцев, Виталию пришлось согнуться. Далее шёл небольшой коридор, разветвлявшийся в конце. Лиросо уверенно направился в левый проход.

– Ты не ошибся? – уточнил Чур, следовавший за переводчиком с Памисо на руках.

– Туда корабль аиси, – ответил Лиросо, указав за спину. – Здесь тасийо Йонолого.

«Видимо, у суйтцев швартовочные узлы разных типов, – подумал Виталий. – Аиси и ириа в высоту полметра – им ни к чему большие отсеки. А Йонолого выше, им требуются помещения попросторнее».

Виталий не ошибся. Пройдя шлюз, он полностью выпрямился. Между стенами здесь было метра три. А до потолка – два с половиной, тогда как на корабле ириа – около полутора. Под ногами мягкое тёмно-синее покрытие. Возможно, это цвет Йонолого. На голубых стенах нанесены письмена, разделённые на вертикальные полосы, чем-то напоминавшие Виталию египетские иероглифы. Должно быть, у суйтцев, попавших на звездолёт бога Ссуйцамисара, такая красота вызывала трепет и восхищение.

– Тасийо Йонолого, – с благоговением прошептал Лиросо, подтверждая мысли человека. – Я не мечтать тут быть.

– То ли ещё будет, – усмехнулся Виталий и указал на стену: – О чём здесь говорится?

– Это сийо-упицу – высший язык Йонолого, – ответил Лиросо. – Так пишут закон.

– А ты понимаешь его?

– Ириа – да.

– Можешь сказать, что тут написано? – показал Виталий на крайний столбец.

Лиросо прочитал:

– «Закон больше остальной жизнь».

– Может быть, «закон превыше всего»?

– Да, – высоколобый удивлённо посмотрел на человека. – Так правильно. Как ты знать?

– У нас тоже есть подобное выражение.

Шлюз закрылся с причмокиванием, отгородив гостей от корабля ириа. Путь назад отрезан, и теперь события будут развиваться на тасийо Йонолого.

Стены начали плавно гаснуть.

– Туда ити, – указал Лиросо в сторону освещённой галереи.

Виталий с Памисо на руках направился за переводчиком. А за спиной постепенно гаснул свет, будто отрезая путь назад.

– Мы тут, – произнёс Лиросо, свернув в проём. Далее по коридору царила тьма.

Чур вошёл в тесный отсек вслед за высоколобым.

– Это настоящая тюремная клетка, – заявил Виталий, осмотрев голые металлические стены.

Помещение размером два на два метра. И столько же в высоту. Слева полки, на которых могли улечься суйтцы, но не человек. На таких рослых гостей отсек и не был рассчитан.

– Дальше Йонолого не пускать, – раздался голосок Лиросо.

Оглянувшись, Виталий увидел, что свет везде погас.

Едва Чур уложил Памисо на верхнюю полку, дверь за спиной закрылась, и в отсеке, превратившемся в карцер, повис сумрак.

– Не слишком гостеприимный ваш бог, – заметил Виталий, пытаясь устроиться в узкой щели между полкой и стеной. – Удобств никаких.

– Для ириа большой честь быть тут, – отозвался Лиросо.

Высоколобый улёгся на нижнюю полку, подложив руки под голову. С лица коротышки не сходило благоговение.

– Ты чем так восхищаешься? – поинтересовался Виталий, пытаясь устроиться в узком проходе.

– Ты не понимать, – вдохновенно произнёс Лиросо, выглядывая из-за края полки. – Ириа не видеть Йонолого. Я не мечтать о такой. Конун говорить о я, и на Ссуйцамисара знать мой имя. Большой честь мне. Я карошо треньк.

– Лиросо, я, конечно, понимаю твои религиозные чувства. Всё это очень важно. Но я не собираюсь на тот свет. Я к вам прибыл вести переговоры.

– Ты глупый пики, – снисходительно выдохнул Лиросо. – Когда Йонолого прити, он брать суйтц. Я треньк. Но если ты видеть конун, это великий честь.

– Друг, не умирай, – попросил Виталий. – Ты мне нужен.

– Ссуйцамисара решать судьба. Но теперь мой жизнь иметь смысл. Если Йонолого прити, быть карошо треньк.

Стены качнулись и завибрировали – произошла отстыковка от корабля ириа. Судя по дрожанию корпуса, тасийо Йонолого имел средние размеры. Что и понятно. Если конуны Ссуйцамисара выполняют полицейские функции, а по рассказам переводчика ещё и религиозные, то их звездолёт должен быть мобильным.

Как будут развиваться события, не знал никто. В том числе и Лиросо, с неким воодушевлением ожидавший почётной смерти. Оставалось лишь гадать, что уготовил бог Йонолого гостю с другой планеты. Впрочем, ознакомившись с мировоззрениями суйтцев, Чур не ждал ничего хорошего. В этом обществе для чужака есть только два сценария: либо рабство, либо смерть. И Виталий вполне испытал это на себе. Ведь ему пока удавалось выживать лишь благодаря помощи Ашаш.

Вспомнив о кохлоте, человек расслабился. А когда начал различать биение сердца, позвал его.

– Я здесь, – тут же откликнулся Ашаш, согрев ему левое плечо. – Но я ещё не изучил корабль.

– Хорошо, что ты со мной. – Виталий послал другу эмоцию радости.

– Это было здорово, – тут же отозвался довольный Ашаш. – Витли, от существа, из-за которого я расстался с господином омуе, исходило примерно то же самое, но увеличенное во много раз.

– Теперь я знаю, как сделать тебе приятно, – усмехнулся Виталий.

– Только не надо часто, – попросил кохлот. – Не то я опьянею и выпаду из реальности. Это, конечно, здорово, но я не желаю снова где-то потеряться и остаться в одиночестве.

– Друг, я не брошу тебя и не предам, – заверил Чур.

– Я верю тебе.

– Ашаш, хочу задать вопрос, который не даёт мне покоя. Суйтцы говорили, что не раз убивали меня, но я, по их словам, воскресал. Это ты оживлял меня?

– Нет, я же не великий господин омуе, кораби или кристаллоид. Вот они обладают колоссальными силами и могут создавать миры. А я в одном случае немного гармонизировал тебя. В другом – удержал твою внутреннюю сущность в пределах оболочки. В третьем – не допустил распространения по энергетическим каналам чужеродных потоков. Это всё мелочи. Я удивлён, что ты сам не можешь делать того же для себя.

– Меня такому не учили.

– Я тебе покажу. Это не трудно.

– Хорошо бы. Но сейчас некогда. Сперва нужно выжить и освободиться.

– Витли, самое главное, что ты назвал меня другом и пообещал отвезти домой.

– Значит, вместе мы команда, и в мире не существует препятствий, которые остановили бы нас.

– Здорово. Я очень хочу вернуться на Хофох, мою родную планету, и рассказать друзьям об увиденном у кристаллоидов.

– Ашаш, если я дал слово, что помогу, то постараюсь. А ты осмотрел Памисо?

– Я разорвал спеленавший его энергетический кокон. Суйтц должен вновь обрести единство и гармонию с миром. Он тоже друг?

– Скорее помощник. Без него я не смогу общаться с остальными.

– Но ведь мы с тобой понимаем друг друга, – удивился кохлот. – Зачем тебе посредник для общения с кем-то?

– Ашаш, я не представляю, как мы контактируем. А в мире кристаллоидов у каждого народа есть собственный набор понятий и слов для обозначения предметов – язык. Суйтцы, которых я взял с собой, знают, как перевести мою систему в свою и наоборот.

– Кажется, я понимаю, о чём ты. Если эти существа важны для тебя – значит, помогают и мне. И я прослежу, чтобы они не пострадали.

– Спасибо, друг Ашаш.

Виталий открыл глаза и увидел перед собой любопытную мордашку Памисо. «Бычок» внимательно рассматривал человека.

– Проснулся? – спросил Виталий.

– Ты жив?! – разочарованно протянул «баклажан».

– Как видишь.

– Я так надеялся, что ты умер и я больше не услышу глупые трусливые рассуждения пики. Почему тебя не убили аиси?

– Ещё не пришло время моей смерти, – хмыкнул Виталий. – Несмотря на все твои попытки.

– Но ведь я помню взрыв.

– Ты разве не в курсе, что Астаили поставил мой дутс на самоуничтожение?

– Нет, – пропищал коротышка, и тут его глаза округлились. – Значит, тогда аиси взорвались, а ты не пострадал?

– Да. Можешь спросить у Лиросо, – кивнул Виталий на нижнюю полку. – Он сам видел. А чего ты испугался?

– Я убил коллег, – расстроенно сказал Памисо. – Мне нет прощения. Я подставил аиси, которых позвал на помощь.

– У нас есть такая мудрость: не рой другому яму, не то сам в неё попадёшь.

– Не слышал.

– Ты ещё многого не знаешь. А что ты помнишь о дальнейших событиях на тасийо ириа – после того, как сбежал от меня?

«Бычок» задумался.

– Я шёл к шлюзу. И больше ничего не помню. Что произошло? Где мы?

– После того как аиси взорвались, пришёл Йонолого.

– Тебе известно о нём? – казалось, глаза коротышки вылезут из орбит.

– Да. Мы сейчас летим на его корабле.

– Тасийо Йонолого? – Памисо осмотрелся с неподдельным страхом.

Чур удивился, насколько это отличалось от реакции Лиросо.

– Ты не рад, что оказался на тасийо конуна Ссуйцамисара?

– Я не хочу умирать.

– Почему сразу «умирать»? – прищурился Виталий.

– Глупый пики ничего не знает, – выпалил Памисо, затравленно озираясь. – Йонолого всегда кого-то забирают. Но никто не возвращается от них.

– А вот Лиросо рад, что его путь окончился и он получит великую смерть.

– Ириа – дураки, – отмахнулся Памисо. – Верят в ерунду.

– Например?

– Я слышал, как они говорили, что имена наиболее отличившихся из них доложат на Ссуйцамисара и тогда их запишут в Вечные списки. Для ириа нет большей награды. Особенно если в какой-нибудь книге укажут имя изобретателя или учёного, написавшего формулу.

– Ну а что является наивысшим достижением для аиси?

– Ты не смеёшься над ириа? – удивился Памисо.

– У каждого существа должна быть цель, ради которой он живёт и работает.

– Значит, и у тебя такая есть?

– Конечно.

– Назови её.

– Хм… Давай так. Ты расскажешь, что является высшей наградой для аиси, а я поделюсь, что важно лично мне.

Памисо отвёл глаза и какое-то время молчал. Виталий не торопил. О таких вещах непросто говорить, поскольку зачастую именно они и составляют смысл жизни.

– Ну хорошо, – сказал «бычок». – Я не думаю, что открою великую тайну. Каждый из нас желает процветания суйтцев. Для аиси главная цель – убить как можно больше врагов Ссуйцамисара. А высший почёт – умереть в бою с пики.

– И тогда имя твоё будет внесено в Вечные списки? – уточнил Чур.

– Нет. Мы не пишем глупых списков. Но аиси помнят тех, кто совершил подвиг, и ставят их в пример другим. Мы изучаем стратегии героев и учимся их использовать.

– Я понял, из-за чего ты ополчился на меня, – усмехнулся Виталий. – Ты мечтаешь заработать славу великого аиси, одолевшего чудовищного пики, чтобы потом тебя ставили в пример другим? – Суйтц опять отвёл глаза, и Чур догадался, что попал в точку.

– А теперь расскажи ты, – потребовал Памисо. – Что у ваших солдат является высшей наградой?

Виталий задумался.

– Люди идут в армию по разным причинам. Нельзя выделить какую-то одну. Могу сказать лишь за себя. Я хочу, чтобы Вселенная жила в мире и гармонии. Ради этой цели я и стал воином. В нашей Галактике множество рас, населяющих тысячи планет. Многие объединены в огромные государства. Между ними порой ведутся беспощадные войны. Мне приходилось видеть последствия использования разных типов оружия, уничтожавших всё живое. Даже целые звёздные системы. И потому я хочу, чтобы разумные существа поддерживали общепринятые законы и жили в уважении друг к другу. Знаешь, Памисо, когда на задний план отодвигается военное противостояние, обнаруживается удивительная вещь. Несмотря на все различия, народы мечтают об одном – жить в мире и процветании.

– То, о чём ты говоришь, противоречит тому, что я знаю, – возразил «бычок». – Мы созданы для войны. Когда Ссуйцамисара завоюет всю Галактику, суйтцы будут удовлетворены.

– А зачем вам порабощать столько планет и народов? – спросил Чур, с усмешкой глядя на мелкокалиберного воина.

– Глупый вопрос, – скривился «баклажан». – Это смысл и цель существования каждого суйтца.

– Памисо, ты прирождённый воин и иной жизни не знаешь, – заметил Чур. – Тебя так воспитали и не сказали, что можно жить иначе.

– А зачем?

– Если раса только воюет, то она вымирает. У нас есть мудрость: война – крайний метод дипломатии. Обязательно должно быть созидание.

– Аиси не думают о таких проблемах. Мы лишь выполняем распоряжения Йонолого и Ссуйцамисара и боремся за превосходство расы великих суйтцев. Это наша цель. А то, о чём ты говоришь – рассуждения слабых, которые всего боятся, а потому никогда не станут правителями Галактики.

Виталий понял: разговаривать с аиси на такие темы бессмысленно. И перешёл к другой.

– Памисо, можешь рассказать, как рождаются суйтцы?

– А что это? – удивился «бычок».

– Как вы появляетесь на свет?

– Глупый вопрос, – отмахнулся коротышка.

– И всё же ответь. Ты говорил, что у вас нет ни девочек, ни мальчиков. Но откуда-то приходят новые аиси и ириа. Ты помнишь своё детство?

Памисо задумался.

– Я помню, что был неопытным солдатом. Меня учили. Я стал лучшим в группе. После обучения всех моих коллег направили на тасийо аиси, и я делал научную работу. Но это не надо знать пики.

– Всё понятно. Командиры увидели твои способности, и ты стал шпионом.

– Нет. Я вошёл в круг янки, и меня назначили куратором группы ириа.

– Кто такие янки? – поинтересовался Виталий.

– Высший уровень аиси. Мы принимаем решения в доверенной нам области и повинуемся лишь Йонолого.

– А зачем янки становятся кураторами ириа?

– У учёных плохо с дисциплиной. В критических ситуациях они паникуют и могут погибнуть. Тогда мы открываемся и берём на себя командование.

– Как в нашем случае, – кивнул Виталий. – Но я заметил, что ириа не хотели тебе подчиняться.

– Они бы никуда не делись. У нас есть законы. Но ты нарушил их, и потому все погибли.

– Ты ошибаешься. – Виталий покачал головой. – Я никого не убивал. Это вы нарушили свои обещания мне, что привело к такому результату.

– Если бы ты слушал команды, я не вызвал бы аиси…

– И они не убили бы ириа и не взорвались бы из-за подстроенной Астаили ловушки. Интересная цепь событий. Памисо, задумайся: если в ваших законах не предусмотрена такая ситуация – значит, они несовершенны и их нужно корректировать.

– Не буду спорить. Законы дают нам Йонолого. Тех же, кто не соблюдает их, ждёт смерть.

– У нас похожая система, – кивнул Чур. – В Космической Федерации есть правительство, вырабатывающее законы. Но за их нарушения не убивают. В нашем государстве ценят любую жизнь.

– Как же вы поддерживаете дисциплину? – удивился «бычок».

– Правильное воспитание, изоляция индивида, не вписывающегося в систему, понижение статуса. Но ты должен понимать: это лишь отдельные случаи.

– Очень сложно, – отмахнулся Памисо.

– Зато эффективно. Так общество не теряет личность, которая в будущем может сделать много полезного. Ведь что-то новое может породить только неординарный ум, умеющий видеть проблему под иным углом.

Суйтц ничего не ответил. Но Чур и так видел: тема ему неинтересна.

– Витали, ты говорил о шпионах, – сказал Памисо чуть погодя. – Ты один из них?

Чур усмехнулся. Аиси способен мыслить лишь в рамках привычных категорий и разговор переводит в понятное ему русло.

– Нет. Я воин, отправленный с заданием, которое провалилось. Но не по моей вине.

– Тебя убьют, если ты вернёшься? – В глазах Памисо возник заметный интерес.

– Нет. У людей другие правила и представления о жизни. Я уверен, что меня наградят и даже присвоят следующее звание. Но всё же, Памисо, ты не рассказал, как суйтцы появляются на свет.

– Я не знаю и не задумывался. Это ириа вечно что-то исследуют. А аиси должны совершенствовать боевые навыки истребления врагов Ссуйцамисара. И тогда мы будем править миром. Вот цель жизни суйтца. А учёные работают над увеличением нашей эффективности.

– Памисо, у тебя умная голова. Потому ты и выделился в группе аиси. Ты гораздо лучше Лиросо говоришь на галакто и имеешь отличные способности. Но тебе не хватает знаний об устройстве мира и широты взглядов.

– Насчёт первого – согласен. Командиры нас всегда наставляли: аиси надо постоянно учиться. Я следовал этому правилу и много работал. Но я не понимаю второго замечания. О чём это?

– О жизни, – уклонился Виталий от объяснений. – Кстати, ты напрасно считаешь информацию о появлении на свет суйтцев глупой. Она является базовой и стратегически важна. Даже с военной точки зрения. Представь: ты несёшь потери в бою, тебе нужны солдаты. Где их взять?

Памисо лишь отмахнулся.

– Йонолого привозят новых аиси. И они же потом забирают наиболее опытных, сумевших выжить в бою. Мы думаем, их посылают на войну с пики. А ты знаешь, откуда появляются ваши солдаты?

– Конечно. Я мальчик. Чтобы появился человек, я должен найти девочку. Мы образуем семью, и тогда она рождает дитя. Вот так у нас устроено. Поэтому ириа не смогли бы получить от одного меня новых пики.

– Я не понимаю, – скривился Памисо.

– Возможно, я когда-нибудь расскажу тебе подробнее, – вздохнул Чур и перешёл к другой теме. – Памисо, а как вас разделяют на ириа и аиси? Йонолого проводят тесты?

– Не знаю, почему ты спрашиваешь, – задумчиво произнёс «бычок». – Это неинтересно, но и большой тайны тут нет. А поскольку ты оказался на тасийо Йонолого и скоро умрёшь, я могу рассказать тебе.

Виталий поморщился от такой откровенности. Но он и сам догадывался, что тут ничего хорошего ему не стоит ожидать.

– Аиси и ириа живут на разных уровнях Космического города, – начал Памисо. – Суйтцев объединяют в группы на время учёбы и после сдачи всех тестов распределяют на корабли. Я знаю, что ириа учат конкретные темы. Потом им дают тасийо, и они летят в космос проводить исследования. Если команда успешно выполняет задание и возвращается с хорошими результатами, то получает в награду ритуал Колонго.

– Расскажи о нём, – попросил Чур.

«Бычок» медлил с ответом. Но, видимо решив, что скорая смерть чужака всё спишет, продолжил:

– После завершения миссии ириа хвалят перед другими группами. Каждому из них дают цилиндр с напитком Колонго. Они выпивают содержимое, и им поручают новое сложное задание. Потом ириа проходят необходимую подготовку и снова летят в космос. Но тасийо для следующей миссии им дают более совершенные.

– А если команда не справилась? – поинтересовался Виталий. – Что её ожидает?

– Я не знаю. – Памисо задумался. – Нам не говорили об этом.

– Аиси тоже собирают в группы во время обучения?

– Военные тайны нельзя открывать врагу, даже если тот на пороге смерти, – отрезал «бычок».

– Памисо, я и так много узнал при общении с вами и представляю, как устроен ваш мир.

– Откуда? Ты шпионил за суйтцами? Вы брали аиси в плен и пытали?

– Нет, – покачал головой Виталий. – Наши расы встретились впервые. Просто я много путешествовал и учился. Поэтому могу делать проекции и с большой долей вероятности предположить устройство вашего мира.

– Я не понимаю. – Коротышка почесал лоб. – Витали, ты воин. А теперь признался, что изучал науки. Значит, ты тоже куратор группы, как и я?

– Нет, Памисо. Наши миры разные, и правила, по которым мы живём, отличаются. Но в своём воинском подразделении я могу командовать.

– Что ты знаешь об аиси? – «Бычок» уставился на человека.

– Вы биороботы, не способные иметь потомство и жить самостоятельно. Йонолого искусственно выращивают суйтцев – и аиси, и ириа – в Космическом городе. Думаю, это технология клонирования. Вы копии созданного образца. А поскольку не помните своего детства – значит, в ваш мозг внедряются какие-то базовые программы. Когда вас пробуждают, то ставят задачи и отправляют в космос на опасные миссии. После успешного возвращения, как ты говорил, ириа проходят ритуал Колонго и получают новые цели. А тех, кто не справился, просто убивают, потому что суйтцы не представляют ценности для Йонолого. Аиси воспитываются точно так же, как и ириа. Но по иным программам. Вместо развитого интеллекта в вас закладывается агрессивность, а тела получают способность переносить нагрузки. И для вас не проводят ритуал Колонго, поскольку военные, как правило, погибают.

– Ты… – Глаза у «бычка» полезли на лоб. – Ты не мог обо всём этом просто догадаться. Кто тебе рассказал?

– Кое-что ты сам открыл, – усмехнулся Виталий. – А я лишь собрал информацию и представил, как это может работать.

– Ты очень много знаешь о нас, – испуганно произнёс янки. – Ты…

Ухо Чура уловило тихое шипение, и он тут же закрыл рот Памисо. А затем указал пальцем на потолок и спросил:

– Ты слышишь?

«Бычок» утвердительно кивнул.

– Что это может быть?

– Не знаю.

– Отравляющий газ, – прошептал Виталий. – В соответствии с вашими законами Йонолого решили устранить нарушителей порядка.

– Это всё ты виноват! – злобно воскликнул Памисо, и Виталию показалось, что «бычок» сейчас расплачется. – Теперь мы все умрём! Если бы ты слушался ириа и не…

– Ты хочешь жить? – спросил Виталий, рассматривая потолок.

Суйтц не сразу ответил, поскольку весь кипел от гнева и страха. Но всё же, сумев унять панику, произнёс едва слышно:

– Да.

– Значит, нужно действовать.

– Ты не умираешь! – пропищал «бычок». – Ты можешь…

– Цыц, малявка! – прикрикнул Чур. – Ты аиси или кто? Сам же недавно говорил, что только ириа в кризисных ситуациях впадают в панику. А ты воин и должен быть спокоен и хладнокровен. Думай. Нужно срочно закрыть дырку, через которую поступает газ.

– Держи. – «Бычок» протянул ему что-то.

«Быстро сориентировался, – отметил Чур, принимая кусок мягкой чёрной ткани. – Интересно, что это?»

Но времени на раздумья не было. Виталий плюнул на материал и приложил к крошечному отверстию, расположенному в углу над входной дверью, где стена соединялась с потолком. При всём желании маленькие суйтцы не смогли бы туда дотянуться. Но человек выше. Едва Чур закрыл дырку, шипение стихло. Но угроза не миновала. Небольшое количество газа всё же проникло в отсек.

Виталий проследил, как растекается облачко под самым потолком, и тут же уселся на пол. Может, так удастся избежать отравления.

– Памисо, быстро спускайся к Лиросо, – велел Чур.

– Зачем? – удивился суйтц, внимательно наблюдавший за человеком.

– Если хочешь жить, делай, что я сказал.

«Бычка» как ветром сдуло с верхней полки. Но коротышка не лёг рядом с ириа, а стал подле Виталия.

– Я уже понял, что надо быть около тебя и тогда можно спастись, – ответил Памисо на вопросительный взгляд Чура.

– До Лиросо это дошло ещё на корабле ириа, – усмехнулся Виталий.

– А я думал, он продался тебе.

– Памисо, ты же слышал все наши разговоры. Лиросо лишь переводил. А вот теперь, мой друг, тебе нужно ответить на очень деликатный вопрос, который, даже если ты ещё этого не осознал, стоит перед тобой. Что ты будешь делать? Твой бог обрёк тебя на смерть. Если продолжишь следовать вашим правилам, то погибнешь. Да ты и так был бы уже мёртв. Когда я нашёл тебя на корабле ириа у шлюза, ты лежал в голубой дымке. Лиросо сказал, что так Йонолого наказывают тех, кто не соблюдает закон.

Глаза Памисо стали от страха чуть ли не вдвое больше.

– Ты… – «Бычок» не находил слов. – Но почему я жив? Ты спас меня?

– Да, – кивнул Чур.

– Зачем? Я же хотел убить тебя.

– У меня, Памисо, как ты говоришь, трусливая философия: каждая жизнь бесценна.

Глава 13.

Чур спасает суйтцев

Лёгкая дрожь сотрясла корабль.

– Мы пристыковались? – спросил Виталий.

– Да, – кивнул Памисо.

– Ты был когда-нибудь на тасийо Йонолого? – поинтересовался Чур.

– Нет. Иначе я не стоял бы сейчас тут. Для суйтца такой полёт всегда в один конец. Я не слышал, чтобы кто-то возвращался и рассказывал, что происходит с аиси дальше.

– Кажется, я знаю почему, – задумчиво произнёс Виталий. – Суйтцев здесь травят газом, а потом либо выбрасывают в космос, либо отправляют на переработку.

– Но ведь Йонолого всегда забирают лучших, – возразил Памисо.

– Нет, – выдохнул Чур. – Конуны выводят из среды аиси нарушителей правил. Если суйтц должен был умереть, но выжил – значит, с ним что-то не так. Поэтому, не разбираясь в деталях, его отбраковывают как не соответствующего нормам. В отлаженном механизме нет места чему-то оригинальному, выбивающемуся из системы. Каждому аиси важно как-то выделиться среди остальных, чтобы начальство отметило, похвалило, может, повысило в звании. Но Йонолого стоят над вами, и для них вы роботы, легко заменяемый расходный материал. Им требуется идеально функционирующий механизм, не создающий проблем.

«Бычок» задумался. И по его дрожащим рукам Чур понял, как глубоко затронули суйтца эти слова.

– Ты лжёшь! Йонолого забирают лучших аиси, – упрямо повторил «баклажан», отказываясь верить в то, что в корне ломало его представления. – Они…

– Памисо, у тебя умная голова, и скоро ты сам всё поймёшь. Вот увидишь: когда откроется дверь, сюда зайдут уори с приспособлениями для вытаскивания трупов. Что ты будешь делать?

– Я… Я…

Коротышку явно перемкнуло. До сих пор человек выходил победителем из всех передряг. Но лишь потому, что действовал по-своему, вопреки правилам Ссуйцамисара. Янки понимал: только верное суждение о ситуации давало чужаку возможность переигрывать систему.

– Памисо, надо решать, как будем спасаться, – напирал Виталий. – Сейчас важна любая информация, которая поможет нам выжить. Есть у тебя хоть какие-то представления об этом корабле? Что и где находится? Сколько тут уори Йонолого?

– На тасийо аиси – обычно не более десяти… – начал Памисо, но оборвал себя. – Я не могу рассказывать чужаку военные тайны.

– Как хочешь, – вздохнул Чур. – Кстати, пора бы нам попрощаться. Скоро мы оба будем мертвы.

– Прекрати! – взорвался «бычок». – Это тебя, взбесившегося пики, убьют уори Йонолого. А я им нужен, чтобы рассказать о произошедшем на корабле ириа.

– Памисо, а разве у вас нет видеокамер на борту?

– Есть.

– Ну вот ты и ответил на свой вопрос. Если кого-то из Йонолого заинтересует случившееся, ему будет достаточно просмотреть запись.

Коротышка сжал кулачки, а рот его превратился в едва заметную полоску. «Бычок» сильно нервничал, но пытался держаться. Сама мысль о смерти противоречила его мировоззрению.

– Как люди говорят: поживём – увидим, – бросил суйтц и сел на полку возле Лиросо. – Я был лучшим аиси в группе и написал работу у ириа, за которую меня похвалили. И лишь после этого назначили куратором. Я следовал правилам и взял корабль под контроль, когда пики взбунтовался. В соответствии с инструкцией я вызвал аиси. Я образцовый янки. Ни одного прокола и нарекания. Меня не могут убить.

– А ты хоть раз беседовал с Йонолого? – поинтересовался Чур. – У кого-нибудь из аиси конуны спрашивали, как те живут?

На каждый вопрос Памисо лишь качал головой.

– У нас это не заведено.

– Вот видишь. Значит, я прав. Вы для Йонолого легко заменяемые механизмы. Зачем им напрягаться и беседовать с вами по душам?

– Что происходит? – спросил проснувшийся Лиросо.

– Мы пристыковались к какому-то кораблю, – ответил Виталий. – Думаю, скоро нас убьют.

– Это кароши треньк, – без прежнего воодушевления протянул высоколобый. – Мы видеть Йонолого.

– Идиот, – презрительно бросил Памисо.

– Скажи, Лиросо, а разве ты не хочешь жить? – поинтересовался Чур.

– Я… – Ириа смешался. – Я хотеть жить.

– Молодец. Тогда прекрати думать и говорить о смерти.

– Я… Я бояться, – выдохнул Лиросо.

– Дай руку, – сказал Виталий и протянул свою.

Высоколобый с опаской посмотрел на гигантскую ладонь человека, но сделал то, о чём его просили. Хотя и не понимал зачем. Но ириа уже научился доверять этому странному чужаку.

– Лиросо, я обещаю, – сказал Чур, глядя на суйтца и поглаживая большим пальцем его кукольную ручонку, – если ты не предашь меня, то будешь жить.

Пол вздрогнул, и Виталий насторожился. А в следующий миг ощутил, как поверхность под ним стала наклоняться.

– Держитесь за полки! – скомандовал Чур и ухватился за вертикальную стойку.

Памисо и Лиросо переглянулись, не понимая, что происходит, но тут и сами почувствовали неладное. Одновременно погас свет, и обречённые гости тасийо Йонолого оказались в полной тьме.

Скорость опускания пола резко возросла, и Виталий едва удержался за стойку, когда отсек рухнул. Так боги Ссуйцамисара избавлялись от суйтцев, выбивавшихся из системы, и от бунтующих пики. Вначале их милосердно травили газом, а после трупы сбрасывали на помойку. Чур едва не задохнулся, когда снизу на него повеяло мерзким зловонием. Без сомнения, в соответствии с инструкцией, тасийо Йонолого привёз нарушителей порядка на станцию переработки отходов и теперь опорожнял бункер. Никто и не собирался вести с пики никаких мирных переговоров. Чтобы тебя уважали и воспринимали всерьёз, нужно быть сильным. Но что может пленник, которого доставили в бессознательном состоянии и над кем намеревались проводить опыты, дабы узнать, как эффективно убивать его сородичей?

– Вы там целы? – спросил Виталий суйтцев, пытаясь не вдыхать миазмы разложения.

– Я плохо висеть, – пожаловался Лиросо.

– Памисо, ты сильнее, – произнёс Чур, изо всех сил стараясь не сорваться. Острые края металлической опоры врезались в руки и больно царапали кожу. – Помоги ириа.

– Зачем? – удивился аиси.

– Если упадёт Лиросо, я и тебя скину вниз, – пригрозил Виталий.

– Ладно, – выдохнул «бычок», явно недовольный услышанным. Но он не мог перечить человеку. Тот снова оказался прав и в очередной раз спасал их от смерти.

– Памисо, теперь видишь, куда привозят Йонолого лучших аиси, – произнёс Виталий, стараясь не думать, что под его ногами раскрылся настоящий ад.

«Бычок» ничего не ответил. Возможно, ему было тяжело осознавать, насколько он заблуждался в отношении своих богов.

Пол между тем начал медленно подниматься. Видимо, после опорожнения бункера тасийо Йонолого должен вернуться к первоначальному состоянию и покинуть станцию переработки. Чура обеспокоила мысль, что из-за его веса створка может не закрыться. Но та, подтягиваемая каким-то механизмом, успешно двигалась вверх.

Суйтцы не паниковали. Виталий лишь изредка улавливал их ойканья.

Когда пол достаточно поднялся, Чур сгруппировался и упёрся ногами в стены металлического отсека, чтобы уменьшить нагрузку на подъёмный механизм. Бункер закрылся с тихим чмоканьем, и сразу же мощный холодный поток воздуха удалил зловонные миазмы. Чур распластался на полу и перевёл дыхание. Кожу рук саднило, а ноги тряслись после напряжения. Зато все выжили.

– Витали, ты как? – участливо спросил Лиросо.

– Я в норме, – ответил Чур. – А ты?

– Я жить, – пропищал коротышка. – Памисо держать я. Уйвисте.

Ещё с первого контакта с ранеными суйтцами, которых везли домой, Виталий знал, что это слово обозначало благодарность. Но ни разу не слышал его в среде ириа и аиси.

– Лиросо, ты пережил свою почётную смерть, – заметил Чур. – Теперь сможешь рассказать коллегам, что ждёт их на тасийо Йонолого.

– Нет. Я не получить Колонго и треньк, – произнёс Лиросо обречённо.

– Поясни, – сказал Виталий.

– Когда мы карошо делать заданий, мы жить. А если нет, то учёный не иметь ритуал.

– О чём ты говоришь? – удивился Памисо.

– Аиси не знать, – ответил Лиросо. – Вы погибать в бой. Когда ириа карошо делать работу, то Йонолого хвалить, и мы жить. Если не пить Колонго, суйтц треньк.

«Вот и ещё один секрет Ссуйцамисара открылся, – подумал Чур. – Если ириа не выполнил задание, то не получит Колонго и умрёт. Видимо, в организмах „баклажанов“ не хватает необходимых веществ для поддержания жизни. Они ведь искусственно созданы. Либо их тела специально так запрограммированы. Своеобразный отбор лучших умов. Йонолого поощряют талантливых учёных и разрешают им дальше жить. А неудачников отправляют на помойку».

– Не переживай, Лиросо, – сказал Чур. – Найдём мы тебе Колонго. Нужно лишь выбраться отсюда.

– Что нам делать? – спросил ириа.

– Я думаю, надо поймать Йонолого и побеседовать с ним, – ответил Виталий.

– Ты что, не понял? Никто не будет разговаривать с пики, – заявил Памисо. Едва опасность миновала, «бычок» вновь стал заносчивым аиси. – Ты до сих пор не уяснил, как устроено наше общество? Если Йонолого не давал задания, то не будет с тобой вообще ни о чём говорить. Если бы они хотели беседовать с пики, то не стали бы травить газом и сбрасывать в помойку.

– Не захочет говорить – заставим, – ответил Виталий, поудобнее располагаясь на полу.

– Йонолого невозможно заставить, – возразил Памисо. – Они тебе мозги наизнанку вывернут, если будешь говорить то, что им не понравится.

– Гипноз? – уточнил Чур.

– Да, – подтвердил Лиросо.

– Но ведь я смог противостоять суйтцам.

– Другой человек не мочь, – сказал ириа. – А Йонолого сильнее.

Корабль слегка вздрогнул и завибрировал.

– Мы снова куда-то летим, – заметил Виталий. – Надо выбираться отсюда. Я понял, что с Йонолого можно говорить только с позиции силы, поэтому перехожу к активным действиям.

– И тебя быстрее убьют, – со злорадством произнёс «бычок».

Виталий не стал с ним пререкаться. Он уже разгадал натуру Памисо. Такие злюки есть и среди людей. Сколько им ни объясняй и ни делай добра, они всё равно остаются при своём мнении и при первой же возможности норовят подстроить тебе какую-нибудь пакость. Жизнь таких не учит. Поэтому лучше держаться от них подальше и ничего не доказывать. Себе же хуже.

Чур расслабился и мысленно позвал Ашаш.

– Я здесь, друг. – Левое плечо приятно согрело.

– Ты изучил корабль? – спросил Чур.

– Он большой. Тут много существ. Но суйтцев нет.

Поскольку кохлот общался не словами, а образами, Виталий увидел, кого Ашаш встретил на тасийо Йонолого. На борту всего один конун и до двадцати голубых уори. Воины несли вахту, убирали, отдыхали. Тут они жили, помогая хозяину контролировать суйтцев.

Виталий начинал понимать устройство общества Ссуйцамисара. Но у него возникли подозрения, что Йонолого – не высшая руководящая инстанция в этом мире, а ещё одно звено, курировавшее определённое количество закреплённых за ним кораблей ириа и аиси.

– Скажите, вы встречались с другими Йонолого? – поинтересовался Виталий у суйтцев.

– Я видеть один, – ответил Лиросо.

– А я – троих в Космическом городе, – сказал Памисо.

– А сколько ещё таких станций есть в Ссуйцамисара?

– Много, – пропищал Лиросо.

– Молчи! – гаркнул «бычок». – Это военная тайна.

– Человек спасать мы, – возразил ириа. – А аиси и Йонолого убивать. Витали для нас Йонолого. Мы служить он.

– Ты предаёшь суйтцев! – гневно воскликнул Памисо. – Я убью тебя!

«Бычок» ещё много чего сказал Лиросо на своём языке в угрожающем тоне. Но Виталий решительно прервал коротышку:

– Памисо, цыц! Ты думаешь прежними стереотипами, но твоя жизнь коренным образом изменилась. Вот если сейчас войдёт сюда Йонолого, что он сделает?

– Он нас убьёт, – ответил «бычок». – Но всё равно нельзя таким чужакам, как ты, открывать секреты нашей расы. Я знаю, ты выживешь и потом, вернувшись к людям, поведёшь их против нас. Ты сам говорил, что можешь командовать в своём военном подразделении.

– Памисо, сейчас тебе надо определиться, с кем ты, – сказал Виталий. – Когда я иду в бой с отрядом, то должен быть уверен в каждом солдате. Если ты против меня, то твои услуги мне не нужны. Лиросо со мной, и его будет достаточно, чтобы вести переговоры с Йонолого. А ты можешь валить.

– Ты думаешь, что легко справишься с Йонолого? – спросил «бычок» с вызовом. – Ты ещё не сражался с уори Йонолого. Они обучали нас в Космическом городе. Ни один суйтц не мог победить даже самого маленького инструктора.

– Мы скоро выясним, какие они искусные бойцы, – сказал Виталий.

Глава 14.

Чур выходит на тропу войны

Неожиданно вспыхнувший свет заставил всех зажмуриться. Дверь тут же отъехала в сторону. Не раздумывая, Виталий из сидячего положения рванул вперёд и, как таран, сшиб с ног двух уори Йонолого, вероятно явившихся проверить отсек после освобождения от пленников.

Обернувшись к суйтцам, Чур крикнул:

– Выходите!

Подскочив, словно от удара током, коротышки бросились к двери.

Не ожидавшие нападения уори Йонолого беспомощно растянулись на полу. Они ничего не могли противопоставить массе огромного тела, врезавшегося в них. Тем не менее они быстро оправились после внезапной атаки. Облачённые в металлические скафандры, со шлемами на головах, бойцы вскочили и наставили жезлы на человека. Но те не стреляли. Чура позабавило, как уори недоумённо вертели в руках свои бесполезные палки.

– Спасибо, Ашаш, за помощь. – Виталий послал кохлоту приятные эмоции и тут же ощутил, как согрелось левое плечо.

Уори быстро уяснили, что оружие неисправно. А это говорило о хорошей подготовке. Перехватив жезлы, словно дубинки, они кинулись на огромного пики, будто для них это была обычная практика.

Чур выпрямился, благо здесь были высокие потолки и пространство для манёвра. Моментально оценив ситуацию, опытный воин тут же ринулся в бой, поскольку враг действовал быстро и напористо. Уори Йонолого атаковали с двух сторон, намереваясь уложить рослого пики. Но просчитались. Им противостоял тренированный боец, имевший к тому же преимущество в силе и росте.

Защитившись от ударов левым предплечьем, Чур схватил жезлы обеими руками и поднял вверх. Каждый из голубых солдат весил под сорок килограммов, и Виталий, с детства занимавшийся тяжёлой атлетикой, сумел удержать их в воздухе. Уори не могли освободиться, поскольку их руки были продеты в петли жезлов. Но они всё равно пытались атаковать чужака из висячего положения. Чур предвидел эту вероятность и, не мешкая, забросил уори в отсек, который сам только что покинул.

Лиросо повернул один из иероглифов на стене, и дверь тут же закрылась, отгородив голубых воинов от освободившихся пленников.

– Молодец! – похвалил Виталий коротышку, и тот, довольный, наклонил голову.

А Памисо, сжав кулаки, буквально закипал внутри. На его глазах снова рушились стереотипы. Теперь он сам увидел, что уори Йонолого не такие уж и непобедимые, как ему представлялось. А огромный чужак – действительно сильный и опасный воин. К тому же умеющий пользоваться головой. Янки начинал понимать: столкновение с армией Космической Федерации для Ссуйцамисара обернётся катастрофой.

В Космическом городе Йонолого учили, что суйтцы – хозяева мира. А остальные расы Галактики должны им подчиняться. Аиси верили в эту истину, и другого положения вещей для них не существовало. К тому же они завоевали шесть планет и заставили их жителей трудиться на суйтцев.

Когда флот Ссуйцамисара захватил в космосе небольшой корабль с огромными миролюбивыми людьми, Йонолого решили, что те станут хорошими работниками на рудниках, и приказали завоевать их планеты. Но так было до встречи с Виталием. Увидев силу человека-воина, аиси растерялся, а Лиросо и вовсе переметнулся к чужаку. Но он ириа. У них всегда с мозгами не в порядке. А Памисо – янки, высшая каста. Для него оставалось загадкой, почему непобедимый и неумирающий боец призывал к дипломатии и мирной политике, тогда как без особого труда разделался бы со всеми суйтцами. Возможно, в самом деле в Галактике есть могущественные расы, с которыми Ссуйцамисара лучше не воевать. Памисо не забыл рассказ Виталия о первом столкновении людей с иномирянами, когда лишь благодаря мощному флоту они смогли выжить. А по словам человека, корабли суйтцев примитивны. И янки начинал верить ему.

«Выходит, – рассуждал Памисо, – Ссуйцамисара надо договариваться с Космической Федерацией. Кстати, Виталий неоднократно предлагал сотрудничество. Но я отмахнулся от него, сочтя такие разговоры проявлением трусости. А ведь чужак знал, что этим обернётся. – И тут Памисо испытал страх за свою расу. – Виталий – умный и сильный боец и без труда уничтожит этот корабль. Йонолого его не остановит. Может, действительно человек предлагает верный подход к международной политике? Ссуйцамисара нужно создать дипломатическую службу, чтобы договариваться с могучими расами инопланетян. Но как эту идею донести до Йонолого? Простого аиси, пусть даже и янки, они ведь не будут слушать».

Памисо так и не нашёл ответа и поспешил за стремительно удалявшимся человеком. Сейчас ему очень не хотелось встречаться с уори Йонолого. Те сразу же убьют нарушившего правила суйтца. Кстати, Виталий уже не раз спасал Памисо от смерти. «Так чью же сторону принять – людей или Ссуйцамисара? И можно ли, не предавая свою расу, не поссориться с огромным чужаком?»

Закрыв двух уори в отсеке для пленников, Чур направился по проходу. Сейчас галерея, благодаря искусной подсветке в виде иероглифов-светильников, смотрелась впечатляюще. Под ногами всё то же мягкое синее покрытие. Цветовая гамма стен плавно менялась к потолку, светлея к голубому тону. Буквы священного языка Йонолого, разделённые на вертикальные полосы, завораживали красотой и чёткостью.

Виталий теперь имел представление о корабле конуна Ссуйцамисара и уверенно шёл к солдатским кубрикам. Он понял, что никто с ним не будет договариваться. А значит, лишь силой можно добиться возвращения домой. Поэтому дипломатию надо забыть и действовать в соответствии с военным положением.

Чур почти достиг конца прохода, как вдруг из боковых дверей на него бросились четверо бойцов в голубых скафандрах. Видимо, запертые солдаты предупредили по радиосвязи о сбежавших пленниках. Лиросо и Памисо тут же отскочили назад. Для уори Йонолого они не соперники. А Виталий пошёл в рукопашную.

Жезлы не стреляли, и бойцы крутили ими, как дубинками, норовя достать огромного противника. Без сомнения, для суйтцев такой бой имел бы трагические последствия. Но человеку полуметровые палки – не угроза.

Виталий не сдерживался, и его кулаки вовсю колошматили врагов. Вот только уори были в скафандрах, и он быстро разбил руки в кровь, так что каждый удар отдавался болью. Но сейчас надо идти вперёд, невзирая на трудности, и Чур изо всех сил молотил противника. От его мощных ударов, раскидывавших низкорослых воинов, ничто не могло спасти. За десять секунд Виталий уложил всех солдат Йонолого. Последний, оценив ситуацию, хотел сбежать через боковую дверь, но Чур, подпрыгнув, ногой вбил его в стену. Итак, из двадцати воинов шестеро оказались повержены. Но игра ещё не закончилась.

Виталий решил подстраховаться и перетащил бесчувственные тела уори к отсеку для пленных. Ему очень не хотелось, чтобы те, придя в сознание, вновь на него напали. Нужно изолировать всех бойцов, прежде чем идти к Йонолого. Если по кораблю прошла тревога, времени у него теперь не так уж много.

Один из запертых уори решил повторить манёвр человека и, едва открылась дверь, бросился наружу. Но тут же упёрся в тело сослуживца, которого Чур держал в руках. Виталий сильным ударом ноги отбросил храбреца на спальную полку суйтцев, и тот, приложившись головой о металлический угол, обмяк. Затащив всех уори внутрь, Чур запер отсек и возобновил поход по галерее. Коротышки безропотно сопровождали его, словно привязанные.

Если бы солдаты Йонолого атаковали человека одновременно, то возможно, смогли бы связать или хотя бы, оттеснив, запереть в каком-нибудь отсеке и напустить туда усыпляющего газа. Но решив, что шестерых бойцов достаточно, чтобы справиться с пики, остальные продолжали заниматься своими делами в жилых кубриках. Там их Виталий и заставал. Не спеша, стараясь действовать беззвучно, он шёл из одного отсека в другой и расправлялся с уори. Как оказалось, не все они носили скафандры и имели жезлы. Поэтому Виталий легко вырубал безоружных метровых солдат и связывал их чем придётся, чтобы те не начали партизанскую войну.

Одиннадцать уори теперь лежали на нижней палубе, и шестеро оставались в отсеке для пленных, когда Виталий приблизился к лестнице, ведущей на следующий уровень. Но он пока не готов вступать в схватку с хозяином корабля, обладавшим сильной техникой гипноза. Да и неизвестно было, какие ещё технологические приспособления и ловушки есть на чужом тасийо.

Военная наука гласит: боевые действия заканчиваются успехом, когда заранее проделана необходимая работа – подготовка, разведка, составление планов. Но наступать, совершенно не зная потенциала врага – крайне безрассудно. Поэтому стоило отдохнуть и пораскинуть мозгами.

Виталий прихватил в одном из отсеков лежавший на столе пакет с едой. Он давно ничего не ел, и теперь живот сводило от голода. Чур уселся на пол возле лестницы и принялся грызть синие горошки, по-видимому какой-то концентрат. Они были безвкусными и, вероятно, для человека токсичными, но сейчас выбирать не приходилось.

Лиросо и Памисо также сели на пол и уставились на Виталия. На тасийо Йонолого суйтцы оказались из-за него, и теперь человек для них главный.

– Берите, – протянул Чур ладонь, на которой лежало несколько горошин.

– Мы не есть, – возразил Лиросо. – У аиси и ириа свой еда. У уори Йонолого – другой.

– Понятно, – кивнул человек. – Ну как хотите. Лично я помираю от голода.

Пара пригоршней концентрата быстро кончилась. Но всё же в животе образовалось приятное наполнение.

– Ашаш! – мысленно позвал Виталий, покончив с трапезой.

– Я здесь, друг, – откликнулся кохлот.

– Ты был на верхней палубе?

– Конечно, – пришёл ответ. – Сейчас всё покажу.

Это лучше, чем услышать с чужих слов. Ашаш будто включил проектор, и Виталий смог наблюдать, как Йонолого общается с кем-то по видеосвязи. Затем ракурс изменился, и Чур в другом отсеке насчитал троих уори в боевых костюмах, дежуривших у пульта управления. Итого: врагов четверо. Но Виталий полагал, что на следующем ярусе будет гораздо сложнее. Главный противник – Йонолого. К тому же его нужно не убить, а склонить к сотрудничеству. И тут Чур вступал на очень зыбкую почву, поскольку совсем ничего не знал о конунах. Да и суйтцы ему вряд ли помогут. Они ведь жили в иной среде и близко не общались с Йонолого. Тут Виталия осенило.

– Памисо, ты знаешь, что за гребень на голове вашего бога? – спросил Чур.

– Нет, – выдохнул янки.

– Ты врать, – тут же заявил Лиросо. – Это бретек.

«Бычок» толкнул ногой ириа. Но переводчик отодвинулся подальше от него и продолжил:

– Он для связь. А ещё я слышать, он делать сильный гипноз.

– Ага. Спасибо, друг, – кивнул Виталий. – А как ты думаешь, у Йонолого может быть запасной бретек?

– Я не знать, – покачал головой Лиросо.

– Надо отыскать второй гребень, – решил Виталий. – Потому что иначе придётся убить Йонолого. А этого мне не хотелось бы.

– Ты говоришь так, будто сможешь уничтожить бога, – тут же отозвался Памисо. – Но они очень сильные бойцы. Я видел, как Йонолого наказывал уори. Между ними был настоящий бой, но конун не дал коснуться себя. И так избил воина, нарушившего закон, что тот сразу же умер.

– Спасибо за информацию, – кивнул Виталий. – Я это учту.

– С тобой невозможно говорить, – прошипел «бычок» со злостью. – Ты понимаешь больше, чем я сказал.

– Я же настоящий воин, – усмехнулся Виталий. – Итак, наша цель – переговоры с Йонолого. Но сначала нужно провести операцию по принуждению к миру.

– Никогда не слышал такого понятия, – тут же встрепенулся «бычок». – Что это?

– Суть данного мероприятия – создание обстановки для перемирия и прекращения огня, – ответил Виталий. – И оно не подразумевает убийства.

Глава 15.

Чур и Йонолого

Порыскав по кораблю, Виталий не нашёл бретек. Зато на складе наткнулся на бухту тонкого троса. Остальное – дело техники. Ворвавшись в отсек управления, Чур одного за другим оплёл трёх дежуривших там уори. Те, конечно, пытались вступить в бой, но не зря же Виталий изучал на родной планете Эола особый вид единоборства, называемый гоч. Настоящий мастер этого боевого искусства канатом скручивал до двух десятков подготовленных бойцов. Уори Йонолого даже не подозревали, что есть такие приёмы. А потому вся операция завершилась за тридцать секунд. Теперь связанные голубые солдаты могли лишь беспомощно крутить головами.

Виталий занял центральное кресло на возвышении. Но ещё не мог позволить себе расслабиться. Приближался самый главный момент авантюры с захватом корабля – встреча с капитаном.

Йонолого не заставил себя долго ждать и в свойственной ему манере неспешно вошёл в отсек управления. Остановившись, с видом хозяина он разглядывал странную картину. Большое кресло, где обычно сидел он сам, оказалось занято розовым чудовищем, захваченным им на тасийо ириа, которое в настоящий момент должно было перерабатываться на станции отходов.

За человеком стояли два суйтца, причём глядели прямо в лицо богу, в то время как им следовало лежать на полу. А точнее, разлагаться там же, где и пики. Совсем о порядках забыли. Но Йонолого – умный лидер. Он не спешил давать выход агрессии. Этому конунов обучали на Ссуйцамисара. Настоящий властелин должен быть спокоен и надменен – именно эти качества лучше всего работают при общении с низшими.

За спиной пики на полу лежали связанные уори. Йонолого с удивлением отметил этот факт, но не стал на нём концентрироваться. Сейчас главным нарушителем порядка был человек. С ним требовалось разобраться в первую очередь, и тогда мир вернётся к привычному состоянию. А суйтцы вместе со своим ужасным пики исчезнут на станции переработки отходов.

Чур пристально смотрел в глаза Йонолого. Конун, как и прежде, был в голубом скафандре без шлема. В проборе, разделявшем длинные синие волосы, украшенный камнями блестел серебристый бретек. А на почти человеческом лице застыло привычно надменное выражение.

Йонолого что-то произнёс назидательным спокойным тоном, каким высшие говорят со всякой мелюзгой, не заслуживающей их внимания.

– Пики надо лежать при хозяин, – перевёл Лиросо слова Йонолого.

«Сразу указание, – отметил Виталий. – Правильно, нужно с самого начала показать, кто здесь командует».

– Это ты должен на коленях молить меня о пощаде, – грозно произнёс Чур. – Я захватил твой корабль и теперь думаю, что делать с тобой. Ты хочешь жить?

Лиросо и Памисо, открыв рты, уставились на человека. Это немыслимо. Ещё никто так не разговаривал с Йонолого.

– Переводи дословно, – рявкнул Чур.

Лишь тогда ириа ожил и залепетал виноватым голосом. Казалось, у Йонолого глаза вылезут на лоб от такой наглости. Но это было единственное проявление эмоций. Тоном хозяина он произнёс короткую фразу.

– Ты быть наказан, – перевёл Лиросо.

В ответ Чур с вызовом усмехнулся.

– Твои аиси, – кивнул Виталий на Памисо, – угрожали мне на тасийо ириа. Но сами убили друг друга. Если ты выбираешь для себя такой вид наказания, то я не против. Кончай быстрее, а то мне давно пора лететь домой.

Лиросо ещё переводил ответ человека, а Йонолого закрыл глаза и напрягся. «Сейчас начнётся ментальная атака», – понял Виталий и, как договаривался с Ашаш, переместил сознание в его мир. Удар не заставил себя ждать. На энергетическом уровне пси воздействие смотрелось настоящим шквалом. Сгустки высокочастотных потоков обволакивали человека и норовили внедриться в его оболочку. Но та не поддавалась, и попытки Йонолого, как он ни старался, не приносили ожидаемого результата. Он пробовал снова и снова, наращивая мощь и скорость. И ему явно помогал закреплённый на голове бретек, по-видимому служивший усилителем. Именно оттуда выстреливали потоки энергии.

Виталий заранее обсудил с Ашаш возможный сценарий развития событий. И теперь, обученный кохлотом, начал создавать вокруг себя отражающую поверхность. С непривычки получалось очень плохо. Вернее, совсем не получалось. Йонолого на какое-то мгновение даже сумел внедриться в сознание человека и едва не смял его психику. Но тут вмешался Ашаш и поставил барьер, отбросивший атакующую энергию.

Виталий, опять почувствовав себя цельной личностью и ощутив нарастающий гнев, принялся вновь создавать зеркало. На этот раз его воля оказалась максимально сконцентрирована и быстро набирала потенциал. Кохлот помогал и показывал, как правильно формировать оболочку. Не сразу, постепенно, но у Виталия получилось создать кокон, отражавший любую психическую атаку, и тогда агрессивные потоки, отскакивая от преграды, устремились назад, к источнику.

Сражение выматывало Йонолого, и его ментальный напор ослабевал. Ещё какое-то время бретек выстреливал пучки энергии, но те понемногу иссякли. Лишь когда буря успокоилась, Чур разгневанно посмотрел на хозяина корабля.

– Я же сказал, на колени! – прорычал человек и выразительно ткнул пальцем в пол.

Глаза Чура метали свирепые молнии, а яростная энергия огромного тела давила мощью. Суйтцы попали под гипноз Йонолого и распластались на полу. Переводить Виталия оказалось некому. Но его голос и жесты были достаточно красноречивы.

Несмотря на отбитую ментальную атаку, Йонолого сдаваться не собирался и направил жезл на пики. Но Ашаш мгновенно заблокировал его, и конун мог лишь махать им, как дубиной. А этому виду оружия Чур умел противостоять.

Рука Виталия опустилась и схватила трос, которым были стянуты уори. Осталось выждать подходящий момент. В гоче это главное. И тогда противник сам вплетётся в петли. На состязаниях Чуру удавалось скрутить одним канатом до тринадцати подготовленных бойцов. Поэтому сейчас он лишь наблюдал за движениями нападавшего, анализируя, какой лучше применить узел.

Подняв жезл, Йонолого бросился на человека. Сидя в кресле, Виталий невозмутимо смотрел на капитана. Едва конун оказался в зоне досягаемости, Чур резко дёрнул металлическую нить. Вращая ею определённым образом, Виталий начал стремительно обвивать сперва жезл, затем голову и в довершение – тело Йонолого. Не знакомый с таким видом единоборств, тот даже не пытался как-то сопротивляться буквально ожившему тросу. Несколько секунд – и хозяин корабля рухнул на пол возле уори.

Поединок закончился. Но враг ещё был опасен. Виталий наклонился и резким сильным движением сорвал бретек с головы Йонолого. Тот заорал от боли и тут же обмяк. Чур заметил, что из гребня под кожу конуна уходили прозрачные нити, которые он оборвал. Значит, капитан был на прямой связи с корабельной системой и оказался полностью отрезан от неё. Виталий не знал, насколько это критично для Йонолого, но ему не оставили другого выбора.

Наконец-то можно отдохнуть. Чур откинулся на спинку кресла и дал мышцам расслабиться. Лишь сейчас он понял, в каком был напряжении.

– Ашаш! – мысленно позвал Виталий. – Кажется, мы захватили корабль. Надеюсь, он отвезёт нас домой.

– Приятное известие. – От кохлота пришёл тёплый поток энергии. – Мне не терпится отправиться в путь.

– К сожалению, я не умею управлять этой посудиной, – вздохнул Чур. – А значит, надо уговорить хозяина доставить нас в Космическую Федерацию. Друг, осмотри, пожалуйста, суйтцев. Они мне нужны, чтобы переводить.

– Хорошо, – ответил Ашаш, и тепло на левой руке исчезло.

Виталий ощутил, как спадает напряжение. Не верилось, что поединок с Йонолого завершился. У цивилизации Ссуйцамисара есть технологические разработки, не имеющие аналогов в Космической Федерации, а у её жителей – ментальные силы, которых нет у человека. Лишь верное понимание ситуации и правильная стратегия нивелировали эти преимущества и помогли ему одержать победу. А ещё, конечно, Ашаш. Без него пленник так и валялся бы прикованным на тасийо ириа и подвергался всевозможным пыткам суйтцев.

Несмотря на явный успех, Виталий чувствовал: ещё предстоит хорошо потрудиться, чтобы вернуться домой. Он столкнулся с незнакомой культурой, завоевавшей шесть планет. К тому же имевшей неординарное социальное устройство и религию. Здесь на каждом шагу столько опасных ловушек, что можно запросто во что-то вляпаться и распрощаться с жизнью.

– Витали! – раздался голосок Лиросо, и Чур открыл глаза.

Посиневший коротышка сидел на полу и чесал макушку.

– Мы треньк? – спросил ириа.

– Ещё нет, – усмехнулся Чур.

– Йонолого треньк?

– Надеюсь, что нет.

– Пусть треньк. – Высоколобый едва не рыдал. – Я бояться.

– Лиросо, в каком-то смысле ты уже труп, – заметил Виталий. – Сам подумай. Йонолого нас приговорил к смерти и хотел выкинуть на зловонную помойку. Но мы живы и, кажется, неплохо устроились. Так чего мёртвому переживать?

Лиросо перевёл взгляд на связанного посланника, лежавшего возле уори.

– Он треньк, – сказал ириа.

– Почему? – спросил Виталий.

– Все Йонолого иметь связь с коллега и с тасийо. Без бретек – нет. Теперь он суйтц.

– А разве он не может снова прицепить свою блестяшку?

– Я не знать. Итри мне говорить, что видел больной Йонолого без бретек. Он работать как суйтц.

– Ясно.

– Он смотреть на ты, – сказал Лиросо.

Виталий перевёл взгляд на Йонолого. Кожа конуна стала бледно-голубой. С головы, где крепился бретек, капала синяя жидкость. Возможно, кровь. Хозяин корабля пытался высвободиться, но металлический трос крепко держал. Мастер гоча спеленал противника по всем правилам борьбы и наложил такие узлы, что каждое новое движение жертвы лишь туже их затягивало.

– Лиросо, переводи, – велел Чур. – Здравствуй.

Суйтц произнёс приветствие, и Йонолого обернулся к нему. После краткого диалога ириа сказал:

– Он не понимать, что с ним.

– Неверно, – заметил Памисо.

Виталий посмотрел на «бычка», принявшего сидячее положение, в котором его, однако, вовсю шатало.

– Привет, – кивнул Чур. – Как себя чувствуешь?

– Плохо, – ответил Памисо. И посиневшая кожа лучше всего демонстрировала состояние коротышки.

– Так что сказал Йонолого? – спросил Виталий.

– Он уничтожит чужака, – заявил Памисо. – И мы должны ему помочь. Если тебя убрать из нашей жизни, то снова всё будет по-прежнему.

– Мне перевод Лиросо больше понравился, – усмехнулся Чур. – Но скажи, Памисо, для кого всё будет по-прежнему? Для Йонолого? Но он уже без бретека. Для тебя с Лиросо? Но этот Йонолого отравил нас и выбросил на свалку. Так о каком «по-прежнему» он может говорить? Памисо, раскрой свой разум. Больше нет вашей привычной жизни. Мир находится в постоянном движении, а вы попали в новую струю, где нужно меняться, иначе всё быстро закончится. Назад уже не вернёшься.

Конун заговорил, и «бычок» перевёл:

– Йонолого требует, чтобы его немедленно развязали, и тогда он всех накажет.

– Это уже слишком, – рассмеялся Чур и долго не мог остановиться. Сказывалось нервное напряжение.

С трудом успокоившись, Виталий поднялся с кресла и приблизился к лежавшему на полу хозяину корабля. Присев на корточки, он принялся толкать конуна то с одной стороны, то с другой. Йонолого извивался, и каждое его движение всё сильнее затягивало узлы. В какой-то момент он начал задыхаться. Тогда Виталий остановился и спросил:

– Лиросо, а Йонолого понимает, что я делаю с ним?

Конун невнятно прохрипел ответ.

– Он плохо дышать, – перевёл ириа. – Он требовать освободить.

– Значит, ещё не понял, – выдохнул Чур. – Лиросо, скажи ему, что я наказываю его. Или он сам себя, как и намеревался. Если он ещё несколько раз двинется, то стальной трос перережет ему шею, и он умрёт. Он это хочет? Тогда я буду с удовольствием наблюдать, как Йонолого подохнет.

Виталий понимал: его действия граничат с издевательством. Но по-другому в этом обществе тебя не услышат. Лишь поставив Йонолого перед фактом, что все усилия бесполезны, можно заставить его взглянуть на мир под иным углом. Кстати, так было и с Памисо.

Лиросо перевёл, и голубой капитан закрыл глаза. Виталий с интересом наблюдал за ним, ожидая решения Йонолого. Внешне тот сохранял привычное спокойствие, но без сомнения, внутри у него бурлили эмоции.

Наконец конун сфокусировал взгляд на человеке. Он не предпринимал никаких попыток освобождения, а лишь внимательно смотрел. Хорошая выдержка. Чур обеспокоился: Йонолого может вновь провести ментальную атаку. Закрыв глаза, Виталий опять начал создавать зеркало. Он уже знал порядок действий и быстро провёл необходимые операции. Но конун лишь что-то едва слышно произнёс.

– Витали! – в голосе Лиросо прозвучал страх. – Йонолого сказать: ты Кардиналь.

– А кто это? – спросил Виталий, открыв глаза.

– Ты зло, – с вызовом заявил Памисо. – Наконец и я понял, кто ты на самом деле. Ты не умираешь, и любые твои действия несут хаос и разрушения. Ты испытываешь нас и наши законы. Ты заставляешь страдать и искушаешь лживыми обещаниями. Ты желаешь уничтожить Ссуйцамисара. Мы должны убить тебя и избавиться от зла.

Чур поднялся и вернулся в кресло. Йонолого был связан и не собирался покончить жизнь самоубийством. А переговоры лучше вести с позиции силы, находясь на возвышении. Символы власти много значат в любом обществе.

– Памисо, – сказал Виталий, – если вы считаете человека злом, то можете изгнать. Чего я и добиваюсь от вас. Отвезите меня на мою планету. Гарантирую, мы больше не увидимся.

Памисо задумался, а потом обратился к Йонолого.

– Лиросо, переводи, – велел Чур.

– Если ты Кардиналь, я бояться ты, – произнёс ириа.

Виталий едва не зарычал от досады.

– Послушай, Лиросо, честно скажу: я устал от вас. Я пытаюсь говорить с вами, но вы не слышите. Попробуйте хоть на мгновение вылезти из своих раковин и подумать о том, что я стараюсь до вас донести. Я солдат. Я такой же аиси, как Памисо и уори Йонолого. Моё призвание – защищать свой мир. Я обучен этому. Я уже фактически уничтожил три корабля Ссуйцамисара. И какие ваши выводы? Объявили, что я зло и меня нужно убить. Интересно, как вы собираетесь это сделать, если раньше не получалось? Я прав?

– Да, – кивнул Лиросо.

– С одной стороны, это так, – задумчиво произнёс Чур. – Но мир очень многогранен. Представь картину: большие военные корабли людей приближаются к вашим флотам и планетам с четырьмя миллионами солдат. Есть бойцы даже лучше меня и более сильные. Да они уничтожат вас поголовно. А всё потому, что вы – Лиросо, Памисо и Йонолого – именно сейчас решаете: «Мы не будем слушать чужака». Зато опять станете орать: «Великие суйтцы непобедимы и должны править миром, а все иные народы нужно сделать рабами или уничтожить». Понимаешь, о чём я, Лиросо? Вы даже не задумываетесь о том, что отказавшись меня услышать, вы обрекаете свою расу на смерть. Вспомни, ты говорил на тасийо ириа: «Аиси убили всех суйтцев, а пики не убивал». Так и на этом корабле не пострадал ни один уори. Они просто связаны. Анализируйте, делайте выводы. Я ещё пытаюсь достучаться до вас. Да, моё появление в вашем обществе противоречит всем правилам, которые придумали Йонолого. Но если вы не изменитесь, то умрёте.

– Великие суйтцы будут жить вечно! – заявил Памисо.

– Эх, Лиросо… – печально вздохнул Чур. – Вы меня не слышите. И даже связанный Йонолого, которого от гибели отделяет лишь несколько движений, предпочитает умереть, но не видеть иную точку зрения. Так как же мне быть? Скажи, Лиросо. Ты учёный и смотришь на мир немного шире, чем аиси и даже Йонолого. Если ты решишь, что вашей расе лучше умереть, то так и будет. Я убью вас. Но если ты захочешь, чтобы Ссуйцамисара продолжала существовать, она не погибнет. Сейчас именно ты выносишь приговор своему народу.

– Лиросо не может принимать решение за всех суйтцев, – заявил Памисо.

– Кто сказал? – Виталий перевёл взгляд на «бычка».

– Йонолого решает, как будет жить Ссуйцамисара.

– Вот этот? – Чур небрежно ткнул пальцем в конуна. – Ваш бог сейчас – никто и жив потому, что я ещё позволяю ему дышать. Переводи Йонолого дословно, Памисо. Для меня Лиросо – выше него. А знаешь почему? Он умеет слушать и думать. А те, кто способен лишь безропотно следовать кем-то придуманным тысячи лет назад правилам, обречены. А теперь я жду ответ Лиросо. Сейчас он вершит судьбу Ссуйцамисара. Если он скажет, что вы должны погибнуть, я легко это устрою.

Ириа с испугом смотрел на человека. Суйтц видел, какой силой обладал чужак, и знал, что Виталий мог запросто осуществить свою угрозу. Но сам Лиросо никогда не принимал таких ответственных решений. Он работал в группе, как и остальные ириа, и не претендовал на командные должности. Но сейчас именно ему предлагали вершить судьбу всей расы.

Йонолого и Памисо набросились на Лиросо. Они отдавали ему какие-то приказы и чего-то требовали. Но маленький ириа молчал и затравленным взглядом смотрел на человека.

– Я хотеть суйтцы жить, – пропищал высоколобый.

– Понятно, – кивнул Чур. – Но понимаешь, есть одно весьма непростое обстоятельство. О нём я рассказывал Памисо.

Виталий глянул на «бычка». Тот исправно переводил Йонолого.

– Лиросо, когда мы летели к вам и везли спасённых аиси, за нами следовал большой флот с приказом такого содержания: если дипломатический транспорт будет уничтожен, ему надлежит отомстить за гибель людей. После того как суйтцы подбили нас, этот флот обнаружил в космосе обломки нашего корабля и теперь летит к вам. Задумайся, Лиросо. Если один я сумел вывести из строя три ваших тасийо, то что будет, когда люди в большом количестве начнут здесь вам мстить? Где будет ваша Ссуйцамисара?

Виталий замолчал, а Памисо ещё какое-то время переводил Йонолого. Чур встал и прошёлся по отсеку, разминая затёкшие мышцы, а коротышки внимательно следили за каждым его шагом. Ситуация патовая. Чтобы выжить, человеку необходимо как можно скорее вернуться к своим. А суйтцы, не способные мыслить вне привычных рамок, не могут принять решение. В таком случае приходится идти на радикальные меры. Тянуть нельзя, иначе станет только хуже.

– Лиросо, теперь ты главный на тасийо, – сказал Виталий. – Ты капитан. Так я решил. Отныне я отдаю приказы, а ты их выполняешь и командуешь уори.

Чур внимательно посмотрел на ириа. Тот ответил безропотным взглядом. Виталий понимал: сейчас Лиросо согласится на всё, лишь бы угодить огромному чужаку и не получить наказание. Участь связанного задыхавшегося Йонолого наглядно демонстрировала мощь человека.

– Я не знать, как управлять тасийо, – робко пропищал коротышка.

– Ты будешь переводить мои команды и следить за порядком. А если кто ослушается, я тому откручу голову. Памисо, ты перевёл это своему мёртвому богу?

– Йонолого жив, – возразил «бычок».

– Это ненадолго, – отмахнулся Виталий. – Пусть только дёрнется, и стальной трос накажет его.

Конун что-то прошептал.

– Йонолого хотеть говорить ты, – сказал Лиросо.

Чур, выдерживая паузу, немного побродил по отсеку. Началась психологическая война, а в ней свои правила.

– Йонолого просит, чтобы ты выслушал его, – на этот раз произнёс «бычок».

Виталий повернулся к конуну и, сложив руки на груди, сказал:

– Хорошо. Но предупреждаю: если опять услышу бред о великих суйтцах, то пусть не обижается. Я помогу тросу перерезать его горло.

Йонолого принялся шептать, и Памисо перевёл:

– Когда нас испытывает Кардиналь, то всегда даёт право выбора. Это закон. Конун желает воспользоваться им.

Виталий задумался. Он не знал обычаев Ссуйцамисара. Но если Йонолого хочет предложить способ разрешить ситуацию по их правилам, это может быть на руку.

– Рассказывай, на какой именно пункт закона ты ссылаешься, – произнёс Чур и сразу заметил, как преобразились лица суйтцев. «Что ж, пусть считают меня настоящим злом, мерзким Кардиналом, лишь бы отвезли домой».

– В истории Ссуйцамисара имеется прецедент, – заявил Памисо. – Когда один из Йонолого нарушил закон и Кардиналь пришёл его наказывать, то преступник вызвал зло на битву.

– Снова я слышу детский лепет, – вздохнул Чур. – Я уже связал Йонолого и всех уори. Ваш бог в паре движений от смерти. На какой бой он меня вызывает? Не лучше ли подумать головой и осмыслить, что я сказал? Если мы не полетим навстречу флоту Космической Федерации и не вступим в переговоры, то ваши тасийо будут уничтожены. Лиросо, если Памисо не в состоянии донести эту мысль до Йонолого, то попробуй хотя бы ты. Если ты не хочешь, чтобы Ссуйцамисара погибла, то сражайся за неё. Именно этим и занимаются дипломаты, в отличие от ваших посланников-смертников.

Ириа приблизился к Йонолого. В его движениях ещё был заметен страх перед конуном, но благодаря поддержке человека высоколобый чувствовал себя уверенно. Лиросо заговорил на своём языке, а Памисо то и дело пытался вставить слово. Видимо, ему не нравилась речь ириа.

– Памисо, молчи, – приказал Виталий. – Если ты не понимаешь всей серьёзности положения, то не думай, что остальные такие же тупые.

«Бычок» сжал кулачки, но рта больше не открывал.

– Витали, Памисо сказать другое, и Йонолого думать не так, – вскоре произнёс Лиросо. – Теперь Йонолого говорить с ты.

– Хорошо, я готов выслушать, – кивнул Чур.

– Йонолого знать о бой в космосе, – перевёл Лиросо. – Много наш тасийо треньк. Аиси те не лететь к Ссуйцамисара. Если человек знать, как остановить свой армий, Йонолого помогать.

– Наконец-то дошло, – выдохнул Чур.

– Я всё равно убью тебя, – злобно прошипел «бычок».

Виталий подошёл к Йонолого. Тот мог лишь двигать большими чёрными глазами.

– Лиросо, скажи ему: я освобожу его только в том случае, если он поклянётся, что мы союзники.

Ириа перевёл, и конун немедленно ответил.

– Йонолого предлагать союз, – тут же перевёл Лиросо.

– Хорошо, – кивнул Виталий.

Наклонившись, он быстро ослабил трос, и голубой капитан вдохнул полной грудью. Поколебавшись, Чур полностью освободил пленника и отошёл.

Йонолого осторожно поднялся, величественно расправил плечи и посмотрел на человека. Знакомый с коварством жителей Ссуйцамисара, Виталий наблюдал за ним, готовый к любым неожиданностям. Но хозяин корабля почтительно склонил голову и произнёс короткую речь.

– Йонолого сказать: вы ойто, – перевёл Лиросо, отчего у Памисо открылся рот. – Мы лететь в космос.

Чур устало облокотился на стену и закрыл глаза.

– Ашаш, кажется, мы победили и отправляемся домой.

– Отлично! – В мыслепотоке кохлота ощущалась искренняя радость.

Content

Тройственный союз
Александр Адамович Славинский

Глава 1. Встреча Виталия с кохлотом Ашаш

Глава 2. Предложение кохлоту Ашаш

Глава 3. Освобождение

Глава 4. Конфликт с суйтцами

Глава 5. Пилотская рубка

Глава 6. Коварство суйтцев

Глава 7. Чур снова освобождается из плена

Глава 8. Чур и Ашаш запечатывают шлюз

Глава 9. Чур беседует с Памисо

Глава 9. Чур беседует с Памисо

Глава 10. Столкновение с аиси

Глава 11. Встреча с Йонолого

Глава 12. Чур на корабле Йонолого

Глава 13. Чур спасает суйтцев

Глава 14. Чур выходит на тропу войны

Глава 15. Чур и Йонолого